Аннетт Мари

Утерянные талисманы и текила

(Кодекс гильдии: Очарованные — 7)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Друиды и ведьмы — не одно и то же.

Да, я уже это знала, но другим делом было видеть разницу своими глазами.

— Так, кхм, — начала я, приподняв брови, — это точно… необходимо?

Кавери подняла голову, длинные каштановые волосы были собраны на плече. Держа на ладони мешочек земли, она нахмурилась.

— Конечно. Что-то не так?

— Просто… когда я делала это в первый раз, было иначе.

Она выпрямилась, в нескольких футах от нас Дельта повернулась ко мне, сжимая букет свежих цветов. Две ведьмы посмотрели на меня так, словно говорили: «Тогда первый раз был неправильным» и «Ты серьезно?».

Смеясь, Филип прошел мимо двух ведьм. Он нес большую ветку, мертвые листья еще цеплялись за нее.

— Видимо, прошлый раз был связан с друидом?

Кавери и Дельта скривились, словно он жутко выругался.

Я ответила гримасой. Был ли смысл отрицать? Вся моя гильдия думала, что у меня были отношения с опасным друидом, так что это не было тайной.

— Ага, — заявила я. — И это было нечто.

Дельта фыркнула.

— И связь была слабой, наверное.

Кавери отвела взгляд, на смуглой коже проступил румянец. Она не признавала, но у нее была влюбленность в плохиша, в того самого друида.

— К сожалению, — сказал Филип, — мы знаем лишь один способ соединить ведьму и ее фамильяра-фейри. Это медленнее, но так же эффективно.

— Я не жаловалась, — уточнила я. Хотя, наверное, немного жаловалась. — Просто… проверяла, правильно ли поняла.

Хотя я ничего не понимала в круге природы, который они втроем сооружали вокруг меня.

Филип выбрал рощу в парке в паре улиц от «Вороны и молота» для ритуала фамильяра-фейри. Место было хорошее, скрытое от прохожих, и я могла забыть, что мы были в позорном Истсайде Ванкувера. Настроение немного портил тот факт, что три месяца назад в этом парке я участвовала в столкновении команды охотников на демонов, демонического мага, непривязанного демона и демона с контрактом, а еще меня, Аарона и Кая.

Демонов было много.

Но ведьмы не знали о том случае, и я не собиралась упоминать о нем.

Я изображала милую улыбку, пока Филип, Дельта и Кавери суетились вокруг меня, добавляя к кругу земли листья, сушеные травы, семена, пиалы с водой и восковую свечу. Филип веткой чертил метки на твердой земле. Я изображала ведьму, согласно моим документам мифика, так что должна была знать больше о классе Спириталис и их уникальной магии.

Пока они работали, я обвивала руками теплое существо, лежащее на моих коленях. Хоши смотрела на ведьм любопытными глазами цвета фуксии, ее длинный серебряный хвост извивался за мной. Ее крылья, похожие на крылья насекомых, были прижаты к спине, но длинные антенны покачивалась перед моим лицом, кристаллы на кончиках тускло сияли.

Она встрепенулась, когда три ведьмы устроились у круга и начали заклинание, похожее на песню. Сильфида покачивала головой, слушая, большие глаза моргали.

Восстановление связи с Хоши было высоко в моем списке дел, но, пока заклинание звучало, я не могла остановить свои мысли. В памяти еще были свежими множество травм, и воспоминания толпились, пытались привлечь мое внимание.

Неделю назад мы с Каем пробрались на самолет и полетели на юг в Лос-Анджелес. Ворвались в участок МП, чтобы спасти Зака, и уничтожили здание на обратном пути.

Той ночью мы с Заком вернулись к развалинам его фермы. Вместе горевали из-за того, что он потерял. И он хотел отомстить, желание питала ненависть.

Неужели всего три дня назад мы планировали атаку на Варвару Николаеву, ее плутов и удивительно сильных големов? Три дня назад Зак предал меня, Эзра потерял контроль, и я уничтожила всю свою магию, чтобы спасти его?

— Тори?

Я вздрогнула. Филип присел на корточки рядом со мной с палочкой угля в руке.

— Где ты хотела бы метку фамильяра? — спросил он.

Я убрала руки от Хоши, расстегнула кожаную куртку и сняла ее. Холод конца января впился в кожу, пока я закатывала рукав тонкого свитера. Я хотела метку на том же месте, где она была в прошлый раз.

Филип держал мою руку, пока рисовал. Я скривила губы, палочка из угля царапала кожу. Я с грустью вспоминала карандаш для глаз, которым пользовался для этого Зак. Но это было недостаточно природно для ведьмы.

Он на пару минут дольше завершал сложный рисунок, но ни с чем не сверялся, делая это, и это меня потрясло. Он опустил уголек и посмотрел на свою работу.

— Отлично, — сказал он. — Начнем теперь официальный ритуал обмена, в котором я приглашу фейри…

Хоши вытянула шею и ткнулась носом в метку на моей руке. Жар вспыхнул в моем теле, краски закружились в голове.

— Хоши! — я радостно обняла ее. Розовый цвет сверкал перед глазами, она уткнулась лицом в мою грудь, хвост покачивался.

— Или мы можем пропустить эту часть, — сухо сказал Филип. — У тебя и без магии сильная связь с фамильяром, Тори.

— Наверное, потому что она — моя подруга, — я сжала сильфиду еще раз. — Мы закончили?

— Думаю, да.

Я встала, оглядела круг, посмотрела на свою руку. Я чуть не спросила, нельзя ли было просто нарисовать метку фамильяра, но вместо этого улыбнулась ведьмам.

— Спасибо за помощь. Я рада вернуть Хоши.

Они радостно улыбнулись, у Дельты даже были слезы на глазах из-за танца довольной сильфиды, ее змеиное тело извивалось, пока она летала вокруг меня. Ее язык красок сверкал в моей голове так быстро, что я не успевала понять, но это меня не беспокоило. У нас будет много времени наверстать это.

Филип и Дельта убирали круг, а Кавери подошла ко мне. Она наблюдала, как Хоши устроилась за моей спиной, ее лапки были на моих плечах.

— Еще раз спасибо, Кавери, — тише сказала я. — Для меня это очень важно.

Она кивнула.

— Иначе это не сработало бы, кстати.

— А?

Она указала на мою руку с темными линиями угля на бледной коже.

— Если бы Филип нарисовал это без ритуала, это не сработало бы. Помнишь, что я тебе говорила?

— Эм… что именно?

— О ведьмах против друидов. Друиды могут напрямую управлять энергиями природы, но ведьмы так не могут. Нам нужен ритуал.

— О, — точно. Не нужно было признаваться, что я едва помнила тот разговор. Прибытие того самого друида тут же отвлекло меня после него.

— Я бы хотела увидеть, как Кристальный друид исполняет ритуал фамильяра без… ритуала. Это было бы интересно увидеть, — она бросила на меня взгляд. — Он не хочет тебя навестить?

Тяжесть опустилась на мои легкие.

— Нет. Он далеко уехал.

— Но разве вы не дру…

— Нет, — слово прозвучало резко. — Мы никогда не были друзьями.

Она опустила взгляд на ноги.

— Прости.

Хоши ткнулась в мою шею сзади. Я встряхнулась, подобрала свою куртку и надела ее. Под черным рисунком на руке будет тускло сияющая копия узора, которая угаснет через пару дней. Жаль, розово-голубая магия выглядела круто.

Я застегнула куртку, Филип повесил сумку с принадлежностями ведьмы на плечо.

— Вернемся?

Я кивнула, и Хоши описала еще круг и пропала из виду. Три ведьмы подняли взгляды, провожая ее взглядом — так я думала. Они видели сильфиду, когда она перешла в измерение фейри, но мои человеческие глаза не могли ее заметить.

Ох, ладно. Я видела мельком тайный мир фейри, так что меня устраивала предсказуемая человеческая реальность.

Мы пошли по тихой улице к гильдии, я пропустила ведьм вперед. Мысли снова блуждали, спешили к тому, что ждало дальше — невозможному заданию, которое мне нужно было выполнить, и препятствиям на пути. Я билась с магами, волшебниками, ведьмами, фейри и демонами, но новый враг был неодолимым. Время.

Когда хотелось, чтобы оно поспешило, оно ползло. Когда отчаянно требовалось больше времени, оно пролетало. Время было подлым.

Гильдию в форме куба стало видно, серый джип миновал перекресток и замедлился, указатель поворота мигал. Машина повернула на парковку.

— Я зайду сзади, — сказала я ведьмам. — Увидимся внутри.

Помахав, Кавери пошла за Филипом и Дельтой к входной двери. Я повернулась к дорожке, вошла на парковку, и дверца джипа хлопнула.

Аарон не знал, что его видели, стоял, опустив плечи, сжав ключи в руке. При виде одинокого пиромага, когда неделю назад его можно было редко заметить без одного или обоих лучших друзей, мне было больно.

От хруста гравия под моими ногами он поднял голову. Его плечи расправились, и он сверкнул улыбкой, но это не задело его тусклые голубые глаза.

— Эй, — сказала я. — Ты тут рано.

— Как и ты, — он протянул руки, и я подошла для объятий. Он крепко обнял меня. — Как прошло воссоединение с фамильяром?

— Все готово! — бодро сказала я, обвив руками его широкие плечи. Наши объятия не были необходимыми, мы не виделись меньше дня, но мы нуждались в этом. — Мы с Хоши снова можем говорить.

— Круто.

Я выбралась из его объятий и пошла к задней двери гильдии.

— А ты? Я не знала, что ты будешь тут сегодня?

— Я хочу узнать у офицеров, могу ли с чем-нибудь помочь. Может, я могу подменить Феликса или что-нибудь еще.

Зора, жена-мечница Феликса, была все еще в критическом состоянии после битвы с силами Варвары. Мы все ждали с тревогой хороших новостей от целителей гильдии.

Я придержала дверь для Аарона, не стала говорить, что он мог позволить Жирару или Табите, а не приходить в гильдию. Многие члены «Вороны и молота» приходили в гильдию в тревожное время. Это место было их убежищем.

— Это заботливо, — начала я нервно, пока шла за ним в узкую кухню, — но вместо подмены, может…

Я замолкла. Кто-то едва слышно и влажно шмыгнул. Аарон нахмурился, и мы посмотрели на ближайшую приоткрытую дверь. Звук повторился. Кто-то плакал?

Я отошла к двери, открыла ее и попала в кабинет Клары, ее стол был завален папками так, что эти стопки напоминали небоскребы Манхэттена.

Помощница главы гильдии вздрогнула, когда дверь стукнулась об стену. Она повернулась на стуле, сжимая стопку белой бумаги. Конверт лежал на ее коленях, и он был открытым.

— О! — она спешно вытерла лицо. — Тори, Аарон! Доброе утро! Или… о, день. Добрый день!

— Клара… — я посмотрела на ее растрепанные каштановые волосы и дрожащие губы с тревогой. — Что такое?

— Ничего! — она прижала бумагу к груди, словно прятала. — Я в порядке.

Она испортила свое заявление, шмыгнув снова.

Аарон указал на бумаги.

— Что там?

— Ничего. Ты не должен быть тут, Аарон. Только работники кухни.

— Хорошо, но что там за бумаги?

— Документы, и это не твое дело.

— Клара, — я посмотрела на нее мягко, но пристально. — Что такое?

Она перестала бороться и обмякла на стуле.

— Думаю, вы уже знаете.

Она протянула бумаги, и Аарон взял их. Я склонилась ближе, мы посмотрели на документ с логотипом МП в левом верхнем углу.

— Это так внезапно, — пробормотала Клара, оборвала край плотного конверта. — Никто не упоминал…

Заголовок на странице был выжжен в моей голове: «Прошение о переводе в гильдию».

— Он ничего не говорил… и так… так внезапно…

Пальцы Аарона впились в бумагу, белая поверхность мялась, но, хоть стопка дрожала в его руках, я не пропустила имя в бланке.

Кайсуке Ямада.

Клара тяжко вздохнула, отрывая больше кусочков от конверта.

— Я просто не могу представить «Ворону и молот» без Кая.

— Он переходит? — прошептала я. — Покидает гильдию?

Клара вскинула голову. Она побледнела от наших лиц.

— Вы… не знали?

Документы сминал кулак Аарона. Он толкнул бумаги ко мне, развернулся и покинул небольшой кабинет. Я держала бумаги, подавляя желание порвать их.

— Я… позвоню ему, — с дрожью сказала я. — Уговорю его… подождать.

Слезы выступили на глазах Клары.

— Переход уже произведен, Тори. Это документы для наших записей.

Я открыла последнюю страницу. Внизу была резкая подпись Кая. Ниже — сложная подпись Дариуса, а потом округлые буквы имени. Макико Миура, действующая глава гильдии «МираКо».

Я стиснула зубы до боли.

Бросив бумаги Кларе, я поспешила за Аароном. Она вяло окликнула меня, но я шла дальше по пустой кухне и миновала дверцы.

Аарон сидел на обычном стуле за баром, упершись локтями в стойку, лоб лежал на ладонях, он глядел на потертое дерево. Кроме него, в пабе никого не было, аккуратно расставленные стулья ждали посетителей за ужином. Я остановилась напротив него, тяжело дыша, пытаясь совладать с эмоциями.

— Я должен был ожидать это, — пробормотал Аарон. — Они хотят затолкать его в той гильдии как можно глубже. Конечно, они переводят его.

Я прижала ладони к стойке, растопырив пальцы.

— Мы пришли сюда вместе, — он запустил ладони в свои волосы. — Я не был членом «Вороны и молота» без него. Я не был ни в одной гильдии без него.

— Он вернется, — прошептала я. — Он сказал, что разберется. Он обещал.

Аарон не ответил, сжал кулаками медные волосы. После долгой минуты он поднял голову.

— Мне нужно выпить.

Я пошлепала себя по попе в поисках телефона, чтобы проверить время, но вспомнила, что оставила его дома по приказу Филипа. Во время ритуала электроника была запрещена. Но даже без часов телефона я знала, что еще было далеко до четырех, когда паб открывался.

Я взглянула на подавленного Аарона, решила проигнорировать это.

— Что ты хочешь?

— Текилу. Много текилы.

Я взяла пару стаканов и бутылку серебряной текилы с полок сзади. Налив до краев, я подвинула рюмку к нему.

Он не взял рюмку.

— Что нам делать? Кай покинул гильдию, а Эзра… — он выругался, голос стал хриплым. — Что нам делать?

Я сжала его ладонь и придвинула рюмку. А потом подняла свой стакан к губам и смотрела на Аарона, пока он не поднял свой. Мы в унисон выпили. Я проглотила жжение.

— Аарон, — я опустила рюмку на бар и взяла бутылку текилы. — Ты не можешь подменять Феликса.

Он смотрел, как я наполняла рюмки.

— Почему?

— Потому что нам нужно кое-что сделать, — я придвинула к нему стакан, подняла свой. Холодное стекло прижалось к моей нижней губе. — Я не знаю, что мы можем сделать сейчас для Кая, но Эзре нужна наша помощь.

Аарон побледнел, выпил текилу так, словно только это могло удержать его желудок на месте. Я это не понимала, на меня текила влияла иначе.

Он опустил стакан на стойку бара.

— Мы можем только одним помочь Эзре.

Я выпила текилу и опустила рюмку рядом с его.

— Бред. Я знаю, что вы с Каем уже искали способ, но у вас нет связей с миром черной магии. У Зака были… или есть, — я скривилась. — Не важно. Я о том, что я спрашивала у него об этом.

— Что он сказал?

— Он сказал, что то, что МП знает о Демонике — или то, что они признают — детская версия. Это основы. Зак сказал, что призыватели — как друиды, и что мастера-призыватели оберегают свои тайны, передают их только своим ученикам.

Аарон стиснул зубы.

— Зак — врущий гад…

Я перебила его:

— Я говорила с бывшим призывателем из «Глаза Одина», который сказал, что нет стандартного метода создания демонического мага, и у каждого призывателя своя техника.

Я прижала ладони к стойке и склонилась над баром.

— Чтобы все исправить, нужно знать, как демонический маг был создан. Нужно порыться в темной магии Демоники, жуткой и незаконной, о которой МагиПол не хочет знать.

— И как мы это сделаем? — он хмурился, словно я предлагала отменить Рождество.

Я резко выдохнула носом.

— Я понимаю, Аарон. Ты не хочешь надеяться. Ты уже пробовал все, и ты готовил себя к этому годами. И пробовать снова и провалиться будет только больнее.

— Если ты понимаешь, тогда почему…

— Потому что я не буду игнорировать даже небольшой шанс. Мне плевать, что шанс один на миллион. Я попробую все, прежде чем там тебе, Каю или Дариусу убить Эзру.

Он впитал мои пылкие слова и фыркнул.

— Я не собираюсь ничего делать с Эзрой без Кая, но Дариус знает, что происходит. Ты не можешь его остановить…

— Могу. Уже остановила.

Глаза Аарона расширились.

— Я говорила с ним. Он подождет. Он даже изменил мои смены, чтобы мы могли отправиться немедленно.

— Мы… отправиться? Что? Куда?

Я налила себе еще текилы и подняла в тосте, хоть повода не было.

— Мы отправимся завтра. Мне нужно кое-что уладить, поговорить с Каем… и Эзрой.

— Куда отправимся, Тори?

Зная, что ответ ему не понравится, я выпила текилу и опустила с силой рюмку на стойку бара. Я посмотрела в его мрачные глаза с уверенностью.

— В Энрайт.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Благодаря холодному пути домой, я отрезвела достаточно, чтобы замешкаться, открывая дверь в свою квартиру в подвале. Я замерла на вершине лестницы и слушала.

Тишина.

И это было неправильно.

Моя ладонь полезла в задний карман, где я восемь месяцев носила Даму Пик. Но моя козырная карта отсутствовала, и я не заменила свою магическую защиту. У меня даже телефона с собой не было.

Если меня ждала беда, придется импровизировать. Кулаками.

— Хоши, — шепнула я.

Серебряное мерцание. Она появилась за мной, лапки опустились на мои плечи, нос ткнулся в мою щеку.

— Внизу есть фейри или друиды?

Она склонила голову, послала мне темно-красную вспышку. Нет. Слава богу.

Я открыла дверь и захлопнула ее, чтобы казалось, что я снова покинула дом. Хоши тянулась за мной, я тихо спустилась по лестнице, перешагнув скрипучую пятую ступеньку. Сердце колотилось от адреналина, пока я спускалась, пригнувшись, и посмотрела в коридор в сторону своей гостиной.

Кто-то был в моей квартире. Мужчина сидел на моем диване спиной к коридору, но я узнала его каштановые волосы и широкие плечи.

Напряжение покинуло меня. Я глубоко вдохнула и яростно закричала:

— Джастин!

Брат вздрогнул резко и развернулся.

— Что ты делаешь в моей квартире? — прорычала я, была на взводе после адреналина. — Ты взломал замок? Что с тобой?

— Я не взламывал, — пролепетал он, встав на ноги. — Ты дала мне ключ!

Я замерла. Точно. Я дала ему ключ, когда мы еще говорили. До того, как я убила мифика в самозащите, и Джастин решил, что я была преступницей в уличной банде магов.

Он пошарил рукой среди подушек дивана, выпрямился, сжимая мобильник.

— Я звонил тебе шесть раз. Почему ты оставила телефон дома?

Я подошла и забрала телефон из его руки.

— Почему ты тут? Если ты забыл, мы не говорили с Рождества, когда ты накричал на меня, что мы не семья, и убежал.

Он вздрогнул.

— И, — добавила я, гневом прикрывая обиду, — ты даже не ответил на мое поздравление с Рождеством.

Он смотрел на пол, руки вяло свисали по бокам.

Я вздохнула и пошла на кухню.

— И? Чего ты хочешь?

Он остановился у стойки для завтрака, я открыла холодильник.

— Прости, Тори. За все, что я сказал… и остальное.

Я выпрямилась так быстро, что чуть не ударилась об полку холодильника. Я посмотрела на брата. Обычно он не извинялся.

— Это не оправдание, но я… плохо справлялся с ситуацией, — он тяжко сел на стул. — В августе, когда тебя арестовали, и я узнал, что ты… в той гильдии… Софи бросила меня за пару недель до этого, и мне казалось, что я потерял обеих.

Он потер короткую бороду, не мог смотреть мне в глаза.

— Я много думал, пока мы не виделись на Рождество, и я понял, что неправильно поступил.

Я нахмурилась, вытащила из холодильника сыр и масло.

— Хочешь жареный сэндвич с сыром?

Он слабо улыбнулся.

— Конечно.

Я схватила буханку хлеба и разделочную доску, стала отрезать куски. Я поглядывала на брата. Его каштановые волосы были короче, чем я помнила, борода, которую я уговорила его отрастить, была аккуратно подстрижена, но, хоть он выглядел ухоженно, под ореховыми глазами пролегли тени.

— Ты был придурком, — заявила я, намазывая хлеб маслом.

Он кивнул.

— Я пыталась все объяснить, но ты не слушал. Я пыталась познакомить тебя с моими друзьями, но ты не хотел.

Еще кивок.

— И ты передумал?

— Да. Я хочу все знать.

Я опустила взгляд на доску, пока резала мраморный сыр и опускала кусочки рядом с хлебом. Грудь болела, старые и недавние раны открылись рядом с ним. Часть меня хотела оббежать стойку и обнять старшего брата, в слезах рассказать ему обо всей боли и страхах.

До Рождества и нашей ссоры я бы так и сделала. Но теперь произошло так много всего, что я не изливала сердце любому, ведь могла пострадать еще сильнее.

— Я ничего не объясню, — я вытащила сковороду, опустила ее на плиту и включила. — Уже нет. Я дала тебе шанс — даже несколько раз — и ты бросил это мне в лицо. Я хочу, чтобы все между нами снова было правильным, но мне надоело оправдываться перед тобой.

— Как мне понять, если ты ничего не расскажешь? — напряженно спросил он.

Я отправила ложкой масло в греющуюся сковороду, подавляя новую волну гнева.

— Мы — семья, Джастин?

— Конечно. Тори…

— Тогда тебе не нужно ничего понимать. Тебе просто нужно быть моим старшим братом.

Он опустил локти на стойку.

— Я не могу делать вид, что ничего не изменилось. Мне нужно знать, что происходит.

— Зачем? — спросила я.

— Чтобы я мог…

— Чтобы ты решил, бандитка я или нет? — я направила на него лопатку. — Потому ты тут? Снова решил меня судить?

— Нет! Я хочу это исправить, Тори.

Я бросила смазанный маслом хлеб на сковороду, дала кусочкам нагреться. Я перевернула их и опустила на них сыр. Джастин наблюдал за мной, хмурясь, упрямо стиснув зубы.

Я перевернула сэндвичи снова. Когда они стали золотисто-коричневыми и хрустящими, я выложила их на два блюдца, одно опустила перед Джастином.

— Тогда будь моим братом, — сказала я. — А не полицией.

Он посмотрел на сэндвич, выдохнул через нос.

— Хорошо.

Мы ели в тишине, поглядывая друг на друга. Мы с Джастином хорошо знали друг друга, но, повзрослев, сталкивались с прошлыми ожиданиями. Он гадал, как сильно мог надавить на эту выросшую Тори, а я гадала, могла ли доверить своему брату, когда-то герою, свое бедное побитое сердце.

Я доела сэндвич.

— Я буду занята на следующей неделе. Когда освобожусь, соберемся на кофе во время твоего обеденного перерыва, как раньше делали.

— Чем ты будешь занята?

Я прищурилась, намекая, чтобы он прекратил устраивать допрос.

— Другу нужно помочь. Я буду занята с ним.

— Я могу что-нибудь сделать?

Да. Он мог не запутывать мои эмоции, когда я уже разбиралась со многим, но я не стала такое говорить.

— Спасибо, но нет. Я отправлю тебе сообщение на следующей неделе.

Джастин понял, что его прогоняли, отодвинул стул и встал. Он замешкался и с надеждой протянул руки. Я обошла стойку и прильнула к нему. Он крепко меня обнял.

— Я скучал, Тор, — шепнул он.

— И я, — я вздохнула. — Прошу, не будь в этот раз козлом.

Он издал смешок.

Я проводила его до двери, качая головой, пока он забирался в свой темно-синий блестящий Dodge Challenger. Мой брат и его крутые машины. Я должна была заметить ее на парковке.

Улыбаясь от воспоминания, как он учил меня в семнадцать, как водить его старый Мустанг, я поспешила в дом. Я спрыгнула с последней ступеньки, куст выглянул из-за дивана, а с ним и большие фисташковые глаза.

— Человек ушел? — спросил высоким голосом Прутик.

— Только что, — я прошла на кухню и включила воду. Нужно было выждать две минуты, чтобы вода стала горячей. — Удивлена, что ты не отпугнул его.

— Я пытался, но он не пугался.

Я чуть не уронила тарелки.

— Да? Что ты делал?

— Сначала жуткие звуки, — Прутик прошел вдоль подушек на диване, опуская голову. Он что-то искал. — Я заставил свет мигать и погаснуть, тени — двигаться, но он не убежал.

Он сунул ладонь с длинными пальцами между подушкой и подлокотником и вытащил пульт от телевизора. Он повернулся к экрану и нажал кнопку. Телевизор включился и оглушительным звуком — зрители хлопали.

— Выключи! — закричала я, опуская тарелки в рукомойник. — Что еще ты делал с Джастином?

Прутик сделал немного тише, глядя на колесо на экране, пока ведущая описывала призы для участников. Фейри не слушал мои вопросы, уже забыл о Джастине.

Я закатила глаза, помыла тарелки и пошла в свою комнату, закатывая рукава. Мы с Аароном отправлялись в путь завтра, мне нужно было собраться.

Вот только я не знала, что с собой брать.

Боевое снаряжение, ясное дело. Я вытащила его из шкафа и бросила на кровать. Что еще? Мне нужно будет слиться, так что нужна была разная уличная одежда. Я порылась в шкафу, выбрала возможные варианты. Я присела и вытащила подходящую обувь, бросила за плечо. Что еще?

Туалетные принадлежности.

Я открыла дверь спальни, звук снова ударил по мне. Женщина визжала на экране, прыгала в восторге, а три красивые модели позировали рядом с моторной лодкой, которую она выиграла. Я покачала головой, не понимая, зачем ей лодка. Она жила у воды?

В ванной я вытащила сумочку и нагрузила ее обычным набором туалетных принадлежностей. Застегнув ее, я открыла косметичку, посмотрела на содержимое. Накладные ресницы? О, это точно мне не требовалось.

Мои пальцы миновали тушь, сжались на компакт-пудре. Я подняла ее, стряхнула розовую пыль сверху и открыла. Бледное лицо хмуро смотрело на меня в зеркальце, я подняла спонж для нанесения пудры.

Под ним блестел темный металл.

Демонический амулет лежал в компакт-пудре, под ним свернулась цепочка. Круг жутких символов и большой символ в центре — такой же, как на грудной пластине демона Робин Пейдж.

Амулет Валъира. Так его назвал Этерран. Я знала лишь, что он мог разорвать контракт демона. Как работали чары, почему он был у демона, что значили символы, как он был связан с демоном Робин — я не знала. Я месяц искала ответы и ничего не нашла.

Амулет мог спасти Эзру, а мог дать Этеррану власть над его телом. Я не знала, но если ответов в Энрайте не будет, я попробую его. Как иначе? Эзру ждала смерть. Если был хоть небольшой шанс, что это его спасет…

Я опустила спонж и закрыла пудру, вернула ее в косметичку. С двумя сумочками под рукой я вышла из ванной и услышала тихий звонок моего телефона.

Зрители в программе, которую смотрел Прутик, оглушительно хлопали. Я схватила телефон со стойки, на экране был незнакомый номер.

— Сделай тише, — крикнула я, поднимая телефон. Звук не изменился, я нажала на кнопку ответа и повернулась к дивану. — Прутик, сделай тише, пока я не выкинула твою зеленую задницу в окно!

Он недовольно нахмурился и сделал звук вдвое тише.

Я смерила его мрачным взглядом и прижала телефон к уху.

— Алло?

— Тори? — спросил неуверенный женский голос.

— Кто это?

— Робин.

— О, — почему хрупкий и загадочный контрактор звонила мне? — Как…

Пока я говорила, вопли зрителей стали громче.

— Не смей делать так снова! — заорала я на фейри, запоздало отодвинув телефон от лица. — Подожди, пока я не договорю. Зараза!

Прутик опусти плечи и нажал на паузу. В комнате стало тихо.

— Прости, Робин, — сказала я в телефон, направляясь к стойке для завтрака. — Соседи по комнате.

Прутик посмотрел на меня, отчасти дуясь, отчасти радуясь, поверх дивана. Хоть он злился, что я мешала ему смотреть телевизор, он любил, когда я звала его своим соседом. Это делало его день хорошим каждый раз.

— Я просто быстро задам вопрос, если можно, — сказала Робин, ее милый альт звучал пусто по телефону.

— Конечно. Что такое?

— Когда мы встречались с Наимом в «Глазе Одина», — начала она, — ты, кхм… у тебя были дела МП в папке. Я заметила фотографию в одном и… можно мне то дело?

— О? — я опустилась на стул. Я знала, о чем она говорила. Наша неудачная встреча в «Глазе Одина», которая закончилась огнем, стальными монстрами и близким знакомством с ее демоном, а началась с дружеского допроса бывшего призывателя Наима Ашрафа. Я атаковала его папкой холодных дел МП, и я листала распечатки, а Робин охнула из-за страницы с фотографиями.

— Конечно, — сказала я ей. — При одном условии.

Настороженная пауза.

— Каком?

— Ты скажешь, что такого в той фотографии.

Еще долгая пауза, она решала, говорить ли мне.

— Один из людей на фото выглядел как мифик, который призвал моего демона.

Не на такой ответ я надеялась.

— Это никак не связано с древним амулетом?

Древний амулет — тот самый, который я прятала в косметичке. Она пришла на встречу с идеальным рисунком его, заявила, что это был средневековый инфернус, который она исследовала.

— Нет, — твердо ответила она.

Чересчур твердо?

— Хм. Хорошо, дай мне минутку, — я вскочила и вернулась в свою комнату. Где я оставила ту папку? Я не расследовала те дела, стоило ее вообще выбросить, но для этого нужен был уровень организации, которого у меня сейчас не было.

Я порылась в стопке писем на столике у кровати. Я выдвинула ящик, наступила на рукав водолазки, свисающей с кровати. Она и сумочка с туалетными принадлежностями упали на пол. Ругаясь под нос, я вернула косметичку на матрац, пока не упала и она.

— Прости, — сказала я Робин, прижимая телефон к уху плечом. — Я собираюсь, так что в доме бардак. Думаю, папка где-то в бардаке.

— Ты переезжаешь?

— А? — я рылась в выдвижном ящике, но папки там не было. — О, нет, не в этом смысле. Я уезжаю.

— Куда?

«О, никуда. Просто в Энрайте, знаешь, туда, где обнаружили самую большую группу демонических магов в современной истории и жестоко истребили».

— На юг, — я повернулась к шкафу. — Мы скоро уезжаем, и мне нужно… — я перешагнула чемодан, нога зацепилась за ручку, и чемодан упал на бок, высыпая все три вещи, которые я уже туда положила. — Блин, — я подняла его, бросила развернувшиеся вещи на кровать и повернулась к шкафу еще раз. — Что я… а, точно, папка.

— Ты уезжаешь с друзьями? — спросила Робин. — С магами?

— Ага, — я отодвинула гору обуви и нашла коричневую папку внизу. — Ага!

Я вспомнила. Я решила, что бумаги нужно измельчить, а не выбросить, так что убрала в «безопасное» место.

— Нашла. Посмотрим… — я села на край кровати и открыла папку, — было фото с двумя парнями, да? — я полистала дела, а потом нашла фотографию пары говорящих мужчин. — Вот. Дело 97-5923.

— Спасибо.

— Не за что. Думаешь, призыватель твоего демона — мерзкий тип?

— Я знаю, что он мерзкий. Просто не знаю, насколько.

О, интересно. Ее контракт тоже был мерзким? Ее демон был странным.

— Надеюсь, в том деле будут детали для тебя. Дай знать, если нужна помощь. Я в долгу за поход к Наиму.

— От него не было толку.

— Да, но ты все равно поделилась со мной зацепкой, — я посмотрела на косметичку, невинно лежащую рядом со мной. Робин тоже изучала амулет. Она нашла ответы, которые не нашла я? Что она знала?

Когда я увидела ее рисунок, я решила, что давить на нее ради знаний было слишком опасно, но после того, как Эзра впал в безумие три дня назад, время осторожности закончилось.

— Робин, я могу задать тебе вопрос?

— Ладно.

— Тот амулет, — я сжала крепче телефон. — Ты знаешь, что он делает?

Пауза.

— Нет… я пытаюсь узнать больше о нем.

— Если что-нибудь найдешь, скажешь мне?

— Ты его видела, Тори? — ее голос стал напряженным. — Ты знаешь, где амулет?

Блин, я сказала слишком много.

— Мне нужно идти, — я замешкалась и добавила. — Я поговорю с тобой, когда вернусь, ладно?

Она не успела ничего сказать, я закончила разговор. Выбора не было. Если ответов в Энрайте не будет, мы с Робин поговорим. Она знала что-то об амулете, и я узнаю, что.

С проблемой, как выдавить информацию из молчаливого контрактора, я разберусь, когда придет время. Робин была не такой робкой, какой казалась, и у нее было опасное оружие в виде демона, защищающего ее.

Я встала и посмотрела на бардак в комнате. Сначала Энрайт и его тайны. Потом Робин и ее возможные знания об амулете.

Так или иначе, я спасу Эзру.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

— Кто хочет пиццу? — пропела я, проходя в дом Аарона, держа три большие коробки над головой.

Аарон появился на пороге гостиной. Ладони были в карманах джинсов, он приподнял бровь.

— Ты про пиццу, которую я заказал?

— Не давай коробкам обмануть тебя, — заявила я, проходя мимо него. — Я сделала эту пиццу своими руками.

Он прошел за мной в столовую.

— Скажи, что ты хоть заплатила доставщику.

— Думаешь, я его ограбила? Я не вор, — я опустила коробки на стол и открыла первую. — Ветчина и ананас?

— И ананаса много, — Аарон улыбнулся. — Можем наесться, пока Кай не вернулся и не стал ругать нас за такой выбор.

Я отодвинула первую коробку и открыла вторую.

— Пепперони с… — я потрясенно посмотрела на Аарона. — С ананасом?

Улыбка Аарона стала шире.

Я отодвинула эту коробку и открыла третью.

— Острая курица с…

— Ананасом, — прошептал мне на ухо мягкий голос.

Я завизжала, моя ладонь врезалась в горячую пиццу. Я отдернула руку, ладонь была в сыре и соусе.

— Эзра!

Он обошел меня, задел пальцами мою талию. Лишь миг. Улыбаясь не меньше Аарона, он поднял телефон над столом. Сработала вспышка.

— Ты сфотографировал пиццу? — изумленно спросила я.

— Нет, — соврал он без эмоций на лице, посмотрел на телефон, уже двигая большими пальцами на экране. — И я не отправляю фото ананасовых пицц Каю.

— Они не просто ананасовые.

Аарон взял кусочек пепперони с ананасом.

— И скажи ему, что куриная испорчена, потому что Тори сунула в нее руку.

— Эй! Я не виновата, — я подняла ладонь с сыром, словно она источала радиацию. — Эзра, не…

— Ой. Уже нажал отправить.

Я прошла на кухню, топая, чтобы вымыть руки. Когда я вернулась, Эзра и Аарон сидели на стульях и уже поглощали вторые куски. Я схватила кусочек с ветчиной и ананасом, пока они не съели все. Как они могли втоптать целую пиццу каждый и при этом выглядеть чудесно?

Эзра поднял босую ступню на свой стул, его кудри были влажными от недавнего душа. Наверное, он только вышел из душа, натянул футболку и штаны и поднялся, чтобы напугать меня.

Ага, так и произошло.

Стараясь не думать о нем в душе — жаль, я не пришла на пару минут раньше — я откусила большой кусок пиццы. Вкусно, но не так приятно, как был бы Эзра в душе.

Его телефон звякнул, и он поднял его со стола, не отодвигая пиццу далеко ото рта. Глядя на экран, он рассмеялся и подавился.

Кашляя, он повернул телефон ко мне и схватил банку содовой, которую ему протянул Аарон. Он сделал большой глоток.

Я посмотрела на экран. Кай ответил своей фотографией. Темноволосый электромаг недовольно смотрел в камеру, пока кусал свою пиццу без ананасов.

Смеясь, я передала телефон Аарону и сунула больше еды в рот. Он фыркнул от фотографии, глаза весело блестели впервые за дни.

— Ночная пицца в среду! — его радость угасла, пока он разглядывал фото. — Но посмотрите на это место. Где он?

Я сунула остатки куска в рот, схватила телефон и посмотрела еще раз. Я так сосредоточилась на лице Кая и его выборе пиццы, что не заметила фон. Он сидел на белом диване с плавными линиями, а за ним тянулся большой номер с окнами в два этажа высотой вместо стен, сияющие огни Ванкувера заканчивались темной водой океана. Кроме дизайнерского дивана, все в комнате было из стекла и белого мрамора.

— Это стеклянная лестница? — я пригляделась к спиральной структуре, которая тянулась из потолка. — Это ужасно. Как думаете, она скользкая?

Эзра забрал телефон и ввел ответ. Когда его глаза, весело сверкая, посмотрели на меня, я потянулась за телефоном. Но он со своими демоническими рефлексами развернулся на стуле, и моя рука врезалась в его спину.

— Отправлено!

— Что ты написал? — прорычала я, склоняясь над его плечом.

Аарон посмотрел с другой стороны.

Ответ Эзры сиял под фотографией Кая:

«Тори хочет знать, успел ли ты упасть с той лестницы».

Телефон звякнул, появился ответ Кая:

«Да, думаю, я сломал копчик».

Я нахмурилась.

— Он серьезно?

— Хороший вопрос, — пробормотал Эзра. — Мне спросить…

Еще звяканье. Кай добавил:

«Макико пролила воду. Было скользко».

Я убрала руки от Эзры.

— Постой. Они в одном номере?

— Ты о том, — исправил Аарон, — в одной ли они спальне.

Я села на свой стул и сжала кулаки.

— Ему лучше бы не спать с той женщиной.

— Он не стал бы.

— Он спал с множеством женщин.

— И никто не был частью его жизни, в том и дело, — Аарон взял еще кусочек. — Весь смысл, скорее всего, был в сексе.

Я фыркнула.

— Ладно, но…

— Если он спит с ней, то это часть его плана побега.

— Спит с врагом? — буркнула я, избегая мыслей об Иззе, которая была влюблена в Кая и не знала, почему он бросил ее как камень в слизи водорослей, найденный в реке.

— Важный вопрос, — Эзра мрачно глядел на телефон, — упал ли он на самом деле с лестницы. Я в этом сомневаюсь, но раз уверенности нет, упал он или нет, он все еще побеждает.

— В чем побеждает? — спросила я.

Эзра и Аарон посмотрели на меня с потрясением.

— Не важно, — я выбрала еще кусочек пиццы.

Когда мы доели почти всю пиццу, а оставшиеся кусочки сложили в Франкен-пиццу в одной коробке, мы ушли в гостиную и стали играть в любимые гонки Аарона. Мы смеялись, обгоняли друг друга, выпили вместе шесть банок пива, и это было почти нормально.

Вот только на диване было пустое место.

Вот только Эзра проигрывал в каждом раунде, все силы уходили на подавление необычайно сильных рефлексов.

Вот только я не могла перестать думать о чемодане, собранном и ждущем утра в моей квартире.

— Я все, — решил Эзра после двенадцатой игры, бросил джойстик на подушку между нами. — Мне нужно остановиться, пока я не потерял титул чемпиона.

— Курица, — Аарон помахал своим красным джойстиком. — Я еще так много не выигрывал с тех пор, как познакомил тебя с миром консольных игр.

— Точно, — он потянулся, выгнув спину. — Я проигрывал без остановки первые пару месяцев. Ты не поддавался, хотя я никогда не брал в руки джойстик до этого.

Никогда? Я знала, что Эзра был бездомным пару лет до встречи с Аароном, но я не понимала до этого, что в его детстве не было роскоши, как консольные игры.

— Ты бы ничему не научился, если бы я поддавался, — заявил Аарон. — И я знал, что ты скоро станешь меня побеждать.

Эзра улыбнулся и встал с дивана. Он взглянул на меня, веселье смягчилось, появилась печаль. Он тихо ушел на кухню, дверь ванной закрылась.

— Хочешь посмотреть фильм, Тори? — спросил Аарон.

— Да. Выбирай.

Он переключил режим на огромном телевизоре и стал переключать каналы. Через две минуты Эзра вернулся и направился к лестнице.

— Спокойной ночи, Тори, — и он улыбнулся Аарону. — Спокойной ночи, лузер.

— Ой. Как жестоко.

Они оба рассмеялись от наигранной обиды Аарона, а потом Эзра поднялся по лестнице. Я слушала, но он закрыл дверь слишком тихо, чтобы я уловила.

Я посмотрела на сияющие часы под телевизором. Чуть больше десяти часов, но прошло только три дня после того, как Панцирь Валдурны поглотил всю его магию. Он будет восстанавливать силы днями.

Фильм начался с громкой музыки, но я не видела, что Аарон выбрал.

— Ты с ним уже говорила? — тихо спросил он.

— Еще нет.

— Мы уезжаем утром.

— Знаю. Ты собрал вещи?

— Да. Сумка в моей комнате, — он устроился удобнее в кресле. — Что насчет Кая?

— Я звонила ему днем. Мой план обрадовал его так же, как тебя. Он сказал, что попытается уговорить Макико ослабить поводок на нем на пару дней, но ничего не обещал.

Аарон кивнул.

— Ты уверена насчет этого, Тори?

— Уверена ли я, что это не просто трата времени? Нет. Но я уверена, что мы это сделаем.

— Я просто не понимаю, что ты хочешь найти там восемь лет спустя.

Я посмотрела на потолок, где была спальня Эзры.

— Я знаю, что я ищу… и я знаю, где это искать.

— Откуда?

— Инсайдерская информация, — я встала. — Я проверю, уснул ли Эзра. Не жди меня.

Я ощущала его вопросительный взгляд, пока покидала комнату, но не оглянулась. Я приняла решение. Я была готова. И перед отбытием мне нужно было продумать детали нашего плана.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Я остановилась у двери Эзры. Тусклый свет сиял в бреши под ней. Я постучала.

Ответом был приглушенный звук, и я толкнула дверь. Эзра сидел на кровати, но уже начал вставать, и я поняла сразу три вещи: тот приглушенный ответ не был разрешением войти, он был без футболки, и он держал коричневую папку.

Он моргнул и сел на кровать.

— Войдешь?

Почему он был таким шикарным? Бронзовая кожа натянулась на твердых мышцах, и я ужасно хотела его коснуться. Его штаны висели на бедрах, открывая резинку боксеров. Его футболка лежала на краю кровати. Наверное, он стал раздеваться, но отвлекся.

А теперь я отвлеклась.

Я встряхнулась и виновато улыбнулась.

— Прости, я думала, ты это и сказал. Ты не против?

— Нет, все хорошо.

Я закрыла дверь, пересекла комнату и грустно взглянула по пути на гитару. Он играл мне на ней лишь раз. Стоило попросить его сыграть снова?

Я села на матрац рядом с ним. Я пыталась, но не смогла не взглянуть с интересом на папку, которую он держал с другой стороны. Конечно, он заметил. Вздохнув, он подвинул ее на свои колени. Его пальцы пропали внутри, и он вытащил фотографию в следах сгибов, но блестящую.

Вина пронзила меня. Эту фотографию я нашла в его шкафу восемь месяцев назад, пока искала футболку. Я успела тогда рассмотреть юного Эзру и девочку-блондинку, а потом спрятала ее в папку.

— Я рассказывал тебе о ней, — сказал он.

Я смотрела на сияющую улыбку девочки. Сколько времени прошло от этой фотографии до ее превращения в демонического мага, после которого она попыталась убить Эзру, но погибла сама?

— Это последняя наша фотография до моего становления демоническим магом… — его голос стал хриплым. — Я был рад. Меня выбрали. Я ощущал себя особенным.

Он снова полез в папку, и в этот раз отдал мне фото старее. Мужчина и женщина с оливковой кожей улыбались на камеру, между ними был смеющийся мальчик. Эзра пошел в маму, его отец был с квадратным лицом и тяжелой челюстью, а голова была бритой. Но его глаза были такими же шоколадными, как у Эзры.

— Я всегда любил это фото, — он смотрел на родителей. — У нас все было непросто, но мои родители были рады, что они вместе. Это изменилось после…

Я ждала, а потом мягко спросила:

— После того, как ты стал демоническим магом?

— Нет… — он сжал кулак. — После того, как они вступили… в группу.

Он забрал фотографию из моих пальцев и вернул оба фото в папку. Он не успел встать, я коснулась его руки.

— Ты расскажешь мне об этом? — тихо спросила я.

Он шумно выдохнул носом. Он смотрел на папку, а не на меня.

— Я не люблю думать об этом, — он закрыл глаза, морщины появились на лбу. — Мне не нравится, какими наивными они были. Я не должен винить родителей, но порой делаю это. Особенно сейчас.

Я обвила ладонью его запястье, а потом переплела пальцы с его.

Его плечи опустились.

— Мне было семь, когда родители познакомились с новыми людьми. Мои родители были бедными мификами без регистрации, они никому не доверяли, но все больше болтали с новыми друзьями, и тем летом мы переехали. Наш новый дом… — он покачал головой. — Я знаю теперь, что это была коммуна, но я был ребенком. Мне важно было, что там было несколько детей моего возраста.

— Коммуна, — пробормотала я, сжав его пальцы.

— Мои родители стали посещать… встречи каждую неделю с другими взрослыми, и они… изменились. И хотели, чтобы и я изменился.

— Им промыли мозги?

Он смотрел на наши соединенные ладони.

— В детстве важнее всего одобрение родителей. А в том месте все крутилось вокруг лидеров и их одобрения. Я даже не помню, сопротивлялся ли. Лидеры, мои родители и вся группа говорила, что я должен гордиться, что меня выбрали «защитником», и я это чувствовал.

— Защитником? От чего?

Он с горечью вздохнул.

— Я даже не хочу рассказывать тебе бред, которым они набили наши головы. Вряд ли мои родители были глупыми, но они поверили, что мы были особенными, просвещенными, а мир снаружи хотел уничтожить нас.

— Твои родители не понимали, что они хотели сделать тебя демоническим магом?

— О, они знали. Но я не становился демоническим магом. Я был бы «защитником», владеющим демонической магией, как оружием, подкрепленным моралью группы. Пока моя вера была сильна, у меня была бы непоколебимая власть над демоном.

— Что? — зло воскликнула я. — Они думали, что можно управлять демоном с помощью веры? Это…

— Бред. Да. Но, даже став «защитником, я не мог признаться, что управлять демоном было сложно. Они сказали бы, что демон проверял мою веру, и раз я мучился, значит, я был слабым. Я верил в это.

Я сжала его ладонь до боли в своих пальцах. Я хотела перенестись во времени и побить всех в той группе, особенно их лидеров.

— Группа даже не звала их демонами. Они были серви, — он потер большим пальцем мою ладонь. — Иронично, да? Я не сомневался в том, чему меня научили, пока Этерран не стал дырявить мою веру. Он уже не пытался захватить власть к тому времени, но пытался сломать меня иначе.

— Но ты подумал, что это была еще одна «проверка», — догадалась я.

Он кивнул.

— Все, кого я знал и любил, были в той группе. Я не мог представить жизнь вне нее, так что не хотел ни в чем сомневаться.

— А… — я запнулась, — девочка?

— Лекси, — тяжело сказал он. — Она спасла меня. После того, как они убили ее, они сказали, что ее вера была слаба, вот она и не справилась. Но я знал, что это было не так. Я видел, как она боролась. Она старалась. Если они ошибались насчет Лекси, в чем еще они ошибались?

Я прильнула к его плечу, усиливая контакт между нами, старое горе сковало его.

— Что ты сделал?

— Сбежал. Оказался в Портлэнде. Они искали меня, и я и дня не прожил бы один, но… — он стиснул зубы. — Этерран тоже хотел ответов. Он помог мне, а я в отчаянии послушал. Мы избегали людей, которые искали нас, нашли других мификов, поладили с ними, осторожно задавали вопросы… и получали нужные ответы. На это ушло больше месяца. Я узнал, чем был, и как они использовали меня, и вернулся. Я хотел объяснить все родителям, и мы сбежали бы. Вместе мы нашли бы способ убрать демона из меня.

Тяжесть опустилась на меня внутри.

— Думаю, это была моя вина, — прошептал он. — Люди искали меня и попались на глаза «Ключам Соломона». Гильдия пошла по следу к коммуне и…

— Эзра, это не…

— Я вернулся к развалинам, — он не слышал меня. Его голос был без эмоций. — Все были убиты. Шестьдесят восемь человек. Только десятеро были демоническими магами. Я был одиннадцатым. Лекси должна была стать двенадцатой, но она была уже мертва.

Я не могла вдохнуть толком.

— «Ключи» убили всех? Как такое позволили?

— Покрывание демонического мага — ужасное преступление. Должен был произойти суд, но «Ключам» разве было дело? Они получили охоту мечты.

Я уже ненавидела «Ключи Соломона», но моя ненависть быстро становилась раскаленной добела.

— Все, кого я знал, были мертвы, — прошептал он. — Мне было некуда идти, и я вернулся в Портлэнд. Я не знал, поняли ли «Ключи», что пропустили демонического мага. Я не могу никому доверять.

В пятнадцать лет провести половину жизни вдали от общества. Каждый мифик был потенциальным врагом, а худший враг жил в нем.

Какая сила требовалась, чтобы потерять всех любимых в один день, но жить дальше? Какая решимость помогала подавлять демона внутри день за днем и жить дальше? Сколько упорства требовалось, чтобы жить в одиночестве и тайнах, зная, что его ждала смерть и безумие?

— Те годы были ужасными, — признался он сухо. — А потом я встретил Аарона. Спас жизнь этого идиота.

— Ты спас его?

— А потом он спас меня. Притащил меня домой, нашел для меня место в его гильдии, не дал мне убежать, когда я пару раз пытался в первый год. Он и Кай много от меня натерпелись, — юмор смягчил линии горя вокруг его рта. — Я плохо ладил с обществом. Я даже как-то раз сломал нос Жирару.

Мои глаза расширились.

— Что ты сделал?

— Он подошел со слепой стороны, когда я отвлекся, — он усмехнулся. — К счастью, теперь я так просто не пугаюсь.

— Тебя сложно напугать, но я пару раз справилась, — я гордо выпятила грудь.

Он тихо рассмеялся.

— Ты во многом потрясаешь, Тори.

Я замерла, когда он посмотрел на меня. Воздух между нами стал напряженным от всего невысказанного, от не выраженных чувств. Пульс медленно бился в моих ушах.

Я вдруг усиленно осознала, что он был без футболки, и моя рука еще сжимала его пальцы.

«Я не потеряю тебя», — я не могла это сказать. Это только ранит его.

«Ты нужен мне, чтобы выжить», — я не могла сказать и это. Эти слова тоже ранят его.

«Я чуть не потеряла тебя, и я не переживу это снова», — все еще нет.

Хоть я не произносила слова, мысли точно отразились на лице, потому что он опустил взгляд. Он высвободил руку и поднял потертую папку. Он прошел к комоду, убрал папку со своим прошлым в нижний выдвижной ящик, закрыл его и повернулся ко мне.

Я сидела на кровати и смотрела, как он приближался, во рту пересохло.

Он остановился между моих коленей, глядел на меня с нечитаемым выражением. Он нежно прижал ладони к моей челюсти и поднял мою голову. Я так много хотела сказать ему, но не могла, и его глаза тоже были полны невысказанных слов.

Он склонился. Наши губы соприкоснулись на миг.

Он вдохнул. Его рот вернулся к моему. Его губы прижались кратко, голодно. Он отодвинулся и вдохнул снова, словно боролся, словно сомневался, хотя его и влекло.

Его рот накрыл мой.

Я сжала его запястья и держала, пока он целовал меня. Его рот открылся, и я в ответ приоткрыла губы. Его горячий язык наполнил меня жаром, воздух вылетел из моих легких.

Кровать прогнулась, его колено оказалось на матраце между моих бедер. Мои ладони поднимались по его рукам, пальцы гладили его напряженные мышцы. Наши рты двигались без устали, губы и язык, настойчивый и пылкие. Полные желания.

Полные отчаяния.

Я не знала, что отклонилась, пока моя спина не рухнула на одеяло. Он последовал за мной, уперся локтями по бокам от меня, ладони были в моих волосах, рот соединен с моим. Его тело накрыло меня, сильное, горячее и манящее — и я хотела этого, хотела быть под ним так сильно и так давно.

Я провела ладонями по его голым плечам, приподнялась к нему. Я обвила его ногами, сжала сильнее, притянув к своему телу.

Почти беззвучный стон вырвался из его горла, его вес вдавил меня в кровать. Его рот прижался к моей шее, влажный и голодный, его бедра терлись об мои, распаляя мое желание. Я оторвалась от его рта, прикусила губу, подавляя стон. Желание во мне пылало огнем, оно накапливалось месяцами, смешалось с днями страха, боли, отчаянного рвения получить его, пока…

Я подняла его голову и поцеловала его снова. С большим пылом. Боль между ног усилилась, и было мало того, что он прижимался ко мне, между нами оставалась одежда.

Поцелуи и ласки ладонями замедлились. Углубились. Его рот пробовал, его бедра двигались медленной пыткой.

— Эзра, — простонала я, тихо шепча. — Мы… можем?

Его губы смягчились, он поймал на миг мою нижнюю губу, а потом поднял голову.

— Мы… — он затаил дыхание, голос охрип. — Не… сейчас. Я не могу…

Я не понимала, что его сдерживало, но не спорила.

— Ладно.

Мы смотрели друг на друга, и я не сдержалась, прильнула к его губам для еще одного огненного поцелуя. Его вес придавил меня силой, мышцами и желанием, и я сильнее сжала ногами его бедра, желая еще хоть немного ощущать его рядом.

Он уткнулся лицом в мою шею.

— Блин, Тори.

Я зажмурилась, тяжело дыша. Я с трудом убрала от него руки и ноги. Отпускать его было неправильно.

Он отодвинулся от меня, голодно смотрел на мою вздымающуюся грудь, а потом отвернулся. Плечи двигались от его глубокого дыхания, он опустился на пол. Он прислонился к кровати, а я осталась лежать на матраце. Минуты спустя мое сердце стало биться спокойнее, легкие перестали жадно требовать воздух.

Когда мы оба пришли в себя, он встал. Я подвинулась, и он забрался под одеяло. Он опустил голову на подушку, и я вытянулась рядом с ним, но поверх одеяла, чтобы не шалить.

Он остался в штанах. Я была уверена, что обычно он спал без них, но понимала, почему он оставил их.

Я сглотнула, пытаясь не ерзать от жара во мне. Я не собиралась требовать от него большего или объяснений. Он переживал ад, и я не хотела ухудшать ситуацию.

Нам нужно было поговорить о другом, но я не хотела разбивать тишину между нами. То, что мне нужно было ему сказать, не было приятным, и мне нужно было еще немного времени.

Еще немного, и я столкнусь с последствиями решений, принятых недели назад.

ГЛАВА ПЯТАЯ

— Тори. Тори.

Ладонь грубо трясла меня за плечо, и я подняла голову, резко вдохнув, сонно щурясь. Я уснула?

Эзра сидел на кровати рядом со мной, одеяло закрывало его до пояса. Мой взгляд упал на его голую грудь, задержался на миг и добрался до его лица.

Пылающие алые глаза смотрели на меня.

Страх впился в меня, и я села, выругавшись.

— Блин, прости. Я не думала, что усну.

Этерран недовольно поджал губы.

— Времени мало. Он спит беспокойно. Интересно, почему? — насмешливо добавил он.

— Молчи. Ты делишь с ним тело, но не нужно вести себя как извращенец, — я поправила футболку, напоминая себе, что говорить нужно было тихо и спокойно, чтобы Эзра не проснулся.

Этерран смотрел на меня, замерев как хищник, сияющие глаза были лишены тепла Эзры. Мне не нравилось видеть демона в его лице.

— Хорошо, — деловито прошептала я. — Наш план. Две части — амулет и призыватель.

— Может, нужен только амулет.

— Но он может не вернуть твое тело, — возразила я. — Это наша цель. Не дать тебе власть над телом Эзры, а освободить вас обоих. Для этого нужно знать, как именно вы связаны. И как именно работает тот амулет.

Он стиснул зубы.

— После нашего прошлого разговора, — сказала я ему, — я поговорила с Дариусом. Он собирается подождать. Как и Аарон с Каем. Вам с Эзрой нужно сохранять спокойствие, пока мы не разберемся.

— Мы скоро уедем? — страх мелькнул тенью на его холодном лице. — Каждый день на счету.

— Завтра утром, — я нервно потирала ладони. — Ты сказал в прошлый раз, что призыватель, который сделал Эзру демоническим магом, умер при зачистке Энрайта.

— С остальными.

— Но ты уверен, что гримуар призывателя еще в Энрайте?

— Не уверен, — он упер локти в колени и склонился. — Меня призвали в круг, и я наблюдал за всем после этого. За зоной ритуала была скрытая комната — логово призывателя. Я слышал сквозь землю слабые звуки. Когда мы вернулись после истребления, то скрытое место не было раскрыто.

— Но это было восемь лет назад.

— Зачем кому-то трогать развалины?

— Допустим. Но разве призыватель оставил бы там что-нибудь?

— Группа, — Этерран оскалился, — относилась к призыву и ритуалам, как к выступлениям. У их лидеров был большой украшенный гримуар. Там были их ритуалы и заклинания.

Я шумно выдохнула.

— Так это был не личный гримуар. Они могли хранить его в «логове».

— Я так и подумал. Если не там, ты можешь найти другую информацию.

— Нам нужна твоя помощь, чтобы найти скрытую комнату. Тогда… — я сжала кулаки. — Мне придется все рассказать Эзре.

— Нет.

— Ему нужно знать перед тем, как мы…

— Нет, — Этерран оскалился. — Он не поверит, что я помогу ему — нам — не предав его.

— Вы неплохо работали вместе до этого, да? Эзра рассказывал…

— После того, как его родителей и всех, кого он знал, убили, потому что он убежал, он обратил всю вину и презрение на меня. Он ненавидит меня всей душой.

— Их убили не из-за того, что Эзра убежал…

— Если бы он не убежал, они не стали бы его искать, и «Ключи Соломона» не нашли бы его семью, — Этерран нетерпеливо зарычал. — Люди не могут принять бессмысленность смерти. Им нужны причины смерти. И он посчитал причиной свой выбор.

Он прижал ладонь к моему затылку и притянул мое лицо ближе к его.

— Пойми, Тори, — прорычал он. — Эзра не может вынести только одно. Он вытерпит любую боль или мучения сам, но не позволит семье снова умереть за него.

Я смотрела в пылающие глаза демона, горло сдавило, и я не могла говорить.

— Если он узнает, что я настолько владею его телом, он сразу же найдет способ умереть. Мне придется бороться с ним за власть, и это может уничтожить нас обоих.

Я подавила тошноту и сжала его запястье.

— Отпусти меня.

Он разжал пальцы.

— Нельзя говорить Эзре.

— Я не могу не рассказать Эзре. Он слишком умен, чтобы поверить моей сочиненной истории о том, зачем мы едем в Энрайт, и как только нам понадобится твоя помощь с поиском скрытой комнаты, он узнает, что…

— Тогда мы дождемся, чтобы он уснул.

Я упрямо стиснула зубы.

— Я не буду врать ему.

— Zh’ūltis! — рявкнул он. — Переживай о его прощении после того, как обеспечишь его выживание! Мы не можем…

Его глаза расширились, рука задрожала в моей хватке.

— Он…

Он дернулся, голова отклонилась. Она со стуком ударилась об стену. Он согнулся, охнув, вырвал руку из моих ладоней, прижал руки к своему лицу. Его плечи напряглись.

Он опустил ладони, и стало видно человеческие глаза Эзры, глядящие вперед, пока он тяжело дышал.

Мое сердце колотилось в горле, я сдавленно прошептала:

— Эзра?

Он дернулся, словно мой шепот был пощечиной. Его большие глаза посмотрели на меня, на мое лицо, замерли на моей ладони, оставшейся в воздухе.

Он убрал руки от лица и посмотрел на свое запястье. То, которое я сжимала.

— Ты говорила со мной… — хрипло пробормотал он.

— Я… — паника наполнила меня, и я выпалила, не думая. — Я говорила тебе успокоиться. Тебе снился кошмар…

— Ты говорила с ним.

Мой голос пропал.

Его взгляд стал сосредоточенным.

— Он… говорил… но разве… разве я не спал? — он резко вдохнул и шумно выдохнул. — Я спал, и он… и ты…

Черт, черт, черт. Решение о том, говорить ли ему правду, уже не обсуждалось.

— Эзра, мне нужно…

— Что случилось? Этерран управлял мной? Что… — его безумные вопросы оборвались. Он посмотрел на мое лицо разноцветными глазами. — Почему ты так спокойна?

Я потянулась к его руке.

— Я могу объяснить. Просто…

— Объяснить? — он отпрянул от моей ладони. — Этерран не просто захватил власть, пока я спал? Как ты можешь это объяснить? Как… — он утих, лицо потеряло остатки цвета. — Постой. Нет. Нет.

Он отбросил одеяло и скатился с кровати. Его ступни ударились об пол, он сжал ладонями голову по бокам.

— Моя бессонница в декабре. Это не… он не… это был он?

Паника звучала в его голосе, и моя тревога усилилась в ответ. Обычное спокойствие Эзры быстро разрывалось от осознания, что один из его худших кошмаров сбылся.

Он повернулся ко мне.

— Что ты знаешь?

Я подвинулась к краю кровати, свесила ноги.

— Эзра, прошу, успокойся. Все хорошо. Дай мне объяснить.

— Мой демон управлял мною во сне! Что тут хорошего?

— Я объясню это, — я сохраняла тон ровным, хотя страх сдавил легкие. — Прошу, Эзра. Просто сядь и дай мне рассказать.

Его грудь вздымалась, пока он пытался совладать с эмоциями, и я дрожала от напряжения. Слишком опасно. Это было слишком опасно для него. Вспышка эмоций чуть не уничтожила его пару дней назад.

Я вытянула ладони, умоляя.

— Прошу, Эзра.

Он смотрел на меня.

— Ты сказала, что у меня был кошмар. Ты соврала мне.

— Я… не хотела напугать тебя сразу после пробуждения.

— Этерран говорил с тобой, — его голос стал выше. — Что он сказал тебе?

— Эзра, прошу, просто…

— Что он тебе сказал?

В этот раз он прокричал вопрос, и я сжалась, впилась руками в одеяло.

Шаги застучали по лестнице. Аарон открыл дверь спальни.

— Что та…

— Скажи, Тори! — орал Эзра.

— Эзра! — рявкнул в ужасе Аарон. — Что…

— Это был не первый раз, да? — прорычал Эзра. — Ты слишком спокойна. Как давно, Тори?

Аарон недовольно шагнул в комнату.

— Эзра…

— Как давно ты говорила с моим демоном?

Я сжалась. Рот Аарона раскрылся, он потрясенно посмотрел на меня.

Я сглотнула, чтобы заговорить.

— С поездки в академию Синклер. Но это не то, что ты думаешь. Это было…

Эзра резко отпрянул и врезался в Аарона.

— Нападение оборотня. Я не помнил, что случилось.

— И все разрушения в доме алхимика, — пробормотал Аарон, глядя то на меня, то на Эзру. — Это был его демон?

— Да, но, ребята, послушайте. Этерран помогал мне, потому что…

— Помогал тебе? — перебил Аарон, его недоверие сменилось гневом. — Ты о демоне, который чуть не убил меня и Кая несколько раз…

Я вскочила на ноги.

— Да, о том демоне! И если вы оба помолчите хоть полминуты, я объясню, почему не рассказала вам!

Аарон провел руками по волосам.

— Я слушаю.

Я посмотрела на Эзру, но он пятился, плечи двигались от быстрого дыхания. Его взгляд стал рассеянным, он сжимал волосы, костяшки побелели. В комнате стало холоднее.

Аарон коснулся руки Эзры.

— Ладно тебе. Дыши. Что бы ни происходило, мы разберемся.

Эзра вдохнул. Он медленно разжал пальцы и опустил руки.

Сжимая плечо Эзры, Аарон посмотрел на меня, гнев был подавлен, но не пропал.

— Выкладывай, Тори.

Я скрестила руки. Не так я хотела провести этот разговор.

— Вы помните демонический амулет? Которым я освободила демона Берка?

— Ага, — кратко ответил Аарон. — Демон пропал с ним.

— Нет, я его сохранила.

Его глаза расширились.

— Этерран знает, что он у меня. Он понял, как бодрствовать, пока Эзра спит, и когда мы остались в академии вместе, Этерран навестил меня одной ночью. Он хочет, чтобы амулет порвал его контракт с тобой, Эзра. Он думает, что это освободит вас обоих, но…

— Постой, — Аарон смотрел на меня. — Этерран может действовать независимо, пока Эзра спит? И ты знала это? И не сказала нам?

Я сжала футболку, руки все еще были скрещены.

— Если бы я сказала, вы решили бы, что Эзру нужно убить на месте, и…

— Ты не сказала нам, что демон Эзры может свободно ходить ночью, пока все мы спим? В моем доме? С моими родителями? Он мог убить их!

— Но он не хотел никого убивать! Он хотел амулет, и я не собиралась помогать ему, если он…

— Помогать ему? — прошептал Эзра.

Я посмотрела на его ледяные глаза, сердце сжалось. Я взглянула на Аарона.

— Я заставила Этеррана согласиться перестать управлять Эзрой ночью, пока я не узнаю больше об амулете. Есть шанс, что он…

Эзра отвернулся от меня, вырвался из хватки Аарона. Он тяжело дышал, снова боролся за контроль. Он прижал ладони к стене, опустив голову.

Я смотрела пару секунд на белые облака его дыхания, а потом поняла, как сильно похолодало. Иней покрыл окно.

— Тори… — его голос дрожал. — Уйди из моей комнаты.

Мое тело было холоднее воздуха.

— Эзра…

— Уйди.

— Дай мне объяснить…

— Объясни! — слово вылетело из него криком. Его ладони сжались в кулаки, костяшки ударились об стену. — Объясни, как ты позволила мне жить неделями, зная, что в любую ночь Этерран мог захватить меня? Ты давала мне спать в одном доме с любимыми людьми! Он мог убить тебя, Аарона или Кая в любой момент!

— Этерран не собирался никому вредить. Я заставила его пообещать…

— Ты не понимаешь! — он повернулся ко мне, ударился плечом об стену и скривился. — Ты знаешь, почему он так много раз пытался убить Аарона и Кая? Чтобы навредить мне! Наказать за то, что я — его тюрьма! Ему нравятся мои страдания!

Я отпрянула на шаг, ноги врезались в кровать.

— Этерран хочет…

— Я знаю, чего он хочет, я знаю, какой он манипулятивный, и ты не понимаешь! Он мог напасть на тебя в любой миг! — красная сила зашипела на его руках. — Я обещал себе, что не подвергну никого из вас опасности! Я не могу жить с этим, понимаешь?

Сердце колотилось в ушах так же громко, как его голос.

Его ладони сжались в кулаки, костяшки побелели.

— Сложно уже, когда одна моя ошибка может означать твою смерть! А теперь выясняется, что Этерран способен на это? Неделями? Ты знала об этом и не сказала…

— Я не сказала тебе, чтобы был шанс тебя спасти, Эзра! — закричала я, глаза обжигало. — Есть шанс…

— Нет шанса!

— Почему ты так хочешь умереть? — завизжала я, ужас, боль и паника изливались в мой голос. — Почему не бороться за себя так, как за друзей? Ты не понимаешь, как сильно мы любим тебя?

— Конечно, понимаю! — закричал он. — Но не все сражения можно выиграть! Не все проблемы можно легко решить, и ты должна уже это понимать, но ты узнала, став мификом, только как хранить тайны и врать!

— Я пыталась тебя защитить!

— Я пытался защитить всех вас! Три дня назад я чуть не убил тебя! Повезло, что у тебя был волшебный предмет, который смог остановить меня!

— Тогда, может, нам нужно немного удачи, чтобы спасти тебя, но ты даже не пробуешь…

— Мое спасение не должно подвергать вас опасности! — он сжимал кулаки так, что мышцы напряглись на руках и груди. — Мне приходится слушать горечь и ненависть Этеррана каждый день, и для равновесия у меня есть только ты, Аарон и Кай. Без вас троих это того не стоит!

Я тоже сжала кулаки.

— Твоя жизнь стоит…

— Ничего! — проревел он. — У меня нет будущего, но у вас троих есть!

Я отпрянула, врезалась в кровать и расставила ноги, чтобы не убежать.

Он яростно оскалился.

— Защита вас троих — самое важное для меня, а ты за моей спиной дала моему худшему врагу шанс навредить тебе!

— Риск был продуманным. Чтобы спасти тебя. И ты можешь говорить себе, сколько хочешь, что твоя жизнь бесполезна, но пока тебя любят друзья, это глупые слова!

Он отпрянул.

— Ты можешь оправдываться, сколько хочешь, но я не боюсь бороться. Как и Этерран, и если придется просить о помощи его, а не тебя, ты сам будешь виноват!

Его глаза расширились, алые вены побежали по запястьям. Он содрогнулся, повернулся с невероятной скоростью, кулак полетел к стене.

Он отодвинулся в последний миг, и костяшки стукнули по стене, а не пробили ее. Он боролся за власть, тяжело дыша. Стало так холодно, что воздух обжигал мое лицо.

— Тори, иди.

Я вздрогнула, посмотрела испуганно на Аарона.

— Ты сказала достаточно, — он осторожно шагнул к Эзре. — Иди и жди меня в машине. Скорее.

Я сделала шаг и развернулась. Я поспешила за дверь, а Аарон опустил ладони на плечи Эзры, тихо шепча, приводя друга в чувство, пока эмоции не завели его к безумию.

Я едва видела лестницу, пустую гостиную, где еще играл фильм, кухню, где я когда-то готовила парням запеканку, а потом выпалила что-то глупое, из-за чего Эзра побежал в руки врагов.

Зимний холод ударил меня за задней дверью. Я пробежала по двору, открыла калитку и остановилась на парковке, где стоял серый джип Аарона. Мотоцикл Кая остался в углу, накрытый черным чехлом.

Я едва дышала, всхлипывала с каждым вдохом. Я шагнула к забору, прильнула к нему и сползла к земле. Моя попа ударилась об гравий, и слезы все-таки покатились.

«Он не позволит семье снова умереть из-за него».

Эзра не мог допустить опасности для друзей, а я допустила это. Но если бы я кому-то рассказала, они убили бы Эзру. Что мне было делать? Сомнения крутились в голове, страх сжимал сердце, терзал его с каждым ударом. Неуверенность и обида били по мне, и я жалела о каждом слове, которое прокричала Эзре. Что на меня нашло? Почему я сделала это? Почему я не сдержалась?

Минуты тянулись, я дрожала от холода, уткнувшись лицом в скрещенные руки. Гул приближающейся машины заставил меня поднять голову, и я прищурилась от света фар. Черный джип остановился рядом с машиной Аарона.

Двигатель утих, но фары все еще слепили меня, пока открывалась дверца водителя. Ноги захрустели гравием, мужчина подошел ко мне. Когда он заслонил собой сват, я разглядела его, и ужас сдавил мою грудь.

— Дариус! — я вскочила, пошатнулась и поняла, что сильно дрожала. — Что вы тут делаете?

Глава гильдии смотрел на дом с мрачным видом.

— Аарон позвонил мне.

Я сжала его кожаную куртку, не давая ему пройти дальше.

— Вы обещали! Вы обещали подождать!

— Я тут не для этого, Тори.

Я замешкалась, но не отпустила его.

— Тогда почему вы тут?

— Аарон сказал, что вам двоим нужно срочно уехать, а Эзру нельзя оставлять одного, — серые глаза разглядывали мое лицо. — Что случилось?

Мои пальцы дрожали. Я сжала его куртку, чтобы скрыть их дрожь.

— Эзра узнал… о своем демоне и… обо всем, что я скрывала от него.

Он вздохнул.

— Это было неминуемо, да?

— Но все случилось неправильно, — прошептала я. — Думаю, он ненавидит меня.

— Ты пошла против всего, что важно для него, — прямо сказал Дариус.

Я скривилась, сердце разбивалось.

— Но ты предпочтешь, чтобы он умер, любя тебя, или жил, ненавидя тебя? Ты уже приняла это решение, Тори.

Я пыталась вдохнуть холодный воздух.

— Д-да.

Он опустил ладони на мои плечи.

— У вас с Аароном есть работа. Пусть это того стоит.

Я вспомнила свои слова: «Это того стоило, Зак?».

Я поежилась. Зак предал меня и моих друзей ради своих амбиций. Я пыталась спасти жизнь Эзры, спасти счастье Аарона и Кая, которое уничтожила бы смерть Эзры.

Закрыв глаза, я собрала в кулак обрывки решимости. Открыв глаза, я отпустила куртку главы гильдии.

— Прошу, позаботьтесь об Эзре, пока нас нет.

— Позабочусь, — он прошел мимо меня и открыл калитку. — Но, Тори… думаю, ты поймешь, что Эзра, который пережил больше, чем расскажет нам, не нуждается в защите. Ему нужен только повод сражаться.

Я обвила себя руками, зубы стучали. Я смотрела, как Дариус прошел по двору и скрылся за задней дверью.

Повод сражаться.

Амулет. Амулет призывателя. Я отыщу ответы и дам Эзре повод и надежду, которые были ему так нужны.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

— Хорошо, Тори.

Я смотрела в лобовое стекло на темный тротуар за фарами джипа. Все было черным, деревья по бокам шоссе были едва различимы на фоне ночного неба.

— Расскажи мне все, — приказал Аарон. — С самого начала.

Я глубоко вдохнула и собралась с мыслями. В этот раз я рассказала ему обо всех событиях по порядку, объясняя каждое свое решение. Как я уговорила Этеррана дать мне время. Как демон проявил себя хоть отчасти надежным, когда помог убить оборотней, а не убил всех, включая меня, и сбежал. Как Этерран вытащил Эзру из их общего эмоционального коллапса от рук Варвары.

— Мы говорили ночью после этого, — призналась я. — Обсудили амулет, и что я узнала о призыве демона, и можно ли сделать демонического мага человеком.

— Вы обсуждали это… — Аарон сжал руль. — Этерран пару раз захватывал власть при мне, но никогда не говорил. Только пытался убить нас.

— Он хочет покинуть тело Эзры. Он думает, есть шанс, что мы сделаем это… и я так думаю. Он рассказал мне о призывателе из Энрайта, который превратил Эзру, и что гримуар призывателя еще может быть там.

— Поэтому мы едем в Энрайт?

— Я хотела все спокойно рассказать Эзре, а не с криками. Он поехал бы с нами, и Этерран помог бы нам найти гримуар.

Глядя на дорогу, Аарон медленно выдохнул.

— Ты знаешь, что произошло в Энрайте?

— Немного.

— Эзра видел, что всех, кого он знал, убили там. Вряд ли он пойдет туда снова.

Мое тело похолодело.

— Думаешь, это было бы слишком для него?

— В его нынешнем состоянии — да, — Аарон снова выдохнул, но с дрожью. — Эзра в плохом состоянии, Тори. Если что-нибудь в скором времени не изменится, мы потеряем его раньше, чем сможем спасти.

— Потому я делала все это.

Он кивнул.

— Если мы найдем гримуар призывателя, что тогда?

— Мы выясним, как Эзру превратили в демонического мага. Если мы будем знать детали магии контракта — если они есть — мы будем лучше понимать, сработает ли амулет, чтобы порвать ее.

— А если амулет не сработает?

— С этим мы разберемся, если такое случится, — буркнула я.

Машина гудела, несясь по шоссе, других машин на дороге не было. Я смотрела во тьму, пытаясь подавить боль в груди. Эзра поймет. Он простит меня.

А если нет, он хотя бы будет жить.

— Пока я выдаю тайны, — резко сказала я, — есть еще кое-что, что тебе нужно знать.

Аарон посмотрел на меня, его лицо озаряло сияние доски приборов.

— Я люблю Эзру. Мы целовались под омелой на Рождество. И не только тогда.

Тишина.

Я не могла смотреть на Аарона, глядела на дорогу впереди.

— Я не понимала, что у меня есть чувства к нему. Поняла только через месяцы после нашего разрыва. Мы с Эзрой не встречаемся и не спим. Я должна была рассказать тебе раньше, но не знала, заведет ли искра между мной и Эзрой куда-то.

Аарон долгую мучительную минуту молчал, а потом тяжко вздохнул.

— Тори, ты плохо в меня веришь, да?

Я сжалась на сидении.

— Ты думала, я запрещу тебе видеться с Эзрой, как ревнивый парень? Я люблю вас обоих. Разве я позволил бы вам быть несчастными?

Я сжалась сильнее, ощущала себя размером в два дюйма.

— Прости.

— Ты скрывала что-нибудь еще?

Я сморщила нос.

— Эм… я никогда не спала с Заком. Он намекал, но он просто вел себя как зараза.

— Когда он вел себя иначе? — буркнул Аарон и отклонился, хватка на руле стала расслабленной. — Тебе нужно поспать. Я разбужу тебя в Сиэтле, и мы поменяемся.

— Хорошо, — я отклонила сидение на пару градусов. — Аарон?

— Да?

Слеза покатилась по моей щеке.

— Мне очень-очень жаль. Я должна была довериться тебе с самого начала.

Шум шин по асфальту заполнял наше молчание. Я ощущала себя ужасно, все внутри болело, и я подвинулась, пытаясь устроиться удобнее.

— Может, и к лучшему, что ты не говорила мне, — прошептал Аарон. — Мы с Каем обещали Эзре… Что бы ты ни сказала, вряд ли мы стали бы ждать.

Я смотрела на него, грудь сдавило. А потом я закрыла глаза, зная, что мысли еще не скоро успокоятся и дадут мне уснуть.

* * *

— Обычно меня не тошнит в машине, — сказала я Аарону, поворачивая джип, шины ревели на гравии и грязи. — Но эта дорога такая извилиста, что меня вот-вот стошнит.

Сжимая поручень на дверце, Аарон глядел на дорогу, не мигая.

— Ты можешь замедлиться. Это поможет.

— Мы уже медленно едем, — буркнула я, направляя машину по изгибу дороги. — Мы едем по этой дороге уже сорок минут? Пятьдесят? Сколько еще?

— Еще пара миль. Но, Тори, на дороге снег, так что нужно ехать медленнее.

— Этот тонкий слой? Аарон, я выросла в Онтарио. Я умею ехать в снег.

Он поджал губы до побеления. Явно хотел быть за рулем. Я со стоном удерживала скорость джипа на одной отметке.

Аарон вел первые три часа, и в Сиэтле мы поменялись, чтобы он поспал. Граница Сиэтла и Орегона была двумя часами езды по шоссе, а потом стало неприятно.

Не поймите меня превратно, побережье Орегона было красивым. Густой лес покрывал низкие склоны, и извилистые дороги двигались вдоль рек, землю укрывал белый снег. Но дороги и были проблемой.

Наш прогресс замедлился, и когда утреннее солнце озарило горы, навигатор Аарона направил нас с шоссе к широкой однополосной дорогой без линии по центру и с кучей ям. Как только я пожаловалась из-за ужасного асфальта, он стал грязью. И, может, так казалось только мне, но дорога ухудшалась, пока мы ехали.

Мы были посреди ничего. Порой мелькали одинокие дома, но я не видела города или деревни. Даже крохотной деревушки из дюжины домов и одного магазина. Если бы я хотела скрыть мификов с промытыми мозгами и демонических магов-подростков, то место было бы отличным. Я была удивлена, что «Ключи Соломона» нашли его.

— Хорошо, — буркнул Аарон, листая распечатки карт, которые я приготовила вчера. — Какая из этих… Вот карта Энрайта, но…

— Но мы не едем в Энрайт, — карты Гугла не знали, как попасть туда на машине. — Тебе нужны указания из блога «Путник на велосипеде».

Энрайт не был городом. Когда-то это было поселение, но теперь это были заброшенные рельсы и ржавеющее оборудование. Так что мы ориентировались на ближайшее к нему место.

Аарон нашел указания пути к Энрайту от любителей покататься по грязи, как и информацию, которую я нашла с небольшой помощью Дариуса, о доме, где нашли демонических магов. Я замедлила машину, мы стали искать съезд.

Представляете, как я обрадовалась, когда мы попали на дорогу, которая была еще уже и грязнее?

Я сжимала руль, машина прыгала на неровной дороге. К счастью, погода в последнее время была хорошей. Пара дюймов снега задержалась в тени в лесу, но на дорогах слой был тонким и не мешал видеть границы.

— Кто, — прорычала я, пока мы прыгали, — захотел бы… жить… тут?

— Люди, которые не хотят, чтобы их нашли, — мрачно ответил Аарон.

Мы ехали по этой дороге мимо срубленного участка леса, повернули на другую дорогу в горах. Мы спустились в долину, и вид на вершины пропал, голые деревья окружили дорогу так сильно, что ветки порой били по джипу.

Еще пятнадцать минут мы искали поворот, мешали разросшиеся деревья. Дорога вилась в лесу, была лишь двумя полосками земли, где шины ее придавили.

— Вот, — сказала я. — Туда.

Я повернула на тропу и обнаружила истинный смысл дороги с кочками.

Колеса проваливались в ямы, подвеска дрожала, машина ползла по дороге. Я не знала, ухаживали ли за ней после «истребления», но тут хотя бы не было обломков деревьев. Ветки и стволы обрамляли края, но ничто не мешало проехать.

Мы подпрыгивали почти десять минут, повернули и прибыли на место.

Бывший дом Эзры. Скрытая темница, о чем не подозревали он и его родители. Сцена резки, где умерли шестьдесят восемь человек, включая призывателя, который обрек Эзру.

Я остановила джип, выключила двигатель и открыла дверцу. Холодный воздух ворвался в машину, я выпрыгнула на ровный слой снега. Несмотря на то, что мы были глубоко в горах, холод был не хуже, чем обычно в конце января.

До уничтожения коммуна занимала мягкий склон горы в несколько уровней, большое здание было у основания, несколько рядов домов тянулись за ним. Покосившаяся ограда окружала заросшее поле на западе, а у вершины гряды стояло еще одно строение, но я не знала, что это могло быть.

Все здания теперь были обломками.

Я смотрела на центр коммуны, стоя у склона, пытаясь представить, как это место выглядело. Я пыталась представить Эзру-подростка, стоящего на этом месте, когда он впервые прибыл сюда с родителями семнадцать лет назад. Я пыталась представить, как «Ключи Соломона» ворвались сюда с оружием, готовые биться с редкими демоническими магами — лучшим трофеем.

Дверца джипа закрылась, и я вздрогнула. Я повернулась, Аарон застегивал куртку поверх защитного жилета. Маркер в черном чехле висел на его плече.

— Мы среди развалин, — отметила я. — Вряд ли тебе нужен меч.

— Я не буду рисковать.

Ладно. Я могла потерпеть паранойю. Двигаясь нарочито размашисто, я направила брелок на джип и нажала на кнопку замка. Машина пикнула, сигнализация включилась.

Закатив глаза, он протянул мой боевой пояс. Я потянулась к кожаному поясу, коснулась его, и горло с болью сжалось.

Пояс когда-то был наполнен моими артефактами, а теперь там были только припасы алхимии — мой пистолет для пейнтбола, запасной магазин с сонным зельем, несколько алхимических бомб. С такой ограниченной магией могла ли я быть поддержкой Аарону?

Я отогнала сомнения, взяла пояс и заглянула в мешочек сзади. Хоши в облике сферы была там, наверное, видела сны или пряталась от холода. Кто знал, но я хотя бы могла рассчитывать на ее помощь.

Я застегнула пояс, расправила плечи, глубоко вдохнула и пошла к дому.

— Вперед.

Мы подошли к залу коммуны. Три из четырех стен были в разных состояниях разрушения до пыли, и потолок обвалился. Небольшой лес пророс из развалин, молодые деревья терпеливо ждали весны.

— Наверное, у них были сады и скот, — отметил Аарон, заглядывая за обломки стены. — Такие коммуны стараются быть самодостаточными.

— Да, — согласилась я. — Они не хотели бы привлекать внимание большими заказами в магазинах. И кто бы хотел выезжать отсюда больше, чем раз в месяц?

Мы пару минут ходили среди руин, а потом я покачала головой.

— Этерран говорил, что ритуалы выполняли как выступления. Тогда нам нужно туда.

Я указала на развалины на вершине гряды, и Аарон кивнул.

Мы вместе поднялись по широкой тропе в центре коммуны, дыхание вырывалось белым паром. Холодный печальный вес собрался в груди, усиливался с каждым шагом, и я пыталась держать себя в руках.

Два детских велосипеда бросили перед домом, колеса сдулись, цепи проржавели. Садовые инструменты лежали в земле, длинные ручки были сломаны. Квадроцикл со смятым передом, словно он во что-то врезался, стоял меж двух домов со шлемом рядом с ним, мертвые сорняки торчали из разбитого забрала.

Признаки оборванных жизней были всюду, забытые вещи и пустые дома. Когда-то люди жили тут в относительном покое. А сутки спустя «Ключи Соломона» убили их всех.

— Те семьи не были преступниками, — мой голос был тихим, но слова звучали резко. — Они были жертвами. Как «Ключи» могли убить их и остаться безнаказанными?

— Не знаю, — он переступил корень. — Но демонические маги, похоже, не собирались умирать тихо.

Он указал на трещину в земле, и я огляделась снова. Ущерб смягчился за годы, но теперь, пока я разглядывала окрестности, я видела глубокие следы в земле, обломки, разбросанные на двадцать, тридцать и даже пятьдесят футов от разбитых зданий.

Эзра один разбил здание. Каким было сражение с десятью демоническими магами, работающими вместе для защиты своего дома?

Мы с Аароном продолжали подниматься по склону к развалинам сверху. Большие куски камня лежали вокруг широкого пустого круга из бетона. Нетронутый снег укрывал пол, который не пострадал, хотя остальное строение превратилось в крошку из камня.

Я пнула короткий цилиндрический обломок у края круга.

— Что это было?

Аарон присел, стряхнул снег с обломка, и стало видно битый бетон.

— Думаю… это были колонны. Это был храм, как древние храмы в Риме.

Я потирала руки от холода.

— Думаю, тут проводили ритуал. Скрытая комната под этим, по словам Этеррана.

Мы с Аароном огляделись.

— Ну, — пробормотал он, — это будет сложно.

— Должен быть способ без копания, — я прошла на плоский круглый пол. — Может, если я наступлю на нужное место, откроется дверь.

— Или сработает ловушка.

Жалея, что Этерран не дал указания лучше, я бродила по платформе в форме диска. Тут Эзру превратили в демонического мага в четырнадцать лет?

— Тори… смотри.

Он указал на мои следы на снегу. Там, где мои сапоги открыли кусочки пола, темные линии пересекали камень. Я одной ногой расчистила участок больше, а потом присела и коснулась черного следа.

— Серебро, — поняла я. — Это потемневшее серебро в камне.

Я пошла к Аарону, постукивая по мешочку на спине. Хоши вылетела оттуда с потоком бледного света. Ее глаза сияли розовым, она окружила меня, нюхая свежий горный воздух.

— Хоши, можно немного ветра? — я махнула на покрытый снегом пол. — Можешь сдуть снег?

Ее крылья, похожие на веера, открылись и закрылись. Она поднялась надо мной, покачивая хвостом.

Ветерок пошевелил мои волосы, а потом порыв, похожий на торнадо, пронесся по каменному кругу. Снег поднялся, ветер утих, и он опустился на землю в двадцати ярдах от круга.

Аарон подошел ко мне, и мы посмотрели на пол храма. Серебро узором отмечало три круга в пятнадцать футов в диаметре, которые разместились треугольником, в каждом были спирали, геометрические силуэты и сотни рун. Некоторые я смутно узнавала из Арканы, а другие были с шипами, странно искаженными и пугающими.

— Круги не одинаковые, — отметил Аарон тихо. — Но они выглядят как круги призыва.

— Они кажутся нетронутыми. Почему только это место не пострадало?

— Не знаю, но оставлять его целым — плохая идея. Это…

Бип-бип-бип!

Мы с Аароном обернулись от шума в долине. Сигнализация джипа доносилась снизу, фары сверкали. Даже с высоты я не видела того, что активировало сигнализацию.

Я вытащила ключи из кармана и нажала на кнопку. Машина притихла, и я посмотрела на Аарона.

Мы побежали без слов. Хоши тянулась за нами, мы бежали к ровной земле, добавляя следов на снегу. В десяти футах от джипа я остановилась. Аарон замер рядом со мной.

— Эм, — я пару раз моргнула. — Ты тоже это видишь?

Наш джип, который я оставила на ровном участке земли, теперь был в неглубокой яме. Идеальный прямоугольник земли опустился на два фута, забрав с собой нашу машину.

Ругаясь, Аарон схватил черный чехол Маркера и стал расстегивать его.

— Аарон? — начала я. — Что…

Земля задрожала и взорвалась передо мной.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Стена земли поднялась вверх, осыпав меня грязью. Я сжалась, прикрыв руками лицо. Земля двигалась, грохот оглушал меня.

— Тори! — закричал Аарон.

Я повернулась, шатаясь, и увидела еще три стены, поднимающиеся из земли вокруг нас, становясь темницей.

Не было времени доставать меч, Аарон сунул оружие в мои руки и прыгнул на стену, которая уже была выше его головы. Он зацепился за вершину, подтянулся и пропал на другой стороне.

— Быстрее! — крикнул он. — Брось мне…

Раздался грохот ломающегося камня, и он выругался.

— Блин-блин-блин! — я тяжело дышала, повесила меч на плечо. Я пробежала к стене в десять футов высотой и прыгнула. Я ухватилась за вершину, но земля рассыпалась под пальцами, не давая подтянуться.

Хоши появилась за мной, сияя серебром. Она схватила меня за куртку и подняла, взмахивая хвостом. Я перебралась и рухнула на ноги, земля задрожала подо мной. Аарон вскрикнул в паре ярдов от меня, земля подбросила его.

Да, земля. Бросила его. Я не знала, как еще объяснить то, как она двигалась под его ногами, как брыкающийся конь.

— Аарон! — я вытащила Маркер из чехла и бросила ему. Он поднялся на ноги, поймал меч в воздухе и вытащил из ножен.

— Ложись, Тори, — приказал он, огонь вырвался из его ладоней и побежал по стали. — Скорее!

Я бросилась на землю, а лицо Аарона напряглось от сосредоточенности. Он взмахнул мечом дугой по горизонтали, и красный огонь пролетел разрастающимся кольцом от него на уровне пояса. Он пронесся надо мной, попал по зданиям неподалеку. Дрожь земли прекратилась.

Аарон яростно улыбнулся.

— Задел тебя, гаденыш.

Он перепрыгнул трещины в земле, а я поднялась.

— Кого задел?

— Террамага! — крикнул он, устремившись к главному зданию коммуны. — Они там!

Террамаг? Я посмотрела на новую дыру, в которой оказался наш джип. Маг земли. В этом был смысл, но мне все еще это не нравилось.

Я вытащила пистолет, побежала за Аароном, пока он перемахнул через разбитую стену и пропал среди развалин. Я не была такой спортивной, как он, замедлилась перед прыжком над обломками. Я приземлилась на пол внутри, земля снова содрогнулась, но теперь я видела источник землетрясений.

Внутри разбитого здания нас ждал противник. Под два метра ростом, с широкими плечами, которые казались еще больше из-за кожаной куртки, мужчина сжимал деревянный короткий посох со сталью на концах. Его смуглая кожа выделялась из-за заснеженной стены за ним. Его темно-каштановые волосы были выбриты по бокам и торчали сверху.

Огонь вспыхнул на предплечьях Аарона, он взмахнул Маркером, посылая волну огня в террамага. Мужчина стукнул посохом по земле, тонкий слой земли поднялся, стал стеной перед ним.

Огонь Аарона пробил его, и стена рассыпалась, террамаг закрутил легко посох. Он указал концом на Аарона, тридцать футов пустоты и обожженные деревца были между ними.

Земля под ногами Аарона разбилась. Он пошатнулся, террамаг взмахнул посохом размеренно. Он стукнул им по земле.

Колонна бетона и глины шириной в четыре дюйма поднялась из земли перед Аароном. Колонна врезалась в его живот, подняла его над землей.

Он рухнул на спину, глаза выпучились, он не мог дышать.

— Блин! — выдохнула я. Я зачастила с этим словом.

Террамаг посмотрел на меня, закрутил посох. Я не ждала, чтобы узнать, что за ужас он собирался обрушить на меня. Я побежала вперед, огибая молодые деревья.

Посох указал на меня. Земля на пути покрылась трещинами, которыми можно было сломать лодыжку. Я с криком перепрыгнула их, попала на ровную часть и прыгнула снова, размахивая руками.

— Козел! — яростно закричала я. — Хоши, ударь этого гада по голове!

Террамаг напрягся и искал взглядом, пытаясь понять, кем был «Хоши».

Сильфида появилась над ним. Она повернулась и ударила хвостом по боку его черепа с громким треском. Он взмахнул посохом, чтобы сбить ее, и я направила пистолет на него и нажала на спусковой крючок.

Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп!

Желтое зелье взорвалось всюду, но не на террамаге. Мои выстрелы попадали на ветки молодых деревьев между нами.

— Зараза! — прорычала я, сжав пистолет крепче. Мне было больше нечем биться. Из нападения у меня был только пистолет с зельем!

Оранжевый свет вспыхнул, отражаясь от рушащихся стен. Огненная сфера размером с пляжный мяч появилась на кончике меча Аарона и полетела к террамагу.

Посох закружился, и еще одна стена земли поднялась перед магом, ловя огненный шар. Барьер рушился, я потянулась к дымовой бомбе. Пальцы сжались на прохладной стеклянной сфере, но я замешкалась. Дымовая завеса скроет нас от террамага, но и скроет его от нас, и, может, не стоило…

Террамаг повернул посох другим движением и опустил его.

Бетон подо мной и Аароном разбился, и мы упали. Земля вокруг меня поднялась, став чашей со мной в центре, и освободившаяся земля посыпалась мне на колени, придавливая ноги.

Еще взмах посохом, и земля под Аароном отбросила его на колени, когда он попробовал встать.

Посох террамага снова крутился. Он опустил его еще раз, и узкая колонна из камня устремилась к голове Аарона.

У меня была лишь секунда, чтобы понять, что Аарон мог пострадать от фатального удара по голове, и это было бы моей виной.

Аарон отклонился, и земля замерла, колонна остановилась в дюймах от его лица.

Террамаг накренился вперед, ноги и руки дрожали. Два блестящих провода тянулись от его спины к тазеру в руке другого мужчины, который скрывался за развалинами в пяти футах за магом.

Я смотрела, раскрыв рот, в голове шум был сильнее, чем от тока, обездвижившего террамага. Я долго не могла говорить. А потом голос вернулся воплем яростного потрясения.

— Джастин?

* * *

— Ненавижу биться с террамагами, — прорычал Аарон, стряхивая землю с куртки.

Я хмуро посмотрела на него. Он почти не пострадал, а меня террамаг закопал по пояс. Земля была даже в нижнем белье.

В. Трусиках. Аарон не должен был жаловаться.

Я скользнула хмурым взглядом по террамагу без сознания, желтое зелье сна запятнало его шею. Пока он был отключен от тазера Джастина, я выбралась из земли и выстрелила в него.

— Террамаг, — пробормотал Джастин, скрестив руки, широко расставив ноги в стиле полицейского. Он был в штатском, в синей шапке и теплых кожаных перчатках.

Я яростно посмотрела на него, но заставила себя повернуться к Аарону. Если я заговорю сейчас с братом, я закричала бы, как безумная.

— Что такого с террамагами? — спросила я у Аарона.

— Ничего, — буркнул он. — Просто их сложно одолеть, особенно, когда они так хороши, как этот парень. Их защита лучше всех в Элементарии.

— Да, сложно надрать ему зад, когда к нему не подобраться.

— Обычно так террамаги и делают.

Мой пыл остывал, любопытство охватило меня.

— И как действовать против них?

— Утомить их, — ответил Аарон, напряженно улыбаясь. — Это я и делал. Террамаги не очень выносливые.

— Ах, — я кивнула с пониманием. Это объясняло, почему Аарон не пробовал свои яркие атаки. Он приберегал силы, пока тратил силы террамага. Хороший план, кроме части, где колонна из камня чуть не пробила ему голову. Может, он рассчитывал на мою помощь.

А я не смогла помочь. Я посмотрела на пятна сонного зелья всюду. Плохая из меня вышла подмога.

Аарон, казалось, думал о том же, потому что скривился, глядя на поверженного мага.

— Я должен был поджарить его общим загоранием, думаю, но не хотел использовать такую силу, когда он не пытался убить нас.

Общее загорание — техника выжигания магии из тела мага. Аарон был очень хорош в ней. Как и террамаг, ведь он занимался подобным.

— Кто напал первым? — спросил Джастин.

Я тут же вспылила.

— Замолчи, Джастин. И вопрос, кто на кого напал, — я ткнула его в плечо пальцем. — Я не хочу слышать от тебя ни слова, пока я не буду готова обсудить то, как ты последовал за мной через границу и два штата!

Да, я злилась. Преследование было жутким, особенно, когда это был твой заботливый осуждающий старший брат.

— Разберемся сначала с этим, — сказала я Аарону, указывая на террамага. — Готов разбудить его?

Кивая, Аарон помог мне поднять террамага, прислонил его к стене. Джастин послушно сковал мага наручниками, так что оставалось забрать его вещи, а потом я вытащила маленький флакон зелья «А ну проснись» из мешочка на поясе.

Оно называлось не так, но оно так делало, так что я оставила это прозвище.

Пара капель упала на лицо мужчины, и я закупорила флакон.

Он проснулся, фыркнув. Темные глаза открылись, и он отклонил голову, глядя на троих над ним — один из них держал большой меч, другая гладила пистолет от пейнтбола на поясе. Я упоминала, что земля забилась даже в нижнее белье?

Он посмотрел на нас и скривился.

— Черт.

Я приподняла брови.

— Лучше и не скажешь, — сухо согласился Аарон. — Хочешь объяснить, почему напал на нас?

— Конечно, — ответил террамаг низким голосом. — Но если уйдете сейчас, сможете убраться, пока не прибыла моя команда.

— Какая команда?

Террамаг склонил голову, волосы упали ему на лоб.

— Команда «Ключей Соломона». Слышали о них? Они всегда рады поймать пару плутов-мификов.

Мы с Аароном переглянулись, хмурясь.

— Чувак, — сказала я. — Мы не плуты.

— Конечно.

Я закатила глаза.

— Нет, серьезно. Мы тут на расследовании.

Он отклонился к стене.

— Вы опоздали на восемь лет. Я знаю, почему вы тут. За этим сюда приходят все.

Аарон посмотрел на меня в смятении, и я согласилась. Я не знала, о чем говорил террамаг.

Аарон шагнул к нему и присел.

— Документы при себе?

Маг прищурился.

— Или ты говоришь мне, где кошелек, или придется проверять все твои карманы.

— Внутри куртки слева.

Аарон сунул руку под куртку и вытащил кошелек. Он открыл его.

— Блейк Коган, — прочел он и вытащил телефон, быстро выбрал номер и прижал мобильник к уху. — Эй, Феликс. Можешь пробить мифика для меня? Номер 85-02-554309.

Блейк моргнул с удивлением, глядя на Аарона, пока мы ждали.

Из телефона донесся тихий голос, и Аарон кивнул.

— Ладно. Ага, понял. Спасибо, — он убрал телефон в карман и сказал мне. — Он — член «Ключей Соломона».

— Да ладно, — я взглянула на Блейка. — Я думала, ты — плут, хотя член «Ключей» — это и есть плут, просто зовется иначе.

Блейк фыркнул.

— Значит, ты встречала мало плутов.

— Достаточно. И многие из них никогда не убивали семьи и детей, как «Ключи» сделали тут восемь лет назад.

Террамаг посмотрел на меня с нечитаемым видом.

— Это вы тут расследуете?

— Нет, мы… — я замешкалась. Я не ожидала увидеть никого в или вокруг Энрайта, так что не подготовила историю для прикрытия. — Мы думаем, что призыватель, который создавал демонических магов в Энрайте, еще жив.

«Вре-е-ешь», — пропела я в голове. Но это был хороший повод обыскать окрестности ради гримуара.

— Вряд ли, — сказал Блейк. — Есть вопросы о том, как люди тут умерли, но не кто.

— Какие вопросы? — резко сказала я с гневом. — «Ключи» убили тут всех.

— Вот и нет, — он приподнял брови. — Снимите наручники, и я устрою вам эксклюзивный тур про загадочный и жуткий культ демонических магов Энрайта.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

— Мы знали, с чем имели дело, — сказал Блейк, выходя из разбитого центра коммуны, теперь пострадавшем еще сильнее. Он странно хромал, левая нога была короче правой.

— Ты был тут? — удивленно спросила я, следуя за террамагом. На вид ему было не больше тридцати пяти. Восемь лет назад он был слишком юным для элитного охотника, но не младше, чем Аарон был теперь.

Пиромаг шагал рядом со мной, Джастин плелся за нами, внимательно слушал. Мне не нравилось, что мой брат впервые серьезно слышал о преступлениях и правосудии мификов, но я не могла оставить его позади, только если выстрелила бы сонным зельем.

Я потянулась к пистолету. Это было заманчиво…

— Команда уже поймала члена культа в Портлэнде и допросила его, — продолжил Блейк, повернулся к тропе, ведущей к руинам храма. — Когда они узнали, что происходило в Энрайте, они созвали всю гильдию. Команды собрались со всего континента, восемьдесят охотников на демонов собрались в Портлэнде.

— Восемьдесят? — повторила я в шоке. — Против шестидесяти восьми не боевых мификов?

— Против одиннадцати демонических магов, — он помрачнел. — И домой вернулись только шестьдесят три «Ключа». Моя команда была из семнадцати умерших.

Его голос стал хриплым под конец, и я почти пожалела его — но он был охотником из «Ключей», и он помогал убивать семьи, пострадавшие от культа.

— Если бы все одиннадцать демонических магов были против нас командой, потери были бы катастрофическими, — Блейк повернулся к заросшей дороге. — Мы разошлись полукругом, прибыли из леса. Местность была кошмаров, но демонические маги разделились, чтобы остановить наше наступление на коммуну.

Он посмотрел на зимний лес.

— Мы убили пятерых в лесу, но другие не пошли на нас. Мы собрались тут, и к тому времени дома были пустыми. Семьи собрались в храме.

Он повернулся к склону и указал.

— Пять из оставшихся шести демонических магов выстроились перед зданием коммуны и ждали нас. Если вы еще не знаете, каким ужасным было это место, трое из них были подростками.

Я посмотрела на развалины. Сложись судьба иначе, Эзра мог бы быть среди тех пятерых.

Блейк, хромая, пошел вверх по холму.

— Это был самый ужасный бой из всех, что я видел. Чистое разрушение демонической магии, это было хуже, чем я мог представить.

Мы миновали первый ряд домов.

— Мы убили двоих, еще трое отступали. Мы видели, что в них были только демоны, ничего человеческого не осталось. Демоны бились за выживание, и их жестокость куда больше, чем у людей.

Мы миновали второй ряд домов.

— Мои товарищи были уже мертвы, и я не смог продвинуться дальше. Оставшиеся команды напали на пятого. Тот демон был сильнее всего, его магия казалась бесконечной.

Мы миновали последний ряд домов.

— Пять контракторов пожертвовали своим демонами, чтобы убить его, — Блейк подошел к развалинам храма, замедлился. — Только один демонический маг оставался, и команды решили, что он прятался в храме среди членов культа.

Террамаг остановился в паре ярдов от храма.

— Команды подходили осторожно, и члены культа просто стояли там. Мужчины, женщины, дети. Может, они думали, что в храме они были защищены. Они даже не пытались бежать, а потом…

Блейк посмотрел на развалины, а потом повернулся к нам с каменным лицом.

— А потом храм загорелся красным светом, и вспышка демонической магии, которая была сильнее всего, что мы до этого видели, стерла весь культ.

У меня закружилась голова.

— Что… о чем ты?

— Последний демонический маг убил всех в храме, включая себя. Я не знаю, был это человек или демон, — он перевел взгляд с меня на Аарона. — Мы думаем, что последний демонический маг был лидером культа. Такое уже происходило — лидер убивал всех, когда культ был в опасности — но мы никогда не узнаем точно, зачем он это сделал.

Я сглотнула, к горлу подступила горечь.

— Вы нашли тела всех одиннадцати демонических магов?

— Только десятерых, которых мы убили. Тела в храме были… — он покачал головой. — МП при уборке посчитали тела. Там были все члены культа. Все были мертвы.

— А тот, которого допросили в Портлэнде? — спросил Аарон.

Блейк скривился.

— Там уже вина моей гильдии. Они держали его в штабе, но плохо следили. Он повесился.

Черт, Эзра на самом деле был единственным выжившим в Энрайте.

— Так что, — завершил Блейк, — расследовать нечего. Лидер культа мертв, как и все, кто был вовлечен.

— Тогда почему ты тут? — прямо спросил Аарон.

Блейк скрестил руки на широкой груди.

— Я живу неподалеку, и всюду расположены камеры. Я увидел, как вы подъехали.

— Это объясняет, почему ты тут, — я приподняла бровь. — Но зачем жить рядом с бывшим культом, где умерло много людей?

— Я тут, потому что плуты — ленивые идиоты, — он махнул на развалины храма и три круга призыва, очищенные от снега. — Зачем создавать свой круг призыва, когда можно использовать лучший? Плуты-призыватели думают, что это место заброшено, и моя гильдия следит, чтобы эти слухи ходили даже много лет спустя.

Аарон моргнул, а потом рассмеялся с одобрением.

— Потому никто не уничтожил это место. Это приманка для плутов.

— Я ловлю около дюжины каждый год. Когда мне надоест, я уничтожу круги и перееду. Но пока… — он пожал плечами. — Это мне на пользу. Мне нравится тут жить, и не нужно гоняться за плутами.

Когда я подумала, что он был слишком нормальным для «Ключей», он признался, что ему тут нравилось? Он был безумным.

Блейк пошел по склону, и Аарон поравнялся с ним, но выглядел нескладно рядом с тяжеловесным террамагом. Их тихий разговор доносился до меня, я шла в дюжине шагов за ними, но не слушала. Взгляд скользил по разбитым домам, я думала об истории Блейка.

Террамаг ушел, хромая, в зал коммуны за своим посохом, Аарон, Джастин и я собрались у машины. Подчеркнуто игнорируя брата, я склонилась к Аарону.

— «Ключи» убили десять демонических магов, — прошептала я, — и заявили, что одиннадцатый убил семьи культа. Но, — я понизила голос сильнее, — мы знаем, что одиннадцатого демонического мага там не было.

— Тогда кто убил членов культа? Это была магия демона, или это все история для прикрытия?

Я задумчиво постучала по подбородку.

— Я склонна верить Блейку — хотя бы в том, что демонический маг убил всех. Может, он был скрытым. Мог призыватель создать нового демонического мага за месяц?

Мое недоверие к «Ключам» пришлось отодвинуть, но история террамага казалась складной. «Ключи» вряд ли стали бы убивать семьи жертв. Да, команда «Ключей Соломона» пыталась убить меня, Аарона и Кая, но мы встали между ними и Эзрой. То была совсем другая ситуация. Даже противный Берк подумал бы дважды, прежде чем убивать семьи, да?

Но, если член культа соверши преступление, почему?

Неровные шаги и стук посоха по земле с каждым шагом сообщили о возвращении Блейка. Он окинул нас взглядом.

— А вы не собираетесь.

— Ясное дело, — сухо сказала я. — Мы приехали сюда не для того, чтобы сразу повернуться домой. Мы немного осмотримся. Ты можешь отступить. И команде своей скажи.

— Я блефовал. Я не звал команду.

— О, тогда просто иди, ладно?

Он упрямо прищурился, и я раздраженно вздохнула.

Наш надзиратель ждал, пока мы открывали багажник. Он удивился, когда Аарон вытащил пару лопат и кирку, купленные в одном из городов по пути. Этерран намекал на логово под землей, и мы приготовились рыться в руинах.

Я же хотела рыть ямы в отчасти замерзшей земле.

— Вы же не будете откапывать тела? — спросил Блейк, когда Аарон вручил мне снаряжение. — Потому что их там нет.

— Хорошо, — я повернулась и сунула лопаты в руки Джастина. — Я не хочу рыть могилы намеренно или случайно. Раз ты тут, — добавила я для брата, — можешь быть полезным.

Он хмуро открыл рот, но взглянул на террамага и смолчал.

Аарон, Джастин и я, неся снаряжение, направились вверх по склону. Блейк плелся за нами, хромая, от этого шагая медленнее. У развалин храма я вонзила лопату в твердую землю и осмотрелась, стараясь не думать обо всех людях, которые умерли на этом месте, включая родителей Эзры.

— Ладно, — я потерла замерзшие ладони, жалея, что я не взяла перчатки из машины. — Аарон, давай поищем доступ. Если он пережил разрушение, так будет проще.

— Понял. Я начну там.

— Мы с Джастином будем с этой стороны.

Аарон начал у дальней стороны храма, а я схватила руку Джастина и потащила его в другую сторону. Мы прошли в развалины за краем нетронутой платформы призыва.

— Хорошо, говори, — прошипела я, впившись пальцами в его запястье. — Что ты тут делаешь?

— Это мои слова, — его ореховые глаза, такие похожие на мои, гневно вспыхнули. — Культ? Демоны? Десятки убитых людей в этом месте? Что ты тут делаешь?

— Разве я не объяснила тебе вчера, что больше не буду оправдываться?

— И я принял это, пока ты не уехала из города посреди ночи.

Кипя, я присела и стряхнула снег с камней. Каким был бы вход в тайное подземное логово? Проход точно был скрытым, но с легким доступом, да?

— Слушай, — Джастин присел на корточки рядом со мной, — я переживал, ясно? Я не знал, убежала ты из-за меня, или ты была в беде.

— Да, но, Джастин, — я нахмурилась. — Ты не должен был знать, что я покинула город. Как ты последовал за мной?

Я не замечала подозрительных машин по пути, значит, он был достаточно далеко от нас. Тогда…

— Ты взломал мой телефон, — прорычала я.

— Не взломал. Я открыл его тем же паролем, который у тебя с шестнадцати лет.

Черт, нужно было скорее поменять пароль.

— Это незаконно, — рявкнула я. — Ты — коп. Ты не можешь…

— Хочешь доложить на меня?

Я смерила его мрачным взглядом.

Он отодвинулся и стряхнул снег с куска бетона, который мог быть частью крыши храма.

— Что мы ищем?

— Я ищу тайный вход в тайное подземное логово злодея, который управлял этим тайным культом… и убил всех в нем.

— И… зачем мы это ищем?

— Не твоего ума дело. Но ты можешь ехать домой и оставить меня тут.

Он стиснул зубы, как делала я, когда упиралась со всем упрямством в душе.

— Как ты и сказала, я проехал столько не ради того, чтобы сразу уехать домой.

Я тоже стиснула зубы. Мы сверлили друг друга взглядами.

— Вы ищете, или как? — крикнул Аарон с раздражением в стороне. — Нам нужно найти подземный бункер, помните?

Поняв, что мы с Джастином только немного стряхнули снег, я поднялась, злясь на себя за то, что отвлеклась, и на Джастина за…

— Это вы ищете? — опираясь на посох, Блейк стоял на краю развалин, между Аароном и мной. — Подземный бункер? Под развалинами?

— Да, — раздраженно призналась я. — Если ты не против…

— Идите сюда тогда.

— А?

Он помахал нам.

— Я докажу, что вы зря прибыли, и мы все поедем по домам. Если только не хотите искать тяжелым образом.

Я пошла к нему, не убежденная.

— Как докажешь?

— Я — маг земли, а вы ищете дыру в земле.

Мои глаза расширились. Я взглянула на Аарона, который тоже был удивлен. Он побежал к Блейку, и я поспешила к ним.

— Ты можешь обнаружить пространства под землей? — спросил Аарон.

— Легко, — Блейк поднял посох обеими руками. — Я не двигал землю тут, чтобы сохранить круги, но проверка на пространство не повредит их.

Он вонзил посох в землю, и земля задрожала, словно он ударил по большому каменному колоколу. Гул пробежал волной, тонкий слой снега дрожал и плясал.

Блейк сжимал посох, прикрыв глаза, сосредоточившись. Он затаил дыхание.

— Твою мать.

— Что такое? — осведомилась я.

— Там есть пространство, — он указал на склон у вершины. — Но не под храмом, а за ним.

— Ого, — выпалила я. — Ты сэкономил нам время. Где вход?

— Не знаю, но он нам не нужен. Идем.

Я подавила желание захлопать с радостью — я не хотела копать — и пошла за террамагом. Он прошел по платформе призыва, остановился у края. Глядя на каменистый склон, он поднял посох. Он сложно закрутил им, стукнул легонько по земле.

Трещина в три фута длиной рассекла землю. С жутким грохотом края трещины отодвинулись, земля сыпалась, брешь расширялась. Это впечатляло… и пугало. Этот парень стал бы лучшим в мире копателем могил.

Я потянулась к кобуре на бедре.

Дрожь утихла. Новая квадратная дыра в земле ждала нас, внутри было темно.

— Отлично! — Аарон снял сумку с плеча. Он вытащил два фонарика. — Проверим, что там таится?

— Да, — согласилась радостно я. — Но сначала кое-что еще.

Все трое посмотрели на меня с интересом. Я подняла пистолет и выстрелила зельем в лицо Блейка.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Ладно, не совсем в лицо. Я не была такой подлой. Я выстрелила в его мускулистую шею. Синяк все равно будет, но ничего не поделать.

Аарон поймал Блейка за плечи, когда тот отклонился. Он опустил тяжелого мужчину на землю, почти выронив фонарики в процессе.

— Тори! — выдохнул Джастин. — Зачем ты это сделала?

Я убрала пистолет в кобуру.

— Первый урок мира мификов, Джастин. Не доверяй магам, которые могут оставить тебя под землей в могиле, которую они только что выкопали.

Он нервно взглянул на дыру.

Я перебросила хвост волос за плечо, повернулась к жуткой тьме.

— Блейк может немного поспать, пока мы проверяем. Да, Аарон?

— Ага. И, Тори?

Я взглянула на него.

Он усмехнулся.

— Ты горячая, когда разбираешься с магами вдвое больше тебя.

— О, спасибо, — бодро ответила я, надеясь, что он не заметит разочарование и вину во мне. Без моих артефактов я могла только стрелять по мификам сонным зельем, и это мало помогло в прошлом сражении с Блейком.

Я подошла к бреши в склоне.

— Фонарики готовы?

Аарон подошел ко мне и передал фонарик. Он включил свой, а Джастин подошел ко мне с другой стороны, он то раздраженно смотрел на Аарона, то недовольно глядел на дыру.

Я включила фонарик, направила луч в яму. Хм. Я заметила каменный пол в земле?

— Вы оба пойдете туда? — спросил Джастин.

— Да, но, может, тебе стоит подождать тут. Вряд ли нужно идти всем.

Аарон поджал губы.

— Согласен.

Я вытащила пистолет, протянула его брату.

— Если Блейк начнет просыпаться, стреляй на голую кожу, и он снова потеряет сознание.

Джастин осторожно взял пистолет.

— Хорошо… но только если ты все это потом мне объяснишь.

— Ладно, — буркнула я.

— И не молчи там. Мы должны слышать себя на случай, если кто-то появится. Если они… мифик… вам нужно будет сразу убираться оттуда.

Мой брат был всяким, но и умным. Я должна была сама об этом подумать.

— Хорошая идея. Ладно, Аарон. Идем в логово злодея.

Он фыркнул, передал мне свой фонарик и сел на краю дыры, спрыгнул туда. Он рухнул со стуком, макушка была в пяти футах ниже уровня земли.

Я передала ему фонарики и спрыгнула. Мои сапоги ударились об камень, я ощутила затхлый запах.

— Нам нужна канарейка, — буркнула я Аарону, забирая у него фонарик.

Он вытащил большой электронный прибор из кармана.

— Или датчик газа?

— О, так даже лучше.

Он включил монитор, пристегнул прибор к поясу, а потом мы подняли наши фонарики, чтобы видеть, с чем имели дело. Мой луч упал на стену напротив нас, где пара глаз злобно глядела поверх рычащего рыла.

— Это жутко, — отметила я.

Я повернулась с фонариком, обнаружила больше рычащих горгулий, вырезанных в толстых каменных колоннах, поддерживающих потолок. Мы с Аароном стояли на краю небольшой комнаты, потолок и пол были из камня.

— Мы пройдем дальше, — крикнула я Джастину.

— Хорошо.

Пыль поднималась от моих сапог, пока я шагала глубже в комнату, паутина с плесенью свисала в углах. Я провела носком по неровной земле, стало видно потемневшее серебро. И тут был круг призыва?

В дальнем конце перед кругом призывая стояла каменная кафедра или алтарь для жертв. Я прошла туда, проверила плоскую вершину и брешь внизу, но не находила ничего, похожего на гримуар.

— Тори, сюда.

Аарон пошел налево, а я — прямо, и он стоял в тусклом углу, его фонарик двигался по каменному столу. Три деревянных ящика стояли напротив него.

Я поспешила к нему. Перед ним был четвертый ящик — прямоугольный, всего в пару дюймов высотой, с резьбой сверху, где был странный символ: кольцо с линией с шипами в центре, и шипы пронзали вершину круга.

— Что это? — я обвела зигзаг, не касаясь дерева.

Аарон склонил голову, щурясь.

— Думаю, это… корона?

Корона в круге? Странно. Но важно было то, что форма коробки была идеальна для большой книги.

Аарон порылся в кармане и вытащил кожаные перчатки. Я держала его фонарик, пока он надевал их. Это было не для тепла, толстая кожа могла защитить его, если в дерево впитались зелья.

Он кончиком пальца подвинул металлическую защелку, поднял тяжелую книжку. Петли скрипнули. Я посветила внутрь обоими фонариками, сердце билось в горле.

Внутри было пусто.

Я яростно выругалась.

— Где гримуар?

— Хороший вопрос. Похоже, Этерран говорил правду о его существовании, — Аарон закрыл ящик. — Призыватель переместил его до того, как показались «Ключи»?

— Куда? — моя хрупкая надежда разбивалась. Не может быть. Мы не могли снова попасть в тупик.

Аарон убрал крышку с соседнего ящика. Она застучала по столу, и я направила туда свет фонариков. Внутри был пыльный серебряный кубок, два подсвечника и что-то, похожее на скипетр с такой же короной в круге на вершине.

Горгульи сияли с обвинением, глядя каменными глазами, пока мы открывали второй ящик, где были свертки тяжелой красной ткани в мешках. Отчаяние сдавило мое горло. Я смотрела, как Аарон снял крышку с третьего и последнего ящика. Там был еще кубок, но с вмятиной на боку, сломанный подсвечник, желтая коробка салфеток и конверт с оторванной вершиной.

Аарон вытащил конверт. Письмо было из Портлэнда для Уилера, Орегон. Внутри было что-то, завернутое в слой пленки с пузырьками, и лист бумаги.

— Это письмо? — спросила я, озарив фонариком конверт.

Он вытащил лист, пожелтевший от времени. Я посветила на выцветшие буквы.

— «Почтенные лидеры, — тихо прочел Аарон. — Надеюсь, мое письмо застанет вас благословленными мудростью Богини. С благодарностью возвращаю священный скипетр, который вы щедро одолжили мне. Я могу лишь надеяться, что я носил его с достоинством. Я с нетерпением жду следующей церемонии в вашем священном храме. Наполненный Ее светом, Л».

Мурашки побежали по моей коже, и я выдавила недовольным тоном:

— Какой мерзкий тип.

— Эзра упоминал членов группы, живущих вне Энрайта?

— Нет… но кто-то нашел его родителей. Может, у культа есть работники на неполную ставку?

Он повернул конверт и посмотрел на адреса.

— Если этот Л смог одолжить скипетр, он мог знать об этой тайной комнате.

— А если его не было в Энрайте во время истребления, он мог выжить, — я повернула фонарик к пустому ящику, где могла быть книга. — Мог ли Л забрать гримуар?

Мы смотрели друг на друга, а потом Аарон кивнул.

— Хорошо. Проверим остальную комнату.

Я крикнула Джастину, и мы разделились и поискали в комнате под землей интересные предметы, тайники или другие зацепки. Я стряхивала землю со стен, чихнула от пыли в носу. Если тут и были тайные рычаги, они были хорошо скрыты.

Я посмотрела на рычащую горгулью с раскрытой пастью, а потом присоединилась к Аарону у каменного стола.

— Думаю, мы заберем это на солнце и рассмотрим хорошенько, — решил он, взяв пустую коробку от книги. — И мы сможем…

Он поднял ящик… и раздался громкий щелчок.

Последовало тихое шипение, и мы с Аароном смотрели на металлический включатель в столе под коробкой.

Огонь вырвался из рычащей горгульи над нашими головами.

Аарон бросился ко мне, закрывая мое тело от огня. Свет и жар ревели в комнате — во всей комнате — все каменные стражи выстреливали пылающей жидкостью из пастей. Дым поднимался, датчик газа на бедре Аарона запищал.

— Беги! — закричал Аарон. — Уходим!

Мне не нужно было повторять. Я бросила фонарики, побежала к дыре на краю комнаты. Тень закрывала солнце — Джастин склонился, протягивая руки. Я схватила его за руку, и он вытащил меня. Аарон прыгнул к краю, подтянулся и прокатился по замерзшей земле.

Черный дым валил из отверстия, незаметный огонь громко трещал в тайной комнате.

Аарон сел и стряхнул огоньки, проедающие дыры в кожаной куртке, огонь пропал от его прикосновения. От моего встревоженного взгляда он поднял другую ладонь и показал целый конверт.

— Что случилось? — спросил Джастин. — Как комната загорелась?

— Ловушка, — сообщила я. — Но это ничего. Мы забрали самое важное.

— И что это?

Я указала на конверт.

— Адрес.

Он моргнул.

Аарон поднялся, развернул предмет в конверте и увидел скипетр такого же дизайна, как большой в теперь горящем ящике в тайной комнате, но этот был в восемь дюймов длиной. Он разглядывал адрес на конверте.

— И что, Тори? — он посмотрел на меня. — Поедем в Портлэнд?

Я стряхнула снег с кожаных штанов и встала. Черный дым поднимался из дыры, темный туман окутывал развалины храма, где умерли родители Эзры и еще шестьдесят шесть жертв культа.

— Поедем в Портлэнд.

* * *

Я смотрела на снаряжение в джипе, убедилась, что вещи не будут прыгать на обратном пути по машине. Я закрепила лопату в углу, опустила крышку багажника.

Джастин, прислоняясь к боку машины, хмуро глядел на меня.

Я ответила таким же взглядом.

— Ты обещала, — напомнил он.

Ох.

Я подошла, топая, и прислонилась к холодному металлу рядом с ним. Было странно, потому что джип был на два фута ниже, чем должен быть.

— Не повторяй ничего из того, что я тебе расскажу, другим, ясно? Включая Блейка.

Хотя мы вряд ли снова увидим Блейка, уехав с его территории.

Джастин кивнул, и я вздохнула.

— Ладно, — еще медленный вдох, и я быстро заговорила. — Восемь лет назад культ орудовал тут, и родители моего друга попались, и культ сделал с моим другом кое-что, а теперь мы пытаемся отыскать гримуар, где объясняется, что они сделали с моим другом, чтобы мы могли спасти его, пока он не умер.

Джастин пару раз моргнул.

— Эм, ладно. Ч-что такое гримуар?

— Книга магии. Там чары, указания и прочее. Порой это и дневники, и мифики описывают там свой опыт.

— И что-то в этом гримуаре спасет жизнь твоего друга? От заклинания, которое убивает его?

— Как-то так, — я мрачно смотрела на него. — Теперь ты поедешь домой?

— Нет. Я с тобой, Тори.

Я скрипнула зубами.

— Я уже переустановила телефон.

— Нет.

— Я сделаю это сейчас.

— Я все равно могу последовать за тобой.

Я сжала пистолет, чуть вытащив его из кобуры.

— Не можешь. Один выстрел сонным зельем, и я уеду далеко, пока ты проснешься.

Он грозно посмотрел в ответ, не дрогнув. Он понял мой блеф, мы оба знали это.

Ох. Братья.

— У тебя нет работы? — я гневно буркнула, прильнув к машине. — Ты не можешь следовать за мной днями.

— Я взял отпуск, — он вздохнул. — Тори, я делаю это не для того, чтобы тебя позлить. Это важно для тебя, да? Я хочу помочь.

Я пыталась придумать ответ, но лишь заворчала без слов под нос.

— Ты не доверяешь Блейку, — отметил он. — Почему?

— Он — член «Ключей Соломона», гильдии, охотящейся на демонов, — я отклонила голову, глядя на небо с облаках. — Помнишь, как на Хэллоуин части Ванкувера были закрыты?

Он кивнул.

— Там был демон. Команда «Ключей Соломона» пришла охотиться на него, и они так хотели убить его сами, что мешали остальным и подвергали команды опасности. И все говорят, что «Ключи» так ведут себя всегда.

— МП позволяет это?

— Это сложно.

Он подвинулся.

— Ты тоже была вовлечена… в охоту на демона?

— Недолго.

— Это нормально? — он кашлянул. — Я думал, с точки зрения своей работы, что ходить в те районы было ужасно опасно, так что… необычно… что обычные люди участвовали?

Он вряд ли хотел сказать не «необычно», но пытался звучать мягче.

Я сжала губы, думая, как ответить. Я не хотела обсуждать то, как чуть не умерла от когтей непривязанного демона, как наша попытка охоты не удалась, или как Эзра столкнулся с командой «Ключей». Я и не должна была присутствовать там. Меня только недавно назвали мификом, и у меня не было боевого обучения.

— Сонные зелья работают на демонах? — спросил через миг Джастин.

— Я так не думаю.

— У тебя есть другое волшебное оружие, которое работает на демонах?

Нет… и хоть я не сказала этого, мое молчание ответило за меня.

— Тогда… — он нахмурился. — Тогда почему ты была там и охотилась на демона?

Я открыла рот и закрыла его. Я пошла помогать парням, но… нуждались ли они во мне?

— Тори!

Я повернулась на зов Аарона. Он шагал ко мне, Блейк хромал следом.

— У нас проблема, — рявкнул пиромаг. — Блейк отказывается выпускать мой джип из ямы, пока я не расскажу ему, что мы нашли в подземной комнате.

— Барахло культа, — сухо сказала я террамагу. — Кубки, канделябры, скипетры, немного ткани — наверное, плащи, а то и что похуже.

— Ага, как же, — он оперся на посох. — Но вы нашли что-то, потому спешите уехать, а не роетесь в том горелом барахле.

Порой я ненавидела умных людей. Почему Блейк не мог быть тупым, как камень, как я надеялась?

Я взглянула на шины джипа, стоящие в яме глубиной в два фута.

— Зараза.

Блейк приподнял брови в ожидании, а потом опустил, когда я прошла мимо него. Я открыла багажник джипа и вытащила лопату.

— Ты понимаешь, как я не хотела копать? — зарычала я, бросая лопату Джастину. Я схватила вторую. — Копать не весело.

Джастин прошел за мной к бамперу, и когда я опустила лопату к замерзшей земле, он повторил за мной. Хоть я часто жаловалась на брата, он никогда не боялся тяжелого труда.

Теперь я начинала думать о нем хорошо, и от этого я злилась сильнее.

Рыча, как собака, я наступила на лопату. Она вонзилась на дюйм в твердую землю.

Аарон поспешил ко мне.

— Тори, я могу…

— Я сделаю это! Я могу выкопать проем!

Посох Блейка стучал. Он остановился у пассажирской дверцы, посмотрел на свою работу. Яма была хорошей, с ровными сторонами. Козел.

Я прыгнула на лопату обеими ногами, пошатнулась и чуть не упала. Аарон отобрал у меня лопату, и я сдалась с горьким вздохом. Он опустил лопату к земле, и земля содрогнулась.

Я пошатнулась, размахивая руками для равновесия. Небольшое землетрясение быстро закончилось. Я хмуро посмотрела на противного террамага.

Он стоял у пассажирской дверцы, которая теперь была открыта. И в руке был восьмилетний конверт, который я оставила на своем сидении на виду, как полная дура.

— Этот адрес, — прорычал он. — Это…

Аарон щелкнул пальцами.

Конверт вспыхнул. Блейк вскрикнул и бросил горящую бумагу. Скипетр изнутри выпал на землю, подпрыгнул, кусочки горящего конверта цеплялись к нему.

Я скрестила руки.

— Потеряйся, пока Аарон не поджег и тебя.

Блейк ухмыльнулся. Он повернулся и ушел от нашей машины. Мы с Аароном и Джастином не двигались, пока он не пропал из виду на дороге. Через минуту стало слышно хлопанье дверцы машины. Двигатель заурчал, и звук утих в лесу.

— Наконец-то, — прорычала я, подбирая скипетр. — Теперь…

Я замолкла. Передний край ямы, в которой был наш джип, ещё миг назад был прямой стеной, но теперь там можно было выехать.

Я зло выдохнула, сжимая скипетр.

— Все равно он гад.

— Да, — согласился Аарон, собирая лопаты. — А теперь поехали отсюда, пока он не захотел вернуться.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Путь из Энрайта в Портлэнд занял два часа, и почти все время по извилистым горным дорогам. Мы с Аароном даже не пытались говорить, пока не вернулись на ровное шоссе. Я не хотела больше видеть горные дороги.

— Тори… — начал он, тон обещал плохие новости. — Ты знаешь, что этот адрес — еще меньший шанс, чем Энрайт, да?

— Знаю, — я отодвинула пояс безопасности от шеи. — Мы можем всегда вернуться в Энрайт и обыскать развалины снова, если нужно.

— Вряд ли мы что-нибудь найдем, даже если все там перевернем.

Деревья проносились мимо, солнце сверкало среди веток, и я хотела бы радоваться хорошей погоде. Но желудок урчал, жалуясь, что за сутки я поела мало.

— Ты можешь делать, что хочешь, Аарон, — сказала я, глядя в лобовое стекло, — но мне плевать, низкий ли шанс. Я переверну каждый камень, пока не найду что-нибудь. Я постучу в дверь каждого мифика в Портлэнде, пока не найду того, кто знает о культе. Чтобы Эзра жил, я продолжу искать.

— Знаю, Тори. Просто я не хочу, чтобы ты надеялась, что мы что-нибудь найдем.

— Я хочу надеяться. Вы с Каем с Эзрой потеряли надежду, потому перестали пытаться.

Аарон крепче сжал руль.

— Мы с Каем перестали искать, потому что Эзра попросил. Он не хотел, чтобы мы тратили свои жизни, пытаясь спасти его. После трех лет поисков у нас кончились идеи…

— Я вас не виню, — мягко сказала я.

Он притих надолго, а потом посмотрел в зеркало заднего вида.

— И… ты хочешь объяснить, что делает твой брат?

Я тоже хмуро посмотрела в зеркало. Незнакомый черный пикап ехал на расстоянии за нами. Джастин снял машину, чтобы я не узнала его Challenger.

— Джастин хочет восстановить отношения, — пробормотала я. — И, судя по логике Джастина, поместить следящее приложение в мой телефон и поехать за мной, когда я покину город посреди ночи, хороший способ достичь этого.

— Хм. Мило, что он пытается понять, через что ты проходишь, да?

— Ага, конечно, — с сарказмом ответила я, прислоняя голову к окну. — И он получил быстрый курс в мир мификов в результате. Культы демонов, массовые убийства и бой террамага и пиромага. Отличное начало.

— Он неплохо держался, — отметил Аарон. — Даже спас нас в бою с Блейком.

Я прижала ладони к сидению. Джастин пригодился больше меня, и это задевало.

— Ему повезло, — прорычала я. — И он пригодился, потому что ты не хотел нападать на Блейка всей силой.

— Допустим. Но его все равно было бы сложно одолеть.

Я сбросила сапоги и подтянула ноги в носках на сидение, обняла колени.

— Хотела бы я, чтобы Кай был тут.

— И я, — голубые глаза Аарона потускнели. — Я писал ему новости. Он сказал, что почти уговорил Макико, но, наверное, не получилось.

Я замешкалась.

— А Эзра? Ты говорил с ним?

— Да, он сказал утром, что проведет весь день с Дариусом в гильдии?

Мое сердце сжалось с болью. Я писала ему четыре раза, но он не ответил.

— Я облажалась, да?

— Это… — Аарон убрал ладонь с руля и провел пальцами по волосам. — Не знаю, Тори. Может, да, может, нет. Ты видела лишь мельком, как это, когда Этерран…

Он стиснул зубы, глядя на дорогу.

— Когда демон Эзры впервые попробовал убить меня, мы были на задании, бились с пятью плутами. Один из них ударил Кая ножом в живот. Было плохо, и ты знаешь, как Эзра реагирует, когда кто-нибудь из нас страдает.

Да, я знала.

— Тогда телекинетик ударил Эзру по голове куском металла. Удар оглушил его, и Этерран захватил власть. Он стер плутов одним заклинанием, убил их мгновенно. А потом повернулся ко мне. Он мог убить меня так же быстро, но прижал к стене и сдавил горло. Он стал душить меня, и я не мог остановить его, не поджигая Эзру.

Я обняла ноги крепче, мышцы дрожали.

— Это длилось лишь пару секунд, потом Эзра вернул власть, но… — Аарон взглянул в мою сторону. — Ты знаешь, почему Этерран душил меня, а не взорвал за две секунды магией? Чтобы Эзре пришлось смотреть, как я умираю, пока он не мог остановить это.

Я опустила подбородок на колени, голова кружилась. Я знала, что Этерран был опасным, но то, что демон душил Аарона, чтобы мучить Эзру, было другим.

— Как… думаешь, Этерран мог измениться с тех пор? — робко спросила я. — То, что он в Эзре, изменило Эзру, да? Может, Этерран тоже изменился.

— Я не знаю. Сила демона изменила тело Эзры, но я не знаю, изменился ли его разум. Мы никогда не узнаем, каким он был до становления демоническим магом. Я всегда думал…

Я подняла голову.

— О чем?

Аарон хмуро глядел на дорогу.

— Каким он был бы, если бы ему не нужно было все время переживать из-за Этеррана и своих эмоций.

— Да, — прошептала я. — И я об этом думала… и я гадала, каким он был бы, если бы знал, что у него есть будущее? Прошлой ночью он сказал… — горло сдавило, и я сглотнула, чтобы продолжить. — Обычно он идет за всем, что делаем мы, но вдруг…

— Вдруг он чего-то хотел? — Аарон стиснул зубы, глаза вспыхнули решимостью. — Если мы сможем сделать это… сможем спасти Эзру от его демона, тогда и узнаем.

Я убрала руки с колен, опустила ноги на пол. Я выпрямила спину и смотрела на дорогу.

«Если мы сможем сделать это…».

Мы могли. Сделаем. Аарон начал надеяться, и я не подведу его или Эзру.

* * *

— Должно быть где-то тут, — пробормотала я, сверяя навигатор с фотографией конверта, которую я сделала через мгновения после побега из подземной комнаты с ним. Со всеми этими ловушками я решила сохранить адрес так, чтобы он не сгорел.

И хорошо, ведь Аарон превратил конверт в пепел.

Адрес был на окраине северной части Портлэнда. Мы уже проехали центр города, остановились для обеда фастфудом по пути, а потом пересекли реку Колумбия. Еще пара миль, и мы будем среди ферм.

Окрестности были красивыми, фермы с полями в один-два акра и множеством высоких деревьев окружали тихую дорогу. Дома были далеко от проезжей части, окруженные лугами подстриженной травы. Я не любила такие тихие и скучные места, но понимала, почему некоторые звали такое идиллическим.

— О, — я указала на зеленый дом. — Дом 496. Еще два дома, и будет 500.

Аарон замедлился, и за нами черный пикап Джастина стал ближе. Мы ехали по узкой дороге. Миновали большой коричневый дом, отчасти скрытый большими деревьями.

— Номер 500, - пробормотала я.

Я видела только дорожку из гравия, пропадающую за густой рощей деревьев. Мы проехали мимо, и я заметила строение, похожее не то на очень маленький дом, не то на большой гараж, а потом дорога повернула, и здание пропало из виду.

Аарон включил сигнал поворота, выехал на траву за джипом в грязи и камуфляжной покраске. Джастин остановился за нами, и я потянулась к ручке двери.

Дверца водителя джипа открылась. Я застыла, когда крупный мужчина выпрыгнул из машины, повернулся к нам и выжидающе скрестил руки.

Блейк Коган, террамаг.

— Да ладно, — прорычала я.

Ругаясь, Аарон открыл дверцу, и я тоже выбралась из машины. Блейк прошел к Аарону.

— Что ты тут забыл? — осведомился пиромаг.

— Вы долго ехали, — прогудел Блейк. — Любовались достопримечательностями?

Я остановилась рядом с Аароном, сжимая кулаки.

— Как ты…

— Я увидел адрес перед тем, как ты сжег конверт, — перебил он. — И я тут, потому что культ Энрайт в ответе за смерти моих друзей, товарищей по гильдии и моей карьеры, и если кто-то уцелел, это мое дело, а не ваше. И, — он не дал мне возразить, — вам даже в голову не пришло, что тут может жить демонический маг.

Я замешкалась. Мы о таком не подумали. Потому что знали, что демонических магов было всего одиннадцать. Но кто-то убил всех в культе, и это был не Эзра. Может, Блейк был прав.

Мы с Аароном недовольно переглянулись. Блейк вряд ли позволит снова попасть по нему сонным зельем, и, даже если я смогу, это могло привлечь внимание из соседних домов. Похоже, террамаг из «Ключей» не собирался нас покидать.

Блин.

Мы пару минут обсуждали план атаки — точнее, Аарон и Блейк обсуждали, а мы с Джастином тихо слушали. Мы надели снаряжение — мой пояс был скрыт под курткой, меч Аарона — в чехле, тазер Джастина был в кармане, а трость Блейка была посохом. И мы пошли в лес на соседний участок.

Середина дня была не лучшим временем, чтобы действовать незаметно, и я надеялась, что никто не смотрел из окон. Пока мы шли по дорожке, а потом скрылись за деревьями и подошли к дому номер 500 со стороны. Это был большой коттедж в стиле Тюдоров с присоединенным гаражом для двух машин. Отдельный гараж стоял с другой стороны от широкой дороги.

Мы обошли дом, подобрались к окнам и посмотрели внутрь. Когда мы увидели все, что могли, снаружи, мы собрались за большим столом сзади, ручеек протекал за нами.

— Ну? — прошептала я.

Аарон потер короткую щетину на челюсти.

— Неплохой дом.

— Я не заметила ничего от культа на виду.

— Ничего личного на виду тоже нет, — отметил Джастин. — Ни фотографий, ни безделушек.

Это меня удивило. Я и не заметила.

— Вряд ли тут оставили бы улики, — нетерпеливо сказал Блейк. — Узнать о культе можно, только допросив тех, кто тут живет.

Я скривилась, но согласилась с неохотой.

— Постойте, — вмешался Джастин. — Вы не знаете, замешаны ли в культе нынешние владельцы дома. Прошло восемь лет. Тот, кто отправил то письмо, мог скрыться после того, как их группу убили. Нельзя нападать на невинную семью без улик.

Он был прав, хоть и не хотелось признавать это.

— Проверим гаражи, — предложила я. — Если они не дома, мы можем пробраться и осмотреться.

Джастин возмущенно посмотрел на меня, словно это было не лучше, чем нападать на невинных людей.

Аарону пришлось перебраться через куст, чтобы заглянуть в окно гаража, соединенного с дома. Он вернулся с листьями на штанах и сообщил, что гараж был пустым. Мы подошли к большому отдельному гаражу, и в этот раз я забралась в кусты, чтобы посмотреть в окно.

Я прижала ладони по бокам от лица и прижалась носом к стеклу. Даже закрывшись от света, я видела только своего отражение. Внутри была только тьма.

Я выбралась из кустов, ворча. Теперь в моих носках были сухие листья, и грязь все еще оставалась в других местах. Я ужасно хотела в душ.

— Ничего не видно, — сказала я им, присоединившись к команде в тенях под деревьями. — Там темно.

— Темно из-за штор? — спросил Аарон. — Или темно, потому что все накрыто?

— Думаю, последнее.

Он хрустнул костяшками.

— Тогда посмотрим.

Мы вернулись к боковой двери гаража, и он вытащил отмычку. Хоть он сделал это за три минуты, хотя Кай справился бы за полминуты, замок щёлкнул, и он открыл дверь. Свет солнца залил гараж внутри, мы вошли.

Я огляделась и кашлянула.

— Итак… или новые владельцы дома против изменений, или члены культа еще живут тут.

Аарон не спорил. Даже Джастин молчал.

Хоть снаружи было видно двери и окна, внутри гараж был ровной комнатой. Стены из фанеры закрывали другие точки доступа, и все было выкрашено в красный — стены, потолок и пол. Посреди комнаты мерцал серебряный круг в десять футов в диаметре, подражая круг призыва, но без символов Арканы и демонических знаков.

Деревянная кафедра стояла во главе комнаты, тройной подсвечник был на ней. За пьедесталом на шесте висел красный гобелен, в центре был вышит символ культа: корона с тремя зубцами в круге.

Я вытащила телефон и стала делать фотографии. Нервный пот выступил на шее, пока я шла к кафедре. Я замерла за ней, направила камеру на комнату и поняла, почему мне было не по себе.

Один фанатик мог устроить личный храм, даже украсить его. Но зачем кафедра? Она выглядела уродливо для алтаря. Может, отсюда лидер культа обращался к последователям?

Но культ Энрайт стерли. Не могло быть ни лидера, ни последователей.

Мое сердце неприятно колотилось, взгляд упал на кафедру в поисках того, что перечеркнет эту ужасную мысль. Под плоской поверхностью была узкая брешь для бумаг или записей, и я робко сунула пальцы во тьму.

И задела бумагу. Я вытащила дешевый перекидной календарь, похожие рассылали на Рождество риелторы. Обложка была оторвана, календарь был открыт на январе. На каждой неделе разные дни были обведены красным.

— Аарон? — неуверенно позвала я, глядя на календарь. — Какой сегодня день?

— Двадцать четвертое января.

На календаре эта дата была обведена красным.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

— Мне не нравится эта идея, — пробормотала я.

Аарон, Джастин, Блейк и я стояли плечом к плечу и смотрели на деревянную стремянку. Мы нашли люк в потолке гаража — он был плохо заметен, ведь тоже был выкрашен в алый — который вел в кладовую, фанера соединялась там с балками потолка.

Только там можно было спрятаться в гараже.

— Есть идеи лучше, как шпионить за планами культа на сегодня? — спросил Аарон.

— Нет, — я сморщила нос. — Но, что бы ни означала обведенная дата в календаре, это может происходить не тут.

— Потому двое останутся там, а двое будут следить за домом.

Я посмотрела на Аарона, он кивнул на Блейка. Ему не нужно было объяснять, я понимала его. Он не доверял Блейку, хотел быть с ним в команде. И раз не было смысла запирать двух сильных магов на чердаке, нам с Джастином светило шпионить.

Какое счастье.

— Мы с Джастином пойдем на чердак, — заявила я, будто это была моя идея. — Лучше вам с Блейком оставаться подвижными.

Террамаг приподнял брови, а потом кивнул.

На подготовку ушло несколько минут, и я забралась по стремянке с фонариком в руке. Луч озарял танцующие пылинки в кладовой. Представитель культа собрал там много картонных коробок, и пустое место в центре было небольших.

Я проползла по толстому слою пыли, вздрагивая от каждого скрипа потолка под моим весом. Я легла на живот, прижала лицо к трещине между листами фанеры. Удивительно, но вид на кафедру и серебряный круг открывался без помех.

— Выглядит хорошо, — сказала я. — И комнату видно хо…

Я чихнула. Фу, пыль.

Потолок скрипнул, Джастин забрался за мной. Он придвинулся по фанере, и я заметила, как Аарон прошел в центр круга. Он посмотрел на нас.

— Пыль сыплется, — отметил он, — но ничего не видно. — Если не будете шевелиться, никто и не заметит.

— Понятно.

Он вытащил черный наушник со спиральным проводом из кармана и соединили с телефоном.

— Проверка микрофона.

Я вытащила свой, уже соединенный, и прикрепила к уху.

— Проверка.

— Проверка, — ответил он. — Вроде, хорошо. Мы пойдем в лес. Я дам знать, когда вернется хозяин дома или появится кто-то еще.

— Мы будем тут, — невесело сказала я.

Он улыбнулся потолку и пропал из виду. Их с Блейком шаги стучали по полу, а потом дверь закрылась, погрузив комнату внизу во тьму. Аарон с грохотом запер гараж. Тишина.

Я взглянула на Джастина, лежащего на животе рядом со мной так, чтобы наш вес не заставил фанеру прогнуться. Я выключила фонарик, и все окутала кромешная тьма.

— Вот веселье.

— Точно, — донесся из тьмы голос Джастина. — Я еще ни разу не был в засаде.

— Ни разу?

— Это делают детективы. А я боевой коп.

— О, — я выключила микрофон, чтобы Аарон не слушал нашу болтовню, а потом опустила подбородок на скрещенные руки. — Я многое нового испытала за последние восемь месяцев.

— Как слежка за культом?

— Не совсем. Много другого, — я закатила глаза. — Спасала Аарона, когда гильдия, желающая отомстить, взяла его в заложники. Спасла девушку от злой волшебницы. Не дала гильдии плутов поработить сильного фейри. Охотилась на демона в Ванкувере. Билась с оборотнями-мутантами… — я сморщила нос. — Ох, это звучит как бред безумца.

— Так я и думал, — пробормотал Джастин. — Но это опасно, а не только безумно. И… оборотни-мутанты? Ты серьезно?

— К сожалению, да, — я пожала плечами, хотя он не видел. — Это все было опасно, но я была с Аароном, Каем и Эзрой почти во всем, а они — отличные маги и опытные мифики.

Фанера скрипнула, когда он подвинулся.

— Я не хочу оскорбить, но если они такие хорошие, зачем ты им в таких опасных ситуациях?

— Они… — холод собирался во мне. — Они не нуждались во мне… но я была вовлечена. И я была полезна! — добавила я, защищаясь. — Я помогала.

Он притих, и я подавила желание объяснить, почему я была частью всех опасных и безумных ситуаций. Но тогда придется раскрыть, что я чаще всего и навлекала беду.

— И… — заговорил он через минуту, — по сравнению со злыми волшебницами, гильдиями злодеев и оборотнями-мутантами, как опасно это?

— Ну… — я прищурилась во тьме. — Зависит от того, с чем мы имеем дело. Если тут простой мифик, то опасность минимальна. Аарон и Блейк затопчут обычного мифика в землю. Хотя они и банду обычных мификов могут затоптать.

— Это если повезет, — отметил Джастин. — А в худшем случае?

— Ах. Тогда… член культа может оказаться демоническим магом.

— Даже не знаю, хочу ли я ответ, но… что за демонический маг?

Я недовольно вздохнула.

— Это человек, которого захватил демон. Это самый опасный тип мификов, но очень маловероятно, что этот член культа такой. Демонические маги ужасно редкие. Кай говорил мне, что количество демонических магов в мире можно посчитать на пальцах двух рук.

— Но в Энрайте их было одиннадцать?

— Да, потому истребление в Энрайте известный случай среди мификов.

— Ясно. И если тут демонический маг, что нам делать?

Я сжала губы.

— Не попадаться ему.

— А если попадемся?

— Побежим изо всех сил, — и постараемся не погибнуть.

Джастин притих на миг.

— Ты говорила, что была вовлечена в те опасные ситуации. Ты тут, потому что Аарон привел тебя, или…

— Нет, — мой тон стал тверже. — Я его привела.

— Зачем?

— Я говорила. Чтобы спасти друга.

Пауза была долгой.

— Твой друг знает, как это опасно? Он хотел бы, чтобы ты рисковала жизнью за него?

Сейчас Эзра не хотел ничего от меня, но я старалась не думать об этом.

— Джастин… — я повернула голову и опустила щеку на руки. — Помнишь, как папа тряс меня после неудачного ужина, и ты ударил его, чтобы остановить?

Он резко и громко выдохнул.

— Да.

— Папа тебя побил.

— Да.

— И потом я плакала и кричала, что ненавижу тебя. Помнишь?

— Да, но я думал, что он сломает тебе шею. Я должен был…

— Знаю. Я о том, что ты все равно сделал это, хотя я злилась, что ты пострадал из-за меня, — я выдохнула. — Эзра уже злится на меня. Но я сделаю это.

— Ты так сильно переживаешь за того парня?

Я повернула голову в другую сторону, прячась от его взгляда, хоть он и не видел меня, и призналась во второй раз:

— Я люблю его.

Джастин замолчал от удивления.

— Он знает о твоих чувствах?

— Нет. Я не рассказала ему. Просто… это сложно…

— Знаю, Тори. Я понимаю.

Он понимал, да? У каждого человека должны быть хотя бы двое людей, которые любят его бескорыстно, но мы с Джастином получили маму, бросившую нас, и папу, чуть не убившего нас. От слова «любовь» мне было не по себе.

— Ты думаешь о них? — прошептала я. — Думаешь о том, что они сейчас делают?

Ему не нужно было спрашивать, о ком я.

— Если бы ты снова увидела папу, что бы ты сделала?

Я повернула голову, хмурясь в сторону его лица. Не такой ответ я ожидала.

— Я переехала подальше, чтобы его не видеть.

— И я, — Джастин кашлянул. — Я хотел тебе сказать… знаю, не вовремя, но мы не говорили до этого…

— Выкладывай уже.

— Папа в хосписе. Печень не справляется. Они думают, ему осталось от двух до четырех месяцев.

Я смотрела во тьму со странным чувством в груди. Я не могла понять, что это было. Не счастье, не горе, не сожаление. Какая-то странная пустота.

Наверное, потому что я не переживала, хотя должна была, пожалуй.

— Ты хочешь увидеть его? — тихо спросил Джастин.

— Нет. А ты?

— Нет. Я знаю это, потому что тетя Лейла звонила мне.

— Просила денег, раз смогла дозвониться?

Он вздохнул.

— Да.

— И ты их дал?

— Нет.

— Хорошо. Она вытянула из меня достаточно, пока я жила с ней, — я теребила закрученный провод наушника. — Джастин… как думаешь, почему мама не вернулась?

Он молчал, я прищурилась в сторону его невидимого лица. Он все еще молчал, и я вытянула руку. Моя ладонь нашла его плечо.

— Джастин?

Он резко выдохнул.

— Нужно быть тихими на случай, если хозяин дома вернется…

— Джастин.

Его плечо дернулось. Он снова выдохнул, в этот раз еще громче.

— Мама… возвращалась. Перед Рождеством. Ты уже уехала из города на праздники.

Фанера прогнулась подо мной. Или это мир содрогнулся?

— Почему… — голос дрогнул, и я сглотнула. — Почему ты не сказал?

Его плечо подвинулось, и он поймал мою ладонь. Он крепко сжал мои пальцы, и мир снова пошатнулся. Я уже не хотела слышать то, что он собирался рассказать.

— Мама вернулась не за нами. Она хотела только убедиться, что мы в порядке, и что она могла отпустить нас.

Теперь я будто падала.

— Не понимаю.

— Она не хотела переживать за нас или ощущать вину. Она хотела… жить новой жизнью.

— Новой жизнью?

Он сжал мою ладонь.

— Она живет дальше, Тори. Вышла замуж… у нее новая семья, — его голос дрожал. — Она оставила тебе открытку. Она у меня, если хочешь. Я не знал, захочешь ли ты…

— Но она не хочет меня видеть?

— Она спрашивала… но ты не хочешь ее видеть, Тори. Прошу, поверь мне. Видеть ее… было хуже, чем ночь, когда она ушла, — его голос дрожал, хриплый шепот был полон боли. — Она едва могла смотреть на меня, рассказывала в слезах, как рада меня видеть, а сама двигалась к двери…

Он выругался. Его ладонь сдавила мою, но я не жаловалась на боль.

— Тебе это не нужно, — хрипло сказал он. — Нам не нужно так страдать.

Я зажмурилась, подавляя жжение слез. Новости о близкой смерти отца вызвали неприятную пустоту, но отказ матери был агонией. Насколько тяжелее Джастину было видеть ее и столкнуться в этим отказом лично?

— Сохрани ее открытку, — прошептала я. — Когда-нибудь… я прочитаю ее.

Джастин медленно выдохнул, ослабил хватку на моей ладони.

— После ее визита я понял, что должен быть лучше для тебя. Для нас. Я всю поездку в Нидерланды думал, как исправить все между нами, и как только я вернулся, я решил уйти в отпуск, чтобы…

Мои глаза выпучились.

— В отпуск? Надолго?

— Сколько нужно. Ты — моя семья, Тор. Ты и я. Я сделаю все, чтобы снова быть семьей.

Слезы покатились по моим щекам. Я глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, и получила глоток пыли. Я закашлялась, это подняло больше пыли. Джастин неловко хлопал меня по спине, пока я кашляла.

— Фу, — выдавила я, когда кашель отступил. — Ладно. Тогда начнем с основы.

— Основы?

— Курс в основы мификов. Готов?

— О, конечно. Бей всем.

Я улыбнулась во тьме.

— Всем — это слишком. Начнем с азов, — я опустила голову на руки, устраиваясь как можно удобнее. — Есть пять классов мификов, запомни это. Спириталис…

Пока мой шепот заполнял затхлый чердак, день перетек в вечер. Было странно лежать во тьме рядом с братом, объяснять магию, пока мы ждали, чтобы культ мификов собрался в комнате внизу, чтобы следить за ними вместе. Я просто надеялась, что курс теории Джастину не придется применять на практике в этот день.

В мыслях мелькал худший сценарий, который я описала Джастину. Призыватель, который сделал Эзру демоническим магом, был мертв, но был небольшой шанс, но, если мы продолжим это расследование, мы пересечемся с самыми опасными мификами.

И Эзра, который был нашим другом и обычно неплохо справлялся с демоном, пугал достаточно, когда демоническая сторона выходила поиграть.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— ЭЗРА —

Прислоняясь к стене на лестнице, я закрыл глаза от жжения усталости под веками.

Я не спал прошлой ночью. Усталость давила на меня, усилилась от пропавшей силы из-за Панциря Валдурны и вызванной этим усталости после того, как Тори бросила артефакт на меня меньше недели назад. Мне нужно было сохранять силу, физическую и духовную. Я знал.

Но я не могу спать.

«Тебе придется уснуть».

«Молчи».

Слева лестница вела в пустой паб, Купер придет только через час, если он не опоздает. Справа пролет вел на третий этаж гильдии, и между ними была дверь в рабочий зал на втором этаже.

Если я продолжу подниматься, попаду в кабинет Дариуса, где он сейчас работал. Я мог попросить его исполнить обещание. Я не ждал, что его ответ изменился с прошлой ночи, но мог попробовать.

Его новое обещание Тори подавило то обещание, которое он дал мне, когда принял меня в свою гильдию.

Я сжал кулаки, меня мутило от гнева предательства, разбитого доверия Дариусу и агонии из-за обмана Тори.

«Он не хочет действовать, потому что знает, что еще есть шанс».

«Молчи».

Я все еще не мог поверить в то, что сделала Тори. Не мог поверить, что она так долго скрывала это. Она знала, как важны для меня были Аарон и Кай. Она знала, что я не вынес бы, если бы они пострадали или погибли из-за меня. Она знала, что я больше всего боялся потерять контроль… да?

Вспышки из прошлой ночи терзали меня. Тори врала. Тори говорила правду. Тори кричала, лицо искажали боль, слезы стояли в глазах, она требовала ответить, почему я так хотел умереть.

Я не хотел умереть, но меня все равно ждала смерть, а она была слишком упрямой, чтобы принять это. Она рисковала собой, Аароном и Каем в тщетной попытке спасти меня — меня, зараженного демоном убийцу, которому светило безумие.

«Ты — упрямый дурак, а не она».

«Молчи».

Потому я старался сопротивляться. Потому не сказал ничего, пока Аарон встречался с ней. Потому молча, когда они расстались. Потому не предлагал ей ничего больше дружбы.

Я шумно выдохнул и сунул ладонь в карман. Я вытащил телефон и разблокировал экран. Там уже были открыты сообщения Тори, оставленные без ответа. Сколько раз я уже прочел их?

Большой палец потянулся ответить, но я зло убрал приложение с экрана. Гнев и отчаяние бушевали во мне холодом и жаром. Она всегда слушалась сердца и пыла. Потому она послушалась Этеррана — она дала надежде заглушить здравый смысл, дала ему много шансов навредить ей, Аарону и Каю.

«Я пытаюсь спасти нас».

«Молчи!».

Ледяная тьма двигалась в моем разуме, вспышки гнева и ненависти задевали нервы. Я прижался спиной к стене, закрывая мысли от жестокости. Воздух холодил кожу.

«Ты умрешь назло мне? Или умрешь в жалкой попытке отплатить за смерти, которые устроил?».

— Замолчи, — прошептал я, пришлось придать словам силы звуком.

«Она спросила, почему ты не борешься за свою жизнь. Ты можешь ответить, Эзра?».

Скрипнув зубами, я посмотрел на телефон. Я открыл входящие, посмотрел на письма, полученные от Зоры ночью воскресенья, и взглянул на рабочий зал. Девушка сидела за столом спиной к входу, стучала по ноутбуку с раздражением.

Какое мне было дело о послании Зоры? Мне оставалось жить недели, а то и дни, так что это было не важно.

«Робин Пейдж знает об амулете».

Мои глаза расширились. Я отвел взгляд от комнаты и прислонился к стене, стиснув зубы. Я не спрошу. Не буду слушать. Я не ошибусь, доверяя демону снова.

«Тебе не нужно верить мне, если ты веришь в Тори».

Картинки мелькали перед глазами. Лицо Тори. Ее решительные ореховые глаза, отчаянные, но осторожные, пока она рассказывала Этеррану, что Робин Пейдж, новый контрактор «Вороны и молота», искала информацию о демоническом амулете.

Этерран мог обманывать меня, но не мог врать. Он показывал то, что произошло.

Я посмотрел на письмо на экране телефона.

«Привет, Эзра. Знаю, ты сейчас занят големом, но Робин Пейдж знает о призывателе, тебе захочется услышать эту информацию. Спроси у нее как можно скорее.

Зора

П.С. Она робкая».

Несколько недель назад связь между мной и другим мификом Демоники вызвала бы мгновенное расследование. Теперь разницы не было, и я мог игнорировать это. Мои действия уже не имели значения.

Я мог игнорировать это, но горький гнев в крови не давал сидеть на месте. Я не хотел ничего не делать. Оправдания и пассивное ожидание конца делали из меня труса.

Я хотел что-нибудь уничтожить.

«Моя очередь сдерживать твой гнев?».

— Замолчи, — зарычал я.

«Не стоит говорить с собой. Ребята из гильдии заметят, и как ты объяснишь?».

Я подавил ярость в груди.

«Я думал, ты хотел выжить. Провоцируй меня дальше, и мы окажемся в той…».

Той пустоте безумия. Той жуткой буре бесконтрольного гнева и жестокости, которая охватила нас обоих четыре ночи назад, поглощая наши разумы, соединяя и терзая нас.

Страх путал наши мысли. Колкое презрение Этеррана притупилось, он без слов соглашался.

Я посмотрел на телефон еще раз, а потом убрал его в карман. Тори ушла искать способ спасти меня. Она делала все, что могла, даже разбила мое доверие и подвергла моих лучших друзей опасности. Может, она сейчас рисковала жизнью.

А что делал я? Принял неизбежное… или придумывал оправдания?

Стук из комнаты. Хрупкая брюнетка отодвинула стул и приближалась робко к общему принтеру, словно он был спящим зверем.

Вопрос звенел между мной и Этерраном, и я оттолкнулся от стены и прошел в комнату, глядя на контрактора, которая не заметила меня.

Когда я дошел до нее, Робин забрала стопку распечаток и ждала, пока напечатается остальное. Принтер застрял. Бормоча под нос, она беспомощно смотрела на него, а потом огляделась, но не в ту сторону, где шел я.

Я подавил эмоции, как делал почти десять лет, подавил Этеррана. Его присутствие стало тусклым огоньком холодной ненависти в уголке души, и боль, гнев и отчаяние потухли во мне… на время.

Пустота наполнила меня, и когда я заговорил, голос был мягким и дружелюбным.

— Нужна помощь?

Робин повернулась, радостно улыбаясь, ее голубые глаза за очками с темной оправой посмотрели на меня.

— Да, прошу. Я не знаю, как…

Ее голос утих, рот раскрылся. Она побледнела, зрачки расширились, она резко вдохнула носом. Она прижала бумаги к груди, как щит, ее язык тела кричал только об ужасе.

Стыд сдавил мое горло — рефлекс на ее страх меня. Из-за того, каким я позволил себе стать.

Но откуда она знала, что нужно бояться меня?

Этерран насторожился в его черном гнезде во мне, и мои подозрения усилились. Робин Пейдж что-то знала обо мне. Может, не всю правду, но хоть что-то.

Я посмотрел на инфернус, висящий ниже ее охапки бумаг, на медальоне был символ, который Этерран узнал.

— Эзра, — запоздало выдавила она, глядя на меня так, словно я мог стать демоном и оторвать ей голову.

Я ответил спокойной улыбкой. Мне нужно было узнать, что ей было известно и откуда.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Наушник затрещал, голос Аарона зашептал оттуда:

— Пора, Тори. Он идет в гараж.

Я напряженно вдохнула.

— Услышала.

Вечерние события начинались.

Хоть я не видела дверь из трещины между листами фанеры, тихий стук засова узнать было просто. Мужчина появился в поле зрения, под сорок, вел себя уверенно, что странно вязалось с его плоскими чертами лица.

Он прошел к кафедре. Он щелкнул зажигалкой, и появился язычок огня. Этим он зажег три свечи в подсвечнике, и их огонь был неестественно алым. Сияние озарило его простое лицо, он убрал зажигалку в карман и повернулся. Он пропал из виду, дверь гаража хлопнула.

Я щурилась в жутком алом свете свеч, а Джастин осторожно вытащил телефон и подвинул сияющий экран перед собой. Он направил камеру на щель, в которую следил, и стал записывать.

Заметив мой вопросительный взгляд, он прошептал:

— Улики. Никогда не знаешь, когда они понадобятся.

Я чуть не отметила, что магия плохо получалась на фотографии, но людей запечатлеть можно было, включая мификов.

— Еще двое идут, — прошептал Аарон.

Ручка двери загремела, вошла юная пара. Кроме длинных тонких черных свеч, они выглядели нормально в джинсах и куртках. Они зажгли свечи от зловещих огней подсвечника, а потом опустились у серебряного кольца на полу, лицом к его центру. Их свечи тоже горели алым, и на стенах огонь плясал будто текущая кровь.

— Это не все, — даже шепотом голос Аарона звучал напряженно. — Черт… сколько их там?

Я не ответила, едва дышала. Одно движение рукой или ногой, и фанера заскрипит, посыплется пыль, насторожив пару внизу. Сердце колотилось от адреналина, я прижалась лицом к щели.

Дверь гремела, приходили мужчины и женщины, их было поровну. Они приходили по одному или по двое, все под тридцать или немного за тридцать. Каждый нес свечу и зажигал ее от подсвечника, а потом занимал место вокруг серебряного кольца. Казалось, они занимали не случайные места.

Прибыла последняя пара, зажгла свечи и села. Их было двенадцать. Места у круга уже не осталось, брешь была только для деревянной кафедры.

Дверь закрылась, звякнул засов.

Высокий уверенный мужчина прошел к кафедре. Поверх черного свитера и штанов он надел алый плащ длиной до пола с глубоким капюшоном. Ого, я угадала насчет жутких плащей. Сияние цвета лавы от подсвечника мерцало на тени, скрывшей его лицо.

— Приветствую, — сказал он низким серьезным голосом. — Сегодня новая аудитрикс присоединится к нам впервые, завершая наш круг. Приветствуем.

— Приветствуем, — ответила группа. Я не знала, кто пришел впервые.

Аарон затих. Мой микрофон мог уловить разговор, мужчина не говорил тихо, и Аарон не станет отвлекать меня без надобности.

— В честь новой души, ищущей свет Богини, давайте напомним, как мы собрались тут, — он посмотрел на каждого прибывшего по очереди. — Мы не простой круг. Мы — семья, объединенная любовью Богини. Мы собрались тут, чтобы разделить нашу любовь с ней и друг другом. С помощью нашей веры в Нее и друг друга мы становимся сильнее. Тут каждого принимают без упреков. Тут свет Богини окутывает всех нас.

Они улыбались друг другу.

— Вне нашего круга, — продолжил лидер, — Богиня забыта. Но как мир мог забыть мать магии, которая создала мификов? Сила Богини пугает их? Или они боятся Ее слуг, которые больше Богини были искажены во что-то ужасное и злое? Мы знаем правду, но остальные мифики… знают только это.

Алый свет вспыхнул на груди лидера. Он полился в середину серебряного круга, ударился об пол и поднялся, как вода с кровью, наполняющая невидимую форму.

Демон появился в комнате.

Я такого еще не видела — в семь футов высотой, мускулистый, как все демоны, с рогами в четыре дюйма, гребнями на плечах и черной чешуей на руках и ногах. Не самый страшный демон из тех, что я видела, но не такой приятный, как демон Робин.

От его появления девушка охнула, другие смотрели на существо из другого мира верными взглядами. Теперь я знала, кто был новичком.

Лицо Джастина рядом со мной, озаренное тусклым сиянием его телефона, побелело.

— Преступление, — вздохнул лидер, указывая на демона. — Преступление звать этого чудесного бессмертного демоном. Злое существо из мифа? Нет. Мы знаем, что это сервус, верный слуга Богини. Он существует, чтобы служить Ей, чтобы служить нам, идущим в Ее свете.

Несколько слушающих сцепили ладони, с восторгом глядя на демона.

— Серви поклялись как-то служить последователям Богини. И, да, серви нападут на всех, кто угрожает Ее детям. Это их цель, их смысл — защищать.

Он потянул за цепочку на шее, вытащил инфернус из-под простого черного свитера, плащ шуршал от его движений.

— Поколения необъяснимого страха и ограничений МП превратили службу серви в унизительное рабство, но все должно быть не так!

Цепочка звякнула, он поднял инфернус выше, пыл наполнил его голос.

— Этот сервус дал мне силу по своей воле. Он — не мой раб, а мой ценный союзник, данный мне Богиней. И когда я покинул этот мир, он понесет мою душу в Ее руки.

Демон опустился на колено в поклоне, пустые глаза смотрели вперед. Мне он казался скованным контрактом, но, врал лидер или нет, я не видела сомнений на лицах его последователей.

— Мы — любимые дети Богини, — продолжил он. — В этой жизни нас защищают серви. Ее стражи. А в следующей Она примет наши чистые и верные души. Мы поклялись в вечной верности, и мы будем защищены навеки. Поблагодарим Богиню за ее дары.

Они склонили головы, я отодвинула лицо от щели, чтобы подавить тошноту. Родители Эзры тоже столкнулись с такими речами?

Лидер секты завершил молитву, и группа начала ритуал с заклинаниями на латыни. После этого он провел их через «познание Ее света», во время которого все члены смотрели на свои алые свечи, словно загипнотизированные. Некоторые шептали или дрожали, потрясенные тем, что ощущали.

— Богиня ощущает ваши души, и Она рада, — тихо сказал лидер. — Теперь с помощью щедрого дара серви мы привяжем наши души к Ее свету навеки.

Он вытащил серебряный кубок из-под кафедры и прошел в центр круга, алый плащ развевался. Демон поднялся во весь жуткий рост, протянул руку. Он провел когтем по запястью.

Густая темная кровь потекла из пореза, и лидер поймал ее в кубок.

Нет. Только не это. Только бы это было не то, о чем я думала.

Он наполнил кровью кубок почти до краев, отодвинул чашу. Демон опустил руку, кровь капала на пол с громкими шлепками.

Лидер повернулся к женщине, стоящей на коленях слева от кафедры. Он протянул кубок.

— Выпей, — прошептал он, — и дай Богине поделиться с тобой силой, Ее дитя.

Без колебаний женщина подняла кубок и сделала большой глоток крови демона.

Меня чуть не стошнило, желудок бунтовал, и я зажала рот рукой. Дастин рядом со мной шумно дышал сквозь зубы.

Женщина передала кубок следующему в круге. Он выпил, лидер перешел в центр круга, низкий голос звучал в комнате.

— МП боится силы Богини. Серви слишком сильны, когда не скованы рабством, но больше всего они боятся дара Ее силы, данного вам. Дайте Ее свету войти в вас. Ощутите свою силу, свою магию, растите.

Кубок прошел половину круга. Я зажмурилась, чтобы не видеть это. Эзра тоже так делал? Пил кровь демона, пока безумец рассказывал о божественной силе?

— Богиня — мать магии. Ее сила безгранична. Через Нее мы можем вернуть то, что было нам дано по праву.

Это нужно было прекратить. Хватит, хватит, хватит.

— Благодарю. Мы соберемся снова в следующий вторник в восемь. Помните — осторожность, МП всегда следит. До этого храните Богиню в сердцах.

Я открыла глаза и посмотрела в щель. Демон пропал, и все свечи задули, остался гореть только подсвечник. Члены культа были на ногах, тихо двигались к двери.

Я обрадовалась. Тело расслабилось, и фанера подо мной тихо скрипнула.

Прямо подо мной мужчина поднял голову. Я затаила дыхание, тело напряглось как доска.

— Слышала? — спросил он у женщины рядом с ним.

Она тоже подняла взгляд.

— Что?

Желание сжаться было сильным, но любое движение вызвало бы больше скрипа. Они меня не видели. Щель была слишком узкой.

Лидер уверенно обошел кафедру.

— Аудитор, что тебя беспокоит?

— Прошу прощения, Претор, — сказал мужчина. — Я услышал сверху шум.

Я вдохнула носом. Тишина затянулась, люди внизу прислушивались.

— Наверное, это мышь, — решил лидер, ведя себя до смешного обычно после речи для культа. — Мой кот умер прошлой осенью, и мышей развелось. Нужно поставить больше ловушек.

— О, да, у меня были проблемы с мышами в Салеме, — ответил мужчина с острым слухом, отводя взгляд от потолка. Он пошел к двери. — Они не трогали сыр, а когда мы загрузили в ловушки арахисовое масло, они…

Его голос утих, другие члены культа и лидер тоже ушли. Через миг дверь закрылась. Комната опустела, и я обмякла на фанере, глотая ртом воздух.

Это было слишком близко.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

— Культ выжил, — я расхаживала по гостиной дергаными шагами. — Он выжил.

Мы не покидали Портлэнд этой ночью, так что потребовалось место для ночлега. Грязный мотель не радовал, и Аарон поискал в интернете и нашел сдающуюся квартиру на короткий срок, занял ее на пару ночей. Квартира с двумя спальными была на первом этаже старого многоквартирного дома, но она была просторнее и приятнее отеля.

Аарон сидел на подлокотнике дивана, сцепив ладони под подбородком, глядя на меня.

— Лидер действует один? Остальной его культ был стерт, и он начал как их новый лидер?

— Или он и есть лидер. Тот, кто все начал, — предположил Блейк, который прислонялся к стене напротив Аарона, пока я расхаживала между ними.

Третий мужчина сидел на другой стороне дивана. Почему все эти миссии с жизнью или смертью заканчиваются полными тестостерона? Где была команда эстроген?

Я хотела бы избавиться от террамага, но он считал, что мы с Аароном были посреди расследования. Он думал, что мы хотели его помощь, и если бы мы его прогнали, это вызвало бы подозрения.

— Изначальный лидер, — продолжил он, — скорее всего, призыватель культа, тот, кто создавал демонических магов десять лет назад. Этот мужчина контрактор.

И все призыватели были контракторами, хотя обратное было неправильным.

— У нас нет ответов, — возмутилась я. — Мы не знаем, тот ли это лидер, и призыватель ли этот лидер. И мы слишком часто говорим слово «лидер».

Аарон фыркнул.

— Мы можем звать его… как там? Претор?

— Это титул или неприятное имя? — он пожал плечами, и я перестала расхаживать и вытащила телефон. — Посмотрим…

— Думаешь, термин культа будет…

— Вот. Претор. Титул из древнего Рима для командира армии или магистрата. Ха.

— Ладно, — Аарон скрестил руки. — Претор-командир во главе «круга» двенадцати членов.

— Двенадцать, — пробормотал Блейк.

— Что-то особенное в этом?

— Некоторые мифики Демоники верят, что Домов демонов двенадцать.

Термин «Дом» звучал знакомо, но я не могла вспомнить, что это значило тут.

— Что за Дом демонов?

— Вид демона. Есть десять записанных видов демонов, но по легенде есть два «утерянных» Дома: Первый и Двенадцатый.

Что Эзра говорил о количестве демонических магов в Энрайте? Он был одиннадцатым, а Лекси должна была стать двенадцатой.

Я вспомнила и то, как мы с Робин прибыли в «Глаз Одина» поговорить с их экспертом по Демонике. Когда она показала бывшему призывателю свой инфернус, но чуть не облился напитком от потрясения.

«Твой демон может быть только из утерянного Первого дома. Или… это знаменитый Двенадцатый дом?».

Конечно, всех удивлял необычный облик ее демона. Утерянный Дом. У нее было больше тайн, чем у меня.

Я сжала виски.

— На чем я остановилась? Да. Претор. Культ… — я повернулась к Аарону. — Мы думали все время, что культ сосредоточен в Энрайте. Может, так и было, а, может, и нет, но… вдруг секта была не одна?

— Думаешь, их все время было много?

— Может, потому демонический маг убил всех в Энрайте, — я подавила волну ужаса от жестоких смертей. — А если они защищали остальной культ?

Блейк выругался под нос.

— Как отрубить зараженную конечность, пока не пострадало все тело.

— Член культа, которого поймали, — сказал Аарон, глядя на террамага. — Он тоже умер до того, как его допросили об Энрайте, да? Его точно не убили?

Блейк вытащил телефон из кармана и постучал по экрану.

— Да, уверена. Я видел материал с камер. Никто не входил в его камеру.

У «Ключей Соломона» были камеры? Темница в гильдии? Жуть.

Через минуту поисков Блейк поднял телефон, и мы с Аароном подошли. Джастин присоединился к нам, Блейк нажал на видео. Камера была высоко на стене, направленная на три камеры с решетками, в каждой была металлическая койка и унитаз. Мужчина сидел на койке камеры посередине, уткнувшись лицом в ладони.

Материал был ускорен, несколько членов «Ключей» быстро подошли к камере, рты двигались без звука, а потом они ушли. Мужчина не реагировал на них, пока к нему не пришла женщина, но он просто смотрел на нее, а потом уткнулся лицом в ладони.

Худая темноволосая женщина ушла, и я поджала губы. Я думала, что в «Ключах Соломона» не было женщин. Может, она была секретарем. Большие охотники-качки, наверное, считали бумажную работу ниже них. Лузеры-сексисты.

Член культа оставался на месте еще два часа, судя по ускоренным часам в углу экрана. После полуночи он встал. Он снял футболку и стал рвать ткань на полоски.

Я отвела взгляд, не желая видеть остальное. Я отошла от телефона, а Аарон и Джастин смотрели до последней минуты видео.

— Охранник оставил пост, — Блейк убрал телефон в карман. — Его не было всего пятнадцать минут, и он увидел произошедшее, когда вернулся, но было слишком поздно.

— Не вовремя он, — мрачно отметил Аарон. Он прошел мимо меня, теперь он расхаживал. — У нас есть одна выжившая секта и возможность, что их есть больше. Претор — контрактор, и он может оказаться призывателем.

— И он может создавать демонических магов, — Блейк оскалился. — Смешать сервуса и мифика в стиле их гадкой идеологии. Какой дурак верит, что демоны верны Богине?

Я пожала плечами.

— Демоны не могут объяснить сами.

Он потрясенно посмотрел на меня.

— Что? Я просто говорю. Они не могут говорить, да? Они просто идут в бой, и там их терзают. Вы знали, что демоны, даже с контрактом, ощущают боль?

— Если ты им так сочувствуешь, почему не пойти в культ? Выпей крови демона, и…

— Хватит! — рявкнул Аарон. — Это не помогает. Нам нужно продумать следующий ход.

Я пыталась испепелить Блейка взглядом. Я хотела выставить его пинком за дверь, но знала, что мог сделать демонический маг. У одного Аарона не было шансов, а от меня не было толку. Блейк был дополнительной защитой. Он мог понадобиться.

— Претор может работать днем, да? — сказала я. — Мы подождем, пока он не уйдет завтра, проберемся в его дом и поищем информацию о культе. И, в зависимости от находок, мы сможем продумать засаду и поймать его.

— Неплохой план, — Блейк оттолкнулся от стены. — Я вернусь в шесть утра, и мы отправимся вместе.

— Ты домой? — спросила я.

— Нет, слишком далеко. Но я не буду на диване у вас, это точно.

Он прошел, хромая, к дверям балкона, которые вели на небольшое патио, отделенное от тротуара полоской травы в четыре фута шириной. Квартира была без работников отеля, но не была такой уж защищенной.

Стеклянная дверь закрылась за ним, и я досчитала до тридцати в голове и опустилась на диван.

— Я устала, — простонала я. — Все тело болит.

— Не двигаться часами хуже, чем часами бегать, — Аарон плюхнулся рядом со мной и отклонился. — Что думаешь?

— Обо всем этом? — я посмотрела на него. — Хорошо то, что шансы найти гримуар повысились. Но плохо…

— Плохо то, что культ еще существует, а мы и не знали, — его глаза потемнели, усталость смешалась с глубокой яростью. — Сколько жизней они испортили за восемь лет? Сколько детей обрекли на раннюю смерть?

— Тревожит не только это, — Джастин пересек комнату и опустился рядом с небольшой горкой нашего багажа. Он расстегнул свою сумку. — Есть несколько «деловых моделей» культов. Некоторые из них для нарциссов, управляющих другими людьми. Некоторые для вытягивания денег из членов. И некоторые…

— Что? — спросила я.

Он порылся в своей сумке и вытащил сверток из футболки. Он развернул ткань, и стало видно блестящий пистолет.

Я была уверена, что это была не игрушка для пейнтбола, как мой.

— И некоторые культы — оружие для воплощения искаженных желаний одной личности в реальности, — он проверил магазин, вернул его и свободно замотал в футболку. — С такими привлекают полицию.

— Что с пистолетом? — я прищурилась. — Тебе разрешено носить это вне работы?

— Думаю, я оставлю это близко ночью. Мы не знаем, с чем столкнулись, но пуля в сердце — все еще пуля в сердце, даже для демонического мага.

— Да, это убьет демонического мага, — наверное. — Но вряд ли это убьет демона. Они крепкие.

Джастин чуть побледнел, но решительно стиснул зубы.

Я отклонила голову на подушки дивана.

— Накормите меня. Прошу.

— Хочешь, чтобы я заказал пиццу? — предложил Джастин.

— Только если там есть ананас.

Он вытащил телефон, я вытащила свой. Я открыла сообщения, прикусила щеку изнутри от вида сообщений Эзре — лента сообщений сияла на экране без ответа. Грудь болела, словно меня били под ребрами, и пришлось закрыть глаза.

Как Эзра ощущал бы себя, если бы знал, что культ, поймавший его родителей и погубивший его жизнь, выжил?

Вздохнув, я открыла разговор с Каем, ожидая похожую картину. Непрочтенное сообщение ждало ниже моего ответа, где я сообщала ему, какой кошмар творился, и что нам нужно было скорее поговорить.

Вместо тревожных вопросов, которые я ожидала, он ответил коротко, и я вскочила.

«Я в пути».

* * *

Мне снились той ночью демоны с глазами-лавой, кубки темной крови и алый огонь. Я проснулась, ощущая боль, усталость и желание ворчать.

Аарону и Джастину повезло со мной, да?

Два парня были на кухне, пока чайник кофе закипал с шумом, а я обмякла на диване, представляя черное облако вокруг себя. Телефон свисал в руке, там было сообщение Кая, пришедшее полчаса назад.

Он пытался уехать в прошлую ночь, Макико задержала его в последний миг. Он отправился в путь несколько часов спустя. Он написал, покинув Олимпию, и быстрый визит в карты Гугла сообщил мне, что ему оставалось еще полтора часа. Если он не игнорировал ограничения скорости.

Это был Кай, так что он мог и игнорировать.

Гул мужских голосов доносился с кухни, и я убийственно посмотрела на дверь. Как они смели болтать, пока я устала и злилась? Джастин должен был знать, какой ужасной бывает по утрам Тори.

Тепло появилось среди раздражения. Джастин теперь увидел бой террамага и пиромага, культ мификов, пьющих кровь, и демона своими глазами, но все еще был тут. Когда он пришел в мою квартиру и заявил, что хочет все наладить между нами, я не очень-то поверила. Я думала, что это будет вялая попытка, быстро угаснет, когда я не послушаюсь его совета и не брошу друзей-мификов.

Тепло в груди вспыхнуло от гула голосов. Аарон был очаровательным, когда не пытался намеренно разозлить, и если кто и мог завоевать расположение Джастина, то это пиромаг.

Я утомленно улыбнулась и встала с дивана. Я затаила дыхание и прошла к двери кухни.

— …система базируется на внутреннем регулировании, — говорил Аарон. — Личностей организовывают гильдии, а гильдии отвечают МП.

— А личные права? — спросил Джастин. — Кто их защищает?

— Если в общем, наши гильдии и защищают нас, и приглядывают за нами. Есть и другие системы, если не выйдет тут, — адвокаты в МП и независимые. Но защита гильдии — один из главных поводов, потому мы сделали Тори мификом.

Мой рот скривился.

— Обычно МП защищает человека, вовлеченного в преступление с мификами. Эту несправедливость наблюдает полиция, когда МП забирает преступника. Дела не всегда такие, какими кажутся, когда вовлечена магия.

Джастин издал задумчивый звук.

— Это не происходило для Тори. МП не помогали ей.

— Нет. Там вмешалась внутренняя политика… Думаю, у тебя тоже такое бывало. Потому пришлось изменить статус Тори на мифика. Только так гильдия могла защитить ее от внимания МП.

Я моргнула. Я знала, что мой переход от человека к мифику спас меня от обвинений в убийстве, но я упустила нюансы. Я так устала от связи с лордом фейри, что была тогда почти без сознания.

— Ты первым завел ее в мир мификов, да? — спросил Джастин. — Как она? Похоже, она участвует в выполнениях заданий с тобой и твоими друзьями.

— Мы тренируем ее, — ответил Аарон. Шкафчик закрылся, стакан звякнул об поверхность. — У каждого мифика есть хоть немного врожденной магии, но есть много вещей, которые может использовать любой. И она правильно вооружилась с самого начала. У нее хорошо получается, хотя нужно еще многому учиться.

— И насколько интенсивное обучение? Она готова к твоему уровню… боя?

— Еще нет, — фыркнул Аарон, обычно с этим звуком он водил ладонью по волосам. — Мы пытаемся держать ее вдали от бед, но она часто бросается туда, не думая.

Я скривилась. Я хотела отодвинуться от кухни, но Джастин снова заговорил:

— Аарон… ты замечал, чтобы Тори была… беспечна со своей безопасностью?

Миг тишины.

— Ох, — Аарон замешкался. — Ну…

— Она была такой долгое время. Я видел это в детстве и позже… — Джастин неуютно кашлянул. — Я не знаю, делает она так подсознательно, или она просто бунтует против правил и власти, или это просто импульсивное принятие решений, но она из-за этого попадала в серьезные проблемы… и это без магии или мификов.

Аарон издал неясный звук.

— Я бы описал Тори как пылкую и принимающую решения инстинктивно. Она упрямая, но не подставляет себя.

— Я просто переживаю. В мире людей она била клиентов в порыве гнева, и это меньшая из проблем. Такое в мире мификов…

— Пока что Тори хорошо справлялась, и мы обычно рядом и приглядываем за ней.

— Но что, когда вас рядом нет? — Джастин вздохнул. — Я не пытаюсь вести себя мерзко, но у Тори нет настоящей магии. У нее есть решимость и пара безделушек. Тот пистолет для пейнтбола не сравнится с тем, что можете вы с Блейком.

— Мы с Блейком и от многих мификов отличаемся.

— И я о том. Она должна лезть в ваши дела?

Прижавшись к стене, я ждала ответа Аарона, его защиты. Чтобы он сказал, что я могла справиться с опасностью и сильной магией. Чтобы сказал, что я была в его команде, боролась со злодеями.

Но он молчал, и тишина на кухне затянулась.

Я впилась ногтями в ладони. Я оттолкнулась от стены, прошла по комнате, схватила сумочку и куртку со столика по пути. Моя ладонь прижалась к двери балкона, слова Джастина звучали в голове: «беспечна со своей опасностью… импульсивно принимает решения…».

Беспечная и импульсивная — как вырваться от обиды наружу, не сказав никому, куда я иду?

Я стиснула зубы и бросила через плечо:

— Я в кофейню на углу за пончиками. Я вернусь через пару минут.

— А? — Аарон появился на пороге кухни. Джастин был за ним. — Тори…

— Вернусь через пару минут! — громко повторила я, открывая дверь. — Телефон со мной.

Я закрыла дверь. Аарона и Джастина было видно за стеклом, они стояли на пороге кухни со смятением на лицах. Холодный воздух задевал мои руки, пока я шла по влажной траве, пытаясь надеть куртку, не уронив сумочку. Я вышла на тротуар.

Дверца машины хлопнула неподалеку. Блейк только вышел из джипа, оставил его за машиной Аарона.

Он взглянул в мою сторону.

— О, привет, Тори.

Я помахала без слов и поспешила, оставив его позади. Я подняла воротник от ветра, шаги были широкими, яростными, но злиться было поздно.

Слезы жалили глаза, и я смаргивала их.

«Она была такой долгое время».

«У Тори нет настоящей магии».

«Ей нужно лезть в ваши дела?».

Слова крутились, ранили меня, и я не могла убедить себя, что они не были правдой.

Они были правдой. Каждое слово.

Я всегда плохо ладила со своим темпераментом. Беспечная. Вспыльчивая. У меня были проблемы с поведением.

Я всегда притворялась, что я была крепче, чем на самом деле. И в мире мификов это не изменилось. Кто еще побежал бы в бой с мификами с зонтом вместо оружия?

Да, я стала крепче. Я могла справиться с обычным мификом, но я уже не лезла в те драки. Я теперь расследовала культ мификов, где могли быть демонические маги, хотя у меня были только «решимость и пара безделушек».

Я сунула руки в карманы и шагала. Все вокруг было размытым, удивление мелькнуло во мне, когда я оказалась на перекрестке, и машины проносились мимо. Я ударила локтем кнопку на светофоре, ждала, вытирая лицо, пока изменится свет.

Поток машин остановился. Я, жалобно шмыгая носом, перешла на другую сторону, минуя машины на парковке, и вошла в кофейню. Сонные посетители, прибывшие за кофе перед работой, стояли очередью перед стойкой.

Я остановилась посмотреть варианты пончиков, а потом встала в очередь. Слова Джастина все жалили меня, и я не могла винить Аарона за молчание в конце. Что он должен был сказать? «Тори и ее пистолет для пейнтбола так же хороши в бою, как пламя и удары электричеством»?

Конечно. Может, я была не хуже, когда была с моей Дамой Пик, заклинанием падения и усиливающим медным кастетом. Но теперь? Даже не близко.

Хоть он не заступился за меня, он сказал другое: «У нее хорошо получается… Я бы описал Тори как пылкую и принимающую решения инстинктивно… Тори хорошо справлялась».

Я вытерла слезу и слабо улыбнулась. Может, я не могла сжечь здание — могла, но для этого нужно было долго готовиться, в отличие от некого пиромага — но Аарон все еще думал, что я справлялась хорошо для человека с магическими безделушками. Он прикрывал меня, и я не должна была злиться на него. Он был хорошим другом.

Я постучала пальцем по губам. Как и сказал Джастин, Аарон привел меня в мир мификов. Аарон забрал и Эзру с улиц. И Аарон поддерживал Кая, когда он ушел от преступной семьи в семнадцать.

Черт. Аарон спас всех нас.

Я думала об этом, а очередь подвинулась, и я посмотрела на витрину с пончиками. Было ли еще рано для шоколадного?

Чем я думала? Шоколад можно было есть всегда.

Я сглотнула слюну, очередь снова подвинулась. Я переминалась, рылась в сумке в поисках кошелька. Нужно было взять две дюжины пончиков. С одной дюжиной у меня ничего не останется, ведь двое — или трое — мужчин все проглотят.

Моя ладонь замерла, я хмуро посмотрела на кошелек. Парень передо мной прошел к стойке, сделал заказ и отошел. Кассир поманила меня.

— Следующий, — крикнула она, когда я не пошевелилась.

Я зашагала по полу. Холодный воздух ударил по моему лицу, когда я вышла из кофейни. Я растерянно моргнула. В руках не было пончиков.

Мои ноги шагали решительно по тротуару. Деревья, фонари и дома мелькали по сторонам. Я смотрела только вперед. Взгляд скользнул по машине Блейка, джипу Аарона и пикапу Джастина и остановился на двери патио нашей съемной квартиры.

Дверь открылась, гремя. Блейк и Аарон склонялись над телефоном террамага, что-то обсуждая, пока Джастин сидел в кресле на краю, напряженный. Они посмотрели на меня, когда я вошла.

— Ты вернулась! — Аарон хмуро посмотрел на мои пустые руки. — В кофейне не было пончиков?

Я огляделась, опустилась на колени рядом с сумкой у стены. Я порылась в ней и вытащила сверток из темной футболки.

— Тори, — возмутился Джастин. — Что такое?

Аарон посмотрел на сумку.

— Что ты делаешь, Тори?

Я запустила пальцы в ткань и сжала холодный металл. Футболка упала.

Трое мужчин застыли, когда я поднялась с пистолетом в руке.

— Тори? — прошептал Аарон.

Я сделала два осторожных шага, повернулась и направила дуло на лицо брата в двух футах от меня. Он смотрел на меня огромными глазами. Шок. Недоверие. Страх.

Палец прижался к узкому металлическому крючку.

— Тори! — взревел Аарон, бросаясь ко мне, вытянув руку.

Я нажала на спусковой крючок.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Спусковой крючок двигался под моим пальцем, пистолет щелкнул, и Аарон врезался в меня.

Второе тело врезалось в меня через миг, и они придавили меня. Пистолет вытащили из моей ладони, мои руки завели за спину, и Блейк схватил меня так, что моя спина выгнулась у его широкой груди.

Аарон держал пистолет за дуло, тяжело дыша, глядел на меня так, словно у меня выросла вторая голова.

Я медленно моргнула. Я посмотрела на пиромага и пистолет, потом на застывшее от шока лицо брата. Моя ладонь… сжимала тот ледяной пистолет. Мой палец… нажимал на спусковой крючок. Я прекрасно помнила это.

Я… нажала… на… спусковой крючок.

Паника взорвалась во мне, и я завизжала.

Аарон и Блейк вздрогнули от моего пронзительного вопля, Джастин вскочил с кресла.

— Я этого не делала! — визг терзал мое горло. — Я не… нет… это не… я бы никогда…

Я билась в хватке Блейка, отрицания сыпались с губ, слезы катились по моим щекам.

— Я не… не делала… нет…

Но пистолет был в моей руке. Я нажала на спусковой крючок.

Я завыла без слов. Аарон опустил пистолет на край стола у дивана и забрал меня из рук Блейка, передал меня Джастину. Брат поймал меня с испуганным кряхтением.

— Успокой ее, — приказал Аарон. — Блейк, идем.

Террамаг резко кивнул.

— Вы идете? — Джастин обвил меня рукой, два мага направились к двери патио. — Куда?

— Найти мифика, который сделал такое с Тори, — бросил Аарон через плечо, глаза пылали. — Ждите тут.

Они пропали снаружи, и я не двигалась, стояла в хватке Джастина.

— Найти… что? — прошептала я.

— Кто-то сделал такое с тобой? О чем он?

— Не знаю, — мое тело дрожало, не переставая, и я не могла отогнать картинку пистолета в моей руке, потрясенное лицо брата. Я сделала это. Что бы ни думал Аарон, никто не вкладывал пистолет в мою руку.

Джастин обвил меня руками. Как он мог обнимать меня после такого?

Минуты тянулись, дверь патио хлопнула. Аарон прошел внутрь, лицо было яростным, Блейк шагал за ним. Я прижалась к Джастину, когда пиромаг подошел ко мне. Он оттащил меня от брата, развернул и толкнул на диван.

— Тори, — тихо сказал он, опустившись на колени передо мной, — что случилось, пока ты была там?

— Ч-что?

— Ты ходила наружу. Куда ты пошла?

— Я… ходила в кофейню.

— Ты помнишь весь путь?

— Да.

— Ты видела кого-то еще?

— Нет.

— Что случилось потом?

Я сжала его запястья, будто держалась за жизнь.

— Я вошла в кофейню, посмотрела на пончики и встала в очередь.

— С тобой кто-то говорил? Тебя кто-то трогал?

— Нет.

— Что случилось, когда ты встала в очередь?

— Я… ушла.

— Ты что-нибудь купила?

— Нет. Я просто… ушла.

— Почему?

— Потому что… — я нахмурилась. — Я не знаю. Думаю… мне нужно было сразу же вернуться сюда.

— Ты помнишь, как шла сюда?

— Да…

— Ты хотела вытащить пистолет?

Тело дрожало.

— Не знаю.

Блейк опустился рядом с Аароном с мрачным видом.

— Черная магия? — прогудел он. — Или Психика?

Аарон потирал мои руки через куртку.

— Сильная алхимия могла управлять телом и привести к потере памяти. Если она помнит все, но не знает, почему изменилось поведение…

— Психика, — кивнул Блейк. — Наверное, менталист.

— Постойте, — я посмотрела на них, лицо было холодным от слез. — Вы думаете, кто-то заставил меня сделать это? Но… я ни с кем не говорила, никого не трогала и не пила зелье. Никто не говорил мне идти сюда и…

— Силы менталистов бывают гадкими, — перебил Аарон. — Помнишь ту, что поймала меня?

Я помнила. Женщина простым касанием овладела его телом и разумом.

— Ты встретила кого-то такого, и он повлиял на тебя без контакта, или они задели тебя и заставили забыть.

— Вы нашли его? — спросил Джастин. Он вернул пистолет и опустошал магазин в руку. Он сунул пулю и магазин в карман.

Качая головой, Блейк поднялся.

— Никого неподалеку не было, и мы не знали, кого искать.

— А если это был не менталист? — прошептала я. — А если я просто сорвалась? А если я схожу с ума, и…

— Тори, — Джастин шагнул ближе. — Я видел тебя в гневе много раз. Даже когда ты злишься, я знаю, как это выглядит, но это… было другое. Твои глаза были пустыми, будто ты не думала и ничего не чувствовала. Это точно была не ты.

Мои губы дрожали. Я бросилась мимо Аарона, вытянув руки, и Джастин крепко обнял меня. Я ощущала его дрожь. Я всхлипнула, и он прижался лицом к моему плечу.

— Но ты все равно напугала меня, — пробормотал он. — Почему пистолет не выстрелил?

Я отодвинулась от Джастина и посмотрела на Аарона.

— Ты подавил выстрел, да?

Он кивнул.

— Но, как я и сказал раньше, не рассчитывай на мою помощь в остановке выстрела. Я должен быть очень близко, и даже тогда шансов мало, — он встал и огляделся. — Давайте собираться. Нужно поскорее убираться отсюда.

Я нахмурилась.

— Не случайный менталист отправил тебя пробить дыру в твоем брате, — он прошел в спальню, голос доносился до нас. — Не знаю, как, но нас вчера заметили. Может, Претор увидел наши машины или нашел следы на чердаке.

Я поспешила за Аароном, увидела, как он забирал свои принадлежности для бритья из ванной и бросил сумочку с ними в свою сумку.

— Собирайся скорее, Тори.

Я поспешила в спальню, где спала, где на кровати лежал открытый чемодан. Я схватила с пола вчерашние вещи и бросила их в чемодан.

— Претор не шутит, — отметил Блейк в гостиной. — Он сразу нанял профессионала.

— Профессионала? — спросил Джастин.

— Убийцу, который заставит нас убить друг друга, чтобы покончить наше расследование, не привлекая внимания к культу.

Я поежилась от его слов. Убийца. Они знали, что посылали меня убить моего брата? Из троих мужчин Джастин был наименее опасным. Убить Аарона и Блейка было бы умнее, но, может, убийца не знал этого.

Я целилась в Джастина, не мешкая. Менталист уточнил мою цель… или я выбрала его из-за чего-то в подсознании?

Дрожа сильнее, я отогнала мысль и открыла косметичку. Я вытащила пудру с демоническим амулетом, открыла ее, вытащила талисман из укрытия и сунула его в карман. Я перемещу его скрытно в боевой пояс, как только будет шанс.

— Все ухудшается быстрее, чем я ожидал, — добавил Блейк, — но команда будет тут не меньше, чем через восемь часов.

Я застыла, а потом устремилась к двери. Я ворвалась в гостиную и спросила:

— Какая команда?

— Команда «Ключей», — Блейк вытащил телефон и смотрел на экран. — Итого две команды. Они отыщут Претора, и я сообщу им об убийце.

Паника била по ребрам. Плохо. Мы прибыли искать гримуар, который мог спасти жизнь Эзры, и присутствие даже одного мифика из «Ключей Соломона» уже все усложняло. Две команды все испортят.

Это означало, что нам нужно было спешить. Было лишь восемь часов до прибытия команд «Ключей», которые лишат Эзру последнего шанса.

Я ушла в спальню, бросила вещи в чемодан и закрыла его. Когда я оттащила его в гостиную, Джастин застегивал свою сумку. Я оставила чемодан рядом с его и поспешила комнату Аарона, чтобы узнать, нуждался ли он в помощи.

Он стоял у кровати, запихивал футболку в сумку. Он застегнул ее.

— Готов? — спросила я. — Нам нужно…

Он поднял голову, и я застыла от его бледного лица.

— Аарон? — я шагнула к нему. — Что…

Он отпрянул от меня, словно мог заразиться, а потом спохватился. Он стиснул зубы.

— Тори, если я буду вести себя хоть немного странно, беги от меня. Я не обижусь.

— А? О чем ты?

Он сжал лямку сумки, костяшки побелели.

— Убийца, который может заставить нас нападать друг на друга… — он посмотрел на меня со страхом. — Пистолет — детская игрушка, по сравнению с моей магией. Одна дыра от пули? Я мог бы…

Он замолк и покачал головой, не мог или не хотел описывать ущерб от его огня живому телу.

— Если менталист поймает меня… — он сглотнул. — Может, мне стоит остаться.

Я прошла к нему и обвила его руками.

— Ты идешь с нами, Аарон. Мы справлялись и с худшим.

Он опустил взгляд, и я слышала его невысказанное: «Разве?».

Я сжала его за руку, повела из спальни.

— Идемте уже, парни!

Блейк пошел вперед, забрался в джип и завел двигатель, пока Аарон, Джастин и я бросали сумки на заднее сидение. Мы поехали к парковке супермаркета, где Джастин оставил пикап. Аарон последовал за джипом Блейка к окраине района.

— Убийца, — пробормотала я, дрожа от слова. Убийца пытался разобраться с нами. Нас пытались убить и раньше, но это было страшнее. Не просто убийца, а манипулятор, который мог заставить нас убить друг друга.

Я подавила страх и добавила:

— И скоро нужно будет разбираться с двумя командами «Ключей». Если в доме Претора нет гримуара, мы не сможем найти его до их появления.

— Нужно избавиться от Блейка и «Ключей», — сказал Аарон, глядя на джип впереди нас. — Если мы отправим их не в ту сторону, это даст нам время. Как только Кай присоединится к нам, мы сможем продумать план.

Я кивнула. Да, нам нужен был Кай. Он придумывал планы. Он знал, как все сделать. Он проверял все и…

Я задумчиво прищурилась.

— Ты же взял ноутбук?

— Конечно.

— Тогда, пока ты ищешь дом, я поработаю над кое-чем другим, что отправит нас на шаг вперед от Блейка и «Ключей».

* * *

Когда мы прибыли к дому Претора, его гараж — с машиной, а не для поклонения демонам — был пустым. Он уже уехал, и я надеялась, что его не будет весь день.

Аарон и Блейк взломали дом и стали систематически обыскивать его. Я же сидела в машине, а машина была в роще деревьев в стороне от дороги. В лобовое стекло я едва видела улицу и угол дорожки, ведущей к дому Претора.

Ноутбук Аарона был открыт на моих коленях, а в телефоне было видео, которое Джастин записал прошлой ночью. Я щелкала в таблице, которую сделала, готовя ее к своему заданию.

Мой брат сидел за рулем, склонился и посмотрел на ноутбук.

— Что ты делаешь?

— Составляю список возможного возраста, роста, веса, цвета волос и глаз всех членов культа. А потом Аарон или кто-то еще в «Вороне и молоте» поищет по этим данным в базе мификов.

— База данных преступников или…?

— Каждый мифик должен быть зарегистрирован к восемнадцати лет. Если все в культе плуты, то нам не повезло, но если хоть один зарегистрирован, мы сможем найти их.

— Хм. Убийца тоже может быть в базе данных?

— Вряд ли. Обычно такие не играют по правилам МП. И мы ничего о нем не знаем, так что не можем поискать.

Пока я говорила, я снова пыталась понять, кто запутал мою голову, но ничего не могла отыскать. Любой от баристы до случайного прохожего мог отравить мой разум.

— Итак, — решительно заявила я, — посмотрим, что удастся узнать о членах культа.

Я записала всех членов культа в первую колонку таблицы, назвав их от первого до двенадцатого, исходя из их положения в круге. Я добавила Претора, ведь мы не знали его имя.

Джастин взял мой телефон, смотрел на видео с выключенным звуком минуту.

— Посмотрим… первая — женщина, средней длины каштановые волосы, рост между метр шестьдесят и метр шестьдесят семь, вес между шестьюдесятью и семьюдесятью килограммами. Цвет глаз не видно.

Я заморгала, а потом ввела детали в таблицу на скорости. Почему я удивлялась? Мой брат ничего почти не знал о мификах, но он знал, как описывать подозреваемых.

— Ладно, — бодро сказала я. — Это первая. Что насчет второго?

Он промотал видео, искал момент, где второго было видно лучше.

— Тори… ты слышала наш с Аароном разговор?

Все во мне сжалось.

— Да.

Его палец замер на экране телефона.

— Прости за…

— Забудь.

— Но…

— Ты переживаешь, что я не поспеваю за Аароном, Каем и Эзрой. Они сильные обученные боевые маги, а я… Да, тревога понятна. Но я не такая, какой была, ты сам знаешь. Я не бросаюсь импульсивно головой в опасность.

Хотя порой я еще такое делала, но это уже не было импульсивно. Я решала бросаться головой в опасность.

Я не знала, было ли это лучше.

— Это я вижу, — тихо сказал он. — Ты изменилась. Это хорошо, наверное.

Я посмотрела на него, потом на экран ноутбука. Он дал описание другого члена культа, и я внесла это в таблицу.

— Но я боюсь за тебя, — добавил он, когда я закончила печатать, так тихо, что я едва его услышала. — Ты уже убивала, защищаясь. А если убьют тебя?

— Это не случится. Парни защищают меня, и…

— Я слышал, что сказал Аарон. Он может убить тебя, — Джастин покачал головой. — Я патрулировал худшие улицы Истсайда, полные зависимых и банд, и я еще не ощущал такой страх, как от демона прошлой ночью.

— Демоны очень страшные, — согласилась я.

— Это того стоит, Тори? — он посмотрел на меня, но я не поднимала головы. — Почему ты так хочешь быть частью этого опасного мира?

— Не все там опасное и страшное, Джастин. Там есть и красота с чудесами, — я подвинула боевой пояс, лежащий у моих ног, носком. — Хоши?

Серебряные чешуйки вырвались из мешочка. Сильфида поднялась в воздух, ее хвост развернулся. Хоть он видел ее миг в моей квартире перед ссорой перед Рождеством, Джастин сжался у дверцы.

— Ты помнишь Хоши? — я погладила ее шею. — Она — фейри, мой фамильяр. Мы друзья.

— Друзья?

— Она говорит со мной красками и картинками в голове. Это круто, — я потерла ее под подбородком. — Хоши, это мой брат, Джастин. Он еще не встречал фейри раньше.

Она склонила голову, глядя на него глазами цвета фуксии. Он заставил себя расслабиться, сглотнул.

— Привет, Хоши.

Кончик ее хвоста дрогнул, она вытянула шею и понюхала его плечо.

— В мире мификов много поразительного, — я пыталась подобрать правильные слова. — Существа как Хоши и другие фейри, магия, какую ты и представить не можешь, и люди. Люди просто… — я улыбнулась. — В «Вороне и молоте», по крайней мере, все изгои, как я. Я еще нигде не ощущала себя на месте, но с ними все правильно. Там мое место.

Джастин глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

— Знаю, тебе кажется, что только в гильдии есть для тебя место, но… думаю, все в том гараже прошлой ночью могли сказать такое об их группе.

Дрожь пробежала по мне. Мое горло сжалось, обида и ярость охватили меня.

— Я просто… — начал спешно он.

— Думаю, ты сказал достаточно, — рявкнула я. — Сосредоточимся на работе.

Он перевел взгляд на видео и искал хороший вид на третьего члена культа.

Я смотрела на экран ноутбука, не видя его. Хоши улетела в салоне к нашему багажу на заднем сидении. Я хотела бы выйти из машины, но не могла привлекать внимание к нам. Я хотела побыть одна так сильно.

Я посмотрела на свой телефон в руке Джастина, и я поняла, что это было не правдой. Я хотела быть с Эзрой.

Я хотела услышать его спокойный мягкий голос, который проникал в душу. Увидеть его тихую улыбку, теплые от понимания разноцветные глаза. Он бы обнял меня крепко, а потом сказал бы правильное, чтобы успокоить бурю в моем сердце — пошутил бы с лицом без эмоций, рассказал бы забавную историю или просто спросил бы, что мне нужно.

Но я не могла говорить с ним, ведь он не хотел этого. Я растоптала все, что было для него важно, пытаясь спасти его.

Глаза жгло, но я не давала себе плакать. Не снова. Я уже пролила достаточно слез, и я не собиралась…

Дверца машины рядом со мной открылась.

Я вскинула голову, ожидая увидеть Аарона. Я повернулась к дверце, и глупая слеза покатилась по моей щеке.

— Что такое, Тори?

Я моргнула, глядя на мужчину у моей дверцы. Моргнула снова.

— Ты — мираж?

— Нет.

— Я сплю?

— Не похоже.

— Тогда… ты настоящий?

Он изумленно улыбнулся.

— Был таким, когда проверял в последний раз.

Дрожь началась в районе диафрагмы, а потом пробежала по моим конечностям энергией.

— Кай! — выпалила я, выскакивая из машины.

Он как-то поймал меня и ноутбук, улетевший с моих колен. Не переживая из-за тонкой игрушки Аарона, я обвила руками шею Кая, прижалась лицом к его плечу в кожаной куртке.

— Прошло всего пару дней, — пробормотал он, но, несмотря на его слова, он крепко обвил рукой мою талию.

— Ощущалось дольше, — я отодвинулась, сжимая его плечи, разглядывая его. — Посмотри на свой сексуальный вид. Хорошо выглядишь.

Он был в коже, штаны для мотоцикла облепили ноги, куртка подчеркивала широкие плечи. С темными волосами, спутавшимися от шлема, и румянцем от холода на щеках, и он выглядел неотразимо.

У меня были крутые друзья.

Широко улыбаясь, я огляделась в поисках его мотоцикла и опешила, увидев два красных мотоцикла за джипом. И я обалдела еще сильнее, когда увидела женщину в коже, забрало шлема было поднято, и она холодно смотрела на меня.

— Ты привез ее? — прошипела потрясенно я. Желание подбежать и побить ее было сильным. Очень сильным. Я не забыла, что ее подпись была на документе о переводе Кая в другую гильдию. Она украла его у нас, и я не собиралась слушать ее причины. Она хотела шанс, чтобы он влюбился в нее.

Хороший шанс.

Кай обнял меня еще раз, спрятал лицо рядом с моим и прошептал:

— Я заставил ее поверить, что совместная поездка — хороший шанс сблизиться.

Я недовольно хмыкнула.

— Почему тут твой брат? — спросил он.

— Долгая история, — я краем глаза увидела Джастина на другой стороне джипа, он смотрел на новоприбывших. Наверное, гадал, были ли это жуткие преступники-мифики.

Он был прав.

Кай опустил спасенный ноутбук на крышу джипа, Макико прошла к нам, ровные черные волосы ниспадали на спину, не запутались от поездки. Может, это был трюк аэромага.

— Тори, — холодно сказала она.

— Макико, — ответила я со льдом. — Как мило, что ты на пару дней ослабила цепи Кая.

Кай вздохнул.

— Мы можем сосредоточиться? Тори, где мы?

— Ну…

Наушник затрещал.

— Тори, ты там?

Я отыскала микрофон и включила его.

— Да, Аарон. Я тут. Что такое?

— Мы обыскали спальню Претора, — даже в наушнике было слышно его подавленный голос. — Думаю, у нас проблема.

Через пару минут мы собрались в джипе для быстрого обсуждения проблемы.

А какой она была? Претор ускользнул.

Аарон и Блейк нашли признаки, что мужчина собрал сумку и уехал. Зубная щетка, паста, дезодорант и принадлежности для бритья пропали из ванной, и большие бреши в выдвижных ящиках показали, что пропали носки и нижнее белье. И, что обидно, гобелен с короной в круге пропал из отдельного гаража.

Мы облажались, и шансы найти гримуар понизились.

Нужно было поймать Претора сразу после встречи культа. Хоть у нас не было повода думать, что он понял, что за ним охотилась гильдия, мы не хотели рисковать. Теперь за нами шел убийца, и единственная зацепка пропала.

Появился новый план, и мы приступили к работе. Кай пошел с Аароном и Блейком дальше обыскивать дом в надежде, что Претор оставил следы. Мы с Джастином продолжили описывать членов культа, и Макико со своим ноутбуком стала искать в базе данных. Как глава гильдии, она обладала доступом, который нам требовался.

Нам не нужно было болтать, но я находила много шансов холодно смотреть на нее. Я не знала, почему она была тут, что она знала о нашей миссии, и могла ли я уехать, выбросив ее из машины. Так что я остановилась на мрачных взглядах.

Наступил полдень и прошел, мы продолжали с видео культа, моей таблицей и результатами поиска Макико. Голова болела, я потерла виски.

Я заметила движение за окном и подняла голову. Блейк шел по дороге к траве, где стоял его джип. Я посмотрела за него, а потом дверца со стороны водителя открылась.

Аарон склонился и посмотрел на Джастина и меня.

— Есть что-нибудь?

— Немного, — призналась я. — А у вас?

Моя дверца открылась, Кай прислонился к раме.

— Ничего. Он все убрал.

— Но, — добавил Аарон, кивнув на Блейка, пропавшего за деревьями, — мы избавились от одной проблемы. Блейк решил, что зацепок нет, так что дальше все будут делать команды «Ключей».

— И пришлось согласиться, — горестно сказал Кай. — Разве у нас есть выбор, кроме как теперь ехать домой?

Я открыла рот, пытаясь объяснить, что мы не сдавались, но заметила ухмылку Аарона.

— О-о-о. Ясно.

Мы не уезжали. Мы давали Блейку поверить в это. И террамаг больше не будет следить за каждым нашим ходом.

— Поехали отсюда, — сказал Аарон. — Вернемся в город и закончим опознавать членов культа. Блейк не знает о нашей видеозаписи, и нам не нужно переживать, что «Ключи» доберутся до них первыми.

Мы поменялись местами для пути — Джастин был на заднем сидении, Аарон сел за руль, Макико вернулась на мотоцикл — и отправились. Машина поехала к шоссе. Кай и Макико последовали за нами на мотоциклах.

— Куда мы едем? — спросила я. — Нужно новое место.

Аарон пожал плечами.

— Придется снова снять квартиру, наверное.

— Это умно? — осторожно спросил Джастин.

Я взглянула на него через зеркало заднего вида.

— А ты хочешь спать в машине?

— Нет, но можно предположить, что счета Аарона отслеживают?

Я моргнула, Аарон растерялся.

— О чем ты?

— Не так убийца нашел нас? — Джастин нахмурился. — Если Претор увидел номера машины, убийца мог взломать записи твоей кредитки. Это невероятно для обычного человека, но я не вижу других объяснений, если только нет магических способов отследить людей, о котором я не знаю?

Аарон сжал крепче руль.

— Есть, и я должен был сам об этом подумать. Я переживал больше об убийце, чем о том, как он нашел нас.

Он включил сигнал поворота и съехал с шоссе. Кай поравнялся с дверцей Аарона и поднял забрало шлема. Макико остановилась за ним, чтобы послушать.

Аарон опустил окно.

— Может, помимо убийцы есть проблемы и с телетезианом.

— О?

Я сморщила нос, пытаясь вспомнить, кем был телетезиан. Каким-то психиком?

— Убийца слишком просто нас нашел, — объяснил Аарон. — Наверное, по следу идет телетезиан.

Кай кивнул.

— Тогда нужно спешить. Пока мы движемся, мы впереди них.

— Понял, — Аарон улыбнулся. — Но не оставляй меня в пыли.

Ответная улыбка Кая пропала, когда он опустил забрало. Двигатель мотоцикла взревел, и он поехал с визгом шин. Мотоцикл Макико устремился следом, и Аарон выехал на шоссе и направился за ними.

Мы ускорились, оставляя дом Претора — и убийцу, если повезет — далеко позади.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

Первый член культа: Бренда Холлоуэй.

Она была зарегистрированной не практикующей ведьмой, ей было тридцать три, одинокая, жила рядом с университетом Конкордия в Портлэнде. И, нам повезло, она была дома — Кай позвонил ей и изобразил доставщика, чтобы узнать.

Наша маленькая группа теперь сидела за столом для пикника на газоне между зданиями университета, мы спешили проглотить бургеры. Большая часть. Макико без энтузиазма тыкала картошку фри, явно желая блюда от своего повара дома. Джастин сидел на скамейке рядом с ней, поглядывая на аэромага, пока ел.

Я втиснулась между Аароном и Каем, и они говорили поверх моей головы, пока жевали — обсуждали последствия боя с Варварой на прошлых выходных, детали об Энрайте, их подозрения насчет культа. Они не упоминали Эзру, но я слышала их тревогу между строк.

Глупо улыбаясь, я доела еду и наслаждалась звуком их голосов, стараясь игнорировать Макико. Кай рассмеялся из-за ворчания Аарона над тем, как Блейк погрузил его машину в яму, она посмотрела темными глазами на него. Она все еще боролась с картошкой фри, длинные волосы свисали вокруг ее лица.

Я пыталась сосредоточиться на друзьях, но пока Макико разглядывала Кая, оценивая, мой гнев стал закипать. Я сунула последнюю соленую картошку фри в рот, прожевала и агрессивно сглотнула. Я сосредоточилась на другом днем — мы искали членов культа — но нужно было разобраться кое с чем для плана.

— Итак, — сказала я, перебив случайно Аарона, глада на Макико.

Она посмотрела на меня.

— Ты собираешься ждать тут, пока мы будем разбираться с членом культа?

Она убрала волосы за плечи.

— Конечно, нет.

— Тори… — начал мягко Кай.

— Каю не нужно твое наблюдение, — рявкнула я. — И у тебя нет повода находиться тут. Нам не нужны твои мотивы, мешающиеся на пути.

— Тогда я проясню свои мотивы, — она выпрямилась. — Если правда об Эзре Роу всплывет, Кая обвинят в преступлении. И это не только принесет к наказанию гильдии — а теперь это моя гильдия — но и будет неприемлемым пятном на репутации семьи.

Я смотрела на нее, повернулась к Каю и потрясенно прошептала:

— Ты сказал ей?

— Макико защитит секрет Эзры.

Аарон посмотрел на лучшего друга, а потом поднялся на ноги.

— Хорошо, пора за работу.

Я смяла обертку от бургера, бросила ее в бумажный пакет, мое недовольство из-за присутствия Макико смялось под волнением.

Двадцать минут спустя я стояла на крыльце многоквартирного дома Бренды Холлоуэй, поправляя волосы. Спутанные кудри ниспадали ниже плеч, скрывали устройство-блютус в ухе. Обычно наши наушники были с проводами, их было легко заметить, так что я одолжила наушник Макико.

Рядом со мной Джастин с руками в карманах смотрел на фойе критическим взглядом. Мы не смотрели прямо в камеру наблюдения в углу.

Первый шаг: привлечь внимание Бренды.

Я подошла к панели на стене и ввела номер Б. Холлоуэй. Панель зазвенела, и напряженный женский голос ответил:

— Кто это?

— Это Бренда? — сухо спросила я.

— Да. Кто…

— Меня послали, — перебила я. — Вы должны знать, кто.

Растерянная пауза.

— Простите, но…

— У меня доставка для Претора.

— П-претора? — прошептала она. — Нельзя говорить об этом…

— Тогда впустите меня, и я объясню.

Ее голос был полон подозрений.

— Я вас не узнаю.

Я посмотрела в камеру. Моя ладонь опустилась в сумочку, и я вытащила маленький сверток в моем черном шарфе, развернула ткань. Маленький скипетр, который мы забрали в комнате под землей в Энрайте, сиял.

— Узнаете это? — спросила я, стараясь звучать мечтательно, как все в культе. — Мы обе благословлены светом Богини, подруга-аудитрикс.

Она выдохнула с трепетом.

— О. Тогда поднимайтесь. Квартира 506.

Дверь загудела, и Джастин открыл ее. Мы прошли к лифту, и я нажала на кнопку.

Дверь открылись с тихим звяканьем, и я тихо сказала:

— Мы поднимаемся. Пятый этаж.

— Понял, — ответил Кай в моем ухе.

Мы поднялись на лифте и вышли. Коридор с серым ковром был неуютным. Я посмотрела на номера ближайших квартир и пошла направо. Джастин — следом.

В дальнем конце коридора Аарон улыбнулся мне и пропал из виду. Он и Кай прошли через задний ход, стояли неподалеку, готовые действовать. Макико сторожила на первом этаже на случай, если Бренда пройдет мимо них.

Я постучала в дверь квартиры 506. Замок щелкнул, и стало видно полоску длинного простого лица.

— У вас доставка для Претора? — прошептала она.

Я шагнула ближе и показала вершину скипетра, торчащего из моей сумочки.

— Да, но его нет дома. Мы должны были встретиться.

— Ясно. Претор…

С шорохом движения еще одно лицо появилось над Брендой — мужское. Аккуратно расчесанные волосы, гладкая челюсть, ямочка на подбородке. Он посмотрел на меня.

— Я могу справиться с этим, Дэниел, — пробормотала она краем рта, пытаясь отодвинуть его. — Она ищет Претора, и…

— Тихо, — перебил Дэниел негромким голосом. — Ты же не хочешь, чтобы твои племянницы услышали?

Бренда нервно оглянулась, и я уловила звук телевизора. Черт. Там были дети? Нам нужно было вывести ее из квартиры и в лучшее место для засады.

— Мы можем поговорить где-нибудь еще? — спросила я. — В здании есть уединенное место?

Она нахмурилась.

— Есть терраса…

— Подойдет, — быстро сказала я, подавляя радостную улыбку. Аарон и Кай уже были на террасе на крыше. Это было идеальное место для допроса.

Дэниел схватил дверь и открыл ее.

— Я отведу их и узнаю, что им нужно.

— Я могу…

— Тебе нужно приглядывать за детьми, — рявкнул он.

Плечи Бренды опустились, она попятилась от двери. Дэниел вышел в коридор и закрыл за собой дверь. Он был высоким, но худым, возраста Джастина на вид.

Я скрывала эмоции, гада, хорошим был такой поворот или плохим. Дэниел, похоже, тоже знал о культе, и я была бы рада допросить его вместо Бренды. Вот только мы знали, что Бренда была ведьмой, но этот парень мог быть кем угодно — магом, волшебником, даже убийцей, который чуть не использовал меня для убийства Джастина.

— Сюда, — сказал он, ведя нас к лифту. Двери тут же открылись, и я прошла за ним внутрь. Джастин присоединился к нам, и мы поднялись на два этажа.

Лифт звякнул, и Дэниел указал нам идти вперед. Я с неохотой вышла в небольшой вестибюль, где были две двери, одна была отмечена знаком лестницы. Джастин устремился к двери без отметки, и оранжевый свет угасающего солнца ударил меня по глазам, когда он открыл ее.

Дэниел указал снова, и я вышла наружу. Бетонная терраса была с парой пластиковых стульев, пустых цветочных горшков, и больше ничего не было. Ого. Они даже не пытались сделать место уютным.

Дэниел вышел за мной и закрыл стальную дверь. Он прислонился к ней, глядя на нас холодными карими глазами.

— И… — неуверенно начала я, не зная, как сообщить незаметно Аарону и Каю, что мужчина заблокировал дверь. — Какой, кхм, план?

— План? — Дэниел вытащил телефон из кармана. — Помолчите, и я выясню.

Что?

Он провел большим пальцем по экрану, а потом поднес телефон к уху. Ах, черт. Он проверял мою выдуманную историю?

— Эй, — сказал он вместо приветствия. — Двое ищеек из гильдии пришли к Бренде.

Сердце колотилось об ребра.

Дэниел изогнул губы.

— Я не ослушался. Я ждал приказов, а они пришли сами, — пауза. — Да, только двое. Тот парень, Блейн или Блейк. Он говорил, что их было пятеро, да?

Предательство вспыхнуло среди льда в животе. Я безумно перебирала в голове наш план, но мы не продумали такой вариант. Я знала только, что мы с Джастином не должны были ни на кого нападать, это была работа Аарона и Кая.

— Что бы он ни говорил, эта пара не покидала город, — Дэниел прислушался. — Хорошо, я разберусь с этими двумя, а потом поищу других.

Он закончил разговор и убрал телефон, а потом сжал дверную ручку за собой. Он оторвал ее от двери.

Мой рот раскрылся. Так… было невозможно, да? Ручка была неисправной? Ее заранее испортили?

— Поддержка, — безумно зашептала я. — Нужна поддержка.

— Аарон, идем туда, — рявкнул Кай.

— Дверь заклинило.

Дэниел отошел от двери, повел плечами, разминая мышцы.

— Ладно, дама и джентльмен. Можете спрыгнуть с крыши, надеясь, что переживете падение с седьмого этажа, или можете подыграть.

Я сунула руку в сумочку и вытащила свой пистолет для пейнтбола. Джастин вытащил руку из-под куртки в тот же миг, у него пистолет был куда страшнее. И мы направили оружие на мифика.

— Не двигайся, — приказал он.

Он моргнул, отклонил голову, невесело хохоча. Он опустил голову и посмотрел на меня.

Его карие глаза стали алыми.

Он вскинул руку. Алые линии засияли на ней венами, сила собралась шаром перед ладонью.

Я не успела выстрелить, демонический маг выпустил взрыв магии.

Заряд горячей силы отбросил меня. Я врезалась в стул и рухнула, кожаная куртка проехала по бетону. Мой пистолет проехал по террасе.

— Тори! — закричал Кай в мое ухо. — Что происходит?

— Демонический маг, — выдохнула я, глаза слезились от боли.

Ладонь сжала мои волосы и подняла мою голову. Алые глаза Дэниела разглядывали мое лицо, а потом он вытащил наушник из моего уха. Стальная дверь гремела, Аарон пытался ворваться.

— Твои друзья тоже тут? — Дэниел притянул меня рывком к своей груди, словно обнимал, его рука сдавила легкие, он заговорил поверх моей головы. — Выстрелишь в подругу?

— Думаешь, я не попаду в голову с такого расстояния? — прорычал мой брат.

Я не видела Джастина, лицо было прижато к плечу Дэниела, но он звучал достаточно близко для выстрела. Я мысленно кричала ему сделать это, потому что я была в двух секундах от смерти.

Пистолет не выстрелил.

Дверь террасы содрогнулась, но не открылась, а другого входа на крышу не было.

Сумочка висела на локте, я неловко рылась в ней одной рукой, голова кружилась, пока я вдыхала ледяной воздух. Температура вокруг демонического мага была на десять градусов ниже, чем атмосфера вокруг.

Он сжал руку, демоническая сила давила на мою грудь так, что ребра трещали. Я не могла дышать.

Он махнул другой рукой. Красная сила вспыхнула, Джастин охнул, послышался стук. Холод усилился, Дэниел готовился для еще одного выстрела — смертельного, как мне казалось.

Я сжала пальцами гладкий стеклянный шар. Я вытащила сферу и метнула ее на землю. Он разбился, повалил густой дым, укутывая нас и жаля мой нос перечным запахом.

— Что за… — зарычал Дэниел. Он убрал руку и оттолкнул меня. Я падала, он впился в мою куртку. Он поднял меня с земли, мои ноги беспомощно болтались.

Его ладонь, сияя силой, повернулась к моему лицу.

Если бы у меня была Дама Пик, я бы отразила его удар в него. Если бы у меня были усиливающие медные кастеты, я сбила бы его на задницу, даже если у него была сила демона. Если бы у меня были чары падения, он уже лежал бы на земле.

Но у меня не было магии.

Демоническая сила вырвалась из ладони демонического мага, и Хоши появилась серебряным вихрем.

Ее хвост обвил меня, лапки сжали мои плечи, и мир стал белым туманом. Залп алой магии пролетел сквозь меня, и мои ноги опустились на землю, его ладонь скользнула сквозь мою призрачную куртку.

Фейри держала меня в туманной реальности между ее миром и моим, и я побежала, но не видела ничего в дымке этого измерения и дыму от моей бомбы.

— Джастин? — закричала я, поправляя сумочку до плеча.

Мой голос разносился эхом, словно я стояла на пустом стадионе. Я развернулась в панике и увидела темный человеческий силуэт неподалеку, сидящий на корточках. Я прыгнула к нему, хватка Хоши ослабла. Мир вернулся, и утомленная сильфида послала цвет страха в мою голову и пропала из виду.

Я схватила Джастина за руку и потянула его к очертаниям двери. Кровь текла по его лицу. Я не видела, насколько плохой была рана.

Вспыхнула красная магия. Демонический маг вырвался из дыма, останавливая нас. Сила змеилась по его рукам, собиралась в ладонях. Его лицо исказил гнев, алое сияние в глазах стало ярче.

Они почти напоминали глаза демона в нем.

— Демон! — отчаянно закричала я, шагнув вперед, заслоняя брата. — Я знаю способ спасти тебя!

— Спасти меня? — прорычал Дэниел, направляя ладони на меня и Джастина. Земля под его ногами побелела от инея. — Переживай за себя.

— Не тебя. Твоего демона, — я посмотрела в алые глаза, пока рылась в сумочке. — Тебе не нравится твой носитель, да? Ты даже не научил его настоящим заклинаниям. Он бросается магией как ребенок грязью.

Дэниел замешкался, смятение скривило его полные губы. Дверь в дюжине шагов за ним сияла жаром возле ручки.

— Я могу освободить тебя из плена этой плоти, — сказала я, безумно пытаясь вспомнить то, что говорил Этерран. Я сжала прохладную цепочку. — Ты знаешь, что это, демон?

Я вытащила амулет из сумочки, медальон раскачивался.

Дэниел нахмурился, а потом его глаза вспыхнули алым. Он выпрямился, спина и конечности были напряжены. Он с хриплым криком схватился за лицо.

— Нет! — заорал он. — Ты не можешь! Останови это!

Не желая видеть, победит в этом бою сознаний демон или человек, я потащила Джастина мимо содрогающегося мага к двери.

— Аарон! — отчаянно завизжала я.

— Тори! — дверь содрогнулась, Аарон врезался в нее с другой стороны. — Я еще не пробился!

Черт!

— Сволочь! — Дэниел приблизился, скаля зубы, прижимая ладонь ко лбу. — Тебе конец!

Я сжалась, чуть не врезалась в раскаленную дверь. Сила пылала на руках демонического мага, шипящие алые шары появились в его ладонях. Он отодвинул руки, чтобы метнуть взрывы в меня и Джастина, и я могла лишь сжимать бесполезный демонический амулет.

Ветер сдул завесу из дыма. Порыв пыли устремился вверх как торнадо, поднимаясь с улицы внизу, устремляясь выше крыши к облакам сверху.

В центре бури поднялась Макико, прижимая руки к бокам, сжимая стальные веера в руках, напоминая темноволосого ангела смерти в кожаной одежде. Ветер опустил ее на крышу, и стоило ей коснуться ногами поверхности, она взмахнула веерами.

Жестокий порыв ветра ударил по демоническому магу. Он рухнул, перекатился и встал на колени, бросил в аэромага две убийственные сферы.

Ее веера опустились, она вскочила в воздух. Порыв с силой урагана поднял ее, магия взорвалась на крыше, где она стояла, куски бетона отлетели по террасе.

Жар задел мою спину, Аарон врезался в дверь. Металл размяк и поддался, дверь ударила меня по руке.

Я отшатнулась. Ай.

— Блин! — рявкнул Аарон. — Ты не помогаешь, перекрывая проход, Тори!

Это я уже и без него поняла.

Он бросился мимо меня, Кай — следом. Электричество мерцало на его руках и клинке катаны, он и Аарон подняли мечи. Макико опустилась на крышу и рассекла воздух крутящимися веерами.

Красный свет вспыхнул в глазах Дэниела.

Все три мага обрушили атаки. Тонкие клинки из воздуха, залп белого огня и огромная молния устремились к Дэниелу, алая магия взорвалась из него. Я отпрянула, закрывая лицо от обломков.

Красный становился все ярче, пылал среди дымки пыли на террасе. Алые руны змеились по земле, линии, круги и странные очертания пересекали их. Настоящее демоническое заклинание.

Два полностью алых глаза смотрели с человеческого лица Дэниела.

— Бегите! — закричала я. — Нужно бежать!

Надеясь, что они послушаются, я схватила Джастина за руку и поспешила в вестибюль. Я побежала к лестнице, Аарон и Кай миновали дверь. Аарон повернулся, взмахнул мечом и послал стену огня на террасу, чтобы сдержать преследование.

Мы спустились, миновали дверь внизу и поспешили к экстренному выходу. Мы пронеслись по парковке, ветер ударил по нам.

Макико спустилась с неба, приземлилась рядом с Каем, поспешила вперед. Ветер бил нас по спинам, подгоняя. Мы пробежали по улице, попали во двор университета, и я осмелилась оглянуться.

Алый свет сиял на крыше. Демонический маг стоял на краю, смотрел, как мы убегали, и я знала даже издалека, что демон, а не человек, стоял там, неподвижный и спокойный.

Я убрала амулет в сумочку и побежала дальше.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

— Замри, — сказала я. — Это поможет.

Джастин сидел в открытом багажнике, стиснув зубы. Я отодвинула его волосы и открыла порез на коже головы, откуда кровь текла на его лицо. Ему повезло, что он не принял на себя всю силу атаки демонического мага. Иначе было бы куда хуже, чем царапина на голове.

Я откупорила флакон зелья и капнула прозрачную жидкость на порез.

— Это остановит кровотечение, — сказала я, — но не поможет с сотрясением, так что если начнешь…

— Я дам знать, если у меня будут симптомы сотрясения, — перебил он, взяв у меня влажное бумажное полотенце. Он протер лицо.

За мной Аарон расхаживал по заправке, сжав кулаки.

— Претор не понял сам, что мы его обнаружили. Блейк ему сказал. Потому Претор пропал. Я не должен был доверять ему.

Гнев пылал во мне, а еще большая доза стыда. Блейк легко обыграл нас.

— Он из «Ключей Соломона», — отметил Кай, сидя на мотоцикле, упираясь руками в руль. — Феликс проверил его, верно?

— Почему член «Ключей Соломона» — в культе? — спросила я, сев рядом с Джастином. Грязь с машины размазалась на моих кожаных штанах, но мне было все равно. Мышцы болели, и у меня было столько синяков, что и не сосчитать. — Блейк все сочинил о погибшей команде во время истребления в Энрайте?

— Наверное, — прорычал Аарон. — А потом быстрее нас добрался до дома Претора и… — он замедлился. — Но если он заодно с культом, почему не помешал нам увидеть их встречу? У него было много времени предупредить Претора, и он бы отменил встречу.

— Культ мог поймать его после того, как мы расстались? — предположила Макико, повесив шлем на ручку мотоцикла. — Судя по тому, что ты описал, он не защищал культ в начале. Может, они взяли его в плен.

— Или шантажировали его, — добавил Джастин. — Дэниел сказал, что Блейк сообщил, что мы покинули город.

Аарон прижал кулак к ладони, хрустя костяшками.

— Я знаю, где он оставался прошлой ночью. Он жаловался на шум машин в отеле.

Кай выпрямился.

— Тогда проверим, остался ли он там.

Быстро проверив по Гугл-карте, мы забрались в машину, а кто и на мотоциклы, и уехали. Машина Аарона вела, два мотоцикла следовали. Я нервно стучала ладонями по коленям.

Я не потеряла сумочку, но на крыше остался пистолет. Хоши устала, спасая меня, и у меня осталось несколько алхимических бомб и зелий для первой помощи. Вскоре биться будет нечем.

Настоящий мифик не остался бы без магии. Волшебник без артефакта смог бы нарисовать кантрип. Ведьма смогла бы… я нахмурилась… вызвать фейри? Увидеть измерение фейри? Хм. Может, потому боевых ведьм я толком и не видела.

Отель Блейка был двухзвездочным — четыре этажа, выцветшие бежевые стены не обновляли тридцать лет, балконов не было — и граничил с большими спортплощадками. Аарон остановился на парковке рядом с грузовиком, который скрывал его машину от входа.

— Ладно, — он выключил двигатель. — Мы с Каем проверим здание, и Макико пойдет внутрь и…

Я закатила глаза.

— Мы знаем план, Аарон.

Он тоже закатил глаза.

— Тогда вперед. И помни первое сражение с Блейком. Он не пытался убить нас, но в этот раз может попытаться.

Он схватил меч, спрятанный в черном чехле, я застегнула боевой пояс с тремя целыми алхимическими бомбами. Пустая кобура на боку расстраивала, особенно, когда оружие было подарком от парней. Я убрала демонический амулет в мешочек и застегнула его.

Кай и Макико припарковали мотоциклы, Кай быстро махнул и пошел в одну сторону, а Макико — к входу в отель. Блейк вряд ли узнал бы ее, так что она попробует выманить его, и она была опасной, так почему не послать ее к врагу?

Аарон ушел, мы с Джастином направились по парковке. Его пистолет был за поясом, скрытый курткой, но он казался слабой защитой, когда мой брат хромал с каждым шагом.

И Блейк, как мы уже испытали, приберегал опасные трюки в рукаве. Насколько легко он мог сломать нам кости или разбить черепа, если метко направит камень и бетон?

Я замедлилась, ладонь лежала на дымовой бомбе, пока я осматривала парковку.

— Джастин, может, тебе…

— Не говори мне ждать в машине.

— Но ты…

— Ты тоже хромаешь.

Да? Левое бедро болело от первого залпа магии демонического мага, но я не понимала, что это влияло на ходьбу. Кривясь, я смотрела на ряды припаркованных машин, а потом обошла угол здания, направляясь к задней парковке, я искала взглядом движение.

— Судя по словам других мификов, демонические маги — самые сильные мифики, — сказала я Джастину. — Но Дэниел был слабаком, по сравнению с… кхм, тем, что я слышала.

Я чуть не назвала имя Эзры. Умно, Тори. Очень умно.

— И он все равно одолел нас, — мрачно добавила я.

— Он был слабаком? — спросил Джастин. — Он отбился от трех магов, и ты сказала, что у магов самая разрушительная магия из всех классов.

Брат быстро учился. Я даже гордилась.

— Точно, — я замедлилась, посмотрела меж двух машин. — Но Дэниел не отбивался, это был демон в нем. Демон захватил его. Потому я кричала всем бежать.

Джастин думал об этом, пока мы шагали к следующему ряду машин.

— Эзра — демонический маг, да?

Я чуть не упала, оступившись.

— Что? Ты… как ты…

— Я догадался.

Черт, брат слишком быстро все схватывал.

— Культ сделал его демоническим магом, когда ему было четырнадцать, — напряженно объяснила я. — Если кто узнает, его казнят. Я пытаюсь найти способ убрать демона из него.

— Ты любишь человека с демоном в нем.

Я нахмурилась.

— Умолкни, Джастин.

— Но…

— Он нормальный девяносто восемь процентов времени.

Джастин смотрел на меня, а потом указал.

— Там.

Джип камуфляжного окраса стоял под голыми ветками большого дерева в конце парковки, где она граничила со спортплощадкой.

— Бинго! — воскликнула я.

Я шагнула к машине, и Джастин схватил меня за руку. Точно. Осторожность. Мы двигались на расстоянии, проверяя, что в машине или рядом с ней никого не было, а потом осторожно приблизились с дальней стороны.

Проверив еще раз, что Блейк или кто-нибудь еще не устроят нам засаду, я села на корточки у огромного колеса джипа. Бедро болело, но я игнорировала это, открутила крышку с клапана. Я поискала на тротуаре, нашла кусочек гальки и сунула край в крышку, а потом вонзила в клапан.

Воздух вылетел из шины, и я радостно улыбнулась.

Джастин присел рядом со мной.

— Почему мне кажется, что ты делала это раньше?

— Я не спускала шины папе, когда злилась на него, — соврала бодро я. — И я не делала это с миссис Кесвик, даже когда она стала оставлять меня после уроков месяц, потому что я пришла в школу без пиджака. У меня его не было! Как наказание изменило бы это? И тому соцработнику, который думал, что папа очарователен, а я вру…

— Ладно, понял, — он выглянул из-за джипа на парковку, спрятался за машиной. — Если дойдет до боя с Блейком, мне можно выстрелить на поражение?

Холодок пробежал по мне.

— Эм…

— Точнее, я просто хочу знать, будешь ли ты расстроена. Если будет выглядеть так, что он хочет убить, я выстрелю в него.

Я кивнула. Он молчал, и я смотрела, как он снова проверил подозрительную активность на парковке.

— Джастин, — пробормотала я, воздух шипел, вылетая из шины. — Ты не должен убивать никого для моей защиты. Тебе не нужно это на твоей совести.

— Я уже стрелял для твоей защиты, — напомнил он мне. — И я сделаю это снова, если нужно. Я просто хочу быть лучше экипированным. Когда тот демонический маг поймал тебя, я не мог рискнуть выстрелом. Он был таким быстрым. Он двигался так, как я еще не видел, и… — он потянулся к скрытому пистолету. — Что может человек против такого мифика?

Грудь сдавило. Я смотрела, как нос джипа медленно опустился, едва видя это. Что мог человек? Ничего. Как я не могла сделать ничего полезного после того, как Панцирь Валдурны сделал мои артефакты бессильными.

Шина хрипела, опускаясь. Я вернула крышку клапана на место.

— Ладно. Блейк не сбежит на джипе, так что поищем укрытие.

Джастин кивнул и стал подниматься. Его нога подкосилась, и он схватился за джип.

— Просто затекла, — сказал он, когда я потянулась к нему. — Я в порядке.

— Ладно, подожди минутку, я найду укрытие, — я попятилась. — Оставайся тут.

— Буду.

Кивнув, я прошла к бамперу джипа, выглянула и ступила на коричневую из-за зимы траву. Я пригнулась за большим деревом, которое бросало приятную тень на парковку летом. Я огляделась. Тревога кипела во мне, и защитные инстинкты заработали на полную. Нога Джастина могла помешать побегу, а против Блейка придется бежать изо всех сил.

Я искала укрытие, кроме широких стволов деревьев, ощущая другое волнение. Как давно Аарон и Кай ушли проверять здание? Оно было не таким большим. Они нашли Блейка? Потому они не вернулись?

Я должна была что-нибудь услышать? Аарон и Кай были в порядке?

Я хотела запаниковать, заметила темную фигуру у здания. Плавная походка и кожаный наряд было легко узнать даже в плохом освещении. Я расслабилась.

— Кай, — позвала я шепотом, когда он приблизился. — Что происходит? Ты нашел Блейка?

Он приблизился, хмурясь, глядя на мое лицо. Он остановился ближе, чем обычно, и я удивленно отпрянула, спина врезалась в дерево за мной.

— Тори… — негромко сказал он. — Не бойся.

— А? Я не…

Мой голос утих, когда он приблизился, став очень близко. Голова кружилась, я пыталась выглянуть и понять, следили ли за нами. Он играл?

— Тори, я хотел тебе сказать…

Его голос стал шепотом, я взглянула на него, его ладони коснулись моих плеч. Я напряглась, ожидая сигнала, что мне делать.

— Я скучал, Тори.

А?

Я смотрела на него, он сжал мои плечи. Склонился.

И поцеловал меня.

Его теплый рот прижался к моему, и мои мысли разогнались. Почему он целовал меня? Это было отвлечение? Что такое?

Я издала вопросительный звук в его губы, его пальцы вонзились в мои плечи. Волоски на моем теле встали дыбом. Странное ощущение натянуло кожу, нервы гудели как от адреналина или восторга.

Ощущение усилилось. Странная дрожь сотрясала мышцы, что-то росло во мне.

Молния пронзила меня.

Я застыла, как палка, мышцы сковало. Агония пылала в каждом нерве, и я не могла дышать, не могла кричать, не могла думать, поток бушевал в моем теле, бежал от его ладоней в землю под моими ногами.

Кай целовал меня и бил током. Он собирался убить меня.

Топот шагов, а потом удар.

Поток электричества оборвался, я рухнула на землю, тело придавило меня. Алхимическая бомба разбилась под моим бедром, раздался оглушительный грохот, его сопроводила ослепительная вспышка.

Руки обвили меня, потянули мое обмякшее тело.

— Тори! — кричал Джастин. — Тори!

Я мутно видела, как Кай поднялся на ноги. Он повернулся ко мне и Джастину, поднял руку. Белая сила бежала между пальцев, шипела, поднимаясь к плечу. Его лицо было странно пустым, словно он не переживал из-за того, что Джастин столкнул его на землю посреди атаки и поцелуя.

Я не знала, что заставило меня посмотреть, но взгляд подвинулся влево.

Она стояла в тени другого дерева в дюжине шагов от нас, черная одежда сидела на ней отлично, волосы цвета воронова крыла были собраны в хвост. Она держала серебристую цепочку с кулоном в форме диска на конце, крутила его на пальце, глядя на нас.

Наши взгляды пересеклись. Она послала мне насмешливо воздушный поцелуй.

Кай направил руку на меня, ладонь сжалась в кулак. Он разжал пальцы, и электричество понеслось к моей груди.

Воющий порыв ветра ударил по нам. Я рухнула на землю во второй раз, Джастин придавил меня.

— Не двигайся, Кай! — закричала Макико. — Оставайся там!

Я подняла голову. Макико стояла над Каем, направив на него стальные веера. Аарон бежал к ним, но был в тридцати ярдах от нас. Они не смотрели на дерево, не видели женщину.

Джастин был рядом со мной, и его футболка задралась при падении, стало видно пистолет за поясом. Я схватила оружие и выстрелила три раза.

Обычно я целилась неплохо, но руки все еще дрожали, и я промазала. Убийца скрылась за деревом, через миг клинки воздуха вонзились в ствол, посланные веерами Макико. Аэромаг повернулась к женщине, Аарон с яростным ревом поменял направление и устремился к убийце с другой стороны. Огонь пылал на его предплечьях.

Менталист развернулась от дерева и пробежала меж двух машин. Ее темный хвост волос развевался как флаг, пока она неслась по парковке.

Аарон побежал за ней, Макико устремилась в погоню.

— Тори, — прохрипел Кай.

Я со страхом вздрогнула, посмотрела на него лицо, и страх пропал. Ужас и вина исказили его черты, его ладони дрожали, пока он поднимался на колени. Я узнала мучения в его глазах. Я знала, как он себя чувствовал — я ощущала такое же, когда чуть не пристрелила Джастина.

Я знала, в чем он нуждался, так что протянула руки. Он обвил меня руками и рухнул на спину, я обмякла на нем. Он прижал меня к груди и судорожно вдохнул.

— Мне так жаль, — прошептал он. — Я не понимал, что я был…

— Знаю, — я сжала его, обвив руками шею. — Она делала такое и со мной.

Джастин придвинулся к нам, неловко присев, словно был готов мгновенно вскочить.

— Тори нужно в больницу?

— Нет, — Кай ослабил хватку на мне. — Но стоит заглянуть к целителю и дать зелье от синяков.

Это звучало неплохо. Мне казалось, что меня сварили изнутри, и было ужасно больно.

— Что за игру ведет та женщина? — прорычала я, садясь. — Она играет с нами? Заставила тебя поцеловать меня, а потом медленно убить током?

Кай покачал головой.

— Я не убил тебя мгновенно, потому что не накопил смертельный заряд. Я не могу создавать электричество мгновенно, как Аарон с огнем.

— А поцелуй?

Он помрачнел.

— Может, заставив меня целовать тебя, пока я убивал тебя, она сделала это по той же причине, что и заставляла тебя убить брата его же пистолетом.

Я не успела спросить, о чем он, нас перебил топот шагов. Но это были не Аарон или Макико.

— Что такое?

Блейк с раздраженным воплем бежал по газону. Террамаг двигался к нам из отеля, его посох стучал по земле.

Паника пронзила меня, Кай вскочил на ноги, поднимая меня с собой. Джастин поднялся, хромая. Блейк приблизился, и я приготовилась к первой атаке, отчаянно надеясь, что у Кая остались молнии.

Он остановился в паре шагов от нас, хмурясь.

— Я слышал, что кто-то говорил о выстрелах и пылающем мужчине на парковке. Они вызвали полицию, — он стукнул посохом по земле. — Вы сказали, что уедете!

Я смотрела растерянно на террамага. Зачем он подошел, если мог напасть издалека, как и делали террамаги? И он выглядел раздраженно.

Не настороженно. Не злился по-настоящему. Он нервничал, оглядываясь боязливо или подавляя презрение. Наше появление не встревожило его и не разозлило.

Или он был лучшим актером, или он не был членом культа, и его не шантажировали.

— Черт, — выпалила я.

Кай и Джастин посмотрели на меня, напряженно хмурясь.

— Убийца была тут не за нами. Она была тут за Блейком, а мы помешали, — я указала на террамага. — Кто-то в «Ключах Соломона» заодно с культом, и этот человек хочет смерти всем нам, включая тебя, Блейк.

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

Мне стало лучше. Намного. Все тело онемело и немного замерзло, и мне это нравилось. Прожарка внутри не была веселой.

Я сидела на краю койки в неплохой спальне, бодро помахала спине целительницы, выходящей за дверь. Я выждала около восьми секунд и выбежала в коридор. Я последовала за гулом мужского голоса и добралась до гостиной — точнее, зала ожидания. Такими странными были дома целителей.

— Приве-е-ет, — бодро пропела я. — Как в…

Аарон, Кай и Макико зашипели на меня. Я сморщила нос и показала им язык.

Блейк расхаживал в другом конце комнаты, прижав телефон к уху.

— Да… спасибо за помощь. Да. Я сделаю это. Берегите себя.

Он закончил вызов, а потом повернулся к трио на диване.

— Все то же. Четыре члена гильдии не слышали о проблеме в Энрайте или о посланных в Портлэнд командах. Похоже, мои отчеты не дошли до остальной гильдии.

— Кому ты докладывал? — спросил Кай.

— Пятому офицеру. Я плохо его знаю. Мы встречались лично всего пару раз.

Я уперла руки в бока.

— Значит, он и заодно с культом. Он послал убийцу за нами.

За ней гнались два мага, но она пропала у них из-под носов.

— Это мог сделать и глаза гильдии, — парировал Аарон. Он окинул меня взглядом. — Как ты?

— Хорошо. Карен дала мне что-то хорошее, — я закрутилась без грации и закончила ударом карате. — Я готова. Надерем зад предателю.

Все смотрели на меня.

— Где Джастин? — спросила я, не реагируя на их взгляды. — Ему тоже дали зелье счастья?

— Оказалось, у него сотрясение. Карен еще работает над ним, но сказала, что он будет в порядке через час.

— Хорошо, — я посмотрела в сторону Блейка. — Так как нам определить человека культа в «Ключах»? Если мы найдем его, можем найти и Претора.

Блейк потер ладонью лицо и растрепанные волосы сверху.

— Я не могу раскрыть этого человека сам. Мой наставник, второй офицер, был в гильдии двадцать лет. Он был там куда дольше, чем существует культ Энрайта, и он ненавидит демонов.

— Ты доверяешь ему? — спросил Кай.

— Жизнью, — Блейк поднял телефон. — Посмотрим, что он скажет.

Террамаг выбрал нужный номер, а я опустилась на диван между Аароном и Каем, вот только это был диван для троих, и там уже сидели трое. Я опустилась на их бедра, застряла в бреши между ними.

— Подвиньтесь, — приказала я.

Фыркнув, Аарон прижался к подлокотнику, а Кай подвинулся, оказавшись почти на одной подушке с Макико. Я отклонилась с довольной улыбкой.

— Я по вам скучала, ребята, — пробормотала я, обвив руками их широкие плечи.

Аарон ткнул меня локтем.

— Я никуда не пропадал.

— Да, но когда Кая нет рядом, части тебя тоже нет. Ты как лампочка, которая горит лишь наполовину.

Он покачал головой.

— Было почти поэтично, но ты все испортила.

— Ох, ты знаешь, о чем я. Ты мрачный без Кая.

Телефон Блейка издавал гудки.

— Рассел, — ответил хриплый голос.

— Рассел, это Блейк. Ты в уединенном месте?

Пауза.

— Могу быть. Минутку, — приглушенные звуки, дверь закрылась. — Продолжай.

— Ты знаешь о моем недавнем отчете об обнаружении активной секты культа Энрайт в Портлэнде?

— Энрайт… — ругательство. — Нет, не знал. Когда ты докладывал об этом?

— Два дня назад. Я говорил с Анандом, и он сказал, что послал две команды проверить это. Вряд ли команды посылали. И информация, которую я отправил в гильдию, попала в культ.

— Откуда ты знаешь об этом?

— Демонический маг из культа упоминал детали моего отчета. Я не знаю, как иначе он мог получить информацию.

Резкий вдох.

— В Портлэнде демонический маг? Сейчас?

— Да, сэр. Он не опознан. Его нет в базе данных.

— Ты докладывал МП?

— Пока нет.

Я виновато заерзала. У нас было несколько причин не докладывать о демоническом маге, начиная с того, что «Ворона и молот» не получала лицензию на международные задания, заканчивая тем, что мы скрывали своего демонического мага, но я не знала причину Блейка. Может, политика «Ключей» — докладывать о преступлениях Демоники после того, как гильдия разобралась с ними.

Рассел пару секунд дышал в телефон.

— Блейк, вернись в штаб как можно скорее и приведи команду из другой гильдии, которая тебе помогла исследовать, если они не против. Мне могут потребоваться их показания.

— А демонический маг? И другие члены культа…

— Они никуда не уйдут. Нужно сначала разобраться с утечкой информации тут. Я не могу направить наши лучшие команды в Портлэнд против демонического мага, ведь культ может узнать. Ты говорил с кем-то еще об этом?

— Еще нет.

— Так и оставим это. И, — его голос стал встревоженным, — осторожнее, Блейк. В зависимости от того, откуда утечка, может быть очень опасно.

— Понял. И ты будь осторожен, Рассел.

— Буду. До скорого.

И стало тихо. Террамаг выдохнул, и мы напряженно переглянулись.

— Вы поедете? — спросил Блейк. — Если Рассел хочет ваши показания, то он, наверное, подозревает мятого офицера.

— Нам нужно посоветоваться, — я сжала Аарона и Кая за запястья. — Проверим Джастина.

Они не возражали, и я увела их из гостиной по коридору, оставив Макико и Блейка позади. Я не знала, где именно был Джастин, так что повела парней в комнату, где целительница осматривала меня.

Закрыв дверь, я прислонилась к ней.

— Это плохо.

Они кивнули в унисон.

Я понизила голос до шепота.

— Я о том, что культ не только активен, но еще и их человек оказался в гильдии, которая чуть не стерла их. Но хуже то, что нам нужен гримуар призыва, и…

— …и поиски усложняются, — мрачно закончил Аарон.

Мой план основывался на понимании, что культ был стерт. Я приехала отыскать заброшенный гримуар, а не важную реликвию, которую будет активно защищать культ. Кай и Аарон — и Макико, наверное — были талантливыми и опасными магами, но они одни не могли одолеть демонического мага. Не без Эзры.

Мы могли бы справиться с Претором и его маленьким кругом, но Дэниел был другого уровня, и он принимал чьи-то приказы.

Я прижала ладони к лицу, дрожь пробежала по мне с ледяным отчаянием, лишающем тело сил.

— Это кошмар. Что делать? Эзра не протянет долго, а с «Ключами» мы не сможем найти гримуар. Мы… просто…

Теплая рука опустилась на мои плечи, Аарон притянул меня к своему боку.

— Мы просто должны выяснить, кто тянет за нити культа, да?

Я медленно опустила руки и посмотрела на него.

— Но…

— Искать гримуар мертвого призывателя — как искать иголку в стоге сена, — решительно сказал Кай. — Но это все творит живой человек. Если мы раскроем его, мы найдем их гримуар.

— Нужно просто добраться до него раньше, чем «Ключи», — добавил Аарон.

Я смотрела на них по очереди, все еще зажатая под рукой Аарона.

— Но…

— Что, Тори? — Кай посмотрел на меня. — Ты же не думаешь, что теперь мы сдадимся?

— Особенно когда ты притащила нас сюда, — Аарон ухмыльнулся мне. — Мы уже получили приглашение в гильдию «Ключи Соломона». Давай так доберемся до человека культа в гильдии, а через него мы найдем их лидера.

— Мы можем спасти Эзру и разбить культ, — Кай улыбнулся. — Мне это нравится.

Я улыбнулась с дрожью, слезы покалывали глаза. Эта поездка была бурей эмоций, и я ощущала себя как шарик пинг-понга, летающий между двумя противоположными эмоциональными состояниями.

— Где штаб «Ключей»? — спросила я. — Нам придется ехать всю ночь?

— В Солт-Лейк-Сити, вроде. Юта, — добавил Кай. — В дне пути на юго-восток.

Я сделала вид, что знала это, хотя с географией США у меня было плохо.

— Так мы будем ехать всю ночь.

— Можно так… — Кай задумчиво посмотрел в сторону гостиной. — Но зачем, если можно полететь? Я поговорю с Макико.

Он вышел из комнаты, а я растерянно моргала. Качая головой, я прильнула к Аарону, утомленно закрыв глаза. Зелье целителя уже не придавало силы, и я хотела спать. Желательно целую ночь.

— Мы не можем сдаться, — прошептала я. — Нужно продолжать… но вдруг мы задержимся? А если мы опоздаем, и Эзра… В Солт-Лейк-Сити мы будем еще дальше от него, — я приоткрыла глаза и спросила после паузы. — Нужно ли говорить ему? Что культ выжил?

Аарон долго молчал.

— Есть разница между хранением тайн, потому что тебя пугают последствия правды, и хранением тайн, потому что тебе нужно быть рядом с кем-то, рассказывая правду.

Я с дрожью выдохнула.

— Точно. Такое нельзя рассказывать по телефону, особенно, когда он один.

— Мы расскажем ему, когда вернемся, и мы вернемся с хорошими новостями, да? — он улыбнулся. — Почему бы тебе не отдохнуть пару минут?

— Ага, — буркнула я.

Холод окатил меня, когда Аарон отодвинулся, забирая с собой жар тела. Дверь тихо закрылась за ним, и я подошла к кровати и села. Мои слова кружились в голове:

«А если мы задержимся? А если опоздаем? Он один…».

Я прижала ладонь к дрожащим губам. Меньше недели назад Эзра чуть не обезумел. Он знал, что его жизнь закончится, и в это самое страшное время, когда он был уязвим, я не только оставила его, но и забрала с собой его лучших друзей.

Если Эзра потеряет контроль и ускользнет, пока мы не вернемся…

Он должен был держаться. Он должен был выжить, пока мы не вернемся, иначе я не выдержу этого… того, что подвела его, что забрала его друзей в его последние дни, что я не успела рассказать ему, что чувствовала к нему.

Слова Аарона звучали в ушах:

«Есть разница между хранением тайн, потому что тебя пугают последствия правды…».

Может, он и не хотел упрекнуть ими, но я ощущала боль. Я скрывала многое, говорила себе снова и снова, что еще не время рассказывать правду, но идеального времени и не могло быть. И я оттягивала.

И ранила Эзру. Ранила Аарона. Наверное, ранила и Кая, хотя он лучше прятал эмоции.

Почему я все еще скрывала от тех, кого любила? Я боялась доверять? Не верила в них, как сказал Аарон по пути в Энрайт, когда я поведала о своих чувствах к Эзре?

Месяцы назад, во время первого расклада таро, Сабрина сказала мне, что меня ждали перемены, но повлияет страх в моем сердце — и неделю спустя она напомнила мне об этом.

«Твое прошлое и твои страхи все еще сдерживают тебя, — она вытащила снова карту Смерти из колоды и прошептала предупреждение. — Думаю, тебе нужно скорее ему сказать».

Тот же жуткий страх наполнил меня, и я вытащила телефон из кармана. Я разблокировала его, сообщения уже были открыты на ленте сообщений без ответа, которые я отправляла Эзре последние два дня.

Я начала новое сообщение. Сердце гремело об ребра, подыгрывая отказам в моей голове. Я должна была подождать. Должна была сказать ему лично. Это было трусливо.

Но Аарон говорил, что меня пугали последствия правды.

Сабрина просила рассказать ему скорее.

Я подавила тревогу, ввела три слова и нажала «отправить», пока не передумала. Сообщение всплыло в истории разговора, навеки запечатленное в цифровом виде. Я сделала это. Сказала… точнее, написала.

Я не знала, что чувствовала. Ужас был нормальной реакцией на такое?

Я сжимала телефон обеими руками и ждала. Голоса гудели в другой комнате. Дверь открылась и закрылась со стуком. Шаги в коридоре. Решительные голоса, они планировали путь в Юту.

Я держала телефон и ждала.

Ждала.

Ждала.

Аарон постучал в дверь. Открыл ее. Сказал, что мы выезжали через пару минут. Была ли я готова? Мне нужно было идти ко всем в гостиную. Дверь закрылась.

Я провела пальцами по экрану телефона, убирая приложение с сообщениями. Я вытерла холодные следы слез с лица, убрала телефон в карман и встала.

Последствия правды… причиняли ужасную боль.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

— ЭЗРА —

Один из рок-плейлистов Аарона гремел из колонок в углу, сердце гремело в груди, пока я свисал с турника. Гири свисали с толстого пояса, покачивались у моих бедер.

Я подтянул тело одной рукой, подбородок миновал перекладину. Гири звякнули у бедер, и я замер, а потом медленно опустился. Река горела. Этого было мало.

Я закончил упражнение, спрыгнул на пол, расстегнул пояс и отложил его. Босые ноги прошлепали по матам к полке с колонками. Я взял телефон, чтобы сменить музыку.

Уведомление сияло на экране. Новое сообщение от Тори.

За последние два дня она не присылала мне детали о том, что они с Аароном делали. Я знал от Аарона, что они шли по следу и покинули Энрайт, но не знал, что за след это был, да и не спрашивал.

Сообщения Тори были длиннее — извинения, вопросы, тревоги. Но в этот день ее сообщения стали короче, вопросы и просьбы ответить пропали, словно она уже не ждала моего ответа.

Прости.

Хотела бы я, чтобы ты был тут.

Надеюсь, ты в порядке.

Я скучаю.

Телефон лежал в ладони, я открыл новое сообщение. Короткая фраза появилась на экране, три простых слова пробили мою грудь кулаком демона.

Я смотрел на эти слова, не мог дышать. Ладонь сдавила телефон, и его корпус треснул. Я толкнул его на полку, пока не сломал экран, и отошел, дыша с хрипами.

Сейчас? Как она могла говорить это сейчас? Почему сейчас?

Чернильное присутствие во мне пошевелилось. Этерран рассек мой разум клинком.

«Успокойся, Эзра».

«Молчи!».

Я повернулся и пронесся по подвалу молнией, мой кулак врезался в грушу. Она отлетела, вернулась, и я ударил ее снова. И снова. И снова.

Это никак не успокоило бурю во мне.

Как она могла говорить такое? Она не знала меня? Я не знал себя. Кем я был без этого демона, этой силы, этой обреченности?

Мысли и эмоции Этеррана трепетали на краю сознания, его темное присутствие контрастировало со словами Тори.

«Молчи! — я бил по груше, а она была крепкой, подобранной Аароном. — Молчи! — еще удар, костяшки вонзились в толстую кожу. — Молчи!».

Он все еще был там. Всегда там. Никогда не уходил.

Порой он был таким тихим, что я почти забывал о нем. Он впадал в какой-то транс, и его разум становился очень-очень тихим. Пока я был спокоен, он дремал, и я был свободен от него. Он мог спать так три недели, но постоянно следил за моим состоянием разума, и это вызывало напряжение.

Выхода не было. Десять лет я боролся с ним, боролся за власть, за отдельные эмоции, за расстояние, за тишину, за покой. Я так устал.

«Как и я».

— Молчи, — прохрипел я, ударяя по груше. Молотя ее. Теперь мои мышцы пылали, и я был рад боли. — Ты никогда не оставлял меня одного.

«Как я могу?».

— Усни.

«Я не могу, когда ты такой».

Я ударил по груше еще раз.

«Ты даже не пытаешься».

«Нет, — ненависть пронзила меня. — Я больше не буду спать, Эзра. Пока это не кончится».

Гнев пылал во мне, сменился холодным отчаянием. Сообщение Тори было огоньком во тьме, но она не была серьезна. Может, она думала, что чувствовала это, но она видела лишь мельком, каким кошмаром я был.

— Тогда я закончу это сейчас, — прорычал я. — Я покончу с этим.

Этерран задел мой разум своим, наши мысли терзали друг друга.

«Врешь. Ты не хочешь умирать».

Я стиснул зубы до боли в челюсти. Я зажмурился, тяжело дыша.

— Я никогда не хотел умирать. Потому я так долго ждал.

«Знаю».

«Я хочу жить. По-настоящему».

«Тогда почему ты не борешься?».

«Это невозможно».

Этерран показал мне воспоминание — демон Берка отодвинул руку, гнев и триумф пылали в его глазах, сияющие когти целились в мою грудь. В другой руке он держал амулет Валъир.

«Это возможно».

Я открыл глаза. Груша раскачивалась как маятник, и я стал дышать медленнее в такт раскачиванию.

«Ты предашь меня, Этерран. Ты ненавидишь меня».

Его мысли были черной бурей, которую питало пылающее желание, затмевающее даже черное отчаяние.

«Ты хочешь выжить, — шептал он во мне. — Под твоим стыдом и презрением к себе, под слепой решимостью защитить друзей ты хочешь жить так же сильно, как я».

Грудь сдавило, и я не мог глубоко вдохнуть. Сообщение Тори сияло маяком. Она не знала настоящего меня, я потерял ту личность, когда впустил демона в свое тело, но может, мы могли… может…

Нет. Это было невозможно.

Но она уже совершило несколько невозможных подвигов. Она билась за меня. Как я мог сдаться, когда она так старалась?

Эмоции обрушивались волнами, весь гнев и обида, предательство снова затопили меня. Я выбросил кулак. Он врезался в грушу, и ярость заискрилась и угасла. Отчаяние растаяло. Боль отступила.

Ярость Этеррана поднялась и опустилась. Его отчаяние. Его боль.

Мой кулак попал по груше. Дыхание вырывалось с шумом. Сердце колотилось во мне, и мысли Этеррана соединились с моими. Мы сосредоточились на груше. На ударе. На столкновении костяшек с кожей.

Эмоции успокоились. Наши разумы успокоились. Наши мысли мелькали, принося идеи, возражения, решения.

Наконец-то, решения.

Я отвернулся от груши. Спокойный. Сосредоточенный. Я сосредоточился на силе, которую никогда не мог принять полностью, ведь часть сознания всегда боялась демона во мне и того, что он мог сделать.

Я развернулся и взмахнул ладонью, рассекая пустоту. Воздух мерцал как клинок.

Нижняя половина груши рухнула на пол, посыпался песок. Верхняя половина раскачивалась с цепи, едва потревоженная клинком воздуха, который ровно рассек кожу.

Мы с Этерраном смотрели на пострадавшую грушу.

Я ушел. После быстрого душа я поспешил подняться с полотенцем на поясе и телефоном в руке. Минуя гостиную, я взглянул на мужчину на диване.

Жирар приглядывал за мной, перевел взгляд с телевизора на меня. Дариус убедился, чтобы я не был один, пока Аарон и Тори не вернутся. Он, Жирар и Алистейр — и они, кроме Аарона, Кая и Тори знали мою тайну — по очереди приглядывали за мной.

— Как ты? — спросил Жирар с тревогой и горем в глазах.

Он уже горевал за меня, а я еще даже не умер.

— Порядок, — я игнорировал его взгляд на моих шрамах, которые я редко выставлял напоказ. — Иду спать.

— Хорошо.

Я поднялся по лестнице и ушел в свою комнату. Я запер дверь, снял полотенце и оделся в боевое снаряжение. Я надел длинные перчатки с металлом на костяшках и локтях. Я замер и прислушался. Телевизор гудел внизу.

Сообщение Тори было на экране, когда я разблокировал телефон, и горло сжалось. Я выбрал другое имя в списке контактов, быстро ввел сообщение и отправил.

«Она поведется?».

«Вот и узнаем».

Я прошел к окну спальни. Стараясь не шуметь, я открыл окно.

Прыжок со второго этажа не был проблемой — мне даже не нужно было смягчать падение ветром. Воздух напомнил легкие холодом, когда я глубоко вдохнул. Решимость пылала в груди, прогоняя отчаяние, которое впивалось в меня после того, как я чуть не погиб от рук Варвары.

— Это сработает? — прошептал я в тишине ночи. — Робин не отдаст ответы просто.

«Потребуемся мы оба».

Я кивнул. Оба. Кроме коротких моментов в бою, мы не работали вместе с моего побега из коммуны восемь лет назад. После того, как я обрек семью на смерть.

Я уходил от дома, надеясь, что не повторю худшую ошибку.

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Я почти полетела в Солт-Лейк-Сити на личном самолете синдиката Ямада, но какое-то должностное лицо выше Макико по рангу решило, что ему лететь на Бермуды ради гольфа важнее, и самолет заняли до нее.

Так что мы не путешествовали роскошно, а Аарон арендовал прицеп для мотоциклов Кая и Макико и прицепил его к своей машине, и мы отправились в поездку, которая занимала четырнадцать часов, по Орегону, южному краю Айдахо и Юте.

Даже с задержками, пока мы искали прицеп, мы все еще отправились в дорогу на полчаса раньше Блейка. Он не был рад сдутому колесу, но, как я с сочувствием сообщила ему, я понятия не имела, что стало с его шиной. Это точно была не я.

Может, он и не поверил.

Я проспала почти всю ночь, используя плечи Джастина, Кая и Аарона как подушки, когда они садились рядом со мной в тесноте на заднем сидении.

Десять часов спустя, во время остановки в Туин-Фолс, Айдахо, я села за руль. Поездка была простой, даже скучной. Дорога была прямой, пейзаж — без выделяющихся черт, прерии. Блейк догнал нас, его джип обогнал меня, и мне пришлось следовать за ним.

Через час я уже скучала по тошнотворным поворотам на пути в Энрайт.

Смутно знакомая поп-песня звучала в колонках, ее заглушал тихий храм Аарона. Кай сидел сзади, а Джастин вел джип Блейка, чтобы террамаг мог поспать.

Макико сидела на пассажирском месте рядом со мной, вытянув короткие ноги, прикрыв от усталости глаза.

Я хотела презирать ее. Да, я презирала ее, но не так сильно, как обычно. Она не жаловалась за долгие часы в джипе. Она не командовала, не скалилась, и даже предложила сесть за руль.

Когда она не портила жизнь Каю, она была почти терпимой.

— Итак, — тихо сказала я, — ты хочешь помочь нам убрать демона из Эзры, чтобы Кая не обвинили в укрывании демонического мага.

— Да. Я уже это объясняла.

— Ты могла бы просто убить Эзру, — холодно отметила я. — Обычно криминальная семья так делает, да?

Она выпрямилась в сидении, пронзила меня ледяным взглядом.

— Демонические маги редко умирают без боя. Убийство могло раскрыть Эзру как демонического мага, привлечь внимание МП.

Я хмыкнула.

— А я думала, что в твоей черной душе есть хоть капля сострадания.

Она помрачнела.

— А ты — идеальный ангел, Тори? Тебе не приходилось принимать тяжелые решения или вредить любимым, чтобы защитить их?

Я не смогла подавить то, что вздрогнула.

— Я не заставляю никого покинуть семью и жить во лжи.

— Но сделала бы это, если бы только так можно было спасти их жизнь, — сухо парировала она. — Не отрицай. Ты не отличаешься от меня.

— Я не такая, как ты.

— Ты пробралась в ЛА, проникла в участок МП, рискуя собой, жизнью Кая и своей гильдией. Разве ты не спасала так друга? Ты готова поступать хуже ради любимого, что и делаешь сейчас, — она махнула на шоссе, тянущееся к горизонту.

— Ты не спасаешь Кая. Ты просто хочешь его себе.

— Пока ты громила участок МП, я была в ЛА, просила дать Каю жить.

Я посмотрела на нее.

— Семья узнала, что он виделся с другой женщиной. Оябун позвонил мне и сказал, что отдаст приказ.

— Какой приказ?

— Казнь Кая, — она резко выдохнула. — Он сказал мне из вежливости, ведь я помолвлена с Каем. Я поспешила в ЛА, чтобы убедить его дать Каю еще шанс.

Я вспомнила, как Кай рассказывал мне, что получил анонимное сообщение, предупреждающее, что «эта игра» закончилась.

— Ты… убедила его?

— Я поклялась, что Кай важен, и его нельзя казнить, что он может исправиться. Оябун сомневался, — она смотрела в лобовое стекло. — А потом Кай появился в ЛА, и оябун решил дать мне шанс доказать, что я права насчет Кая. Если я не справлюсь, оябун окажется прав, и он отдаст приказ.

Фермерские угодья вдоль дороги из коричневых, присыпанных снегом, стали желтыми в снегу, а потом снова коричневыми. Я взглянула на Макико, удивляясь тому, как она недовольно изогнула губы.

— Я знаю, что ты думаешь, — тихо сказала она. — Ты видишь, что он несчастен, и думаешь: «Зачем спасать его жизнь, если он просто страдает?». Но когда он заслужит место и власть, которая придет с этим местом, он отыщет снова цель.

— А если нет? А если он не сможет быть счастливым там?

— Он будет.

— Откуда ты знаешь?

Она поджала губы.

— Потому что он был счастлив со мной.

Я повернула голову к дороге, стиснув зубы. Шины шумели на асфальте, с ними шумели помехи по радио. Я посмотрела в зеркало заднего вида, проверяя, что пассажиры крепко спали.

— Люди растут, — прошептала я. — Они меняются. Я знаю его не так долго, как ты, но Кай, которого я знаю, слишком независим, чтобы счастливо следовать чьим-то правилам.

— И ты примерно за год узнала его так, что стала экспертом? — парировала она едко, но и утомленно. — Счастье мимолетно, Тори. Его жизнь может быть не такой, как он хочет, но он может найти в ней счастье. Он не получит такого шанса, если будет мертв.

Я поджала губы, посмотрела снова в зеркало заднего вида, вздрогнула, увидев, что темные глаза смотрели на меня.

Наши взгляды пересеклись, и Кай закрыл глаза.

Я сосредоточилась на дороге, желая, чтобы магия была как из сказок, где всесильная крестная-фейри могла махнуть палочкой и убрать все проблемы, даже если на одну ночь.

Но реальность, хоть тут тоже была магия, так не работала.

* * *

Если штаб «Ключей Соломона» совпадал с моим мнением о них, мы искали разваливающееся здание среди мусора, окруженное ржавыми машинами, оградой с колючей проволокой и улыбающимися черепами врагов гильдии на кольях.

Но Макико — она была за рулем — остановила машину рядом с джипом Блейка на маленькой парковке за шикарным офисным зданием в четыре этажа со стеклом и сталью снаружи, отражающим тусклое синее небо и вечернее солнце.

Мы вышли из машины со стонами, потягиваясь, и я огляделась. Центр Солт-Лейк-Сити выглядел старо, по сравнению с Ванкувером, и сияющее здание «Ключей» было одним из немногих современных на вид.

Блейк закрыл багажник джипа с посохом в руке.

— Рассел позвонил около часа назад. Он ждет нас внутри.

— Это мудро? — спросил Кай, задирая рубашку, чтобы закрепить метательные ножи на поясе. Он опустил рубашку, и оружие скрылось из виду. — Разве не лучше было встретиться в нейтральном месте?

— Люди постоянно приходят и уходят, так что ваше присутствие не привлечет внимания, — Блейк быстро отправил сообщение. — Но я попрошу его встретить нас тут.

Я подошла к другим у багажника, Аарон отдал мне боевой пояс с двумя оставшимися бомбами и Хоши в заднем мешке, она спала в форме сферы.

Через минуту простая стальная дверь здания открылась, и вышел высокий мужчина за пятьдесят. Он был с короткими седыми волосами и решительным видом, воплощал стереотипы о «сержанте армии».

— Блейк, — прогудел он, протягивая руку. — Ты быстро.

Террамаг покачал головой.

— Нельзя терять ни минуты.

Офицер гильдии кивнул и повернулся к нашей группе.

— И я благодарен вам за то, что вы приехали.

— Мы поможем, чем сможем, — сказал Аарон, шагнув вперед и пожав руку мужчине. — Аарон Синклер, гильдия «Ворона и молот».

Рассел приподнял брови.

— Синклер?

Аарон с пониманием улыбнулся.

— Это мои товарищи по гильдии — Кай, Макико, Тори и Джастин.

Джастин моргнул, когда его включили в товарищей из гильдии.

Мы все пожали руку Рассела. Его хватка была сильной, пальцы были мозолистыми от всей жизни работы с оружием.

После знакомства Рассел посмотрел на здание.

— Ананд — пятый офицер и главный подозреваемый — уехал по работе, но мы не должны задерживаться снаружи. Этаж БО — самое уединенное место в здании.

— Этаж БО? — спросила я.

— Боевое обучение, — объяснил Блейк. — Это подвал с защитными чарами и чарами отрицания. Подойдет для встречи.

Рассел повел нас к стальной двери, которая выглядела жалко рядом с двойной дверью рядом. Он ввел код на панели, и замок щелкнул. Мы вошли в длинный неприметный коридор с плиткой на полу и простыми серыми стенами. Я оглянулась. Джастин и Макико остались у машин, как мы и планировали. Они были поддержкой.

Рассел отметил, что наша группа уменьшилась, приподняв брови, но ничего не сказал, пока шел по коридору. Трое мускулистых мужчин пересекли нам дорогу после пары дюжин шагов, но они и не взглянули на нас. Было тихо, но ощущалось, что вокруг было много людей, занятых работой.

Мы спустились на два этажа за Расселом, вошли в то, что я могла описать только как прихожую. В длинном пространстве были стена шкафчиков с ярлычками разных предметов снаряжения для тренировок, а еще двери ванной и комнаты первой помощи, дверь последней была открыта, и было видно чистое пространство, как в больнице.

Впереди были двойные стальные двери, и Рассел открыл их.

Место для тренировок «Вороны и молота» не было похоже на версию «Ключей». Комната была размером со спортзал, пол был из плотной черной резины. Стены были смягченными, снаряжение и снаряды для тренировок были в дальнем конце — от кукол до стен с мишенями, которые можно было выставить комнатами.

Тут было бы весело поиграть в пейнтбол.

Деревянный стол — судя по царапинам на поверхности, он служил опорой — стоял в центре комнаты, на нем было несколько коричневых папой. Неподалеку ждали двое мужчин за тридцать.

— Идемте, — сказал Рассел, ведя нас к ним. — Чай и Петр уже в курсе дел. Я им доверяю, и они помогут поймать Ананда.

Блейк шагал впереди меня, Кая и Аарона, двое других мификов «Ключей» обошли стол, чтобы встретить его. Террамаг пожал руку крупному блондину, чьи бицепсы были просто огромными.

— Петр, — сказал он второму, пока они пожимали руки. — Третий офицер, верно? Мы встречались на ежегодной встрече в прошлом году.

Петр — тощий мужчина с блестящей лысиной и блеском в глазах, от которого Кай казался ребенком из детского сада — кивнул.

— Помню. Как поживаешь?

— Неплохо.

Мы с Аароном и Каем тоже пожали с ними руки, а потом все собрались у стола.

— Начнем, — сказал Рассел. — Другой проверенный согильдиец увел Ананда на задание днем. Они не вернутся, пока я не подам сигнал, так что есть время продумать план.

Мы согласно кивнули.

— Сначала нужно поймать Ананда. Он — талантливый волшебник атаки, что и видно по статусу офицера, но он не будет ждать засады. Он думает, что Блейк в Портлэнде, и никто тут не знает, что культ обнаружили.

— А убийца? — спросил Аарон. — Думаете, ее нанял Ананд или культ?

Рассел задумчиво потер подбородок.

— Ананд знает, как быстро нанять убийству по работе в гильдии, — отметил хриплым голосом курильщика Петр. — Когда вы наблюдали за культом, они показались плутами или обычными?

— Обычными? — твердо сказала я. — Хотя Претор может отличаться. Он был контрактором.

— Скорее всего, Ананд нанял убийцу, — Блейк убрал волосы со лба. — Он знал, где я остановился, и он мог сказать убийце последовать за мной в вашу первую съемную квартиру. Она напала на Тори через минуты после моего прибытия.

Я поежилась от воспоминания.

— Мы проверим это, когда задержим Ананда, — решил Рассел. — До этого я думал, что был небольшой шанс, что в гильдии не один человек культа.

— Один — уже много, — прорычал Чай. — Как они могли затронуть больше людей?

— Так же, как добрались до Ананда — офицера, — парировал Петр. — Мы не можем допустить такого.

Кай скрестил руки.

— Нельзя исключать возможность, что Ананд повлиял на других членов. Он мог не привести их в культ, но он мог завоевать верность, которая окажется выше верности гильдии.

Рассел, Петр и Чай недовольно переглянулись.

— Это возможно, — морщины вокруг рта Рассела углубились. — Мы не можем ни в чем пока быть уверенными.

— Точно, — сказал Блейк. — Мы даже не знаем, насколько распространился культ. Вряд ли это только группа в Портлэнде. Демонический маг не кажется местным. Он, похоже, не из группы в Портлэнде.

— Сколько еще людей может быть вовлечено? — спросил Чай. — Культ стерли восемь лет назад.

— Да? — Кай потер челюсть. — Был ли Энрайт центром культа? А вдруг это был просто… отросток?

— Как может почти семьдесят членов, а среди них — дюжина демонических магов, быть отростком? — осведомилась я.

Рассел строго посмотрел на меня.

— Если ваша цель — создать группу как Энрайт — яростно верных миссии, по своей воле отдающихся демоническим ритуалам — как вы искали бы подходящих кандидатов?

— Создавая не такую радикальную религию, — напряженно ответил Кая. — Заманивать мификов в секту, поклоняющуюся демонам, как в Портлэнде, а потом выбирать из них фанатиков для такой коммуны.

— С таким подходом кандидатов было бы много, — согласился Рассел, повернувшись к электромагу, — и лидеры смогли бы следить за лучшими вариантами и проверять их, а потом приводить в сердце организации.

— Постойте, — я посмотрела на Рассела. — Разве это не значит, что были секты, как та, что в Портлэнде, собирающая членов для коммуны Энрайта? И те секты… продолжили существовать после уничтожения Энрайта? И никто не заметил?

Аарон тихо выругался, а я сглотнула. Если мы были правы, культ никто и не растоптал.

Блейк стукнул посохом по полу.

— А их проникновение в «Ключи», если это не только Ананд? Зачем это?

Рассел выпрямился.

— Как лучше убедиться, что вашу организацию не замечают, если не проникнуть и не управлять со временем главными охотниками на демонов на континенте?

— Управлять? — Блейк покачал головой. — Невозможно.

— Завоевать доверие ключевых фигур можно, а оттуда и власть над всей группой.

В металлические двери постучали, звук разнесся эхом. Петр и Чай напряглись.

— Войдите! — громко крикнул Рассел.

Дверь открылась, и прошел крупный мужчина с черными волосами и теплой каштановой кожей. Тело висело на его плече, ноги вяло раскачивались перед его грудью.

Моя кровь похолодела.

Второй мужчина прошел за первым, тащил кого-то за собой за руку. Он улыбался, щеки были румяными.

Мой страх стал паникой.

Дэниел, демонический маг из Портлэнда, бросил жертву на пол. Голова Джастина покачнулась, кровь была на вытянувшемся лице.

— Не двигайтесь, — спокойно приказал Рассел.

Я не сразу смогла оторвать испуганный взгляд от Джастина. Я в ужасе посмотрела на другого прибывшего, который тоже бросил жертву на пол. Макико. Ее волосы спутались, тело не двигалось. Я посмотрела на мужчин у стола.

И чуть не закричала.

Петр держал два пистолета, на дулах были вырезаны руны. Один пистолет был направлен на Блейка, другой — на Кая. Чай был передо мной и Аароном, хотя я не заметила, как он двигался. Он призвал откуда-то два длинных кинжала, один был направлен на горло Аарона. Другой был в дюймах от моей яремной вены.

Дэниел и его товарищ пересекли комнату, Петр и Чай плавно двигались, каждый прикрывал другого мифика нашей группы. Я посмотрела на лицо Дэниела, когда он встал передо мной, улыбаясь насмешливо, бросая мне вызов сделать что-нибудь.

Я дрожала от напряжения в мышцах, ужас бежал по венам.

— Я ждал тебя раньше, Ананд, — сказал Рассел мужчине с каштановой кожей.

— Маленькая леди была опасной, — ответил Ананд, глядя на Кая. — Нам с Дэниелом пришлось загнать ее в угол.

Улыбка Дэниела расширилась.

— Пришлось попотеть с ней.

Электричество слабо загудело на руках Кая.

Рассел обошел стол и остановился за его четырьмя людьми.

— Вы можете глупо надеяться на побег. Вы уже знаете, что Дэниел — демонический маг, но если вы думаете, что втроем можете одолеть его, а еще гелиомага и трех офицеров гильдии…

Рассел направил ладонь на Блейка, растопырив пальцы. Глаза террамага расширились.

— Рассел, — хрипло начал он. — Ты…

Магия заискрилась на ладони Рассела. Алая магия. Пылающая сила побежала по его руке, сияющий круг появился вокруг пальцев. Руны расцвели в нем, стало холоднее.

С треском луч алой силы вылетел из ладони Рассела.

Я не хотела, но тело не слушалось моих приказов, и я зажмурилась. Я не видела, как копье магии пробило широкую грудь Блейка.

Но я слышала это. Жуткий треск. Стук тела по полу. Хрипящее дыхание. Жуткая тишина, которая последовала, нарушаемая моими испуганными всхлипами.

— Как видите, я могу легко убить любого из вас, — сказал Рассел в тишине. — От малейшего сопротивления вы умрете.

Я заставила себя открыть глаза. Рассел посмотрел на меня, алый блеск появился в глазах. Я дрожала, боялась смотреть на Кая и Аарона рядом с собой.

Джастин и Макико были без сознания. Может… мертвы. И Блейк…

Два демонических мага и три сильных мифика взяли нас в плен. И никто вне этой комнаты не знал, где мы были. Нас никто не спасет.

Мы попали в лапы культа.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

— Ну, Рассел? — сказал Петр с ужасным хрипом в голосе.

Второй офицер, который был в гильдии больше двадцати лет, которому Блейк доверял жизнью, смотрел на нас, и в глазах сияла демоническая сила.

— Перед тем, как я позвоню Магнусу Дуксу, мы убедимся, что они не распространили информацию о Дворе.

Я слышала свое быстрое дыхание, пыталась успокоить легкие, пока не закружилась голова. Я приказывала себе не смотреть на двери, рядом с которыми неподвижно лежали Джастин и Макико.

Было еще сложнее игнорировать Блейка и кровь, текущую из него на черный пол.

Рассел указал на меня.

— Начнем с нее. Женщин проще сломить.

Аарон дернулся, красные искры летели от его кулаков.

— Замри, — рявкнул ему Чай. — Если ты не хочешь узнать, что бывает, когда гелиомаг поджигает пиромага.

— Я расскажу, что хотите, — прорычал Аарон, но было слышно его страх. — Не трогайте Тори.

Рассел махнул. Дэниел схватил меня за руку, потащил меня к столу и бросил на спину. Папки съехали, бумаги разлетелись. Рука Дэниела сжала мое горло, он не давал мне встать и лишал воздуха.

— Перестаньте! — крикнул Аарон. — Я сказал…

— Думаешь, я наивно поверю, что ты все расскажешь? — Рассел вытащил из-под стола черный кейс. Он опустил ее у моего плеча. — Боюсь, мне нужно знать то, что слишком важное, чтобы доверять твоему слову.

— Ты — охотник на демонов, — прошипел Кай. — Почему ты отдал свое тело демону?

Рассел посмотрел на Кая глазами, сияющими алым. Я смотрела в глаза Дэниела. Он улыбался, готовый устроить мне допрос, особенно, если придется выдавливать из меня ответы силой.

— Что лучше победы над демоном, — сказал Рассел Каю, — когда он подчинен полностью — и ты лишил его тела, подавил его волю и повелеваешь его магией?

Я сжала запястье Дэниела, задыхаясь.

— Спаси нас, — прохрипела я едва слышно.

Рассел открыл свой кейс со щелчком, не замечая вспышку гнева Дэниела.

— Демонических магов создавали из дураков со слабой волей, которые становились слабыми демоническими магами, которые не могли управлять толком своими демонами.

— И я спасу тебя…

Рассел смотрел на ряды блестящих и жутких орудий пыток в кейсе, словно думал, с чего начать.

— Но за четыре года с тех пор, как я прошел ритуал…

— …амулетом, — прохрипела я.

— …демон ни разу не завладел мною даже на миг.

Глаза Дэниела вспыхнули алым, стали сияющей лавой.

Дэниел отдернулся, прижал ладони к лицу, потрясенно крича. Я отчаянно вдохнула и сунула ладонь в мешочек на поясе.

Дэниел пошатнулся, впился пальцами в гладкие щеки.

— Нет! Я у власти, сволочь! Стой…

Его глаза вспыхнули ярче, и его яростное и отчаянное выражение лица стало решительным, он оскалился, стиснув челюсти. Он посмотрел на меня. Я вытащила амулет из мешочка и протянула руку к демоническому магу.

Ладонь сжала мое предплечье, сильные пальцы надавили так, что меня пронзила ослепительная боль. Я завизжала.

Другая ладонь Рассела вспыхнула. Алый пылал на его коже. Дэниел — или его демон — вытянул обе руки, но сила едва начала загораться на пальцах, когда вылетело заклинание Рассела.

Взрыв силы. Красный свет.

Дэниел отлетел на двадцать футов и врезался в стену. Он съехал на пол, оставляя след крови на мягкой панели.

Рассел впился пальцами в мою руку. Демонический амулет раскачивался как маятник, я все еще сжимала цепочку.

Он прищурился, глядя на амулет.

— И что же это?

Я стиснула зубы. Смаргивая слезы боли, я посмотрела на Аарона и Кая, прося их без слов не шевелиться. Они не реагировали, побелели и были напряжены.

— Артефакт, Петр? — спросил Рассел. — Или инфернус?

— Не уверен.

— Хм, — Рассел протянул ладонь, чтобы поймать кулон.

Я выронила цепочку.

Противостоять такому рефлексу не удавалось: когда ты хочешь взять что-то, и это падает, ты ловишь это. Просто. Инстинктивно.

Рассел поймал падающий медальон с усиленными рефлексами, пальцы крепко сжали амулет. Он выпрямился, цепочка болталась из его кулака. Он хмуро посмотрел на меня.

Я смотрела в ответ, ужасно боялась, но и отчаянно надеялась.

Рассел открыл рот, и его глаза вспыхнули красным.

Он отшатнулся, сжимая амулет. Демоническая сила вспыхнула на руках, поползла по нему венами. Он раскрыл рот шире, лицо исказилось. Алые линии побежали по лицу к вискам, появились призрачные рога.

Я вскочила со стола, неуклюже рухнула на пол, заслоняясь столом от демонического мага. Рассел содрогался, упал на колени. Он дрожал. Его почти тошнило. Магия терзала его, стала крыльями, которые поднялись за его спиной, и хвостом с шерстью по всей его длине.

Он выгнулся, выпятил грудь, голова отклонилась, и жуткий визг вырвался из его горла.

Второй голос звучал с его низким ревом первобытного гнева.

Сияющая сила покрывала все тело Рассела, мерцая, как волны жара, а потом устремилась дальше. Другое лицо вырвалось из человеческого, жуткое лицо скалилось, было из той же полупрозрачной силы, что и рога и крылья.

Плечи появились перед плечами Рассела. Демон извивался, как кошмарная версия бабочки, выбирающейся из кокона, пока Рассел визжал, словно его разрывали на части.

Кровь полилась на пол.

Там, где вены были на его коже, плоть Рассела разорвалась. Кровь текла, он содрогался. Призрачное лицо демона уже не буйствовало от торжества, там был страх, он отпрянул от носителя в панике.

Рассел рухнул, конечности содрогались. Призрачный демон содрогался с ним, его крылья хлопали по полу, звук разносился эхом. Он боролся, чтобы вырваться из носителя, но, чем сильнее он пытался, тем больше крови лилось на пол.

Рассел с булькающим криком выгнулся всем телом. Демон взвыл в ярости и отчаянии, а потом Рассел обмяк. Сияние призрачных глаз демона потускнело, его сила таяла, теряла облик. Алый свет угасал, оставляя только человека.

Человека в луже крови. Он не двигался. Не дышал. Его пальцы разжались, амулет Валъира сиял в его ладони.

Я могла лишь смотреть, сжавшись у стола. Аарон и Кай застыли от ужаса, и даже Чай, Петр и Ананд не двигались от потрясения.

Красное сияние вспыхнуло в комнате.

Мы все развернулись. Дэниел был на ногах — или его демон. Хоть кровь текла по его телу, сила ползла по нему, призрачные шипы торчали из плеч, а рога — из головы.

Он вытянул руки, соединив ладони, согнув пальцы. Сила собралась сферой между его ладоней, кольца линий и рун тянулись от нее. Демон оскалил человеческие зубы, сжал ладони на сфере силы.

Она погасла, магия взорвалась под Чаем, Петром и Анандом. Призрачные клинки, похожие на жуткие клыки, устремились вверх, пронзая троих мужчин.

Больше крови пролилось на черный пол. Алые клинки пропали, их жертвы рухнули.

Шатаясь, демон Дэниела опустил руки, магия на нем таяла. Он прижался к стене спиной и сполз, дыша с бульканьем из-за пострадавших ребер.

Я оттолкнулась от стола и побежала к нему. Три широких шага, и я замедлилась с опаской. Тускло сияющие глаза следили за мной, кровь текла из уголка его рта.

— Демон? — прошептала я.

— Havh’tan et Vh’ihrēr.

— Ч-что?

— Мое имя, — влажно прохрипел он, акцент был сильнее, чем у Этеррана. — Хавтан.

— Хав-тан, — попробовала я, села на корточки, но оставила пару футов между нами. — Ты можешь исцелить эти раны?

— Нет.

Рассел ударил его так, что тело Дэниела, будь он просто человеком, уже погибло бы. Мое горло сжалось.

— Я думала, амулет Валъира мог спасти тебя, — я пыталась сглотнуть. — Я думала… но он убил его.

Хавтан посмотрел на тело Рассела.

— Он мог остановиться.

— Кто мог?

— Демон Эшамад. Он не остановился, когда тело hh’ainun стало ломаться. Он хотел освободиться. Он боролся. Поражение — смерть, — его взгляд стал рассеянным, а потом сосредоточился на моем лице. — Ты — враг того, кто сделал это?

— Да.

— Ты убьешь его?

Я замешкалась. Демоны не врали, Этерран говорил мне об этом, и я не хотела врать этому демону, но я не знала ответ.

— Да, — Кай присел рядом со мной. — Мы убьем его.

Веки Хавтана трепетали.

— Хм. Хорошо, — он моргнул. — Тот, кто правит Двором. Некоторые зовут его Магнус Дукс. Другие зовут его Ксевер.

Я подвинулась ближе. Игнорируя резкий вдох Кая, я села рядом с умирающим демоном.

— Как нам найти его?

— Двор… перемешается. Он перемещает его туда, куда хочет.

— Где он сейчас?

— Место… север… запад… Капилано… среди thāitav, у реки… Они собираются, чтобы поклоняться, призывать… и уничтожать, — он улыбнулся с кровью. — Они порабощают королей и зовут payashē их королевой. Gh’idrūlis. Esha hh’ainun zh’ūltispela.

Красный блеск в глазах угасал, взгляд терял фокус. Призрачные шипы и рога пропадали, грудь слабо вздымалась и опадала.

— Спасибо, Хавтан, — прошептала я. — Прости, что я не смогла тебя спасти.

Его веки опустились.

— Если бы спасла… я бы убил тебя.

— Справедливо.

Демон ухмыльнулся, и дыхание вылетело из его легких. Его лицо вытянулось, свет в глазах угас. Дэниел и Хавтан умерли.

Я встала с пола, кровь блестела на моих кожаных штанах. Кровь была всюду. Тела были всюду.

Я взглянула на двери, боясь, что Джастин и Макико тоже были мертвы, но Джастин сидел, и он свернул свою куртку и сунул под голову Макико. Аарон сидел на коленях возле Блейка, и, когда я робко шагнула к ним, сапог хлюпнул кровью.

Желудок сжался. Я отвернулась от тела Дэниела, согнулась, и меня стошнило.

Тошнота быстро утихла, и я сплюнула несколько раз. Кай передал мне носовой платок, и я чуть не рассмеялась, взяв его. Белый носовой платок был скрыт среди метательных ножей и звездочек? Зачем ему вообще платок?

Истерическое веселье кружило голову, но я не могла смеяться. Я не знала, смогу ли смеяться после такого.

— Кай! — резко крикнул Аарон. — Иди сюда!

Электромаг бросился к Аарону, сидящему рядом с Блейком. Я поспешила за ним.

— Он жив, — Аарон расстегнул куртку Блейка, открывая кровавое месиво. — Нам нужно…

Веки Блейка трепетали. Он приоткрыл глаза.

— Блейк! — воскликнула я с дрожью в голосе. — Держись. Мы позовем целителя…

— Уходите отсюда.

Мой рот раскрылся.

— А?

— Если вас поймают тут… с четырьмя мертвыми членами… они убьют вас. Бегите.

— А ты…

— Есть… кнопка для экстренных случаев… вне комнаты. Нажмите н нее. Кто-нибудь придет, — он слабо улыбнулся, шумно дыша. — Я не умру.

— Но…

Кай схватил меня за руку и поднял.

— Идем. Чем скорее мы нажмем на ту кнопку, тем скорее прибудет целитель.

Я безумно посмотрела на Блейка, а потом Кай заставил меня бежать. Мы поспешили к выходу, я увидела тело Рассела и замерла.

«Брось амулет, — кричал разум. — Он бесполезен. Даже хуже. Брось его!».

Подавив отвращение, я оставила Кая и поспешила к мертвому офицеру, втаптывая бумаги из папок в кровь — все были пустыми. Цепочка амулета лежала в крови, которая собралась вокруг мертвого демонического мага, и я забрала медальон из его ладони.

Я помнила, как бежала за остальными по комнате, а потом память становилась мутной. Я помнила, что нажала красную кнопку «критическая рана» у двери, как спешила по лестнице за Каем, который нес Макико. Я будто бы помнила, как Аарон осторожно усаживал меня на пассажирское сидение, шепча слова, становящиеся кашей в моих ушах.

Я снова моргнула, и мы были на шоссе, и вокруг были только фермерские угодья. Солнце сияло на горизонте на западе, озаряя пейзаж оранжевым светом, бросающим глубокие тени. Куда пропали несколько часов?

— Ты проснулась, — сказал Аарон, взглянув на меня и повернувшись к шоссе.

— Я спала? — я оглянулась на заднее сидение, там были Джастин и Макико, Кай втиснулся в углу рядом с невестой. Большая аптечка, которую Аарон держал в багажнике, лежала на его коленях. — Они не…

— Они спят, — сказал Кай. — Я дал им зелья исцеления. Они не сильно пострадали.

— О… это хорошо.

Я устроилась в сидении, тупая боль вспыхнула в руке. Я хмуро посмотрела на свою руку, лежащую на коленях. Цепочка свисала из кулака, и я разжала пальцы и увидела амулет Валъир. Желчь подступила к горлу, и я бросила артефакт на пол между ног. Боль вспыхнула в руке от этого, и я закатала рукав. Лиловый синяк в форме ладони Рассела темнел на моем запястье.

— Ты в порядке, Тори? — спросил Аарон.

Нет. Во мне не было ни одной части в порядке.

— Просто синяк. Где мы?

— Айдахо, — он сжал руль. — Не думаю, что кто-то из «Ключей» последовал за нами, но не стоит задерживаться и ощущать.

— Мы не знаем, к чему это приведет, — добавил Кай сзади. — Если Блейк выживет, он может рассказать им, что случилось, но поверят ли они ему? У него нет доказательств, что Рассел и другие были предателями. Мы можем через пару дней столкнуться с обвинениями в убийстве.

Страх пронзил отчаяние, сковавшее меня онемением.

— Что теперь?

Аарон потер шею.

— Едем домой.

Горло сдавило, и я не могла дышать.

— После всего, что мы узнали о культе и сектах, и, не зная, как отреагируют «Ключи», мы не можем продолжать одни. Нужно вернуться и рассказать Дариусу.

— А Эзра?

Он посмотрел на амулет у моих ног. Он молчал. Ему не нужно было говорить.

Амулет, на который мы с Этерраном так надеялись, не спас демонического мага, а убил его.

Его магия работала на обычных контрактах. Я видела это. Знала это. Но магия в ритуале демонического мага была другой, и амулет сломал только часть оков. Этого было мало. Это было хуже, чем ничего.

Даже если лучшее понимание ритуала, связавшего Эзру и Этеррана позволило бы нам заставить амулет работать, как нам получить гримуар культа? Хавтан пытался рассказать нам, что знал, но его ломаное описание было бессмысленным. И даже если бы мы поняли его, что делать? Каждая тайна, которую мы раскрыли после Энрайта, вела глубже во тьму обмана и опасности. Убийцы. Демонические маги. Гнилые изнутри гильдии.

Мы ничего не могли поделать.

Я уткнулась лицом в ладони, всхлипы пытались вырваться из груди. Я сглатывала их, тяжело дыша, но не могла остановить тихие слезы, льющиеся по лицу. Боль затопила меня, и огонь в моем сердце, отчаянная надежда, за которую я держалась, узнав о судьбе Эзры, угас от этого потопа.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

— ЭЗРА —

Я прошел с мотоциклом по переулку, чтобы гул двигателя не насторожил мою сиделку — если он был тут без меня. Когда я не вернулся домой вечером, он мог уйти. Звук на телефоне был выключен.

Мысли и эмоции кружились в моей голове как буря, и Этерран молчал, давая мне пространство. Или он отступил как можно дальше от хаотичных человеческих чувств, которые он так презирал.

Шины мотоцикла шумели в лужах на пустой парковке. Дождь прекратился, когда я приблизился к дому, но я все равно промок. Вытирая рукавом лоб, я направил мотоцикл в угол у ограды. Я накрыл его чехлом, гадая, что сказал бы Кай, узнав, что я брал его мотоцикл. С моим ограниченным зрением это было лучше, чем закрытая машина. Потоки воздуха вокруг меня помогали ориентироваться.

Но это все еще было опасно.

Я направился к задней калитке, рассеянно потянулся ощущениями, проверяя аэромагией движения. Ладонь сжала засов калитки.

Ветер был не единственным движением воздуха неподалеку.

Этерран встрепенулся, сила загудела в нас. Стало холоднее, демоническая магия вспыхнула на моих руках и ладонях.

Рука взлетела в поисках предмета, который, как я ощущал, летел ко мне, и я поймал конечность в прохладной коже — но не видел ее. Воздух двигался вокруг меня, и отследить все сразу не удавалось, а глаза видели только парковку и ограду.

Фантомные когти в шесть дюймов длиной появились из моих пальцев, и я ударил свободной рукой. Когти впились в деревянный забор с приглушенным хрустом.

Что-то острое впилось в мои нижние ребра. Что-то тупое и твердое, как сталь, давило в мою спину, но что-то еще прижималось к боку над левой почкой.

Казалось, включили свет, мужчина появился передо мной. Я сжимал его запястье, не давая его серебряному кинжалу ударить меня по горлу, но его второй клинок пронзил мою одежду, кончик жалил плоть, он повернул клинок, чтобы вонзить его между моих ребер. Мои когти попали по ограде над его головой, и один задел его щеку.

Кровь стекала по щеке Дариуса, он смотрел на меня стальными серыми глазами.

С моей слепой стороны, похоже, был Жирар. Я не видел его, но оружие, которое он прижал к моему боку, могло быть его зачарованным пистолетом, пули в нем были больше алхимией, чем оловом. И за мной точно был Алистейр, его посох со стальным наконечником впивался в мою спину, чтобы сильным выпадом он перебил позвоночник.

Этерран размышлял, перебирал десятки планов мгновенной атаки. Мы могли бы убить одного из них, но умерли бы.

«Этерран», — подумал я.

Горечь вспыхнула, и демон отступил. Демоническая сила во мне угасла. Когти растаяли, и я заметил разницу в моем ответе на атаку по сравнению с несколькими днями ранее. Демоническая сила, которую я раньше припасал только на крайний случай, слушалась мня.

Было много недостатков в том, что Этерран получил так много власти во мне, но были и достоинства.

— Я думал, вы собирались подождать, — тихо сказал я.

Дариус без эмоций смотрел мне в глаза.

— Таким был план… пока твое поведение не изменилось, — его кинжал разрезал кожу над моим нижним ребром. — Твой демон уже научился управлять тобой, пока ты спишь.

— Он не управляет мной.

— Разве ты можешь это определить, Эзра?

Я прикрыл глаза, обдумывая это.

— Спросите у Робин Пейдж.

Удивление мелькнуло на каменном лице Дариуса.

— Я работал с ней, — я разглядывал его. — Вы ведь знаете о ней?

Кинжал отодвинулся от моей плоти.

— Знаю.

Он не стал говорить больше ничего о Робин, и я не спрашивал. Таким был Дариус. Он отлично хранил тайны, и он никогда не раскрыл бы секреты одного из членов своей гильдии без разрешения, даже когда это могло спасти чью-то жизнь. Если это была не его тайна, Дариус даже не давал намеков.

— И над чем ты работал с Робин? — спокойно спросил он.

— Над способом выжить.

Еще вспышка удивления.

— Что заставило тебя передумать?

Я скривился.

— Ах, — Дариус слабо улыбнулся. — Наша огненная бармен вдохновляет всех нас.

Он убрал кинжал от моих ребер, и я отпустил его запястье. Его клинки скрылись в ножнах на его бедрах, Жирар и Алистейр отступили на шаг. Я отошел от их опасного круга и повернулся, чтобы видеть всех троих.

Черная кожаная одежда, холодные глаза, опасный опыт и достаточно магии, чтобы одолеть почти любого. Миру мификов повезло, что эти трое оставались хорошими ребятами.

Дариус открыл калитку, и я прошел за ним во двор. Другие двое ждали в переулке.

— Ты у власти, Эзра? — спросил глава гильдии.

Я снова обдумал его вопрос.

— Думаю, да, — я медленно выдохнул. — Этерран тоже хочет выжить. Тори союзничает с ним, и я… поступил так же.

— Это опасно.

Лед покрывал мой разум, Этерран отодвинул меня.

— Так же опасно, как то, что вы скрываете демона Валъир?

Дариус насторожился, и я быстро вернул контроль.

— Так или иначе, это скоро кончится, — сказал я. — Я хочу попробовать.

Бывший убийца долго разглядывал меня.

— Близкая смерть странно влияет на разум, Эзра. В ком-то она вызывает лучшее, в других — худшее. Я все время боялся, что нам придется столкнуться с худшим в тебе.

Я открыл рот, чтобы возразить.

Он крепко сжал мое плечо.

— Ты не можешь подняться над худшим в себе, если не сталкивался с этим, — он отвернулся. — Мы будем приглядывать за тобой, но я жду отчеты.

Я смотрел, как он прошел к калитке. Он закрыл ее, засов упал на место, и он оглянулся, Жирар и Алистейр были за ним.

— Я ждал шесть лет, что ты захочешь бороться, Эзра. Не разочаруй меня.

Их шаги зазвучали по парковке, но когда они выбрались на асфальт, звук утих. Они пропали из виду, магия Дариуса искажала свет вокруг них.

Я прижал ладонь к ребрам, где кровь пропитала футболку.

В доме я принял душ, намазал исцеляющим зельем порез и переоделся в удобную одежду. В комнатах звучало эхо, они были до боли пустыми, пока я ходил по дому. В спальне я взял гитару с подставки и проверил каждую струну.

Слишком много тайн. Моих. Тори. Робин.

Я закрыл глаза, пальцы скользнули по струнам и надавили на лады, тихие ноты было едва слышно.

Аарон и Кай сдались, потому что я их попросил. Дариус ждал, что я буду бороться за жизнь. Тори рисковала всем, чтобы я прожил достаточно и начал бороться за себя.

«Почему я так долго ждал, чтобы попробовать?».

Этерран пошевелился, разум был спокойнее обычного, его горечь притупилась.

«Хочешь знать?».

Пальцы замерли над струнами гитары.

«Он только что тебе сказал».

«Кто?».

«Дариус».

«О чем ты?».

Он показал мне ладонь Дариуса на моем плече и его тихие слова: «Ты не можешь подняться над худшим в себе, если не сталкивался с этим».

Я крутил слова, понимание вонзалось в грудь ножом.

Гитара затихла под моими ладонями. Я глубоко вдохнул и выдохнул. Воспоминания поднялись во мне — разбитые дома, брошенные вещи, уничтоженный храм с серыми камнями в красных пятнах. Пустота на месте семьи. Агония на месте счастья.

Это все было моей виной, и любая попытка избежать ранней смерти ощущалась как уклонение от заслуженного наказания за ущерб и смерти, которые я причинил.

Я не заслужил счастья. Не заслужил любви и защиты. Не заслужил нормальную жизнь, насколько это было возможно, пока я скрывал, что был демоническим магом.

Я опустил гитару на кровать и потянулся к тумбочке у кровати. В верхнем выдвижном ящике был альбом в кожаном переплете. Я опустил его на колени и открыл. Я медленно листал фотографии меня, Аарона, Кая и Тори. Особенно Тори.

Я остановился на последней фотографии. Наша с Тори селфи с рождественской вечеринки, я в тот миг смеялся над ее попыткой подобрать лучший ракурс. А минуты спустя она поцеловала меня под омелой.

С альбомом на коленях я вытащил телефон из кармана. Экран сиял слишком ярко в полумраке комнаты, я открыл нашу переписку. Ее последнее сообщение ждало ответа. Больше она ничего не присылала.

Я не заслуживал любви…

Большой палец нажал на ее иконку, и я выбрал ее номер среди информации.

…но это как-то произошло.

Я нажал на кнопку вызова и поднес телефон к уху.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Западный Йеллоустон был городом в южной Монтане. Да, Монтана. Мы ехали домой, но Аарон съехал с главной дороги, чтобы отдохнуть ночью в спокойном месте.

Еда, душ, чистая одежда, сон. Они должны были оказаться первыми в списке моих приоритетов, но, пока остальные были в номере мотеля, по очереди занимали ванну и доедали еду на вынос, я была не с ними.

Я вернулась в машину Аарона. Сидение было отклонено на максимум, и я смотрела на крышу, пострадавшая рука лежала на моем животе.

Я не справлялась с тихим обсуждением культа другими. Демон Дэниела звал это Двором. Похоже, Двор был высшим уровнем культа, который управлял меньшими кругами, как тот, что был в Портлэнде. Взаимосвязанная система была скрытой и сильной, и они смогли захватить не одного, а четверых членов «Ключей Соломона». Кто знал, какие еще гильдии и группы затронул культ?

Двор знал, что круг в Портлэнде раскрыли, и они уберут его, если уже не сделали это. Претор пропал, и он, наверное, один из группы знал что-нибудь важное.

А без круга Портлэнда и его Претора у нас было только странное описание умирающего демона.

Север. Запад. Капилано. Среди thāitav. У реки.

Гугл не нашел город Капилано, но так назывались и районы, и улицы, и магазины. «У реки» немного сужало варианты, но мы не узнали, из какого языка слово «thāitav», значит, это было демоническое.

Может, за недели или месяцы расследования «Ворона и молот» раскроет Двор. Может, наша гильдия даже одолеет его, хотя Аарон думал, что потребуется участие МП и много гильдий, чтобы затоптать культ.

Но это не спасет Эзру.

Где-то у моих ног лежал амулет Валъира. Сколько смертей я принесла этой наивной экспедицией? Я обманывала и обижала друзей. Забрала Аарона и Кая от Эзры, когда он нуждался в них. Рисковала жизнью Джастина. Блейк ужасно пострадал, а то и погиб.

И все зря.

Подавив стон, я села и посмотрела на амулет между ног. Я подняла его за цепочку, открыла бардачок, чтобы бросить амулет туда. Но оттуда выкатился скипетр культа.

Я поймала его. С амулетом в одной руке и скипетром в другой я смотрела на два артефакта. Почему я думала, что утерянный талисман спасет Эзру? Почему думала, что найду способ, где не смог никто? Почему думала, что могу все изменить?

Я была человеком без магии, делающим вид, что она была особенной.

Стиснув зубы, я обвила цепочку амулета вокруг серебряной рукояти скипетра и сунула оба в бардачок. Я отклонилась на спинку сидения и смотрела вверх, слезы стекали по лицу в волосы.

Телефон загудел у моей ягодицы.

Я подпрыгнула, а потом вытащила телефон из кармана. Ожидая звонок от Аарона, чтобы я вошла внутрь и помылась, я без энтузиазма посмотрела на экран.

Там была фотография Эзры, он серьезно смотрел в камеру, на нем был пластиковый шлем и очки для пейнтбола поверх него, розовая краска забрызгала щеку.

Мое сердце остановилось.

Эзра звонил мне после дней молчания.

Почему?

Паника впилась ледяными когтями в мои легкие, я прижала телефон к уху и прошептала:

— Алло?

— Тори?

Голос Эзры успокоил открытые раны в моей душе. Я так скучала по его голосу. Я так скучала по нему.

— Что такое? — спросила я с паникой. — Ты в порядке?

— Я в порядке.

Это были не просто слова, он звучал хорошо, и я обрадовалась.

— А ты? — спросил он с неловкой паузой. — Ты на себя не похожа.

Я открыла рот, но не смогла сказать, что была в порядке. Ничего не было в порядке. Все было не так, ломалось, пока я отчаянно пыталась удержать. Я обещала себе, что спасу его, но провалилась.

Я расплакалась.

— Тори, что такое?

Я дрожала, всхлипывая от боли, стыда и сожалений.

— Прости, Эзра. Мне так жаль. Я врала тебе, подвергла всех опасности, и я знала, что для тебя было важно знать об Этерране, но я… я так боялась. Я не могу тебя потерять. Я не справлюсь.

— Тори…

— А потом я забрала Аарона и Кая, — слова лились, дрожащие и едва понятные. — Я думала, что смогу сделать это, разожгла в них надежду, но все прошло катастрофично, и я… все испортила, Эзра. Прости.

— Все хорошо, — тихо сказал он. — И ты меня прости. Прости, что пришлось сражаться за меня.

Я сжала телефон, придавила его к уху.

— Я должна была послушаться. Ты говорил, что это невозможно, что тебя не с-спасти, но я не хотела в это верить. Я думала, вы втроем просто недостаточно пытались, и это было глупо и неправильно. Я только заставила всех страдать, потому что не доверяла тебе, Аарону и Каю.

— Это не так. Ты веришь в нас больше, чем мы заслуживаем, — шорох, он подвинул телефон. — Тори, что случилось?

Я вытерла мокрые щеки.

— Мы поехали в Энрайт и нашли след, пошли по нему, и все пошло под откос. Мы более-менее в порядке и едем домой, — я всхлипнула и тихо добавила. — Но надеяться не стоит. Мы едем с пустыми руками.

Было тихо, он впитывал это.

— Я знаю, что звучит размыто, — бубнила я, — но детали… стоит рассказать тебе лично. Если… можно.

— Да, — сказал он без разочарования и отчаяния, которые должен был ощущать. — Можно.

Я зажмурилась.

— Эзра… пр…

— Хватит извиняться, Тори. Ты прошла через ужасы ради меня, и ты не должна была делать это.

— Я должна была попробовать, — прошептала я, и бремя стало чуть легче. — Это оказалось напрасным, но я должна была попробовать.

— Я тоже должен был стараться, — его голос зазвучал необычно твердо. — Прости, Тори. Прости, что это заняло так много времени, но я тоже готов бороться.

Мои глаза открылись, смотрели на крышу машины.

— Так что не сдавайся, хорошо? Мне нужна твоя помощь.

— Ты… хочешь бороться?

— Я хочу жить. Я всегда хотел жить, но теперь поводов стало больше, — пауза. — Я не мечтаю о будущем. Я никогда не позволял себе представлять будущее. Но я хочу изменить это. Я хочу, чтобы ты была частью моего будущего.

Горло сжалось, я сдавила телефон.

— Эзра…

— Если то, что было в Энрайте, не помогло, то возвращайся сюда, можем попробовать кое-что еще. У меня есть пара идей.

— Да?

— Угу. Может, твои зацепки помогут.

Я скривилась.

— Если только ты не расскажешь, что за место можно описать как «север, запад, Капилано, среди тей-тав, у реки».

Он издал потрясенный смешок, и мое тело согрелось от этого звука.

— Мы теперь играем в загадки? — удивился он. — Что значит тей-тав?

— Не знаю. Думаю, это демоническое слово.

— Демоническое? — пауза. — Thāitav? Так?

— О, да… верно.

— Этерран говорит, что это означает «умерший» или «мертвый». Так что «среди мертвых, у реки»… и Капилано? — он размышлял вслух. — Мы ищем неподалеку? Потому что у реки Капилано есть кладбище, это в Западном Ванкувере.

Мурашки пробежали по всему телу. Северный город. Западный Ванкувер. Кладбище у реки Капилано.

Не может быть. Двор не мог быть в Ванкувере.

«Двор… перемещается. Он перемещает его, когда хочет», — если Хавтан был прав, то он мог переместиться в Ванкувер, но зачем? Зачем Магнус Дукс переместил правящую часть культа туда? Что в Ванкувере привлекало культ?

— Я правильно понял? — спросил Эзра.

— Возможно… но даже не думай ходить туда! Понял? Мне нужно рассказать тебе остальное, но когда мы вернемся, — я прижала телефон к уху плечом, выпрямила сидение. — Я объясню все при встрече, так что прошу, дождись нас.

— Хорошо.

— Мы сейчас в южной Монтане…

— Монтане?

— …но вернемся как можно скорее. Думаю, завтра днем, — я открыла бардачок. — Мне нужно поговорить с Аароном и Каем, чтобы мы скорее отправились в путь. Дождись нас, хорошо?

— Я буду ждать. Пора, Эзра.

Я закончила звонок и поняла, что мы не обсудили мое сообщение. Мои губы задрожали, но я отогнала обиду и тревогу. На это не было времени. Яростная надежда снова пылала в груди, и я не дала бы ничему погасить ее.

Я вытащила амулет и скипетр из бардачка, телефон звякнул. Я разблокировала экран и увидела свою переписку с Эзрой. Новое сообщение появилось под моим.

«И я тебя люблю».

Мое сердце расцвело так, что я не могла дышать. Слезы выступили на глазах, я открыла дверцу машины локтем.

Я ворвалась в номер мотеля, Аарон и Кай в тревоге вскочили. Джастин уставился на меня, сидя за столом у крохотного телевизора.

— Ребята, — выпалила я. — Думаю, я знаю, где Двор. Нужно возвращаться в Ванкувер.

Рты Аарона и Кая раскрылись, как и у Джастина.

Я сжимала скипетр, амулет болтался с него.

— Если повезет, мы сможем украсть гримуар культа у них из-под носа, и они даже не поймут, что мы там были. И до того, как мы отправим все гильдии города на них.

* * *

После бесконечных часов езды по бесконечным шоссе я должна была радоваться, что вернулась домой. К Аарону домой, технически, но все равно домой.

Мы задержались. На середине пути у реки Колумбия у джипа пробило шину. Аарон и Кай быстро поменяли его, но запасное было плохим, и мы доехали до города, потеряли несколько часов, отыскав мастерскую, дождавшись ее открытия и замены шины.

Но мы приехали, и теперь я стояла в центре гостиной. Аарон и Кай стояли со мной, мы были треугольником, стояли лицами друг к другу.

— Эзра писал час назад, что ненадолго отойдет, — я сжимала телефон в руке. — Он хочет знать, когда мы вернемся. Позвонить ему?

Аарон потер подбородок со щетиной.

— Мы можем обрушить на него новость о выжившем культе и тут же потащить в их штаб, или что там нас ждет на кладбище?

— Он сказал, что хотел сражаться.

— Но он не знает, с кем или чем мы столкнулись.

Я прикусила щеку изнутри.

— Не будем рисковать, — сказал Кай. — Мы чуть не потеряли его неделю назад. Он еще не оправился.

Я сдалась и кивнула.

Аарон решительно хлопнул в ладоши.

— Тогда собираемся. Двор вряд ли знает, что мы идем за ними, но нельзя терять время. Кто знает, как скоро они могут собраться и переместиться?

Кай согласился, поспешил в подвал, куда ушла Макико, чтобы освежиться, видимо, пока Аарон поднялся наверх, в свою комнату, чтобы переодеться и вооружиться. Я проводила их взглядом, грудь сдавило, руки были кулаками. Моя единственная боевая одежда была в чемодане в машине, а оружие…

Две бомбы и Хоши. Только это у меня осталось.

Подавив тошноту, я прошла по кухне и в заднюю дверь. Холодный январский воздух впивался в щеки, пока я неслась по двору и за открытую калитку. Прицеп, на котором мы привезли мотоциклы Кая и Макико, занимал половину парковки.

Рядом с ним стоял джип, багажник был открыт. Джастин стоял рядом с ним, рылся в сумке, проверяя, что забрал все, чтобы уйти домой.

Он поднял взгляд, когда я подошла. Лиловый висок виднелся на виске от столкновения с Дэниелом и Анандом у гильдии «Ключей».

— Эй, — он небрежно сложил мятую футболку и убрал в сумку. — Я думал, ты готовишься к бою с демоническим культом.

Я забрала футболку и сложила ее еще раз.

— Я не уверена, что я иду.

— О чем ты?

Хмуро глядя на футболку, я встряхнула ее и попыталась снова.

— Что от меня толку? Я буду только мешаться.

Джастин смотрел на меня, но я разглядывала футболку, осторожно поправляла рукава.

— Я была бесполезна, — я поправила воротник футболки. — Я не остановила ни одного мифика, с которым мы столкнулись, кроме случайного убийства Рассела. Разве не ужасно? Хоши была полезнее меня. Мне стоит послать ее с парнями и остаться дома.

Я убрала футболку в его сумку и посмотрела на свои человеческие ладони.

— Ты спрашивал о том, в состоянии ли я делать такое, безопасно ли это… Я не в состоянии. Это всегда было плохой идеей, и я просто говорила себе, что могла справиться с этим.

— Тори, — сказал он.

Я сжала кулаки.

— Ты спрашивал у Аарона, могу ли я участвовать наравне с ними. Не могу. Я не боевой мифик, не выполняю задания. Я просто бармен.

Джастин сел на бампер.

— Ты знаешь, что это бред.

Я посмотрела на него.

— Ты не делаешь все аккуратно и чисто, Тори. Ты устраиваешь бардак. Ты врываешься, сотрясешь все и сеешь хаос. Ты всегда была такой.

Я хмуро посмотрела на него.

— Если это был комплимент, то вышло плохо.

— Ты никого не поймала, но нашла ответы, сбежала от опасности и вытащила друзей из всего этого живыми, — он скривился. — У меня несколько раз мог случиться сердечный приступ, а ты выжила.

— Просто повезло. Если бы…

— Выжить в опасности один раз — это удача. Делать это снова и снова — это другое, — он прищурился. — Ты не бесполезна, Тори. Ты знаешь это. В чем проблема?

Я смотрела на него, опустилась на бампер рядом с ним. Грудь снова сдавило, знакомая неуверенность проникала в кости.

— Я так сильно хотела быть мификом, — прошептала я. — Я хотела быть особенной, побеждать, делать то, чего не могут другие. А потом потеряла почти всю магию, которую собрала, и поняла, что могу играть, сколько хочу, но без козырей я просто человек.

— Как и я. Разве это плохо?

Я вздрогнула, словно он ткнул меня в ребра.

— Ты могла побеждать и делать то, чего не могут другие, и до того, как услышала слово «мифик», — он приподнял брови. — Магия не делает тебя непобедимой. Если я бесполезен, потому что не смог остановить Рассела, то и Макико такая. Ее тоже поймали.

Он отклонил голову, глядя через окно багажника на вечернее небо.

— Когда я присоединился к тебе в этой поездке, я думал, тебе понадобится моя защита. Но — нет. Ты знала, когда вмешаться, а когда отойти и пропустить вперед друзей.

Я нахмурилась.

— Ты переживаешь, что подвергнешь людей опасности, отправившись с ними на кладбище? Или ты боишься, что человеку там не место?

Легкие сдавило.

— У меня нет магии, Джастин.

Он повернулся к своей сумке и порылся в ней. Когда он повернулся ко мне, он держал пистолет за дуло.

— Тогда возьми это, — тихо сказал он. — И ты будешь не просто человеком, а крепкой и с пистолетом.

Я смотрела на него.

— Тебе, кхм, можно было его забирать?

Он загадочно пожал плечами. Холодный пистолет прижался к моей ладони, и я поняла, что дотянулась до него. Пальцы сжались на рукоятке.

Фары вспыхнули в конце переулка. Джастин взглянул в сторону машины и встал.

— Это за мной.

Я смотрела, как он застегнул сумку, повесил ее на плечо и окинул меня взглядом, а потом улыбнулся. Это была знакомая улыбка, которая прогоняла мои страхи с шестнадцати лет.

— Поедешь ты или нет, Тори, я знаю, ты сделаешь лучший выбор для себя и друзей.

Я сжала пистолет, голос пропал от бури эмоций.

Он пошел по переулку.

— Если я буду нужен, просто позвони. Я тоже могу быть крепким.

Я улыбнулась, хотя глаза застилали слезы.

— Я знаю.

Машина в конце переулка подала сигнал, и Джастин помахал, спеша к ней. Дверца открылась и закрылась, машина уехала.

Я долго смотрела на пистолет в руке, а потом опустила рядом с собой. Я порылась в нашем багаже, нашла свой боевой пояс. Бомбы звякнули, пока я застегивала пояс на себе.

Я взяла пистолет, взвесила его в руке и опустила в пустую кобуру на бедре.

Моя улыбка стала шире, открывая зубы. Я вытащила чемодан, закрыла багажник и поспешила к дому. Нас ждала работа, и мы не могли терять время.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Кладбище Капилано было в двадцати минутах езды от дома Аарона — через центр, по парку Стэнли, по мосту Лайонс-Гейт и Западному Ванкуверу.

Я вышла из машины на маленькую парковку кладбища и посмотрела в сторону гавани, которой не было видно. Невероятно — и даже обидно — что сердце Двора могло быть так близко, а мы и не знали.

Стемнело, и я проверила фонарик на поясе. Еще раз посмотрев на телефон — новостей от Эзры не было, он все еще был занят своим делом — я выключила на нем звук и убрала в мешочек на поясе, где раньше была Дама Пик. В другом мешочке был амулет, а в петле с другой стороны от фонарика висел скипетр.

Я не могла его использовать, но кто знал, когда мог пригодиться украденный артефакт.

Аарон подошел ко мне, поправляя ремешок на плече. В этот раз он был без чехла, Маркер был на виду. Черная боевая одежда прикрывала его от головы до пят: от огнестойкой футболки и защитного жилета до кожаных плотных штанов и ботинок со стальными носами.

Кай едва слышно обошел машину. Он тоже был наряжен для боя: его узкий жилет был наполнен метательным оружием, две катаны были в ножнах на бедре. Он добавил черную вязаную шапку для тепла, и только это не давало ему перейти на уровень лучшего плохиша.

Макико следовала за ним с серьезным видом. Она собрала волосы в высокий хвост, и он раскачивался с каждым шагом, черный комбинезон сидел на ней как вторая кожа. Из оружия были только два металлических веера, пристегнутые к поясу.

— Ладно, — шепнула я, разглядывая пустую парковку. — Нужно найти… убежище Двора? Логово зла? Храм поклонения демонам? Не знаю, но что-то нужно тут найти.

— Большую часть кладбища можно пропустить, — отметил Аарон. — Там много посетителей. Пойдем в северную часть.

Мы выяснили заранее, что северная часть кладбища была полна деревьев, но тот лес со временем вырубят для новых могил. Это было обидно. Так я думала, пока мы бежали по мощеной дорожке, плоские надгробия тянулись в стороны от нас. Я не хотела, чтобы хоть одно красивое старое дерево умерло, чтобы мой труп мог лежать под скошенной травой.

— Ребята, — шепнула я. — Когда я умру, кремируйте меня, ладно?

— Ты не умрешь, — мрачно ответил Аарон.

— Я в общем.

— О. Тогда ладно, но я кремировать не буду.

— Почему? Разве не так поступает хороший друг-пиромаг?

Он что-то буркнул под нос.

Кладбище потемнело, мы бежали от открытой части. Стена деревьев поднялась на пути, и мы остановились. Я вытащила фонарик и озарила лес. Несколько видов хвойных собрались так плотно, что свет не проникал дальше, чем на пару дюймов среди веток.

— Там… густой лес, — пробормотала я. — Кто-нибудь взял мачете?

Кай покачал головой.

— Даже если бы мы могли, мы не стали бы прорубать путь. Культу тоже нужен доступ к месту.

— Помогло бы, если бы мы знали, что искали, — Аарон потер рукой волосы. — На это может уйти вся ночь.

Я взглянула на Макико.

— Ты можешь взлететь и оглядеться?

— Левитация забирает больше сил, чем бой.

— О, — я раздраженно выдохнула, а потом поняла, что мы не нуждались в Макико для вида сверху. — Хоши!

Она вылетела из мешочка на поясе. Развеваясь в воздухе, словно это была вода, она опустила голову и понюхала мои заплетенные волосы.

— Привет, девочка, — шепнула я. — Поможешь нам? Можешь облететь это место и показать мне, что ты видела?

Она ударила длинным хвостом по воздуху, взлетела и пропала из виду.

Мы с Аароном пошли искать тропы в лесу, Кай и Макико устремились в другую сторону. Минуты тянулись, кожу покалывало от тревоги. Чем дольше мы бродили, тем выше были шансы, что нас заметят. Разбираться с копами было бы неприятно, но хуже будет, если шпион доложит культу.

Я опустилась на корточки и посветила фонариком под ветки, пытаясь отыскать скрытую тропу. Хоши появилась, сияя бесконечным хвостом и кристаллами на антеннах. Она ткнулась носом в мой нос, и буря картинок наполнила мой разум.

— Ой-ой, — выдохнула я. — Помедленнее, Хоши.

Она послала фиолетовый с розовым, извиняясь, повторила полет на приемлемой скорости. Она пролетела над деревьями, нашла несколько троп и дорожку из гравия. Деревья, деревья, поляна с маленьким зданием, и…

— Постой, что это было в конце?

Она показала мне строение, похожее на беседку, из серого камня, куполообразную крышу поддерживали колонны. Оно стояло одно на полянке, заросшей травой и сорняками.

— Вот, — выдохнула я. — Ребята!

Аарон уже пришел ко мне. Кай и Макико прибежали из темноты.

— Там нечто, похожее на мавзолей, — я поднялась на ноги, Хоши свисала с моего плеча. — Одно на полянке. Как по мне, стоит проверить.

Кай и Аарон кивнули.

Я погладила Хоши по носу.

— Можешь отвести нас туда?

Она потерлась носом об мою руку и улетела за деревья. Похоже, нам все-таки придется пробивать путь.

Хорошо, что одежда была кожаной, иначе сто ярдов среди деревьев оставили бы меня в худшем состоянии, чем недавние сражения. Мой фонарик дико мигал, пока я пробиралась мимо кустов и веток, на некоторых еще висели мертвые листья.

Казалось, конца не будет, но тут я выбралась на поляну. Парни и Макико вышли за мной, и мы минуту потратили, убирая листья и прутики из волос и с одежды, а потом посмотрели на строение в центре поляны.

Оно было меньше, чем развалины храма в Энрайте, выглядело как обычное каменное здание с резными колоннами, острой крышей и восьмиугольной основой.

Аарон и Кай следовали за мной, пока я осторожно приближалась, светя фонариком между колонн. Несколько ступеней вели к приподнятому полу, где стояла статуя ангела в человеческий рост, рассыпающаяся от времени и ветра.

Ее крылья были сломаны, грубые обломки тянулись рядом со складками ее простого платья, а изящные черты ее поднятого лица вытерлись, было сложно различить их, потому лицо напоминало маску. Она держала бронзовый кубок в руке, металл почернел от времени, а другая ладонь сжималась, словно когда-то она держала что-то еще.

Я обошла статую, оставаясь на траве, пока не оказалась лицом к ангелу.

— Смотрите, — прошептала я. — На ее голове.

На ее развевающихся волосах была изящная каменная корона с тремя пиками — как на гобелене Претора.

Я подавила волнение, опустила ногу на первую ступень мавзолея. Хоши сжимала воротник моей куртки, словно готовилась уносить меня. Я приготовилась к взрыву или залпу огня из ловушки, но после двадцати секунд расслабилась и поднялась на три ступеньки.

Остальные шли за мной.

— Это не недавнее строение, — отметил Кай, проведя ладонью по колонне. — Вряд ли это построил культ.

Я смотрела на вытертое лицо ангела, которое было в футе над моим из-за небольшого пьедестала под ее босыми каменными ногами, а потом посмотрела на ее корону. Щурясь, я постучала по пику ногтем, а потом по ее щеке, а потом снова задела корону.

— Статуя оригинальная, — решила я, — но корона — нет. Она ощущается как глина. Будто я могу легко отломать ее, если попытаюсь.

— Думаю, культ мог отломать крылья, — Макико стояла за ангелом, касалась обломка крыла. — Ущерб выглядит не таким старым, как остальное.

— В этом есть смысл, — сказала я. — Без крыльев она — падший ангел. Иначе говоря, демон. В христианской версии, по крайней мере.

Аарон подошел ко мне.

— Тогда это мавзолей, который изменил культ. Как…

— Кенотаф, — перебил Кай.

— А?

— В мавзолее тело. А это кенотаф — памятник.

Аарон покачал головой.

— Ладно, как этот кенотаф приведет нас к логову культа? Тут может тоже быть подземная комната?

Мы посмотрели на каменный пол.

— Может, есть тайный вход, — предположила Макико. — Видите кнопку или рычаг?

Аарон огляделся.

— Если бы это была видеоигра, то была бы подсказка.

Я пронзила его испепеляющим взглядом, а потом посмотрела на ангела. Эту часть отметил культ. Я посмотрела на ее кубок, вспомнила, как Претор поднимал серебряный кубок. И в тайной комнате в Энрайте были кубки.

Я сжала плечи ангела, шагнула на пьедестал и заглянула в бронзовую чашу. Внутри поверхность была более гладкой, чем снаружи. Но на самом дне была вырезана геометрическая фигура с руной с шипами в центре.

Я опустилась на землю, недовольно морщась. Конечно, это не могло быть просто: «Сезам, откройся». Нет, культу нужно было все сделать странным и жутким.

— В теории, — недовольно начала я, — кровь может активировать заклинание?

Аарон пожал плечами, а Кай и Макико переглянулись.

— Возможно, — сказал Кай. — Алхимию и волшебство во многом можно смешать. Но мы не эксперты.

— Тогда я попробую. Можно нож?

— Зачем?

— Я пущу кровь в кубок и посмотрю, получится ли что-нибудь.

Все уставились на меня.

— Вы видели их ритуал с кровью, — я взмахнула рукой. — Стоит попробовать.

— Тогда я сделаю это… — начал Кай.

— Тебе вся твоя кровь еще понадобится, так что это сделаю я.

Он покачал головой, стиснув зубы, а потом выругался, когда Макико протянула крохотный нож. Я моргнула, приняв его. Где она прятала ножи под прилегающей к телу кожей?

Я прицепила фонарик к поясу, закатала левый рукав и прижала клинок к коже. Стиснув зубы, я провела ножом, оставляя неглубокий порез. Кровь выступила, и я протянула запястье к кубку.

Никто не говорил, пока моя кровь капала я бронзовую чашу. Я надеялась, что волшебное слово не требовалось, иначе я зря теряла кровь.

Алое сияние вспыхнуло в чаше, свет озарил лицо ангела зловещим сиянием.

Мое сердце дрогнуло от волнения. Я быстро отпрянула, затаила дыхание, ждала, что что-то произойдет. Воздух кончился, я вдохнула и ждала дальше.

Кубок зловеще сиял, но больше… ничего.

— О, серьезно? — прорычала я. — Почему ничего не происходит?

— Должно быть заклинание, — сказала Макико. — Или какое-то еще условие.

Ругаясь, я полезла в мешочек первой помощи на поясе и зельем остановила кровотечение. Зря только вскрывала вену. Фу.

Я возвращала флакон на место, и рука задела скипетр, висящий на поясе. Я посмотрела на него, а потом на пустую руку ангела со сжатыми пальцами.

Может…?

Я убрала зелье на место и отцепила скипетр. С сердцем в горле я вставила скипетр в руку ангела. Послышался тихий щелчок, и красный кристалл на вершине скипетра загорелся тем же зловещим сиянием, что и кубок.

Третья точка алого света зажглась за статуей, и Макико отскочила, когда что-то заскрежетало.

Сияние угасло, и мы обошли статую. Панель каменного пола поднялась на пару дюймов.

Кай и Аарон осторожно приблизились, схватили панель и подняли ее. Она поднялась на толстых петлях, металлические доводчики помогали сделать это, и они точно не вязались со старым камнем памятника.

В дыре в землю вела деревянная лестница.

Мы нашли логово Двора.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Аарон пошел первым, озаряя путь горстью огня. Я следовала за ним с фонариком в одной руке, другую прижимая к пистолету на бедре. Макико спускалась за мной, а Кай замыкал строй, ладони были полны ножей, он был готов метать их.

Хоши была на страже у входа. Ей не нравилось пол землей, но она могла предупредить, если к кенотафу кто-то подойдет. Нам не хватало еще оказаться тут в плену. Это было бы совсем не весело.

Сердце гремело в ушах, мы спускались все глубже, грубые деревянные ступеньки скрипели под ногами, корни деревьев свисали с потолка как паутина. Лестница поворачивала, потом стала ровной. Мы оказались на три этажа ниже земли, когда теплый огонь Аарона озарил влажный каменный пол.

Мы вышли на площадку, а потом попали в просторное место с каменными стенами, изогнутым потолком, поддерживаемым колоннами с пятнами воды. Комната была прямоугольной, около пятидесяти футов шириной, но я не видела другого конца в темноте, и это путало, пока я не заметила темные отверстия высоко в стенах.

Это был старый резервуар для дождевой воды.

А теперь место принадлежало культу. Они превратили влажное просторное логово в новый «храм».

Круг призыва в центре тянулся на двадцать пять футов, каждая четкая линия была серебряной. Возле круга стояла каменная кафедра с демоном, вырезанным у основания, глядящим на круг, и за ней был деревянный алтарь с подсвечниками, шкатулками и другими вещами для ритуалов. С каждой из шести колонн свисали алые гобелены с символом культа — короной в круге.

Я махнула остальным.

— Идемте.

Мой тихий шепот отразился от стен, и я сжалась от звука наших шагов по влажному полу. Мои мышцы дрожали от напряжения, мы прошли к алтарю. Вот. Это был последний шанс спасти Эзру. Если там не было гримуара или не было подсказок, где его найти, нам конец.

Я ускорилась, тревожная надежда гнала меня вперед. Я поспешила к кафедре вперед ребят, повернулась к ее вершине, посмотрела на круг призыва, оказавшись на месте Претора или в этом случае Магнуса Дукса, когда он начинал промывать мозги ритуалом.

Кафедра не была пустой.

На вершине лежала резная деревянная шкатулка идеального размера для большой книги, на ней была вырезана эмблема культа. Замысловатая застежка блестела, на шкатулке не было ни пыли, ни влаги.

Сердце колотилось. Только бы она не была пустой. Пожалуйста. Я прицепила фонарик к поясу, полагаясь на огонь Аарона. Я прикрыла кожу рукавом, открыла застежку и подцепила крышку пальцами за край.

Может, голосок шептал в голове, что это было слишком просто, но я не открыла шкатулку, а подняла голову — за кругом призыва и колоннами с гобеленами, за грубой дырой в стене, куда мы вошли, были три фигуры на краю тьмы.

Я охнула, Аарон, Кай и Макико встрепенулись. Они развернулись, и мы посмотрели на нарушителей.

Вот только нарушителями были мы.

Трио шагнуло вперед, алые плащи шуршали по влажному полу. Капюшоны скрывали их лица, но было видно по широким плечам, что двое были мужчинами. Третьим был или худой мужчина, или высокая женщина.

Они остановились между первыми колоннами с гобеленами. Мужчина по центре сделал еще шаг, вытянул руки, плащ драматично трепетал.

От его жеста алый свет расцвел в пространстве. Большие кристаллы высоко на колоннах зловеще засияли.

— Приветствую, — низким голосом сказал мужчина, — во Дворе Красной королевы.

Я сжала шкатулку.

— Вы пришли отдать души на службу Королеве? Вы пришли присоединиться к нам в поклонении матери магии, красивой и всесильной Богине?

Когда мы не ответили, он низко рассмеялся.

— Так я и думал, — он опустил руки. — Так это вы пробрались в руины Энрайта, где много любимых детей Богини потеряли жизни. И вы шпионили за священным собранием круга в Портлэнде. И вы — дураки, убившие моих верных подданных в Солт-Лейк-Сити.

Я сглотнула, чтобы вернуть влагу в рот.

— А вы, видимо, Магнус Дукс, — сообщила я. — Глупое имя, кстати.

Макико придвинулась к моему локтю.

— Хотя бы один — контрактор, — ее губы едва двигались. — Нужно бежать к выходу.

Я посмотрела в другую сторону, но Кай и Аарон были в нескольких шагах от меня, слишком далеко, чтобы посоветоваться.

— Вы зашли дальше других, — отметил Магнус Дукс. — И я хотел бы узнать, как вам удалось. Информация в обмен на ваши жизни — справедливо, не думаете?

Точно. Будто он даст нам уйти.

— Нас больше, если вы не умеете так далеко считать, — заявила я. — Может, это мы пощадим ваши жизни в обмен на информацию о вашем жутком культе.

— Хм. Справедливо, мисс Доусон.

Макико резко вдохнула рядом со мной, моя кровь похолодела. Он знал мое имя. Он знал всех нас?

— Сравняем количество?

Он поднял ладонь, и я вздрогнула, ожидая алый свет и рогатого демона. Ничего не произошло, и я нахмурилась, паника стала сильнее.

— Кай?

От удивленного вскрика Аарона я повернулась и увидела, как Кай уперся руками в грудь Аарона.

Глаза Аарона расширились от шока.

Пустое лицо Кая было зловещим, ток трещал на его руках, шипел в воздухе.

«Убийца была тут», — поняла я, сообразил и Аарон. Он отпрянул, но не мог быть быстрее электричества.

Вспыхнул белый свет, Кай выпустил заряд силы в грудь Аарона. Аарон застыл, как камень, ток бежал по его телу, слетал с пальцев к земле бело-голубыми линиями. В воздухе запахло озоном.

— Нет! — Макико раскрыла веер.

Ветер ударил по магам, сбил их с ног. Они рухнули бок о бок, и Кай вскочил.

Аарон — нет. Он не двигался.

Я застыла. Пока не двигался Аарон, не шевелилась и я. Я смотрела на него, ждала, что он дрогнет, охнет, застонет от боли, потому что ток бил ужасно больно, и он не должен был молчать.

Но он молчал.

Макико оттолкнула меня, звездочка пролетела мимо моего лица. Кай с взглядом без эмоций вытащил еще два клинка и бросил в свою невесту. Она отбила их веером и прыгнула к нему.

Она что-то кричала, но я слышала только молчание Аарона.

Я сделала шаг, а потом побежала. Колени ударились об пол рядом с ним, я схватила его ладонь, повернула его лицо к себе. Его приоткрытые глаза были пустыми, зрачки были расширены.

Он дышал?

Я прижала ладонь к его рту и носу, но воздух даже слабо не согрел мою ладонь.

Боже. Он не дышал. Он не дышал!

В голове смутно всплыли уроки первой помощи из школы, и я прижала пальцы к его горлу под челюстью, искала пульс. Почему я не могла его найти? Я сжала свою шею, легко нашла колотящийся пульс, а потом надавила на то же место на его шее.

Ничего. Я ничего не ощущала.

— Аарон! — выдохнула я, голос оборвался. — Аарон, прошу!

Слезы лились по моим щекам, я схватилась за пряжки его жилета. Я расстегнула его, положила одну ладонь поверх другой на его груди и надавила. Боль вспыхнула в пострадавшей руке.

Стиснув зубы, я толкнула снова.

— Два, — выдавила я. Толкнула еще раз. — Три. Четыре. Пять. Шесть!

Макико кричала неподалеку, звучали шаркающие шаги, но я продолжала. Голова кружилась, мышцы пылали, рука горела. Сколько уже было? Пятнадцать? Двадцать? Я должна делать это до тридцати, да?

Давясь всхлипами, я сжала его лицо. Я вдохнула как можно глубже, прижалась ртом к его рту и с силой выдохнула. Я наполнила легкие снова, выдохнула в его рот во второй раз.

Я прижала ладони к его груди. Шансы на успех вспыхивали в голове. Если у Аарона была остановка сердца, ему нужен был дефибриллятор. Мои старания его не вернут!

Слезы капали с моего подбородка, давила на его грудь. Я не потеряю его. Я не допущу это. Нам нужен был наш супергерой-пиромаг, который собрал всех нас, сделал нас семьей. Мы нуждались в нем!

Руки дрожали от усталости. Раздался хлопок, одно из его ребер треснуло. Паника пронзила меня. Это было нормой? Такое случалось? Почему я не была внимательнее на уроке!

Пятнадцать. Шестнадцать. Макико кричала имя Кая. Семнадцать. Восемнадцать. Она пыталась привести его в чувство. Девятнадцать. Двадцать. Он был во власти силы убийцы, и…

Убийца.

Она была неподалеку. Она была одной из фигур в плащах.

Я убрала руки с груди Аарона, зная, что время истекало. Я вытащила пистолет Джастина из кобуры, повернулась на коленях и открыла огонь по трем фигурам, глядящим на бой Кая и Макико.

Выстрелы оглушали, эхо отражалось от стен. Две из трех фигур бросились в стороны, третья направила на меня руку.

— Ori… — закричал он.

Я нажала на спусковой крючок еще два раза.

В этот раз я не дрожала от удара током. Кровь полетела от груди мужчины, он рухнул на спину.

— Кай! — закричала Макико.

Я повернулась. Кай несся ко мне, грязь была на его черной одежде. Но я знала, что он снова был собой, боль и ужас на его лице были такими ужасными, что мое сердце разбивалось.

Он упал на колени, прижал ладони к груди Аарона и ударил током. Тело Аарона подпрыгнуло.

— Аарон! — заорал Кай, голос обрывался. — Ну же!

Он послал еще удар током в друга, и тело Аарона содрогнулось. Он резко вдохнул и закашлялся с хрипом.

— Боже, — прошептала я. — Он…

Воздух в резервуаре странно двигался.

Порыв ветра ударил по мне и Каю. Он отбросил меня, и я врезалась в длинный деревянный алтарь. Подсвечник упал на мою голову, и я обмякла, мышцы свело.

Кай упал на алтарь рядом со мной, вытащил два сюрикена. Он метнул их.

Они пронеслись по воздуху по бокам от Макико, пока она шагала к нам, на лице пропали эмоции, ее стальные веера тянулись к нам. Она махнула ими, сдула клинки Кая.

Он взмахнул рукой. Электричество ударило по летящим звездочкам, пронеслось между ними и задело Макико посередине. Она завизжала и упала на колени.

Кай бросился. Пять широких шагов донесли его до нее, и она опустила веер, а он сжал ее пояс. Один из ее вееров отлетел, они упали на пол.

С пистолетом в руке я потянулась другой рукой к бедру, адреналин притуплял боль в руке. Пальцы нашли холодную сферу, и пока Кай бился с Макико, пытаясь придавить опасного аэромага, я бросила предпоследнюю бомбу в пустой центр круга призыва.

Она разбилась, выпуская ослепительную вспышку и грохот громче пистолета. Две фигуры в плащах вздрогнули, и я разбила последнюю стеклянную сферу в паре футов оттуда.

Дым поднялся от осколков, окутывая нас туманом.

Я закашлялась от перечного запаха, пока шла среди тумана, надеясь, что менталисту нужно было видеть жертву. Она была близко к нам у отеля Блейка. Если она не могла нас видеть, может, она не могла управлять нами.

Тени Кая и Макико появились, и они не боролись. Они оба склонились над Аароном. Я подвинулась к ним, Кай поднял голову с ужасной болью на лице.

— Он дышит, — прошептал он. — Но ему нужен немедленно целитель.

Я подползла к Каю и коснулась щеки Аарона. Его веки трепетали, но не открылись.

— Нужно уходить отсюда, — прошептала я, пока дым развевался вокруг нас, закрывая все. — Как нам пройти мимо менталиста?

— Не знаю, — прохрипел Кай. — Если она схватит меня снова… я не могу бороться. Я даже не понимаю, что делаю, пока ее контроль не пропадает.

Макико кивнула, сжав губы до побеления.

Где-то за дымовой завесой слышалось шуршание и шепот. Я услышала слова «пробитое легкое», поняла, что враги решили проверить мифика, которого я подстрелила.

Я вдохнула.

— Сколько ей нужно, чтобы переключиться с одного человека на другого?

— Двадцать секунд, — ответил Кай. — Плюс-минус пять. Столько прошло, чтобы она заставила Макико напасть на нас после того, как потеряла контроль надо мной.

Я сжала кулаки.

— Ты сможешь отнести Аарона к выходу за двадцать секунд? Как только ты пропадешь из виду, ты будешь в безопасности.

— Возможно, но придется бежать мимо них. Если она завладеет мной…

— Если она завладеет кем-то из вас, — прошептала я, нажимая кнопку на пистолете, — это будет катастрофой. Но если она потратит силы на меня…

Магазин выпал из пистолета в мою ладонь. Я передала его Каю, а потом повернула пистолет и вытащила из карабина последнюю пулю.

— …то ей не хватит времени, чтобы захватить вас обоих.

Кай покачал головой, сжимая магазин.

— Но тогда ты…

— Я побегу за вами, как только она отпустит меня, — перебила я. — И она не успеет снова захватить меня. Выйдет только так, — я вскочила на ноги с разряженным пистолетом. — Хватай Аарона. Сделаем это!

Кай с белым лицом убрал магазин в карман и взвалил Аарона на плечо. Я кивнула ему, не давая себе проявлять ужас, а потом повернулась к тающему туману и двум членам культа за ним.

С пистолетом в обеих руках я выбежала из дыма. Алые огни высоко на колоннах озаряли серебро круга призыва между мной и убийцей с Магнусом Дуксом рядом с ней.

Крича, как банши, я бросилась на них. Я смотрела на капюшон женщины, она повернулась ко мне, и тусклый свет озарил нижнюю часть ее лица, озаряя ту же улыбку, которую я видела, когда она заставила Кая поцеловать меня, а потом ударить током.

Ей было мало управлять людьми. Она хотела вырывать их сердца.

Я направила пистолет на ее грудь.

Мои шаги замедлились, я остановилась. Адреналин горел в крови, но страх стал далеким шипением в голове. Я повернулась, увидела несущегося мимо Кая с Аароном на плече, и Макико за ним. Я подняла пистолет, следуя за Каем, нажала на спусковой крючок.

Щелк, щелк, шелк.

От пустого звука менталист зло зашипела, и ужас наполнил мою голову. Я пришла в себя, а менталист повернулась к Каю и Макико.

Я повернулась и побежала за остальными, быстро перебирая ногами. Если мы выберемся отсюда в лес, у нас будет шанс. По лестнице, по кладбищу, в машину…

Вспыхнул алый свет.

Красная сила пронеслась мимо нас и ударилась об землю перед грубым дверным проемом резервуара. Свет поднялся, принял облик в семь футов высотой. Демон был с худыми конечностями, но кожа была как пластины брони.

Кай затормозил, пытаясь остановиться, Макико прыгнула вперед и направила ладонь на демона. Его сияющие глаза вспыхнули, он взмахнул длинной рукой.

Воздух загудел, и легкая Макико отлетела. Она рухнула и сжалась в комок от боли, обвив руками ребра.

Демон взмахнул другой рукой, и Кай смог лишь повернуться, чтобы удар пришелся по его боку, а не пиромагу, которого он нес. Он упал, едва удержал голову Аарона, чтобы тот не стукнулся об бетон.

Я была между ним и членами культа и ничего не могла поделать. У меня не было магии в поясе, не было пуль. Остался только амулет Валъира, но я была слишком далеко, чтобы использовать его на демоне.

Убийца прижала ноготь к улыбающейся нижней губе.

— Нужен лишь один для допроса, — отметила она низким голосом. — Кого предпочтете?

— Мисс Доусон подойдет, — ответил Магнус Дукс.

Ее улыбка стала шире.

Демон поднял руку, когти в два дюйма длиной появились, и он нацелился на Кая. Я побежала к ним, хоть была слишком далеко. Хоть у меня не было магии. Хоть я не могла ничего сделать.

Алая вспышка, круг с рунами появился вокруг руки демона. Он дернулся, рука не двигалась в этом круге.

Еще кольцо вспыхнуло вокруг другой руки. Третье обвило пояс демона. Он дергался, но был прикован к месту.

— Что… — начал Магнус Дукс.

Алый свет вспыхнул за демоном, и его грудь пробило с брызгами темной крови.

Кольцо алых шипов торчало из тела существа. Еще одна вспышка, и копье сильнее пробило грудь демона, разрывая его. Чары, удерживающие его, растаяли, и демон упал, как марионетка с обрезанными нитями.

На пороге за упавшим демоном, с алой магией на протянутой руке и сиянием силы в левом глазу, стоял Эзра.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Эзра.

Эзра был тут.

Эзра убил демона одной атакой, а я могла лишь смотреть.

Он опустил руку и миновал дверной проем. Он был в боевом снаряжении, с перчатками со стальными вставками, но без оружия.

Он посмотрел на Кая и Аарона, а потом на меня. Радость и ужас боролись за власть в моей голове с такой силой, что голова кружилась, или так было, потому что я забыла, как дышать.

Мы решили не говорить Эзре, куда отправились, потому что было бы слишком больно сталкиваться с культом, который испортил его жизнь, погубил его родителей и обрек его на раннюю смерть. Мы думали, что он не справится… но он был тут, и его лицо было спокойной и зловеще без эмоциональной маской — только левый глаз пылал.

И я не знала, было ли это хорошо.

— Так, — выдохнул Магнус Дукс. — Так-так-так.

Радость в голосе мужчины вызывала тревогу.

Эзра повернулся к двум членам культа.

Магнус Дукс раскинул руки, словно хотел обнять Эзру, хотя их разделяли сорок футов, его плащ трепетал.

— Давно не виделись, Энеас. Ты вырос из талантливого мальчика в сильного мужчину.

На миг выражение лица Эзры не изменилось. А потом он улыбнулся, и такой холодной улыбки я еще не видела. Десять лет презрения сделали ее ледяной.

— Ксевер. Если бы я знал, что ты выжил…

Я поежилась. В голосе Эзры было столько же ненависти, сколько и в улыбке.

Магнус Дукс убрал капюшон. Ткань собралась на его плечах, алый свет колонн озарил лицо мужчины под пятьдесят с каштановыми волосами и квадратной челюстью. Его лицо было сложно запомнить, кроме уродливого шрама от подбородка до нижней губы, искажавшего его рот.

— Такой спокойный, Энеас. Твой контроль на высоте, как всегда.

— Ты так думаешь?

Ксевер приподнял брови.

— Хочешь сказать, что твой контроль хуже?

— Интересный вопрос, — Эзра прошел мимо Аарона и Кая медленно и уверенно. Алый свет пополз по его левому плечу и щеке. — Если мы с демоном хотим одного, кто из нас у власти?

Смятение проступило на лице Ксевера.

Красный свет стал рогами над его левым виском. Эзра поднял левую руку, целясь в Ксевера.

— Если мы оба хотим убить тебя, важен ли контроль?

Пентаграмма вспыхнула вокруг его запястья, руны загорелись внутри и рядом.

— Зантэ! — рявкнул Ксевер, не сводя взгляда с Эзры. — Захвати его!

— Я сделала это!

Сила пылала на руке Эзры. Алый свет задевал его карий, человеческий глаз.

— Чей разум ты захватила? — спросил он, голос стал ниже, слова звучали с акцентом. — Не мой.

Глаза Ксевера расширились.

Магия пульсировала у ладони Эзры, и он взмахнул рукой и направил ее на менталиста. Залп вылетел из руки.

Она отскочила, но недостаточно быстро. Ее крик звучал миг, а потом магия ударила по стене, и грохот камня заглушил ее.

Ксевер был на ногах, но убийца была кучей в алом плаще, не шевелилась. Он взглянул на нее, а потом повернулся к демоническому магу.

— Интересно, Энеас, — спокойно отметил он. — Я наблюдал за тобой месяцами, ждал, что ты поддашься безумию. Прошло уже десять лет, — алое сияние озарило его грудь, сияло сквозь одежду. — Но я не думал, что ты нашел способ избежать этого. Проверим твой новый подход против нашего старого друга?

Алый свет полился от его груди. Он ударил об пол между Магнусом Дуксом и демоническим магом, поднялся.

Свет стал демоном в шесть с половиной футов высотой, раскрыл большие крылья. Его черные волосы были стянуты сзади, открывая лицо с острыми чертами. Если не считать алые глаза и рога над висками, этот демон напоминал человека больше всех, кроме демона Робин.

Алый свет змеился по руками Эзры, сила пылала в его глазах.

— Наживер, — прорычал он. — Vulanā vh’reniredh’thē īn Ahlēavah, karkis dahganul.

Демон оскалился, улыбаясь в ответ, а я смотрела на алый свет вместо карего глаза Эзры. У власти был Этерран, Эзра не сопротивлялся.

Демон — видимо, Наживер — и демонический маг смотрели друг на друга, не двигаясь. Красная сила трещала на ладонях Наживера и поднималась по рукам. Мой ужас усилился вдесятеро. Это был не демонический маг против демона с контрактом. Это был демонический маг против демона с магией.

Они бросились друг к другу.

Красные когти выросли из их пальцев, они врезались. Этерран избегал когтей демона, которые могли ужасно навредить телу человека. Магия вспыхнула. Они отскочили друг от друга, алая сила взорвалась.

Между ними появилась брешь. Круги вспыхнули на их руках, демоны призывали разные чары. Вспыхивал свет, грохотала магия.

Крошка сыпалась с потолка, я отпрянула от опасной зоны. Кай и Макико у двери поднимали Аарона, закинув руки мага на плечи.

Этерран широко раздвинул руки, дюжина чар появилась на полу вокруг Наживера. Демон раскрыл крылья и взлетел, указывая на пол. Его магия ударила, чары Этеррана взорвались, и когда две силы столкнулись, взрыв еще сильнее сотряс комнату.

Я подвинулась за колонну, куски бетона летели мимо как пули размером с кулак. Алтарь разбился, кафедра рухнула.

Деревянная шкатулка на кафедре упала на пол, крышка открылась. Внутри была блестящая черная обложка большой книги, отражающая алое сияние магии демонов.

— Я разочарован, Энеас, — раздался в тишине голос Ксевера. — Твой демон умелый, да. Он, похоже, наравне с Наживером. Но давать ему биться за тебя… Ты десять лет выживал, а теперь так легко отдаешь разум?

— Отдаю разум? Не помню, чтобы я это делал.

Я выглянула из-за колонны и застыла в смятении. Это был голос Эзры.

Он протянул руку, сила пылала на ладони.

— Я сказал тебе, Ксевер. Мы с Этерраном хотим одного.

Руны вспыхнули на его ладони и вокруг нее. Красная сила полетела из его ладони, и он сжал пальцы, сияние стало тверже, превратилось в фантомный клинок с формой давно уничтоженного короткого меча Эзры с древком в фут длиной. Он вытянул другую руку, и с еще одной вспышкой света второй клинок из алой силы появился в его руке.

Я затаила дыхание с потрясением. Так же, как демон создавал призрачные когти, чтобы рвать врагов, Этерран создал фантомные мечи — и Эзра, который бился с помехой так долго без своего оружия, получил знакомые клинки.

Оба глаза сияли демонической силой, он вытянул руки. Он вдохнул, плечи двигались, Наживер сжал когти, готовый биться дальше.

Эзра махнул клинками по сторонам, скрестил их перед своим телом. Воздух вылетел от него, Наживер поднял руки, чтобы закрыть голову и грудь.

Кровь полилась из предплечий демона, две раны в форме Х были глубоко в его плоти.

Эзра бросился к демону. Наживер опустил руки и ударил, меч Эзры дрогнул, и ветер врезался в демона. Алые руны тянулись по другой руке Эзры, он вытянул клинок. Вспышка демонической силы отбросила Наживера.

Эзра использовал магию воздуха и демоническую одновременно. Он и Этерран бились вместе. Не Эзра давал силу Этеррану. Их разумы не переключались.

Они делились магией в одном теле.

Он бросился к Наживеру, сверкая клинками. Я выбралась из-за колонны. Свет мерцал, потолок дрожал, обломки сыпались. С оглушительным треском бетонный пол раскололся. Пыль поднялась в воздух, закрывая от меня бьющихся демона и демонического мага.

Игнорируя пыль, я двигалась к разбитой кафедре. Я схватила гримуар из шкатулки, расстегнула наполовину куртку и сунула книгу туда. Я застегнула куртку до горла, закрыла шкатулку и толкнула ее в обломки, где Ксевер не заметил бы ее сразу.

Пол дрожал.

Эзра пронесся мимо когтей Наживера, мечи кружились. Клинки воздуха задели демона, кровь брызнула. Красная сила вылетела из его запястья, один из коротких мечей устремился вперед.

Эзра вонзил его в живот Наживера. Клинок пульсировал и взорвался.

Наживер отшатнулся, кровь лилась по животу. Второй меч таял, Эзра ударил обеими ладонями по груди демона, воздух загудел. Порыв ветра отбросил демона на двадцать футов, врезался в бетонную стену с силой.

Оглушенный и истекающий кровью демон обмяк у стены, Эзра повернулся к Магнусу Дуксу. Я посмотрела на лидера культа, но заметила, что тело менталиста пропало с места, где она упала.

— Я все-таки впечатлен, Энеас.

Я посмотрела на Ксевера, увидела его улыбку даже в другом конце комнаты.

— Я знал, когда увидел тебя еще ребенком, что ты был одарен.

Впервые спокойная маска Эзры дрогнула. Он оскалился, ненависть исказила лицо.

— Больший успех, чем другие твои эксперименты, Ксевер, — Зантэ вышла из дымки пыли, подошла к товарищу по культу. Ее капюшон опустился, открывая черные волосы и насмешливую улыбку. Если атака Эзры ранила ее, это не было видно. — Если бы в Энрайте все пошло иначе, он был бы отличным дополнением.

Эзра зарычал, звук был больше демоническим, чем человеческим.

Ксевер потер бритую челюсть.

— Он даже больший успех, чем мы думали. Я хочу узнать, что делает его и его демона особенным.

— Если только можно было поблагодарить его родителей за то, что отдали его тебе, — проурчала Зантэ. — Но ты должен благодарить меня. Я нашла много милых игрушек для твоих экспериментов. Как милая маленькая Лекси, первая девушка среди демонических магов.

Ксевер посмотрел на Эзру.

— Поражение, как и ожидалось.

Эзра бросился к ним. Магия пылала на его руках, мерцала на спине, становясь крыльями и хвостом. Сила мерцала в нем, извивалась.

Он терял контроль.

— Хоши! — заорала я. — Хоши!

Она появилась рядом со мной, хвост дрожал от страха, лапки сжали мой рукав.

Эзра напал на членов культа, Наживер напал с его слепой стороны. Эзра развернулся на ноге, направил кулак в ждущую ладонь демона. Порыв ветра оттолкнул Наживера на шаг.

За Эзрой Ксевер задрал рукав. Серебряные браслеты были на предплечье, он протянул руку к Эзре.

— Хоши, мне нужно отвлечение! — выпалила я.

Ее зеленый страх кружил в моей голове, но там была и синяя решимость. Сильфида поднялась в воздух. Ее хвост ударил, и все кристаллы на ее маленьком теле — на антеннах, в центре лба, на конце хвоста и глаза — засияли яростным розовым светом.

Наживер ударил кулаком по груди Эзры, отбросил его.

— Ori nov… — начал Ксевер.

Хоши раскрыла свои крылья, и вихрь появился в резервуаре.

Воющий ветер поднимал все обломки, бросал их в стороны. Пыль сделала вихрь коричневой, и я пригнулась, кровь пронесся мимо моей головы. Я поднялась и поспешила к выходу. Хоши свисала с моей куртки.

— Эзра! — закричала я. — Сюда!

Темный дверной проем появился в серой стене, там был силуэт. Кай протягивал ко мне руку. Я перешагнула труп демона у выхода, схватилась за его ладонь. Он не дал мне упасть, я оглянулась на жестокий вихрь.

— Эзра! — завизжала я.

Алый свет вспыхнул в тумане и торнадо, а потом появилась тень. Эзра бежал сквозь ветер, его магия отбивала обломки в воздухе. Он добрался до нас, Кай повернулся и взбежал по лестнице. Я бежала следом, Эзра — за ним.

Вверх, вверх. Свет мерцал впереди — фонарик у входа манил нас в безопасность.

Кай выбрался из скрытого прохода, и я поспешила за ним и на траву. Хоши держалась за меня. Эзра вылетел за нами и развернулся. Алый свет вспыхнул на его руке, круг света в ответ появился на кенотафе, окутал ангела и ее фальшивую корону.

Руны появились на спутанных линиях в круге, а потом чары вспыхнули. Каменный пол разбился и обвалился. Колонны упали, тяжелый потолок рухнул. Все погрузилось на лестницу под землей с жутким грохотом.

Тяжело дыша, я посмотрела на Эзру, Кая, потом на Макико, придерживающую Аарона, в другой ее руке был фонарик. Аарон стоял сам, но его лицо искажала боль.

Я без слов указал на деревья. Мы побежали вместе.

Несмотря на наши старания спешить, мы дольше, чем должны были, добирались до парковки. Мотоцикл Кая — не красный, на котором он был в Штатах, а тот, который он оставил у дома Аарона, когда Макико заставила его переехать, — стоял рядом с джипом.

И на другой стороне от машины был огромный черный джип.

Мы подошли, дверцы водителя и пассажира открылись. Двое мужчин в костюмах выбрались оттуда и поклонились.

— Миура-доно, — сказали они хором. — Ямада-доно.

— Я звонила им, — сказала Макико, хромая рядом с Каем. — Они отвезут нас к целителям моей семьи.

Помощники открыли дверцы и помогли Каю уложить Аарона. Макико забрала следом, Кай занял соседнее место. Я шагнула к открытой двери и поняла, что Эзра медлил.

Я повернулась.

— Эзра?

— Мне нужно кое-что сделать?

— Что? — мои глаза расширились. — Ты не можешь вернуться за ними. Ты…

— Не это. Другое, — он шагнул ближе. — Я возьму машину, встретимся дома.

— Но… — замолчала я, глядя на него. Видя его, настоящего.

Он снова был без демона, вены и глаза не сияли. Но что-то изменилось.

Его нежность и доброта, которые согревали меня с нашей встречи, еще были там. Это не изменилось. Но с этим был…

Огонь.

Только так можно было описать свет в его глазах. Его взгляд пылал. Казалось, Эзра все восемь месяцев, пока я его знала, отчасти спал.

А теперь я смотрела на проснувшегося Эзру.

Пока я смотрела на него, Эзра подошел ко мне, прижал ладони к моему лицу и поцеловал меня.

По-настоящему.

И огонь в нем ощущался и в поцелуе. Огонь желания обжигал внутри, я обвила руками его шею. Я прижалась к нему, целовала его в ответ со всем пылом, мой огонь встретился с его, и я будто еще не целовала его ни разу.

Жжение страсти, страха, желания, отчаяния и решимости смешалось так, что я сгорала изнутри, менялась.

А потом кто-то громко кашлянул.

Я оторвала рот от Эзры и оглянулась. Я стояла у открытой дверцы машины, и все были внутри, смотрели на нас. Даже два помощника Миуры.

Я с пылающими щеками убрала руки и отошла.

Кай склонился и бросил что-то Эзре. Аэромаг поймал ключи от машины Аарона.

— Спасибо, — Эзра спокойно мне улыбнулся, отлично скрывая эмоции. — Скоро увидимся.

— Д-да.

Я моргала, глядя, как он шел к машине Аарона, садился за руль и закрывал дверцу. Я все еще смотрела, а он выехал с парковки, скрипя шинами. Фары вспыхнули, и машина пропала.

А я все еще смотрела.

Когда Эзра говорил прошлой ночью, что был готов бороться, я не знала, что это было не просто изменение в отношении к этому. Это было куда глубже.

Я подняла пальцы к покалывающим губам. Пока что я не жаловалась.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

Как только я вошла в дом Аарона, я побежала к Эзре, хоть и была в грязной одежде. И я снова обвила его руками, поцеловала с удивительным отчаянием.

И я немного поплакала. Последние дни были тяжелыми, ясно?

Три часа прошло с того, как мы расстались на парковке у кладбища. Аарон, Кай и Макико были с целителями. Я ждала, пока им не стало лучше, а потом вызвала такси, чтобы Эзра не ждал дома один всю ночь.

Я попыталась вызвать такси, но Макико вытащила телефон из моей руки, оборвала звонок на середине предложения и сообщила, что ее водитель отвезет меня домой, глядела на меня непоколебимо, пока я не согласилась.

А потом, что еще страннее, она робко похлопала меня по плечу и прошептала что-то, похожее на «Все будет хорошо» и ушла в комнату, где целитель осматривал Кая.

Странно.

Но теперь я была дома и уже не думала о Макико.

Я отчаянно нуждалась в душе, но, отцепившись от Эзры, я сняла обувь и куртку, а потом вернулась в гостиную, где он ждал меня. Вытирая следы слез с лица, я опустилась на диван. Он сел рядом, и я прильнула к нему, потрясенно посмотрела на его лицо. Его новый огонь был не таким заметным сейчас, когда мы были в безопасности, но он был там.

— Итак… — протянула я, слабо улыбаясь. — Нам нужно обсудить многое.

Он приподнял брови.

— Сначала я хотел бы узнать, было ли тебе известно, что это был Двор Красной королевы, когда вы пришли туда. Если да…

Я скривилась.

— Я не знала все название, но мы знали, что тут была база культа…

— Культа поклонения демонам, — он помрачнел. — И вы не думали, что идти в бой с демонами без подготовки может быть ошибкой?

— Мы не думали, что там кто-то будет, но… да, — я обмякла на подушках. — Это было ошибкой. Мы спешили. Хотели проверить место и уйти раньше, чем они поняли, что мы убили их людей в «Ключах Соломона».

Его рот раскрылся. Он быстро пришел в себя и отклонился.

— Может, стоит начать сначала.

Я прислонила голову к его плечу и описала события последних нескольких дней от расследования в Энрайте до круга в Портлэнде, поездки в Солт-Лейк-Сити, где мы попали в ловушку гильдии «Ключей». Когда я добралась до части, где Дэниел бросил меня на стол, чтобы допросить, Эзра погладил мою щеку.

Я поняла, что по лицу лились слезы.

— Что такое? — прошептал он.

Я сунула руку в мешочек на поясе, оставшемся на моих бедрах. Цепочка звякнула, я вытащила амулет Валъира.

Левый глаз Эзры засиял.

— Рассел схватил его, — прошептала я, глядя на металлический диск. — Его демон захватил власть и стал вырываться из Рассела. И… и он… — я сжала крепко медальон до боли. — Он убил их обоих. Рассела и его демона.

Эзра резко вдохнул.

— Он не порвал магию, которая удерживает демона в человеке. Когда демон попытался вырваться, тело Рассела… разорвало. Демон не мог вырваться, и он умер, когда Рассел умер.

Пальцы немели, и я бросила амулет на кофейный столик. Он отскочил и проехал по паркету.

— Бесполезный, — всхлипнула я. — Он хорошо работает на простых контрактах демонов. Я была уверена… так на него надеялась, но это убьет тебя, а не спасет, и…

Эзра поймал мои ладони своими теплыми руками.

— Но ты искала что-то еще. Ты искала гримуар.

Я кивнула, шмыгнув. Убрав ладони из его рук, я встала с дивана и прошла к входной двери. Сняв куртку, я оставила гримуар на полке. Я отнесла его к Эзре и опустила на его колени.

Он смотрел на эмблему на черной кожаной обложке.

— Что это значит? — спросила я, сев на диван рядом с ним. — Символ.

Он обвел круг одним пальцем.

— Двор, — он коснулся короны. — Красная королева, правящая в нем.

— Их королева — это их «богиня»?

Он кивнул.

— Ты замечала, что все демоны — мужчины?

Я моргнула и пожала плечами.

— Наверное, но не придавала этому значения.

— Они все мужчины, потому что только их можно призвать. Женщин не принести в этот мир. Культ говорит, что это из-за того, что мужчины-демоны — слуги одной Богини, создавшей магию, и она отправляет слуг помогать и защищать ее последователей в этом мире.

Его рот невесело изогнулся.

— Этерран говорит, женщин не вызывают, потому что они уничтожат тех, кто их призвал, с контрактом или без.

— Хм, — я сглотнула. — Кстати об Этерране… твой боевой стиль изменился.

Веселье смягчило его улыбку.

— Мы договорились. Это было интересно. Мы должны продержаться еще немного, раз не воюем теперь друг с другом.

Я ощутила страх от его угасающего времени, посмотрела на гримуар. Он провел большим пальцем по краю обложки, а потом глубоко вдохнул. Он задержал дыхание и открыл книгу.

Я прищурилась.

— Это… на латыни?

— Многие заклинания на латыни или другом древнем языке, — он листал страницы, полные латыни и завитков. — Я помню такую книгу во время ритуала.

Я склонилась ближе, он листал том. Стены текста сменялись рисунками заклинаний и кругов Арканы. Демонические руны отмечали другие страницы. Он листал, появились иллюстрации людей, их тела были отмечены, будто в учебнике по медицины.

Он остановился на иллюстрации лица, рот мужчины был открыт, и было видно длинные клыки. Его глаза были жуткими — белок был черным, а зрачок — белым.

— Это вампир, — пробормотал Эзра. — Почему тут рисунок вампира?

Я еще не видела вампира лично. Судя по рисунку, и не хотела.

Эзра открыл подробный рисунок жуткого глаза вампира, замер и рассмотрел его, а потом продолжил. Больше диаграмм. Еще рисунок человека, там были отметки на латыни. Он открыл следующую страницу и замер снова.

Рисунок волка. Но если в книге был вампир, это был не простой волк.

— Оборотень, — прошептал Эзра.

Я уже тянулась в карман. Я вытащила телефон, порылась в галерее фотографии, направляясь к декабрю.

На экране появилась фотография. Я сделала ее в день, когда Эзра и я — и Этерран, если по-честному — помешали ученику-алхимику Брайану похитить Син, укушенную мутантом-оборотнем. Мы вернулись на следующий день для зачистки, улик и отчета для МП.

Я успела сфотографировать квадрат бумаги рядом со стальным ящиком с пенопластом, где были выемки для флаконов или пробирок. Мы отдали все улики МП, но я сделала фото заранее.

Четкий почерк выделялся на белой бумаге.

Брайан,

Прошу, прими последнюю поставку. Я надеюсь получить завершенный образец к концу месяца.

Искренне твой,

— Кс.

— Подписано «Кс», — прохрипела я. — И тот металлический кейс… а если там была…

Эзра напрягся рядом со мной.

— Демоническая кровь. Там была демоническая кровь, проводник демонической силы по словам культа.

Я посмотрела на фото, а потом на гримуар.

— И вампиры, — сказал он. — Они стали активнее в прошлом ноябре. Дрю говорил об особо сильных вампирах.

Я сглотнула и указала на книгу.

— Продолжай.

Он листал страницы. Больше диаграмм. Рисунки странных существ, не демонов, а… чудищ, смутно похожих на животных. Он листал. Теперь мы добрались до части заклинаний инфернуса, а потом…

Я указала на страницу, на которой он остановился.

— Похоже на голема.

Мой голос был спокойным, но внутри я вопила: «Голем!» — снова и снова, как безумная.

— Голем, — согласился он, глядя на великана из стали, нарисованного в деталях.

— Жидкость из големов Варвары, — я снова звучала спокойнее, чем ощущала себя. — Аарон сказал, что она пахла как жженая кровь.

Я посмотрела в глаза Эзры, и мы сказали хором:

— Кровь демона.

Я сглотнула от панического звона в ушах.

— Эзра, кто этот Ксевер?

— Он — лидер культа, призыватель, создавший всех демонических магов в Энрайте. Его демон, Наживер, очень сильны, почти не скован контрактом. Когда я бы подростком, Ксевер использовал Наживера как образец верного сервуса и заявлял, что все демоны могли так нам служить, если наша вера сильна.

Он стиснул зубы.

— Наживер убил Лекси, когда она потеряла контроль.

Я потирала его плечо, сочувствие смягчило напряжение моей челюсти, пока я ждала, что он подавит вспышку старого горя.

— Ксевер не жил в Энрайте. Он прибывал через каждую пару месяцев, но, хоть он редко бывал там, все слепо служили ему. Он был таким… собранным и проницательным, он казался мне всезнающим, — уголки его губ опустились. — Я больше знаю Зантэ. И увидеть ее этой ночью было большим шоком, чем увидеть Ксевера.

— Постой. Ты знаешь убийцу?

— Убийцу? — он моргнул. — Зантэ — убийца-менталист, которую ты описывала?

Во рту пересохло.

— Откуда ты ее знаешь?

— Она — Магна Дуцисса — ранг лишь немного ниже, чем Магнус Дукс. Она проводила в Энрайте больше времени, чем Ксевер. Пару дней каждый месяц, помогала новеньким устроится, работала с демоническими магами.

Я смотрела на холодную горечь в его глазах.

— Ты пытался убить ее первой.

— Ксевер сделал меня демоническим магом, но это она убедила моих родителей, что я должен стать защитником.

Холод проник глубоко в меня. Менталист со способностью заставлять жертв делать то, что она хотела… Она использовала эту силу на членах культа без их ведома? Ее контроль не длился долго, но могла ли она как-то еще использовать свою способность?

Она заставила Эзру и его родителей принять догму культа?

— Все это время, — пробормотала я, — Энрайт был просто экспериментом по созданию идеального демонического мага? Эксперименты на живых людях? Как Брайан экспериментировал с оборотнями?

— Ксевер, Зантэ и культ помогли создать тех зачарованных големов. Они могли сделать что-то с вампирами, если Дрю был прав насчет неожиданного роста их силы.

Я сжала колени ладонями.

— Эзра, Двор Красной королевы большой?

— Не знаю, — он смотрел на иллюстрацию голема, и во второй раз алый блеск появился в левом глазу. — Но то, что делают Ксевер и Зантэ… нам нужно узнать, для чего им големы, оборотни, вампиры и демонические маги.

Я потянулась через него, закрыла гримуар и пылко сказала:

— Но перед тем, как делать что-то с ними или Двором, нужно спасти тебя, — я заметила красный блеск в бледном глазу и добавила. — И Этеррана, наверное.

Слабая ухмылка не в стиле Эзры изогнула его губы, а потом выражение лица разгладилось.

Я потерла потные ладони об кожаные штаны, но это только размазало влагу. Фу.

— Ты сказал, что у тебя есть зацепки.

— Да, — он опустил гримуар на мои колени и встал. — Ксевер и Зантэ уничтожили много жизней и завели много врагов. Не мы одни работаем против них.

Он схватил амулет Валъира со столика за цепочку, не задевая медальон.

— У нас есть возможные союзники прямо под носом, удивительно сильные, — он вернулся к дивану и опустил амулет на обложку гримуара. — И я знаю, как их убедить помочь нам.

Я смотрела на его улыбку, потрясенная огнем в его глазах, и спину покалывало от пыла его желания выжить. Жить.

Я пришла в себя и прищурилась, глядя на него.

— О ком ты говоришь?

Его улыбка стала шире.

— Подожди — и увидишь.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

— Не понимаю, почему это должен быть сюрприз.

— Тебе не нравится немного тайны в жизни?

— Не в этот момент.

Аарон и Эзра перепирались, а я, стоя между ними, закатила глаза, потирая замерзшие руки. Последняя ночь января была неприятно холодной, каким был и весь месяц, и я надеялась, что февраль будет мягче. Мы отчаянно нуждались в весне.

Не помогало и то, что мы стояли в роще посреди парка. В той же роще, где ведьмы «Вороны и молота» восстановили мою связь с Хоши чуть больше недели назад, в том же парке, где мы бились с Берком и его товарищами-охотниками на демонов во время одной из первых встреч с «Ключами Соломона».

Этот парк был ближе всего к нашей гильдии, так что было логично, что многие использовали его, но было все еще странно сюда возвращаться.

— Сколько еще, — я сунула руки в карманы.

— Они вот-вот будут тут, — ответил Эзра.

Я не стала уточнять, кого мы ждали. Я не знала, нравилось ли Эзре тянуть интригу, или у него был повод скрывать ответ от меня и Аарона. Может, Кай смог бы вытащить из него ответ, но электромаг снова застрял с Макико, наверстывал упущенное в криминальном мире за время, пока мы катались по западным Штатам.

Ледяной ветер пролетел среди деревьев, шурша их голыми ветками. Оранжевое сияние фонарей едва попадало на нашу скрытую поляну, и я пыталась различить силуэты среди зарослей, искала взглядом неизвестных гостей.

Прошла еще минута. Потом еще одна.

Шею покалывало. Я повела плечами, озираясь. Эзра оглянулся и повернулся к тропе, ведущей к нашему убежищу. Ветер налетел, пригибая ветви над головами, бросая мертвые листья на ноги. Я посмотрела на скрипящие ветви.

Я опустила взгляд. Мы уже не были одни.

Две женщины стояли на тропе, кутаясь в кожаные куртки. Одна была высокой, с хорошими формами, светлые волосы ниспадали спутанными волнами. Другая была худой и невысокой, с волосами длиной до плеч, которые казались черными в темноте, и очками на маленьком носике.

Робин Пейдж, единственный контрактор в гильдии, и ее кузина Амалия.

Я заморгала. Робин была таинственным союзником, которого мы ждали?

— Опаздываете, — отметил Эзра, его мягкий голос сливался с темнотой.

Робин раздраженно посмотрела на светловолосую кузину, а потом неуверенно шагнула на поляну, разглядывая осторожно меня и Аарона. Она знала, что мы будем на встрече.

— Почему мы встречаемся тут? — спросила она.

Эзра пожал плечами.

— Некоторые из нас предпочитают открытые пространства и место для маневров.

Я скрыла хмурую гримасу. Кем были эти некоторые? Потому что я была с Робин раньше в замкнутых пространствах, и это не было проблемой.

— Ясно, — она скрестила руки перед собой, выжидая. — Мы готовы слушать.

Мне стало не по себе. Почему мне казалось, что я чего-то не понимала?

Эзра указал на сумку на моем плече, и я отдала ее. Он вытащил изнутри черный блестящий гримуар.

— Робин, — сказал он, — похоже, у нас общий враг, только я знаю его как Ксевера, — он протянул гримуар Робин. — Это принадлежит ему.

Она подошла к книге, осторожно взяла ее, словно она могла стать монстром и откусить ее руки.

— Это ты хочешь обменять? — прошептала она.

— Не это, — Эзра махнул мне. — Тори?

Я уже отдала ему сумку с гримуаром, так что он мог просить только одно.

Я ощущала сомнения, но верила в него. Я сунула ладонь в задний карман и схватилась за цепочку, согретую теплом тела. Я подняла руку, талисман покачивался на цепочке.

Глаза Робин стали как блюдца, пока она следила за его движением, все ее внимание было сосредоточено на нем, будто это был ключ к вселенной.

— Амулет, — выдохнула она с потрясением. — Амулет Валъира.

— Это, — сказал Эзра, — мы хотим обменять.

Она посмотрела на него.

— И что вы хотите взамен?

— Я хочу, чтобы ты использовала этот гримуар, — он указал на книгу, — и нашла способ разорвать контракт демонического мага, связывающий меня и Этеррана, чтобы он мог покинуть мое тело.

Мое сердце остановилось, а мозг не сразу сообразил.

Я повернулась к Эзре, амулет раскачивался, свисая с кулака. Я завопила:

— Она знает?

Амалия выпятила бедро.

— Ну, да.

— С каких пор? — выпалила я.

Алый свет вспыхнул в его бледном глазе.

— Когда ты отправилась в Энрайт, — прогудел он с акцентом, — оставив меня и Эзру разбираться, что она знала об амулете.

Я отпрянула от него, Аарон шагнул в другую сторону, едва слышно ругаясь. Этерран был у власти? Вот так? Но…

Глаз сиял, он повернулся к Робин и Амалии, а они даже не вздрогнули. Они не боялись и не удивлялись. Они уже такое видели.

Что Эзра говорил Ксеверу?

«Если мы с демоном хотим одного, кто из нас у власти?».

Ого.

— Мы сделали предложение, — заявил Этерран. — Вы его примете, или мы все-таки прольем кровь друг друга, Заилас?

Стало тихо.

Я затаила дыхание, голова гудела от смятения, нервы покалывало от тревоги. Мы застыли, и даже ветер утих. Едва слышный звук донесся до меня из темноты.

Тихий хриплый смех.

Я развернулась, сердце колотилось. Я разглядывала тьму, но видела только силуэты деревьев и кустов.

— Сбежать из темницы-hh’ainun… — зазвучал в темноте голос с акцентом, — не значит сбежать из мира hh’ainun, Этерран.

Я повернула голову, вгляделась.

Среди веток сияли глаза цвета магмы. Темный силуэт спрыгнул с высоких веток, приземлился с тихим стуком передо мной. Его узкий хвост ударил по земле, демон выпрямился, глядя на меня сияющими глазами.

Я не так давно успела рассмотреть эти демонические глаза. Его подтянутое тело, похожее на человека, нервировало, и что-то в нем казалось странным. Все демоны пугали, но этот вызывал другую тревогу.

Глядя в его глаза, я понимала, почему от него было не по себе — потому что на меня смотрели демонические глаза, горящие хитрым умом и яростью.

Этот демон не был бездумной куклой.

Его губы изогнулись, показали острые клыки. Ужас пронзил меня, и я быстро попятилась. Демон шагал за мной, крадучись, изящнее любого демона с контрактом.

Моя спина врезалась в теплое тело. Эзра. Его запах наполнил мой нос, он прижал ладонь к моей талии.

— Тори, Аарон, — сказал он, — это Заилас.

Демон улыбнулся шире, хвост ударил по земле. Я дрожала, инстинкт кричал бежать от хищника, стоящего почти на моих носках.

Где-то слева в тишине раздался тихий женский вздох.

— Заилас, можно хоть попробовать не пугать ее?

От ее сердитого вопроса, демон отодвинулся на полшага, и я пару раз слабо вдохнула.

— Так не весело, — тихо прорычал он. — Когда можно будет пугать hh’ainun, а? Никогда.

— Тебе хотя бы не нужно притворяться, что ты порабощен, — парировала Робин.

Еще удар хвостом с шипом.

Притворяться? Она сказала, что он притворялся, что его подавил контракт? Все те разы, когда я видела его вне инфернуса, его взгляд был пустым, а движения — деревянными. Он притворялся?

Я вдохнула, подавляя волну головокружения.

— Ну? — голос Эзры зазвучал за мной, но акцент показывал, что я прислонялась к Этеррану, а не Эзре. — Ты принимаешь обмен, Заилас?

Демон прищурился. Робин прошла к нему, прижимая гримуар к груди. Он взглянул на нее, а потом сосредоточился на Эзре.

— При одном условии, Дират.

— Каком?

— Когда освободишься, ты не навредишь мне или моей hh’ainun.

Эзра — или Этерран — отодвинул меня, чтобы я уже не была между ним и Заиласом. Он протянул левую руку, глядя на демона, и алые вены потянулись по его ладони и запястью.

Заилас поднял левую руку, такая же магия обвила ладонь демона.

Они прижали ладони, пальцы соединились. Одна ладонь была смуглой и человеческой, другая — цвета красноватой ириски с темными когтями на пальцах. Алая магия шипела, соединяясь, и воздух вокруг них похолодел, был напряженным от убийственной силы.

— Enpedēra dīn nā, - сказал Заилас, слова текли плавно, будто он напевал.

— Enpedēra dīn nā, - ответил Этерран.

Алый свет вспыхнул и угас, и демон с демоническим магом опустили ладони.

Отлично. Просто чудесно. Демон Робин не только мог ходить и говорить сам, но еще и управлял своей магией. Я посмотрела на нее, а потом на Заиласа. Я не знала, чего хотела больше: потребовать ответы истерическим воплем или бежать с криками в другую сторону.

С одной стороны Аарон стоял в двух шагах от Амалии. Они смотрели на нас — Амалия нетерпеливо приподняла брови, на лице Аарона смешались потрясение и мрачная решимость. Я знала, что он чувствовал. Когда я шла в парк, я была уверена, что, какими бы ни были «союзники», я смогу с ними справиться, но теперь я ощущала себя не в своей тарелке, и я будто плыла в Марианской впадине.

Я застыла, глаза цвета магмы повернулись ко мне. Заилас протянул руку, ладонь повернулась, он ждал.

— Отдай это мне, hh’ainun.

Я поняла, что сжимала амулет у груди, медальон был скрыт под моими ладонями. Я дико вдохнула и посмотрела с вопросом на Эзру.

Бледный левый глаз тускло сиял красным, но заговорил человек:

— Все хорошо. Можешь отдать это ему.

— Но он…

— Это его, Тори, — он взглянул на демона. — Zylas et Vh’alyir, король Двенадцатого дома. Амулет Валъира — его.

Я посмотрела на Робин. Поэтому она его искала? Так она получила идеальный рисунок обеих сторон?

Сжимая гримуар культа в руках, она кивнула, ободряюще улыбаясь. Робкая девушка, которую я впервые встретила, которая вздрагивала и в каждой фразе запиналась, пропала, пока она ждала рядом с ее опасным и, насколько я поняла, абсолютно неуправляемым демоном.

Хоть я боялась, надежда загорелась в сердце, такая хрупкая после того, сколько мы падали и ошибались, но яркая. Я посмотрела на демона, выпрямила спину и отодвинула ладони от груди.

Медальон с тем же символом в центре, что и на броне Заиласа, покачивался плавно на цепочке, когда я вытянула руку.

Алые глаза смотрели на меня, демон радостно улыбнулся. Он одновременно напоминал человека, но оставался хищным, как мог только демон. Он как-то стал нашим союзником? Это опасное существо и его контрактор были единственной надеждой Эзры? Мы могли довериться им?

У меня не было ответов, и это не имело значения. Это была жизнь Эзры, его судьба и его решение. Сделка была заключена…

Заилас забрал цепочку амулета из моих пальцев.

…и обратного пути не было.

Content

Аннетт Мари
Утерянные талисманы и текила
(Кодекс гильдии: Очарованные — 7)

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ГЛАВА ВТОРАЯ

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ