Иван Дьяченко

Стаи хищников в сфере экономики

Посвящается

оперативным сотрудникам органов внутренних дел и контрразведки Советского Союза и Российской Федерации

© Дьяченко И.М., 2019, 2020

Об авторе

Автор книги с 1975 года в течение четырех с половиной лет работал в оперативной службе по борьбе с хищениями социалистической собственности и спекуляцией (ОБХСС) одного из районов города Москвы. Затем перешел в городское управление на Петровку, 38. До конца 1987 года в должности старшего оперуполномоченного вел борьбу с экономической преступностью в сфере промышленной торговли. Для органов внутренних дел 1982 год знаменит приходом к власти Ю.В. Андропова и объявлением бескомпромиссной борьбы с экономическими преступлениями. В этот период времени с целью укрепления кадров в ГУВД города Москвы и центральный аппарат МВД СССР направляются сотрудники Комитета государственной безопасности. Противодействие экономической преступности стало приобретать новый характер.

В 1993 году первым в Советском Союзе не по докладу, а на основании полнокровного диссертационного исследования автор защищает докторскую диссертацию по проблемам борьбы с организованной преступностью. Инициатором выбора инновационной проблемной темы был генерал-лейтенант А.И. Гуров, впоследствии ставший председателем комитета Государственной думы Российской Федерации по безопасности.

После защиты докторской диссертации автор до конца 1990-х годов работал в одной из специальных служб МВД России. Будучи прикомандированным к аппарату Совета Федерации, до середины 2000-х оставался в штате МВД. На протяжении более десяти лет в различных регионах страны, включая союзные республики Советского Союза, края, области, автономные республики России, изучал криминологические, социальные, экономические аспекты организованной преступности и проблемы противодействия этому негативному явлению. Знакомился с архивными уголовными и секретными оперативными делами, материалами многих «громких дел», в том числе в ряде союзных республик Средней Азии, и пришел к выводу: организованные преступные формирования схожи по своей сущности со стаями волков, гиен, шакалов и других хищников. Это и послужило основанием для названия книги по выбранной тематике.

В научно-художественном стиле в книге излагаются не вымышленные, а наиболее яркие реальные события, охватывающие период с 1970-х по 2000-е годы, вплоть до наших дней. Фамилии всех персонажей романа вымышленные, за исключением некоторых известных ученых-юристов. Используемые данные об объемах причиненного материального ущерба от незаконной деятельности взяты из различных источников и не могут претендовать на абсолютную точность.

В России разгул организованной преступности пришелся на девяностые годы, а к концу столетия социально-негативное явление достигло своего апогея. В данный период времени автор как раз и находился на передовой борьбы с криминалитетом. На конкретных эпизодах наглядно показывает хищную сущность участников бандформирований, особенно их лидеров и ближайшее окружение, для которых целью всей жизни является нажива любым путем, зачастую насильственным. Сферу экономики они воспринимают не иначе как объект личного обогащения, то есть смотрят на нее через призму возможной наживы, словно животные, которые все предметы их окружающие, воспринимают через живот. Для них основным аргументом в решении проблем являются насилие, угрозы, нанесение телесных повреждений, поджоги, рэкет, убийства, пытки, захват заложников и другие подобные методы. Такое состояние является характерным не только для лиц с уголовным прошлым, но и многих бизнесменов, ранее не имевших ничего общего с криминалом.

В данной среде ни о каком созидании речь вообще не ведется, несмотря на то, что большинство субъектов ее обитания при создании своего бизнеса не были хищно настроены ради обогащения и не имели отношения к лицам с криминальным прошлым. И только в процессе наживы капитала, чаще всего в обход существующих норм и правил, полученное богатство оказало негативное воздействие на их сущность и окружение. У таких «бизнесменов» стали проявляться и развиваться звериные нравы. Только достижение меркантильных замыслов, не считаясь ни с кем и ни с какими принципами, чаще всего причиняя непоправимый вред людям и окружающей среде. Обогащение любыми способами — вот их основная цель, которая становится смыслом жизни, со временем превращаясь в патологию. Подобное состояние поглощает человека и «сжирает» его подобно раковой опухоли, превращая в хищника с человеческим лицом.

Достаточно привести только несколько примеров, а их масса. Это неудержимая алчность бывшего заместителя секретаря Совета безопасности России, который нажил нечестным путем многомиллиардное состояние и скрылся в Англии. Бывший министр финансов Московской области, впоследствии ставший заместителем председателя правительства области, мошенническим путем похитил в сфере жилищно-коммунального хозяйства более четырнадцати миллиардов бюджетных средств и вывел их в офшоры, затем сам уехал во Францию. Жена бывшего мэра Москвы для своих компаний, в том числе строительных, незаконно получала налоговые, таможенные преференции, льготные кредиты, выгодные государственные подряды, престижные земельные участки для строительства коммерческого жилья. Скопив таким образом капитал в объеме более пяти миллиардов евро, уехала в Австрию, где без государственной поддержки, ранее ей оказываемой в Москве, постоянно терпит убытки.

Несмотря на имеющиеся многочисленные службы правоохранительных органов и большое количество контролирующих структур, кроме Счетной палаты России, за использованием бюджетных средств, даже выделенных на реализацию государственных программ, никто не осуществляет должного контроля. Поэтому неудивительно, что на таких стройках, как правило, совершаются хищения денежных средств в огромных размерах. Однако, скорее всего, причина кроется в другом, а именно в причастности к данным преступлениям самих организаторов таких программ. Не случайно бывший председатель Счетной палаты признал общеизвестный факт: «В стране воруют все кому не лень», имея в виду тех, у кого есть такая возможность.

В процессе строительства газопровода «Сахалин-2» уже на начальном этапе был нанесен колоссальный ущерб природе, не говоря о том разграблении, который ожидал Россию в будущем. Согласно контракту, российская сторона должна была компенсировать до 90 % затрат инвестору и только после оправдания иностранными фирмами всех своих затрат начать получать прибыль в объеме всего лишь 30 %. Благодаря вмешательству Счетной палаты и Совету Федерации по решению суда сделку удалось отменить. Так как контракт в интересах некоторых высокопоставленных чиновников был заключен на весьма невыгодных для России условиях.

На возведение объектов для проведения международного саммита АТЭС-2012 в городе Владивостоке затратили около 20 миллиардов долларов. По мнению экспертов, весьма завышенная цифра расходов. Если сравнить сумму, затраченную на аналогичное мероприятие в Японии, то там проведение саммита и подготовка к нему обошлись примерно в 277 миллионов долларов. Несмотря на все израсходованные колоссальные денежные средства, к началу саммита в эксплуатацию ввели лишь одну треть объектов, часть из которых весьма сомнительного качества. Примерно 50 % бюджетных средств попросту разворовали.

В ходе строительства космодрома «Восточный», имеющего важное значение для страны, стройке века, пять организованных группировок при непосредственном участии руководителей государственных предприятий причинили ущерб федеральному бюджету, в сумме около двенадцати миллиардов рублей.

Среди подобного рода строек особенно выделяется стадион «Зенит» в Санкт-Петербурге, который строился в течение 10 лет. На его возведение потрачено более 40 миллиардов рублей при начальной стоимости в семь миллиардов. В результате проведения проверки Счетной палатой установлено, что в процессе строительства похищено около семи миллиардов рублей. Однако за это никто не понес наказание потому, что в хищениях бюджетных средств принимали участие представители администрации Санкт-Петербурга. Задержали только вице-губернатора, назначенного на эту должность уже после проверки, за присвоение 50 миллионов рублей. В отношении основных фигурантов расследование не проводилось.

Даже при разработке системы навигации ГЛОНАСС ухитрились похитить более шести миллиардов рублей. Следующая крупная афера скорее всего будет выявлена при строительстве объектов к проведению Чемпионата мира по футболу — 2018, как и полагается, спустя некоторое время после его завершения.

Здесь приведено лишь незначительное количество из числа официально установленных злоупотреблений, в то время как огромная часть казнокрадства иных правонарушений, установленных оперативным путем, по различным причинам остается за пределами официального рассмотрения.

Яркими примерами наживы любой ценой, даже если на карту поставлены жизни людей, могут служить вопиющие правонарушения в сфере экономики следующего характера. Продажа сотен тонн непригодного в пищу мяса. Если бы только просроченного, а то порой зараженного спорами язвы. Очередная многотонная порция испорченного мяса была обнаружена в середине октября 2017 года на продовольственных складах в районе Печатников города Москвы. Либо поставленное на поток кустарное производство фальсифицированных спиртных напитков, от которых ежегодно в России травится около десяти тысяч человек. Или производство дешевого плохо очищенного бензина с добавлением отравляющих веществ для увеличения октанового числа по цене качественного продукта.

От газовых выбросов двигателей автомашин, заправленных таким бензином, уровень загрязнения экологии на улицах города Москвы, других крупных и средних городов России превышает критический. Воздействие токсичных частиц тяжелых металлов на организм человека сравнимо с боевыми отравляющими веществами. Кроме того, в последние восемь-десять лет в Москве для окраски металлических оград, цоколей жилых домов, в том числе школ и детских садов, используется дешевая токсичная краска — настоящая отрава.

При такой ситуации и Североатлантическому альянсу не обязательно приближаться к границам России. Алчные коммерсанты ради выгоды сами отравят свой народ. Удивительную позицию полного безразличия на все происходящее занимает целая армия правоохранительных, надзорных, контролирующих органов. Такое отношение к происходящему, скорее всего, объясняется тем, что им попросту запрещено «кошмарить» бизнес. При желании элементарный порядок в стране можно навести за пять-шесть месяцев и не только в данных областях. Это позволило бы пополнить бюджеты различных уровней, не прибегая к непопулярным мерам, предлагаемым отдельными бывшими «великими» финансистами, и значительно улучшить уровень жизни населения России. Остается дело за малым — нужна политическая воля для наведения элементарного порядка в стране. Но, к сожалению, такое желание в ближайшем будущем вряд ли появится.

Все содержание книги основано на реальных событиях, имевших место в разное время во многих регионах Советского Союза и современной России, с элементами художественного изложения.

Предисловие

Организованная преступность как негативное явление в той или иной степени проявляется на различных стадиях развития общества. Всплески ее происходят в период политических и экономических катаклизмов. В СССР начало зарождения организованной преступности современного типа пришлось на конец 1980-х годов, а развитие на 1990-е годы — уже в бытность Российской Федерации.

Отдельные эпизоды этого явления в Советском Союзе стали проявляться в конце 1960-х — начале 1970-х годов. В частности, в то время прогремели так называемые «дела цеховиков», которые занимались противоправной частнопредпринимательской деятельностью: создавали цеха в основном на действующих государственных производственных мощностях по выпуску неучтенной продукции, «валютчиков». Чуть позже было раскрыто «хлопковое дело» в Узбекистане, выявлены хищения государственного имущества в особо крупных размерах в Казахстане. Вскрыты крупные экономические преступления в городе Сочи Краснодарского края, Москве и других регионах. Организованные группировки хотя и были многочисленными и совершали преступления в особо крупных размерах, но такие явления в тот период времени имели эпизодический, локальный характер.

Эпохальный для Советского Союза период времени — конец 1980-х — начало 1990-х — характеризуется происходящими в государстве кардинальными политическими и экономическими переменами. Главная его особенность заключается в том, что с появлением частной собственности стало происходить расслоение общества на бедных и богатых. Зародился новый социальный класс — богатых. Средний класс превратился в бедных и вообще исчез, а бедные превратились в нищих. Одной из основных причин генезиса организованной преступности является неправомерное обогащение одних граждан за счет обнищания других. Данному процессу во многом способствовало разбалансирование государственного механизма и в первую очередь правоохранительной системы.

В создавшейся ситуации у лиц с криминальными наклонностями появился соблазн поживиться незаконно нажитым богатством. Во времена Советского Союза такого соблазна не существовало, потому что основы для его возникновения не было. Различного рода нечестные чиновники, руководители хозяйствующих государственных структур, коммерсанты, предприниматели, сознавая противоправность своего обогащения, редко обращались за помощью в правоохранительные органы. Для достижения корыстных целей криминальные элементы стали проникать практически во все сферы экономики, в основном в коммерческие структуры, государственные предприятия и даже органы власти, в том числе местного самоуправления.

Симптомы организованной преступности могут длительное время проявляться в отдельных криминогенных аспектах в незначительной степени, незаметно не только для окружающих, но и специалистов. Только в конце восьмидесятых годов данному явлению со стороны государства впервые стало уделяться должное внимание. В августе 1989 года этот вопрос рассматривается на заседании Верховного Совета СССР, а потом в декабре на съезде народных депутатов Советского Союза. После чего ряд ученых-юристов, экономистов обратили серьезное внимание на проблемы, связанные с организованной преступностью и теневой экономикой. В периодических изданиях на эту тему появились научные публикации. Первая докторская диссертация по проблемам противодействия организованной преступности в сфере экономики была написана и защищена автором книги в 1993 году. Аналогичных научных работ в тот период времени не было и в других странах, за исключением докторской диссертации, защищенной по докладу ученым из Белоруссии.

Двумя годами раньше А. Гуров защитил докторскую диссертацию по вопросам профессиональной общеуголовной преступности. Она имеет ряд сходств с организованной преступностью, но также имеются и принципиальные отличия. Этот феномен по своей криминогенной сущности находится на более высоком уровне и является наиболее сложным структурным образованием.

Через некоторое время В. Гриб защищает докторскую диссертацию по данной проблематике. В 2004 году докторскую диссертацию с аналогичным названием темы защитил и генерал-майор Петуховский. Звание генерала он получил не за боевые заслуги, а за деньги и подхалимство с помощью небезызвестного помощника министра внутренних дел России, который сам за два года от майора вырос до генерал-лейтенанта. Будучи правой рукой министра, принимал активное участие в различного рода махинациях, продавал генеральские звания. После возбуждения уголовного дела скрылся в Израиле. В то время среди сотрудников ходила расхожая байка, скорее всего реальная. К помощнику министра обращается его подчиненный:

— Товарищ генерал, полковник Багров хочет получить звание генерала.

— Что он, не знает? 100 тысяч долларов и пусть получает своего генерала.

— Так это наш человек.

— Ну тогда 50 тысяч.

Написание диссертации не обошлось без интриг. Во-первых, тема была скопирована с защищенной автором докторской диссертации. Во-вторых, если бы только тема, а то и вся научная работа добросовестно переписана. Налицо полный плагиат. Однако даже это можно как-то понять. Главное заключается в том, что она написана не Петуховским, а профессором из ВНИИ МВД. В этом и заключается истинная цена такого доктора наук.

В соответствии с Положением о присуждении ученых степеней, утвержденным постановлением правительства Российской Федерации от 30 января 2002 года № 74, при написании диссертации соискатель обязан давать ссылки на автора и источник. При использовании заимствованного материала без ссылки на автора и источник в отношении защищенной диссертации проводится экспертиза с целью выявления плагиата.

Допущенные псевдоученым нарушения являются основанием для ходатайства перед Высшей аттестационной комиссией о лишении его ученой степени доктора юридических наук в установленном порядке. Тем более, если учесть весьма негативное отношение правительства России к таким научным деятелям. Работая в МВД России, он прикрывал одну из крупных иностранных фирм в Москве, за что его щедро одаривали. Будучи мошенником и корыстным человеком по своей природе, эту стезю не оставил и после увольнения из органов внутренних дел.

Скопив преступно нажитый капитал, в 2010 году Петуховский уехал в США и стал заниматься во Флориде недвижимостью. По прошествии некоторого времени его непорядочность проявилась и в отношении своего партнера. Он его попросту кинул. На этой почве у них произошла ссора. Партнер стал обвинять его в нарушении законов США, и скандал получил огласку, в том числе в российских СМИ. Вот такие, с позволения сказать, генералы служили в МВД России. Подобные экземпляры в нашей действительности далеко не редкость.

Основанием для написания книги послужил опыт работы автора в оперативных службах органов внутренних дел Советского Союза и Российской Федерации, в том числе в специальной службе МВД России по борьбе с организованной преступностью. Также изученные материалы уголовных дел, оперативных разработок организованных формирований, протоколы допросов преступников, общение со свидетелями и пострадавшими, участниками оперативно-розыскных мероприятий.

Зарождение социально опасного явления в России

Организованная преступность представляет собой весьма сложное социально опасное явление общества. Этот феномен присущ для любого государства. Первоначально он в форме мафии появился в Италии, затем возник в США, а сейчас фактически существует во всех странах мира. В России симптомы организованной преступности в сфере экономики стали зарождаться в предреволюционный период 1917 года, в условиях экономического и политического кризиса. Незаконно наживаясь на военных поставках и на спекуляции вокруг карточной системы, «дельцы» теневой экономики стали дестабилизировать страну. В то время коррупцией был поражен практически весь аппарат, связанный с финансовыми и товарными поставками.

В первые послереволюционные годы элементы организованности в преступной деятельности появились в период «военного коммунизма» как неизбежная реакция на сверхцентрализованное управление сферой производства и распределения. Со стороны субъектов предпринимательства было предпринято ожесточенное сопротивление такой политике. Однако, поскольку данная политика одержала верх и государственная власть стабилизировалась, они стали менять свою стратегию, которая заключалась в приспособлении к новой экономической ситуации. Образовались различного рода нелегальные кооперативы. В этот же период времени также существовали и профессиональные группы преступников общеуголовной направленности.

В послевоенные годы теневая экономика в СССР получила дальнейшее развитие. Лица с корыстной стезей стали создавать подпольные цеха по производству дефицитных товаров, нелегально использовать оборудование государственных предприятий для изготовления изделий из похищенного сырья. Нормально функционировать такое производство не могло без средств производства, которыми распоряжались государственные органы. Отсюда стали зарождаться симптомы коррупции, как одни из основных составляющих элементов организованной преступности.

Данное явление — продукт экономических отношений, поэтому оно связано с происходящими процессами в сфере экономики. Сформировавшиеся в Советском Союзе в 1930-х годах формы государственной и кооперативной собственности до последнего времени оставались, в сущности, неизменными. За короткий период произошло быстрое и полное огосударствление промышленности и торговли. В результате утвердилось монопольное господство социалистической собственности на средства производства в форме государственной (общенародной) и колхозно-кооперативной собственности. Однако оно находилось в глубоком противоречии с достигнутым уровнем развития производительных сил, объективными условиями и экономическими законами общественного воспроизводства.

В начале 1970-х годов между политикой государства по отношению к собственности и реальной сущностью обобществления производства стал происходить дальнейший разрыв. Начали усугубляться такие явления, как нерадивое отношение к природным богатствам, расточительство государственного имущества как чужого или бесхозного. Самое тяжелое последствие всего происходящего — глубокий подрыв заинтересованности миллионов людей в хозяйском отношении к средствам и продуктам общественного производства, в результатах коллективного труда, сопровождающийся широким распространением мелких хищений, безразличием ко всему, что не касается частных интересов отдельных граждан.

Отношения собственности в том их виде, в каком они сложились к середине восьмидесятых годов, превратились в один из главных факторов, противодействующих социально-экономическому прогрессу общества. Построенное общество нередко характеризовалось как «государственный социализм», в котором безраздельно господствовала государственная собственность, перспективы же кооперативной собственности рассматривались с позиции повышения уровня ее обобществления, перерастания в государственную. Личная собственность и производство на ее основе считались бесперспективными и даже мелкобуржуазными, чуждыми. При этом не учитывалось, что в результате полного отчуждения собственности от непосредственных производителей последние фактически выступают в качестве наемных работников. Отсюда и иждивенческое отношение к государственной собственности как к бесхозной.

Любая монополия порождает неизбежные тенденции к застою и загниванию. Так как устанавливаются хотя бы на время монопольные цены, исчезают побудительные мотивы ко всякому прогрессу, появляется возможность искусственно его задерживать. В связи с тем, что созданная административная система не является собственником средств производства, единственной возможностью для ее обогащения становятся различного рода правонарушения, включая хищения, взяточничество, злоупотребления служебным положением.

Игнорирование объективных закономерностей в действии закона стоимости при социализме оборачивается стихийным возникновением производства, распределения товаров и услуг в обход регулирования данного процесса государством. Это выражается в создании нелегального, основанного на хищениях производства предметов потребления и распределения, появлении теневой экономики. Главное заключается в том, что неудовлетворенная общественная потребность побуждает к жизни стихийное появление противоправных видов деятельности, стремящихся обеспечить растущий спрос за счет вступления в противоречия с существующими нормами закона. Общественная функция, если она не выполняется нормально на законном основании, будет выполнена путем социальных отклонений и находиться в тени правового учета.

Питательной средой для теневой экономики была созданная авторитарная система решения ключевых экономических вопросов. Распоряжаясь фондами, лимитами, руководители министерств, ведомств, региональных органов управления из корыстных побуждений создавали режим наибольшего благоприятствования для отдельных руководителей низовых хозяйствующих субъектов в целях незаконного обогащения. Совершаемые экономические правонарушения стали приобретать организованный характер. Несмотря на принимаемые меры со стороны государства, зародившееся явление продолжало существовать и развиваться. При этом необходимо подчеркнуть, что в странах с тоталитарным режимом организованная преступность не проявляется в больших масштабах, а носит по преимуществу локальный характер.

В процессе исследования проблем возникновения организованной преступности автор знакомится с архивными секретными оперативными материалами в отношении ряда высокопоставленных должностных лиц Узбекистана и Казахстана в бытность работы в 1970—1980-х годах первых секретарей ЦК указанных республик, впоследствии отстраненных от занимаемых должностей.

В выявленных Генеральной прокуратурой Советского Союза преступлениях, совершенных на территории Узбекистана, принимали участие и сотрудники правоохранительных органов, включая шестерых генералов, что свидетельствует об их организованном характере. В отношении материально ответственных должностных лиц агропромышленного комплекса хлопкоперерабатывающей промышленности, партийных и государственных работников органов власти республики были возбуждены сотни уголовных дел. Различного рода правонарушения совершались на территориях двадцати районов и семи областей. В процессе следствия к уголовной ответственности привлечено более четырех тысяч человек, в том числе первый секретарь ЦК КПСС Узбекистана, председатель Совета министров республики, четыре секретаря ЦК Коммунистической партии, более десяти первых секретарей обкомов и райкомов, другие должностные лица, включая работников МВД и прокуратуры.

В ходе обысков было изъято драгоценностей и денег на сотни миллионов рублей, в том числе более ста килограммов золота. Однако по сравнению с теми преступлениями, которые совершались в девяностые годы и продолжаются до сих пор, это выглядит слишком скромно.

Впоследствии в 1990 году в отношении руководителя следственно-оперативной бригады Генеральной прокуратуры возбуждается уголовное дело в связи с нарушением законности в ходе расследования уголовных дел в Узбекистане, и он был уволен. В конце года Верховный суд Узбекистана оправдал более 1200 человек, привлеченных к уголовной ответственности по «хлопковому делу». В их числе первый секретарь ЦК КПСС республики не значился. Всех осужденных, отбывавших наказание на территории республики, впоследствии помиловали.

В тот период времени аналогичные преступления, хотя и не в таких масштабах, совершались и на территории России. В частности, правоохранительными органами были возбуждены уголовные дела в отношении первого секретаря Краснодарского обкома партии, заместителя министра рыбного хозяйства СССР, начальника Главного управления торговли города Москвы, директора крупной московской плодоовощной базы, директора «Елисеевского» гастронома, директора универмага «Сокольники» и некоторых других должностных лиц.

Организованные формирования, совершавшие экономические преступления в конце 1960-х — начале 1980-х годов, разительно отличаются от действующих в настоящее время. Однако в ряде из них присутствовали такие элементы организованности, как: наличие определенной структуры; распределение ролей между участниками; соблюдение мер безопасности; установление связей с представителями государственных органов власти и управления. Оснащенностью огнестрельным оружием отличались бандитские формирования и группировки, совершавшие преступления, связанные с нарушением валютных операций.

Некоторые черты организованного характера современного типа стали проявляться в преступных структурах в середине 1970-х годов. Одна из первых таких группировок была выявлена УБХСС МВД СССР в городе Москве, члены которой совершали различные экономические правонарушения в процессе легального использования аттракционов в парке имени Горького. Желающих прокатиться на самом популярном в то время аттракционе «Американские горки» было очень много, в особенности детей. Очередь порой растягивалась на сотню метров, и каждый хотел успеть на них попасть. Этим и воспользовались преступники.

Они уменьшили почти на половину время катания на аттракционе. Поэтому очередь стала сокращаться, и все были довольны. Выручка за проданные билеты увеличилась примерно в два раза. Положенная дневная денежная сумма сдавалась в общую кассу парка, а разница присваивалась. В этой схеме активное участие принимали кассиры, билетеры, механики, настраивавшие режим работы аттракционов, другие сотрудники администрации парка и лица с криминальной направленностью.

Однажды двое молодых людей обратили внимание на то, что время пользованием аттракциона уменьшено, и начали возмущаться. Вечером, когда они гуляли в парке, к ним подошли четверо парней и жестоко их избили. Мужчину, который обещал сообщить администрации парка о сокращении сеанса пользования аттракционом, застрелили вечером в парке из малокалиберного пистолета, а труп сбросили в реку Москву.

От источников негласной информации ГУБХСС стало известно о совершаемых злоупотреблениях. Сотрудники центрального аппарата министерства завели оперативное дело. В связи с тем, что членами группировки осуществлялось контрнаблюдение для документирования преступной деятельности, впервые использовалась длиннофокусная видеоаппаратура с высокой разрешающей способностью, работающая на расстоянии до одного километра. Ее установили на чердаке дома, расположенного на противоположном берегу реки Москвы, и оттуда проводилась видеозапись. Весь процесс совершаемых преступлений был задокументирован, и подозреваемые задержаны. В их числе, кроме работников парка, оказались ранее судимые уголовники.

Признаки организованности, присущие ныне действующим формированиям, также имелись в группировках, занимавшихся незаконными валютными операциями и спекуляцией. В наибольшей степени подобные структуры предпочитали работать в крупных и портовых городах, таких как Москва, Ленинград (ныне Санкт-Петербург), Одесса, куда прибывали иностранные туристы. За нарушение правил о валютных операциях, согласно статье 88 УК РСФСР, предусматривалось лишение свободы до пятнадцати лет, вплоть до применения высшей меры — смертной казни. За спекуляцию по статье 154 наказание было менее строгим — до десяти лет ограничения свободы с конфискацией имущества. Строгость санкций за подобные деяния не очень сдерживала любителей легкой наживы. В период распада Советского Союза эти статьи практически не работали, а в 1994 году их и вовсе отменили.

Во второй половине 1970-х годов весьма распространенным преступлением с элементами организованности стала спекуляция автомобилями. Особым спросом у населения пользовались различные марки «Жигулей», производившиеся на Тольяттинском автомобильном заводе. Легковые автомашины, изготовляемые на московском заводе «Москвич», в основном представляли интерес для жителей Средней Азии за их повышенную проходимость.

Одни группировки занимались спекуляцией новыми автомашинами, другие — списанными из таксопарков, государственных предприятий, управления по обслуживанию дипломатического корпуса. Содействие спекулянтам оказывали работники комиссионного отдела магазина «Москвич». Ряд крупных сделок со списанными автомашинами из государственных организаций не обходился без участия некоторых руководителей Главного управления торговли города Москвы.

Сотрудникам ОБХСС Пролетарского района (ныне часть Центрального и Южного административных округов Москвы), на территории которого располагался магазин «Москвич» и рынок по продаже бывших в употреблении автомобилей, приходилось сталкиваться с различными ситуациями. Группа, в которой работал оперуполномоченный Валерий Нещадимов, проводила мероприятие в районе рынка. В их поле зрения попал молодой человек, продававший новый автомобиль «ВАЗ-2106», по тем временам являвшийся наиболее престижной моделью. За ним установили негласное наблюдение. После оформления сделки его задержали и доставили в отдел БХСС. Покупателями оказались муж с женой из города Тулы. Жена — бойкая дама, работавшая директором продовольственного магазина, а муж был научным сотрудником НИИ оружейного завода.

В отделе при досмотре у Фазиля Айдарова, продавца «Жигулей», обнаружили четыре тысячи рублей. Одна пачка денег была в упаковке сберкассы Мытищинского отделения госбанка. Данный факт являлся веским аргументом для получения от него правдивых показаний. Будучи уверенным в том, что покупатели сказали, как было на самом деле, Айдаров недолго упирался и во всем сознался. Теперь оставалось дело за малым — получить подтверждение от покупателей, которые в подобных случаях, как правило, с удовольствием давали на спекулянтов показания, и можно было возбуждать уголовное дело. Но тут оперативники впервые столкнулись с небывалым случаем. Смирнова, покупатель автомашины, упорно твердила:

— Машину купила за шесть с половиной тысяч. Денег, кроме этой суммы, никому не давала.

В ее поведении чувствовалась профессиональная деформация. Ее муж ссылался на то, что оформлением документов на покупку автомашины занималась жена и поэтому подробности ему неизвестны. Чтобы добиться от них правдивых показаний, сотрудники ОБХСС использовали различные доводы и аргументы. Грозились конфисковать машину, вернуть переплаченные четыре тысячи рублей, направить информацию по месту работы Смирновой и в вышестоящую организацию. Все бесполезно. Время шло, а процесс словно замер, и сдвинуть его с места было практически невозможно.

Вдруг дверь в кабинет резко и широко распахнулась. В дверном проеме, не переступая порога, появился заместитель начальника отдела по прозвищу Канарис. Его он получил из-за внешнего сходства с адмиралом и других уникальных способностей. Медленно обвел присутствующих внимательным холодным взглядом и остановил его на Нещадимове. От этого взгляда шефа ему стало как-то некомфортно.

— Выйди на минуту, — сказал Канарис. Оперативник вышел в коридор. — Валерий, есть какие-нибудь результаты?

— Пока нет. Покупатели продолжают стоять на своем.

— Методы, так сказать, кнута и пряника пробовали применять? — загадочно улыбнувшись, спросил он.

— Еще как пробовали, бесполезно.

— Вы держите их уже больше трех часов и нет никакого толку. Пожалуются в прокуратуру, будут неприятности. Отпускайте всех и выносите постановление об отказе в возбуждении уголовного дела.

— Владимир Андреевич, можно еще полчаса поработать, случай ведь неординарный.

— Нет. Заканчивайте, — и ушел.

Оперативники сначала отпустили покупателей, а когда те уехали на приобретенной машине, Нещадимов обратился к Айдарову:

— У нас сегодня хорошее настроение, так что забирай свои вещи и можешь быть свободен.

При этом Фазиль неподдельно поинтересовался:

— А у того строгого дядьки, который на меня кричал, тоже хорошее настроение?

— Было хорошее, да ты его испортил. Так что свободен.

Айдаров подошел к столу, забрал вещи и пошел к двери. В это время Нещадимов случайно посмотрел на стол и увидел, что деньги остались лежать на месте.

— Фазиль, а деньги?

Он остановился, посмотрел на присутствующих с недоверием и произнес:

— Вы шутите?

— Какие шутки. Бери деньги и уходи, пока не передумали, — сказал Нещадимов.

На секунду задумавшись, предложил:

— Давайте половину мне, половину вам.

— Забирай все и иди, не испытывай судьбу.

Вернувшись к столу, Айдаров взял деньги и пошел к выходу. Нещадимов бросил быстрый взгляд на стол, там осталась лежать стопка купюр.

— Ты что, издеваешься? Остальные забери.

Фазиль вернулся, взял деньги и медленно пошел к выходу, каждую секунду ожидая, что его остановят. Внутренне он был готов к аресту. «Странно получается. Оперативники знают, за сколько я продал машину, и отпускают, да еще с деньгами. Что-то здесь не так», — подумал он. В такую случайность поверить ему было весьма сложно. Поэтому с минуты на минуту ожидал какого-либо подвоха со стороны оперативников. Неуверенно вышел из кабинета и осторожно закрыл за собой дверь. Минут через пять Нещадимов зашел в дежурную часть и в окно увидел Айдарова. Тот стоял у входа в здание и курил. Докурив сигарету, пошел в сторону метро, не веря в удачный случай судьбы.

В тот период, когда в МВД уделялось внимание профилактике преступлений, криминогенная обстановка не была столь высокой, поскольку отношение со стороны государственных органов и общественных организаций к правонарушениям было более серьезным. Сведения, полученные в процессе оперативной разработки в отношении подозреваемых лиц, свидетельствовавшие о противоправной их деятельности, но не были достаточными для возбуждения уголовного дела, использовались в целях создания условий, затрудняющих реализацию преступных замыслов. Такую информацию органы внутренних дел направляли в вышестоящие организации по месту работы подобных субъектов. К ним применялись меры административного воздействия. В частности, увольнение по собственному желанию, перевод на другую работу, разрыв деловых отношений под благовидным предлогом и т. п.

В советское время отстранить от занимаемой должности скомпрометировавшего себя чиновника было проще, чем сейчас. В соответствии со статьей 10 УПК РСФСР в случае совершения лицом малозначительного преступления или не представляющего большой общественной опасности материалы направлялись в товарищеский суд по месту работы или жительства. В декабре 1996 года эта статья прекратила свое существование.

Однажды группа Нещадимова задержала заместителя начальника управления Министерства электронной промышленности Башкирцева за продажу своей автомашины «Волга» ГАЗ-24 с превышением оценочной стоимости на четыре тысячи рублей, что составляло примерно 40 %. Его действия подпадали под уголовную ответственность за спекуляцию. Однако с учетом того, что машина была не новая и для ее ремонта владелец затратил определенные средства, а корыстный умысел у него возник только после сделанного предложения покупателем, оперативники, посовещавшись с заместителем начальника отдела, приняли решение отказать в возбуждении уголовного дела. Прокурор района подписал вынесенное постановление. Об этом Нещадимов сообщил бывшему владельцу «Волги», и он сразу же приехал в отдел.

— Валерий Михайлович, у меня к вам большая просьба, отправьте постановление не в министерство, а в товарищеский суд по месту жительства. Если эта информация поступит в министерство, меня сразу уволят. По новому месту проживания меня никто не знает. В нынешнюю квартиру я с женой переехал месяц назад. Где работаю, соседям по дому неизвестно. Так что разбирательство в товарищеском суде обойдется без увольнения.

— Николай Иванович, учитывая ваше пролетарское происхождение и то, что вы долго служили в пограничных войсках КГБ на Дальнем Востоке, я не против. Поговорю только с руководством отдела и вам скажу их решение.

Начальник отдела и его заместитель Канарис не возражали, и постановление отправили по новому месту жительства бывшего пограничника. Спустя примерно две недели Нещадимову позвонил Башкирцев.

— Валерий Михайлович, добрый день, это Николай Иванович.

— Здравствуйте.

— Вчера состоялось заседание товарищеского суда по месту жительства. Пенсионеры, основная его публика, здорово меня пропесочили. Все пытались выяснить, где работаю, и намеревались рассмотрение перенести по месту прежнего проживания. Пришлось соврать, что уже на пенсии, а бывшие соседи могут отнестись без должной строгости, успокоились и продолжили разбирательство. Если бы такой компромат пришел в министерство, меня уволили без выходного пособия. Валерий Михайлович, спасибо вам еще раз. До свидания.

— Всего вам хорошего, Николай Иванович, думаю, что больше с вами не встретимся при подобных обстоятельствах.

— Никогда. Этот урок послужил мне на всю оставшуюся жизнь.

Сейчас к скомпрометировавшим себя чиновникам отношение гораздо лояльнее, чем было раньше. Немудрено, что коррупция приобрела системный характер.

В это время Нещадимов учился в торговом институте на вечернем отделении. Весной, во время сессии, он случайно увидел очень симпатичную девушку. Была она стройная, с правильными красивыми чертами лица, голубыми глазами, прямым лбом и светло-русыми волосами. Среди других студенток выглядела весьма эффектно, как алый мак на фоне полевых цветов. Или бабочка-адмирал бордового цвета в окружении белых капустниц. Дамы с такими внешними данными часто появляются в рекламных роликах и на обложках модельных журналов. В суете экзаменационной сессии он ее больше не встречал и не знал, на каком курсе и факультете она учится.

Однажды вечером после занятий в раздевалку, где Нещадимов в это время одевался со своим однокурсником, с визгом буквально влетела группа студенток. Среди них он увидел эту девушку. Пытаясь как-то ненавязчиво завести разговор, сказал:

— Вот сразу чувствуется, что вы с первого курса.

— А как вы догадались? — спросила она.

— По радостному визгу. Только первокурсники так радуются окончанию занятий.

Девушки быстро оделись и убежали. Нещадимов вместе с приятелем пошли на железнодорожную платформу. Институт располагался недалеко от МКАД в северном направлении. В электричке они неожиданно оказались рядом с первокурсницами. Голубоглазая девушка тоже была среди них. Вдруг она повернулась в его сторону.

— Вот вы под руку сказали, что мы громко кричали в раздевалке, и я, когда шла с подругами к платформе, поскользнулась и упала в лужу.

Нещадимов увидел, что у нее пальто действительно было мокрое.

— Поверьте, я меньше всего хотел вашего падения в лужу.

В этот момент подруги отвлекли ее, и продолжить разговор у него не получилось. Через несколько минут электричка прибыла к вокзалу, и все вышли из вагона. В толпе он неожиданно потерял ее из виду. Сбежав в метро по эскалатору, увидел на платформе голубоглазую девушку и подошел к ней. Они познакомились, и Нещадимов проводил ее домой. Случайная встреча стала судьбоносной для них обоих.

Группировки, занимавшиеся валютными преступлениями, имели сложное структурное построение с разделением функциональных обязанностей. Некоторые члены подобных формирований были вооружены огнестрельным оружием. В процессе скупки валюты у иностранных туристов вели контрнаблюдение. Располагали разветвленными связями с туристическими организациями, пунктами обмена валют, администрацией гостиниц, где останавливались иностранцы, продавцами сети магазинов «Березка». Гиды сообщали «валютчикам», когда и где будут проводиться экскурсии с группами туристов. Для этой публики в основном интерес представляли граждане Западной Европы, США. С японцам старались не связываться по причине традиционной правопослушности.

Официальный курс доллара США в Советском Союзе составлял 65–75 копеек. Наибольший интерес для фарцовщиков представляли доллары, фунты стерлингов, немецкие марки. К примеру, доллары они скупали из расчета один к двум с половиной — трем рублям. Поэтому иностранцам было выгодно продавать валюту нелегально. Затем сбывали ее в основном через туристические агентства гражданам, выезжающим за границу либо желающим приобрести импортные вещи в магазинах «Березка» по цене один доллар США за пять рублей. По информации работников гостиниц, «валютчики» приходили в номера, где проживали состоятельные граждане США, Англии, Франции, Италии, и покупали валюту, как правило, в крупных суммах.

Для усиления борьбы с данными правонарушениями в структуре МУР ГУВД города Москвы, а затем и в управлении уголовного розыска Ленинграда создается спецслужба. Чаще всего фарцовщики скупали валюту у иностранных граждан, прибывавших большими группами в места осмотра достопримечательностей. Оперативники в основном старались задерживать подозреваемых в момент ее приобретения.

В целях обеспечения своей безопасности они осуществляли контрнаблюдение за происходящей ситуацией. Чтобы избежать задержания с поличным, в карманах делали дырки. При этом руку с зажатой в кулаке валютой держали в кармане. Если к фарцовщику подходили оперативники или люди, вызывающие у него какое-либо сомнение, он разжимал кулак, и доллары либо фунты или марки падали на землю. Доказать причастность подозреваемого к выброшенной валюте было практически невозможно. В таких случаях составлялись соответствующие протоколы, и иностранные денежные средства как бесхозные сдавались в доход государства.

Иногда со стороны отдельных сотрудников в подобных ситуациях допускались злоупотребления. Найденная таким образом валюта могла не в полной сумме сдаваться в бухгалтерию управления либо вообще не сдаваться. В основном по причине отсутствия учета данной работы как показателя оценки деятельности оперативников. В то же время для составления необходимых документов требовалась определенная затрата времени. При обнаружении у фарцовщиков небольшой суммы, не подпадающей под уголовную ответственность, если кто-либо произносил фразу «давайте разойдемся красиво» и противоположная сторона не возражала, валюта изымалась без оформления протоколов. Однако не было установлено ни одного факта коррумпированных связей фарцовщиков с работниками правоохранительных органов. В этом и заключается одно из основных отличий ранее действовавших преступных группировок от появившихся впоследствии организованных формирований.

Лица, занимавшиеся спекуляцией промышленными товарами чаще всего иностранного производства, имели связи с работниками торговых сетей, спортсменами, артистами, часто бывавшими за границей, гражданами, работавшими за рубежом. Артисты цирков, выезжавшие на гастроли в зарубежные страны со своим хозяйством на грузовых автомобилях, купленные вещи прятали между двойными стенками бортов прицепов и перевозили через границу. Спекулянты данную категорию граждан встречали в аэропортах, вокзалах, на таможенных постах и сопровождали до места прибытия, где скупали товары, в том числе ранее заказанные. Другие участники группировок осуществляли продажу купленных вещей чаще всего около комиссионных, валютных магазинов, в гостиницах. Цена на товары у спекулянтов, как правило, превышала в два-три раза реальную их стоимость.

Советским гражданам, работавшим за границей, платили зарплату чеками Внешпосылторга (ВПТ), за которые в сети фирменных магазинов «Березка» можно было купить импортные товары. Спекулянты скупали чеки ВПТ один к двум — двум с половиной рублям и на них приобретали различные товары для перепродажи по завышенным ценам. Особым спросом пользовалась импортная радиоаппаратура.

С целью повышения эффективности противодействия спекуляции, приобретавшей масштабный характер, в феврале 1981 года в Уголовный кодекс РСФСР вводится статья 156-3 — нарушение правил торговли. Она предусматривала за продажу товара со складов, из подсобных помещений предприятий торговли, наказание в виде лишения свободы сроком до одного года. За подобные действия, совершенные в крупных или особо крупных размерах, наказание было более суровым. Виновный мог лишиться свободы до десяти лет с конфискацией имущества. Принятая правовая норма перекрыла возможности спекулянтам скупать товары, минуя торговую сеть, через склады и подсобные помещения.

Однако эта публика сразу переориентировалась и начала действовать по-другому. Через работников торговли узнавали о продаже дефицитного товара, заранее подъезжали к таким магазинам, занимали в числе первых очередь, а затем скупали его по возможности в больших количествах.

В то время в Москве повышенным спросом стала пользоваться импортная видеотехника, которая реализовывалась в основном через сеть специализированных магазинов. Директор универмага «Березка», расположенного на Сиреневом бульваре, осуществлявшего торговлю на чеки ВПТ, сообщил Нещадимову, курировавшему торговые предприятия этой фирмы:

— Валерий Михайлович, добрый день. Это Степанкович из «Березки».

— Здравствуйте, Борис Маркович.

— Нам завезли большую партию различной радиоаппаратуры японского производства, и в субботу утром начнется реализация. Вы приедете?

— Пока не знаю. Но, скорее всего, что нет.

— Если приедете заходите ко мне, я буду с утра на работе. До свидания.

— Всего хорошего.

За полчаса до начала торговли группа оперативников управления БХСС Москвы прибыла на место. Оставив машины на некотором расстоянии от универмага, сотрудники, изображая гуляющих людей, направились в сторону «Березки». Еще издали они увидели перед входом в магазин очередь примерно из сорока человек. В толпе трудно было разобрать, кто из присутствующих спекулянт, а кто обычный покупатель. По опыту оперативники знали, что в числе первой десятки, как и положено, находились их клиенты. В отличие от других граждан они покупали каждый вид аппаратуры, пользующейся наибольшим спросом, по максимуму. То есть по два экземпляра. Затем некоторые из них снова становились в ранее занятую очередь. За взятки заведующий секцией знакомым перекупщикам продавал аппаратуру свыше установленной нормы.

Когда открылся универмаг, заблаговременно прибывшие сотрудники седьмой службы начали проводить негласную фотосъемку процесса скупки товара первой десяткой покупателей. По причине соблюдения конспирации оперативники, как правило, поддерживают связь только с бригадиром разведчиков. При этом весьма редко знают в лицо сотрудников, осуществляющих скрытое наблюдение.

Высоким уровнем профессиональных качеств разведчика обладала одна из сотрудниц службы, работавшая в этот день. Было ей около сорока лет, одевалась она всегда неброско, даже простовато. Всем своим видом давала понять окружающим, что ее внимание сосредоточено не на интересующем объекте, в данном случае — ажиотаже вокруг радиоаппаратуры, а на ассортименте товаров магазина либо чем-то другом. Движения ее были спокойными, как бы усталыми. Никакого подозрения о причастности к спецслужбе она не вызывала. Со стороны казалось, что дама случайно зашла в магазин и разглядывает товары, не обращая никакого внимания на происходящее. Тем временем она мастерски вела скрытое фотографирование объектов, представляющих оперативный интерес, двумя фотоаппаратами. Один, как обычно, у женщин-разведчиц находился в сумочке, второй был замаскирован под пряжку пояса на платье.

Примерно через три часа работы напарник спросил у Нещадимова:

— А что, «седьмой флот» уже закончил свою работу?

— Да нет, еще продолжает трудиться.

И он кивком головы показал на даму, безучастно стоявшую с безразличным видом рядом с толпой.

— Кончай прикалывать. Она просто зашла сюда поглазеть, увидев очередь на входе.

После окончания мероприятия в кабинете напарник все же вернулся к этому вопросу.

— Валерий Михайлович, та дама, которую ты мне показывал, была действительно из «наружки»?

— Да.

— Ну надо же так прикидываться, никогда бы не подумал.

В настоящее время используемая специальная техника не сравнима с ранее имевшейся на вооружении у оперативных служб, но человеческий фактор все же остается наиболее приоритетным.

Купленную аппаратуру спекулянты складывали в скоростные по тем временам автомобили марки «ВАЗ-2103» либо «ВАЗ-2106», стоявшие неподалеку во дворах домов. У сотрудников УБХСС служебный автотранспорт был менее скоростным, в основном новые «ВАЗ-2111» преимущественно василькового цвета. О специфической цветной гамме знали даже некоторые спекулянты. После загрузки очередной автомашины аппаратурой она выезжала на улицу и сливалась с потоком машин. Через 300–400 метров за ней пристраивался экипаж службы скрытого наблюдения и без проблем доводил до адреса. На спецавтомобилях стояли форсированные двигатели и по два бензобака, так что скрыться от них было практически невозможно. У лиц, осуществлявших контрнаблюдение за отъезжавшими машинам с аппаратурой, пока работала «наружка», никаких подозрений не возникало.

Когда спекулянты в очередной раз загрузили радиоаппаратуру в автомашину и она выехала со двора, все экипажи наружного наблюдения разъехались, и пришлось за ней посылать служебный транспорт василькового цвета. Чтобы не упустить из виду, оперативники выехали за ней почти сразу. Молодой человек, осуществлявший контрнаблюдение, заметил слежку и стал по рации связываться с уехавшим сообщником. Но тот его скорее всего не слышал. Тогда он, рискуя попасть под колеса проезжавших автомобилей, остановил попутную машину, что-то сказал водителю, и они на большой скорости уехали за ним. Инициатор проведения операции по рации сообщил опергруппе:

— Второй — двадцать первому. Будьте предельно внимательны. За вами выехал пассажир. В случае беспокойства объекта возвращайтесь на базу.

— Двадцать первый — второму. Понял.

У преступников еще не было таких мощных раций, как у оперативников. Прибыв в управление, сотрудники, преследовавшие спекулянта, сообщили, что он дважды проезжал на красный свет, а затем проверялся, не поехал ли кто за ним. Оперативники, зная примерный маршрут его следования, не нарушая правил, держались от объекта на безопасном расстоянии и дважды его догоняли, не вызывая подозрения. Затем по указанию инициатора разработки прекратили наблюдение. К этому времени многие адреса складирования радиоаппаратуры уже были установлены.

В бытность Советского Союза за спекуляцию людей отправляли в места не столь отдаленные от Заполярного круга, а сейчас это называется бизнесом. Тем не менее здесь не все так просто, как может казаться, поскольку прослеживается явное стяжательство за счет ущемления интересов других граждан, в том числе производителей продукции. Можно понять, когда прибыль от подобных действий составляет 25–30 %, но когда она превышает несколько сотен процентов, такой дикий бизнес подрывает экономику страны и опустошает кошельки граждан. Здесь налицо монополия и картельный сговор.

Достаточно привести один яркий пример: до мирового финансового кризиса в 2008 году у некоторых строительных организаций, работавших в московском регионе, прибыль достигала более 300 %. В условиях рыночной экономики было бы противоестественно вводить уголовную ответственность за подобный «бизнес». Однако в переходный период ограничительные меры, определенная предельно допустимая планка повышения цен хотя бы на ряд товаров и в первую очередь на детские, должны иметь место. Такой порядок регулирования цен на отдельные товары существует во многих цивилизованных странах.

В тот период в организованных формированиях стали происходить качественные структурные изменения, которых раньше не было. Совершаемые ими преступления все чаще начали приобретать межрегиональный и межотраслевой характер. Наметилась тенденция консолидации общеуголовных элементов с дельцами теневой экономики. Наибольшее распространение получили организованные экономические преступления.

Весной, в середине 1980-х годов, третьим отделом управления БХСС города Москвы (направление деятельности — промышленная торговля и легкая промышленность) проводилась оперативная разработка преступной группировки, состоявшей из работников универмага «Березка», расположенного в гостинице «Россия». В результате которой было установлено, что заведующие торговыми отделами, их заместители, администраторы, кассиры и продавцы при помощи хитро придуманных операций в ущерб государственным интересам присваивали иностранную валюту. По оперативным данным, часть валюты заведующие отделами передавали директору универмага Зиминой Маргарите Васильевне по прозвищу Марго.

Руководство третьего отдела приняло решение начать реализацию полученных материалов с задержания всей смены работников универмага «Березка» после его закрытия. При этом возник вопрос о выборе дня проведения масштабной операции, от которого во многом зависел успех запланированного мероприятия. Одни предлагали начать ее в пятницу. Другие — в начале недели, дабы до выходных успеть завершить все неотложные следственные действия.

Выбрать нужный день помог его величество случай. Нещадимову, инициатору разработки, стало известно, что в ближайшее время управление «Росинвалютторга» планирует проведение проверки универмага. Как правило, перед такого рода мероприятиями любая проверяемая сторона старается навести порядок на рабочих местах, убрать все лишние документы, предметы, которые могут быть обнаружены проверяющими. Сотрудники УБХСС решили воспользоваться представившейся возможностью и операцию начать накануне проверки.

Спустя три дня, в теплый майский день, на Петровку, 38, прибыли два туристических автобуса с двадцатью пятью внештатными сотрудниками. Среди них находились и симпатичные девушки, которые своим видом отвлекали внимание некоторых морально неустойчивых сотрудников. С прибывшими молодыми людьми и оперативными сотрудниками Нещадимов провел инструктаж в присутствии начальника отдела Юрия Павловича Колесова по прозвищу Колесо, внешне похожего на актера Каневского, на котором подчеркнул:

— Торговый люд, к сожалению, как показала практика, имеет низкий уровень воспитания, и от них можно ожидать всяких нежелательных эксцессов. Поэтому в ходе мероприятий будьте предельно внимательны.

На что Колесов, скорее всего для присутствующих гражданских лиц, глубокомысленно заметил:

— Не все работники торговли маловоспитанные, многие из них порядочные, воспитанные люди.

Раньше, как правило, в день проведения операций не принимались строгие меры конспирации, считалось излишним занятием. Но впоследствии выяснилось, что напрасно пренебрегали требованиями предосторожности.

В восемнадцать часов пятнадцать оперативных сотрудников третьего и других отделов управления БХСС вместе с внештатными сотрудниками выехали к гостинице «Россия». В настоящее время ее и в помине нет. Сейчас на этой территории располагается ландшафтный парк «Зарядье». Через двадцать минут вся бригада уже находилась недалеко от универмага «Березка». Один автобус поставили внизу при спуске на набережную, около кинотеатра «Зарядье», рядом с остановкой городского транспорта. Второй — недалеко от дороги, ведущей к метро. Оперативники вместе с представителями общественности перекрыли возможные маршруты движения из универмага. Все группы обеспечили современными рациями немецкого производства. Мобильных телефонов в то время еще не существовало.

К девятнадцати часам участники операции были расставлены по местам и стали ждать выхода работников из магазина. Две группы, в составе которых для пущей маскировки находились и три девушки, изображавшие из себя праздношатающихся, слившись с прогуливающимися парочками, вели визуальное наблюдение за людьми, выходившими из универмага.

Как часто бывает в подобных случаях, основной фигурант по причине беспечности стражей порядка обходит ненароком все расставленные «барьеры». Так произошло и на этот раз. Оперативники рассчитывали, что работники торговли начнут выходить из магазина только после окончания рабочего дня, то есть после двадцати часов. Поэтому не обратили внимания на хорошо одетую даму бальзаковского возраста, хотя и не похожую на покупательницу, которая вышла из «Березки» до ее закрытия. У женщины с собой находились небольшая сумка и пакет. Она села в ожидавшее ее такси и быстро уехала. Останавливать машину никто не пытался, поскольку группа, перекрывавшая данное направление, не получила от наблюдавших сигнал на задержание.

Как потом выяснилось, это была одна из основных соучастниц преступлений, заведующая ювелирным отделом. Но самое главное заключалось в том, что она даже не подозревала о проводимой операции. Сейчас бы такая случайность, говоря киношным языком, рассматривалась не иначе как появление в отделе «крота». На самом деле причина была самая банальная: дама, ни о чем не догадываясь, попросту ушла раньше домой. Впоследствии возникшее непредвиденное обстоятельство создало много проблем и могло негативно сказаться на всей проводимой операции.

Спустя примерно час от групп, осуществлявших наблюдение за универмагом, по рации стала поступать информация:

— Второй — четвертому. Две девушки вышли из «Березки» и идут в твою сторону. Одна одета в синие джинсы и светлую кофту, вторая в голубом платье, задерживайте.

— Понял.

— Первый — третьему. В вашу сторону идет дама в серой юбке и светлой кофте с темной сумкой, берите.

— Возьмем непременно.

— Второй — пятому. В вашу сторону движется такси «Волга» серого цвета, номер не вижу. В ней три женщины, которые вышли из универмага. Одна в красной кофте, вторая в белой, третья… они отъезжают. Останавливайте такси и пассажиров задерживайте.

— Понял.

Задержания происходили в отдалении от «Березки» с таким расчетом, чтобы выходившие работники универмага небольшими группами и по одному не могли видеть, как их коллег останавливают люди в штатской одежде и сажают в рядом стоящие автобусы. Если это не удавалось сделать, то задерживали сразу по две-три небольшие группы с целью исключения возможности предупреждения работников торговли, остававшихся в универмаге. Через полчаса в автобусах под присмотром находились двадцать пять работников универмага. С каждым из них рядом сидел оперативник или внештатный сотрудник. Предпоследней из магазина вышла симпатичная девушка, которую ожидал молодой человек.

В рации послышалось:

— Первый — третьему. Задержите даму в короткой синей джинсовой юбке, идет в сторону метро с молодым человеком, одетым в серые брюки и светлую футболку. Берите обоих. Парню скажите, что через полчаса его отпустят, пусть не сильно возмущается.

Последней из универмага, закрыв двери на замок, вышла администратор магазина, достойная дама на вид сорока пяти лет.

— Первый — четвертому. Снимаемся с вахты, идем за дамой бальзаковского возраста, сейчас приведем ее к вам.

В это время некоторые, сидевшие в автобусах работники «Березки», начали возмущаться по поводу их задержания. Нещадимов обратился к ним:

— Не волнуйтесь, это формальное мероприятие. Сейчас мы поедем на Петровку, 38, и через час-полтора всех отпустим.

Они успокоились. Подойдя к служебной машине, Нещадимов увидел в салоне симпатичную девушку, которую задержали с молодым человеком. Вокруг нее, как мухи, увивались два больших любителя женского пола.

— Андрей, почему дама не в автобусе и без присмотра? Что за вольные беседы вы невовремя устроили? — спросил он у оперативников.

— Нам ведь нужны будут общественники, вот ее и можно задействовать. Она, по всей видимости, кажется, не при делах, — ответил Андрей.

К такому поведению этих бездельников сподвигло отсутствие у молодой продавщицы сумочки, где могла находиться валюта. На использование дамы в качестве представителя общественности разрешения от старшего группы они не получили. Как потом выяснилось, доллары она прятала в нижнем белье, поэтому чувствовала себя уверенно.

После того как вся смена работников универмага вместе с оперативниками и внештатными сотрудниками, наблюдавшими за «подопечными», расселась по местам, автобусы направились в управление. В процессе следования Нещадимов обратил внимание на администратора универмага и еще одну женщину Как потом выяснилось, это была заместитель заведующей продовольственным отделом. Они вели себя как-то беспокойно, постоянно нагибались, вертелись из стороны в сторону, толкали локтями рядом сидевших внештатных сотрудников. По их поведению и внешнему виду нетрудно было догадаться, что они скорее всего поняли, зачем их везут на Петровку. Другие, менее искушенные в валютных делах, сидели спокойно и скорее всего не предполагали, какие неожиданности им уготовила судьба.

Прибыв к корпусу, в котором находилось управление БХСС, работники «Березки» стали выходить из автобусов строго по порядку, в сопровождении оперативников или внештатных сотрудников. На шестом этаже их разместили в разные кабинеты, некоторые расположились в коридоре под наблюдением. К неподдельному удивлению оперативников, при осмотре опустевших автобусов под сиденьями в двух местах были обнаружены доллары. Как раз на тех, на которых сидели заместитель заведующей отделом и администратор, то есть самые матерые жулики. Они сразу сообразили что к чему и выбросили валюту. Где располагалась администратор, обнаружили 95 долларов. Под другим сиденьем находилось 150 долларов.

По нынешним меркам, незначительные суммы. Но в то время, для возбуждения уголовного дела по статье 88 достаточно было незаконно приобрести 27–28 долларов США. С помощью представителей общественности установили, кто сидел на этих местах, и составили соответствующие протоколы.

В служебных кабинетах в процессе досмотра в присутствии понятых у 22 из 27 задержанных оперативники обнаружили валюту. У четырнадцати из них сумма превышала тридцать долларов, что соответствовало признакам состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом. У восьмерых работников «Березки» изъяли менее 25 долларов, и они подпадали под административную ответственность. Только у пятерых немолодых продавцов валюты при себе не было. В общей сложности сотрудники БХСС изъяли около двух тысяч долларов. Сумма небольшая, но если учесть, что ее получили незаконным путем в течение одной-двух смен работы универмага, фактические объемы вырисовывались немаленькие даже по нынешним временам.

Распределив оперативников для проведения в отношении доставленных дальнейших процессуальных действий, Нещадимов как инициатор оперативного дела выбрал себе тех, у которых обнаружили крупные суммы валюты. В процессе опросов, все как сговорились, рассказывали похожие истории. Кассиры упорно твердили, что доллары нашли на полу возле кассы. Продавцы рассказывали о неожиданных находках в отделах, возле прилавков. Администратор, у которой после сброса валюты в автобусе обнаружили 23 доллара, также случайно их нашла возле администраторской стойки в торговом зале и собиралась утром передать руководству для оприходования как находку. Заместитель заведующей продовольственным отделом Раиля Сабирова, хитрая по природе, у которой было всего двадцать долларов, заявила:

— Валюту нашла на полу около витрины с винно-водочными изделиями и готова показать это место.

Чувствовалась многолетняя подготовка на случай задержания правоохранительными органами. Время шло, наступила полночь. Заканчивался срок административного содержания доставленных граждан, а правдивых показаний ни от кого так и не было получено, несмотря на все старания и использование оперативных премудростей для убеждения подозреваемых. С целью как-то расположить работников «Березки» к откровенным разговорам сотрудники угощали их бутербродами, чаем, растворимым кофе, конфетами. После скромной трапезы настроение у них поднималось, но откровенничать не спешили.

В это время руководители отдела и управления хотя и не находились в здании, но постоянно были на телефонной связи и торопили с получением доказательств. В случае несвоевременного возбуждения уголовного дела по факту задержания всей смены работников одного из крупнейших универмагов «Березка», не говоря о худшей ситуации, вся ответственность в первую очередь ложилась на Нещадимова как инициатора разработки и его группу. Затем на начальника отделения Вишнякова и на руководство отдела. У оперативников стала проявляться нервозность.

Создалась, по сути, патовая ситуация. С одной стороны, у работников торгового предприятия «Березка» обнаружены большие суммы валюты. С другой — согласно их показаниям, все доллары ими были не иначе как найдены, а подобные действия не подпадали под уголовную статью. В этот момент Вишнякову позвонил начальник отдела:

— Владимир Семенович, ну что, удалось получить от кого-нибудь правдивые показания?

— Пока нет. Работаем.

— Если до часу ночи не будут получены доказательства незаконного получения валюты, составьте административные протоколы и всех на служебном автобусе и дежурных машинах развезите по домам.

Что бы сейчас ни говорили недоброжелатели, а законность в Советском Союзе в тот период времени, во всяком случае органами внутренних дел, соблюдалась.

В процессе опросов оперативники пытались убедить работников торговли в абсурдности выдвинутой ими версии о массовых находках всей сменой в один день потерянной иностранцами валюты. Создавалось впечатление, что в этот день «Березку» посещали исключительно рассеянные иностранные туристы, которые то и дело теряли доллары. Однако ничего не помогало.

Сотрудники УБХСС понимали, что стоит только расколоть одну из продавщиц и узнать настоящую схему незаконного приобретения валюты, как большинство из них «поплывет». Нещадимов решил поговорить с Татьяной Васильковой, немолодой продавщицей из продовольственного отдела, у которой не было валюты. Из-за своей честности или по причине правопослушности либо из боязни она не принимала участия в незаконных сделках. При этом неодобрительно относилась к происходившим нарушениям в универмаге. В доверительной беседе Василькова только слегка приоткрыла завесу над совершаемыми махинациями с валютой, поскольку не была включена в эту схему и не могла знать всех подробностей, но о многом догадывалась и поделилась своими соображениями.

Проанализировав полученную информацию, оперативники решили использовать ее в процессе дальнейшей работы. По мнению Васильковой, вывести на откровенные разговоры заведующих отделами, их заместителей или администратора было нереально. Поэтому выбор пал на четырех молодых продавщиц, еще не искушенных в такого рода противоправных делах.

В процессе проводимых бесед сотрудники давали понять, что способы совершаемых махинаций им стали известны. Однако на самом деле они их не знали, а разговоры без конкретики не достигали цели. Для дальнейшего общения из четверых выбрали двух, наиболее лояльно настроенных, и стали угощать их кофе, бутербродами, предпринимая попытки вести откровенные разговоры. В результате все же удалось получить хотя и слабую, но конкретную информацию в отношении заведующих продовольственным и ювелирным отделами.

К этому моменту оперуполномоченный Игорь Ивлев при досмотре сумки, принадлежащей заместителю заведующей продовольственным отделом, обратил внимание на небольшой свернутый лист бумаги. На всякий случай он взял его и развернул. В нем содержался, по сути дела, весь расклад, кому и сколько передано долларов. «Света — 115 дол., Лена — 46 дол., Валентина Сергеевна — 175 дол., Катя — 75 дол., Лера — 80 дол., Зина — 35 дол., мне — 150 дол.».

— Раиля, это ваша записка? — спросил Игорь

— Нет, не моя.

В это время зашел Нещадимов. Игорь показал ему обнаруженный листок. Он мельком посмотрел на него и все понял. «Имея такой аргумент, будет легко разрушить выдвинутую легенду о массовой находке валюты, стоит только показать эти записи колеблющимся продавцам, и они расколятся», — подумал он. Но на самом деле оказалось не так все просто.

— Раиля, что означают указанные здесь имена, цифры и кто их писал? — спросил Нещадимов.

— Этот листок не мой. Я его вижу впервые.

— Если не ваш, как он мог оказаться в вашей сумке?

— Может, его подбросили ваши сотрудники.

— Но сумка в пути следования и здесь, в управлении, находилась при вас, и ее никто не изымал. Каким образом мы могли в нее что-то подложить?

— Значит, это сделал кто-либо из продавцов отдела.

— С указанными в нем именами в вашем отделе работают продавцы, а заведующую зовут не иначе как Валентина Сергеевна. Так что означают указанные суммы долларов напротив имен? И слова «мне 150 долларов»? Это кому?

— Записку я не писала и что означают содержащиеся в ней записи, не знаю.

— Раиля, мы проведем почерковедческую экспертизу и установим, ваш это почерк или нет.

— Проводите, я ничего не писала.

Тем временем около часа ночи наступил кульминационный момент. Одна из молодых продавщиц, у которой в процессе досмотра нашли пятьдесят долларов, согласилась рассказать о способах получения иностранной валюты по своему отделу в обмен на изменение в протоколе указанной суммы на двадцать долларов. Оперативники, оценив ситуацию, согласились на ее предложение и взамен получили информацию о совершаемых правонарушениях в продовольственном отделе. Только после этого момента лед тронулся. Еще две продавщицы, у которых было обнаружено менее 25 долларов, дали показания, раскрывающие способы незаконного присвоения валюты в отделах, где они работали. Настроение у сотрудников, в особенности группы Нещадимова, сразу поднялось.

Из следственного управления вызвали дежурного следователя. Прибыл капитан юстиции Гайдуков с украинским акцентом. Со скептическим многозначительным видом в течение часа он не спеша изучал полученные материалы, лениво опрашивал некоторых работников «Березки», но уголовное дело возбуждать не спешил. Время шло, а уголовное дело так и не было возбуждено. Нещадимов, в присутствии начальника отделения Вишнякова, не скрывая своего раздражения, спросил у следователя:

— Сергей, что мешает тебе возбудить уголовное дело?

— Не вижу достаточных оснований.

— А валюта, превышающая в несколько раз минимальную сумму, подпадающую под уголовную ответственность, найденная почти у всей смены универмага, это тебе не аргумент?

— В материалах нет ни одного признательного показания от работников торговли, у которых обнаружено более тридцати долларов. Как вам известно, найденная валюта в любых суммах не подпадает под уголовную ответственность. В этом и заключается вся проблема.

— Ты сам когда-нибудь находил хотя бы один доллар? Уверен, что нет, а почему практически вся смена магазина, торгующего на иностранную валюту, за один день нашла около двух тысяч долларов?

— Если будет получено хотя бы одно признательное показание от продавцов, у которых обнаружено более тридцати долларов, уголовное дело будет незамедлительно возбуждено.

В разговор включился Вишняков:

— Задержаны с поличным работники «Березки». Установлена примерная схема незаконного получения валюты. Изъята записка, в которой указаны имена продавцов отдела и напротив каждого значится конкретная сумма долларов. Эти аргументы напрочь разбивают придуманную пресловутую легенду о найденной валюте.

— Все равно я пока не вижу достаточных оснований для возбуждения уголовного дела.

— Ты их и не увидишь, если не захочешь, — сказал он.

Посовещавшись, сотрудники пришли к мнению, что причиной такого поведения следователя явилось не отсутствие оснований для возбуждения уголовного дела, а банальное нежелание после дежурства принимать его к своему производству и проводить кропотливое расследование. Поэтому стали думать, кому из руководства в начале третьего часа ночи лучше всего доложить о сложившейся непростой ситуации. В ночное время проще было позвонить заместителю начальника отдела или начальнику. Но оперативники предположили, что они не смогут решить данный вопрос, а обращаться в это время к руководству управления, навлекая на себя гнев разбуженного начальника, попросту не захотят. В случае если начальник отдела сразу не решится звонить руководству управления, тянуть до утра с возбуждением уголовного дела станет весьма проблематично.

В итоге пришли к выводу, что лучше всего самим сейчас позвонить заместителю руководителя УБХСС подполковнику Саранцеву, который раньше работал начальником отдела в следственном управлении. Он был в курсе проводимой операции.

— Володя, придется тебе звонить Саранцеву, другого варианта нет. С маленького начальника и спрос небольшой, — сказал Нещадимов.

— Вот ты и звони.

— Для ночного разговора с боссом я слишком мелкая фигура, а ты на эту роль больше подходишь. Давай прикинем, что тебе может грозить. В худшем случае отматюгает по телефону, но он как интеллигентный человек, думаю, до этого не опустится. В лучшем — решит нашу проблему. Так что звони, мы будем рядом. Поддержим морально.

Вишняков согласился с убедительными доводами коллег и набрал домашний номер телефона Саранцева. На звонок долго никто не отвечал. Надежда у сотрудников, находившихся рядом с начальником отделения, стала таять на глазах. Он уже хотел положить трубку, но как раз в этот момент послышался мужской заспанный, раздраженный голос:

— Слушаю.

Все затаив дыхание прильнули к трубке телефона.

— Извините, Александр Петрович, за поздний звонок. Вас беспокоит начальник отделения третьего отдела Вишняков по вопросу возбуждения уголовного дела по результатам проводимой операции.

— Скорее он ранний, чем поздний. Почему звонишь мне ты, а не начальник отдела? Что случилось?

— Практически на пустом месте возникла проблема с возбуждением уголовного дела дежурным следователем следственного управления Гайдуковым.

— Немудрено, что такая проблема возникла именно с этим следователем. Пусть мне позвонит твой начальник.

— Александр Петрович, без вас Колесов сейчас все равно ничего не решит, только время потеряем.

— Какая, ты говоришь, сумма валюты обнаружена у работников «Березки»?

— Около двух тысяч долларов.

— Хорошо. Постараюсь что-нибудь сделать. Вишняков, за компанию все же разбуди своего шефа.

— Понял, Александр Петрович, сделаем.

Однако, чтобы не выслушивать довольно нелестные аргументы Колесова, Владимир будить его до утра не стал. Через тридцать минут в управление приехал следователь, старший лейтенант Олег Капур, уроженец Белоруссии. По виду инициативный человек. Увидев Олега, Гайдуков отвел его в сторону и что-то долго объяснял. Тот в ответ кивал головой, по всему видимому соглашаясь с ним.

Познакомившись с материалами и опросив трех работников «Березки», Капур в течение часа возбудил уголовное дело по статье 88 и приступил к проведению допросов, в процессе которых одна продавщица продовольственного отдела, увидев листок со своим именем и указанной в ней суммой восемьдесят долларов, дала правдивые показания о валютных махинациях в отделе. Затем кассир и продавец ювелирной секции рассказали о том, как на самом деле работники универмага незаконно получают валюту. К тому времени многие задержанные еще не признались в содеянном, но преступная схема была установлена. Смысл ее заключался в следующем.

Работники «Березки» покупали в магазинах за рубли товары, аналогичные продаваемым у них в универмаге. Особенно популярными были ювелирные изделия из янтаря, сувениры, в том числе из хохломы, гжели, а также водка, текстильные изделия, мохеровые шарфы, которые в обычных магазинах стоили в два-три раза дешевле. На этот товар, с ведома заведующих отделами, вешали ярлыки с указанием цены в долларах США и выставляли на прилавки. Иногда продавцы об этом не ставили в известность заведующих и проделывали подобные сделки только с участием кассиров, чтобы не делиться валютой с руководством.

В случае когда иностранные покупатели выбирали вместе с другими товарами и купленные за рубли, продавец выписывал два так называемых «мягких чека». В одном указывал наименование подложного товара с ценой, а в углу ставил условное обозначение в виде галочки или буквы В (валюта). В другой вписывались остальные выбранные вещи, продукты. Покупателю вручались копии чеков, и он шел в кассу для оплаты. Кассир, увидев условленный знак, валюту, полученную за этот товар, откладывал отдельно, чтобы потом передать продавцу и получить заранее оговоренное вознаграждение. На чеке ставил вторую галочку или букву «О» (оплачено). При этом указанная в нем сумма через кассовый аппарат не пробивалась. Покупатель после оплаты по обоим чекам шел в отдел и предъявлял их вместе с кассовым чеком, который, как и положено, оставался в секции.

Продавец, сверив чеки, в том числе с пометкой кассира, отдавал покупателю выбранный товар и копии мягких чеков. Он получал платежные документы, в которых значилась полная уплаченная денежная сумма. Все были довольны, поскольку иностранных граждан не обманывали, а наносился ущерб государству, так как подложный товар, купленный за рубли и проданный за иностранную валюту, принадлежал работникам «Березки», и валюта не попадала в бюджет государства, а незаконно присваивалась. Здесь налицо нарушения целого букета статей Уголовного кодекса, но основной из них была серьезная восемьдесят восьмая.

Тем временем Гайдуков продолжал находиться в здании управления и постоянно давал советы молодому следователю по поводу проведения допросов. Спустя примерно час Олег не выдержал:

— Сергей, если хочешь помочь, допроси двух-трех продавцов, у тебя до конца дежурства есть еще время. Если нет, лучше не мешай.

Теперь на Гайдукова никто не обращал внимания, все были заняты конкретной работой. Он понял, что уголовное дело, возбужденное молодым следователем, весьма перспективное, резонансное, и выглядел как побитый пес. Ночью работники «Березки» находились в кабинетах, сидели в коридоре на шестом этаже, накинув на себя шинели, форменные куртки. Некоторые, как привидения, с удрученным видом и наброшенными на плечи шинелями бродили по темным углам коридора. В это время у оперативников кипела работа. Часть объяснений, протоколов досмотров вместе с валютой, которые первоначально концентрировались у инициатора разработки, теперь стопкой лежали на столе у следователя. Он приступил к проведению допросов. Расследование пошло полным ходом.

Нещадимов понимал, что после возбуждения уголовного дела большая половина задержанных работников торговли будет уволена по различным причинам, а ему потребуется информация о ситуации в универмаге как объекте, находящемся в его оперативном обслуживании. Поэтому ему нужно было использовать создавшуюся ситуацию в своих оперативных интересах.

В этой связи для общения он выбрал симпатичную, с огромными синими глазами 34-летнюю Ирину Маркину, старшего продавца ювелирного отдела. В магазине она работала около шести лет, была замужем, имела 12-летнюю дочь. В процессе досмотра оперативники обнаружили у нее в дамской сумке 42 доллара. В протоколе с ее слов значилось, что валюту нашла на полу в торговом зале. Нещадимов пригласил Маркину в кабинет для уточнения полученного объяснения. Как ему показалось, он выбрал правильный «объект».

— Ирина, расскажите, где вы взяли доллары, находившиеся в вашей сумке? — глядя в протокол, спросил он.

— Я уже говорила вашим сотрудникам, нашла.

— В универмаге вы работаете давно и не можете не знать, как продавцы приобретают иностранную валюту?

— Может, кто и занимается незаконными валютными операция, мне об этом ничего не известно. Сама я к ним не имею никакого отношения.

— Послушайте, Ирина, 42 доллара это уже 88-я статья Уголовного кодекса, по которой вам уготовано от трех до восьми лет. В случае сотрудничества со следствием постараемся смягчить наказание. Подумайте о своей дочери-подростке?

— Доллары я нашла, а за найденную иностранную валюту у нас не сажают.

— Поверьте, в ходе следствия будет установлено, что валюта вами и другими тоже приобретена незаконным путем. Сегодня следователь задержит вас на трое суток, а потом арестует, и можете до суда не увидеть своих близких. Судить всю вашу компанию будет скорее всего Кузнецова, судья Пролетарского районного суда, известная своей нелояльностью к различного рода мошенникам, валютчикам, казнокрадам. Так что светит вам по меньшей мере семь лет с конфискацией. Ну как, устраивает вас такая перспектива?

— Мне нечего больше добавить.

Тогда Нещадимов решил попробовать перейти на неформальное обращение.

— Ира, давай поступим так, ты рассказываешь больше о других и меньше о себе. Нас это вполне устроит. Потом, когда все в универмаге успокоится, мне нужно будет знать, что у вас происходит. Сейчас, пока материалы не переданы следователю, я могу переписать протокол досмотра и указать в нем не 42 доллара, а менее 25. Эта сумма не подпадает под уголовную ответственность, и ты, можно сказать, отделаешься легким испугом. Тем более что валюту «нашла». Утром уедешь домой, примешь душ, выпьешь кофейку, ляжешь спать, и плевать на нужду. И другая перспектива — через два-три часа тебя ждет душная, со специфическим тюремным запахом, многонаселенная камера, где нет возможности помыться и отдохнуть. Выбирай.

Ирина, глядя на Нещадимова своими большими синими глазами, гладит его по руке и говорит:

— Валерий Михайлович, все равно стучать не буду.

— Ира, ну что у тебя за лексика времен царской охранки — «стучать», «закладывать»? Я же говорю, мне нужна всего-то конфиденциальная информация о недостойном поведении некоторых недобросовестных работников «Березки», вот и все. Подумай, пока есть шанс.

— Я уже все обдумала.

— Хорошо. Жди приглашения следователя.

После состоявшегося разговора оформленные объяснение, протокол досмотра с долларами он отнес в кабинет, где расположился следователь, и положил в стопку материалов, находившихся у него на столе.

— Олег, в протоколе фигурирует обнаруженная сумма более тридцати долларов, — сказал он.

— Клади, посмотрю.

В это время в кабинет вошли оперативники и принесли еще несколько объяснений, протоколов досмотров и положили сверху на лежавшие на столе подготовленные материалы. Таким образом, бумаги, составленные на Маркину, оказались почти в середине стопки. Впоследствии этот незначительный эпизод сыграл судьбоносную роль в ее жизни.

Около пяти часов утра Ирина постучала в дверь и вошла в кабинет, где кроме Нещадимова находились еще трое сотрудников и администратор универмага.

— Я хочу с вами поговорить, — обратилась она к нему.

— По-моему, мы уже все выяснили? Сейчас я занят. Зайдите чуть позже.

Через минут тридцать, когда из кабинета вышла администратор и Нещадимов остался один, в кабинет заглянула Ирина.

— Вы освободились?

— Да, заходи. Присаживайся.

— Валерий Михайлович, посидев в коридоре, я все еще раз обдумала и пришла к выводу, если меня посадят, муж скучать долго не будет, женится на другой. Дочь, по сути, останется одна в этот сложный возрастной период. Как сложится ее судьба, нетрудно догадаться. Без материнского присмотра может покатиться по наклонной дорожке. Ради нее я согласна на ваше предложение о конфиденциальности отношений. Поможете мне избежать тюрьмы, никогда об этом не забуду. Расскажу очень много для вас интересного.

Теперь у Нещадимова как у оперативника проявился инстинкт недоверия к этой даме. «Посидев в коридоре и пообщавшись со своими подругами, она скорее всего реально ощутила тюремную перспективу и решила согласиться на сделанное ей прозрачное предложение», — подумал он.

Исходя из практического опыта, знал: чаще всего люди, попадающие в подобные ситуации, во избежание уголовной ответственности, как правило, обещают все что угодно. Но как только такая угроза перестает существовать, они чаще всего забывают о всех данных обещаниях, о конфиденциальных отношениях.

— Ира, ты, к сожалению, опоздала со своим решением, все материалы лежат на столе у следователя. Он скоро тебя вызовет на допрос. Я уже ничего сделать не смогу, как говорится в таких случаях, поезд ушел, — сказал Валерий.

У нее из глаз в буквальном смысле брызнули слезы. В эту минуту ему стало по-человечески жалко и эту молодую женщину, и ее дочь, у которой по вине матери может быть сломана судьба. Но, чтобы убедиться в искренности возникшего у Ирины желания, ему следовало от нее получить какую-либо информацию, представляющую оперативный интерес. Но времени для проверки уже не оставалось. «Нужно срочно что-то предпринимать, а потом убеждаться в ее откровенности, или будет поздно», — подумал он.

— Ладно, сиди здесь, сейчас пойду к следователю, проясню ситуацию.

В это время Капур допрашивал заведующую сувенирной секцией. Момент был неподходящий, и он вернулся в свой кабинет.

Ирина, не увидев в его руках никаких бумаг, посмотрела на него с безнадежной тоской в глазах.

— Сейчас неподходящий момент. Чуть позже зайду еще раз, — сказал Нещадимов.

— Валерий Михайлович, без протокола хочу поделиться весьма важной для вас информацией.

— Слушаю тебя внимательно.

— Завтра, а вернее, уже сегодня в универмаге будет проводиться проверка «Росинвалютторгом».

— Что здесь такого секретного? Об этом нам давно известно.

— Вчера, не дожидаясь окончания работы, заведующая ювелирным отделом Симонова Марина забрала из магазина и увезла домой на такси янтарные ювелирные изделия, купленные в ГУМе, не менее чем на три тысячи рублей для продажи на валюту после окончания проверки. На всех изделиях уже прикреплены бирки универмага «Березка» с указанием цены в долларах США общей стоимостью более четырех тысяч.

— Тебе известно, где она живет?

— Где-то на Ленинском проспекте, в районе метро «Шаболовская».

Полученную информацию он решил как-то использовать, чтобы забрать материалы на Маркину. В это время следователь заканчивал допрос кассира, которая дала признательные показания. К нему в кабинет постоянно заходили оперативники по различным вопросами и отвлекали его. Этой ситуацией Нещадимов и попытался воспользоваться. Однако, кроме оперативников, у него на допросе постоянно находился кто-либо из «Березки». При посторонних, тем более в присутствии подозреваемых, вести какие-либо служебные разговоры было запрещено. Поэтому забрать протоколы в тот момент не представлялось возможным. Когда закончился допрос кассира и она вышла из кабинета, там оставались еще два сотрудника, выяснявшие у Капура какие-то детали. По сути дела, для него представился шанс, и он как профессионал не преминул им воспользоваться с целью решения своих служебных задач.

— Олег, чтобы ускорить затянувшийся процесс, пусть оперативники показания, полученные в ходе опросов, начнут оформлять на бланках протоколов допроса, а неопрошенных сразу допрашивают.

— Хорошо, только скажи им, чтобы не заполняли верхнюю часть бланков, я сам потом заполню. Руководителей секций и тех, у кого найдены крупные суммы валюты, сам допрошу.

Сообщив в общих чертах о полученной информации на Симонову, Нещадимов под предлогом оформления протокола допроса стал искать у него на столе в стопке бумаг материалы на Маркину. Они уже лежали вторыми сверху. Это означало, что через двадцать, максимум тридцать минут следователь должен был вызвать ее на допрос.

— Когда планируете ехать на задержание заведующей ювелирной секции? — спросил Капур.

— Через час, сейчас рано.

— Если возникнут проблемы с доставлением Симоновой, сразу сообщите, я подготовлю постановление о приводе.

— Олег, я возьму материалы на Маркину и до отъезда переоформлю объяснение на бланк протокола допроса?

— Хорошо. А сколько долларов у нее найдено при досмотре?

— Где-то долларов восемнадцать-двадцать, точно не помню.

— Валерий Михайлович, ты же, по-моему, говорил, что более тридцати.

— Да нет, это у другой продавщицы.

— Подожди, я сейчас сам быстро посмотрю, — сказал Олег, взяв в руки протокол.

«Ну все, приплыли», — подумал Нещадимов. В этот момент в кабинет вошел Вишняков с оперативником и предложил Капуру задержать на трое суток администратора и заместителя заведующей продовольственным отделом. Олег на минуту отвлекся, переключившись на более важный с ними разговор. Нещадимов понял, что появилась последняя возможность спасти Ирину. Молча взял из его рук оформленные бумаги и пошел к двери. Пока шел, каждую секунду ожидал, что следователь попросит его сейчас уточнить, сколько все же было изъято у Маркиной валюты. Подойдя к двери, резким движением открыл ее и вышел в коридор. Только когда закрыл за собой дверь, облегченно вздохнул, как будто переживал не за малознакомого человека, а за себя или близких ему людей. «Вот что значит противоречивость женского характера, согласись раньше на сделанное предложение — и сейчас не было бы никаких проблем», — подумал он.

Нещадимов с материалами в руках зашел в кабинет. Увидев его с бумагами, Ирина чуть не завизжала от радости. Переписал протокол досмотра, в котором указал вместо 42 долларов 20. Также внес необходимые изменения в заново оформленный протокол допроса. Как и обещал, не включил в него информацию о заведующей отделом. В противном случае могло все закончиться увольнением Ирины, и вся затея с конфиденциальностью не имела бы смысла. Оставшиеся 22 доллара приобщили к найденным в ящике стола оперативного сотрудника, за которым не более десяти минут назад сидела заместитель заведующей сувенирного отдела. Проявив незаурядную прыткость, она успела незаметно избавиться от ста двадцати долларов. Скорректированные материалы на Маркину Нещадимов вернул следователю.

Доставлять Симонову в управление нужно было обязательно рано утром, чтобы она не успела узнать о вчерашнем задержании всей смены и не спрятала в надежное место янтарные изделия. Вероятнее всего, они находились у нее дома. От результатов задержания завотделом, которая на время вынесла из универмага товар более чем на четыре тысячи долларов, приготовленный для валютных махинаций, зависел успех дальнейшего расследования уголовного дела.

Оперативники, перебрав массу вариантов благовидных предлогов посещения квартиры Симоновой, исключающих возможность заподозрить прибывших молодых людей в истинной причине визита в столь раннее время, остановились на одном из них. Как им тогда казалось, наиболее оптимальном. Со слов работников универмага составили приблизительные описательные портреты Марины, ее мужа и дочери. Для более детальной проработки выбранного варианта попросту не было времени.

Около шести часов утра Нещадимов со старшим оперуполномоченным Борисом Лебедевым на служебной машине выехали в установленный адрес. В начале седьмого они уже были около 17-этажного дома, в котором Симонова проживала с мужем и дочерью. Остановились недалеко от первого подъезда. По их предположению, 44-я квартира располагалась на одиннадцатом или двенадцатом этаже. Лебедев пошел провести «рекогносцировку». Вернувшись через несколько минут, сообщил:

— Входная дверь подъезда не оборудована кодовым замком и нет домофона. Квартира находится на двенадцатом этаже, лифтовой коридор отделен от квартирного холла входной дверью, в которой имеется глазок. Из коридора можно попасть на межэтажную лестницу. Все окна скорее всего выходят во двор, так что из квартиры, наверное, можно увидеть нашу машину. Андрей, — обратился он к водителю. — Поставь на всякий случай свою «Волгу» у третьего подъезда, оттуда ее не будет видно.

Начало для оперативников складывалось не очень удачно. Проблема заключалась в том, что из лифтового коридора отсутствовал свободный доступ к квартирам, и увидеть выходящих из них людей не было никакой возможности. При наличии скудных примет на проживающих в 44-й квартире и отсутствии сведений на соседей рассчитывать нужно было только на свою интуицию и удачу. Представляться сотрудниками милиции, зная, что в квартире находятся ювелирные изделия на крупную сумму денег, приготовленные для совершения серьезных правонарушений, нерезонно.

На случай возникновения сложностей с использованием основной легенды был подготовлен запасной вариант, но менее эффективный, так как придумать какой-либо благовидный предлог в столь ранний час для незваных гостей весьма проблематично. Поэтому решили навестить Симонову под видом курьера по доставке заказных писем. Обычно такую корреспонденцию почтальоны приносят рано утром, и легенда могла быть успешно реализована. На всякий случай установили почтовое отделение, обслуживающее дом. Как правило, такой вариант срабатывает, когда входная дверь в подъезд оборудована домофоном, а на роль почтальона приглашалась сотрудница из оперативного подразделения.

— Сориентируемся по обстановке, какой вариант будем использовать, — сказал Нещадимов.

Оперативники вышли из машины и направились к подъезду. На лифте поднялись на двенадцатый этаж. Борис занял место на лестничной площадке, а Нещадимов — рядом с закрытой дверью, ведущей в холл, и стали ждать. По расположению звонков с указанием номеров квартир 44-я находилась в правой стороне от лифтов. Спустя минут двадцать Валерий услышал, как с правой стороны щелкнул замок и послышались шаги, скорее всего шел мужчина. Теперь предстояло определить, из какой он вышел квартиры, 43-й или 44-й. От этого зависел успех всего задуманного мероприятия. Открылась дверь, и на пороге появился мужчина, на вид сорока пяти лет, отдаленно схожий с описанием мужа Симоновой. Он был удивлен, увидев на своем этаже незнакомого молодого человека в столь ранний час. Чтобы рассеять его возможные подозрения, Нещадимов поспешил обратиться к нему с вопросом:

— Скажите, квартира 52-я на каком этаже находится? — и нажал на кнопку вызова лифта.

— На тринадцатом или четырнадцатом.

В это время открылась дверь лифта.

— Вам вниз, вы, наверное, спешите? Ну, а я по лестнице поднимусь на следующий этаж, — сказал оперативник.

Когда дверь лифта закрылась и он стал опускаться, Нещадимов позвал Лебедева.

— Как по-твоему, этот джентльмен может быть мужем заведующей ювелирным отделом «Березки»?

— Ты бы у него спросил, из какой он вышел квартиры. Сразу бы все и узнал, — улыбаясь ответил Борис.

— Достойный опера ответ. У нас с тобой для решения использования основной легенды остается не более минуты. В пользу данного варианта свидетельствует то, что этот благородный дядька шел к выходу с той стороны холла, в которой расположена 44-я квартира. Промедлим — упустим появившийся шанс. Если не сработает сразу, задействуем запасной вариант.

Не теряя драгоценных минут на дальнейшие раздумья, вместо ответа Лебедев нажал два раза на кнопку звонка.

Как они и предполагали, если не ошиблись в своих расчетах, за дверью спрашивать, кто там, не будут. Если ошиблись, обязательно спросят. Хлопнула входная дверь квартиры, оперативники затаили дыхание. Послышались легкие, быстрые шаги, по всей вероятности, женщины. Дверь сразу же открылась, и они увидели миловидную даму в халате, примерно сорока лет. Она явно была удивлена, поскольку рассчитывала увидеть не молодых людей, ей не знакомых, а мужа, который недавно вышел из квартиры. Но по какой-то причине сразу же вернулся, а из-за спешки не захотел доставать свои ключи, вот и позвонил в дверь. На этом и строился весь расчет оперативников.

— Доброе утро. Симонова Марина Николаевна? — обратился Нещадимов к ней.

— Да. Что вы хотели?

— Мы из УБХСС города Москвы, — сказал он и предъявил удостоверение.

Ее реакция была мгновенной. Обо всем сразу догадалась и попыталась закрыть дверь. Но от них было не так-то просто отвязаться. Оперативники вошли в холл, а затем в квартиру. Дома Симонова была одна.

— Марина Николаевна, собирайтесь, поедете с нами на Петровку, 38, — предложил Нещадимов.

— Что случилось?

— Вчера наши сотрудники задержали с валютой продавцов вашего отдела, — сказал Лебедев.

Услышав, что речь идет не о янтарных изделиях, она немного успокоилась.

— Ну и что? Я-то тут при чем? Никуда я с вами не поеду.

— В таком случае мы вынуждены будем вас задержать на трое суток и в квартире провести обыск, — сказал Нещадимов.

При упоминании об обыске Симонова на мгновение изменилась в лице.

— Хорошо. Только выйдите из комнаты, мне надо переодеться, не поеду же я в халате.

Из скромности Валерий вышел.

— А вы чего ждете? — обратилась она к Борису.

— Марина Николаевна, вы переодевайтесь, я смотреть не буду.

— Ну и стой, — при этих словах она демонстративно сняла халат и бросила его на диван. Оперативники увидели стройную даму в белых трусах и кружевном лифчике «Анжелика». Марина медленно стала надевать колготки, юбку, затем блузку, демонстрируя свои прелести. Лебедев не только поглядывал на одевающуюся даму, но и интуитивно обратил внимание на диван, куда упал халат, из-под которого виднелись не прикрытые желтые янтарные бусы, браслеты. Он подошел к дивану и поднял халат. Под ним лежала целая куча ювелирных изделий.

— Марина Николаевна, а это что? — поинтересовался Борис.

— Украшения я купила в ГУМе для своих родственников.

— Почему их так много и они все с бирками универмага «Березка», на которых указана цена не в рублях, а в долларах?

Ответа не последовало. Все указывало на то, что товар был приготовлен для реализации через «Березку». Если бы янтарь находился в пакете и лежал на том же месте, оперативники скорее всего не заметили его, даже проследив за полетом халата. Но янтарные изделия лежали открыто на диване. По-видимому, подобные аферы проделывались далеко не впервые, и все сходило с рук. Уверовав в свою безнаказанность, Симонова даже не считала нужным как-то прятать ювелирные изделия, приготовленные для незаконной сделки. Сотрудники доставили ее к следователю на допрос. В пакете находилось ювелирных изделий на три тысячи семьсот рублей. При продаже их за валюту выручка могла составить более четырех тысяч долларов.

В случае реализации указанной валюты по средней спекулятивной цене, один доллар за четыре рубля, сумма увеличивалась до семнадцати тысяч рублей. Если вычесть розничную стоимость янтаря, то прибыль составляла около четырнадцати тысяч рублей. Для сравнения: в середине 1980-х годов зарплата старшего оперуполномоченного главного управления внутренних дел города Москвы составляла 135 рублей в месяц, в год — 1620 рублей.

Утром Капур вынес постановления о задержании трех заведующих отделами, включая Симонову, двух заместителей, администратора, кассира и двух продавцов. Поскольку для их раздельного содержания в ИВС на Петровке, 38, не позволяли технические возможности, некоторых поместили в близ расположенные территориальные отделения милиции. К десяти часам утра, после проведения допросов, работников «Березки», не имевших валюты, и тех, у которых было обнаружено менее тридцати долларов, в том числе Ирину Маркину, отпустили домой. К полудню освободили всех остальных, кроме, конечно, задержанных.

С целью дальнейшего расследования Капур составлял список, состоящий из пяти-шести человек, и заранее передавал Нещадимову для вызова их в управление БХСС. Некоторых приглашали по несколько раз. После таких посещений следователь, как правило, выносил постановления и задерживал двух-трех работников универмага на трое суток. Впоследствии отдельные из них подвергались аресту. После принятия решения о задержании кого-либо он сообщал Нещадимову, а тот в свою очередь звонил директору «Березки».

— Маргарита Васильевна, добрый день, это Нещадимов. Направьте завтра к десяти часам Лаврову, Шейкину, Устинову и Выговскую. Пропуска будут заказаны. Вызванным на сегодня Николаевой, Минашкиной и Парамоновой оформляйте краткосрочный отпуск на трое суток за свой счет.

Это означало, что они задержаны.

— Все поняла, будет сделано.

Через несколько дней Нещадимову позвонила Татьяна Павловна Василькова, продавец продовольственного отдела.

— Валерий Михайлович, добрый день. Это Василькова. Хочу с вами поделиться впечатлениями о происходящих в последнее время событиях в универмаге.

— Татьяна Павловна, я вас слушаю.

— Продавцов, которые после трех суток ареста возвращаются на работу, коллеги встречают как героев, невинно пострадавших за общее дело. В обеденный перерыв Марго устраивает общее чаепитие, и они делятся впечатлениями. На тех, кто после допросов не был арестован, падает подозрение в предательстве общих интересов коллектива. При этом не вызывают подозрения в лояльности к руководству универмага работники, у которых была найдена валюта, но они остались на свободе. Значит — не «раскололись»! В связи с тем, что после задержания нашей смены меня не арестовали и валюты при мне не было, у моих подруг по несчастью, в особенности побывавших в тюрьме, появилось подозрение, якобы, как они выражаются, я их сдала. Руководство универмага и отдела меня игнорирует, а молодые продавцы откровенно хамят. Атмосфера стала просто невыносимой, хоть увольняйся. Скорее всего до пенсии доработать не дадут. Валерий Михайлович, я вот о чем все думаю. Может, зря я вам рассказала о нарушениях, которые творятся в магазине? Лучше бы вы меня тогда арестовали, а через трое суток все равно выпустили. Зато сейчас никаких проблем не возникало, а так, получается, и вам не помогла, и себе навредила. Что делать в этой ситуации, не знаю.

— Татьяна Павловна, если бы вы даже не поделились с нами некоторой информацией, вас все равно никто не стал задерживать. Валюты-то у вас не было. Если только за компанию. Скажите, откуда вы сейчас звоните?

— Из дома. У меня сегодня выходной.

— Завтра через директора универмага я вас вместе с другими продавцами вызову к себе, а там решим, как лучше поступить. Может, действительно задержать вас на трое суток, да и дело с концом?

В трубке наступило молчание.

— Татьяна Павловна, я шучу, не переживайте, что-нибудь придумаем. До свидания.

После состоявшегося разговора Нещадимов позвонил в «Березку».

— Маргарита Васильевна, здравствуйте, Нещадимов вас беспокоит. Завтра в десять часов я хотел бы видеть у себя Литвинову, Норкину и Василькову.

— Хорошо.

В десять часов в кабинет, где находились еще три человека, постучала и робко вошла миловидная девушка и представилась:

— Я Литвинова Светлана, меня вызывал Нещадимов.

— Проходите, присаживайтесь, я сейчас освобожусь, — сказал оперативник. — Вы пришли одна?

— Нет, мы приехали втроем. Татьяна Павловна и Лариса сидят в коридоре.

В процессе допроса было установлено, что Литвинова в универмаге работает меньше года и представляющей интерес для следствия информацией скорее всего не располагает. После непродолжительной беседы она ушла. В это время в кабинет зашел старший лейтенант из другого отделения третьего отдела, большой любитель слабого пола.

— Михалыч, там к тебе пришла симпатичная дама во всем белом. Наверное, из «Березки».

— Как ты догадался?

— Увидев ее, я не мог удержаться и на всякий случай спросил, к кому она пришла. Вдруг ко мне? Она ответила, что ее вызывал Нещадимов. На что я ей сказал, «вот он вас и не пощадит, лучше пошли к нам, мы люди мирные», но она отказалась.

— Молодец. Чувствуется, что от безделья страдаешь. Так говоришь, не испугалась, даже несмотря на твои глупости? Тогда приглашай.

Лариса рассказала все сплетни про работников универмага, но ничего путного оперативники от нее не услышали. За время, пока ее допрашивали, в кабинет заходили еще три бездельника поглазеть на симпатичную даму. После окончания допроса проводить ее до КПП вызвались сразу два ценителя женского пола и провожали не иначе как вдвоем. Затем Нещадимов пригласил Василькову. Она рассказала об оказываемом на нее прессинге со стороны руководства универмага и о начавшейся проверке управлением «Росинвалютторга».

— Валерий Михайлович, меня попросту затравили, пытаются выжить из магазина. Ничего другого не остается, как уволиться, — и она расплакалась.

Сотрудникам, присутствовавшим при разговоре, стало жалко одинокую, беззащитную женщину, которую незаслуженно обижают. Выждав время, пока она успокоится, Валерий снял трубку телефона и стал набирать номер. При этом попросил Татьяну Павловну не разговаривать. На другом конце провода, прервав зуммер, сразу же подняли трубку. Было понятно, что абонент с нетерпением ожидал звонка.

— Слушаю вас, — услышал он голос Зиминой.

— Маргарита Васильевна, добрый день, Нещадимов.

— Здравствуйте, Валерий Михайлович.

— С сегодняшнего дня оформляйте Васильковой краткосрочный отпуск на трое суток за свой счет.

При этих словах в телефонной трубке образовалась затяжная пауза.

— Я вас поняла.

Нещадимову показалось, что у нее чуть не вырвались слова благодарности.

— Всего хорошего, Маргарита Васильевна.

— До свидания.

Закончив разговор, он посмотрел на Василькову — у нее был перепуганный вид.

— Валерий Михайлович, как же так? Я обратилась к вам за помощью и заработала трое суток ареста, — ей стало обидно, и она готова была разрыдаться.

— Татьяна Павловна, у вас есть дача?

— Есть, — тихо вымолвила она. Втайне подумала: «Вдобавок, наверное, теперь и дачу отберут».

— Сейчас, не заходя домой, поезжайте сразу на дачу, а через три дня вернетесь на работу и скажете директору, что находились в следственном изоляторе на Петровке, 38. Она, как вы уже слышали, знает об этом и очень удивилась. Для достоверности спустимся во двор и зайдем в нашу внутреннюю тюрьму. Посмотрите пустую камеру, чтобы иметь представление, как она выглядит. На всякий случай ознакомитесь с распорядком дня арестованных, ну и прочими премудростями. Только договорюсь с начальником ИВС и пойдем на экскурсию.

Спустившись во двор, они направились к двухэтажному кирпичному зданию с решетчатым окнами, дореволюционной постройки, всегда выкрашенному в светлые тона, дабы не усугублять раньше времени и без того мрачное настроение в него входящим. До Октябрьской революции в здании располагалась тюрьма департамента московской полиции, а затем МУРа. В последние годы — ИВС ГУВД. Подойдя к входной двери, Нещадимов нажал на кнопку звонка. Из динамика донеслось:

— Что вы хотели?

— Нещадимов моя фамилия, я из УБХСС. Вас должны были предупредить о моем визите.

Щелкнул электронный замок, и они вошли в помещение. Сразу почувствовался специфический тюремный запах. Их взору представилась гнетущая атмосфера массивной постройки с низкими потолками, коридорами, переходами в разные отсеки, повидавшими за свой продолжительный срок не одно поколение уголовников различных мастей. Помощник дежурного показал свободную камеру, предназначенную для размещения задержанных женщин, и рассказал в подробностях об особенностях их содержания. Пока они знакомились с ИВС, началась отправка арестованных в Бутырскую тюрьму. Из камеры по одному выходили арестованные и в сопровождении двух охранников подходили к дежурному. Старший конвоя, глядя в бумаги, спрашивал:

— Фамилия, имя, отчество?

— Попов Сергей Васильевич.

— Статья?

— Сто вторая (убийство).

— За кем числишься?

— За МУРом.

Затем следовали другие вопросы.

Потом старший конвоя подавал команду:

— Второй пошел.

Арестованные шли через живой коридор выстроившихся на расстоянии 8—10 метров напротив друг друга вооруженных конвоиров до самого автозака.

С улицы доносилось:

— Второй принят.

После чего все начиналось сначала.

Поняв, что эта процедура надолго, Нещадимов попросил дежурного вывести их побыстрее.

— Четвертого отправляем и делаем паузу, — сказал он.

— Кудрявого с женщиной не погрузите, они свои, — предупредил старший конвоя.

Проходя мимо конвоиров, один из них пошутил:

— А мы уже было хотели тебя погрузить.

— Но-но-но, размечтались, — улыбнувшись, сказал Нещадимов.

Выйдя во двор, он спросил у Васильковой:

— Ну как впечатление?

— Удручающее. Глядя на все это, никакой валюты не захочешь. Было бы полезным перед приемом на работу в «Березку» продавцам устраивать подобные «экскурсии».

На случай, если при посещении управления БХСС работниками универмага за контрольно-пропускными пунктами ГУВД велось наблюдение по инициативе руководства торговой фирмы «Березка», Нещадимов вывел Василькову через потайную дверь в бетонном заборе, выходившую на соседний тихий переулок. Здесь они попрощались, и она ушла.

Спустя четыре дня Татьяна Павловна позвонила Нещадимову и радостным голосом сообщила:

— Валерий Михайлович, звоню вам из дома и хочу поделиться своими впечатлениями. Когда я через три дня пришла на работу, подруги меня встречали радостными возгласами. В обед Марго организовала коллективное чаепитие. После этого кардинально изменилось отношение работников магазина и особенно руководства отдела. Многие выражали сочувствие.

— Вас спрашивали, где сидели?

— Да, в основном те, которых тоже арестовывали. Я сказала, что сидела в камере номер одиннадцать, на Петровке, 38. Мы ее с вами смотрели, и мне было легко отвечать на их вопросы. Валерий Михайлович, вы меня избавили от огромнейших неприятностей, свалившихся на мою голову. Большое вам спасибо.

— Ну и хорошо, что все обошлось, всего вам доброго. Звоните.

За прошедшее время Нещадимову неоднократно звонила Ирина Маркина, и всегда разговор начинался с благодарностей и ими заканчивался. Примерно через месяц позвонила Ирина и, как обычно, начала с благодарностей:

— Валерий Михайлович, я как подумаю, что могло со мной произойти, если бы тогда не поверила вам, так меня до сих пор в дрожь бросает.

— Ира, главное, сделай правильные выводы и не забывай про дочь.

— Я их уже сделала и не собираюсь повторять ошибки. Еще раз большое спасибо. До свидания.

Впоследствии Ирина звонила Нещадимову с завидным постоянством. Сообщала информацию, представлявшую оперативный интерес. Несмотря на несвойственную оперативнику миссию, он ни разу не пожалел, что в тот раз уберег от сломанной судьбы оступившегося человека.

Однажды на допрос из другой смены была вызвана Лариса Грекова, продавщица сувенирного отдела. Около одиннадцати часов, когда Нещадимов вышел от начальника отдела, возле своего кабинета увидел высокую, весьма эффектную девушку.

— Вы к кому? — спросил он.

— К Нещадимову.

— Заходите.

Она присела возле стола вполоборота к входной двери. Весь ее вид напоминал древнегреческую статую. Черты лица были крупные, правильные. Высокого роста, примерно 180 сантиметров. Спина напоминала вогнутую саблю. Туго натянутая кофточка свидетельствовала об обладательнице лифчика третьего размера. Несмотря на май месяц, лицо и ноги были покрыты золотистым загаром. Если кто-нибудь заходил в кабинет во время допроса, она отвлекалась, обязательно поворачивалась лицом к двери и смотрела на вошедшего. При каждом открытии двери ее голова тут же снова поворачивалась. Сначала Нещадимова это забавляло, но когда в кабинет стали заходить многие любители поглазеть на эффектную даму и она постоянно отвлекалась, он не выдержал и сказал:

— Лариса, будешь вертеться — голова открутится.

— Не открутится.

В процессе допроса сотрудники неоднократно выходили из кабинета, но Ларису ни разу одну не оставляли. Всегда кто-либо из сотрудников группы там находился. В это время начальнику отделения Вишнякову понадобилась найденная у заместителя заведующей продовольственным отделом записка. По ней уже была проведена почерковедческая экспертиза, но сделанное заключение не устраивало оперативников по причине отсутствия в нем конкретики. Тем не менее она являлась важной уликой, и ее использовали как аргумент психологического воздействия при допросах.

Записка всегда лежала у Нещадимова на столе среди других бумаг, но в этот раз ее там не оказалось. Не было ее ни в сейфе, ни под столом и в других местах тоже. Подозрение пало на Грекову, но она ни на минуту не оставалась одна в кабинете. Ларисе стали задавать различные вопросы, пытаясь выяснить, знала ли она что-либо про записку, найденную у Раили Сабировой. Но ничего узнать не удалось. Тогда у оперативников закралась мысль, что записку со стола могла взять только Лариса и спрятать в своей одежде, поскольку дамской сумочки при ней не было.

Посоветовавшись с Вишняковым, решили провести личный досмотр Грековой. Однако сразу же возникла сложность: под каким предлогом его проводить, поскольку об истинной причине она не должна была знать. Потому что если Лариса не причастна к пропаже записки, то, узнав о ее исчезновении, обязательно расскажет своим подругам, и некоторые из них могут изменить ранее данные показания. Решили личный досмотр провести под предлогом ее задержания на трое суток. Хотя на самом деле задерживать Грекову никто не собирался.

С этой целью Ларису отвели в другой кабинет. В связи с тем, что в третьем отделе женщины не работали, для проведения осмотра из шестого отдела пригласили старшего лейтенанта Филатову. Но для такого рода мероприятия нужны понятые. Искать их на улице было проблематично. На данную роль попытались пригласить кого-либо из числа неаттестованных сотрудниц. В машбюро главка все женщины, как всегда, выполняли срочную работу, и им было не до того. Тогда Нещадимов решил обратиться в секретариат управления, где работала симпатичная светловолосая, с голубыми глазами, Наташа Белова, вокруг которой увивались некоторые бездельники, в том числе и из третьего отдела. Она часто оказывала оперативникам помощь в различного рода мероприятиях.

Помещение секретариата состояло из трех смежных параллельных комнат. В правой располагалась Наташа и еще две молодые девушки. Левая принадлежала заведующей Юлии Харитоновне, менее симпатичной, но с большими претензиями. По центру сидели заместитель заведующей Андрей, высокий, плотный парень, и Марина, под стать ему.

Войдя к ним, Нещадимов поздоровался. В приоткрытые двери он увидел, что в левой и правой комнатах никого нет.

— А где красавица? — обратился он к Андрею, имея в виду Наташу.

Андрей с подобострастием посмотрел на Марину и, выждав пару секунд, многозначительно заметил:

— У нас все красавицы, — и заработал одобрительный взгляд коллеги.

— Надо же так запугать человека, что ему все женщины стали казаться красавицами.

Андрей, памятуя об амбициях своей начальницы, на всякий случай спросил:

— Какая из них тебя интересует? — указав жестами на левую, а затем правую комнату.

— Наташа.

— Сейчас подойдет.

Через минуту пришла Белова, как всегда в хорошем настроении. Нещадимов предложил ей поприсутствовать в качестве понятой при досмотре экстравагантной дамы. Она согласилась, и они пошли в кабинет, где уже находилась Филатова Екатерина. Искать вторую девушку не было времени. Поэтому оперативники решили больше не заморачиваться и обойтись присутствием одной дамы. Тем более что Ларисе было все равно. При необходимости в протокол вписали бы кого-либо из числа общественников.

После короткого разговора с коллегами Валерий обратился к Грековой:

— Лариса, в связи с решением вопроса о твоем задержании сейчас оперативный сотрудник Екатерина Филатова в присутствии Беловой Наташи произведет личный досмотр.

— За что меня арестовывать? Я не участвовала ни в каких валютных махинациях.

— Это на тот случай, если следователь решит тебя задержать. Лучше досмотр сделать сейчас, чем тебя будут обыскивать в весьма неуютной тюремной камере. Как ты считаешь?

— Делайте как хотите.

— Лариса, ты не возражаешь, если в кабинете останется Феликс Огарев из нашего отдела? Он отвернется к стене и не будет на тебя смотреть.

— Мне все равно. Пусть остается, если Феликс этого хочет.

— Феликс этого хочет, — сказал он. — Я отвернусь и не буду смотреть на дам.

Нещадимов вышел из кабинета, Огарев зарыл дверь на ключ и отвернулся к стенке. Филатова предложила Грековой снять обувь и постелила газету. Та сняла туфли. В них ничего не было. Затем Лариса сняла кофту, юбку. При тщательном осмотре одежды записки в ней вопреки ожиданиям оперативников не оказалось. Лариса осталась стоять посредине кабинета в нижнем белье. В трусах тоже ничего не нашли. Затем она расстегнула бюстгалтер, и оттуда на пол упала бумажка, свернутая в трубочку. Феликс, не поворачиваясь, наблюдал за происходящим в отражении полированной поверхности шкафа. Увидев выпавшую бумажку, невольно воскликнул:

— А это что? — и поднял ее. Каково же было его удивление, когда вместо имен с указанием сумм валюты он увидел знакомую фамилию с телефоном: «Нещадимов Валерий Михайлович т. 200–48–67».

Потом появилась версия, что Лариса могла съесть записку. Но никто не видел, чтобы она что-то жевала, а проглотить ее не разжевывая было нереально. Записку так и не нашли, но к этому времени она успела сыграть положительную роль. Поскольку в служебном кабинете посторонние одни никогда не оставались, взять ее мог только кто-либо из своих. В пропаже записки Нещадимов заподозрил одного из оперативников, но какими-либо подтверждениями на этот счет не располагал.

После ареста трех заведующих отделами и администратора универмага, их родственники из Министерства обороны вышли на Колесова. Однако им не удалось через него оказать влияние в своих интересах на ход следствия. Поэтому они решили оказать воздействие на неискушенного молодого следователя с помощью имевшихся связей в главном разведывательном управлении.

При встрече сотрудники военной разведки рассказали Капуру о проведении операции за рубежом, в которой принимают участие офицеры Министерства обороны. У троих из них жены работают в «Березке» и сейчас находятся под арестом. В случае привлечения их к уголовной ответственности мужей могут отозвать из-за границы, и тогда успех операции будет поставлен под угрозу. Они просили следователя для начала изменить им меру пресечения на подписку о невыезде. Олег обещал подумать.

После состоявшейся встречи Капур позвонил Нещадимову и предложил встретиться. Приехав в следственное управление, оперативник зашел к нему в кабинет. При входе стоял спецназовец в защитной маске на лице, а Капур в это время допрашивал молодую женщину. Нещадимов молча пожал ему руку и стал ожидать окончания допроса. После того как арестованную увели, Олег спросил:

— Валерий Михайлович, а почему ты не поздоровался с Валентиной?

— Разве это была Крымова?

— Да.

— Ты знаешь, я ее даже не узнал. Похудела, помолодела лет на десять. Симпатичная дама, да и только. Вот что значит вынужденный отказ от разгульного образа жизни и излишеств.

— Я хотел с тобой поговорить вот по какому вопросу. Вчера вечером встречался с двумя сотрудниками ГРУ Министерства обороны. Под большим секретом они рассказали, что их ведомство сейчас ведет оперативную разработку военных советников в Анголе и на Кубе с участием офицеров, которые являются мужьями нами арестованных работников «Березки». Это Валентина Крымова, заведующая продовольственной секцией, ее заместитель и администратор универмага. Если их осудят, мужья будут отозваны на родину, и разработка сорвется. Нужно как-то им помочь.

— Олег, они тебе батон на уши крошили. Во-первых, Валентина не замужем, а ее любовник полковник действительно работает в Министерстве обороны. По-моему, по хозяйственной части. Во-вторых, подумай сам, если бы на самом деле сотрудниками ГРУ проводилась операция, разве стали они о ней кому-либо рассказывать, подвергая ее возможному срыву? В лучшем случае придумали какой-либо благовидный предлог и действовали через наше руководство. Тут же совсем другое, явно рассчитано на неискушенного в оперативных делах человека для решения вопросов частного характера. Мы с тобой работаем по одному уголовному делу, и то я не имею права раскрывать тебе детали оперативных мероприятий. Здесь другое ведомство ведет за рубежом разработку военнослужащих, и тебе о ней говорят открытым текстом, тем более при желании ты можешь вычислить, с чьей помощью. Запомни, эта контора свои секреты не разглашает даже после того, как они перестают ими быть. Тебе преподносят, что речь идет о действующей оперативной разработке. Бред очень сивой кобылы. С Колесом у них данная затея не прошла, теперь пытаются решить свои проблемы через тебя.

— Скорее всего ты прав. Я об этом как-то и не подумал. Нет бы сказать честно, а то целую детективную историю придумали. Вот псы. Они меня разозлили, теперь их дамы получат по всей строгости «революционного времени» Юрия Владимировича Андропова.

— Олег, это профессиональная деформация многих оперативных служб. Напустить туману порой даже туда, где он может причинить вред, придать обыденной работе значимость государственной важности. Ребята из аналогичных контор мастера на подобного рода выдумки.

Как и предполагалось, суд над работниками универмага «Березка» вершила судья Кузнецова. В итоге семнадцать человек получили реальные сроки заключения с конфискацией имущества. Только одна продавщица получила четыре с половиной года лишения свободы, и то потому, что за нее ходатайствовал КГБ. Остальные были осуждены на сроки от пяти до восьми лет. После завершения этого дела группу Нещадимова стали именовать не иначе как «ДАВИМ». Слово составлено из первых букв настоящих фамилий оперативников.

У спекулянтов, валютчиков, расхитителей социалистической собственности и иных преступников во время проведения обысков по уголовным делам, кроме всего прочего, изымалась видеоаппаратура, кассеты с иностранными фильмами. В то время блокбастеры были в диковину, в особенности боевики, эротические фильмы. Оперативникам страсть как хотелось их посмотреть. Иногда после окончания работы в кабинете какого-нибудь отдела инкогнито собирались семь-восемь человек. Сдвигали столы, расставляли стулья, подключали видеомагнитофон к телевизору и смотрели до десяти, а иногда и до одиннадцати часов вечера различные фильмы.

Как-то на такой просмотр Нещадимова пригласил из второго отдела его друг Валентин Сучков. Войдя в полутемный кабинет, он хотел сеть на свободный, впереди стоявший стул. Но ему сказали, что место занято, и они разместились на других свободных местах. По ходу просмотра фильмов вполголоса раздавались реплики, возгласы, восторги. Через некоторое время в кабинет вошел мужчина и сел на свободный стул в первом ряду. Своей головой он стал загораживать экран телевизора сидевшим сзади. Валентин, возмутившись, сказал:

— Что это за м...к там сел?

В кабинете сразу воцарилась тишина. Нещадимов почувствовал, здесь что-то не так. Мужчина посидел еще минуту, встал и молча вышел.

— Валентин, ты знаешь, кто это был? — обратился к нему один из присутствовавших сотрудников отдела.

— Да такой же бездельник, как и ты.

— Не угадал. Это был заместитель начальника управления Селиванов.

— Да ладно разыгрывать.

— Ну ты, Сучков, попал из-за своего нахальства.

Утром, на следующий день, Валентин зашел в кабинет к заместителю начальника управления и обратился к нему:

— Александр Васильевич, вы извините меня за вчерашнее.

Селиванов отличался от других руководителей умом и тактичностью. Поэтому в этой простой, но щекотливой ситуации повел себя грамотно с точки зрения психологии, сделав вид, что не помнит, о чем говорит подчиненный сотрудник.

— А что было вчера?

— Ну, вечером во время просмотра видеофильмов.

— А-а-а, ты об этом, так я уже забыл. Если бы помнил всякие мелочи, давно крыша съехала. Иди работай.

На этом и закончилась возникшая неприятность.

В тот период времени, пожалуй, самыми криминогенными сферами экономики были торговля и общественное питание, на предприятиях которых совершались различного рода правонарушения. От банального обмана, обвеса, поборов до хищений в особо крупных размерах.

Вторым отделом управления БХСС города Москвы (направление — продовольственная торговля и общественное питание) разрабатывалось организованное формирование, совершавшее различного рода правонарушения на предприятиях общественного питания гостиничного комплекса «Измайлово». Рестораны, кафе, буфеты, бары, столовые располагались в четырех высотных зданиях гостиницы. Преступная схема заключалась в следующем. Работники низшего звена общепитовских предприятий занимались тотальным обманом, обвесом посетителей. Основная часть полученной выручки передавалась по иерархической лестнице наверх, вплоть до директоров ресторанов. Также должностные лица занимались взяточничеством, хищениями.

В день реализации материалов оперативной разработки, в шестнадцать часов, к управлению подъехали четыре туристических автобуса. Также прибыли более ста представителей общественных организаций. В мероприятии были задействованы восемьдесят сотрудников различных отделов управления. Всех собрали в конференц-зале. До проведения инструктажа информация о мероприятии сохранялась в тайне. Каждой группе, состоящей из двух гражданских лиц и одного оперативника, раздали конверты с указанием на них времени, когда их нужно вскрыть. До выезда никто не имел права покидать помещение. Детали о планируемой операции знали только разработчики из второго отдела, которые осуществляли всю организационную работу. Они постоянно выходили и входили в зал, где продолжали находиться оперативные группы.

По инициативе начальника управления, раньше работавшего в центральном аппарате КГБ и имевшего опыт контрразведывательной деятельности, на время проведения мероприятия служебные телефоны и телефоны-автоматы, установленные напротив здания, техническая служба главка взяла под контроль.

В восемнадцать тридцать все участники операции вышли из зала и заняли места в стоявших около здания автобусах. Здесь разрешалось вскрыть конверты. В них содержалась информация с указанием, в каком корпусе, каком ресторане, буфете, кафе должны проводиться контрольные закупки. Сложнее всего пришлось группам, которым предстояла работа в ресторанах и кафе, где посетителей обслуживали официанты. Специфика мероприятия заключалась в том, что нужно было сделать заказ на большую сумму, при этом ничего не есть и не пить, но главное — своими действиями не вызвать подозрение у официантов.

Во втором отделе для подготовки предстоящего проведения опросов и досмотров большого числа работников общественного питания остались пять оперативников, которые не принимали непосредственного участия в разработке. Спустя примерно десять минут после отъезда автобусов в кабинете у директора ресторана корпуса «Альфа» гостиницы «Измайлово» раздался телефонный звонок:

— Петр Владимирович, к вам выехали двести человек, — на этом разговор закончился.

Примерно через тридцать минут автобусы подъехали к определенным корпусам гостиницы. Чтобы не вызывать подозрения у администрации, в гостиницу входили парами и рассредотачивались по указанным в заданиях предприятиям общепита. В ресторане, двух барах, кафе и нескольких буфетах, расположенных на этажах в корпусе «Альфа», было заметно, что их явно ждали. При входе в залы, сложив руки на груди, демонстративно стояли по два-три представителя администрации и наблюдали за посетителями. В процессе контрольных мероприятий на этих объектах никаких нарушений правил торговли выявлено не было.

В один из буфетов зашли участники оперативной группы, в которой находились две студентки, владеющие английским языком, правдоподобно изображая из себя интуристов. В это время две дамы в белых халатах зорко смотрели на входивших посетителей и не обращали внимания на «иностранок» возле стойки. Они долго выбирали различные салаты, напитки, разговаривая на английском языке. Буфетчицы знали о предстоящей проверке, но не ожидали, что ими могут оказаться иностранцы, поэтому соблазнились на их обман. Все приготовленные для них блюда девушки поставили на подносы и начали рассчитываться. Им помогал молодой человек. Вдруг до администрации буфета как гром среди ясного неба донеслось:

— Контрольная закупка.

У одной из них невольно вырвалось:

— Что-о-о такое?

И они тут же подбежали к проверяющим. В процессе был установлен обман и обвес покупателей на крупную сумму. Как потом выяснилось, бдительность работников буфета усыпили студентки, изображавшие иностранных граждан.

В других корпусах, «как и положено», работники общественного питания обманывали, обвешивали и обсчитывали, в том числе проверяющих. Их действия подпадали под уголовную ответственность по статье 156, предусматривающей максимальный срок наказания до семи лет лишения свободы с конфискацией имущества.

В ходе мероприятия в управление доставили более 150 человек, включая директоров крупных ресторанов различных корпусов гостиницы и их заместителей. На следующий день, утром, коридоры пятого и шестого этажей здания напоминали зал ожидания вокзала. Везде сидели, ходили гражданские лица. По фактам выявленных правонарушений сразу возбудили четыре уголовных дела. На каждый корпус по одному. Расследование осуществляли пять следователей из следственного управления. В первый день арестовали четырнадцать работников ресторанов, кафе, баров различного уровня, в последующие сутки — еще девять человек.

О звонке с телефона-автомата директору ресторана корпуса «Альфа» технической службе стало известно спустя два дня. Из-за недостаточных технических возможностей прослушивание в режиме онлайн осуществлялось только нескольких служебных телефонов второго отдела. Аудиозаписи остальных сотрудников отрабатывались в порядке очередности. Только потом проверялись переговоры, которые велись с телефонов-автоматов, установленных напротив здания управления.

Сотрудница, осуществлявшая эту работу, обратила внимание на показавшийся ей странным звонок. Чаще всего из данных телефонов звонили в ГУВД, набирая первую всем известную цифру 200. Тут же был набран номер района Измайлово и сообщалось о каких-то выехавших 200 человек. Техническая служба установила, что телефон, на который был сделан звонок, принадлежит директору ресторана гостиницы «Измайлово», расположенного в корпусе «Альфа». Для выявления «крота», как сейчас принято называть, руководство управления решило проводить проверку зашифрованно, не афишируя о ставшем известном звонке.

Сразу подозрение пало на пятерых сотрудников, оставшихся в отделе во время проведения операции. Они в общих чертах знали о готовящемся мероприятии и могли в силу служебных полномочий поддерживать отношения с руководителями этого объекта. Двоих сразу исключили из списка подозреваемых, поскольку один работал в отделе всего полгода, а второй в этот промежуток времени разговаривал по своему служебному телефону. На подозрении остались только трое. Но в процессе залегендированной проверки подозрения были сняты и с них. На этом версия о причастности сотрудников, остававшихся в отделе, к телефонному звонку из телефона-автомата — не оправдалась.

Затем начали опрашивать работниц секретариата управления, поскольку они всегда находятся в здании и могли случайно видеть кого-либо, спускавшегося с пятого этажа. Тем более что в это время коридоры были практически пустые, и на попавшегося им на глаза сотрудника могли обратить внимание. Однако большинство опрошенных вспомнить, видели ли они кого-нибудь из оперативников управления на лестничной площадке, так и не смогли. И тут, как всегда, помог его величество случай.

Одна работница секретариата вспомнила, что, когда все разъехались, она пошла в рядом расположенный хозяйственный магазин и невольно обратила внимание, как парень, которого раньше видела в управлении, вышел из телефона-автомата и, не обращая внимания на поток движущихся машин, перебежал улицу и направился к центральному КПП. Она еще удивилась: «Есть рабочие телефоны, а он бегает звонить в автомат». Фамилию его не знала, но по описанию скорее всего это мог быть Горлинский, сотрудник, недавно работающий во втором отделе.

В процессе оперативной проверки установили, что Горлинский, не являясь куратором общепитовских предприятий гостиничного комплекса «Измайлово», несколько раз встречался с директором ресторана, расположенного в корпусе «Альфа». Сопоставив эти два факта, сомнения на его счет рассеялись. Для убедительности ему показали расшифровку записи, сделанной с телефона-автомата перед проведением операции. Горлинский не стал отрицать, что он предупредил директора ресторана о предстоящей проверке, поскольку с ним давно знаком.

За предательство служебных интересов его незамедлительно уволили из органов, а сотрудницу секретариата за бдительность наградили ценным подарком. Оперативники в шутку стали ее называть Мата Хари. Этот неприятный случай сразу стал известен всему управлению, и среди сотрудников он породил излишнюю подозрительность. Раньше подобных инцидентов в управлении не было.

Спустя три дня, проходя по коридору, Нещадимов обратил внимание на симпатичную, со вкусом одетую голубоглазую даму. Ему она показалась знакомой, и он решил еще раз на нее посмотреть. Но тут его отвлекли коллеги по служебным делам, и свои намерения пришлось отложить. Когда в очередной раз Нещадимов вышел из кабинета, опять увидел, что дама с голубыми глазами не спеша идет в конец коридора. Валерий пошел за ней, но, чтобы не выдать свое любопытство, обогнал ее и зашел в секретариат. Буквально через полминуты вышел. Теперь она шла ему навстречу, и он смог ее разглядеть. Это была Роза Максимова.

Познакомились они еще во время проведения торжественного заседания, посвященного шестидесятилетию Октябрьской революции. Ресторан, в котором она тогда работала заместителем директора, принимал участие в обслуживании делегатов заседания. Иногда после работы Нещадимов приезжал к ней в ресторан «Узбекистан». Два раза провожал домой. Изредка звонили друг другу. Не виделись они более пяти лет, и он никак не ожидал встретить ее в своем управлении.

В УБХСС было не принято сотрудникам, не имевшим отношения к задержанным, вступать с ними в контакт. Нещадимов, увидев симпатичную свою знакомую, не мог удержаться от соблазна и решил проигнорировать эту «заповедь», подошел к ней. Они стали разговаривать, прохаживаясь по коридору. Роза рассказала, что работает директором ресторана в гостинице «Измайлово», и ее подозревают в злоупотреблении служебным положением. Также говорили на темы, не связанные с работой, вспоминали прошлые времена. После состоявшегося общения он направился к себе. В это время к нему подошел оперативник из второго отдела и пригласил в кабинет, где располагался их отдел. Там находились следователь и еще один сотрудник. Памятуя случай с предательством, следователь спросил:

— Ты почему общаешься с задержанной без нашего ведома?

— Потому что с Розой я знаком давно, и мы с нею несколько лет не виделись, а встретил — решил поговорить. По-твоему, увидев ее, я должен был сделать вид, что не узнал, и пройти мимо? Ребята, расслабьтесь, здесь все намного прозаичней, у меня к Розе интерес, как к симпатичной даме. А вы что подумали?

Ответа не последовало.

В результате расследования резонансного дела к уголовной ответственности были привлечены 23 работника общепита гостиницы «Измайлово», в том числе три директора ресторанов и четыре заместителя. Роза в их число не попала. Городской суд приговорил их к различным срокам тюремного заключения. Максимальный из них составил семь лет с конфискацией имущества.

В тот период за различного рода правонарушения в сфере экономики, особенно если они имели организованный характер, предусматривались длительные сроки лишения свободы и обязательно с конфискацией имущества. Со смертью Андропова, генерального секретаря КПСС, 9 февраля 1984 года закончилось краткосрочное эпохальное время по наведению порядка в стране. Примерно в течение полугода руководители различного уровня партийных и государственных структур не решались вмешиваться в деятельность правоохранительных органов, а потом постепенно «телефонное право» приобрело былую силу.

В день смерти генерального секретаря, опасаясь различных эксцессов, ГУВД города Москвы перевели на 12-часовой рабочий день без права покидать здание больше чем на полчаса. До девятнадцати часов сотрудники управления БХСС работали в обычном режиме, а после начинались хождения из кабинета в кабинет. Устраивались посиделки с чаепитием. В последующие дни на работу стали приносить бутерброды, фрукты и прочую снедь. Как раз в это время родственники угостили Нещадимова настоящим деревенским соленым салом, и он принес приличный кусок на работу.

Около девятнадцати часов оперативники, находившиеся в кабинете, начали готовиться к скромной трапезе. Из холодильника стали доставать принесенные из дома продукты. Валерий показал присутствовавшим настоящее, с мясными прослойками, сало и положил его на стол под салфетку. Все очень обрадовались предстоящему угощению. Когда в кабинет зашел Мамаев Алексей, молодой сотрудник, фамилия которого о многом говорила сама за себя, старший группы предложил ему сходить в булочную за хлебом, и он ушел.

В этот момент у Игоря Ивлева неожиданно созрела идея накрыть сало и другие продукты посудным полотенцем и предложить Алексею порезать хлеб и все, что лежит на столе. Посмотреть на его реакцию пригласили еще троих коллег из соседнего кабинета и на всякий случай Сергея Мулюкова. Они с большим удовольствием согласились поглазеть на представление, а заодно, если перепадет, и сала отведать. Предвкушая предстоящее событие, собравшиеся разместились в кабинете, делая вид, что заняты делом, дабы не вызвать подозрение у Мамаева, ради которого и затевалось это мероприятие.

Когда Алексей вернулся из магазина, Нещадимов попросил его порезать принесенный хлеб, колбасу и остальное. Он подошел к столу. Все затаив дыхание стали ждать, какая будет реакция. Поднял салфетку. В этот миг все присутствующие, ожидая его возмущение, готовы были разразиться взрывом хохота. Взял нож — все буквально замерли, что же будет дальше, — и стал медленно, как им показалось, с удовольствием резать сало тонкими кусочками. Собравшиеся вокруг бездельники с минуту молча смотрели на него, глотая слюни, и тут первым не выдержал Игорь:

— Леша, режь быстрей. Чего ты его строгаешь?

— Не мешай.

— Тогда дай попробовать.

— Порежу все, тогда и попробуешь, — сказал Алексей.

Не спеша, с сознанием дела дорезал все сало, только тогда разрешил присутствовавшим приступить к трапезе и сам принял в ней участие. К сожалению, она быстро закончилась.

На следующее утро, на оперативном совещании, Колесов по привычке устраивал «разгон». Совещание в основном принимало форму монолога. Чтобы не навлечь на себя гнев начальника, с ним никто не хотел вступать в пререкание, слушали, опустив головы. Как правило, все начиналось с традиционного вступления:

— Вы взрослые люди, отцы семейств, все имеете высшее образование, а ведете себя как дети, закатываете глаза, подергиваете плечами. Некоторые даже опускаются до вранья, — при этом он многозначительно посмотрел на Огарева и сделал паузу. — Феликс!

— Да, Юрий Павлович.

— Если ты мне еще раз соврешь, сбреешь усы.

— Вас понял. Врать больше не буду, чтобы сохранить усы.

Заканчивался монолог конкретными упреками на злобу дня. Нещадимов иногда вставлял реплики и перечил начальнику, поскольку имел два высших образования и в случае конфликтной ситуации мог уйти в научную сферу деятельности.

— Юрий Павлович, а у некоторых даже два высших, — вставил реплику Нещадимов.

— Действительно, что два. Вечерами без дела ходите из кабинета в кабинет. Пока есть время, лучше бы оперативные дела подшили, бумаги привели в порядок.

— С чего вы взяли, что мы бездельничаем? Вчера вечером проводили операцию под кодовым названием «Татарин», — сказал Нещадимов.

— Почему я об этом не знаю?

— Вот сейчас доложу результаты. В отделе татар нет, одни хохлы, все сало съели, которое я принес.

Все рассмеялись, Колесов заулыбался, и совещание закончилось на мажорной ноте.

В особых случая для задержания с поличным опасных преступников либо взяточников, расхитителей государственной собственности, занимавших высокие должности, когда обычными методами это сделать не представлялось возможным либо было сопряжено с большими трудностями, сотрудники УБХСС использовали изотопы.

Третьим отделом велась разработка директора «Мосювелирторга» Екатерины Романовой. Она на протяжении нескольких лет получала взятки от директоров специализированных магазинов и заведующих секциями крупных универмагов за распределение поставок ювелирных товаров, пользующихся повышенным спросом. В связи с заинтересованностью всех участников, задействованных в преступной схеме, и осторожностью директора торга найти слабое звено в этой цепочке было весьма проблематично. Также сложность заключалась и в том, что деньги, ценности она брала только от знакомых директоров магазинов в своем кабинете при закрытых на замок дверях. При этом приемная, в которой находился секретарь, также закрывалась. В случае возникшего подозрения полученную взятку Романова могла в любое время выбросить в форточку. Чаще всего деньги она клала в сумки с продуктами, и водитель отвозил их к ней на квартиру, либо прятала в кабинете, а после работы забирала.

В целях получения доказательств во взяточничестве ее нужно было задерживать с поличным. Оперативники найти к ней подходы могли только через директоров ювелирных магазинов или заведующих секциями из числа давних знакомых. Рассчитывать на то, что кого-то из этой категории работников можно убедить сдать своего вышестоящего руководителя, по крайней мере было бессмысленно. Поэтому решили действовать по-другому.

На роль оптового покупателя ювелирных изделий из города Тбилиси пригласили Анвара Рухадзе, сотрудника службы БХСС, ранее оказывавшего содействие в подобного рода операциях. Через секретные источники информации под этой легендой его познакомили с московскими спекулянтами. В день продажи большой партии ювелирных товаров, поступивших в специализированный универмаг, расположенный на улице Горького (ныне Тверская), Анвар тоже там появился.

В торговом зале собралась большая очередь желающих купить ювелирные изделия, которые в то время стоили гораздо дешевле, чем за границей. В первых рядах, как всегда, находились «клиенты» службы БХСС. Он обратил внимание на то, что некоторые из них общаются с заместителем директора и товароведом по имени Елена, иногда заходят в кабинет директора. Рухадзе попытался через них установить контакты с руководством магазина, но местные спекулянты отказались от его затеи, сославшись на то, что, дескать, они не желают во время работы встречаться с незнакомыми людьми. Чтобы не вызывать излишнее подозрение, оперативник купил у них различных изделий из золота по завышенной цене на крупную сумму и уехал, пообещав вернуться через две недели.

Спустя некоторое время в начале октября, в день продажи очередной партии ювелирных изделий, Рухадзе снова появился в том же универмаге. На этот раз ему опять не удалось установить контакты с его руководством. Для соответствия легенды пришлось опять покупать ювелирные изделия у перекупщиков. В этот день в отдалении от магазина сотрудники УБХСС задержали двоих спекулянтов. Кто оказывал им содействие в приобретении ювелирных изделий, они отказались называть. Однако с помощью Анвара удалось установить работников из числа администрации универмага, связанных со спекулянтами.

Во второй половине дня сотрудники третьего отдела организовали наблюдение за директором ювелирного магазина Арефьевой. Около восьми часов вечера она вышла из магазина, села в ожидавшую ее машину и поехала в сторону своего дома. Возле подъезда, когда машина уехала, ее задержали и доставили на Петровку. Мероприятие проводилось без лишнего привлечения внимания посторонних.

В процессе досмотра ее вещей было обнаружено 270 рублей. Сумма, почти в два раза превышающая месячную зарплату, тем более что до нее оставалось более недели. Под давлением неопровержимых улик и показаний якобы арестованного грузина Арефьева призналась в допущенных нарушениях правил торговли, но не более того.

Задержанные спекулянты отказывались давать на нее показания. Оставалось надеяться только на информацию Рухадзе, но она мало что значила, поскольку директор магазина с ним не имела никаких дел. Впоследствии Арефьева вполне могла отказаться от своих слов, сославшись на якобы оказанное давление. Для возбуждения уголовного дела и проведения неотложных следственных действий, позволяющих закрепить полученные доказательства, было достаточно оснований, но оно скорее всего не могло иметь судебной перспективы.

Создавшаяся ситуация вполне подходила для использования ее в оперативных целях. Вместо тюремного срока директору универмага с согласия руководства управления предложили оказать содействие в задержании с поличным руководителя «Мосювелирторга». Взвесив все «за» и «против», Арефьева согласилась. На проведение операции отводилось всего десять дней.

В этом случае прослеживался обоюдный риск. Если бы она начала сознательно затягивать время, создавая видимость сотрудничества, а по истечении десятидневного срока отказалась от сделанного ей предложения, то возбудить уголовное дело представлялось весьма затруднительным. Так как к этому времени должно было быть вынесено постановление об его отказе, и у прокуратуры мог возникнуть ряд вопросов. При проведении оперативной комбинации до истечения десятидневного срока для Арефьевой не полностью исключалась угроза возбуждения дела. Это зависело от порядочности руководства отдела и конкретных сотрудников. По меньшей мере два подобных случая с негативными последствиями для задержанных в отделе имели место. Именно при участии группы, разрабатывавшей директора «Мосювелирторга».

Об одном из них Александр, оперативник данной группы, хвастался, как они лихо обманули бухгалтера КРУ московского управления торговли, скрывшего выявленную недостачу в универмаге, пообещав не задерживать ее, если она расскажет, как все происходило. Поверив в данное ей слово, она рассказала правду и была арестована. Как потом стало известно, французские духи, которые ей передала Каримова, заведующая секцией, чтобы она разрешила купить одежду в другом магазине и закрыть выявленную недостачу, стояли неоткрытыми у нее на рабочем столе. Самое интересное в этой истории то, что завсекцией, убедившая работника КРУ пойти ей навстречу с целью покрытия таким образом недостачи, свою вину так и не признала.

В процессе проведения обыска на квартире у бухгалтера Нещадимов, принимавший в нем участие, увидел не роскошь взяточницы, а скромное жилище одинокой, скорее всего честной женщины, проживающей с несовершеннолетним сыном и отцом. На следующий день по этой причине у него с Александром и старшим группы произошел серьезный разговор, который грозился перерасти в конфликт. Во избежание неприятностей Нещадимов предложил им до конца рабочего дня покинуть кабинет, где они размещались на время проводимого у них ремонта. Александр пообещал пожаловаться начальнику отдела, но на всякий случай вовремя «вымелись» в свой не до конца отремонтированный кабинет.

Опасения в отношении Арефьевой не оправдались, она готова была через два дня передать взятку директору «Мосювелирторга» за квартальную поставку ювелирных изделий в размере двухсот рублей. Получив добро от руководства управления на использование изотопов, четыре купюры достоинством по пятьдесят рублей в установленном порядке пометили в этот же день и передали директору ювелирного магазина. Деньги на проведение комбинации оперативники получили в бухгалтерии главка по закрытой статье расходов.

На случай проведения подобного рода операций радиоактивный материал, напоминающий бесцветную мягкую консистенцию, хранился в сейфе сотрудника группы Нещадимова в толстостенном, небольшом, свинцовом контейнере с плотно закручивающейся крышкой. Кончиком иголки брался радиоактивный материал, и наносился легкий укол в пятидесятирублевую купюру, чаще всего в одну из изображенных на ней елок. Купюра достоинством в 25 рублей помечалась изотопом под изображением вождя пролетариата.

Данное мероприятие не представляло никакой опасности для окружающей среды, потому что излучение было слабым и не влияло на общий радиационный фон. Дозиметр обнаруживал такой предмет излучения на расстоянии восьми-десяти метров. Для сравнения, пять минут работы двигателя внутреннего сгорания легкового автомобиля на нынешнем бензине причиняет гораздо больший вред окружающей среде, чем мизерное количество используемых изотопов, потому что в атмосферу выбрасываются пары токсичных тяжелых металлов.

Затем составлялся соответствующий протокол. После завершения мероприятия денежные купюры, другие предметы фотографировались, а затем уничтожались.

Передачу денег Екатерине Романовой запланировали на семнадцать часов. В начале пятого вечера недалеко от здания «Мосювелиртога» припарковались две оперативные машины. Поскольку объект разработки занимал высокую должность, а применяемые технические средства были из разряда неординарных, в мероприятии решил принять участие сам начальник отдела. Вместе с ним прибыли сотрудник из технического отдела с дозиметром и три оперативника. Колесо, вероятнее всего, приехал на задержание не по причине его важности, а из карьеристских соображений. Попасть в сводку ГУВД о проведенной операции с применением уникальных технических средств было престижно.

Одну машину, в которой находился начальник отдела, поставили так, чтобы было видно выходивших работников из здания «Мосювелирторга». Вторая припарковалась на противоположной стороне улицы. В семнадцать двадцать из здания вышла Арефьева и подала условный сигнал, означающий, что деньги переданы. Сотрудники стали ждать, когда выйдет директор. После шести часов вечера из здания начали выходить работники торгу-правления. Через двадцать пять минут, когда поток выходивших закончился, Колесов спросил у Огарева, инициатора разработки:

— В здании есть выход во двор?

— Есть, но дверь забита вот такими гвоздями, — и он показал примерно 15-сантиметровой длины.

Прошло еще томительных пятнадцать минут. Романова не выходила. Колесо занервничал и обратился к Феликсу:

— Сходи и осторожно выясни обстановку.

Феликс зашел в здание, охранника у входа не было. Если бы в это время он находился на месте, пришлось использовать заранее подготовленный предлог для посещения торгуправления. Пройдя несколько метров по коридору в направлении кабинета директора, расположенного в торцевой части, он увидел открытую дверь приемной. Оттуда доносился шум работающего пылесоса. У него сразу же появилось тревожное предчувствие. По мере приближения к кабинету это ощущение усиливалось. Когда увидел через открытую дверь уборщицу, все понял, в горле сразу пересохло, а по спине пробежала струйка холодного пота. Через несколько секунд он обратился к уборщице, пожилой женщине:

— Скажите, а где Екатерина Васильевна? Я с ней договаривался о встрече.

— Милок, да ты опоздал. Почитай, уже полчаса прошло, как она ушла с работы. Охранник открыл ей дверь во двор, и она уехала домой.

С подавленным настроением Феликс вернулся к машине.

— Ну и где она? — предчувствуя неладное, строго спросил шеф, глядя на удрученного сотрудника, как удав на кролика.

— Полчаса назад вышла во двор и оттуда на служебной машине уехала домой.

— Так ты же говорил, что дверь во двор заколочена чуть ли не 150-миллиметровыми гвоздями, — срываясь на крик, сказал он, — поехали, Феликс, какой у нее адрес?

Прибыв к дому, где на восьмом этаже располагалась 31-я квартира, в которой Екатерина Романова проживала с мужем, известным в стране и за рубежом хирургом, Колесов из машины по радиотелефону сообщил заместителю начальника управления о возникшей проблеме. От него последовало указание:

— Юрий Павлович, силами своего отдела блокируйте все выходы из дома и установите, где находится объект. Не посвящая в подробности мероприятия, сейчас же подключайте местное отделение милиции. Хочу напомнить, что за проведение операции вы несете персональную ответственность.

— Я вас понял.

Через полчаса приехали двенадцать сотрудников отдела, шесть из них перекрыли выходы из квартиры и подъезда, остальные без дела стали ходить вокруг дома. Через начальника территориального отделения милиции вызвали участкового, который прибыл только через час. Под предлогом проверки паспортного режима в связи с подготовкой к проведению ноябрьских политических мероприятий пять человек, включая Колесова, участкового, Огарева, сотрудника технического отдела и еще одного оперативника, поднялись на восьмой этаж. Феликс позвонил в 31-ю квартиру. Дверь открыл Романов. Его удивил визит такого количества сотрудников милиции в столь поздний час. Участковый объяснил цель визита, и все вошли в прихожую. В это время из комнаты вышла Екатерина Васильевна, узнав, в чем дело, сказала мужу:

— Если нужен мой паспорт, он лежит на столе в холле, я пойду смотреть телевизор, — после чего ушла в соседнюю комнату, закрыв за собой дверь.

Николай Трофимович всех пригласил на кухню. Несмотря на то что комната была довольно большой, впятером в ней казалось как-то тесновато. У хозяина могло возникнуть подозрение, что многовато людей для проверки паспортного режима. Поняв это, Колесов сразу отправил одного оперативника якобы по другим адресам. Через полчаса ушел участковый.

Основная задача оставшихся сотрудников заключалась в том, чтобы попытаться по возможности установить, находятся ли в помещении деньги, помеченные изотопами, или нет. Квартира состояла из четырех комнат и кухни, в середине располагался большой холл. В прихожей дозиметр не сработал. Нужно было попытаться измерить фон в холле. Оттуда до внешних стен комнат было не более семи-восьми метров. Оставшись втроем, Юрий Павлович как бы случайно завел речь о неудачных планировках современных квартир и поинтересовался:

— Николай Трофимович, а как у вас расположен холл по отношению к комнатам?

После объяснений он предложил:

— Пойдемте, сами увидите.

Следом за ним в просторный холл вошли Колесов и Огарев. Старший лейтенант технического отдела по своей скромности остался стоять возле входа, не решаясь пройти на середину комнаты. Дозиметр не работал, и он подал условный сигнал начальнику. В это время к ним вошла Екатерина Васильевна, посмотрела на собравшихся, поинтересовалась у мужа, когда он освободится, и снова ушла, ни о чем не догадываясь. По всему чувствовалось, что визит незваных гостей может в любую минуту прерваться. Времени для обнаружения помеченных денег оставалось в обрез.

Колесов начал прохаживаться по холлу, глазами показывая инженеру последовать его примеру. Возле одной из комнат дозиметр неожиданно стал слабо вибрировать. Но это еще ничего не значило. Прибор также реагирует на чуть повышенный естественный фон. Нужно было незаметно для постоянно находившегося рядом хозяина квартиры посмотреть на спрятанный под курткой дозиметр. Когда сотрудник отходил от шкафа и двери одной из комнат, вибрация прекращалась, возвращался — она опять возобновлялась. Уловив момент, он посмотрел на шкалу. Стрелка показывала незначительный, но устойчивый уровень. Это свидетельствовало, что деньги находятся в холле, в шкафу либо в рядом расположенной комнате. Инженер подал условный знак Колесову. Заметив его, настроение у него сразу улучшилось, и он предложил:

— Николай Трофимович, давайте пройдем на кухню, мне нужно позвонить.

После короткого зашифрованного разговора по телефону Феликса отправили в отдел якобы для уточнения какой-то информации, связанной с паспортным режимом. Оставшись втроем, хозяин предложил выпить чаю, и они продолжали вести задушевные беседы, вспоминая былые времена.

Прибыв в управление, Огарев доложил руководству управления о том, что дозиметр сработал, значит, деньги, переданные в качестве взятки, находятся в квартире Романовых. Следователь, находившийся к тому времени в управлении, возбудил уголовное дело и вынес постановление о производстве обыска. Учитывая степень известности мужа Екатерины Романовой и используемые технические средства, решили сразу же получить санкцию прокурора. Около 22 часов санкция была получена.

Следователь с тремя оперативниками и двумя понятыми приехали в адрес и позвонили в квартиру. Дверь открыл Романов, они представились и вошли в прихожую. Услышав звонок, из комнаты вышла его жена и начала возмущаться. Прежде чем приступить к обыску, у следователя с хозяевами квартиры произошла перепалка. Они долго не могли поверить в реальность происходящего и возмущались произволом милиции. Но когда все же приступили к обыску и в серванте вместе с другими деньгами обнаружили двести рублей, на которых при ультрафиолетовом освещении виднелась четкая надпись «взятка», чета Романовых сразу сникла. Через несколько минут Колесов с сотрудником технического отдела, не прощаясь, ушли.

Обыск проводился всю ночь и закончился только к пятнадцати часам следующего дня. В квартире обнаружили более сорока пар женских сапог, туфель, около шестидесяти женских свитеров. Все вещи были импортные, большинство в упаковке. Многие из них давно вышли из моды. Около двадцати упакованных столовых, чайных, кофейных сервизов. Хрустальных изделий около ста наименований. Более пятидесяти комплектов индийского постельного белья. Семьдесят пять флаконов французских духов в ненарушенной упаковке. Ювелирных изделий около трехсот штук. Часть из данных вещей являлась предметами взяток. Кроме этого, была описана и изъята масса других вещей, которые за отсутствием грузовой машины вывозились в набитом доверху автобусе.

В итоге за успешно завершившуюся операцию Колесо, несмотря на допущенные промахи, простил Феликсу все его прегрешения, но усы, как и договаривались, ему все же пришлось сбрить. Городской суд приговорил Романову к двенадцати годам лишения свободы с конфискацией имущества.

Почти до конца горбачевской перестройки на территории СССР, в том числе России, экономические преступления в основном совершались в государственном секторе. Как правило, при помощи различного рода программ, компаний, за которыми стояли отдельные коррумпированные руководители различных уровней партийно-государственного аппарата, создававшие условия преступным сообществам для получения сырья, фондов, дефицитного оборудования, инвестиций.

После ввода в действие ряда правовых актов, направленных на разгосударствление экономики, создание и развитие различных форм собственности, преступники в своих интересах стали использовать не только государственные, но и ставшие появляться коммерческие структуры, старт которым дали принятые в феврале 1987 года постановления Совета министров СССР о создании кооперативов по бытовому обслуживанию населения, производству товаров народного потребления, а также в сфере общественного питания. В мае этого же года вступил в силу закон об индивидуальной трудовой деятельности, а в июне — закон о государственном предприятии, предусматривавший хозрасчет и элементы самостоятельности в выборе экономических партнеров.

Благоприятно складывающиеся условия в экономике и несовершенство законодательного механизма начали использовать лица с преступными наклонностями для легализации незаконных сделок, отмывания денежных средств, нажитых преступным путем, совершения иных экономических преступлений. В этих целях работники, занимавшие руководящие должности, стали создавать при государственных предприятиях, учреждениях, организациях коммерческие структуры, через которые совершали хищения материальных ценностей, денежных средств и другие противоправные действия.

Принятие в Советском Союзе в мае 1988 года закона о кооперации положило начало зарождению в стране частной собственности, разрешило кооперативам заниматься любыми не запрещенными законом видами деятельности, в том числе и торговлей, осуществлять свои операции по экспорту и импорту. Хотя в соответствии с законом кооперативная собственность являлась социалистической формой собственности, но, по существу, в деятельности кооперативов, вопреки правовым нормам, стали появляться элементы частной собственности.

Данный закон впервые со времен окончания НЭПа, по сути, разрешил создание частных предприятий. Собственностью кооперативов являлись принадлежащие им средства производства и иное имущество, необходимое для осуществления уставных задач. Они получали право использовать наемный труд по трудовому договору граждан, не являющихся членами кооператива, с оплатой их труда. Доход, согласно уставу, принадлежал только его членам. В это время стали образовываться многочисленные кооперативы на государственных заводах и фабриках, при министерствах и ведомствах.

Поправки, внесенные в Конституцию СССР в марте 1990 года, легализовали частную собственность. Статья 10 была изложена в новой редакции, в соответствии с которой основой экономической системы Советского Союза были объявлены собственность советских граждан, коллективная и государственная собственность. В ней сказано, что государство создает условия, необходимые для развития разнообразных форм собственности, и обеспечивает равную их защиту. К середине года общее число кооперативов выросло и составило свыше двухсот тысяч. В связи с несовершенством системы государственного контроля за их деятельностью и качеством выпускаемой продукции появилась возможность незаконного и безнаказанного обогащения.

Несмотря на то что в соответствии с законом кооперативная собственность находилась под защитой государства, правоохранительные органы, по сути дела, не защищали ее наравне с государственной. В период кооперативного движения сотрудникам БХСС было запрещено осуществлять правоохранительные функции в сфере экономической деятельности в отношении таких предприятий. Благоприятно складывающейся ситуацией в секторе экономики незамедлительно воспользовались лица с корыстной направленностью, которые под прикрытием различного рода деятельности совершали экономические и общеуголовные преступления. В наибольшей степени правонарушения происходили в организациях общественного питания города Москвы.

Спустя примерно год после принятия закона о кооперации сотрудники Главного управления БХСС МВД СССР решили негласно проверить все созданные крупные кооперативные рестораны в Москве на предмет соблюдения требований о закупке мяса домашних животных и птицы для приготовления блюд только на рынке. В то время функционировало 37 таких ресторанов.

В ходе скрытого наблюдения оперативники установили, что только три кооператива закупали мясо и птицу на рынке в соответствии с распоряжением. Остальные покупали указанные продукты в магазинах по низким ценам, невысокого качества, а продавали продукцию по завышенной цене. Впоследствии аналогичные правонарушения были выявлены и по всей стране. Однако руководство МВД так и не осмелилось доложить об этом руководству страны, знали, что кооперативное движение — детище генерального секретаря КПСС, будущего первого президента Советского Союза, и не хотели его расстраивать. По аналогии, как во времена Сталина.

Зарождение лишь по форме кооперативного, а по сути частного предпринимательства, появление возможности незаконного обогащения, несовершенство правового механизма по защите кооперативной собственности и отсутствие государственного контроля во многом способствовали появлению организованной преступности новой формации. Структурно измененные типы различных формирований, составляющие этого негативного явления, в большей степени отличаются алчностью и жестокостью. По мере создания кооперативов, совместных предприятий с участием иностранных фирм в стране стало происходить социальное расслоение общества. Сфера экономики привлекла повышенное внимание уголовных элементов и лиц, которые были не против поживиться за счет разворовывания государственного имущества. В связи с принятием ряда изменений в законодательстве, появившихся в результате происходящих социально-экономических процессов, стали видоизменяться не только структуры организованных группировок, но и способы совершаемых преступлений в сфере экономики.

Через кооперативы и совместные предприятия, созданные с участием фирм капиталистических и развивающихся стран, стал осуществляться массовый экспорт сырьевых ресурсов. Как правило, по ценам значительно ниже мировых за счет выделения госфондов. Под предлогом отходов поставлялись за рубеж квотируемые, а порой и запрещенные к вывозу товары, военное снаряжение и особенно современные противогазы, пользовавшиеся повышенным спросом в странах с жаркими климатическими условиями. Одним из его достоинств являлось то, что, не снимая его, можно было пить воду. Полученная прибыль распределялась между лицами, входившими в состав преступных группировок. Иностранные фирмы скупали сырье буквально за бесценок, при этом зачастую рассчитываясь дешевым, залежалым товаром.

При содействии корыстных чиновников иностранные компании с успехом нажились на развале Советского Союза. Получали прибыль, а заодно избавились от давно просроченных товаров, которые годились, пожалуй, только для помойки. Завозили в страну либо давно устаревшие изделия легкой промышленности, иногда даже попадались экземпляры выпуска конца 1960-х годов или некачественные товары, в том числе детские. Однажды из партии детской обуви, изготовленной в Южной Америке, директор совместного предприятия на глазах у сотрудников БХСС подошву ботинка проколол пальцем, демонстрируя качество приобретенного товара. Разворовывание государственной собственности, конечно, не могло происходить без ведома и одобрения чиновников, занимавших руководящие должности во властных структурах государства.

До приостановления деятельности КПСС в 1991 году участие в преступной деятельности организованных формирований в сфере экономики принимали отдельные должностные лица районных и городских комитетов КПСС. Достаточно сказать, что по 39 % изученных уголовных и оперативных дел в качестве соучастников преступлений проходили указанные работники. Из данной категории работников 78 % являлись секретарями комитетов компартии, 22 % — иными должностными лицами. В 16 % указанные работники исполняли роль лидеров. Такое положение было связано с основополагающей ролью, выполняемой комитетами коммунистической партии при назначении граждан на руководящие должности в сфере экономики, органы власти и управления. Любое сколь-нибудь значительное назначение не обходилось без рассмотрения кандидатуры в комитетах компартии.

После принятия в августе-ноябре 1991 года ряда указов президента РСФСР о приостановлении деятельности КПСС и Коммунистической партии РСФСР ведущее место в органах государственной власти начали занимать законодательные и исполнительные органы власти. Теперь за взятки выгодные для преступных формирований вопросы в сфере экономической деятельности стали решать корыстолюбивые чиновники различных уровней вновь созданных органов государственной власти.

Одним из основных факторов проникновения организованной преступности в сферу экономики является распространение взяточничества в государственных структурах. Результаты проведенного исследования практически во всех регионах бывшего СССР с большой степенью достоверности свидетельствуют, что коррупция вопреки досужим вымыслам ряда журналистов, писателей стала приобретать массовый характер только с конца 1980-х годов, по причине происходящих в этот период времени политических и социально-экономических процессов. Однако системный характер в России это явление приобрело в начале XXI века.

Весьма часто любители россказней о масштабности коррупции в Советском Союзе путают ее с банальным взяточничеством, поскольку она не является атрибутом социалистической формации. До середины 1980-х годов коррупция ассоциировалась исключительно с рыночной экономикой.

Сотрудники управления БХСС города Москвы имели доступ к различного рода закрытой информации, однако впервые о коррупции в СССР на официальном уровне им пришлось услышать только в 1984 году, на партийном собрании, из уст вновь назначенного начальника управления, бывшего работника КГБ. Он располагал данными о состоянии дел с преступностью в сфере экономики, в том числе о должностных правонарушениях на различных уровнях. Речь шла о среднем звене руководства предприятий торговли и контролирующих органах, которые первыми подверглись воздействию со стороны этого явления.

В тот период времени правоохранительная система и органы исполнительной власти еще не были поражены коррупцией. Безусловно, факты взяточничества, иные должностные преступления выявлялись в различных отраслях народного хозяйства и органах государственной власти, но они являлись локальными и не имели организованного характера. Однако уже в середине 1970-х годов элементы организованности в преступлениях, совершаемых в сфере экономики, как ранее упоминалось, стали прослеживаться в южных субъектах, входивших в состав СССР. В особенности в Узбекистане, Казахстане, ряде других республик и некоторых областях и краях РСФСР.

Сейчас весьма странно слышать рассуждения о небывалых размахах коррупции и организованной преступности в Советском Союзе, крупных взятках должностных лиц, в том числе в партийных и правоохранительных органах. Особенно этим грешат так называемые либералы и борцы за справедливость, отлученные от кормушки. Оказавшись в такой ситуации, эта публика мгновенно «перекрасилась» в другой цвет, забыв, что они были ярыми защитниками власти и даже находились при ней. Теперь с такой же силой набрасываются на бывших единомышленников, ругая все без разбору, в том числе и страну.

Основываясь не на слухах и не на различных фейковых публикациях в интернете, а на изучении, ознакомлении, анализе большого количества архивного материала уголовных и оперативных дел, можно с уверенностью утверждать о реальном состоянии организованной преступности. Хищения в особо крупных размерах, взяточничество, злоупотребления служебным положением и другие правонарушения экономического характера, безусловно, совершались в Советском Союзе, но они имели в основном эпизодический, бессистемный характер. По масштабу причиненного ущерба, степени организованности ни в какое сравнение не могут идти с преступлениями, совершенными в 1990-х и последующие годы.

Для сравнения достаточно привести всего лишь несколько примеров о деятельности высших государственных лиц субъектов Российской Федерации.

До 2002 года главы республик (президенты), губернаторы одновременно являлись сенаторами и имели статус неприкосновенности. С 1 января 2002 года они сложили с себя полномочия и утратили статус неприкосновенности. Это существенно облегчало работу правоохранительным органам по их изобличению.

Чуть более чем за двадцать лет, начиная с 1996 года по 2017 год, уголовные дела были возбуждены в отношении 27 глав регионов, включая шестнадцать действующих руководителей. При этом до 2006 года к губернаторам, подозреваемым в совершении преступлений, не применялась мера пресечения в виде ареста. Первой ласточкой при исполнении полномочий стал глава Ненецкого автономного округа. Из семи руководителей регионов, в отношении которых расследование уголовных дел завершилось, трое получили условное наказание, двое амнистированы. Два губернатора были приговорены к различным срокам лишения свободы.

В течение 2017 года под следствием или судом находились восемь бывших глав субъектов России, задержанных в разное время. Не говоря о значительном количестве дискредитированных лиц, занимавших высшие государственные должности. По существу, совершившие уголовно наказуемые деяния, но к ответственности в силу различных причин не были привлечены.

Из числа указанных высокопоставленных должностных лиц в марте 2014 года губернатор Новосибирской области указом президента России был отправлен в отставку в связи с утратой доверия. В мае того же года Следственный комитет возбуждает уголовное дело по статье халатность. Незаконными действиями чиновника областному бюджету причинен ущерб в сумме 22 миллионов рублей. Суд назначил экс-губернатору наказание в виде лишения свободы сроком на три года условно. Двумя месяцами позже Следственный комитет предъявил обвинение губернатору Брянской области в злоупотреблении должностными полномочиями. Спустя четыре месяца президент отстраняет его от занимаемой должности, а через год судом был приговорен к четырем годам лишения свободы с содержанием в колонии общего режима.

По подозрению в получении взятки в 2015 году правоохранительные органы задержали губернатора Сахалинской области вместе с несколькими сотрудниками областной администрации и под конвоем доставили в Москву. Спустя сутки суд избрал им меру пресечения в виде содержания под стражей. После чего президент отправил губернатора в отставку. Общая сумма взяток превысила 522 миллиона рублей. Суд приговорил экс-губернатора к тринадцати годам колонии строгого режима и выплате штрафа 500 миллионов рублей.

В том же году в отношении главы Республики Коми и еще восемнадцати человек возбуждается уголовное дело по обвинению в создании преступного сообщества, мошенничестве, получении взятки. Размер причиненного ущерба превысил один миллиард рублей. Руководитель республики был отстранен от должности и вместе с участниками преступлений арестован. В Петрозаводске в конце года по подозрению в получении взятки в размере пяти с половиной миллионов рублей следственные органы арестовали экс-главу Карелии. Республику он возглавлял в 2010–2012 годах. Бывший глава республики приговорен к восьми годам колонии строгого режима.

В Москве в середине 2016 года с поличным был задержан губернатор Кировской области в момент получения двухсот тысяч евро. В тот же день суд санкционировал его арест, а спустя четыре дня президент отправил губернатора в отставку. Экс-глава субъекта Российской Федерации приговорен к восьми годам лишения свободы.

В марте 2017 года Следственный комитет возбудил уголовное дело в отношении бывшего губернатора Челябинской области, который возглавлял регион в 2010–2014 годах, по факту получения взяток на сумму более трех миллиардов четырехсот миллионов рублей. В мае вынесено решение о его заочном аресте, и он объявлен в международный розыск.

Спустя месяц правоохранительные органы задержали главу Удмуртии за получение взятки в размере 139 миллионов рублей и доли в коммерческой организации. Президент отрешил его от должности в связи с утратой доверия. В этот же год был освобожден от занимаемой должности глава Республики Марий Эл, а через неделю его задержали по подозрению в получении взятки в сумме более 235 миллионов рублей. Суд избрал ему меру пресечения — заключение под стражу. Экс-глава возглавлял республику с 2001 по 2017 год.

Это даже не вершина, а только часть вершины айсберга. Для сравнения: за двадцать лет, с 1970 по 1990 год, в РСФСР, несмотря на эффективную деятельность правоохранительных органов и непримиримость со стороны государства к взяточничеству, хищениям и иным правонарушениям, к уголовной ответственности были привлечены шесть работников, занимавших высшие государственные должности. В частности, первый секретарь Краснодарского обкома партии, министр внутренних дел Советского Союза и его первый заместитель, заместитель министра рыбной промышленности страны, начальник Главного управления торговли города Москвы, председатель горисполкома (мэр) города Сочи. Разница, безусловно, впечатляет.

Неоправданное игнорирование в 1980-х годах наличия в Советском Союзе организованных форм преступности, а также факторов, ее порождающих, отрицательно повлияло на противодействие зарождающего социально негативного явления. Данная проблема вообще не являлась предметом обсуждения в органах внутренних дел и относилась к понятию групповой преступности. До конца 1980-х годов само существование организованной преступности в Советском Союзе отрицалось. Целенаправленная борьба с ней не велась, научные исследования этого феномена не проводились, что в немалой степени способствовало его зарождению.

Признание существования в стране организованной преступности

Отправным моментом в деятельности правоохранительной системы Советского Союза было официальное признание государственными структурами и учеными существования организованной преступности как таковой. Тем более что при тоталитарном режиме данное явление проявляется в меньшей степени.

В этой связи интересными представляются сам подход к процессу научного исследования возникшей проблемы, выбор и утверждение темы диссертации, а также связанные с ними события. Потому что официальное утверждение темы могло уже служить свидетельством признания учеными наличия организованной преступности в стране и имеющихся трудностей противодействия зарождающемуся негативному феномену. В середине 1980-х годов в Советском Союзе организованной преступности не придавали серьезного внимания ни практики, ни ученые, не говоря о высших государственных структурах. Тем не менее данное направление нуждалось в серьезном изучении.

К этому времени Нещадимов уже защитил кандидатскую диссертацию и работал преподавателем на кафедре специального факультета Академии МВД СССР, где обучались иностранные слушатели. Через месяц после присуждения в январе 1988 года ученой степени на дальнейшее занятие научной деятельностью в рамках докторского диссертационного исследования его сподвигнул Н.И. Майоров, начальник докторантуры Академии МВД. Добрейшей души человек, умевший держать слово офицера. Он был первым, к которому Нещадимов обратился за советом и не ошибся.

— Пока не расслабился после защиты кандидатской, нужно начинать работать над докторской диссертацией. Если есть желание, выбери тему, обсуди ее со специалистами и приступай к проведению исследования. Я всегда тебя поддержу, — сказал он.

— Спасибо, Николай Иванович, я обязательно воспользуюсь вашим советом.

Выбрать тему, связанную с проблемами организованной преступности, ему порекомендовал А.И. Гуров. Уже в тот период он предвидел ее масштабы и всю опасность надвигающегося социального явления, которое впоследствии проявилось в самых изощренных формах. К сожалению, его самые негативные прогнозы во многом сбылись.

Еще на этапе утверждения темы Нещадимову пришлось преодолевать противодействие со стороны некоторых ученых из научных и учебных заведений системы МВД города Москвы. Но не потому, что они не хотели официально признавать существование этого феномена, а скорее всего из-за обыкновенной зависти. В то время в основном пожилые ученые создавали различного рода искусственные барьеры молодым кандидатам юридических наук, препятствующие подготовке и защите докторских диссертаций. Неудивительно, что самому молодому доктору юридических наук по специальности 120009 было за пятьдесят. Тем более когда вопрос стал об исследовании официально непризнанного явления.

На тот момент Нещадимову исполнилось 38 лет, возраст для кандидата наук довольно-таки не юный, но с учетом того, что после присвоения ученой степени прошел всего месяц, его намерения могли расценить как вызов ученым мужам, граничащий с посягательством на их непререкаемый авторитет. По этой причине на первоначальной стадии выбора темы он не решился обратиться со своим вопросом к ведущим ученым, предчувствуя отрицательную реакцию. Получив одобрение сначала от Майорова, затем помощника министра МВД Мужинского, а потом заместителя начальника НИИ Вандышева, решил: пора замахнуться на двух наиболее авторитетных профессоров Академии МВД по профилю предполагаемой темы. Сначала пришел к светиле в области борьбы с экономической преступностью.

— Борис Еремеевич, я решил посоветоваться с вами по поводу выбора темы докторской диссертации.

— Ты что, с ума сошел? Зачем тебе нужно вешать на шею такой груз? Ты даже не представляешь, сколько сил и времени придется затратить. Работа над докторской весьма сложный процесс, это тебе не кандидатская. Пока молодой, лучше гуляй, отдыхай, не обрекай себя на мучения.

— А что вы скажете по поводу выбранной темы?

— Я тебе свое мнение сказал. Оставь эту затею.

— Спасибо за совет. Я подумаю, — сказал Нещадимов и вышел из кабинета.

Несмотря на свои предчувствия, Нещадимов все же не рассчитывал на такую категоричную реакцию одного из ведущих ученых и расстроился. Зато к нелестному разговору с начальником основной профильной кафедры, с учетом каких-то у него проблем, связанных с присуждением так называемого «холодного» профессора, то есть присвоения ученого звания баз защиты докторской диссертации, он был морально готов.

— Василий Евгеньевич, я собираюсь выбрать тему докторской диссертации. Хотел узнать ваше мнение? — сказал Нещадимов, зайдя к нему в кабинет.

— Не рано ли ты собрался идти в доктора? Только вчера кандидатскую защитил.

— Ни в какие доктора я идти не собираюсь. Хочу начать работу над докторской диссертацией, а там как получится. Ваше мнение мне понятно. Не смею вас больше отвлекать по пустякам.

Попрощавшись, он вышел из кабинета. Щербаков тут же позвонил Атаманцеву, начальнику кафедры специальных дисциплин, на которой работал Нещадимов:

— Владимир Михайлович, ты представляешь, сейчас у меня был молодой наглец, вчерашний адъюнкт Нещадимов, который заявил, что он собирается писать докторскую диссертацию.

— Василий Евгеньевич, не волнуйтесь, будем его поправлять.

При таком подходе, а это были ведущие ученые по выбранной теме, начинать работать над докторской диссертацией практически было бессмысленно. Однако, закалив характер на оперативной работе по преодолению постоянно возникавших препятствий и поиску вариантов для выполнения поставленных задач, он решил действовать по намеченному плану.

С целью адекватного поведения в любой обстановке Нещадимов выработал два непреложных правила. Первое — ожидать при рассмотрении либо решении независимо от сложности вопроса наступления отрицательного результата и быть готовым к его восприятию. Второе — предвидеть в различных ситуациях возникновение возможных последствий и действовать в соответствии с заранее смоделированным алгоритмом поведения. Все это позволяет психически подготовиться к любому развитию событий и спокойно действовать согласно прогнозируемым вариантам.

Чтобы выработать такую норму повседневного поведения, нужно взять за правило всегда следовать этому принципу, и тогда он станет привычкой. То есть заранее мысленно прорабатывать возможные варианты действий с учетом прогнозируемых последствий. Это позволит избежать массы проблем, стрессовых ситуаций, неприятностей, неудобств и будет во многом способствовать решению поставленных задач.

К нелестной беседе, состоявшейся с первым профессором, по причине положительного отношения предыдущих ученых к его намерениям, Нещадимов не был готов и, естественно, расстроился. Но к разговору со вторым авторитетным деятелем науки он уже подготовился и ничему не удивился. Получив неодобрительные отзывы от двух ученых мужей, он обратился к светиле криминологии Г.А. Аванесову.

— Какая может быть у нас организованная преступность, когда в стране не все организовано. Выбери нормальную тему. Хочешь по нашей кафедре, я помогу.

На тот момент профессор был во многом прав, но впоследствии стал сбываться прогноз, сделанный Гуровым. Заручившись поддержкой ряда ученых, Нещадимов начал готовить документы для утверждения темы по проблемам противодействия организованной преступности. Спустя несколько месяцев начальник кафедры Атаманцев поступил в докторантуру, а его место занял Игонин.

Так случилось, что как раз в это время от кафедры нужно было направить на два месяца одного преподавателя, имеющего ученую степень, в командировку в Лаос для чтения лекций в учебном заведении правоохранительных органов страны. Подобные командировки являлись весьма престижными и выгодными с материальной точки зрения. За каждый месяц преподавателям платили более тысячи долларов. При возвращении они покупали в аэропортах импортную радиоаппаратуру, которую в России невозможно было приобрести. На эту роль на кафедре в большей степени подходила кандидатура Нещадимова. Доцент, с которым они вместе располагались в одной комнате, сказал:

— Валерий Михайлович, по всей вероятности, тебе предложат ехать в командировку, все равно больше некому. Многие бы согласились, да не все соответствуют предъявляемым требованиям отдела кадров. Чего ты ждешь, иди к начальнику кафедры и поговори с ним.

— Никуда я не пойду. Предложат — поеду, не предложат — тоже большой беды не будет. У меня есть чем заниматься.

Через несколько дней Игонин пригласил к себе Нещадимова.

— Валерий, ты знаешь, зачем я тебя вызвал? — с загадочным видом спросил он.

— Нет, не знаю.

— От нашей кафедры для чтения лекций по проблемам экономической безопасности нужно направить в Лаос одного преподавателя, имеющего ученую степень. Твоя кандидатура как раз подходит.

— А ваш заместитель Юрий Николаевич? Он тоже кандидат и специализация соответствует.

— У Шилова возраст не соответствует, а Евсеева кадры по каким-то причинам не пропускают. Остальные не кандидаты наук. Так что скажешь?

— Я согласен.

— Свяжись с отделом кадров, они расскажут, что делать, и через месяц в составе группы будь готов вылететь в Лаос.

— Понял. Спасибо.

Нещадимов узнал в кадрах, какие нужно подготовить документы. Дома он рассказал жене о сделанном предложении поехать на два месяца в командировку в Лаос, она идею одобрила.

Слух о сделанном ему предложении сразу же разнесся по кафедре. Через три дня, после занятий, когда Нещадимов уже собирался ехать в отдел кадров оформлять документы, его вызвал Игонин. «Наверное, хочет узнать о подготовке документов для командировки», — подумал он. Зайдя в кабинет, ему показалось, что начальник выглядит как-то не так, как обычно. «Значит, что-то случилось», — промелькнуло у него в голове.

— Валерий Михайлович, ты знаешь, — начал он издалека, с трудом подбирая нужные слова. — Тут мне звонили из разных инстанций и предложили в Лаос направить Налимова. Я сказал, что он не имеет ученой степени. Мне ответили, что это, дескать, не твоя забота.

— Виктор Сергеевич, я вас понял.

— Ты не обиделся?

— Да нет, все нормально.

После этих слов у шефа настроение заметно улучшилось, словно камень с души свалился.

— Ну и хорошо, иди работай. Тем более что у тебя предстоит много хлопот с утверждением темы.

О состоявшимся разговоре Нещадимов рассказал жене, она поначалу расстроилась, но потом, оценив ситуацию, даже обрадовалась, что не останется одна с двумя детьми в течение двух месяцев.

Тем временем Налимов приступил к подготовке необходимых документов для командировки. Размеренная жизнь на кафедре проходила своим чередом. Шилов, заместитель начальника кафедры, начал читать лекции на курсах повышения квалификации для руководителей органов внутренних дел вьетнамских провинций. Группа состояла из 47 старших офицеров с опытом практической работы. Спустя три дня они потребовали от руководства факультета заменить преподавателя. В перерыве Шилов зашел к Нещадимову.

— Валерий Михайлович, читать лекции на КПК Виктор Сергеевич поручил тебе, — сказал он.

— А как же вы?

— Вьетнамцы такие капризные, я не хочу больше с ними работать. Следующую лекцию пойдешь читать ты.

— Юрий Николаевич, а тема какая?

— Вот тебе мой конспект, там указана тема, вопросы, и возьми с собой учебник. Пока есть время, зайди в спецбиблиотеку.

— А учебник мне зачем?

— На всякий случай.

Войдя в аудиторию, начальник кафедры представил слушателям Нещадимова. Поняв, что лекции будет читать не подполковник, а майор, послышались возгласы, означавшие не иначе как разочарование. Ведь они просили опытного, грамотного специалиста, а тут вместо полковника заместителя начальника кафедры предлагают всего лишь преподавателя. Сказав несколько лестных слов в адрес нового лектора, он вышел из зала. Перевод по очереди осуществляли два вьетнамских переводчика, хорошо владевшие русским языком. После окончания занятий Нещадимов, попрощавшись, пошел к выходу. Проходя мимо стола, за которым сидели переводчики, он услышал:

— Этот в книгу не смотрит, — сказал один из них.

— У него ее даже нет, — добавил другой.

Из услышанных фраз ему стала понятна истинная причина замены лектора.

Спустя примерно дней десять после состоявшегося разговора по поводу командировки Игонин вызвал к себе Нещадимова.

— Валерий, — начал он сразу без привычного вступления. — У Налимова какие-то проблемы с прохождением медицинской комиссии, поэтому в Лаос поедешь ты, — с радостными нотками в голосе сказал он.

— Виктор Сергеевич, я не поеду.

— Ты отказываешься ехать в Лаос?

— Вы знаете, отказываюсь, причем категорически. Получается так. Сначала предложили мне ехать в командировку, потом отказали. Ну здесь все понятно. Но затем снова предлагаете. По-моему, это уже перебор.

— Так ты действительно отказываешься от командировки?

— Вы правильно меня поняли.

— Хорошо, свободен.

Вызвав к себе Налимова, шеф строго сказал:

— Нещадимов отказывается от предложенной загранкомандировки. Поэтому делай, что хочешь, а медицинская справка, что ты здоров и тебе не противопоказан жаркий климат, у тебя должна быть. Хоть купи ее, мне все равно, как ты это сделаешь.

Через несколько дней Налимов все же получил необходимое медицинское заключение и улетел с группой преподавателей в Лаос.

Несмотря на то что Нещадимов готовился к обсуждению темы докторской диссертации, Шилов предложил ему ехать на три месяца во Владивосток для участия в комплексной операции. Этот разговор состоялся в комнате, где находились и другие сотрудники кафедры.

— Юрий Николаевич, я не могу сейчас ехать в командировку на такой длительный срок, готовлю документы для утверждения темы.

— Вот в командировке и соберешь материалы для докторской.

— Какие материалы? Если тема не утверждена.

— Выходит, в Лаос Нещадимову ехать нельзя, а на Дальний Восток — пожалуйста, — сказал один из присутствовавших при разговоре преподаватель.

— Он сам отказался от Лаоса.

— После того как сначала предложили, а потом отказали. Кто же согласится?

— Юрий Николаевич, — обратился к нему старший преподаватель, полковник, ранее работавший в центральном аппарате МВД. — Я готов вместо Нещадимова поехать в командировку, а он пусть занимается утверждением своей темы.

— Пожалуйста, я не возражаю.

На этом вопрос о Владивостоке был закрыт. На заседании кафедры, когда обсуждалась тема докторской диссертации, бывший начальник кафедры специальных дисциплин Атаманцев, который к тому времени уже обучался в докторантуре, спросил у Нещадимова:

— Ты знаешь мнение Миньковского, ведущего ученого в области уголовного права, по вопросу организованной преступности?

— Нет, не знаю.

— Недавно он сказал, такого явления, как организованная преступность, в Советском Союзе не существует.

Подобное мнение бытовало среди ряда ученых, несмотря на то, что 15 ноября 1988 года в соответствии с приказом МВД СССР было создано управление по борьбе с организованной преступностью. В КГБ сформировали отделы. Причиной такого отношения к проблеме скорее всего послужило то, что многие руководители МВД считали создание этого управления надуманным и необоснованным. Впоследствии, как это часто бывает в таких случаях, Миньковский стал одним из ведущих ученых по данной проблематике. Поняв свою неправоту, он смог поменять позицию, но такие перемены, к сожалению, происходят далеко не со всеми учеными. В процессе подготовки документов для утверждения темы докторской диссертации со стороны руководства, в основном кафедры, на которой работал Нещадимов, чинились различного рода препоны и плелись интриги.

Спустя год, осенью, на заседании ученого совета Академии МВД тема не была утверждена по надуманной причине. Одному из экспертов, доктору экономических наук, не понравился план диссертационного исследования. Некоторые члены совета осторожно высказывали бытующую точку зрения об отсутствии организованной преступности в Советском Союзе. Ученые по профильной специализации ненавязчиво выступали положительно. В процессе рассмотрения темы Нещадимов присутствовал в зале, и ему предоставили слово. При всем его старании приведенные аргументы не были услышаны. Активное выступление эксперта-экономиста побудило председателя ученого совета к проведению голосования. Мнения ученых разделились поровну. Поэтому председатель принял соломоново решение, посчитав свой голос за два, и на всякий случай тему не утвердили.

После заседания совета эксперт-экономист вышел из зала заседаний в коридор и, встретив там проходившего знакомого профессора, завязал с ним разговор, в ходе которого сказал:

— Вот сейчас обсуждали три докторские темы, две были банальные, так себе, ничего нового не представляющие, мы их утвердили, а одна — нормальная, заслуживающая внимания, мы ее отклонили.

Нещадимов в это время находился недалеко от них и слышал откровенный разговор двух мэтров. Его он огорчил. Но самое неожиданное и неприятное было впереди.

На следующий день Нещадимов, по причине, как ему казалось, отсутствия для этого оснований, поступился своими правилами и, не настроившись к негативному отношению начальника кафедры, доложил о результатах рассмотрения темы ученым советом. Забегая вперед, необходимо сказать, что Игонин имел степень кандидата наук и также собирался утверждать тему докторской диссертации по вопросам использования спецтехники в оперативной работе.

— Виктор Сергеевич, вчера на ученом совете долго обсуждали мою тему, но так и не утвердили. Особенно усердствовал профессор кафедры экономики. Ему не понравился план диссертации. Было принято решение о доработке плана и устранении высказанных замечаний. В течение двух-трех недель доработаю план, согласую с экспертом, устраню сделанные замечания и выйду на повторное обсуждение. Тем более что два других профильных эксперта не возражали против ее утверждения.

В ответ он услышал, по сути, шокирующую для него новость:

— У меня другая информация. Из разговора с ученым секретарем я понял, что на заседании совета речь шла не о доработке материалов по утверждению темы, а о снятии ее с дальнейшего рассмотрения. Так что выбирай новую тему и готовь необходимые материалы.

Нещадимов в прямом смысле был ошарашен услышанным. Вот что значит заранее не подготовиться к негативному результату по вопросу, по которому, на первый взгляд, его вообще не должно быть. «Выходит, что после кропотливой работы, поиска, согласований, подготовки обоснования нужно все бросить и начать поиск новой диссертабельной темы. Тем более выбранный объект исследования ранее не подвергался изучению, и речь идет не о каких-либо выгодах, не повышении по службе или еще о чем-либо подобном, а о сложном проведении научного исследования по инновационной теме, результаты которой необходимы в первую очередь для правоохранительной системы, и вдруг на ровном месте встречаются препятствия. Нет, с этим я не согласен», — мысленно рассуждал Нещадимов, пока Игонин отвлекся, разговаривая по телефону. Будучи неискушенным в интригах в сфере научной деятельности, несмотря на имевшуюся ученую степень, он начал объяснять суть происшедшего:

— Виктор Сергеевич, на совете не шел разговор о снятии темы с дальнейшего обсуждения, а только о ее доработке.

— Валерий, готовь новую тему, эта не пойдет. Разговор закончен.

Вопреки сказанному начальником кафедры Нещадимов после состоявшегося с ним разговора начал дорабатывать материалы для повторного рассмотрения темы. Впоследствии выяснилось, что причиной такого отношения шефа послужила банальная зависть к преподавателю, недавно защитившему кандидатскую диссертацию. Выходило так: у начальника кафедры тема докторской не утверждена, а у преподавателя все готово для утверждения — непорядок. Нужно приостановить строптивца, вот Игонин и придумал легенду. Но ничего у него не вышло, на упертого попал.

Самое интересное в этой ситуации заключалось в том, что повторное обсуждение темы состоялось только через два месяца. К этому времени, 23 декабря 1989 года, на заседании Съезда народных депутатов СССР вместе с другими задачами рассматривался вопрос об усилении борьбы с организованной преступностью в Советском Союзе. В постановлении было сказано, что научным учреждениям правоохранительных органов необходимо обеспечить комплексное исследование проблем организованной преступности и разработать на этой основе научно обоснованные рекомендации и технические средства борьбы с ней. Это и послужило положительным моментом для утверждения темы.

В конце декабря, на последнем заседании ученого совета текущего года, рассматривалась только одна тема докторской диссертации, остальные — кандидатские. Председатель скороговоркой зачитал ее, выслушали короткие положительные сообщения экспертов и без голосования тему утвердили. Причем эксперт, который ранее выступал против, в этот раз заявил:

— После доработки план диссертационного исследования стал на порядок лучше прежнего. Я считаю, что тему в предложенной редакции можно одобрить.

Хотя ее редакция, по сути, практически не изменилась. Два других эксперта сказали, что они, как и раньше, поддерживают данную тему.

В соответствии с принятым менее чем через полгода постановлением Совета министров СССР предусматривалось создание межрегиональных подразделений МВД по борьбе с организованной преступностью. Спустя девять месяцев во исполнение указа президента Советского Союза «О мерах по усилению борьбы с наиболее опасными преступлениями и их организованными формами» Шестое управление МВД было преобразовано в главное управление по борьбе с наиболее опасными видами преступлений и ее организованными формами.

Несмотря на официальное признание наличия в стране социально опасного явления и необходимости его научного изучения, всевозможные приключения и инсинуации после утверждения темы не закончились, а продолжились по мере работы над диссертацией. Все интриги плелись Атаманцевым, бывшим начальником кафедры, обучавшимся в докторантуре. По причине завышенного самомнения он и мысли не допускал о том, чтобы преподаватель, недавно получивший степень кандидата наук, наравне с ним писал докторскую диссертацию.

Примерно через полтора года, когда Нещадимов уже учился в докторантуре и проводил исследования по выбранной теме, якобы Гуров сказал Атаманцеву который в то время более двух лет работал над диссертацией, что у Нещадимова отсутствует достаточная теоретическая подготовка для написания докторской работы. Очевидно, рассчитывал таким образом оказать на него негативное воздействие. Этой новостью Нещадимов поделился с Игониным, который очень усомнился в том, чтобы Александр Иванович, сам рекомендовавший эту тему, мог так сказать.

— Не обращай внимания на всякие выдумки. Тем более у нашего бывшего шефа за два с половиной года практически ничего не написано. Работа находится в плачевном состоянии и вряд ли будет успешно завершена. Поэтому он завидует тебе и пытается всячески помешать достичь поставленной цели.

Сочинив такую небылицу, он и не подозревал, что тем самым вызовет у Нещадимова недюжинное стремление написать диссертацию и защитить ее в срок. Если бы Атаманцев сказал, что Нещадимов располагает достаточным потенциалом для успешного завершения начатой работы, но не представляет, какие сложности его ожидают впереди, придется пожертвовать отдыхом, работать даже в выходные дни и по ночам, отказаться от многих прелестей жизни, он, пожалуй, согласился с ним. Но в отношении его был выбран неправильный, как говорят юристы, ничтожный метод давления, который вызвал реакцию, обратную ожидаемой.

После официального признания существования организованной преступности многие ученые различных областей науки, в особенности экономисты и юристы, увидели приоритетное направление и стали публиковать статьи, проводить конференции, устраивать дискуссии. Даже те, кто раньше отрицал наличие такого явления в стране, дабы не вызвать неудовольствие руководства, впоследствии стали большими «знатоками» по данной проблеме и «специалистами» по вопросам противодействия этому явлению.

Невероятные события, которые только начинались и продолжались до самой защиты диссертации, не закончились даже после нее. Во время сбора материалов и написания диссертационной работы ничего необычного не происходило.

Как и ожидалось, основные приключения развернулись в период подготовки и проведения предзащиты на заседании профильной кафедры. До этого за короткий срок произошли различного рода события. Игонин поступил в докторантуру, а Атаман — цева за два с половиной месяца до окончания срока пребывания в докторантуре снова назначили начальником кафедры. К этому времени диссертация у него не была готова. Поэтому он хотел устроить Нещадимову публичную порку и по результатам обсуждения материалов диссертационного исследования принять отрицательное решение.

С этой целью стал подключать всех подобострастно к нему настроенных членов кафедры. Особую ставку в задуманной интриге сделал на доцента, полковника Вербицкого, авторитетного ученого. Учитывая его бескомпромиссный, принципиальный характер, назначил его одним из основных экспертов по диссертации. Нещадимов передал ему свою работу за десять дней до обсуждения. Спустя неделю он обратился к нему с вопросом:

— Александр Тимофеевич, мне уже можно с вами обсудить материалы моей диссертации?

— Я еще не ознакомился с ними, все узнаешь на кафедре, сейчас занят, — сказал он и ушел на лекцию.

Находившийся рядом преподаватель Володя Спиридонов заметил:

— Не иначе как Цепной что-то затевает?

— Если учесть, что он, как говорил мудрый доцент Ильин, читает диссертацию с карандашом в руках, мне кажется, какую-то бяку уже приготовил.

Зная намерения и коварство своего босса, Нещадимов тоже решил подстраховаться и попросил своих знакомых, друзей с других кафедр, принять участие в качестве экспертов по диссертации, тем более работа затрагивала разные отрасли знаний. Рассчитывать на коллег кафедры ему не приходилось, поскольку они не были авторитетными для начальника и вряд ли он станет прислушиваться к их мнению, тем более в сложившейся ситуации.

Искушенные в таких делах преподаватели посоветовали пригласить на заседание кафедры из университета МВД авторитетного ученого по основному профилю диссертации, доктора наук Левицкого. Нещадимов позвонил ему, и он согласился выступить в качестве эксперта. Диссертацию попросил привезти за пару дней до заседания. Для подстраховки нужен был еще один эксперт, известный в научных кругах доктор наук. С этой целью Валерий обратился к начальнику кафедры Академии МВД Самсонову Аполлону Аркадьевичу. Тот дал добро на участие в обсуждении диссертации.

За два дня до предстоящего заседания кафедры он зашел в кабинет к профессору. На столе у него лежала диссертационная работа. Буквально через пять минут зазвонил телефон, он снял трубку.

— Самсонов. Добрый день. Да. Смотрю, лежит передо мной, — с недовольным лицом отвечал он, изредка бросая короткие взгляды в сторону диссертанта, желая побыстрей завершить разговор. — Скажи, пожалуйста, почему я должен делать то, что не считаю нужным? — повысив голос, спросил он. — Хорошо. Посмотрим, — и положил трубку.

В кабинете на несколько секунд воцарилась гнетущая тишина. Нещадимову стало как-то неуютно. Полистав диссертацию, профессор, прервав молчание, сказал:

— Постараюсь послезавтра прийти к вам на заседание кафедры.

Из тактических соображений после услышанного разговора по телефону с неизвестным абонентом Валерий не стал поднимать вопрос о диссертации, попрощавшись, ушел. Проанализировав создавшуюся ситуацию, понял, что скорее всего кто-то из числа «доброжелателей» по просьбе Атаманцева звонил Самсонову и просил дать отрицательное заключение. По его реакции было трудно понять, что он решит. Времени искать другого эксперта уже не было, оставалась вся надежда на профессора Левицкого. Вечером он позвонил ему домой:

— Добрый вечер, Борис Абрамович, Нещадимов вас беспокоит.

— Добрый.

— Можно мне завтра, как договаривались, привезти вам диссертацию для ознакомления?

— Нет. У меня изменились планы, и я не смогу выступить экспертом по твоей работе.

При этих словах он почувствовал резкий прилив крови к голове. Выждав три-четыре секунды, не спрашивая о причине неожиданного решения, извинился и повесил трубку.

На следующий день стало известно, что в начале недели Левицкий ездил в командировку, в которой принимал участие и Атаманцев. Теперь причина столь странного поведения профессора стала понятной. «Обработал шеф ученого мужа», — подумал Нещадимов. Оставалась, как всегда, одна надежда — на себя, на поддержку со стороны многочисленных коллег из числа друзей, приятелей, хотя и не столь значимую, но вполне искреннюю. Это придавало уверенности.

Утром, в день обсуждения диссертации, на кафедре царила настоящая суматоха. Доценты, преподаватели в основном старшего возраста постоянно заходили к руководству и выходили обремененные какими-то поручениями. Как в Смольном, штабе революции 1917 года. Молодые преподаватели, поддерживавшие диссертанта, говорили, что к заседанию кафедры не иначе как готовится какая-то серьезная интрига.

Атаманцев поручил Нещадимову составить список выступающих. Коллеги стали давать мудрые советы, кого и за кем лучше поставить. Чередовали выступающих следующим образом: за недоброжелателем в список вносили фамилию лояльно настроенного ученого и так далее. Но угадать, кто и как будет на самом деле выступать, было сложно. В этом мероприятии посильную помощь оказывал доцент кафедры Ильин. Самое главное, по его мудрым советам нужно было выбрать и поставить в список первым — «забойного», от которого во многом будет зависеть дальнейший тон всего обсуждения. «Угадаем — мы на коне, не угадаем — мы под конем», — любил повторять Аркадий Маркович.

Обычно на подобного рода мероприятиях первыми выступают приглашенные профессора, а потом все остальные. Пока ломали голову, кого поставить, секретарь сообщила:

— На заседание приедет профессор Левицкий, начальник кафедры университета МВД Дронов и его заместитель, включите их в список выступающих.

Для Нещадимова и его коллег эта новость была весьма неожиданной.

— Приплыли, — сказал Михаил Миронов, преподаватель кафедры.

Посмотрев составленный список, Атаманцев поставил первым Левицкого, вторым Дронова, третьим Самсонова, далее выступающих оставил в том же порядке. Это в корне подрывало всю выстроенную тактику Аркадия Марковича. Михаил, помогавший Нещадимову покупать спиртное и закуски, оценив негативно складывающуюся обстановку, с явным разочарованием спросил у него:

— Надо полагать, что банкет может не состояться?

— Нет, Миша, банкет состоится в любом случае — или с радости, или с горя. Так что готовь стол к трапезе.

— Не успеет бритая девка причесаться, как у нас все будет готово, — воспрянув духом, произнес он.

— Ничего, Валерий, прорвемся. Надежда умирает последней, а у нас она вообще не умирает, — глубокомысленно заметил Аркадий Маркович.

К пятнадцати часам в аудитории собралось около сорока человек. Заседание открыл, как обычно, начальник кафедры. Поблагодарив двух известных профессоров и других присутствующих ученых из различных кафедр, продолжил:

— Первое слово хочу предоставить нашим гостям из Московского университета МВД.

— Владимир Михайлович, — обратился к нему Самсонов. — Позвольте мне и моему заместителю выступить первыми, поскольку через час нам нужно быть на совещании у начальника академии.

«Сейчас начнут рвать меня на части, опережая друг друга», — подумал Нещадимов.

— Коллеги не будут возражать, если первому слово предоставим заслуженному ученому, известному не только в нашей стране, но и за рубежом, профессору Аполлону Аркадьевичу Самсонову.

— Спасибо. Я внимательно познакомился с диссертационными материалами соискателя и хочу сказать, в них имеется целый ряд недостатков, характерных для такого рода научной работы на данном этапе ее подготовки.

«Ну, началось», — невольно подумал Нещадимов.

— В основном они носят структурно-стилистический характер. Подготовленный вариант диссертационного исследования, безусловно, требует дальнейшей доработки. Вместе с этим хотелось подчеркнуть, тема является актуальной, не избитой и весьма перспективной. До настоящего времени по этой проблеме фундаментальных исследований не проводилось. Весьма важным является то, что научная работа осуществляется на стыке различных отраслей знаний. Соискателем собран достаточный эмпирический материал. Выводы и предложения, сделанные на основе его обработки, заслуживают внимания. Считаю, что в подготовленных материалах есть основа докторской диссертации.

После этих слов по лицу Атаманцева промелькнула тень разочарования. Затем выступил Карпов, заместитель Самсонова, который подтвердил основные положения и выводы, сделанные его шефом. С надеждой на изменение заданного тона процесса обсуждения диссертации начальник кафедры решил подключить «тяжелую, но чуть меньшего калибра артиллерию»:

— Слово предоставляется заслуженному юристу, профессору Борису Абрамовичу Левицкому.

После положительного выступления Самсонова, тем более в его присутствии, было весьма некорректно пытаться опровергать мнение по основополагающим вопросам диссертации столь авторитетного ученого. Поэтому ему пришлось на ходу перестраивать свое вступление:

— Не вдаваясь в концептуальные подробности диссертационного исследования, хотел бы остановиться на некоторых изложенных в работе аспектах, имеющих недостатки, в том числе правового характера, — начал он неуверенно с общих фраз. — Ряд вопросов, требующих освещения, остались не исследованы. На мой взгляд, в представленных материалах недостаточно уделено внимания проблемам совершенствования противодействия организованной преступности, включая оперативно-тактические меры. Слабо изложен зарубежный опыт борьбы с рассматриваемым явлением. Диссертационное исследование нуждается в дальнейшей доработке.

Его вступление было неубедительным, без приведения конкретных аргументов. В заключение он сознательно не сказал, есть ли в материалах, представленных на обсуждение, основа докторской диссертации или нет. Уточняющий вопрос ему должен был задать начальник кафедры, но не задал, потому что в случае положительного ответа вся их затея могла на этом и закончиться, а так оставалась еще надежда на негативные выступления других ученых.

Дождавшись окончания выступления Левицкого, Самсонов со своим заместителем, попрощавшись, ушли. В связи с тем, что произошел сбой с «тяжелой артиллерией», Атаманцев решил предпринять попытку переломить ход обсуждения диссертации в свою пользу с помощью резервных сил. С этой целью он предоставил слово Вербицкому как основному из этой когорты. Все приготовились к аргументированной негативной критике, поскольку перед собой он держал несколько исписанных листов бумаги:

— Я внимательно прочитал диссертационную работу соискателя в отличие от выступавшего до меня профессора. — В аудитории сразу наступила тишина. — По всей вероятности, он ее не читал, а если читал, то весьма невнимательно. Уважаемый эксперт утверждает, якобы в работе мало уделено внимания проблемам совершенствования противодействия организованной преступности. Между тем вопросам организационного характера посвящена целая глава, странно было это не заметить. Что касается недостаточного исследования аспектов оперативно-тактического характера, то глава четвертая полностью посвящена данным вопросам. — После услышанных аргументов Левицкий, Дронов и его заместитель, не дослушав выступление до конца, сославшись на срочные дела, попрощались и покинули аудиторию. — Жаль, что профессор ушел, ему было бы интересно узнать, что зарубежный опыт по проблемам борьбы с этим явлением изложен с 74-й по 92-ю страницу Кстати, вопросам правового обеспечения деятельности оперативных служб посвящен целый параграф. По моему мнению, в обсуждаемых материалах содержится добротная основа для докторской диссертации.

В зале наступила тишина. Никто не ожидал от него такого выступления и в первую очередь начальник кафедры. Оправившись от мимолетного шокового состояния, Атаманцев попытался сделать хорошую мину при плохой игре и решил высказать свои замечания:

— В обсуждаемой нами научной работе соискатель в качестве новизны предлагает использовать штатных сотрудников органов внутренних дел для внедрения в преступные формирования. Однако этот метод трудно назвать инновационным, поскольку он использовался и раньше. Виктор Владимирович, что вы можете сказать по этому вопросу? — для подтверждения сказанного он обратился к ветерану органов внутренних дел.

Ветеран с задумчивым видом знатока проблемы начал медленно вставать, лихорадочно соображая, как лучше ответить, дабы не разочаровать шефа. Надел очки и не спеша, растягивая слова, начал:

— Этот метод использовался еще во времена… — и тут он, задумавшись, сделал многозначительную паузу.

— Ивана Грозного, — подсказал ему Нещадимов.

Все дружно засмеялись. Виктор Владимирович резко снял очки, делая вид, что раздосадован репликой, воспользовавшись представленной возможностью, сел. Далее обсуждение в принципе шло в заданном выступающими тоне. Отмечались положительные результаты проделанной работы и уделялось внимание имеющимся недостаткам.

Атаманцев больше не предпринимал попыток изменить ход обсуждения и игнорировать мнение Самсонова, поскольку не хотел портить отношения с авторитетным ученым, рассчитывая в ближайшее будущее на его поддержку свой диссертации. По этой причине при голосовании произошел небывалый случай. Он, не дожидаясь реакции подчиненных, первым поднял руку за принятие положительного решения. Другие члены кафедры, конечно, возражать не стали.

После обсуждения Спиридонов, подойдя к Валерию, с восхищением сказал:

— Ну, Тимофеевич, ну, красавец. Кто бы мог подумать, что он стал «не только лаять, но и кусать» не того, на кого указал хозяин. Воистину, нет ему равных на кафедре и в ближайшее время вряд ли будет.

По просьбе Нещадимова официальными оппонентами по диссертации согласились стать профессор, генерал-лейтенант Гуров, возглавлявший в то время НИИ ФСБ, и профессор, генерал Белкин. Для пущего антуражу диссертант попросил Александра Ивановича прийти на защиту в синей форме своего ведомства. Сначала он отказывался, а потом согласился. На всякий случай, зная коварство своего бывшего шефа, Нещадимов договорился с членом ученого совета, доктором юридических наук Мишиным, бывшим сотрудником СМЕРШ, выступить неофициальным оппонентом.

Перед защитой в аппарат ученого секретаря зашел Атаманцев, сотрудницы его спросили:

— Владимир Михайлович, вы к кому пришли на защиту?

— Сегодня наш бывший преподавать защищается, у него слабенькая диссертация, хочу его поддержать.

Хотя сам, находясь почти три года в докторантуре, так и не написал диссертацию. Защита по причине допущенной ошибки сотрудников аппарата ученого секретаря была запланирована на конец декабря. То есть за две недели до начала нового, 1994 года. Не самое лучше время для защиты, поскольку сложность могла возникнуть с обеспечением кворума членов ученого совета. Однако Нещадимов согласился на эту дату потому, что следующее заседание планировалось провести только в феврале. В это время он работал в Главном управлении по организованной преступности МВД, и было сложно строить какие-либо планы, тем более на следующий год.

К началу защиты в зале заседаний находился председатель ученого совета — начальник Академии МВД, шесть членов совета, в том числе Мишин, и один официальный оппонент. Гурова не было. Председательствующий обратился к ученому секретарю:

— Ждем еще пять минут, может, кто-нибудь подойдет, и будем начинать. Кворум есть?

— Пока нет, товарищ генерал.

Тут докторант не на шутку начал беспокоиться, поскольку второго оппонента не было. Через несколько минут в зал в форме ФСБ зашел генерал-лейтенант Гуров. Присутствующие приветствовали его одобрительными возгласами. Начальник академии спросил у ученого секретаря:

— Кворум есть?

— Не хватает двух человек.

— Сколько членов совета планировалось быть на заседании?

— Семнадцать. Несколько человек сейчас находятся на заседаниях других советов, должны через несколько минут подойти.

В это время в зал вошел заслуженный юрист, профессор Миньковский.

— Будем начинать, — обратился он к ученому секретарю. — Генриха Михайловича можно посчитать за двоих. Зачитывайте не спеша анкету соискателя, где родился, где крестился, сведения о жене, теще, а остальные подойдут. Сегодня наш докторант богат на генералов и заслуженных юристов.

Приглашенных было мало, поскольку тема диссертации имела гриф секретности. Атаманцев, зайдя в зал, сел за стол, за которым сидят только члены ученого совета, но вопросы задавать не пытался. По статусу было не положено. Через десять-пятнадцать минут подошли другие члены совета. «Значит, заседание не перенесут», — с облегчением подумал Нещадимов. Во время защиты атмосфера была благожелательной — не то что на предзащите. Все проходило спокойно.

После выступлений официальных оппонентов неожиданно попросил слово Мишин, неофициальный оппонент, несмотря на имевшуюся договоренность принимать участие в дискуссии только в том случае, если потребуется его поддержка. Но ничего подобного не требовалось, поэтому для Нещадимова его инициатива была полной неожиданностью. Как раз в это время он готовился к ответам на возможные вопросы членов ученого совета с учетом профиля представляемых ими кафедр и Мишина почти не слушал. Знал, что Николай Трофимович не будет выступать с критическими замечаниями, требующими аргументированного изложения своей точки зрения. После окончания выступления он вдруг услышал председательствующего:

— Для ответной речи слово предоставляется соискателю.

Лихорадочно вспоминая на ходу, какие вопросы накануне они обсуждали с неофициальным оппонентом, Нещадимов наугад начал на них отвечать. Чтобы не попасть впросак, не высказывал свою точку зрения на предполагаемые замечания, а только соглашался с ними и заверял, что в дальнейшем по ряду проблемных направлений исследования будут продолжены. Тактику выбрал верную, поскольку дополнительных вопросов задано не было. Воистину, что нет худа без добра. Но главное, ветеран хотел искренне оказать поддержку, а чуть не оказал медвежью услугу.

В результате тайного голосования членов ученого совета черных шаров не было. По сложившейся традиции, после защиты обязательно должен состояться банкет. Материальное положение сотрудников органов внутренних дел того времени не позволяло устраивать его в ресторане, поэтому решили собраться у Нещадимова дома. К дате защиты диссертации готовились заранее, и все члены семьи с нетерпением ожидали ее результатов. Когда он набрал домашний номер телефона, зуммер тут же прервался, и в трубке услышал голос жены:

— Ну как?

— Защитился без черных шаров, — послышался возглас радости, как тогда в институте, в минуты первого знакомства.

Защиту отмечали в кругу родственников, друзей, коллег по работе в академии и нескольких членов ученого совета. В их числе, конечно, были Вербицкий и Валентин Сучков, с которыми работал еще в УБХСС на Петровке, 38.

В феврале Нещадимов позвонил старшему специалисту аппарата ученого секретаря Академии МВД.

— Надежда Сергеевна, добрый день. Нещадимов. Скажи, пожалуйста, когда примерно может быть готов диплом? Страсть как хочется на него посмотреть.

— Докторские дипломы обычно выдают не раньше чем через пять-шесть месяцев после защиты. Позвони в конце мая, может, к тому времени что-нибудь будет известно.

— Спасибо. До свидания.

До конца мая оставалось более трех месяцев. В суете оперативной работы про диплом он и думать забыл. Однажды в середине марта по почте ему пришла открытка, в которой сообщалось о необходимости прибыть к шестнадцати часам 25 марта 1994 года в Высшую аттестационную комиссию по адресу: улица Тверская, 11. При этом причина не указывалась. В то время на диплом рассчитывать было еще рано. «Потребовалась какая-либо дополнительная, как всегда, информация», — подумал он.

В назначенное времени Нещадимов зашел в обширную приемную руководителя ВАК. Там уже находились человек двадцать пять различного возраста. Возле стола секретаря собралась группа из восьми-девяти человек немолодых женщин и мужчин. Ни к кому не обращаясь, он стал ожидать поступления какой-либо информации по случаю приглашения. Спустя примерно минут десять из кабинета руководителя комиссии вышла секретарша и сказала:

— Сейчас вам будут вручаться дипломы, сначала докторские, а потом кандидатские.

Услышанное обрадовало Нещадимова. «Наверное, эта группа пришла получать докторские дипломы», — подумал он, глядя на собравшихся возле стола женщин забальзаковского возраста и убеленных сединой мужчин.

— Нещадимов Валерий Михайлович! — услышал он свою фамилию. «Наверное, вызывают по алфавиту», — подумал он.

Подошел к секретарю, и они вместе зашли к руководителю ВАК. Председатель вручил диплом и поздравил. Выйдя из кабинета, он стал его рассматривать.

— Теперь будем выдавать кандидатские дипломы, — сказала секретарша.

Оказалось, что только он один получил диплом доктора наук. По-видимому, в то время было не до науки.

Хищная сущность организованной преступности

Переходный период экономики к рыночным отношениям, появление частной собственности обусловливает необходимость проведения политических, социально-экономических, правовых и иных реформ, которые в конечном счете направлены на реорганизацию экономического механизма. Этот процесс вызван разрывом существовавших хозяйственных связей, временным спадом производства промышленной и сельскохозяйственной продукции, снижением жизненного уровня населения. Как правило, он сопровождается обострением криминогенной обстановки, ростом преступности в сфере экономики, приобретающей организованный характер.

Наглядным примером таких перемен является Советский Союз конца 1980-х — начала 1990-х годов. Несовершенство экономического механизма и противоречие ряда норм действующего законодательства новым экономическим отношениям открыли значительные возможности для незаконного использования и присвоения доминирующей государственной собственности, злоупотреблений служебным положением. Проявлению негативных процессов в немалой степени способствовала разбалансированная в то время правоохранительная система.

Воспользовавшись складывающейся ситуацией, стаи хищнически настроенных организованных преступных формирований устремились в сферу экономики и стали насильственным путем захватывать частное, общественное, а порой и государственное имущество, нанося колоссальный ущерб стране. В ряде регионов более 80 % всех коммерческих структур контролировались преступными формированиями, вплоть до стариков, торговавших сельскохозяйственной продукцией на рынках.

В Чебоксарах участники одной из преступных группировок, состоящей из молодых бывших боксеров и борцов, взяли под свой контроль центральный рынок города. У продавцов, в основном из сельской местности, отказывавшихся платить дань, высыпали на землю семечки и другие продукты. Особенно несговорчивых, в назидание другим, подвергали жестокому избиению. Данная группировка вступила в противоречие с уголовными авторитетами за сферы влияния. Зачастую встречи между ними заканчивались избиением членов старой криминальной формации. После очередной драки ранее судимые лица стали приезжать на «стрелки» с огнестрельным оружием, но бывшие спортсмены тоже начали вооружаться. Такие стычки нередко перерастали в вооруженные столкновения со смертельным исходом. По причине бесшабашности и дерзости молодые бандиты всегда одерживали верх.

Однако, когда за совершенные преступления начинающих бандитов начали арестовывать и сажать в городскую тюрьму, а после суда отправлять на зону, тут-то у преступных авторитетов и появилась реальная возможность свести счеты с обидчиками. На зоне действует свой неписаный закон, где по-прежнему правят бал криминальные авторитеты. Бывшие спортсмены — участники бандформирования подвергались моральному унижению и физическому насилию. Спустя некоторое время часть членов группировки была отправлена в места лишения свободы, другие убиты в ходе криминальных разборок, а некоторые уехали из города. Вместо них в городе стали появляться новые структуры, не менее жестокие.

Организованность в криминальной сфере проявляется в различных видах деятельности. Основными ее показателями являются: устойчивость структуры, иерархия управления, общность целей, субкультура, техническая оснащенность, планирование преступлений, обеспеченность безопасности. Эти атрибуты присущи всем подобного типа формированиям, действующим в различные времена, включая стадии становления, развития, а также в нынешний период и отражают их качественную сторону.

По степени организованности они делятся на сообщества и группы. Наиболее сложной формой объединений является сообщество. Подобные объединения присущи формированиям, совершающим как общеуголовные преступления, так и экономические.

Структурное построение сообщества состоит из нескольких групп со своим лидером или лидерами, в зависимости от разветвленности и сложившегося внутреннего иерархического построения. В сообществе в большей степени по сравнению с организованной группой выражена подчиненность участников единым субкультурным нормам и требованиям. Наиболее разветвлены коммуникативные связи с четкой специализацией преступных функций, которые обеспечивают им надежную конспирацию противоправной деятельности. Его особенность заключается в том, что, если группы в интересах своей деятельности предпринимают попытки вступить в контакты с работниками органов государственной власти и местного самоуправления, то сообщества, как правило, вторгаются в их деятельность различными способами и используют в своих целях.

Любая структура — это совокупность устойчивых связей внутри системы, обеспечивающая ее целостность и сохранение основных свойств при любых внешних и внутренних изменениях. Соотношения, пропорции между подсистемами и элементами в действующей системе выполняют различные функции, важнейшими из которых для криминальных формирований являются обогащение и безопасность. Каждое организованное формирование, в зависимости от преступной направленности, численности, криминогенной обстановки, особенностей региона и иных условий, имеет свою типологию. Структуры преступных образований, степень организованности, численность, распределение ролей между их членами, тип управления бывают различными, но они имеют много общего, типового в характере построения.

Практически в каждом организованном объединении, состоящем из нескольких десятков активных членов, имеется три уровня структурных звеньев. На нижнем находятся исполнители, самые многочисленные из числа участников, осуществляющие силовые акции, возглавляемые бригадирами. Они могут подразделяться на две категории, «пехоту» и «бойцов».

Лица, принимающие участие в формировании общеуголовного профиля, характеризуются различным общеобразовательным уровнем, специфической субкультурой, незначительным социальным положением в обществе, в большинстве случаев наличием судимостей, особенностями образа жизни. Членами подобных группировок по преимуществу являются работники небольших коммерческих структур или только числящиеся в таковых либо лица, занимающие рабочие должности на предприятиях с различными формами собственности, а также бывшие спортсмены силовых видов спорта. На ранней стадии прослеживалась тенденция участия в преступных группировках сотрудников, уволенных по отрицательным мотивам из органов внутренних дел, государственной безопасности, вооруженных сил, бывших участников военных конфликтов.

На среднем уровне располагаются звенья, осуществляющие организационные функции и безопасность. Члены первого направления, кроме бригадиров, обычно не принимают непосредственного участия в совершении конкретных деяний. Бригадиры зачастую руководят «бойцами» при совершении преступлений. К блоку обеспечения безопасности относятся члены группировки, осуществляющие разведывательную и контрразведывательную деятельность, охрану лидера, криминальных авторитетов, а также лица, поддерживающие связи с государственными органами. Отдельные из них могут непосредственно принимать участие в некоторых противоправных акциях.

Субъекты, оказывающие содействие по защите участников группировки, обычно формально не являются ее членами, но регулярно с нею взаимодействуют. К их числу прежде всего относятся коррумпированные работники органов государственной власти и правоохранительных структур, а также представители общественных организаций, юристы, журналисты, деятели литературы, искусства. При этом они могут даже не осознавать неправомерность своего поведения, создавая условия, препятствующие раскрытию преступной деятельности.

Нередко такие «правозащитники» принимают меры по освобождению арестованных членов формирований, прекращению уголовного преследования или смягчению наказания для лиц, оказавшихся на скамье подсудимых.

На верху пирамиды находится лидер. Независимо от направленности преступной группировки ему отводится весьма важная роль. Он оценивает эффективность ее деятельности, происходящие изменения в экономике, правовой политике, выявляет возможности для незаконного обогащения, определяет приоритетную сферу противоправной деятельности. Планирует и готовит преступления, распределяет роли между участниками. Лидер стремится быть осведомленным и о других аналогичных структурах, действующих в пределах региона, города, района.

Крупные общеуголовные сообщества, объединяющие несколько автономных групп, зачастую возглавляют несколько криминальных авторитетов, которые стараются держаться в тени. Их количество зависит от числа групп, но не более пяти-семи человек. Как правило, они принимают коллегиальные решения, касающиеся важных вопросов деятельности формирования. Решают общие организационные задачи, вырабатывают стратегию и тактику преступной деятельности, принимают меры по приумножению незаконно добытого капитала путем его вложения в недвижимость, коммерческие проекты. Нередко лица из ближайшего их окружения назначаются учредителями контролируемых ими предприятий. Организаторы также поддерживают связи с другими преступными сообществами, в том числе зарубежными.

Представителям руководящего звена обычно свойственна высшая криминальная авторитетность, основанная на преступном опыте, материальных средствах и личных качествах. Среди лидеров велик процент ранее судимых. Впоследствии некоторые из них стали предпринимать попытки приобрести определенный статус в обществе на различных уровнях. Организаторы криминальных структур вырабатывают собственную систему норм поведения, ценностных ориентаций. Они касаются различных аспектов внутреннего и внешнего взаимоотношения. В том числе во время предварительного следствия, при судебном рассмотрении и в период отбывания наказания. Некоторые из них отличаются стремлением просчитывать и анализировать ситуацию, делать многоходовые комбинации.

У таких формирований имеется своеобразная идеология, руководствуясь которой, в частности, взращиваются кадры, включая и будущих сотрудников правоохранительных органов с перспективой на дальнейшее развитие. Культивируется низкая ценность жизни, которая выражается в специфической повседневной готовности к риску, являющаяся не менее важной ценностной компонентой, чем применение силы. Сочетание высокой значимости физической силы и игнорирование боязни наказания за содеянное является условием, повышающим возможности применения силы в среде неформальных или криминальных структурах. Устанавливается жесткая система санкций за нарушение соответствующих правил, вплоть до физического устранения.

По признаку направленности организованные структуры делятся на формирования, совершающие преступления в сфере экономики, в том числе насильственным путем, и общеуголовные группировки. Несмотря на то что у криминальных структур прибыль складывается от совершаемых ими вымогательств, краж, угонов автотранспорта, разбойных нападений, торговли оружием, наркотиками, заказных убийств, содержания притонов, основным их полем деятельности стала сфера экономики.

Отличительная особенность общеуголовных группировок заключается в том, что их участники совершают преступления в сфере экономики, как правило, насильственным путем либо путем мошенничества, краж, вымогательства, не будучи включенными в экономические отношения. Отличаются они более ограниченным количеством участников с четко выраженной соподчиненностью. Имеют менее сложную структуру коммуникативных связей, чем сообщества экономической направленности. При этом акты насилия, совершаемые ими, характеризуются особой жестокостью. Проявляется она не только по отношению к лицам, ставшим объектом преступных посягательств, конкурентам, но и своим сообщникам, заподозренным в сотрудничестве с правоохранительными органами или по иным причинам.

Подобные структуры имеются в ряде стран Западной Европы, которые мало чем отличаются от действующих в Российской Федерации и других государствах ближнего зарубежья. В 1992 году, в период, когда организованная преступность стала набирать силу, указанными группировками было совершено более 21,3 тысячи различного рода преступлений, в том числе на государственных предприятиях.

Аналогичное формирование, действовавшее на территории Владивостока, представляло собой иерархическую структуру, которая постоянно развивалась и совершенствовалась. В него входила устойчивая, наиболее законспирированная вооруженная группа, а также группировки для негласного получения информации, осуществления охраны криминальных авторитетов, обеспечения участников банды оружием и совершения преступлений в сфере экономики. Чаще всего людей они убивали с целью присвоения машин, квартир, денег, находящихся на счетах. Корабли, перевозившие автомашины из Японии, встречали на быстроходных катерах в открытом море на подходе к порту. Под угрозой расправы вынуждали моряков продавать их за бесценок, а иногда просто забирали. В то время японские автомашины пользовались повышенным спросом не только на Дальнем Востоке, но и в других регионах России.

Во Владивостоке под их контролем находился автомобильный рынок, самый крупный по продаже подержанных японских и корейских автомашин. Зачастую между конкурентами по криминальному бизнесу происходили вооруженные конфликты. Убийства нередко совершали с целью запугивания или мести. Внутри сообщества существовали жесткие правила поведения, неисполнение указаний авторитета каралось вплоть до лишения жизни. Покинуть банду можно было только с согласия лидера.

Не вдаваясь в подробности детальной классификации структур организованных формирований, представляется интересной изложение точки зрения на понятие «мафия» как одного из типов таких сообществ, имеющего определенное отличие от действующих в России. Мафия в западных странах Европы и Америки — это, как правило, общеуголовное преступное формирование, контролирующее определенную территорию, ту или иную область деятельности, преимущественно нелегальную, приносящую большие доходы. Все сферы, в том числе криминальные, дающие весомый доход в любой стране, поделены между мафиозными организациями. К ним относятся торговля, наркобизнес, оружейный бизнес, проституция и сутенерство, рэкет, рейдерство, торговля людьми, антиквариатом и произведениями искусства, похищение и перепродажа автомобилей, организация коммерческих банков, бирж, торговых домов и другие криминальные сферы деятельности.

Коррумпированные связи мафия использует, во-первых, для уменьшения риска судебного преследования, во-вторых, подкупа представителей власти, спецслужб и банков, заставляя их не просто оказывать те или иные услуги, а служить себе, способствовать увеличению своих прибылей.

Принципиальной отличительной особенностью организованных формирований, действующих в России, от мафиозных структур является то, что последние хотя и используют коррумпированные связи в государственных структурах, но у них в основном преступный бизнес рассчитан на собственные силы и средства.

Если исходить из самой сущности мафии, то по природе применительно к криминогенной среде, сложившейся в Российской Федерации, с этим типом образования в большей степени схожи группировки общеуголовного профиля, совершающие преступления в сфере экономики насильственным путем. Во-первых, потому, что подобные структуры обогащаются за счет противоправной деятельности, сопровождающейся по преимуществу насилием. Во-вторых, к использованию представителей государственной власти они обращаются с целью защиты от разоблачения и уклонения от уголовной ответственности либо для решения отдельно возникающих задач. После накопления капитала все чаще стали сами создавать предприятия, участвуя в хозяйственной деятельности. По типу мафиозных структур.

В Уголовном кодексе Италии сказано, что тайное сообщество (ассоциация) типа мафии считается обществом преступного профиля в том случае, если его члены прибегают к устрашению либо запугиванию других лиц с целью добиться круговой поруки для совершения преступлений, завладения прямым или косвенным путем должностями, дающими возможность управления либо контроля за экономической деятельностью, включая коммунальное обслуживание, распределение концессий, выдачу разрешений, заключение выгодных подрядов. Также для извлечения незаконной прибыли или получения неправомерных привилегий для себя и других лиц.

Иными словами, мафия — это один из наиболее организованных типов криминального сообщества, совершающего преступления в виде промысла преимущественно насильственным путем. Исследования сицилийской мафии содержат описание культа силы и риска, специфического агрессивного поведения, с помощью которого преступники отстаивают то, что они называют честью, и стремятся повысить свой статус.

Направленностью подобных структур являются посягательства на государственное, общественное и частное имущество, а также на жизнь и здоровье граждан.

Бандитское сообщество типа мафии действовало в Северо-Западном федеральном округе, которое было организовано по военному образцу. В его составе находилось немало бывших и действующих сотрудников органов внутренних дел, хорошо подготовленных, получивших закалку не только в милиции, но и в зонах вооруженных конфликтов. В бандформировании поддерживалась жесткая дисциплина, оно подразделялось на несколько мобильных групп, организаторы подчинялись непосредственно лидеру. У каждой из них существовала своя специализация: негласное наблюдение, угон автотранспорта, заказные убийства. Для них конспирация с переодеванием, маскировка внешности являлись обычным делом. Пары подбирались с учетом личностных характеристик, подготовленности и психологической совместимости.

Приоритетными являлись две группы: скрытого наружного наблюдения и киллеров. Заказы на убийство конкретных лиц поступали непосредственно от авторитетов различных группировок. Жертвами банды становились предприниматели и чиновники, в том числе областного уровня, криминальные элементы и ни в чем не повинные люди. Характерным почерком бандитов являлась дерзость. Практически каждое преступление совершалось демонстративно, среди бела дня в густонаселенных местах. Однажды киллер убил предпринимателя перед входом в городскую прокуратуру. Созданная структура безопасности существенно затрудняла разоблачение бандформирования, однако это не спасло его активных участников от уголовного наказания.

В годы разгула бандитизма в городе Днепропетровске сотрудники органов внутренних дел задержали хорошо организованную и вооруженную автоматическим оружием группу, насчитывавшую одиннадцать человек, действовавшую на протяжении длительного времени. Половина ее участников ранее поддерживала в той или иной степени отношения с подразделениями уголовного розыска УВД, в том числе на конфиденциальной основе. Сложность их задержания заключалась в том, что бандиты были знакомы с методами работы оперативных служб, а также имели связи с сотрудниками милиции, которые не подозревали об их участии в преступлениях. Это давало им возможность располагать некоторой информацией о проводимых мероприятиях, и они своевременно принимали меры предосторожности.

Более двух лет потребовалось оперативникам, прежде чем им удалось выйти на бандформирование. При подготовке операции по задержанию преступников основной расчет строился с учетом излишней их самоуверенности в безнаказанности. Замысел комбинации заключался в том, что информация о вывозе импортной радиоаппаратуры со склада должна попасть к бандитам накануне проведения мероприятия. Уверенные в своей неуязвимости, они клюнут на нее. Участники группировки как знавшие особенности оперативной работы посчитали, что если бы это была дезинформация, то скорее всего сыщики вывоз радиотехники запланировали не сразу после ее запуска, а через некоторое время. Для убедительности ее восприятия.

На следующий день, утром, с территории складов, расположенных на окраине города, выехали две фуры. Для достоверности комбинации их сопровождала легковая машина, в которой находились два человека. В малонаселенном месте их догнали внедорожник и грузовой автомобиль. Грузовик перекрыл дорогу, и из машин вышли пять человек. Двое были вооружены автоматами Калашникова с укороченными стволами. Бандиты потребовали от водителя первой фуры открыть кузов. В это время узнать причину остановки к ним подошли двое парней, сопровождавших грузовики. Бандиты стали угрожать им оружием, требуя открыть двери кузова.

— Хозяин будет недоволен, если я вскрою пломбу без его разрешения, — попытался возразить водитель.

— Вскрывай, и побыстрее, или я прострелю тебе ногу, а с твоим хозяином мы завсегда сможем договориться, — сказал, по-видимому, старший.

— Ну если договоритесь, тогда другое дело. Хотя вряд ли.

При этих словах он открыл двери кузова. Каково же было их неподдельное удивление, когда вместо коробок с радиотехникой они увидели направленные на них полдесятка автоматов. От неожиданности нападавшие даже не пытались воспользоваться имевшимся у них оружием. В течение суток задержали остальных членов бандформирования, которые длительное время безнаказанно совершали дерзкие преступления.

В период нестабильности, а точнее сказать, развала государственных структур, сопровождавшегося сокращением штатной численности правоохранительных органов, досрочным увольнением кадровых офицеров из силовых ведомств, некоторые по стечению различных обстоятельств оказались в криминальной среде. Отдельные бывшие профи сами стали создавать преступные группировки.

В Санкт-Петербурге военнослужащие, уволенные из вооруженных сил, в том числе по отрицательным мотивам, организовали бандитскую группировку, в которую входили более пятидесяти активных участников. Возглавил ее Сергачев, бывший майор, принимавший участие в различных горячих точках. В банде была строгая дисциплина, за любую провинность лидер наказывал своих подельников различными способами, вплоть до убийства. Провинившихся лишал денежных выплат, заставлял выполнять непрестижные виды работ.

Сергачев при всей своей пагубности обладал уникальными организаторскими способностями. Как «военный стратег» мастерски разрабатывал планы совершения преступлений, в которых не пропускал ни одной мелочи и тщательно к ним готовился. Поэтому они подолгу оставались нераскрытыми, а многие из них — не раскрыты до сих пор. Он располагал обширными связями в администрации города и силовых структурах. На его родственников были зарегистрированы два ресторана, гостиница, три предприятия автосервиса. Группировка осуществляла контроль за деятельностью более восьмидесяти различных коммерческих структур, включая подпольные казино. С помощью бывших военнослужащих ГРУ, сотрудников органов внутренних дел и ФСБ создал надежную службу безопасности.

С психикой у него было не все в порядке, его опасались даже люди из ближайшего окружения. Банду по собственному желанию никто покинуть не мог. Во-первых, по причине боязни расправы, во-вторых, из-за щедрых вознаграждений. Однажды в загородном доме после ссоры Сергачев на глазах присутствующих застрелил своего бывшего сослуживца. После чего тело расчленили, вывезли в лес и закопали в разных местах. За неоднократные провалы при выполнении поручений, с целью сокрытия следов преступления, по его указанию в разное время свои же убили двоих участников группировки.

С целью ликвидации авторитета местной конкурирующей структуры лидер бандформирования разработал детальный план. Установили место его жительства, распорядок дня, маршруты, средства передвижения, состав и количество охраны, наиболее часто посещаемые места. Криминального авторитета застрелили вечером во дворе дома. Вместе с ним расстреляли из автоматов и троих телохранителей. Успех окрылил бандитов. Через некоторое время они разработали план убийства двух неугодных генеральных директоров коммерческих структур и успешно его осуществили.

Одна из коммерческих структур, принадлежавшая банде Сергачева, в престижных местах имела на правах собственности и долгосрочной аренды земельные участки. За переоформление прав пользования трех участков коммерческим структурам, имевшим связи с местными криминальными группировками, Сергачев в качестве предоплаты получил около трехсот тысяч долларов. Однако спустя полгода участки, несмотря на постоянные обещания, так и не были переоформлены. При этом деньги возвращать никто не собирался. У покупателей созрело мнение, что ни участков, ни тем более денег они не получат, потому что аналогичные скандалы с земельными участками возникали и раньше. Утром, когда Сергачев ехал в «Мерседесе» из загородного дома в сопровождении охраны, на повороте дороги, где обычно скорость автомашин снижалась, сработала противотанковая мина, установленная на дереве. На мине находился чехол с гайками, болтами, шариками для увеличения радиуса поражения. У военных такое приспособление называется «саперный пулемет». В результате взрыва направленного действия погибли лидер банды, водитель и начальник охраны. Осколки и поражающие элементы изрешетили весь кузов. Шансов остаться в живых у людей, находившихся в машине, практически не было. Джип охраны практически не пострадал, так как ехал сзади. Чувствовался почерк военной разведки.

После гибели криминального авторитета, ареста многих участников по подозрению в совершении различного рода преступлений группировка распалась. Совершенное заказное тройное убийство осталось нераскрытым. Скорее всего по причине отсутствия стремления со стороны правоохранительных органов в поиске его исполнителей и заказчиков. Хотя последних несложно было установить.

Организованная преступность в сфере экономики по сравнению с организованной общеуголовной преступностью имеет существенные различия, которые характеризуются следующими особенностями. Во-первых, сферой деятельности, во-вторых, субкультурой и образом жизни участников формирований, в-третьих, преступной направленностью, в-четвертых, характеристикой связей и, в-пятых, особенностями совершаемых деяний. В то же время у них есть и общая черта — стремление установления преступных связей с работниками государственных органов на разных уровнях, в том числе в правоохранительных структурах.

На ранней стадии развития организованной преступности как таковой формирования различной направленности осуществляли свою деятельность в основном независимо друг от друга. Но затем между ними все чаще стало происходить «сращивание», а зачастую и трансформация. Однако разделение сфер деятельности данных сообществ сохраняется, и это вызвано вышеупомянутыми обстоятельствами.

Через некоторое время в криминальной среде стала происходить переориентация на извлечение прибыли из незаконных операций в сфере распределения и торговли товарами, пользующимися повышенным спросом на внутреннем и внешнем рынке. В этот период организованная преступность приобрела небывалые масштабы, каждое четвертое формирование располагало межрегиональными связями. Аналогичные структуры сформировались практически во всех крупных и средних городах, в которых начал развиваться бизнес. Затем появились в малых городах и населенных пунктах с развитой инфраструктурой.

К этому времени они стали наносить ощутимый ущерб российской экономике. Для достижения своих целей преступники предпочитали не останавливаться ни перед чем. Могли убить беременную женщину или единомышленника, не говоря о конкурентах по криминальному бизнесу. Начали активно «отмывать» криминальные деньги. Многие лидеры на своих доверенных лиц оформляли коммерческие фирмы, банки. Чаще всего это были рынки, магазины, автосалоны, казино. Банды, действовавшие на территории Свердловской, Курганской и Челябинской областей, совершали нападения на предпринимателей и водителей-дальнобойщиков, перевозивших лом цветного металла и другие грузы. При этом использовали форменную одежду сотрудников ДПС и огнестрельное оружие.

На федеральных трассах участились случаи нападения бандитов на грузовые автомашины, перевозившие разного рода товары. Группировка, состоявшая из жителей городов, расположенных на юге Московской области, контролировала грузопотоки на трассе М-4 (Москва — Ростов-на-Дону), в районе Московской, Тульской и Липецкой областей. Первоначально вооруженные нарезным охотничьим и боевым автоматическим оружием в ночное время суток на легковых машинах выслеживали на трассе одиноко движущиеся грузовики иностранных марок. Обычно на таких перевозились импортные промышленные товары.

Выбрав очередную жертву, начинали ее преследовать. Другая группа заранее выбирала наиболее подходящие места на дороге для остановки транспорта. На трассе шло строительство, и выбрать узкие места было несложно. Получив сигнал по рации от преследователей, вторая группа перекрывала автомашинами проезжую часть дороги, имитируя ДТП. Когда фура останавливалась, разбойники, угрожая водителю оружием, вытаскивали его из кабины, вскрывали кузов и на месте быстро перегружали часть перевозимого товара в «Газель». Обычно на трассе в ночное время суток было мало автотранспорта, и они успевали за пятнадцать-двадцать минут все закончить, не встретив ни одной проезжавшей машины. Если вдали появлялся свет движущейся автомашины, бандиты прекращали перегрузку товара и маскировали свои действия под банальное устранение технических неполадок. Все было отработано до автоматизма. Загрузив «Газель», уезжали. Сначала по трассе, а затем сворачивали на проселочные дороги.

Пострадавшие от бандитских нападений коммерческие структуры, как правило, не обращались в правоохранительные органы по причине перевозки в большинстве своем нерастаможенного либо контрабандного товара. Когда в ночное время на трассе М-4 участились такие нападения, водители перестали ездить в темное время суток по одному. Начали передвигаться автоколоннами. Некоторые стали брать с собой охрану и обязательно напарника. На ночь останавливались на автостоянках, расположенных в Московской, Тульской и Липецкой областях, где порой скапливалось до тридцати автофургонов. В местах их большого скопления преступники не осмеливались совершать нападения, поэтому сменили тактику.

Схема заключалась в следующем. Дабы не вызывать подозрения у дальнобойщиков, с вечера на стоянку подъезжала «Газель», из которой велось наблюдение. Выбирали на свое усмотрение три-четыре груженые фуры и наблюдали за ними и водителями. В это время сообщники находились в легковых автомашинах неподалеку от них. В данной местности автострада редко проходит через населенные пункты, в основном поселки расположены вдали от дороги. Дождавшись, когда утром какая-либо из числа примеченных машин отъезжала со стоянки, следовали за ней. Далее все повторялось по отработанной схеме. Если приглянувшиеся фуры выезжали в составе колонны, преследование, как правило, не осуществлялось.

Иногда днем выбирали движущиеся одиночные фургоны и действовали по накатанному варианту. Создав имитацию ДТП рядом с примыкающей дорогой районного значения, преступники останавливали его и под угрозой оружия заставляли водителя и напарника выйти из кабины. Один из нападавших садился за руль и быстро отъезжал недалеко по местной дороге. Перегружали часть товара в «Газель» и уезжали по трассе.

После ряда нападений на автофургоны в дневное время от коммерческих структур в органы внутренних дел стали поступать заявления. Территориальные органы милиции в течение полугода не смогли выйти на след банды. Тогда подключился ГУОП МВД. Из трех областей основное внимание сконцентрировали на трассу, которая проходила по Тульской области и составляла более ста километров. На данном участке дороги совершалось наибольшее количество разбойных нападении.

При содействии коммерческих структур, занимавшихся грузовыми перевозками, подготовили и вывели на автостраду три автофургона. Два грузовика марки «Вольво» и один «Мерседес», в каждом из них находилось по пять вооруженных бойцов СОБРа. Для видимости в фуры загрузили коробки с макулатурой.

В течение двух недель они утюжили выбранный участок дороги в различное время суток. Заезжали на стоянки, а иногда оставались там на ночь, предварительно высадив спецназовцев, но все безрезультатно. Бандиты словно чувствовали подставу. Хотя в это время ими было совершено два нападения в Тульской и Липецкой областях. По указанию начальника главка задействовали два вертолета без опознавательных знаков принадлежности к спецслужбе МВД, которые начали барражировать вдоль трассы. Спустя некоторое время, однажды вечером, по рации бойцы СОБРа, находившиеся в автофургонах, услышали:

— «Радуга-2» — «Автобану-3». Параллельно трассе в районе поворота на Ефремов за лесополосой стоит фура, рядом с ней два легковых автомобиля темного цвета и грузовая машина. Посмотрите, не наши ли «клиенты»?

— «Автобан-3» — «Радуге-2». Мы находимся недалеко от поворота на Ефремов. Сейчас проверим. Близко не подходи, держись на расстоянии.

— Понял.

Когда одна из фур, находившаяся ближе всех от указанного поворота, через двадцать минут прибыла на место, бойцы СОБРа увидели неприглядную картину, воистину соответствующую разбою «на большой дороге». Их взору представилась настежь открытая дверь кузова, рядом валялись пустые картонные коробки и до смерти перепуганные два водителя. К этому времени преступников и след простыл. Выяснив, какой товар они перевозили, сколько было нападавших, их вооруженность, куда скрылись, и не дожидаясь помощи от других групп, выдвинулись в сторону города Ефремова. Со слов водителей, нападавших было восемь или девять человек, вооруженных автоматами и помповыми ружьями.

— «Автобан-3» — «Радуге-2». Это наши «клиенты». Недавно они уехали в сторону Ефремова. По-моему, разгружаться, посмотри. Мы выдвигаемся в их направлении. Передай другим, пусть подтягиваются, у нас с ними связь прерывается.

Спустя несколько минут пилот вертолета по рации сообщил:

— «Радуга-2» — «Автобану-3». Три машины, похожие на наших «клиентов», на большой скорости едут в сторону города. Веду их на расстоянии.

Не прошло и пятнадцати минут, как собровцы по рации снова услышали голос пилота:

— «Радуга-2» — «Автобану-3». «Клиенты» на окраине города заехали на огражденную территорию какого-то предприятия, остановились возле невысокого здания из красного кирпича.

— «Автобан-3» — «Радуге-2». Сориентируй по расположению предприятия и не светись, уходи.

Прибыв к предприятию, указанному пилотом, спецназовцы осторожно осмотрели его периметр и перекрыли два выезда. Подождав другую группу спецназа, приступили к проникновению на его территорию. Появление вооруженных сотрудников СОБРа в масках на охраняемой территории для бандитов явилось полной неожиданностью. Они не успели применить оружие и что-либо предпринять, как были уложены на землю и задержаны. Впоследствии арестовали и остальных участников бандформирования. На этом эпопея разбойников с большой дороги конца XX века закончилась. Подобных случаев на трассе М-4 больше не было.

По своей природе организованные преступные сообщества могут быть сравнимы со стаями различного рода хищников — дерзкие, бесшабашные, готовые на любые преступления, порой не задумываясь о своей безопасности. Алчные, жестокие и беспощадные не только по отношению к окружающим, но и к своим соучастникам. Со временем между криминальными структурами стала обостряться борьба за передел сфер влияния. В этой среде, близкой по своей сущности хищникам, как и следует продукту природы, стал происходить естественный отбор. Они начали пожирать друг друга, то есть уничтожать.

Наиболее массовые, кровавые, по сути, бессмысленные вооруженные столкновения противоборствующих бандитских группировок происходили в Казани, Самаре, Москве, Санкт-Петербурге, городах Московской области и Северного Кавказа, а также других крупных городах России. Для примера привести какие-либо крупные города, в которых подобные преступления не совершались, попросту невозможно по причине их отсутствия.

Одна из самых кровопролитных бандитских разборок того времени произошла в Саратове, в результате которой были убиты одиннадцать человек. Однажды вечером в офис коммерческой организации, расположенный на окраине города, принадлежавшей одной из криминальных структур, приехали авторитеты двух местных группировок вместе со своими приятелями в количестве тринадцати человек для игры в карты. Охранника послали за спиртными напитками и закуской.

Через десять минут, возвращаясь из магазина с покупками, он еще издали услышал выстрелы. «Хозяева развлекаются. Не буду им мешать», — подумал охранник и замедлил движение. Это и спасло ему жизнь. Подойдя ближе к зданию, увидел, как двое неизвестных перелезают через высокий забор, и поспешил в офис. Открыв дверь в комнату, где обычно хозяева собирались с гостями для игры в карты, увидел жуткую картину, от которой кровь стынет в жилах. Помещение площадью около тридцати квадратных метров было залито кровью и завалено мертвыми, еще теплыми телами его работодателей, двое из которых подавали признаки жизни. Большая часть убитых лежала на полу в лужах крови. Остальные находились на диване и в креслах. Стены были забрызганы кровью.

Киллеры произвели 24 выстрела. В результате одиннадцать человек скончались на месте, двое были тяжело ранены. Стреляли они из двух рук из пистолетов Макарова, Стечкина и ТТ без глушителей. Двое нападавших, войдя в комнату, сразу же открыли беглый огонь из четырех пистолетов по людям, сидевшим за столом и на диване. Патронов в обоймах находилось достаточно, и перезаряжать оружие не требовалось. Нападение произошло настолько внезапно и неожиданно, что один из убитых лежал на полу с засунутыми руками в карманы куртки. Для того чтобы сделать 24 выстрела по группе людей из четырех пистолетов с контрольными выстрелами, профессионалам потребовалось не более трех минут.

По одной из версий, причиной кровавой разборки стал раздел сферы влияния местной группировки с московскими криминальными авторитетами. В подтверждение этой версии говорит и то, что исполнители являлись специалистами высокого класса, которых можно было найти только в Москве. Ночью областное ГУВД провело широкомасштабную операцию, однако киллеров не задержали. Преступление осталось нераскрытым. Оно было тщательно спланировано и безупречно исполнено. Жертв криминальной разборки похоронили со всеми почестями, присущими уголовной среде.

Бандиты для достижения своих замыслов использовали самые изощренные способы так, что святая инквизиция отдыхает. Преступные элементы в этот период времени не отличались особым интеллектом, в пытках делался упор на боль и жестокость. У них не было никакого сострадания к боли. Основными способами истязаний того времени являлись раскаленный утюг на животе, раздробленные молотком пальцы рук и ног, длительные и жестокие избиения, пакет на голове или погружение головы в воду. Пожалуй, самая жестокая из всех бандитских пыток была пилорама. Человека привязывали к доске, которая постепенно двигалась к полотну пилы. Несчастный соглашался на все, что от него хотели. Метод под стать черной инквизиции.

Примером алчности и жестокости может служить одна из группировок, действовавшая на территории города Москвы. В промышленной зоне, около реки Москвы, в Кунцевском районе, бандиты организовали автосервис для обслуживания импортного автотранспорта. Территория была обнесена бетонным забором. Рядом в производственных зданиях бывшего завода располагались ремонтные мастерские, автомойки и складские помещения.

Однажды в этот сервис приехал молодой человек на новой машине марки «БМВ», ему предложили загнать ее в цех. После осмотра механик предложил оставить машину на ремонт на два дня. Парень согласился, ему выписали заказ-наряд на ремонт и отдали копию. Спустя два дня он пришел за ней. Во дворе и в цехе ее не оказалось.

— Мою машину отремонтировали? Я могу ее забрать? — подав наряд, спросил он у механика.

Тот взял его и сказал молодому человеку:

— Идемте со мной, — и они зашли в бокс.

Там находилось несколько машин и среди них «БМВ» с помятым бампером. Было явно видно, что она попала в ДТП.

— Что с ней случилось? — спросил хозяин машины.

— Она случайно попала в ДТП, в то время когда на ходу проверяли работу двигателя. Не беспокойтесь, мы ее отремонтируем, и она будет как новая.

Парень начал возмущаться:

— Я позвоню в милицию, — и стал доставать телефон.

Почувствовав, что ситуация может выйти из-под контроля и привести к нежелательным последствиям, к нему подошли два слесаря. Один достал электрошокер и прислонил его к шее парня, тот упал и потерял сознание. О случившемся сообщили директору.

— Поступайте как обычно. Труп пока спрячьте в смотровой яме, а ночью закопайте в подвале. «БМВ» сегодня же перегоните в отстойник, потом решим, как с ней поступить.

В течение полутора лет со дня первого убийства в подвале сервиса были захоронены вместе с последней жертвой семеро мужчин и одна женщина, все владельцы дорогих иномарок. Бандиты убивали только тех, которые приезжали в одиночку. Выбрав очередную дорогостоящую иномарку, появившуюся в сервисе, персонал начинал уделять клиенту повышенное внимание. В процессе оформления заказа выясняли, впервые ли он в сервисе? С кем приехал? Кто порекомендовал обратиться к ним? Есть ли возможность самому забрать машину после ремонта?

В ходе технического осмотра старались исключить возможность разговора автовладельца по телефону, всячески его отвлекали. Задавали различные вопросы о неисправностях либо просили срочно завести мотор, нажать на педаль или кнопку. Убедившись, что машина соответствует сделанному заказу, а хозяин никуда не звонил, приглашали его в соседний бокс для составления калькуляции предстоящего ремонта. Там все происходило по отработанной схеме.

Приставляли к шее электрошокер, человек терял сознание. Затем его хладнокровно убивали, нанося удары металлическими прутьями по голове. Тело переносили в рядом расположенный большой по площади подвал с земляным полом. Выкапывали яму, сбрасывали труп, закрывали полиэтиленовой пленкой, а затем засыпали землей. Сверху укладывали куски железобетонных плит, забрасывали старыми стройматериалами. Таким образом, часть пола в подвале была завалена строительным мусором.

Когда не представлялось возможным расправиться с собственником приглянувшейся иномарки в день ее сдачи в ремонт, а из состоявшегося разговора следовало, что клиент в сервисе появился впервые и скорее всего не будет делиться с кем-либо информацией о сданной в ремонт автомашине, составляли, как обычно, наряд-заказ. Если хозяин за ней приезжал один, механик забирал копию наряда, приглашал его в бокс. Показывали устраненные недостатки и в процессе осмотра его убивали. Такой способ бандиты использовали весьма редко, опасаясь разоблачения. Потому что владелец машины мог рассказать своим близким или знакомым, в каком сервисе оставил на ремонт свой автомобиль.

В выходной день Андрей Карпов на новом джипе проехал в злополучный сервис для замены масла, фильтров, свечей. Иномарку загнали в бокс. Подняли на подъемнике и при нем начали проводить осмотр. В это время механик стал задавать обычные вопросы:

— Вы впервые к нам приехали?

— Да, первый раз, — ответил Андрей.

— Каким образом узнали о нашем сервис?

— Из рекламы.

Хозяину джипа показалось странным поведение механика и слесарей, одетых в относительно чистые комбинезоны. «Обычно работники сервисов всегда ходят в испачканной одежде, а тут чистая на всех троих», — подумал он. Один вместо слесарного инструмента в руке держал металлический прут. У другого из кармана комбинезона торчал предмет, похожий на электрошокер. Андрей понял, что они затевают что-то недоброе. Быстро достал телефон и набрал телефон друга. В трубке послышался звук вызываемого зуммера, но ответа не последовало. Андрей занервничал, но вида не подал. Бандиты в это время прекратили осматривать машину и, как ему показалось, стали медленно приближаться. Вдруг в трубке он услышал голос друга:

— Андрей, слушаю тебя.

— Сергей, я сейчас нахожусь на сервисе, расположенном в конце Новофилевского проезда, недалеко от реки Москвы, провожу техосмотр машины. Ты знаешь, где он находится. Через тридцать минут подъезжай, и, как договаривались, поедем ко мне на дачу.

— Сейчас не смогу, нахожусь с ребенком в парке на аттракционах. У тебя что-то случилось? Голос какой-то необычный.

— Хорошо, жду.

— Андрей, я же сказал, что не смогу подъехать. Ты что, не понял?

Прервав телефонный разговор, он хриплым от волнения голосом сказал подошедшим к нему вплотную слесарям:

— Через тридцать минут закончите? Друг подъедет, на рыбалку собрались.

Бандиты поняли, что ситуация изменилась и надо отказываться от своих замыслов.

— Через полчаса все будет готово. Идите в кассу, — сказал механик и протянул наряд.

Андрей на ватных ногах вышел из бокса, голова шумела от внезапного прилива крови. Заплатив в кассе по счету, он вышел во двор. Достал телефон и начал звонить друзьям, разговаривая на тему ремонта машины. Через сорок минут работник сервиса вышел во двор и обратился к нему:

— Ваш джип готов, можете забирать.

Карпов подошел к машине и сел за руль. Трое работников сервиса стояли рядом и, как ему показалось, пристально смотрели на него. Андрей дрожащей рукой повернул ключ зажигания, мотор не завелся, на лбу сразу выступил холодный пот. Он повернул ключ еще раз и нажал на акселератор. Мотор взревел. Справившись с нахлынувшим волнением, медленно выехал из бокса. Уже во дворе, переведя дух, перекрестился и поехал домой.

О своих подозрениях он рассказал сотруднику уголовного розыска, обратившись в местный отдел милиции.

— Знаю этот сервис. Около двух лет работают на нашей территории. За это время никаких жалоб не поступало. Иногда сам пользуюсь их услугами. Может, все, о чем вы сейчас мне рассказали, вам показалось? — сказал старший лейтенант.

— Может, и показалось. Но поведение работников сервиса явно вызывает подозрение. Там происходит что-то не то.

— У вас нет никаких фактов, только предположения. Нам нечего им предъявить.

На этом разговор закончился.

После посещения отдела милиции прошла неделя, но Карпова не покидала мысль, что в сервисе происходят какие-то темные дела, и он по совету знакомого решил обратиться в ГУОП. В отделе по борьбе с бандитизмом его внимательно выслушали и порекомендовали никуда больше не обращаться и ни с кем не обсуждать эту тему.

Спустя неделю автобус с десятью бойцами СОБРа прибыл в главный офис главка, расположенный на Садовой-Сухаревской улице. Поскольку сервис располагался на территории промзоны, рядом с пустырем, на всякий случай из территориального отдела милиции пригласили кинолога с овчаркой по кличке Шанда. После проведения инструктажа оперативники вместе с собровцами выехали в адрес.

Прибыв на место, спецназовцы блокировали периметр и вошли на территорию сервиса. Всех работников пригласили в кабинет директора, где они находились в присутствии двух сотрудников СОБРа. Тем временем оперативники обыскали помещения, в том числе подвал, ничего подозрительного не нашли. На всякий случай изъяли серверы и имеющуюся документацию. Кинолог с собакой находились в комнате для клиентов и скучали без дела. Овчарка крутилась, вертелась, не сидела на месте, все время порывалась куда-то рвануться, так как привыкла что-то искать, если ее брали на подобного рода мероприятия. Увидев ее беспокойство, заместитель начальника четвертого отдела обратился к кинологу:

— Володя, сходи со своей Шандой во двор, посмотрите территорию как следует.

Пес с азартом приступил обнюхивать все, что ему попадалось, но ничего представляющего интерес не нашел. Кинолог предложил старшему опергруппы проверить подвал. Получив добро, три оперативника, два спецназовца, механик с тремя работниками зашли сначала в бокс. Собака обнюхала сложенные в углу различные детали от старых машин, новых деталей там не было. Прыгнула в смотровую яму и неожиданно начала повизгивать.

Кинолог подошел к ней и увидел обрезок трубы и прутья арматуры. Шанда не отходила от этих предметов, поэтому решили их изъять для проведения экспертизы.

Затем спустились в подвал. Собака стала с азартом работать, на середине вдруг остановилась, принюхалась и рванулась в конец помещения. Подбежав к месту, где был свален строительный мусор, начала лапами с визгом его разгребать. Увидев ее реакцию, механик побледнел как полотно. Стало ясно — там спрятано явно что-то криминальное.

Принесли лопаты, ломы и, разобрав кучу из стройматериалов, начали раскапывать землю. Шанда, войдя в азарт, старалась за двоих. От ее лап куски земли летели на несколько метров. Оперативники, сняв верхний слой примерно на метр, увидели полиэтиленовую пленку. Под ней ничего не обнаружили. Стали копать глубже и тут почувствовали тяжелый трупный запах. На всякий случай на механика и слесарей сразу надели наручники. В подвал привели директора и еще двух слесарей. Прокопав еще полметра, обнаружили торчащую руку, ногу, согнутую в колене, а затем не успевший разложиться труп мужчины. Затем извлекли еще семерых убитых в разное время людей.

Членов банды задержали. Впоследствии их приговорили к различным срокам лишения свободы. Двоих из них к пожизненному заключению. За помощь в разоблачении бандитов Шанду наградили праздничным обедом и ужином. Андрея Карпова от смерти спасли его наблюдательность и смекалка. Вовремя сообразил, что надо успеть на глазах у бандитов позвонить и сообщить, где находится, не подавая виду о своих подозрениях.

В разгул организованной преступности на кладбищах практически во всех средних и крупных городах стали появляться целые ряды свежих захоронений молодых людей в возрасте до 27 лет. Смертность в этот период резко возросла. Если количество умерших в начале 1990-х годов составляло один миллион семьсот тысяч человек, то к 1994 году оно перевалило за отметку в два миллиона триста тысяч. Это во многом связано с активизацией деятельности бандформирований и обострением между ними непримиримой борьбы за сферы влияния, охватившей преступный мир. Ежегодно только в ходе умышленных убийств погибало больше тридцати тысяч человек, в том числе участников криминальных структур.

На могилах авторитетных преступников стали возвышаться во весь рост либо сидящие на стульях мраморные изваяния почивших. Словно известным мыслителям или писателям. Издали они были похожие на заслуженных деятелей искусства, военачальников, знаменитых летчиков-полярников.

Нещадимова, посетившего сие место, особенно поразил один из памятников известному «пахану», напоминающий скульптуру Рихарду Зорге, легендарному разведчику. Изображенный в мраморе человек как бы выходит из тени. «А может быть, действительно этот почтенный дядька решил выйти из тени криминального прошлого и приобщиться к нормальной жизни», — подумал он. Но посмотрев на дату рождения и смерти, понял. Скорее всего, что вряд ли. Не зря он безвременно почил.

Свежие могилы того периода сравнимы с массовыми захоронениями молодых солдат во времена военных конфликтов. Однако было мирное время. Наиболее бесшабашные, агрессивные и дерзкие из этой когорты ушли в мир иной, исчезли как пена на море после бури. Некоторые уехали из страны, но большая часть оставшихся начала менять общеуголовную ориентацию на сферу экономики. Стали заниматься бизнесом, «перекрасились», по выражению оперативников. Со временем превратились, можно сказать, в добропорядочных бизнесменов. Порой сетуя на то, что теперь сами стали объектом посягательств со стороны криминальных группировок.

Одной из особенностей организованных формирований является принятие мер по защите от разоблачения и привлечения к уголовной ответственности. С этой целью устанавливаются связи с работниками правоохранительных и иных государственных структур. Организаторы стремятся быть в хороших отношениях с представителями власти. На подкуп чиновников тратятся крупные суммы денег. Для личной безопасности лидеров нанимаются телохранители, зачастую из числа бывших сотрудников силовых структур, которые в ряде случаев используются и для применения физического насилия в отношении конкурентов, несговорчивых коммерсантов, чиновников.

Во времена предоставления в стране экономических свобод челябинский криминальный авторитет создал организованную группировку, которая начала контролировать коммерческие структуры на территории города. Для прикрытия своей деятельности основную ставку лидер сделал на структуры ФСБ. Эту миссию стали осуществлять некоторые действующие оперативники и бывшие работники ведомства. Со временем группировка превратилась в одно из самых крупных в регионе организованных сообществ. «Каримовские» контролировали часть металлургических заводов и большое количество разных предприятий. В этот период времени на территории Челябинска начался отстрел криминальных авторитетов. Таким образом они зачищали конкурентов по криминальному бизнесу. Их годовой оборот составлял около полутора миллиардов долларов.

Располагая связями в подразделениях ФСБ и прокуратуре на различных уровнях, организаторы «Каримовского» сообщества стали оказывать влияние на управление Челябинской областью. Такая система организации криминальной структуры весьма характерна для Италии 1970—1980-х годов, когда судьи и прокуроры являлись активными членами семейных преступных кланов, получая за это большие деньги. Несмотря на наличие связей в органах государственной власти, лидер «Каримовских» очень осторожен. Он не пытается посягать на крупные металлургические гиганты региона, так как понимает, что для их защиты могут быть задействованы федеральные правоохранительные структуры. По степени проникновения во власть, объему финансовых ресурсов и контролю за бюджетными потоками это преступное формирование до сих пор является самым крупным действующим в регионе.

В ряде субъектов Российской Федерации криминальные группировки путем подчинения более мелких стали создавать сообщества и посягать на деятельность государственных органов. Располагая финансовыми возможностями, предпринимали попытки оказания влияния на чиновников регионального уровня с целью принятия выгодных для них решений экономического характера.

В Перми освободившийся из мест заключения криминальный авторитет организовал из бывших судимых, спортсменов, безработных молодых людей преступную структуру. Начинали они с примитивного рэкета. Затем стали контролировать торговые палатки, станции техобслуживания, производственные предприятия. Занимались угонами автотранспорта, выполняли заказные убийства. Почти за семь лет «Зубовские» совершили более восьмидесяти убийств в Перми, Казани, Уфе, Москве, Санкт-Петербурге и других городах. Около 40 % составляли им подобные из числа конкурирующих криминальных структур. В то же время группировка несла численные потери в результате вооруженных конфликтов. Некоторые участники были задержаны сотрудниками УОП, другие отбывали сроки в местах не столь отдаленных от Заполярного круга. Однако большая часть находилась длительное время на свободе и продолжала заниматься преступной деятельностью.

Зачастую средь бела дня на улице, в центре города или каком-нибудь кафе криминальные группировки устраивали стрельбу, в том числе с применением автоматического оружия. Однажды днем недалеко от центра города «Зубовские» расстреляли из автоматов находившегося в автомашине криминального авторитета с женой и двумя охранниками. Со временем они стали контролировать более ста коммерческих структур города, включая гостиницы, рестораны, кафе, казино. Также предпринимались попытки через коррумпированные связи взять под свой контроль некоторые государственные предприятия.

Сотрудники УОП принимали меры по снижению криминогенной напряженности в регионе. Проводили мероприятия по срыву так называемых «стрелок», «разборок» между различными группировками, которые зачастую заканчивались перестрелкой. От них страдали и невинные люди. В результате задержания и обысков, как правило, у некоторых находили огнестрельное оружие, и их привлекали к уголовной ответственности. «Зубовские» оружие на подобные мероприятия с собой не брали, а привозили его на автомашине скорой помощи. Не вызывая подозрения у конкурентов, парковались рядом с местом встречи. В случае необходимости в руках у них оказывалось огнестрельное оружие, которое использовалось по назначению.

Однажды трое членов бандформирования ехали в «Мерседесе» по одной из центральных улиц города и, по всей видимости, куда-то спешили. В это время впереди, не нарушая правил, двигался внедорожник, который они никак не могли обогнать. Сигналили, светили фарами, бесполезно. Внедорожник продолжал ехать, не превышая скорости, в левом ряду. Выбрав удобный момент, водитель «Мерседеса» обогнал его, перестроился в левый ряд и резко затормозил. Мужчина, находившийся за рулем внедорожника, нажал на тормоз, но тяжелая машина остановилась не сразу и бампером разбила у «Мерседеса» задний фонарь. Увидев выходивших из машины троих молодых людей с лицами, не обезображенными интеллектом, выкрикивающих нецензурную брань, на всякий случай сунул руку под куртку, ощутив холодок металла, успокоился.

— Мужик, ну ты попал на бабки. Знаешь, сколько стоит такая фара в сборе и ремонт машины? Не меньше трех тысяч долларов, — сказал водитель «Мерседеса», не дожидаясь ответа.

— Вы же сами подрезали мой джип, и я не успел затормозить, вот и произошло столкновение, — сказал водитель внедорожника.

— Ты, падла, почему не пропускал нашу машину? Мы же сигналили. В любом случае ГИБДД признает тебя виновным. Ты въехал в заднюю часть нашей машины. Короче, делаем так. Сейчас платишь нам три штуки зеленых, и мы разъезжаемся.

— У меня нет с собой таких денег, и потом, разбитая фара стоит гораздо дешевле. Давайте заедем в сервис и там узнаем, в какую сумму обойдется ремонт.

— Это будет плата и за причиненный моральный ущерб. Звони своим родственникам, друзьям, пусть деньги привозят сейчас или тебе мало не покажется, — вмешался в разговор, по всей видимости, старший.

Вызывать и дожидаться ДПС они не собирались, так как привыкли разбираться сами. Водитель внедорожника отошел от троицы в сторону и набрал номер телефона:

— Игорь, я попал в ДТП на Саянской улице, напротив торгового центра, ребята требуют за разбитую фару три тысячи долларов. Возьми с собой на всякий случай пять штук и приезжай, — разговор велся с некоторой зашифровкой.

— Понял, сейчас выезжаем.

— За полчаса успеют деньги привезти? Если нет, поедешь с нами, — сказал старший.

— Не переживайте, деньги привезут раньше, наш офис здесь недалеко.

Спустя примерно двадцать минут за джипом остановился с затемненными стеклами микроавтобус.

— Вот и друзья приехали, как обещал, — сказал водитель джипа.

Молодые люди направились к микроавтобусу. В это время оттуда выскочили с масками на лице пять вооруженных бойцов СОБРа и заставили их положить руки на стоявший радом внедорожник. Началась обычная процедура досмотра. «Зубовские» в привычной для них ситуации никак не ожидали такого поворота и были в полной растерянности. К ним подошел водитель джипа и представился:

— Начальник СОБРа подполковник Верещагин. Так сколько, говорите, стоит разбитая фара в сборе?

— Мы же не знали, с кем имеем дело, — сказал старший.

— С другими наверняка поступаете более нагло? Если целому подполковнику угрожали?

— Вы же не представились.

— Извините. Не успел. Грузите всех, в управлении разберемся, а заодно и познакомимся, — сказал Верещагин.

Ликвидация кровавой пермской группировки началась с того момента, когда Максим Казанцев, генеральный директор коммерческой структуры «Каскад», поставлявшей из Сингапура компьютерную технику, в течение двух дней не появлялся ни дома, ни на работе. Жена вместе с его партнерами забили тревогу и принялись искать пропавшего директора через знакомых, подруг. Но никто не знал, где он находится. Спустя три дня обратились в территориальный отдел милиции. Там внимательно выслушали, приняли заявление, но действенных мер, по-видимому принимать не собирались. В то время подобные случаи не были редкостью и зачастую имели бытовой характер.

Вечером Нещадимову, старшему оперуполномоченному по особо важным делам девятого отдела ГУОП, позвонил бывший коллега Валентин:

— Здравствуй, есть пара минут?

— Да, есть, говори.

— Сегодня мой знакомый Артем по электронной почте получил странное сообщение от школьного товарища, директора коммерческой структуры, в которой они работают.

— В чем заключается его странность?

— Дело в том, что прошло более трех суток, как этот директор пропал, не появляется ни дома, ни на работе. Текст сообщения следующий. «Меня удерживают на квартире в районе Люблино, требуют перевести два миллиона долларов из Сингапура, помоги. Мне не отвечай».

— Валентин, может сейчас твой знакомый подойти ко мне на Садовую-Сухаревскую?

— Да, может, заказывай пропуск.

Примерно через час в комнату к Нещадимову вошел молодой человек и рассказал о пропаже генерального директора. Однако ничего конкретного, что могло дать какую-то зацепку для установления местонахождения, он не знал.

— Артем, если от Казанцева поступит какое-либо сообщение, сразу поставь меня в известность.

На следующий день Артем позвонил Нещадимову.

— Валерий Михайлович, сегодня в четырнадцать сорок от Максима я получил сообщение следующего содержания: «Со мной находятся четверо, все из Перми. Одного зовут Кирилл, работает в торговом предприятии «Бриз», которое покупает у нас компьютеры. К другому обращаются по кличке Стилет. Как зовут других, не знаю. Помоги».

На основании полученной информации была подготовлена шифротелеграмма (ШТ). Печаталась она на специальном бланке, с красной полосой по диагонали, за что в шутку ее прозвали «Красная шапочка».

ШИФРОТЕЛЕГРАММА № 283/09

от 22.10.1996 г.

Секретно

Начальнику УОП

по Пермской области

ГУОП МВД располагает информацией о том, что менеджер по имени Кирилл, работающий в торговом предприятии «Бриз» г. Перми, и участник местной ОПГ по кличке Стилет подозреваются в причастности к похищению 18 октября 1996 г. в Москве М.С. Казанцева, генерального директора коммерческой структуры «Каскад», с целью вымогательства денежных средств. Местонахождение заложника и преступников неизвестно.

Прошу срочно проверить, зарегистрировано ли на территории Перми торговое предприятие «Бриз». Работает или работал в указанной коммерческой структуре менеджер по имени Кирилл. По возможности установите членов местных ОПТ по кличке Стилет. Особое внимание обратите на группировки, контролирующие предприятия, торгующие компьютерной техникой. Проверьте, вылетали ли указанные лица в последние две недели в Москву.

В процессе проверки соблюдайте особую осторожность. Полученную информацию направляйте ШТ.

Заместитель начальника

ГУОПМВДРФ

Спустя сутки, вечером, из УОП Пермской области поступила ШТ следующего содержания.

ШИФРОТЕЛЕГРАММА № 53/03

от 24.10.1996 г.

Секретно

Заместителю начальника

ГУОП МВД России

На ШТ № 283/09 от 22.10.1996 г.

УОП по Пермской области в процессе проведенной проверки установлено, что торговое предприятие «Бриз» зарегистрировано по адресу: г. Пермь, ул. Ангарская, 9. Между коммерческой структурой «Бриз» и московской компанией «Каскад» с 1994 г. установлены договорные отношения на поставку электронной техники. В данном предприятии с 1995 г. работает в должности менеджера по продажам техники Кирилл Григорович, который с 12 октября 1996 г. находится в отпуске у родственников в Москве. Адрес неизвестен. Старший менеджер Кирилл Закиров месяц назад из предприятия «Бриз» уволился. Где находится в настоящее время, неизвестно.

Кличку Стилет имеют два человека, причастных к ОПГ, действующих на территории Перми. Зинченко П.М. второй год находится в местах лишения свободы. Волков Г.С. 14 октября 1996 г. вместе с Кириллом Закировым рейсом № 1483 вылетели в Москову. На посадку в самолет проходили через VIP-зал без досмотра. Предположительно указанные лица имеют при себе огнестрельное оружие.

Начальник УОП

по Пермской области

Казанцева преступники похитили поздним вечером, когда он возвращался домой. В подъезде его уже ждали трое неизвестных. Угрожая оружием, вывели на улицу и посадили в рядом припаркованную машину. Как ему показалось, приехали они в район Люблино, на съемную квартиру, которая располагалась на пятом или шестом этаже. Там привязали к батарее и под угрозой расправы с дочерью и женой потребовали перевести два миллиона долларов с зарубежных счетов совместного предприятия на подставную структуру в Москве. Его снабдили мощным компьютером и другой необходимой техникой.

Рядом постоянно находился один из похитителей по имени Кирилл, разбирающийся в компьютерных программах. Ранее он работал в пермской коммерческой структуре «Бриз» и неоднократно приезжал со своим руководством в «Каскад». Принимал участие в переговорах и располагал информацией о деятельности зарубежной фирмы.

Максим понимал, что после перевода денег его как свидетеля скорее всего не оставят в живых. Поэтому всячески затягивал процесс, ссылаясь то на разницу во времени, то на необходимость получения подтверждений на сделанные запросы от зарубежных партнеров, надеясь на помощь Артема. В Сингапуре заподозрили что-то неладное и начали запрашивать дополнительную информацию, на подготовку которой требовалось время.

Прошло четыре дня, деньги по-прежнему не были переведены, и бандиты начали проявлять нервозность, угрожая бизнесмену убийством. Дали последний срок до конца следующих суток. Выбрав момент, он отослал Артему сообщение. «Меня держат в трехкомнатной квартире на пятом или шестом этаже, где-то в районе Люблино. Из окна квартиры через дорогу виден торговый центр «Люкс» или «Люксор». Остались сутки. Прошу, сделай что-нибудь».

Оперативники с вероятной точностью установили квартиру, где бандиты удерживали заложника. Ее входная дверь оказалась металлической. В других квартирах, расположенных в соседних домах на пятых и шестых этажах, окна которых выходили на торговый центр «Люксор», проживали семейные люди с детьми.

Рано утром сотрудники девятого отдела с двумя группами бойцов СОБРа подъехали к дому и скрытно зашли в подъезд. Звонить под любым благовидным предлогом было бессмысленно. С учетом имевшейся информации о наличии у преступников огнестрельного оружия решили не рисковать и не применять другие варианты, а использовать взрывчатку.

Капитан из технического отдела в местах расположения петель, замков установил заряды пластида. В один из них вставил электродетонатор, вышел на лестничную площадку и произвел взрыв. Дверь с грохотом вырвало из металлической коробки, и она упала на пол в коридоре. Сразу же в квартиру ворвались спецназовцы. В это время для оперативников основная задача заключается в том, чтобы не попасть под движущуюся лавину бойцов спецназа. Бандиты не успели сообразить, что на самом деле произошло, как на них стали надевать наручники. Сотрудники СОБРа главного управления в экстремальных ситуациях, в которых постоянно находились, старались оправдывать свой девиз: «Мы лучшие после Бога».

Предположение подтвердилось, трое из них были вооружены огнестрельным оружием, но воспользоваться им не успели. При обыске у двоих обнаружили пистолеты ТТ с четырьмя полностью снаряженными обоймам, у третьего — ПМ и несколько пачек патронов 9-миллиметрового калибра.

Заложник лежал на диване со связанными руками, пристегнутый цепью к трубе отопления. Бойцы вовремя сориентировались, и он в процессе задержания преступников не пострадал. В комнате находились компьютер, факс, принтер, сканер. На полу, подоконнике лежали разбросанные документы, различные бланки, листы бумаги с печатным текстом. В результате проведенной экспертизы установили, что один из изъятых пистолетов ТТ проходит по уголовному делу, связанному с нападением на инкассаторов в Перми.

В ходе откровенных разговоров с оперативниками без протокола арестованные поделились своими намерениями, что были готовы при их задержании применить оружие, если бы не внезапный штурм СОБРа. Такого молниеносного проникновения через мощную металлическую дверь они никак не ожидали. Освобожденный генеральный директор с радости три дня дома отмечал свой второй день рождения. «Каждый день до поросячьего визга», — как сказала по телефону его жена.

По этой причине следователь смог допросить пострадавшего только на четвертый день.

Характерным признаком общеуголовных сообществ является обеспеченность нарезным огнестрельным оружием, в том числе автоматическим, взрывчатыми веществами, боевым отравляющим газом, современными средствами связи и передвижения.

После задержания в Москве четверых «Зубовских» бандитов, причастных к нападению на инкассаторов в Перми, начались повальные обыски и аресты других членов группировки, имевших отношение к заказным убийствам, в том числе бизнесменов в Казани.

Изъятое у них оружие поразило воображение оперативников. В арсенале находились новейшие образцы техники: современные рации, настроенные на милицейскую волну, приборы ночного видения и лазерные прицелы, взрывные устройства и их компоненты, сканирующие радиостанции, бронежилеты, различные государственные автомобильные номера, не говоря об обычных пистолетах, автоматах и карабинах. Кроме того, конфисковали более сорока автомобилей. В результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий основные участники и лидер сообщества были арестованы. Впоследствии некогда мощное преступное формирование распалось.

В Одессе аналогичное формирование занималось рэкетом в отношении кооперативов, осуществлявших свою деятельность в области общественного питания, собственниками которых в основном были выходцы из Кавказа и Средней Азии. Бандиты купили у «черных копателей» в боевом состоянии настоящий немецкий автомат МР-40, так называемый «Шмайссер», маузер, два нагана, три пистолета ТТ времен Великой Отечественной войны и большое количество патронов. На Одесской киностудии приобрели черную гестаповскую форму. Во времена развала страны можно было купить что угодно.

Для устрашения непокорных кооператоров вечерами лидер группировки облачался в гестаповский мундир, вооружившись «Шмайссером», со своими подельниками наводили ужас на собственников ресторанов, кафе, шашлычных. При виде переодетого бандита в немецкую черную форму многие коммерсанты буквально падали на колени и отдавали все, что у них требовали. Терроризировали коммерсантов более трех лет, пока на них не вышли сотрудники уголовного розыска города Одессы.

Во время задержания преступники оказали вооруженное сопротивление, и часть из них были уничтожены. Главарю удалось уйти, и он скрывался на разных адресах у знакомых, иногда ночевал возле своего дома в машине.

Однажды, около четырех часов утра, выбрав удобный момент, поднялся по лестнице на четвертый этаж и зашел в квартиру. Быстро позавтракал, надел куртку, на всякий случай дослал патрон в патронник пистолета ТТ, положил его в карман и вышел на лестничную площадку. Прислушался, было тихо, огляделся, подозрительного ничего не заметил. Решил также спуститься по лестнице, но в последний момент передумал и нажал на кнопку вызова лифта. При выходе из кабины на первом этаже его ждал киллер и выстрелил в упор три раза. На нем остались нетронутыми объемная золотая цепочка, дорогостоящие швейцарские часы. В карманах куртки находился кошелек с деньгами и ТТ с патроном в патроннике.

Опасаясь возрождения банды, конкурирующая, менее сильная группировка, воспользовавшись разгромом, устранила остававшегося на свободе безбашенного авторитета. Его убийство не обошлось без участия коммерсантов, но их причастность в процессе следствия не была доказана. Скорее всего по причине согласия с наступлением «справедливого возмездия».

Наиболее грандиозные кровопролитные столкновения между противоборствующими криминальными структурами за передел сфер влияния в России происходили в городе Тольятти Самарской области.

К 1992 году здесь сформировалось пять группировок, поделивших город, которые стали собирать дань с появлявшихся как грибы после дождя коммерческих предприятий. Им также удалось установить контроль над традиционным для «АвтоВАЗа» криминальным промыслом — торговлей крадеными запчастями. Но на сам завод их еще не пускали, поэтому обирали частных покупателей автомобилей за его территорией либо грабили на дорогах за городом. Бандиты оккупировали КПП «АвтоВАЗа» и на тот момент единственный в городе официальный заводской магазин «Жигули».

Администрация предприятия, сама того не желая, открыла перед бандитами двери. Руководители создали свои посреднические фирмы для льготной торговли машинами. Действовали они в обход государственных законов и поэтому попадали в сферу влияния бандитских группировок. Преступники получали деньги путем осуществления контроля за вывозом автомашин с «АвтоВАЗа». В то время это был самый доходный нелегальный бизнес в городе. Порой сумма «черного отката» составляла до 10–20 % от их стоимости. На этом они имели около тридцати тысяч автомобилей в год.

Спустя некоторое время у членов бандформирований появились пропуска, и они стали свободно передвигаться по территории комбината. Непосредственно на конвейере в сборочном цехе отслеживали выбранные автомашины. В страхе держали всех работников предприятия, в том числе и его руководство.

По причине привлекательности объекта между криминальными структурами стали происходить вооруженные конфликты, в том числе рядом с главной проходной завода. В результате только за два месяца в криминальных разборках погибли семь бандитов, в том числе лидер одной из группировок. Во время перестрелок страдали и посторонние граждане. Периодически между враждующими сторонами происходило временное перемирие.

Под контролем основных группировок оказалась подавляющая часть коммерческих структур и промышленных предприятий города, включая «АвтоВАЗ». Процесс криминализации комбината продолжился. Лидерство среди бандформирований захватила группировка «Назимова». Теперь они контролировали практически весь сбыт автомобилей, приносивший огромные деньги. В это время по инициативе ее лидера начали использовать новый способ мошенничества. Под фальшивые банковские гарантии отгружались партии машин, которые затем распродавались членами группировок, а деньги на завод не возвращались. Только за год от подобных операций комбинат терял около 120 миллионов долларов. Бандиты стали настоящими хозяевами города Тольятти.

Перемирие между двумя бандами просуществовало недолго. Вызов группировке «Назимова» сделала укрепившая свои позиции в криминальных кругах «Волховская» структура. Настоящее побоище между конкурентами произошло напротив КПП «АвтоВАЗа». Два члена «Назимовского» формирования были убиты осколками брошенной гранаты. Кроме них, получили ранения два работника завода. Так начался второй кровавый конфликт, который расколол криминальный мир Тольятти.

Группировки начали воевать друг с другом за лидерство на автомобильном комбинате. Вскоре противоборствующие структуры стали создавать свои группы киллеров вместо привлекаемых иногородних «специалистов». Накал боевых действий приобрел такой характер, что некоторые тольяттинские криминальные авторитеты стали уходить в подполье. Пик пришелся на конец года, когда в день совершалось до трех заказных убийств, в том числе был убит начальник транспортного цеха «АвтоВАЗа». В середине 1990-х годов междоусобица, причинившая значительный ущерб враждующим группировкам, начала затихать. Только убитыми они потеряли около сотни человек. Но на этом бандитские войны в городе не закончились.

У бандформирований была невероятно высокая возобновляемость. После очередной разборки и понесенных физических потерь с двух сторон либо ареста ряда членов группировок буквально через месяц-полтора в обновленном составе банды снова появлялись на автокомбинате. Спустя год у КПП завода «Волгоцеммаш» киллеры убивают местного криминального авторитета. Летом того же года в дачном массиве участники противоборствующих структур расстреляли еще одного авторитета с двумя телохранителями. Только за один месяц жертвами разборок стали более двадцати человек. Доставалось и руководству «АвтоВАЗа». Преступники металлическими прутьями избили директора головного центра запасных частей «АвтоВАЗа». Предпринимались попытки оказывать силовое воздействие и на других руководителей завода.

С таким положением на крупнейшем автозаводе страны региональные органы власти дальше мириться уже не могли. ГУВД по Самарской области с привлечением местных правоохранительных органов провело операцию под кодовым названием «Цунами», в ходе которой многих активных участников группировок задержали, у большинства были конфискованы пропуска на «АвтоВАЗ». После проведения ряда оперативных мероприятий часть членов бандформирований остались не у дел, и они переориентировались на грабежи, кражи, разбои. Но с этой проблемой местные правоохранительные органы справились быстро.

Через год снова произошел всплеск криминальных разборок. В офис «Фонда ветеранов войны в Афганистане» ворвались бандиты в масках и уложили всех находившихся там людей на пол. Затем расстреляли троих организаторов «Кудеевской», третьей по влиятельности в городе криминальной структуры. Спустя несколько дней на даче киллеры убивают лидера «Волховской» группировки. Зимой преступники случайно застрелили начальника отдела уголовного розыска УВД Тольятти, а через полтора года убивают руководителя подразделения по борьбе с бандитизмом ГУВД. Его машину в середине дня буквально изрешетили на перекрестке из подъехавшего автомобиля.

Воспользовавшись разборками местных группировок, воры в законе этнических структур попытались прибрать к своим рукам «АвтоВАЗ». Это не понравилось тольяттинским бандитам, и вскоре в городе киллеры расстреляли трех воров в законе. Дальнейшие попытки передела сфер влияния со стороны авторитетов традиционной формации, выходцев из южных регионов, прекратились.

После конфликта с бандитами был убит заместитель председателя фонда социальной поддержки ветеранов спецназа. Утром предприниматель со своим компаньоном вышел из дома и направился к своей машине. Киллер из автомата Калашникова в упор выпустил в него всю обойму. Спустя четыре дня преступники убивают президента этого фонда.

В результате принятых мер правоохранительные органы Самарской области задержали ряд членов «Волховской» группировки. На скамье подсудимых оказались десять активных ее участников, в том числе заказчики и исполнители убийств. В процессе рассмотрения уголовных дел судом было доказано девятнадцать эпизодов заказных убийств и покушений. Рядом с убийцами находился и бывший сотрудник городской ДПС. Он помогал преступникам скрываться от преследования милиции после выполнения заказов. Также к уголовной ответственности привлекли брата одного из киллеров, работника уголовного розыска. Его обвинили в совершении заказного убийства. Все члены бандформирования понесли заслуженные наказания. Четверых из них приговорили к пожизненному заключению, остальные получили от двух до двадцати пяти лет лишения свободы.

В 2000-х годах продолжился отстрел участников конфликтующих группировок, предпринимателей, связанных с криминалитетом, чиновников, журналистов. В начале 2003 года вечером киллер убил генерального директора сети АЗС. В этом же году во дворе своего дома преступник зарезал главного редактора газеты «Тольяттинское обозрение». Спустя год в своей машине был расстрелян криминальный авторитет. Через девять дней в бане собственного коттеджа нашли тело его соучастника с огнестрельными ранениями. Летом того же года около управления архитектуры Тольятти убийца расстрелял из ПМ главного архитектора города. Годом позже бандиты убивают советника мэра Тольятти, владельца мебельного центра, бизнес которого контролировался криминальной группировкой.

В общей сложности в результате конфликтов в Тольятти за 22 года были расстреляны, взорваны, зарезаны или забиты до смерти несколько сотен участников преступных группировок, коммерсантов, связанных с криминалитетом, и других представителей крупного бизнеса. В том числе имевших непосредственное отношение к «АвтоВАЗу», а также сотрудников прокуратуры, милиции, городских СМИ и случайных граждан.

Такого размаха бандитизма еще не знал криминальный мир России. Преступными группировками комбинату причинен поистине колоссальный ущерб. Только за 2005 год с «АвтоВАЗа» было украдено товарно-материальных ценностей на сумму около полутора миллиардов рублей. Ежедневно с завода вывозилось запчастей на сумму свыше трех миллионов рублей. На «АвтоВАЗе» до сих пор совершаемые правонарушения носят системный характер.

Понятие самой хищной сущности организованной преступности имеет важное практическое значение для выработки и реализации уголовной политики государства, направленной на совершенствование деятельности правоохранительной системы в борьбе с этим феноменом, включая терроризм. Также для дифференцированного подхода к применению пенитенциарной системы в отношении членов организованных структур.

В настоящее время участники бандформирований отличаются от тех, которые действовали в девяностые годы. Это зачастую образованные, не имеющие судимостей люди. Среди них нередко встречаются юристы, выпускники спортивных и медицинских высших учебных заведений. Раньше бандиты могли вообще не иметь никакого образования. Все деньги, полученные преступным путем, они тратили на всевозможные увеселительные мероприятия.

Теперь денежные средства данная категория лиц инвестирует в бизнес, недвижимость за рубежом, высокорентабельные проекты, в том числе бюджетные. В прошлые времена преступников не очень пугала тюремная перспектива, поскольку можно было рассчитывать на поддержку сообщников. В настоящее время современные бандиты садиться за решетку категорически не хотят, ценят прелести свободной жизни. Однако хищный нрав остался неизменным.

За последнее время организованными структурами совершены резонансные убийства целых семей. Ночью в 2016 году в Самарской области в своем доме был убит бывший начальник местной полиции и члены его семьи в количестве шести человек. Три женщины и трое мужчин. Исполнителями оказались выходцы из Средней Азии.

Спустя год в Астрахани экстремистски настроенные лица, принадлежавшие к радикальной группировке, застрелили двух сотрудников ДПС. Преступники забрали табельное оружие и скрылись. Двоих из них задержали, остальные четверо оказали вооруженное сопротивление, и их в ходе перестрелки уничтожили.

В течение двенадцати лет «Цапковская» организованная группировка держала в страхе всех жителей станицы Краснодарского края и наводила ужас в том числе и на соседние поселки. Лидером являлся депутат сельского совета, кандидат социологических наук. Осенней ночью ими совершено убийство двенадцати человек. Погибли три семьи, которые находились в это время в доме местного предпринимателя. Бандиты не пощадили даже девятимесячного ребенка, которого заживо сожгли. После жестокой расправы над местными жителями подожгли дом надеясь скрыть преступление. За весь период времени ими были убиты девятнадцать человек.

В первые дни расследования основные члены группировки, пользуясь покровительством местной милиции и прокуратуры, продолжали оставаться на свободе. Только после приезда в станицу руководителя Следственного комитета России задержали лидера и организаторов массового убийства. В результате проведенной работы все участники бандформирования приговорены к различным срокам лишения свободы, а лидер — к пожизненному заключению. Спустя несколько лет он скончался в тюрьме.

При разработке мер, направленных на противодействие организованной преступности, лидирующее положение по значимости занимают знания об особенностях структурного построения формирований, которые являются составляющими ее элементами. Они существенно отличаются друг от друга по своей структурной типологии, преступной направленности, субкультуре, совершаемым деяниям и характеру коммуникативных связей.

Стаи хищников в экономике

К середине 1990-х годов организованная преступность в сфере экономики становится все более существенным фактором увеличения социальной напряженности и дестабилизации общественных отношений, препятствующим совершенствованию экономического механизма. Структура преступных формирований приобрела усложненный многозвенный характер. Сложность объективного восприятия этого явления заключается в том, что в его основе лежит определенная организованность субъектов, характер связей между различными объектами и лицами, совершающими преступления, в зависимости от сектора экономики.

По своей природе, согласно статье 210 Уголовного кодекса, такие формирования понимаются как преступные сообщества и даже преступные организации. Под организацией принято подразумевать определенный порядок взаимодействия между зависимыми и соподчиненными элементами структур, структурированное объединение людей для достижения благих целей, а не вопреки им. Если с термином «преступное сообщество» можно согласиться, поскольку оно предполагает объединение людей, имеющих общую цель (даже если она криминального характера), то употребление термина «организация», да еще и преступная, неуместно.

Вспоминая ранее приведенное крылатое выражение известного криминолога Аванесова, вряд ли в полной мере будет корректным причислять этот термин к преступной среде. Скорее всего здесь можно говорить только об элементах организованности и не более того. Наиболее точным названием таких объединений с учетом их сущности может быть формирование, группировка, но никак не организация.

С целью объективного познания сущности организованной преступности в сфере экономики необходимо в первую очередь уточнить, что это явление выражается в совокупности корыстных посягательств на кредитно-финансовую систему, собственность, порядок управления и нормальное функционирование экономических структур со стороны лиц, выполняющих определенные функции в системе экономических отношений.

Подобные преступления могут совершаться работниками, занимающими определенное положение в сфере экономики, а также должностными лицами органов государственной власти, имеющими к ним отношение. То есть субъектами таких преступлений являются работники, задействованные в системе экономики.

Лица, совершающие аналогичные преступления, характеризуются наличием определенного образовательного и культурного уровня, занимаемого социального положения, а также обладают определенными функциональными полномочиями. Группировки, как правило, имеют коррумпированные связи с лицами, работающими на ответственных должностях в органах государственной власти, самоуправления и экономических структурах. К их деяниям относятся корыстные преступления в сфере экономической деятельности, а также должностные правонарушения, связанные с функционированием хозяйственного механизма.

Со временем подобные формирования все чаще стали прибегать к помощи уголовных элементов для физического устранения конкурентов, предпринимателей и иных неугодных лиц. В свою очередь криминальные структуры начали при помощи должностных лиц растаскивать, разворовывать государственное имущество. Некоторые чиновники различного уровня, руководители крупных предприятий и иные авантюристы с помощью зарубежных дельцов за бесценок скупали заводы, фабрики, здания, земельные участки.

Теперь подобного рода коммерсанты в оправдание своего незаконно нажитого «непосильным трудом» капитала ссылаются на то, что якобы они на эти цели собирали деньги «по крохам» у своих знакомых. При этом забывают одну существенную мелочь — в то время у россиян денег не было. Однако все преподносится так, как будто эта категория лиц сказочно разбогатела исключительно по причине грамотных юристов, экономистов, которые сумели использовать имеющиеся пробелы в законодательстве, а не потому, что «зарубежные дяди» давали им деньги.

Ряд коммерческих структур, ставших впоследствии крупными, смогли в разы увеличить свой капитал за короткое время лишь по причине оказания им государственной помощи, заключавшейся в предоставлении различного рода льгот, налоговых преференций. Отдельные из них, получая огромные доходы, ухитрялись уклоняться от уплаты налогов. Применяли мошеннические схемы, заимствованные за рубежом, составляли фиктивные документы об использовании рабочих с ограниченными физическими возможностями. Нефтяные компании продавали углеводородное сырье через фирмы-однодневки, зарегистрированные в регионах с льготным налогообложением.

Коммерческая структура ЮКОС зачастую прибегала к задействованию подобных методов для достижения своих противозаконных замыслов. Руководство компании организовало присвоение акций дочерних структур «Восточной нефтяной компании» на сумму более трех миллиардов рублей. За пять лет они совершили хищения нефти, принадлежащей трем коммерческим предприятиям, путем мошеннических действий на 890 миллиардов рублей. Налоговые правонарушения были связаны со сделками по продаже нефти и нефтепродуктов между компанией ЮКОС и 21 организацией, зарегистрированных в регионах, предоставлявших налоговые преференции. Предприятия пользовались ими, но при этом полностью или частично не уплачивали ряд налогов. Данные структуры создавались исключительно с целью недобросовестного использования налоговых льгот, и вся экономическая выгода от совершаемых ими сделок принадлежала акционерному обществу ЮКОС. Полученная прибыль была несопоставима с суммой инвестиций, вложенной ими в соответствующих регионах.

Федеральная налоговая служба в результате проведенной проверки работы коммерческой структуры ЮКОС за четыре года вскрыла целый букет нарушений. На нее наложили крупнейшие в российской истории штрафы и пени. Кроме экономических преступлений, были выявлены и общеуголовные. Сотрудники службы безопасности принимали участие в убийстве московского чиновника. Бывший ее руководитель после возбуждения уголовного дела скрылся в Израиле. По указанию руководства компании новый шеф безопасности организовал убийство главы города Нефтеюганска. Накануне мэр публично предупредил акционеров ЮКОС, что, если от них не поступят налоги в местный бюджет, он добьется отмены выделенного им льготного кредита. За это и поплатился жизнью.

Характерными чертами организованной преступности являются ее мобильность и приспособляемость к процессам, происходящим в государстве, что приводит к изменению структур связей криминальной направленности, способов совершаемых преступлений. Воспользовавшись распадом Советского Союза, через коммерческие структуры стал осуществляться незаконный вывоз за границу цветных и редкоземельных металлов, энергоресурсов, другого дефицитного сырья, оружия, военного снаряжения и иных изделий, пользующихся повышенным спросом на внешнем рынке.

В 1992 году в сфере экономики было зарегистрировано более 13,5 тысячи преступлений, совершенных группами, в том числе имеющими признаки организованности. У преступников правоохранительные органы изъяли денег и ценностей на сумму 759,3 миллиона рублей и около 112 миллионов долларов. Предотвращен незаконный вывоз 900 тысяч тонн нефтепродуктов, более 17 тысяч тонн цветных металлов, 54 тысяч кубометров лесоматериалов и другой продукции на общую сумму 37 миллиардов рублей. Более чем в 1,5 раза увеличилось по сравнению с 1991 годом количество выявленных организованных формирований, совершающих преступления в сфере экономики.

В этот период времени в различных секторах экономики появились этнические группировки. Армянская контролировала добычу драгоценных металлов и камней, азербайджанская — нефтедобычу, чеченская специализировалась на кредитно-финансовом направлении, грузинская — на угоне автотранспорта.

В Москве на Новом Арбате ранним утром был убит губернатор Магаданской области. Киллер застрелил его из пистолета с глушителем. Покушение организовала одна из этнических группировок. Мотивом убийства стало перераспределение квот на вылов рыбы. Также глава области активно пытался навести порядок в золотодобывающей промышленности области, самой крупной на территории России. Принимал меры по выяснению судьбы «золотого кредита», выделенного из федерального бюджета на поддержку золотодобытчиков, который так и не был погашен. Он хотел узнать, куда девались деньги, и вернуть их государству.

В ходе расследования «громкого дела» установили лиц, причастных к убийству, и непосредственных исполнителей, после чего подозреваемые пустились в бега. Их объявили во всероссийский и международный розыск. Менее чем через год правоохранительные органы задержали первого подозреваемого в организации убийства, затем второго. Спустя три года та же участь постигла третьего соучастника преступления. Его взяли в Испании, где он жил по поддельным документам, и экстрадировали в Россию. Четвертого участника этнической группировки доставили в Москву из Мадрида. Двоих соисполнителей преступления позже нашли убитыми. Киллер до сих пор находится в розыске.

Мосгорсуд завершил разбирательство уголовного дела, расследование которого длилось более девяти лет. На скамье подсудимых оказались четверо обвиняемых в убийстве губернатора. Суд приговорил двоих из них к девятнадцати годам лишения свободы с отбыванием в колонии строгого режима. Третьего — к семнадцати годам ограничения свободы, а четвертого — к тринадцати с половиной годам заключения.

Грузинская группировка, промышлявшая в Москве угонами легкового автотранспорта, до того потеряла страх перед законом по причине безнаказанности, что по ошибке угнала, кто бы мог подумать, служебный автомобиль марки «Волга» ГАЗ-3102 белого цвета, принадлежавший начальнику девятого отдела ГУОП МВД России. Можно было еще как-то понять в случае угона автомобиля со стоянки. Тут же все произошло по-другому.

Белым днем два грузина автостопом остановили белую «Волгу», скорее всего под заказ, в которой находился только водитель, и предложили за вознаграждение довезти до парка. В безлюдном месте попросили остановить машину. Под угрозой холодного оружия нападавшие забрали у водителя ключи от зажигания, связали его и оставили на пустыре, а сами скрылись на его машине. Через минут десять пострадавшему без посторонней помощи удалось освободился от веревок, и он сразу приехал в управление. О случившемся доложил Сургутову, начальнику девятого отдела по экономическим преступлениям. У того от такой наглости возмущению не было придела.

На следующий день, оставив все свои дела, отдел в полном составе занялся поиском похитителей и угнанного автомобиля. За несколько часов работы взяли две группы граждан Грузии, пытавшихся угнать автомашины, но к похищенной «Волге» шефа они не имели отношения. Подобные мероприятия продолжались в течение всей недели. В результате оперативники задержали четыре этнические группы и две местные. Грузинские группировки отличались от местных тем, что не похищали автотранспорт в местах стоянки, а нападали на водителей, облюбовавших дорогостоящие иномарки, в местах временной остановки или на парковке. Под угрозой оружия вытаскивали водителя из салона приглянувшегося им автомобиля и угоняли его.

Два сотрудника отдела, находясь в свободном поиске, увидели в районе перекрестка проспекта Мира и Садового кольца, недалеко от главка, как два грузина вытаскивают водителя из автомашины «БМВ», остановившейся на красный свет светофора. Вадим подбежал к ним и успел открыть переднюю дверь. Один из нападавших, находившийся на пассажирском сиденье, стал на ходу затаскивать его в салон. В это время иномарка начала набирать скорость. Никонов, его напарник, достал пистолет и не раздумывая выстрелил два раза по колесам уезжавшей машины. Поскольку «БМВ» — заднеприводной автомобиль, с пробитыми ведущими колесами проехал не более ста метров, затем сбавил скорость и остановился. К ним тут же подбежали оперативник и хозяин автомашины. Угонщиков задержали и доставили в управление. Но поскольку эта категория злодеев не относилась к компетенции ГУОП, их передали в МУР. По утверждению задержанных, они не знали о том, что Вадим является сотрудником МВД, в противном случае не стали бы с ним связываться, а попросту скрылись.

За два точных выстрела Миша получил материальное вознаграждение — в сумме двойного оклада. По окладу за каждый. За три недели работы сотрудники отдела задержали 24 угонщика автотранспорта. Из них большая половина представителей этнической грузинской группировки, но машина найдена не была. Задержанные не располагали сведениями об угнанной на пустыре машине.

Сотрудники МУР через конфиденциальные источники установили, что «Волгу» отдела в тот же день из Москвы перегнали в Казахстан. Поэтому найти ее не представлялось возможным. Но шеф не сдавался. Авторитеты группировки вышли на заместителя начальника отдела Павловского и предложили взамен угнанного транспорта купить и передать в отдел новую такую же «Волгу» белого цвета. Только чтобы отдел оставил непрофильное направление работы и занялся экономической безопасностью. Через пару дней ему позвонил один из авторитетов группировки:

— Анатолий Николаевич, добрый день. Сандро говорит. Подойди, пожалуйста, на минуту к центральному входу.

Когда Павловский вышел за КПП на улицу, то увидел припаркованную новую «Волгу» ГАЗ-3102 белого цвета, такую же, как была в отделе.

— Анатолий, дорогой, забирай машину. Не бойся, не угнанная. Только прошу тебя, займитесь, пожалуйста, своим дэлом. За месяц вы нам весь бизнес поломали.

— Да, машина хорошая, новая и даже белого цвета. Говоришь, даже не угнанная?

— Какой угнанная? Зачем обижаешь? Только вчера купили. Хочешь, документы покажу?

— Может, вчера только угнали?

— Слушай, как можешь так говорить? Купили, мамой клянусь.

— Шеф все равно не согласится принять такой дорогой подарок для отдела. Так что извини, брат Сандро, придется потерпеть, пока не найдем свою.

Попрощавшись, разошлись. Павловский доложил о состоявшемся разговоре начальнику отдела, тот категорически отказался обсуждать этот вопрос. В течение текущей недели улов был менее чем скромный. Всего одну пару взяли. По-видимому, после несостоявшейся сделки угонщики поубавили свой пыл. Спустя несколько дней Сургутову дали новый служебный автомобиль ВАЗ-21099, и сразу прекратились поиски злодеев.

Весьма важную роль в экономической преступности играют коммерческие банки. В Российской Федерации их насчитывалось более 2,5 тысячи. Самое большое количество было зарегистрировано в городе Москве и Санкт-Петербурге, третье место занимал Дагестан, где на тот период времени функционировало свыше 400 единиц, в основном мелких и особо мелких. Впоследствии многие банки прекратили свое существование. С 2008 года их количество уменьшилось на 575 единицы. В начале 2018 года в России существовало 560 банков. Более 40 % относились к мелким, так как уставной капитал составлял менее 150 миллионов рублей. Только в предыдущем году общее их число сократилось на 62 единицы. В Москве зарегистрировано и имеют головной офис около 50 % от общего количества банков. Однако эта цифра постоянно меняется.

Для примера, в Германии в начале 2017 года действовало чуть более 1800 банков, в США — в пределах 5100, и наблюдается тенденция к постоянному сокращению. И все же Дагестан был круче.

До 2014 года большая часть банков в основном занималась банальным ростовщичеством, брали дешевые кредиты за рубежом под 3–5 % годовых, а в России выдавали под пятнадцать и выше, наживаясь на разнице цен. После ввода санкций против банковской системы России они лишились такой возможности, и многие из них переквалифицировались на банальное обналичивание денежных средств, способствуя уклонению коммерческих структур от уплаты налогов. Это и послужило одной из основных причин их сокращения. По разным оценкам, за двадцать семь лет коммерсанты через банковскую систему вывели из России в офшоры около двух триллионов долларов, в основном полученных незаконным путем, причинив экономике страны колоссальный ущерб.

Само создание коммерческих банков в большинстве своем было связано с различного рода правонарушениями, не говоря об их функционировании. В этой связи примечательным является то, что подавляющее большинство преступных формирований еще на стадии своего развития стало активно использовать в корыстных целях кредитно-финансовую систему.

Только в 1992 году правоохранительными органами возбуждено 160 уголовных дел по фактам хищений, совершенных с использованием банковских документов, арестованы 170 организаторов и активных исполнителей преступлений. Наложен арест на похищенные у государства и находившиеся на счетах коммерческих банков более 20 миллиардов рублей. У преступников изъято денег и ценностей на сумму 4 миллиарда рублей. По тем временам это крупная сумма денежных средств.

Примером организованных преступлений в кредитно-финансовом секторе может служить использование этническими чеченскими группировками поддельных авизо. Однако родоначальниками данного вида преступлений были не они, а должностные лица Центрального банка России. По их инициативе в процессе реструктуризации банковской системы по зарубежному образцу начали создаваться расчетно-кассовые центы (РКЦ) ЦБ России, которые и послужили основным инструментом для массового хищения бюджетных средств. Используя этот способ, мошенникам удавалось через банки снимать огромные денежные суммы и перечислять их на подставные фирмы либо получать наличными. С 1992 по 1995 год экономике страны был причинен ущерб более чем на четыре триллиона рублей.

В криминальной цепочке в той и иной мере принимали участие большое количество руководителей коммерческих банков. Безусловно, что основная роль отводилась кредитно-финансовым учреждениям. Однако без исполнителей мошенническая схема прохождения фиктивных авизо через РКЦ, которыми, как правило, являлись чеченские группировки, не могла быть реализована. Поэтому они требовали равную с банкирами долю от полученных денежных средств. Поскольку банкиры играли главную роль в данной схеме, то считали себя основными фигурантами. На этой почве между соучастниками зачастую происходили конфликты, нередко заканчивавшиеся убийствами руководителей наиболее криминализированных банков.

В 1993 году бандиты убили 35 руководителей банков различного уровня. В 1995 году от насильственной смерти погибли 22 банкира. Эта криминальная тенденция продолжилась и в последующие годы, хотя и в меньшей степени. За десять лет, с 2000 по 2010 год, лишились жизни восемнадцать работников банков, занимавших разные руководящие должности.

Убивали в основном нечестных банкиров. Честность имеется в виду не как категория порядочности, о ней среди этой публики говорить не приходится, тем более в период накопления первоначального капитала, а как степень отношения к своим партнерам — соучастникам финансовых афер. За участие в подобных мошеннических схемах многие руководители банков расплачивались своей жизнью. Афера с фальшивыми авизо по масштабности причиненного ущерба экономике России являлась преступлением века. Его не могли совершать криминальные структуры без участия должностных лиц кредитно-финансовой системы. По фактам хищений бюджетных денежных средств таким способом было возбуждено более 500 уголовных дел.

В процессе оперативного сопровождения расследования серии аналогичных уголовных дел сотрудники девятого отдела ГУОП получили информацию, что один из телетайпов, с которого пересылаются фиктивные авизо в главный расчетно-кассовый центр Центрального банка, находится в гостинице «Россия».

Для поиска телетайпа создали оперативную группу в составе шести человек. Под благовидными предлогами с различного рода документами прикрытия и соблюдением конспирации начался трудоемкий негласный осмотр всех номеров гостиницы, расположенных на двенадцати этажах. В то время она была самой крупной в Европе. Для посещения всех номеров оперативникам потребовалось более недели. В первую очередь проверяли приезжих с Северного Кавказа. Трудности возникали, когда гости находились в номере. Посещать такие номера приходилось под разными предлогами с участием дежурных работников гостиницы по этажу, но затем для верности некоторые из них еще раз проверяли. Несмотря на все старания, телетайп так и не был найден.

Особенность совершаемых преступлений подобным способом заключалась в том, что хищение денежных средств удавалось обнаружить не сразу, а спустя как минимум месяц, поскольку стыковки платежных документов в банках проводились с периодичностью в месяц, квартал или год.

В то время, когда данная мошенническая схема только начинала использоваться и о ней мало кто чего знал, главному бухгалтеру банка «Восточный» города Владивостока все же удалось вовремя пресечь незаконное перечисление денег на коммерческие структуры по двум фальшивым авизо. Несмотря на то что из «Премьербанка» города Иркутска были получены необходимые документы, сомнения у нее вызвала большая сумма, указанная в авизо, предназначавшаяся для недавно зарегистрированного малого предприятия «Ланда». Поэтому главбух поручила менеджеру связаться с руководителями коммерческих структур «Заря» и «ТПК» Иркутска, от имени которых были составлены кредитные авизо.

Сотрудник банка в течение нескольких часов не мог никому дозвониться. Однако главный бухгалтер предчувствовала, что здесь что-то не так, и настаивала на установлении с ними связи. Только во второй половине дня все же удалось связаться с директором предприятия «Заря». Он сообщил, что ему ничего не известно о сделке с предприятием «Ланда», тем более ни с какими коммерческими структурами Владивостока у них нет договорных отношений. О возникших подозрениях начальник безопасности банка «Восточный» сообщил в управление по борьбе с экономическими преступлениями города Владивостока. Сотрудники милиции попросили по возможности перенести финансовые расчеты на три-четыре часа, чтобы успеть подготовиться к задержанию мошенников. С этой целью начальник операционного отдела позвонила директору предприятия «Ланда», который являлся их клиентом:

— Рустам Александрович, добрый день.

— Здравствуйте.

— Я начальник отдела банка «Восточный». Сегодня на корреспондентский счет в адрес предприятия «Ланда» поступили денежные средства. Но до конца рабочего дня мы не успеем сделать все необходимые операции, поэтому завтра после одиннадцати часов все будет готово, и вы сможете снять деньги или перечислить на другой счет.

— Мне уже сказали, что деньги отправили, и мы хотели уже сегодня прийти в банк. Но если вы не успеваете все оформить, придем завтра.

В результате бдительности главного бухгалтера хищение денежных средств удалось предотвратить. Мошенников задержали в операционном зале в тот момент, когда они принесли поддельные авизо и пытались по ним получить деньги. По существу, это был один из первых случаев выявления фальшивых авизо не в процессе стыковок платежных документов, когда деньги уже похищены, а на завершающей стадии приготовления преступления. Через три года ЦБ России все же создал эффективную систему защиты финансовой системы, и фальшивые авизо прекратили свое существование.

К тому времени в России наметилась устойчивая тенденция в сторону развития организованной преступности как таковой. В среде правоохранительных органов стала появляться характерная особенность для происходящих процессов, как «крышевание» коммерческих структур. Недобросовестные сотрудники различных ведомств из корыстных побуждений начали решать возникающие у бизнесменов проблемы с бандитами, налоговыми и правоохранительным органами. Могли заранее предупредить предпринимателей о предстоящих проверках либо оказать содействие в уклонении от уголовной ответственности.

Как-то весной для проведения обыска в московском офисе совместного российско-английского предприятия по продаже военного имущества приехал следователь из Белгорода. Для оказания помощи при проведении следственных действий он обратился к руководству РУОП города Москвы, и ему выделили двух сотрудников. На всякий случай оперативники решили взять с собой сотрудника ГУОП. Заехав в главк, Зыкин, оперуполномоченный РУОП, попросили Сургутова, чтобы тот направил с ними на обыск кого-либо из отдела. Исполнить эту миссию он поручил Нещадимову. Хотя с этим несложным заданием они могли и сами справиться.

Когда оперативники вместе со следователем вошли в офис, расположенный на Тверской улице, там находились два англичанина латиноамериканского происхождения и трое граждан России. Бизнесмены весьма были удивлены неожиданному приходу сотрудников милиции. Выполнив все необходимые предусмотренные в таких случаях формальности, они приступили к обыску помещения. В это время Нещадимов находился в кабинете генерального директора и разговаривал с англичанином. Он хорошо говорил на русском языке. Не прошло и десяти минут, как в соседнюю комнату, где проводился обыск, вошли двое мужчин. Увидев незнакомых людей, старший по возрасту обратился к ним:

— Я из уголовного розыска районного отдела внутренних дел города Москвы, майор милиции. Вы кто? И что здесь делаете?

— Следователь следственного отдела ГУВД Белгородской области капитан милиции Самарин. Проводим обыск.

— Какое вы имеете право проводить его на чужой территории, не поставив в известность РОВД?

— У меня есть санкция прокурора области.

— Прежде всего вы обязаны уведомить местный орган милиции. Может, мы проводим операцию, а вы нам ее срываете.

— Об этом я поставил в известность РУОП города Москвы.

В это время в разговор попытался вмешаться капитан Зыкин, но майор и молодой человек, который был с ним, не обратили на него никакого внимания и продолжали разговаривать со следователем на повышенных тонах. Услышав скандал, Нещадимов зашел к ним в комнату. Его взору представилась такая картина. Два неизвестных молодых человека довольно нагло разговаривают со следователем. Он подошел к спорящим.

— Что за шум? Представьтесь, кто вы? — обратился он к ним.

— Майор милиции Виноградов из уголовного розыска РОВД, — представился старший по возрасту.

— Я капитан из районного ФСБ, — с нотками значимости своего статуса, не назвав свою фамилию, сказал второй.

— Старший оперуполномоченный по особо важным делам ГУОП МВД полковник милиции Нещадимов, — в свою очередь представился он.

Они как бы онемели и сразу стихли.

Показав свое удостоверение и проверив их документы, Нещадимов начал звонить в местный отдел милиции с целью узнать, работает ли в уголовном розыске майор Виноградов и где сейчас он должен находиться. Пока разговаривал с дежурным, их и след простыл.

Потом, после обыска, Зыкин сказал:

— Валерий Михайлович, если бы тебя не было, могли возникнуть проблемы.

Это наглядный пример так называемого «крышевания» коммерческих структур различными правоохранительными службами того времени. Впоследствии они стали более изобретательными.

В настоящее время предприниматели крупных городов давно поняли, что лучше иметь покровительство МВД или ФСБ, чем со стороны криминальных группировок. Они в лучшем случае могут защитить от себе подобных, но не от правоохранительных или контролирующих государственных органов.

Основным побудительным мотивом для прикрытия коммерческих структур являются совершаемые ими экономические правонарушения. В предприятиях, организациях, где не нарушаются правовые нормы, отсутствует сама основа в его необходимости, за исключением защиты от посягательств со сторон местных криминальных группировок. Однако эта проблема стала решаться с помощью собственных служб безопасности или охраны.

В большинстве субъектов Российской Федерации нефтегазодобывающие, металлургические и иные компании, имеющие федеральное значение, в том числе экспортирующие сырье, изделия, а также крупные банки в основном прикрывает ФСБ. Органы внутренних дел, прокуратура контролируют часть крупных фирм, банков, средний и малый бизнес в зависимости от региона. При этом функциональных полномочий, дающих право на проведение различного рода проверок хозяйственной деятельности коммерческих структур, у сотрудников службы экономической безопасности больше, чем у других подразделений и ведомств. Этим зачастую и пользуются нерадивые оперативники. Криминальные группировки контролируют, как правило, нелегальный бизнес, часть средних и мелких предприятий. Прикрывают коммерческие предприятия, ими созданные.

Существующая система крышевания коммерческих структур со стороны правоохранительных органов обеспечивает надежную защиту от посягательств уголовного элемента. Участники любой криминальной группировки не станут вступать с ними в открытую конфронтацию из-за какого-либо экономического объекта, поскольку понимают, чем это может для них закончиться. Совсем другое дело обстоит с обеспечением защиты прикрываемого объекта силовыми структурами, если проверку проводят смежные правоохранительные либо контролирующие структуры, и не с целью меркантильных интересов, а по имеющейся информации.

В этом случае служба, осуществляющая крышевание, при наличии связей может выйти на руководство государственного органа, затеявшего проверку, и под предлогом того, что объект представляет для них оперативный интерес, попытаться решить вопрос в интересах предпринимателей. Одновременно примет меры по выяснению серьезности имеющейся информации, и в случае ее наличия «крыша» дает «протечку», то есть не ввязывается в защиту коммерсантов.

Если же какая-либо служба попытается провести проверку без достаточных на то оснований, «крыша» силовых ведомств под предлогом защиты законных интересов юридических лиц способна оградить коммерческий объект от произвола со стороны государственной структуры.

По мере расширения коррумпированных связей в сфере государственной деятельности и управления экономикой организованные сообщества начали предпринимать меры для оказания влияния на принятие политических, экономических и социальных решений в нужном им направлении. К этому времени лидеры отдельных из них, как им казалось, вполне «созрели», чтобы пойти во властные структуры. Попытки проникновения в государственные органы со стороны криминальных элементов принимались в Кемеровской, Нижегородской областях, Красноярском крае и ряде других субъектов Российской Федерации. Некоторые судимые лица за умышленные, в том числе насильственные преступления стали баллотироваться в местные органы власти и нередко избирались.

Глава компании ЮКОС после обогащения до 14,4 миллиарда долларов за короткий срок не без помощи государства решил, что ему пора замахнуться на должность премьер-министра страны. Только подобные намерения коммерсанта с авантюристскими наклонностями сподвигли государственные структуры на давно назревшую необходимость проведения проверки хозяйственной деятельности компании, в процессе которой правоохранительные и фискальные органы вскрыли ряд экономических преступлений и несколько заказных убийств. В итоге затея руководителя компании закончилось его отправкой на десять лет в места не столь отдаленные от Заполярного круга.

После накопления первоначального капитала во властные структуры начали баллотироваться порой откровенные бандиты. В апреле 1997 года на пост руководителя города Ленинск-Кузнецкий Кемеровской области, с населением более 98 тысяч человек, жители избирают трижды судимого за грабеж, кражу, мошенничество бывшего бизнесмена Конкина, имевшего тесные связи с местными уголовниками.

К моменту выборов все судимости у него были погашены. Через четыре месяца для проверки ставших известных руководству страны фактов злоупотребления служебным положением и других правонарушений со стороны избранного мэра в Ленинск-Кузнецкий направляется следственно-оперативная группа Генеральной прокуратуры. В ее состав вошли сотрудники МВД, ФСБ и ФНС.

По результатам проверки спустя месяц главу города арестовали. При этом законность избрания на выборную должность не вызывала сомнения. Ему предъявили обвинения лишь по экономическим преступлениям, поскольку причастность к криминалитету доказана не была. Решением суда Конкина приговорили к четырем годам лишения свободы условно, с запрещением в течение трех лет занимать выборные должности в местном самоуправлении.

Аналогичный случай имел место в Нижнем Новгороде, в котором в то время проживало более одного миллиона двухсот шестидесяти тысяч человек. В марте 1998 года на должность мэра избирается находившийся под следствием по подозрению в мошенничестве, ранее неоднократно судимый предприниматель Климов. Однако через три дня Центральная избирательная комиссия России признала выборы недействительными и не зарегистрировала избранного главу города. На следующий день он был арестован, а спустя два месяца приговорен к шести годам лишения свободы с конфискацией имущества. В общем, сам себе усугубил наказание.

Менее чем через год его условно-досрочно освобождают. Спустя шесть лет Климова вновь арестовывают по обвинению в грабеже. За совершенные преступления суд приговаривает его к двум с половиной годам лишения свободы.

До избрания на пост мэра Климов имел солидный послужной список судимостей. Ранее он обвинялся в распространении порнографической видеопродукции и покушении на мошенничество в особо крупных размерах, за что был приговорен к восьми годам лишения свободы. После отбытия срока наказания стал заниматься бизнесом. За хищение имущества его арестовали. Находясь в СИЗО, Климов дважды баллотировался в законодательные органы власти. Сначала в Госдуму, а через год в законодательное собрание Нижнего Новгорода. По результатам расследования уголовного дела суд приговорил его к тюремному заключению на полтора года. Но так как этот срок он уже отбыл в СИЗО, его освободили.

В тот период времени не менее яркие события происходили и в городе Красноярске с численностью населения более одного миллиона восьмисот тысяч человек. Несмотря на богатую криминальную биографию, местный бизнесмен Набоков, возглавлявший преступную группировку на протяжении пятнадцати лет, баллотировался и неоднократно избирался в органы власти Красноярского края. В 1997 году на выборах он избирается в Законодательное собрание края. Спустя два года принимает участие в избирательной кампании в Государственную думу по списку ЛДПР, однако впоследствии получил отказ в регистрации.

Через некоторое время в отношении Набокова возбуждается уголовное дело по четырем статьям. Его обвиняли в причастности к убийству, отмыванию денежных средств, незаконном хранении оружия, мошеннических валютных операциях. Впоследствии к имевшимся обвинениям добавились вымогательство и невозврат кредитов. После чего он нелегально выехал из России в Венгрию, где его арестовали по запросу российских правоохранительных органов.

В это же время в Греции арестовали бывшего его соучастника, который дал показания о причастности Набокова к убийствам ряда красноярских уголовных авторитетов и предпринимателей.

На основании полученных данных Венгрия выдала его российским следственным органам. Но впоследствии подельник неожиданно отказался от своих показаний, поэтому Набокова освободили из СИЗО. Затем он вновь подвергся аресту за организацию убийства одного из красноярских преступных авторитетов. Поскольку исполнитель сообщил о заказе правоохранительным органам и убийство было инсценировано, суд приговорил заказчика убийства к шести с половиной годам лишения свободы условно с испытательным сроком в течение пяти лет.

Несмотря на криминальное прошлое, через 7 лет Набоков вновь побеждает на выборах в Законодательное собрание Красноярского края, а через четыре года в очередной раз переизбирается в краевое Законодательное собрание. При этом получает почти 62 % голосов по избирательному округу.

В настоящее время участию криминального авторитета в выборах мешает введенное Законодательным собранием края ограничение на участие в выборах лиц с непогашенной судимостью по тяжким статьям. Согласно закону, осужденные к лишению свободы за совершение тяжких преступлений лишаются права баллотироваться в течение 10 лет со дня снятия или погашения судимости, а совершившие особо тяжкие преступления — в течение 15 лет. Соответствующий срок у Набокова истекает, надо полагать, не скоро.

По мере развития рыночных отношений в стране совершенствовалась и организованная преступность. Более изощренными стали способы совершаемых преступлений и методы их маскировки, изменились объекты преступных посягательств. Если раньше экономические преступления в основном были направлены на посягательство на государственное имущество, то в настоящее время преступным воздействиям в большей степени подвержены бюджетная сфера, частная собственность, кредитно-банковская и налоговая системы.

Одним из наиболее распространенных способов правонарушений в сфере экономической деятельности является мошенничество. К началу 2000-х годов это явление начало приобретать доминирующий характер. Особенно изощренные формы стали использовать этнические группировки. В последующие годы мошенничество приобрело тотальный характер.

Для организованных формирований в плане получения прибыли привлекательной становится оптовая торговля контрабандным товаром. В данную сферу устремились различного рода группировки, располагавшие возможностями для поставки товаров из-за рубежа, минуя таможенный контроль.

Многопрофильная структура «Горизонт», располагавшаяся в Юго-Восточном округе Москвы, на территории бывшего автопарка, занималась коммерческой деятельностью в различных отраслях экономики. Приоритетным направлением являлась торговля промышленными товарами. Для этих целей была создана целая сеть дочерних предприятий, с помощью которых совершались многоходовые сделки, в том числе незаконные. Первоначально основная задача ЗАО «Горизонт» заключалась в отмывании денежных средств, полученных с помощью фальшивых авизо, через фирмы-однодневки. Денежные средства многократно перебрасывались на счета дочерних и однодневных структур, а потом часть легализованных денег возвращалась обратно.

После создания ЦБ России защитной финансовой системы фальшивые авизо уже не могли использоваться. К этому времени «Горизонт», накопив достаточный капитал, переключился в сферу торговли. Установили договорные отношения с китайской коммерческой структурой, зарегистрированной в России, на поставку ширпотреба в Москву. Выбранный ассортимент промышленных товаров доставлялся в основном из Шанхая транспортными самолетами в аэропорты Домодедово, Шереметьево, а иногда в Тверскую область, на военный аэродром Мигалово. Завозили его как пассажирскими, так и транспортными самолетами. В основном Ил-68, которые могли взять на борт более 45 тонн груза. Килограмм ширпотреба, доставленный в аэропорт разгрузки, стоил российским структурам в различное время от пяти до семи долларов. Розничная цена была в два-три раза выше закупочной. Стоимость одного такого рейса составляла 30–35 тысяч долларов. Расплачивались коммерсанты с авиакомпаниями после разгрузки борта наличными деньгами.

Для коммерсантов наибольшая проблема заключалась не в доставке товаров за семь тысяч верст из Китая, а в преодолении грузовиками с контрабандой не более пятидесяти километров по территории Москвы и Московской области, минуя три-четыре поста ГИБДД. Чтобы не платить таможенные пошлины, составлялись фиктивные договоры купли-продажи с подставными российскими предприятиями. В этом случае формально товар не нуждался в растаможивании.

Если дорогостоящая электронная техника завозилась автотранспортом из Европы либо доставлялась морским путем, то во избежание уплаты пошлин, составлявших по ряду позиций до 80 % от их стоимости, использовался другой способ. «Вбелую» растаможивалась одна фура с перевозимым грузом либо только часть его или декларировались в таможенных документах канцтовары, облагавшиеся незначительными пошлинами. Такие декларации запускались вкруговую по несколько раз.

Зачастую использовался и другой вариант. По правилам, растаможенные недорогостоящие изделия размещали в упаковке в начале кузова грузовика, а за ними складывали коробки с дорогостоящей электроникой. В случае проверки на дороге в поле зрения сотрудников ДПС попадал именно этот товар. Редко решались проверять весь груз. Убедившись в его соответствии транспортным накладным и таможенным декларациям, фуры пропускали дальше. Однако, если сотрудники ДПС догадывались о подобных махинациях, установить факт контрабанды на дороге было весьма сложно. В подобных ситуациях они могли вызвать представителей соответствующих служб, но чаще всего за взятки попросту закрывали глаза на происходившее.

При выявлении признаков состава преступления, предусмотренного статьей 78 (контрабанда) УК РСФСР, виновным грозило наказание в виде лишения свободы от трех до десяти лет с конфискацией имущества. Затем санкции за данные деяния в соответствии со статьей 188 УК РФ были смягчены и заменены на штраф от ста тысяч до трехсот тысяч рублей либо лишением свободы до пяти лет. Но уже без конфискации имущества. В ныне действующем Уголовном кодексе содержится статья 194, предусматривающая за уклонение от уплаты таможенных платежей минимальное наказание в виде штрафа в размере от ста до пятисот тысяч рублей. Максимальное — до двенадцати лет лишения свободы.

Коммерсанты, опасаясь попасть за решетку или понести ущерб от уплаты драконовских таможенных пошлин либо штрафных санкций, снабжали водителей или лиц, сопровождавших груз, определенной суммой денег, как правило, долларами. Иногда для выполнения данной миссии пользовались услугами сотрудников милиции и ФСБ.

Процедура проверки на дорогах осуществлялась следующим образом. Остановив автофургоны, сотрудники ДПС начинали проверять транспортные накладные и таможенные декларации. Если даже формально документы были в порядке, но вызывали какое-либо подозрение, они имели право потребовать открыть кузов и сверить перевозимый груз с имеющимися бумагами. В крайнем случае вызвать оперативников, но на это уходила масса времени, и коммерсанты несли убытки. Поэтому чаще всего после проверки сотрудниками ДПС документов, во избежание обнаружения перевозимого контрабандного товара, водители или сопровождающие лица давали им взятку, и фуры продолжали дальнейшее движение в места назначения.

Размер взятки зависел от многих обстоятельств. Начиная от наличия сопроводительных документов, вида перевозимого товара до умения вести разговор и договариваться с инспекторами ДПС. За один рейс колонны, состоящей из трех-пяти фур, бизнесмены могли потерять на взятках до пяти тысяч долларов, а иногда при возникновении проблемных ситуаций приходилось затрачивать больше.

Несмотря на вынужденные дополнительные издержки, коммерсантов они вполне устраивали, поскольку такие затраты в разы были меньше, чем таможенные пошлины. В случае их уплаты в полном объеме этот вид деятельности терял всякую привлекательность и становился нерентабельным. Особенно когда перевозилась дорогостоящая электронная техника. В одной такой фуре мог находиться товар на сумму от одного до полутора миллионов долларов. При этом таможенные платежи составляли более половины от всей его стоимости.

Чтобы минимизировать расходы, Швец, директор «Горизонта», на должность начальника охраны и сопровождения грузоперевозок пригласил бывшего сотрудника БХСС Валентина Сучкова. В течение месяца в процессе выполнения своей миссии он познакомился со многими работниками ДПС, дежурившими на трассах, ведущих из аэропортов в Москву Как-то утром, направляясь с четырьмя очередными фурами из Шереметьево, при въезде в город, на стационарном посту, колонну остановил сотрудник ГИБДД. Сучков вышел из легкового автомобиля и подошел к старшему лейтенанту:

— Командир, есть проблемы?

— Сейчас они у вас появятся. Вы кто?

— Сопровождающий перевозимый груз Валентин Петрович Сучков, — как обычно представился он.

— Берите все документы, пойдем на пост разбираться.

Зайдя в помещение, он увидел еще двух сотрудников. Они стали смотреть документы, задавая различные вопросы. Валентин, не проявляя никакого возмущения, спокойно отвечал. Прошло около десяти минут. К этому времени старший лейтенант вышел на улицу.

— С какой фуры начнем проверку? — обратился к нему капитан.

— С любой, можно с последней или первой на ваш выбор. Ребята, чего вы мучаетесь? Шестьсот… — и сделал паузу, затем продолжил: — Шестьсот рублей на всех хватит?

— Какие шестьсот рублей? — послышались возмущенные нотки.

— Тогда семьсот пятьдесят?

«Сейчас скажет рублей», — подумал капитан и, не дождавшись окончания фразы, попытался его перебить.

— Долларов, — продолжил начатую фразу Валентин.

— Ну это другое дело, Петрович. Забирай документы и можешь быть свободен.

Вечером, когда Сучков из Шереметьево сопровождал колонну из трех автомашинах, перевозивших очередную партию контрабандного груза, при въезде в Москву на том же посту, что и утром, их остановили.

— Я что-то должен? — выглянув из фуры, спросил Сучков у капитана.

— А, это ты, Петрович? Так ты уже заплатил, проезжайте.

Пройдя пикеты ГИБДД, грузовики прибывали на территорию ЗАО «Горизонт». За забором товар разгружали в складские помещения. Затем небольшими партиями развозили на оптовые и розничные рынки города Москвы. На каждый перевозимый груз у водителя уже имелась копия фальшивого договора купли-продажи. В этом случае таможенная декларация была не нужна. Часть фур, минуя склады, сразу следовала на Черкизовский рынок. Это была настоящая «черная дыра» в экономике России, образовавшаяся на территории Москвы. Через данный рынок все регионы страны снабжались дешевым, сомнительного качества контрабандным ширпотребом. Он мог переварить любые объемы товара, поскольку в то время легкая промышленность России попросту не существовала.

Однажды в час ночи Сучкову прозвонил генеральный директор:

— Валентин, у нас возникла проблема. На Каширском шоссе, при въезде в город, гаишники задержали три фуры с электроникой. В десять часов вечера я туда направил Кирюшина из действующего резерва ФСБ. Ну, ты его знаешь, постоянно нам помогает, и с ним поехали два моих помощника. Дал им десять тысяч долларов. Сейчас звонят, сделать ничего не могут. Фуры хотят загнать на стоянку для осмотра. Как друга тебя прошу, помоги.

— Ну, не знаю, сейчас ночь на дворе, моя машина в ремонте, денег на решение сложного вопроса у меня нет. Давай подождем до утра? — как обычно, Валентин завел старую пластинку.

— Ты издеваешься? До какого утра? Машины загонят на стоянку, вызовут таможенников либо оперов, тогда все пропало. Сейчас за тобой пришлю свой «Мерседес», водителю дам семь тысяч долларов, с собой все равно больше нет. Если у тебя есть деньги, возьми, завтра рассчитаюсь. Как брата тебя прошу, реши вопрос.

— А что? Твои крутые помощники вместе с чекистом не могут разрулить ситуацию?

— Валентин, хватит препираться, времени нет. Сделай это для меня, не обижу.

— Ну хорошо, Борис. Высылай машину, попытаюсь что-нибудь сделать, но не обещаю.

Взяв с собой имевшиеся в доме шесть тысяч долларов, Сучков с водителем выехал в сторону Каширского шоссе. Когда в начале третьего часа ночи они подъехали к посту ДПС, там стояли три фуры. Увидев его, водители выскочили из машин и подошли на встречу. В общих чертах рассказали, что здесь они находятся более трех часов и когда все закончится, неизвестно. В это время три работника ГИБДД, сотрудник ФСБ и два помощника гендиректора находились в помещении стационарного поста. Оттуда через закрытую дверь доносились голоса на повышенных тонах.

— Здравствуйте, — войдя в помещение, громко, чтобы все слышали, сказал Сучков. — Что у вас здесь происходит? — начальствующим голосом спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Попрошу всех посторонних выйти и подождать на улице.

Помощники Швеца вышли, а сотрудник ФСБ остался. Тогда Валентин обратился к нему:

— Вас тоже это касается. — Он нехотя вышел.

— Петрович, а ты что здесь делаешь в такое время суток? Хорошие люди ночью спят, а не шляются где ни попадя, — обратился к нему старший лейтенант.

— Да вот в час ночи звонит генеральный и говорит, что гаишники незаконно задержали три фуры со скоропортящимся товаром. Приехал разбираться.

— Какой скоропортящийся товар? По всей вероятности, фуры под завязку забиты «контрабасом». Наверняка электроникой. Тут еще этот пассажир стал размахивать удостоверением ФСБ и начал нам батон на уши крошить. Я сопровождаю груз, имеющий государственное значение, вы не имеете право нас задерживать. Предъяви таможенную декларацию — и никто никому ничего не должен. Правильно я говорю, Петрович?

— Правильно. Только давайте поступим таким образом. Три штуки зеленых, и никто никому не должен.

— Нет, — вмешался в разговор капитан. — Из принципа я не согласен. Столько времени они нам мозги парили. Утром доложим дежурному по управлению, пусть с ними таможня и оперативники из УЭП разбираются.

— Васильевич, ты, как всегда, прав. Предлагаю шесть штук зеленых, по две каждому, все равно больше нет, и мы уезжаем.

Наступила пауза.

— Только ради тебя, Петрович. Договорились. Забирай документы, и езжайте. Передай чекисту, если возит «контрабас», пусть свои амбиции поубавит.

— Обязательно передам.

Когда караван фур приехал на базу, их там уже ждал Швец.

— Думал, что все пропало. Валентин, скажи, как тебе удалось решить этот вопрос?

— Ты знаешь, сложно было. Но я старался. Правда, денег много пришлось потратить.

— Сколько?

— Шесть тысяч долларов.

— Спасибо, брат, сегодня отдам десять, как и обещал. А мои, как ты их назвал, крутые и за десять не смогли решить возникшую проблему.

— Конечно, ты же их по объявлению набираешь?

— По какому объявлению? Все мои родственники.

— Ну тогда не знаю, брат.

Спустя примерно год после этого случая, в то время когда Валентин находился в отпуске за границей, на посту ДПС, расположенном на Новорижской трассе при въезде в Москву, молодой лейтенант остановил четыре фуры, следовавшие из аэродрома Мигалово в Москву. В транспортных накладных и таможенных декларациях значились канцелярские товары. Документы у него вызвали сомнение, и он, не дожидаясь более опытного напарника, который в это время находился на обеде, сообщил в управление ГИБДД округа. Там посчитали, что коль скоро товар контрабандный, то коммерческая организация, по всей вероятности, имеет связи с криминальными структурами, поэтому пусть с ней разбирается МВД, и доложили дежурному по главку.

В такой ситуации даже Сучков мог оказаться бессильным. Однако, если бы в тот день он сопровождал груз, скорее всего проблем не возникло и злодеи еще года полтора лишних на свободе ходили.

Дежурная группа СОБРа вместе с оперативниками экономического отдела ГУОП выехали на пост ДПС. К тому времени там собралось более десяти человек. Две патрульные машины из территориального отдела милиции и одна из государственной инспекции дорожного движения. Около одной из фур несколько крепких парней в кожаных куртках и спортивных брюках, спецодежда участников нижнего звена криминальных группировок, окружили четверых сотрудников милиции и требовали отпустить грузовики, предлагая деньги. Разговор проходил на повышенных тонах. Но когда они увидели вооруженных людей в масках, крики сразу стихли.

Оперативники взяли у сотрудников ДПС документы на перевозимый товар, на ходу выслушали их пояснения и сели в служебный автомобиль. Спецназовцы деловито заняли места рядом с водителями, и без проволочки грузовики тронулись в путь. Впереди ехала автомашина ДПС. За колонной до самого ГУОП следовали два джипа с людьми, направленными генеральным директором «Горизонта». Прибыв на Садовую-Сухаревскую улицу, фуры въехали во двор, а джипы остались на улице. В течение получаса они продолжали находиться возле первого корпуса, но потом уехали. Главное — вовремя. Потому что через пятнадцать-двадцать минут они могли быть задержаны бойцами СОБРа, которые в подобных случаях не очень церемонятся.

В автофургонах перевозилась контрабандная электроника и бытовая техника из Сингапура. Генерального директора «Горизонта», его заместителя и главного бухгалтера задержали. В ходе обысков в офисных и складских помещениях обнаружили большое количество различных китайских товаров, компьютерную и бытовую технику на несколько миллионов долларов. Четыре помповых ружья, бронежилеты, газовые и травматические пистолеты, шумовые гранаты. За совершенные преступления шесть членов группировки получили от трех до восьми лет лишения свободы. Благодаря бдительности, а скорее всего порядочности молодого лейтенанта была раскрыта организованная структура, занимавшаяся отмыванием незаконно полученных денежных средств, контрабандой, налоговыми и другими правонарушениями.

Преступные формирования (составляющие организованной преступности), действующие в сфере экономики, можно условно разделить на три типа:

• сообщества, совершающие экономические правонарушения, участниками которых являются работники, выполняющие определенные функции в системе экономических отношений;

• группировки, совершающие деяния в сфере экономики насильственным путем либо путем краж, мошенничества, вымогательства, члены которых не участвуют в экономических отношениях;

• комбинированные формирования, совершающие преступления в секторе экономики, участники которых выполняют определенные функции в системе экономических отношений, и лица, не участвующие в них.

Мелкие кражи (хищения), обман покупателей, даже несмотря на их масштабность, по своей природе в большинстве своем квалифицируются как неорганизованные. Это объясняется тем, что они, как правило, носят индивидуальный, локальный характер. Другое дело, когда коммерческие структуры в процессе хозяйственной деятельности используют несовершенство экономического механизма в нарушение действующего законодательства для систематического получения нелегальных доходов. Либо различными способами уклоняются от уплаты налогов, прибегая к помощи коррумпированных связей.

Организованность — одна из самых социально опасных характеристик преступности. В 1991 году, когда это явление только набирало силу, доля хищений государственного имущества, имевших организованный характер, уже тогда составляла 63 %. Впоследствии такие формы стали приобретать системный характер и причинять значительный ущерб экономике.

В конце 1990-х годов директор департамента Министерства транспорта Хижняков с заместителем начальника управления Госстроя Барсуковым прибыли в Хабаровский край. Основная их цель заключалась в ознакомлении состояния жилищных условий людей, проживающих на отдельных участках Байкало-Амурской магистрали. На совещании в администрации края местные чиновники показали карту, на которой значились все имеющиеся железные дороги в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке. Хижняков обратил внимание на дорогу, протянувшуюся по тайге в сторону китайской границы, вдоль которой не значились ни предприятия, ни населенные пункты. Эта дорога ему показалась незнакомой, и он спросил у заместителя губернатора:

— Константин Юрьевич, скажите, что это за дорога, о которой мне ничего не известно?

— Железную дорогу с согласия администрации края за свой счет строили коммерческие структуры, занимающиеся лесодобычей и деревообработкой. Также в строительстве принимали участие исправительно-трудовые учреждения, расположенные в регионе. Ее протяженность составляет более шестидесяти километров. Строили ее ударными темпами.

— Наверное, не только дорогу строили ударно без ведома Минтранса, но такими же темпами и древесину поставляли в Китай? Трудно даже представить, сколько леса по этой дороге за три года было вывезено. Если учесть, что на десятки километров вокруг железнодорожной ветки территория сплошь покрыта хвойным лесом. Я вместе с Алексеем Игнатьевичем хотел бы посмотреть на это чудо, втайне построенное от федеральных властей, — обратился Хижняков к заместителю губернатора.

— Хорошо, сейчас договорюсь с командиром дивизии, и завтра утром вылетим на военном вертолете на место.

Четыре часа потребовалось, чтобы группа долетела до расположения железной дороги. Но перелет стоил того. Увиденное превзошло все ожидания. С борта вертолета были видны огромные вырубленные участки леса, заросшие кустарником, с одиноко торчащими тонкими стволами деревьев. Как после пожара. По обеим сторонам дороги лежали штабеля бревен, подготовленные к транспортировке.

Когда вышли из вертолета, создалось впечатление, что раньше здесь никогда не росли хвойные деревья. В округе вся земля была изрыта колесами лесовозов и гусеничной техникой. Повсюду возвышались кучи веток хвойных деревьев и горели костры. Как будто шла вырубка леса под строительство каких-либо объектов. На самом деле осуществлялась банальная варварская заготовка древесины. Хищническое разворовывание лесных запасов на Дальнем Востоке и Восточной Сибири было поставлено на промышленную основу, которое продолжается по сей день.

При лесоразработке основной проблемой является вывоз древесины из сложнодоступных мест и доставка до железной дороги. Здесь все заранее продумали. Для строительства дороги в тайге место выбрали не случайно. Она проходила по ровным местам, не встречая на своем пути скалистых гор, не то что на БАМе, пролегающем через многие перевалы. Поэтому строилась быстро. Однако качество вызывало некоторое сомнение, но для выполнения поставленной задачи дорога была вполне пригодной. С обеих ее сторон тайга простиралась на многие километры, это позволяло десятилетиями варварским способом добывать древесину. Чувствовалось, работали профессионалы, хорошо знавшие местность, причиняя колоссальный вред природе. Строительство в тайге частной железной дороги не могло совершаться коммерческими структурами без участия администрации краевого уровня.

«Кругляк» на лесовозах вывозили из тайги и складировали с обеих сторон дороги либо сразу грузили в вагоны, на платформы и отправляли к границе Китая. Разрешения на лесоразработку выдавались с нарушениями существующих норм и правил. На лесозаготовке работали много нелегальных граждан из Китая и Северной Кореи. У китайской границы древесину перегружали на автомобили и перевозили на территорию сопредельного государства. Пиловочник стоил недорого, и, чтобы увеличить рентабельность, он вывозился в больших количествах. В это же время по соседству, на отдельных перегонах БАМа, жители небольших поселков десятилетиями ютились в малопригодных для жилья, сорокалетней давности постройках. Проживая в тайге, им не хватало для строительства нормальных домов ни денег, ни лесоматериалов.

По фактам хищения и вывоза за рубеж необработанной древесины в промышленных масштабах правоохранительные органы возбудили ряд уголовных дел. Расследование продолжалось более полутора лет. В результате многие коррумпированные чиновники краевого и районного уровня лишились занимаемых должностей. Часть из них вместе с руководителями коммерческих структур были оштрафованы либо приговорены к различным срокам лишения свободы. Незаконно построенная, по сути, частная железная дорога перешла в ведение министерства транспорта России.

Наличие коррумпированных связей в любой группировке является одним из основных признаков организованности. Однако в российском законодательстве в то время юридическое понятие коррупции отсутствовало. В 1992 году президент России издает указ «О борьбе с коррупцией в системе государственной службы», но дефиниция этого явления в нем не значилась. Только в приказе МВД «О мерах по борьбе с коррупцией», изданном в том же году с грифом «секретно», коррупция значилась как сложное социально-правовое явление, связанное с подкупом лиц, находящихся на государственной службе, противоправным получением ими дополнительных доходов.

Данный феномен имеет особую общественную опасность в связи с дезорганизацией управления экономикой и функционирования государственных органов. Поэтому коррупцию нельзя путать с простым взяточничеством, по преимуществу имеющим эпизодический характер, нередко совершающимся в интересах отдельных граждан.

Коррумпированные лица, как правило, выполняют противоправные деяния в интересах нескольких субъектов. Они могут быть не только систематическими, но и эпизодическими. В ряде случаев должностные работники органов государственной власти различных уровней используются для решения разовых задач, чаще всего в обход закона, существующих правил. Порой втемную. Зачастую чиновники даже не знают о выполняемой ими роли в интересах преступного сообщества.

Коррупцию и организованную преступность недопустимо рассматривать автономно, поскольку первая является качественным показателем организованности, составляющим элементом ее основного классификационного признака.

Даже на начальной стадии развития организованной преступности коррупция стала проникать во многие органы государственной власти и управления. Из всего количества проанализированных группировок, действовавших в сфере экономики, каждое седьмое имело коррумпированные связи. В 1992 году было выявлено и привлечено к уголовной ответственности более 11 тысяч коррумпированных должностных лиц. Из них свыше 47 % имели связи с преступными формированиями. В наибольшей степени коррупция начала распространяться в кредитно-банковской системе, органах исполнительной власти всех уровней. В особенности ведающих вопросами предпринимательства, внешнеэкономической деятельности. Также стала поражать налоговую службу, государственные предприятия, предоставляющие коммерческим структурам сырье, материалы, изделия с целью продажи по низким ценам за рубеж.

За бесценок скупались государственные активы. Повышенный интерес представляли успешно развивающиеся промышленные предприятия всех отраслей. Часть из них до настоящего времени подвержена варварской эксплуатации без вложения затрат на модернизацию. Подтверждением являются участившиеся в последнее время техногенные катастрофы и аварии.

Другие предприятия, относящиеся к электронной, машиностроительной, биологической промышленности, попросту прекратили свое дальнейшее существование либо были перепрофилированы в угоду иностранным фирмам. Таким способом устранялись потенциальные конкуренты зарубежным компаниям. В результате Россия потеряла былую конкурентоспособность в этих отраслях экономики, превратившись в огромный рынок сбыта различного рода импортных товаров, зачастую весьма низкого качества.

Подобная участь постигла и воронежское уникальное предприятие, на котором трудились высококлассные инженеры, ученые, рабочие. Предприятие выпускало электронную технику для различных отраслей, в том числе для оборонной промышленности. По ряду характеристик продукция не уступала зарубежным аналогам. По надежности и долговечности выпускаемое оборудование, изделия были вне конкуренции. Об их качестве знали и за рубежом, поскольку часть продукции шла на экспорт.

В период развала Советского Союза, как и подавляющее большинство предприятий, оно переживало не лучшие времена. Этим и постарались воспользоваться наши зарубежные доброжелатели не без помощи бывших граждан России, ранее уехавших в западные страны. Руководители предприятия сначала его приватизировали, а затем продали коммерческой структуре, созданной с участием иностранной фирмы. Работникам стали погашать задолженности по зарплате. От зарубежных партнеров поступили заказы.

Однако через три месяца оно официально закрылось якобы на реконструкцию, и всех работников отправили в бессрочный неоплачиваемый отпуск. Спустя примерно месяц его объявили банкротом, и оно перестало существовать как конкурент для иностранных фирм. Через несколько лет все здания переоборудовали под офисы, складские помещения, автомобильные сервисы.

За последние двенадцать лет в России не случайно произошли крупнейшие техногенные катастрофы — аварии на шахтах и электростанциях, гибель воздушных и морских судов, пожары, обрушения зданий. Основными причинами послужили постоянно повышенные нагрузки при эксплуатации техники, оборудования, машин, неоправданная экономия на техническом обслуживании, текущем ремонте, модернизации, а также халатность, алчность коммерсантов и ряда чиновников высокого уровня.

В связи с систематическим нарушением эксплуатации здания Басманного рынка в Москве на протяжении всего срока службы в феврале 2006 года рухнула крыша площадью в две тысячи квадратных метров. Погибли в общей сложности 66 человек.

В августе 2009 года на крупнейшей в России и шестой в мире Саяно-Шушенской гидроэлектростанции по причине изношенности оборудования произошла техногенная катастрофа, унесшая жизни 75 человек. В декабре того же года по вине должностных лиц пожарного надзора и собственников клуба в Перми произошел крупнейший по числу жертв пожар в истории современной России. Погибли 156 человек, несколько десятков получили ожоги различной степени.

Через пять месяцев на одной из крупнейших угольных шахт мира «Распадской», расположенной в Кемеровской области, произошли два взрыва метана, в результате которых погибли более девяноста человек. Причиной послужила высокая изношенность и неудовлетворительное состояние на протяжении длительного времени эксплуатируемого оборудования. Спустя год, в июле 2011 года, на Волге потерпел крушение на грани аварийного состояния переполненный теплоход «Булгария». В результате погибли 105 человек, среди которых большинство были дети.

Высокая степень изношенности парка самолетов гражданской авиации, подвижного железнодорожного состава, оборудования большинства предприятий, не говоря о плачевном состоянии жилищно-коммунального хозяйства, мусорных свалках — это замедленная мина, заложенная под экономику страны, угрожающая здоровью и жизни людей. Если не будут приняты меры по устранению системных проблем, они могут повлечь массу негативных последствий для безопасности граждан.

Такое состояние экономики является зеркальным отражением современного отношения подавляющего большинства предпринимателей к средствам производства, в основном к тем, которые достались на халяву. Главная их цель — получить как можно больше прибыли с минимальными затратами на модернизацию средств производства.

Расследования произошедших катастроф наглядно свидетельствуют, что в подавляющем большинстве они совершаются по причине халатности и алчности. Коммерсанты ради сиюминутной выгоды варварски эксплуатируют оборудование, технику, машины, здания. Экономят на всем, в том числе на здоровье людей. Перспективные проекты для них не интересны, только краткосрочные, приносящие прибыль сегодня, а не завтра.

Доморощенные капиталисты до сих про так и не поняли главного: такой подход ведет не к расцвету бизнеса, а к его закату. Но скорее всего многим из них это и не нужно. Основная их задача заключается в том, чтобы урвать побольше денег в России, вывести средства за рубеж, а потом уехать самим, поскольку члены семей давно учатся и живут за границей. Со стороны государственных органов до настоящего времени, кроме лозунгов, пожеланий и обещаний, не принимаются реальные меры по созданию условий, направленных на повышение заинтересованности у предпринимателей в развитии производства в России.

Преступные формирования, действующие в сфере экономики, имеют разветвленную структуру. Это связано с особенностями хозяйственной деятельности экономических объектов. Участники любой группировки подобного типа располагаются практически на всех ключевых позициях, сохраняя определенную самостоятельность в выборе средств и способов при выполнении локальных задач. Однако в целом они подчиняются руководству сообщества, координирующему деятельность звеньев, входящих в его состав для реализации корыстных замыслов.

Мотивацией установления связей с субъектами, представляющими интерес, являются выполняемые ими функции в системе экономических отношений, органах государственной власти, которые могут быть использованы для достижения преступных целей.

Характеризуются они как устойчивые образования, имеющие иерархическую структуру с распределением ролей между его участниками, выполняющими определенные функции в системе экономических отношений, располагающие коррумпированными связями в органах государственной власти различного уровня.

В последние годы в связи с оттоком зарубежных инвестиций из страны, снижением покупательской способности населения, сокращением предпринимательской деятельности организованные группировки переориентировались в бюджетную сферу Основной их целью является хищение, растрата денежных средств, выделяемых в том числе из федерального бюджета на реализацию различных программ, строительство объектов, включая имеющие важное государственное значение. Их структура отличается относительно небольшой разветвленностью. Это связано со спецификой бюджетно-финансовой сферы, в которой для достижения преступных замыслов не требуется большого количества участников — не то что в производственном секторе.

В процессе строительства первого в России космодрома гражданского назначения «Восточный» в Амурской области по меньшей мере пять организованных группировок совершали различного рода махинации с бюджетными средствами. Руководитель «Дальспецстроя» при «Спецстрое» России и главный бухгалтер организовали преступную группировку с целью хищения денежных средств, выделенных на строительство объектов космодрома. Авансы по одиннадцати государственным контрактам в сумме более пяти миллиардов рублей были потрачены не на строительство, а на погашение кредитов, открытие счетов в банках, приобретение квартир, загородных домов, земельных участков, коммерческой недвижимости.

Стройматериалы приобретались не по ценам поставщиков продукции, а по существенно завышенным расценкам через коммерческие организации, специально созданные сыном генерального директора «Дальспецстроя» и экс-спикером думы Хабаровского края. В преступной схеме также принимали участие субподрядные организации для выполнения строительных и иных работ. Многие генподрядчики использовали мошенническую схему многоуровневого субподряда, позволяющую совершать хищения бюджетных средств. В результате рабочим месяцами не выплачивали зарплату.

Правоохранительные органы и контролирующие организации обратили внимание на проблемы финансирования возведения объектов только лишь после срыва на несколько месяцев графика запланированных работ по строительству стартовой площадки.

В итоге первый запуск ракеты-носителя был перенесен на один год. Основным участникам группировки за совершенные хищения и растрату бюджетных средств суд назначил наказание от пяти с половиной до двенадцати лет лишения свободы.

«Вятской строительной компании» на строительство инфраструктуры космодрома выделили около двух миллиардов рублей бюджетных средств. Согласно госконтракту, на них должны были построить коммуникационные и социальные объекты, в том числе дома для рабочих и дорога.

С целью хищения денежных средств генеральный директор компании создал преступную группировку, в которую вошли три топ-менеджера, а также ряд руководителей коммерческих структур. Схема хищений заключалась в том, что деньги переводились на счета фирм-однодневок, а затем обналичивались либо выдавались в качестве займов аффилированным предпринимателям, которые возвращали их уже наличными. Строительная компания выполнила только часть предусмотренных контрактом работ на 562 миллиона рублей. Остальные денежные средства в сумме 1,3 миллиарда рублей участники группировки путем финансовых махинаций похитили.

Бюджетные деньги использовалась для покрытия имевшихся долгов у организации, приобретения гостиницы, земельных участков в Москве и Московской области, дорогих квартир в престижных районах столицы стоимостью в несколько десятков миллионов рублей. Организаторы преступной структуры по обвинению в хищении средств приговорены к лишению свободы на срок от четырех с половиной до восьми лет. Большую часть ущерба они возместили.

В целях присвоения бюджетных средств, предназначавшихся для строительства монтажно-испытательного корпуса для ракет-носителей, начальник ФГУП «Спецстройсервис» при «Спецстрое» России совместно с генеральным директором ЗАО «Конструкция», его заместителями организовали преступную группировку. Металлоконструкции для строительства объектов закупали у аффилированного коммерческого предприятия по искусственно завышенным ценам.

Своими действиями они причинили ущерб государству в размере более одного миллиарда рублей. Генеральный директор коммерческого предприятия приговорен к четырем годам лишения свободы. Уголовные дела в отношении должностных лиц государственного унитарного предприятия выделили в отдельное производство и направили на рассмотрение в гарнизонный военный суд.

По уголовным делам, возбужденным по результатам проверок процесса строительства космодрома «Восточный», осуждены семнадцать человек. При строительстве были совершены огромные растраты и хищения бюджетных средств. Счетная палата России только за два года строительства объектов космодрома оценила масштаб ущерба в сумме около двенадцати миллиардов рублей.

Комбинированные организованные сообщества, которые стали появляться в Советском Союзе в конце 1980-х годов, существовали и раньше, но общеуголовные элементы использовались исключительно для выполнения охранных функций. Затем их начали привлекать для транспортировки товара, реализации похищенного имущества, связи с другими членами сообщества, расправы с конкурентами, коммерсантами. По мере развития организованной преступности подобные структуры стали приобретать доминирующее значение в криминальном мире.

На территории СССР и России в период с 1982 по 1991 год 75 % организованных формирований совершали экономические правонарушения и 25 % общеуголовных группировок участвовали в преступлениях экономического характера. Это свидетельствует, что сообщества криминальной направленности с учетом благоприятных для них процессов стали перемещать свою деятельность в экономику как наиболее важную по степени извлечения наживы и менее опасную. То есть переквалифицироваться.

В период развития частно-предпринимательской деятельности бандформирования начали средства, добытые преступным путем, вкладывать через подставных лиц в развитие малых и совместных предприятий, коммерческих банков. Криминальные авторитеты порой сами стали входить в состав учредителей на правах заместителей руководителей предприятий — «серых кардиналов» — и контролировать их деятельность. В особенности криминализации были подвержены банки и нефтяные компании. Появилась возможность тратить незаконно добытые денежные средства под прикрытием легальных доходов. Также группировки занимались охранной деятельностью. В целях совершения преступлений в сфере экономики организаторы устанавливали связи с должностными работниками различных отраслей экономики и коммерческих предприятий. Характерной чертой для них является тесная связь между корыстной ориентацией и выполняемыми функциями. С их участием совершались хищения государственного имущества, бюджетных средств, иные преступления. Таким образом начали укореняться комбинированные структуры.

В 1992 году было выявлено более 600 подобных группировок, совершивших 1300 преступлений.

В комбинированном сообществе экономические преступления совершают лица, которым вверено имущество, денежные средства, находящиеся в государственной, общественной или частной собственности, либо работники, наделенные должностными полномочиями. Соучастники, не включенные в экономические отношения, оказывают содействие в достижении преступных замыслов или совершают иные деяния.

Несмотря на то что указанные субъекты являются участниками одного сообщества, между ними имеется принципиальное различие — это сфера их деятельности. Одни совершают преступления будучи включенными в процесс экономических отношений, другие — не связанные с таковыми. Расстановка сил на иерархической лестнице зависит от того, какие преступления являются приоритетными. В таких формированиях возникает необходимость функционального разграничения диаметрально противоположной деятельности его участников.

Если основу извлечения прибыли составляют экономические правонарушения, то главная роль в них отводится участникам, включенным в экономические отношения. Лица, не участвующие в таковых, хотя и выполняют важные функции, однако их деятельность по отношению к первым будет являться обеспечивающей.

Подобного рода образования представляют собой устойчивые формирования, состоящие из нескольких групп с различной направленностью, имеющие иерархическую структуру с распределением ролей между его участниками, совершающие преступления в сфере экономической деятельности и иные правонарушения, не связанные с функционированием хозяйственного механизма.

В период развития организованной преступности «Измайловская» группировка являлась одной из крупных действующих в Московском регионе. Ее участники контролировали большую часть промышленных предприятий, ресторанов, многие автосервисы, ночные клубы, магазины по продаже автомобилей, рынки, спортивные клубы и другие коммерческие структуры, расположенные в основном на территории Восточного округа города Москвы. В их число входила зарегистрированная на подставных лиц нефтяная компания «Сибириада». Спустя полтора года работы ее генерального директора убивают в подъезде дома из пистолета ТТ с контрольным выстрелом в голову. Пистолет с глушителем оставлен на месте стрельбы, следы в подъезде обнаружены не были. Выстрелов никто из жильцов не слышал. Почерк убийства свидетельствовал о том, что преступление совершено профессионалом.

Группы, входившие в состав формирования, не связанные с экономической деятельностью, занимались рэкетом, выбиванием долгов, угоном автотранспорта, совершали разбойные нападения, выполняли заказные убийства. На их счету было более сотни трупов. Со временем сообщество разрослось и стало одним из влиятельных в криминальных кругах московского региона. Общая численность участников составляла около трех тысяч человек. Это больше, чем количество личного состава элитного мотопехотного полка в мирное время.

В процессе расследования убийства директора нефтяной компании Нещадимов с напарником Виталием Липатьевым приехали в офис, расположенный в отдельно стоящем здании на Щелковском шоссе. При входе их встретили охранники.

— Здравствуйте. Мы из МВД, нам нужен генеральный директор, — сказал Нещадимов.

— По какому вопросу? — спросил один из охранников, по-видимому, старший.

— По казенному.

— А конкретней?

— Это мы объясним директору.

— У вас есть оружие?

— Конечно, есть, — ответил Виталий.

— Надо его сдать, — на всякий случай сказал он.

— Оружие мы никогда не сдаем. Так что не теряй время, лучше проводи к шефу, — сказал Нещадимов.

Он не стал спорить и проводил их на второй этаж в приемную. Там их уже ждал человек средних лет, выше среднего роста, плотного телосложения, с явно бандитской внешностью. Поначалу они решили, что это и есть генеральный. Поздоровавшись, он проводил их в кабинет. Из-за стола навстречу им вышел щуплый парень на вид не старше 32 лет и представился:

— Максим Савин, генеральный директор нефтяной компании «Сибириада», а это мой заместитель Геннадий Павлович Хабаров, — представил он встретившего их мужчину.

— Нещадимов из ГУОП МВД.

— Липатьев из той же организации, — в свою очередь представились они.

— Что вас к нам привело? — спросил Савин.

— Максим, скажите, а когда вы стали генеральным директором компании «Сибириада»? — после произнесения соответствующих фраз, предусмотренных этикетом, спросил Нещадимов.

— Через месяц после смерти Картавцева, бывшего генерального директора.

— Кто в настоящее время является учредителями вашего предприятия?

— После гибели Картавцева осталось три учредителя. Геннадий Павлович и еще два физических лица.

В процессе беседы Хабаров постоянно делал какие-то дополнения, уточнения. В ходе разговора оперативники поняли, кто из них фактически управляет фирмой. Потому что на большинство заданных вопросов пытался отвечать заместитель, а директор говорил как-то неуверенно, все время поглядывал на своего зама. Заметив некоторое их удивление, Хабаров сказал:

— Максим на эту должность назначен недавно и может не знать некоторых особенностей коммерческой деятельности. Я в компании работаю давно и смогу ответить на все ваши вопросы.

— Геннадий Павлович, а какова ваша доля в «Сибириаде»? — поинтересовался Липатьев.

— Мне принадлежит 51 % акций, остальные 49 — моим партнерам.

— Когда вы получили контрольный пакет? — спросил Виталий.

— После смерти Картавцева. С согласия акционеров я приобрел его долю в компании. Копия протокола собрания имеется в налоговой инспекции. У нас все учредительные документы в порядке. Можете посмотреть. Скажите, вы знаете полковника Сергея Алехина? — неожиданно перевел он разговор на другую тему.

— Нет, — ответил Нещадимов. — А это кто?

— Начальник отдела уголовного розыска УВД Восточного округа. С ним мы давно знакомы, он часто заезжает к нам в офис. Вот и сегодня после работы собираемся сходить в сауну. Я также хорошо знаю заместителя начальника отдела по экономическим преступлениям округа Артема Арзамасова. Частенько приезжает ко мне в загородный дом на шашлыки. Вы его знаете?

— Нет, мы с ним не знакомы, — ответил Нещадимов.

При этом Липатьев в разговоре участия не принимал, поскольку в Москве работал непродолжительное время и не знал сотрудников территориальных органов внутренних дел.

— Также поддерживаем хорошие отношения с майором Лариным, заместителем начальника отдела государственной безопасности округа, он иногда заходит к нам в гости. Хотите, я позвоню Алехину, и он сейчас приедет, тем более собирался вечером заехать, заодно и познакомитесь, — предложил Хабаров.

— Звоните, — сказал Нещадимов.

Хабаров снял трубку и набрал номер телефона. Никто не ответил.

— Наверное, вышел из кабинета. Может, едет к нам в офис. Не хотите его подождать?

В это время ему казалось, что инициатива разговора на его стороне. Не перебивая, оперативники внимательно слушали Хабарова, подозреваемого в причастности к убийству генерального директора компании, о его связях в правоохранительных органах Восточного округа. Когда «козыряние» знакомыми сотрудниками силовых структур закончилось, Виталий попытался узнать еще о ком-либо из числа знакомых работников государственных органов. Но скорее всего больше удивлять было некем. «Пора начинать», — решил Нещадимов.

— Геннадий Павлович, а где вы были во время убийства генерального директора? — перевел он разговор в нужное русло.

— В Америке, можете проверить, — заметно погрустнев, сказал он.

— Какое совпадение. Вы улетаете, а на следующий день убивают Картавцева.

— Совпадение или нет, но в то время меня в России физически не было.

— Вы хотите сказать, что если в момент убийства находились за границей, то и не можете иметь отношения к совершенному преступлению? — спросил Виталий.

— У меня железное алиби. Не мог же я его застрелить, находясь за несколько тысяч километров за океаном?

— Геннадий Павлович, в последнее время организаторы заказных убийств чаще всего используют именно подобного рода, как вы сказали, «железное алиби». Поэтому вот повестка, и завтра с паспортом будьте любезны прибыть к десяти часам утра к следователю прокуратуры города Москвы, — сказал Нещадимов, вручая ему повестку.

— Так что, все же не хотите подождать Алехина? — второй раз с ехидной улыбкой спросил Хабаров.

Нещадимову его назойливость надоела, и он сказал:

— Если мы захотим встретиться с Алехиным или с кем-либо другим из числа ваших знакомых, мы их вызовем к себе, заодно и познакомимся.

— Геннадий Павлович, — обратился к нему Виталий, перейдя на неформальное обращение. — Ты, наверное, решил нас удивить, а скорее всего напугать своими покровителями с большими звездами из местных силовых структур, а фактически сейчас нам их попросту сдал. Спасибо за информацию.

Попрощавшись, оперативники ушли. Выйдя на улицу, они обменялись мнениями о встрече.

— Михалыч, в случае возникновения какой-либо нестандартной ситуации я упал бы на генерального, и, он пока выкарабкивался из-под меня, ты за это время успел разобраться с замом, — со смехом сказал Виталий, который был ростом под метр девяносто и весил около ста килограммов.

«Измайловская» группировка с целью отмывания денежных средств, полученных в результате совершения общеуголовных преступлений, чтобы не привлекать внимание к основному бизнесу, использовала весьма оригинальный способ.

В тот период времени, да и сейчас в подавляющем большинстве деньги, приобретенные от незаконной коммерческой деятельности, отмывать не обязательно, поскольку объяснений их происхождения ни при каких обстоятельствах никто не требует. За исключением средств, добытых при совершении преступлений общеуголовного характера, в случае возникшей необходимости. С этой целью группа, занимавшаяся розничной торговлей промышленными и продовольственными товарами, открыла семь киосков на Кутузовском проспекте. Из них четыре располагались рядом с гостиницей «Украина», а три возле метро «Кутузовская», на углу дома, на четной стороне проспекта.

При возникновении вопросов у правоохранительных органов к членам «Измайловского» сообщества о происхождении денежных средств, вызывающих сомнение, они ссылались на их получение через реально действующую торговую сеть. В ходе проверки данной версии в рамках уголовного дела оперативники установили, что основная задача продавцов этих торговых точек заключалась не в продаже как можно больше товара, а в создании видимости торговли. В то время в киосках кассовые аппараты, как правило, не устанавливались. В некоторых из них велась запись в журналах проданных товаров, да и то больше для внутреннего контроля.

В процессе скрытого наблюдения взору оперативников представилась следующая картина. В соседний киоск завезли несколько коробок украинской качественной водки. Приняв товар, продавцы выставили образцы на витрину и указали довольно приемлемую цену. Узнав об этом, работники торговых точек «Измайловской» группировки сразу же скупили у них почти весь товар и тут же с деловым видом разместили на своих витринах. Тогда приличные, недорогие спиртные напитки встречалась не так часто, пили в основном разведенный итальянский спирт «Роял».

Нещадимов с Липатьевым, осуществлявшие скрытое наблюдение, решили между делом купить несколько бутылок и положить в машину. Каково же было их удивление, когда через двадцать минут они увидели ту же водку, но в два раза дороже.

— Только сейчас цена на украинскую водку была нормальная, а теперь в два раза выше. Я сам видел. Ее даже продавали по той цене. Мистика какая-то, — с разочарованием сказал Виталий.

Проходя между рядов киосков, оперативники обратили внимание, что в одном из них такую же водку продавали по прежней низкой цене. Это и была торговая точка, в которую ее завезли. Из приоткрытых дверей доносился разговор двух продавщиц:

— Хорошо, что ребята оптом почти все ящики с водкой купили, а то бы пришлось до полуночи торговать. Не оставлять же ее до утра, — сказала та, что постарше.

— Ты только посмотри, какую они цену на нашу водку выставили, почти в три раза выше чем у нас, — послышался высокий голос молодой, энергичной продавщицы с украинским акцентом.

— Очевидно, не торопятся товар продавать. Вот и задирают цену, а нам нужно побыстрей его продать и идти домой.

Несмотря на примитивность способа отмывания денежных средств через киоски, а точнее сказать, на создание видимости получения прибыли, доказать, что источником финансирования группировки не является торговля, весьма сложно. Подобные предприятия, расположенные в приоритетных местах г. Москвы, в сутки приносили значительную прибыль. Через них можно было пропускать большое количество как промышленных, так и отдельных видов продовольственных товаров. Особым спросом у населения пользовались спиртные напитки и импортные сигареты.

Чтобы часто не восполнять проданные товары, продавцы «Измайловской» группировки указывали цены в два раза выше, чем в соседних киосках. Жители близрасположенных домов, как правило, не являлись их постоянными клиентами. Однако, несмотря на высокие цены, у них все же покупали товары в основном проживающие в гостинице «Украина» или состоятельные люди, проезжавшие по проспекту, которые, как правило, смотрели не на цену, а на качество. Установить фактический товарооборот было практически невозможно. Подобный способ отмывания денежных средств, полученных преступным путем, затруднял правоохранительным органам устанавливать реальные источники их получения.

Признаки, свидетельствующие о совершаемых преступлениях в сфере экономики организованными формированиями, можно условно разделить на основные и вспомогательные.

К основным относятся:

• постоянное предоставление преференций, льгот федерального или регионального уровня одним и тем же коммерческим структурам либо хозяйствующим субъектам, руководители которых имеют неформальные связи с должностными лицами органов государственной власти;

• расходование бюджетных и привлеченных средств экономическими структурами на цели, не связанные с их получением;

• заключение госконтрактов на выполнение выгодных подрядов (через аукционы, конкурсы) с одними и теми же коммерческими структурами либо предприятиями, руководители которых поддерживают неформальные отношения с чиновниками органов власти различных уровней;

• приобретение коммерческими структурами за бюджетные средства строительных материалов, оборудования, техники и других товаров по завышенным ценам для выполнения государственных контрактов;

• неэффективное использование бюджетных средств должностными лицами государственных и иных структур;

• создание субъективных условий, затрудняющих осуществление контроля со стороны государственных органов за хозяйственной деятельностью экономического объекта;

• причинная связь между коммерческими структурами и обще-уголовными преступлениями.

Вспомогательные признаки:

• наличие у государственных структур, хозяйствующих субъектов экономических либо функционально-распорядительных возможностей для совершения различного рода злоупотреблений;

• длительность совершаемых правонарушений в сфере экономической деятельности;

• наличие связей у работников, выполняющих различные функции в секторе экономики, с лицами общеуголовной направленности;

• материальное состояние работников государственных органов власти и экономических структур, в разы превышающее их легально получаемые доходы.

Наличие нескольких признаков из числа основных достаточно для того, чтобы сделать вывод о совершаемых правонарушениях. Вспомогательные лишь указывают на имеющуюся вероятность преступлений организованного характера. При этом весьма важно не смешивать такие понятия, как «организованные преступные группы», «формирования», «сообщества» и «организованная преступность», так как первые являются составляющими организованной преступности. В ее основе лежит определенная упорядоченность субъектов, являющаяся не чем иным, как формой деятельности, то есть ее оболочкой, которая зависит от различных характеризующих ее особенностей. Содержание образуют преступления, совершаемые конкретными участниками группировок. Под организованной преступностью в сфере экономики понимается совокупность организованных формирований и совершаемых ими преступлений, связанных с функционированием хозяйственного механизма различных отраслей экономики.

Криминальная паутина

Структура организованных преступных формирований зависит от особенностей различных отраслей экономики, в которых они действуют, разветвленности связей и конкретного региона. Классическое структурное построение сообщества, совершающего преступления в сфере экономики, может быть представлено в виде двух-пятиуровневых вертикальных связей. Организованные группы располагают в основном двухступенчатой иерархией связей. Сообщества имеют двух-четырехуровневую структуру и реже — пяти. Безусловно, что в каждом регионе Российской Федерации, странах ближнего зарубежья они имеют различные построения, отличающиеся друг от друга в зависимости от условий, в том числе местных особенностей. Структурное построение любого из них можно образно представить в виде малозаметных прочных нитей паутины, сплетенной в определенном порядке, опутывающей предметы, попавшиеся в такую сеть.

Лица, выполняющие какие-либо функции в системе экономических отношений либо не связанные с таковыми, из корыстных побуждений устанавливают необходимые связи с отдельными работниками, занимающими ключевые позиции в сфере экономики и органах государственной власти, которые могут обеспечить им реализацию преступных замыслов. Таким образом создается система связей и отношений. Это обусловлено рядом причин.

Во-первых, тем, что по мере развития хозяйственной деятельности предприятий, организаций с различными формами собственности, приходится общаться с работниками государственных структур, от которых зависит решение множества вопросов, в том числе связанных с нарушением существующих норм и правил. Во-вторых, в связи с тем, что совершать экономические преступления на протяжении длительного времени в одиночку либо малыми силами затруднительно по причине многозвенного характера хозяйственного механизма. В-третьих, без участия лиц, занимающих ключевые позиции в экономическом механизме, органах государственной власти различного уровня, достичь успеха в выполнении преступных планов весьма сложно, а порой и невозможно.

Создание государственными служащими с корыстными наклонностями либо мошенниками, авантюристами, криминальными элементами разветвленных структур — процесс вынужденный, несмотря на то, что вероятность их разоблачения увеличивается. Чиновники для осуществления незаконных сделок зачастую используют аффилированные коммерческие предприятия. Работники, выполняющие определенные функции в системе экономических отношений, с целью незаконного обогащения, устанавливают связи с должностными работниками органов государственной власти и местного самоуправления. Лица, не имеющие отношения к экономике, для достижения преступных замыслов стремятся наладить связи с определенными работниками экономического сектора и государственными служащими различных органов власти.

Уровневое структурное построение является классической моделью, которая была разработана на основе изучения и обобщения оперативных материалов и уголовных дел, возбужденных в отношении участников формирований, действовавших на территории Советского Союза и Российской Федерации. Из них пятиуровневую структуру имели около 20 %. Участники группировок, совершавшие экономические преступления, в основном устанавливали связи с должностными лицами вышестоящих отраслевых организаций и государственных органов власти различного уровня.

В связи с разрывом ранее существовавших экономических отношений между хозяйствующими субъектами союзных республик такой принцип является характерным и для организованных формирований, действовавших на территории России. В последующее время их структуры претерпели некоторые изменения, но принцип построения остался неизменным. Любые связи, в том числе криминальные, устанавливаются по определенным закономерностям, побудительными мотивами которых являются:

• наличие возможностей на экономических объектах, в органах государственной власти и самоуправления для незаконного обогащения;

• высокая рентабельность сектора экономики, позволяющего извлекать прибыль с минимальными затратами;

• имеющиеся неформальные связи у лиц с корыстной направленностью с должностными работниками высокорентабельных экономических объектов или чиновниками различных органов власти;

• повышенный спрос в зарубежных странах на сырье, имеющееся в регионе, и выпускаемую продукцию местных предприятий;

• наличие у преступного формирования материальных и иных условий для установления связей с экономическими объектами, представляющими корыстный интерес, либо с должностными работниками органов государственной власти и местного самоуправления;

• имеющиеся возможности у государственных или коммерческих структур в контрабандном перемещении через границу сырья, продукции;

• наличие у государственных структур компетенций для оказания содействия в прикрытии незаконной деятельности и уклонении от наказаний за содеянное.

Для достижения преступных замыслов перечисленные закономерности обусловливают необходимость установления связей с должностными лицами, выполняющими различные функции в системе экономических отношений, государственными служащими, наделенными властно-распорядительными полномочиями, в том числе связанными с функционированием хозяйственного механизма.

Обладая подобными знаниями, располагая информацией о происходящих экономических процессах на определенной территории и сведениями общего характера в отношении участников преступных группировок, можно вычислить ранее неизвестные связи и совершаемые деяния. При этом нужно учитывать, что механизм экономических преступлений, имеющих организованный характер, состоит из сложной динамической системы. Ее элементы охватывают практически всю технологическую цепочку хозяйственной деятельности экономического объекта, или отрасли, либо процесса совершаемой сделки. Главной особенностью является то, что каждый участник выполняет определенные функции в общей структуре. Прослеживается полный цикл деятельности.

При таком положении одна группа или ее члены выполняют операции, связанные с хищениями сырья, материальных ценностей, денежных средств, другие задействованы в сфере производства, третьи осуществляют транспортировку товара, четвертые занимаются реализацией. Естественно, эта общая схема имеет определенные разновидности, с учетом особенностей функционирования различных экономических объектов, отраслей и совершаемых деяний.

На первом уровне структурного построения организованного сообщества располагаются исполнители, выполняющие различные функции в системе финансово-экономических отношений. Эта ступень характеризуется наличием групп, участники которых фактически осуществляют самостоятельный цикл хозяйственной деятельности экономической структуры, независимо от форм собственности. На любом предприятии группировка, состоящая из числа его работников, выполняет ключевые функции в реальном секторе экономики. Однако организованную форму она принимает в том случае, если между участниками устанавливаются устойчивые связи как по горизонтали, так и по вертикали.

Несмотря на многочисленность связей и, казалось бы, нелогичность, любая из них является закономерной, выполняющей определенную роль в преступной схеме, наличие которой дает возможность разрабатывать и реализовывать преступные замыслы, обеспечивать свою безопасность. Это звено наиболее разветвленное и многочисленное. От него во многом зависит степень незаконного обогащения всех участников, так как здесь сконцентрированы основные и оборотные средства производства, являющиеся наиболее важным источником извлечения наживы.

Группировки, действующие в бюджетном секторе, кредитно-банковской, налоговой системах, независимо от уровня экономических объектов и органов государственной власти по своей сущности относятся к первой ступени структурного построения, так как основные деяния, от которых зависит успех всего противоправного замысла, совершаются в этих сферах. Они могут функционировать автономно, без участия вертикальных связей. Однако чаще всего задействуются аффилированные коммерческие предприятия, через которые осуществляются незаконные сделки. То есть такие группировки чаще всего имеют двухуровневую структуру. Зачастую основные функции выполняют руководители подразделений, организаций, учреждений. Подобного рода структура была создана в одном из ведомств федерального значения.

Заместитель министра Панкратов в рамках своих функциональных обязанностей курировал строительство и ввод в эксплуатацию объектов к саммиту Азиатско-Тихоокеанского сотрудничества АТЭС-2012. На эти цели из федерального бюджета выделили 689 миллиардов рублей (более двадцати миллиардов долларов). По оценкам экспертов, сумма чрезвычайно завышена.

С целью хищения бюджетных средств Панкратов создал группировку, в которую вошли руководитель федерального казенного учреждения «Дальневосточная дирекция», бывший директор этой структуры, ряд должностных работников министерства и других ведомств. В схеме на протяжении трех лет также принимали участие «Дальневосточная энергетическая управляющая компания», аффилированные коммерческие фирмы, участвовавшие в строительстве объектов в качестве подрядных и субподрядных организаций.

В целях достижения преступных замыслов участники группировки организовали проведение конкурсов для строительства зданий, сооружений, инженерного и научно-технического сопровождения возведения объектов, а также на добровольное страхование недостроенных объектов. Аффилированным коммерческим фирмам чиновники обеспечивали победу, за что получали вознаграждения. Подрядные организации, ставшие победителями в конкурсе по страховому и инженерному обеспечению строительства объектов, не принимали реального в нем участия, поскольку предусмотренные контрактами услуги к этому времени уже были выполнены другими фирмами. Денежные средства, выделенные на эти цели, переводились на счета фиктивных организаций, а затем присваивались участниками группировки.

Для проведения мероприятия международного уровня построили множество объектов, в том числе аэропорт, два моста, несколько гостиниц, объекты инфраструктуры, автодороги. В ходе подготовки к саммиту АТЭС, по информации Счетной палаты, из российского бюджета похищено пятнадцать миллиардов рублей. Денежные средства в сумме 689 миллиардов рублей были «освоены» полностью. Однако к началу саммита в эксплуатацию ввели лишь 23 объекта из 67 запланированных. Аффилированные подрядные организации строили объекты с большими нарушениями, а денежные суммы проводили по финансовым документам просто сверхъестественные. Только на дорожно-транспортную систему списали около восьми миллиардов рублей, и это на острове, где проживает около пяти тысяч человек. Смета выполненных работ была завышена в десятки раз. Один из мостов, построенных специально к мероприятию за огромные деньги, даже после окончания саммита так и не был введен в эксплуатацию.

Фактическая сумма похищенных денежных средств, по сравнению с выявленной Счетной палатой, в разы больше. По самым скромным подсчетам, в сравнении с затратами на строительство объектов для проведения аналогичных мероприятий в других странах хищения денежных средств составляют не менее 50 % от выделенной суммы.

После завершения саммита было возбуждено 23 уголовных дела в отношении ряда должностных лиц федерального министерства, «Дальневосточной дирекции», руководства аффилированных коммерческих компаний. Однако в ходе следствия не была выявлена основная часть участников преступного формирования и не установлена фактическая сумма причиненного ущерба государству Расследование в основном осуществлялось вокруг трех-четырех эпизодов, связанных с хищением денежных средств, мошенничеством, нецелевым расходованием бюджетных средств.

Из чиновников высшего эшелона под следствием оказался лишь один Панкратов, его сообщники из министерства остались неустановленными. Суд приговорил его к шести с половиной годам ограничения свободы. Руководителя «Дальневосточной дирекции» федерального министерства — к пяти с половиной годам заключения. Двух генеральных директоров строительных организаций, через которые похищались бюджетные деньги, — к четырем с половиной и двум годам лишения свободы.

На первой ступени организованного сообщества насчитывается от двух до шестидесяти групп, в зависимости от сферы экономики. Наибольшее их количество функционирует в реальном секторе экономики. Это объясняется многозвенностью хозяйственного механизма. Разветвленность преступных связей характерна для группировок, действующих в сфере экономики с доминирующей государственной собственностью. В зависимости от видов совершаемых преступлений в их структуру, как правило, входят работники, имеющие хозяйственные связи с другими профильными организациями.

Непосредственными исполнителями преступлений в реальном секторе экономики в основном являются материально ответственные лица, руководители низшего и среднего звена, работники финансово-экономической сферы и рабочие различных профессий. Активное участие в совершаемых преступлениях трех первых субъектов связано с выполнением ими важных должностных функций, без которых весьма сложно воплотить преступный замысел. Вовлечение в преступную деятельность рабочих во многом объясняется тем, что без них невозможно осуществить ряд деяний, связанных с изготовлением продукции, перевозкой сырья, товаров и тому подобное. Они не знают всего механизма преступной деятельности. О ее параметрах могут лишь только догадываться.

Организаторами чаще всего являются руководители предприятий, реже материально ответственные лица либо граждане, занимающие иные должности. Их количество в сообществе зависит от числа входящих в него групп. В каждой из них имеется свой организатор. Иногда один может возглавлять несколько самостоятельных групп. Распределение ролей между участниками зависит от выполняемых функций в системе экономических отношений либо занимаемого служебного положения.

Члены одной группы не знают весь состав участников других формирований и не имеют с ними непосредственных контактов. Связь между ними «по горизонтали» и с последующей ступенью «по вертикали» осуществляется через организаторов либо ближайшее их окружение. Координирующую роль преступной деятельности всех группировок, входящих в сообщество, в семнадцати из ста случаев брали на себя руководители предприятий различных отраслей экономики. В остальных формированиях эту роль исполняли их заместители или лица, возглавлявшие структурные подразделения.

Систематически совершать экономические преступления в масштабах межгосударственного, межрегионального, межотраслевого уровней невозможно без поддержки должностных лиц, занимающих ключевые позиции в определенной отрасли и органах государственной власти, так как отсутствие содействия со стороны указанных субъектов не позволяет обойти существующие правовые нормы для реализации преступных замыслов либо обеспечить прикрытие преступной деятельности. Данные обстоятельства определяют основу структур организованных сообществ.

На втором уровне располагаются коррумпированные должностные лица органов местного самоуправления городов, районов. В конце 1980-х — начале 1990-х годов заметно возросло участие работников городских и районных органов законодательной и исполнительной власти в противоправной деятельности. Это подтверждается результатами проведенного исследования.

По 42 % из числа изученных уголовных и оперативных дел за указанный период в качестве участников и соучастников преступлений проходили должностные работники городских и районных органов управления различных отраслей экономики. Из них 54 % сотрудников являлись руководителями структурных подразделений. Такое положение объясняется наличием у них в тот период времени контрольно-распорядительных полномочий, позволявших создавать благоприятные условия для достижения преступных замыслов. Роль организаторов указанная категория работников выполняла в 30 % случаев. При этом лидирующее положение они занимали редко.

В большинстве своем функционирование преступных сообществ не происходит обособленно от деятельности руководителей органов местного самоуправления (ранее — городские и районные органы законодательной и исполнительной власти), а зачастую становится предметом их активного участия. Достаточно сослаться на некоторые данные. По 27 % рассмотренных дел соучастниками правонарушений проходили руководители городских и районных органов власти и управления. Из них 57 % были главами исполкомов и 43 % — заведующими различных структурных отделов. Первые в 5 % случаев сами возглавляли преступные сообщества.

В последующее время эта тенденция стала только усугубляться. Зачастую руководители органов местного самоуправления стали исполнять функции организаторов преступных группировок, совершающих на протяжении многих лет различного рода правонарушения в сфере экономики.

Администрацией Красногорского района Московской области в течение почти двадцати лет бессменно управлял один и тот же чиновник. За это время муниципальное образование стало одним из самых коррумпированных в Подмосковье. В Красногорске была создана разветвленная коррумпированная система чиновничьего произвола, которая практически не позволяла вести бизнес тем, кто «не благодарил» соответствующих работников администрации. Группировка, созданная главой района, по существу, превратила орган местного самоуправления в коммерческую структуру, которая кого-то «отлучала» от бизнеса, кому-то небескорыстно оказывала всяческое содействие в решении хозяйственных вопросов.

Руководитель муниципального образования позволял криминальным структурам на территории района чувствовать себя вольготно. По мнению лидера одной из крупных политических партий России, «вся Московская область находится в таком состоянии». Глава администрации совместно с первым заместителем и руководителями структурных подразделений оказывали содействие коммерческим структурам в выделении престижных земельных участков под строительство жилых объектов. Наибольшее внимание они уделяли местному бизнесмену Георгиеву, который строил многоэтажные дома без разрешительных документов и согласований. Через некоторое время он становится строительным монополистом в Красногорском районе. Ранее этот бизнесмен занимался торговлей фальсифицированными спиртными напитками, поддерживал связи с криминальными авторитетами.

При содействии первого заместителя главы администрации необходимые документы на строительство зданий выдавались задним числом, а директор красногорских электросетей давал распоряжения на подключение построенных объектов к электроснабжению. Георгиев являлся владельцем двадцати коммерческих структур, в основном все они были заняты в сфере строительства. Его фирмы возвели десятки многоэтажных зданий. Общий оборот исчислялся миллиардными суммами. Руководители района оказывали содействие бизнесмену в покупке по дешевой цене земель сельхозназначения, которые он перепродавал строительным организациям в несколько раз дороже. Часть полученных денег передавал своим покровителям.

Несмотря на то что в разное время в отношении первого заместителя главы муниципального образования возбуждалось три уголовных дела, ни одно из них так до суда и не дошло. Прокуратура все дела по различным основаниям прекращала. Очередной скандальный факт был вскрыт, когда Следственный комитет со второй попытки все же возбудил уголовное дело в отношении чиновника за то, что тот всего за шесть тысяч рублей в год сдал в аренду на 49 лет два гектара государственной элитной земли под дачный кооператив. Его членами стали заместитель прокурора Московской области, прокуроры городов Красногорска, Истры, заместитель ОБЭП УВД Красногорска. На территории возвели коттеджи и создали подпольное казино. Группировка, созданная руководителями местной администрации, существовала длительное время. Могла бы функционировать и дальше, но подвели, как всегда, жадность и потеря элементарного чувства реального восприятия происходящего.

Проблемы у Георгиева начались после изменения регионального законодательства о землеотводе под строительство. К тому времени предоставленные земельные участки уже были застроены, а новых ему не давали. Раньше его коммерческие предприятия получали от муниципальной администрации государственные заказы на строительство, однако впоследствии его лишили такой возможности. Районные чиновники за полученное от бизнесмена вознаграждение обещали оказать содействие в выделении новых земельных участков, но своего слова не сдержали.

В это время у них появилась странная тенденция брать с предпринимателей деньги за решение вопросов даже без положительного результата, ссылаясь на то, что проделанная работа тоже стоит денег. Руководители администрации также отказались подписывать задними числами разрешения на строительство и подключать к энергосетям дома, построенные Георгиевым. По этой причине у него зависла реализация проектов на три с половиной миллиарда рублей. Между соучастниками группировки возник конфликт, который стал поводом для жестокой расправы. Предприниматель решился на преступление после того, как одна из его коммерческих структур была признана банкротом и арбитражный суд назначил внешнего управляющего для распродажи активов организации.

В обеденный перерыв Георгиев пришел в кабинет к первому заместителю главы администрации. Для разговора чиновник пригласил руководителя «Красногорской электрической сети», от которого зависело подключение строительных объектов к энергосетям. Между ними произошла ссора. Георгиев, знавший секретаршу замглавы администрации, попросил ее пригласить в кабинет его водителя. Просьба не вызвала у девушки никакого подозрения, и через несколько минут молодой человек вошел к ним с большой сумкой. Предприниматель вытащил из нее охотничий карабин, но произвести выстрел не смог, так как патрон заклинило. Тогда Георгиев достал пистолет и несколько раз выстрелил в чиновников. От полученных ран оба скончались на месте.

Беспрепятственно с водителем покинув здание, они поехали в коттеджный поселок, где проживал глава администрации, но его на тот момент не оказалось дома. При выходе на улицу разгневанный Георгиев застрелил из карабина мужчину, обратившегося к нему с каким-то вопросом. Затем направился в свой коттедж. По пути следования пригласил к себе партнера по строительному бизнесу, которого подозревал в сговоре с руководством администрации. Когда бизнесмен подъехал к дому, застрелил его. Осознав свое безвыходное положение, он проник в соседнюю дачу, в которой на тот момент никого не было, и там застрелился. Спустя двое суток его обнаружил хозяин дома.

Через три дня после случившегося глава района написал заявление об увольнении по собственному желанию и спустя месяц уволился. Продолжительность существования группировки объясняется надежным прикрытием со стороны коррумпированных прокуроров Московской области и Красногорского района. Только после убийств четырех человек аналогично, как и в трагедии, произошедшей в станице Краснодарского края, органы государственной власти начали спешно проводить проверку деятельности администрации муниципального образования и принимать меры. До кровавой разборки, несмотря на ряд возбужденных уголовных дел в отношении руководителей районной власти, коррумпированные чиновники продолжали оставаться на своих местах.

В последнее время становится нормой, когда основанием для отстранения от занимаемых должностей проворовавшихся руководителей органов власти любого уровня являются либо массовое убийство из-за конфликта бизнес-интересов, либо политическая воля главы государства. Чтобы задействовать второй вариант, нужно очень постараться.

Для организованных формирований важной по значимости задачей после незаконного обогащения является обеспечение безопасности. Каждое сообщество имеет своеобразную «крышу», состоящую из должностных лиц государственных органов различных уровней, которые за взятки осуществляют прикрытие противоправной деятельности. В этом случае средний срок их существования увеличивается до шести-семи лет.

На данном уровне такие функции в основном осуществляют коррумпированные сотрудники правоохранительных органов. Лидирующее положение среди них, по результатам проведенного анализа, занимают работники органов внутренних дел. Из всего количества проанализированных уголовных и оперативных дел за период с конца 1980-х годов до 1994 года по 47 % в качестве участников и соучастников проходили работники городских-рай — онных ОВД. При этом наибольшее число приходилось на сотрудников службы по борьбе с экономическими преступлениями, уголовного розыска и следователей.

Активное участие первой категории работников объясняется спецификой выполняемых ими функций, в процессе которых они вынуждены вступать в контакты с работниками экономических объектов, порой злоупотребляя своим служебным положением.

Сотрудники службы экономической безопасности и противодействия коррупции, имевшей разное название, наделены должностными полномочиями, позволяющими при исполнении служебных обязанностей проводить различные мероприятия, в том числе оперативно-розыскные в отношении проверяемых, подозреваемых в совершении преступлений, включая работников органов государственной власти, местного самоуправления и экономических структур. Некоторые из них в корыстных интересах используют служебное положение, как правило, по отношению к коммерческим организациям, совершающим правонарушения. Кроме этого, в рамках своей компетенции располагают возможностями оказания содействия организованным группировкам.

В службу по экономическим преступлениям Юго-Западного административного округа Москвы позвонил бухгалтер «Сибирской нефтяной компании»:

— Добрый вечер. Ваш номер телефона мне дал дежурный по управлению. Я хотел бы поговорить с Игорем Дейнеко.

— Я вас слушаю. Какой у вас вопрос?

— Это бухгалтер из нефтяной компании «СНК» Григорович Яков Михайлович. У меня есть информация, которая может вас заинтересовать. Сможете завтра в 17 часов приехать к нам в офис?

По пятницам в это время у нас в бухгалтерии никого не бывает, и мы сможем спокойно поговорить.

— Хорошо, завтра придем к вам в гости.

— Скажите фамилии сотрудников, я закажу пропуска. Только просьба, свои служебные удостоверения в бюро пропусков и охране не предъявляйте, воспользуйтесь другими документами — они у вас наверняка есть.

— Понял. До свидания.

На следующий день, вечером, Дейнеко со своим напарником Глебом Бариновым приехали в нефтяную компанию. Получив в бюро пропусков по «документам прикрытия» пропуска, зашли в здание и поднялись на третий этаж, где располагалась бухгалтерия. Зайдя в просторную комнату, они увидели сидевшего за столом возле окна пожилого, с грустным видом мужчину.

— Яков Михайлович? — спросил Дейнеко.

— Да, — ответил мужчина.

— Мы из УВД округа, вы нам вчера звонили.

— Проходите, присаживайтесь. Сейчас принесу таможенные декларации и транспортные документы. — Он достал из шкафа пухлые папки, открыв их, начал перелистывать подшитые бумаги. — Мне случайно попались на глаза эти документы. Обратите внимание на цифры. Во втором полугодии прошлого года за поставку на экспорт нефти наша компания не уплатила таможенных пошлин и не возвратила валютные средства из-за рубежа более чем на сто миллионов долларов. Давно прошли все сроки. Часть вырученной валюты за продажу нефти уже несколько лет оседает в зарубежных банках и не возвращается в Россию. Затем выводится в офшоры. Используя фиктивные документы, «СНК» постоянно не уплачивает полностью налоги на добычу нефти, которые только за этот год составили более тридцати миллионов долларов.

— Вы можете на время дать нам документы для снятия копий? — спросил Баринов.

— Ребята, вы же понимаете, что при всем к вам уважении я не могу этого сделать. Документы в любой момент могут потребоваться, и тогда может подняться скандал. Давайте лучше сделаем так: завтра приходите с письмом о предоставлении основных документов, включая платежные на нефть, вывезенную компанией за рубеж за первое полугодие нынешнего года и за весь прошлый год, чтобы провести стыковку. Руководство официально передаст вам их, а я помогу в них разобраться. Хочу вам дать совет, документы забирайте все и сразу. Они находятся в нашей комнате или у главного бухгалтера, даже за прошлые годы. Так что не соглашайтесь на перенос предоставления документов на завтра или послезавтра по причине необходимости длительного времени на их поиск.

Попрощавшись с Григоровичем, оперативники ушли.

На следующий день Дейнеко с Бариновым доложили Зуеву, начальнику отдела, о состоявшейся беседе с бухгалтером «СНК».

— Готовьте запрос, я подпишу у заместителя начальника управления, все же крупная нефтяная компания.

Оперативники подготовили письмо и передали начальнику отдела. При этом договорились с компетентным бухгалтером, находившимся на пенсии, о принятии участия в бухгалтерской экспертизе. В то время в соответствии с указом президента России от 14 июня 1994 года сотрудники правоохранительных органов до возбуждения уголовного дела имели право проводить экспертизу или предварительную проверку финансово-экономической деятельности коммерческих структур. Этот указ просуществовал четыре года.

Прошло два дня. Зуев, зайдя в кабинет к Дейнеко и Баринову, сказал:

— Сейчас пока нефтяной компанией не занимайтесь. Надо подумать, как лучше все обставить. Запрос находится на подписи у замначальника управления. Как подпишет, тогда и приступите к работе.

В этот день Дейнеко позвонил бухгалтер и спросил:

— Игорь Иванович, вы когда собираетесь приехать с письмом за документами?

— Скорее всего на следующей неделе, сейчас много срочной работы.

— Смотрите, опоздаете. Их могут «случайно» потерять, а восстанавливать через таможню и налоговую службу весьма проблематично. Там мы их будем долго искать. Тем более что перед годовым отчетом главный бухгалтер может почистить финансовые документы.

О состоявшемся разговоре с бухгалтером оперативники сообщили Зуеву:

— Нефтяную компанию оставьте в покое, есть дела поважнее, — сказал он.

— Николай Павлович, а как обстоят дела с подписанием запроса? И что сказать бухгалтеру «СНК»? — спросил Игорь.

— Повторяю, нефтяной компанией мы пока не будем заниматься, поскольку потребуется проведение бухгалтерской экспертизы, а это хлопотное мероприятие, и неизвестно, что из него получится.

По наивности оперативники поначалу слова начальника отдела приняли за чистую монету. Однако впоследствии стало известно, что, когда Зуев принес заместителю начальника управления на подпись запрос, он, выяснив суть дела, не стал его подписывать. При этом спросил:

— Есть ли у вас какие-либо копии финансовых документов?

— Нет. Только полученная информация от бухгалтера.

— Как его фамилия?

— Григорьев или Григорович. Точно не помню. Я уточню.

— Зайди через пару дней.

Ни через два дня и даже ни через четыре запрос так и не был подписан. Оперативники недоумевали. «Выявлены явные признаки злоупотреблений, причиняющих значительный ущерб государству, а руководство не принимает никаких мер. Может, действительно пришлось бы проводить длительную бухгалтерскую проверку с неизвестным результатом», — рассуждали они.

Однако их сомнение рассеялось, когда Баринов увидел Зуева, выходившего из кабинета заместителя начальника УВД вместе с шефом безопасности «СНК», который раньше возглавлял ОБЭП Юго-Западного округа. По мнению оперативников, их шеф и заместитель руководителя управления за столь значимую услугу нефтяной компании получили вознаграждение не менее 250 тысяч долларов. Месяц спустя Зуева видели за рулем дорогостоящего внедорожника. Бухгалтера к тому времени уволили, а компания, имея таких покровителей в органах внутренних дел, продолжила спокойно работать в том же духе.

Со временем изменились законы, а вместе с ними и способы совершаемых преступлений в сфере экономики. Дейнеко и Баринов уже работали в УЭБ города Москвы. Однажды Игорь получил оперативную информацию о том, что ООО «Лама» при содействии коммерческого банка через ряд зарегистрированных на подставных лиц однодневных структур занимается обналичиванием денежных средств. Для ее проверки были проведены оперативно-технические мероприятия, в процессе которых установили основных фигурантов и их связи.

В ходе осмотра офиса «Ламы» оперативники обнаружили полный «джентльменский набор» мошенников, включающий поддельные договоры, полный целлофановый пакет печатей коммерческих структур, копии учредительных документов, доверенности от физических лиц, копии паспортов. Вместе с этим изъяли финансовые документы различных организаций, жесткие диски с компьютеров. При проверке документов и опросе работников установили целый ряд правонарушений в сфере экономической деятельности, в том числе незаконную банковскую деятельность, уклонение от уплаты налогов.

Через два дня, когда Дейнеко с Бариновым пришли в офис коммерческой структуры для уточнения выявленной информации, генеральный директор пригласил их в свой кабинет.

— Ребята, может, решим нашу проблему без возбуждения уголовного дела? — обратился он к оперативникам.

— Интересно, и как вы себе это представляете? — спросил, улыбнувшись Глеб.

— Предлагаю закрыть вопрос за пять миллионов рублей. Вы возвращаете документы, жесткие диски и оставляете нас в покое, а мы продолжаем работать.

— То есть обналичивать деньги и заниматься мошенничеством? — уточнил Дейнеко.

— Сейчас все так делают.

— Может, все, но мы об этом не знаем, — сказал Игорь.

— Короче говоря, ждем вас завтра с бухгалтером у себя в управлении, — вмешался в разговор Глеб.

— Не вы, так другие решат данную проблему, но уже, как вы сами понимаете, без вас.

— Может, вы знаете, кто ее будет решать? — спросил Баринов.

— Пока не знаю.

Закончив проверку, оперативники ушли. О состоявшемся разговоре с директором «Ламы» доложили начальнику отдела Кузнецову. На что он сказал:

— Предложение, конечно, заманчивое, однако держать у себя под боком мину замедленного действия, которая может в любое время сработать, весьма опасно. Я уже договорился со Следственным комитетом, завтра приедет следователь для возбуждения уголовного дела. Надо их задерживать. Подумайте, может, взять директора на даче взятки?

Когда они вышли от начальника отдела, Глеб спросил:

— Игорь, ты не знаешь, что со Степанычем случилось? Для злодеев наказания жаждет. Раньше такого за ним не водилось.

— Стареет шеф.

Однако некоторые сотрудники подразделений экономической безопасности и противодействию коррупции нередко поступают вопреки служебной этике и здравому смыслу.

Работники уголовного розыска, наделенные должностными полномочиями, располагают возможностями по оказанию содействия преступным формированиям в решении каких-либо вопросов, как правило, не касающихся экономической деятельности. В начальный период их участие в основном сводилось к урегулированию проблем общеуголовного характера, возникавших у членов группировок в случае проведения расследований по уголовным делам либо при совершении административных правонарушений. Иногда отдельные сотрудники принимали участие в организации убийств коммерсантов, криминальных разборках. В отдельных случаях сами возглавляли преступные структуры.

Так произошло в одном из подразделений органов внутренних дел Забайкальского края. Начальник отдела уголовного розыска организовал и возглавил преступное формирование, которое занималось кражей скота. В его состав, кроме гражданских лиц, входили и его подчиненные. Он распределял роли и деньги, добытые незаконным путем. Наказывал провинившихся и щедро одаривал отличившихся. Сыщики участвовали во всей преступной цепочке. Начиная от похищения до сбыта краденого скота. Для его перевозки зачастую использовали служебный автотранспорт.

Сотрудники уголовного розыска из корыстных побуждений порой принимают участие в решении проблемных вопросов как в интересах преступных формирований, так и коммерческих структур. Приведенный ниже пример является характерным для второго варианта.

Генеральный директор ООО «Каспий» Умар Магомедов арендовал несколько помещений в одной из крупных московских картинных галерей. Как часто бывает в подобных случаях, в течение первых месяцев коммерсанты занимались своей деятельностью и деньги за аренду платили вовремя. Но спустя какое-то время начались задержки по уплате аренды, а потом стали вмешиваться в хозяйственную деятельность галереи.

Спустя какое-то время Магомедов предложил директору галереи Яблоницкому повысить арендную плату для организаций, устраивавших различные выставки, и заключить с «Каспием» договор на оказание услуг по обеспечению проведения таких мероприятий с ежемесячной оплатой в двадцать семь тысяч долларов. Администрация отказалась от такой затеи и попросила погасить образовавшуюся задолженность и в течение месяца освободить помещения. Однако ни через месяц, ни через три коммерсанты никуда не выехали и деньги за аренду по-прежнему не платили. Несмотря на имевшийся долг более чем за полгода, Магомедов отказывался покидать помещения и даже стал угрожать директору физической расправой, если тот будет настаивать на своих требованиях.

Посовещавшись со своими коллегами, Яблоницкий решил обратиться за помощью в территориальный ОВД, чтобы сотрудники милиции приняли меры к назойливым клиентам. Старший лейтенант из уголовного розыска, выслушав доводы директора галереи, сказал:

— Георгий Аркадьевич, неуплата арендной платы — это вопросы гражданско-правового характера, и вам необходимо обращаться в суд. По поводу угроз, то здесь нужна доказательная база, а не слова. Постарайтесь сделать диктофонную запись разговора с угрозами. Она послужит основанием для проведения оперативных мероприятий. — На этом встреча закончилась.

Знакомый Яблоницкого посоветовал обратиться со своей проблемой к его приятелю, сотруднику ФСБ по Центральному округу города Москвы, и дал номер телефона. На следующий день директор галереи позвонил Смагину, и они договорились о встрече на нейтральной территории, в кафе рядом с летним выставочным залом. При встрече директор рассказал о сложившейся ситуации с арендаторами и попросил помощи для решения вопроса не только личного характера, но и возникшей проблемы у общественной организации художников. Сотрудник ФСБ выслушал его и сказал:

— Георгий Аркадьевич, я вам советую, не ходите один по улице и постарайтесь не ездить на общественном транспорте.

— Как же я тогда буду добираться на работу, если у меня нет машины?

— Это уже ваша проблема. Я вас предостерег от возможных неприятностей, а вы решайте сами, как поступить.

— Спасибо за совет. Я им обязательно воспользуюсь.

Попрощавшись, чекист ушел. Яблоницкий в растрепанных чувствах от услышанных советов сотрудника некогда могущественной организации еще долго сидел в кафе, переваривая сказанное. Разочаровавшись во всей правоохранительной системе, он поделился своими впечатлениями с начальником службы безопасности галереи Рысиным. Тот предложил обратиться к его давнему знакомому Андрею Коняхину, оперативнику московского уголовного розыска. У него выбора не оставалось, как только воспользоваться его советом.

На следующий день начальник службы безопасности позвонил Андрею, в общих чертах обрисовал картину о затянувшейся проблеме и пригласил его в галерею. Спустя два дня Коняхин приехал. Его встретил Рысин и провел через холл, в котором располагались помещения, арендованные «Каспием». На дверях по-прежнему висели таблички с названием фирмы. Войдя в кабинет к директору галереи, он представился:

— Коняхин из МУРа.

— Яблоницкий, директор картинной галереи, а это мой заместитель Валерий Николаевич Березкин.

— Я в курсе ваших проблем. Скажите, а как они ведут себя в последнее время?

— Вчера вечером к нам заходил Магомедов с помощником депутата Госдумы и предлагал организовать в Объединенных Арабских Эмиратах выставку картин, но мы отказались. Они были недовольны нашим решением. В разговоре опять проскальзывали прозрачные намеки на угрозы, — сказал директор.

— Два дня назад заплатили часть имевшейся задолженности по аренде, остались неоплаченными только три месяца. Мне кажется, теперь они от нас никогда не отстанут, — вмешался в разговор заместитель директора.

— Андрей Геннадьевич, один ваш коллега предложил мне записать на диктофон разговор с угрозами, другой — посоветовал не ездить на общественном транспорте, а вы, наверное, порекомендуете на работу не ходить? — с нотками грустной иронии в голосе сказал Яблоницкий.

— Кто вам дал такие профессиональные советы? — поинтересовался Коняхин.

— Один из вашей конторы, второй — из смежной.

— Из смежной ребята могут дать дельные советы.

— Если сможете, помогите избавиться от порядком надоевших арендаторов. Мы будем весьма благодарны, — сказал Березкин.

— Дайте мне номер телефона директора ООО «Каспий» и договор аренды. Попробую что-нибудь сделать.

Андрей взял копию договора аренды и, попрощавшись, ушел. На следующий день он позвонил в коммерческую структуру «Каспий».

— Здравствуйте. Мне нужен директор ООО «Каспий» Умар Магомедов.

— Да, я вас слушаю.

— Старший оперуполномоченный управления МУРа Коняхин. Завтра в одиннадцать часов я жду вас в управлении, на Петровке, 38, кабинет 512.

— Скажите, что случилось?

— Ничего не случилось. Мне нужно с вами поговорить. Возьмите паспорт и приезжайте.

— Так что вас интересует?

— При встрече все объясню. Пропуск на вас будет заказан. До свидания.

На следующий день в кабинет 512 зашел молодой, энергичный человек и обратился к присутствовавшим:

— Мне нужен Коняхин, он меня вызывал.

— Вы кто? — спросил Андрей.

— Умар Магомедов, директор ООО «Каспий».

— Проходите. Присаживайтесь.

Он вальяжно подошел к стоящему стулу и сел. На столе у оперативника лежал договор аренды помещений «Каспия» в художественной галерее так, чтобы сидящий возле стола мог его видеть.

— Не пойму, что случилось?

— Умар, на вас поступило заявление, что вы угрожали директору галереи физической расправой. Отрицать бесполезно, у нас есть диктофонная запись, а это уже уголовная статья.

— Реально ему никто не угрожал. Хотели просто немножко поговорить.

— Так поговорили, что человек на работу боится ездить. И потом, почему в течение шести месяцев не платите за аренду помещений не какой-то коммерческой структуре, а общественной организации художников?

— Мы уже почти все заплатили.

— Руководство галереи вам неоднократно предлагало освободить незаконно занимаемые помещения. Вы до сих пор этого не сделали. В чем причина, не пойму?

Напарник почувствовал, что Магомедов в его присутствии не решается на откровенность, вышел из кабинета. Когда они остались вдвоем, он сказал:

— Послушай, Андрей Геннадьевич, там можно каждый месяц иметь до тридцати тысяч долларов. Давай вместе займемся? Я знаю, что нужно делать. Осталось только уговорить директора галереи. У тебя это получится.

— Умар, ты, наверное, меня не понял? Даю тебе два дня, чтобы ваша контора освободила помещения. Или мы начнем проверку всей ее деятельности с начала регистрации. Тебе все ясно?

— Ясно, ясно. Зачем кричишь?

— Я не кричу, у меня голос такой.

В это время в кабинет вошел капитан и с подозрением посмотрел на Магомедова, сидевшего напротив Андрея, опершись на стол руками.

— Все в порядке? Помощь не нужна? — спросил он.

— Нет, не нужна. Кажется, мы уже во всем разобрались.

Коняхин отметил пропуск и отдал его Умару. Тот молча взял и, не скрывая раздражения, не попрощавшись, вышел из кабинета.

— Ну и клиенты у тебя сегодня, Андрей! Если учесть, что день только начался, один другого круче. Где ты их только берешь? — с улыбкой спросил напарник.

— Можно подумать, у тебя они лучше?

— Ты знаешь, лучше. От них хотя бы знаешь, чего ожидать.

На следующий день, во второй половине дня, позвонил Яблоницкий:

— Андрей Геннадьевич, случайно не знаете, что произошло с нашим «Каспием»?

— Опять угрожают?

— Слава Богу, нет. Сегодня утром они в спешном порядке собрали свои вещи, компьютеры, мебель, отдали ключи охране и покинули здание галереи. Сдается, их кто-то сильно напугал.

— Может, и напугал. Только вряд ли, по всей вероятности, проявили благоразумие.

— Вы можете завтра во второй половине дня подъехать к нам? Надо поговорить.

— Хорошо.

Вечером Андрей приехал в художественную галерею и зашел к директору. У него в это время находился Березкин. Поздоровавшись, директор сказал:

— Андрей Геннадьевич, организация под названием «Каспий» более года третировала нас. Не платили за аренду помещений, предлагали всякие сомнительные проекты, а когда им отказали, посыпались угрозы. Никто не мог помочь решить эту проблему, а вы за два дня смогли ее разрулить. Мы за это вам весьма благодарны. Вот ваш гонорар, — и он протянул конверт, в котором находилось пять тысяч долларов.

Андрей не стал отказываться и взял его.

— У вас есть мой номер телефона, звоните, если что, — попрощавшись, вышел из кабинета.

Этот случай, конечно, не типичный для того времени. Здесь сотрудник уголовного розыска оказал помощь не преступной группировке, как часто бывает, а наоборот. Помог законопослушной общественной организации решить проблему с лицами, пытавшимися втянуть ее в сомнительные аферы. Хотя должен был это сделать бескорыстно. Независимо от объекта, в интересах которого порой действуют оперативники, способы решения вопросов остаются аналогичными. Чаще всего нерадивые работники как раз поступают вопреки служебной этике ради достижения корыстных целей.

В Курске начальник уголовного розыска линейного отдела МВД России на транспорте Парфенов со своими подчиненными прикрывал группировку, занимавшуюся хищениями нефтепродуктов из железнодорожных цистерн на товарной станции города. Хищения совершались с участием работников железной дороги следующим образом.

Цистерны, в которых перевозились нефтепродукты для реализации на внутреннем рынке, по возможности загонялись на резервный путь. Там из некоторых емкостей в определенном количестве откачивали нефтепродукты в бензовозы. В среднем объем хищений составлял от 10 до 50 тонн в месяц. Поскольку железнодорожный состав от завода-изготовителя до потребителя проходил сотни километров и останавливался на многих станциях, установить место хищения было весьма сложно. Бензин, солярку и иные нефтепродукты участники группировки доставляли на подконтрольные им городские автозаправки. Там разбавляли высокооктановый бензин менее качественным и реализовывали по высокой цене.

Парфенов со своими сотрудниками на протяжении более трех лет способствовали совершению хищений на транспорте, за что ежемесячно получали деньги от лидера группировки. В ходе реализации оперативной разработки участники преступлений были задержаны на территории железнодорожной станции в момент перекачивания бензина из цистерн в бензовоз. В процессе следствия выяснилось, что начальник отдела с оперативниками прикрывали в Курске не только расхитителей нефтепродуктов, но и проституцию, а также подпольный игорный бизнес.

Коррумпированность среди следователей вызвана прежде всего важностью возложенных на них полномочий в процессе производства предварительного следствия по уголовным делам, так как от них во многом зависит степень расследования преступной деятельности, которая в конечном счете влияет на применение санкций за содеянное.

По материалам проверки ГУОП МВД о незаконной деятельности коммерческой структуры «Эльбрус», созданной выходцами из Северного Кавказа, следственное управление возбудило уголовное дело. Расследованием занимался майор юстиции Андрей Абрамов.

В процессе расследования выявили целый букет организованных правонарушений, таких как отмывание денежных средств, полученных с помощью фальшивых авизо, мошенничество при получении кредитов, в том числе государственных, торговля контрафактными спиртными напитками, уход от уплаты налогов. Данная структура налоги платила самые минимальные, в основном по заключенным договорам при перечислении безналичных денежных средств. С целью уклонения от их уплаты составлялись различного рода фиктивные документы, в налоговую службу направлялась недостоверная информация либо вообще не предоставлялась.

В ходе следствия установили ряд коммерческих структур, на которые предприятием «Эльбрус» перечислялись денежные средства за якобы выполненную работу. Однако на самом деле таким образом размывались полученные кредиты. В результате проведения оперативных мероприятий с сотрудниками Северной Осетии обнаружили завод, изготовлявший контрафактные спиртные напитки. Генеральный директор Ходжоев, его заместитель и ряд других активных участников были арестованы.

Следователь Абрамов изъял из банков платежные документы, по которым работники «Эльбруса» перечисляли на счета коммерческих структур денежные средства от незаконных сделок. Оперативники вместе со следователем в течение четырех месяцев разбирали целую гору изъятых документов. Чтобы ускорить работу, руководство девятого отдела главка для сотрудников устроило субботник. В ходе предварительного следствия удалось выявить практически всю преступную цепочку, в которой принимали участие различные коммерческие структуры.

В процессе расследования уголовного дела к следователю постоянно приходили родственники арестованных, руководители крупных в городе организаций с просьбами освободить их из-под стражи и по возможности переквалифицировать деяния на статьи, предусматривающие менее суровые наказания. Приносили письма от известных в стране граждан об изменении меры пресечения. Однако Абрамов продолжал досконально собирать доказательства виновности подозреваемых, устанавливая новые эпизоды. Спустя некоторое время он все же на чем-то сломался. Скорее всего на предложении, от которого не смог отказаться.

В канун Нового года по ходатайству следователя Мосгорсуд заменил Ходжоеву содержание под стражей на подписку о невыезде. О принятом решении он не счел нужным сообщать оперативникам. Поэтому подследственный остался без оперативного прикрытия. Спустя двое суток инициатор оперативной разработки получил информацию о том, что Ходжоев вечером в 17 часов 30 минут собирается вылететь в Грозный и уже взял билет по чужому паспорту. До вылета самолета из аэропорта Домодедово оставалось менее двух часов. Прибыть в аэропорт до объявления посадки на рейс оперативники не успевали. Тем не менее Павловский с двумя сотрудниками на машине, оборудованной спецсигналами, выехали в аэропорт. Когда до вылета оставалось всего сорок минут, он понял, что не успевают, и позвонил Нещадимову:

— Михалыч, до Домодедово нам еще ехать минут двадцать — двадцать пять. Свяжись с руководством милиции аэропорта и попроси, чтобы они под каким-либо благовидным предлогом задержали посадку в самолет.

Нещадимов позвонил заместителю начальника ОВД по оперативной работе, вкратце объяснил создавшуюся ситуацию.

— Хорошо. Сейчас что-нибудь придумаем, если только на этот рейс не началась посадка. — Через пятнадцать минут он перезвонил. — По аэропорту объявили, что по техническим причинам в секторе «В» произошел сбой подачи электричества. Посадка в самолеты через сектор временно откладывается. У вас есть не более сорока минут. Около табло вылета внутренних рейсов вас встретит наш сотрудник. В руке он будет держать журнал. В случае необходимости окажет помощь при задержании объекта. Успеете?

— Спасибо. Постараемся.

Нещадимов передал информацию Павловскому. Через двадцать минут оперативники главка подъехали к аэропорту и направились к условленному месту, где их ждал работник уголовного розыска. Встретившись с ним, они зашли в зал ожидания сектора «В», в котором в это время царил полумрак. Светились только аварийные лампы, но людей в зале было много. Другие секторы и терминалы работали в штатном режиме.

Не привлекая внимания, оперативники стали незаметно осматривать пассажиров, ожидавших вылета самолетов, но своего клиента не обнаружили. Прошло почти полчаса, в распоряжении оставалось не более десяти минут. В это время их внимание привлекла группа из восьми-девяти молодых людей, стоявшая в конце зала возле окон, в центре которой находился и разыскиваемый Хо джоев.

Проводить задержание в зале ожидания было бессмысленно, он мог сказать, что провожает своих друзей. Решили брать его возле трапа самолета, тогда намерения покинуть пределы Москвы, тем более по билету, приобретенному по чужому паспорту, могли стать очевидными. Поэтому стали ждать объявления на посадку.

В тот момент, когда до подачи электричества оставалось не более пяти минут, Ходжоев со своими земляками вдруг засуетились и устремились к центральному выходу. К удивлению оперативников, вся группа направилась к парковке и стала садиться в ожидавшие их машины. Сотрудники милиции тоже сели в свою «Волгу» и убрали с крыши мигалку. Три джипа, покинув паркинг, выехали на трассу, ведущую в сторону Москвы. Сотрудники главка около двух километров следовали за ними на некотором удалении до самого поста ДПС. Проехав его, иномарки стали резко набирать скорость, вести преследование было бесполезно, и они сразу же отказались от этой затеи, несмотря на рвение водителя следовать за ними.

Причиной внезапного отказа подследственного от поездки в Грозный, как потом выяснилось, послужило подозрение, возникшее у провожавшей его компании. Связано оно было с неожиданным задержанием вылета рейса по причине внезапного отключения света именно в том терминале, через который должна осуществляться посадка в самолет. Спустя три недели следователь после ознакомления с оперативными материалами о нарушении Ходжоевым условий содержания под подпиской о невыезде все же вынес постановление об изменении меры пресечения на арест.

Тем не менее Абрамов неожиданно стал как-то пассивно вести расследование, многие легализованные оперативные материалы оставались без внимания. По ним следственные действия осуществлялись с опозданием. Под различными предлогами отказывался от проведения повторных допросов подозреваемых и свидетелей по вновь открывшимся обстоятельствам. Уголовное дело начал дробить на отдельные самостоятельные эпизоды, устраняя признаки организованности, являющиеся отягчающими вину обстоятельствами. Это давало возможность осуществлять переквалификацию деяний, совершенных участниками группировки, на менее тяжкие.

Возмущения со стороны начальника девятого отдела и оперативников не имели никакого воздействия. Пытались на него влиять через руководство следственного управления, но тоже ничего не вышло. Видимо, они также были заинтересованы в «развале» дела. В сложившейся ситуации весьма примечательным было то, что после направления уголовного дела в суд через месяц Абрамов уволился из органов. И это еще не все. Спустя месяц его назначили на должность заместителя председателя правления по безопасности одного из крупных банков, председателем которого являлся родственник Ходжоева. Через этот банк в основном осуществлялись финансовые платежи коммерческой деятельности предприятия «Эльбрус».

В результате судебного разбирательства, благодаря продажному следователю, основной фигурант вместо заслуженных десяти-двенадцати лет получил минимальный срок лишения свободы — всего три с половиной года. Его заместитель и главный бухгалтер были приговорены к трем и двум с половиной годам с отбыванием срока в колонии общего режима. Остальные участники группировки также «заработали» минимальные сроки ограничения свободы.

В 28 % из числа изученных дел прикрытие преступной деятельности осуществляли работники органов прокуратуры. В основном этим грешат прокуроры и заместители. Большая доля их участия в неблаговидной миссии во многом объясняется степенью важности выполняемых функций, возложенных на прокуроров, на любой стадии уголовного процесса, а также в ходе надзора за соблюдением законов. Начиная со стадии возбуждения уголовных дел и до участия в рассмотрении дел судами.

Выбрав свободное время, Афонин с Тищенко из ГУБОП договорились о встрече с руководством железнодорожной прокуратуры, но, когда приехали к ним, их кабинеты оказались закрытыми. Оперативников интересовал Баскаков, помощник прокурора, курировавший таможню, которого, как всегда, не было на рабочем месте. Они решили выяснить ряд интересующих их вопросов у других сотрудников. Тищенко, увидев табличку «Помощник прокурора Ольга Ивановна Царева», предложил напарнику зайти к ней.

— Слава, давай поищем работника прокуратуры с более скромной фамилией, — разглядывая другие трафареты, предложил Владимир. — Судя по фамилии, эта дама наверняка крутого прокурорского нрава и к сотрудникам МВД относится со всей строгостью революционного времени.

— Может, все же рискнем? Ведь ты не зря раньше работал в городе, являющемся колыбелью революции.

— Ну, если так, давай попробуем.

На том и порешили. Когда вошли в кабинет, то вместо сурового прокурорского чиновника за компьютером увидели молодую симпатичную девушку. Поздоровавшись, Афонин на всякий случай поинтересовался:

— Нам нужен помощник прокурора Царева Ольга Ивановна.

— Я вас слушаю.

— Мы из ГУОП МВД. Скажите, а где ваше руководство и помощник Тимур Баскаков? — спросил он.

— Прокурор с заместителем уехали на совещание в Генеральную прокуратуру, а Баскаков здесь редко появляется, он постоянно занят неотложными надзорными делами. Скорее, его можно встретить на курируемых им таможенных постах, чем в кабинете.

— Ольга Ивановна, у нас есть подозрение, что он на этих постах занимается не совсем благовидными делами. Мы как раз по этому вопросу и пришли к прокурору Да вот незадача, нет его на месте, да и помощника тоже, — сказал Тищенко.

— Это мягко сказано, не совсем благовидными делами. Он не очень и скрывает свою миссию в таможне. Здесь появляется от случая к случаю.

— Ольга Ивановна, вот вы и другие знаете, что у вас в прокуратуре помощник фактически злоупотребляет служебным положением, редко ходит на работу. В этом мы сами убеждались, и причем не один раз, а нагрузка по работе наверняка увеличивается для других сотрудников. В то же время руководство прокуратуры на все закрывает газа. Спрашивается, зачем нужен такой помощник? Давно бы сдали его кому следует, — сказал Афонин.

— Мы бы его, как вы говорите, «сдали», и причем с удовольствием, да вот беда — никто не берет.

— В таком случае мы постараемся его взять, — улыбнувшись, сказал Тищенко.

— Берите на здоровье, может, и нам проще станет, — сказала помощник прокурора.

Попрощавшись, оперативники ушли.

Следователям Следственного комитета России и сотрудникам ФСБ в процессе расследования организованных преступлений, в которых принимали участие прокуроры различных уровней, приходилось самим преодолевать беспрецедентное противодействие со стороны органов прокуратуры.

Предприниматель Московской области Неверов, имевший связи с криминалитетом, открыл в подмосковных городах ряд казино и ресторанов. После запрета игорного бизнеса в 2009 году он вместе со своими соучастниками при содействии работников прокуратуры области организовал целую сеть подпольных казино. Нелегальные игорные заведения функционировали в пятнадцати городах. Руководители подмосковных органов прокуратуры, по сути, стали управлять казино, созданными с местными уголовниками и сотрудниками из Главного управления МВД России по Московской области. Осуществляли прикрытие незаконных игорных заведений.

Прокурорская «крыша» имела трехуровневую структуру. На первой ступени располагались по меньшей мере шесть прокуроров из подмосковных городов, на территориях которых находились игорные залы. В состав среднего звена входили прокурор Московской области, его заместитель и начальник одного из управлений. Также на этом уровне располагались коррумпированные сотрудники ГУ МВД области. В частности, начальник отдела специальных технических мероприятий и его заместитель, а также оперативник отдела по борьбе с экономическими преступлениями. К деятельности группировки также был причастен и начальник главка. На верхнем уровне созданной пирамиды располагались три начальника главных управлений Генеральной прокуратуры России, прикрывавшие незаконную деятельность сотрудников городских органов ведомства, в их состав также входил и родственник генерального прокурора.

На основании полученных материалов ФСБ в ходе оперативной разработки в отношении ряда подмосковных прокуроров и некоторых сотрудников ГУВД Московской области Следственный комитет возбудил уголовное дело. Организатора сети подпольных казино Неверова задержали с двумя соучастниками. Следователи совместно с оперативниками ФСБ начали проводить расследование. Однако Генеральная прокуратура стала оказывать на них давление. В тот же день заместитель генерального прокурора отменил постановление о возбуждении дела. После чего Следственный комитет возбудил новое уголовное производство в отношении Неверова, обвинив его в мошенничестве.

В процессе расследования арестовали нескольких прокуроров и сотрудников органов внутренних дел области. Другие высокопоставленные работники прокуратуры, принимавшие участие в преступлениях, были уволены или переведены на другое место службы. Подпольные игорные заведения закрыли. В связи с оказываемым давлением на следствие со стороны Генеральной прокуратуры сроки расследования затягивались. Спустя три года генеральный прокурор потребовал заканчивать это дело. В общей сложности следствие продолжалось более шести лет. В результате основным фигурантам преступлений удалось избежать заслуженного наказания.

В меньшей степени коррумпированность рассматриваемого уровня проявлялась среди судей и работников федеральных органов государственной безопасности, поскольку уголовные дела, по которым проходили высокопоставленные должностные лица, редко рассматривались районными и городским (без районного деления) судами. Что касается незначительного участия сотрудников государственной безопасности в прикрытии организованной преступной деятельности, то оно во многом зависит от степени выполняемых ими функций на данном уровне.

Опасность получения и дачи взятки судьям обусловлена тем, что они достаточно часто сочетаются с тяжкими и особо тяжкими преступлениями, совершаемыми организованными формированиями. Такими как убийство, разбой, легализация денежных средств, мошенничество, незаконное приобретение оружия, торговля наркотиками. Статус неприкосновенности дает судьям возможность уходить от ответственности. Ни один из государственных органов не имеет права на проведение личного досмотра и обыска судьи, а до середины 1990-х годов — и осуществления оперативно-розыскных мероприятий без возбужденного уголовного дела. Исключительное положение, по сути дела, давало им уверенность в своей безнаказанности. Впоследствии внесенные в законодательство изменения существенно не повлияли на сложившуюся негативную тенденцию.

В Новгороде был задержан лидер преступного формирования по обвинению в бандитизме и покушении на убийство. Адвокат подал ходатайство об изменении подзащитному меры пресечения в связи с ухудшением здоровья клиента. Судья городского суда проявила неслыханную заботу о заболевшем бандите и выпустила его на свободу под подписку о невыезде. Освободившись, лидер группировки пустился в бега. Чтобы вновь его задержать, оперативникам пришлось проводить целую операцию, в результате которой бандита задержали через три месяца в Санкт-Петербурге. Квалификационная коллегия судей пришла к выводу, что решение судьи было не ошибкой, а умышленным нарушением законодательства. Спустя некоторое время ее отстранили от должности.

Зачастую участие представителей местных органов государственной власти и управления (в настоящее время — органы местного самоуправления) в преступлениях является одним из основополагающих признаков организованности совершаемых деяний. Через год, после приостановления деятельности коммунистической партии РСФСР, в отношении работников местных органов власти, имевших связи с организованными формированиями, было возбуждено более 40 уголовных дел.

Кроме коррумпированных работников правоохранительных органов, прикрытие противоправной деятельности осуществляют отдельные должностные лица государственных налоговых инспекций. За взятки они не только скрывают выявленные экономические правонарушения, но и за определенную плату консультируют недобросовестных предпринимателей о способах уклонения от налогов и сборов.

Следующий по значимости третий уровень связей организованных сообществ — это корыстолюбивые служащие органов государственной власти краевого, областного, автономного уровней (по отношению к России с 1993 года, после принятия новой Конституции — органы законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации), которые участвуют в преступной деятельности в различных качествах. Для их установления готовится необходимая почва в целях создания и развития сети неформальных отношений, необходимых при решении конкретных вопросов. Постоянное их возобновление ведет к созданию нерегламентированных структур в сфере экономической деятельности.

Характеристика таких отношений двоякая. Во-первых, их возникновение вызвано объективной необходимостью развития экономики, поддержания нормального функционирования предприятий. Во-вторых, складываясь стихийно и опираясь не только на официальное регулирование, но и на личные отношения, подобные связи создают благоприятные условия для совершения организованных правонарушений.

В качестве участников преступлений должностные лица исполнительных и распорядительных органов власти проходили по 55 % изученных дел. Из них наибольшее количество — 72 % работников, являлись руководителями структурных подразделений автономного, краевого и областного уровня. В том числе 11 % выступали в роли лидеров преступных сообществ.

Коррупционные связи в большинстве своем носили отраслевой характер. Располагая контрольно-ревизионной службой, эта категория чиновников имела реальные возможности прикрытия преступлений, совершаемых на предприятиях курируемого сектора экономики, а также оказания воздействия на их руководителей с целью получения взяток. На руководящие и материально-ответственные должности в государственные учреждения, предприятия, организации за вознаграждение назначались «нужные» люди.

В коррупционных схемах также участвовали главы органов исполнительной власти указанного уровня. Из всего количества рассмотренных дел по 10 % проходила эта категория государственных служащих, в 4 % случаев они выполняли роль лидеров группировок. Незначительная доля участия руководителей администраций в группировках, в то время когда в более чем в половине выявленных преступлений были задействованы другие чиновники, свидетельствует о том, что они в основном используются для решения важных вопросов, связанных с достижением преступных замыслов, не будучи включенными в их состав. За взятки выполняют определенную работу в пределах своих официальных функций, не нарушая правовые нормы. Порой даже не знают о своей роли в общей криминальной структуре.

Если лидером группировки является глава субъекта Российской Федерации, то она, как правило, имеет межотраслевой, межрегиональный, а зачастую и международный характер. Данное положение объясняется наличием у них властно-распорядительных полномочий и соответствующих связей в сфере экономики.

Подобного рода структура до недавнего времени действовала в Сахалинской области, где губернатор организовал группировку, в состав которой входили заместитель председателя правительства области, советник губернатора, министр сельского хозяйства, торговли и продовольствия, другие чиновники областного уровня.

На протяжении более шести лет высокопоставленные должностные лица осуществляли покровительство коммерческим организациям, действующим в сфере рыболовства, сельского хозяйства, транспортного обеспечения и строительства. Глава области с участниками группировки, курирующими различные сектора экономики, оказывали содействие предпринимателям в получении выгодных заказов, предоставлении мер государственной поддержки, а также совершали иные действия, входившие в их полномочия, в интересах коммерческих организаций.

В одном из эпизодов губернатор и его сообщники получили от частного юридического лица за государственный заказ на строительство дорог в Сахалинской области в качестве взяток 85 миллионов рублей, что составило 6 % от суммы госконтракта. В другом случае предприниматель, осуществлявший строительство учебного заведения в Южно-Сахалинске на бюджетные средства, передал соучастникам группировки в качестве взяток 10 % от суммы выделенных средств. Общий размер по двум эпизодам составил 125 миллионов рублей. Еще одному бизнесмену чиновники за взятку гарантировали поддержку областной администрации в получении предусмотренных законом субсидий на строительство животноводческого комплекса.

За организацию преступного формирования и совершенные правонарушения глава Сахалинской области был задержан в своем рабочем кабинете сотрудниками центрального аппарата ФСБ. В ходе обыска оперативники изъяли по месту жительства один миллиард рублей наличными. Обыски прошли также в московской квартире и на его даче, где, помимо денег, изъяли более 800 ювелирных изделий, в том числе ручку стоимостью 36 миллионов рублей. Губернатор и трое соучастников обвинялись в получении взяток на 522 миллиона рублей. По уголовному делу арестовано имущество главы Сахалинской области на сумму более чем полтора миллиарда рублей. По решению суда его передали в пользу государства.

Прикрытие преступной деятельности на этом уровне осуществляют коррумпированные должностные работники автономных, краевых и областных правоохранительных органов. Проведенный анализ реализованных уголовных и оперативных дел в отношении преступных формирований свидетельствует, что в 30 % такие функции выполняли работники прокуратуры.

Чаще всего их действия выражались в форме отказа в возбуждении уголовных дел в отношении коррумпированных работников органов власти и управления, затягивания сроков проведения предварительного следствия с целью последующего его прекращения по амнистии либо другим реабилитирующим основаниям, а также отказа в санкционировании ареста, обыска, переквалификации деяния на менее тяжкое с последующим прекращением уголовного дела. В начале 2000-х годов часть функций из органов прокуратуры передана в Следственный комитет России и суды.

Судьи этого уровня участвовали в принятии мер в интересах членов организованных группировок в 14 % указанных дел. За взятки они оказывали содействие подсудимым в уклонении от справедливого наказания. В основном такими субъектами являлись высокопоставленные работники органов власти и управления. В суде порой не находят своего подтверждения даже самые веские доказательства виновности, если на скамье подсудимых находятся упомянутые лица.

Участие сотрудников различных служб органов внутренних дел этого уровня в прикрытии организованных сообществ по изученным материалам составляло 12 %. Коррумпированность среди сотрудников управлений безопасности была меньше.

В последнее время коррупция в судах приобрела масштабный характер и фактически подорвала доверие к российскому правосудию. Работа судей порой напоминает деятельность коммерческих структур, что приводит к массовым нарушениям прав и свобод граждан, на охране которых в первую очередь должна стоять судебная власть. Служители Фемиды берут взятки по самым разным поводам и не только деньги.

При заключении под стражу судья может согласиться с доводами следствия или оперативников, а может сослаться на то, что не предоставлено достаточно материалов, свидетельствующих о необходимости избрания меры пресечения в виде ареста. И то, и другое будет законным. Решить предвзято судья может не только за деньги, но и по звонку либо под давлением, что бывает редко. Размер взятки зависит от сложности дела и от благосостояния подсудимого либо потерпевшего. Если VIP-персона или криминальный авторитет — это будет дороже. У такой категории лиц на подобные случаи специально предусмотрен соответствующий бюджет.

Конечно, никто не выпустит серийного убийцу, а вот мошенника отпустят с удовольствием, как только выяснится его платежеспособность. Впрочем, если жулик взял миллион-другой, то за десять тысяч его никто не освободит. Замена меры пресечения обойдется дороже. Имеется еще одна возможность — назначение дел к слушанию. Дела могут слушаться годами, особенно о мошенничестве. Для ускорения процесса нужно платить. Для затягивания тоже придется раскошелиться. Как сказано в уголовно-процессуальном законодательстве, судопроизводство осуществляется в разумный срок. Данную норму можно трактовать как угодно.

Также имеют место случаи, когда судья, давший согласие на проведение оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права граждан в отношении подозреваемых, затем из корыстных побуждений информировал заинтересованных лиц.

Даже при наличии информации о связях судьи с организованной группировкой его не так-то просто изобличить. Во-первых, в отношении его нельзя проводить оперативно-розыскные мероприятия, если не возбуждено уголовное дело без решения соответствующей квалификационной коллегии судей. Во-вторых, судьи редко берут взятки напрямую. Как правило, это делается через родственников, которые в основном работают в коммерческих структурах. Через них и действуют адвокаты, заключая официальные договоры на выполнение каких-либо работ, услуг, и платят определенную сумму денег за их реализацию, которая является завуалированной взяткой за нужное решение. Это самая простая схема. Так же они действуют через знакомых. Судьи предпочитают наличные принимать только от доверенных лиц, поэтому задержать служителя Фемиды с поличным, с учетом его неприкосновенности, весьма затруднительно.

В Вологде вечером на посту ДПС при въезде в город сотрудники милиции остановили легковой автомобиль «БМВ» с затемненными стеклами, за рулем которого находился житель Северного Кавказа. Явно было видно, что парень нервничает. Соблюдая меры предосторожности, сержант, представившись, сказал:

— Выйдите из машины.

Водитель медленно вышел, расстегнул куртку, распахнул полы, всем видом показывая, что там ничего нет, стал приближаться к сотруднику ДПС.

— На, обыщи, обыщи, — с кавказским акцентом произнес он.

— Ну ладно, ладно, успокойся. Предъяви документы, — с некоторым смущением предложил сержант.

— Командир, документы в порядке, на, посмотри, — и протянул сержанту права и технический паспорт.

В это время к ним подошел старший лейтенант и сказал молодому человеку:

— Руки на машину.

— В чем дэло, командир?

— Я сказал, руки на машину.

Он нехотя положил руки на капот, демонстрируя свое недовольство.

Старший лейтенант подошел к нему и провел рукой по бокам, спине и неожиданно из-под куртки вытащил спрятанный за спиной пистолет ТТ.

— Это что? — спросил он у обыскиваемого.

— Ствол не мой, я его нашел.

— Максим, надень на него наручники, — обратился он к напарнику.

При осмотре «БМВ» в багажнике сотрудники ДПС обнаружили автомат Калашникова. Садоева задержали. Прибывший наряд милиции доставил его в управление внутренних дел Вологды. За незаконное приобретение и ношение огнестрельного оружия возбудили уголовное дело. На следующий день следователь вынес постановление об избрании меры пресечения — содержание под стражей. Однако, несмотря на имевшиеся подозрения причастности Садоева к разбойному нападению на обменный пункт валюты и найденное оружие, судья городского суда Тарасова отказала в удовлетворении ходатайства следователя, и через сутки он был освобожден из-под стражи.

По поступившей оперативной информации, после задержания Садоева его земляки, занимавшиеся в Вологде коммерческой деятельностью, через адвоката сделали Тарасовой предложение, от которого она не смогла отказаться: взятку в размере пятнадцати тысяч долларов. За избрание меры пресечения — подписку о невыезде вместо ареста. Не прошло и трех дней, как оперативники уголовного розыска снова его задержали, теперь уже по подозрению в убийстве местного предпринимателя. На этот раз ходатайство об аресте поручили рассматривать другому судье, который удовлетворил его.

Поведением Тарасовой были недовольны все правоохранительные органы. УВД по Вологодской области обратилось в Квалификационную коллегию судей для получения согласия на возбуждение уголовного дела. ККС дала свое согласие, и Следственный комитет возбудил уголовное дело. Участников в убийстве приговорили к длительным срокам лишения свободы. Бывшая судья получила три года лишения свободы, и то лишь потому, что дело получило общественный резонанс.

В органах внутренних дел наибольшими возможностями в прикрытии организованных формирований, действующих в сфере экономики, располагает служба экономической безопасности и противодействия коррупции.

Ростовская организованная группировка занималась обналичиванием денежных средств в особо крупных размерах. Ее годовой оборот составлял полтора миллиарда рублей. Банковские операции проводились через подставные фирмы, зарегистрированные на безработных, наркоманов и алкоголиков. Всего таким образом было создано более тридцати организаций.

Преступная схема выглядела следующим образом. Руководитель какого-либо предприятия с целью обналичивания денежных средств заключал фиктивный договор с подставной фирмой, созданной группировкой, об оказании каких-либо услуг и перечислял денежные средства на ее счет за якобы выполненную работу. Представитель группировки по доверенности от этой фирмы приходил в банк с финансовыми документами о зачислении денег и документами, подтверждающими необходимость снятия денег на какие-то срочные нужды. Получив нужную сумму, он привозил ее директору обратившегося предприятия за вычетом комиссионных, которые составляли от 6 до 7 %.

Услугами группировки в основном пользовались криминальные структуры, легализовавшиеся в бизнесе, и значительное количество коммерческих организаций. О ее деятельности было известно в бизнес-кругах всей области. Тем не менее она просуществовала около десяти лет потому, что аналогичные услуги оказывались и сотрудникам правоохранительных органов.

Прикрывали группировку два руководителя отдела по борьбе с экономическими преступлениями ГУВД по Ростовской области. Лидер использовал связи с сотрудниками главного управления не только для обеспечения безопасности своей деятельности, но и с целью оказания давления на конкурентов по бизнесу В этих целях сотрудники УБЭП оперативно проводили незаконные обыски в офисах коммерческих структур. Изымали всю финансово-хозяйственную документацию, снимали с компьютеров жесткие диски. После подобных мероприятий работа предприятий фактически останавливалась на неопределенное время.

Кроме обналичивания денежных средств, группировка занималась торговлей кокаином. У них были налажены чуть ли не прямые поставки из Южной Америки в Ростов-на-Дону. При обыске оперативники обнаружили в квартире одного из задержанных почти три килограмма кокаина с оттиском завода-изготовителя из Латинской Америки. По решению суда лидера криминальной структуры и основных участников арестовали. Сотрудников ГУВД, прикрывавших деятельность преступного формирования, из органов уволили.

В последнее время некоторые работники уголовного розыска на региональном уровне стали оказывать содействие организованным криминальным структурам, действующим в сфере экономики.

В Калуге с целью совершения преступлений в банковском секторе приятелем руководителя уголовного розыска УВД области была организована группировка численностью более двадцати человек. В ее состав входили лица, обладавшие знаниями и опытом работы в области бухгалтерского учета, налогового права, имевшие навыки охранной деятельности, а также члены этнической группы. Через зарегистрированные на подставных лиц фирмы совершались незаконные банковские операции.

Полковник Куликов и его коллега, начальник одного из отделений этой же службы, используя служебное положение, оказывали покровительство и содействие преступникам. Располагая определенной информацией, заранее предупреждали соучастников о возможном проведении оперативных мероприятий, в том числе с применением спецтехники. Созданная группировка на территории города действовала в течение двух лет. Однако несмотря на крышевание местных сыщиков, сотрудники службы по экономической безопасности областного управления вышли на преступников, и они были арестованы.

В отношении начальника уголовного розыска и его соучастников возбудили уголовное дело по статье 210 УК (организация и участие в преступном сообществе) и статьям, предусматривающим ответственность за совершение преступлений в сфере экономической деятельности. Членов этнической группы через три месяца задержали на территории Краснодарского края.

Отдельные сотрудники ФСБ регионального уровня из корыстных побуждений также не остаются в стороне и используют возможности служебного положения для оказания содействия преступным формированиям.

В Челябинске организованную группировку, специализировавшуюся на угоне легковых автомобилей, в течение нескольких лет прикрывали два сотрудника управления ФСБ. Разработанная схема заключалась в следующем. Преступники, выбрав нужную иномарку, в течение нескольких дней отслеживали ее передвижение и в подходящий момент угоняли. Это могло произойти в любое время суток и в разных районах города. С целью вскрытия автомашины использовали различного рода электронные приборы, в том числе для сканирования сигнала электронных замков.

Завладев автомашиной, похитители уезжали с места преступления. Лидер группировки сразу звонил одному из сотрудников ФСБ и называл адрес, куда ему нужно приехать. До прибытия покровителя угонщики меняли номера машины. Подполковник либо его коллега приезжал в указанный адрес на своей машине, которую оставлял в удобном месте. Прибывший садился за руль автомобиля либо рядом с водителем, в зависимости от его марки. Под прикрытием служебного удостоверения перегонял машину на территорию одной из трех подконтрольных группировке станций технического обслуживания.

В процессе перегона ворованных автомашин сотрудники ГИБДД иногда останавливали их, но после предъявления водителем или пассажиром удостоверения ФСБ, тем более в звании подполковника либо майора, сотрудники милиции не проверяли документы на транспорт. Если у них и были какие-либо подозрения, то, узнав, что в машине находится сотрудник ФСБ, сомнения рассеивались.

Чаще автомобили пригоняли в автосервис, расположенный на окраине Челябинска, на территории бывшей исправительно-трудовой колонии строгого режима. Она идеально подходила для укрытия похищенного автотранспорта. В течение десяти-двенадцати дней ее перекрашивали и перебивали идентификационный номер. За это время специалисты, с которыми организатор группировки поддерживал связь, изготавливали высококлассные поддельные техпаспорта. Затем подготовленные таким образом иномарки без проблем перегонялись в Казахстан, минуя посты ДПС. Иногда до границы сопредельного государства их сопровождал кто-либо из сотрудников ФСБ.

После задержания участников группировки и возбуждения уголовного дела угонщики не стали скрывать своих покровителей в погонах и сразу дали показания на офицеров Федеральной службы безопасности, которых тут же уволили из органов.

Большими потенциальными возможностями по сокрытию экономических преступлений располагают работники Государственной налоговой службы, услугами которых зачастую пользуются преступники. Только в первом полугодии 1993 года было выявлено более пятидесяти коррумпированных работников, из них около 50 % имели связи с организованными преступными формированиями.

Коммерческие компании с целью уклонения от уплаты налогов стали пользоваться услугами сотрудников налоговой службы. Некоторые опытные работники после окончания работы по приглашению предпринимателей инструктировали бухгалтеров, экономистов, менеджеров о возможных способах уклонения от налогов. Помогали составлять фиктивные документы, дающие право на льготное налоговое обложение коммерческой деятельности. С целью ухода от налогов обучали работников внесению заведомо ложных сведений при подготовке бухгалтерско-финансовых документов. Поскольку такие специалисты способствовали предпринимателям уклоняться от налогообложения, тем самым экономить большие средства, их работа щедро оплачивалась. Некоторые сотрудники после основной работы и в выходные дни успевали обслуживать несколько компаний. Предприятия, созданные криминальными структурами, не нуждались в подобного рода услугах, так как платили минимальные налоги либо вовсе не платили.

В начале 1990-х годов в целях реализации преступных замыслов лидеры сообществ нередко использовали отдельных депутатов краевых и областных Советов, с помощью которых в обход существующих правовых норм решали различные экономические вопросы. Только в 1992 году оперативным путем было установлено восемь народных депутатов указанного уровня, имевших связи с организованными группировками. Располагая коррумпированными связями в органах государственной власти и сфере экономики, преступники нередко пытаются оказывать влияние на принятие и реализацию политических, экономических и социальных вопросов в нужном им направлении.

На четвертом уровне пирамиды располагаются коррумпированные должностные работники министерств и ведомств республиканского значения (с 1993 года — федеральные органы государственной власти Российской Федерации), в зависимости от отрасли, в которой действует организованное сообщество. Участие этой категории лиц характеризуется следующими результатами проведенного исследования.

По 28 % изученных уголовных и оперативных дел в качестве соучастников преступлений проходили работники министерств и ведомств РСФСР других союзных республик, входивших в состав Советского Союза. Из них 25 % являлись министрами и заместителями министров, 33 % — руководителями управлений министерств, 42 % — иными сотрудниками. В 1992 году в отношении коррумпированных должностных работников данной категории, имевших связи с организованными формированиями, возбуждено более 900 уголовных дел.

Несмотря на значимую их роль в экономических преступлениях, они весьма редко выступали в качестве организаторов. Основные их функции сводились к обеспечению преступной деятельности. Правонарушения, совершаемые подобными структурами, носят по преимуществу межрегиональный и даже международный характер. Ряд руководителей органов государственной власти этого уровня были инициаторами по созданию малых, совместных предприятий, кооперативов в целях незаконной продажи в зарубежные страны сырья, цветных металлов, оружия, военного снаряжения.

В этот период времени зачастую коммерческие структуры возглавляли бывшие руководители партийных и государственных органов, госпредприятий, организаций. Коррумпированные связи создавали условия для наибольшего благоприятствования в ущерб интересам государственных и других предприятий. Им предоставлялись возможности по низким ценам приобретать наиболее востребованные участки земли, здания, помещения, оборудование, по оптовым ценам закупать сырье, пользующуюся спросом продукцию. В то же время реализация осуществлялась по коммерческой цене. По существу, шла банальная «перекачка» государственных средств на счета различного рода коммерческих структур, включая банки.

Функции прикрытия как выполняли, так и продолжают выполнять сотрудники соответствующего статуса правоохранительных органов, обеспечивая безопасность деятельности верхних эшелонов преступных формирований. К 1993 году коррупция стала проникать во многие структуры власти, поразив и правоохранительную систему этого уровня.

Достаточно отметить, что по 11 % изученных дел в качестве подозреваемых либо соучастников преступлений проходили работники республиканских органов прокуратуры, по 8 % таких дел — сотрудники министерств внутренних дел и по 6 % — работники верховных судов. Участие данных категорий государственных служащих в прикрытии организованных правонарушений препятствовало своевременному их раскрытию и привлечению виновных к уголовной ответственности, в том числе коррумпированных чиновников. По 58 % уголовных дел, по которым проходили указанные субъекты, большинство из них вследствие использования различных защитных функций не понесли заслуженного наказания. В отношении других были вынесены оправдательные приговоры.

На базе трех управлений КГБ было создано Федеральное агентство правительственной связи и информации, просуществовавшее около двух лет. После упразднения его основные функции передали Федеральной службе охраны и ФСБ России. Под эгидой ФАПСИ действовало бесчисленное множество различных фирм, где бесследно исчезали бюджетные деньги. Некоторыми из них руководил или числился учредителем сын директора агентства. В основном присвоенные миллионы денежных средств путем масштабных злоупотреблений, мошеннических схем, получения откатов выводились за рубеж. Об одном таком случае стало известно МВД России.

Через дежурного по главку Нещадимову позвонил Николай Карлович Зацаринский, генеральный директор фирмы «Старт-электроник»:

— Добрый день. Ваш телефон мне сообщил дежурный. Могли бы мы с вами завтра встретиться? У меня есть информация, представляющая для вас интерес.

— Что за информация?

— Я не хочу говорить по телефону, но речь идет о коррупции на федеральном уровне.

— Приезжайте к нам в МВД, здесь обо всем и поговорим. Знаете, где мы находимся?

— Я хотел, чтобы вы сами ко мне приехали в офис, расположенный в здании «Горбачев-фонд» на Ленинградском проспекте.

— Николай Карлович, скажите, в отношении какой организации у вас имеется информация?

— В отношении ФАПСИ.

— Хорошо, я только доложу руководству и вам перезвоню.

О состоявшемся разговоре Нещадимов сообщил начальнику отдела Сургутову. Выслушав, он сказал:

— Завтра и поезжай, нечего откладывать, пока предприниматель не передумал. Только возьми с собой кого-нибудь.

На следующий день Нещадимов с Виталием Липатьевым приехали в здание, в котором располагался «Горбачев-фонд». На входе охранник спросил:

— Вы к кому?

— В фирму «Стартэлектроник», — ответил Виталий, и они предъявили служебные удостоверения.

Охранник начал не спеша записывать фамилии, должности, а потом и номера удостоверений. Обычно так никто не делал. Потом спросил:

— А вы из какого отдела будете?

В то время девятый отдел, в котором работали оперативники, объединили с шестым отделом, поэтому Нещадимов в шутку сказал:

— Мы из 96-го.

Он добросовестно записал названный номер. Виталий на ухо шепнул напарнику:

— Сейчас, наверное, спросит размер сапог.

Но до этого не дошло. Когда сотрудники поднимались по лестнице на второй этаж здания, Нещадимов сказал:

— Чекист. Чувствуется многолетняя закалка Лаврентия Павловича.

У входа в офис их встретил генеральный директор и проводил в соседнюю комнату. Прежде чем начать разговор, Виталий на всякий случай рукой сделал многозначительный жест, намекая на возможность наличия подслушивающих устройств.

— Здесь все чисто, можно говорить, в отличие от моего кабинета. Там много телефонов, все может быть.

— Николай Карлович, так что вы хотели нам рассказать? — спросил Нещадимов.

— Предприятия, входящие в состав холдинга «Стартэлектро-ник», занимаются производством оборудования для электронной промышленности. Филиалы находятся в Челябинске и Зеленограде. С помощью средств электронной связи постоянно происходит обмен экономической информацией, имеющей ограниченный доступ. Чтобы избежать утечки сведений, год назад наша фирма заключила с ФАПСИ контракт по обеспечению защиты от несанкционированного проникновения в локальную компьютерную систему. Федеральный центр, структурное подразделение агентства, создал программу, обеспечивающую надежную защиту информации, и с этого момента у нас начались проблемы.

— Скажите, вы полностью рассчитались за разработанную для вас программу? — спросил Липатьев.

— Конечно, как только работа была завершена, мы сразу же с ними расплатились. Впоследствии нам стало известно, что Федеральный центр имеет несанкционированный доступ к нашей базе данных. Директор ФАПСИ знает о многих наших сделках, состоянии финансово-хозяйственной деятельности, имеющихся налоговых задолженностях и использует данную информацию в корыстных интересах. Под предлогом защиты от недобросовестных конкурентов, бандитов вынуждает нас перечислять денежные средства на указанные им коммерческие структуры. За шесть месяцев холдинг «Стартэлектроник» перевел более двадцати миллионов долларов по фиктивным договорам на подставные фирмы родственников директора агентства, его друзей, в том числе в Западную Европу. И это еще не все, в последнее время он предпринимает попытки получить долю в нашем холдинге. Если сможете, помогите избавить нас от назойливых опекунов, — сказал Зацаринский.

— Вы готовы написать заявление и предоставить нам имеющиеся у вас документы о перечислении денежных средств на счета коммерческих структур, указанных руководителем ФАПСИ? — спросил Нещадимов.

— Да, готов. Сегодня подберу все документы, а завтра привезу их вам.

— Николай Карлович, вы не боитесь, что, если мы начнем официальную проверку по вашему заявлению, руководство агентства в отместку направит в налоговую инспекцию какой-либо компромат? Например, о неуплате налогов. Либо в службу по экономическим преступлениям об имеющихся в холдинге правонарушениях. Вы подумайте об этом, как бы себе не навредить, — заметил Л. Ипатьев.

— Мы с партнерами все обдумали и решили, что пора действовать, а то нас так и будут доить, нагоняя страх несуществующими страшилками. Если бы решали наши проблемы, а то только пугают неприятностями, которые порой сами и создают, а потом якобы их устраняют. Проверки финансово-хозяйственной деятельности мы не боимся. У нас грамотные бухгалтера. Основные налоги платим в полном объеме и своевременно, не меньше других. Если говорить о полной уплате всех налогов, которые составляют около 80 % от облагаемой суммы выручки, то их никто не платит. В противном случае пришлось бы брать кредиты для их погашения.

— Ждем вас завтра в 11 часов с документами у себя в управлении, — сказал Нещадимов.

Попрощавшись, оперативники ушли. О результатах проведенной встречи доложили начальнику отдела.

— Как только придет директор, поставьте меня в известность, хочу принять участие в разговоре. Это весьма интересная информация.

На следующий день ни к одиннадцати, ни к двенадцати и даже к четырнадцати часам Зацаринский так и не пришел. В пятнадцать часов Нещадимов решил сам ему позвонить.

— Слушаю вас.

— Николай Карлович, здравствуйте. Нещадимов из МВД. Мы вчера с вами договаривались о встрече в одиннадцать часов, сейчас уже пятнадцать, а вас до сих пор нет. Что-то случилось?

— Ничего не случилось, — раздраженным голосом ответил он. — Я просто передумал.

— Как же так? Сами к нам обратились. Не далее как вчера были готовы написать заявление и вдруг передумали? Может, за это время что-то произошло? — пытался выяснить причину Нещадимов. — Если хотите, мы можем сейчас к вам приехать.

— Нет, не надо. Ничего не изменится. Извините, я сейчас занят, больше не могу говорить.

И тут Нещадимова осенила мысль. Он догадался, что могло произойти. Для проверки своей версии спросил:

— Николай Карлович, последний вопрос. Выходит, наши сомнения оказались реальностью?

— Да. До свидания. — На этом разговор закончился.

По всей вероятности, специалисты из ФАПСИ установили диктофоны не только в кабинете генерального директора, но и в других помещениях офиса. О фактических причинах кардинального изменения решения Зацаринского оперативники могли только делать предположения.

С тех пор прошло более полугода. Нещадимов об этом случае и думать забыл. Как вдруг ему позвонил Николай Карлович и на всякий случай попросил встретиться на нейтральной территории, в кафе на Пушкинской площади. При встрече он поведал о происшедших событиях:

— Месяца два назад директора ФАПСИ отстранили от занимаемой должности в связи со скандалом, связанным с крупной телекоммуникационной компанией, в которой его сын являлся акционером. Недаром говорится, что Бог шельму метит. Спустя некоторое время с его счета в швейцарском банке кто-то из числа его знакомых, имевших доступ к вкладам, похитил семь с половиной миллионов долларов. Наверное, это была и часть наших денег. О подозрениях своего бывшего сослуживца в причастности к хищению денежных средств он сообщил в милицию. Но, как сами понимаете, результатов никаких до сих пор нет. После его увольнения нашей компании никто не докучает.

— Николай Карлович, бог с ним, с этим жуликом. Расскажите лучше, что же на самом деле случилось, когда вы неожиданно отказались от встречи? Начальник нашего отдела был очень разочарован изменением вашего решения.

— Я как раз и хотел вам об этом рассказать. На следующий день после нашей встречи, утром, когда я собирался к вам, ко мне в офис приехали сотрудники ФАПСИ и сказали, что им стало известно о моих намерениях обратиться в МВД и передать какие-то документы. В ультимативной форме потребовали у меня эти бумаги. В это время они находились в портфеле, который лежал на столе. Скрывать и противиться было все равно бесполезно. Документы я отдал. Они настоятельно порекомендовали мне во избежание проблем никуда не ездить и не звонить. Поэтому я к вам и не приехал. Сами понимаете мое положение.

— Значит, не зря мы пытались вас предостеречь о наличии скрытых микрофонов в вашем офисе?

— Выходит, что не зря. Теперь научен горьким опытом, постараюсь не повторять ошибок, которые нашему холдингу слишком дорого обошлись. Сейчас вроде все нормально, организация работает без потрясений. Валерий Михайлович, у меня к вам будет одна просьба.

— Слушаю вас.

— Если вдруг появятся какие-либо вопросы по вашему ведомству, смогу ли я к вам обратиться?

— Николай Карлович, у вас есть мой номер телефона, звоните в любое время.

— Спасибо.

Попрощавшись, они расстались.

Из числа изученных уголовных и оперативных дел, по которым проходили участники организованных формирований, 18 % таких структур располагали связями в высших эшелонах КПСС, министерствах и ведомствах Советского Союза (с 1993 года к этому уровню относятся высшие органы государственной власти России). То есть имели пятиуровневую структуру. Данные лица в силу занимаемых должностей не являлись лидерами организованных группировок. Основная их задача заключается в обеспечении функционирования и безопасности созданных сообществ, действующих в сфере экономики.

Эта категория чиновников находится вне досягаемости закона. Во-первых, для их защиты от справедливого наказания подключается вся правоохранительная система; во-вторых, они, как правило, наделены определенным статусом неприкосновенности; в-третьих, соучастники преступлений не дают показания на своих высокопоставленных покровителей, надеясь на их помощь. Безусловно, что организованные формирования в зависимости от отраслей, в которых они действуют, местных обычаев и условий, могут принимать несколько иные структуры, однако принцип их построения остается прежним.

Классическую пятиуровневую структуру имело сообщество, созданное предпринимателем Ренатом Измаиловым. Его основная деятельность осуществлялась в городе Москве на Черкизовском рынке, который являлся на протяжении почти двадцати лет черной дырой для торговли. Он стал крупнейшим по обороту центром мелкооптовой торговли продукцией легкой промышленности (одежда, обувь, галантерея) в европейской части России.

Двести гектаров земли были разбиты на двенадцать секторов. Около 100 тысяч человек из разных этнических кланов день и ночь занимались торговлей, продавали и покупали. В то время Черкизовский рынок представлял собой самое крупное подобного рода предприятие в мире. Земельные участки, занимаемые рынком, находились в ведении правительства Российской Федерации и города Москвы. Крупнейшим арендодателем являлась государственная академия физической культуры.

Большая часть рынка контролировалась группой компаний «АСТ» и ее дочерними предприятиями, созданными Измаиловым. Другие секторы рынка находились под контролем коммерческих структур, принадлежавших другим криминальным группировкам. Имея определенный участок, они в свою очередь старались не вмешиваться во внутренние дела администрации, созданной «Измайловским» сообществом. Эти структуры организовали на рынке торговлю контрабандным и нелегальным товаром. Установили контроль над продавцами, выходцами из ближнего и дальнего зарубежья, незаконно находившимися в России. По оценкам аналитиков, через весь рыночный комплекс проходило около 800 миллиардов рублей ежегодно. Деятельность сообщества Измаилова на Черкизовском рынке приносила прибыль в среднем по миллиону долларов в день.

На рынке в основном оптом и в розницу торговали промышленными товарами широкого ассортимента из Китая, Турции, других стран, швейными изделиями, нелегально изготовленными вьетнамцами на территории Московской области. Кроме этого, там можно было купить наркотики и огнестрельное оружие, в том числе иностранного производства.

В этот период времени на потребительском рынке России фактически произошел передел, повлекший изменение направлений товаропотоков. Со временем к существовавшим добавились новые маршруты проникновения контрабандных товаров через тверскую и ярославскую зоны железнодорожным и авиационным транспортом. Также продолжал функционировать «домодедовский китайский канал». При этом схема маскировки криминального бизнеса осталась прежней, заключавшейся в подмене документов на ввозимые товары либо составлении фиктивных договоров купли-продажи.

Несмотря на огромное количество компрометирующих данных на группу компаний «АСТ», постоянные жалобы москвичей, Черкизовский рынок процветал, в том числе благодаря своей кажущейся социальной значимости. Малообеспеченные горожане легко могли купить одежду и другие необходимые вещи весьма сомнительного качества за скромные деньги. Рынок стал оптовой базой контрабандного товара для мелкого бизнеса всей европейской части России. По своей сущности он был уникальным явлением для своего времени со своим порядком, поддерживающимся криминалитетом. Вокруг него выросла целая примитивная инфраструктура, призванная удовлетворять разнообразные нужды посетителей и неприхотливых к условиям жизни работников из восточных и южных стран.

Сообщество, возглавляемое Измаиловым, на первом уровне имело разветвленную структуру, объединявшую группировки различной направленности, в том числе для обеспечения функционирования коммерческой деятельности, расширения сфер влияния, защиты бизнеса от конкурентов, бандитов, рейдерских захватов. Эти группы выполняли основную работу, которая заключалась в обеспечении бесперебойной торговли на рынке. Все возникающие вопросы решала созданная внутренняя охрана, возглавляемая одним из родственников лидера. Занималась она сбором денежных средств и выбиванием долгов из коммерсантов. Ими было совершено более 10 убийств предпринимателей и криминальных авторитетов. В расстреле двух бизнесменов на Новорижском шоссе принимал участие близкий родственник Измаилова.

В структуру группировки входила не только служба безопасности, правилам которой подчинялись все ее участники, но даже несколько созданных нелегальных банков. Деньги обналичивались и перечислялись в любые регионы, в том числе иностранная валюта в зарубежные страны. Ежегодно через них уходило более 500 миллионов долларов в Китай, Турцию и другие страны, откуда доставлялся контрабандный ширпотреб.

Для защиты своего бизнеса Измаилов сделал ставку не на бандитские группировки, хотя с ними он мирно сосуществовал, а на правоохранительные органы, осознавая, что это более надежная «крыша», и не ошибся. Располагал коррумпированными связями в органах милиции, федеральной службе безопасности, таможенной службе, административно-территориальных образованиях города Москвы. Начиная от окружной, городской администраций и заканчивая федеральными образованиями.

На втором уровне структуры находились коррумпированные связи Восточного округа города Москвы. Сотрудники уголовного розыска, службы по борьбе с экономическими преступлениями УВД не проверяли работу Черкизовского рынка, даже когда поступала информация о совершаемых правонарушениях, так как от вышестоящего начальства имелось устное указание не вмешиваться в дела рынка и не появляться на его территории. Для проведения проверки любой информации необходимо было получить официальное разрешение от руководства округа. Однако по причине коррумпированности такого разрешения должностные лица не давали. Поэтому продолжительное время никто не наводил порядок в соответствии с действующим законодательством.

Органы милиции, имея запрет на любую деятельность на рынке, бездействовали, все конфликты решала внутренняя охрана. Муниципальные структуры неоднократно пытались прекратить рыночную торговлю или хотя бы облагородить его огромную территорию, но успехов в этом деле добились не скоро. Префектура Восточного округа также не вникала в деятельность рынка, поскольку он относился к компетенции администрации городского и федерального уровня. За покровительство владельцы рынка платили различным государственным структурам миллион долларов в месяц, не считая дополнительных денежных средств, выплачиваемых для решения возникавших проблем.

На третьем уровне сообщество имело связи с высокопоставленными должностными работниками мэрии и ГУВД Москвы. Измаилов лично поддерживал неформальные, дружеские отношения с мэром города. Неоднократно они вместе появлялись на публичных мероприятиях. Московский градоначальник даже не постеснялся принять участие в открытии лидером группировки семизвездочного отеля в Турции стоимостью более одного миллиарда долларов.

В 2006 году на Черкизовском рынке произошел взрыв. Погибли четырнадцать человек, после чего его закрыли. Однако под давлением заинтересованных высокопоставленных должностных лиц через некоторое время снова открыли. Спустя год мэр Москвы официально заявил о ликвидации рынка, но в результате переговоров администрации мэрии с хозяевами рынка ситуация практически не изменилась, и он продолжил работать. Нетрудно догадаться, о чем они договорились.

Его пытались трижды закрывать, но благодаря коррумпированным связям на различных уровнях государственных структур он продолжал функционировать. При этом длительное время игнорировалось решение Арбитражного суда Москвы, постановившего очистить территорию, занятую торговлей. Закрытие также осложнялось тем, что на долю Москвы приходилось лишь 20 % территории, занимаемой рынком, остальная земля являлась федеральной и принадлежала Российскому государственному университету физической культуры, спорта и туризма.

Коррумпированными связями четвертого уровня были должностные лица федеральных органов власти, которые не только обеспечивали прикрытие совершаемых преступлений, но также организовали бесперебойную доставку на рынок контрабандного товара железнодорожным и авиационным транспортом. Этот товар являлся основой для торговой деятельности, приносившей огромную прибыль преступникам. Большая часть китайских изделий доставлялась по Транссибирской магистрали.

Однажды сотрудники центрального аппарата МВД России задержали 29 вагонов с контрабандой из Китая. В процессе расследования уголовных дел, Следственный комитет при МВД установил, что эти вагоны — лишь небольшая часть устойчивого канала, организованного высокопоставленными сотрудниками ФСБ и ФТС России. В его создании также принимал участие член Совета Федерации от Приморского края. Товары поступали на склады войсковой части управления материально-технического снабжения ФСБ, расположенной в Московской области, недалеко от восточной части МКАД.

За три года в Москву по данному трафику было отправлено более полутора тысяч вагонов китайского ширпотреба. На склады войсковой части поступило около десяти тысяч тонн товаров стоимостью свыше одного миллиарда рублей. Цена содержимого одного вагона составляла около трехсот тысяч долларов. Конечным пунктом его доставки значился Черкизовский рынок. Маршрут до рынка являлся весьма удобным, поскольку располагался на востоке Москвы, и на пути следования грузового транспорта, доставлявшего контрабандный товар, находился всего один стационарный пост ДПС при съезде с МКАД.

По результатам расследования уголовных дел своих должностей лишились глава ФТС России и два его заместителя, два прокурора, пять сотрудников МВД и четверо сенаторов. Чуть позже президент России отправил в отставку заместителя директора ФСБ, начальника управления собственной безопасности и начальника службы материально-технического снабжения.

Как-то сотрудники МВД провели проверку торговых мест, принадлежавших гражданам Китая, в ходе которой выявили серьезные нарушения. Однако администрация рынка собрала с продавцов два миллиона долларов и передала проверяющим. На этом проверка успешно завершилась с положительным результатом.

Лидер преступного формирования имел коррумпированные связи и в высших органах государственной власти, относящиеся к пятому уровню структурного построения организованных сообществ. Поддерживал связи с депутатами Государственной думы и сенаторами. В обществе известных государственных мужей, занимавших высшие должности, проводил время на банкетах, вечеринках. Один из таких депутатов присутствовал на открытии Измаиловым семизвездочного отеля в Турции. Его не смущало, что деньги, на которые был построен отель, имели криминальное происхождение.

Вопреки неоднократно принимаемым мерам по закрытию рынка он продолжал функционировать, администрация игнорировала все указания властей. Только третья попытка правительства России увенчалась успехом. Все это свидетельствует о наличии корыстных интересов в деятельности Черкизовского рынка высокопоставленных государственных служащих аппарата правительства России и администрации президента. Так как несмотря на то, что рынок являлся рассадником экономической и общеуголовной преступности, на территории которого был совершен даже террористический акт, смог просуществовать почти два десятилетия. Лучшего подтверждения тому, что преступникам покровительствовали чиновники высших органов государственной власти, чем высказывание мэра города Москвы, не найти:

— Никакой бумаги из Следственного комитета по поводу Черкизовского рынка я не получал. В любом случае рынок необходимо закрывать, но это решение должно быть принято на федеральном уровне.

По сути дела, этим все сказано. Кроме того, об участии высокопоставленных должностных лиц в деятельности рынка свидетельствует и нота протеста посольства Китая в связи с задержанием контрабандных грузов в России. Китайская сторона была уверена: денежные потоки, проходившие в таких масштабах через подобного рода торговые предприятия, не могли осуществляться без ведома правительства страны. По их убеждению, если государственные органы мирились столько лет с происходящими процессами, значит, их все устраивало.

Только после вмешательства председателя правительства России в деятельность Черкизовского рынка, который потребовал от правоохранительных органов усиления борьбы с контрабандой, дело сдвинулось с мертвой точки. Следственный комитет при Генеральной прокуратуре возбудил уголовное дело по факту обнаружения на складах рынка шести тысяч контейнеров весом около ста тысяч тонн с контрабандной одеждой, обувью и другими товарами. Общая стоимость составляла два миллиарда долларов. По заключению проведенной экспертизы, детская одежда, привезенная из Китая, не соответствовала санитарным нормам и представляла опасность для здоровья.

Московское правительство на всякий случай принимает решение не о закрытии рынка, а о приостановке его работы. Сработали коррумпированные связи. В результате он временно был прикрыт. Только спустя две недели рынок окончательно закрыли. Основной причиной послужила банальная конкуренция силовых ведомств с таможенной службой за контроль над нелегальными денежными потоками, проходившими через Черкизовский рынок. На протяжении длительного времени они собирали друг на друга компромат и докладывали в правительство и администрацию президента России.

Поводом для проверки работы рынка послужил устроенный Измаиловым в Анталье грандиозный праздник по случаю открытия отеля Mardan Palace, на строительство которого он потратил более миллиарда долларов. Предпринимателя подвела в колоссальных масштабах контрабанда и отсутствие скромности, а вернее, соблюдение одного из принципов капитала — «деньги любят тишину». Тем более если они нажиты преступным путем.

В итоге районный суд Москвы заочно арестовал бывшего хозяина знаменитого «Черкизона», обвинив его в организации двойного убийства и незаконном обороте оружия. Некогда он был одним из самых влиятельных людей столицы, однако вскоре после закрытия рынка, основного источника незаконного финансирования, звезда его начала угасать, и теперь ему грозит пожизненное лишение свободы. В отношении бывшего ректора университета теперь уже Следственный комитет России возбудил уголовное дело о злоупотреблении полномочий при сдаче в аренду земельного участка.

По причине изменения объектов корыстных посягательств, способов совершаемых преступлений усложнились и схемы структурных криминальных связей. По мере совершенствования экономического механизма ранее имевшая место классическая структура преступных формирований претерпела ряд изменений. В зависимости от отрасли экономики, ведомственной подчиненности сообщества могут иметь различную уровневую структуру, не обязательно состоящую из связей в порядковом значении, как представлено в классическом варианте.

Организованное формирование может состоять из вертикальных связей первого и второго уровня, или первой, второй и четвертой ступени, либо первой и пятой. Могут быть различные варианты в зависимости от корыстных целей, возможностей и особенностей сектора экономики. Но, как правило, не обходится без взаимодействия с первой ступенью, поскольку на этом уровне осуществляется основная финансово-экономическая деятельность.

Однако в некоторых случаях группировки, действующие в администрациях республиканского, краевого, областного значения, а также в органах федерального уровня или высших государственных органах власти (третьего, четвертого и пятого уровней приведенной схемы), могут иметь одноступенчатую структуру либо с горизонтальными связями нижнего уровня.

Построение комбинированного сообщества зависит, во-первых, от основной его преступной направленности. Во-вторых, от занимаемого лидером официального положения в обществе. Если главной целью формирования является совершение экономических преступлений, а лидер занимает определенную должность в сфере экономики либо органах государственной власти, то роль уголовных элементов будет сводиться к обеспечению его функционирования. В этом случае связь с ними, как правило, поддерживается через бывших либо действующих работников правоохранительных органов, принимающих в той или иной мере участие в деятельности группировки.

Наличие уголовных элементов не исключает выполнение ими определенных функций в экономическом секторе. Но при этом они становятся субъектами экономических отношений и переходят в качественно новое положение по сравнению с теми лицами, которые не участвуют в таковых. В то же время новый статус не мешает им совершать и общеуголовные преступления. Построение связей такого формирования мало чем отличается от ранее приведенных. Закономерности их установления остаются прежними.

Если подобное сообщество возглавляет уголовный авторитет, а его направленностью является совершение общеуголовных преступлений и сфера экономики, то структура выглядит несколько иначе. В этом случае ряд членов формирования будут принимать участие в экономических отношениях в рамках функционирования созданных коммерческих предприятий. Их структурное построение отличается от группировок, у которых приоритетной деятельностью является экономика, более упрощенной схемой связей.

Другая часть продолжит специализироваться на совершении общеуголовных преступлений и выполнять различного рода обеспечивающие функции. Группы, входящие в такое сообщество, состоят из типичных двухуровневых иерархических ступеней. На первой располагаются непосредственные исполнители из ранее судимых, бывших спортсменов либо иных субъектов, склонных к общеуголовным деяниям.

На второй — организаторы и лица из числа ближайшего окружения. Подбираются они в основном в местах лишения свободы, по месту жительства, местах проведения досуга. Подчиняются лидеру, возглавляющему преступное сообщество. Что же касается коммуникативных связей на верхних уровнях, то они также имеют менее сложную структуру по сравнению с формированиями экономической направленности. Потому что организаторы, как правило, устанавливают отношения только с должностными работниками, находящимися на ключевых позициях в сфере экономики, или представителями государственной власти, которые в силу своих полномочий способны обеспечить их функционирование и безопасность.

Для достижения преступных целей, как правило, используются работники, занимающие ключевые позиции только на отдельных звеньях экономической цепочки. Это объясняется тем, что их основная задача сводится к незаконному получению прибыли в процессе кратковременной, эпизодической деятельности в сфере экономики. Участие должностных лиц чаще всего является периодическим либо разовым, реже долговременным. В зависимости от смены сфер преступной направленности меняются и связи.

Аналогичные группировки важное значение придают обеспечению своей безопасности. В процессе подготовки и совершения преступлений их участники стремятся осуществлять контрразведку в отношении оперативных служб органов внутренних дел и ФСБ. В целях более надежного прикрытия противоправной деятельности устанавливают коррумпированные связи с сотрудниками территориальных органов внутренних дел. Путем подкупа либо других мер привлекают к осуществлению преступных замыслов в сфере экономики работников органов государственной власти. Поддерживают такие связи в основном организаторы либо их окружение, чаще всего через посредников, которые не являются членами преступных группировок. Отличительной их особенностью является наличие причинных связей между совершаемыми правонарушениями в сфере экономической деятельности и общеуголовными преступлениями.

Даже в случае переориентации на сектор экономики криминальная сущность в таких группировках продолжает доминировать. Отличаются они от обычных коммерческих структур, которые прибегают к использованию силовых методов в исключительных случаях, тем, что все проблемные вопросы, касающиеся даже хозяйственной деятельности, решают, как правило, силовыми методами или путем дачи взяток, подкупа, шантажа. По типу мафии. Конкуренты подвергаются силовому давлению. Зачастую применяются угрозы, насилие, порча и поджоги имущества, вплоть до убийств. Используются рейдерские захваты предприятий. Характерными для них чертами являются наличие коррумпированных связей в местных правоохранительных органах и постоянно совершаемые правонарушения подконтрольными коммерческими структурами.

Специфика их деятельности наглядно продемонстрирована на одном из примеров. В Красноярске криминальные авторитеты создали одно из самых влиятельных сообществ в крае. Спустя некоторое время лидер, бывший предприниматель, стал владельцем третьей части акций алюминиевого завода. Затем распространил свое влияние на другие предприятия. Создал финансово-промышленную группу, в которую вошли крупнейшие предприятия, и решил заняться только бизнесом. Членам своего формирования предложил отказаться от криминальной деятельности и перейти на легальный бизнес. Они с ним не согласились, и у них наметилась тенденция к расколу. Несмотря на такие намерения, лидер продолжал поддерживать отношения с авторитетами группировок общеуголовной направленности, расположенных в различных регионах России, с целью решения вопросов, в том числе силовыми методами.

В начальный период развития организованной преступности к числу приоритетных видов преступлений, совершаемых комбинированными сообществами в сфере экономики, относились: хищения государственных материальных ценностей и денежных средств в крупных и особо крупных размерах; кражи; квалифицированное мошенничество; нарушения правил валютных операций; контрабанда; занятие запрещенным промыслом; вымогательство; сокрытие доходов от налогообложения, а также дача взятки должностным лицам.

При помощи созданных подставных коммерческих структур их организаторы получали аванс по подложным договорам, заключенным с добросовестными партнерами, продажу крупной партии несуществующего товара. Одновременно заключали договор через действующее предприятие на закупку какого-либо товара с целью получения процентов за несоблюдение условий контракта. При этом предприятию создавали искусственные препоны, затрудняющие выполнение контракта. Создавая рекламу выгодного партнера, преступники побуждали физических и юридических лиц вкладывать средства в фиктивные коммерческие структуры под якобы большие проценты.

В Санкт-Петербурге организованная группировка учредила акционерное общество «Амарис» с целью завладения денежными средствами и ваучерами граждан, передаваемыми в соответствии с договорами займа под большие проценты. Для этого ее участники сняли офисное помещение на первом этаже жилого дома с отдельным входом. На здание вывесили рекламный баннер, при входе в офис поместили табличку с названием фирмы и режимом работы. В течение двух месяцев граждане, рассчитывая получить высокие проценты, несли мошенникам свои сбережения. У входа в офис с утра и до закрытия стояла очередь.

Спустя полтора месяца очередь стала заметно редеть. Через два месяца члены группировки начать возвращать клиентам заемные деньги с процентами. Многие получали только проценты, так как основные суммы займа снова перезакладывались на очередной срок. После чего к ним опять образовался поток желающих. Это продолжалось в течение трех дней до начала выходных.

В понедельник, когда клиенты пришли получать свои деньги, на здании не увидели ни баннера, ни вывески с названием фирмы, а входная дверь в офис была заложена кирпичом и заштукатурена. Как будто и не существовало никакого «Амариса». Собрав таким образом с доверчивых граждан деньги, мошенники попытались скрыться, но были задержаны сотрудниками органов внутренних дел Санкт-Петербурга.

Ложное банкротство коммерческих структур осуществлялось для присвоения полученного крупного кредита, материальных ценностей, находящихся на балансе, либо уклонения от возврата партнерам имущества или денежных средств. Подобным способом в начале 1990-х преступникам удалось похитить, в том числе у государства, 150–200 миллиардов рублей.

Основной целью ложного банкротства небольших государственных предприятий являлось превращение их в частные. Как правило, делалось это в собственных интересах руководителей, а за взятки — в интересах коммерческих структур, в том числе созданных лицами с криминальной наклонностью. Умышленно создавались условия для признания предприятия банкротом путем недобросовестного ведения хозяйственной деятельности, заключения убыточных сделок и тому подобное. Затем они выкупались по низким ценам.

Ликвидируя коммерческие структуры и создавая новые, преступники преследовали цель присвоения кредитов, денежных средств, полученных под определенные сделки. Деньги переводились на счета других подконтрольных предприятий либо в заранее ими созданные фирмы, в которых сами являлись учредителями. В целях совершения такого рода правонарушений использовались коррумпированные связи в коммерческих банках и структурных подразделениях Центрального банка России. При помощи различных мошеннических действий с участием работников банков по фальшивым документам снимали с расчетных счетов коммерческих структур деньги и переводили по договоренности на юридических лиц с последующим их присвоением.

Что касается хищений путем использования так называемых бестоварных операций, то они заключались в переводе денег государственными предприятиями, организациями на счета коммерческих структур за якобы выполненную работу. Этот способ актуален и в настоящее время. Через частные структуры, как правило, созданные при государственных предприятиях, «перекачивались» дефицитные материалы, сырье, изделия с целью дальнейшей их реализации по коммерческим ценам или иностранным партнерам.

Вывоз за границу квотируемого сырья, изделий осуществлялся путем приобретения за взятки квот, лицензий либо с помощью фальшивых документов на право вывоза за пределы России. Впоследствии чиновники взятки стали брать не наличными деньгами, а материальными ценностями, стройматериалами, путевками в престижные иностранные отели, товарами, официально приобретенными, либо путем перечисления денежной суммы на расчетный счет аффилированного предприятия за якобы выполненную работу или предоставления каких-либо льгот.

Сокрытие доходов от налогообложения осуществляется различными способами. Наиболее распространенными являются уменьшение балансовой стоимости основных и оборотных средств, умышленное занижение доходов, осуществление наличного расчета с партнерами, незаконное получение льгот по налогообложению. Данные способы не являются характерными только для организованных преступных формирований. В 1990-е годы их использовало подавляющее большинство коммерческих структур, поскольку в тот период времени объем налогов и сборов составлял более 70 % от прибыли. По мнению экспертов Российской академии наук, общая сумма сокрытия от налогообложения доходов, полученных от полезной и не являющейся общественно-опасной деятельностью, колебалась от 20 до 25 миллиардов рублей в год. Это была огромная сумма.

Совершению преступлений в сфере экономики комбинированными структурами, как правило, предшествует подготовительный процесс. Он заключается в выборе объекта посягательств независимо от форм собственности, изучении финансово-хозяйственной деятельности, режима работы, системы охраны. Для этого члены группировок различными способами устанавливают контакты с работниками интересующего предприятия либо устраивают на работу своих сообщников. Затем с их помощью совершают кражи материальных ценностей или рейдерские захваты предприятий.

В перспективе в России, как и предполагалось, в наибольшей степени стали развиваться комбинированные сообщества. В настоящее время подавляющее большинство преступлений в сфере экономической деятельности совершается именно такими группировками. Безусловно, что эффективное противодействие организованной преступности невозможно без глубоких знаний о факторах, способствующих ее возникновению и развитию, которые позволяют своевременно прогнозировать наступление негативных процессов и принимать упреждающие меры со стороны не только правоохранительных органов, но и иных государственных структур, а также общественных организаций.

Благоприятная среда для хищников в сфере экономики

Организованная преступность является одной из сложных социальных проблем. Если для объяснения общих факторов, способствующих возникновению преступности, анализируются определенные закономерности общественного развития и связанные с ним противоречия, порождающие негативные процессы, то исследование причинной связи на уровне сложных явлений требует детализации применительно к конкретным обстоятельствам. Именно здесь некоторые общие теоретические положения начинают терять свою убедительность.

В явлениях массового характера индивидуальный антагонизм как причина их возникновения не дает ответа на вопрос об истинной причинной связи негативных социальных факторов, поскольку эти явления базируются на реальных общественных процессах и поддерживаются определенными группами людей. Лежащие в их основе противоречия могут приобретать черты антагонистического характера. Данное положение в определенной степени отражает поведение участников организованных преступных формирований, мотивационная сфера которых явно выходит за рамки простых отношений, приобретая соответствующую мировоззренческую установку. Это подтверждает наличие определенных сложностей методологического характера в подходе к объяснению генезиса организованной преступности, тем более что точки зрения специалистов на факторы преступности, не говоря об ее организованных формах, менялись неоднократно.

До конца 1980-х годов бытовало распространенное мнение об отсутствии в Советском Союзе организованной преступности и причин для ее возникновения. Лишь только в 1989 году было официально признано существование этого явления и наличие факторов, его порождающих. Однако признать проблему — еще не значит быть готовым к ее решению. Тем более что организованная преступность в стране стала приобретать массовый характер. В этой связи появилась необходимость научного подхода к изучению и анализу причин, способствующих возникновению и развитию этого социально негативного явления, которые следовало искать в самих процессах общественного развития.

Зарождение организованной преступности, криминализация сферы экономики и появление коррупции обусловлены целым рядом таких факторов, как политические, социально-экономические, правовые и организационные.

Политическая нестабильность государства является благоприятным условием для развития данного социально опасного феномена, поскольку в этом случае государственные структуры не способны обеспечивать надежную защиту прав и законных интересов граждан, хозяйствующих субъектов от преступных посягательств, эффективно осуществлять контроль в сфере экономики за соблюдением действующего законодательства.

В целях обогащения преступные формирования используют любое несовершенство экономического механизма, порождаемое кризисными явлениями. Происходившие в тот период времени политические преобразования в стране вызвали кризис социально-экономического характера. Утрата традиционных экономических связей, отсутствие нового хозяйственного механизма при наличии производственных мощностей, сырья, материалов, изделий, пользующихся повышенным спросом на внешнем рынках, предоставление неограниченных экономических свобод и несовершенство государственного контроля создали благоприятные условия для безнаказанного совершения различного рода правонарушений.

Социально-экономические факторы в основном характеризуются сложившимися отношениями собственности. Кризисные явления, происходившие в сфере производства, распределения, обмена материальных благ и услуг, а также возникшие диспропорции в обществе повлияли на развитие организованной преступности. Поскольку этот феномен — продукт экономических отношений, его нельзя рассматривать обособленно от происходящих политических и экономических процессов в стране.

В Советском Союзе были одни факторы, способствующие зарождению данного явления, в России — другие, оказывающие положительное воздействие на его развитие. С появлением частной собственности возник и соблазн поживиться за счет растаскивания государственного и общественного материального имущества. В сферу экономики как объект возможной легкой наживы ринулись целые стаи алчно настроенных чиновников, имевших отношение к государственной собственности, лица с авантюрными и криминальными наклонностями. Руководители различных предприятий, организаций, хозяйствующих структур также воспользовались благоприятной средой для незаконного обогащения.

В связи с переходом к рыночной экономике ряд деяний, предусмотренных Уголовным кодексом РСФСР, был отменен. В это время одно из первых мест стали занимать налоговые правонарушения, связанные с «уводом» экономической деятельности от официального учета в «тень». В условиях тотальной государственной собственности не было основы для совершения целого ряда правонарушений в сфере экономической деятельности, появившихся впоследствии. Заметно увеличились масштабы теневой экономики.

Теневая экономика — это зона хозяйственной и иной деятельности, находящаяся вне официального правового учета. Она становится питательной средой для организованной преступности. В ее характеристике главным является социальная оценка, чьим интересам и в какой мере она наносит вред. Именно качественный анализ неблагоприятных для общества последствий от теневой экономики становится определяющим. В рамках правового государства не может быть терпимым положение, когда богатство определенного слоя людей накапливается незаконным путем, принося непомерные прибыли одним за счет обнищания других.

В настоящее время существует некое мнение, что в теневой экономике сосредоточены исключительно высокоталантливые люди, активные предприниматели, и в случае нахождения некоторых из них в местах лишения свободы за допущенные правонарушения — это неправильно. Такая точка зрения весьма сомнительна. В ее основе содержится ошибочная тенденция, заключающаяся в том, что если, по мнению ряда лиц, закон неправильный, то есть не отражающий интересы части общества, его можно нарушать, обходить. Однако, справедливости ради, подобный закон, правовую норму, нужно не обходить, а менять. К уголовной ответственности за различного рода преступления в сфере экономики, как правило, привлекаются лица не с доминирующей предпринимательской жилкой, а со сложившейся корыстно-стяжательной направленностью, осуществляющие такую деятельность с целью незаконного обогащения в ущерб другим гражданам.

К концу 1993 года в России оборот средств в теневой экономике, по самым скромным подсчетам экспертов, составлял около 200 миллиардов рублей. Он включает в себя хищения денежных средств и материального имущества, независимо от форм собственности; взятки должностных лиц; сокрытые от налогообложения доходы граждан, занимающихся предпринимательской деятельностью, и коммерческих структур; выручку от нелегального производства и продажи спиртных напитков, оружия, игорного и наркобизнеса, проституции, контрабанды и другое.

Теневая экономика существует во всех странах мира, она сопровождает официальную экономику любой страны. В некоторых, особенно высокоразвитых государствах объем ее незначителен, в других, наоборот, очень высок. Нельзя однозначно ответить, где лучшие условия для экономической преступности. По оценкам зарубежных специалистов, СССР входил в число двадцати стран мира с наиболее развитой теневой экономикой. Россия этот рубеж с успехом преодолела, особенно на начальном этапе, да и сейчас держит лидерство. Такому положению во многом способствовало количество различного рода налогов и их высокие ставки. По многим предприятиям консолидированная сумма налогов и сборов составляла около 80 % от прибыли. Практически все коммерческие структуры и ряд государственных фактически платили минимальные налоги, а многие и вовсе их не платили, за исключением некоторых крупных иностранных компаний, работавших в России.

К наиболее значимым экономическим факторам, влияющим на появление организованных преступных формирований в сфере экономики, относятся:

• дефицит товаров, сырья, неудовлетворение потребительского спроса;

• монополия государственной собственности;

• несовершенство рыночных отношений;

• высокие налоги и сборы;

• отсутствие в сфере экономики полной самостоятельности и ответственности руководителей государственных предприятий за состояние хозяйственной деятельности;

• слабый контроль за соблюдением хозяйствующими структурами установленных норм и правил в сфере экономической деятельности;

• бесхозяйственность в государственном секторе, распространенность взяточничества, поборов в различных формах, позволяющих обходить законы или, напротив, получать положенное. Все приведенные факторы обусловливают несовершенство хозяйственного механизма, который в общих чертах можно представить как совокупность всех организационных, экономических структур, форм и методов управления на основе правовых норм, обеспечивающих рациональное функционирование экономики.

Переход экономики к рыночным отношениям не только не устраняет факторы, порождающие организованную преступность, но и создает новые обстоятельства, способствующие развитию данного феномена. Это обусловливается тем, что лица с криминальными наклонностями всегда стремятся использовать кризисные ситуации в экономике с целью незаконного обогащения. Благоприятные условия для развития организованной преступности наступили после принятия закона о развитии кооперативного движения в Советском Союзе. С этого времени, по существу, и началось неконтролируемое обогащение путем «перемещения» государственных средств в частный сектор.

Первая Конституция Российской Федерации гарантировала единство экономического пространства, беспрепятственное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, а также поддержку конкуренции и свобод экономической деятельности. Свобода для частного капитала была предоставлена. Однако «забыли» разработать систему контроля за деятельностью коммерческих структур. Это позволяло безнаказанно совершать различного рода правонарушения в сфере экономической деятельности. Что касается поддержки конкуренции, то до настоящего времени во всех привлекательных секторах экономики доминирует монополия крупного капитала и частного бизнеса, имеющего связи с должностными лицами органов государственной власти.

Наиболее криминогенная ситуация в переходный период сложилась в банковской сфере и внешнеэкономической деятельности, которой незамедлительно воспользовались преступники. Основными обстоятельствами, обусловившими незаконное обогащение, являлись следующие. Во-первых, представилась возможность безнаказанно задерживать, а порой и не возвращать кредиты и средства, полученные как от коммерческих структур, так и государственных предприятий в порядке предоплаты. Во-вторых, несовершенство системы безналичных взаиморасчетов, способствующих совершению мошеннических операций. Сложившаяся ситуация в кредитно-банковской системе позволяла совершать крупные махинации, связанные с использованием руководителями кредитно-финансовых учреждений своего служебного положения.

В немалой степени безлицензионному, беспошлинному экспорту стратегических ресурсов способствовала неурегулированная деятельность совместно созданных с иностранными фирмами предприятий. Не имея производственной базы, под видом собственных материальных ценностей вывозились за рубеж сырье, материалы и товары государственных предприятий. Легальная предпринимательская деятельность служила прикрытием для совершения экономических преступлений путем присвоения неконтролируемой прибыли, большая часть которой оседала на счетах в иностранных банках.

Для сравнения, к этому времени в ряде зарубежных государств мира с высокоразвитой экономикой (США, Япония, Италия) и других странах организованная преступность приняла такой размах, что стала причинять не только социально-экономический ущерб, но и посягать на политические права правящих партий.

Выдвинутый в государственной программе «500 дней» лозунг о конверсии и легализации теневого капитала как одного из главных рычагов ресурсного обеспечения реформ создал благоприятную почву для развала высокотехнологичных производств оборонного комплекса. Мягко говоря, недальновидная политика реформаторов того периода причинила колоссальный ущерб промышленности и всей экономике Российской Федерации в целом, благодаря которому Россия вот уже на протяжении почти тридцати лет не может войти в нормальное русло экономического развития. Все это сыграло положительную роль для развития организованной преступности и отрицательно повлияло на ее противодействие.

На начальном этапе либерализации экономики коммерческие структуры стали предпринимать усилия по выходу из-под государственного контроля. Им эту затею удалась претворить в жизнь. Но они явно перестарались. Государство не только устранилось от регулирования экономической деятельности и осуществления контрольных функций, но впоследствии отказалось и от поддержки коммерческих структур. В то же время во многих развитых странах мира такое регулирование и оказание содействия частному бизнесу осуществляется довольно эффективно и на постоянной основе. Упование на то, что рынок сам сможет все урегулировать, способствует развитию теневой экономики и совершению различного рода организованных правонарушений. В результате в сфере экономической деятельности был утрачен должный государственный контроль и сведена к минимуму поддержка развивающемуся предпринимательству. Это во многом способствовало криминализации бизнеса.

Первый закон о государственной поддержке предпринимательства в России появился в 1995 году, который заложил правовую основу в области развития бизнеса, установил формы, методы государственного стимулирования и регулирования деятельности субъектов малого предпринимательства. В рамках реализации закона уже в конце года вводится упрощенная система налогообложения. В более чем в семидесяти регионах создаются специальные государственные учреждения, оказывающие содействие бизнесу. Однако запланированные мероприятия не всегда доводились до конца. Специальная федеральная программа была не полностью профинансирована.

В 1998 году Федеральный фонд поддержки и развития потерял свой статус главного подрядчика данной программы после возникших проблем со счетами в коммерческих банках. Налоговые льготы, ранее данные малому предпринимательству, были упразднены. Финансовая поддержка от федеральных источников в значительной степени сократилась. В дополнение к этому ряд международных программ или полностью закрылся, либо их ресурсы сократились до минимума.

Спустя два года правительство делает новую попытку оказания содействия бизнесу. В результате принимается Федеральная программа государственной поддержки малого предпринимательства на два года. Ее ресурсное обеспечение составило всего 40 миллионов рублей ежегодно. Через год финансирование увеличивается до 90 миллионов рублей. Но выделенных денежных средств было явно недостаточно.

Только через четыре года правительство России издает постановление «Об Инвестиционном фонде Российской Федерации», в нем закрепляются формы предоставления государственной поддержки коммерческим структурам. Выделяются денежные средства, которых тоже не хватало. Спустя три года в Правилах формирования использования бюджетных ассигнований Инвестиционного фонда, утвержденных правительством, впервые в официальных документах указывается такая форма взаимодействия, как государственно-частное партнерство.

В период мирового финансово-экономического кризиса, разразившегося во всех странах мира в середине 2008 года, с целью недопущения полного развала экономики страны, в том числе предпринимательских структур, правительство решается на выделение значительной суммы для поддержки реального сектора экономики. В это время принимается постановление о предоставлении государственных гарантий по кредитам организациями, отобранными в установленном порядке. На реализацию программы выделяется более 300 миллиардов бюджетных средств. Своевременно принятые антикризисные меры позволили экономике России удержаться на плаву.

Для того чтобы государство стало оказывать реальную поддержку коммерческим структурам, благодаря которой большая часть предприятий и организаций не стали банкротами, потребовалось 17 лет с момента распада Советского Союза. В последующие годы помощь со стороны государства для развития предпринимательства сократилась. В результате значительная часть коммерческих структур попросту прекратила свое существование.

Недостатки системы контроля, а подчас ее отсутствие, осложняют реализацию государственных программ, грамотно осуществлять налоговую политику, своевременно получать объективную информацию о происходящих негативных процессах в экономике. До настоящего времени в стране не создан эффективный контроль за доходами граждан, занимающихся предпринимательской и иной коммерческой деятельностью. Имеется в виду не за индивидуальными нищенскими заработками малообеспеченных людей, на которые направлен проект закона о самозанятых гражданах, а доходами работающих жителей России. По разным подсчетам экспертов, от 15 до 20 миллионов человек не платят никакие налоги. Практически половина всего работающего населения, включая и часть иностранцев, уклоняются от налогообложения. По существу, это непаханое поле для деятельности работников налоговой службы и правительства в целях пополнения бюджета.

Однако, несмотря на очевидность данного направления, в плане реализации оно является сложным. Здесь основным механизмом может стать снижение налогового бремени и повышение штрафных санкций за его неуплату. Необходимо сделать выгодным платить налоги, а не уклоняться от них. Второе по важности условие — это оказание реальной государственной поддержки малому и среднему бизнесу, даже в меньшей степени финансированием, а путем создания условий, способствующих занятию производственной деятельностью. Чтобы была обоюдная заинтересованность в уплате налогов, государство не должно выполнять роль только сборщика налогов, а быть рачительным хозяином.

Конечно, проще, по-кудрински, увеличить налоговые ставки, платежи, в том числе на малоимущих, с них проще взимать налоги, что уже делается. Но при этом необходимо не забывать, что число коммерческих структур может попросту сократиться. При таком подходе ожидаемый эффект будет отрицательным. Собираемость снизится — это аксиома, так как в полном объеме высокие налоги в России никто и никогда не платил и платить не собирается, за исключением крупных иностранных компаний. Да и они постараются использовать всякие лазейки для ухода от полного налогообложения.

Немаловажным фактором, способствующим возникновению и развитию организованной преступности, является несовершенство правовой системы и в первую очередь отсутствие фактического равноправия граждан перед законом. Наличие у высокопоставленных должностных лиц органов государственной власти правового приоритета перед другими гражданами не способствует и даже препятствует противодействию преступности. В переходный период лица, наделенные статусом неприкосновенности, из корыстных побуждений стали злоупотреблять таким правом. Подобные проблемы в Советском Союзе не возникали. Однако вместо того чтобы принимать меры для снижения негативных проявлений со стороны данной категории граждан, законодательные органы, напротив, стали разрабатывать законы, расширяющие неприкосновенность отдельных категорий государственных служащих, создавая возможности для безнаказанного совершения правонарушений.

В соответствии со статьей 30 закона 1990 года о статусе народного депутата местного Совета РСФСР, который действовал в течение четырех лет, депутат на территории своего Совета не мог быть привлечен к уголовной ответственности, арестован или подвергнут мерам административного взыскания без согласия соответствующего органа. Получить согласие на привлечение депутата к административной, не говоря об уголовной, ответственности было сложно. Уголовное дело разрешалось возбуждать только прокурору с согласия Совета.

До распада СССР такая необходимость возникала весьма редко. В тот период времени на территории соответствующего Совета не допускалось в какой бы то ни было форме ограничение свободы депутата, а также проведение досмотра, обыска, выемки и ареста его имущества, личного и используемого транспорта, жилого и служебного помещений. Неприкосновенность также распространялась на переписку, средства связи и на принадлежащие депутату документы. То есть запрещалось проведение оперативно-розыскных мероприятий.

В 1994 году принимается закон о статусе члена Совета Федерации и депутата Государственной думы. Положение статьи о неприкосновенности по содержанию мало чем отличалось от текста, изложенного в законе РСФСР. Позже в нее были внесены существенные поправки. В частности, сенатор и депутат Федерального собрания без согласия соответствующей палаты не могут быть привлечены к уголовной или к административной ответственности, задержаны, арестованы, подвергнуты обыску, досмотру (кроме случаев задержания на месте преступления) или допросу. Неприкосновенность распространяется на занимаемые ими жилые и служебные помещения, используемые ими личный и служебный транспорт, средства связи, принадлежащие им документы и багаж, а также на их переписку.

Проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении членов Законодательного собрания не предусматривается. В случае возбуждения уголовного дела орган дознания или следователь в трехдневный срок обязан сообщить об этом генеральному прокурору России. После окончания дознания, предварительного следствия дело не может быть передано в суд без согласия соответствующей палаты.

Гарантии прав депутатов, членов выборных органов местного самоуправления при привлечении их к уголовной или административной ответственности, задержании, аресте, обыске, допросе, совершении в отношении их иных уголовно-процессуальных и административных действий, а также при проведении оперативно-розыскных мероприятий устанавливаются федеральными законами.

Кроме депутатов и сенаторов, неприкосновенностью обладают судьи. Согласно закону Советского Союза о статусе судей 1989 года, который действовал до 1992 года, уголовное дело в отношении судьи районного (городского) народного суда могло быть возбуждено только прокурором союзной республики или генеральным прокурором страны, а в отношении судей других судов — генеральным прокурором. Надзор за расследованием осуществлялся прокурором, возбудившим уголовное дело. В то же время закон не запрещал проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении судей различного уровня.

Принятый закон о статусе судей в Российской Федерации 1992 года расширил иммунитет судей. В соответствии с которым уголовное дело в отношении судьи могло быть возбуждено только генеральным прокурором России или лицом, исполняющим его обязанности, при наличии согласия соответствующей квалификационной коллегии судей.

Проведение оперативно-розыскных мероприятий в порядке, предусмотренном законом «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» 1992 года, в отношении судей не допускалось. За исключением проникновения в служебное помещение судьи, используемый им транспорт, производство там досмотра, прослушивание его телефонных переговоров, досмотр корреспонденции, принадлежащих ему имущества и документов, которые могли производиться с санкции прокурора соответствующего уровня либо по решению суда и только в связи с производством по уголовному делу. При этом уголовное дело по требованию судьи должно было рассматриваться Верховным Судом России. В этой связи проведение каких-либо оперативных мероприятий считалось нецелесообразным.

Для сравнения, в отношении граждан, не обладающих таким иммунитетом, допускалось с санкции прокурора проведение оперативно-розыскных мероприятий, затрагивающих конституционные права, для сбора информации о лицах, подготавливающих или покушающихся на тяжкие преступления, совершающих либо совершивших такие преступления, а также допустивших уклонение от уплаты налогов либо сокрытие доходов от налогообложения в особо крупных размерах.

Впоследствии в закон о статусе судей вносятся поправки, в частности, в статью о неприкосновенности. Принятые изменения в определенной мере позволяют осуществлять, хотя и с оговоркой, следственные и оперативно-розыскные мероприятия в отношении судей, подозреваемых в совершении правонарушений. Это можно воспринимать как прогресс справедливости по отношению к простым гражданам.

Решение по вопросу о возбуждении уголовного дела на судью либо о привлечении его в качестве обвиняемого по другому уголовному делу принимается в отношении судьи Конституционного суда России — председателем Следственного комитета с согласия Конституционного суда; судьи Верховного суда Российской Федерации, республики, краевого, областного, города федерального значения, автономной области, автономного округа, военного, арбитражного суда — председателем Следственного комитета с согласия Высшей квалификационной коллегии судей России; судьи иного суда — председателем Следственного комитета с согласия квалификационной коллегии судей соответствующего субъекта России.

Осуществление в отношении судьи оперативно-розыскных мероприятий, а также следственных действий (если в отношении судьи не возбуждено уголовное дело и он не привлечен в качестве обвиняемого), связанных с ограничением его гражданских прав либо с нарушением неприкосновенности, допускается на основании решения, принимаемого в отношении судьи Конституционного суда, Верховного суда Российской Федерации, Верховного суда республики, краевого, областного, города федерального значения, автономной области, автономного округа, военного, арбитражного суда — коллегией в составе трех судей Верховного суда России; в отношении судьи иного суда — коллегией в составе трех судей Верховного суда республики, краевого, областного, города федерального значения, автономной области, автономного округа.

Установленный порядок привлечения к уголовной ответственности народных депутатов и судей в подавляющем большинстве случаев практически исключает возможность изобличения и доказывания фактов совершаемых ими преступлений. Подобные нормы неприкосновенности, содержавшиеся в законах Советского Союза, были гораздо скромнее, и лица, наделенные такими правами, не совершали преступлений в таких масштабах. В конце 1990-х — начале 2000-х годов более двадцати депутатов Государственной думы, в основном представители двух наиболее крупных политических партий, имели тесные связи с организованными формированиями, а некоторые из них сами принимали участие в совершении различного рода преступлений.

Представляется целесообразным, чтобы неприкосновенность членов Совета Федерации и депутатов Государственной думы распространялась исключительно на деятельность, связанную с осуществлением ими своих полномочий. Как правило, совершаемые народными избранниками обеих палат правонарушения не имеют никакого отношения к исполнению ими своих полномочий. Если лишить их неприкосновенности, заметно поубавится в этих палатах депутатов и сенаторов с корыстными наклонностями.

Законодательный орган России должны представлять не спортсмены, артисты, которые не знают, что такое законотворческая деятельность, поскольку грамоте учились только в промежутках между соревнованиями и концертами, а юристы, экономисты, ученые и другие образованные граждане. Тогда и законы будут приниматься качественные, отражающие интересы большинства граждан России, направленные на решение важных социально-экономических проблем.

Возникший в годы тоталитарного режима феномен «двойной законности» — признание значительной категории лиц, обладающих властными полномочиями, стоящих над законом, не несущих ответственность за любые действия, в том числе криминального характера, — не мог не обратить на себя самое пристальное внимание со стороны функционеров теневой экономики. Нередко партийные и государственные исполнительные органы непосредственно вторгались в сферу деятельности правоохранительных структур. Особенно это наглядно проявлялось, когда вскрывались злоупотребления со стороны руководителей предприятий, учреждений, организаций либо должностных лиц органов власти и управления.

Традиционная привычка чиновников, причем на всех уровнях, вмешиваться в работу правоохранительных органов, решать дела с позиций видимой только им пользы, политической или личной амбиции по-прежнему доминирует. Со временем противодействие соблюдению правовых норм и правил становится все более организованным. Используются средства массовой информации, прямые угрозы, расправы над работниками правоохранительных органов. Это наглядно прослеживается, когда затрагиваются корыстные интересы государственных служащих высокого уровня.

Классическим примером «двойной законности» по праву могут служить два громких уголовных дела. Одно в отношении директора департамента имущественных отношений Министерства обороны, которая своими действиями причинила колоссальный ущерб государству на многие миллиарды рублей. Однако по причине интимных отношений с министром обороны не понесла никакого наказания.

Совершенно другой случай, с противоположным результатом, связанный с привлечением к уголовной ответственности министра экономического развития. В отношении государственного должностного лица была организована провокация в получении взятки в два миллиона долларов. Подтверждением тому является официальное признание законности согласования министерством сделки одной из крупных нефтяных компаний. Если процедура осуществлялась на законных основаниях и министр знал, с кем имеет дело, то под каким предлогом ему могли дать взятку? Несмотря на то что дело шито белыми нитками, бывший руководитель федерального министерства получил восемь лет лишения свободы.

Причиной послужили его противоположные взгляды, не совпадающие с мнением руководства страны. Только одно публичное высказывание о том, что экономический кризис в России не достиг дна, в то время когда в СМИ поднялась эйфория по поводу начавшегося увеличении ВВП, — как минимум года на три тянет. Кому нужен такой министр, который говорит правду и имеет свое мнение, не совпадающее с элитой государства. Ну как можно такое оставить без должного внимания, вот и получил. Все потому, что законы в России применяются избирательно в зависимости от различных обстоятельств и в первую очередь от субъективных мнений «власть имущих». Это не способствует объективному его применению в равной степени ко всем гражданам, независимо от занимаемых должностей. По-прежнему существует особая каста, недосягаемая для закона.

Неоправданное отсутствие в переходный период законов, направленных на противодействие организованной преступности в сфере экономики, позволило отдельным работникам органов власти и управления безнаказанно обогащаться за счет разбазаривания государственного имущества. При этом наибольшее число злоупотреблений совершалось в процессе приватизации, а также во внешнеэкономической деятельности и кредитно-банковской сфере.

Черты системного характера коррупция стала приобретать в период активизации группировок, пытавшихся легализовать незаконно нажитые средства путем вложения их в экономику, стремления коммерческих предприятий принять участие в процессе приватизации государственной собственности. Коррупция в органах власти и управления носит многоаспектный характер. Она выражается не только в нарушении уголовно-правового запрета на совершение определенных деяний, но и связана с несоблюдением норм административного, гражданского, трудового и других отраслей права, а также правил служебной этики и морали.

Несовершенство законодательства позволяло коррумпированным чиновникам, оказывающим содействие в прикрытии преступной деятельности, оставаться на свободе, так как зачастую их деяния вплоть до 2008 года, до принятия закона о противодействии коррупции, по сути, не являлись наказуемыми. Однако и он далек от совершенства и нуждается в дальнейшей доработке.

По причине имеющихся пробелов в действующих нормативных актах денежные средства и материальные ценности, полученные незаконным путем в сфере экономической деятельности либо в результате должностных преступлений, легализовывать не обязательно. Поскольку их происхождение никого не интересует, за исключением доходов, добытых в процессе продажи наркотиков, оружия, совершения разбойных нападении и других тяжких общеуголовных преступлений.

Существенным недостатком нынешнего законодательства является несовершенство санкций, предусмотренных за экономические преступления. С начала 1990-х годов до 2007 года в уголовном законодательстве отсутствовала наиболее эффективная мера воздействия, применяющаяся во всех цивилизованных странах мира, — конфискация доходов, полученных в результате преступной деятельности. Правовая мера была заменена на заоблачные штрафы, которые реально никто не платит. Между ними имеется существенное различие. Конфискация предусматривает изъятие имеющихся денежных средств, материальных ценностей, полученных незаконным путем, а штраф — уплату, как правило, в будущем. Институт конфискации делает указанные преступления экономически маловыгодными, но не в таком виде, какой содержится в Уголовном кодексе России. Достаточно его сравнить с тем, который существовал в Уголовном кодексе РСФСР, и все станет ясным.

Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» 1990 года под предлогом сохранения коммерческой тайны препятствовал оперативным работникам органов внутренних дел и государственной безопасности получать необходимые данные, имеющие отношение к совершаемым правонарушениям. Только спустя тринадцать лет существовавший пробел был устранен. Что касается правовой защищенности оперативных сотрудников органов внутренних дел в процессе выполнения служебных обязанностей, то в последнее время она значительно снизилась. Как следствие это отрицательно сказалось на результатах их работы.

Фактором, оказывающим негативное воздействие на противодействие организованной преступности, также является отсутствие эффективной правовой защиты свидетелей. В этой связи на практике правоохранительные органы сталкивались с весьма сложными проблемами в процессе доказывания преступной деятельности подозреваемых. Участники группировок с помощью адвокатов умело использовали существовавшие правовые пробелы во избежание наказания за содеянное. Спустя более десяти лет с момента распада Советского Союза принимается закон о государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства. Однако многие вопросы до сих пор остаются нерешенными, что существенно затрудняет процесс разоблачения виновных, а порой ставит его на грань срыва.

В Екатеринбурге судья городского суда вел судебное рассмотрение уголовного дела о преступной деятельности одной из крупных группировок города. На скамье подсудимых вместе с несколькими членами банды оказался и лидер. Процесс длился около полугода. Разбирательство затягивалось по причине того, что УВД по Екатеринбургу не обеспечило должной защиты участникам судебного процесса, кроме, конечно, арестованных. Поэтому пострадавшие и свидетели отказывались приходить в зал заседаний, так как один из них был убит.

Для завершения рассмотрения дела суд был вынужден использовать в процессе допроса свидетелей видеоконференцию. Очевидцы находились в Челябинском областном суде и отвечали на вопросы свердловских судей по телевидению. Монитор расположили так, чтобы подсудимые не видели изображения свидетелей на экране. Участники группировки, оставшиеся на тот момент на свободе, решили убить судью за то, что он осмелился не менять меру пресечения лидеру и оставил его под стражей. Вечером во дворе своего дома его сильно избили металлическими прутьями, только случайно появившаяся группа молодых людей помешала забить до смерти.

В период либерализации экономики правовые пробелы в основном содержались в законодательных актах, устанавливающих правила и нормы в сфере предпринимательской деятельности. Именно туда и устремились преступники различных мастей. Как стаи хищников набросились на добычу, увидев в ней возможность легкой наживы и безопасность за содеянное. Криминальные элементы быстро уловили специфику переходного периода и в новой благоприятной для них среде стали более дерзкими в своих поступках.

Отсутствие уголовной ответственности за нарушение деятельности, связанной с приватизацией, предоставлением коммерческим структурам льгот, а также правовых норм, предусматривающих расторжение сделок на любой стадии, заключенных с нарушением существующих правил, привели к массовому присвоению государственного имущества и незаконному обогащению отдельных лиц. Некоторые подобные действия до сих пор квалифицируются как гражданско-правовые отношения и не являются уголовно наказуемыми. За содеянное виновные в лучшем случае подвергаются мерам административного воздействия, а чаще всего вообще не несут никакого наказания.

Смена общественно-экономической формации прошла почти 30 лет назад, однако действующие правовые нормы, квалифицирующие мошенничество либо отсутствие таковых, позволяют аферистам безнаказанно совершать обман граждан путем умышленного введения их в заблуждение.

То есть мошенники различными способами маскируют в договорах основную информацию о фактической цене, качестве изделия, особенностях расчета за приобретенный товар, якобы не имеющую значение. На самом деле в ней содержится суть обмана. Для этого используются различные способы. Размещают такие сведения в сносках, приложениях либо печатают мелким шрифтом. Зачастую перед подписанием договора подменивают экземпляры, в которых указывается более высокая цена, чем та, которая содержалась в первоначальном ознакомительном варианте.

В суде подобные действия трактуются в пользу мошенников, поскольку потерпевшие фактически страдают из-за своей невнимательности. Так как нюансы, послужившие обману доверчивых граждан, изложены в подписанных ими договорах либо указаны на приобретенном товаре.

С целью устранения условий, способствующих совершению аналогичных мошеннических действий, необходимо в законы внести соответствующие нормы. В частности, обязывающие производителей, продавцов или предприятия, оказывающих услуги, указывать в договорах купли-продажи, размещать на товарах информацию, из-за которой после совершения сделки могут наступить негативные последствия, по принципу надписи, содержащейся на пачках сигарет.

В переходный период государственная и в особенности частная собственность становятся постоянными объектами посягательств со стороны преступников. Несмотря на то что в России в соответствии с новой Конституцией стала признаваться и защищаться равным образом частная, государственная, муниципальная и иные формы собственности, в Уголовном кодексе правовые нормы по их охране появились только спустя шесть месяцев. Это в определенной степени повлияло на то, что у сотрудников правоохранительных органов к защите частной собственности сформировалось своеобразное отношение. Они еще продоложительное время по привычке относились к ней как менее значимой по сравнению с государственной. Взгляды постепенно стали меняться только с приходом в правоохранительные органы сотрудников нового поколения.

Правовое несовершенство активно использовали не только представители криминальной среды, но и отдельные должностные лица государственных органов, которые из корыстных побуждений искусственно создавали на пути развития предпринимательской деятельности всевозможные препятствия. При активном участии реформаторов перестройки и под влиянием, оказываемым из-за рубежа, наступила весьма бурная приватизация государственной собственности, а точнее, хищническое ее разграбление. За семь лет большая часть государственного имущества за мизерные цены перекочевала в коммерческие структуры. Подобного рода сверхударной реформы никто не ожидал, чему неподдельно была удивлена премьер-министр Великобритании М. Тэтчер. По меркам Англии, этот процесс в России должен был продлиться не менее двадцати лет.

Результат так называемой реформы один — развал реального сектора экономики и переход на минерально-сырьевые ресурсы. Как следствие превращение страны в огромный рынок товаров иностранных производителей, зачастую весьма низкого качества. Эта задача с успехом была выполнена. Россия превратилась в сырьевой придаток развитых государств, и до сих пор не принимаются конкретные меры по выходу экономики из неприглядного, на десятилетия затянувшегося положения.

Реальная зависимость российской экономики от зарубежных стран, по причине слаборазвитой экономики и отсутствия внутреннего рынка, вопреки громким заявлениям высших должностных лиц, наглядно проявилась в период ввода санкций Евросоюза и США. Экономика существенно пострадала, подешевела национальная валюта, вследствие чего снизился уровень жизни граждан. Явное отставание законодательства, в том числе уголовного, от происходящих процессов в сфере экономики играет на руку преступникам.

В большей степени организованная преступность активизируется в период кризисных ситуаций, поскольку в это время государственный механизм начинает давать сбои, чем и пользуются различного рода корыстно настроенные субъекты. Преступность, при неэффективной борьбе с нею, способна к самодетерминации и оказанию обратного отрицательного влияния на породившие ее обстоятельства, в том числе на экономику, социальную ситуацию, политику, духовную атмосферу населения.

К наиболее значимым факторам, оказывающим негативное влияние на эффективность деятельности органов внутренних дел по противодействию организованной преступности, относятся:

• структурное несовершенство оперативно-розыскных служб и недостаточная их техническая оснащенность;

• недоработка в процессе создания информационно-аналитической системы сбора, обработки, хранения и использования данных, представляющих оперативный интерес;

• слабое взаимодействие с налоговыми службами, таможенными подразделениями, иными правоохранительными и контролирующими органами;

• отсутствие научно обоснованных методик по выявлению признаков совершаемых организованных преступлений в сфере экономической деятельности;

• недостаточное материальное стимулирование сотрудников.

Неполное обеспечение современной специальной техникой, особенно это касается низовых подразделений, не позволяет сотрудникам на высокопрофессиональном уровне осуществлять документирование организованной преступной деятельности и проводить иные оперативно-розыскные мероприятия. Однако основной причиной неэффективного противодействия организованной преступности является отсутствие с 2008 года специальной службы МВД, которая в рамках функциональных обязанностей в том числе осуществляла борьбу с терроризмом.

Несовершенство структур оперативно-розыскных служб, осуществляющих в настоящее время борьбу с этим явлением, негативно отражается не только на результатах проводимой работы, но и на взаимодействии между оперативными службами. Также оказывает отрицательное влияние и на концепции противодействия организованной преступности.

Чрезмерное увлечение оперативно-розыскными мерами послужило тому, что профилактическая работа практически выпала из поля зрения этих служб. Весьма редко стали проводиться масштабные операции по пресечению различного рода правонарушений. В условиях постоянного роста насильственных организованных преступлений в сфере экономики принимаемые меры не способствуют эффективности, поскольку участники группировок подавляющее большинство деяний совершают в условиях очевидности, и для их раскрытия не требуется глубокой оперативной разработки.

Работу в данном направлении осуществляет ряд ведомств и служб. Между ними до сих пор не налажено эффективное взаимодействие. Зачастую мероприятия проводятся без учета возможностей оперативно-розыскных служб даже в рамках одного ведомства, не говоря о других министерствах. Также недостаточно внимания уделяется комплексному использованию сил и средств органов внутренних дел и федеральной службы безопасности в процессе выявления, разработки и розыска членов преступных формирований. Не в полной мере задействуются имеющиеся возможности подразделений экономической безопасности, следственных изоляторов и мест лишения свободы.

Одной из основных причин такого положения является межведомственная и межотраслевая конкуренция. До сих пор в процессе выявления информации, представляющей интерес, не придается значения потенциальным возможностям государственных контролирующих органов, таможенной службе. Все это свидетельствует об отсутствии координирующего органа. Весьма важно в данном направлении работы исходить из того, что организованная преступность — это специфическое явление, и эффективное противодействие ей может оказывать только специально созданная служба.

В настоящее время в полиции наблюдается постоянное сокращение штатов, в том числе оперативных работников, отсутствует должное финансирование МВД, ФСБ. Из органов внутренних дел продолжается отток профессиональных кадров. Курсанты, окончившие высшие заведения системы МВД, не всегда назначаются на должности по профилю полученной специальности. Через три-пять лет после получения высшего специального образования из органов увольняется более 40 % таких сотрудников. Основными причинами являются недостаточное материальное обеспечение и слабая правовая защищенность.

При разработке задач Российской гвардии не учтен весьма важный фактор — скрытая деятельность террористических формирований. Основное внимание фактически уделено силовому блоку. Поэтому и задачи должны быть указаны соответствующие, а не борьба с терроризмом, которой там и не пахнет. Без создания оперативно-аналитического направления в ее структуре данная задача будет оставаться благим пожеланием. Охрана высших должностных лиц субъектов Российской Федерации, это ее функция. Но если бы они не злоупотребляли должностными полномочиями, их и охранять не надо было бы.

Такой подход не может позитивно сказаться на эффективности противодействия терроризму. Для подтверждения достаточно привести два случая. Вооруженное нападение в марте 2017 года на подразделение Росгвардии, расположенное в Чечне, и совершенный в апреле того же года теракт в метро Санкт-Петербурга.

Террористические сообщества — это разновидность организованных преступных формирований. Отличительной особенностью от группировок, действующих в сфере экономики или общеуголовной направленности, является сама природа их возникновения. К основным факторам, способствующим появлению террористических группировок, относятся:

• социальная несправедливость по отношению к части людей в обществе;

• религиозный экстремизм;

• корысть;

• месть;

• политические амбиции лидеров экстремистских сообществ.

Указанные факторы изложены в последовательности с учетом степени их значимости. В различных группировках они могут присутствовать как в полной мере, так и частично. Основным способом для достижения преступных целей (получение выкупа, осуществление мести, решения каких-либо политических требований) являются террористический акт или угроза такового либо захват заложников. Раньше подобного рода преступления совершались с участием большой группы лиц. В последнее время теракты стали осуществляться, как правило, небольшим количеством субъектов или одиночками. Для реализации преступных замыслов террористы все чаще стали используют грузовой автотранспорт.

В условиях отсутствия в стране политических и экономических кризисных процессов основной причиной роста совершаемых организованных преступлений, в том числе в сфере экономики, является неэффективно работающая правоохранительная система, которая в последнее время представляет собой разбалансированную структуру, не имеющую стратегической концепции по противодействию преступности и обеспечению безопасности граждан.

Закон на страже порядка и справедливости

Несмотря на хищническую сущность организованной преступности и опасные формы ее проявления, включая терроризм как одну из ее разновидностей, вести борьбу с этим явлением в правовом государстве необходимо в рамках закона. Правовой фактор, способствующий повышению эффективности противодействия данному феномену, приобретает особую актуальность, поскольку право в качестве единой формы общественных отношений способно всеобъемлюще и целенаправленно влиять на различные виды отношений. В России государство стало уделять внимание правовому обеспечению в этом направлении только с 1989 года. В то время когда организованная преступность уже начала поражать основные сферы экономики и проникать в государственные структуры.

Весьма важное значение имеют правовые меры, принимаемые именно на первоначальной стадии зарождения и развития любого сложного социального явления. От этого, по сути, зависит вся дальнейшая работа правоохранительной системы. Осознав важность правового регулирования организации и тактики противодействия организованной преступности, государственные органы, хотя и с некоторым запозданием, тем не менее обратили серьезное внимание на данную проблему.

В этот период времени, несмотря на некоторые принципиальные разногласия между исполнительной и законодательной властью, в России издается ряд основополагающих законов, направленных на усиление борьбы с организованными преступлениями. Однако из-за имевшихся противоречий между различными ветвями государственной власти не всегда можно было быстро принять необходимый закон для решения возникавших проблем. Тогда для их решения президент России в своем волевом стиле издавал соответствующие указы. Некоторые из них содержали ряд положений, противоречащих действующему законодательству. Впоследствии в такие нормативные акты вносились поправки. Ряд указов через какой-то промежуток времени после решения проблемных вопросов отменялись. Однако на момент принятия и последующего действия они играли весьма положительную роль в борьбе с набиравшим в то время силу социально негативным явлением.

На первоначальном этапе противодействия организованной преступности в России разрабатывались и принимались законы и нормативные правовые акты, которые можно условно разделить на три основные группы:

1. Законодательные акты, регламентирующие основы правоохранительной деятельности по борьбе с данным социально негативным явлением.

2. Правовые акты, направленные на устранение факторов, способствующих возникновению и развитию организованной преступности.

3. Ведомственные нормативные акты, регулирующие организацию и тактику деятельности органов внутренних дел, осуществлявших борьбу в этом направлении.

К первым наиболее значимым законодательным актам, положившим начало противодействию данному феномену, согласно классификации, относятся: постановление Верховного Совета СССР «О решительном усилении борьбы с преступностью» от 4 августа 1989 года и постановление Президиума Верховного Совета РСФСР «Об утверждении Положения о временном Комитете по борьбе с преступностью», утвержденное 25 декабря 1989 года.

Основная заслуга указанных постановлений заключалась в том, что впервые на законодательном уровне государства было уделено внимание борьбе с организованной преступностью. Это обязывало руководителей государственной власти принимать решительные меры по усилению борьбы в данном направлении. Созданные в республиках в составе РСФСР, краевых, областных центрах, автономных образованиях временные комитеты сыграли важную роль в обеспечении оперативно-розыскных служб денежными средствами для закупки необходимой техники, в том числе и за рубежом.

В результате ряд подразделений органов внутренних дел обеспечили необходимой современной специальной техникой, что позволило повысить эффективность проводимых мероприятий.

Основополагающее место в определении стратегических направлений противодействия социально негативному явлению по праву принадлежит постановлению Съезда народных депутатов СССР «Об усилении борьбы с организованной преступностью» от 23 декабря 1989 года. В нем противодействие этому феномену было поставлено в один ряд с рассмотрением важнейших общегосударственных задач. Наравне с решением различных государственных вопросов предусматривалось внесение изменений в уголовное и процессуальное законодательство, направленных на обеспечение неотвратимости уголовной ответственности участников преступных формирований. Также уделялось внимание правовой защищенности тех, кто выполнял служебный долг по защите граждан от преступных посягательств, в том числе потерпевших и свидетелей.

Был взят курс на разработку комплекса мер по устранению причин и условий, порождающих теневую экономику, коррупцию, бесхозяйственность, расточительство, которые являются питательной средой для организованной преступности. Планировалось создание системы действенного контроля за доходами граждан и организаций, препятствующей незаконному обогащению. Вместе с этим предусматривались разработка и принятие мер по совершенствованию организационного обеспечения правоохранительных органов и их технического оснащения. Большую часть запланированных мероприятий удалось реализовать, что положило начало совершенствованию правоохранительной системы.

Весьма важное значение в деле противодействия появившемуся феномену имел указ президента СССР «О мерах по усилению борьбы с наиболее опасными преступлениями и их организованными формами», подписанный 4 февраля 1991 года. В основном он был направлен на совершенствование структурного построения правоохранительной системы и в особенности органов внутренних дел. Во исполнение данного указа в Министерстве внутренних дел СССР создается Главное управление по борьбе с наиболее опасными преступлениями, организованной преступностью, коррупцией и наркобизнесом, а на местах формируются межрегиональные и региональные подразделения.

Принцип федерального (вертикального) построения данной службы являлся наиболее оптимальным и обеспечивал наибольшую эффективность в борьбе с преступными сообществами, обладавшими межрегиональными и международными связями. Руководители государственных органов края, области, республики уже не могли беспрепятственно оказывать негативное влияние на работу сотрудников, осуществлявших раскрытие организованных преступлений, к которым зачастую местные чиновники или их знакомые имели отношение.

В соответствии с принятым Верховным Советом РСФСР 18 апреля 1991 года Законом «О милиции» оперативно-розыскные службы выводятся из подчинения органов исполнительной власти, и они стали подчиняться только по «вертикали». Такое положение затрудняло вмешиваться законодательным и исполнительным органам государственной власти, не имеющим на то полномочий, в работу оперативных служб. Это позволяло объективно проводить раскрытие и расследование преступлений, совершаемых организованными формированиями, в том числе имеющими коррумпированные связи в органах власти и управления.

Закон предоставлял право работникам милиции при наличии данных, свидетельствующих о нарушении правовых норм, регулирующих финансовую, хозяйственную, предпринимательскую и торговую деятельность, беспрепятственно входить в помещения предприятий, учреждений, организаций независимо от подчиненности и форм собственности. Также проводить осмотр производственных, складских, торговых и иных служебных помещений, транспортных средств. Изымать необходимые документы на материальные ценности, денежные средства, кредитные и финансовые операции. Осуществлять контрольные закупки, требовать обязательного проведения проверок, ревизий производственной и финансово-хозяйственной деятельности предприятий, учреждений. Получать от должностных лиц сведения и объяснения по фактам нарушения законодательства. Приостанавливать до устранения допущенных нарушений деятельность предприятий торговли, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность в сфере торговли, в случаях неисполнения ими законного требования работников милиции.

Наличие указанных прав у сотрудников оперативных служб затрудняло безнаказанно совершать различного рода преступления в сфере экономической деятельности. Спустя некоторое время коммерческие структуры, осуществлявшие свой бизнес, как правило, с нарушениями законодательства, под различными предлогами стали постоянно обращаться в высшие государственные органы с целью принятия мер по сокращению проверок финансово-хозяйственных функций.

Через семнадцать лет, в период продолжавшейся либерализации коммерческой деятельности и ослабления контроля со стороны государственных органов, федеральным законом от 26 декабря 2008 года пункт 25 статьи 11, содержавший указанные правовые нормы, в угоду недобросовестным коммерсантам был отменен. Пункт 4 данной статьи, позволявший сотрудникам милиции получать от граждан и должностных лиц необходимые объяснения, сведения, справки, документы и копии с них, остался без изменений. По сути дела, только эта правовая норма позволяла оперативным сотрудникам гласным путем без возбужденного уголовного дела проводить проверку информации о подготавливаемых преступлениях в сфере экономики.

Законом «О полиции» от 7 февраля 2011 года имевшийся правовой пробел в какой-то степени был устранен. В соответствии со статьей 13 сотрудникам полиции предоставляется право требовать по письменному запросу уполномоченных должностных лиц от организаций, независимо от форм собственности, предоставления образцов и каталогов своей продукции, техническую документацию и другие информационные материалы. Также проводить исследования предметов и документов при наличии признаков подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния.

В соответствии с данным законом сотрудники имеют право на применение физической силы, спецсредств и огнестрельного оружия, а в случае необходимости проникать в помещения, занимаемые организациями. Принятый Закон от 22 февраля 1995 года «О Федеральной службе безопасности» наделяет сотрудников ФСБ правом на применение боевой техники, оружия, спецсредств и физической силы, а при необходимости проникать в помещения организаций.

В 1990-е годы, несмотря на наличие прав, позволяющих правоохранительным органам при необходимости входить в помещения предприятий, организаций независимо от форм собственности и проводить проверку финансово-хозяйственной деятельности, некоторые коммерческие структуры оказывали им агрессивное сопротивление. В особенности этим страдали банки, нефтяные компании и другие крупные фирмы. Как правило, подобное поведение было продиктовано тем, что их службы безопасности в основном возглавляли бывшие сотрудники ОВД или ФСБ, в том числе ранее занимавшие высокие должности, либо прикомандированные сотрудники этих ведомств.

Аналогичный случай произошел в офисном помещении «ЛогоВАЗ», директором которого являлся Березин. После покушения для его охраны руководство ФСБ прикомандировало подполковника Левитенко. По подозрению Березина в причастности к убийству известного телеведущего в офис для задержания прибыли следователь и два оперативника уголовного розыска. В кабинете сотрудники предъявили подозреваемому постановление о его задержании. Было заметно, как директор «ЛогоВАЗ» занервничал. Вместе с ним находились еще трое работников фирмы, но они безучастно смотрели на происходящее. Через открытую дверь присутствующие слышали, как секретарша встревоженным голосом с кем-то разговаривает по телефону. Спустя несколько минут в кабинет буквально ворвался Левитенко, который в руках держал автомат АКС-74У. На повышенном тоне он обратился к прибывшим сотрудникам милиции:

— Я сотрудник ФСБ. Березин является охраняемой личностью. Оставьте его.

— У нас есть постановление, подписанное прокурором города, на задержание, — сказал следователь.

В это время Левитенко передернул затвор автомата и с надрывом в голосе произнес:

— Если вы попытаетесь его задержать, я вынужден буду применить оружие.

Один из оперативников обратился к своим коллегам:

— У него автомат, а у нас только пистолеты. И потом, у парня глаза ненормальные. Он сдуру может начать стрелять. Оставим пока его в покое, после задержим.

И они ушли.

За этот поступок Березин был весьма признателен Левитенко потому, что только благодаря ему оперативники не смогли провести задержание. Остальные работники, находившиеся в кабинете директора, не решились вмешиваться в работу милиции. Если бы в том мероприятии участвовали сотрудники ОМОН, подозреваемого наверняка взяли и привлекли к уголовной ответственности. После случившегося Березин сразу же обратился к своим покровителям из близкого окружения президента России. Из администрации главы государства в МВД поступила соответствующая команда, и правоохранительные органы оставили его в покое.

В ходе следствия, проводимого по уголовному делу, Генеральная прокуратура получила доказательства о причастности директора «ЛогоВАЗ» к убийству телеведущего. Об этом Суров, генеральный прокурор, доложил президенту страны. В процесс расследования вмешалась дочь президента, и генеральному прокурору России было предложено уволиться с формулировкой «по собственному желанию». Но он от этого предложения отказался. Поводом послужила сразу же появившаяся, задолго до этого случая сделанная видеозапись, на которой мужчина, похожий на Сурова, находился в сауне в окружении молодых девиц.

Два раза президент направлял предложение в Совет Федерации об отстранении генпрокурора от должности, но сенаторы голосовали против отставки. При повторном рассмотрении вопроса в верхнюю палату приехал руководитель администрации президента. Сенаторы предложили ему предоставить доказательства вины Сурова. Свое разочарование подобным поведением членов Совета Федерации он даже не пытался скрыть.

— Я и не думал, что вам нужны какие-то доказательства, когда и так все ясно. Есть обращение президента, чего еще нужно? — с раздражением сказал руководитель администрации с трибуны.

Со второго неудачного захода в администрации решили действовать наверняка. В отношении генерального прокурора по надуманным основаниям было возбуждено уголовное дело. С третьего «захода» сенаторы все же проголосовали за его отставку.

Спустя год вместо тюремного заключения Березина назначают на должность заместителя секретаря Совета безопасности России. В этой должности он проработал в течение года, параллельно решая свои коммерческие вопросы, будучи недосягаемым для правоохранительных органов.

После применения силовых мер в процессе проведения следственно-оперативных мероприятий в отношении ряда крупных компаний сопротивляемость законным требованиям милиции заметно поубавилась. В дальнейшем для осуществления подобных мероприятий в обязательном порядке начали привлекать сотрудников СОБРа, и никаких проблем, как правило, не возникало. В то же время оперативные службы зачастую стали использовать возможности спецназа для проведения, казалось бы, несложных операций.

Имеющиеся силовые возможности однажды продемонстрировал Колпаков, возглавлявший службу безопасности президента России (СБП), который стремился ее превратить в самую влиятельную спецслужбу. По его инициативе в ноябре 1993 года создается Центр специального назначения для выполнения буквально всех задач, в том числе с функциями, аналогичными секретной службе США, на которую, кроме охраны президента США, вице-президента, других высокопоставленных чиновников, возложены обязанности по защите финансовой системы страны.

Буквально через год в СБП создаются отделы по борьбе с коррупцией в администрации президента России и аппарате федерального правительства. Также Колпаков намеревался взять под контроль и финансовые структуры, которые никоим образом не относились к сфере деятельности возглавляемой им службы.

С целью наглядной демонстрации силы для зарвавшихся крупных банкиров зимним утром сотрудники службы безопасности президента около здания мэрии, где раньше располагался Совет экономической взаимопомощи, излишне жестко обошлись с охраной председателя «Мост-банка». Всех уложили на снег. Затем с автоматами и в масках ворвались в банк, располагавшийся на одном из этажей здания. До смерти напугали работников, большинство из которых были женщины, ну и конечно, самого председателя финансовой структуры. Ему и посвящался этот «спектакль», а для пущего устрашения в помещении устроили никем не санкционированный обыск. Самовольное проведение такого мероприятия сильно напугало крупных российских банкиров, и некоторые из них стали спешно выводить денежные средства за рубеж. Подобным поведением своего начальника охраны был недоволен президент, поскольку для успокоения банкиров ему пришлось вмешиваться в создавшуюся непростую ситуацию.

Нагнав на председателя «Мост-банка» холоду, Колпаков продолжал действовать в своем амплуа. Последней каплей терпения президента страны стало задержание в 1996 году сотрудниками СБП работников его предвыборного штаба. Через короткий промежуток времени начальник службы безопасности был уволен. После этого случая журналисты как-то задали вопрос президенту о Колпакове и его помощнике по национальной безопасности.

— Что тот, понимаешь, что этот, — ответил он.

Кратко и ясно. Оба в очередной раз сильно прокололись, и их отстранили от занимаемых должностей.

В то время весьма актуальное значение в борьбе с организованной преступностью имел Закон «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации», принятый 13 марта 1992 года, в котором впервые в истории СССР и Российской Федерации на законодательном уровне были нормативно закреплены организация и тактика осуществления оперативно-розыскной деятельности и ряд других важных положений. В том числе перечень оперативно-розыскных мероприятий, состоявший из двенадцати позиций. Из «полулегальной» весьма значимая оперативная работа превратилась в легальную. Регламентирующаяся не как раньше положением одной статьи Уголовно-процессуального кодекса, а отдельным законом. В нем содержались правовые и социальные гарантии субъектов оперативно-розыскной деятельности.

Примечательным является то, что до принятия данного закона единственным правовым основанием для осуществления оперативно-розыскной деятельности, не считая ведомственных нормативных актов, являлась статья 118 УПК РСФСР. Она позволяла оперативным службам принимать необходимые оперативно-розыскные меры в целях обнаружения преступлений и лиц, их совершивших, а также для предупреждения и пресечения преступлений. При этом организационно-тактические вопросы, порядок проведения оперативных мероприятий довольно подробно регламентировались секретными ведомственными приказами и наставлениями. В приказах предусматривался строгий контроль за законностью их проведения как со стороны прокуратуры, так и вышестоящих ведомственных структур.

Кроме этого, в июне 1990 года на законодательном уровне был установлен порядок прослушивания телефонных переговоров и звукозаписи. Согласно Закону «О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик», прослушивание телефонных переговоров подозреваемого, обвиняемого или иных причастных к преступлению лиц могло производиться по возбужденным уголовным делам с санкции прокурора либо по определению суда. Такое мероприятие не могло проводиться более шести месяцев. На органы дознания возлагались обязанности принятия необходимых оперативно-розыскных мер, в том числе с использованием видеозаписи, кинофотосъемки и звукозаписи. Полученные данные можно было использовать в качестве доказательств по уголовному делу после их проверки, так что утверждение некоторых правозащитников об осуществлении оперативными службами своей деятельности незаконным путем является несостоятельным.

Весьма существенным положением в законе об ОРД является отсутствие ограничений в проведении мероприятий в отношении лиц, обоснованно подозреваемых в совершении преступлений, по причине социального и имущественного положения, принадлежности к общественным объединениям, политическим, религиозным убеждениям. Данный принцип во многом способствует повышению эффективности разоблачения сообществ, располагающих коррумпированными связями в органах государственной власти различных уровней. Имеющиеся некоторые ограничения на проведение оперативно-розыскных мероприятий в отношении отдельных категорий граждан закреплены в соответствующих федеральных правовых актах.

В законе содержался перечень оперативно-розыскных мероприятий, затрагивающих охраняемые права граждан, в частности тайну переписки, телефонных и иных переговоров, телеграфных сообщений, а также право на неприкосновенность жилища, которые могли осуществляться для сбора информации в отношении подозреваемых с санкции прокурора. Основанием для ее получения являлось мотивированное постановление одного из руководителей соответствующего органа.

В настоящее время проведение таких мероприятий допускается на основании судебного решения и при наличии необходимой информации. Результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы в качестве доказательств по уголовным делам только после их проверки. Принятое положение затрудняет фальсификацию данных, получаемых оперативным путем.

Кроме того, нормативно закреплены правовые возможности привлечения граждан к конфиденциальному сотрудничеству с оперативными службами, в том числе по контракту. Эта сфера деятельности как была, так и остается особо засекреченной по причине обеспечения безопасности указанной категории граждан. Оперативники в общении даже между собой всегда следуют неукоснительному правилу обозначать различного рода мероприятия, связанные с конфиденциальной работой, зашифрование, условными терминами. В случае если несведущий человек услышит их разговор на эту тему, то он не поймет, что означают упомянутые литеры.

В целях совершенствования работы в данном направлении спустя чуть более трех лет, 12 августа 1995 года, принимается новый Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности». Впоследствии в него был внесен ряд поправок. В частности, расширен и изменен список оперативно-розыскных мероприятий, который увеличился с двенадцати до пятнадцати наименований. Его дополнили такими мероприятиями, как: оперативное внедрение; контролируемая поставка; оперативный эксперимент; получение компьютерной информации; контроль телеграфных и иных сообщений. В законе также закреплена система гарантий законности при проведении оперативных мероприятий.

Данная норма нанесла настоящий удар по так называемым правозащитникам, постоянно кричащим о вседозволенности и бесконтрольности оперативных служб в стране. В основном такое поведение характерно для отдельных бывших у власти чиновников либо «обласканных» ею коммерсантов, которых впоследствии по различным причинам отлучили от «кормушки».

Весьма интересным является то, что в бытность нахождения во властных структурах они, как правило, изображают из себя яростных патриотов и борцов за справедливость. Но стоит только их отлучить от власти, затронуть банальную, корыстную сущность, которую они всячески маскировали под псевдопатриотизм, с ними начинают происходить невероятные метаморфозы. Наружу сразу вылезает вся их гнилая сущность мелкой душонки, они мгновенно превращаются во враждебно настроенных борцов за справедливость к той стране и ее гражданам, где родились, воспитывались и жили безбедно. Забывая при этом о ранее демонстрировавшемся патриотизме, которого скорее всего у них никогда и не было, если судить по их мгновенному «охамелеониванию».

Наглядным примером поведения подобных «правдолюбцев» может служить некий коммерсант Боровской, разбогатевший в девяностые годы, надо полагать, не совсем законным путем. Примечательным является то, что, когда он имел возможность находиться рядом с представителями высшей государственной власти, на телепередачах расхваливал существующее положение в стране. Его все устраивало, в том числе и руководство государства.

С тех пор ситуация изменилось, как говорил в свое время один из премьер-министров России: «Халявы больше не будет», — и действительно она уменьшилась.

Многие утратили возможность незаконной наживы, в том числе и упомянутый коммерсант. После отлучения его от такой «кормушки» стал яростным оппозиционером по отношению не к определенным высокопоставленным должностным лицам, это можно было как-то понять. Нет, он начал нести всякую ахинею и лить грязь на всю страну и ее граждан. Однажды на одной из телепередач, куда его пригласили как оппозиционера, стал по привычке обвинять Россию во всех смертных грехах. Не встречая должных возражений ни от оппонентов, ни от ведущего, превзошел даже самого Бжезинского по маразматичности своих высказываний:

— Конечно, нельзя сравнивать гестапо с НКВД.

«Образумился наконец», — подумал Нещадимов, смотревший передачу. — Гестапо боролось с гражданами других государств, как с врагами Германии, а НКВД уничтожало своих людей, — продолжил он.

После услышанного у Нещадимова появилось непреодолимое желание поступить так же, как намеревался сделать император Александр III, когда узнал, что солдат в нетрезвом виде плюнул в его портрет, висевший в кабаке. Коммерсант, наверное, забыл, нацисты в первую очередь уничтожали, причем зверски, всех инакомыслящих граждан именно Германии. В основном коммунистов и евреев. Если бы его родители в то время жили не в Советском Союзе, а в Германии, Польше или любой другой стране, оккупированной фашистами, сейчас этого деятеля попросту не существовало и обелять гестапо в прямом эфире было бы некому. Сотрудники НКВД уничтожали шпионов, фашистов, в том числе гестаповцев, и дали жизнь таким мерзавцам, как Боровской, бывший отстраненный премьер-министр, и некоторым другим отщепенцам. Подобные субъекты пытаются опорочить Россию с многочисленным населением и ее историю.

Аналогичное поведение подобного рода лиц объясняется, во-первых, полной безнаказанностью за клеветнические высказывания в адрес государства или народа, во-вторых, отрабатыванием полученных денежных средств от зарубежных покровителей. Выражать свое мнение, даже если оно противоречит мнению элиты, не оскорбляя патриотические, религиозные и человеческие чувства жителей страны, — это атрибут правового государства.

Так называемым оппозиционерам нужно научиться соблюдать элементарные правила поведения и нормы морали. Самое главное, доморощенной оппозиции не хватает патриотического отношения к своей стране, народу. Им нужно брать пример с Марин Ле Пен. Вот настоящий оппозиционный патриот своей родины. Не уподобляющийся образу шавки. Им не дано понять, что подобным поведением они не привлекают на свою сторону граждан России, а наоборот, отталкивают их. Но по всей вероятности, перед ними стоит совсем другая задача.

Важное значение в повышении эффективности противодействия преступности и ее организованным формам сыграло постановление правительства «Об укреплении органов внутренних дел Российской Федерации» от 20 июня 1992 года, в соответствии с которым предусматривалось увеличение численности работников милиции в 1992 году на 43 тысячи и в 1993 году на 60 тысяч сотрудников. Выделяемые штаты были направлены на расширение подразделений по борьбе с организованной преступностью, экономическими преступлениями, уголовного розыска, следствия и других служб. Увеличилось финансирование для закупок импортной специальной техники, и часть иностранных кредитов направлялась для этих целей.

Проявлением должного внимания со стороны руководства страны противодействию организованной преступности послужил указ президента России «О мерах по защите прав граждан, охране правопорядка и усилению борьбы с преступностью», изданный 8 октября 1992 года. В нем впервые конкретные обязанности по борьбе с данным явлением были возложены не только на правоохранительные органы, но и на целый ряд других министерств и ведомств. В подзаконном акте содержался ряд норм, противоречащих действующему законодательству. Однако на тот период времени он сыграл весьма положительную роль на первоначальном этапе противодействия организованной преступности.

С целью координации работы заинтересованных субъектов создается Межведомственная комиссия Совета безопасности Российской Федерации по борьбе с преступностью и коррупцией. Комиссия и ее рабочий аппарат являлись постоянными рабочими органами Совбеза по реализации возложенных на него задач в сфере обеспечения безопасности личности граждан, общества и государства от преступных посягательств. Указом предусматривалось усиление Главного управления по организованной преступности МВД специальными подразделениями быстрого реагирования (СОБР) для решения задач по предупреждению и пресечению деятельности вооруженных преступных группировок.

В связи с вооруженностью бандформирований современными видами стрелкового оружия, в том числе иностранного производства, подразделениям СОБРа отводилась весьма важная роль. До создания силового блока бандиты в случае их задержания весьма часто применяли оружие против оперативных сотрудников, которые, как правило, были вооружены пистолетами Макарова и не имели специальной подготовки. Поэтому в ходе подобных мероприятий они несли потери. Бойцы специальных подразделений обладали навыками задержания преступников и в случае применения бандитами огнестрельного оружия с ними не очень церемонились, а открывали ответный огонь на поражение.

О жестком обращении созданного спецназа в подразделениях ГУОП сразу же стало известно в криминальных кругах. Впоследствии при участии бойцов СОБРа в задержании вооруженных бандитов, как правило, сопротивление не оказывалось, в противном случае их просто уничтожали. На крайние меры шли только единицы, которым нечего было терять. Среди оперативников потери сразу уменьшились.

Важное значение в повышении эффективности борьбы в данном направлении приобрело положение указа, согласно которому начальник Главного управления по организованной преступности являлся первым заместителем министра внутренних дел. Руководители региональных подразделений стали заместителями начальника главка. Они назначались на должность и освобождались от выполняемых обязанностей приказом министра внутренних дел.

Такой статус позволял специальной службе вести оперативные разработки любых должностных лиц на уровне субъектов Российской Федерации и ряда высокопоставленных чиновников федерального уровня. Независимость от властей регионального уровня и приобретаемая значимость не давали покоя руководителям некоторых государственных структур, включая силовые ведомства, которые предпринимали меры с целью ослабления позиций и важности по своей сути уникальной службы.

Забегая вперед, необходимо подчеркнуть, что межведомственные противоборства не прошли даром. Через двадцать лет, а именно 6 сентября 2008 года, специальная служба МВД ликвидируется, аналогов которой в структуре органов внутренних дел ни в СССР, ни в России не существовало. В результате недальновидных политических решений была упразднена годами создававшаяся система противодействия организованной преступности. Последствия граждане пожинают до сих пор. Достаточно вспомнить банду, действовавшую в одной из станиц Краснодарского края на протяжении более десяти лет. В настоящее время подобные криминальные структуры существуют практически во всех регионах России.

Основной причиной ликвидации спецслужбы послужило соперничество двух силовых структур МВД и ФСБ — в итоге выиграла мафия. Затем взялись за лидерство в сфере экономики. Здесь столкнулись две оперативные службы тех же ведомств. После резонансного уголовного дела в отношении руководства Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции была предпринята аналогичная попытка развалить и эту службу. С разницей лишь в том, что основные полномочия могли быть переданы в другое ведомство, нетрудно догадаться какое. Однако по различным причинам реструктуризация не произошла.

Безусловно, молодые 34—37-летние генералы, возглавлявшие ГУЭП, зарвались, потеряли страх и совесть, и они заслужили наказание. Но с другой стороны, какие такие важные государственные секреты содержались в деятельности экономической службы, чтобы все заседания в суде проходили за закрытыми дверями. По-видимому, подсудимые давали показания о правонарушениях сотрудников ФСБ. Дабы не компрометировать службу, судебные рассмотрения проходили в закрытом режиме.

Явное дежа-вю, достаточно вспомнить дело экс-министра внутренних дел СССР и его первого заместителя. По мнению подавляющего большинства сотрудников милиции, работавших в разное время, наиболее уважаемым, сделавшим больше других полезных дел для органов внутренних дел является Щелоков. Какие бы небылицы ни придумывали про него журналисты и бывший следователь Генеральной прокуратуры Советского Союза, который вел это дело. В бытность его работы на посту министра вся деятельность ведомства строилась в соответствии с долгосрочными программами, разработанными на научной основе, направленными на обеспечение безопасности не отдельных личностей, а всех граждан страны. При этом большое внимание придавалось улучшению социального и служебного положения сотрудников милиции и повышению их авторитета.

В художественных фильмах тех лет главные роли отводились не бандитам и киллерам, а мужественным, добросовестным, воспитанным сотрудникам милиции, чекистам, не позволявшим рукоприкладство по каждому случаю. Теперь на экранах все как в голливудских фильмах, справедливость — это сила кулака полицейского. Либо как под копирку выдуманные примитивные сюжеты, не имеющие вообще ничего общего с реальной действительностью, кроме названия служб.

Простой наглядный пример: камера предварительного заключения (КПЗ) в начале 1970-х голов переименована в ИВС — изолятор временного содержания. Однако спустя почти сорок лет в кинофильмах постоянно упоминается старое, давно не существующее название. Потому что сценарии переписывают друг у друга, меняют только персонажей.

Такая наглая ложь о работе правоохранительных органов в период Советского Союза с экранов не преподносилась. Особенно киношники изгаляются в отношении работников ВЧК и государственной безопасности довоенных, военных и ближайшего времени послевоенных лет. При каждом удобном случае сотрудников указанной службы, имевшей разные названия, изображают, мягко говоря, в исключительно недостойном, а порой неприличном свете. На экране порой зэки выглядят куда порядочней, чем особисты или чекисты. В последние годы не вышел практически ни один фильм, посвященный довоенному либо военному времени, чтобы в нем не позорили специальные службы.

Коробит, когда изощряются кому не лень над спецслужбами СССР, сотрудниками милиции, в особенности работавшими до 1953 года — года смерти Сталина. Однако, что происходило в тот период, послевоенное поколение не видело, поэтому вряд ли может утверждать, где правда, а где ложь. Но когда приходится слышать подобные лживые россказни от тех же людей или смотреть фильмы, ими поставленные по аналогу в отношении сотрудников спецслужб и правоохранительных органов СССР, работавших уже после 1953 года, невольно задумаешься, есть ли у них чувство собственного достоинства, чтобы так изощренно и нагло врать.

Ведь об этом времени послевоенное поколение не понаслышке знает, все как было. Порой удивляет, как могут такие люди, даже известные, вещать с экранов телевизоров дешевую ложь, унижая себя в глазах других, знающих правду. Скорее всего они думают, что таким способом повышают свою значимость, коль вскрывают негативную сущность Советского Союза. Чем глупее выдумка, тем, по их мнению, круче сюжет, поскольку в последнее время охаивать СССР с легкой руки истеблишмента стало весьма модным, а иногда и выгодным.

В глазах подавляющего большинства граждан России подобные субъекты выглядят по меньшей мере смешно и глупо. Сразу становится ясным, чего стоят их небылицы о Сталинской эпохе, если они пытаются нагло врать людям о том времени, в котором они уже сами жили. Не только видели, что и как происходило, но порой участвовали в некоторых событиях, в том числе значимых. Подобного рода правозащитники преподносят то, чего порой никогда не было и быть не могло. Лучшего разоблачения лживой сущности таких людей, чем они сами, вряд ли можно придумать.

В большей степени удивительно другое, почему МВД, ФСБ, прокуратура молчаливо созерцают, как обливают их грязью правдолюбцы. Никогда еще не приходилось видеть, чтобы представители этих органов выступали в СМИ в защиту чести и достоинства своих сотрудников или вступили с такими деятелями в публичную полемику с предоставлением конкретных фактов и документов. Им надо брать пример с существовавшей системы повышения авторитета правоохранительных органов Советского Союза.

Положительное значение для улучшения взаимодействия между различными ведомствами принадлежит закрытому постановлению правительства России «Об организационных мерах по обеспечению борьбы с организованной преступностью», принятому 29 ноября 1992 года, согласно которому впервые в ряде министерств и ведомств вводятся должности помощников соответствующих руководителей по вопросам взаимодействия в борьбе с организованной преступностью и коррупцией. С этого времени проблема противодействия рассматриваемому явлению перестает быть сугубо ведомственной задачей правоохранительных органов и приобретает межведомственный, комплексный характер.

Основная задача указа президента Российской Федерации «О борьбе с коррупцией в системе государственной службы» от 4 апреля 1992 года заключалась в принятии профилактических мер. Так как значительная часть должностных лиц органов власти и управления уже участвовала в коммерческой деятельности, что способствовало втягиванию их в преступную сферу.

В соответствии с указом служащим государственного аппарата запрещалось заниматься предпринимательством либо оказывать непредусмотренное законом содействие физическим и юридическим лицам с использованием своего служебного положения в осуществлении хозяйственной деятельности и получать за это вознаграждение, различные льготы. Однако многие чиновники продолжали выполнять подобную оплачиваемую работу. Почти из двух тысяч выявленных в 1992 году чиновников, нарушавших требования данного указа, более 400 человек были освобождены от занимаемых должностей, остальные привлечены к иной административной ответственности.

Постановлению съезда народных депутатов Российской Федерации «О состоянии законности, борьбы с преступностью и коррупцией», принятому 14 декабря 1992 года, по праву принадлежит роль основополагающего программного документа, направленного на совершенствование правоохранительной деятельности. В нем содержались указания высшим органам власти и управления о принятии конкретных мер по улучшению правового и организационного обеспечения правоохранительных органов.

Исключительно важным фактором в повышении правового обеспечения противодействия организованной преступности мог бы стать в случае принятия разработанный проект закона о борьбе с коррупцией. К тому времени более половины группировок имели коррумпированные связи в органах государственной власти, а их действия зачастую не подпадали под давно устаревшие нормы уголовного законодательства. Проект содержал необходимые положения, позволяющие вести эффективную борьбу в данном направлении.

На законодательном уровне этой проблеме в России стали придавать должное внимание только в начале XXI века, в то время когда негативное явление приобрело системный, необратимый характер, и для его искоренения требуются кардинальные меры. Спустя более пятнадцати лет, 25 декабря 2008 года, принимается Закон «О противодействии коррупции». Ранее, в мае этого года, был издан указ президента России с аналогичным названием. Через полтора года президент издает указ «О Национальной стратегии противодействия коррупции и Национальном плане борьбы с нею на 2010–2011 годы». Оставалось, казалось бы, дело за малым, создать систему реализации правовых норм, но в этом до настоящего времени и заключается основная проблема. Все остается на уровне деклараций.

Коррупция в государственных структурах власти и управления вызывает растущую озабоченность общественности во всем мире. Она была предметом неоднократного обсуждения на международных конференциях. Еще восьмой конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, 1990 год) рекомендовал странам — членам ООН разработать правовой механизм предупреждения коррупции и злоупотребления властью государственных служащих. Однако одного правового обеспечения противодействия этому феномену недостаточно, здесь нужна система мер реализации правовых норм, включая профилактику, а главное — необходима политическая воля. Без желания политической элиты проводить реальную работу в этом направлении бесполезно, все потуги будут сводиться к ее имитации.

Стоит только посмотреть, с какой напыщенной важностью и серьезностью порой обсуждаются проблемы противодействия коррупции с участием лиц, занимающих высшие государственные должности, в том числе в федеральном правительстве. В итоге они приходят к выводу, что коррупцию победить нельзя, да и эффективно противодействовать невозможно. При этом забывают или не знают весьма действенный практический подход, который использовал премьер-министр Сингапура Ли Куан Ю. На вопрос журналистов, что мешает главе государства бороться с коррупцией, он ответил: «Только то, что он с этим злом связан. Собирают вокруг себя друзей, родственников и закрывают глаза на коррупцию».

Как свидетельствует практика Сингапура, Гонконга, самый эффективный способ противодействия коррупции — это политическая воля, и начинать эту работу нужно с себя. Но тогда самим борцам с этим злом придется прекратить злоупотреблять должностными полномочиями и наживаться нечестным путем, чего делать они явно не желают.

О какой борьбе может идти речь, если жены лиц, занимающих высшие государственные должности, являются одними из самых богатых людей России. Один из таких чиновников, находясь на «государевой службе», не стесняясь закатывает шикарную свадьбу на море, с проживанием в дорогостоящем отеле и роскошной яхтой. За миллиард рублей построил в Подмосковье виллу при официальной зарплате не более трех миллионов рублей в месяц. Другой устраивает отдых в одном из самых дорогих отелей мира и прилетает туда на служебном самолете. Скромности ради надо отдать ему должное, в декларации о доходах постеснялся указать сумму своей зарплаты, объясняя такое поведение интересами личной безопасности. Потому что только официальная зарплата составляет пять миллионов рублей. Не в год, а только в один день.

В соответствии с существующим законодательством все должностные лица, в том числе высокопоставленные, находящиеся на государственной службе, за исполнение своих функциональных обязанностей получают только зарплату. Если даже допустить, что она значительная, остается загадкой, откуда такие запредельные доходы у многих чиновников? Этим все сказано, как на самом деле ведется непримиримая борьба с коррупцией. Для создания видимости активной работы ежегодно правоохранительные органы с согласия руководства государства привлекают к уголовной ответственности двух-трех шибко зарвавшихся высших государственных служащих, в основном регионального уровня. В СМИ сразу же поднимается целая эйфория по поводу якобы успешной борьбы с этим социальным злом.

Много шума со стороны депутатов Государственной думы и членов Совета Федерации наделал указ президента России от 14 июня 1994 года «О неотложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлений организованной преступности» в связи с противоречием ряда положений действующему законодательству. В то же время указ сыграл значительную роль в противодействии набиравшей силу организованной преступности.

Правовые нормы позволяли сотрудникам правоохранительных органов до возбуждения уголовного дела проводить экспертизу или предварительную проверку финансово-экономической деятельности. Банковские и коммерческие структуры были обязаны по запросам прокурора, следователя, руководителя органа дознания по возбужденному уголовному делу или материалам проводимой проверки предоставлять документы экономической деятельности. Это позволяло оперативникам своевременно без проволочек получать необходимую информацию для раскрытия организованных преступлений. Спустя четыре года, в 1997 году, в угоду мошенникам разных мастей указ отменили.

Кроме принятия указанных норм законодательного характера, важное значение на первоначальной стадии противодействия появившемуся явлению имеет совершенствование уголовного и уголовно-процессуального законодательства. Указом президиума Верховного Совета РСФСР от 12 января 1989 года в Уголовный кодекс РСФСР были внесены изменения и дополнения. В частности, ужесточены санкции за вымогательство, совершенное организованной группой. Эти изменения позволили более эффективно вести борьбу с рэкетом, приобретающим массовый характер и организованные формы.

Особая роль в привлечении к уголовной ответственности организаторов, лидеров, криминальных авторитетов отводится статье 210 Уголовного кодекса России, которая была принята Федеральным законом 13 июня 1996 года. Данная статья предусматривала ответственность за создание, руководство, организацию преступного сообщества с целью совершения тяжких преступлений в виде лишения свободы на срок от семи до пятнадцати лет с конфискацией имущества. Максимальный срок по части третьей — от десяти до двадцати лет ограничения свободы.

До ее принятия при задержании членов преступных группировок лидеры, организаторы чаще всего уходили от уголовного наказания, поскольку редко принимают непосредственное участие в совершении тяжких преступлений. С появлением этой правовой нормы на скамье подсудимых все чаще стали находиться вместе с другими участниками организаторы бандформирований, криминальные авторитеты. Во многих случаях после привлечения лидера к уголовной ответственности группировка распадалась и в дальнейшем прекращала свое существование.

Впоследствии статья была дополнена такими деяниями, как: координация преступных действий; создание устойчивых связей между различными группами или раздел сфер влияния и преступных доходов; участие в собрании организаторов, лидеров либо иных участников организованных группировок в целях совершения опасных преступлений.

В связи с конкретизацией деяний лидеров по созданию и руководству сообществом стало проще доказывать в процессе расследования их виновность. Вместе с этим ужесточились меры ответственности за организаторскую деятельность в виде лишения свободы на срок от двенадцати до двадцати лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей. За совершение тяжких преступлений лицом, занимающим высшее положение в преступной иерархии, предусмотрено лишение свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет или пожизненное заключение.

Ныне существующее законодательство позволяет вести борьбу с организованной преступностью. Однако это не означает, что деятельность правоохранительных органов полностью урегулирована в правовом отношении. Здесь имеется достаточный резерв для совершенствования. Особенно эффективной мерой является институт конфискации имущества, полученного незаконным путем. В Уголовном кодексе, который действовал в 1990-е годы, предусматривалась конфискация имущества в 52 статьях. Затем с внесением поправок в нем осталось всего одиннадцать статей. В основном за совершение некоторых особо тяжких общеуголовных преступлений, а также за нарушение избирательных и авторских прав.

В 2003 году институт конфискации был вообще исключен из Уголовного кодекса как таковой. Вместо него предусмотрены штрафы. Однако эта мера не оказывает положительного влияния на эффективность борьбы с преступностью. В то же время конфискация содержится в законодательствах многих стран мира, весьма успешно справляющихся с корыстными преступлениями. Спустя три года в Уголовный кодекс России все же вносится правовая норма, предусматривающая конфискацию доходов, полученных преступным путем. Но не как раньше, с включением в конкретные статьи, а изложена в общей части, с указанием статей, на которые распространяется эта мера наказания.

Для повышения эффективности расследования организованных преступлений в августе 2004 года принимается Федеральный закон «О государственной защите потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства», позволяющий осуществлять необходимую защиту нуждающихся в ней участников уголовного процесса.

В целях борьбы с терроризмом 6 июля 2016 года принимаются два федеральных закона. О внесении изменений в Уголовный кодекс России и Уголовно-процессуальный кодекс в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности. Другой «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму». Первый закон направлен на усиление уголовной ответственности за терроризм, в котором предусмотрено увеличение минимальных и максимальных сроков наказания в виде лишения свободы. Второй установил порядок взаимодействия федеральных органов исполнительной власти, государственных органов субъектов Российской Федерации и местного самоуправления при проверке информации об угрозе совершения террористического акта.

Положения о хранении в течение шести месяцев операторами связи и интернет-провайдерами текстовых сообщений, голосовой информации и иных сообщений в целях подготовительной работы для их исполнения вступили в силу спустя два года.

Безусловно, что гуманизация законодательства необходима, но не для преступников, а в угоду правопослушным гражданам. Закон прежде всего обязан стоять на страже интересов подавляющего большинства граждан, защищать потерпевшую сторону и обеспечивать в полной мере возмещение причиненного материального ущерба. Смягчение уголовного наказания за преступления, совершенные в сфере экономики, должно наступать после погашения причиненного ущерба. Целесообразно поставить его как бы в зависимость от степени возмещения нанесенного материального вреда. Только в таком случае можно рассчитывать на стремление преступников платить по счетам причиненного ущерба. При этом необходимо увеличить срок лишения права занимать определенные должности или заниматься конкретной деятельностью.

В настоящее время возмещение нанесенного убытка государству, тем более частным лицам, практически не влияет на суровость наказания. Поэтому субъекты, совершившие корыстные преступления, не стремятся к погашению нанесенного вреда. Так как после отбытия срока наказания незаконно полученные средства обеспечивают им безбедное существование. Тем более их конфискация во многом зависит от субъективных причин.

Ко второй группе в соответствии с приведенной выше классификацией относятся нормативные правовые акты, направленные на устранение причин, способствующих возникновению и развитию организованной преступности в сфере экономической деятельности.

С целью уменьшения возможностей для злоупотребления служебным положением, согласно принятому постановлению съезда народных депутатов РСФСР о механизме народовластия в России от 2 июня 1990 года, не допускалось совмещение должности руководителя государственного органа власти или управления с любой другой должностью, в том числе в политических или общественно-политических организациях.

С переходом экономики к рыночным отношениям появилась необходимость уголовно-правовой защиты конкуренции. В этой связи впервые 22 марта 1991 года принимается Закон «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», который закрепил правовые и организационные основы предупреждения недобросовестной конкуренции. Его задача заключалась в обеспечении единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, поддержки конкуренции, свободы экономической деятельности на территории России и создании условий для эффективного функционирования рынков.

В целях повышения ответственности за нарушение антимонопольного законодательства 13 марта 1992 года Уголовный кодекс РСФСР был дополнен статьей 175-прим. «Нарушение антимонопольного законодательства», которая устанавливала ответственность должностных лиц органов власти, управления или хозяйствующих субъектов за невыполнение предписаний антимонопольного комитета в виде исправительных работ на срок до двух лет или лишением права занимать конкретные должности либо заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Впоследствии законодательство неоднократно совершенствовалось с учетом происходящих изменений в экономике в сторону ужесточения наказания. В соответствии со статьей 178 Уголовного кодекса «Ограничение конкуренции» за деяния, совершенные с применением насилия или с угрозой его применения, предусматривалось максимальное наказание в виде ограничения свободы на срок до семи лет с лишением права занимать конкретные должности или заниматься определенной деятельностью на срок от одного года до трех лет.

Положительное значение в тот период времени для повышения защиты жизни, здоровья, обеспечения личной и имущественной безопасности граждан и особенно лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью, от преступных посягательств со стороны различного рода уголовных элементов имели принятые в 1992 году указы президента России. В частности, «О специальных средствах самообороны, снаряженных веществами слезоточивого и раздражающего действия» и «О разрешении приобретения, хранения и использования гладкоствольного охотничьего оружия гражданам, ведущим крестьянское (фермерское) хозяйство».

В соответствии с которыми гражданам предоставлялась возможность приобретать специальные химические средства самообороны, а фермерам — гладкоствольное охотничье оружие. В определенной степени такие меры являлись превентивными от преступных посягательств.

Определенную лепту в устранении причин, способствующих совершению преступлений в сфере экономики, внес Закон «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» от 19 ноября 1992 года. Содержащиеся в нем правовые нормы закрепляли порядок объявления предприятия несостоятельным должником и осуществления конкурсного производства. Устанавливали очередность удовлетворения требований кредиторов.

Конкурсное производство осуществлялось в целях цивилизованного решения возникших проблем у кредиторов с должником, соразмерного удовлетворения их требований и объявления должника свободным от долгов, а также охраны сторон от незаконного физического воздействия в отношении друг друга. В соответствии с законом прокурор вправе был обратиться в арбитражный суд с заявлением о возбуждении производства по делу о несостоятельности предприятия в случае обнаружения им признаков умышленного или фиктивного банкротства. Однако уголовная ответственность за данные действия в то время не предусматривалась.

Важную роль в борьбе с организованной преступностью в сфере экономики сыграл принятый 1 июля 1993 года Закон «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с упорядочением ответственности за незаконную торговлю». Он был направлен на защиту прав и законных интересов потребителей, а также интересов государства в условиях перехода к рыночным отношениям. В случае нарушения правовых норм предусматривалась как административная, так и уголовная ответственность. Основной причиной принятия закона послужило то, что в тот период времени производство в России пришло в упадок, разорилось подавляющее большинство заводов и фабрик, и как на дрожжах стала процветать стихийная торговля импортным дешевым, низкокачественным ширпотребом.

За такие деяния, как: обман потребителей; незаконное повышение или поддержание цен; выпуск или продажа товаров, оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности; нарушение государственной дисциплины цен, правил торговли, предусматривалась ответственность в виде лишения свободы или штраф либо лишение права заниматься определенной деятельностью до пяти лет. Впоследствии в угоду нечестным, корыстным коммерсантам и в ущерб потребителям указанные правовые нормы были отменены.

С учетом происходящих изменений в сфере экономических отношений и совершенствованием российского законодательства 26 октября 2002 года принимается новый Закон «О несостоятельности (банкротстве)», который определил основания для признания должника банкротом. Установил порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности, а также проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В связи с распространившимися случаями умышленного, фиктивного банкротства в Уголовный кодекс вводится статья 196 «Преднамеренное банкротство», предусматривающая максимальный срок наказания до шести лет лишения свободы с наложением штрафа. В соответствии со статьей 197 «Фиктивное банкротство» максимальный срок наказания также составляет до шести лет ограничения свободы со штрафом.

Указанные нормативные правовые акты на первоначальном этапе противодействия организованной преступности сыграли весьма важную превентивную роль. Кроме того, они устранили ряд правовых пробелов, способствовавших совершению различного рода корыстных правонарушений.

К третьей группе, согласно предложенной классификации, относятся ведомственные нормативные акты, имевшие особое значение в борьбе с организованными группировками в период смены общественно-политической формации, порой принимавшей открытое противодействие со стороны бандформирований. В связи с закрытым характером изложенных в них данных, положений, правил, регламентирующих организацию и тактику деятельности оперативно-розыскных служб, содержание и номера секретных приказов не приводятся.

Ведомственным приказом МВД СССР № 209 от 22 мая 1990 года была объявлена общесоюзная программа по борьбе с преступностью на 1990–1991 годы, основной задачей которой являлось совершенствование правового обеспечения противодействия преступности и ее организованным формам, создание системы региональных и межрегиональных подразделений, а также усиление борьбы с организованной экономической преступностью.

Это во многом повлияло на то, что руководство специальной службы стало в большей степени уделять внимание экономике. На работу в подразделения начали приглашать сотрудников из службы по экономическим преступлениям, поскольку на тот период штатную основу составляли сотрудники, ранее работавшие в уголовном розыске. Такой подход стал постепенно выравнивать сложившийся профессиональный перекос, тем более что впоследствии организованная преступность переместилась в сферу экономики. Спустя небольшой промежуток времени во всех подразделениях находилось достаточное количество специалистов с экономическим образованием и практическим стажем работы в этом направлении. В центральном аппарате ГУОП некоторые сотрудники имели ученые степени.

Приказ МВД СССР от 28 июля 1990 года «О создании межрегиональных управлений МВД СССР по борьбе с организованной преступностью» с грифом «секретно» регламентировал порядок образования двенадцати оперативных управлений МВД по территориальному принципу. Нормативным актом также было утверждено Положение о межрегиональных управлениях. В нем содержались задачи, возлагаемые на управления, закреплялись права и определялись основные направления деятельности. Указанные подразделения сыграли положительную роль в противодействии организованной преступности, не имеющей территориальных границ.

В соответствии с секретным приказом МВД СССР от 26 октября 1990 года межрегиональные управления, являясь структурными подразделениями МВД, также подчинялись министрам внутренних дел союзных республик по месту дислокации. Несмотря на то что впоследствии Советский Союз распался на отдельные суверенные государства и созданные подразделения прекратили свое существование в том виде, в каком они были сформированы, связь между ними оставалась. Потому что бороться с появившимся феноменом автономно бессмысленно.

В дальнейшем установленные взаимоотношения нашли свое отражение в нормативном акте МВД России от 25 мая 1992 года «Об объявлении Соглашения о взаимодействии МВД независимых государств в сфере борьбы с преступностью», в соответствии с которым сотрудники органов внутренних дел различных государств на протяжении еще длительного времени обменивались информацией, представляющей оперативный интерес. При этом примечательным является то, что взаимодействующие стороны всегда добросовестно относились к исполнению требований, содержащихся в изданном документе. Открытую информацию можно было получить от коллег из ближнего зарубежья по телефону, секретную — по закрытым каналам связи. Наиболее тесные контакты у оперативников сложились с сотрудниками из Украины, Белоруссии, Казахстана.

В апреле 1991 года приказом министра внутренних дел РСФСР «Об организации деятельности оперативно-розыскных бюро органов внутренних дел РСФСР» с грифом «секретно» в крупных городах России создается десять региональных подразделений по борьбе с организованной преступностью. Утвержденное Положение об ОРБ определяло их статус, регламентировало основные задачи и функции.

Продолжавшийся рост преступлений, совершаемых группировками, располагающими связями в органах власти и управления, обусловил необходимость издания 26 апреля 1992 года приказа МВД Российской Федерации «О мерах по борьбе с коррупцией», имевшего гриф секретности. В нем предусматривалось широкое применение специальных технических средств, а также активизация негласной работы по изобличению коррумпированных лиц. В этой связи в технических службах были выделены и оснащены современной специальной техникой группы сотрудников для работы с региональными подразделениями.

Принятые меры оказали положительное влияние на увеличение количества проводимых мероприятий с использованием технических средств. С целью разработки коррумпированных чиновников стал создаваться специализированный штат негласных сотрудников, в том числе на контрактной основе, из числа работников государственных структур различного уровня.

В соответствии с закрытым приказом МВД России от 18 июня 1992 года «О дальнейшем совершенствовании системы подразделений ОВД Российской Федерации по организованной преступности и коррупции» изменился сам подход к работе созданных структур. В следственных аппаратах различных уровней создаются специализированные отделы. В Следственном комитете МВД образовывается управление по расследованию организованной преступности и коррупции. С этого времени следствие по уголовным делам стали проводить выделенные и подготовленные следователи, которые другими делами не занимались, что позволило повысить качество и сократить сроки расследования преступлений.

Во исполнение Закона Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности» издается приказ МВД от 22 сентября 1992 года «О мерах совершенствования оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел» с грифом «совершенно секретно», который регламентировал оперативно-розыскную работу по борьбе с преступностью и ее организованными формами. В это время в ГУОП начал создаваться отдел секретных сотрудников для внедрения в организованные сообщества. Впоследствии на его основе было сформировано управление разведки.

Секретным приказом МВД от 1 января 1993 года «О дополнительных мерах по усилению борьбы с вооруженными организованными преступными группами» объявляется Положение о Главном управлении МВД России по организованной преступности. Все подразделения службы были приведены к единой структуре, что позволило обеспечить эффективное управление имевшимися силами.

Вместе с этим в нем уделялось внимание разработке и проведению операций при участии заинтересованных служб по пресечению преступной деятельности вооруженных бандформирований. В целях глубокого проникновения в такие группировки предусматривалось использование специальных мероприятий с участием сотрудников управления разведки.

С целью комплексного использования сил и средств органов внутренних дел и государственной безопасности в борьбе с коррупцией в феврале 1993 года издается совместный приказ с грифом «секретно». В нем первостепенное значение уделялось профилактике коррупции, а также совместному проведению целевых операций по пресечению деятельности организованных формирований, связанных с коррумпированными лицами. В СИЗО, тюрьмах МВД и Министерства безопасности предусматривалось проведение следственно-оперативных мероприятий.

Основные организационно-тактические вопросы по борьбе с преступностью в переходный период нашли свое отражение в законах и ведомственных нормативных правовых актах. Однако ряд аспектов остался за пределами правового регулирования. Такое положение порождает у практических работников определенные сложности в процессе выполнения возложенных на них обязанностей.

Упрощенный вариант института конфискации, а также исключение из закона о милиции правовой нормы, позволявшей сотрудникам своевременно выявлять и раскрывать экономические преступления на ранней стадии, плюс наличие пробелов в этом направлении в действующем законе о полиции не способствуют осуществлению системной борьбы с организованными преступлениями.

Сокращение полномочий сотрудников милиции преследовало цель не снизить экономическую преступность, а уменьшить проведение проверок коммерческих структур. В итоге поставленная задача была выполнена, но с противоположно ожидаемыми результатами. Увеличилось количество организованных преступлений в сфере экономической деятельности. В том числе с массовыми человеческими жертвами от отравления фальсифицированными спиртными напитками, продовольственными товарами, вследствие пожаров, аварий на экономических и гражданских объектах.

Нынешнему состоянию преступности в сфере экономики во многом способствует исключение из Уголовного кодекса правовых норм, ранее предусматривавших уголовную ответственность с реальными сроками ограничения свободы. В частности, за выпуск или продажу товаров, оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, обман потребителей, незаконное повышение цен.

В настоящее время подавляющее большинство издаваемых нормативных правовых актов «страдают» одним весьма важным недостатком, а именно отсутствием механизма их реализации. Ряд законов из-за неэффективности работы исполнительных органов государственной власти вообще не действуют, а точнее, не исполняются.

Противодействие специальных служб организованной преступности

В настоящее время борьба с организованной преступностью, в том числе с терроризмом, признана важнейшей общегосударственной задачей, от решения которой во многом зависит национальная безопасность Российской Федерации. Субъектами, осуществляющими противодействие этому социально негативному феномену, являются: органы внутренних дел и государственной безопасности, прокуратура, Следственный комитет. Также принимают участие в данном направлении в рамках своих полномочий Государственная налоговая служба, Государственный таможенный комитет, судебные органы. Значительный вклад в общее дело вносят служба внешней разведки, антимонопольная служба, Главное контрольное управление Управления делами президента России, общероссийская общественная организация «Центр противодействия коррупции в органах государственной власти».

Несмотря на то что в ведомствах, отнесенных к первой группе, были созданы специальные подразделения, основным субъектом, осуществлявшим и продолжающим вести работу в данном направлении, являются органы внутренних дел, в частности их оперативно-розыскные службы. Специализация в этих подразделениях, по сути дела, началась с 1985 года, в то время, когда в структурах уголовного розыска на всех уровнях первоначально стали создаваться отделения, а с ноября 1985 года в некоторых регионах появились отделы по борьбе с групповой преступностью. Несмотря на неточность названия этого явления, работа, в сущности, велась против организованных преступных формирований общеуголовного профиля.

Только спустя три года в МВД СССР создается Шестое управление по борьбе с организованной преступностью, в территориальных управлениях формируются отделы. Образование специализированных подразделений было обусловлено необходимостью концентрации усилий целого корпуса оперативных сотрудников на данном направлении работы. В том числе для координации их деятельности.

За период с 1989 по 1990 год органами внутренних дел было выявлено и разоблачено на территории бывшего Советского Союза в пределах 3 тысяч организованных формирований. Из них в 1989 году — более 1,3 тысячи и в 1990 году — около 1,7 тысячи. Для сравнения: органами государственной безопасности за 1989 год было выявлено всего около 300 таких сообществ. При этом необходимо иметь в виду, что в их разоблачении принимали участие и сотрудники милиции.

Продолжавшийся рост наиболее опасных преступлений межрегионального характера обусловил необходимость принятия соответствующих мер. Когда в 1991 году создалось Главное управление по борьбе с наиболее опасными преступлениями, организованной преступностью, коррупцией и наркобизнесом, его возглавил известный борец с мафией Гуров, официальный оппонент по докторской диссертации Нещадимова. К этому времени наибольший опыт противодействия данному явлению уже был накоплен в органах внутренних дел Узбекистана и России, так как начиная с 1980-х годов оперативными сотрудниками милиции совместно с работниками государственной безопасности велась активная борьба с организованными группировками, совершавшими преступления в сфере экономики.

В связи с образованием МВД РСФСР в его структуре создается оперативно-розыскное бюро по борьбе с организованной преступностью. На местах формируются специализированные подразделения, включающие десять региональных и 67 местных оперативно-розыскных бюро. Подотделы, отделения и группы, кроме республиканских, краевых и областных центров, были образованы в 144 городах со сложной оперативной обстановкой. Стали создаваться специализированные следственные подразделения. Штатная численность ОРБ к этому времени возросла более чем в три раза и составила около 3,5 тысячи сотрудников, в том числе более 500 следователей.

В результате принятых организационных мер только за 1991 год сотрудниками оперативно-розыскных бюро в России было выявлено более 2,6 тысячи организованных преступных формирований. Почти такое же количество, какое разоблачено органами внутренних дел на территории бывшего СССР за 1989–1990 годы. По преступной направленности они имели следующую характеристику: 62 % составляли общеуголовные формирования; 22 % группировок совершали преступления в сфере экономики; более 16 % имели комбинированную структуру. Общая численность участников сообществ составила 15 тысяч человек. Можно считать, полнокровная дивизия. Приведенные цифры наглядно свидетельствуют о том, что организованная преступность стала набирать силу в период распада Советского Союза, а не в его бытность.

В это время принимаются меры по активизации работы по борьбе с организованными формированиями, действовавшими в сфере экономики, поскольку данное направление в криминальной среде стало постепенно приобретать приоритетный характер. В 1991 году было выявлено на 45 % больше организованных преступлений, совершаемых в сфере экономической деятельности, чем в предыдущем году. Разоблачено около 500 преступных сообществ, имевших коррумпированные связи с работниками органов власти и управления.

Спустя год начала создаваться система подразделений ОВД по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, в которую вошли: Главное управление по организованной преступности; региональные управления при МВД, УВД; территориальные управления, а также ОРБ органов внутренних дел на транспорте; специализированные подразделения аппаратов Восьмого главного управления, следствия, исполнения наказания, оперативного поиска; лаборатория НИИ. В 1993 году специальный факультет Академии МВД России преобразовывается в Московский институт по подготовке сотрудников для борьбы с организованной преступностью. В Следственном комитете МВД России создается управление по расследованию организованных форм преступлений, в составе следственных подразделений формируются специализированные отделы.

В итоге была образована научно обоснованная комплексная система противодействия социально негативному явлению. Несмотря на политическую, социальную нестабильность и стагнацию экономики страны, спецслужба являлась одной из немногих, а может быть, единственной государственной комплексной структурой, эффективно функционирующей в тот период времени. Сформированная усилиями прежнего руководства, работала как хорошо отлаженный механизм, без сбоев. Оперативники задерживали бандитов, мошенников, киллеров и других преступников, привлекали их к уголовной ответственности. На обысках изымали оружие, наркотики, ценности, добытые преступным путем. Заработную плату сотрудники получали практически без задержек.

Работая в ГУОП МВД, создавалось впечатление, что так же стабильно продолжают функционировать и другие государственные органы и организации. Однако стоило только посетить какое-либо учреждение или предприятие, и радужная картина превращалась в грустную реальность.

Однажды во время наступившего бума среди сотрудников главка по приобретению охотничьего нарезного оружия оперативники девятого отдела, договорившись с руководством Тульского оружейного завода, приехали к ним. После покупки карабинов решили оснастить их оптическими прицелами, которые устанавливались в сборочном цехе гладкоствольного охотничьего оружия. В него можно было попасть, пройдя через цех по изготовлению боевого стрелкового оружия, включая легендарные автоматы Калашникова, снайперские винтовки СВД, пулеметы различных модификаций. Когда в сопровождении инженера сотрудники МВД зашли в помещение, их взору вместо кипящей работы представился внушительный по площади вымерший цех с приглушенным освещением, в котором находилось большое количество остановленных, зачехленных станков, оборудования, верстаков. Заметив их удивленные взгляды, инженер сказал:

— Сейчас мы работаем только по заказам в основном иностранных государств. Примерно три-четыре месяца в год, да и то далеко не на полную мощь. Раньше здесь работа бурлила, а теперь уникальное оборудование простаивает, высококлассные специалисты находятся в вынужденных отпусках. Только благодаря изготовлению охотничьих ружей работникам выплачивается зарплата.

В середине помещения с левой стороны доносился шум работающих станков. Это и был ружейный цех, он функционировал по-прежнему. После приобретения карабинов и установки прицелов они заехали на патронный завод и там купили несколько цинков патронов. Рассчитывались через бухгалтерию наличными. Какой же был восторг среди работников финансово-планового отдела, когда им неожиданно частично выдали месяцами задерживаемую зарплату деньгами, уплаченными за патроны.

Принимаемые меры созданной в своем роде уникальной службой не замедлили сказаться на результатах работы. В 1992 году количество выявленных организованных преступных группировок общеуголовной направленности увеличилось более чем в 1,6 раза по сравнению с предыдущим годом. Вместе с этим улучшилась и работа по разоблачению формирований, действующих в сфере экономики. За указанный период их число увеличилось в 1,5 раза. Заметно повысилась результативность работы сотрудников органов внутренних дел по изобличению преступников, совершающих как экономические, так и общеуголовные преступления. В истекшем году было установлено и разоблачено почти в полтора раза больше комбинированных формирований.

За 1992 год в 1,2 раза увеличилось количество выявленных участников различных структур по сравнению с предыдущим годом. Из всех сообществ каждое четвертое располагало межрегиональными связями и около 5 % — международными.

Кроме созданной службы, противодействие организованным формированиям, действовавшим в сфере экономики, в рамках своих функциональных обязанностей также осуществляли подразделения по экономическим преступлениям. Каждый отдел по соответствующим направлениям. Сложившаяся на тот момент такая практика во многом объясняется тем, что первоначально сотрудники спецслужбы основное внимание уделяли борьбе с криминальными группировками. Поэтому противодействие группировкам экономической направленности по-прежнему оставалось на втором плане.

Вместе с тем в отдельных регионах, где подразделения по организованной преступности создавались на базе экономической службы либо являлись самостоятельными и их возглавляли сотрудники, ранее работавшие по этому направлению, приоритетным становилась сфера экономики. В то же время общеуголовной сфере уделялось меньше внимания. Такие структуры были созданы в УВД Краснодарского края, Нижегородской, Ростовской, Архангельской областей и в ряде бывших союзных республик.

В новых образованиях некоторые руководители службы по экономическим преступлениям увидели своих потенциальных конкурентов и, не желая передавать важный и престижный участок работы, стали предпринимать усилия по созданию подразделений по борьбе с организованной экономической преступностью. В девяностые годы первые подобного рода структуры появились на Украине и в Белоруссии. В Российской Федерации они не получили развития, несмотря на сформированные межрайонные подразделения по борьбе с преступностью в сфере экономики. За исключением отдельных регионов. В Воронежской, Челябинской областях, Приморском крае созданные УОП осуществляли борьбу в равной степени с формированиями независимо от сферы их деятельности.

Только за первое полугодие 1993 года органами внутренних дел было разоблачено 3300 организованных группировок различной направленности, это составило более 75 % от всего количества подобного рода структур, изобличенных за весь 1992 год.

Многообразие на первоначальном этапе подходов к борьбе с организованной преступностью объясняется тем, что до настоящего времени, не говоря о ранней стадии, это явление остается недостаточно изученным, также и в связи с отсутствием научно обоснованной концепции системного противодействия социально негативному феномену.

Безусловно, служба по экономическим преступлениям в разное время располагала достаточным потенциалом осуществления эффективной борьбы с организованными формированиями, совершающими преступления в сфере экономики, и их коррумпированными связями. Об этом свидетельствует, во-первых, приобретенный опыт противодействия экономическим преступлениям и их организованным формам. Еще в 1970-е годы в Краснодарском крае, Ростовской, Московской областях, городе Москве сотрудниками службы БХСС была раскрыта целая серия преступлений, имевших организованный характер. Уже тогда они имели коррумпированные связи в местных, центральных, высших партийных структурах, органах государственной власти и управления.

Во-вторых, наличие у многих сотрудников базового высшего финансового, экономического образования позволяет осваивать особенности ведения хозяйственной деятельности в условиях перехода к рыночным отношениям, устанавливать способы, используемые преступниками для достижения корыстных замыслов.

В-третьих, имеющиеся оперативные позиции на объектах и в органах государственной власти способствуют сотрудникам выявлять правонарушения, совершаемые участниками организованных сообществ.

Несмотря на современные технические возможности, основную роль в оперативно-розыскной деятельности по-прежнему играет человеческий фактор. То есть разведывательная деятельность, осуществляемая негласными сотрудниками различных категорий, в том числе гражданами, с которыми установлено конфиденциальное сотрудничество.

В бытность работы начальника 9-го отдела Сургутова из УОП по Тверской области в ГУОП МВД поступила оперативная информация. В ней сообщалось, что заместитель мэра города Москвы при участии депутата Государственной думы за взятки оказывают содействие московской компании «Стройкомплекс» в получении госзаказов на строительство крупных инфраструктурных объектов. Для ее проверки начальник отдела вместе с Нещадимовым выехали в город Тверь. В СИЗО они встретились с негласным источником, который сообщил:

— Московская крупная строительная фирма «Стройкомплекс», в которой его сокамерник ранее работал прорабом, занимается различного рода махинациями. С помощью заместителя мэра Москвы по строительству и председателя одного из комитетов Госдумы их компания постоянно выигрывает торги на выполнение строительных работ по возведению в городе крупных объектов. Смета на выполнение работ искусственно завышается в два — два с половиной раза. При этом руководство фирмы получает большую прибыль и делает откаты чиновникам из мэрии и депутату.

Более конкретными данными о совершаемых преступлениях источник не располагал. С проверкой полученной информации возникла проблема, так как к тому времени прораба отправили по этапу в Магаданскую область для дальнейшего отбывания срока наказания. В связи с тем, что его судили за преступление, не связанное с работой на стройке, дополнительную информацию, не вызывая подозрения, можно было получить только оперативным путем. Но для этого требовалось много времени, поскольку в процессе этапирования заключенных подобные мероприятия проводятся в исключительных случаях. В создавшейся ситуации сработать мог другой вариант, его и решили использовать.

Оперативные подходы к компании «Стройкомплекс» в главке отсутствовали. В случае обращения за содействием к другим подразделениям и ведомствам могла произойти утечка информации. Специальные технические мероприятия не могли быть использованы, поскольку полученные данные в отношении подозреваемых лиц на тот момент находились в стадии проверки. Оставалось два надежных, но самых сложных варианта. Первый — внедрение в строительную компанию под благовидным предлогом секретного сотрудника. Второй — поиск соответствующего работника в фирме «Стройкомплекс» и установление с ним конфиденциального сотрудничеств.

С этой целью Нещадимов вместе с Липатьевым и еще двумя прикомандированными сотрудниками Вячеславом из Твери и Вадимом из Вологды под предлогом плановой проверки строительных организаций отправились в филиал акционерного общества «Стройкомплекса». В то время специальных письменных разрешений от руководства подразделений для проведения проверки экономических объектов в случае оперативной необходимости не требовалось. За исключением финансовых документов, находящихся в банках. Достаточно было предъявить служебное удостоверение, и в соответствии с законом о милиции руководители коммерческих структур, как правило, предоставляли интересующие бумаги для ознакомления. При необходимости с них снимались копии. Выемка оригиналов хозяйственной документации производилась на основании постановления следователя по возбужденному уголовному делу.

Прибыв в филиал, сотрудники милиции попросили директора предоставить учредительные документы, лицензии на выполнение строительных работ различной сложности, договоры на подрядные работы и иную документацию, обычно подлежащую проверке в таких случаях.

— Сейчас дам указание, чтобы вам показали все, что интересует, — сказал он.

Нещадимов решил посетить планово-экономический отдел, Виталий Липатьев занялся бухгалтерией. Вячеслав с Вадимом взяли на себя проверку отдела по снабжению стройматериалами и другие второстепенные направления. Основная цель посещения заключалась в выявлении лояльно настроенных к органам внутренних дел работников фирмы и, конечно, установление каких-либо нарушений, если их можно было обнаружить за столь короткое время. Но памятуя, что «надежда умирает последней», оперативники приступили к выполнению малоперспективной миссии. Выбрав себе фронт предстоящей работы, Нещадимов вошел в кабинет к начальнику отдела. За столом он увидел миловидную даму бальзаковского возраста.

— Здравствуйте. Моя фамилия Нещадимов, я из Главного управления по борьбе с организованной преступностью МВД, — представился он.

— Добрый день. Марина Сергеевна Еремина, начальник планово-экономического отдела филиала акционерного общества «Стройкомплекс». Директор меня уже предупредил о вашем приходе. Что вас интересует?

— Скажите, ваш филиал выполняет подрядные работы по госконтрактам на территории Москвы?

— Нет, мы строим только коммерческое жилье. Все организационные вопросы строительства инфраструктурных объектов осуществляются через главный офис компании.

— Марина Сергеевна, вы в курсе, что руководство ЗАО «Мост-срой-6» привлеченные денежные средства по договорам долевого участия в строительстве жилья направляло не на стройку, а в офшорные зоны. За три года генеральный директор со своим заместителем таким образом вывели за границу более трех миллиардов рублей, а потом скрылись. Незавершенное строительство приостановлено. Сотни людей остались без денег и квартир. Как вы расцениваете подобные действия?

— Наше предприятие такими вещами не занимается.

— В настоящее время строительный бизнес считается самым прибыльным после торговли оружием, наркотиками и занятием проституцией. Вот ваша фирма какую имеет реальную прибыль и какую показывает в официальных отчетах?

— Фактическая прибыль организации по коммерческому жилью составляет более 200 %. Насколько мне известно, у некоторых московских строительных организаций выручка достигает 700 %. С точки зрения соблюдения налогового законодательства у нас все в порядке. При такой прибыли даже не надо обманывать дольщиков, на объемах можно весьма прилично зарабатывать. Но меня возмущает другое, жадность руководства нашей компании. Имея такую маржу, они все равно стараются использовать всякие лазейки для уклонения от уплаты налогов. Все им мало, то заключают фиктивные трудовые соглашения с лицами, имеющими льготное налогообложение, то оформляют на подставных физических лиц земельные участки под застройку либо еще что-нибудь. В холдинге, конечно, имеются определенные нарушения, и не только налогового законодательства, однако они не идут ни в какое сравнение с теми аферами, о которых вы рассказали.

— Марина Сергеевна, вот чувствуется, вас как честного человека не все устраивает в действиях руководителей компании.

— Мягко сказано, не устраивает. Однажды я слышала от коллег из центрального офиса, что генеральный проворачивает какие-то свои аферы с госконтрактами. Какие, точно не знаю, но примерно догадываюсь.

— Могли бы вы поделиться с нами своими догадками?

— Скорее всего это связано с завышением смет выполняемых строительных работ, причем в разы.

— Марина Сергеевна, а можно как-то узнать, на каких объектах завышаются расценки и для выполнения каких работ? Это позволит установить основных поставщиков стройматериалов и их реальную цену.

— Все документы на строительство инфраструктурных объектов по госконтрактам находятся в головном офисе, и доступ к ним имеют сотрудники, там работающие, и то далеко не все. Для того чтобы самой узнать подробности, нужно время, и не один месяц, поскольку среди работников отделов, которые могут располагать соответствующей информацией, у меня знакомых нет. Тем более я сейчас нахожусь на третьем месяце беременности и через некоторое время уйду в декретный отпуск. Чтобы все выяснить, мне по крайней мере необходимо перейти на работу в центральный офис фирмы, а для этого потребуется полтора-два месяца, а там и декретный отпуск не за горами.

— Давайте вместе подумаем, как в этой ситуации лучше поступить.

— Валерий Михайлович, чтобы оказать вам помощь в решении, как я понимаю, важного вопроса, связанного с разворовыванием бюджетных средств, я готова сделать аборт.

Подобного случая у Нещадимова за всю его многолетнюю работу в различных оперативных подразделениях еще не было. Поэтому от такого неожиданного поворота в разговоре он слегка опешил.

— Марина Сергеевна, это, пожалуй, слишком серьезное намерение. Наша проблема не стоит таких жертв.

— Я с мужем поговорю, думаю, он не будет против.

«Надо заканчивать разговор, коль скоро речь зашла о муже. Чего доброго, о состоявшемся конфиденциальном разговоре и мужу станет известно», — подумал Нещадимов.

— Муж — это, конечно, всегда хорошо, но не в нашем случае.

— Не думайте, я не собираюсь ему говорить о настоящей причине сделать аборт. У нас уже есть сын, ему девять лет. Так что муж не будет возражать, он у меня работает хирургом, все понимает. Мы с ним как-то говорили на эту тему.

— Давайте попробуем решить данный вопрос как-то по-другому, не прибегая к крайним мерам. Вы хорошенько все обдумайте, а я вам позвоню на следующей неделе.

«Еще обвинят в принуждении сделать аборт», — невольно подумал Нещадимов. Попрощавшись, оперативник с неопределенным чувством вышел из кабинета.

В итоге проведенная проверка финансово-хозяйственной деятельности дочернего предприятия «Стройкомплекса» результатов не дала. Все документы были в наличии и составлены грамотно, а для детального их рассмотрения требовалось большое количество времени, которого не было. Да и оснований тоже. Лояльно настроенных работников к МВД также не нашлось, кроме, конечно, Ереминой. На том оперативники и расстались с сотрудниками филиала строительной компании.

О состоявшемся разговоре с начальником планово-экономического отдела Нещадимов сразу доложил Сургутову.

— Что, так и сказала, сделает аборт ради выполнения нашего поручения? — усомнившись, переспросил он.

— Да. Причем я ей об этом даже не намекал.

— Ну конечно, не хватало, чтобы еще намекал на такое.

— Виктор Николаевич, так как поступим?

У него сразу загорелись глаза, как у кошки в темноте при попадании света. Это и понятно, не надо готовить человека, внедрять, ждать, пока он адаптируется в коллективе, либо еще хуже — уводить от уголовного преследования или попытаться использовать неприязненные отношения к соперникам. Аргумент материальной заинтересованности в экономическом секторе, как правило, не срабатывает. Потому что работники, имеющие доступ к информации, представляющей оперативный интерес, в большинстве своем являются материально обеспеченными людьми и их вряд ли можно соблазнить незначительным вознаграждением. У них интерес в другом — использование возможностей правоохранительных органов в достижении корыстных целей, связанных с функционированием бизнеса. Но в таком случае оперативники зачастую сами подпадают в некоторую зависимость от таких источников. Тут же совсем другое, дама сама готова работать и, главное, располагает возможностями в получении необходимой информации.

— Ты знаешь, такое случается далеко не с каждым и только один раз в жизни, — после незначительной паузы сказал он. — Но к этому надо грамотно подойти, чтобы получить перспективный источник. Сам ей не звони, давай подождем пару недель, посмотрим, как она себя поведет. В зависимости от складывающейся ситуации и будем действовать, чтобы нас потом не обвинили в злоупотреблении служебным положением по отношению к беременной женщине.

Прошла неделя, Марина не звонила.

— Ну что, наш человек молчит? — спросил как-то шеф, встретив Нещадимова в коридоре.

— Молчит. Наверное, собирается с духом. Виктор Николаевич, время у нас еще есть, подождем.

Через девять дней Еремина позвонила сама:

— Валерий Михайлович, добрый день. Мне нужно с вами срочно встретиться.

— Что-нибудь случилось?

— Нет, все нормально. Давайте увидимся завтра в тринадцать часов, во время обеденного перерыва в кафе, расположенном недалеко от нашего офиса.

— Марина Сергеевна, завтра я подъеду к вашему зданию и позвоню. Пообедаем в каком-нибудь другом месте, а заодно и поговорим.

На следующий день Нещадимов встретился с Мариной, и они поехали в кафе. По пути следования вели непринужденный разговор на общие темы, не касаясь предмета встречи. Но когда зашли в зал, он вдруг обратил внимание на ее бледное лицо. Перехватив его пристальный взгляд, она сказала:

— Валерий Михайлович, на прошлой неделе я сделала аборт. Муж не возражал. Теперь готова выполнить ваше поручение.

После этих слов он сразу почувствовал свалившуюся на него ответственность перед этой милой женщиной, готовой с головой броситься в омут неизвестности. Ему стало ее жалко. «Или у нее в одном месте детство играет, или это фанатизм», — невольно подумал он.

— Марина, подождите с заданием, — после услышанного Нещадимов решил перейти на неформальную лексику. — Как вы себя чувствуете? У вас бледный вид.

— У меня все нормально. Готова с вами работать.

— Вы понимаете, что о наших с вами отношениях не должны знать ни ваши близкие, ни тем более подруги?

— Я все понимаю. Можете не беспокоиться. Вчера у меня состоялся разговор с начальником планово-экономического отдела головного офиса, она меня приглашает на должность своего заместителя. Я согласилась и уже написала заявление. Так что через две недели буду работать на новом месте. Теперь у меня появится реальная возможность выяснить все обстоятельства по вашему поручению.

— Марина, у меня большая просьба. В первые два-три месяца работы в новом качестве не проявляйте никакой инициативы по нашему вопросу. Делайте все только в рамках выполнения своих полномочий и не более того. Дабы не вызвать каких-либо подозрений у коллег. В этот период времени обычно к вновь принятым сотрудникам со стороны сослуживцев проявляется наибольшее внимание. Будьте предельно осторожны, а главное, не интересуйтесь ничем, не имеющим отношения к вашим функциональным обязанностям. В разговорах с кем бы то ни было придерживайтесь сдержанной лояльности по отношению к руководству. Не отказывайтесь от дополнительной нагрузки, но и не демонстрируйте излишнюю активность, чтобы не вызвать ревность у сотрудников. Поручения выполняйте добросовестно и в срок, но без фанатизма. В дальнейшем, когда адаптируетесь и к вам привыкнут коллеги, можно будет действовать по обстановке.

Через два месяца Еремина, работая в должности заместителя начальника отдела, предоставила полный расклад преступной схемы «Стройкомплекса» по госконтрактам, заключенным с правительством Москвы. С помощью ее информации было установлено, что расценки по некоторым видам работ завышались в два-три раза. Особенно это практиковалось при строительстве станций метрополитена.

В процессе проверки полученной информации оперативники установили аффилированные предприятия, у которых закупались стройматериалы по высоким ценам для выполнения госзаказов и не всегда требуемого качества. Также выявили подрядные организации, выполнявшие ряд работ и услуг по завышенным сметам. Часть денежных средств они переводили на структуры, подконтрольные чиновникам мэрии. В дальнейшем Марина смогла получить информацию о злоупотреблениях, совершаемых на других строительных фирмах, с которыми у «Стройкомплекса» были установлены договорные отношения.

Через некоторое время Нещадимов установил с Ереминой конфиденциальные отношения. В целях конспирации она значилась под псевдонимом Касатка. Имея высшее экономическое образование, Марина была высококлассным специалистом с практическим опытом работы в различных компаниях, поэтому без труда устраивалась в коммерческие структуры, представляющие для главка оперативный интерес. За год смогла выявить весьма ценную информацию для раскрытия организованных экономических преступлений.

Спустя полтора года заместитель начальника главка, курировавший девятый отдел, предложил перевести ее на контрактную основу, но Нещадимов отказался, сославшись на мнение источника. На самом деле не хотел, чтобы ее судьба во многом стала зависеть от конторы. Впоследствии, когда перешел на работу в аппарат Совета Федерации, Касатку с ее согласия передал Липатьеву, старшему оперуполномоченному по особо важным делам. Он на нее не мог нарадоваться и как-то при встрече сказал:

— Как «разведчик» «разведчику» скажу, Касатка целого взвода нелегалов стоит, воистину разведчица от Бога. Любое поручение, связанное с ее профилем работы, поскольку другие не даем, бережем ценного источника, выполняет с каким-то азартом. Я таких еще не встречал. Спасибо тебе, Михалыч, за высококлассного помощника.

— Ты лучше ей скажи об этом.

— Я хвалю ее постоянно.

— Не боишься перехвалить?

— Ни в коем случае.

Касатка как особо важный источник оперативной информации была глубоко законспирирована. С целью исключения утечки информации ее данные в закрытой информационной базе с разрешения заместителя начальника главка даже в зашифрованном виде отсутствовали.

До 2008 года в органах внутренних дел противодействие организованным преступлениям в сфере экономической деятельности вели две службы — по борьбе с организованной преступностью и по экономическим преступлениям. Зачастую по этой причине в их работе прослеживался параллелизм и постоянно возникали внутриведомственные барьеры. Впоследствии с целью их устранения разработку формирования, независимо от его основной направленности, стала осуществлять та служба, которая первая вышла на него.

Если в процессе проверки или разработки подозреваемых сотрудники службы БЭП выясняли, что в экономических преступлениях принимают участие и криминальные структуры, подключалось соответствующее подразделение по борьбе с организованной преступностью.

Определенный вклад в дело борьбы с организованными криминальными формированиями, совершающими преступления в сфере экономики насильственным путем, вносил уголовный розыск. Совместно с сотрудниками специальной службы либо самостоятельно проводились отдельные оперативно-розыскные мероприятия по задержанию преступников. В процессе выполнения своих повседневных обязанностей работники уголовного розыска нередко получали информацию, свидетельствующую об экономических преступлениях. В том случае, когда она не представляла для них оперативного интереса, как правило, оставалась без внимания, так как основным критерием их работы является раскрываемость преступлений. При наличии возможностей использования ее в интересах службы проводилась дальнейшая проверка.

В 1992 году из всего количества выявленных организованных сообществ более половины составляли формирования общеуголовной направленности, на долю которых приходилось 63 % от всех организованных преступлений, в том числе совершаемых в сфере экономики насильственным путем.

Весьма важную помощь подразделениям ГУОП оказывали специализированные службы, в том числе технические. Качество проводимых ими мероприятий заметно улучшилось после того, как в большинстве из них на региональном уровне были выделены сотрудники, которые работали только по их заданиям. Они располагали современной специальной техникой, позволяющей, несмотря на принимаемые преступниками контрразведывательные меры, выявлять ранее неизвестные криминальные связи, осуществлять документирование противоправной деятельности.

В процессе проведения подобного рода мероприятий использовались информационные системы, видео- и аудиозапись, кино- и фотосъемка, а также другие технические и иные средства. В сводках телефонных переговоров разрабатываемых фигурантов, кроме информации, представляющей оперативный интерес, зачастую содержались познавательные сведения о той сфере, в которой они действовали.

После ознакомления с такими данными у оперативников порой создавалось впечатление, что они прочитали или прослушали лекцию как минимум доцента. К примеру, по теме об особенностях рынка ценных бумаг в России приобретали навыки об отличительных особенностях настоящего векселя от зеркального. Знали, каких компаний ценные бумаги пользуются наибольшим спросом и кто такой бенефициар.

Разрабатывая группировку, занимавшуюся мошенничеством с импортными автомобилями, приобретали познания в области эксплуатационных преимуществ различных марок, моделей. При этом можно было узнать сведения о производителях, выпускавших качественные запчасти и изготавливавших дешевые подделки, реализовывавшиеся по цене фирменных, и их отличие. То есть совмещать нужное с полезным.

Наибольшим достижением в деятельности службы по борьбе с организованной преступностью по праву можно считать созданный институт разведки, который являлся самостоятельным направлением. Разведывательные функции осуществлялись штатными секретными сотрудниками, которые были надежно законспирированы. Они обладали большими возможностями по внедрению в государственные экономические структуры, криминальную среду, коммерческие организации с повышенной криминогенной обстановкой. Получали информацию, свидетельствующую о происходящих негативных тенденциях в сфере экономики. Также были способны осуществлять глубокую разработку участников организованных криминальных сообществ, совершающих тяжкие преступления, в том числе в сфере экономической деятельности.

Однажды из подразделения разведки в отдел по борьбе с незаконным оборотом оружия поступила информация о том, что одна из группировок завезла через границу с Украиной партию пистолетов немецкого производства с лазерными прицелами и ищет оптового покупателя. Для оперативной разработки подозреваемых с целью установления нелегального канала поступления оружия времени не было. В связи с тем, что оружие могло быть реализовано в любое время, руководство главка приняло решение о задержании преступников во время продажи. Секретный сотрудник, получивший информацию, через опосредованную связь порекомендовал продавцам оптовых покупателей. Представил их как представителей ростовской братвы.

На роль покупателей подобрали двух оперативных сотрудников главка. Павел, ранее работавший в Ростове-на-Дону, выступал в качестве покупателя, а Виктор в роли его охранника. Для правдоподобности легенды им предоставили автомобиль «Ауди» шестой модели с ростовскими государственными номерами. Оба имели при себе табельное оружие. Виктора как охранника снабдили автоматом АКС-74У.

Место для встречи преступники выбрали на берегу реки Яузы. По всей видимости, не случайно. Оно находилось недалеко от Садового кольца, Таганской площади и Курского вокзала. При необходимости несложно было затеряться среди потока машин и уйти от преследования. Либо скрыться в трех разных направлениях, а подъехать к нему незамеченным не представлялось возможным. В случае опасности оружие всегда можно было выбросить в реку.

Когда к назначенному времени приехали оперативники, автомобиль «БМВ» черного цвета уже стоял на месте. Они обратили внимание на припаркованную на противоположном берегу неприметную автомашину «Жигули» серого цвета, с затемненными стеклами и включенным двигателем. В ней находились по меньшей мере два человека. Скорее всего за происходящей встречей с противоположного берега велось контрнаблюдение. В свою очередь, сотрудников главка прикрывали две группы бойцов СОБРа. Одна расположилась на Садовом кольце, вторая недалеко от моста через реку Яузу. Оставив машину на обочине дороги, оперативники пошли по направлению к «БМВ». В это время из нее вышли два молодых человека и стали их ожидать, демонстративно засунув руки в карманы кожаных курток. При этом водитель оставался сидеть за рулем. После обмена приветствиями Павел сказал:

— Мы от Дениса, нас интересует партия железа импортного производства.

— У нас есть то, что вам нужно, — сказал тот, который был постарше, с лицом, не обезображенным интеллектом, представившийся Сергеем.

— Можно посмотреть?

— Конечно, — ответил он и жестом пригласил подойти к машине. — Вас сколько интересует?

— 15–20 в зависимости от модели и цены, — ответил Павел.

— Цена у нас стандартная, за ствол три с половиной штуки зеленых.

— Что-то дороговато. Мы с Денисом договаривались за три тысячи. Тем более все сразу.

— Стволы с лазерными прицелами и глушителями, таких в России пока еще ни у кого нет. Вы будете первыми, поэтому и цена высока.

Второй, по имени Кирилл, проявлявший излишнюю нервозность, открыл багажник и достал пластмассовый футляр, в котором находился пистолет немецкого производства с лазерным прицелом, глушителем и двумя магазинами. При этом постоянно смотрел по сторонам. Павел спокойно взял пистолет в руки, внимательно осмотрел и сказал:

— Возьмем все по три тысячи долларов за ствол. Сколько их у вас?

— В наличии один. Завтра будет еще четырнадцать.

— Этот экземпляр мы берем и две пачки патронов. Проверим его и, если нас все устроит, купим остальные. Ответ дадим завтра через Дениса.

— Ствол стоит минимум три штуки пятьсот зеленых, оптом, так и быть, отдам по три. Пачка маслят — пятьдесят американских рублей, в ней двадцать штук, — сказал Сергей.

Павел отдал три тысячи шестьсот долларов, взял футляр с пистолетом и патроны. Попрощавшись, все разъехались. Скрытое наблюдение за торговцами оружием не проводилось по причине возможного контрнаблюдения.

Встреча была назначена на следующий день в 15 часов недалеко от Белорусского вокзала. К назначенному времени оперативники поехали уже втроем. Взяли с собой Шмелева Михаила, старшего оперуполномоченного по особо важным делам, призера города Москвы по боксу. Для задержания преступников к месту встречи заранее на автомашине аварийной службы прибыла группа бойцов СОБРа.

При подъезде к назначенному месту оперативники увидели припаркованную «БМВ» с уже знакомыми госномерами. Впереди на расстоянии чуть более ста метров стоял джип «Тойота» темного цвета, с включенным двигателем и затемненными стеклами. Павел с Виктором вышли из машины и пошли по направлению к «БМВ», а Михаил остался сидеть за рулем. Подойдя ближе, они увидели вчерашних знакомых. После приветственных слов Сергей спросил:

— Ну что? «Волына» понравилась?

— Достойный экземпляр. Я такими еще не пользовался. Вы железо все привезли? — поинтересовался Павел.

— Четырнадцать стволов, в машине лежат, а бабло у вас с собой? — в свою очередь уточнил Сергей.

— Как договаривались, — сказал Виктор, достал из спортивной сумки пачку долларов и показал ее.

— Идем с нами.

— Куда? — спросил Павел.

— Здесь недалеко. Не бойся, не кинем, — сказал Кирилл.

Вчетвером они направились в сторону джипа. «БМВ» поехала за ними. Машина оперативников тоже последовала их примеру. В это время Виктор боковым зрением увидел, что автомашина со спецназовцами медленно двинулась в их сторону. Ему сразу стало как-то спокойнее. Поравнявшись с «Тойотой», через тонированные стекла он никак не мог разглядеть, кто находился в салоне.

В это время Павел обратил внимание на машину аварийной службы, которая остановилась метрах в пятидесяти от них. Главное, чтобы захват не начали раньше, чем они убедятся в наличии оружия, подумал он. Оперативники были уверены: пистолеты лежат в джипе. Однако, поравнявшись с ним, Сергей с Кириллом прошли мимо, не обратив на него никакого внимания, и направились во двор дома. Это было неожиданностью не только для бойцов СОБРа, но и для Виктора с Павлом. Фургон аварийной службы тронулся и стал медленно объезжать дом с противоположной стороны.

Войдя во двор, они увидели в отдалении стоявший на пустыре автомобиль «Жигули» темно-серого цвета, похожий на тот, который маячил вчера на берегу Яузы. Все направились в его сторону. Когда подошли ближе, из салона вышел молодой человек.

— Открой багажник, — обратился к нему старший.

Из багажника он достал три картонные коробки, в которых находились различного рода импортные спиртные напитки, и поставил на землю.

— Я надеюсь, это не железо? — спросил Павел.

— Это отмазка от ментов. Срабатывает безотказно. Ни одного прокола. Еще ни разу до железа не добирались, — сказал Сергей.

Под резиновым ковриком они увидели аккуратно сложенные пластмассовые футляры. Сергей взял один и открыл, в нем лежал пистолет, аналогичный купленному вчера. Виктор начал открывать остальные, в них находились такие же экземпляры импортного оружия.

— Значит, по три тысячи за ствол, как и договаривались. Итого сорок две тысячи долларов. Плюс патронов пятьдесят пачек. Получается всего-о-о… — Павел не успел договорить, как на большой скорости подъехала и резко затормозила недалеко от них автомашина аварийной службы. Все сразу повернулись в ее сторону.

— А этим что здесь нужно? — спросил Сергей. Но вопрос повис в воздухе.

В этот момент из нее в масках с короткоствольными автоматами стали выскакивать бойцы спецназа. Раздались команды: «никому не двигаться», «руки за голову», «работает СОБР», «руки на капот». Искушенные в подобных делах торговцы оружием положили руки кто на капот, кто на кузов машины. Заодно с ними то же самое проделали и оперативники. Водитель «Жигулей», молодой, довольно резвый парень, который открывал багажник, попытался убежать, но после короткой автоматной очереди остановился и был задержан. Кирилл неожиданно достал из бокового кармана куртки пистолет и попытался выстрелить в прапорщика СОБРа, но тот выстрелил первым. Пуля прошла через грудь, и он скончался на месте.

Автомобиль «БМВ», находившийся на пустыре неподалеку от «Жигулей», остался без внимания. Спустя минуту во двор въехал джип «Тойота». Из него выскочили три молодых человека в гражданской одежде, вооруженные пистолетами Макарова, и подбежали к «БМВ». Это были сотрудники МУРа. Увидев их, водитель заблокировал двери и намеревался уехать. Один из оперативников подбежал к машине и попытался открыть дверь, но она была закрыта. Тогда он ударом рукоятки пистолета разбил боковое стекло, просунул руку и открыл дверь изнутри салона. Вдвоем они вытащили водителя из машины. В это время к ним подбежали два спецназовца. Молодой, не в меру горячий боец, не разобравшись в обстановке, тем более после стрельбы, направил на муровца пистолет:

— Брось оружие или я буду стрелять.

— Я из МУРа, опусти ствол, — крикнул оперативник, но не последовало никакой реакции.

С направленным друг на друга оружием они простояли около минуты. В любую секунду кто-либо из них мог нажать на спусковой крючок. Вмешаться в неожиданно создавшуюся ситуацию было некому, поскольку в это время два других оперативника обезоруживали водителя, и в суматохе на них никто не обращал внимание. Увидев своего не в меру ретивого сотрудника с пистолетом, направленным на молодого человека, который тоже держал его на прицеле, старший группы СОБРа мгновенно оценил обстановку и побежал к ним.

— Оба уберите оружие, работает СОБР. — Оперативник МУРа с облегчением опустил пистолет. Однако молодой боец продолжал стоять в том же положении. — Семенов, я кому сказал, опусти пистолет, — и только после грозного окрика прапорщик убрал оружие.

Нередко внутриведомственные барьеры отрицательно сказываются на борьбе с преступностью. В данном случае по причине конкуренции МУР о задержании организованной группировки, занимавшейся торговлей огнестрельным оружием, не поставил в известность ГУОП МВД, и все могло закончиться трагически. Нелегальный канал поступления в Россию партии оружия установлен не был. Однако в руки киллеров не попали современные пистолеты с лазерными прицелами, аналогов которым в то время не было даже в подразделениях специального назначения. Значит, чьи-то жизни уже были спасены.

Содействие в раскрытии организованных преступлений оказывали оперативные подразделения мест лишения свободы (впоследствии — служба исполнения наказания). Их участие заключалось в разработке по заданиям ГУОП лиц, находившихся в пенитенциарных учреждениях, принимавших участие в совершении тяжких преступлений в составе организованных группировок. В процессе проведения мероприятий учитывалось то, что некоторые осужденные осведомлены о методах оперативной работы, и это зачастую умело использовалось для их разработки. Порой проводились совместные сложные мероприятия с учетом психологии таких лиц для получения дополнительной информации по изобличению обвиняемых и лиц, оставшихся на свободе.

В ходе следствия, в том числе при участии сотрудников СИЗО, не всегда удавалось полностью раскрыть преступления, установить всех виновных, разыскать похищенное имущество и ценности. Из-за большого количества членов организованных сообществ и сложности расследования совершенных ими преступлений по мере доказывания их вины и вступления приговора в законную силу осужденных отправляли в исправительно-трудовые учреждения для отбытия наказания. Участников опасных преступлений с целью полного их раскрытия по возможности направляли в ИТУ Новосибирской, Иркутской областей, Мордовской республики. Там работали высококлассные оперативники, которые проводили различного рода комбинации и получали информацию о сообщниках, оставшихся на воле.

В то время когда пенитенциарные учреждения входили в структуру МВД, была создана система выполнения заданий органов внутренних дел оперативными частями мест лишения свободы. В 1998 году уголовно-исполнительные учреждения передаются в структуру Министерства юстиции Российской Федерации. Спустя шесть лет создается специальная Федеральная служба исполнения наказаний, находящаяся в ведении Минюста. Ранее имевшаяся система взаимодействия с органами внутренних дел претерпела изменения, и не в лучшую сторону. В настоящее время в основном взаимодействие осуществляется на уровне оперативных подразделений СИЗО и в меньшей степени с исправительно-трудовыми учреждениями.

Эффективно вести борьбу с организованной преступностью только одной, пусть даже самой мощной службой, невозможно. Здесь нужны усилия всех правоохранительных органов и в первую очередь оперативно-розыскных структур. После ликвидации ГУБОП системно данной проблемой не занимается никто.

Кроме органов внутренних дел, противодействие этому социальному явлению в рамках своих функциональных обязанностей осуществляют подразделения Федеральной службы безопасности. Во-первых, некоторые преступные сообщества, располагавшие крупными денежными средствами уже на начальной стадии развития, стали стремиться к власти, быстро политизироваться. В это время заметно начала прослеживаться тенденция нарастающей угрозы основам конституционного строя Российской Федерации. До сих пор со стороны криминальных группировок предпринимаются меры проникновения в институты государственной власти, чтобы с помощью должностных полномочий добиваться осуществления преступных замыслов. Во-вторых, преступники начали активно расширять связи с зарубежными криминальными структурами, с помощью которых совершали экономические преступления, причиняющие государству значительный материальный ущерб. В-третьих, под прикрытием деятельности различных партий, некоммерческих организаций (НКО), охранных служб, спортивных секций создавались незаконные вооруженные формирования с общеуголовной направленностью, нередко преследующие и политические цели.

В дальнейшем отдельные известные бизнесмены, обогатившись далеко не честным путем, стали посматривать в сторону высших государственных должностей федерального уровня. Реальные шаги в достижении своих замыслов в данном направлении предпринимали руководитель крупной нефтяной компании ЮКОС и директор «ЛогоВАЗ», владелец многих коммерческих структур, в том числе нефтяных, центрального телеканала ОРТ, медиагруппы.

Главу компании ЮКОС осудили не за намерения стать одним из руководителей государства, а за ряд совершенных экономических правонарушений и соучастие в общеуголовных деяниях.

Это был всего лишь повод для начала проведения проверки хозяйственной деятельности компании, хотя и весомый. Если бы такого повода не было, органы государственной власти еще долго закрывали глаза на обворовывание страны, придерживаясь принципа: хочешь воровать у государства — хвали власть имущих, хочешь ругать — не воруй.

Другой жулик, бывший директор «ЛогоВАЗ», на политическом поприще достиг более значительных успехов. С той лишь разницей, что в итоге плохо кончил. В разное время он занимал должности заместителя секретаря Совета безопасности Российской Федерации, исполнительного секретаря СНГ. Избирался депутатом Государственной думы. Имея за собой целый шлейф различного рода злоупотреблений и достаточное количество денежных средств, нажитых «непосильным трудом», его стало заносить в высшую политическую сферу государства. Это и послужило поводом для начала уголовного разбирательства за совершенные преступления.

В отношении не в меру зарвавшегося бизнесмена была использована та же схема, но с некоторыми вариациями. Уголовное дело Генеральная прокуратура возбудила по целому ряду статей, в том числе за преступления в сфере экономической деятельности, но затем ему позволили скрыться в Англии. Только потом объявили в международный розыск.

Специализация подразделений в структуре государственной безопасности в области противодействия организованной преступности началась в конце 1980-х годов. С целью повышения эффективности работы руководители двух ведомств неоднократно предпринимали попытки по разграничению обязанностей между специально созданными структурами. Первоначально на сформированные подразделения возлагались задачи по борьбе с коррупцией в органах государственной власти и управления, организованными сообществами, совершающими экономические преступления, по преимуществу имевшие международный характер.

В функциональные обязанности специальной службы МВД входило противодействие организованным группировкам обще-уголовной направленности. Однако такой подход к разделению межведомственных компетенций не принес положительных результатов.

Со временем специальные службы указанных ведомств стали вести борьбу с любыми организованными преступными формированиями, которые попадали в их поле зрения, невзирая на их особенности и коррумпированные связи. Деятельность подразделений государственной безопасности в этом направлении была малорезультативной. В основном она сводилась к выявлению группировок, осуществлявших незаконный вывоз сырья и изделий за пределы страны, установлению коррумпированных связей в органах власти, правоохранительных органах. Либо оказывали содействие МВД в обеспечении раскрытия и расследования организованных преступлений с помощью оперативно-технических средств.

Такое положение во многом объясняется тем, что в девяностые годы для органов государственной безопасности борьба с рассматриваемым феноменом являлась, по сути, новым направлением в их деятельности. Поэтому у сотрудников отсутствовали навыки в выявлении и особенно в разработке участников группировок, действующих в различных сферах.

С целью повышения эффективности противодействия коррупции в 1993 году принимается совместный секретный приказ МВД России и Министерства безопасности, направленный на комплексное использование сил и средств двух ведомств. Чуть раньше был издан приказ Министерства безопасности России и МВД, который разграничил задачи при проведении операций по освобождению заложников. Другие сферы, затрагивающие оперативные интересы обоих ведомств, до сих пор не имеют четкого функционального регламентирования. Такое положение порождает определенные межведомственные организационно-тактические проблемы. Особенно это касается сферы экономики.

В это время в соответствии с принятыми правовыми актами на МВД в полном объеме возлагается задача по противодействию организованной преступности. В обязанности органов государственной безопасности вменялись функции по борьбе с отдельными видами организованных преступлений. Сотрудники правоохранительных органов, в том числе государственной безопасности, признавали приоритетность подразделений МВД в данной сфере деятельности. Участие в этом направлении различных ведомств, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, не может являться причиной отрицательного влияния на результативность работы, если между субъектами будут найдены оптимальные формы взаимодействия.

Монополия одного из ведомств может отрицательно сказаться на эффективности ее деятельности. Сосредотачивать все в одних руках нецелесообразно, поскольку в этом случае возрастает угроза проявления различного рода злоупотреблений. Имея независимые друг от друга структуры в одной сфере деятельности, с четким разделением функций, при осуществлении общей координации можно добиться значительного успеха в работе.

К примеру, в США противодействие организованной преступности в основном осуществляют два ведомства — Министерство юстиции и Министерство финансов. Основной службой Минюста с функциями оперативно-розыскной деятельности является Федеральное бюро расследований. ФБР, подчиняясь генеральному прокурору и одновременно директору Национальной разведки, выполняет функции руководящего органа контрразведки и антитеррористической деятельности. Также в структуру министерства входят еще ряд служб, имеющих непосредственное отношение к противодействию этому феномену. Служба эмиграции и натурализации принимает меры по предотвращению незаконного ввоза в страну наркотиков и наркотических средств.

Подразделения судебных исполнителей осуществляют защиту свидетелей и членов их семей при расследовании преступлений, совершенных мафиозными структурами. Под общую юрисдикцию ФБР попадают не менее 200 категорий тяжких преступлений.

Значительную роль в борьбе с организованной преступностью играют три службы Министерства финансов США. До 2003 года — Секретная служба, Служба внутренних доходов, Бюро по алкоголю, табаку и огнестрельному оружию. Из них две первые наделены функциями оперативно-розыскной деятельности. С марта 2003 года Секретная служба передана в подчинение Министерству внутренней безопасности США. В 1995 году структура службы состояла из семи управлений. Во всех штатах США, в том числе на Гавайях и Аляске, были созданы местные отделы. Численность сотрудников составляла 4600 единиц, из них 1000 человек — военизированная охрана. Возглавлял Секретную службу директор, у которого имелся всего один заместитель и семь помощников. Ни в какое сравнение не идет с раздутой численностью руководства аналогичных российских служб.

Основными задачами Секретной службы США являются охрана президента, вице-президента, их непосредственных родственников, других высокопоставленных чиновников, бывших президентов и их супруг. Также кандидатов в президенты и вице-президенты, представителей иностранных государств во время их визитов. Защита финансовой системы государства. Кроме этого, служба занимается расследованием кредитно-финансовых преступлений, включая различные виды махинаций, а также кражи личных данных, подделку национальной валюты, фальсификацию государственных документов и прочих ценных бумаг.

Ежегодно кредитно-банковской системе США причиняется ущерб на два-три миллиарда долларов. В 1994 году совершено семнадцать тысяч финансовых преступлений, ущерб составил один миллиард шестьсот миллионов долларов. На раскрытие этих преступлений было задействовано более шестидесяти подразделений по борьбе с фальшивомонетничеством. В результате десять тысяч человек подверглись аресту.

При нынешних непростых отношениях элиты США с руководством Российской Федерации, продолжающихся уже более пяти лет, которые постоянно усугубляются, сложно представить, что в девяностые годы между нашими странами были теплые, дружеские отношения в различных сферах, включая правоохранительную. Основная причина такой перемены — это укрепление позиций России на геополитической арене после развала Советского Союза. Мировому монополисту не понравилось появление конкурента.

В те годы сотрудники ФБР и Секретной службы США являлись частыми гостями Главного управления по организованной преступности, Академии управления и других подразделений МВД. Наши сотрудники также наносили ответные визиты.

В середине 1990-х годов по приглашению Секретной службы Нещадимов в составе группы оперативных сотрудников МВД России вылетел в Вашингтон. Принимали их доброжелательно, по возможности знакомили с работой различных подразделений. В ходе визита посетили центральный офис Секретной службы в Вашингтоне, который занимал в середине высотного здания два этажа. На других размещались гражданские организации. Оперативники заходили в рабочие кабинеты сотрудников, то есть агентов. Знакомились с ними. Вели беседы с заместителем директора Секретной службы и другими работниками, обменивались сувенирами. Агенты размещались в больших по площади комнатах, отгороженных друг от друга прозрачными перегородками. В общем, все традиционно, как показывают в американских фильмах о полицейских, агентах ФБР. Но коллегам из Секретной службы больше понравились условия работы оперативников МВД России, которые, как обычно, располагались в отдельных комнатах по два-три человека, не мешая работать друг другу.

В то время заработная плата особого агента Секретной службы составляла семь тысяч долларов. Для сравнения: равнозначный по должности старший оперуполномоченный по особо важным делам ГУОП МВД получал зарплату, эквивалентную 900—1000 долларам.

Офис Секретной службы города Вашингтона располагался на нескольких этажах в здании, где также находились и другие государственные организации. В холле для гостей размещались киоски с сувенирами исключительно с символикой службы. Доверие к российским сотрудникам МВД было вполне искренним. Американцы организовали отдельные экскурсии на особо охраняемые объекты, включая Белый дом и Капитолий — место пребывания Конгресса США на Капитолийском холме.

Посетили святая святых для американцев — предприятие по производству долларов. Обычно посетители наблюдают за изготовлением мировой валюты со смотровой площадки, расположенной на втором этаже. Гостям из МВД разрешили подойти непосредственно к поточной линии и даже подержать в руках неразрезанные листы с напечатанными долларами. Оперативники познакомились с работой граверов, которые в то время трудились над изготовлением новых 50-долларовых банкнот. Когда Нещадимов показал им купюры достоинством в пятьсот и тысячу рублей 1993 года выпуска, они были удивлены высокой степенью защищенности от подделки. Перед уходом он подарил их граверам, чем вызвал неподдельную благодарность. Также побывали в тренировочных центрах и на полигоне, где высококлассные инструкторы обучают водителей, охраняющих первых лиц государства.

Пообщавшись с настоящими американцами, а не бывшими россиянами, становится понятным, почему, несмотря на то, что в США, являющихся единственной мировой сверхдержавой, некоторые государственные лица высокого ранга не стесняются скомпрометировать себя или поставить в неловкое положение в процессе обсуждения некоторых проблемных вопросов. При каждом удобном случае обвиняют Россию, которая, по их мнению, оказывала влияние на выборы президента США в 2016 году или еще в чем-либо подобном. Кажутся смешными такие утверждения, если сравнить уровень экономического развития США и России. Однако часть американцев эту информацию воспринимает вполне серьезно, ничуть не заботясь о чувстве собственного достоинства. Скорее всего оно им не присуще, и в этом Нещадимов убедился на реальном примере.

Агент Секретной службы Тони, с которым оперативники МВД подружились, постоянно ругал хакеров из Нигерии. По его глубокому убеждению, все беды в США происходили по вине нигерийцев. Похожая картина на современные отношения с Россией. Поначалу эту информацию все восприняли как должное, но, когда он стал обвинять нигерийцев во всех смертных грехах, у них стало закрадываться сомнение. При каждых последующих встречах с Тони кто-нибудь в шутку через переводчицу начинал ругать нигерийцев, он, не упуская случая, тут же подхватывал свою любимую тему. Ничуть не стеснялся считать африканскую страну со слаборазвитой экономикой достойным противником мощного государства.

Однажды утром в разговоре с Тони Нещадимов рассказал, что во время завтрака в ресторане гостиницы официант вместо одного талона взял у него два и не признался в этом.

— Какого цвета у него было лицо? — с весьма озабоченным видом уточнил Тони.

— Сильно темного, — ответил Нещадимов.

— Это был нигериец, — глубокомысленно заметил Тони. Кто находился рядом, дружно рассмеялись. — Вот теперь и вы убедились. У нас все беды от них, — добавил он с улыбкой.

Этот пример наглядно свидетельствует, что для американцев нет ничего зазорного на полном серьезе обвинить в своих бедах любого, кто им покажется подозрительным, даже слаборазвитую страну, не говоря о ядерной державе. Такой уж у них менталитет, и к этому нужно относиться снисходительно, памятуя пример с Тони. Американцы нация осторожная, им есть что терять. Поэтому они могут применить и применяют военную силу только в отношении тех стран, которые не могут им и их ближайшим союзникам нанести ответный удар. Если в случае вмешательства во внутренние дела какого-либо государства может пострадать безопасность США, они никогда не пойдут на развязывание военного конфликта. Примером тому может служить Северная Корея.

С группой сотрудников МВД, находившихся в командировке, работали две русские переводчицы из Пентагона, которые ранее уехали из Одессы и к тому времени более семнадцати лет проживали в США. К бывшим соотечественникам они относились весьма доброжелательно, делились своими впечатлениями об американцах. Однажды в откровенном разговоре Ирина сказала:

— Американцы нация весьма прагматическая, никогда ничего не делают просто так. Если они вас пригласили к себе, сами ездят в Россию, значит, им от вас что-то нужно. Сильно не обольщайтесь.

В верности этих советов оперативники убедились чуть позже. После распада Советского Союза спецслужбы США стали принимать меры по развалу Вооруженных сил России, в частности военно-морского флота. Зарубежные фирмы с помощью коммерсантов из числа эмигрантов через коррумпированных высокопоставленных лиц Министерства обороны начали приобретать добротное военное снаряжение для использования его в зонах военных конфликтов. По низким ценам якобы на металлолом покупали технику и корабли. Интерес к авианесущим крейсерам стали проявлять и конкуренты США — вездесущие китайцы.

В 1990-е годы были проданы построенные в середине 1970-х годов, не выработавшие и половины срока службы, тяжелые крейсеры «Минск», «Новороссийск», «Киев», «Варяг». Эти проекты не дотягивали до уровня авианосцев по водоизмещению. Тем не менее они являлись боеспособными своего класса кораблями. На крейсерах базировались вертолеты и энергозатратные самолеты с вертикальным взлетом и посадкой. В 1994 году начались переговоры с российской стороной о продаже корабля «Баку» в Индию, спустя шесть лет его все же продали.

Китай в то время не имел своего авианесущего флота и начал проявлять повышенное внимание к российским кораблям этого класса. Спущенный на воду в 1988 году авианесущий крейсер «Варяг» после распада Советского Союза достался Украине, и дальнейшее его строительство прекратилось. Спустя пять лет его продают в КНР за двадцать миллионов долларов со всей документацией и чертежами якобы для организации круизного центра развлечений и казино.

Американцы усомнились в том, что китайцы хотят из «Варяга» сделать развлекательный центр, и предприняли попытки помешать этой сделке. Под давлением США Турция шестнадцать месяцев не давала разрешение на проход корабля через Босфор. Как и предполагали американцы, переделанный советский крейсер «Варяг», переименованный в «Ляони», стал первым авианосцем, состоящим на вооружении военно-морского флота Китая.

Вопрос о продаже двух тяжелых авианесущих крейсеров «Минск» и «Новороссийск» встал в ходе официального визита в Пекин первого президента России. Эта сделка была способна повлиять на стратегический паритет сил в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Дело получило международный резонанс, и российскому правительству пришлось от нее отказаться. Спустя год вопрос о продаже данных кораблей снова был поднят. Тогда с предложением выкупить у России списанные авианосцы обратилась американская компания, но в эту сделку вмешался командующий Тихоокеанским флотом, и она сорвалась. Впоследствии адмирал был отправлен в отставку, потому что мешал продавать за бесценок дорогостоящую государственную собственность — ключевые звенья обороны страны.

Через небольшой промежуток времени с одобрения министра обороны России крейсеры «Минск» и «Новороссийск» стоимостью в несколько миллиардов долларов каждый были проданы по цене черного металла южнокорейской компании. На «Новороссийске» в спешке даже не стали демонтировать боевое оборудование, аппаратуру и снаряжение. Также на кораблях имелись медные трубопроводы, латунная и бронзовая арматура, изделия из золота, серебра, платины, титана. Авианесущий крейсер «Киев» продали в Китай на металлолом.

После этого в России оставался только один авианосец «Адмирал Кузнецов», на котором могли базироваться тяжелые палубные истребители-бомбардировщики горизонтального взлета и посадки. Его заложили в 1982 году на верфи в Николаеве, а спустя десять лет благодаря командиру корабля и экипажу удалось уйти из Черного моря, и крейсер был зачислен в состав Северного флота Российской Федерации.

Несмотря на дружеские отношения между Россией и США, Пентагон на всякий случай интересовался проводившимися различного рода испытаниями корабля, его вооружением и авиагруппами, для которых стали поступать первые современные палубные истребители Су-33. В тот период корабль по три-четыре месяца в год проводил в море, участвовал в учениях. В составе многоцелевой эскадры авианесущий крейсер постоянно нес боевую службу в Средиземное море, первоначально имея на борту тринадцать самолетов Су-33, два Су-25 и одиннадцать вертолетов. После дальних походов был отправлен в ремонт, где находился в течение двух лет из-за недостатка финансирования.

В это время Китай стал проявлять к нему неподдельный интерес с целью покупки по схеме крейсера «Варяг». Но Пентагон не был заинтересован в приобретении КНР такого класса авианосца и появления его в Тихоокеанском регионе. Также американцев интересовала его дальнейшая судьба — выйдет ли корабль в море на боевую подготовку и когда это может произойти, или его продадут китайцам. Поэтому спецслужбы США всячески старались использовать имевшиеся возможности в получении информации о реально складывающейся ситуации вокруг авианосца, а в случае необходимости попытаться создать условия, затрудняющие его продажу в Китай.

Во второй половине 1990-х годов между ГУОП МВД России и Федеральным бюро расследований США было подписано двустороннее соглашение об обмене информацией, представляющей взаимный интерес в борьбе с организованной преступностью. Их запросы относились к первоочередным для исполнения. На подготовку ответов отводилось от трех до десяти суток, в зависимости от сложности исполнения изложенной информации. Согласно имевшейся договоренности, сотрудники ФБР стали регулярно направлять в главное управление различного рода письма, обращения. Однажды весной Нещадимову на исполнение поступил запрос с указанием руководства отдела «срочно» следующего содержания.

Конфиденциально

№ 57839/17

Март 10, 1998 г.

Первому заместителю Министра

внутренних дел России,

директору ГУОП

Мр. Михаилу Ермолову

В Федеральное бюро расследований Соединенных Штатов Америки поступила информация, что администрация Северного флота России под предлогом финансовых проблем на ремонт и модернизацию авианосца «Адмирал Кузнецов» готовит его к продаже для оборудования круизного развлекательного центра и казино.

Информация направляется в рамках имеющегося соглашения.

Директор ФБР

В целях сокращения времени на согласование запрос в Министерство обороны России был подготовлен не за подписью министра внутренних дел, а первого заместителя. Аналогичного содержания письмо также направили в Восьмое главное управление МВД.

Секретно

№ 087/9 от

21.03.1998 г.

Министерство обороны России

Министерство внутренних дел Российской Федерации располагает оперативной информацией о том, что командование Северного флота под предлогом финансовых проблем на ремонт и модернизацию авианосца «Адмирал Кузнецов» готовит к незаконной продаже за рубеж оставшийся единственный в России авианесущий крейсер для его оборудования под развлекательный центр и казино.

В связи с изложенным прошу сообщить о результатах проверки.

Первый заместитель Министра

внутренних дел

Российской Федерации

генерал-полковник М.К. Ермолов

Подготовленный текст письма Нещадимов отдал на визирование вновь назначенному начальнику девятого отдела Пономареву Тот прочитал его, долго вертел в руках, морща лоб в раздумье, сказал:

— Валерий Михайлович, мы равнозначные ведомства, и предлагать Министерству обороны, как поступать с нашей информацией, некорректно. Напиши — сообщается для информации. Пусть сами принимают решение.

Такая корректировка не устраивала исполнителя, поскольку лишала смыслового значения запрос о принятии каких-либо мер по имевшейся информации. Поэтому текст он оставил прежним, и когда начальника отдела не было на месте, завизировал его у заместителя и отдал на подпись начальнику главка. Спустя чуть больше недели из Министерства обороны пришел ответ.

Секретно

№ 09542/05/01 от

30.03.1998 г.

Первому заместителю Министра

внутренних дел Российской Федерации

генерал-полковнику М.К. Ермолову

Уважаемый Михаил Константинович!

На № 087/9 от 21.03.1998 г. сообщаю, что в настоящее время на судоремонтном заводе «Звездочка» в Санкт-Петербурге завершается ремонт и модернизация авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов». После окончания модернизации корабль возвратится в строй ВМФ России.

Главнокомандующий

ВМФ России

На основании ответа, полученного из Военно-Морского Флота России, в Федеральное бюро расследований США была подготовлена и направлена информация следующего содержания.

Конфиденциально

№ 273/9

Апрель 2, 1998

Директору Федерального

Бюро расследований США

На № 57839/17, Март 10,1998, сообщаю, что в настоящее время на авианосце «Адмирал Кузнецов» проводится текущий ремонт. Продажа корабля для организации развлекательного центра не планируется. После завершения ремонта крейсер вернется в строй ВМФ России.

Благодарю за сотрудничество,

Первый заместитель Министра

внутренних дел

Российской Федерации М. Ермолов

Впоследствии из информации, полученной от Восьмого главного управления, осуществлявшего оперативное обслуживание особо режимных объектов и предприятий по изготовлению оружия и боеприпасов, стало известно: командование Северным флотом действительно предпринимало попытки убедить Минобороны России продать авианосец «Адмирал Кузнецов» на металлолом, возможно, в Китай, по схеме крейсера «Варяг», который после ремонта вошел в боевой состав китайского флота. Опасаясь, что информация о намерениях продажи корабля стала известна МВД, командование Северного флота отказалось от этой затеи, памятуя скандал, разразившийся на Тихоокеанском флоте с незаконной реализацией двух крейсеров «Минск» и «Новороссийск» через коммерческую структуру «Компас», созданную при содействии командования.

Благодаря стечению различных обстоятельств, в том числе и описанным выше событиям, единственный авианосец до настоящего времени остается на вооружении ВМФ России. Безусловно, ФБР не интересовала судьба российской палубной авиации, они преследовали свои цели. Во-первых, пытались выяснить, что происходит с авианосцем, который более двух лет находится на судоремонтном заводе. Ведется ли ремонт либо осуществляется подготовка к продаже в Китай или какую другую страну под предлогом организации парка развлечений. Во-вторых, если проводится модернизация, когда планируется возврат на флот, чтобы спланировать действия своих морских сил в Средиземном море с целью слежения за испытательными полетами новой российской палубной авиации.

Об истинных причинах проявляемого интереса со стороны ФБР к специальной службе МВД России сотрудники узнают чуть позже, а пока в полном неведении главк добросовестно отвечал на довольно часто присылаемые различного рода запросы. Что касается информации, полученной в отношении авианосца «Адмирал Кузнецов», то здесь, преследуя свои цели, американцы невольно оказали российской стороне услугу, сыгравшую положительную роль по сохранению авианесущего крейсера на флоте страны.

Под предлогом борьбы с русской мафией ФБР стало направлять запросы с просьбами о предоставлении различных данных на интересующих их граждан России, подозреваемых в организованных преступлениях, совершенных на территории США. Сотрудники ГУОП порой откладывали свои срочные дела и добросовестно занимались такими обращениями. Сообщали подробную информацию в отношении указанных лиц. Получалось так, что из ФБР постоянно приходили разного рода письма, а главк запрашивал у них сведения весьма редко.

Спустя три месяца после начала обмена информацией Нещадимов, один из первых сотрудников девятого отдела, направил в ФБР запрос с просьбой сообщить некоторые данные об американской фирме, работавшей в городе Москве. Через дней десять пришел ответ следующего содержания. «В настоящее время ФБР США не располагает интересующей вас информацией. В случае ее поступления вы будете проинформированы незамедлительно». Коротко и ясно. Примерно через двадцать дней он направил еще одно письмо в отношении бывшего гражданина СССР, проживавшего в США. Спустя две недели пришел ответ, аналогичный первому. В основном такого же содержания письма получали сотрудники и других отделов.

В это время они еще не догадывались об истинных интересах, проявляемых американцами к главку, а у оперативников и руководства энтузиазма в добросовестном исполнении запросов явно поубавилось. Впоследствии стало известно, что агенты Федерального бюро расследований зачастую использовали полученные данные в отношении граждан России, проживавших на территории США и в других странах, в целях вербовки, порой не имевшей отношения к борьбе с русской мафией. Тут Нещадимов невольно вспомнил пророческие слова переводчицы из Пентагона, эмигрантки из Одессы, что американцы просто так ничего не делают.

Непосредственное участие, кроме органов внутренних дел и государственной безопасности, в противодействии организованной преступности принимает прокуратура, а с 2011 года и Следственный комитет России. Также важная роль принадлежит судам, поскольку от них во многом зависит не только успех судебного процесса и вынесения приговоров, но также проведение ряда оперативно-розыскных мероприятий, так как некоторые из них осуществляются только по решению суда.

К субъектам, располагающим возможностями оказания содействия в борьбе с организованными преступлениями, в определенной степени относится Государственная налоговая служба. Доля ее участия в этом направлении невелика. Однако с учетом возложенных на нее функциональных обязанностей и полномочий она обладает значительным потенциалом в выявлении признаков, свидетельствующих о совершаемых правонарушениях, имеющих организованный характер.

Установлению группировок с зарубежными криминальными связями во многом способствует таможенная служба России, преобразованная из Государственного таможенного комитета. Основным структурным звеном, с которым оперативные подразделения осуществляют взаимодействие, является Главное управление по борьбе с контрабандой. Раньше оно имело несколько другое название. При участии работников таможни органы внутренних дел и государственной безопасности раскрывают различного рода организованные правонарушения. Положительную роль такое взаимодействие сыграло в начальный период перехода экономики к рыночным отношениям, сопровождавшийся ослаблением контрольных функций со стороны государственных органов за внешнеэкономической деятельностью хозяйствующих структур.

В связи с тем, что преступления в сфере экономики чаще всего в определенной степени находят свое отражение в экономической информации, независимо от воли и сознания лиц, их совершающих, сведения, представляющие оперативный интерес, сотрудники девятого отдела ГУОП также получали в процессе проведения экономико-правового анализа. Устанавливались признаки, свидетельствующие о совершаемых правонарушениях, должностные лица, к ним причастные, материальный ущерб. Успешное решение поставленных задач во многом зависело от умелого использования экономических данных в комплексном сочетании с оперативно-розыскной и иной информацией. При этом учитывалось то, что в условиях наличия различных форм собственности, увеличения хозяйственных связей, в том числе с зарубежными партнерами, растут и усложняются информационные потоки.

Экономико-правовой анализ позволяет вскрывать отклонения от технологического процесса, установленных правил, определять конкретные направления негативно складывающихся тенденций в сфере экономики. Однако ввиду сложности и трудоемкости такой работы ее проводили по конкретным экономическим объектам при помощи экспертных программ. Качественно новая обработка экономической информации осуществлялась на основе построения математических моделей деятельности экономических структур.

В тех случаях, когда анализ полученной информации свидетельствовал о массовых преступлениях в сфере экономики на территории города, области, края, имевших организованный характер, или если совершались тяжкие общеуголовные преступления, ГУОП МВД проводились оперативно-тактические операции.

В Екатеринбурге в период либерализации экономики, породившей массовое разграбление государственной собственности путем создания неконтролируемых коммерческих структур, произошел всплеск преступности, буквально захлестнувший весь город.

В регионе совершалось большое количество грабежей, убийств предпринимателей, криминальных авторитетов, членов преступных группировок, в том числе разбойные нападения на коммерческие предприятия, вымогательства. После задержания одного из авторитетов, вечером бандиты произвели выстрел из гранатомета по окну, светившемуся на третьем этаже здания РУОП. Граната разорвалась в кабинете, из которого за несколько минут до выстрела вышел сотрудник. Только по счастливой случайности никто не пострадал. Последней «каплей» терпения криминального произвола послужило убийство двух оперативников.

Осенней ночью во дворе многоподъездного дома недалеко от центра города был расстрелян экипаж, осуществлявший наружное наблюдение за преступным авторитетом одного из крупных бандформирований. Мероприятие проводилось по заданию Уральского РУОП. Двое нападавших, вооруженные автоматом Калашникова и пистолетом ТТ, в упор расстреляли оперативных сотрудников, находившихся в автомашине «ВАЗ-2109» с «подложными» госномерами.

Начальника ГУОП МВД до предела возмутило то, что преступники застрелили сотрудников милиции, проводивших негласное мероприятие. Основной версией для руководителя главка, несмотря на имевшиеся другие варианты, стразу стала та, которая затрагивала «честь мундира». Она сводилась к тому, что бандиты знали, кто сидел в машине, и сознательно пошли на совершение преступления. Для его раскрытия подключили все местные правоохранительные органы. Уголовное дело сразу же поставили на контроль у министра внутренних дел. Однако по истечении трех суток преступление оставалось нераскрытым.

После очередного совещания по приказу начальника ГУОП, он же являлся первым заместителем министра, в экстренном порядке сформировали оперативную бригаду. В нее вошли сотрудники главка и работники других подразделений центрального аппарата, включая оперативно-техническую службу, криминалистов и две группы наружного наблюдения. Через два дня бригада в составе 32 человек спецрейсом с аэродрома Чкаловский вылетела в Екатеринбург. Спецавтомашины в город доставили транспортным самолетом внутренних войск МВД.

Члены группировки, причастные к убийству оперативников, предполагали, что в машине находились люди из «Северной» — конкурирующей группировки. По всей видимости, преступление не готовилось заранее, а произошло спонтанно, поскольку исполнители для этих целей использовали свою машину, а не угнанную, как обычно. Если бы организаторы бандформирования знали, что по ошибке были убиты сотрудники милиции, то исполнителей постарались спрятать на какое-то время или в крайнем случае избавиться от них, прекрасно понимая, что за своих коллег РУОП может разгромить всю их бригаду. Тем более знали, в подобных случаях при задержании подозреваемых бойцы СОБР, как правило, не очень церемонятся с применением оружия. По этой причине информация о гибели оперативников до момента задержания исполнителей не разглашалась.

Прибыв в Екатеринбург, московская бригада разместилась на втором и третьем этажах гостиницы, находившейся в ведении городской администрации. Бригаду возглавлял полковник Зараев, начальник зонального отдела главка. После совещания в региональном управлении сформировали оперативные группы по основным направлениям работы из числа прикомандированных, в том числе из Челябинска, Кургана и местных сотрудников.

Техническая группа и экипажи наружного наблюдения МВД по причине соблюдения конспирации работали по своему плану. В первую очередь основное внимание сконцентрировали на бандформировании, за участниками которого в день расстрела оперативников осуществлялось скрытое наблюдение.

На одного из предполагаемых киллеров вышли случайно, через подругу негласного сотрудника уголовного розыска УВД Екатеринбурга. В ночь убийства Елена поздно возвращалась с работы домой и, не доходя до своего подъезда, невольно обратила внимание на двух молодых людей, которые вышли из стоявшей посередине дороги иномарки вишневого цвета и быстро направились в ее подъезд. Вели они себя, по ее мнению, странно, постоянно оглядывались, раздраженно о чем-то негромко разговаривали. У одного из них в руках была большая спортивная сумка. Ей показалось, что она его раньше где-то видела. В этот момент услышала, как парень сказал:

— Надо валить из города.

— Успеется, пока заляжем на дно, пусть все успокоится, — ответил другой.

Машина, на которой они приехали, резко сорвалась с места и выехала со двора на улицу. Подождав несколько минут, девушка зашла в подъезд. На табло над лифтом светилась цифра девять. «Значит, они живут этажом выше», — подумала Елена. И тут вспомнила, что одного из них видела вечером на прошлой неделе, когда тот выходил из подъезда в компании двух ярко накрашенных девиц. Войдя в свою квартиру, услышала доносившиеся сверху возбужденные голоса мужчин. По обрывкам разговора ей показалось, что в квартире наверху разговаривают те двое, с которыми она только что чуть не столкнулась. Невольно подумала об услышанном во дворе странном их разговоре.

Через некоторое время, повстречавшись со своим другом, Елена поделилась впечатлениями о соседях. О подозрительных субъектах он на всякий случай сообщил сотруднику уголовного розыска, с которым поддерживал конфиденциальные отношения.

Для проверки информации рано утром за квартирой, расположенной на девятом этаже, установили скрытое наблюдение. Когда из нее вышел молодой человек, оперативники задержали его во дворе дома. Во время обыска в квартире обнаружили пистолет ТТ и несколько пачек патронов калибра 7,62 миллиметра. Как потом выяснили криминалисты, из него стреляли в сотрудников милиции, которых убили несколько дней назад. После его ареста криминальные авторитеты группировки, почуяв неладное, стали скрываться на нелегальных квартирах. Карганов, лидер бандформирования по кличке Кастет, поскольку не был причастен к организации убийства, продолжал проживать в своем доме.

Через трое суток сотрудникам сводной бригады удалось установить второго киллера и его место жительства. На следующий день оперативники с участием заместителя начальника отдела главка Романова под предлогом проверки газового оборудования зашли в дом, расположенный на окраине Екатеринбурга, и задержали Силина, подозреваемого в убийстве. Во время обыска во дворе в дровах нашли автомат Калашникова, имевший причастность к расследуемому убийству.

Сотрудники бригады понимали, что в процессе раскрытия двойного убийства их сотрудников важно уделять внимание не только выявлению подозреваемых, но и тех лиц, которым в той или иной степени стало или могло стать известным о совершенном преступлении. Однако в силу различных причин не все они могли и тем более хотели выступать в качестве свидетелей. Поэтому оперативники сконцентрировали усилия на выяснении в процессе зашифрованных бесед с лицами, представляющими интерес, степени их осведомленности о противоправной деятельности подозреваемых, отношении к правоохранительным органам, преступникам вообще и к фигурантам уголовного дела в частности. Такая информация позволяла следователям, оперативникам заранее выстраивать тактику проведения следственно-оперативных действий.

Вся бригада, включая местных сотрудников, работала по двенадцать часов в сутки. Особым рвением отличался Михаил Романов. Будучи в звании подполковника, он принимал участие в задержании бандитов, потом сам их часами допрашивал. Проводил разведывательные беседы с лицами, располагавшими информацией, представляющей интерес для раскрытия убийства и других преступлений. При этом, как правило, получал нужную информацию и никогда не применял физическую силу по отношению к задержанным. В рамках дозволенного он использовал психологическое воздействие на подозреваемых и «переигрывал» их. В процессе общения умел находить побудительные мотивы к откровенности. Никогда не давал невыполнимых обещаний и всегда держал слово, в том числе данное бандитам. За это его уважали не только коллеги, но даже в криминальных кругах.

Такого уровня профессионалы, одержимые работой, на практике встречаются очень редко. Михаил мог трудиться сутками и никогда не жаловался на усталость, не уклонялся от выполнения любых поручений. Порой казалось, что в процессе работы у него появляется азарт, как у сеттера на охоте, почуявшего дичь. Однако, несмотря на предпринятые действия, на свободе все еще оставался третий участник убийства. Очевидно, организатор. Его личность не была установлена, а задержанные киллеры упорно о нем ничего не говорили и всю вину брали на себя. Также где-то в городе скрывались авторитеты бандформирования.

В процессе следствия выяснили, что накануне убийства Карганов оптом продал большую партию контрабандного товара местному бизнесмену. При проведении подобных сделок, поскольку всегда предпочитал деньги получать наличными, для подстраховки приглашал двух-трех парней, так называемых «быков», ранее занимавшихся боксом. Готовых за деньги на любое преступление. По всей вероятности и в этот раз все происходило аналогичным образом.

Вечером в тот роковой день Карганов со своими подельниками в ресторане «Радуга» по какому-то случаю устраивали банкет. В это же время за Юрченко, одним из числа ближнего окружения Кастета, велось скрытое наблюдение. В отношении третьего участника убийства имелась лишь незначительная информация. Ранее, возможно, занимался боксом или борьбой, пользовался автомашиной, по всей вероятности, японского производства, бордового цвета.

Ромалов ухватился за эти зацепки. По его версии, члены группировки, выполнявшие в том числе охранные функции, возможно, заметили слежку и, будучи уверенными, что ее ведет конкурирующая структура, по указанию организаторов расстреляли всех, кто находился в машине. Третий участник преступления, водитель иномарки, в тот вечер наверняка вместе с другими тоже был в ресторане.

Михаил предложил руководителю бригады провести оперативную комбинацию, Зараев согласился. С целью ее реализации за Геннадием Астраловым, директором ресторана «Радуга», установили скрытое наблюдение. На следующий день он на «Мерседесе» вместе с заместителем выехал из своего загородного дома в сторону ресторана, который контролировался группировкой Кастета. На дороге в центре города его остановил сотрудник ДПС.

— Командир, что случилось? Какие проблемы? — спросил Астралов.

— Предъявите документы, — обратился к нему лейтенант.

Взяв права в руки, сотрудник ДПС сказал:

— Геннадий Аркадьевич, выйдите из машины.

Он вышел, и они направились в сторону рядом стоявшего джипа ДПС. Заместитель директора остался в «Мерседесе». В служебной автомашине рядом со старшим лейтенантом находился Ромалов. Когда Астралов сел к ним в салон, лейтенант передал старшему патрульной группы права, а сам для убедительности начал останавливать проезжавшие автомашины и проверять у водителей документы.

— Геннадий Аркадьевич, — обратился к нему старший лейтенант, рассматривая водительские права, — ваша машина объявлена в розыск за наезд на женщину с ребенком в коляске на пешеходном переходе. ДТП произошло в позапрошлую пятницу в девятнадцать часов сорок минут на пересечении улиц Скрябина и Вокзальной. Женщина с ребенком до сих пор находятся в больнице.

— Товарищ старший лейтенант, по пятницам в нашем ресторане всегда много посетителей, поэтому в эти дни я всегда до позднего вечера нахожусь на работе и никуда не отлучаюсь. Позапрошлая пятница также не была исключением.

— Видеокамера зафиксировала номер вашей машины рядом с местом ДТП.

— Как раз в пятницу на позапрошлой неделе у нас в ресторане на шесть часов вечера был заказан банкет. С 17 часов до закрытия я находился на рабочем месте за насколько километров от Вокзальной улицы. Так что совершить ДТП никак не мог. Проверьте как следует свою видеокамеру.

— Геннадий Аркадьевич, может кто-нибудь засвидетельствовать, что вы в это время находились в ресторане? — спросил Ромалов.

— Да кто угодно. Работники ресторана, например.

— Эти правду не скажут по вполне понятной причине.

— Возможно, кто-то из числа завсегдатаев ресторана видел вас в пятницу вечером? — подводя разговор к нужной теме, спросил Михаил.

— Конечно, спросите хотя бы у Карганова, Юрченко или Багрова, они были на банкете. Я к ним часто выходил в зал.

Романову уже были знакомы названные фамилии, поэтому он сказал:

— Эти ребята расскажут даже о вашем участии в танковом сражении на Курской дуге. Кто может объективно подтвердить ваше алиби? Например, посетители, часто бывающие в ресторане, или кто-либо другой?

— За соседним столом сидела группа молодых людей. Двоих из них часто вижу в нашем заведении. Они наверняка могли обратить на меня внимание, когда я выходил в зал.

— Кто такие? — спросил Михаил.

— Да так, местные шалопаи.

— Знаете, как их зовут?

— Одного Артем. Он может реально подтвердить, что я периодически подходил к участникам банкета. Другой по кличке Магар, имени его не знаю, его все так зовут. Остальных видел впервые. Эти двое частенько к нам заходят, иногда с девушками с пониженной социальной ответственностью.

«Может, спросить, заходили ли они в ресторан после того вечера? А вдруг что-либо заподозрит?» — подумал Михаил и не стал задавать вертевшийся в голове вопрос.

— Хорошо, мы их постараемся спросить. Скажите, вы случайно не знаете, на какой машине эти парни приезжали в ресторан?

— Обычно они разъезжают то ли на «Тойоте», то ли «Мицубиси» вишневого цвета. При въезде на стоянку, расположенную перед окнами моего кабинета, всегда резко с визгом тормозят. Так развлекаются, поэтому я невольно обратил на них внимание. В тот вечер не видел, когда и на чем они приехали, все время находился на кухне.

— Геннадий Аркадьевич, вашей машиной мог кто-нибудь воспользоваться?

— Это исключено, она постоянно находилась у меня перед окнами, и я бы заметил ее отсутствие, ключи от зажигания никому не давал.

— Если вы сбили человека, то на вашей машине должен остаться след от удара, не так ли? — спросил старший лейтенант.

— Да. Какая-то отметина должна появиться.

— Тогда давайте посмотрим.

При осмотре «Мерседеса» на левом переднем крыле была видна небольшая, довольно свежая вмятина.

— Что и требовалось доказать, — сказал Михаил.

— Эта вмятина месячной давности. Крыло помял кто-то во дворе моего дома.

— Вы вызывали инспекторов ГИБДД? — спросил старший лейтенант.

— Нет. Незначительное повреждение, чего зря людей отрывать от более важной работы.

— Геннадий Аркадьевич, мы сейчас задерживаем вашу машину для проведения экспертизы. О результатах сообщим в течение двух-трех дней. Из города пока никуда не выезжайте, — сказал Ромалов.

— Ребята, а можно как-то обойтись без изъятия машины, она мне каждый день очень нужна.

При этих словах старший лейтенант многозначительно посмотрел на Михаила, тот чуть заметно кивнул головой.

— Хорошо, мы сейчас сделаем видеосъемку «Мерседеса», оформим протокол, и вы его заберете, — сказал инспектор ДПС.

Прибыв в РУОП, Ромалов доложил руководителю бригады о полученной информации:

— Константин Владимирович, по крайней мере имеется два совпадения, а это, как сами понимаете, уже не случайность. «Тойота» бордового цвета, парень по имени Артем в тот вечер находился в компании Магара. Силина, арестованного по подозрению в убийстве, тоже зовут Артем. Значит, в то время в ресторане он мог быть вместе с третьим участником убийства. Его надо устанавливать и брать. Если это не он, извинимся.

— Миша, «прокачай» этого Магара и завтра утром выставляй за ним наружное наблюдение. Задерживать будем позже. На этот счет у меня появилась, как мне кажется, одна неплохая мысль, после ее обсудим. В случае выезда объекта за пределы города и области наблюдение не прекращать.

Через два дня с помощью технической группы и сотрудников службы скрытого наблюдения удалось вычислить места временного нахождения троих организаторов бандформирования. В это время они пользовалась мобильной телефонной связью, что и послужило причиной их обнаружения.

Настал подходящий момент для подготовки задуманной комбинации. Карганова, лидера группировки, задержали и поместили в СИЗО города Екатеринбурга, но он и не скрывался, будучи уверенным в своей безнаказанности. На следующий день при выезде со двора дома на машине марки «Жигули» бежевого цвета оперативники задержали Кубарова по кличке Магар. Интуиция и на этот раз Романова не подвела. Третьим соучастником убийств сотрудников милиции был именно он. Вечером в этот же день арестовали трех членов группировки из ближайшего окружения Кастета. Задержание для них было весьма неожиданным, так как адреса квартир из числа сообщников никто не знал. С целью исключения утечки информации и проведения оперативной комбинации криминальных авторитетов Юрченко и Минаева на следующий день перевезли в СИЗО города Челябинска.

С целью ликвидации одного их крупных организованных сообществ Екатеринбурга нужно было не только выявить и привлечь к уголовной ответственности исполнителей преступлений, но и главаря бандформирования. Как правило, любая группировка держится на авторитете лидера. При разобщении его с другими членами в структуре сообщества происходит деформация, и оно уже не может функционировать как таковое. Поскольку у следствия не было доказательств участия Карганова в убийстве сотрудников милиции, решили использовать складывающиеся обстоятельства для начала реализации подготовленной комбинации.

Как правило, организаторы по причине соблюдения конспирации и особенности осуществляемой ими деятельности редко сами принимают участие в преступлениях. Кастет не был исключением. Для выполнения поставленной задачи оперативники заранее начали готовить условия для искусственной конфликтной ситуации. Сущность ее заключалась в разобщении участников бандформирования путем создания атмосферы недоверия между лидером, его ближайшим окружением и остальными членами группировки. С целью подрыва авторитета Кастета задействовали негласных сотрудников ИВС города Челябинска и Уральского РУОП, имевших связи с криминальными структурами Екатеринбурга.

Реализация оперативной комбинации началась спустя двое суток с момента задержания Карганова, во время его освобождения из-под стражи под подписку о невыезде. Это произошло на следующий день после ареста авторитетов группировки и Кубарова. Через имевшиеся негласные источники оперативники распространили дезинформацию о том, что Кастет сдал Магара, поэтому его выпустили на свободу. Арестованным Юрченко и Минаеву, содержавшимся в челябинском СИЗО по подозрению в организации убийства, была передана «малява».

В ней сообщалось, что двумя убитыми в машине оказались не люди «Северной» бригады, а опера из РУОП. Кастет об этом узнал через пару дней, но братве не сказал. Поэтому «быки» оставались в городе. Сейчас они арестованы и могут расколоться. Данную информацию также довели и до остальных участников группировки.

Поскольку указание об убийстве поступило от авторитетов группировки, им грозили максимальные сроки лишения свободы, вплоть до пожизненного. Получив с воли такую информацию, они заподозрили Кастета, что он по отношению к ним ведет свою непонятную для них игру и пытается их «слить». Кроме того, о нелегальных квартирах, на которых их задержали, кроме них, знал только Кастет. Через него и могла произойти утечка информации. На этой почве между лидером и другими участниками бандформирования произошел конфликт.

В течение месяца работы сводной бригады были арестованы шестнадцать активных участников банды. Троих объявили в федеральный розыск. В отношении лиц, оставшихся на свободе, сотрудники РУОП стали проводить предусмотренные в таких случаях оперативно-розыскные мероприятия. Теперь все внимание уделялось проведению следственных мероприятий, и Ромалов сразу заскучал без живой, по его мнению, работы.

Заканчивался второй месяц командировки, и Миша стал расслабляться, употребляя спиртные напитки. Иногда опаздывал на утренние совещания или приходил на работу во второй половине дня, а иногда вообще не ходил в управление. Чаще всего «отрывался» с коллегами в гостинице, но, в отличие от него, они не были столь одержимыми в работе, поэтому ежедневно ходили на службу, а ему все сходило с рук. Если требовалось кого-либо задержать из числа банды или «расколоть», в первую очередь задействовали Ромалова. Здесь ему никто не мог составить конкуренцию.

О поведении Михаила сообщили начальнику главка. Для проверки поступившей от «доброжелателей» информации Ермолов направил в Екатеринбург своего заместителя, полковника Ларкина, который видел в лице Зараева, возглавлявшего сводную бригаду, конкурента в продвижении по служебной лестнице. О его миссии руководители Уральского РУОП не были поставлены в известность. Об этом знал только прокурор Свердловской области, ранее работавший в главном управлении. В Екатеринбург Ларкин прилетел рано утром вместе с начальником отдела кадров и старшим инспектором. В аэропорту их встретил заместитель прокурора, и они сразу направились в региональное управление. В девять часов уже были на месте.

Приезд заместителя начальника ГУОП МВД без предупреждения для местных руководителей управления оказался полной неожиданностью. Ларкин распорядился о сборе через тридцать минут участников сводной бригады, включая прикомандированных из регионов. Все рассчитывали — речь пойдет об успешно проведенной операции. Начальник РУОП проинформировал о завершении работы, предполагая, что заместитель главка прибыл по этому поводу. Спустя полчаса в актовом зале собрались около пятидесяти человек. Руководитель сводной бригады доложил:

— На совещании присутствуют все участники операции за исключением заместителя начальника отдела Ромалова, оперуполномоченных из ГУЭП Евсеева, Бестемьянова и Волкова из ГУУР.

— Где находятся отсутствующие сотрудники? — спросил заместитель начальника главка.

— Вчера они работали допоздна и сейчас отдыхают в гостинице, — ответил Зараев.

— Только данная четверка работала допоздна?

— Нет, в управлении задерживалось более десяти человек.

— Тогда почему на службе отсутствуют эти четверо? Они что, особенные? Поехали в гостиницу.

— Как быть с совещанием?

— Проведем вечером, а сейчас пусть все приступают к работе.

Ларкин вместе с приехавшими с ним сотрудниками, начальником РУОП, его заместителем и Зараевым выехали в гостиницу, в которой проживали прикомандированные участники сводной бригады.

Прибыв в гостиницу, Ларкин спросил у Зараева:

— В каком номере проживает ваш заместитель и те трое, которых не было в управлении?

— Ромалов — в 308-м номере, двое сотрудников ГУЭП в 310-м по соседству, Волков из уголовного розыска в 315-м номере. Все на третьем этаже, — посмотрев в записную книжку, ответил он.

— Возьмите у администратора запасные ключи от этих номеров.

Поднявшись на третий этаж, они подошли к номеру 308, дверь была закрыта. Зараев постучал в дверь, но никто не ответил.

— Открывайте дверь своим ключом, — сказал Ларкин.

Руководитель сводной бригады открыл дверь номера. Перед глазами вошедших представилась картина, напоминающая вольную жизнь в Гуляйполе батьки Махно. В большом по площади номере на полу, столе, подоконнике стояли, лежали пустые и частично наполненные бутылки с водкой и пивом. Рядом находились тарелки с остатками закуски и другой снедью, некоторые со следами плесени. Повсюду валялась разбросанная одежда. Пройдя между бутылок дальше в номер, возле кровати они увидели лежавшего на ковре лицом вниз с вытянутыми вперед руками Ромалова. Запах в номере стоял как в пивной. На обращения начальника отдела Миша никак не реагировал. Будучи мертвецки пьяным, он попросту спал богатырским сном. И это неудивительно, потому что со вчерашнего вечера с тремя сослуживцами, умеющими тоже держать удар зеленого змия, правда, не такой силы, «отрывались» до четырех часов утра.

— Все ясно, — сказал заместитель начальника главка. — Николай Петрович, — обратился он к начальнику отдела кадров. — Подготовьте необходимые бумаги, надо с этим кончать. Где его оружие?

— В управлении, он вторую неделю его не берет. По его словам, в этом нет необходимости, — ответил Зараев.

— Конечно, нет. Зачем оно ему на пьянке.

— Василий Львович, обратите внимание, Михаил лежит головой к кровати, а не к двери, — сказал начальник РУОП обращаясь к Ларкину.

— Ну и что это означает?

— На флоте, где мне довелось служить не один год, есть такое неписаное правило. Патруль, обнаруживший пьяного моряка, упавшего головой к кораблю, не сажает его на «губу», а доставляет на корабль, потому что он не бежал со службы, а наоборот, шел в сторону корабля, но не рассчитал своих сил.

— Анатолий Павлович, ты бы, чем всякие небылицы рассказывать, лучше смотрел за поведением приданных сил. Пойдем в соседний номер.

Евсеев и Бестемьянов проживали по соседству с Михаилом и вместе в очередной раз до утра расслаблялись. Однако не до такой степени. Услышав за стеной незнакомые голоса, догадались, что Мишу скорее всего застукали. Пока туго соображая после бурно проведенной ночи, что да к чему, времени одеваться уже не было, и они в чем спали, босиком выскочили из номера и по лестнице поднялись на четвертый этаж. Буквально через минуту, постучав в приоткрытую дверь их номера и не дождавшись ответа, в комнату вошли заместитель главка с сопровождающими его сотрудниками. В это время жильцов номера и след простыл. Явных признаков злоупотребления зеленым змием руководители не увидели.

— Почему номер открыт и где проживающие? — спросил Ларкин, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Наверное, на зарядке или на завтраке, — ответил Зараев.

— В это время они должны быть на работе, а не на зарядке. Разберитесь и доложите.

Дежурная по этажу, увидев в полуголом виде всегда прилично одетых двух сотрудников МВД, весьма удивилась. Но, узнав, в чем дело, прониклась к ним сочувствием и предложила переждать проверку в служебной комнате. Это и спасло их от увольнения.

Номер 315-й был закрыт, на стук в дверь никто не реагировал. Открыв дверь запасным ключом, прибывшее руководство ничего предосудительного не обнаружило. Закончив посещение нерадивых сотрудников, все вернулись в управление.

На следующий день Ромалов, свежий как огурчик, без явных следов попойки, прибыл к девяти часам в управление. Своих коллег, принимавших участие в ночных братаниях с зеленым змием, он не сдал. Через три дня Михаила отправили в Москву, а спустя месяц, несмотря на профессионализм и одержимость работой, уволили из органов внутренних дел.

В результате работы сводной бригады был возбужден ряд уголовных дел в отношений действовавших организованных структур. Участникам группировок вменялось более 30 установленных эпизодов убийств в различных регионах страны, не считая других преступлений. Однако половина из них так и не была доказана в ходе судебного разбирательства. В основном по причине временного фактора. Более двадцати членов бандформирований городской суд приговорил к различным срокам лишения свободы, двоих из них к пожизненному заключению. В связи с конфликтной ситуацией авторитет лидера сообщества среди его участников был подорван. Банда Кастета распалась. Одно из влиятельных криминальных формирований Екатеринбурга прекратило свое существование.

В целях успешного выполнения сложных задач руководство главного управления не только требовало их реализации, но и постоянно уделяло внимание обучению сотрудников правилам поведения в любой обстановке, включая экстремальную. В качестве инструкторов приглашали ученых, специалистов в области психологии, театрального искусства. В своей основе подготовка осуществлялась с учетом выполняемых функций и наиболее часто возникающих ситуаций. Полученные навыки успешно использовались на практике.

Для установления контакта с лицом, представляющим оперативный интерес, сотрудники старались ненавязчиво воздействовать на психическое состояние человека, учитывая его взгляды на происходящие события. Накануне предстоящей беседы стремились из различных источников получить сведения об отношении лица, владеющего интересующей информацией либо могущего ею располагать, к сложившейся криминогенной ситуации, подозреваемым, работникам правоохранительных органов.

В связи с тем, что чаще всего предварительно узнать подобную информацию бывает сложно или попросту невозможно, как правило, ее приходилось устанавливать в процессе непосредственного общения с объектом, исходя из целого ряда особенностей, касающихся его профессии, материального обеспечения, характера, интересов. В какой-то степени и по внешнему виду. Необходимые сведения оперативники пытались узнать в первые минуты разговора, задав соответствующие тестовые вопросы, но ни в коем случае не прямые, а косвенные. На заданные прямые вопросы, как правило, сложно получить откровенный ответ. Можно насторожить собеседника, он замкнется и не будет говорить правду или постарается уклониться от дальнейшего общения.

С помощью использования каких-либо отвлеченных общего плана примеров узнавали отношение, позицию собеседника к интересующей теме. На основании результатов экспресс-тестирования мысленно намечали ориентиры дальнейшей беседы и определяли правильный вход, а затем и выход из нее, чтобы он не смог догадаться об истинной ее причине, тем более если не расположен к разговору.

В случае предстоящего разговора с конкретным лицом необходимые сведения о его характере сотрудники старались выявить в ходе установления психологического контакта, задав заранее обдуманные и апробированные вопросы. В этой ситуации также были готовы к ответам на вопросы, которые могли возникнуть у собеседника. Как правило, их нетрудно предугадать, поскольку в определенных ситуациях они в основном имеют стандартный характер.

Распространенной ошибкой для большинства сотрудников правоохранительных органов является банальная, из кинофильмов позаимствованная фраза: «Вопросы здесь задаю я». Услышав такое изречение, опрашиваемое лицо может не пойти на контакт. Безусловно, не допускалось, чтобы оперативник или следователь поменялись ролями с оппонентом. Но на некоторые из вопросов в ряде случаев для установления контакта приходилось давать ответы, излагая свою точку зрения с учетом предстоящего общения.

В процессе проведения мероприятий сотрудникам оперативных служб постоянно приходится преодолевать противодействие со стороны лиц, располагающих необходимой информацией, для достижения поставленной цели, не нарушая требований конспирации. Такое сопротивление не является открытым — оно возникает в силу боязни, нежелания разглашать какие-либо данные незнакомому лицу. Это связано с соблюдением служебных требований (предоставлять любые сведения с разрешения руководителей и т. п.) либо правил этикета различными категориями работников или с учетом сложившихся национальных особенностей, традиций.

Предусмотреть все возможные варианты правильных действий в том или ином случае для достижения необходимых результатов весьма сложно. Тем не менее, имея практический опыт, оперативники использовали типовые ситуации поведения в определенной обстановке, учитывая индивидуальные особенности человека.

Руководители главка оправданно считали, что оперативные работники должны обладать психологическими познаниями понимания человеческой психики, проникать в духовный мир людей.

Центральным аппаратом главного управления разрабатывалось сообщество, имевшее межрегиональные связи. В основном его участники занимались контрабандой промышленных товаров и различного рода правонарушениями, связанными с нефтепродуктами. Важно было до реализации материалов оперативной разработки принять меры по обнаружению хозяйственно-финансовой документации, свидетельствующей о совершаемых правонарушения. По возможности негласно сфотографировать либо снять копии.

При этом сотрудники ориентировались не только на основные объекты, но и на выявление аффилированных структур, имевших с ними договорные отношения, поскольку на такие предприятия перечисляются денежные средства с последующим их присвоением или оформляются фиктивные договоры о выполнении подрядных работ либо оказании различного рода услуг. Тем более что сведения о партнерах и характере сделок, как правило, не выходят за круг лиц, непосредственно имеющих к ним отношение. В особенности если на объектах совершаются различного рода правонарушения.

До возбуждения уголовного дела указанную информацию можно получить с помощью негласных источников и в процессе проведения оперативно-технических мероприятий. Но в связи с тем, что оперативные позиции на основных инфраструктурных объектах были недостаточные, решили использовать сотрудников экономического отдела главка и управления разведки.

При появлении возможности фиксировались любые контакты фигурантов. Через них рассчитывали выйти на коррумпированные связи из числа работников органов государственной власти. Поскольку они зачастую отрицают сам факт знакомства с членами организованных сообществ, полученные сведения во многом способствовали разоблачению недобросовестных чиновников. С целью побуждения подозреваемых к активным действам при содействии руководства главка проводились официальные мероприятия с помощью других служб и ведомств, не разглашая их цели.

Весь процесс был сопряжен с большим психическим напряжением, так как оперативным работникам довольно часто приходилось осуществлять его в условиях ведения контрнаблюдения со стороны разрабатываемых лип, а порой оказания скрытого противодействия. Успех во многом зависел не только от использования технических средств, но и от правильных тактических действий в конкретных случаях, в ходе которых учитывалось психическое состояние как разрабатываемых, так и окружающих граждан, с тем расчетом, чтобы первые не смогли догадаться о проводимых оперативных мероприятиях, а вторые, в силу субъективных причин, не создали препятствий.

Для оперативников заранее готовились легенды. Разрабатывались они с таким расчетом, чтобы не только не вызвать подозрение у фигурантов, но и при необходимости побудить окружающих к оказанию содействия в проводимых мероприятиях. Руководство ГУОП принимало меры по обеспечению сотрудников соответствующими документами прикрытия и экипировкой.

В ходе контроля за прохождением контрабандных товаров через аэропорты Шереметьево и Домодедово ГУВД на транспорте оказывало помощь в оформлении документов обслуживающего персонала. Сотрудники, осуществлявшие документирование нелегального поступления товаров через морские порты Санкт-Петербурга и Новороссийска, снабжались необходимыми удостоверениями технических служб. Это позволяло оперативникам, не вызывая подозрения, проходить в различные логистические терминалы. Также они обеспечивались техническими средствами, подражая поведению специалистов, согласно легенде.

В процессе фиксирования перевозок контрабандных товаров по железной дороге с Дальнего Востока, Сибири в Москву и углеводородного сырья за рубеж оперативники снабжались документами технических работников РЖД. По договоренности с руководителями транспортных служб под прикрытием соответствующей легенды присутствовали во время погрузочно-разгрузочных работ. Как правило, они не расшифровывались перед местным руководством транспортных предприятий, а действовали в зависимости от складывающейся ситуации, зачастую под предлогом отправки грузов. Порой совместно с сотрудниками ДПС, переодевшись в их форму, проверяли транспортные документы у водителей грузовиков, выезжавших из терминалов портов на трассы, и негласно их фотографировали.

Старший экипажа, осуществлявшего скрытое наблюдение за складскими помещениями, расположенными на Амурской улице, куда завозилась контрабанда из Китая, сообщил Нещадимову, инициатору разработки:

— Это группа с Амурской. В одиннадцать часов пятнадцать минут на территорию складов заехали два груженых автомобиля марки «Вольво» и один «Мерседес», все пятидесятого региона. Наши дальнейшие действия?

— Продолжайте работать. Через тридцать минут будем у вас.

От оперативников, проводивших наблюдение за выездом из терминалов аэропортов Домодедово и Шереметьево, информация о фурах с указанными номерами не поступала. «Значит, “контрабас” поступает по другому трафику», — подумал Нещадимов.

Спустя полчаса к Амурской улице подъехали две автомашины ДПС вместе с оперативниками, переодетыми в их форму. Переговорив с бригадиром разведчиков, осуществлявших скрытое наблюдение, группа Нещадимова с инспекторами дорожной службы расположилась на Щелковском шоссе с интенсивным движением. Для видимости они иногда останавливали проезжавшие машины. По мере разгрузки фуры стали выезжать с территории складов. Чтобы не вызвать подозрения у других грузоперевозчиков, сотрудники решили задержать последнюю, третью фуру Через пятнадцать минут после выезда второго грузовика старший экипажа «наружки» по рации сообщил:

— Встречайте, объект выдвинулся в вашу сторону.

Когда грузовая автомашина марки «Вольво» стала приближаться к месту, где расположились сотрудники ДПС, инспектор ее остановил и предложил водителю выйти из кабины и пройти в служебный транспорт.

— Командир, есть проблемы?

— Вам сейчас все объяснят, — сказал лейтенант.

Водитель сел в патрульную автомашину. Там находился Нещадимов в форме ДПС в звании капитана и старший лейтенант, инспектор ГИБДД. От водителя фуры, судя по всему, перевозившего контрабанду, нужно было под благовидным предлогом узнать, где он получал товар. Задавать вопрос в лоб было не только бессмысленно, но и небезопасно. Он мог догадаться об истинной причине задержания, не сказать правду и предупредить отправителей груза. Поэтому решили не рисковать, а использовать испытанный психологический прием.

— Сергей Николаевич, мы вас задержали по подозрению в создании аварийной обстановки сегодня около восьми часов утра на Щелковском шоссе, в районе 15-й Парковой улицы. В результате ДТП пострадал водитель одной из автомашин, который в тяжелом состоянии находится в реанимации. Машину с вашим номером утром в районе ДТП видели свидетели, — сказал Нещадимов, взяв в руки его права.

— Товарищ капитан, в это время я физически не мог находиться на Щелковском шоссе, потому что в семь часов утра был в районе аэродрома Мигалово за 150 километров от Москвы. Оттуда до МКАД ехать около двух часов. В восемь часов, при всем моем желании, не смог быть в этом районе.

«С какой целью оказался на аэродроме, не сказал. Значит, подозрения верные, вез “контрабас”. Можно дальше и не спрашивать, все ясно, откуда приехал», — подумал Нещадимов. Но для верности решил уточнить кое-какие детали.

— Сергей Николаевич, кто-нибудь может подтвердить, что вы в семь часов утра на своей машине находились в районе аэродрома Мигалово?

— Конечно. Бригадир грузчиков, кажется, его зовут Валентин. Фамилию не знаю, и потом меня видели рабочие, которые загружали машину. После завершения погрузки бригадир дал мне документы на товар, и я уехал.

«Значит, военный аэродром Мигалово осваивается как постоянный канал поступления “контрабаса”», — подумал оперативник.

— Откуда вы знаете, что бригадира Валентином зовут? — спросил капитан, пытаясь понять, был ли водитель раньше в Мигалово или нет.

— К нему так грузчики обращались.

«Не прокапало. Не на того напал», — подумал оперативник.

— Сергей Николаевич, как нам найти бригадира грузчиков, дабы убедиться в правоте ваших слов?

— Очень просто, он работает на складе, который расположен в двухэтажном кирпичном здании рядом с территорией аэродрома.

— У вас остались документы на перевозимый товар? — на всякий случай спросил Нещадимов, но через минуту пожалел, что задал этот вопрос.

— Нет, я все отдал на складе. У меня только транспортные накладные.

После заданного последнего вопроса оперативник почувствовал, что водитель как-то напрягся. Поэтому разговор сразу перевел на тему, связанную с ДТП.

— Скажите, до Москвы вы ехали по Рижской трассе?

— Да, а потом по МКАД до Щелковского шоссе. Товарищ капитан, если я совершил ДТП, значит, на моей машине должен остаться след от удара.

— Сейчас посмотрим, — сказал старший лейтенант.

Они вышли из патрульной машины и стали осматривать грузовик.

— Видимых повреждений на вашей машине нет, выходит, свидетели могли ошибиться, — обратился к нему Нещадимов.

— Но это еще ничего не значит. Сейчас составим протокол осмотра транспортного средства и будем проверять камеры наблюдения, установленные при въезде на МКАД. Если понадобитесь, мы вас вызовем, — завершая разговор, сказал сотрудник ДПС.

Когда были выполнены все формальности, старший лейтенант отдал водителю права, и он уехал. В процессе проведения комбинации оперативники установили новый осваиваемый канал поступления контрабанды в Москву с военного аэродрома Мигалово и задокументировали доставку товара.

Полностью провести оперативную разработку фигурантов организованного сообщества, имевшего разветвленные связи в разных регионах, было практически невозможно. Поэтому для решения вопроса о возбуждении уголовного дела выбрали наиболее задокументированную деятельность участников группировки, занимавшихся контрабандой промышленных товаров. На стадии реализации полученных материалов, как обычно, важное значение приобретает организация взаимодействия оперативных сотрудников со следователями. Зачастую нюансы возникают в процессе предварительного ознакомления руководителя следственного подразделения или следователя с материалами оперативной разработки. В особенности если следователь молодой и неопытный.

Перед передачей материалов с грифом «секретно» следователю Нещадимов загнул верхние части листов, где содержалась информация о конфиденциальных источниках. Лейтенант начал читать материалы и, когда увидел необычный формат бумаги, начал старательно расправлять его, думая, что это сделали случайно. Оперативник осторожно взял у него из рук лист бумаги, согнул как было и вернул следователю. Он вновь его расправил. Тогда Нещадимов не выдержал, сказал:

— Андрей, не читай то, что написано под изгибом, это тебя ни в коем разе не касается.

Однако он все же мельком прочитал написанное, но до конца не понял, потому что информация, как всегда, излагалась в зашифрованном виде. Затем продолжил знакомиться с текстом, который и предназначался для него. Опытные следователи никогда не пытаются разгибать листы при ознакомлении с материалами оперативных разработок. Конечно, вернее было бы составить меморандум по секретным сообщениям, но в условиях дефицита времени сделать это не всегда представляется возможным. Тогда и используется подобный вариант.

На основании собранных материалов Следственный комитет МВД возбудил уголовное дело. Расследование продолжалось около двух лет. Для оперативного сопровождения к девятому отделу в разное время было прикомандировано более двадцати сотрудников из региональных управлений.

В целях соблюдения принципов законности и внезапности при задержании участников крупного сообщества, действовавшего в нефтяной отрасли, сотрудники ГУОП накануне реализации оперативной разработки с соответствующими материалами познакомили заместителя прокурора транспортной прокуратуры. В наибольшей степени была задокументирована незаконная деятельность, связанная с добычей и продажей за рубеж углеводородов. На основании имевшихся доказательств было возбуждено уголовное дело и получены санкции на проведение обысков. Планировалось одновременно задержать 23 человека и провести 34 обыска. В том числе в центральном офисе компании, трех филиалах, которые располагались в разных районах города Москвы, банке, квартирах и одном из подразделений таможенной службы. За пятью основными фигурантами несколько дней осуществлялось негласное наблюдение.

Для осуществления намеченных мероприятий привлекли более 120 оперативников, включая сотрудников ГУЭП, бойцов СОБРа и следователей из транспортной прокуратуры. Зарезервировали камеры ИВС на Петровке, 38, и в близ расположенных к главку территориальных органах внутренних дел. Во избежание непроцессуальных контактов подозреваемых между собой и свидетелями задержанных решили доставлять в здания главного управления и транспортную прокуратуру.

Поскольку в подобного рода мероприятиях задействуется большое количество сотрудников из различных подразделений ГУОП, особое значение уделялось координации совместных действий. Эти функции были возложены на начальника девятого отдела главка и руководителя отдела транспортной прокуратуры. У них концентрировалась вся следственная и оперативно-розыскная информация, которая подвергалась анализу. На его основе при необходимости осуществлялась корректировка намеченных мероприятий.

Сам процесс реализации начался во второй половине дня, после состоявшегося совещания в транспортной прокуратуре со всеми участниками мероприятия. Оперативным группам раздали пакеты с краткими инструкциями о предстоящих мероприятиях и необходимыми процессуальными документами. С целью исключения непредвиденных эксцессов в группу по задержанию фигурантов, находившихся в центральном офисе нефтяной компании, кроме следователя и оперативников, также включили бойцов СОБРа.

Прибывших сотрудников недалеко от офиса встретил бригадир службы наружного наблюдения. К нему подошел знавший его инициатор разработки Вячеслав Тищенко.

— Генеральный сейчас на месте. В половине одиннадцатого ездил в банк, расположенный на Нижегородской улице. Около тринадцати часов вернулся в офис компании и больше из него не выходил. Для информации, в здании имеется запасной выход с противоположной стороны дома, — сообщил бригадир.

— Спасибо. Подождите минут тридцать, если не понадобитесь, можете быть свободны.

Возле здания охраны не было. По указанию Тищенко один из оперативников вместе с двумя спецназовцами пошел перекрывать запасной выход. Остальные вошли в офис через центральный подъезд. В вестибюле стояли три охранника. Следователь представился и предъявил служебное удостоверение прокуратуры. Охранники начали выяснять цель визита столь неожиданных посетителей. Старший по рации стал вызывать начальника охраны. Не дожидаясь разрешения, двое бойцов СОБРа перепрыгнули через барьер ограждения и блокировали охранников. В это время к ним подошел начальник смены с тремя сотрудниками. Следователь объяснил старшему суть посещения. Оценив ситуацию, они не стали оказывать сопротивление, поэтому обошлось без проведения в таких случаях эффектных мероприятий.

На входе остались спецназовцы, которые всех впускали и никого не выпускали без разрешения следователя. Спустя некоторое время в офис вошли две девушки, но, увидев людей с оружием и в масках, попытались вернуться. Оперативники, находившиеся рядом, представились и вежливо предложили им пройти в помещение. С большим опасением они все же зашли в холл. Это повторялось постоянно. Затем миссию убеждения посетителей взяли на себя сотрудники СОБРа, снявшие к тому времени от жары маски. Им это неплохо удавалось, за исключением одного молодого человека, который, оценив ситуацию, наотрез отказался входить. Скорее всего каким-то образом был причастен к криминалу.

Начальник охраны проводил к генеральному директору следователя Герасимова, оперативников Тищенко, Нещадимова и увязавшихся за ними двух бойцов СОБРа в масках. При входе в приемную их встретила симпатичная секретарша.

— Мы из прокуратуры, нам нужен генеральный директор, — обратился к ней следователь.

Увидев двух человек с оружием и в масках, она сказала:

— Наш генеральный хрупкий, интеллигентный человек, вы смотрите, его не напугайте.

Следователь, чтобы не испугать директора, попросил спецназовцев остаться в приемной. В кабинет вошли втроем. Их взору представился большой по площади кабинет, в конце которого за столом сидел невысокого роста мужчина, плотного телосложения, на вид лет сорока, с горизонтальным шрамом на правой щеке. Его вид напоминал не хлипкого интеллигента, мысленно воображаемого секретаршей, а персонажа из повести о пиратах. Увидев вошедших, он, будучи предупрежденным об их визите, спокойно вышел из-за стола и представился:

— Генеральный директор нефтяной компании «Евротрансгрупп» Владимир Сомов.

— Герасимов, следователь транспортной прокуратуры, — представился следователь и отдал ему постановление на задержание и проведение обыска.

Он пожал ему и оперативникам руки, затем прочитал постановления и расписался. Следователь с Тищенко стали задавать директору вопросы. В это время Нещадимов вышел в приемную. Ему не терпелось узнать, почему секретарша так «опустила» в глазах представителей правоохранительных органов своего шефа.

— А ваш босс далеко не робкого десятка, как вы его нам представили, — обратился он к ней.

— Ну что вы, он такой скромный, вы могли его напугать.

— Думаю, что вряд ли. Он не производит впечатления «очкарика».

— Это только на первый взгляд, вы его просто не знаете.

Спецназовцы, оставшись у входа в офис без работы, явно загрустили. Через некоторое время в холл вышел генеральный директор, увидев скучающих собровцев, распорядился, чтобы их накормили. Одна сотрудница сходила в магазин и принесла им батон вареной колбасы и две буханки мягкого белого хлеба. На пост у входа в офис, где они разместились, девушки принесли чайник и чашки. Через несколько минут бойцы уже резали штыком колбасу и уплетали бутерброды за милую душу. По завершении обыска генерального директора, его заместителя, главного бухгалтера и еще трех сотрудников задержали и доставили в главк.

Арестованный по делу главный инженер Московского НПЗ, содержавшийся в ИВС ГУВД Москвы, наверняка знал незаконных поставщиков нефти и всю преступную схему. Однако четвертые сутки на допросах не давал никаких конкретных показаний. Для психологического воздействия его решили допросить не в помещении ИВС, который находился во дворе здания ГУВД на Петровке, 38, а в одном их кабинетов МУРа на шестом этаже. С целью побуждения к откровенному разговору, по просьбе следователя, прапорщик, доставивший арестованного, снял с него наручники. Допрос вели следователь и старший оперуполномоченный Тищенко. За три с половиной часа сотрудникам все же удалось получить от инженера информацию об общей схеме совершаемых преступлений, которая заключалась в следующем.

Нефть на переработку доставлялась из Тюменской области в железнодорожных цистернах на Московский и Ярославский НПЗ. На этих предприятиях изготовлялся бензин различных марок и другие нефтепродукты. Для ряда коммерческих структур, подконтрольных криминальным группировкам, в целях повышения октанового числа низкокачественного бензина использовались дешевые токсичные добавки. Продажная стоимость сразу увеличивалась до 50 %. На АЗС высокооктановый бензин разбавлялся более дешевым и реализовывался по цене качественного. Операторы в свою очередь обманывали клиентов при заправке автомобилей путем уменьшения объемов купленного топлива.

Как ни старались сотрудники милиции узнать какие-либо конкретные фамилии, имена, должности его соучастников, арестованный так ничего и не сказал. Около десяти вечера Тищенко вышел из кабинета. Буквально через минуту инженер резко встал со стула, ударил кулаком в лицо следователя, вскочил на стол и ринулся в открытое окно с шестого этажа. Упал он на асфальтированный участок и скончался на месте, унеся с собой тайну своих покровителей. Как предполагалось, они были из числа должностных лиц Министерства нефтяной промышленности, топлива и энергетики.

По данному факту было проведено служебное расследование. Следователю и оперативнику объявили по выговору за нарушение инструкции содержания арестованного во время допроса, поскольку он находился без наручников наедине со следователем.

В условиях информированности гражданского населения через СМИ о традиционных методах, способах, используемых оперативными службами, требовались принципиально новые подходы к обеспечению процесса предварительного следствия. В том числе продолжавшегося в пенитенциарных учреждениях. В этом на своем примере убедились сотрудники ГУОП.

Спустя два дня после ареста Кураева, заместителя генерального директора коммерческой компании «Евразия», в камеру следственного изолятора номер два «Бутырка», где он находился с двумя сокамерниками, привели еще арестованного. Один из них был негласным сотрудником, который, по легенде, являлся помощником депутата Госдумы, якобы арестованным за посредничество при передаче взятки. С целью соблюдения конспирации он до последнего времени не проявлял активность. Только с приходом нового сокамерника начал несколько больше общаться с Кураевым. Под предлогом наличия у него возможностей оказания содействия в изменении ареста на подписку о невыезде пытался получить информацию, представляющую интерес для следствия. Говорил, что с помощью покровителей скоро выйдет на свободу.

Для создания обстановки, располагающей к откровенности, сокамерников вызывали на допросы или задействовали на хозяйственных работах, и они оставались подолгу вдвоем. Через пару дней общения Кураев пошел на контакт, стал проявлять интерес к советам негласного сотрудника и начал рисовать на клочке бумаги схему, где спрятана часть денег и драгоценностей. По его словам, их вполне хватит для его освобождения. При этом под любыми предлогами уклонялся от разговора на тему о поставках за рубеж цветного металла. Нарисует очередную схему, подумает и через несколько минут порвет бумагу на мелкие кусочки. Так повторялось несколько дней. Негласный сотрудник не торопил события, давал время созреть клиенту. В очередной раз, когда они остались вдвоем, Кураев снова нарисовал схему гаража, где спрятаны драгоценности с деньгами, и на этот раз все же отдал агенту.

Записку сотрудники оперчасти СИЗО передали начальнику экономического отдела ГУОП. На следующий день, в субботу, трое дюжих оперативников с постановлением о производстве обыска, взяв с собой отбойный молоток с необходимым оборудованием, приехали на территорию гаражного кооператива. Нашли нужный бокс кирпичной постройки. В присутствии охранников открыли его. В нем находились только автомобильные запасные части и старые шины.

По очереди начали вскрывать бетонный пол в левом, противоположном от входа, углу, как было изображено на схеме. После снятия бетонного покрытия стали копать землю, но ничего там не обнаружили. Приступили долбить стену в нижней части. Примерно через полчаса усиленной работы пробили в ней дыру. Один из оперативников просунул туда руку и нащупал какой-то деревянный ящик. Чтобы его вытащить, начали с энтузиазмом увеличивать отверстие. Когда оно было достаточного размера, ящик вытащили. Затаив дыхание, стали его вскрывать в присутствии понятых. Открыв крышку, присутствовавшие увидели различные инструменты, но ни денег, ни драгоценностей в нем, конечно, не было. Они попросту продолбили отверстие в соседний гараж и вытащили ящик с инструментом. Чтобы как-то выйти из неудобного положения, не ударив в грязь лицом перед охранниками, старший группы обратился к ним:

— Мы сейчас передохнем немного, а потом продолжим обследовать гараж. В случае необходимости вас пригласим.

Посетовав на свою доверчивость, сотрудники, выждав для приличия минут двадцать, погрузили в машину инструменты и уехали, предварительно предупредив охрану, что приедут рабочие и заделают в стене дыру. В отместку жулику пол в гараже ремонтировать не стали. Самое главное, чтобы не расшифровать агента, Кураеву никаких претензий предъявить не могли. Ведь информацию они получили не от следователя, а от негласного источника.

Всякий раз, когда оперативное сопровождение расследования уголовных дел осуществлялось сотрудниками ГУОП, проводились мероприятия, имевшие комплексный характер, с целью:

• получения доказательств вины подозреваемых, обвиняемых;

• установления членов организованной группировки;

• принятия своевременных мер по преодолению негативного воздействия на ход следствия;

• выявления намерений подозреваемых, обвиняемых по сокрытию следов совершенных преступлений;

• обеспечения защиты нуждающихся участников уголовного процесса;

• предотвращения совершения новых преступлений членами организованного формирования, оставшимися на свободе;

• своевременного реагирования на попытки подозреваемых, обвиняемых уклониться от привлечения к уголовной ответственности.

На первоначальном этапе оперативники стремились закрепить доказательства вины подозреваемых, необходимые для получения санкций на аресты, обыски, путем проведения максимального количества следственно-оперативных мероприятий, поскольку промедление ведет ко многим нежелательным последствиям. Именно поэтому время становится одним из критериев успешного расследования.

В этот период весь процесс должен интенсифицироваться. Для его поддержания руководство главка требовало от оперативных работников и следователей концентрации усилий. При проведении отдельных мероприятий порой создавалась психологическая напряженность и нервозность в работе. Особенно остро она ощущалась на стадии проведения первоначальных следственных действий, когда еще не были закреплены доказательства преступной деятельности подозреваемых и происходили какие-либо сбои по вине некоторых малоопытных оперативников. Также при выявлении новых эпизодов преступлений или установлении ранее неизвестных лиц, причастных к расследуемым правонарушениям.

Одним из основополагающих факторов, обеспечивающих успех процесса расследования, является своевременное задержание подозреваемых, о которых стало известно в ходе проведения следственно-оперативных мероприятий. В этом случае важную роль играет временной фактор. Реально он начинает действовать не с момента совершения каких-либо действий, потому что неизвестными для окружающих они могут оставаться какое угодно время, а после того как информация о них вышла за пределы круга лиц, их совершивших.

То есть когда информация о деяниях вышла во внешнюю среду или по какой-либо причине может стать достоянием для других субъектов, в том числе правоохранительных органов. Только с этого момента начинает играть свою роль временной фактор, поскольку подозреваемые могут по стечению обстоятельств предвидеть наступление нежелательных последствий и предпринять упреждающие меры. Поэтому оперативники главка старались исходить из следующего. «Если тебе стало известно о сокровенном, то не исключено, что о нем могут знать и другие». С предельной оперативностью реагировали на полученные данные, стремились упредить преступников, закрепить доказательства с целью обеспечения проведения беспрепятственной последующей работы.

Аналогичный эпизод с реализацией информации, полученной в ходе предварительного следствия с некоторыми особенностями, произошел в девятом отделе ГУОП. После окончания работы, в начале седьмого вечера, в связи с расследованием уголовного дела весь отдел, как обычно в таких случаях, задерживался на неопределенное время. В течение дня многие сотрудники проводили задержания, обыски, поэтому после завершения мероприятий решили пообедать в одном из кабинетов. Заодно и отметить день рождения своего коллеги Анатолия Бадмаева, ранее работавшего в Республике Калмыкия.

По случаю такого события начальник отдела разрешил «новорожденному» вовремя уйти с работы. Перед уходом он в честь дня рождения оставил сослуживцам литровую банку с черной икрой. Желающие принять участие в застолье скинулись на приобретение горячительных напитков и закуски. Всего набралось восемь человек. Молодой сотрудник, прикомандированный из Ярославля, большой любитель и знаток подобного рода мероприятий, слетал в магазин и приобрел все необходимое. В кабинете сдвинули два стола и расставили все яства. Закрыли двери на замок, сели за стол и не успели выпить первую рюмку водки за виновника торжества, как в дверь постучали. Все замерли, глядя на Нещадимова, инициатора мероприятия, в раздумье: пить или воздержаться.

— За здоровье Анатолия, — сказал Нещадимов и первым выпил рюмку водки.

Его примеру последовали другие. В это время стук в дверь прекратился. Только стали закусывать, как он опять возобновился.

— Уберите со стола бутылки. Миша, открой дверь, — предложил он коллегам.

Открыв дверь, они увидели на пороге двух заместителей начальника отдела, недавно назначенных из числа оперативников. При виде сотрудников, сидевших за столом, на котором стояли тарелки с закуской и неубранные пустые рюмки, Алексей Сосковцов тот, который помоложе и понахальнее, глядя на собравшихся, спросил начальственным тоном:

— Вы почему на рабочем месте распиваете спиртные напитки?

— Мы ужинаем, а не пьем, — попытался возразить Михаил Шмелев.

— По-вашему, я слепой и не вижу стоящие рюмки на столе?

— Рюмки стоят, но мы ничего не пили, — сказал Вячеслав Тищенко.

— А молодые что здесь делают? — обратился он к двум прикомандированным сотрудникам.

Те с испуганным видом сидели, опустив головы. Остальные с надеждой смотрели на Нещадимова. Второй заместитель в разговор не вступал.

— Какое твое собачье дело, что мы здесь делаем? — не выдержав нахального тона, сказал Нещадимов. — Не видишь, ужинаем. Многие из нас не только не обедали, но даже не завтракали. Так что заканчивай орать.

Такого обращения, тем более в присутствии молодых сотрудников, Сосковцов не мог простить и решил тут же отыграться.

— Сейчас нужно выезжать на задержание, а вы тут устроили пьянку. Вместе со мной поедут Карякин, Куманин, Варфоломеев и Нещадимов.

Услышав свою фамилию, он спросил:

— Ты не шутишь?

— Нет, не шучу. Заканчивайте. Через час выезжаем.

— Поужинаем, тогда и закончим, — сказал Нещадимов.

Молодые руководители, испортив оперативникам настроение, ушли. В связи с предстоящей работой пришлось ужинать без дальнейшего употребления спиртного. За столом Миша все не мог успокоиться:

— Михалыч, здорово ты его на место поставил, а то совсем страх потерял. Бога не боится. Как ты там сказал? Не твое собачье дело. Ха-ха-ха!

В это время оперативным путем была установлена квартира в районе Звенигородского шоссе, которую снимал скрывавшийся от следствия Останин, один из организаторов известной финансовой пирамиды. В девятом отделе находилась только фотография, переснятая с его паспорта, и общее описание внешности. В лицо его знал только один сотрудник из другого отдела. Квартира, в которой проживал подозреваемый, была официально оформлена на другого человека. Домой он возвращался после десяти часов вечера, зачастую и позже, а иногда вообще не приходил. Имелась оперативная информация, что в ближайшее время он может сменить адрес проживания или уехать по чужому паспорту за границу. К тому же после ограбления весной стал постоянно носить огнестрельное оружие. Нужно было срочно его задерживать.

Около двадцати одного часа вшестером на двух машинах оперативники вместе с Сосковцовым выехали в адрес, в район новостроек. Квартира располагалась на одиннадцатом этаже 17-этажного вновь построенного дома. Задерживать Останина планировалось при входе в подъезд. Поэтому одну машину, в которой находился Сосковцов с оперативниками, в том числе сотрудником, знавшим «клиента» в лицо, поставили недалеко от входа. Вторую, с другими участниками группы, включая Нещадимова, припарковали метрах в пятидесяти от дома. Варфоломеев по указанию замначальника отдела поднялся на одиннадцатый этаж, и все стали ждать.

Стояла осень, выпал первый снег. Вечером температура опускалась до минусовой отметки. Долго находиться на улице было неуютно, и оперативники почти все время сидели в машинах. Когда совсем стемнело, разглядеть входивших людей в подъезд даже с близкого расстояния стало весьма затруднительно. Оценив неблагоприятно складывающуюся обстановку, Нещадимов подошел к машине и жестом попросил Сосковцова выйти. Когда он вышел, сказал:

— Алексей, мероприятие, конечно, возглавляешь ты. Если что случится, вся ответственность ляжет на тебя, но и с меня как со старшего по званию могут спросить. Где, дескать, был в это время? Сейчас стемнело, и наш объект может проникнуть в дом незамеченным, а на этаже всего один Володя хлипкого телосложения. Поэтому предлагаю поставить одного оперативника на лестничную площадку при подъеме на двенадцатый этаж, второго — при спуске на десятый. Варфоломеева оставить на одиннадцатом. Своим видом, тем более в широких брюках в клетку, он подозрений вряд ли вызовет. Так будет спокойнее и надежней. Вдруг не получится провести задержание в подъезде, возьмем около квартиры.

— Я подумаю, — сказал он и сел в машину.

— Ну, думай, я тебя предупредил.

Подождав для пущей важности минут десять, из машины вышли двое оперативников и зашли в подъезд. «Подействовало», — подумал Нещадимов. Всякий раз, когда в подъезд входил мужчина, похожий на ожидаемого «клиента», водитель по стационарной рации сообщал сотрудникам, находившимся на этажах, чтобы они были повнимательней. Со временем в дом люди стали входить все реже, и оперативники заскучали. Около одиннадцати часов вечера во двор заехала машина. Сотрудники направились к дому, но к подъезду так никто и не подошел. Вдруг из рации послышался голос Варфоломеев:

— Объект задержан, поднимайтесь.

Все были в недоумении, как смог Останин незамеченным войти в подъезд? Сосковцов с оперативником, знавшим подозреваемого в лицо, сразу же отправились в дом. За ними последовал Карякин. На улице остались водители и Нещадимов.

Спустя примерно пятнадцать минут из подъезда вышел Варфоломеев и стал прогуливаться, но к служебным машинам не подходил.

— Он ждет кого-то? — спросил водитель у Валерия.

— Сейчас узнаешь.

Прошло минут двадцать, Володя стал замерзать и начал двигаться быстрее. В это время, на его удачу, мимо дома проходил мужчина с овчаркой. Он подошел к нему, что-то сказал, и они зашли в подъезд.

Не прошло и пяти минут, как Варфоломеев снова вышел.

— Ну, теперь надолго, — сказал Нещадимов, обращаясь к водителю.

На улице в это время даже с собаками никто не гулял. Через минут пятнадцать он все же подошел к машине.

— Володя, ну как наш клиент?

— Михалыч, если бы не ты, сегодня могли его не взять. Вы же не сообщили, что он вошел в подъезд. Слава Богу, в это время мы втроем стояли на лестнице одиннадцатого этажа рядом с лифтом, рассчитывая при поступлении от вас сигнала занять удобные позиции на лестничной площадке. Вдруг открывается лифт, и оттуда выходит молодой человек с портфелем, не очень похожий по описанию на нашего злодея. Мы не сразу поняли, что это и есть Останин. Но когда он увидел нас и стал в спешке открывать замок 38-й квартиры, вместе с ним вкатились в прихожую. Еще немного, и он бы закрыл за собой дверь. Думал, что опять грабители напали. Когда объяснили ему, кто такие, он немного успокоился. Хорошо, пистолет не успел достать, который находился в портфеле.

— Что говорит по поводу ствола?

— Конечно, нашел и завтра должен был отвезти в прокуратуру.

— Не спрашивали, как он в дом зашел?

— Спрашивали. Говорит, в подъезде имеется запасной выход во двор, когда приезжает поздно, пользуется им, открывая дверь своим ключом.

В это время из рации донесся голос Сосковцова:

— Варфоломеев, ну что у тебя? Куда пропал? Через пятнадцать минут мужчина с собакой собирается уходить.

— Ищу. Сейчас на улице никого нет.

— Володя, спроси у большого начальника, если я найду второго понятого, он отправит меня на машине домой? Все равно сижу без дела, а живу я здесь недалеко, — предложил Нещадимов.

Варфоломеев ушел, но через несколько минут вернулся.

— Алексей согласен на твое предложение. Или придется, как он сказал, ждать до утра, когда народ на работу пойдет.

— Денис, — обратился Нещадимов к водителю. — У тебя какое звание?

— Прапорщик.

— В каком подразделении служишь?

— На автобазе МВД. Обслуживаем по разнарядке разные службы, в том числе оперативные.

— Вот и прекрасно. При составлении протокола обыска от понятых паспорт не требуется. Фамилию и имя придумаешь сам. Место жительства укажешь Шмитовский проезд, дом 12, это здесь рядом. Номер квартиры назовешь любой из двузначного числа. Лучшего понятого в такое время суток в этом районе вам все равно не найти. Тем более что один полнокровный, да еще и с собакой, уже есть. Пользуйтесь моментом.

Варфоломеев с водителем пошли в дом. Через несколько минут, весьма довольный, он вышел из подъезда и, подойдя к Нещадимову, сказал:

— Валера, начальник разрешил тебе уехать домой. Вадим, водитель оперативной машины, отвезет.

На этом они распрощались.

Успех расследования преступлений, совершенных в сфере экономики, во многом зависит от своевременного обнаружения и изъятия хозяйственно-финансовой документации, свидетельствующей о различного рода злоупотреблениях со стороны подозреваемых лиц. Сотрудники девятого отдела главка такие мероприятия старались проводить в первую очередь на основных объектах, участвовавших в преступной схеме, и банках, в которых были открыты их счета. Для экспертной оценки изъятых документов приглашали работников государственных налоговых инспекций или недавно ушедших на пенсию бухгалтеров, экономистов. С ними работать всегда проще.

Через «Нефтетрансбанк», расположенный на Марксистской улице, перечислялись денежные средства коммерческих структур, подозреваемых в совершении правонарушений в нефтяной отрасли. С целью обнаружения и изъятия финансовых документов нефтяных компаний следователем Генеральной прокуратуры было вынесено постановление, санкционированное прокурором, на производство обыска в банке. Начальник девятого отдела Пономарев поручил Нещадимову организовать его проведение. При этом начал перечислять сотрудников, которых необходимо взять на обыск. Услышав фамилии бездельников, он сказал:

— С этими ребятами никуда не поеду.

— Что, сотрудники ниже кандидатов наук тебя уже не устраивают?

— Может и устраивают, но из-за дураков при посторонних позориться не хочу.

— Тогда возьми кого считаешь достойными.

— Возьму с собой Воинова, Тищенко и Куманина.

— Не возражаю. Только свяжись со следователем, он из прокуратуры, не заезжая к нам, сразу поедет в банк.

Во время обыска оперативники обнаружили финансовые документы нефтяных компаний, представляющие интерес для следствия. Также нашли кредитный договор, заключенный с известным телеведущим, который он так и не погасил. Работники банка были очень недовольны непорядочностью известного всей стране человека. Примерно в девятнадцать часов следователю для выяснения ряда вопросов потребовался руководитель банка. Он обратился к работникам финансово-экономического отдела, сопровождавшим сотрудников:

— Мне нужно поговорить с председателем правления банка.

— Он уехал, через час обещал вернуться, — сказал главный бухгалтер.

— Подождем, мы не спешим.

Спустя некоторое время Куманин, проводивший обыск в кредитном отделе, обратил внимание на трудовое соглашение, заключенное «Нефтетрансбанком» с однофамилицей министра внутренних дел России, которая была оформлена на должность экономиста отдела. Этот документ он показал Нещадимову.

— Ну и что? Даже если это дочь нашего министра, ей где-то надо работать? Не здесь, так в другом месте. Законом не запрещено. Оставь бумаги в покое. Другое дело, если она только числится в штате банка, а фактически в нем не работает. Но это к нашей компетенции не относится. Займись лучше поиском платежных документов известных тебе нефтяных компаний.

Примерно к восьми часам вечера стало кое-что проясняться и выстраиваться в конкретную картину. Работники кредитного отдела предложили оперативникам сделать небольшой перерыв и попить чаю. Они согласились. Молодой следователь, перепутав по неопытности задачу проводимого мероприятия, начал добросовестно пересчитывать монеты, находившиеся в хранилище в нескольких небольших мешках, категорически отказавшись проверить их по весу. Вячеслав Тищенко с Валентином Воиновым, не отрываясь от чаепития, просматривали кредитные договоры. В это время к собравшимся приобщился заместитель председателя банка Кравец. По настроению чувствовалось, что он уже успел слегка приложиться к рюмке. После разговоров на различные темы он загадочно сказал:

— Недавно наш председатель был у вашего министра, у них состоялся разговор по поводу обыска в банке. Сейчас он возвращается. Подождем его, послушаем, что скажет. Теперь раздадут всем сестрам по серьгам.

— Вам? — спросил Нещадимов, не поняв, кто и кому будет что-то раздавать.

— Нет, вам, — ответил Кравец, чем немало удивил оперативников, сам не подозревая, какую сейчас выдал информацию.

В этот момент Валентин позвал Нещадимова. Когда он подошел, тот показал ему два весьма интересных договора. Один на получение беспроцентного валютного кредита сроком на три года, оформленный на однофамильца министра внутренних дел. Второй о вкладе на такую же сумму и тот же срок. Ежемесячные проценты по вкладу составляли 14 000 долларов. Своим откровением заместитель председателя банка, по сути, сдал своего весьма влиятельного покровителя и рассеял всякие сомнения. Кредитные договоры были действительно оформлены не на однофамильца, а на действующего министра.

Конечно, подобные действия и получаемая сумма нынешним чиновникам, даже куда низшего ранга, показалась бы просто смешной. Но по тем временам это были приличные деньги. Для сравнения: в 1990-е годы трехкомнатная кооперативная квартира в Москве в районе Мичуринского проспекта стоила 27 000 долларов. Несмотря на законно оформленные договоры, за ними скрывалось злоупотребление служебным положением. При этой ситуации министр попадал в определенную зависимость от банкиров. Стоило только сотрудникам органов внутренних дел появиться в банке, даже не с целью проверки его деятельности, руководитель сразу же обратился к своему высокопоставленному покровителю. Значит, было чего опасаться, а может, на всякий случай подстраховался. Но злоупотреблений в банковской деятельности в ходе обыска оперативники не выявили.

— Валерий Михайлович, как по-твоему, следователя нужно ставить в известность? — спросил Тищенко.

— Договоры клади в стопку с документами, подготовленными для изъятия, но в протокол не включай. Пусть наши командиры сами решат, что делать. Я думаю, они поступят правильно.

Для установления коммерческих структур, имевших отношение к совершаемым преступлениям, изъятые документы сотрудники главка привезли в отдел и представили руководству Благодаря здравомыслию министра никакого «наката» с его стороны ни на оперативников, ни на руководство не последовало, а командиры, как и предполагалось, поступили мудро.

К следственным действиям в отношении лидера любого организованного сообщества и коррумпированных связей следователи приступали только при наличии достаточного количества доказательств их участия в преступной деятельности. Рассчитывать на то, что процессуальные меры могут дать положительные результаты, не приходилось. Здесь важно было до определенного момента не расшифровывать свидетелей. Проводить опознания и очные ставки старались только после задержания преступников, когда имелась уверенность, что впоследствии они будут арестованы.

Характерной особенностью организованных формирований является то, что с момента расследования их преступной деятельности вся дальнейшая работа следователей и оперативных работников происходит, как правило, в условиях психологической борьбы. В это время они начинают оказывать активное противодействие процессу расследования. Прибегают к использованию изощренных методов маскировки совершенных деяний, обману, введению в заблуждение следователей, оперативников. Весьма примечательным является то, что, пока следствие ведется в отношении исполнителей преступлений, не затрагивая организаторов, коррумпированных лиц, противоборство чаще всего протекает в пассивной форме, которая заключается в негативном воздействии на свидетелей, уничтожении документов, непредоставлении запрашиваемых сведений, сокрытии разыскиваемых предметов и тому подобное.

Руководители государственных, коммерческих структур, являясь организаторами экономических преступлений, принимают меры по уничтожению компрометирующих материалов. Создают условия, затрудняющие проведение следствия по уголовным делам. Но, как правило, не прибегают к активному противостоянию. Тем не менее подобные действия придают расследованию характер борьбы, принимающей иногда открытые формы.

В целях преодоления подобного рода противодействий сотрудники подразделений ГУОП МВД совместно со следователями по возможности использовали организационно-тактические приемы психологической борьбы, чтобы успешно противостоять участникам организованных группировок.

Основными из них являются:

• сосредоточение и обеспечение превосходства своих сил и средств для достижения поставленной цели;

• разобщение участников преступного сообщества, компрометация организаторов и криминальных авторитетов;

• создание условий, затрудняющих достижение целей сообщников, оставшихся на свободе;

• упреждение деятельности преступников;

• использование фактора внезапности;

• синхронизация оперативно-розыскных и следственных мероприятий по нескольким направлениям;

• уклонение от проведения оперативно-розыскных и процессуальных мероприятий в невыгодно складывающихся условиях;

• концентрация усилий следователей и оперативных работников на наиболее важном направлении раскрытия преступлений;

• постоянный сбор оперативной информации о намерениях подследственных.

Психологическое воздействие на подозреваемых не всегда срабатывает, и тогда в экстремальных случаях оперативники просто были вынуждены использовать методы физического воздействия, хотя это и незаконно. Однако в некоторых ситуациях подобные действия можно понять. Аналогичный случай произошел во время проведения мероприятий по освобождению заложника.

Вечером во дворе дома при выходе из машины бандиты, угрожая оружием, похитили директора коммерческого предприятия Евгения Владимирова. Содержали его в холодном подвале на территории бывшего завода. Утром один из организаторов похищения позвонил его жене и потребовал заплатить за мужа в течение двух суток 200 000 долларов. При этом порекомендовал не обращаться в милицию и никому не говорить о состоявшемся разговоре. В противном случае мужа живым она может больше не увидеть.

Светлана все рассказала компаньону Евгения. Посоветовавшись с коллегами, они не стали обращаться в правоохранительные органы. Через два дня похитители снова позвонили и, узнав, что деньги не готовы, дали еще сутки. После состоявшегося разговора с бандитами партнеры по бизнесу Владимирова вместе с его женой отправились в приемную МВД. Выяснив, что похищен предприниматель, их направили в девятый отдел ГУОП. На следующий день около одиннадцати часов Светлане позвонил неизвестный мужчина. В это время ее телефон уже стоял на прослушке и рядом находились оперативники.

— Да, — ответила она на звонок.

— Ты деньги приготовила? — услышала она тот же грубый голос.

— Вся сумма почти собрана. Завтра готова буду передать. Но только в том месте, где мне удобно и безопасно. Также я хочу услышать голос мужа.

— Ты принесешь деньги туда, куда мы скажем, или распрощаешься со своим мужем навсегда.

— Деньги я смогу принеси завтра днем в сквер, расположенный на улице Большая Спасская, рядом с домом 15, в котором находится коммерческий институт. Это недалеко от организации, в которой я работаю. Мне там удобно с вами встретиться в час дня, во время обеденного перерыва. В другое место не пойду, и обязательно привезите мужа.

— Мужа привезти не обещаю, скажу только адрес, где находится. Сама за ним съездишь. Как мы тебя узнаем?

— Я буду стоять у входа в сквер в голубой куртке, черных джинсах, с пакетом в руке.

— Только не вздумай с нами шутить, — на этом разговор закончился.

Установить, откуда звонили, не представилось возможным. К половине двенадцатого в отдел вместе с бригадиром прибыли пять сотрудников СОБРа, вооруженных автоматами с глушителями калибра девять миллиметров, недавно поступившими на вооружение. Один из них, по имени Алексей, не в меру шустрый боец, был не против прямо в кабинете померяться рукопашными навыками с Нещадимовым. Но после того как узнал, что он более десяти лет занимался боксом и карате, успокоился.

— Какая наша будет задача? — обратился бригадир к Нещадимову.

— Задержать бандитов. Скорее всего их будет трое или в крайнем случае четверо. Так что вместе с оперативниками отдела управитесь. Заложника с собой они, по всей вероятности, брать не станут. Постарайтесь обойтись без эксцессов. В общем, действуйте по обстановке. Через минут сорок выезжайте, здесь недалеко. Володя сориентирует вас на месте. Светлану мы отвезем сами к тринадцати часам.

— Так, говорите, заложника с бандитами не будет? Значит, можно не церемониться? — поинтересовался Алексей.

— Зато жена его будет. Попрошу при задержании проявлять внимательность и осторожность.

— Алексей, сразу тебя предупреждаю, не вздумай выкинуть что-либо в своей обычной манере, — сказал бригадир.

После короткого инструктажа группа стала собираться на выезд. В двенадцать двадцать они прибыли на место. Микроавтобус спецназа с тонированными стеклами поставили на стоянку рядом с другими машинами, на некотором расстоянии от входа в сквер. К тринадцати часам подошла Светлана. В руках она держала пакет с денежной «куклой». Машину отдела припарковали так, чтобы в случае необходимости можно было перекрыть выезд от стоянки машин в сторону улицы. Как раз в это время черный «Мерседес» со световыми и звуковыми сигналами остановился напротив института рядом со сквером. Из машины сопровождения выскочили вооруженные автоматами охранники.

«Если бандиты уже на месте, могут решить, что это по их душу, и все сорвется», — подумал Варфоломеев. Но, слава Богу, через несколько минут кортеж въехал во двор института, и охранники последовали за ним. Светлана продолжала прохаживаться, к ней никто не подходил. Сотрудники СОБРа обратили внимание на то, как буквально за несколько минут до появления кортежа около сквера припарковалась светлая иномарка, и из нее вышли два парня. Но увидев выскочивших из джипа вооруженных людей, сели обратно в машину, и она тронулась с места. Через несколько метров остановилась. По их поведению собровцы поняли, что это и есть бандиты. Теперь, когда они себя проявили, взять их было делом техники.

— После появления машин с мигалкой и охраной бандиты будут выжидать некоторое время, прежде чем подойдут к Светлане, — сказал Варфоломеев.

В этот момент оперативники из главка прохаживались недалеко от входа в сквер, делая вид, что разглядывают витрины киосков. Примерно через десять минут из светлой иномарки вышли двое молодых людей. Один из них направился в сторону сквера, а второй обратно сел в машину. Двигатель машины глушить не стали. Подойдя к стоявшей девушке в голубой куртке, он спросил:

— Светлана?

— Да.

— Деньги принесла?

— Принесла, а где муж?

— Давай деньги. Скажу.

Она протянула парню пакет. Он посмотрел в него и увидел в нем пачки долларов, завернутые в целлофановую банковскую упаковку.

— Где твой муж, через пятнадцать минут сообщу по телефону, — сказал и быстро направился в сторону ожидавшей его «Хонды».

Светлана в полной растерянности осталась стоять на месте. В этот момент с двух сторон к парню подошли два оперативника и представились. Он попытался бежать и успел выбросить пакет с деньгами. Однако был задержан, на него надели наручники и посадили в подъехавшую к ним «Волгу».

Тем временем дальнейшие события развивались как в остросюжетном детективе. В момент задержания молодого человека, взявшего деньги у Светланы, бойцы СОБРа на большой скорости подъехали к машине, из которой он вышел. Резко затормозив, стали выскакивать из микроавтобуса. Находившиеся в «Хонде» двое парней успели заблокировать двери, и автомобиль тронулся с места. Увидев, что бандиты пытаются скрыться, Алексей сделал предупредительные выстрелы вверх. Разбив стекло прикладом автомата, вместе с подбежавшим напарником вытащили водителя из салона. Когда он упал, Алексей, не сдержав эмоций, ударил его каблуком ботинка в висок и разбил голову.

Второго бандита тоже задерживали, но без нанесения телесных повреждений. В автобусе бригадир перевязал рану пострадавшему, причиненную не в меру эмоциональным сотрудником.

Закончив перевязку, вышел из автобуса и позвал Алексея. Когда они остались вдвоем, устроил ему разгон, вспомнив и сделанное сегодня последнее китайское предупреждение. Всех троих бандитов доставили в ГУОП. Один из них был с забинтованной головой. Увидев его в коридоре, Нещадимов спросил:

— Вы что его, с поля боя привезли?

— Да это наш чудак на букву «м» опять отличился, — сказал бригадир.

Спустя полчаса работы с задержанными никто так и не назвал место нахождения заложника. Ганин с разбитой головой из троих по возрасту был самым старшим и имел судимость. Как искушенный в такого рода делах мог дать правдивые показания, но только начинал говорить, сразу терял сознание. Двое других держались стойко и адрес содержания бизнесмена не называли. Примерно через час с момента доставления подозреваемых в управление Варфоломеев обратился к Нещадимову:

— Валерий Михайлович, Ганин как бывший зэк мог бы рассказать правду. Но как только начинает что-то говорить, тут же «плывет». Несколько раз произносил слова «подвал» и «заброшенный завод». Однако ничего конкретного не успевает сказать. Может, действительно чувствует себя плохо, а возможно, «косит».

— Володя, давай не будем испытывать судьбу, вызывай «Скорую».

— Может, еще немного с ним поработаем?

— Вызывай.

— Понял. Сейчас сделаем.

Не прошло и семи минут, как из института имени Склифосовского, расположенного рядом с главком, приехала «Скорая помощь». Санитары сняли с пострадавшего окровавленную повязку и после осмотра раны предложили его срочно госпитализировать. Узнав об этом, Ганин очень обрадовался. Когда медработники поинтересовались, кто ему нанес травму, сказал:

— В подземном переходе поскользнулся, упал и головой ударился о ступеньки.

Его увезли в Институт скорой помощи. Вместе с ним поехал и оперативник из отдела. Время шло, а местонахождение заложника так и не было установлено. Сменившись, из института Склифосовского вернулся оперативник. Врачи ему так и не разрешили поговорить с Ганиным. Между тем заканчивались четвертые сутки с момента захвата бандитами человека, которого удерживали, вернее всего, в подвале какого-то бывшего предприятия. Ночами температура опускалась до минусовой отметки, поэтому Владимиров мог попросту замерзнуть.

С учетом того, что на карту была поставлена человеческая жизнь, оперативники в отношении двух задержанных перепробовали различные методы психологического воздействия, но все было бесполезно. На неискушенных молодых отморозков никакие доводы не действовали.

В это время в комнату к Нещадимову, где он находился один, Варфоломеев привел задержанного высокого плотного парня.

— Валерий Михайлович, поговори с Денисом, может, тебе что-нибудь расскажет. Постоянно включает дурака. Терпение уже на исходе.

Двадцать минут беседы не дали никаких результатов. Денис упрямо твердил, что ничего не знает и отношения к похищению какого-то коммерсанта не имеет. В компании с задержанными его знакомыми оказался случайно.

Примерно в пять часов вечера к ним зашел бригадир СОБРа и еще двое бойцов, один из них в руках держал фельдшерский чемоданчик с красным крестом на боку.

— Ну что, не колется? — спросил бригадир.

— Ты знаешь, нет. Молчит как партизан на допросе.

— Валерий Михайлович, выйди на десять минут.

— Ребята, не могу. Времени уже много, а работы непочатый край. Может, Денис все же что-нибудь вспомнит. Не мешайте, займитесь своим делом.

— Михалыч, прошу тебя, только на десять минут оставь нас одних.

— За десять минут управитесь?

— Постараемся.

— Хорошо. Но не больше. Я буду в комнате напротив.

Нещадимов вышел к оперативникам четвертого отдела. Прошло не более семи-восьми минут, как вдруг открылась дверь, и на пороге появился старший группы спецназа.

— Валерий Михайлович, можешь заходить.

— Что, уже закончили?

— Да, поговорили.

Открыв дверь, Нещадимов увидел стоящего посередине комнаты Дениса с большим красным пятном на левой щеке и весьма грустным видом. «Куда и спесь девалась», — подумал он.

— Проходи к столу, садись, — сказал Нещадимов.

Он как-то пошел неуверенно, сильно хромая на одну ногу. Оперативник посмотрел на спецназовцев. В это время медбрат с видом человека, выполнившего свой долг, деловито застегивал свой чемоданчик.

— Ну мы пошли, — сказал бригадир, и они вышли из комнаты.

— Денис, что случилось?

— Ничего.

— Так все же, что у вас произошло?

— Ничего не случилось, — как обычно начал он упрямиться.

В этот момент Нещадимову попалась на глаза стоявшая в стороне 32-килограммовая гиря Липатьева. Он с нею иногда тренировался.

— Что, гирю на ногу уронили?

— Да, уронили.

— Тогда рассказывай, где содержится Владимиров?

— В подвале цеха на территории бывшего завода, расположенного в начале Монтажной улицы. Сейчас там стоянка грузового транспорта и авторемонтные мастерские. Это в районе Черкизово.

«Ай да собровцы, ай да волшебники. За семь минут решили проблему, а может, даже человеку жизнь спасли», — невольно подумал Нещадимов.

— Кроме вас троих еще кто-нибудь знает о месте нахождения заложника?

— Наш бригадир, но он там ни разу не был.

— Деньги ему должны были привезти?

— Да, ему.

— Куда?

— В ресторан, расположенный рядом с военно-морским спортивным клубом в Тушино. Он там работает, по-моему, заместителем директора. В случае какой-либо задержки я ему должен позвонить.

— Как его зовут?

— Кличка Герасим. Имени не знаю. К нему все так обращаются. Только я вам ничего не говорил.

— Денис, звони Герасиму и скажи, что попали в ДТП на Садовом кольце. Долго разбирались в ГИБДД и только сейчас освободились.

— Нет, я звонить не буду.

— Мне что, опять собровцев приглашать?

— Приглашайте кого хотите. В этом случае даже они не помогут. Мне жить пока еще не надоело.

— Хорошо, о Герасиме подробнее поговорим в следующий раз. Сейчас не время.

— Разговора о нем больше не будет. Причину я уже вам назвал.

— Денис, бригадир, не дождавшись ни вас, ни звонка от тебя, может на всякий случай перепрятать заложника?

— Думаю, что нет. Не располагая сведениями, где мы находимся, они не будут рисковать.

— Вот тебе бумага, нарисуй схему расположения цеха и подвала. Дверь, наверное, на замке? Ключи у кого?

— Были у меня, при задержании ваши сотрудники их забрали вместе с другими вещами.

— Территория бывшего завода сейчас охраняется?

— Да. Ее охраняют свои люди.

— Бандиты, что ли?

— Да нет, работники ремонтных мастерских.

— Денис, молись Богу, чтобы Владимиров, до того как мы его освободим, остался жив.

Оперативная машина отдела и джип СОБРа с включенными спецсигналами выехали в адрес. Через тридцать минут подъехали к проходной бывшего завода. Узнав, в чем дело, охранники помогли разыскать нужный корпус. Вход в подвал сборочного цеха, где ранее располагалось бомбоубежище, был закрыт на замок. Один из охранников открыл дверь, и оперативники оказались в сыром холодном помещении. На полу вдоль стены тянулся электрический кабель. Включив свет, они увидели несколько дверей, закрытых на замки. Отыскав дверь, указанную на схеме, Варфоломеев с замиранием сердца открыл ее ключом. В свете, падающем из коридора, их взору представилась жуткая картина. В углу, привязанный цепью к трубе, на грязном матрасе, укрывшись таким же одеялом, без движения лежал человек. В это время все подумали, что опоздали. Тогда Варфоломеев окликнул:

— Евгений Петрович?

Тело не подавало признаков жизни. «Не успели», — промелькнуло у него в голове. Вдруг лежавший человек зашевелился и повернулся к ним лицом. Увидев людей в униформе с автоматами в руках, сразу все понял, и из его глаз брызнули слезы.

— Да, это я, — еле слышно произнес он и попытался встать на ноги, но не смог и остался лежать на полу.

Все его тело в эту минуту стало содрогаться от холода и рыданий. Оперативники сразу же вызвали «Скорую помощь». Через двадцать минут прибыла «Скорая». Осмотрев заложника, врач сказал:

— Еще два, от силы три часа — и он бы умер от переохлаждения организма. В любом случае до утра не дожил бы. Выходит, у тебя, Евгений, сегодня второй день рождения. Так что держись.

Вышло так, что спецназовцы своими не совсем гуманными действиями спасли жизнь человеку.

Активное противодействие следствию, как правило, начинается с момента начала расследования преступной деятельности организаторов сообщества и коррумпированных работников органов государственной власти. Сотрудникам, осуществляющим расследование, должностные лица хозяйствующих структур, чиновники, имеющие отношение к совершаемым преступлениям, начинают создавать всяческие искусственные барьеры. Препятствуют в получении необходимой финансово-хозяйственной документации. Свидетелей увольняют или переводят на другие места работы. По указанию организаторов сообщества участники группировок, оставшиеся на свободе, оказывают давление на свидетелей, прибегая к подкупу, шантажу, угрозам, расправе. Следователей пытаются скомпрометировать, а зачастую дать взятку. С помощью отдельных руководителей правоохранительных органов негативно воздействуют на процесс расследования.

Более половины всех возбужденных уголовных дел на членов организованных формирований, имеющих коррумпированные связи, не доходят до суда. Однако на официальном уровне такое положение преподносится как неправомерное уголовное преследование якобы добросовестных предпринимателей. При этом не упоминается об оказании колоссального противодействия со стороны властных структур на предварительное следствие, что и является истинной причиной, негативно отражающейся на состоянии процесса расследования преступлений.

Достаточно вспомнить «разваленное» уголовное дело в Пресненском суде города Москвы в отношении директора департамента имущественных отношений Минобороны России. За причиненный ущерб государству в особо крупных размерах чиновница не понесла практически никакого наказания. В процессе следствия находилась под домашним арестом в своей шикарной квартире. Даже смешной срок в два с половиной месяца отбывания наказания в колонии-поселении ухитрилась проигнорировать.

По решению суда ей возвращены ранее конфискованные ювелирные изделия (около 800 наименований), картины известных художников XIX века. В том числе 13-комнатная квартира в центре Москвы и другие ценности, нажитых «непосильным трудом». Это, по существу, плевок в сторону правоохранительной системы и в первую очередь во властные структуры государства. Даже если все произошло с их согласия.

Аналогичный случай произошел в конце 1990-х годов. За хищение государственного имущества и взятки в крупных размерах министра юстиции Российской Федерации приговорили к девяти годам. Трудно в это поверить, но условно.

Такого кощунства в судебной практике Советского Союза никогда не было. Следователь Генеральной прокуратуры, который вел его дело, и работники СИЗО говорили, что таких кляузных «постояльцев» в следственном изоляторе «Матросская тишина» на их практике было всего два. Один — представитель ГКЧП, второй — бывший министр юстиции. Он постоянно строчил жалобные письма и рассылал их всем руководителям высших государственных органов власти с просьбой об освобождении как невинно пострадавшего. Жаловался на работников СИЗО. Может, за кляузный характер и смягчили приговор, испугавшись, что на зоне всю администрацию достанет.

Подобных примеров, к сожалению, масса. Чего только стоят заворовавшиеся федеральные чиновники, губернаторы, мэры, депутаты, сенаторы, которые выводили и продолжают выводить миллионы долларов государственных и общественных средств в зарубежные страны. Несмотря на возбужденные уголовные дела, им позволяли выезжать за границу и только потом объявляли в розыск. В этом и заключается «равенство» перед законом и судом, гарантированное статьей 19 Конституции России, основанное на принципе — чем больше украдешь, тем меньше дадут.

В связи с тем, что законодательными актами запрещается неуполномоченным государственным структурам и должностным лицам вмешиваться в уголовный процесс, преступники стали использовать для воздействия на ход следствия возможности руководителей правоохранительных органов. В этих целях зачастую используются работники прокуратуры и судов. Однако на данную категорию лиц по различным причинам редко заводятся дела оперативного учета и возбуждаются уголовные дела. Например, в 1992 году в отношении работников прокуратуры было возбуждено всего одно уголовное дело. На судей чуть больше — двадцать три.

Такое положение объясняется недостаточной осведомленностью оперативных служб того периода о фактах коррупции в судебных органах и прокуратуре. Впоследствии работа в этом направлении улучшилась. Только за первое полугодие 1993 года на работников прокуратуры, имевших связи с организованными преступными формированиями, было заведено более пятидесяти дел оперативного учета, на работников суда — около сорока.

Со временем органы внутренних дел и, в частности, ГУОП МВД, преодолевая порой открытое противоборство со стороны вооруженных бандформирований, появившихся практически во всех городах России, смогли создать эффективную систему противодействия организованной преступности.

В художественных фильмах зачастую на эту тему демонстрируются захватывающие сюжеты по физическому уничтожению спецслужбами МВД, ФСБ опасных преступников. По мнению создателей фильмов, чем больше в них крови, тем интереснее сюжет. Либо тайная организация, состоящая из бывших сотрудников спецслужб, участников боевых действий в горячих точках, типа «Белой стрелы», расправляется с преступными авторитетами. Но на самом деле это выдумки киношников и не более того.

Структура наподобие «Белой стрелы» имела место в Твери, в бытность начальника УОП по Тверской области Гройсмана. На территории области такого разгула преступности, как в подавляющем большинстве регионов России, не было. Организованные группировки находились под жестким контролем органов внутренних дел. В большинстве своем коммерческие предприятия ими не контролировались. В области бандформирования свои порядки не устанавливали, попросту опасались спецслужбу МВД. Оперативники с участием бойцов СОБРа и сотрудников ДПС периодически проводили мероприятия по срыву разборок между криминальными структурами, а также воровских сходок не только местных авторитетов, но и московского региона, облюбовавших поселок Конаково, живописное место, расположенное под Тверью.

По трассе, по которой следовали к месту встречи члены группировок, сотрудники скрытно задерживали отдельные автомобили. Зачастую к месту сбора приезжали далеко не все участники запланированной встречи, и она попросту срывалась.

Со временем доминирующее положение УОП в сфере противодействия организованной преступности стало приобретать незаконные формы, ненамного отличавшиеся от методов, используемых в криминальной среде. В экономическом секторе сотрудники управления попросту их заменили. Изымали иностранные автомобили, завезенные в город контрабандным путем. Затем за 3–5 тысяч долларов, в зависимости от марки, возвращали владельцам. Осуществлялось крышевание коммерческих структур. За взятки освобождались от уголовной ответственности лица, совершившие правонарушения в сфере экономики, а иногда и общеуголовные преступления.

Такое положение в какой-то степени сложилось и по вине ГУОП МВД, поскольку Гройсман с некоторыми руководителями главка поддерживал отношения, явно выходившие за рамки служебной этики. Поэтому решил, что ему все позволено. Впоследствии даже организовал убийство неугодного предпринимателя. После ареста начальника управления работа дестабилизировалась.

Создавшейся ситуацией не преминули воспользоваться местные преступные группировки. В Твери участились перестрелки между криминальными структурами за передел сфер влияния. Все закончилось тем, что бандформирования в городе стали снова набирать былую силу и контролировать функционирование коммерческих структур.

Созданию у граждан ошибочного мнения о деятельности оперативных служб в основном способствуют телесериалы. В них культивируется мнимая вседозволенность применения физической силы со стороны сотрудников, вплоть до убийств преступников. Чем это заканчивается в реальной жизни, показано в вышеприведенном примере. Стоило руководителю спецслужбы забыть о служебном долге, данной присяге и стать немножко похожим на героев детективов, как все закончилось тюремной зоной.

В последние 8—10 лет практически ни один художественный фильм, а тем более телесериал не обходится без массовых кровавых разборок между преступными группировками, а иногда даже между оперативными службами. Если посчитать, сколько убийств преподносится в одном только телесериале, а их, как правило, на основных каналах демонстрируется не менее десятка в сутки, то невольно подумаешь, что в России давно идет гражданская война. По всей вероятности, авторы подобных сценариев считают исключительно интересным для зрителя сам процесс убийства, и чем их больше, тем интереснее.

На самом деле наиболее привлекательными являются события, происходящие в ходе расследования. Переживания участников сюжета, преодоление героями всевозможных трудностей и тому подобное, но никак не количество надуманных, банальных жертв. Практически любой фильм или сериал не обходится без крови. На экранах телевизоров демонстрируются исключительно массовые посягательства на жизнь людей и «настоящий отстрел» преступников. Прямо как во времена братоубийственной войны. В реальной жизни все гораздо банальнее и в основном обходится без многочисленных жертв.

Заканчивались девяностые годы, а вместе с ними и время всплеска бандитизма, сравнимое, пожалуй, с послевоенным периодом преступного разгула в Советском Союзе. Безусловно, раньше были некоторые «горячие головы» и среди руководителей высокого ранга органов внутренних дел, но скорее всего им попросту не хватало профессионализма.

Одним из начальников специальной службы МВД России по борьбе с организованной преступностью назначается генерал Петраков. До этого длительное время работал в научно-исследовательском институте МВД. О деятельности оперативных служб знал только из опубликованных секретных источников информации. В канун первомайских праздников в ожидании приезда министра внутренних дел он обратился к личному составу, который выстроился в коридоре здания главка на третьем этаже для проведения строевого смотра:

— Пользуясь случаем, пока министр находится в пути, хотел бы обратить ваше внимание на важную проблему. На столе у министра под стеклом лежит список из 80 человек наиболее опасных криминальных авторитетов. Нам нужно постараться сделать так, чтобы этого списка до конца года не было.

Заместитель начальника четвертого отдела в звании полковника, стоявший недалеко от него, спросил:

— И как вы себе это представляете? Их что, надо убивать?

— Делайте, что хотите, но чтобы этого списка у министра не было.

Все, кто находился рядом, рассмеялись не столько над дилетантством начальника главка, сколько над уточняющим вопросом полковника. К счастью, подобный экземпляр руководителя скорее был исключением из правил. Все другие, до и после него, возглавлявшие подразделение специальной службы центрального аппарата МВД и региональные структуры, были высокопрофессиональными, грамотными, порядочными сотрудниками, настоящими офицерами.

Продолжающийся рост тяжких преступлений, в том числе терактов, совершающихся хорошо вооруженными и оснащенными современной техникой организованными формированиями, располагающими связями в государственных органах власти и денежными средствами, обусловливает необходимость поиска новых, наиболее эффективных форм и методов борьбы с ними, основанных на новейших достижениях науки и техники.

Государственная оперативно-аналитическая система

В условиях высокой динамичности организованной преступности эффективность противодействия этому феномену была достигнута путем совершенствования структурно-функционального построения оперативных служб. В связи с тем, что первоначально подразделения по организованной преступности были созданы в структуре уголовного розыска или службе по экономическим преступлениям либо являлись самостоятельными, это позволило определить оптимальный вариант построения спецслужбы.

Основной недостаток в организации функционирования специальных подразделений в составе уголовного розыска заключался в том, что фактически вся их деятельность сводилась к раскрытию отдельных тяжких видов общеуголовных преступлений, зачастую совершаемых одним лицом либо небольшими группами. Аналогичные структуры, входившие в управления по экономическим преступлениям, вели работу по своему направлению и практически не уделяли внимания общеуголовным формированиям. Только те подразделения, которые функционировали как самостоятельные, могли осуществлять свою деятельность независимо от задач, стоящих перед другими оперативно-розыскными субъектами. Однако многие из них, в силу ряда причин, дублировали уголовный розыск и службу по экономическим преступлениям. То есть занимались раскрытием совершенных преступлений.

Результаты изучения имевшегося опыта свидетельствуют, что наиболее эффективно борьбу с организованной преступностью способны вести самостоятельные оперативные подразделения. Основным аргументом в придании специальной службе МВД приоритетного положения в этом направлении являлось то, что в обязанности сотрудников не входило оперативное обслуживание каких-либо отраслей, объектов, линий. Поэтому им в процессе выполнения функциональных обязанностей не нужно было устанавливать и поддерживать постоянные контакты с работниками экономических объектов, должностными лицами органов государственной власти. У них не существовала необходимость проводить какие-либо проверки финансово-хозяйственной деятельности экономических структур с различными формами собственности. Подобные мероприятия осуществлялись только с целью получения доказательств противоправной деятельности конкретных группировок, а не для проверки функционирования объектов как таковых. При необходимости они проводились с зашифрованной целью.

В связи с этим уменьшалась возможность оперативникам попасть в определенную зависимость от должностных лиц различного рода структур, в которой чаще всего оказываются сотрудники подразделений по экономическим преступлениям при выполнении служебных задач.

В обязанности службы БХСС и первоначально в функции подразделений по экономическим преступлениям входило периодическое проведение различных проверочных мероприятий на обслуживаемых объектах в зависимости от криминогенной обстановки. Оперативное обслуживание имело трехуровневый режим. «Высокий», «умеренный» и «низкий». «Высокий» уровень предусматривал постоянный оперативный контроль за деятельностью экономических структур. «Умеренный» предполагал периодическое проведение оперативных и гласных мероприятий. «Низкий» ограничивался проведением одного или двух раз в год гласных и оперативных мероприятий.

По мере перехода к рыночным отношениям, уменьшения государственной собственности изменились и принципы деятельности службы экономической безопасности. В настоящее время даже при наличии информации о совершаемых правонарушениях в коммерческих структурах оперативники имеют право проводить проверки только с письменного разрешения руководства подразделения. В отношении некоторых организаций вообще не рекомендуется осуществлять подобные мероприятия. В бытность Советского Союза достаточно было устного согласия начальника отдела или его заместителя для проведения проверки курируемого объекта, вызванной служебной необходимостью.

При нынешнем подходе уменьшается возможность совершения злоупотреблений, но, с другой стороны, бесконтрольность может привести к человеческим жертвам. Как это постоянно происходит в последнее время на коммерческих объектах. К примеру, в Кемерово при пожаре в торгово-развлекательном центре, в котором в связи с налоговыми каникулами запрещалось проведение любых проверок, включая противопожарную безопасность. В результате погибло свыше семидесяти человек, более половины из них были дети.

Несовершенство структурно-функционального построения службы экономической безопасности и противодействия коррупции, а также отсутствие научных критериев оценки деятельности сотрудников не способствуют повышению эффективности их работы. Кроме того, оперативники, независимо от уровня подразделений, традиционно много сил и времени затрачивают на постоянное исполнение заявлений, обращений, указаний, поручений, на участие в проведении различного рода несвойственных мероприятий. При таком подходе весьма сложно выявлять и осуществлять глубокую разработку участников организованных формирований. Попросту не хватает ни сил, ни времени, а зачастую и технических возможностей. Подразделения по борьбе с организованной преступностью такими вопросами не занимались.

Даже на уровне субъектов Российской Федерации им не всегда удается провести полную разработку группировок, имеющих коррумпированные связи в органах власти. Несмотря на то что служба построена по принципу вертикального подчинения, решение ряда организационных вопросов в определенной степени зависит от местных властей. То есть высокопоставленные чиновники государственных органов располагают возможностями оказания негативного давления на ход проводимых проверок либо расследований преступлений.

Раньше подобные действия заметно снижались в случае участия в мероприятиях сотрудников РУОП, УОП. Сказывался статус руководителей региональных подразделений, которые являлись заместителями начальника Главного управления МВД России и были практически недосягаемыми для местной администрации. Это позволяло принимать необходимые меры по изобличению чиновников регионального уровня. В последнее время все чаще коррумпированных высших должностных лиц субъектов Российской Федерации стали разрабатывать подразделения ФСБ с участием центрального аппарата.

В 2008 году функции противодействия организованной преступности общеуголовной направленности переданы в уголовный розыск. На подразделения по борьбе с экономическими преступлениями возложены обязанности противодействия коррупции и организованной преступности в сфере экономики.

Служба экономической безопасности в пределах своей компетенции осуществляет борьбу с организованной преступностью в сфере экономической деятельности и правонарушениями, совершаемыми мелкими группами. С учетом поставленных задач ее работа в большинстве своем осуществляется по принципу «от преступления в сфере экономики к преступникам», а не «от преступников к преступлениям», как это было поставлено в ГУОП, впоследствии переименованного в ГУБОП, а ранее в подразделениях БХСС. От приоритетности объекта оперативной направленности зависит и конечный результат работы. В первом случае таким объектом являются совершаемые преступления, во втором — преступные группировки.

Результаты работы этих служб оцениваются по количеству раскрытых преступлений и возбужденных уголовных дел, а не по численности разоблаченных группировок. Отсюда и слабая эффективность борьбы с данным явлением.

К компетенции уголовного розыска по-прежнему относится большое количество составов преступлений, предусмотренных действующим законодательством. Из них половина не представляет большой общественной опасности. Поэтому оперативные сотрудники не в состоянии проводить в полном объеме необходимые мероприятия по раскрытию совершенных преступлений, не говоря о разработке участников организованных группировок.

В связи с выполнением возложенных на них задач, а также с учетом их основного принципа работы «от преступления к преступнику» они не могут обеспечить эффективное противодействие одновременно на двух весьма сложных направлениях. Одно из которых требует нестандартного подхода, о чем свидетельствуют результаты деятельности в этом направлении.

Здесь необходимо учитывать то, что одни формирования совершают общеуголовные преступления, в том числе в сфере экономики, другие — экономические. В зависимости от преступной направленности часть из них попадает в сферу деятельности уголовного розыска, другие в область компетенции службы экономической безопасности.

При таком подходе не была учтена весьма важная особенность. Она заключается в том, что в большинстве своем формирования, составляющие это явление, имеют комбинированные структуры, которые совершают как экономические, так и обще-уголовные преступления, отнесенные к ведению обеих служб. Очевидность неверного решения подтверждается наличием объективного фактора, влияющего на сложность разделения функциональных обязанностей между службами в данном направлении. В итоге системным выявлением и разоблачением организованных формирований как таковых специально не занимается никто.

Поскольку это специфическое явление и оно не укладывается в рамки традиционного организационно-функционального построения органов внутренних дел, с ним должна вести борьбу специальная служба. Ее создание на первоначальном этапе позволило сконцентрировать все усилия на противодействии группировкам, независимо от совершаемых преступлений. Свою работу сотрудники строили по принципу «от участников организованных структур к преступлениям, ими совершаемым».

В настоящее время основным фактором, усугубляющим противоречия между службами, является то, что преступные сообщества, проникая практически во все жизненно важные области экономики и государства, чаще всего попадают в сферу деятельности подразделений экономической безопасности. Вместе с этим они также совершают и общеуголовные преступления, отнесенные к компетенции уголовного розыска.

Наибольшие сложности между данными субъектами всякий раз возникают в случае выявления какой-либо из служб участников группировки, подозреваемых в совершении преступлений, отнесенных к их сфере деятельности. Сотрудники, получившие первоначальную информацию, как правило, не проводят всестороннюю проверку, а приступают к ее реализации, в ходе которой зачастую выясняется, что основные деяния подозреваемых не относятся к их компетенции. Однако подключение на данном этапе работников профильной службы, как правило, не дает ожидаемых результатов. Потому что к этому моменту доказательства, связанные с особенностями совершаемых преступлений, могут быть утеряны. Кроме того, из-за отсутствия между службами тесного взаимодействия порой осуществляются параллельные оперативные мероприятия.

При сложившейся практике только обоснованное разделение компетенций и внутренняя специализация позволят сотрудникам принимать более или менее эффективные меры в борьбе с организованной преступностью в рамках своих функциональных обязанностей. Это объясняется наличием особенностей, присущих преступным группировкам, действующим в различных сферах. Такой подход обеспечит снижение внутриведомственных противоречий и повысит уровень проводимой работы путем рационального использования имеющихся сил и средств. При этом важная роль отводится координации деятельности различных служб и подразделений.

Большинство противоречий между ними устраняется, если их курирует один из руководителей подразделения. В разное время существовали и различные подходы. Были времена, когда службу БХСС курировал руководитель МВД, УВД регионального уровня, а уголовный розыск — один из его заместителей. В этом случае координация между субъектами оперативно-розыскной деятельности осуществлялась неэффективно.

Кроме разделения компетенций между указанными субъектами, важное значение приобретают критерии оценки их деятельности. В настоящее время они далеки от совершенства и нуждаются в изменении. Продолжающаяся оценка работы сотрудников службы экономической безопасности по количественным показателям не способствует результативности борьбы с организованными преступлениями. Погоня за «валом» дезорганизует оперативников, заставляет их ориентироваться на выявление незначительных, не представляющих общественной опасности правонарушений.

Существующее положение свидетельствует, что эффективное противодействие организованной преступности и терроризму способна осуществлять не Росгвардия — силовая структура, не уголовный розыск и служба экономической безопасности, а оперативная информационно-аналитическая специальная служба, структурно-функциональное построение которой должно состоять из пяти основных блоков. Таких как оперативный, информационный, аналитический, силовой и профилактический.

В качестве силового блока может быть использована Росгвардия. В настоящее время ее возглавляет охранник, а не оперативник. Один из его бывших помощников, в прошлом депутат Госдумы, вообще никакого отношения не имел к оперативной работе, но много о ней говорил, значит, «знает». Силовая структура попросту за уши притянута к выполнению ряда несвойственных ей задач. Неудивительно, что только за последние более чем два года на территории Российской Федерации был совершен ряд террористических актов.

В ноябре 2015 года в результате теракта в районе Синайского полуострова в воздухе взорвался российский самолет А-321, погибли 224 человека. Через год над Черным морем потерпел крушение военный самолет Ту-154, который вылетел из аэропорта Адлер и направлялся в Сирию. В результате катастрофы погибли 92 человека. Независимые эксперты в качестве приоритетной рассматривают версию теракта. Ночью в марте 2017 года группа экстремистов напала не на кого-нибудь, а на воинскую часть Росгвардии, дислоцирующуюся в Чечне. В ходе перестрелки погибли шестеро военнослужащих и шестеро боевиков. Остальным удалось скрыться. Спустя чуть больше недели в Санкт-Петербурге совершается теракт в метро. Четырнадцать человек погибли и сорок ранены.

Одним из путей повышения эффективности борьбы с рассматриваемым феноменом является взаимодействие оперативных подразделений органов внутренних дел и государственной безопасности. Это во многом обусловливается, во-первых, тем, что на ФСБ также возложены обязанности противодействия организованной преступности. Во-вторых, наличием отлаженной разведывательно-поисковой системы и менее сильного звена по реализации полученной информации. В органах внутренних дел наоборот — менее совершенной является система поиска информации и традиционно более развито направление по ее реализации.

На эту тему есть даже анекдот. Отец увольняется на пенсию из оперативного подразделения службы государственной безопасности и передает все дела сыну. Через месяц сын с радостью сообщает отцу:

— Дела, те, которые ты мне передал, я уже реализовал.

— Однако поспешил, сынок, я рассчитывал, что ты их внуку передашь.

В начале восьмидесятых годов оперуполномоченный Пролетарского районного отдела КГБ обратился к знакомому сотруднику БХСС Сергею Рыкову:

— Сергей, я за год на «клиента» нашего ведомства, работающего в продовольственном универсаме, собрал объемный материал. За это время задокументировали несколько эпизодов различных нарушений, связанных с торговлей продовольственными товарами. Провели ряд оперативных мероприятий, но никакой информации о подрывной деятельности, касающейся государственной безопасности, не получили. Сроки оперативной разработки закончились, а оснований для реализации до сих пор нет. Что делать, даже не знаю. Как инициатор разработки, по всей вероятности, скоро огребу выговор.

— Кем и в каком магазине ваш «клиент» работает? — спросил Рыков.

— В тридцать четвертом, на улице Трофимова, товароведом.

— Илья, этот продовольственный магазин находится в оперативном обслуживании нашего отдела. Поэтому, не затягивая, направляйте материал к нам. Я переговорю со старшим группы, чтобы проверку поручил мне. Посмотрим, как лучше с ним поступить.

Через три дня материалы из районного отдела КГБ поступили в ОБХСС и были переданы Рыкову Он посмотрел их. В них содержались задокументированные эпизоды нарушения правил торговли и спекуляции продовольственными товарами. Не проводя никакой дополнительной проверки, Рыков направил их в следственный отдел районного управления. В течение трех дней следователь возбудил уголовное дело в отношении товароведа по двум статьям.

Таким образом, Рыков по-легкому «срубил палку». В отдел КГБ направили информацию следующего содержания: «ОБХСС Пролетарского РУВД в результате проведенной проверки по материалам, полученным из отдела КГБ района в отношении товароведа тридцать четвертого универсама, возбуждено уголовное дело по статьям 154 и 156 УК РСФСР. В рамках уголовного дела проводится расследование».

После полученного сообщения сотрудник КГБ смог списать оперативное дело в архив как реализованное. Илья при встрече с Рыковым поблагодарил его и спросил:

— Как вам удалось так быстро возбудить уголовное дело? Мы с ним целый год возились.

— У нас на него тоже была собрана компрометирующая информация, но не хватало некоторых эпизодов для полного состава преступления, а в полученных от вас материалах они содержались. Поэтому все получилось быстро.

На самом деле ничего подобного в отделе БХСС не было. С тех пор практически ничего не изменилось.

Сочетание положительного опыта в деятельности оперативных служб упомянутых ведомств, подтягивание слабых направлений до высокого уровня и разграничение функций в пределах своих компетенций позволит устранить существующие противоречия, параллелизм и дублирование в работе.

В конце 1990-х годов руководителями Главного управления по борьбе с организованной преступностью становились часто сменявшие друг друга выходцы из уголовного розыска и даже из ВНИИ МВД. Со сменой руководителей — основоположников создания главка все чаще начала прослеживаться тенденция переноса традиционного количественного подхода к оценке деятельности спецслужбы.

В статистической отчетности подразделений появились такие показатели, как количество раскрытых преступлений и лиц, привлеченных к уголовной ответственности без учета их отношения к организованными группировкам. Изъятые у преступников денежные средства, материальные ценности, оружие. Эти данные как основные обычно отражаются в отчетах по результатам работы уголовного розыска и службы по экономическим преступлениям. Вместе с этим перестали учитываться степень организованности преступных формирований, наличие коррумпированных связей, количество разоблаченных группировок.

В то время когда за основу оценки деятельности ГУОП начали брать количественные показатели раскрытых преступлений, а не организованных структур, появилась угроза превращения его в отраслевую оперативно-розыскную службу. Если бы такой подход продолжился, специальная служба могла фактически перестать быть таковой.

Проблемы для любого коллектива начинаются с назначения некомпетентного человека на должность руководителя, а если подобное происходит в оперативном подразделении, то это оборачивается настоящей бедой. Аналогичная ситуация произошла в ГУОП МВД. На должность начальника главного управления был назначен ранее упомянутый генерал Петраков.

Несмотря на зрелый возраст — ему было за пятьдесят, — у него в одном месте детство играло. Оперативная служба ему казалась вроде детективного романа. Когда пришел в главк, первым делом дал указание хозяйственному отделу, чтобы вход в здание сделали по аналогу тюремного. При входе в металлическую клетку дверь автоматически закрывалась. После проверки удостоверений дежурный открывал ее, и сотрудники или посетители проходят в помещение. С одной стороны, обеспечивалась безопасность, но когда люди постоянно входили и выходили из здания, создавалась очередь. Введенный порядок просуществовал недолго. Затем его стали использовать только в случае необходимости.

Для пущей значимости своей персоны, по указанию Петракова, на лестнице, ведущей на второй и третий этажи, разместили бойцов СОБРа с длинноствольными автоматами. По два человека на этаже. Когда сотрудники увидели их впервые, решили, что спецназовцев задействовали на время проведения какого-то серьезного мероприятия. Однако на следующий день все повторилось. На лестничных площадках, изнывая от скуки, спецназовцы дежурили недели три, и только потом очередная затея прекратилась.

Не зная, чем заняться, Петраков решил читать все сообщения, поступающие от негласных источников оперативной информации, и сам стал писать на них свои замечания и давать поручения. Хотя это была прямая обязанность руководителей отделов. Однако первый заместитель министра, несмотря на то, что у него всегда были дела куда важнее, чем сообщения, зачастую содержащие общую информацию, считал иначе. Другое дело, когда в них имелась весьма важная информация. Тогда с нею знакомили руководство управления. Но здесь был другой случай, он читал их как эпизоды из детективных романов.

Узнав о такой слабости начальника главка, Нещадимов, памятуя требования руководства подробно излагать полученную информацию, старательно описал на двух страницах о деятельности группировки, создавшей финансовую пирамиду. Через три-четыре дня заместитель начальника отдела Павловский принес оперативникам сообщения с краткими пометками Петракова потому, что они были информационного характера. Последнее он передал Нещадимову.

— Михалыч, посмотри, там тебе генерал целую петицию написал, — сказал он.

«Значит, всерьез заинтересовался мошенниками», — подумал Нещадимов. Взяв бумагу в руки, он увидел, что в верхней части с левой стороны не совсем разборчивым почерком был написан текст красными чернилами. Присутствовавшие коллеги проявили неподдельный интерес к резолюции и стали с интересом ее разбирать. В ней содержалась, как всегда, глубокая мысль руководителя. «Тов. Нещадимов, чем тратить время на сочинение всяких опусов, лучше займитесь изобличением преступников».

— Валерий Михайлович, а ты, оказывается, и опусы писать умеешь, — с иронией, как всегда, заметил Миша Шмелев.

— А ты как думал?

— Догадывался, что можешь, но сомневался, а теперь начальник развеял все мои сомнения. Ха-ха-ха!

— Ну надо же, опусы. Там изложена конкретная информация, а ему опусы мерещатся, — возмущался Нещадимов.

— Ты бы покороче писал, а то генерал утомился от чтения, вот и высказал свое неудовольствие, — не унимался Михаил.

Здесь приведены только некоторые мелкие чудачества большого руководителя. Главная проблема заключалась в том, что Петраков своим дилетантством начал разваливать созданную спецслужбу.

В условиях гласности в средствах массовой информации стали широко освещаться методы оперативно-розыскной деятельности, используемые органами внутренних дел и государственной безопасности. Кроме того, криминальные структуры зачастую пользуются услугами бывших оперативников, которые консультируют их по вопросам выявления негласных сотрудников, обнаружения скрытого наблюдения, возможностей оперативно-технических подразделений и тому подобным. В свои ряды рекрутов, как правило, принимают только после тщательной проверки либо по рекомендациям, не вызывающим сомнения у криминальных авторитетов.

В ряде случаев уволенные сотрудники из правоохранительных органов сами возглавляют службы безопасности либо осуществляют охранные функции в коммерческих структурах, совершающих различного рода преступления. В некоторых крупных частных организациях для проверки вновь принимаемых работников используется спецтехника, в том числе возможности полиграфа. Его задействуют и в отношении своих сотрудников, подозреваемых в негласной связи с оперативными службами.

В одной крупной нефтяной компании в должности заместителя руководителя по безопасности работал бывший начальник УБХСС города Москвы. Находясь на службе в органах внутренних дел, он участвовал в разработке технических средств, применяемых в оперативно-розыскной деятельности. Полученные навыки стал использовать в отношении работников компании, подозреваемых в чем-либо предосудительном. При приеме на работу, по согласию с кандидатом, сотрудники службы безопасности задействовали полиграф. Впоследствии технические средства начали также с успехом применять и в отношении конкурентов и несговорчивых чиновников. За некоторыми из них в нарушение уголовного законодательства осуществлялось скрытое наблюдение и прослушивание телефонных разговоров. По сути дела, было создано частное сыскное подразделение, проводившее в полном объеме оперативно-розыскные мероприятия, которое впоследствии скатилось до убийств неугодных для компании лиц.

В одно время произошел всплеск бандитизма, в ряде крупных городов России участились случаи вооруженных нападений на коммерческие структуры, в особенности на ювелирные магазины, обменные пункты валюты, машины инкассаторов с человеческими жертвами. Увеличилось число угонов автотранспорта. Совершались они небольшими, хорошо законспирированными вооруженными бандформированиями, о чем свидетельствовал почерк преступлений. Использование традиционных методов по установлению участников группировок не приносило ожидаемых результатов.

Руководство главного управления, преобразованное в ГУБОП МВД, решило в рамках действующего законодательства использовать новые методы оперативно-розыскной деятельности, в которых основное место отводилось не техническим возможностям, а человеческому фактору. В создавшейся ситуации внедрение сотрудников разведки хотя и являлось эффективным, но было сложным по исполнению. Тем более что к тому времени реальных подозреваемых еще не было. Для установления конфиденциального сотрудничества с лицами, имевшими связи в преступной среде, затрачивалось меньше времени, однако по ряду субъективных причин оно является менее результативным. Поэтому приняли решение через негласных сотрудников на подставных лиц оформить в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и Краснодаре специальные коммерческие структуры с учетом совершаемых преступлений и особенностей регионов.

В Москве зарегистрировали две ювелирные мастерские и два ломбарда, которые разместили в муниципальных помещениях на Садовом кольце. Мастерскую по ремонту охотничьего оружия, включая нарезное, создали в доме напротив Белорусского вокзала. Автосалон по продаже бывших в употреблении автомашин, запасных частей и ремонту организовали на Каширском шоссе при выезде из города на территории бывшего таксопарка.

В Санкт-Петербурге в центре города в помещениях, принадлежавших мэрии, расположились ювелирная мастерская, два ломбарда и мастерская по ремонту охотничьего оружия. В Екатеринбурге и Краснодаре создали по одной ювелирной мастерской и ломбарду.

На работу пригласили проверенных специалистов, которые не были осведомлены о настоящих задачах, стоящих перед коммерческими структурами. Персонал предприятий под предлогом безопасности бизнеса постоянно снабжали сведениями о похищенных ювелирных изделиях, ценных предметах, автомашинах. Помещения оснастили соответствующим оборудованием и на первое время выделили необходимые денежные средства. С целью экономии бюджетных средств оформили льготное налогообложение. В комнатах установили скрытые видеокамеры. При появлении лиц, вызывающих подозрение, работники действовали согласно полученной инструкции.

Создав подобные структуры, сотрудники и в особенности руководство стали ждать появления лиц, имевших отношение к участникам разбойных нападений. Но не с целью их задержания, а выхода на членов бандформирований, поскольку участники преступлений, как правило, сами редко сбывают похищенное. В основном действуют через посредников. Спустя месяц созданные структуры продолжали работать в обычном режиме. За это время в поле зрения попадались только лица, совершавшие мелкие кражи либо занимавшиеся скупкой краденных вещей, не имевших отношения к разбойным нападениям. Их не трогали по причине возможного контрнаблюдения со стороны криминальных структур.

Время шло, но результатов по-прежнему не было. Руководители главка стали требовать от оперативников реальных результатов. Пытаясь оправдаться, ссылались на то, что коммерческие структуры, как их стали называть — «ловушки», функционируют непродолжительное время и, дескать, среди населения пока не стали популярными. В девятом отделе о проводимых мероприятиях знали три человека: Пономарев, Нещадимов и Варфоломеев — компьютерный специалист. Они вместе с сотрудниками из управления разведки отвечали за работу «ловушек». Проанализировав создавшуюся ситуацию, Варфоломеев на очередном совещании у начальника отдела предложил:

— Если учесть, что реклама — двигатель торговли, нам нужно создать в интернете соответствующие сайты и разместить ненавязчивую рекламу Она и будет служить побудительным мотивом для обращения в наши коммерческие структуры граждан, в том числе лиц из криминальной среды. Также можно подумать о создании по аналогу соответствующих предприятий и сделать рекламу о наличии у них финансовых возможностей для оптовых закупок таких товаров, как дешевая водка, жидкость для очистки стекол, икра, автомобили для разборки на запчасти, в зависимости от особенностей совершаемых преступлений в регионе. Мошенники на такие предложения обязательно «клюнут».

— Толковая идея. Вот ты и займешься этим, — сказал Пономарев.

— Но мне одному не справиться. Здесь много работы.

— Нещадимов тебе поможет. Приступайте. Я доложу руководству, чтобы заручиться поддержкой.

— Володя, всякая инициатива наказуема, — заметил Нещадимов.

Спустя непродолжительное время после запуска в интернете рекламы «первая ласточка», связанная с участниками разбойных нападений на ювелирные магазины, появилась в Москве в ломбарде. Затем в Краснодаре в ювелирной мастерской. Чтобы не «засветить» созданные структуры, оперативники строго придерживались требований конспирации. Никогда не задерживали подозреваемых лиц, их посетивших. Во всяком случае, сразу. С учетом того, что за предприятиями могло осуществляться контрнаблюдение, негласно «вести» их начинали только на определенном расстоянии от «ловушек».

Оперативники выходили на криминальные связи через посетителей подставных коммерческих структур, как правило, с помощью технических средств. Поэтому предприятия почти всегда оставались вне подозрения. В течение года работы удалось установить несколько вооруженных бандформирований, принимавших участие в разбойных нападения в пяти крупных городах. Продолжительность их существования во многом объяснялась тем, что преступления совершались в основном небольшими группировками, как правило, ранее не судимыми лицами, зачастую не имевшими отношения к местным криминальным структурам.

Однажды в Москве и Екатеринбурге оперативники по стечению субъективных обстоятельств вынуждены были задержать подозреваемых, посетивших в одном случае мастерскую по ремонту охотничьего оружия, в другом — ломбард. Хотя это произошло не сразу, а спустя сутки, в обоих случаях появилась угроза расшифровки предприятий-«ловушек». С целью ее исключения на указанных коммерческих структурах с участием сотрудников по экономическим преступлениям провели проверку хозяйственной деятельности. По результатам якобы вскрытых нарушений в присутствии понятых изъяли документацию, жесткие диски с компьютеров и работу временно приостановили. О чем сообщили в местных СМИ.

Впоследствии ломбард прекратил свое существование и был переориентирован на другую сферу деятельности в этом направлении. Мастерская по ремонту охотничьего оружия после проверки по оперативным каналам об отсутствии подозрений со стороны криминальных структур продолжила работу. Положительный опыт распространили на другие регионы со сложной криминогенной обстановкой.

ГУБОП стало практиковать искусственное создание обстоятельств, побуждающих лиц, совершающих корыстные преступления, к поиску возможностей для реализации добытых драгоценностей, имущества, иных преступных замыслов. В качестве побудительных мотивов использовались легенды о наличии у негласных сотрудников возможностей решения различного рода вопросов в сфере экономической деятельности в обход существующих правил.

С целью установления схемы совершаемых тяжких экономических преступлений работниками крупной холдинговой компании было принято решение использовать оперативника разведывательного управления. Под легендой помощника сенатора, располагающего возможностями решения различных вопросов, через имевшиеся оперативные позиции его рекомендовали руководству организации. Сотрудник действительно работал помощником члена Совета Федерации и имел связи в органах государственной власти. В рамках правового поля оказывал содействие бизнесменам в решении ряда хозяйственных вопросов. К нему стали обращаться коммерсанты не только холдинга. В процессе общения с лицами, представляющими оперативный интерес, он выявлял способы совершаемых правонарушений и лиц, к ним причастных.

В результате была установлена схема незаконного вывоза из ряда регионов алюминия, зерна, древесины. Вычислены чиновники аппарата правительства, занимавшиеся незаконным списанием с зарубежных стран долгов перед Россией, оставшихся со времен Советского Союза. С целью соблюдения конспирации принимались меры в интересах некоторых коммерческих структур, обратившихся к негласному сотруднику, по устранению искусственно создаваемых чиновниками административных барьеров.

В органах внутренних дел развитых стран Западной Европы и Америки практикуется проведение так называемых тайных операций для раскрытия наиболее опасных преступлений и выявления организованных преступных формирований. Как правило, путем внедрения в интересующую среду законспирированных работников полиции под соответствующими легендами. При этом основными направлениями таких операций являются, во-первых, разведывательная работа в криминальной среде по сбору информации о преступниках в целях их установления. Во-вторых, внедрение в такие группировки штатных полицейских под легендой для документирования противоправной деятельности и дачи свидетельских показаний в суде в случае необходимости. При этом штатные негласные сотрудники обеспечены правовой защитой от уголовного преследования за соучастие в совершении преступлений.

Эффективность противодействия организованной преступности и терроризму в полной мере зависит от современного уровня информационно-аналитического обеспечения оперативных служб различных ведомств, создания и внедрения цифровых интеллектуальных систем. Неудача первой концепции стратегии борьбы с организованной преступностью в США прежде всего связана с потерей значительного объема оперативно-розыскной информации, вызванной исключением из этой деятельности полиции штатов и ее возможностей в создании необходимой информационной системы.

Во избежание подобного рода ошибок, постигших США, информационная экспертная система для ГУБОП разрабатывалась с учетом использования оперативной и иной информации, находившейся в собственной локальной базе данных, различных учетах и информационных банках органов внутренних дел, а также иных ведомств. Ее основными задачами являлись:

• поиск признаков совершаемых организованных преступлений;

• выявление участников организованных преступных формирований, в том числе террористической направленности, и лиц, склонных к подготовке и совершению терактов;

• моделирование структур преступных формирований различной направленности;

• оперативно-тактическое прогнозирование, направленное на определение происходящих негативных процессов и тенденций в сфере экономики, организованной преступности, поведения отдельных субъектов экстремистской направленности;

• выявление организованных преступлений в сфере экономической деятельности и лиц, их совершающих.

В разработке первой версии принимали участие ученые Института проблем информатики Российской академии наук. Принцип работы базировался на основании созданных инструментальных средств. Наиболее важные данные содержались в ряде блоков базы знаний, основного ее инструментария, в частности:

• обобщенные типовые схемы организованных преступных формирований различной направленности;

• графические модели механизмов наиболее часто совершаемых преступлений;

• перечень признаков, свидетельствующих об организованных преступлениях;

• особенности и закономерности, определяющие причинные связи между участниками преступных формирований и совершаемыми деяниями;

• закономерности установления преступных связей;

• перечень характерных признаков организаторов и исполнителей преступлений, в том числе терактов.

Важное значение для разработки экспертной системы приобретают знания основ создания организованных формирований и их особенностей, а также механизмов совершаемых различного рода преступлений. Для группировок террористической направленности характерной чертой являются способы совершаемых преступлений. Особенности, закономерности, признаки устанавливались, обобщались, структурировались и формализовались в виде правил. В обобщенном виде полученные данные служили основой для разработки графических моделей организованных формирований и видов преступлений.

Интеллектуальная часть экспертной системы содержала обобщенные типовые модели организованных сообществ, совершающих экономические и иные преступления. В схемах моделей содержался перечень экономических предприятий, которые в наибольшей степени подвергались преступному воздействию. Также значились запланированные массовые мероприятия, предприятия жизнеобеспечения, места скопления народа. Указывались соответствующие органы государственной власти и должностной статус госслужащих, от которых зависело принятие решений по различным хозяйственным вопросам. Содержались графические модели различных видов преступлений. Имелся целый блок типовых структур преступных формирований, совершающих преступления в сфере экономики насильственным путем. Приводились характерные признаки лиц, от которых можно ожидать совершения таких преступлений, включая террористические акты.

Уникальность системы заключается в том, что для выявления ряда правонарушений и лиц, их совершающих, достаточно информации общего характера. Тем более что в СМИ порой содержатся сведения, представляющие оперативный интерес для органов внутренних дел. Раньше для установления должностных лиц, причастных к правонарушениям, такой признак, как материальное обеспечение, превышающее официальные доходы, являлся основополагающим, но сейчас он не используется.

В настоящее время нет необходимости выявлять государственных служащих, злоупотребляющих должностными полномочиями. Потому что более 80 % чиновников, наделенных полномочиями, дающими право принимать решения, в том числе в интересах коммерческих структур, совершают правонарушения. Подобному роду злоупотреблений во многом способствуют правовые нормы, содержащиеся в ряде законов. Лояльно именуемые ведомственными барьерами. В этой связи задача для оперативников упрощается. Не надо тратить время на выявление должностных лиц, совершающих преступления, по причине известности. Тем более свои доходы, нажитые «непосильным трудом», они даже не пытаются скрывать. Необходимо только найти доказательства.

Для работы экспертной системы используется большое количество правил, способных определять причинные связи между участниками группировок и совершаемыми деяниями на основании информации, в том числе содержащейся в открытых источниках. В большинстве своем она не представляет оперативного интереса, но при ее обработке, сопоставлении с другими данными в различных вариациях вырисовывается логическая, реальная схема связей. Сам подход к построению и использованию правил действует по принципу «если — то». Например, если:

• одним и тем же коммерческим структурам постоянно предоставляются льготы, преференции, и они побеждают на торгах для участия в реализации выгодных проектов, то должностные лица государственных органов, принимающие участие в решении этих вопросов, используют служебные полномочия в корыстных целях;

• коммерческая организация нерентабельная, но продолжает длительное время существовать, то она является ширмой, и ее работники совершают различного рода хозяйственно-финансовые правонарушения;

• бюджетной организацией заключаются невыгодные контракты, то чиновники, ответственные за их принятие, злоупотребляют служебными полномочиями;

• работники коммерческих предприятий постоянно поддерживают связи с криминальными группировками, то на этих предприятиях либо под их прикрытием совершаются различные преступления;

• в коммерческой структуре числятся лица, ранее судимые за общеуголовные преступления, но они не работают, то такое предприятие служит прикрытием для совершения преступлений;

• физическое лицо ищет возможность нелегального приобретения оружия, большого количества боеприпасов, компонентов для производства взрывчатых веществ, проявляет интерес к изучению кустарного изготовления взрывных устройств, то, вероятнее всего, идет подготовка к совершению теракта или иного насильственного преступления.

Правила могут применяться как в прямом, так и в обратном направлении.

Что касается закономерностей преступных связей, то они, как правило, устанавливаются с теми должностными лицами, которые располагают возможностями оказания содействия для достижения корыстных замыслов.

Чаще всего побудительными мотивами являются:

• родственные, дружеские, служебные и иные отношения между людьми;

• полномочия у должностных лиц органов государственной власти, позволяющие решение хозяйственных, юридических и иных вопросов в обход существующих правовых норм;

• возможности у субъектов с корыстной направленностью для установления связей с должностными работниками государственных органов, от которых зависит решение хозяйственных, юридических и иных проблем;

• вопросы, требующие решения в обход действующего законодательства.

Информацию о наличии возможностей у должностных лиц, представляющих интерес для субъектов с криминальной направленностью, оперативники ГУБОП получали из открытых источников либо в ходе проведения оперативно-розыскных или гласных мероприятий.

Сложным процессом является установление лидеров, организаторов преступных формирований и получение на них компрометирующих данных. В базе знаний системы предусматривалось содержание обобщенных сведений, характеризующих психологический портрет криминальных авторитетов.

Основными признаками для лидеров группировок, совершающих преступления в сфере экономики, являются:

• наличие властно-распорядительных функций в занимаемой должности;

• имеющиеся связи в экономических сферах, государственных, коммерческих и криминальных структурах;

• решительность, энергичность, способность подчинить других своей воле;

• выраженная корыстная направленность;

• коммуникабельность;

• возраст — от 30 до 55 лет;

• наличие в большинстве своем высшего образования.

По месту жительства эти лица характеризуются как достаточно материально обеспеченные, по месту работы как деловые, предприимчивые люди.

Вся имевшаяся информация на проверяемых лиц сопоставлялась с содержащимися в базе знаний признаками, характерными для организаторов. Подозреваемые, набравшие наибольшее количество баллов по разработанной программе, фактически могли занимать лидирующее положение в преступной среде. Поэтому вся дальнейшая работа в отношении таких субъектов по сбору и проверке информации строилась с учетом возможно выполняемой ими роли в сообществе.

Обобщенные данные, в том числе составляющие психологический портрет подозреваемых, использовались для формирования версий, активизации запросов на недостающую информацию о предполагаемых преступниках, принятия решений.

Кроме базы знаний, экспертная система предусматривает наличие собственного банка данных, который аккумулирует необходимую информацию криминального, компрометирующего и общего (легального) характера. Основными требованиями к вводимой в программу информации являются достоверность и своевременность. Важно то, что система способна функционировать в обычном режиме с банками данных, имеющимися в конкретных органах внутренних дел и иных ведомствах, содержащих различную информацию. Многие события, свидетельствующие о причастности участников группировок к совершаемым преступлениям, содержатся в информации открытого доступа.

Программа позволяет отслеживать текущие изменения, происходящие в типовых структурах преступных формирований. Своевременно контролировать меняющиеся способы совершаемых преступлений и закономерности установления криминальных связей. Все это может быть достигнуто в случае постоянного пополнения банка данных новой, свежей информацией из других источников.

При минимальных затратах времени и относительно ограниченном объеме информации экспертная система располагает следующими возможностями:

• выявления лиц, причастных к совершаемым преступлениям;

• установления свидетелей;

• моделирования структурных схем действующих преступных формирований с учетом особенностей региона;

• установления роли участников конкретной группировки в совершаемых деяниях;

• прогнозирования преступных действий конкретного формирования, в том числе террористической направленности;

• формулирования рекомендаций на получение недостающей информации;

• предоставления необходимой информации о лицах и фактах, содержащейся в банке данных;

• выявления организаторов преступных сообществ, в том числе террористической направленности;

• прогнозирования тенденций, намечающихся в организованной преступности региона.

В основу функционирования системы положена схема анализа, заключающаяся в установлении научно обоснованных признаков структурного построения действующих формирований. Разработанные типовые модели преступных группировок, сопоставляясь с конкретными данными и фактами, служат основой для выявления сообщества, лиц, причастных к совершенным преступлениям, и ориентиром по сбору новых сведений для их раскрытия.

Основные принципы работы программы заключаются в следующем. По запросу об интересующем лице, факте устанавливается вся информация, содержащаяся в банке данных. Далее этот процесс осуществляется в отношении выявленных субъектов, событий до тех пор, пока не будут обработаны все сведения, известные системе. Если в деяниях проверяемых лиц усматриваются признаки причастности к организованным преступлениям, то в автоматическом режиме определяется типовая структура, наиболее адекватная конкретной группировке. На экране появляется соответствующее графическое изображение. С помощью экспертного блока выявленные лица и факты, с ними связанные, размещаются на схеме.

Программа располагает возможностями моделирования коррумпированных и иных связей. На первоначальном этапе устанавливались государственные структуры, наделенные властно-распорядительными полномочиями в определенной сфере деятельности. По различным каналам оперативники получали информацию о государственных служащих, от которых зависело принятие определенных решений. При помощи имеющихся в системе обобщенных знаний вычислялись наиболее вероятные лица, причастные к преступлениям. В частности, чиновники, располагавшие возможностями для создания условий совершения экономических правонарушений, а также инициаторы и исполнители.

В соответствующие позиции типовой схемы расставлялись выявленные или предполагаемые подозреваемые субъекты. На основании анализа незаполненных позиций в смоделированной схеме сообщества определялись направления и ориентиры дальнейшей работы по сбору недостающей информации. Одновременно осуществлялся подбор лиц, которые в силу различных причин могли быть лояльно настроены к правоохранительным органам, с целью установления конфиденциальных отношений.

При наличии огромных массивов информации, даже той, которая, на первый взгляд, не имеет значения к проводимой проверке, экспертная система способна проанализировать за короткое время и выявить наличие причинных связей между лицами и фактами. Уменьшить до минимума круг подозреваемых.

Апробация смоделированного проекта проводилась в органах внутренних дел городов Санкт-Петербурга, Воронежа, Челябинска на специально подготовленных примерах с «привязкой» к местным условиям. В испытаниях принимали участие один из основных разработчиков программы профессор Кузнецов, заведующий лабораторией Института проблем информатики РАН, Нещадимов и сотрудники территориальных подразделений.

В создании программного продукта также участвовали лучшие специалисты Советского Союза, работавшие в оборонном комплексе, в странах Восточной Европы и Южной Америке. В ГУВД Санкт-Петербурга система вызвала неподдельный интерес у сотрудников различных служб. В практическом ее применении в основном были заинтересованы оперативники и следователи. После того как завершилась демонстрация созданной версии, в помещении остались разработчики и руководство главка. Заместитель начальника РУБОП Санкт-Петербурга обратился к ним с вопросом:

— Скажите, эта система позволяет выявить любые действующие преступные формирования?

— При желании — да, — ответил Кузнецов.

— Выходит, что проверяющий также может узнать, сколько в городе находится организованных группировок?

— Если поставит такую задачу, — ответил Нещадимов.

— При этом он непременно поинтересуется, какие принимаются меры в этом направлении. Ну и зачем мне нужно самому показывать руководству требуемый фронт работы? Для нейтрализации действующих в городе группировок потребуются дополнительные силы и средства, которых нам никто не даст. При этом постоянно будут спрашивать о результатах работы. Нет, к такой технике мы пока не готовы. Нас вполне устроило что-нибудь попроще.

— Что вы имеете в виду? — спросил профессор.

— Для начала нас вполне устроила бы какая-либо автономная программа. Ну, скажем, по содействию в раскрытии конкретных видов организованных преступлений.

— Для этих целей нужна как раз одна из сложных локальных программ в составе экспертной системы, поскольку в ней будет задействовано наибольшее количество различных блоков. Наш институт может для вас ее разработать и запустить в работу.

Следующая апробация проводилась в УВД города Челябинска с учетом ранее выявленных недостатков и уже на конкретных законченных уголовных делах. Для начала разработчики сделали корректировку базы знаний в соответствии с местными особенностями. Затем подключились к банкам данных ГУВД по Челябинской области и начали дозированно закачивать информацию, которая становилась известной на первоначальных этапах расследования преступлений. После чего система в автоматическом режиме выявляла лиц и факты к ним причастные. Вводилась дополнительная информация, предусмотренная функционированием программы. Недостающие сведения брались из банка данных. В результате выстраивалась логическая структура раскрытой группировки. В течение двух-трех часов, в зависимости от количества участников формирования и совершенных ими преступлений, устанавливались фигуранты уголовного дела с небольшой степенью допустимой погрешности.

В условиях стремления преступных сообществ к расширению сфер влияния, увеличения масштабов деятельности, установления связей криминального характера в странах ближнего зарубежья, Западной Европы, Азии, Америки вести с ними локальную борьбу бесперспективно. Это в основном касается формирований террористической направленности. Здесь нужен комплексный подход к использованию сил и средств правоохранительных и иных органов, который обусловливает в первую очередь создание системы постоянного электронного обмена информацией, представляющей оперативный интерес, для принятия упреждающих мер противодействия организованным сообществам.

Устранение условий, способствующих криминальным процессам

Система мер, направленных на предупреждение организованной преступности, характеризуется определенной спецификой, обусловленной особенностями данного социально негативного феномена, которая не исключает проведение в этих целях оперативно-розыскных мероприятий. Как показали результаты изучения практики, они являются наиболее эффективными. Если отвлечься от криминологии, то в философии понятия «предупреждение» и «профилактика» могут быть представлены как взаимосвязь целого и частного, общего и особенного, а на индивидуальном уровне «предупреждение преступлений» включает в себя профилактику, предотвращение и пресечение.

Несмотря на эффективность оперативно-розыскных мер, предупредительная работа не может быть ограничена противоборством лишь с отдельными группировками. В противном случае деятельность правоохранительных органов в значительной степени сводится к борьбе с последствиями деятельности организованной преступности, но не с ней самой. Ранее оперативным службам органов внутренних дел в соответствии с возложенными на них задачами отводилась особая роль в системе общих профилактических мер. Из них наиболее значимыми являются мероприятия по подрыву экономической основы организованной преступности.

В настоящее время со стороны различных государственных органов предупреждению преступности уделяется незначительное внимание, все усилия концентрируются на раскрытие конкретных преступлений. Однако такой подход не может быть эффективным. Об этом наглядно свидетельствует рост количества преступлений, совершаемых в сфере экономической деятельности. Успех борьбы в этом направлении зависит не столько от изобличения отдельных преступных группировок, сколько от умения прогнозировать происходящие процессы в организованной преступности, выявлять факторы, способствующие ее возникновению и развитию, принимать системные упреждающие меры.

В РУБОП по Санкт-Петербургу в отношении участников «Таманского» бандформирования в целях принятия мер предупредительного характера концентрировалась информация, поступавшая из различных источников. С помощью применения оперативно-технических средств были получены сведения о причастности членов группировки к разбойным нападениям на ювелирный магазин, обменный пункт валюты и покушении на жизнь генерального директора Северо-Западного морского порта.

Для задержания организаторов «Таманского» сообщества и активных его участников у сотрудников РУБОП не имелось достаточных доказательств их виновности. Поэтому решили сначала установить наружное наблюдение за двумя подозреваемыми в разбойных нападениях и покушении на убийство, а затем действовать согласно полученным данным.

Через три дня, вечером, от экипажа седьмой службы, проводившего негласное наблюдение, поступила информация о том, что оба объекта с двумя неизвестными лицами находятся в ресторане «Корвет» и скорее всего после встречи намереваются уехать из города. Возникла необходимость срочного задержания, но для задействования СОБРа времени уже не оставалось. Сотрудники управления решили действовать без силовой поддержки. К месту их нахождения на двух машинах выехали пять оперативников из отдела по борьбе с бандитизмом.

Метров за триста не доезжая до ресторана, который располагался на первом этаже гостиницы, находившейся на пересечении тихих улиц, оперативники вышли из автомашин и пошли в сторону «Корвета». По пути они встретились с бригадиром службы разведчиков, который пояснил обстановку:

— Расклад такой. Все четверо сидят за столом в дальнем углу зала, рядом с выходом из служебного помещения. Место выбрано неслучайно. В случае возникшей необходимости можно незаметно покинуть ресторан. По всей вероятности, они ожидают еще двоих, так как стол накрыт на шестерых человек. Скорее всего оба наших клиента имеют огнестрельное оружие. У одного, который в черной кожаной куртке, точно под мышкой находится пистолет. Он его периодически ощупывает рукой.

— Может, проверяет, на месте ли бумажник с украденными деньгами? — высказал предположение один из прибывших оперативников.

— Нет, бумажник так не оттопыривается. Сомнений нет, это пистолет. Те двое, которые к ним подошли, тоже стремные ребята. К ресторану подъехали на «БМВ» пятой модели, с номерами, замазанными грязью. Будьте осторожны при задержании.

К четверке молодых людей, сидевших в зале, с разницей примерно в десять минут подошли еще два молодых человека крепкого телосложения. Расстановка сил складывалась не в пользу оперативников. Поэтому они решили задерживать только «своих» клиентов, а на остальных переориентировать сотрудников седьмой службы, работавших в это время двумя экипажами.

Около девяти часов вечера пятеро из них стали прощаться с парнем, прибывшим последним. Выйдя на улицу, двое из числа подозреваемых пошли в сторону своей машины, другие остались около ресторана, о чем-то громко разговаривая. Возле автомобиля к ним подошли сотрудники РУБОП и представились. Парень в черной куртке неожиданно достал пистолет из кармана куртки и начал стрелять. Оперативники открыли ответный огонь, и стрелявший был убит на месте. Другие, находившиеся возле входа в ресторан, услышав выстрелы, побежали к своим на выручку. В ходе перестрелки одного оперативника бандиты застрелили, второго ранили. Из числа нападавших один получил ранение, и его задержали, но другим удалось скрыться на автомобиле «БМВ». За ними последовал экипаж наружного наблюдения.

В это время молодой человек, оставшийся в ресторане, услышав стрельбу, выбежал на улицу через служебный выход. Буквально запрыгнул в стоявшую рядом иномарку и на большой скорости выехал со стоянки. Второй экипаж седьмой службы принял его под наблюдение.

После случившегося Ледяев — старший группы, инициатор оперативной разработки — позвонил Свиридову, начальнику четвертого отдела РУБОП:

— Николай Павлович, это Ледяев. У нас ЧП.

— Что случилось?

— Плехов убит, Богданов ранен. Тяжело раненный Плеховым преступник скончался на месте. Один задержан. Трое других скрылись на «БМВ» черного цвета, номер неизвестен, так как замазан грязью. По всей вероятности, кто-то из них получил ранение. Бандитов повела наружка.

— Оставь там Карпухина и Грачева, а сам приезжай в управление. Сейчас объявим план «Перехват», и к ним направлю следственно-оперативную группу.

В это время старший экипажа, осуществлявшего наблюдение за тремя преступниками, скрывшимися с места перестрелки, по рации сообщил Ледяеву:

— В течение двадцати минут клиенты второй раз проехали на красный свет светофора и сейчас уходят из-под наблюдения. Едут в западном направлении. Вероятнее всего, в данном районе у них есть место, где можно залечь. После разгрузки наверняка машину постараются загнать в какой-нибудь гараж.

— Они заметили, что вы их ведете? — спросил Ледяев.

— Скорее всего нет. Хотя постоянно проверяются. Мы все время держимся на расстоянии для страховки.

— Если заметили, могут специально пустить по ложному следу. Возвращайтесь на базу и к завтрашнему утру подготовьте все «транспортные» документы.

Буквально через несколько минут Ледяеву по мобильному телефону позвонил старший экипажа, осуществлявший наружное наблюдение за парнем, находившимся в ресторане в компании «таманских», и доложил:

— Объект довели до адреса. Сейчас он находится в квартире на шестом этаже. Судя по его поведению и тому, как припаркована машина, в любую минуту может уехать. Сегодня будете его брать?

— Конечно. Уже выезжаем. Если объект выйдет из дома до нашего приезда, ведите его.

— Понял. Постарайтесь не задерживаться.

— Сейчас включим сирену и через двадцать пять минут будем на месте.

— Только не забудьте выключить ее при подъезде к дому, а то всех злодеев распугаете.

— Само собой.

Не прошло и двадцати минут, как трое оперативников с разных сторон дома вошли во двор, в котором проживал один из участников встречи с бандитами в ресторане, устроившими перестрелку. К ним подошел бригадир группы наружного наблюдения и сориентировал по ситуации. Буквально через десять минут сотрудник седьмой службы, находившийся в это время на лестничной площадке шестого этажа, по рации связался с бригадиром.

— Грузчики подъехали? — спросил он.

— Да, на месте.

— Встречайте, объект выходит. В черной ветровке, с синей спортивной сумкой.

Спустя минуту из подъезда вышел молодой человек, в руках он держал сумку темного цвета. Дабы не ошибиться и не задержать случайно подвернувшегося человека, как иногда бывает в таких случаях, взяли его в тот момент, когда он открывал свою машину. Подозреваемого доставили в управление и начали допрашивать по факту перестрелки. Но он ничего конкретного по поводу личностей преступников, с которыми встречался в ресторане, так и не сказал. В связи с предстоящим проведением масштабной операции времени оставалось мало. Поэтому решили его задержать на двое суток и пока оставить в покое.

Через час оперативники двух отделов РУБОП, работавшие по линиям борьбы с бандитскими формированиями и криминальными авторитетами, были в сборе. Прибыли начальник следственного отдела прокуратуры со следователем и сыщики из уголовного розыска ГУВД. Подъехала дежурная бригада бойцов СОБРа. Сотрудники, осуществлявшие оперативную разработку, проанализировали все собранные материалы на «Таманское» сообщество. Уточнили адреса, где могли находиться участники совершенного преступления. В западной части города располагались подконтрольные «таманским» гостиница, автосервис и несколько съемных квартир.

Сформировали более пятидесяти оперативных групп. Для задержания организаторов, имевших охрану, членов бандформирования, находившихся в общественных местах, привлекли спецназовцев. К двадцати трем часам прибыли еще тридцать сотрудников из ГУВД.

В первую очередь оперативные группы были направлены на установленные квартиры и гостиницу, расположенные в западном районе Санкт-Петербурга, а также рестораны, бары, кафе, где могли находиться участники «Таманской» группировки. Чуть позже выехали в адреса их проживания, в том числе на съемные нелегальные квартиры, оформленные на подставных лиц, с целью задержания по возможности в ночное время либо утром.

Ночью в развлекательных заведениях оперативники с участием бойцов СОБРа задержали около пятидесяти членов бандформирования и доставили в здание РУБОП. С лицами, пытавшимися оказать сопротивление или неповиновение, спецназовцы обращались жестко. Всех выстроили на этажах управления в два ряда, по всей длине коридоров, лицом к стене. Между рядами с оружием в руках прохаживались бойцы СОБРа, делая замечания задержанным, пытавшимся завести разговоры с соседями по несчастью или изменить позу.

Начались допросы доставленных. Утром были санкционированы постановления на производство обысков в местах пребывания подозреваемых, включая квартиры, офисы. В первой половине дня в управление привезли еще около тридцати человек, имевших отношение к «Таманской» бригаде. Во время задержания у некоторых при себе находилось огнестрельное оружие. В общей сложности в течение первых суток сотрудники РУБОП доставили более восьмидесяти участников одного из крупных преступных формирований, действовавших в Санкт-Петербурге. В последующие двое суток привезли еще двадцать человек. Несмотря на беспрецедентные меры, лиц, скрывшихся с места перестрелки у ресторана, так и не нашли.

О массовых задержаниях сразу же стало известно журналистам, и они начали предпринимать попытки пройти в здание управления. После согласования с МВД руководство РУБОП разрешило наиболее ярым защитникам криминальных авторитетов посетить здание управления. Трое журналистов, среди которых была одна девушка, в сопровождении оперативников и спецназа поднялись на второй этаж. Их взору представилась невеселая картина.

С двух сторон лицом к стене стояла разношерстная публика. У некоторых не в меру темпераментных мужчин, оказавших излишнюю прыть при задержании, брюки были мокрые. По всей вероятности, от переусердствования собровцев. Группа сотрудников вместе с журналистами, проходя вдоль выстроившихся в ряд доставленных лиц, остановились напротив одного стоявшего к ним спиной молодого человека, имевшего наиболее жалкий вид.

— Повернись и представься, — обратился к задержанному бригадир СОБРа.

— Шульгин Тимур Альбертович.

— За что и где задержан?

— В ночном клубе «Балтика». За что взяли, понятия не имею, я не при делах, ничего криминального не совершал. Это полный беспредел.

На третьем этаже по просьбе журналистки группа остановилась напротив парня, стоявшего лицом к стене в мокрых брюках.

— Повернись и представься, — сказал задержанному бригадир спецназа.

— Климов Антон Вадимович.

— Когда и за что задержан?

— Час назад при выходе из подъезда дома. За что задержали, не знаю. Ничего противозаконного не делал.

— Почему брюки мокрые?

— При задержании упал в лужу.

В то время когда группа посетителей с сопровождающими уже было направилась к выходу, вдруг впереди стоявший, упершись головой в стенку, молодой человек неожиданно упал на пол. Журналисты сразу стали возмущаться. Особенно усердствовала дама:

— В таких неудобных позах ребята уже несколько часов стоят у вас в коридорах. Даже некоторые стали терять сознание. Это настоящий произвол. Я буду жаловаться в прокуратуру и МВД. Пусть они принимают меры.

— Вчера эти невиновные, как вы сказали, ребята застрелили нашего сотрудника, у которого остались сиротами двое несовершеннолетних детей, — сказал начальник четвертого отдела.

Около восемнадцати часов в приемную начальника ГУБОП МВД из газеты «Вести Санкт-Петербурга» позвонила журналистка Зимина и сообщила дежурившему в этот день Нещадимову:

— Сегодня ночью сотрудники РУБОП в городе задержали более ста человек, которые уже несколько часов подряд стоят в коридорах управления, опершись руками и головой в стену. Я там была и все видела. Один молодой человек прямо на моих глазах потерял сознание и упал на пол. Примите меры по прекращению беззакония.

— Оставьте свой номер телефона, я вам перезвоню, — сказал Нещадимов.

Проверив номер и убедившись, что он действительно принадлежит редакции газеты «Вести Санкт-Петербурга» и там работает Зимина Ирина Аркадьевна, дежурный позвонил журналистке:

— Ирина Аркадьевна, позвоните в приемную через час, к этому времени постараемся во всем разобраться.

Положив трубку, Нещадимов позвонил заместителю начальника РУБОП Санкт-Петербурга:

— Анатолий Николаевич, добрый день, дежурный по главку полковник Нещадимов. Сейчас мне позвонила журналистка из газеты «Вести Санкт-Петербурга» и сообщила, что сотрудники РУБОП без всяких оснований задержали около ста невинных граждан, которые уже несколько часов находятся в коридорах здания управления, опершись на стены руками. Один молодой человек в ее присутствии от потери сознания даже упал. Что у вас там происходит?

— Мы уже докладывали вашему руководству, они в курсе событий. В связи с гибелью и ранением сотрудников в МВД направлено спецсообщение. Задержания подозреваемых проводятся в рамках уголовного дела, а обыски с санкции прокурора города, так что у нас полный порядок.

— Вы предлагаете мне переадресовать журналистку по вашей рекомендации за разъяснениями к начальнику главка либо его заместителям? Или самому обратиться к руководству, сославшись на вас? Вот обрадуются мои командиры любому из этих вариантов. Ее, конечно, можно отослать в пресс-службу МВД, но в этом случае ответы на вопросы она получит через сутки, не раньше. За это время журналюги такое напишут, что не только ваше руководство не будет в восторге, но и наше тоже. Не говоря о реакции центрального аппарата МВД. Может, все же расскажете мне о проводимых мероприятиях, а я постараюсь ей в рамках дозволенного объяснить создавшуюся ситуацию. Ведь журналистке надо что-то вразумительное сказать. Или вы считаете иначе?

— Хорошо. Вчера при задержании «таманских» был убит оперативник РУБОП и один получил ранение. Поэтому приняли решение о задержании известных лиц, причастных к группировке. У того, который упал на глазах журналистов, врач «Скорой помощи» при осмотре обнаружил в голове застрявшую пулю. Экспресс-экспертиза показала, что она была выпущена из пистолета, принадлежавшего погибшему оперативнику. Не зря он несколько часов терпел боль, находясь в управлении, боялся обратиться за помощью. После извлечения пули задержанного допросили, и он дал показания о возможном месте нахождения двоих участников перестрелки. Сразу же в установленный адрес выехали оперативники. Проникнуть в квартиру для задержания двух бандитов бойцы СОБРа смогли только после взрыва пластитом входной металлической двери. Так что скажите журналистке, что все мероприятия проводятся в рамках закона, пусть успокоится.

В девятнадцать часов в приемной главка раздался телефонный звонок. Нещадимов снял трубку.

— Приемная ГУБОП МВД, — сказал дежурный.

— Это Зимина вас снова беспокоит.

— Ирина Аркадьевна, мы разобрались в ситуации. Все задержания подозреваемых проводятся в рамках уголовного дела, возбужденного прокуратурой Санкт-Петербурга. Расследование по факту убийства и ранения сотрудников РУБОП осуществляют следователи городской прокуратуры. Что касается молодого человека, упавшего у вас на глазах, то он имеет непосредственное отношение к совершенному преступлению.

— Уже есть доказательства о его причастности к перестрелке с сотрудниками милиции около ресторана «Корвет»?

— Вы знаете, есть. Причем неопровержимые.

— И какие? Вы можете мне сказать?

— Конечно. Задержанный потерял сознание не от того, что долго стоял в неудобном положении, а от пули, застрявшей у него в голове, выпущенной из пистолета сотрудника РУБОП. Так что вам не стоит усердствовать по поводу защиты бандитов.

— Я все поняла, до свидания.

В результате проведенных мероприятий менее чем за трое суток сотрудники милиции задержали более ста участников одного из крупных преступных сообществ Санкт-Петербурга. По «горячим следам» выявили и арестовали всех причастных к перестрелке возле ресторана «Корвет». В процессе операции был раскрыт ряд ранее совершенных насильственных преступлений. В ходе следствия прокуратура города привлекла к уголовной ответственности около тридцати активных членов «Таманской» группировки, в том числе лидера и ближайшее его окружение.

Оперативники РУБОП одними из первых провели комплекс мероприятий по подрыву экономической основы бандформирования. Концепция этого направления деятельности была разработана Нещадимовым и одобрена руководством главка. В результате проведенной работы ряд коммерческих структур, находившихся под контролем группировки, в силу различных причин прекратили свое существование. Другие, воспользовавшись моментом, вышли из-под влияния «таманских», создав собственные службы безопасности. Часть предприятий попала под влияние других группировок либо заручилась поддержкой правоохранительных органов. Таким образом, наиболее влиятельная криминальная структура города практически прекратила свое существование.

Спустя некоторое время один из авторитетов «Таманского» формирования, находившийся в Москве, в доверительной беседе с заместителем начальника девятого отдела ГУБОП сказал:

— Мы даже не могли предположить, что оперативникам известны адреса наших конспиративных квартир, на которых задержали авторитетных людей, в том числе лидера бригады. Об их существовании знали только доверенные лица. Региональному управлению потребовалось менее трех суток, чтобы взять более ста человек, включая авторитетов, практически весь костяк «Таманской». Это наглядно показало: стоит только захотеть — за три, максимум четыре месяца по всей стране могут быть разгромлены крупные структуры, а оставшиеся загнаны в подполье.

В процессе проведения подобного рода мероприятий уголовному преследованию в основном подвергались лица, у которых при задержании было обнаружено огнестрельное или холодное оружие, реже наркотики. Либо на них уже имелись оперативные и иные материалы, свидетельствующие о причастности к совершенным преступлениям. Остальные, доставленные в подразделения органов внутренних дел, после установления личности и получения объяснений, как правило, освобождались, так как во время проведения аналогичных операций не всегда представляется возможность установить необходимые доказательства вины подозреваемых. Тем не менее они имели определенный профилактический эффект, поскольку удавалось на время дезорганизовать деятельность ряда группировок, установить ранее неизвестных их участников. Зачастую оперативно-тактические операции проводятся по задержанию «на сходках» преступных авторитетов.

Что касается профилактики террористической деятельности, то здесь основным фактором является устранение либо снижение социальной напряженности в определенном регионе, поскольку отдельными категориями граждан сложное социальное положение воспринимается как предвзятое к ним отношение.

Существующий на протяжении длительного времени низкий жизненный уровень большого количества жителей любой страны и отсутствие перспектив его улучшения порождают у них чувство социальной несправедливости. Такое состояние становится благоприятной средой для формирования мировоззрения с негативной направленностью. Недостаток рабочих мест, низкий уровень занятости населения в сфере экономики побуждают жителей аналогичных территорий искать средства для существования за пределами мест проживания. При отсутствии возможностей получить необходимую работу в местах временного пребывания молодые люди, в основном от двадцати до двадцати семи лет, нередко становятся подходящим «материалом» для вербовок рекрутов в террористические группировки.

Эффективным методом противодействия терроризму является неотвратимость и жесткость наказания не только для исполнителей, зачастую они сами погибают при совершении теракта, организаторов, заказчиков, но и их родственников. Из числа тех, с которыми они поддерживают отношения, оказывают материальную помощь. Любой человек должен знать, что, вступая в террористическое формирование, он уже подвергает не только себя, но и своих близких серьезным наказаниям. Во многих случаях теракты совершаются ради материальной выгоды, в том числе для родственников. Если каждый, кто собирается встать на эту стезю, будет осознавать, что своими действиями обрекает родных людей на страдания на многие годы, вплоть до выселения из жилища и его уничтожение, невольно задумается, прежде чем совершить подобный выбор.

К примеру, в Израиле родителей, братьев, сестер террористов могут выселить из дома, дом сжечь, и выдворить из страны. При таком подходе в нашей стране желающих совершать такие преступления сразу поубавится, поскольку родственники тоже будут принимать участие по удержанию своих детей от совершения терактов. Меры, конечно, жесткие, но почему от действий подобных выродков должны страдать ни в чем не повинные люди, в том числе дети? За совершенные злодеяния в определенной степени должны отвечать и те, кто воспитал таких нелюдей.

Безусловно, применение подобных мер неприемлемо для России по ряду объективных причин, связанных в первую очередь с многовековыми традициями граждан страны. Тем не менее ответственность за аналогичные действия должны нести и близкие родственники. В России с учетом ее самобытности, уважения к различным конфессиям, наличия природных и людских ресурсов имеются все возможности для повышения жизненного уровня граждан, устранения социальной несправедливости, порождающей возникновение негативных проявлений.

В 1990-е годы сотрудники правоохранительных органов России не были готовы к эффективной борьбе с терроризмом, поскольку в Советском Союзе такой проблемы не существовало. Отсюда и практический опыт у силовых структур попросту отсутствовал. На первоначальном этапе деятельности в этом направлении ими совершался ряд ошибок организационно-тактического характера.

К концу девяностых в связи с нестабильным положением на юге России участились случаи захвата людей в заложники с целью получения выкупа.

Осенью в Ставропольском крае трое вооруженных автоматами бандитов в местном помещении связи взяли в заложники восьмерых жителей станицы, расположенной недалеко от Дагестана. За их освобождение потребовали полмиллиона долларов и вертолет. После длительных переговоров удалось освободить одну женщину. Вечером сотрудники правоохранительных органов привезли деньги и предоставили вертолет, на днище которого прикрепили магнитный датчик. Бандиты потребовали, чтобы их не преследовали.

Находясь уже в вертолете, освободили еще пятерых человек, оставив в качестве заложников двух мужчин и пилота. Дождавшись темноты, взлетели и взяли курс в сторону Дагестана. В течение часа два вертолета с бойцами СОБРа при помощи установленного датчика на расстоянии следовали за ними. По мере приближения к горной местности ветер усилился, плохо закрепленный датчик сорвало потоком ветра, и сигнал с экранов пропал. Дальше пришлось лететь наугад, поскольку радары в горной местности на низкой высоте практически не работали. Связавшись со штабом проведения операции, пилоты получили информацию о примерном направлении дальнейшего полета, поскольку по пути следования располагалось единственное поселение. Приземлившись в удобном месте на окраине аула, бандиты с заложниками пошли к дому, обнесенному высоким сплошным забором, в котором проживали родственники одного из них. На ночь расположились в комнатах, а пленников поместили в подвал.

Спустя полчаса недалеко от горного населенного пункта сделали посадку вертолеты с бойцами СОБРа. Через некоторое время к аулу прибыли сотрудники местных правоохранительных органов Дагестана. Когда собравшиеся приблизились к первым домам, на лужайке увидели вертолет, на котором прилетели бандиты с заложниками. Все сомнения сразу рассеялись. Соблюдая меры предосторожности, сотрудники УБОП Дагестана через местных жителей установили место их нахождения. Задержание решили проводить на рассвете.

В четыре часа утра под покровом темноты семь бойцов СОБРа подошли к указанному дому. За высоким забором во дворе находилась собака. Почуяв чужих, она злобно зарычала. Не дожидаясь, пока начнет лаять, один из бойцов залез на забор и прямо под собой увидел силуэт большой кавказской овчарки. От неожиданности, почти не целясь, произвел беззвучный выстрел с сильнодействующим усыпляющим веществом. Однако собака успела залаять. «Неужели не попал в такого огромного пса?» — подумал он и быстро спрыгнул на землю. Все замерли, ожидая появления во дворе кого-либо из жильцов и непременно с оружием в руках. Но никто из дома не вышел, и собака больше уже не издавала никаких звуков.

Собровцы подождали на всякий случай двадцать минут. Затем преодолели забор и оказались во дворе. Воспользовавшись имевшейся информацией, полученной от местных жителей, о расположении комнат, сориентировались на месте и проникли в дом. Задержание было проведено настолько неожиданно и быстро, что бандиты не успели воспользоваться оружием, находившимся возле их кроватей. Заложников нашли в специально оборудованном под домом для подобных случаев подвале.

Всякий раз после захвата террористами заложников сотрудники различных отделов ГУБОП МВД России с целью воздействия на их организаторов задерживали чеченских влиятельных бизнесменов, руководителей диаспоры и доставляли в здание главка. Когда в первый раз привезли около двадцати человек и, ничего не объясняя, освободили через несколько часов, они были в недоумении. Но когда в очередной раз доставили уроженцев Чеченской Республики в управление, а некоторых уже по второму заходу, один из них, находясь в коридоре несколько часов, спросил у оперативников:

— Что опять случилось? За что нас задержали?

— А вы не догадываетесь, почему вас периодически задерживают? — спросил сотрудник главка.

— Это, наверное, связано с захватом заложников?

— Ну вот, выходит, вы все поняли?

— Но я здесь при чем?

— А вы подумайте, — сказал оперативник.

Однако подобные мероприятия были малоэффективными, поскольку чеченская диаспора, бизнесмены, находившиеся в Москве, большого влияния на полевых командиров не имели, несмотря на оказываемую им финансовую поддержку.

Многие меры профилактической направленности до сих пор осуществляются на примитивном уровне. В этом можно наглядно убедиться, стоит только посмотреть, как в Москве организовано патрулирование военнослужащими Росгвардии в метро и других местах скопления народа. Такие мероприятия в основном проводятся после очередного совершенного теракта либо в период праздничных дней. Для их реализации задействуется большое количество сотрудников различных правоохранительных органов и военнослужащих Росгвардии. Но на организацию без слез не взглянешь. Сплошная имитация. Как раньше патрулировали солдаты внутренних войск в метро, прохаживаясь строем по четыре-шесть человек, так и после создания Росгвардии ничего не изменилось.

На входе в метро работники полиции собираются в группы и ведут задушевные беседы, им и черт не брат, не то что террорист. Ни на кого не обращают внимания, и ни до кого им дела нет. Даже сотрудники метрополитена на некоторых станциях, таких как «Студенческая», «Митино», гораздо грамотнее выполняют свою работу. Они не ведут праздных бесед друг с другом, а стоят перед турникетами и пристально смотрят на каждого входящего человека и его вещи. При срабатывании металлоискателей содержимое сумок, пакетов проверяют с помощью специальных устройств.

Осуществлению эффективной профилактической работы в местах скопления народа надо учиться. Но скорее всего профессиональных инструкторов давно уже нет. Даже формальные мероприятия проводятся всего лишь только несколько дней, сразу после случившегося теракта. Затем все забывается до следующего «жареного петуха». Сплошная компанейщина, да и только, как говорили раньше.

В настоящее время в России отсутствует государственная система профилактики правонарушений. Многие нынешние профессионалы скорее всего о ней даже и не слышали. В общем, полная несостоятельность структур, осуществляющих противодействие организованной преступности и терроризму. В этой связи весьма полезно было бы поучиться у сотрудников правоохранительных органов и спецслужб Израиля. Но не только в целях ознакомления с положительным опытом, но и применения его на практике, что редко бывает.

Первый крупный террористический акт в истории современной России произошел в Ставропольском крае, когда группа боевиков численностью 195 человек захватила в заложники более 1600 жителей Буденновска, которых согнали в местную больницу. По пути движения застрелили несколько десятков местных жителей, включая сотрудников милиции, оказавших сопротивление. Для устрашения заложников в первый день бандиты расстреляли перед зданием больницы шестерых мужчин. Террористы выдвинули требования российским властям остановить военные действия в Чечне и вступить в переговоры с действующим в республике на то время режимом. На следующий день, в связи с неявкой на территорию больницы представителей прессы, по приказу лидера группировки боевики лишили жизни еще пятерых заложников.

Обстановка обострилась, поэтому в пять часов утра спецназ МВД и ФСБ начал штурм больницы. Бой длился около четырех часов. Во время него около двадцати человек были убиты и более пятидесяти ранены, большей частью заложники, так как террористы использовали женщин, детей и стариков в качестве «живого щита». Освободить удалось более шестидесяти человек и занять первый этаж больницы.

Находившиеся в это время в штабе проведения операции депутаты Госдумы, общественные деятели стали предлагать правительству пойти на переговоры с террористами. Под их давлением, в связи с нахождением за пределами России президента страны, от премьер-министра поступило указание о прекращении штурма. Утром следующего дня он начал вести прямые телефонные переговоры с лидером террористов с последующей трансляцией по центральному телевидению. В ходе общения председатель правительства пошел на уступки бандитам и начал принимать их условия. В полночь правительство согласилось на прекращение боевых действий в Чеченской Республике и вывод федеральных войск. Также было дано обещание террористам, что они смогут вернуться невредимыми в Чечню.

К полудню боевики отпустили первую группу местных жителей. Во второй половине дня большая часть людей была освобождена, и к больнице прибыли три автобуса. Вечером автобусы выехали с территории больницы, в них, кроме террористов, находились 123 заложника, в том числе двадцать журналистов, согласившихся их сопровождать, и три депутата Госдумы. Они направились в сторону Чеченской Республики. Колонну сопровождали боевые вертолеты со спецназом, готовые уничтожить бандитов. Однако такого приказа не последовало. Председатель правительства отказался от поступившего предложения руководителей спецслужб, сославшись на данное обещание лидеру террористической группировки.

Есть объяснение причины остановки штурма больницы, в результате которого могли пострадать невинные люди, но оправдать отказ от ликвидации террористов после освобождения заложников весьма сложно. При этом всегда имеется возможность сослаться на самостоятельное решение руководителей спецслужб, что они и предлагали сделать. Тем более уничтожение террористов, где бы они ни находились, по канонам ряда стран считается святым делом. Утром автобусы достигли аула Зандак на территории Чечни, где местные жители встречали бандитов, как героев. Здесь они освободили захваченных людей, а сами, пересев в легковые автомашины, скрылись по горным дорогам. Вертолеты со спецназовцами их не преследовали.

Если бы боевые вертолеты уничтожили террористов вместе с лидером, не было бы террористического акта ни в московском театре, унесшего жизни более 130 человек, ни захвата школы в Беслане, в результате которого погибли свыше 300 человек, ни взрыва грузовика возле Дома правительства в Грозном, где убиты 72 человека, и ряда других терактов. Уступка со стороны руководства государства дала повод считать, что с помощью террористических угроз можно добиться уступок в решении политических проблем.

После освобождения заложников и благополучного исхода для террористов проведенной акции журналисты спросили у премьер-министра:

— Степан Викторович, Евдокимов в интервью сказал, что, если бы вы не остановили штурм, террористы были бы уничтожены и сейчас не гуляли на свободе.

— А кто такой Евдокимов?

Этого было достаточно, чтобы спустя два месяца первого заместителя министра внутренних дел, который непосредственно принимал участие в освобождении заложников в Буденновске, отстранили от должности. Второе лицо в государстве не потерпело публичных обсуждений своих непрофессиональных решений. Даже на видеозаписи переговоров председателя правительства огромной страны с лидером группы террористов было видно, как тот диктует свои условия. При этом премьер обращался к нему не по фамилии или имени, что было бы вполне логично, а по имени и отчеству, как к нормальному человеку. В качестве отчества употреблял его фамилию, не иначе как Басаевич. Если бы бандит захотел, смог бы добиться и больших уступок.

В определенной степени вред борьбе с терроризмом наносит завышенная самооценка работы оперативных служб различных ведомств и нежелание признавать допущенные ошибки. В конечном итоге это мешает реальному восприятию происходящих событий, в том числе связанных с терактами, и устранению имеющихся недостатков в работе. Синдромом завышенной самооценки своей значимости в большей степени, чем другие, страдают сотрудники ФСБ.

Как-то летом во второй половине 2000-х годов в СМИ появились сообщения, что террорист номер один с несколькими боевиками вез на «КамАЗе» по проселочной дороге через территорию Ингушетии оружие, боеприпасы, взрывчатку, и на окраине села Экажево произошел взрыв грузовика. Люди, находившиеся в грузовике и двух легковых автомашинах сопровождения, погибли. На место происшествия через полчаса приехали вездесущие журналисты. Примерно через час прибыли работники милиции, и только спустя почти полтора часа появились сотрудники УФСБ по Республике Ингушетия.

В первых заявлениях службы безопасности также сообщалось о случайности подрыва «КамАЗа», перевозившего взрывчатку, боеприпасы по тряской проселочной дороге. От этого снаряды могли сдетонировать. На тот момент никто даже не думал приписывать себе заслуги по уничтожению террориста номер один, поскольку случайность — это непознанная закономерность. Значит, к произошедшему событию косвенно имели отношение все силовые ведомства. Однако через некоторое время, поразмыслив, ФСБ стала представлять подрыв грузовика не иначе как заранее спланированную и проведенную ими многоходовую операцию по уничтожению наиболее влиятельного на Кавказе террориста.

Журналисты, прибывшие первыми на место взрыва, стали задаваться вопросом. «Если операция проводилась сотрудниками ФСБ, то почему они прибыли на место взрыва спустя только полтора часа, а не сразу? Что же это за операция, о которой инициатор ее проведения узнает последним?»

Практика свидетельствует, что самые достоверные сведения, появляющиеся в СМИ, это те, которые транслируются, освещаются первыми, сразу после происшедшего события, то есть еще без купюр. Классический вариант не был исключением и на этот раз. Сначала была опубликована достоверная информация, а затем начали появляться всякие небылицы, одна невероятнее другой. В общем, как всегда.

Терактам в наибольшей степени подвержены места скопления народа. В крупных городах России в большей степени уязвимым местом является метро. Если бы руководители правоохранительных и иных государственных органов иногда ездили на общественном транспорте и рисковали, как и все граждане, профилактическая работа была бы поставлена гораздо лучше. Но такого быть не может, поэтому от них требуется обеспечение безопасности не только своей жизни, но и граждан России, и в первую очередь от терроризма — чумы XXI века.

С целью массового захвата заложников экстремисты заранее выбрали театральный центр на Дубровке в Москве. Вечером к нему подъехали три микроавтобуса, из которых вышли около 40 вооруженных человек. Обезвредив охранников электрошокерами, они зашли в здание. Основная часть группы ворвалась в концертный зал, где в это время проходил спектакль, на котором присутствовали более 800 человек. Всех людей, находившихся в здании, объявили заложниками и начали минировать театр. Среди них были и смертницы, обвешанные взрывчаткой. В центре зала и на балконе разместили два металлических баллона, начиненных взрывчаткой. От федеральных властей потребовали немедленного прекращения боевых действий в Чеченской Республике и вывода федеральных войск.

Установить контакт с террористами попытались представители общественности, но они не шли на это. Спустя некоторое время депутату Госдумы и известному детскому врачу в результате переговоров все же удалось вывести из здания несколько детей. В течение двух суток бандиты застрелили пятерых человек.

На третьи сутки, рано утром, подразделения спецназа ФСБ через вентиляцию стали закачивать в здание сильнодействующий нервно-паралитический газ. Скорее всего с превышением допустимой концентрации и объема. Для проверки результатов воздействия газа на боевиков погасили прожекторы, которые освещали главный вход в театр. Ранее они предупреждали, что, если свет будет погашен, начнут расстреливать заложников. Однако стрельбы в здании не последовало. Для контроля взорвали две шумовые гранаты, никакой реакции. Это означало только одно: все люди, находящиеся внутри здания, пребывают в без-сознательном состоянии и можно начинать штурм, не опасаясь сопротивления.

По данным ФСБ, через полчаса после так называемого штурма здание находилось под контролем спецназа, а хорошо вооруженные 36 террористов уничтожены. Очевидно, никакого штурма вовсе не было, да и смысла в нем тоже. К этому времени из числа заложников уже погибли более 60 человек. Такая же участь постигла и всех террористов. Тем не менее спецназовцы на всякий случай сделали по их недвижимым телам контрольные выстрелы. Вот и весь штурм. В этой ситуации нужно было не имитацией заниматься, а организовать быструю эвакуацию людей из помещения, заполненного токсичным газом, и обеспечить оказание им экстренной медицинской помощи.

В процессе бездарно проведенной операции по освобождению заложников, только по официальным данным, погибли 130 человек. В других источниках указано больше. Из них пятеро были убиты террористами, а 125 скончались в результате действия отравляющего газа. Безусловно, бандиты понесли заслуженное наказание, но какой ценой? Погибли и ни в чем не повинные люди, среди которых были дети. Пожалуй, одной из самых циничных оценок происшедшей трагедии является официальная, исходя из которой следует, что освобождение заложников произошло в результате успешно проведенной операции.

В период проведения социально-экономических реформ важная роль отводится правоохранительным органам, которые должны прогнозировать возможное наступление негативных последствий при изменении законодательства. С целью их упреждения либо нейтрализации необходимо своевременно принимать организационно-правовые меры. Особое внимание должно уделяться совершенствованию экономического механизма, государственному и общественному контролю за бюджетными финансовыми ресурсами и качеством выпускаемой продукции, обеспечению добросовестной конкуренции, снижению монополии, в том числе государственных корпораций.

Наличие в любой стране системы контроля позволяет вовремя вскрывать имеющиеся проблемы в экономике и принимать соответствующие меры, направленные на недопущение социальной напряженности, за которой в противном случае может последовать социальный взрыв. Слабый контроль или его отсутствие способствует безнаказанно совершать правонарушения в сфере экономической деятельности, в том числе причиняющие вред здоровью людей.

Безопасности нации угрожают беспринципные предприниматели, выпускающие некачественные товары. Преследуя корыстные цели, в процессе производства они нередко используют дешевые, экологически опасные заменители или изготовляют фальсифицированную продукцию либо нарушают технологический процесс. Все это зачастую приводит к потере здоровья и гибели людей. Ради наживы алчные коммерсанты фактически травят свой народ, а надзирающим и контролирующим структурам до них и дела нет. Проблема усугубляется еще и тем, что гражданам пожаловаться некому, райкомов и обкомов уже почти 30 лет как не существует. Конечно, они могут обратиться в суд, но понапрасну потратят массу времени, денег, нервов и ничего не добьются, кроме нервотрепки.

Сложившейся ситуацией пользуются всякого рода мошенники и дельцы. При этом коммерсанты постоянно жалуются на проведение массовых проверок различными ведомствами. Однако здесь не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Если допустить, что на предприятии все в порядке и проверяющие, в том числе с меркантильными намерениями, не смогли выявить никаких нарушений, вымогать взятку они попросту не станут. Поскольку в этом случае по определению отсутствуют основания для подобных действий. Конечно, такие контролеры в рамках своих функциональных обязанностей могут прийти еще один-два раза, но не более того. Если опять не найдут ничего противозаконного, потеряют всякий интерес к данным хозяйствующим структурам.

Побудительным мотивом для частого проведения проверок являются постоянные нарушения хозяйственно-финансовой деятельности. Но эта проблема решается очень просто. Стоит только навести требуемый порядок, и любая организация, предприятие сразу же избавится от излишнего внимания со стороны контролирующих органов. Однако на официальном уровне такая ситуация преподносится не как отсутствие системы эффективного контроля, а как «кошмаривание» бизнеса. То есть ущемление прав «добросовестных» предпринимателей. В то же время никого из них не беспокоят низкое качество и завышенные цены. Порой в несколько раз не только на изготовляемую продукцию, но также на реализуемые импортные товары.

Наглядным примером может служить стоимость детских товаров, в том числе пластмассовых игрушек. На первоклассников обувь стоит столько же, сколько на взрослого человека. Цены как минимум завышены в два-три раза. Это свидетельствует о «реальной заботе» государства о демографическом развитии страны. Для сравнения: в Советском Союзе стоимость детских изделий была самой низкой по сравнению с другими товарами и весьма высокого качества. Скорее всего драконовские цены коммерсанты устанавливают потому, что знают: родители для ребенка будут покупать необходимые вещи за любые деньги.

Случаи проявления порядочности у некоторых предпринимателей все же иногда имеют место. Однажды на совещании у министра регионального развития по вопросам строительства жилья руководители крупных компаний по привычке жаловались на количество проверок и слабую государственную поддержку. В это время слово для выступления попросил генеральный директор екатеринбургской строительной организации. Неожиданно для присутствующих он обратился не к министру, как до него делали выступающие, а к своим коллегам:

— Уважаемые господа! В стране строительный бум закончился. Покупательная способность населения невысокая. Поэтому нам нужно пересмотреть ценовую политику. Если мы сейчас не поступимся корпоративными принципами и не пересмотрим стоимость квадратного метра жилья, нас попросту вытеснят с рынка недвижимости другие развивающиеся компании, в том числе иностранные. Не сомневаюсь, что в данном вопросе им окажут содействие государственные структуры и в частности Минрегион России. Снизить цены, сделать их приемлемыми для покупателей и при этом остаться в прибыли позволяет высокорентабельная строительная отрасль.

В перерыве совещания к нему подошли заместитель начальника отдела развития стройиндустрии министерства и помощник министра.

— Сергей Васильевич, я полностью с вами согласен. Безусловно, нужно исходить из реальной покупательной способности населения и снижать цены на жилье. Кто мог купить дорогие квартиры, давно их приобрел. Остались менее обеспеченные люди, и их возможности надо учитывать. Тем более у строительных организаций, несмотря на высокую стоимость земельных участков, доходность позволяет снизить цены без всякого ущерба, — сказал заместитель начальника отдела.

— Спасибо, от своих понимания не скоро дождешься.

— Сергей, достойное выступление, тем более в присутствии министра и руководителей крупных строительных компаний. Ты не боишься, что коллеги побьют тебя за такое предложение? — с юмором сказал помощник министра.

— Не побьют. Я думаю, министерство меня поддержит.

— Даже не сомневайся, мы полностью на твоей стороне, — подтвердил помощник.

Уменьшение количества проверок не является панацеей для недобросовестных коммерсантов. Эта мера не спасет их от внимания государева ока. Пока есть контролирующие, надзорные, правоохранительные органы, они будут исполнять свои функции. Основная их задача как раз и заключается в осуществлении мероприятий в отношении недобросовестных коммерческих структур, которые сильнее всех ратуют за их сокращение.

Когда же вскрываются правонарушения, в том числе серьезные, руководители подобных предприятий, как правило, первыми предлагают взятку, ее даже не надо вымогать. Потому что сумма официального штрафа обычно в разы больше, чем та, которая предлагается. Проверяющие знают: в таких структурах постоянно допускаются различного рода правонарушения. Значит, придут еще не один раз, так как уверены, предпринимателям гораздо выгоднее дать взятку и продолжить нарушать установленные правила, чем заплатить штраф и устранить выявленные недостатки.

Отсутствие общественного и государственного контроля за любой деятельностью в обществе, тем более в переходный период к рыночным отношениям, порождает произвол и способствует различного рода злоупотреблениям. Простым сокращением проверок порядок не наведешь. Уменьшится их количество — увеличится число правонарушений, зачастую связанных с гибелью людей. Это наглядно продемонстрировал случившийся пожар в торгово-развлекательном центре города Кемерово. Только после произошедшей катастрофы последовало указание о снятии запрета на проверки коммерческих структур в части, касающейся безопасности людей.

Если в каком-нибудь регионе происходит массовое пищевое отравление местных жителей, тут же следует распоряжение об отмене сокращения проверок в данном направлении хозяйственной деятельности. В настоящее время основным побудительным мотивом для принятия решений на высшем государственном уровне, по крайней мере в сфере экономики, становится «жареный петух».

Контроль — не чья-либо прихоть, а атрибут любой организованной структуры. Основными задачами проверок являются осуществление контроля за выполнением поручений, соблюдением норм, правил и своевременным устранением выявленных недостатков. Без него деятельность любой структуры обречена на появление в работе каких-либо сбоев, отклонений, правонарушений, вплоть до ее развала. В случае установления нарушений на объекте проверяющие должны принимать меры по их устранению, при повторном выявлении недостатков — вплоть до его приостановления либо закрытия. Это и будет служить стимулирующим фактором, направленным на соблюдение правовых норм в сфере экономики. Тогда и качество выпускаемой продукции повысится, и собираемость налогов увеличится.

Проведение проверок один раз в три года или только с разрешения прокуратуры — полная профанация. Прежде чем вводить такую практику, необходимо хотя бы познакомиться с системой контроля в странах с развитой рыночной экономикой и последовать их примеру. Вот тогда доморощенные коммерсанты поднимут не поддельный, а настоящий вой. В странах с развитой экономикой все жестко. Нарушил — заплати штраф, зачастую превышающий незаконно полученную выгоду. За повторное нарушение могут лишить лицензии либо закрыть предприятие и на несколько лет запретить виновному лицу заниматься бизнесом. При этом основной задачей является не уменьшение официальных проверок, о которых хозяйствующий субъект знает за несколько месяцев, а создание условий по недопущению правонарушений в сфере экономики. Поэтому развитые страны и являются таковыми.

Аналогичный подход к организации контроля как раз и нужен в нашей стране, тогда и криминальные группировки потеряют возможность извлекать незаконную выгоду. В этой связи весьма важно одновременно ужесточить ответственность контролирующих и правоохранительных органов, с тем чтобы субъекты, осуществляющие проверки, за недобросовестное выполнение служебных обязанностей несли реальную административную и уголовную ответственность и им было не выгодно скрывать выявленные правонарушения и получать за это мзду. Все до банальности просто: при соблюдении предпринимателями установленных законом требований проверяющие окажутся весьма редкими у них гостями. Есть и второй путь — ликвидация всех контролирующих и надзорных органов в угоду коммерсантам и в ущерб потребителям.

Без создания системы контроля за соблюдением правовых норм не только хозяйствующими субъектами, но и государственными органами, включая правительство и администрацию президента, экономика по-прежнему будет оставаться на примитивной стадии развития. Проблема заключается в том, что делать это в ближайшее время никто не собирается.

Важной задачей в рамках устранения условий, способствующих криминальным процессам, является совершенствование законодательной базы с учетом современных требований социального и экономического развития страны. Решение этой проблемы заключается в проведении анализа нормативных правовых актов, выявления и устранения имеющихся в них пробелов, противоречий, которые используются или могут быть использованы преступниками в корыстных целях.

Было начавшиеся экономические преобразования в начале 2000-х годов вот уже на протяжении почти 20 лет никак не могут получить свое логическое развитие. В основном по причине отсутствия политической воли и, как следствие, несовершенства действующего законодательства. При этом до сих пор не существуют реально разработанные государственные программы по стабилизации социально-экономического положения в стране на ближайшее будущее, а те, которые имеются, постоянно не выполняются. Вместо системного управления экономикой используется примитивное «ручное управление».

До настоящего времени основным условием претворения в жизнь принимаемых законов по-прежнему остается создание механизма реализации содержащихся в них правовых норм. Важным фактором эффективного его функционирования является, во-первых, учет в законодательных актах интересов большинства граждан страны. Во-вторых, наличие организационного и материального обеспечения их реализации. Многие правовые нормы по этой причине попросту бездействуют, что не способствует экономическому развитию страны.

Ранее созданная система противодействия организованной преступности предусматривала реализацию специальных мер предупреждения по трем основным направлениям:

• оперативно-тактическое прогнозирование процессов, происходящих в организованных формированиях, включая группировки террористической направленности;

• выявление и устранение обстоятельств, способствующих развитию преступных структур;

• принятие оперативно-розыскных и иных мер по предупреждению и пресечению организованных преступлений.

Для осуществления первого из указанных направлений в ГУБОП создавалась комплексная система сбора и анализа оперативной и иной информации. Необходимые данные получали в процессе проведения целевых мероприятий, в том числе во взаимодействии с работниками различных государственных органов. В частности, с Федеральной налоговой службой. Весьма значимые сведения о факторах, способствующих проявлению и активизации организованной преступности, содержатся в материалах уголовных дел.

На основе собранной информации делались выводы или строились прогнозы о возможном наступлении негативных процессов. Прогнозирование помогало использовать имевшийся тактический и технический арсенал оперативных служб в борьбе с организованной преступностью. На его основе готовились специальные программы и рекомендации региональным подразделениям.

В наибольшей степени на активизацию деятельности организованной преступности оказывают влияние следующие особенности регионов:

• рост количества коммерческих структур и лиц, занятых предпринимательской деятельностью;

• наличие у населения повышенного спроса на определенные товары, сырье, услуги;

• экономические объекты, изготавливающие продукцию, пользующуюся повышенным спросом на внутреннем и внешнем рынке;

• предприятия, осуществляющие торговлю товарами повышенного спроса;

• наличие дефицитной сырьевой базы;

• предприятия с различными формами собственности, выполняющие услуги, пользующиеся у населения повышенным спросом;

• имеющиеся комфортабельные места отдыха;

• близость морских, речных портов и границ с сопредельными государствами;

• предприятия, использующие и перерабатывающие драгоценные металлы и камни.

Кроме указанных факторов, на активизацию преступности также оказывают воздействие:

• наличие в коммерческой деятельности возможностей противоправного обогащения;

• благоприятные условия для нелегального бизнеса, приносящего большие доходы;

• имеющиеся в регионе уголовные авторитеты, участники организованных формирований, избежавшие наказания, судимые за корыстные и насильственные преступления, не ставшие на путь исправления, и другие криминальные элементы.

Организованные преступные структуры появляются и действуют там, где можно поживиться.

В настоящее время в процессе проведения анализа не используются возможности экспертных систем. Выводы в основном делаются на основании информации гласного характера. При этом редко принимаются во внимание оперативные данные. Практически не осуществляется оперативно-тактическое прогнозирование. Традиционная система сбора и обработки имеющейся информации все больше отстает от потребностей оперативных служб. Отсутствие необходимых теоретических и методических разработок практически исключает возможность адекватного прогнозирования происходящих процессов в сфере экономики и организованной преступности.

На современном этапе невозможно обойтись без перехода к научно обоснованному прогнозу, имея в виду, что прогноз социальных явлений, в том числе организованной преступности, — это не высказывание о будущем, а систематическое исследование происходящих процессов в группировках с помощью современных средств и методов. Установление секторов экономики, которые в ближайшее время будут подвержены преступному воздействию, позволит принять упреждающие меры.

Одним из способов опосредованного воздействия ГУБОП МВД на устранение обстоятельств, способствующих развитию организованной преступности, являлась подготовка и направление в различные государственные органы соответствующей информации. Ряд вопросов такого характера рассматривались на уровне субъектов Российской Федерации. Для решения более сложных проблем, относящихся к компетенции федеральных органов власти, предложения направлялись в соответствующие высшие государственные структуры. Определенный профилактический эффект также оказывают средства массовой информации. Из них наиболее значимыми стали специальные телевизионные и радиопередачи, посвященные вопросам борьбы с преступностью.

Что касается предупредительной деятельности, то весьма эффективным средством воздействия на организованные формирования являются комплексные операции. Они планируются и проводятся при обострении криминогенной обстановки, создающей реальную угрозу жизни и здоровью граждан, затрудняющей нормальное функционирование государственных и коммерческих структур, когда принимаемые меры не дают ожидаемых результатов и требуется мобилизация усилий различных служб и ведомств. В процессе их проведения, как правило, задействуются силы и средства органов внутренних дел и государственной безопасности.

Такие мероприятия проводились на Дальнем Востоке, в Сибирском округе, Санкт-Петербурге, Самарской, Астраханской областях и других регионах. Основная их цель заключалась в пресечении деятельности вооруженных бандформирований, поразивших важные экономические объекты, включая крупные железнодорожные узлы, аэропорты, морские порты, металлургические заводы, автомобильные предприятия, а также совершавших преступления на автотрассах федерального значения.

В Новосибирске, в третьем по численности населения городе России, с наличием различных НИИ и большим количеством крупных промышленных предприятий, складывалась непростая криминогенная обстановка. Город своим экономическим потенциалом стал привлекать внимание криминальных структур различных мастей, «воров в законе» и прочего рода любителей легкой наживы. К этому времени ранее судимые лица создали преступные группировки, которые первоначально активно промышляли рэкетом. С несговорчивыми коммерсантами бандиты обходились жестко. Кого-то избивали, кому-то поджигали машины, дачи, поэтому им почти никто не оказывал сопротивления. Когда открылся игорный бизнес, группировки взяли под свою опеку и игорные заведения. Конкурирующие формирования нередко в дневное время в городе и за его пределами устраивали перестрелки со смертельным исходом. Бандиты просто наводили ужас на жителей области.

В 2000-е годы разрозненные группировки превратились в мощные организованные сообщества, распространив свое влияние на экономическую и политическую сферы региона. В городе стало действовать пять крупных формирований. В каждой из них насчитывалось до 200 человек. Из них выделялась «Тарановская» структура, возглавляемая бывшим спортсменом, ранее судимым местным жителем. Уровень контроля со стороны криминалитета за деятельностью среднего и крупного бизнеса, в том числе за некоторыми государственными предприятиями, составлял более 90 процентов. В среднем на каждое из пяти сообществ приходилось более 100 коммерческих предприятий и организаций, включая самый крупный вещевой рынок в городе.

Со временем члены бандформирований деньги, полученные преступным путем, начали тратить не только на развлечения, но и вкладывать в доходный бизнес. В сфере экономической деятельности занимались мошенничеством с земельными участками и недвижимостью, махинациями в банковской сфере. Организаторы криминальных структур приобретали акции крупных предприятий. Обороты от совершаемых преступлений оценивались в миллиарды рублей. Деньги отмывались через различные фирмы, выводились за рубеж, выделялись для финансирования выборов некоторых политических деятелей на региональном уровне. По подсчетам специалистов, к этому времени уровень теневой экономики в Новосибирской области увеличился в несколько раз и достиг небывалых размеров. Многие подконтрольные и особенно созданные преступниками коммерческие предприятия уклонялись от уплаты налогов или вовсе не платили. Совершали иные преступления в сфере экономической деятельности.

Местные правоохранительные органы, в том числе УБОП, уже не в состоянии были справиться с такой ситуацией. По словам начальника Главного управления МВД, «днем по Новосибирску бандиты ходят «отвязанные». В этой ситуации руководство министерства принимает решение о направлении в город Новосибирск сводной бригады.

Незадолго до ее приезда был совершен ряд заказных убийств. Под этот замес попал и криминальный авторитет одной из влиятельных группировок. Около часа ночи он вышел из лифта на восьмом этаже и направился к своей квартире. В этот момент с пистолетом в руке с девятого этажа спустился киллер. Наемный убийца стрелял из пистолета Макарова через полиэтиленовый пакет, чтобы не оставлять гильзы. Две пули попали жертве в голову, одна в живот, и он скончался на месте.

Чуть раньше бандиты совершили убийство двух заместителей мэра города Новосибирска. Одного расстреляли в автомобиле из автомата Калашникова. Через несколько дней та же участь постигла второго высокопоставленного чиновника. Преступления оставались нераскрытыми. По оперативной информации, в ряде заказных убийств принимали участие члены «Тарановской» группировки.

Комплексная операция включала в себя как меры профилактического характера, так и организационно-тактические мероприятия. В состав сводной бригады вошли следователи, сотрудники различных оперативных служб центрального аппарата, территориальных органов Тверской, Тульской, Рязанской областей, ученые Академии и ВНИИ. Общая численность составила более ста человек, включая бойцов СОБРа. Возглавил ее Барклаев — полковник, кандидат юридических наук, ранее работавший в оперативном отделе Главного управления исполнения наказаний МВД.

В начале сентября бригада в полном составе вылетела двумя спецрейсами из аэропорта Домодедово. Прибывшие в город сотрудники под предлогом проведения комплексной проверки ГУВД области разместились в гостинице, которую курировала администрация области. Штаб по проведению операции находился в здании УБОП. Особенность сводной бригады заключалась в том, что в ее состав входили только прикомандированные сотрудники из разных регионов, за исключением оперативников регионального управления. В Новосибирске из числа местных жителей их никто не знал.

Такой подход был вызван тем, что криминальные группировки располагали коррумпированными связями во многих государственных структурах городского и областного уровня, в том числе в правоохранительных органах. Рассчитывать на сохранение в тайне планируемых мероприятий и беспристрастное расследование преступлений не приходилось. Поэтому они осуществлялись с соблюдением мер конспирации с зашифрованными целями.

Для успешного проведения комплексной операции в наиболее криминогенные места заблаговременно, еще до приезда сводной бригады, направили секретных сотрудников УБОП с разработанными легендами. Основной их задачей являлся поиск информации, представляющей оперативный интерес, и внедрение в преступные группировки. Это было обусловлено, во-первых, тем, что в процессе операции не всегда удается получить необходимые доказательства виновности подозреваемых. Во-вторых, с целью разоблачения лидеров и их ближайшего окружения. Потому что в результате проведения подобного рода мероприятий они чаще всего остаются на свободе, а задерживаются рядовые исполнители преступлений.

К примеру, лидер группировки, действовавшей в Краснодарском крае, был задержан только спустя две недели после ареста участников преступления, несмотря на то, что он организовал массовое убийство местных предпринимателей, в том числе несовершеннолетних детей.

Результативность операции во многом зависела от максимальной оперативности, учета фактора внезапности и исключения утечки информации. Первые два условия были обеспечены при одновременном проведении запланированных мероприятий. В целях недопущения утечки информации они готовились и проводились под лояльными предлогами, не связанными с фактической целью и задачами. Их разработку осуществлял ограниченный круг сотрудников. Конкретные задачи ставились перед исполнителями только перед началом проведения мероприятий. При этом общий план действий не раскрывался.

Еще до приезда сводной бригады сотрудники УБОП в тайне от областного руководства внутренних дел постарались вывезти из местных ОВД все материалы в отношении крупных преступных формирований. Однако участников группировок, которым об этом все же стало известно, это мало волновало. Впоследствии, когда началось расследование, бандиты не особенно беспокой-лись. Будучи уверенными в своей безнаказанности, они и на этот раз предполагали, что их, как обычно, сначала задержат, а потом освободят.

В первые дни пребывания бригады сформировали группы по два-три человека, с учетом линии работы сотрудников. Затем приступили к ознакомлению с материалами уголовных и оперативных дел, иной информацией. На ее обработку уходила масса времени, поэтому решили использовать экспертную систему на практике. Для принятия участия в операции пригласили разработчиков. После «привязки» базы знаний к местным условиям в автономный банк данных загрузили имевшуюся информацию и программу подключили к базе ГУВД, другим источникам, существовавшим в области. В результате установили структуры крупных преступных формирований, действовавших в городе, и их коррумпированные связи. Многие из них ранее не были известны. Выявили активных участников группировок и уточнили их места пребывания.

На территориях и объектах, на которых чаще всего совершались правонарушения, сотрудниками оперативно-поисковых и технических подразделений проводилось негласное документирование действий участников группировок. На основании полученных данных корректировался разработанный план операции. Его задача заключалась в привлечении к уголовной ответственности лидеров криминальных структур, исполнителей преступлений, а также подрыве экономической основы организованной преступности региона.

С целью проведения запланированных мероприятий был сделан расчет материальных затрат, включая поощрение сотрудников, принимавших в них участие. При этом предусматривалось их финансирование. Игнорирование данного фактора зачастую приводит к формальному выполнению поставленной задачи. Такой подход используется в раде развитых стран мира.

На протяжении нескольких лет до приезда в Новосибирск сводной бригады сотрудники УБОП неоднократно задерживали членов различных бандитских группировок, подозреваемых в причастности к убийствам, похищениям людей, рэкету. Однако несмотря на то, что на активных участников имелось достаточное количество неопровержимых доказательств их виновности, спустя некоторое время при содействии коррумпированных связей арестованные выходили на свободу Преступные формирования для установления отношений с должностными лицами органов государственной власти и правоохранительными структурами выделяли значительные денежные средства.

С учетом складывающейся ситуации руководители бригады решили в первую очередь организовать проведение оперативных мероприятий в отношении криминальных авторитетов, их окружения и подозреваемых в причастности к недавно совершенным убийствам и похищению людей.

В то время, когда сотрудники центрального аппарата МВД и других подразделений уже несколько дней находились в городе, преступники похитили предпринимателя. От него требовали, чтобы он перерегистрировал автомобиль «Тойота Корона» и квартиру на членов группировки. С этой целью бандиты привезли его на территорию бывшей исправительно-трудовой колонии, в которой «тарановские» организовали автосервис. Бизнесмена поместили в одиночную камеру, где ранее размещался штрафной изолятор, и удерживали несколько суток. Там его избивали, подвешивали за ноги к потолку, пропускали через тело электрический ток. Рано утром, оставшись без присмотра, пленнику удалось бежать. Однако его быстро нашли в заброшенном доме, расположенном недалеко от бывшей колонии, и вновь жестоко избили. Похитители поняли, что от него ничего добиться не удастся, решили поехать к нему на квартиру и там продолжить истязания.

К этому моменту оперативники собрали достаточное количество информации для ареста активных членов бандформирований. Проведение самой операции, в особенности ее начало, тщательно скрывалось, утечка информации была недопустима. Одна из основных задач заключалась в одновременном задержании подозреваемых участников сообществ, в том числе организаторов, и проведении обысков. В том числе в подконтрольных коммерческих структурах.

В момент ареста криминальных авторитетов необходимо было исключить возможность им связаться с кем-либо из числа близкого окружения, включая адвокатов. Утром одновременно по ранее установленным адресам выехали оперативные группы, в состав некоторых из них вошли бойцы СОБРа. По согласованию с родственниками на всякий случай устроили засаду в квартире недавно похищенного бизнесмена.

Около восьми часов утра, в день проведения операции, бандиты вместе с жертвой приехали к его дому. Вчетвером на лифте поднялись на девятый этаж и вышли на площадку холла. В это время из квартиры, расположенной напротив, вышел молодой человек с овчаркой. Увидев соседа, который с трудом передвигался в окружении трех неизвестных парней, обратился к нему:

— Вадим, что случилось? Тебе плохо?

— На вечеринке немного перебрал спиртного. Мы решили отвезти его домой, — ответил один из сопровождавших.

— Может, вызвать «Скорую»?

— Не надо никого вызывать. Отоспится, и все пройдет.

В это время овчарка зарычала. Сосед с подозрением посмотрел на незнакомых людей. Но увидев, что один из них ключом стал открывать замок квартиры, успокоился и пошел к лифту. На всякий случай на площадке остановился и прислушался. Было тихо, только повизгивал пес и пытался вырваться. Он хотел уже вызвать лифт, но в этот момент до него донеслись команды «лицом к стене», «руки за голову» и грохот падающей мебели. Сосед все понял. «Ребята попали», — подумал он.

С целью задержания Алексея Таранова, лидера одного из крупных в городе сообществ, накануне проведения операции за ним выставили круглосуточное скрытое наблюдение, которое осуществляли сотрудники сводной бригады. Утром оперативники вместе с бойцами СОБРа подъехали к элитному 9-этажному дому, в котором на седьмом этаже в 6-комнатной квартире с семьей проживал Таранов. Бригадир разведчиков сообщил Олегу Зорину, старшему опергруппы:

— Объект в час тридцать ночи прибыл домой. Двое охранников проводили его, а потом ушли. В восемь часов из нее вышли его жена с дочерью, сели в ожидавшую машину и уехали. Сейчас объект остался один, скорее всего спит после вчерашнего банкета. Примерно минут двадцать назад из соседней двадцать шестой квартиры вышли мужчина и две женщины. Одна молодая, вторая забальзаковского возраста, и на лифте спустились вниз, скорее всего ушли на работу. В настоящее время там никого нет.

Есть ли кто в третьей квартире, расположенной на этаже, неизвестно. Его нужно брать сейчас, «теплым».

— Хорошо. Оставайтесь пока здесь.

Оперативникам нужно было задержать лидера группировки неожиданно, чтобы он не успел предупредить кого-либо из своих сообщников.

— Олег, теперь нам надо решить, под какой легендой и каким предлогом будем заходить в квартиру, чтобы наш непростой клиент открыл дверь. Но при этом не догадался об истинной причине его посещения в столь ранний час. Вскрывать бронированную дверь, как сам понимаешь, дело хлопотное. Оставим его на крайний случай, — сказал Игорь Норманов, старший группы СОБРа.

— Да, задача вырисовывается не из легких.

— Слушай, а что, если пригласить участкового или знакомого ему сотрудника из территориального ОВД? — предложил Игорь.

— Когда он увидит сотрудника милиции, скорее всего, прежде чем откроет дверь, позвонит кому-либо из своего окружения или адвокатам. Они сразу сообщат авторитетам группировки. Те могут догадаться о проводимой операции и на всякий случай постараются избавиться от имеющихся компрматериалов. Нет, здесь нужно придумать что-то экстравагантное, — задумчиво произнес Олег.

— А как ты смотришь на то, чтобы применить старый испытанный способ с почтальоном и заказным письмом, они обычно приносят их по утрам. Или использовать предлог с затоплением ниже расположенных квартир? — предложил Норманов.

— «Битый волчара», варианты могут не проканать, и потом, он может знать соседей снизу.

— Может, симпатичную даму с длинными ногами задействуем?

— Было бы неплохо и, главное, вовремя. Но где мы ее в такую рань возьмем? Так ты говоришь, в рядом расположенной двадцать шестой квартире сейчас никого нет? — обратился Зорин к бригадиру наружки.

— По-моему, никого, все трое жильцов ушли из дома.

— Роман, для верности поднимись на седьмой этаж и позвони в двадцать шестую квартиру. На всякий случай придумай, что будешь говорить, если там кто-нибудь окажется. Только не представляйся сотрудником милиции, а то, чего доброго, наш клиент услышит, — сказал Зорин молодому оперативнику.

Через пять минут он вышел из подъезда и, подойдя к микроавтобусу, где находилась оперативная группа, сообщил:

— На седьмом этаже все спокойно. Звонил несколько раз, никто не ответил.

— Ты, случайно, не в двадцать седьмую звонил? — с юмором спросил Олег.

— Да вы что? Нет, конечно.

— Наших видел?

— Одного на лестничной площадке.

— Игорь, попробуем использовать магическую силу доверия к скорой медицинской помощи, которая, может, даже на таких отморозков, как наш, подействует. Немолодой, за пятьдесят уже перевалило. Для достоверности используем «Скорую» «втемную», — сказал Зорин.

При этом достал записную книжку, телефон и набрал номер 03.

— Диспетчерская «Скорой помощи». Слушаю вас.

— «Скорую» можно вызвать?

— Что у вас случилось?

— Мужчине плохо. Задыхается и теряет сознание.

— По какому адресу он находится?

— Улица Первомайская, дом девятнадцать, квартира двадцать шесть, седьмой этаж. Код замка в подъезде 35840.

— Его фамилия, имя, отчество и сколько лет?

— Артамонов Николай Семенович. 54 года, — Олег назвал заранее записанные данные жильца соседней квартиры. Также у него имелись сведения на других проживающих на этаже.

— Вы кто?

— Я сосед из тридцать первой квартиры, расположенной выше этажом.

— Ждите, «Скорая» сейчас приедет.

— Олег, думаешь, наша затея сработает? — спросил Норманов.

— Теперь все будет зависеть от медицины. Если приедут два крепких медбрата, все может сорваться, а если появится медсестра с физически невзрачным санитаром, задуманный вариант может сработать.

— Игорь, возьми двух бойцов и поднимайтесь на седьмой этаж. Только станьте на лестничной площадке, чтобы не светиться. Я с Романом пойду в подъезд, на всякий случай все же медиков введем в курс дела.

Примерно через пятнадцать минут с включенной сиреной к дому подъехала машина «Скорой помощи» и оттуда вышли медсестра в халате и молодой щуплый парень с чемоданчиком санитара. В подъезде их встретили оперативники и вкратце объяснили ситуацию. Они с пониманием отнеслись к просьбе.

— Вам, главное, нужно после некоторого времени пребывания в холле и неоднократных звонков в двадцать шестую квартиру позвонить в двадцать седьмую и попросить жильца, чтобы он открыл дверь и согласился подтвердить ваш приезд по вызову. Когда дверь откроет, сделайте вид, что собираетесь записать в наряде выезда «Скорой помощи» адрес, время либо что-нибудь подобное, — сказал Зорин.

— Все ясно, сориентируемся по обстановке, — ответила медсестра, на вид сообразительная дама.

Медработники на лифте поднялись на седьмой этаж и несколько раз позвонили в двадцать шестую квартиру. На звонки никто не ответил. Тогда они стали стучать в дверь, громко обсуждая возможные причины несчастного случая. Через некоторое время за дверью двадцать седьмой квартиры они услышали тихий шорох. Скорее всего кто-то смотрел в глазок. Медсестра решила, что пора начинать, и нажала на кнопку звонка. Примерно через полминуты из-за двери послышался мужской голос:

— Что вы хотели?

— Это бригада «Скорой помощи». Ваш сосед, Артамонов Николай Семенович, полчаса назад вызвал «Скорую», но дверь уже на протяжении десяти минут не открывает, может, что-то случилось? — сказала медсестра.

— А я здесь при чем? — спросил через дверь Таранов.

— Мы не можем здесь бесконечно находиться, пока откроют дверь, у нас есть другие вызовы. Нам нужно, чтобы вы подтвердили наш приезд, расписавшись в наряде выезда.

Таранов, как бывший спортсмен, оценил ситуацию, ничем ему не угрожающую, открыл входную дверь квартиры и, стоя на пороге в халате, спросил:

— Так что случилось с соседом?

Не успели они ответить на вопрос, как в это время в холл вбежали спецназовцы и ввели удивленного Таранова в квартиру. Сопротивления он не оказывал. Оперативники представились и надели на него наручники. Тут же начались возмущения:

— Это полный беспредел. Я немедленно позвоню вашему руководству, и вам мало не покажется.

— Наше руководство в Москве, и беспокоить его в столь ранний час не следует. Сейчас мы пригласим понятых и проведем у вас в квартире обыск, — сказал Зорин.

Для достоверности случайного присутствия медработников «Скорой помощи» при задержании Таранова медсестра обратилась к нему:

— Разрешите с вашего домашнего телефона позвонить диспетчеру «Скорой помощи»?

— Звони, — великодушно разрешил он.

— Анна Петровна, это Надежда Каспер из третьей бригады. По наряду 12–05 дверь в квартиру по адресу вызова в течение двадцати минут никто не открывает. Прибытие «Скорой» в наряде подтвердит сосед. Больше ждать не можем, сейчас выезжаем на следующий вызов.

Лидера преступного сообщества доставили в УБОП для допроса. В его квартире и загородном доме оперативники провели обыски, но ничего криминального не обнаружили. В ходе операции задержали более 50 активных участников различных бандформирований, включая авторитетов. Об аресте Таранова члены группировки, личные адвокаты узнали только на следующий день, но именно эффект неожиданности и сыграл в дальнейшем ключевую роль в изобличении преступников.

Члены «Тарановского» сообщества в день задержания не имели возможности с помощью адвокатов договариваться о даче одинаковых показаний по предъявляемым обвинениям в убийствах и похищениях бизнесменов. Они настолько были уверены в своей безнаказанности, что даже после совершения преступлений огнестрельное оружие с отпечатками своих пальцев не прятали. Во время операции оперативники обнаружили схрон из 46 единиц различного огнестрельного и холодного оружия. Там находились автоматы, пистолеты, помповые ружья и большое количество специальных технических устройств. К каждому заказному убийству криминальных конкурентов, бизнесменов, чиновников банда Таранова тщательно готовилась. Применяли современные прослушивающие устройства, скрытые видеокамеры, рации и другую специальную технику, запрещенную к использованию.

В течение трех месяцев работы сводной бригады было возбуждено несколько уголовных дел. На скамье подсудимых оказались около 40 человек. С целью устранения воздействия местных органов власти на предварительное следствие в отношении участников организованных формирований контроль за расследованием уголовных дел взяла Генеральная прокуратура России. Это приобрело совершенно другой уровень. Сразу поубавилось количество желающих из числа местных чиновников вмешиваться в процесс следствия. Членам организованных структур вменялось с начала 1990-х годов более 60 совершенных убийств. Однако, несмотря на принимаемые меры, следствию не удалось доказать все эпизоды тяжких преступлений, сказался временной фактор.

С помощью экспертной системы были выявлены коррумпированные чиновники различных уровней областной и городской администрации. В том числе два депутата Госдумы от Новосибирской области. Эти народные избранники принимали меры по освобождению под свое поручительство одного из арестованных членов группировки, обвиняемого в организации убийства. Однако, когда узнали, что расследование проводится под эгидой Генеральной прокуратуры, отказались от дальнейшего вмешательства.

После убийства ряда авторитетов, ареста лидеров двух крупных сообществ и активных участников криминальные структуры стали разваливаться и впоследствии прекратили свое существование.

С целью подрыва экономической основы организованной преступности в регионе при помощи экспертной системы установили схемы основных правонарушений, совершаемых коммерческими структурами, созданными бандформированиями либо находившимися под их контролем. Принимались меры по освобождению частных предприятий из-под влияния преступников. На подобных объектах при содействии налоговой службы и сотрудников отделов по борьбе с экономическими преступлениями проводились комплексные проверки, в процессе которых были выявлены различного рода правонарушения. Некоторые из них приостановили свою деятельность, на другие наложили штрафы, часть обанкротилась и впоследствии разорилась. Оставшись без своих организаторов и лишившись финансовой поддержки, другие крупные сообщества также стали распадаться на мелкие группы, не представлявшие общественной опасности.

Областной суд приговорил более двадцати активных членов бандформирований, в том числе лидера самой влиятельной «Тарановской» группировки, на сроки от 9 до 22 лет лишения свободы. Несмотря на принимаемые меры, в ходе следствия никто из коррумпированных чиновников ГУВД, администрации области и города не понес наказания. Высокопоставленные должностные лица остались на своих должностях, а некоторые из них впоследствии получили повышение.

Ранее применявшиеся органами внутренних дел меры индивидуально-профилактического воздействия гласного характера в настоящее время, как правило, не используются, по причине отсутствия желаемого результата. Это объясняется стойкой антиобщественной ориентацией участников экономических преступлений и лояльного к ним отношения со стороны государственных органов. Подобные мероприятия приносят положительные результаты только в том случае, если они направлены на создание условий, затрудняющих либо исключающих реализацию преступных замыслов. Одним из таких препятствий является отстранение субъектов, подозреваемых в коррупции или иных преступлениях, от занимаемых должностей, позволявших оказывать содействие в совершении различного рода правонарушений.

В бытность Советского Союза к скомпрометировавшим себя лицам принимались различные меры. Такие как перевод на другое место работы, понижение в должности, вплоть до увольнения, и не по собственному желанию, а по причине несоответствия занимаемому положению. В последние несколько лет все происходит наоборот. Провинившихся высокопоставленных чиновников, а точнее, уличенных во взяточничестве, казнокрадстве, нецелевом использовании бюджетных средств, если они лояльны к руководству государственной власти, как правило, отправляют в «почетную ссылку». Чаще всего в госкорпорации.

В лучшем случае переводят на вышестоящую должность или вообще не трогают, делая вид, что ничего не произошло.

Наглядным примером является ряд бывших министров, в том числе промышленности и торговли, здравоохранения и социального развития, обороны, спорта, сельского хозяйства. Многие из числа скомпрометировавшихся до сих пор остаются в министерских креслах. Один только руководитель госкорпорации «Роснано» чего стоит или некоторые губернаторы, впоследствии занявшие руководящие кресла в федеральных органах власти.

Казнокрадство, если оно совершается лицом, занимающим государственную должность, как правило, не является причиной для увольнения. Чтобы принять решение о снятии с должности министра обороны, на глазах у всей страны разваливавшего армию, потребовалось несколько лет. Продержись он еще пару лет в этом статусе, и российская доблестная армия могла скатиться до уровня ополчения. Достаточно вспомнить один только эпизод. В бытность этого «профессионала» офицеры, не говоря о солдатах, безропотно, всем на посмешище, сняли погоны с плеч и повесили отличительные нашивки наподобие погон в область живота.

В настоящее время решение о временном отстранении подозреваемого или обвиняемого от должности принимается судом. На практике чиновники федеральных органов власти, занимающие высокое положение, в том числе регионального уровня, которые проходят по возбужденным уголовным делам в качестве подозреваемых, редко освобождаются от должностей. Чаще всего это связано с тем, что их руководители сами имели отношение к правонарушениям и не заинтересованы в их расследовании. Поэтому задействуют имеющиеся возможности для оказания влияния на следователей, судей, прокуроров.

В подобных случаях государственные служащие нижнего звена, как правило, увольняются с работы «по собственному желанию», оформляя заявление задним числом, не дожидаясь решения суда. Так произошло с юристом одного из федеральных министерств. Его уличили в фальсификации документов. Это стало известно руководству министерства, и ему предложили написать заявление об увольнении с формулировкой «по собственному желанию». Что он не преминул сделать.

Если уголовные дела возбуждаются в отношении должностных лиц, независимо от их уровня, за совершенные деяния, не связанные с исполнением функциональных обязанностей, они в основном увольняются аналогичным путем, так как в этом случае руководители соответствующего ведомства, организации, которые скорее всего не имели отношения к правонарушениям и не желают компрометации государственной структуры.

Сия участь постигла заместителя директора одной крупной коммерческой компании, который проходил по уголовному делу в качестве свидетеля о незаконной сделке с земельными участками. В это время его назначают на должность заместителя руководителя федерального агентства. В ходе исполнения своих обязанностей он всегда был весьма принципиальным, требовательным к своим подчиненным. Ну просто пример для подражания. Спустя год в процессе следствия по вновь выявленным обстоятельствам он перешел в разряд подозреваемых. Узнав об этом по официальным каналам, министр предложил ему уволиться «по собственному желанию», не дожидаясь решения суда. Скомпрометированный новоявленный чиновник последовал его рекомендации. В основном все зависит от организации, в которой работает провинившийся.

Аналогичный случай с увольнением «по собственному желанию» произошел и с заместителем министра одного из федеральных ведомств. Вечером он еще работал, проводил совещания, раздавал указания и устраивал нагоняй нерадивым работникам, а утром, при получении министром информации из Следственного комитета о возобновлении приостановленного уголовного дела, был уволен с формулировкой «по собственному желанию». Дабы не компрометировать государственный орган. Однако к уголовной ответственности его так и не привлекли.

На практике весьма редко происходит так, чтобы после возбуждения уголовного дела в отношении должностного лица высокого уровня и предъявления обвинения в процессе следствия он оказался невиновным. Раньше такие случаи имели место, но в последние годы почти не происходят. В 1993 году чекисты задержали первого заместителя председателя Государственной налоговой службы России, бывшего заместителя министра финансов. Более девяти месяцев он находился в СИЗО «Лефортово» по подозрению во взяточничестве. Затем его освобождают, оправдывают и назначают на должность министра финансов России. Затем он работал аудитором Счетной палаты. Весьма интересным является то, что, несмотря на несправедливость по отношению к нему, не озлобился на властные структуры, а исполнял обязанности аудитора добросовестно и принципиально. По этой причине впоследствии произошел конфликт с руководством, и его на новый срок не переизбрали.

Система мер предупреждения организованной преступности с учетом ее глубинных корней социального характера может быть определена как совокупность социально-экономических, правовых и организационных мероприятий, осуществляемых государственными органами. Поскольку они направлены на предупреждение проявления и развития преступности, то являются наиболее значимыми. Основу их составляет экономический фактор. Стабилизация экономического положения в стране позволит устранить большую часть причин, порождающих преступность.

Положительную роль в качестве превентивных мер антикоррупционного характера, должностных правонарушений могут сыграть не только санкции за нарушение правовых норм, но и обеспечение государственных служащих нижнего уровня, добросовестно выполняющих служебные обязанности, достойной заработной платой, предоставление льгот, направленных на увеличение сегмента среднего класса.

Продолжение приключений главных персонажей, основанных на реальных захватывающих событиях, с участием других участников, будет опубликовано в следующей книге.

2017–2019

Content

Иван Дьяченко
Стаи хищников в сфере экономики

Об авторе

Предисловие

Зарождение социально опасного явления в России

Признание существования в стране организованной преступности

Хищная сущность организованной преступности

Стаи хищников в экономике

Криминальная паутина

Благоприятная среда для хищников в сфере экономики

Закон на страже порядка и справедливости

Противодействие специальных служб организованной преступности

Государственная оперативно-аналитическая система

Устранение условий, способствующих криминальным процессам