Эванс Диана

Право истинной пары (СИ)

Право истинной пары

Диана Эванс

Пролог

Двое мужчин стояли около каменного забора, смотря на отдаленный загородный дом. Солнце светило так сильно, отчего Тигран прищурился, дабы заметить детали, просчитать ходы и оценить всю ситуацию в целом.

Он повернулся к своему собеседнику:

— А если они поймут, что я не тот, за кого себя выдаю? Посчитают меня чужим?

— Насколько чужим может быть человек, являющийся частью собственной семьи? — оценивающе смотря на парня, ответил мужчина постарше. — Тигран, ты часть этой семьи, этого дома и их власти. Никто не узнает о том, кем ты на самом деле являешься, хорошо?

Парень кивнул и поджал губы. Он направился по тропинке вдоль забора, оставляя все свое прошлое позади, чтобы начать жизнь, которая ему не принадлежит. Заменить самого родного и в тоже время самого незнакомого человека в этом мире. Странно, правда?

Он думал о том, как же ему провернуть такой масштабный обман среди своей собственной семьи. Его семьи, которую он оставил не по своей воле около двадцати лет назад.

Взгляд его посерьезнел, а ощутив кольцо на своем безымянном пальце, дотронулся до него другой рукой, как бы привыкая к нему, ведь теперь это кольцо часть его, хоть и на время. На долгое время, которое ему понадобиться, чтобы отомстить за всю ту боль, которая была причинена ему столько лет назад.

Он продолжил идти, но теперь шагал он куда быстрее. Дойдя до огромных железных ворот, он приложил кольцо к механизму возле стены, чтобы открыть ворота. Через секунду они распахнулись перед ним, он глубже вдохнув воздух и расстегнув единственную пуговицу на своем пиджаке, сделал шаг вперед, озираясь по сторонам.

Его мучила мысль о том, что в этот миг все могут узнать о его тайне. Каменная тропинка вела его прямо к дому, что простирался по всему участку, огороженному забором. Деревья, украшенные белыми камнями, кустарники, что росли вдоль тропы, все это привлекало его внимание. Он не мог себе представить, что теперь именно здесь он и будет проживать. Все эти предметы роскоши: несколько машин, стоявшие неподалеку, дом, двухэтажный и отделанный дорогими украшениями — все это было чуждо ему.

Он оглядывался каждый раз, когда хотел сбежать. Но взяв всю свою волю в кулак, он приблизился к дому.

Девушка, сидевшая возле окна на втором этаже, направила свой взор в его сторону, приоткрыв рот и будто любуясь им. Она ожидала чуда. Мужа, который начнет ее любить, но присматриваясь, она все больше убеждалась, что ничего не изменилось. Все тот же человек, который совсем недавно находился рядом с ней. Такой холодный, черствый и непостижимый.

Парень стоял возле входной двери и думал:

«Моя тайна — это моя дорога в будущее». И никто не сможет помешать мне в осуществлении моего плана. Никто не узнает о том, что я не тот человек, за кого себя выдаю.

Глава 1

Около двадцати лет назад

Тигран, будучи восьмилетним мальчиком, ехал вместе с отцом по дороге, усыпанной солнечным светом. Полоса деревьев с двух сторон обрамляли дорогу. Машину отец мальчика вел очень аккуратно, плавными движениями крутя руль то в одну, то в другую сторону.

На одном из поворотов, встречная машина начала обгонять, а автомобиль, в котором сидели мужчина и мальчик резко повернул в противоположную сторону, чтобы не врезаться в нерадивого водителя, который так необдуманно поступил и чуть не врезался в них.

— Ааа, — крикнул Тигран, которого бросило то в одну, то в другую сторону.

— Тигран? — удивленно спросил отец мальчика, оборачиваясь назад. — Ты что здесь делаешь?

— Отец, прошу, не говори, что я с тобой. Не хочу домой, там скучно! — начал молить мальчик, когда мужчина взял в руки мобильный телефон.

— Я же говорил вчера вечером, что еду по делам. Ты не должен был садиться в машину без моего разрешения. Почему ты это сделал?

Мальчик беззвучно сидел на заднем сиденье.

— Тигран, ответь. Я уже начинаю злиться.

— Я увидел кое — что, — тихо ответил мальчик.

— Сынок, что же это было?

Мальчик снова промолчал. Он не хотел рассказывать про уведенную им картинку. Это ударило бы по отцу так сильно…

Огромная грузовая машина, ехавшая впереди них, резко тормозила и не давала отцу Тиграна объехать его.

— Ну что же он делает? — бормотал он, в очередной раз, пытаясь обогнать и совсем забыв о своем вопросе, на который его сын так и не ответил.

Посигналив, водитель, сидевший в грузовой машине, показал рукой, что они могут обогнать. Что отец Тиграна и сделал, но когда машина почти сделала это, грузовик резко дернулся в их сторону, пытаясь сбросить с горы. Машина стала неуправляемой.

— Папа, папа! — кричал Тигран, которому было очень страшно.

— Не бойся, Тигран. Все хорошо, хорошо, — произнес он, с большим трудом остановив автомобиль почти на склоне горы. — Ты в порядке?

— Папа, он едет на нас! — крикнул Тигран, увидевший, что грузовик ехал прямо в их сторону.

Отец Тиграна пытался что-то сделать, но когда твой автомобиль толкают боком, шансов на спасения практически нет. Грузовик резким движением столкнул легковой автомобиль, и он покатился куборем по склону горы. Один, два, три удара…Еще несколько. От машины осталась лишь ее оболочка.

— Тигран… — прошептал отец мальчика, но он его не услышал.

Водитель, столкнувший их машину с горы, подошел к ним. Он был в черной маске и перчатках. Увидев мужчину, он снял кепку, вытащил кинжал из своего рюкзака и, посмотрев на свою жертву, вонзил его прямо в сердце. Мужчина снял с себя маску и с неимоверной злостью вытащил кинжал из грудной клетки и еще раз проткнул серебряным кинжалом грудь своей жертвы.

Мальчик лежал в нескольких метрах от машины, едва открыл глаза и увидел убийцу своего отца. Но сделать он ничего не смог. Вновь провалился в сон…

Убийца тем временем вытащил тело убитого оборотня, разжег костер и сжег тело для того, чтобы наверняка разделаться со своей жертвой. От всего этого, ему стало неприятно, тело его ныло, голова гудела так сильно…Но поделать он ничего не мог…Голыми руками столкнул машину в море и на этом он закончил свое задание.

Когда он уже собирался уходить, неподалеку он него лежал мальчик, очевидно, еще живой. Сердце у него дрогнуло, он посмотрел на море и подошел к нему. Тронул его за руку, сел рядом и не знал, что же делать с ним дальше.

Мальчик приоткрыл глаза и увидел лишь кулон на шее мужчины, который только что убил его отца. Он хотел кинуться ему на шею, поколотить его, но реально обдумав все, понял, что ничего серьезного он все равно не сможет ему сделать. Вздрогнул, он ощутил боль в груди, такую сильную, что дышать стало намного тяжелее, нежели он делал это раньше.

Мужчина встал и набрал номер главного.

— С главой клана был ребенок, — проинформировал он. — Что мне с ним делать?

— Уберите и его, — легко ответил тот и скинул звонок.

Мужчина не мог это сделать. Он повалил его к себе на плечо и, оглядываясь, ушел прочь, пока его никто не увидел.

Как только семья Бьюкен узнала о том, что произошло с главой семейства и его сыном, супруга Хантера стала кричать и чуть ли не сходить с ума, услышав такую печальную новость. Она до последнего не верила в то, что ее супруга и сына больше нет в живых. Ближайшие родственники недоумевали, что же на самом деле произошло с Хантером Бьюкеном и его сыном.

Вся стая вместе с полицией города прочесала место, где нашли костер, на котором было сожжено тело главы, а также из моря вытащили машину, которую злодей затолкнул, дабы замести за собой свои следы. Но он не учел одного: оборотни целеустремленные существа и найдут все, даже самую маленькую вещицу по одному лишь запаху. И если на то пошло, есть такие ищейки, чувствующие запахи даже в соленой воде. Их немного, но они существуют…

Полиция нашла куртку Тиграна и, поднеся ее к матери мальчика, она тут же запричитала:

— Это я не уследила за ним! Я виновата в его смерти! — она взяла куртку сына и, обняв ее, начала еще сильнее плакать, садясь на холодную землю.

— Арабелла, ты не виновата! Ты не могла предвидеть этого, — ее подруга села вместе с ней на землю, пытаясь немного ее успокоить, но сердце матери, которая только что потеряла своего ребенка, никто не смог бы успокоить.

Арабелла безудержным ревем, обернулась в волчицу, сделала несколько быстрых кругов возле костра и, взвыв, побежала в ту сторону, куда по ее чутью пошел убийца ее супруга и сына. Она должна была отомстить за них любой ценой, но сможет ли она думать здраво и не почудиться ли ей то, что окажется совсем не тем, чем казалось. Ведь такая утрата сможет парализовать даже волчицу…

***

Тем временем человек, который совершил все эти злодеяния, нанес на себя особые духи, которые заставили волков потерять его след. Да, о таком средстве знали немногие, но он был наполовину оборотнем и знал достаточно много, чтобы замести за собой следы. Машину и тело он специально оставил нетронутыми, это было часть огромного плана того, кто практически заставил совершить это преступление.

Он прошел несколько десятков километров вместе с мальчиком на плече всего-то за несколько часов. Приблизился к дому и постучал в дверь. Свет, падающий на двор, немного моргал, а собака на привязи яростно лаяла, сообщая хозяину дома открыть дверь.

— Ролан? — спросил открывший дверь мужчина, но Ролан лишь оттолкнул его в сторону и без разрешения хозяина внес мальчика в небольшой домишко, стоящий на окраине города. — Кто этот мальчик? Зачем принес его сюда? Ты можешь ответить?

В маленькой комнатке стояла женщина, а на руках у нее была девочка, такая маленькая и с огромными испуганными глазами.

— Пойдем, выйдем, Моран — скомандовал Ролан и двое мужчин скрылись во дворе. — Ты должен был мне, помнишь? Я спас твою шкуру от тех волков, не забыл? Этот мальчик теперь будет твоим сыном, понял? Он будет жить вместе с вами.

— Ты что, с ума сошел? Откуда ты вообще взял этого ребенка? — возмутился Моран, но не успел он и рта раскрыть, как Ролан схватил его за шиворот и поволок за собой.

— Его зовут Тигран, и он будет жить с твоей семьей, ты меня понял? — Ролан потряс его. — Вот и хорошо.

Ролан достал из кармана несколько крупных купюр и вложил их в руку Морана.

— Это на расходы мальчика.

— Кто он? Кто этот мальчик?

— Он важен для меня, и ты должен понимать, если с ним что — то произойдет, первым пострадаешь ты, а затем…

— Я понял, — ответил мужчина. — Я прослежу за ним.

Женщина, напуганная всей происходящей ситуацией, взяла крепче девочку за руку и медленными шажками подошла к лежащему на диване мальчику.

— Мальчик, — произнесла женщина, трогая его за руку. — Ты в порядке?

Тигран отпрянул от нее, подальше от протянутых ею рук.

— Не бойся меня, я тебе ничего не сделаю, — тихо прошептала она. — Меня зовут Лайла, а эта моя дочь — Айлин.

Девочка стояла перед Тиграном вместе с мишкой в руках. Она была также напугана, но видя, что мальчик так боится их, протянула свою игрушку ему, желая немного успокоить их гостя.

— Его зовут Тигран, и он ничего не помнит. Он будет теперь жить с нами, — произнес вошедший в дом Моран. — Теперь он наш сын.

Глава 2

Наши дни

Тигран

Самое любимое время дня я считал ранее утро. Я каждый день вставал раньше всех, делал себе крепкий кофе, и стоял возле окна, наслаждаясь новым днем.

Район, в котором я жил был небольшим, люди жили бедно и в такую рань они шли по узенькой улице, спеша на свою низкооплачиваемую работу. Мой приемный отец был безработным человеком, приемная мать с раннего утра жарила пирожки и продавала на улицах долины Тороса. К обеду товар распродавался, и мама возвращалась домой с небольшой суммой денег и небольшим запасом еды в пакетах.

Когда у сестры был выходной, а она училась в колледже, также помогала матери, а я практически не мог себе этого позволить, потому что моя работа была без выходных и больничных. Работал я рыбаком, с утра и до поздней ночи ловил картосов — это небольшие рыбы, которыми питалась верхушка нашей долины. Волки считали ее деликатесом, и заниматься ловлей этой рыбы было крайне прибыльно.

Но с каждым годом, рыбаков в долине становилось все больше и больше, и естественно прибыль моя стала намного меньше, нежели при начале моей так называемой карьеры.

— Сынок, опять ты со своим кофе, — начала причитать мама, входя в мою небольшую комнату. — На голодный желудок нельзя его пить.

Мама подошла ко мне и, взяв у меня из рук чашку с остатком кофе, подтолкнула меня к двери:

— Пойдем, я сейчас завтрак тебе приготовлю. Ты что хочешь, бутерброды или может что-то новенькое?

— Нет, нет. Я уже опаздываю, — погладил ее по плечу. — Я перекушу с Тайлером.

— Ну как же так, — вздохнула мама.

— Я очень сильно опаздываю, — надев куртку и обувь, сказал я. — Поздно сегодня лег спать.

— Снова не мог уснуть этой ночью? Я слышала, как ты ворочался, — прокомментировала мама.

— Уснул, — ответил я, не поворачиваясь к ней.

Мама подошла сзади и, повернув к себе лицом, произнесла:

— Тигран, можно спросить тебя кое о чем?

Кивнул.

— Тебе с нами живется не хорошо, да?

Я удивленно посмотрел на нее, но она продолжила:

— Мы не смогли заполнить пустоту, что образовалась внутри тебя?

— Мамочка, что ты такое говоришь? Разве такое может быть?

— Сынок, — сказала она, беря меня за руку. — Ты не показываешь этого, но я чувствую это. Я не твоя кровная мама, но я люблю тебя как родного сына и чувствую все, что ты переживаешь внутри себя. Я вижу, что ты думаешь о своей настоящей семье. Но не мучай себя из-за этого. Ты вспомнишь все, и я верю в это.

Я улыбнулся:

— Ты никогда не говорила о своих способностях. Я в порядке, в порядке, — уверил я ее. — Вы моя семья, этот район мой дом. Чего мне еще желать? Лучше уже и не будет.

Надел на голову шапку и собрался выходить:

— Ты должен создать свою собственную семью. Тебе после этого станет намного легче. Жена и дети заполнят всю твою пустоту, — погладила она меня по голове, поправляя шапку.

— Когда-нибудь и это произойдет, — ответил я и вышел из дома.

Я отплыл на свой маленькой лодке в море. Солнце светило ярко, чайки летали над моей головой, а в мыслях вертелось тысяча мыслей, которые я не мог никаким способом остановить.

Как человек может думать о своем будущем, когда совсем не помнит свое прошлое? И может, я никогда его и не вспомню… Я не знаю кем был до того момента, как попал в нынешнюю семью. Кем были мои родители, были ли у меня братья, сестры… Есть ли кто-то кому я нужен в моей прошлой жизни? Хоть кто-нибудь…

Кто я вообще такой? На кого из родителей я похож? Кровь, какой семьи течет по моим венам? Столько вопросов и ни одного ответа я не получил. Да и не получу никогда…

Тагир

Я стоял перед огромным зеркалом, поправлял свои волосы, завязал свой галстук и надел пиджак. Вышел из ванной комнаты и посмотрел на лежащую на кровати супругу. Приблизился к ней, ее реснице затрепетали.

— Тагир, — мягко произнесла она. — Любимый мой.

Она потянулась и, встав, надела на себя свой тонкий халатик. Тихими шажками подошла ко мне и начала поправлять мой галстук, который я в тысячный раз по ее мнению завязал неправильно.

— Я сделаю, — тихо произнес я и повернулся к небольшому зеркалу, стоящему возле комода.

Поправил галстук, но когда хотел взять с комода ключи от машины, задел фотографию. Она упала с треском на пол стеклом вниз. Я нагнулся, взял фотографию и перевернул ее к себе лицом. На фотографии были запечатлены мы с братом, еще детьми, обнимающиеся и счастливые.

Нас сфотографировала тогда мама в саду. Мы никак не желали позировать, хотели играться и беситься. Как сейчас помню:

— Тагир, Тигран, встаньте, пожалуйста, сюда, — сказала тогда мама, на что мы и ухом не повели. — За это я вам дам по одному пирожному, — добавила она.

Мы навострили уши, и куда более заинтересованее встали напротив мамы. Положили руки друг другу на плечи и полуразволившись улыбнулись.

Всего за несколько месяцев до произошедшей аварии. Столько лет прошло с того момента, как я потерял отца и брата — близнеца. Столько судеб сломано, столько лет потеряно…

— Тагир, ты в порядке? — погладив меня по спине, спросила Амалия.

Мой брат…Так нелепо погиб из-за какого — то некчемного человека!

— В порядке, пойдем вниз завтракать, — отрезал я. Хотя я совсем не хотел идти в столовую.

— Доброе утро, дорогой, — пролепетала моя мама, целуя в щеку отчима.

— Доброе утро, Арабелла. Ты чудесно выглядишь.

Вошли вместе с Амалией в столовую, пока сцена не разрослась еще больше.

— Доброе утро, дети, — мама подошла ко мне, поцеловала, затем Амалию и присела напротив меня.

— Спасибо, дорогая, — произнесла мама нашей помощнице, которая заканчивала накрывать на стол.

— Ты до сих пор не поняла, что мне нужен кофе без сахара? — зло спросил я нашу помощницу, сделав глоток. Она в очередной раз сделала не такой кофе, который я просил. — Сколько раз это будет повторяться?

Девушка зло сверкнула глазами, но через секунду покорно ответила:

— Простите меня.

— Никаких проблем нет, так ведь, дорогой? — положив свою руку на мою ладонь и мягко ее поглаживая, поинтересовалась Амалия.

Черт, она всегда делала так! Всегда пыталась меня успокоить, когда этого делать совсем не нужно было!

— Амалия, не вмешивайся, — сердито сказал я, и почувствовал, что мои глаза начали меняться на красный цвет от злости. Попытался успокоиться, но мне не сразу удалось это сделать. Мне с каждым разом все труднее и труднее удается контролировать свой гнев. С чем это было связано, мне совсем было непонятно.

— Тагир, ты решил проблему с теми людьми? — спросил меня отчим, о людях, которые жили на окраине долины и каждый раз вставляли нам палки в колеса. Мы же хотели построить недалеко от их домов небольшой завод по производству лекарств для оборотней. Они же боялись того, что мы, захламим их окрестности, и они будут дышать отходами от нашего производства. Я же практически подкупил их предводителя.

— Нет никаких проблем. Я все решил.

— На последнем совещании все было иначе, — напомнил мне Разиль.

— Это в прошлом, — ответил я и посмотрел на него. Меня сейчас было бы лучше не трогать.

Мама заерзала на стуле, беря в руки сыр.

— Вам целого дня не хватает, чтобы обсудить работу? Можно нам не забивать голову всеми этими негативными разговорами?

— Ладно, Тагир. Через неделю все и узнаем. Решил ты эту проблему или же нет, — проговорил он, отпивая из чашки.

— Увидим, — в тон ему ответил я. — Кстати, совещание можешь перенести на завтра. У меня уже все готово.

Разиль удивленно посмотрел на меня, подняв свои брови вверх.

— Почему?

Я начал вскипать.

— Потому что у меня уже все готово. Я сказал об этом пару секунд назад.

— Сынок, что сегодня с тобой? Почему ты грубишь Разилю? — вмешалась мама. Только этого мне не хватало. Сначала Амалия со своей безмятежностью, а теперь мама, пытающаяся меня подружить со своим теперь уже мужем.

— Мама, — спокойно начал я. — Я никому не грублю. Мы всего лишь обсуждаем свою работу. И будет лучше, если все будут заниматься своим делом, ладно? — добавил я.

Мама ошарашено посмотрела на меня, но ничего не ответила.

— Я пошел. Всем хорошего дня, — вытерев губы салфеткой, произнес я и встал из-за стола.

— Ну как так — то? — подавленно спросила мама, когда я уже почти вышел из кухни.

— Все будет хорошо, — мягко произнесла Амалия. Как всегда она старалась сгладить все острые углы, возникающие в наших семейных отношениях. Как же меня бесила это ее черта характера.

— Он никогда меня не принимал и не примет, — Разиль посмотрел на Арабеллу грустными глазами. — Он все еще думает, что мы предали его отца. И в чем-то он прав.

Арабелла замотала головой, развивая свои светлые волосы.

— Я никогда не любила Хантера. Нас поженили насильно, — проговорила она, смотря на Разиля. — Мне суждено было состариться вместе с тобой, Разиль, — она взяла его за руку, а он, не медля, прикоснулся губами к руке своей любимой женщины.

— Я очень люблю тебя, моя милая. Не знаю, что же я без тебя делал…

— Ходил бы по долине Тороса холостым и, при каждом удобном случае, вспоминал меня, — улыбнулась она, а затем потянулась к Разилю, прикоснулась губами к его губам и прошептала. — Я тоже тебя люблю.

Глава 3

Тигран

— Ну и много же рыбы мы сегодня наловили, — протянул мой лучший друг детства Тайлер.

Сколько я себя помню, мы с Тайлером мечтали стать лучшими рыбаками в долине. И мы воплотили нашу с ним мечту, но было одно но. Теперь, когда мы стали успешными, нам чаще подбивали клинья и все реже покупали наш товар. А во всем виновником был наш сосед, который часто жаловался на нас, донося на нас исподтишка верхушке Тороса.

Он свято верил в то, что мы и не догадываемся о его длинном языке и зависти, но однажды, наше терпение лопнет, и мы расквитаемся с ним.

— Да, хороший день выдался, — ответил я, беря из рук друга очередной ящик с картосами. — И погодка радует.

Тайлер передал мне очередной ящик, задумчиво посмотрел на море и вздохнул.

— А почему ты в последнее время такой задумчивый, а?

Он повернулся в мою сторону и удивленно посмотрел на меня:

— Задумчивый?

— Кажется, у моряка появилась русалка? — подмигнув ему, продолжил я.

Тайлер понурил голову, а я крикнул:

— Друг мой, разве я могу не заметить это? Все написано у тебя на лице.

Я помог ему взобраться на берег, и он, встав напротив меня, произнес:

— Тигран, я хотелось с тобой об этом поговорить, но все не решался. Понимаешь, это такое щекотливое дело…

Тайлер остановился на полуслове, смотря на кого-то за моей спиной. Я развернулся и, увидев этих людей, моя улыбка мгновенно сползла с лица.

— Отец, что происходит? — спросил я.

Мужчина, очевидно, глава всей банды, осмотрел меня с ног до головы.

— У нас нет с тобой никаких дел. Моран обещал нам вот эту лодку, в случае, если проиграет, — он указал на мою лодку, стоящую неподалеку от нас.

На нее я копил несколько лет, экономя на всем, зарабатывая деньги потом и кровью, а отец хочет отдать ее каким-то посторонним людям?

— Отец?

Я стоял, смотря на него сверху вниз, а он, поправив свою криво надетую шапку, пробубнил:

— Я продал ее, Тигран. Я продал твою лодку, — отец вытянул шею.

— Что ты сделал? Что ты такое говоришь?

Отец немного приободрился:

— Я глава семьи и я решаю, что лучше для нас всех. Но никак не ты. Я не буду перед тобой отчитываться.

Мужчина, стоящий рядом со мной придержал меня, чтобы я не сорвался.

— Не надо заводиться, Тигран, — он ладонью остановил меня.

Я отпрянул от него.

— Он выплатил нам свой долг. Мы забираем себе лодку и прощаем твоему отцу сумму, которую он нам проиграл. Вот и все.

Вся моя кровь вскипела в ту самую секунду. Он опять за свое взялся! Год назад, чуть не проиграл наш дом, в котором мы живем. А недавно отдал нашу машину. Теперь его руки добрались и до моей лодки! Просто с ума сойти!

— Вы не заберете ее. Без моего разрешения не заберете! — ответил я.

— Ты запятнаешь честь своего отца? Ты это хочешь сделать? — глава стаи, надвигался на меня, пытаясь запугать, но что-то внутри меня не трогалось с места.

— Разве у таких игр есть честь?

После произнесенных мной слов, седовласый мужчина замахнулся на меня, но реакция у меня куда лучше, нежели его медленные движения. Я остановил его кулак прямо посередине замаха и ударил кулаком прямо в челюсть, повалив его на месте. Он взвыл как маленький ребенок, а другой бугай не ждал на месте.

Нагнувшись, он несся ко мне со всей скоростью, желая повалить меня в море, но не тут-то было. Я схватил его за руки, которыми он дотронулся до меня, замахнулся, приподняв его, и бросил в холодную воду.

Третьего нападающего на меня, я обездвижил одним ударом кулака в живот, он повалился коленями на землю, захлебываясь кровью. Я увидел содеянное мной и не совсем понимал, что мои удары могут быть такими сильными. Никогда не дрался до настоящего момента и только сейчас осознал, что надо бы контролировать силу, с которой я замахиваюсь на людей.

Тигран

— Тигран, прекрати этот беспредел, сейчас же! — крикнул отец.

На улице послышались вопли проходящих людей, детский плач.

— Лайла, вашего сына бьют! — кричали несколько женщин на улице.

Посмотрев в их сторону, я отвлекся и этим умело смог воспользоваться человек с которым я дрался: он резко встал сзади, замахнулся в спину, ударив кулаком прямо под лопатками, а в следующую секунду, его нога сшибла меня на землю, сильно ударив по коленям.

Мама, оглушительно крича и разбрасывая руки в стороны, подбежала ко мне и со всей силой на которую была способна, била своими кулаками моему обидчику в грудь. Но этот подонок не посмотрел на то, что перед ней находилась слабая женщина, он резким движением отбросил ее на землю, она упала на спину и охнула.

Я же, быстро вскочив на ноги, яростно бросился на человека, который посмел поднять руку на мою мать. Замахнулся левой рукой и ударил так сильно в челюсть, что незнакомый мною мужчина отпрянул от меня на несколько метров и заскулил так, что его могли без труда услышать в соседнем районе.

— Он ударил нашего альфу! — крикнул стоящий позади него паренек, пытавшийся привести своего альфу в чувства.

Меня рывком схватили двое, пытаясь удержать на месте. Я же пытался вырваться и добить этого подонка.

— Если бы здесь не было столько народу, клянусь богом, я тут же убил тебя на месте! — немного придя в себя, бросил мне альфа. Он отступал, боясь, что я снова его ударю, но все же продолжал угрожать мне.

Через секунду, он обратился в серого волка, фыркнул в мою сторону и побежал прочь от нашей компании. Его стая колебалась перед тем, как обратиться и последовать за своим альфой, но один из парней что-то произнес и они, рывком перевоплотившись, побежали за своим главой.

Мама, сестра и Тайлер, подбежали ко мне и начали осматривать.

— Мама, ты в порядке? — спросил я опомнившись.

Адреналин окутал меня своими чарами и только через несколько минут я смог опомниться и посмотреть своей семье в глаза. Я прижал ее к себе и поцеловал в макушку, радуясь тому, что с ней ничего не случилось.

— Тайлер, что это с тобой? — спросила сестра моего друга. Он же еле-еле стоял, пошатываясь и смотрел на нас затуманенными глазами.

— Все хорошо, — заплетаясь, ответил он.

— Присядь ка, — подойдя к нему, помог ему присесть на бетон. — Тебя в голову ударили?

Он кивнул.

Пока я разбирался с другом, позади себя услышал вопли матери. Очевидно, она еще не пришла в себя и должна была хоть на ком-то сорвать свою злость. Но кричала она на того, кто действительно был виноват во всем произошедшем.

— Почему ты стоишь как истукан? Почему не лезешь в драку и не защищаешь нашего сына?

Вместо того чтобы ответить на вопрос матери, он кинулся ко мне с претензиями:

— Какого черта ты натворил сейчас? Как я теперь буду объясняться перед ними?

Оглядев всех нас, он продолжил:

— Ты неблагодарный! Я вырастил тебя, кормил, обувал, одевал и это твоя благодарность? Тебе жалко свою никчемную лодку, но не меня, человека вырастившего тебя? Если бы не я, ты бы уже давно сдох на улицах долины!

— Отец, пожалуйста, — начал я. Я не мог и дальше слушать эти озлобленные слова.

Он встрепенулся:

— Какой отец? Я тебе никто, ты понял меня? — он толкнул меня в плечо и пошел по тропинке, ведущей на улицу.

— Не слушай его, сынок. Ты в порядке? — мама окутала мое лицо своими руками и заставила посмотреть на себя. — Не слушай его, ты мой сын и это никто и никогда не сможет изменить! Ты понял меня?

Глава 4

Тагир

Всегда недолюбливал нового супруга своей матери. Казалось, что сразу после смерти моего отца с братом, он воспользовался ситуацией и женился на моей матери. В то время, прошло всего полгода, а он уже шустро пристроился к матери и ее наследству от отца. За короткое время он сумел втереться в доверие маме и прибрал к рукам все наши богатства.

Отец, когда еще был совсем молодым, продолжил дело своего отца: огромная компания в долине с ее пристройками и дочерними компаниями в близлежащих городах принадлежала нашей семье. Наши компании специализировались на строительстве жилых комплексов в долине, а также частных домов альфам других стай.

В долине Тороса, мой покойный отец был альфой стаи и все вспоминают те времена с улыбками на лицах. По словам жителей долины, под руководством Хантера Бьюкена наши территории процветали как экономически, так и внешнеполитически. Не было голода среди населения, о войнах и речи быть не могло. Мой отец был стратегом, умело отстаивал интересы Тороса и искусно сглаживал острые углы зарождавшихся трудностей.

Сейчас же были не самые прекрасные времена для долины. Безработных увеличилось вдвое, продуктов мало из-за неурожая, а стая становиться все агрессивнее и агрессивнее. Люди начинают бастовать, а оборотням это не совсем нравится, так как люди никогда не заявляли о себе таким образом и потому мы не совсем понимаем, как бороться с этими социальными движениями.

— Улыбнись хоть немного, Тагир, — мягко произнесла Амалия. — Скоро мы переедем в свой собственный дом, и будешь ты видеть Разиля исключительно на работе.

— Ты считаешь, все может измениться? — спросил я ее, повернувшись в ее сторону.

Я крепче сжал руль машины, старательно обгоняя машину впереди нас. Посмотрев в зеркало заднего вида, пристроился на первый ряд.

— По крайней мере, я на это надеюсь, — она устроилась удобнее на сиденье машины, усаживаясь боком ко мне.

— Ты слишком оптимистична, Амалия, знаешь об этом? Для меня это иногда кажется невероятно абсурдным.

Амалия улыбнулась мне и произнесла:

— Тагир, я не совсем поняла тебя и спрашиваю: мне обидеться на тебя или же нет? Оптимизм в жизни еще никому не помешал. Можешь хотя бы раз в жизни попробовать подумать в этом русле?

— Спасибо, конечно, но я реалист, — нейтральным тоном, ответил я. — Не желаю выдумывать себе воздушные замки.

Амалия серьезно на меня посмотрела, приоткрыв рот и желая высказаться, но призадумалась. Думал, что ничего не скажет, но она, встрепенувшись, спросила:

— Ты подразумеваешь под своими словами то, что я живу мечтами?

— Ты хочешь сказать, что это не так? — выгнул я левую бровь, ответив вопросом на вопрос. — Да брось ты.

— Ты это сейчас серьезно, Тагир? — подавленным голосом спросила она.

Я плавно вырулил на нужную улицу.

— Я похож на шутника? Мы сейчас едем в приют для собак и у тебя такой счастливый вид, будто ты спасаешь весь мир. Как будто находясь рядом с ними, ты счастливее, нежели когда проводишь время со мной.

— Потому что я не притворщица. И я действительно счастлива рядом с ними! Не поверишь, но собаки показывают намного больше эмоций, по сравнению с тобой. Они преданные и дружелюбные…

— Ладно, — прервал я ее монолог. Если я ее сейчас не остановлю, то крышка мне. До конца нашей поездки она просто не замолчит, а я просто не вынесу ее словарного поноса. — Продолжай спасать животных, и я на этом мы этот разговор заканчиваем. Все равно моя очередь до меня никогда не дойдет, — с сожалением произношу я.

— Очередь? Ты серьезно так говоришь о моем отношении к тебе? Я тебя люблю, и ты это прекрасно знаешь! А для тебя, как известно, это ничего не значит, — грубо отвечает мне Амалия.

Ну, конечно, любит она меня. Ты всегда любила моего брата-близнеца и никогда о нем не забывала. Что бы я ни сделал для тебя, твое маленькое сердечно принадлежало, принадлежит и будет принадлежать только ему. Да, может, я ревную, но было бы намного проще, будь он жив. Тогда бы было все иначе.

Тигран с Амалией поженились бы, я бы обрел свое счастье, а не женился бы, просто потому что так было угодно нашим родителям. Мы любим друг друга, но не как муж и жена, а просто как хорошие друзья, приятели… Ни о какой настоящей любви и речи быть не может.

Мы оба старались влюбиться друг в друга, но за восемь лет нашей совместной жизни, мы так и не смогли избавиться от тени моего брата. Я не мог полюбить ту, которая всецело принадлежала моему брату, а Амалия не могла предать своего единственного возлюбленного, которого она так бережно хранила в своем сердце.

Она помотала головой и, протянув руку, включила песню, которая окутала весь салон нежной мелодией. Повернула голову в сторону окна и неотрывно рассматривала многоэтажные здания, мимо которых мы проезжали.

— Можешь не выходить, я сама справлюсь, — выходя и машины, произносит Амалия.

Я же, не слушая ее, следом выхожу за ней и, открыв багажник внедорожника, вытаскиваю два огромных пакета собачьего корма.

Тагир

Мы направились по широкой дорожке, украшенной клумбами с разносортными цветами и кустарниками. Амалия шла все время рядом, но так и не проронила ни единого слова после нашей небольшой перепалки в машине.

— Добрый день, Пак, — дружелюбно произносит Амалия, здороваясь с работником приюта. — Как обстоят дела сегодня?

— Здравствуйте, Амалия. Очень рад вас видеть, — отвечает в тон ей молодой парень, обнимая мою супругу. — Благодаря вам, никто ни в чем не нуждается.

Он показывает рукой один из вольеров перед нами, где с перевязанной лапой сидит огромная собака.

— Лоле все же сделали операцию? — у Амалии загорелись глаза.

Пак кивнул:

— Наш ветврач говорил, что ей уже ничего не поможет, но тот ветеринар, которого вы прислали, смог сотворить чудо и вот Лола уже сможет передвигаться на всех четырех лапах буквально через неделю! — радостно оповестил нас Пак. — Вы можете в это поверить?

— Действительно, это просто чудо какое-то, — отозвалась Амалия.

— Вы невероятная Амалия. Не встречал еще такую неравнодушную к животным девушку за всю свою жизнь, — он подошел ближе к ней и, взяв в свою руку ее ладонь, нежно прикоснулся к ее тыльной стороне. — Вы золото.

— Хмм, — дал о себе знать я, приблизившись к этой парочке. — Моя жена добрая, но не стоит этим слишком злоупотреблять, — положил свою руку на плечо Амалии, тем самым привлекая ее к себе.

Пак ошеломленно посмотрел на меня, не зная, что мне ответить.

Амалия заворочалась:

— Мой супруг просто шутит, — зло посмотрела она на меня. — А как там щеночки? — вновь поинтересовалась Амалия. — Хорошо питаются?

Пак только отошел от шока и уже поникшим голосом, ответил:

— Все поели. Ничего после сегодняшней ночи не оставили. Я заберу это? — указал он рукой на принесенный мною корм.

— Да, конечно, — поправляя волосы, ответила она. — Я сейчас приду.

— Тогда я поеду, — проинформировал я Амалию, которая все свое внимание перевала на собаку. Кажется, Лолу.

Она с нежностью смотрела на нее, а я дивился тому, как она может любить этих животных? Если бы это были наши домашние животные, я бы не так поражался этому. А ведь они были бездомные, каждый со своей болячкой и заразами…

— Хорошо, — даже не посмотрев в мою сторону, ответила она.

— Когда закончишь, позвони водителю, он заберет тебя, — попытался я привлечь к себе внимание, продолжив говорить, но бесполезно.

— Ладно, — уже сев на корточки, подала голос Амалия.

Я развернулся, и уже было уходил, но Амалия крикнула мне в след:

— Тагир, а куда ты едешь?

Я повернулся к ней и с непроницаемым лицом сказал:

— Увидимся вечером.

Направился к машине и, открыв дверь автомобиля, все еще смотрел в ее сторону. С этого места ее было видно слишком хорошо. Амалия стояла и завязывала волосы в конский хвост, а после она нагнулась и погладила собаку, возле которой я несколько минут назад стоял вместе с ней. Как же им повезло с ней, но не мне.

Глава 5

Тигран

Подсознательно я все же ожидал от своего приемного отца таких слов в свою сторону. Просто не предполагал, что этот момент произойдет настолько скоро. Не желал мириться с тем, что на всем белом свете у меня нет семьи.

В детстве, я все время спрашивал свою приемную маму о том, где же находиться моя настоящая семья. Живы ли они, далеко или близко находятся от меня, но на все мною задаваемые вопросы, мама разводила руками и снисходительно на меня смотрела. Она только спустя некоторое время рассказывала о том, что меня принес к ним один мужчина. Он, не объяснив ничего, просто отставил меня у нынешней семьи. А мама просто-напросто не могла выкинуть маленького мальчика на улицу.

Бьюсь об заклад, приемный отец хотел вышвырнуть меня из своего дома, но мама выпросила для меня еще одно место в семье. Таким нелегким образом, без всяких раздумий, моя самая добрая мама на свете, взяла еще одного ребенка под свое крыло, не давая никому в обиду, заботясь так, что на душе становилось тепло и спокойно на протяжении двадцати лет и до настоящего времени.

Подъехал к калитке приюта для собак и громко вздохнул. Только здесь я мог расслабиться настолько, что мог потерять счет времени. Животные действовали на меня наилучшим образом. Даже не имея никакого настроения, придя к этим милым созданиям, мое самочувствие моментально улучшалось.

Вышел из своей маленькой машины, в которую я едва помещался. Машину побольше я не мог пока себе позволить, а с таким ростом, как у меня, не каждая машина могла подойти мне. Но делать нечего, лучше иметь какую-никакую, но все же машину, нежели ходить пешком, изнашивая свою одежду. Сзади меня отъехала дорогая машина, а сделав крутой разворот, уехала прочь, оставляя после себя дым из пыли.

Подойдя к открытому багажнику, я откинул брезент и взял несколько коробок с медикаментами, купленными для пострадавших собак. Я помогал приюту не так сильно, как хотелось бы, ввиду своего финансового недостатка. Но отвозить какие-либо вещи, приходить и помогать убираться, да и просто уделить внимание животным мог практически в любое время.

Собаки приветствовали меня оглушительным лаем и вилянием хвостов. Проходя мимо них, мое сердце то и дело сжималось от жалости к ним. Недостаток внимания все же сказывалось на них и это неудивительно. Но работников в приюте было слишком мало, а собак было около ста.

— Добрый день, — поздоровался я с парнем, сидящим около одной небольшой собаки. — Я тут принес то, что заказывал сегодня утром док. Все лекарства нашел, кроме одного. В списке значиться.

— Привет, — растерянно поприветствовал он меня, оглядывая с головы до ног. — Спасибо, — забрал он у меня коробки из рук и так же оглядываясь, отправился в близлежащее помещение.

Оглянулся на него, но не обратил особого внимания. Пошел вдоль металлического забора и будок с привязанными собаками. Остановился возле одной, погладил по голове, направился через две будки к той, которую я совсем недавно привез.

Это было около двух недель назад, проезжая по шоссе, увидел в темноте собачье тело и чуть не врезался в него, считая, что это просто пакет, лежащий на асфальте. Благо собака вовремя подняла голову, и я заметил ее. Она была очень сильно искалечена. Видимо ее сбила машина, и водитель просто оставил ее умирать на дороге.

Быстро направился в приют и Лоле, так я ее назвал, оказали первую помощь, но ветеринар, работающий в приюте, не дал никаких гарантий на дальнейшую полноценную жизнь. Ее хотели усыпить, чтобы она и далее не мучилась, но один человек, оказывающий огромную финансовую поддержку приюту, направил сюда другого ветеринара, который вправил все кости и вылечил Лолу настолько быстро, что сейчас она стояла передо мной уже минуту не уставшая и полной сил и энергии. Вот что значит, настоящий профессионал своего дела.

— Как ты, моя милая девочка? — спросил я Лолу, наклонившись к ней и сев на колени. Почесал ее за уши, погладил вдоль спины и вернулся обратно к голове.

Проследил за взглядом Лолы и заметил девушку, сидящую неподалеку от меня. Она также играла и гладила собаку, сев вприсядку. Шапка ее немного повалилась на бок, и это выглядело немного смешно. Девушка разговаривала с собакой, что-то рассказывая и щелкнув по носу, привстала и отряхнулась от пыли.

Я встал на ноги и просто не мог оторвать глаз от незнакомки. Она так любяще смотрела на собаку, что сердце в одночасье замерло от такого зрелища. Поняв, что не могу так стоять вечно и, что скоро меня могут уличить в подглядывании, попрощался с Лолой и направился дальше от девушки с собакой.

Амалия

Все свое детство я провела оплакивая своего лучшего друга, тайно надеясь на то, что когда-нибудь он предстанет передо мной, обнимет меня и поцеловав пообещает, что больше никуда и никогда не уйдет, что не покинет нас, не оставит жить в этом темном и жестоком мире.

Без Тиграна вся моя жизнь потеряла краски. В шесть лет я поняла, какого потерять лучшего друга, с которым ты находилась с самого своего рождения. Да, некоторым людям покажется смешным, и они спросят, как шестилетний ребенок смог понять, как горевать по тому, кто ушел навсегда из твоей жизни. Таким людям не свойственно беспокоиться о чем-либо, а тем более скорбеть по родному человеку. Я бы, может, пришла бы к подобным мыслям, но пройдя этот трудный путь и осознав все это, не могу сказать, что ребенок не понимает всего происходящего.

Да, может я не совсем могла высказать свою точку зрения или же истязать себя мыслями о том, что этот человек больше никогда не предстанет передо мной, но с каждым днем, месяцем и годом я все больше и больше осознавала безвыходность ситуации, в которую я попала.

Точнее, не безвыходность, а то, что чтобы не сделав, я просто не сумею повернуть время вспять и Тигран не появится во всех наших жизнях никогда.

И что самое интересное, думала я обо всем этом тогда, когда обустраивала наш с Тагиром совместный дом, в котором после ремонта нам предстоит жить.

Открыв стеклянную дверь, я вышла на террасу и вдохнула свежий воздух. Немного успокоившись, вернулась обратно в дом и обсудила с нашими декораторами дальнейшие действия. Выбрала цвета, в которые будут покрашены наша с Тагиром спальня, какие диваны будут стоять возле камина и, конечно же, ковры, много мягких ковров, ведь Тагир так любил их.

— Амалия, кажется, здесь будет очень уютно, — пропела моя лучшая подруга, входя в дом сразу после ухода дизайнеров. — Просто восхитительно!

— Эстер, как хорошо, что ты пришла, — подошла к подруге и поцеловала ее в обе щеки. — Тебе правда нравится?

Эстер обвела взглядом огромную комнату, которая, совсем скоро, перевоплотиться в благоустроенную гостиную, с мягкими диванами, пальмами в углах и камином, который будет согревать нас по вечерам.

В душе чувствовались скорые перемены. Казалось, что переехав с Тагиром в новый дом, мы сможем, наконец, понять друг друга и стать ближе, нежели это было сейчас. Нужно надеяться на лучшее.

— Разве я могла не прийти к лучшей подруге? — вопрошала она, подходя к стеклянному окну.

— Конечно, не могла! Как раз не могла выбрать между этими стеклами и стеклами цвета кофе. Что можешь сказать по этому поводу?

— А что говорит Тагир по этому поводу? — Эстер ответила вопросом на вопрос. Ее яркие голубые глаза смотрели на меня так пристально, что я просто-навсего не могла ей солгать.

— Тагир уже давно не интересуется этим.

— Почему же? Или он передумал переезжать сюда с тобой, желая и дальше оставаться рядом с матерью?

Я вопросительно на нее взглянула, даже не думая о таком исходе событий.

— Нет, он ничего такого не говорил.

Эстер подошла ближе к окну и, посмотрев на еще совсем не обустроенный сад, сказала:

— А мужчины о таком никогда и не скажут. Ты женщина и сама должна догадываться о таком…

Глава 6

Тагир

После того, как я посетил кладбище, навестив своего отца с братом, приехал на место своей работы, дабы поставить подписи на бумаги. Это дело мне, казалось, скучным и совсем ненужным, ведь все приготовления я делала заранее, а подписи… они были лишь формальностью. Не любил я весь этот фарс.

Как же мне хотелось, чтобы мой брат был жив и здоров. Чтобы мы вместе отдыхали друг с другом, совместно работали и делились секретами…

— Это линия должна быть расположена чуть ниже, — Эстер провела пальцем по платью. — Пояс нужно поднять, а это убрать, — командовала она девушкам, стоящим рядом с ней.

Наши фирмы занимались не только изготовлением лекарств для оборотней, но также и изобретением новых тканей и одежды. Все это несколько столетий назад придумал мой предок, дабы ткань не рвалась на нас тогда, когда мы перевоплощались в волков. Умно, однако…

— Я понимаю, что это не для показа мод, но вещи обязаны быть симпатичными, и нравится всем желающим их купить. Это ясно? — она провела красными ногтями по атласной ткани.

Девушка, стоящая справа от нее кивнула и пропустила ее вперед. Эстер прошлась по длинному столу глазами, выбирая нужные перчатки для образа.

— Вот эти зеленые перчатки, — произнесла она, беря его в руки и поближе рассматривая. — Они просто идеальны.

Только она освободилась, к ней сразу же подошла очередная работница с возникшими вопросами.

— А для чего это вообще нужно? — Эстер дернула своим маленьким носиком.

— Эстер, хорошей работы, — подкрался я сзади. — Можете зайти ко мне в кабинет, когда освободитесь?

Она резко развернулась ко мне и, блеснув своими глазами, мило улыбнулась:

— Конечно, Тагир. Минуточку.

Она откинула свои волнистые волосы назад, давая мне почувствовать их аромат. Каждый раз она сводила меня с ума этим жестом. Эстер об этом прекрасно знала, и умело пользовалась в нужный момент. Моя хитрая волчица…

Спустя несколько минут, она постучала костяшками пальцев по двери и запорхнула в мой кабинет бабочкой, которую ждало что-то сладенькое.

— Тагир, вы меня вызывали? — она грациозной походкой прошлась по паркету, цокая каблуками. — Можете уделить этому время? — поднеся ко мне документы, она приблизилась близко-близко, стараясь задеть меня как можно чаще. — Мы получили их вчера вечером и, по моему мнению, не важные, но они, как мне кажется, стоят вашего внимания, — продолжала она, касаясь своей холодной ладошкой моей руки.

Удивительно, но и у оборотней бывают холодные руки. В этой жизни можно удивляться каждый день.

— Красиво, — нахмурился я. — Но я вижу кого-то красивее, нежели это, — отбросил я от себя документы, вставая на ноги и отталкивая свой стул.

— И кто красивее? — поинтересовалась она, пробираясь ладонью мне под рубашку.

— Эстер, — шепотом вырвалось у меня. Это было скорее похоже на мольбу продолжать мучительную пытку, нежели протест с моей стороны.

Девушка подняла взгляд. В ее темных глазах виднелось растерянность и страсть. Я пытливо вглядывался в ее лицо, не имея смелости тронуться с места. Ее движения становились смелее, а вспыхнувшее лицо говорило само за себя.

Я осмелел и, опустив руки вниз, захватил в плен ее ягодицы. От неожиданности Эстер вздрогнула и, выгнувшись навстречу мне, требовала продолжения. Я клялся, что больше не буду изменять Амалии, но вся моя решительность не делать этого, вмиг испарилось, после нашей мимолетной встречи с ее лучшей подругой.

Наша интрижка продолжалась уже около полугода, и если бы я не был женат, очень даже возможно, что я бы предложил ей выйти за меня замуж, тем самым, узаконив наши с ней отношения. После этого, мы могли бы не прятаться по углам, не лгать своим любимым людям.

— Мне прекратить? — хрипло выдохнул я, пытаясь прийти в себя и взывая к здравому рассудку.

Эстер растеряно помотала головой. Нет, только не это, говорили ее глаза. То, что она хотела сказать, невозможно было выразить словами или же жестами. Все было до боли примитивно.

Тагир

Я мягко улыбнулся, проведя большим пальцем по ее нижней губе. Она заметила, что в моих зрачках сверкнуло удовлетворение. Именно такого ответа я от нее и ожидал. Медленно расстегнул несколько пуговиц ее блузки и кончиком языка начал исследовать груди, шею… Эстер томно вздыхала, явно ожидая большего. Мое горячее дыхание, скользя по коже девушки, вызывало жгучее желание продолжения этой пытки.

Я расправился с блузкой и, стянув ее с плеч Эстер, бросил на ближайший диван. Она смотрела на меня внимательно, не оставляя без внимания ни одну мелочь. Ее взгляд остановился на моих джинсах, и то, что она увидела, ее явно удовлетворило.

Ее томный взгляд зажег во мне еще один огонек, я погладил то одну, то другую грудь, заодно снимая с нее бюстгальтер, одной рукой обхватил ее талию, а другой с силой вжал ее бедра, сокращая между нами и без того мизерное расстояние.

Эстер быстро расплавилась с моей рубашкой, и она смялась с шуршанием, падая на пол возле моих ног.

— Ты же закрыла дверь? — прошептал я ей на ухо, целуя шею, мочку уха, немного покусывая и оставляя после себя красноту.

— Да, черт возьми! Я закрыла дверь! — крикнула она, вжимаясь в меня еще сильнее и целуя так настойчиво, требовательно и одновременно нежно.

Мои настойчивые пальцы требовательно сжали ее бедра, пододвинулся к дивану и сев на него, я притянул ее к себе. От такого резкого движения, она едва не упала на меня, но я удержал ее, положив руки на ее талию.

Эстер закрыла глаза, запрокинув голову назад и получая огромное наслаждение от моих дальнейших действий: я прикоснулся языком к ее пупку, целуя, направился ниже и ниже, обдавая своим горячим дыханием. Когда я добрался до ее секретного местечка, она охнула, запрокидывая голову еще дальше. Ее вьющиеся волосы достигли моих рук, которыми я держал ее за бедра.

Весь мой мир перевернулся в это момент с ног на голову. Очень тщательно я исследовал ее кожу, ощупывая языком то, что не каждому было дано почувствовать. Эстер вцепилась в мои волосы так сильно, что я от неожиданности поднял голову и посмотрел на ее реакцию. Она облизнула свои губы и присела на колени, целуя и проникая своим языком ко мне в рот.

Из ее груди слетел протяжный стон. Длинными ногтями она вцепилась в мою спину, оставляя на ней следы и кровавые потеки. В ответ на это, я крепче сжал ее бедра, усаживая к себе на колени и расстегивая ее юбку — карандаш. Сняв колготки, и сдвинут ее кружевные трусики, я проник в ее складочки и продолжил сладостную пытку. Нахлынувшее наслаждение Эстер было таким острым и неистовым, что дыхание ее стало медленным, а тело, изогнувшись так сильно, что я еле поймал ее, прежде чем она упала назад.

Я притянул Эстер ближе, в ее глазах загорелся сумасшедший огонь. Ее ненасытные губы продолжили истязать мои, ее тело принимало мои прикосновения, дрожа от волнения и удовольствия.

Больше терпеть было просто невыносимо. Если бы я в этот момент не слился с ней воедино, ой организм взорвался бы на несколько тысяч кусочков, опыляя все на этом свете. Поняв мои дальнейшие действия, Эстер лихорадочно начала помогать мне расстегнуть ремень, но от волнения ее пальцы дрожали. Я отвел ее руки в сторону и быстро справился с пряжкой ремня.

Молния быстро скользнула вниз, а когда трепетными движениями Эстер начала ласкать мое мужское достоинство, все мое естество затрепетало. Мои пальцы потянулись к ее соскам, нежно массируя их и поглаживая ладонями.

— Эстер, — шепнул я, когда она поцеловала головку. — Я люблю тебя.

— Я тебя тоже люблю.

Я еле услышал ее шепот, вся моя голова гудела от возбуждения и от незаконченного дела.

— Закончим начатое, — предложил я, увлекая ее за собой на пол.

Ее бедра оказались зажаты моими коленями, и я потянул ее повыше, так, чтобы Эстер оказалась на одном уровне со мной. Она уперлась мягкими ладошками о мою грудь, томно вздыхая и прислушиваясь к глухим ударам моего сердца.

Эстер приподнялась и, сделав все сама, не сводя с меня глаз, опустилась так медленно, что наслаждение по моему телу разлилось в два раза сильнее, нежели в другие разы. Застонал от блаженства и вздрогнул от того, как быстро она начала двигаться вверх и вниз.

— Боже, — хрипло произнес я, крепче хватая ее за бедра и помогая ей в завершение наших прелюдий.

Я рывком приподнялся над полом и одним мощным толчком проник своим достоинством так глубоко, полностью овладев ею. Эстер вскрикнула от наслаждения, ухватившись в мои мускулистые плечи и призывая взять ее всю и без остатка.

Наше наслаждение длилось еще несколько часов. Хорошо, что в это время меня никто не побеспокоил и только после того, как мы насытились друг другом, оделись и, поцеловав друг друга, распрощались до вечера.

Глава 7

Амалия

— Мама, посмотри на этот рисунок, — протянула я папку матери, показывая некоторые детали интерьера, проводя пальцем.

— Почему ты держишь в секрете это? — отец с укором посмотрел на меня, отрываясь от вечерней газеты.

Мне понадобилась секундная пауза, для того, чтобы принять решение. Ведь не могла же я сказать, что Тагир не принимает никаких решений на счет нашего нового дома?

— Действительно, Амалия, почему ты одна возишься со всем этим? Неужели Тагир не желает тебе помогать в обустройстве вашего семейного гнездышка? — мама посмотрела на меня полными в ожидании глазами.

— Я хочу сделать ему сюрприз, — замявшись, ответила я. — Хочу все подготовить и показать конечный результат.

Да уж, что-что, а лгать я никогда не умела. Хотя, этот навык мне в жизни пригодился бы.

Папа вздохнул и перевел свой взгляд на сидевшую рядом со мной маму. Они мои слова никак не прокомментировали, сделав лишь недвусмысленный жест рукой, что означало только одно: моя ложь была не слишком правдоподобной.

— Я предложил свою помощь Амалии, но она вежливо отказалась от нее, — произнес Разиль, беря в руки чашечку кофе. Он улыбнулся мне, а я благодарственно кивнула ему за помощь.

— Спасибо Разиль, но я делаю это с большим удовольствием. — А где Арабелла? Хотела бы и с ней поделиться своими идеями, — протянула я.

— Она сейчас контролирует на кухне поваров. Так скажем, проверка, — усмехнулся Разиль.

Мама тронула меня за локоть:

— Думаю, ей не понравится, что бы ты не показала. Она ведь не хочет отпускать сына далеко от себя.

— Все же это сюрприз и пожалуйста, не проговоритесь, — окидывая взглядом родителей и отчима своего супруга, попросила я.

— Что за секреты вы тут обсуждаете? — элегантно входя в гостиную, отозвалась мать Тагира. — Что это там у вас? — она нагнулась, чтобы поближе рассмотреть чертежи, которые держала моя мама.

— Это планировка нового дома Тагира и Амалии, — объяснила мама Арабелле. — Правда, красиво?

Арабелла косо посмотрела на Разиля, который с восторгом начал соглашаться с моей мамой.

— Амалия продумала все до мелочей. Умница, — широко улыбнулся он.

— Где Тагир? — перевела она моментально тему, поправляя свои гладко уложенные волосы и подходя к дивану, на котором расположился ее супруг.

Я, не ожидавшая такого резкого поворота событий, растерянно произнесла:

— Скорее всего… он попал в пробку. Сейчас как раз час пик, — указав на часы, решительнее ответила я.

— Ты ему не напомнила о том, что у нас сегодня семейный ужин? — не отставала Арабелла.

Я несколько раз моргнула в ответ и до боли закусила нижнюю губу. Ну откуда же мне знать о том, где сейчас находиться Тагир? И разве такое было, чтобы он куда-либо вовремя приходил?

— Тагир практически всегда опаздывает, — озвучил мои мысли отец. — Такое бывает и довольно часто.

Практически всегда, — промелькнуло у меня в мыслях.

— Можешь ему позвонить, Амалия? — проигнорировав слова отца, спросила Арабелла.

Я взяла телефон на подлокотнике дивана и свободной рукой набрала номер супруга.

В этот момент раздался звук открывающейся двери, и в гостиную, из коридора, тихо зашел Тагир.

— Я возьму вашу верхнюю одежду? — подошла работница дома, забирая у Тагира все ненужное.

— Всем доброго вечера, — громко поприветствовал нас Тагир.

Арабелла подошла к своему сыну и поправила его воротник.

— Пробки тебя задержали? — с надеждой в голосе спросила Арабелла.

— Как и всегда, — подыграл сын матери, неопределенно пожав плечами и окидывая нас всех хмурым взглядом.

— Твоя мама пытается оправдать тебя. Ты заставил ждать наших гостей, — обратился Разиль к пасынку.

— Ужин уже готов. Пройдем к столу? — предложила Арабелла, указывая рукой на дверь в столовую.

Тагир

— Желаете что-то еще? — спросила работница, заканчивая накрывать на стол.

Мама скользнула взглядом по столу и, убедившись, что всего хватает, ответила:

— Нет, дорогая. Спасибо.

Девушка поклонилась и, пожелав приятного аппетита, испарилась.

— Как же мне надоела эта обыденность, — начала беседу мама. — Вот бы съездить куда-нибудь и как следует отдохнуть.

— Я согласна с Арабеллой, — поддакнула Клио, мама Амалии. — Неплохо было бы уехать ненадолго.

Я повернулся к Амалии, хотел увидеть ее реакцию на это предложение. Она неопределенно пожала плечами и, опустив глаза, уставилась в свою тарелку.

На несколько секунд над нами нависла гнетущая тишина, которую никто не решался развеять.

— Может Амалия сможет там присмотреть что-то интересненькое для нового дома? — задала вопрос в пространство Клио. — Ведь так, дорогая? — повторила она вопрос, обращаясь к дочери, которая сидела напротив нее.

— А что нужно купить? Вроде все уже есть, — задала Амалия встречный вопрос. — Я что-то упустила по-твоему?

— Конечно же упустила! — вскинулась Клио, оставляя бокал вина на стол.

— Клио ждет внуку, — прокомментировала моя мама. — Да и не только Клио, — взяв за руку маму Амалии, произнесла мама, подмигивая нам с супругой. — Вы бы видели, сколько всего по мелочи мы покупаем с ней, проходя мимо детских магазинов, — продолжала мама, заставляя меня нервничать. Хотя об этом она даже и не догадывалась.

— Когда у меня появится внук, я подарю ему весь мир! В буквальном смысле слова! — внес свою лепту отец Амалии.

Я хмуро оглядел сидящих за столом и, не сдержавшись, выпалил:

— А я все ждал, когда вы все откроете эту тему.

Мама на миг задумалась, представляя себе картину того, что может произойти в конце этого ужина. Мою интонацию она знала куда лучше остальных и до вспышки гнева оставались считанные минуты.

Я таким был не всегда. В детстве я был милым и добрым мальчиком, но после смерти моего брата-близнеца, вся моя жизнь перевернулась. Я мог разозлиться, но это переходила в нечто более устрашающее, нежели просто гнев. Перевоплотившись, я рвал и метал, кидался на всех, кто был поблизости меня, пока эта вспышка не исчезала. Я даже не совсем понимал, когда это происходило. Просто в один миг, я оказывался в человеческом теле, лежащим на земле. Я не двигался несколько минут, успокаиваясь и обретая разум. После этого я долго еще не мог прийти в нормальное состояние. Требовалось несколько дней на восстановление и покой.

— А мы не правы по-твоему? — четким голосом спросила меня Клио. — Вы столько лет женаты, но никаких сдвигов с потомством у вас нет, — разводя руками, продолжала она.

— Мама, пожалуйста, — прошептала Амалия. Она, очевидно, понимала, что мы зайдем в тупик по окончанию этого разговора.

— Это наша проблема с Амалией. И прошу, не вмешивайтесь в наши дела.

Амалия сделала глотательное движение, но еда явно пошла не туда, куда должна была.

— Мы с Амалией не планируем детей, — жестко, глядя всем поочередно в глаза, произнес я. — Ни сейчас, ни когда-либо еще.

Клио повернулась ко мне всем телом, с поднятыми бровями и с таким выражением лица, требуя обсудить данную тему до конца. Точнее до такого конца, которое устроит ее. Эта женщина была целеустремленной, но, поняв, что разговор закончится ничем, она останавливалась. Амалия явно пошла этим не в нее. Моя супруга, скорее подчиниться, нежели будет спорить со мной или же по-тихому сделает по-своему. Но и, то и другое, меня более чем устраивало.

— Я прекрасно знаю, что Амалия мечтает стать матерью. Ты желаешь лишить ее материнства? Только из-за своего эгоизма ты готов пожертвовать мечтами моей дочери? Она уже готовит детскую комнату в вашем новом доме!

Уронив руки вниз, на колени, я выдохнул, опустив плечи, и немного ссутулился.

— Что ты делаешь? — с яростью посмотрел я на Амалию.

— Не прикасайся ко мне! — прорычал я на Амалию, отбрасывая ее руку. Мама заерзала на стуле и беспокойно оглядела меня.

— Тагир, не заводись, — протянул мне свою руку Разиль.

— Давайте все успокоимся, — предложил отец Амалии.

По- прежнему, попытавшись успокоиться, я встал из-за стола. За моей спиной громко упал стул. Амалия вздрогнула от этого звука, но ничего не сделала. Вот и правильно, потому что сейчас я не был настроен на разговор.

Глава 8

Тагир

— Хоть бы предупредил о том, что придешь. Я подготовилась бы и мы сразу же вышли гулять, — причитала Эстер, проходя в свою спальню. — Я немедленно переоденусь и мы выйдем.

— Эстер, подожди минутку, — сел я на кровать. — Может и выйдем, если это понадобиться.

Эстер стала напротив меня и свела брови на переносице, пытаясь понять услышанное.

— Что случилось? Все в порядке? — она присела на кровать, подогнув одну ногу под себя, и нежно взяла меня за руку.

Я с минуту молчал, не зная, что ответить ей. Эстер начала нервничать, не понимая всей масштабности ситуации. Внезапно я ощутил опасность для дальнейших отношений с Эстер. Как бы я хотел развестись и женится на ней. Только Бог знает, как я этого желал!

— Тагир, посмотри на меня, пожалуйста, — медленно произнесла она, заставляя посмотреть на нее. Она нежно потянулась ко мне, заглядывая в глаза, а я просто не мог ответить ей взаимностью. Мне было больно и одновременно хорошо с ней.

— Ты слишком давишь на себя, Тагир, — продолжила она. — Мучая себя, ты не сможешь безболезненно решить свои проблемы. Пострадаешь, в конце концов, только ты!

Несколько мгновений тишины. Я решаюсь посмотреть на свою любимую женщину, чтобы признаться во всем том, что меня гложет все это время.

— Все всё за меня решают. Все строят на меня планы и меня это дико бесит. Но я не могу ничего сделать или поменять, ведь это моя семья, которой я обязан всем! Но я тоже хочу быть счастливым! — я встал с кровати и начал мерить шагами комнату. — Будь моя воля, я бы сегодняшнее же, нет, сейчас же, взял тебя с собой и уехал куда подальше отсюда!

Я отдышался и продолжил свой монолог:

— Меня никто не спрашивает как я, хорошо или плохо мне. Мною никто не интересуется! Все хотят мною управлять и добиваются того, чего желают через меня! Как же я устал от этого всего!

Эстер встала и обняла меня так сильно, что на мгновение мне стало легко и спокойно на душе. Она всхлипнула мне в грудь.

— Любимый, ты не обязан все это продолжать. Давай уедем туда, где нас никто не узнает? — она с надеждой посмотрела на меня, вытирая свои слезы. — Мы будем очень счастливы с тобой, поверь мне!

— Я с тобой уже счастлив, — признался я, целуя ее в лоб.

Эстер погладила меня по щеке и посмотрела с таким восторгом и детской наивностью, что в сердце у меня растаяла вся злость, которая копилась все это время.

— Я тебя очень люблю, — отчеканила она, смотря мне прямо в глаза.

Я обхватил ее круглое личико ладонями, поглаживая большими пальцами скулы. Я заметил, как кровь приливает к щекам Эстер. Она до сих пор каждый день удивляла меня какими-то мелочами. Многозначительная пауза.

— Я очень тебя люблю, — признался я в который раз за сегодняшний день, находя ее губы и накрывая их своими губами нежным поцелуем.

Мы оторвались друг от друга на мгновение, поцеловались вновь и обнялись так сильно, что все горечи этого злостного мира исчезли в миг.

С самого начала наших отношений, я ни разу не сомневался в нашей благоразумности. Я верил в нашу чистую любовь и привязанность друг к другу, как ни во что-либо другое в своей жизни! Риски были, но без них ведь скучно жить. А когда риск плюсуется с любовью, то это вдвойне приятнее.

Звонок в дверь. Мы оторвались друг от друга.

— Ты ждала кого-то?

— Нет, — ответила Эстер

Она недовольно поджала губы и пристально на меня посмотрела.

— Кто это может быть в такой час?

Теперь она была напугана. Эстер медленно прошлась по спальне и, бросив через плечо «я посмотрю, а ты жди здесь» испарилась за дверью.

Я последовал за ней, дабы удостовериться в ее безопасности, но натолкнулся на нее стоящую и выглядывающую в окно.

— Эстер, кто там?

Она резко повернулась ко мне и тихо прошептала:

— Амалия.

Как, как это возможно? С чего моей супруге приходить к Эстер? Да, они лучшие подруги, но смысл навещать ее в такой поздний час?

Тигран

— Тигран, здравствуйте, можно присесть за ваш столик? — спросил меня незнакомый мужчина средних лет, выдвигая стул из-за стола. Очевидно, ему мое согласие не требовалось.

— Присаживайтесь, — все же ответил я.

Мужчина рассматривал меня: черты лица, плавно перешел к волосам и далее. Он хмуро посмотрел на меня своими зелеными глазами и выдал:

— Может и мне заказать себе кофе?

Он сделал жест рукой официанту и сделал заказ.

— Прошу прощения, но мы с вами знакомы? Вы знаете мое имя, а я вот ваше нет…

Он вежливо протянул мне свою руку, представляясь:

— Меня зовут Ролан.

Он слишком долго держал мою руку и меня это немного насторожило. Но от незнакомца не веяло ничем подозрительным. Разве, что он знал мое имя. Даже это меня не смутило.

— Я знаю, что вы воспитывались в приемной семье, — начал он диалог, чем в этот раз удивил меня сильнее, нежели это ожидалось. — И также я предполагаю, что вы хотели бы узнать всё о своей настоящей семье. Поправьте меня, если я не прав, — обратился он ко мне напрямую, пока я переваривал сказанные им слова.

— Продолжайте, — сдержанно ответил я, хотя все внутри меня бушевало настолько, насколько это было возможно в данной ситуации.

— Я могу поделиться с вами информацией вашего происхождения.

— И что вы хотите от меня взамен? — спросил я. — Только знайте, я бедный человек и не смогу заплатить вам деньгами за предоставленную информацию, — сразу проинформировал я его, чтобы не было дальнейших загвоздок.

Он может и не думал о таком, но лучше сказать сразу, нежели после того, как он поделиться информацией и потребует от меня денежное вознаграждение.

— Мне от вас ничего не нужно, — просто ответил он и принял из рук официанта чашку горячего кофе.

— Вы хотите поделиться со мной информацией на безвозмездной основе? Я правильно вас понял?

Ролан согласно кивнул. Он сделал глоток и бодро отчеканил: — Вы из древнейшего рода оборотней Тигран.

— Что вы имеете в виду? — едва слышно спросил я.

— Вы сын бывшего главы клана долины Тороса, — четко произнес он. — Вы ведь не раз чувствовали что-то неладное в своем поведении или же излишнюю агрессию?

От роившихся в голове мыслей, казалось, что она сейчас лопнет на несколько тысяч кусков. Меня трясло мелкой дрожью. Может, мне не стоит верить в рассказы незнакомца, но последующие его слова убедили меня в обратном.

— Вы потеряли память в возрасте восьми лет и до сегодняшнего дня не знали о своем происхождении. Я прав? — спрашивал он, а я молчал.

Он продолжал рассказывать мне мою же биографию и за все это время ни разу не ошибся в ней. Мое молчание было ему положительным ответом.

— Вы всегда чувствовали, что кто-то был привязан к вам так сильно и вместе с тем крепко, что до сих пор вы чувствуете с этим человеком неразрывную связь, но вы не можете это ничем объяснить и поделиться вы этим тоже ни с кем не можете. Так вот, — подытожил мужчина. — У вас есть брат-близнец, который не меньше вас чувствует все эти недомогания.

Многозначительная пауза.

— Моя цель воссоединить вас с семьей, Тигран. Вы желаете этого?

Я осторожно взглянул на него, делая ставки у себя в голове: правда все то, что поведал мне этот человек или злая шутка?

— Вы хотите мне помочь? — зачем я это вообще спросил. Видимо от шока.

Ролан неторопливо и солидно кивнул, соглашаясь. Не похоже, что он был из богатых: потрепанная куртка, рубашка, которая давно потеряла свой натуральный цвет и грязные туфли. Я не совсем понимал, зачем ему это, но такого шанса я не мог упустить.

— Я согласен на все, только помогите мне встретиться с моим братом. Я знаю, что к их семье очень тяжело подобраться, но вы ведь не просто поделились этой информацией? Вы ведь сможете помочь мне? — сыпались от меня вопросы и я не мог остановиться.

Я был слишком взволнован и возбужден, чтобы контролировать свои действия.

Ролан медленно встал из-за стола, предварительно допив свой кофе, пока я расспрашивал его.

— Расплатитесь за нас, пожалуйста, и следуйте за мной, — потребовал он. — Я познакомлю вас с вашим братом.

Глава 9

Амалия

Не торопясь отвечать на прозвучавший вопрос, я, молча, прошла в гостиную своей лучшей подруги, где удобно расположившись на мягком диване, опустила глаза.

— Ты себя хорошо чувствуешь? — задала вопрос Эстер, просительно заглядывая мне в глаза. — Амалия?

— У нас был семейный ужин сегодня вечером, — ответила я. — Случился скандал.

— Почему? — растерялась она, всматриваясь в мое лицо.

— Родители начали разговор о ребенке. Тагир, услышав это, взбесился и ушел. Теперь я не знаю где его даже искать!

Эстер печально посмотрела на меня, а я продолжила:

— Он и на меня теперь зол. Я ведь без него подготовила детскую комнату. Я очень расстроена и зла на это, Эстер, — я разочарованно прикусила губу, напряженно размышляя. Несколько секунд тишины.

Откинулась на спинку кресла и протянула ноги, дабы хоть немного расслабиться.

— Я вообще его не узнаю в последнее время. Он так изменился. Это определенно не тот человек, за которого я выходила замуж несколько лет назад, — печально вздохнула я. — Поскорее бы переехать в наш собственный дом. Тогда бы мы были счастливее.

— Ты считаешь, что все ваши проблемы исходят от матери Тагира? — поинтересовалась моя подруга, наклоняясь ко мне ближе. — Разве в этом заключается ваши с Тагиром размолвки?

— Раньше, когда мы жили с ним отдельно от родителей, мы были счастливы… — выдохнула я, но произнося эти слова, поняла, что я обманываю себя. — Ты права, — выдала я неожиданно сама для себя. — Если ничего не поменяется, когда мы переедем, — начала я.

— Что ты сделаешь? — резко спросила Эстер, внимательно смотря на мю дальнейшую реакцию.

— Я, наконец, пойму, что вышла замуж по ошибке. Мы не пара друг для друга, — громко произнесла я, напряженно вглядываясь в окно.

Эстер посмотрела вдаль, едва уловимо вслушиваясь. Я заметила это, но не сказала ни единого слова, только продолжила:

— Я всегда чувствовала, что между нами с Тагиром чего-то не хватало. Нас поженили только из-за того, что наши родители пообещали нас другу другу. Хотя я должна была выйти замуж за Тиграна, — осеклась я, думая, что было все намного проще, если бы он остался жив. — Он не хочет детей. Он открыто об этом заявляет, и я не могу ничего с этим поделать, понимаешь меня, Эстер? — я взяла ее за руку и начала трясти.

Смотрю прямо в глаза подруге. Секунда и ее глаза становятся круглее, в них появляется понимание и… что-то еще, но я не совсем понимаю что это…

— Вы подходите друг другу, — благоговейно смотря на меня, трясущимися губами произнесла она.

В глаза ее стояли слезы. Она низко-низко наклонилась ко мне и поцеловала в висок.

— Мы всю жизнь провели вместе. С самого детства росли вместе и никогда не расставались. Мы хорошие друзья, но с семейной жизнью… нам не удается ее наладить…

Я погладила Эстер по голове, успокаивая ее, хотя сама я тоже была не в порядке. Но что ни сделаешь ради друзей. Она медленно поднялась, растирая слезы и шмыгнув носом, слабо улыбнулась.

— Амалия, — тихо произнесла она. — Ты никогда не задумывалась о том, что Тагир может тебе не подходить?

Я немного растерялась от слов Эстер, но врать самой себе не хотелось. Я не единожды думала о таком, но признаваться себе не хотелось. Ведь столько лет я потратила зря на построение семейных отношений с Тагиром, и все эти старания были коту под хвост!

— Да, может быть, — согласилась я, перебирая свои пальцы.

На втором этаже послышался шорох, а Эстер в растерянности посмотрела на меня.

— У тебя кто-то есть? — спросила я очевидное. — Прости, пожалуйста, — начала я говорить, быстро собираясь. — Надо было хотя бы намекнуть мне.

— Никаких проблем нет. Он…

— Эстер, все потом. Не заставляй гостя ждать себя, — обняла я ее и попрощалась.

— Спасибо. До встречи.

— Я тебе очень благодарна. Хорошо, что ты у меня есть, — еще раз обняла ее и закрыла за собой дверь.

Эта ночь надолго запомнится мне. Так опозориться! Что же обо мне подумал тот человек, что находился у Эстер наверху?

Тигран

Я неспешно шел по дорожке, вымощенной камнем, слушая, как мои ботинки стучат по серым плиткам. Тук…тук…

На душе было тревожно. Что если все слова мужчины, с которым я встретился в кафе, окажутся лживыми? Еще одной потери в своей жизни я больше не вынесу!

Впереди раздались голоса. Из-за высоких папоротников, куда сворачивала широкая дорожка, вышли двое мужчин, в черных мантиях. Это была служебная одежда вышестоящих лиц нашей долины. Я знал об этом, но когда увидел мужчин так близко, да еще и ощутил их силу, вздрогнул, потому что впервые находился в такой близости от оборотней. А это точно были оборотни: глаза их сверкали, походка высокомерная и грациозная, а меня, проходящего мимо простого человека, они даже и не заметили.

Мужчины скрылись за стеной белого здания, оставив меня одного.

Я шел к центральному зданию в долине, занимавшийся самыми насущными вопросами жителей. Например, добычей различных металлов, которые впоследствии используются для переработки в электроэнергию, хотя этот метод был открыт совсем недавно нашими учеными, он был популярным и в него вкладывали деньги наиболее богатые семьи Тороса. Еще центральный орган занимался обеспечением рабочих мест для жителей долины, а также экспортом зерновых культур, которые были у нас в огромном количестве.

Я свернул в нужную сторону и направился к главному входу в здание, откуда, по словам незнакомца, должен был выйти мой брат. В этот момент, и вообще на протяжении сегодняшнего дня, я не мог узнать себя. Разве, в обычное время, я смог бы довериться незнакомому человеку, поверить ему, даже до того, как я увидел доказательства его слов? Однозначно нет!

Вытянув шею, я с опаской посмотрел в сторону входной двери. Никого не заметив, я сел на ближайшую скамейку. Буду ждать столько, сколько понадобиться. Поставив перед собой такую цель, достал из кармана телефон и начал разбирать заказы рыбы, которые сделали за сегодняшний день.

Разбросал заказы на последующие дни и со спокойной душой отложил телефон в карман. Входная дверь заскрипев, начала медленно открываться. Я замер, по — моему, даже забыл, как дышать…

— Завтра более детально рассмотрим это дело, — проговорил мужчина, стоя спиной ко мне.

Он был высок, темноволос, широкоплеч совсем как я… В один миг он развернулся и из глубины моего подсознания, я вспомнил его. Своего брата…

С трудом разлепил свои глаза, пытаясь прийти в себя. В это время в мою сторону посмотрел он. Моя точная копия. Он замер, выпучил глаза, рот открыл и ошарашено так смотрел на меня, что от его взгляда мне стало как-то не по себе.

— До встречи, — постарался он побыстрее распрощаться со стоявшим рядом с ним мужчиной и медленными шагами начал приближаться ко мне.

Он встал напротив меня, и мы не смели ничего друг другу сказать. Все мои чувства смешались воедино, глаза искали на лице эмоции, которые он испытывал в этот момент, но я как-будто смотрел в свое отражение. Он на меня похож. То есть я на него похож…

— Это я, Тагир, — тихо произнес я.

Он шумно выдохнул и улыбнулся. Но за долю секунды он посерьезнел, а я повторил свои сказанные слова:

— Это я.

Он стоял неподвижно, смотря прямо в мои глаза.

— Ты умер, — тихо произнес он. — Ты мне мерещишься.

— Я не умер. Я живой, брат мой.

Он ошарашенно посмотрел на меня и, шатаясь, сделал один единственный шаг.

— Ты умер. Ты погиб в аварии! — отрицал он очевидное. Он то улыбался, то мотал головой, не желая верить мне.

— Все так думали, — сказал я. — Меня спасли.

Он сделал еще один шаг, а из моих глаз потекли слезы. Тагир медленно приблизился ко мне, с недоверием осмотрел вблизи и, протянув руку, тронул меня: провел по груди, щеке, волосам.

— Ты живой, — бормотал он. — Ты живой…Тигран, — он бросился в мои объятия, плача и обнимая за шею так сильно, что на мгновение у меня перехватило дыхание.

Я чувствовал родного для себя человека, близко, насколько это было вообще возможно. Сколько же лет я ждал этого! Как, как я мог описать свои чувства? Это было бы практически невозможно! Радость? Любовь? Неожиданность? Братские чувства?

Мы стояли и несколько минут обнимались, не видя и не слыша никого!

— Тигран, где ты был и что делал столько лет? Почему не пришел ко мне раньше? — начал он осыпать меня своими вопросами.

Он проводил руками по моим плечам, будто до сих пор не верил в мое чудесное спасение.

— Я не мог прийти, Тагир. Я до сих пор ничего не помнил.

Он вздохнул, проводя тыльной стороной ладони по щеке, смахивая тем самым слезы.

— Пойдем, пойдем сейчас же домой! Расскажем всем эту чудесную новость!

— Тагир, постой, пожалуйста, — начал я, останавливая брата. — Нам нельзя об этом никому рассказывать. Это должно оставаться в секрете. Только ты и я будем знать об этом.

— Тигран, почему? Разве мама не имеет право узнать о том, что ее сын жив?

— У меня сейчас кое-какие проблемы, — максимально честно сказала я. — Я тебе все расскажу, — заверил я его, когда он попытался что-то ответить мне. — Но мы должны уйти в более уединенное место. Туда, где нас никто не увидит, — я оглянулся и убедился в том, что рядом с нами никого нет. — Нам надо поговорить, хорошо?

— Хорошо, — ответил Тагир, вновь обнимая меня со всей братской любовью. — Тогда я пойду, встретимся около старого заброшенного здания в конце города.

Сказав это, он быстро сел в машину и уехал прочь. Я же, в свою очередь, пытаясь не наткнуться на кого-то, побежал прочь, чтобы не дай бог, меня кто-нибудь не увидел.

Глава 10

Тагир

После того, как я покинул своего брата, даже не вериться в это… После этого сразу же сел в машину и поехал в то место, где назначил ему встречу. Заехал в старое здание прямо на машине и принялся ждать его там. Тут было сыро и немного прохладно, несмотря на то, что мне практически никогда не было холодно. За исключением того времени, когда наступает Голубая луна.

Только вот я не подумал о том, как он будет добираться до этого места, ведь я даже не знал о том, есть у него машина и вообще в какой среде он рос… Мы так мало знали друг о друге…

Неужели все это происходит со мной на самом деле? Неужели спустя столько лет мы смогли встретиться с моим братом-близнецом, которого я около двадцати лет считал мертвым?

Он ведь живой, живой! Я все время считал его мертвым, думал о том, а что если бы было так… или вот так… Он все время был рядом с нами, а я его даже и не заметил!

Мысли об этом вовсе заполонили мою голову, и я не сразу заметил Тиграна, который быстрыми шагами приближался ко мне, снимая с себя капюшон.

— Я заставил себя ждать? — раздался его голос издалека. Он, улыбаясь, подошел ко мне.

— Ты заставил меня ждать себя целых двадцать лет! — я вновь обнял его. Честное слово, я за всю жизнь не обнимался столько раз, сколько за сегодня! — Можно посмотреть на тебя? — отпрянув от него, я стал разглядывать его во все глаза, убеждаясь в том, что все это правда.

Тигран улыбался мне, смеялся над моими неловкими движениями, хотя и ему самому было это все в новинку.

— Мне столько всего нужно тебе рассказать! Ты узнал это место? Это первая фабрика нашей семьи. Нам о ней столько раз рассказывали в детстве, помнишь? — резко обернувшись и указывая рукой на здание, спросил я.

— Я не помню, — нахмурившись, ответил он.

— Наш отец целыми сутками работал здесь простым рабочим, чтобы иметь возможность прокормить нас, не помнишь? Да ладно, у нас просто куча времени для того, чтобы вспомнить все то, что связывало нас столько лет! — положив руку на его плечо, пробормотал я.

— Как мама? — резко сменил он тему. — Как наша мама?

— Она очень страдала, Тигран. После того, как мы узнали новость про аварию… и после сжигания тела нашего отца…

— Я не помню ничего. Я не помню ни отца, ни мать, — понуро ответил он.

— Ничего, мама, я, Амалия… мы все скорбели о вас…

— Кто такая Амалия?

— Наша подруга детства. Вы были лучшими друзьями. Ты ладил с ней больше, нежели я с ней. Мы с ней поженились несколько лет назад, — проинформировал я брата.

У него загорелись глаза, а после он поздравил меня и пожелал долгой и счастливой жизни.

— Спасибо, — произнес я и сразу перешел к вопросам, которые меня интересовали в первую очередь. — Как ты смог меня найти? Ты ведь не помнил ничего? Или же ты меня случайно увидел?

— Помнишь, я говорил тебе о том, что меня нашел друг нашего отца. Он пришел ко мне и рассказал всю правду: о том, что моя семья находиться совсем рядом и направил к тебе. И вот сегодня вечером, благодаря ему я появился перед тобой, — он развел руками. — До этого момента я и понятия не имел, что помимо меня существует мой брат — близнец.

— Мы все это время были уверены, что ты мертв. Это какое-то чудо! Я так хотел тебя увидеть хотя бы во сне, но этого не происходило. Ведь я считал, что ты был мертв, а оказался совсем рядышком… Сейчас ты стоишь передо мной, — я закрыл рот ладонью. Я так счастлив.

— Я каждый день хотел найти частичку своей души, но все старания были тщетны. Да и все беды были в том, что я потерял память и не помнил ничего из того, что было в прошлом. Только свою нынешнюю семью, которая пристроила меня у себя и растила до сегодняшнего дня.

— Ты рос в семье? — спросил я, немного удивившись.

— Да, у меня есть родители и младшая сестренка, — ответил он улыбнувшись. — Но я все время думал о вас… Я хотел любой ценой найти вас, познакомиться со своей кровной семьей. И я смог исполнить свою мечту. И не важно, что прошло двадцать лет, ведь теперь я с тобой, с вами…, — Тигран обнял меня и сказал на ухо: — За нами могут проследить, брат мой. Мы должны быть аккуратнее при наших встречах.

Мы быстрыми шагами пересекли бетонную площадку и сев каждый в свою машину, выехали на трассу. Убедившись в том, что за нами никто не следит, обменялись сообщениями о том, что завтра встретимся на обговоренном заранее месте.

Сердце чуть ли не выпрыгивало от радости, танцевало танго и делало тройное сальто и это, причем все одновременно! Я не мог описать свои чувства! Я нашел свою частичку, свою жизнь и надежду на то, что в дальнейшем все у нас будет хорошо.

Амалия

Амалия! — донесся до меня голос Арабеллы. — Можешь спуститься в гостиную?

Я вздрогнула, едва не выронив книгу из рук, уставившись на дверь. С чего бы Арабелла позвала меня в столь поздний час? Может, что-то произошло с Тагиром? В последнее время, думая о том, что мужчины наши дома воевали с оборотнями на окраине нашей долины, и практически каждый день словесно воевали с ними, меня одолевали страшные думы.

Меня охватила дрожь и, поднявшись на негнущихся ногах, вышла из спальни в сторону винтовой лестницы. В последнее время Арабелла была нервной и при каждом удобном случае пыталась задеть меня, но я пыталась не обращать на нее внимания, ведь конфликты в нашем доме никому были не нужны.

Стиснула зубы и, сделав глубокий вдох, попыталась немного успокоиться. Сперва, нужно было выяснить, что ей понадобилось от меня, а потом думать о том, что мне сказали.

Арабелла лежала на своем любимом небольшом диване и просматривала что-то в своем смартфоне. Роскошные светлые волосы рассыпались по плечам, тонкое платье обрисовало ее стройную фигуру. В свои сорок девять лет она выглядела на тридцать пять. Хотя эта женщина пережила тяжелые времена: потеряла собственную семью в молодом возрасте в войне между расами, а позже и супруга с сыном. Такое преодолеть смог бы не каждый человек, а тем более женщина. Хотя говорят, что мы — женщины, куда выносливее мужчин.

— Амалия, я надеюсь, не разбудила тебя? — натянуто улыбнулась Арабелла, отложив свой смартфон на журнальный столик и ровно садясь на диване.

— Что-то произошло с Тиграном? — спросила я, похолодев.

— О, нет, ничего не произошло! — отмахнулась она. — Я позвала тебя совсем по другому поводу. — Ты знаешь, где сейчас находиться твой супруг?

Сердце оборвалось, и я еле устояла на ногах. Медленно присела на ближайшее кресло и помотала головой:

— Я уверена в том, что он сейчас на работе.

— Ну, так вот, — нарочито громко произнесла она. — Не будь в этом так уверена, девочка моя. Я предлагаю тебе сделку, — протянула она.

Я удивленно вскинула брови. Но все же было интересно, что может предложить мне эта женщина, когда на самом деле я ни в чем и не нуждаюсь.

— И какие условия сделки? — немного напрягшись, проговорила я.

— Я уверена, тебе это подойдет, — тряхнула она волосами то в одну, то в другую сторону. — Ты должна произвести на свет наследника, а потом можешь уходить, куда и к кому хочешь.

Я поперхнулась воздухом и с неподдельной яростью уставилась на нее.

— Вы что мне предлагаете? Родить ребенка и бросить его в тот же миг?

— Как будто ты хочешь оставаться в этом доме, — усмехнулась Арабелла. — Думаешь, я не знаю, что мой сын уже давно не исполнял свой супружеский долг? — она сделала паузу, дабы дать мне время на обдумывание того, что она только что произнесла.

— Вы же с самого начала знали, что я не соглашусь на это, — покачала я головой. — Вы прекрасно знаете об этом Арабелла, — я сказала это уверенно и смотря прямо в ее озлобленные от гнева глаза.

— А почему бы тебе на это не согласиться? Прекрасную жизнь тебе предоставят. Можешь даже вторично выйти замуж и уж на этот раз, может быть, у тебя будет счастливый брак?

И когда она смогла придумать эту авантюру? Для меня было неожиданно услышать такое предложение со стороны Арабеллы. С одной стороны, я понимала ее, ведь ее сын не был счастлив в браке, но нас же поженили насильно и никто нас двоих об этом не спрашивал. С другой же стороны, я была категорически против этого, ведь как бы я была несчастна, я не смогла бы бросить ребенка!

— Я не принимаю ваши условия, Арабелла. Все останется так, как и было, — проговорила я, твердо решив больше не слушать эту женщину.

Арабелла поморщилась, но, видимо, сочла мой тон справедливым. Откинувшись на диване, она пару секунд молчала, а потом заговорила:

— Мы еще поговорим об этом. А теперь иди и ублажи моего сына. Он сегодня, видимо, не в настроении, — произнесла она, в тот же момент щелкнул замок в двери и на пороге появился Тагир.

— Доброй ночи, — немного радостно сказал он, но он явно пытался скрыть свое веселое настроение. — Почему вы до сих пор не спите?

— Мы тут решили немного посплетничать с Амалией, — нарочито мягко произнесла Арабелла, подходя к сыну и гладя его по плечам.

Она едва доставала ему до груди, но заглянув в глаза своему сыну, она продолжила:

— Что-то случилось? В смысле у тебя хорошее настроение и я давно тебя таким бодрым не видела, — произнесла она, разглядывая сына с ног до головы.

Как могла эта женщина так хорошо играть на публику? Я вздохнула и обхватила себя за плечи. Что же я буду делать дальше? Ведь Арабелла не оставит это дело незаконченным. Стоит ли надеяться, что Тагир ничего об этом не знает? Или же он заодно с ней? Если последнее окажется правдой, то это меня сильно ранит. Ведь проворачивать дела за мой спиной… Только этого мне не хватало…

— Все как обычно, — пытаясь отойти от темы, Тагир приблизился ко мне и взял за руку. — Мы уже пойдем с Амалией спать.

— Хорошо. Спокойной ночи, дети, — заинтересованно посмотрев на нас, произнесла Арабелла.

— Что она тебе сказала? — шепнул мне на ухо Тагир, когда мы отошли от его матери на приличное расстояние.

— Ничего такого, что тебе необходимо было бы знать, — слишком резко ответила я, на что Тагир ничего не ответил.

— Заходи и сразу присаживайся на кровать, потому что у меня такие новости, от которых ты просто упадешь, — слишком возбужденно произнес Тагир.

Эти слова произвели на меня неизгладимые впечатления. Ведь когда он начинал свой рассказ на такой ноте, нельзя было не оставаться в замешательстве до тех пор, пока он не закончит свой рассказ.

— Амалия, он жив…

Глава 11

Амалия

— Тагир, о ком ты говоришь? — непонимающе посмотрела я на него.

Он колеблется, прежде чем спокойно ответить:

— Тигран жив. Он жив, Амалия.

Встав, я подошла к Тагиру и, взяв его за руку, спросила:

— Тагир, милый, твой брат…

— Амалия, я его сегодня собственными глаза видел! Мы с ним стояли также как и мы с тобой сейчас!

Я не выпускаю его руку. Смотря в его глаза и не веря в его слова, делаю шаг ему на встречу.

— Тагир, где ты его видел? Как ты его нашел?

— Он сам нашел меня! Он подошел к центральному зданию, в котором мы все… — он, запинаясь, начал рассказывать всю историю. — Когда я его увидел, я не мог поверить своим глазам, Амалия. Он жив.

Я цеплялась за его руку крепче и больше не решалась двигаться, потому что все мое тело ослабло настолько, насколько могло. Ноги подкосились и, потеряв равновесие, я упала коленями прямо на пол, начиная навзрыд плакать и не верить в слова Тагира. Как, как такое возможно?

— Амалия, осторожно! Ты в порядке?

Слова Тагира словно перестали меня успокаивать, накатила самое настоящее смятение, смешанное с ужасом. Я осталась сидеть на полу, хотя Тагир и уговаривал меня сесть на кровать. Я невидящими глазами посмотрела на него, но ничего не ответила.

— Амалия, успокойся, твое сердце не выдержит…

Я сама того и не заметила, что по моему телу побежали струйки крови. Из горла вылетело серое облачко. Тагир опустился рядом и начал дергать меня за руку, пытаясь успокоить меня.

— Именно этого я и боялся! Зачем я тебе вообще рассказал! Ведь знал же!

Я посмотрела на себя в зеркало, которое стояло параллельно от меня на всю стену, и увидела то, чего даже не испугалась: кровь сочилась изо рта, ушей и огромных ран на теле. Крови становилось все больше и больше, а чтобы остановить ее, мне просто на всего нужно было немного успокоиться.

— Амалия, пожалуйста! Ты можешь умереть!

Когда слова о смерти донеслись до моих ушей, я с трудом приоткрыла глаза и, подняв голову, спросила:

— Он действительно жив? Тагир, ты меня не обманываешь?

— Зачем не это делать? — взволнованно спросил он. — Пожалуйста, успокойся. Ты ведь хочешь его увидеть?

Эти слова мне что-то напоминают…Детство, когда мама заставляла покушать хоть что-то, а я не хотела, она всегда говорила: «— Ты ведь хочешь увидеть Тиграна? — И увидев мой заинтересованный взгляд, продолжала: Вот покушай, а потом мы пойдем к ним в гости».

Мои гаснущие глаза вспыхнули и я, успокоившись, собралась с мыслями. Взяв руку Тагира, он помог мне встать.

— Прости меня…

Он перебил меня и прижал мое подрагивающее тело к себе. Тагир ласково ответил:

— Не извиняйся, я был практически в таком же состоянии, когда увидел его. Я сам не мог поверить в это.

У меня снова пошла кровь из горла, и я начала кашлять, дабы не задохнуться. Я приложила к груди ладони, пытаясь заглушить всю ту боль, которая вспыхнула внутри меня.

— Пойди и умойся, а потом мы поговорим с тобой обо всем, — поглаживая меня по спине, мягко произносит Тагир, проводя меня до ванной комнаты.

Я замерла возле зеркала, немного онемев от своего вида. Я была похожа на девушку, которая только что избежала смертельной угрозы и теперь стоя у раковины, пыталась забыть все произошедшее, смыв с себя всю ту грязь, которая прилипла к ней.

Одним умывальником тут не обойдешься. Я сняла с себя всю одежду и наскоро приняла душ. Походу я начала думать и о том, что послужило такой реакции моего организма на слова Тагира. Мы с ним в самом начале нашего брака обсуждали это, но, видимо мы являлись просто парой, а не истинной, в чем и заключалась вся проблема.

Ведь, если бы я вышла замуж за Тиграна, этого бы никогда не случилось. Родители посчитали тогда, что если мы с Тиграном являлись истинной парой, то и с Тагиром мы ею можем стать, ведь они братья-близнецы. Но наша судьба сыграла с нами злую шутку, ведь наше здоровье от заключения нашего брака, только ухудшилось, и болели мы чаще остальных оборотней.

Обо всем этом родителям мы не рассказывали, дабы не волновать их. Но с Тагиром было все иначе. Я заметила изменения в его здоровье полтора года назад. Он практически не болел, он стал намного энергичнее и счастливее, нежели я, которая с каждым годом увядала как цветочек осенью.

Может быть то, о чем мне намекала Арабелла правда? Тагир нашел себе истинную пару и оттого он стал таким счастливым? Я не могла в это поверить, но думать сейчас об этом, просто не было смысла. Все мои мысли занимал Тигран, мой Тигран, о котором я не забыла думать…

— Как ты себя чувствуешь, Амалия? — спросил меня Тагир, когда я вышла из ванной.

— Ты нашел себе пару? — на ходу спросила я, подходя к нему и садясь на кровать.

Тагир устало потер виски и присел рядом со мной:

— Амалия, ты сейчас хочешь закатить скандал?

— Тагир, ты неправильно меня понял, — начала я, кладя свою руку на его широкие плечи. — Теперь я поняла, почему чувствовала себя не так худо, как того требовалось, живя без истиной пары. Ведь Тигран все это время был жив, ведь так?

Тагир кивнул и сев прямее, продолжил слушать меня дальше.

— Он же жил в долине? — на мой вопрос, он ответил кивком. — В этом то и было все дело! Теперь ты понимаешь, Тагир? Я чувствовала его душой, но меня сбивало с толку то, что нам сказали, что он погиб! Теперь все встает на свои места.

Губы Тагира растягиваются в неуверенной, дрожащей улыбке.

— Ты не поверишь, как я рад, что мой брат жив.

— Ты не представляешь насколько рада я! — взвизгнув, повисла я у него на шее. — А мы можем сегодня встретиться с ним?

Тигран

Неужели все то, что произошло сегодня, правда? Действительно ли я нашел то, что стремился так найти столько лет? Мой брат… Это было чудо. Он стоял прямо передо мной, такой родной и такой похожий на меня…

Он был известной личностью в долине, но почему до сегодняшнего дня я не сумел разглядеть его среди жителей Тороса? Да если бы приятель отца не ткнул меня в него носом, я так бы и не встретится с ним!

Интересно, с чем это было связано? Почему я не видел его столько времени, хотя мы жили под носом друг у друга?

— Подайте мне немного денег, — старик с улицы, улыбнувшись, подошел ко мне. Он вытянул губы и пахнул в меня ароматом гниющих зубов.

Я взял из кармана мелочь и подал мужчине, а он, в свою очередь, сказал такое, что повергло меня в ту же секунду в шок.

— Одного из вас ждут испытания, мальчик мой. Оберегайтесь желтого света, — сказав это, он моментально исчез, оставив меня одного на пустынной улице.

Испытания? И кого? Нас с Тагиром? Хотелось бы мне узнать, о чем он конкретно говорил, уж слишком спокойным и надменным он мне показался, хоть и просил милостыню.

Несколько часов я гулял по переулкам, оставив свою машину возле дома. Уж слишком много мыслей летали в голове, пытаясь разнести мой череп.

Неподалеку от меня, караван из четырех повозок загрузили с неимоверной быстротой и лошади, немного медленно, но все же двинулись в путь. Отъехали от Говера, соседа, который жил через несколько домов от нас. У нас была взаимная неприязнь друг к другу, и идти навстречу к его дому, мне не особо хотелось. Свернул за угол и пошел по направлению к речушке.

Бродя по окрестностям долины, я нашел небольшую поляну, окруженную со всех сторон деревьями, словно стражей. Она была скрыта от глаз, что мне и нужно было. Трава была немного мокрая, ведь с неба и деревьев капала небольшая морось. Но, несмотря на это, я лег на спину и, смотря на небо, стал обдумывать сегодняшние события, мечтая в будущем о большой и крепкой семье.

Нет, про свою семью, которая меня вырастила, я не забуду никогда и постараюсь заботиться о них также, как делал до этого, но кровные родственники, это все же совсем иное. Когда тебя насильно оторвали в детстве от них, это просто необъяснимое чувство…

***

Тагир

— Мы точно в нужном месте? — в который раз спросила у меня Амалия, раздвигая толпу и, шелестя своей длинной юбкой.

Я вздохнул, но ничего не ответил. Я понимаю, она нервничает, но ведь я тоже! В окраинах долины я не был давно. Люди здесь жили бедно, а видя детей в грязной и рваной одежде, сердце замирало и хотелось всем им помочь. Надо бы придумать что-то. В голове промелькнуло множество идей, связанное с дополнительными рабочими местами, но, в первую очередь, необходимо создать программу, которую одобрит мой отчим, а затем воплотить ее в жизнь.

Сразу же, после того как все утрясется, я начну работать над этим проектом. Мой брат в этом мне и поможет, а заодно мы и лучше друг друга узнаем. Ведь он, как никто другой знает менталитет этих людей и направит все мои мысли в нужное русло.

— Тигран все это время жил здесь? — Амалия обвела грустным взглядом обветшалые дома, которые мы медленно проходили.

— Видимо да, — растерявшись, ответил я.

Я до сих пор недоумевал, почему мы с ним раньше не смогли столкнуться лицом к лицу? Да, я понимал тот факт, что он жил жизнью простого рабочего, но мы смоли бы с ним увидеться на собраниях и прочее.

— Ты чувствуешь его? — нетерпеливо спросила меня Амалия, заглядывая в мои глаза. — Тагир, напрягись, пожалуйста.

Я принюхался и почувствовал неподалеку от нас его запах. Провел глазами по нескольким домам и вычислил дом, в котором он должен был находиться.

— Дом 148, вон там, — показал я указательным пальцем.

Амалия нетерпеливо быстрыми шагами пошла в показанную ей сторону. Дойдя до входной двери, она постучала и принялась ждать, когда ей откроют дверь. Время была ранее, но рабочие в это время должны были уже встать. Я стоял неподалеку от Амалии, осматриваясь и пытаясь почувствовать запах брата, но тут он становился менее сильным, нежели возле его старенькой машины.

Дверь распахнулась и перед Амалией появилась женщина средних лет, удивленно смотревшая на нее.

— Доброе утро, — поздоровалась Амалия, протягивая женщине руку. — Тигран дома?

Она слишком была взволнована, на что женщина обратила внимание.

— Я его знакомая. Мы должны были встретиться пару часов назад, но он так и не пришел, — попыталась объяснить она причину своего раннего визита.

— Доброе утро, — мягко произнесла женщина. Она немного растерялась, но все ответила: — Он сегодня ночью не приходил домой, — она всхлипнула, на что мы переглянулись с Амалией и подумали о самом плохом.

— Я его найду, не переживайте, — Амалия обняла женщину. — Я найду его, — повторила она и отошла от дома, быстрыми шагами направляясь ко мне. — Ты можешь этот капюшон натянуть? Тебя могут заметить и принять за Тиграна!

— Я и так из-за него практически ничего не вижу! — запротестовал я, но все же сделал так, как она и сказала. — Где он может быть?

— Ты должен найти его! Нет, Тагир, ты обязан найти своего брата!

Глава 12

Амалия

Мы с Тагиром замерли, не в силах пошевелиться, ни произнести хоть одно слово. Постепенно мое удивление перерастало в узнавание этого человека. Насколько реальный Тигран был ярче того образа, который впечатался в моих воспоминаниях.

В темных волосах Тиграна остались следы того, как он лежал на земле, уж слишком они торчали у него в разные стороны. Чем дольше я смотрела на него, тем явственнее становились понятны произошедшие в нем изменения: он возмужал, на лицее более резко обозначились скулы, глаза блестели. В прочем он был также красив и привлекателен, что же говорить, его брат-близнец столько лет жил бок о бок рядом со мной.

Тигран, в свою очередь, также не сводил с меня глаз, впитывая в себя каждую тонкость моей внешности: Мои слишком светлые волосы и зеленые глаза всегда привлекали внимание общественности, а в остальном я была обычна: одета в рубашку голубого цвета и джинсы, в которые рубашка и была слегка заправлена.

Я вновь посмотрела прямо ему в глаза, пытаясь наглядеться им. Такая знакомая улыбка…еще в детстве, когда мы были совсем маленькими… она сводила меня с ума.

— Вы долго будете так стоять? Тигран? Амалия? — слишком громко произнес Тагир, делая движение по направлению к Тиграну.

Голос Тагира привел меня в чувства, убеждая еще раз в том, что Тигран не плод моего воображения. Он на самом деле стоит передо мной в таком же удивительно подвешенном состоянии, что и я.

Тагир подтолкнул меня, направляя рукой вперед. По мере того, как я преодолевала расстояние между нами, казалось, будто все годы, которые мы провели друг без друга, таяли на наших глазах.

Оказавшись рядом с Тиграном, он раскрыл мне свои объятия, и я с готовностью прильнула к нему, как когда-то, двадцать лет назад…

— Привет, Амалия, — прошептал он мне на ухо, обдавая своим горячим дыханием.

Я потеряла счет времени, пока мы стояли тесно прижавшись друг к другу на фоне восходящего солнца. Я начала дрожать, а Тигран по своей внимательности не мог не заметить этого. Мы оторвались друг от друга, а когда я заглянула в его глаза, прочла все то, что он так хотел мне рассказать.

Я видела, как за все эти годы изменился Тигран — он превратился в настоящего мужчину. Его загорелое лицо и немного огрубевшие руки говорили о том, что он много работал.

— Привет, Тигран, — мягко произнесла я, наконец, опомнившись. — Как… как ты выжил? — выдавила я из себя, не отрывая глаз от его лица.

— Меня спасли, — ответил он, гладя меня по волосам.

Коснулась его руки, которыми он гладил меня, лишний раз, пытаясь убедиться в том, что он настоящий.

— Я до сих пор не могу поверить в это…

— Ты не хотел, чтобы я вернулся к вам?

Вопрос вернул меня в реальность. Вспомнив о том, что он мог пережить за эти годы, отстранилась от него, немного погрустнев.

— Тигран, зачем ты так?

— Амалия, я же пошутил, — поражаясь моей реакции, изумленно воскликнул он. — Она всегда была такой ранимой? — обратился он к своему брату, впервые за то время, что мы пришли на поляну.

— Увидела тебя и потеряла голову, братец, — поддакнул он ему и они обнялись. — Рад тебя видеть, Тигран. Наконец мы смогли спокойно встретиться.

Я невольно покраснела, щеки запылали, и я попыталась скрыть свою реакцию на слова Тагира.

— Как вы меня нашли? То есть…никто не знал, что я здесь.

Вроде пронесло…

— По запаху, друг мой. Ты очень хорошо пахнешь, — Тагир встряхнул волосы брата.

— По запаху?

Тигран умолк, не договорив, поэтому я продолжила за него:

— Ты же знаешь, кем ты являешься, ведь так Тигран?

Его взгляд, по-прежнему непонимающий. Он до сих пор был в полном неведении, о чем мы говорим, был устремлен на лес позади нас. Он сощурился и посмотрел то на меня, то на Тагира.

— Ты серьезно? Тигран?

— Ребят, я не понимаю, о чем вы говорите.

Он говорил правду, хотя в самом начале я надеялась, что он шутит. Недоумение на его лице все объясняло.

— Тигран, мы вервольфы, — попытался проинформировать брата Тагир. — Ты не замечал резкую вспышку агрессии, чувствительность к запахам и далее то, что не дано простым людям?

Тигран, призадумавшись, отдалился от нас, шагая взад вперед. Он, кажется, вспоминал ситуации, когда могло это происходит, сам того не замечая.

— Да, такому было место быть, — ответил он.

— Я вообще не понимаю, как ты мог этого не замечать? — озадаченно бормотал Тагир. — Хотя, если ты не помнил о своем происхождении… Вполне возможно ты просто не сумел почувствовать своего волка внутри себя. Тигран, можешь сейчас попытаться перевоплотиться?

— Тагир, ты с ума сошел? Мы только нашли Тиграна, а ты хочешь проводить эксперименты? — недоуменно спросила я, зло, смотря на него. — Тигран, не слушай его, тебе нужно, в первую очередь, отдохнуть и принять все то, что произошло с тобой.

— Тут, кажется, все, как прежде. Ничего не изменилось, — заметил Тигран, улыбаясь. — Знаете, после того, как я встретился с тобой, — указал он на брата. — Я начал вспоминать некоторые детали. Сейчас, видя вашу небольшую стычку, вспомнилось мне то, как в детстве нескончаемо ссорились и спорили. И неважно было о чем.

Мы все рассмеялись.

— Надеюсь, со временем ты все вспомнишь, — сказала я и обняла Тиграна еще раз.

— И я рассчитываю на то, что ты вспомнишь, кто убил нашего отца, — отсалютовал Тагир.

— И куда теперь мы пойдем? Мы не можем появляться на публике втроем, — заметила я, стоя между братьями. — Может, что-то построим для нас троих?

— Троих? — прыснул Тагир, играя бровями.

— Это не то, о чем ты подумал, болван! — толкнула я его и сама рассмеялась.

— Не переживайте, я не буду мешать вашему единению слишком часто.

Взяла под руку двух братьев, и мы медленно пошли вглубь поляны, рассказывая друг другу то, что произошло за последние… двадцать лет? Да, определенно, нам нескольких часов не хватит.

Тигран

Сидя в тени магнолии, я разглядывал поляну, на которой мы вчера гуляли с моим братом и его супругой. Мы с Амалией назначили на сегодня встречу, и это было более чем странно, ведь она супруга моего брата и нормально ли это? Может, это ему не нравится, но он просто молчит об этом?

Яркое солнце слепило, отражаясь в водах небольшой реки, которая протекала неподалеку от поляны. Я надел солнцезащитные очки и огляделся вокруг. Неподалеку от меня, пробежала косуля, а наверху с ветки на ветку прыгала белка. Все это я мог услышать на довольно далеком расстоянии, что меня, иногда, удивляло. Вчера мне рассказали настолько много интересной информации, что даже сегодня, обдумав все за ночь, я не мог поверить в это. Хотя каждый раз, я мог замечать у себя все новые и новые способности.

Взглянул на часы и увидел, что до встречи у меня оставалось всего пару минут. Я решил пройтись, чтобы немного усмирить свое быстро стучащее сердце. Амалия сильно повлияла на мое состояние, хотя, она ничего и не сделала. Может, я просто начал вспоминать свои чувства, которые испытывал в далеком прошлом?

Ветки деревьев шелохнулись, и из-за них вышла Амалия, при виде которой мой рот моментально растянулся в улыбке. Я выдохнул, напоминая себе, что она супруга моего брата и что я ни в коем разе не должен иметь виды на нее, но сердце думало иначе. Сразу же вспомнились слова Тагира: «Я не слишком часто буду мешать вашему единению». Тогда я не спросил, что именно он имел ввиду, слишком уж сбит столку я был тогда. Но сегодня, когда мы с Амалией будем наедине, просто необходимо разузнать все.

Амалия была в темных джинсах и белой рубашке на пуговицах. Они прекрасно сочетались с ее глазами.

— Привет, — расплылась она в улыбке.

Я улыбнулся в ответ, но не решился подойти и обнять ее крепко-крепко. Хотя, так хотелось это сделать, но меня опять же остановила моя принципиальность.

Амалия скользнула своей тоненькой рукой по аккуратно собранным в конский хвост волосам.

— Ты очень пунктуальна, — выпалил я, чтобы разбавить тишину.

— Ты, может, еще о погоде поговоришь? — нервно хохотнула она, приближаясь. — Ты комфортно себя чувствуешь рядом со мной? — спросила она то, что я никак не ожидал от нее услышать.

— Это так заметно? — спросил я в такт. — Просто мы как будто друг друга знаем давно, но в то же время, далеки друг от друга. Я словно совершил телепортацию из прошлого в настоящее.

— А я до сих пор не могу поверить в то, что ты стоишь передо мной. Я всю ночь не спала, думая о том, какой же я счастливой стала.

Слова, сказанные Амалией, вызвали у меня восторг. Я так давно не видел такой детской радости, которая была слышна не только из ее уст, но я также видел это, смотря в ее глаза.

— Я сам не могу поверить, что нашел своих родных. Не поверишь, сколько я вас искал, а вы оказались настолько близки территориально…

— Тигран, знаешь, мы говорили об этом с Тагиром, — начала Амалия, приближаясь ко мне и показывая рукой, присесть рядом с ней на траву. — Мы до сих пор не можем понять, почему никто из нас не сумел заметить тебя. Ведь мы сто процентов сталкивались, хоть раз за этот длительный период, который ты отсутствовал.

Я внимательно выслушал ее, и у меня в голове зажглась лампочка. А ведь и правда, мы же встречались с Амалией. Я с энтузиазмом начал говорить:

— Амалия, я видел тебя в питомнике, но ты вряд ли вообще посмотрела в мою сторону.

Ее взгляд вдруг пронзил меня насквозь:

— Ты с ума сошел? — накинулась она на меня. — Я не смогла бы ни не заметить такого красивого парня, — красноречиво произнесла она и покраснела.

— Амалия, но я был в рваной одежде, — настаивал я на своем, пропустив мимо ушей ее комплемент. — Это сейчас я в более или менее приличном виде. Просто знал, что встречусь с тобой.

Амалия улыбнулась.

— Значит, ты заметил меня и не подошел ко мне?

— Заметил тебя и подумал про себя, что ты очень привлекательная девушка. И прошел мимо.

— Я всех в этом питомнике знаю. Я бы тебя точно заметила. Здесь что-то не так. И мы должны это проверить.

— Проверить что?

— Я потом тебе скажу, — ответила она и на мгновение остановилась. — Значит, я привлекательная? Тигран, ты, оказывается, умеешь делать хоть какие-то комплименты.

— Не забывай, ты замужем за моим братом и я не разрешаю тебе флиртовать со мной. Да и с кем бы то ни было.

— Тебе Тагир еще не рассказал? О нас с ним? — уточнила она, садясь боком ко мне и вытягивая ноги.

— Что он должен был рассказать?

— У нас с ним давно никакого брака нет, да и не было никакой любви никогда, понимаешь? Нас поженили, думая, что мы подойдем друг другу, но, увы, ничего не вышло.

Я переварил всю информацию, полученную только что и задал вопрос, терзавший меня с того самого момента, как я встретил Амалию.

— Вы не любите друг друга и никогда не любили?

Амалия покачала головой.

— И у вас нет совместных детей? — сглотнул я комок в горле.

Пока Амалия не ответила на мой вопрос, время будто тянулась неимоверно медленно.

— Нет, Тигран. У меня вообще нет детей. Ни от кого бы то ни было.

Глава 13

Тагир

Вчера я дал время узнать друг друга поближе Тиграну с Амалией, а сегодня я уже не смогу сидеть в сторонке, а прямиком пойду в деревню и встречусь со своим братцем.

Я был уверен, что никаких сложностей в наших отношениях, скорее всего, возникнуть не должно. Мы с Амалией разведемся и сыграем свадьбу на четверых: я с Эстер и Тигран с Амалией. И будет все так, как изначально и должно было быть.

В последнее время я и чувствовал себя рядом с Амалией неуютно, тем более, что мне приходилось столько времени обманывать супругу, а сегодня ночью я решил все: расскажу обо всем сначала брату, а потом уже заведу разговор с Амалией. Уверен, что она будет в восторге и с радостью избавиться от меня в хорошем смысле слова. Ведь я не являюсь ее истинной парой и поэтому она до сих пор не смогла полноценно перевоплотиться в волчицу и укрепить, как следует свое здоровье.

— Тигран! — крикнул я брату, стоящему неподалеку от речки.

Это место стало нашим пристанищем, своего рода убежищем, которое защищало нас от посторонних глаз. Здесь, я чувствовал себя в полной безопасности, особенно теперь, когда я нашел брата, и мы понятия не имели, как поступить правильнее.

— Привет, — просиял Тигран. — Я рад тебя видеть.

Я обнял его, и мы присели рядом друг с другом. Машинально задел его плечом и мы рассмеялись. Я никак не мог привыкнуть к тому, что мне больше не приходиться рассчитывать на себя. Теперь я знал, что в любую минуту могу обратиться к Тиграну, и он с огромным удовольствием поможет мне.

Все это время, что отсутствовал Тигран, роль защитницы, выполняла Амалия, которая вытаскивала меня из всяких неприятностей и каждый раз, обещала, что это было в последний раз, но ведь она не могла оставить меня в беде.

— Я хочу поговорить с тобой на одну серьезную тему.

— Тагир, надеюсь, ты не всегда ходишь с таким лицом, ведь это немного устрашающе выглядит, — весело сказал Тигран, распрямляясь. Но я видел, что черты его лица посерьезнели, и он принялся внимательно слушать меня.

— Амалия рассказала же, почему мы женаты на данный момент? Так вот, ты должен был жениться на ней, а не я. Так получилось, что моя мама, точнее наша мама, — поправил я сам себя. — И родители Амалии хотели во что бы то ни стало соединить две семьи и они буквально не оставили нам выбора. Мы поженились, но, ни о какой любви и речи быть не могло. Мы знали об этом с самого начала, и так продолжалось до твоего появления, — подвел я кое-какие итоги. — Так вот, я хочу развестись с Амалией и мое место должен занять ты. Ведь именно тебе предназначается Амалия. Ни кто-нибудь еще, а именно ты. И если ты сделаешь это как можно скорее, то буду тебе благодарен, ведь она не протянет дольше.

— Подожди, подожди, не протянет дольше? О чем это ты?

С секунду я просто сидел и смотрел на реку. Я медлил, с редкой для себя неторопливостью собираясь с мыслями. Тигран терпеливо ждал моего ответа.

— У каждого вервольфа есть всего одна истинная пара и для Амалии — это ты. Когда вы соединитесь, она обретет всю свою волчью сущность и не будет так часто болеть, понимаешь? У тебя с этим проблем не было, потому что ты ни разу в своей жизни не перевоплощался, а Амалии с каждым разом все сложнее и сложнее это делать. Все ее попытки могут закончиться ее собственной же смертью.

Тигран замер. Лицо словно ссохлось. Он облизал губы и спросил:

— А почему бы ей вообще не перевоплощаться? А если бы я не нашел вас, она бы умерла?

Он был на грани бешенства. Я видел это и понимал его, но я тихо начал объяснять в чем состоит наша волчья сущность:

— Мы должны как минимум раз в месяц превращаться в волков, чтобы наши кости не болели, а также для того, чтобы не утратить свою волчью сущность, ведь в один момент мы можем превратиться в волка и не суметь превратиться обратно в человека. Я, конечно, сильно утрирую, но такие случаи бывали. Давно ничего такого не происходило и мы тщательно за этим следим.

Тигран разглядывал камень у своих ног долгих тридцать секунд. На миг, мне показалось, что брат сейчас вскочит на ноги и начнет кричать в пространство. Но Тигран лишь откинул голову назад и тяжело вздохнул.

— Сколько у нас есть времени? — сквозь стиснутые зубы, спросил он.

— Несколько месяцев. Несколько полнолуний…

— Понятно.

Голос его полностью изменился. Никакой радости в нем больше не осталось, только ужас и безысходность ситуации. Он порылся в нагрудном кармане своей куртки, вытащил телефон и ответил на сообщение.

— Ты согласен? — негромко спросил я, дабы убедиться в том, что Амалия будет теперь в порядке.

— Разумеется. Я не могу оставить ее умирать. В моих силах спасти ее и я сделаю для этого все, что будет необходимо.

— И еще, Тигран, — продолжил я. — Хочу, чтобы ты познакомился с нашей семьей.

Он ошеломленно посмотрел на меня.

— Мы же договорились с тобой. Пока ни о чем и никому не будем говорить обо мне.

Я развернулся к нему, и пристально глядя на него, озвучил свой план:

— Ты не совсем понял, что я хотел донести до тебя. Никто о тебе и не узнает. Ты будешь притворять мной и все. Только не запались, хорошо?

— Это абсурд, Тагир. Я никогда не смогу стать тобой.

Я открыл рот, но Тигран, по-видимому, догадался, что я хотел сказать ему в этот момент.

— Ты хочешь сказать, что мы итак единое целое и все такое, но мы все же ведем себя по-разному, наша манера речи и так далее.

— Не говори глупостей. Никто и не заподозрит! И вообще, Амалия тебе поможет в конспирации! Выкрутитесь как-нибудь!

Тигран не ответил. Он был слишком занят раздумыванием на счет моего дерзкого плана.

— Я согласен! — объявил он, поднимая повыше голову.

— Почему-то я не сомневался в твоем решении, — засмеялся я и повалил брата на спину. — Как же хорошо, что мы нашли друг друга!

— Эй, это я вас нашел, не забывай об этом, — в тон ответил Тигран и, запрокинув руки за голову, посмотрел на небо. — Значит, у тебя скоро состоится развод, а у меня свадьба? Разве это не странно?

— Более чем, братец. Но что только у нас в семье не происходило! И это переживем! Ну что, ты готов? — спросил я его.

— Еще бы!

Амалия

Все было именно так, как я и подозревала. Очевидно, Тагир не проинформировал своего брата о том, что при входе в дом мы не снимаем обувь. Вот и сейчас, стоя на пороге, Тигран попытался избавиться от обуви, но я его вовремя остановила, хотя, помощница по дому могла заметить столь необычное поведение одного из жильцов особняка.

После этого, настала очередь поздороваться с помощницей и спросить о ее сегодняшнем настроении, чего Тагир никогда не делал. Девушка удивленно отвечала на вопросы Тиграна, а я попыталась прервать эту интереснейшую беседу.

— Тигран, может, перестанешь любезничать с прислугой? — Сегодня ты Тагир, — напомнила я и поправила ворот его рубашки. — Ты великолепно выглядишь. Костюм тебе к лицу.

С минуту я любовалась им, как будто он был огромным куском чего-то вкусненького, а затем я продолжила:

— Ты должен быть дерзким и немного грубоватым.

Тигран, молча, выслушал меня, уставившись на картины, висевшие позади меня на стене молочного цвета.

— Тигран, ты вообще меня слушаешь?

— Разумеется, — ответил он, не сводя с меня глаз. — И меня зовут Тагир, если ты не забыла об этом, — он чмокнул меня в лоб и прошел вглубь дома.

Я тихо кашлянула, как бы выражая сомнение в его действиях, но он и ухом не повел.

— Ты не туда идешь! — остановила я его на полдороги в столовую. — Гостиная в той стороне, — указала я на противоположную сторону.

— Ты просто прелесть.

Из-за спины послышался сердитый голос Арабеллы:

— Дети, вы прячетесь от меня?

Тигран застыл, услышав голос своей матери.

— Я не могу, — прошептал он мне, попытавшись выйти из дома, но я схватила его за запястье, тем самым не дав сделать, ни единого шага вперед.

— Ты должен с ней встретиться. Рано или поздно это должно случиться. Я считаю лучше сейчас, чем потом. Так ты меньше будешь об этом думать.

Заглянула в его глаза, спрашивая разрешение сделать шаг навстречу его матери. Он кивнул и я, взяв его за руку, потянула за собой Тиграна.

— Тагир, я тебя давно не видела! — благодушно произнесла Арабелла, посмотрев сына. Увидев меня за широкой спиной Тиграна, у нее сверкнули глаза, но комментировать она ничего не стала.

— Прости меня, мама. Я был очень занят на работе, — ответил он, пытаясь держать себя в руках и не подбежать к матери.

— Во всяком случае, — сказала Арабелла, — ты не можешь не уделять времени своей матери. Я ведь скучаю по тебе.

Тигран, не видя никакой возможности увильнуть от ответа, медленными шагами подошел к матери и наклонившись, нежно приобнял ее. Арабелла от нахлынувших чувств сына была удивлена, но попыталась скрыть свое смятение.

— Больше такого не повторится, — мягко произнес Тигран.

— Сынок, я тебя не узнаю, — не выдержала Арабелла. — Я даже и не помню, когда ты меня в последний раз обнимал.

— Арабелла, зачем вы так? — бросилась я на помощь Тиграну.

— Ты права, — ответила Арабелла, отпуская сына из объятий. — Мне очень приятно, что ты не забываешь про меня и хочу, чтобы ты был счастлив.

— Я и так очень счастлив, — подойдя ко мне и взяв меня за руку, произнес Тигран. — Вы две женщины, делающие меня счастливым в этом мире. И я очень вам за это благодарен.

Тигран наклонился ко мне и поцеловал в левую щеку. Эта речь, кажется, не впечатлила Арабеллу и она на миг скисла, но вовремя вернула прежнюю форму своего лица, пока ее сын не заметил изменений.

— Я очень рада за тебя, моя милый, — слишком слащаво и неправдоподобно ответила она.

Арабелла неотрывно смотрела на нашу парочку, вновь, по ее мнению, воссоединившуюся, и потому не заметила, как зазвонил ее телефон. Она вздрогнула и потянулась за ним, проводя пальцем по экрану.

— Мы тогда пойдем, — сделал знак Тигран своей матери.

Она кивнула.

Тигран повернулся и шагнул прямо в широко распахнутые двери, которые я открыла прямо перед ним.

— Так это ваша с Тагиром…

— Да, спальня, — закончила я за него.

Я заметила, как спина его напряглась от моих слов, а сам он насторожился.

— Присаживайся, — пригласила я его на диван, стоявший возле окна. — Ты не хочешь поговорить об Арабелле?

— Вы с ней не ладите? — спросил он, садясь рядом со мной.

Я тем временем потянулась к креслу и, взяв небольшую подушку, положила ее к себе на колени, дабы отгородиться от Тиграна.

— Как ты понял это?

— Я очень внимательно отношусь к деталям, если ты заметила это, — просто ответил он. — Так в чем кроется ваша ненависть друг к другу?

Молчание сделалось натянутым, как струна. Я посмотрела на Тиграна, удерживая подушку в руках и сжав так сильно, что мои руки потихоньку начали ее разрывать.

Карие глаза Тиграна обвели взглядом мои действия, он улыбнулся и отобрал у меня подушку. Единственное, что меня успокаивало.

— Так, в чем же дело? Что она тебе такого сделала, что ты ее так ненавидишь? Или что ты ей такого сделала…Почему вы ненавидите друг друга?

— Тигран, я не хочу об этом говорить, — попыталась я встать, но он схватил меня за запястье и сильно дернул назад. Я упала на него, наши глаза встретились, и я попыталась сползти с него, но он не дал мне этого сделать. Тигран взял меня на руки и усадил к себе на колени, обвил меня руками, что никоим образом не дало бы мне сбежать.

— Амалия, я чувствую рядом с тобой себя таким счастливым, — прошептал он мне на ухо, щекоча мою щеку. — За такой короткий промежуток времени я успел влюбиться в тебя без памяти, знаешь об этом?

— Правда? — выдавила я из себя.

Я старалась не смотреть на него. Мне было уютно в его объятиях, но такой близости с мужчиной, у меня не было в жизни, и Тигран не знал этого. Ведь, зная то, что я замужем за его братом, он думал, что у нас с Тагиром настоящий брак. Или мой супруг рассказал обо всех нюансах, и теперь путь Тиграна свободен? При нашей первой встречи он не вел себя так расковано и не позволял даже лишний раз ни то что прикоснуться, а даже посмотреть на меня.

— Правда, — поцеловав меня в висок, — ответил Тигран. — И я хочу, чтобы ты поскорее развелась с Тагиром.

Глава 14

Тигран

— Будешь? — спросила меня Амалия, ложась рядом со мной на кровати.

Я задумчиво глянул на коробку с конфетами, пожал плечами и отправил в рот одну.

Мы с Амалией этой ночью разговаривали до самого утра. Затронули такие вопросы, которые я никогда бы и не догадался задать сам себе. Я рассказал о своей жизни на окраине долины, как я все это время жил. Поведал об истории «подкидыша» то есть меня самого и то, что семья, которая вырастила меня, была просто вынуждена оставить меня у себя. Но, как говорится, я даром хлеб не ел. Делал все, чтобы помочь им с жизненными и материальными трудностями.

— Что будешь сегодня делать? — спросила Амалия, переворачиваясь на спину.

Я с подозрением осмотрел ее и улыбнулся:

— А что ты хочешь, чтобы я делал?

Мы смотрели друг на друга почти целую минуту, прежде чем Амалия произнесла:

— Хочу, чтобы ты был рядом со мной. Не хочу тебя ни с кем делить, понимаешь? Я та еще собственница.

— Ты хочешь, чтобы я на тебе женился? Ты пытаешься меня привязать к себе на всю жизнь?

Однако, до сознания Амалии дошло, похоже, только последнее предложении и то сказанное в шутку.

— Ты правда так думаешь? — всполошилась она, быстро вставая с кровати. — Ну ты и…

— Амалия, я ведь пошутил, — попытался я остановить ее, но она была слишком шустра. — Ты не понимаешь шуток?

— Иди ты! Шути с другими девушками, но никак не со мной!

— Какими еще девушками? — остановил я ее на полпути и, пристроив ее рядом с собой, начал успокаивать. — Кроме тебя мне никто не нужен, слышишь меня?

— Тигран, отпусти! И не надо меня успокаивать, я ведь тоже шучу! — она начала хохотать, запрокидывая голову назад, а я еле-еле удержал ее в кольце свои рук.

— Ты сумасшедшая!

Амалия закатила глаза и резко замерла. Я слишком близко нагнулся к ее лицу и наши взгляды встретились. Я не смел шевельнуться и словно как дышать позабыл…Ее дыхание участилось, тепло разлилось по моему телу. Амалия внезапно стихла и спустя мгновение я вижу, что в ее почти белых глазах отражается желание.

— Тигран, тебе пора, — сглатывает она ком в горле. — Сейчас уже действительно пора.

— Сейчас раннее утро и это будет не очень правдоподобно, — я двигаюсь, и ее плечо легонько касается моей грудной клетки. Не знаю, может это получилось случайно, но посмотрев в ее глазах, я становлюсь более уверенным, ведь контакт наших тел не остался для нее незамеченным. Губы ее приоткрылись, а руки обхватили сильной хваткой мои предплечья.

Прежде чем я успеваю остановиться, моя рука тянется к ее лицу и начинает нежно поглаживать скулы. С ее губ срывается хриплый звук, она прижимается щекой к моим пальцам. Я с изумлением ощущаю прилив жара в своем паху.

— Если мы сейчас не остановимся, то, — быстро бормочет Амалия себе под нос и тут же краснеет.

Почему она так делает? Ведь она с моим братом находилась в браке столько лет, а теперь млеет лишь от одного моего прикосновения?

Но я не дожидаясь развязки, прижимаюсь своими губами к ее, прижимая все сильнее и сильнее тело Амалии к своему.

Мое сердце начинает биться еще сильнее. Я отрываюсь от нее и втягиваю воздух, которого во время поцелуя не хватало. Амалия смотрит на меня своими большими глазами. Она больше удивлена, нежели возмущена.

Увидев эти глаза, я погружаю пальцы в ее волосы и снова притягиваю ее к себе. Она не возмущается, а лишь отрывисто дышит, моля о продолжении. Мои губы на мгновение касаются ее, но я немного отстраняюсь. Жду приглашения с ее стороны, ведь так хочется взаимности.

Амалия касается своими тоненькими пальцами моей щеки и, закрыв глаза, я понимаю, что это оно-то самое, согласие. Я даже представить себе не мог, как мне не хватало человеческих прикосновений. По губам, которые отвечают мне взаимностью, по рукам, которые гладят мое лицо и волосы. Мы неторопливо шагаем к кровати и сам того не замечая, Амалия падает на мою грудь, когда наши рты встречаются снова. Мы, лежа на кровати, начинаем еще яростнее целоваться, а Амалия принимается за мои пуговицы, ловко управляясь с ними.

Я подминаю Амалию под себя, и вот тяжесть моего тело вжимает ее в матрас. Я двигаю бедрами, а Амалия двигается в такт мне, вновь давая согласие на дальнейшие действия. По моему телу прокатывает волна удовольствия, заставляя дрожать все мое тело от желания к этой девушке.

Язык Амалии проникает ко мне в рот и в этот самый момент, чей-то голос с изумлением произносит:

— Черт возьми, это так горячо!

Мы с Амалией отрываемся друг от друга и поворачиваемся к открытому настежь окну, в проеме которого полусидит на подоконнике Тагир и смотрит на нас так, словно глазам своим не верит.

— Тагир, — начинаю я, но мои слова словно падают в пространство, потому что мой брат уже залез в комнату и, подойдя к нам, сел между нами, положив свои руки на наши плечи.

Амалия начинает приводить в порядок свои волосы, опускает подол своей юбки, но даже это смущение не останавливает Тагира от язвительных речей.

— Ребята, я напился! — объясняется он. — И я так рад тому, что у вас все налаживается! Точнее все так, как и должно было быть изначально.

— Тагир, пожалуйста, потише. Тебя могут услышать, — попыталась успокоить брата Амалия.

— Детка, дома никого нет, и поверь, никто не сможет помешать мне, отпраздновать ваше воссоединение!

— Тигран, сделай что-нибудь, пожалуйста, — в голосе Амалии слышится усталость.

— Тагир, давай ты сейчас ляжешь и отоспишься, хорошо?

— А ты как уйдешь? — Амалия помогла мне разуть и снять верхнюю одежду с Тагира.

— Если он смог в таком состоянии войти в дом незамеченным, то я и подавно.

И тут до меня дошло то, что его то могли заметить. Амалия серьезным взглядом посмотрела на меня, думая о том же, о чем и я.

Голос Тагира затих. Вопреки здравому смыслу я подкрался к двери и выглянул в коридор. Как раз в ту самую секунду помощница дома исчезла в отдаленной комнате. Попрощавшись с Амалией, я, не издавая лишнего шума, подобрался к лестнице и с неимоверной осторожностью вышел из дома.

Зная, где находятся камеры наблюдения и всякие плюшки, вроде небольших ловушек для незваных гостей, я благополучно добрался до забора, находящегося в задней части двора. Помахав на прощание Амалии, которая стояла возле окна и наблюдала за тем, как я выбирался из своего же дома, я и перебрался через забор, исчезая из ее поля зрения.

Тагир

Трудно поверить в то, насколько сильно изменилась моя жизнь за последнее время. Когда я напивался в последний раз? Кажется, такого ни разу в жизни не было, разве что выпивал несколько стаканчиков, но не настолько же…

Напился как мужлан, да еще и пришел в самый неподходящий момент для Тиграна с Амалией. А если меня заметили?

Эти воспоминания вызвали во мне острый прилив грусти со смешанным чувством вины и стыда. Мы с Амалией можем теперь не хранить вдвоем секреты, ведь мы не были безнадежно одиноки в этом мире. К нам присоединился мой брат, и у нас образовалась небольшая команда. Это так воодушевляет.

Встав с кровати, я обхожу весь особняк, но в нем стоит тишина. Пью таблетку от головной боли и снова проваливаюсь в сон. Надеюсь, она сможет избавить меня от ломоты во всем теле.

Около семи вечера мне звонит Амалия и сообщает, чтобы я поскорее приходил к ним с Тиграном на окраину долины и поменялся с ним местами. Ведь у нас неожиданным образом наметился ужин и клянусь богом, его точно устроила Амалия!

Не понимаю, почему мы не можем заявить всему миру о том, что Тигран жив? Да, я понимаю, что для всех это будет неожиданностью и некоторые, вероятно, не обрадуются этой новости. Но каждая тайна рано или поздно будет раскрыта.

— Я скоро переберусь сюда, — пробубнил я приближавшимся Амалии и Тиграну. — Знаете, это очень скучно сидеть и ничего не делать.

— Ты можешь пойти ко мне домой, — предложил Тигран.

Он шутит? Я ни за что не смогу говорить на их «языке» Я моментально проколюсь. А нам это надо?

— Нет, братик, спасибо за предложение, но я лучше побегаю по окрестностям и узнаю, что же у нас новенького.

Амалия поперхнулась воздухом.

— Ты собираешься наведаться к ним? — взволнованно спросила она.

— Встряска им не помешает, знаешь ли, — ехидно заметил я.

— К кому это ты собираешься идти?

— Вы идите на ужин и не беспокойтесь ни о чем. Отдохните, как следует, расслабьтесь, — поиграл я бровями. — Сегодняшнюю ночь я проведу в шалаше, — указал я на небольшое сооружение вдали от нас.

Хорошо, что я его построил в прошлый раз, когда Тигран был у нас дома. Это было перед тем, как я напился и пошел домой, не понимая, что творю. Хотя, оглядев свое творение и учитывая то, что я никогда не занимался этим, я совсем неплохо справился с поставленной передо мной задачей.

— Тагир, ты не обязан идти к ним один, пожалуйста. А если что-то случится?

— Амалия, господи! Теперь ты не обязана за меня волноваться! Для этого у тебя есть Тигран! — заорал я, пытаясь перекрикнуть воющий ветер.

У Амалии сделалось такое лицо, будто я только что дал ей пощечину. Ведь, она всегда все слова воспринимает всерьез, и как я мог так быстро об этом забыть?

— Амалия, я не это имел в виду, — беря ее за плечи, произнес я. — Чтобы ни случилось, я всегда останусь твоим волчонком. — Прости меня, пожалуйста.

— Волчонком? — прыснул от смеха Тигран, пытаясь немного успокоиться, при виде моего злого взгляда.

— И не напоминай, — произнес я, обнимая Амалию. — Со мной все будет хорошо, ты ведь доверяешь мне?

— Тебе я доверяю, но я боюсь за тебя, — хрипло ответила она, поднимая голову.

— Тигран, идите и проведите время пользой. Встретимся завтра утром, — отсалютовал я им и пошел сначала к шалашу, а потом, обратившись в волка, отправился к северным границам усмирить пыл слишком оборзевших волков-кочевников.

***

Я провожу по выбившимся волосам рукой. Медленно, шаг за шагом, я приближаюсь к двум оборотням. На лице у них красуется безмятежный вид, словно они видят во мне что-то божественное, хотя с этим я спорить бы и не стал.

Один из них шагает вперед и делает прыжок на меня, но я ловлю его одной рукой и от этого он вздрагивает, слабо скулит и отдергивает от меня правую ногу.

— Зачем ты привел с собой подростка? Я не хочу делать ему больно, — говорю я, отбрасывая мальчишку в сторону.

— Но все же ты сделал это, — констатирует факт глава кочевников.

Вздохнув, я кладу ладонь на низкий лоб мальчишки и зажмуриваюсь. Он будет в порядке. Не прямо сейчас, но через пару часов его кости заживут и он будет как новенький.

— Я пришел поговорить с тобой.

После этих слов, я падаю со всего маху на землю, но я вовремя уперся руками в потрескавшийся асфальт. Моментально вскакиваю и озираюсь.

Вокруг явно не разрушенные здания. Район оказался не заброшенным: окна не разбиты, под ногами не валяются осколки и железки непонятного происхождения. Улица чиста и в некоторых местах даже стоят горшки с цветами.

— Роял! — кричу я, но мой крик теряется в лабиринте переулков, словно стены поглотили мой голос.

— Ты откуда здесь?

Из-за переулка выходя двое. Огромный волк скалит зубы, вздыбив свою шерсть. Он странно смотрит на меня, непонятно, видит ли он меня вообще или нет? Рядом с ним идет девочка, держа рукой шерсть на холке волка.

— Откуда ты? — повторяет она свой вопрос.

Голос слишком низкий для девочки ее возраста. Она высокая, но ей лет шестнадцать, может семнадцать, не больше. Русые волосы торчат в разные стороны, одежда порвана в разных местах, указывая на то, что она здесь давно, но по непонятным причинам не может привести себя в порядок.

Всегда считал, что если это, конечно, возможно, девушка должна ухаживать за собой и выглядеть достойной в глазах общественности. Эта девушка разрушила все представления о женственности.

— Я из Тороса, — отвечаю я, подходя ближе.

Волк, точнее волчица, я замечаю это, немного приблизившись к ним, скалится еще сильнее, и я останавливаюсь, не смея сделать еще один шаг навстречу этой парочке.

— Пусто, — произносит девочка.

Она показывает знак рукой идти за ней. Мы некоторое время движемся по улице, молча. Волчица то и дело оглядывается на меня, пытаясь в нужное время спасти девочку от опасности. Ей не стоит волноваться, ведь если они меня не тронут, то же я и сделаю для них.

— Куда мы идем? — спрашиваю я.

— Туда, — девочка указывает рукой на свет в конце улицы.

Волчица некоторое время думает, затем трясет головой и останавливается рядом со своей спутницей. Я как-будто в Колизей попал…

Останавливаюсь и прислоняюсь к обшарпанной стене дома.

— Моя сестра вынужденно была стать вервольфом, — начинает говорить девочка нарочито громко.

— Как это случилось? — спрашиваю я и немного приближаюсь к ним.

Они стоят возле небольшого костра, мне так казалось, но когда я подошел поближе, то увидел, что языки пламени окружили девочку с волчицей и пытались…сжечь их?

— Отойдите оттуда! — крикнул я.

— Он ничего с нами не сделает, он защищает нас.

— Защищает от кого?

Девочка указала рукой за мою спину, а в этот момент по моим плечам начала стекать какая-то омерзительная жидкость. Подняв голову, я увидел чудовищных размеров волка, который, разинув пасть, смотрел на меня сверху вниз.

— Она скоро станет человеком, а пока ты должен бежать, — просто сказала девочка и сев рядом с волчицей, которая закутала ее своим хвостом, закрыла глаза.

Глава 15

Амалия

— Ты готов? — беря за руку Тиграна, спрашиваю я.

Вижу, что его одолевают сомнения, он колеблется, но надо идти только вперед и, посмотрев в мою сторону, он кивает.

— С тобой я к чему угодно готов.

— Вы же не возражаете, если мы поужинаем здесь? — спрашивает Арабелла у нас и своего супруга.

Я смотрю на аппетитные блюда, на красиво украшенную террасу и стараюсь не закатить глаза, потому что кто в здравом уме станет это делать при Арабелле?

— Здесь, — начинает Тигран, помогая мне сесть за стол. — Очень элегантно и уютно.

— Спасибо, милый, — отвечает его мать, сощурив глаза и смотря на супруга. — Слышал Разиль, что тебе нужно было ответить?

Во время ужина мне предоставляется редкая возможность увидеть Тиграна совсем с другой стороны — уязвимый и совсем незнакомый. Он склоняет голову и с интересом наблюдает за Разилем и тем, что он говорит.

— Тебе долить еще вина, дорогой? — предлагаю я, хотя вижу, что бокал Тиграна практически полон. Попыталась заставить его оторвать взгляд от своего отчима, пока никто не заметил этого.

— Все хорошо, спасибо, — он непринужденно улыбнулся мне и, понял, в чем, собственно дело. — Семья собралась вместе, ужин превосходный.

Арабелла улыбается так сильно, что, кажется, она вот сейчас захлопает в ладоши от радости. Она наклоняется к Разилю, прижимаясь грудью к его руке, и награждает поцелуем. Тигран бросает на меня быстрый взгляд, будто бы спрашивая «Это нормально, что они так себя ведут?».

Наклоняю голову и пытаюсь смотреть только на свою тарелку. Мне еще ни разу не доводилось так краснеть. Почему она так себя ведет?

— Амалия, дорогая, пережевывай еду. Это может отразиться на твоей фигуре, — сообщает Арабелла.

— Амалии это не грозит, — коротко отвечает Тигран.

— Может быть не сейчас, но после родов…, — предупреждает меня мать моего супруга и моего…любимого человека? Как же все это сложно.

И надо же было ей сказать это, когда я только направила небольшой кусочек стейка в рот. Я начала кашлять и попыталась успокоиться.

— Спасибо за вашу заботу.

Тигран подавляет улыбку, а Арабелла хмуриться. На лице моей свекрови мелькает такое выражение, которое я сразу же могу разобрать. Что-то вроде неодобрения или же начальный этап злобы. Она поджимает свои губы и поворачивается к Разилю, начиная разговор о каком-то отдыхе на островах. Она явно хочет уехать на недельку или две, взяв с собой супруга. Нам бы всем пошло отсутствие Арабеллы на пользу.

— Может вам тоже необходимо немного расслабиться, отдохнуть? — предлагает Арабелла, дабы вовлечь нас с Тиграном в беседу. — Тагир, что ты на этот счет думаешь?

Тигран рассеяно на меня смотрит, не зная, что ответить.

— Дорогой, ведь ты самостоятельно всегда принимаешь решения. Что же сейчас случилось?

Тигран откладывает вилку и берет меня за руку.

— Я понял, хотя должен был сообразить раньше, — начинает он, и я не совсем понимаю, что же он хочет сказать. — Амалия моя супруга и мы должны совместно принимать решения. То есть прийти к одному итогу.

Арабелла кладет голову на плечо Разиля.

— То есть до этого, ты не понимал этого?

Он согласно кивает. Взгляд свекрови скользит по мне, и я выдавливаю из себя свою самую искреннюю улыбку, и это, по-видимому, срабатывает, потому что Арабелла заметно расслабляется и не подозревает ни о чем.

Еще чуть-чуть и мать Тиграна поняла бы, что ее сын не мог настолько измениться за такой короткий срок! В какой огонь ты нас бросаешь, Тигран?

— Ну ладно. Рада, что ты так считаешь, — начинает она играть с локоном своих волос.

Как бы я хотела убедить ее в том, что я не представляю для нее, сына и ее семьи никакой угрозы. Но не знаю, поверит ли она мне? Ведь я хочу сделать ее сына счастливым, может, не того, за кого я вышла замуж, но все же. Тигран также является ее частичкой, и я более чем уверена, что она также его любит, хотя сейчас она убеждена в том, что он мертв.

— Я люблю Амалию больше жизни, и она всегда будет рядом с нами, — заявляет Тигран.

После его слов, он целует мои костяшки пальцев. Я перевожу взгляд с Тиграна на Арабеллу и по натянутому выражению ее лица мне становится предельно ясно, что она не оставила без внимания то, что ее имя не было названо ее сыном.

— Никто и не мешает тебе любить ее, — нервно произносит женщина. — Разве это не так?

Разиль вздрагивает, словно его ударили, но он быстро справляется с этим наваждением.

— Дорогая, никто никого не обвиняет. Тагир лишь признается в любви своей супруге. Вот и все, — он пытается успокоить ее, но это не так-то просто сделать.

— Я просто не могу понять, что Тагир имеет в виду, когда говорит, что Амалия будет всегда рядом с нами. Разве что-то может измениться? Она супруга моего сына и никто не сможет этому помешать! Но… Зачем так вообще говорить?

Игра на публику…Арабелла, давно ты этого не делала… У меня даже не возникает желания смотреть на нее.

— Мне необходимо кое-что забрать из дома… — Мне уже нет смысла заканчивать предложение, потому что Тигран берет меня за руку и, поблагодарив за ужин, ведет за собой в дом.

— Тигран, ты мог бы остаться.

— Не здесь, Амалия, — он вновь бросает взгляд в мою сторону.

Мы начинаем удаляться в сторону нашей спальни. Нашей… Нашей с Тагиром, но не с Тиграном. Это все так не правильно…

— Добро пожаловать в семью, — говорю я Тиграну.

— Она всегда так с тобой?

Мои губы растягиваются в улыбке:

— Спасибо за твою поддержку.

— Тагир этого не делал?

Моя улыбка моментально гаснет.

— Ты ведь знаешь, что нас поженили насильно. У нас не было выбора, а Тагир на этот счет не сильно парился.

Тигран на секунду теряется, не зная, что ответить на мои слова.

— Черт! Черт! Черт! — кричит он.

— Пожалуйста, успокойся, — обнимая его за плечи, говорю я. Его спина напряжена, а дышит он очень часто, мое самообладание также находится ближе к нулю.

Я столько лет терпела издевки свекрови, что практически научилась не обращать на нее внимания. У меня не было тогда поддержки, родители об этом не знали, а я и не пыталась рассказать, списывая все на то, что бедная женщина потеряла сына и теперь она просто навсего отрывается на мне. Но Тигран…Он сегодня защитил меня от своей матери и сам того не замечая осчастливил мен настолько, насколько это было вообще возможно.

Тагир

— Как, как ты это сделал? — вопрошала девочка, смотря на меня изумленными глазами.

— Дал ему кое-что, — садясь на камень и стирая пот с лица, тяжело ответил я. — Он чуть не сожрал меня, — я засмеялся и, наклонившись, почесал это огромное чудовище за ухо. — Почаще бы так, а то жизнь такая однообразная.

Я встал и направился к небольшой каменной пробоине.

— Не надо туда идти.

Звуки, которые вылетали из волчьей пасти, искажались, и теперь было более или менее похоже на человеческую речь.

— Вы все вместе? — указав на девочку с волчицей и огромного зубастого волка, спросил я.

Девочка сделала шаг навстречу мне, но волчица, стоящая рядом с ней перегородила ей путь, скалясь.

— Она не доверяет тебе, — проинформировала она.

— Я это уже понял, — усмехнулся я. — Ну так, как вы все здесь оказались? То есть, когда я учуял ваш запах, я почувствовал отчаяние вперемешку со страхом.

Ее ответ прозвучал довольно резко:

— Мы тут находимся с самого моего рождения.

Мы оба примолкли, думая каждый о своем. Я повернулся в сторону костра, приближаясь к ним.

Раздается что-то вроде угрозы:

— Не приближайся к ним.

Огромный волк встает на ноги. Он размером с дом. Мне становится страшно. Сердце колотиться, а руки холодеют. Я отступаю назад и вжимаюсь в каменную стену. Волчица тихо скулит.

— Что, что такое? — волк направляется в сторону девочки с волчицей. Останавливается в паре метров от них и начинает скулить.

— Он вам ничего не сделает? — вновь спрашиваю я, ожидая, что в этот раз за этим последует ответ.

Мои глаза сужаются от напряжения, а девочка уверенно отвечает мне:

— Все в порядке. Она скоро перевоплотиться.

— Она?

Брови девочки недоверчиво сдвигаются. Она мрачнеет. Затем прижимает волчицу к себе, треплет ее за загривок и произносит:

— С сестрой все будет в порядке.

Волк медленно превращается обратно в человека. Изображение перед глазами чернеет. Дальше мне хода нет.

Когда я открываю глаза, и передо мной опускается огромная волчья лапа, я с криком бросаюсь в сторону. Существо рычит, пытаясь задавить меня. Удары по земле становятся все сильнее и сильнее. Да что за чертовщина сегодня происходит?

Быстро поднимаюсь на ноги и трясу головой, чтобы хоть немного прийти в себя. Вдалеке слышу приглушенный голос:

— Не двигайтесь! Стойте смирно и она вас не тронет!

Сфокусировав взгляд, вижу вдалеке всю ту же девочку, стоящую рядом с волчицей. И что мне делать? Послушать ее или же попытаться спасти свою шкуру? Вообще сама по себе реальность кажется не совсем настоящей. Но здесь я начинаю бояться за свою жизнь и поэтому решаюсь на отчаянный и не совсем обдуманный шаг.

Делаю так, как советовала девочка. Если бы она хотела, чтобы я погиб, то зачем же ей помогать мне? Меня могли убить пару часов или минут назад. Я даже не знаю, сколько времени я был в отключке! Боже мой!

Я окидываю взглядом пространство. То же самое место, просто теперь здесь намного светлее. Стою, не шевелясь, а тварь снова бросается и я, не задумываясь, стою на месте. Пытаюсь даже дышать через раз. Она падает на асфальт и скулит от боли. Надо же, а план девчушки работает!

Я даже и не пытался обратиться, ведь если сравнить меня и эту огромную тварь, что пыталась убить меня, я миниатюрная игрушечка для нее.

Волчица немного привстает и начинает задней лапой чесать себе левое ухо. Закончив, она мотает головой и кладет ее на лапы. Дышит ровно и не подает признаков агрессии. Боюсь даже вымолвить слово, может, она снова захочет напасть, кто ее знает?

— Ты поможешь нам? — девочка мигом появляется возле меня, смотря на меня отчаянным взглядом.

— Сначала ты должна мне рассказать все. Я же должен знать, отчего вас спасать?

— Ты…видел ее?

Качаю головой и зачем-то прижимаю ее к себе, гладя по светлой голове. Совсем еще малютка, едва достающая мне до живота. Она дрожит и лепечет себе что-то под нос. Я не уверен ни в чем, но знаю точно. Здесь происходит нечто странное, с чем я просто обязан разобраться.

— Как тебя зовут, малышка?

— Элла, — тихо отвечает она мне. — А тебя?

— Тагир.

— Такое красивое имя… — протягивает она и вновь прижимается ко мне всем телом. — Ты останешься здесь, с нами?

Я вздыхаю и сосредотачиваюсь на словах девочки. Продолжая гладить светлые волосы, я медленно произношу:

— Я пока не знаю, как выбраться отсюда, поэтому да, я пока останусь вместе с вами. А почему ты решилась ко мне подойти? Ты же меня боялась.

— Я не боялась тебя! — воскликнула девчушка, распрямляясь. — Я должна была быть уверена в том, что ты не тронешь мою сестру.

Боевая она оказалась!

— Сестру?

Элла колеблется, но все же кивает.

— Ладно…я попытаюсь тебя понять, но пока я ни в чем не могу разобраться. Ты можешь толком мне объяснить, где твоя сестра?

Она неуклюже выбирается из моих объятий и подходит к твари. Она сразу же замечает ее, раскрывает пасть и начинает рычать.

— Элла, стой! Не подходи к ней!

— Не бойся за меня! Она уже более или менее осознает, что делает! Она меня не тронет!

— Элла, возвращайся сюда, пожалуйста! — не слушая ее бред, продолжаю я и иду следом за ней. — Идем обратно, — я медленно сажусь рядом с ней, а затем поднимаюсь на ноги, взяв за руку Эллу.

Шатаясь, оглядываюсь вокруг. Костер больше не горит. Стало слишком тепло, хотя он уже и погас. Оглядываюсь назад и вижу обнаженную девушку, с длинными светлыми волосами.

— Боже! — кричу я и становлюсь спиной к ней. — Простите меня, пожалуйста!

— Не просите прощения, я уже привыкла к этому. И вы можете поворачиваться, — прощебетала она. — Я уже оделась.

Медленно поворачиваюсь к ней и вижу ее рядом с собой. Уж слишком близко она стоит для незнакомки.

— Здравствуйте, меня зовут Айдери, — произнесла девушка, протягивая свою руку.

— Тагир, — протягиваю руку в ответ.

Она сильнее сжимает ее и говорит:

— Так, вы поможете нам?

Уж слишком часто я за сегодня слышал этот вопрос.

Меня словно током бьет после сказанных ею слов. По телу разливается тепло, а рот сам по себе раскрывается в улыбке.

— Конечно, я помогу.

И сказав это, я понимаю, что сделаю все, чтобы это девушка у меня не попросила. Вот так вот и началась моя история под названием… Пока я и сам не знал, как это назвать…

Глава 16

Амалия

Тигран запускает в волосы обе руки и начинает мерить шагами комнату. Он взбешен, а не просто зол на своего брата. Его обычное самообладание, кажется, дало огромную трещину.

— Я не понимаю, почему ты терпела такое отношение к себе? — выговаривает он.

— А что я, по-твоему, должна была сделать? — по слогам произношу я. — Рассказать родителям или всем и каждому подробности своей личной жизни? Так я должна была поступить, по-твоему?

Я начинаю разглядывать свое платье, дергая его краешки. Почему я чувствую себя виноватой? Я кидаю на него опасливый взгляд.

— Но точно не сидеть, сложа руки и слушать унизительные речи в свою сторону! — огрызается он и поджимает губы.

Я бледнею. Что я могу ответить? И вообще, зачем говорить о прошлом, когда у нас есть настоящее и тем более будущее. Обсуждая нападки его матери сейчас, она разве изменится в лучшую сторону? Если бы это так работало…

Тигран вздыхает. Он проницательно смотрит в мою сторону, а затем качает головой.

— Я не буду сердиться на тебя, если ты захочешь уйти.

— Конечно же, нет. Я не собираюсь уходить из-за твоей матери! Я не доставлю ей такого удовольствия, — говорю я хрипло, кусая нижнюю губу.

— Зачем ты так делаешь?

— Что я делаю? — непонимающе спрашиваю я.

— Кусаешь губу. Знаешь, меня это очень заводит.

— Прости меня.

— Зачем ты извиняешься? Просто я…хочу поцеловать тебя и укусить ее также, как только что сделала ты.

— Так чего же ты ждешь? Можешь подойти и сделать это прямо сейчас, — маню я его пальцем, кладя ногу на ногу.

— Я хочу тебя, — выдыхает Тигран. — Со мной такого никогда не было. То есть я не чувствовал себя таким…

— Окрыленным? — подсказываю я ему. — Это все из-за…

— Ты моя истинная пара, — говорит он, и я замираю. Во рту пересохло как в пустыне. Я пытаюсь сглотнуть, но все мои попытки тщетны. Он ухмыляется, а у меня все внутри сладко сжимается. Как это называется? Бабочки в животе? Это они у меня сейчас летают внизу живота?

— Откуда ты узнал об этом?

Его карие глаза смотрят на меня прямо в упор. Ни на секунду я не остаюсь без его бдительного внимания.

— Узнал.

— От Тагира? — я говорю это неуверенно.

— Забудь об этом. Главное то, что это является действительностью, и никто не сможет это изменить. Амалия, пожалуйста, ты проведешь эту ночь со мной?

Он протягивает мне свои руки и без каких-либо сомнений я вкладываю свои ладони в его. Он нежно привлекает меня к себе, и я всем телом чувствую жар, исходящий от него. Все происходило слишком медленно. Я поднимаю лицо ему навстречу, и он смотрит на меня сверху вниз.

Я понимаю, что он хочет сделать все красиво, но это слишком медленно…и я уже не могу терпеть…

— Я девственница, — шепчу я ему. — И я хочу, чтобы ты был у меня первым.

Мои слова, как зажигательный снаряд. Тигран наклоняется и мягко целует меня в губы, а потом осторожно покусывает мою нижнюю губу, что, собственно, он и хотел сделать несколько минут назад.

Я издаю стон и чувствую улыбку на лице Тиграна. Он больше не медлит. Его лицо озаряется предвкушением и, взяв меня за руку, ведет к кровати.

Я сильно волнуюсь и дрожу как лист на ветру. Сейчас у меня будет первый раз и, надеюсь, я запомню его на долгие годы. Он будет у меня с Тиграном, человеком, которого я так сильно люблю и любила, даже когда думала, что он был мертв.

Я часто-часто дышу и просто не могу отвести от него глаз. Он снимает с себя пиджак, а затем и белую рубашку. Он так красив, что сердце радуется оттого, что этот мужчина будет моим.

Черные волосы спутаны, карие глаза смотрят пылко и возбужденно, осматривая меня с ног до головы. Он скидывает с себя брюки и остается в одном нижнем белье, точнее в белье, которое находится внизу.

Тигран берет свои брюки и вынимает с заднего кармана упаковку презервативов.

— А ты, оказывается, подготовился? Знал, что мы сегодня с тобой…

— Займемся любовью? — продолжает он за меня и медленными шагами приближается ко мне. Он такой сексуальный, что сердце начинает колотиться с неимоверной быстротой. Желание разливается по всему телу, а в особенности в области живота.

Тигран стоит передо мной такой красивый, невероятно сексуальный мужчина…

— Немного не честно с твоей стороны, — шепчет он мне.

— О чем ты? — у меня перехватывает дыхание от одних его слов, даже представить не могу, что будет тогда, когда мы дойдем до этого…

— Ты тоже должна раздеться, — добавляет он, гладя меня по лицу. — Ты очень красивая.

Тигран наклоняется ко мне, и его губы, сливаются с моими в неторопливом, но уверенном поцелуе. Он медленно расстегивает пуговицы моей блузки и покрывает легкими поцелуями ключицы. Блузка падает прямо на пол, следом идет черед короткой юбки, но на этот моменте, Тигран останавливается.

Он отступает на шаг и начинает разглядывать меня с ног до головы.

— Ты такая красивая, — из его уст этот комплемент звучит гораздо приятнее.

Он вновь подходит ко мне и начинает покрывать поцелуями каждый миллиметр моей кожи. Он начинает жадно целовать меня в губы, и мой язык неуверенно тянется ему навстречу. Наши языки сплетаются, и от этого я просто не выдерживаю и издаю громкий стон. Он обхватывает меня руками и привлекает к себе.

Я просто изнемогаю от желания. Неуверенно провожу рукой по его лицу, касаясь лица, волос. Они такие мягкие, непослушные, я тяну, и теперь стонать приходится Тиграну.

Он берет меня на руки и, не отрываясь от моих губ, кладет на кровать. Он стаскивает с себя трусы и наклоняется ко мне, берет меня за берда, притягивая ближе к себе. Ложится между моих ног и нависает надо мной, целуя все яростнее и яростнее. Скользнув вниз, он целует внутреннюю сторону моего бедра, а я просто начинаю извиваться от нетерпения.

— Шшш, — шепчет он, целуя через кружева трусиков.

Господи, да как тут лежать смирно? Я как змея начинаю извиваться под ним. Он целует меня в живот, щекоча языком пупок. Моя кожа горит. Я краснею, и меня бросает в жар от его действий, я хочу его!

Тигран плавными движениями избавляется от моего бюстгальтера, который явно начал ему мешать. Мои соски твердеют под его руками.

— Ты очень красивая, Амалия.

— Пожалуйста, — прошу я, хватая его за волосы.

Голова моя запрокинута назад, и я жду продолжения… Внезапно, Тигран стаскивает с меня трусики и бросает их прямо на пол. Когда он привстает на колени и начинает надевать на свой член презерватив, я чуть ли не ахаю от его внушительных размеров. А что, такое тоже бывает?

Не успеваю я очнуться от только что увиденного мною, как Тигран становится между моих ног и, нависая надо мной, целует в губы.

— Не бойся, я не сделаю тебе больно, обещаю.

Он медленными движениями входит в меня, и я начинаю кричать от боли, которая разлилась внутри меня. Он замирает и ждет моего сигнала.

— Все хорошо? Тебе не сильно больно?

Я отрицательно мотаю головой, мои глаза широко распахнуты и я сжимаю его предплечья так сильно… Я чувствую его в себе. Это необычное чувство.

— Сейчас я продолжу, — предупреждает он.

Очень медленно он начинает отодвигаться назад, а потом новый толчок и еще. Замирает и смотрит на мою дальнейшую реакцию.

— Еще, — выдыхаю я и целую его в губы.

На этот раз он не останавливается. Теперь я не сдерживаю стоны. Мое тело принимает его в себя. Непостижимо приятные ощущения…

Тагир

В небольшом деревянном домике незнакомок меня встречают разрисованные стены и это первое, что я вижу перед собой.

— Любишь рисовать? — обращаюсь я к Элле, и она согласно кивает, проводя ладонью по стене.

Айдери сидит, уронив голову на стол. Заметив на ее руках порезы, я с удивлением приподнимаю бровь:

— Ты в порядке?

— Все нормально. Просто немного устала, — постукивает она пальцами по деревянному столу.

— Я о твоих руках, — обращаю свой взор на нее.

— Ооо, — протягивает она. — Мне не больно. По сравнению с тем, что пришлось перенести… — начала Айдери, но мгновенно замолчала.

Она неспешно положила ладонь на затылок Эллы. Зачем она это делает?

— Тебе не холодно, дорогая? — обращается она к девочке.

— Нет, сестра, — отвечает ей и та и выходит из домика, подпрыгивая на небольших ступеньках.

— Как вы тут оказались? — я внимательно и пытливо смотрю Айдери в глаза.

— Мы тут уже давно. Я была совсем малышкой, примерно такого же возраста, что и Элла. Я не совсем помню, как мы тут оказались, — Айдери колеблется некоторое время и все же произносит фамилию, от чего я вздрагиваю — Бьюкен.

— Бьюкен? — повторяю я за девушкой.

Айдери лишь пожимает плечами:

— Я всегда слышала от родителей эту фамилию. Они всегда обвиняли его в том, что именно по его вине мы оказались в этом безлюдном месте. Они сделали все возможное, чтобы мы выжили. Здесь было так много тварей…Вы даже себе не представляете, сколько времени родителям потребовалось на то, чтобы уничтожить их.

А ты не одна из них? Разве она не заметила, что совсем недавно она была огромной волчицей, размером с дом?

— А сколько лет Элле?

— Одиннадцать, — ответила Айдери, ставя на какую-то металлическую штуку на что-то вроде печки. — Хотите жасминовый чай?

Кивнул и нахмурил брови.

— Так, значит, вы находитесь здесь…уже

— Мы здесь уже двенадцать лет, — закончила за меня она. Ее пальцы мгновенно напряглись и начали комкать ткань платья. — Так вы хотели узнать, сколько мне лет? — Айдери приподнимает голову, в ее глазах блестят огоньки.

Я с любопытством, довольно благодушно смотрю на нее и улыбаюсь.

— За кого вы меня принимаете?

— За человека, который остался неравнодушным к моей сестренке, — произносит она, улыбаясь и отбрасывая со лба волосы. — Я не ожидала от вас такого.

— Посчитали меня злодеем? Тем, кто сможет навредить ребенку?

— Этот мир настолько жесток, что доверять приходится не многим людям… Надеюсь, вы на меня не обижаетесь. Я просто пыталась проверить вас и уберечь свою сестренку от опасности.

— Тагир, смотри, что я нашла! — Элла бежит по ступенькам и, приблизившись ко мне, показывает медальон, лежащий у нее на маленькой ладошке.

Я не отвечаю. Я смотрю не на Эллу, которая лучится от радости, а на медальон. Я смотрю на Айдери, и наши взгляды встречаются не более чем на секунду, потом она указывает на медальон и спрашивает:

— Он ваш?

Я стараюсь совладать с собой, но, кажется, у меня это плохо получается. Айдери видит, что со мной что-то происходит.

— Элла, дорогая, иди, поиграй еще, — произносит она и уводит сестру на улицу, закрывая за ней входную дверь.

Она подходит ко мне и садится на корточки, заглядывая в глаза. Ее рука сжимает мою, и, открыв глаза, я вижу ее слабую улыбку со смесью волнения.

— С вами все хорошо? — спрашивает она у меня, мягко, ненавязчиво. — Он ведь ваш, да?

Киваю.

Увидев медальон, который был подарен моим любимым человеком, я совсем сбился с толку. Я любил Эстер и до сих пор люблю… Но теперь я недостаточно уверен в том, что даже если я смогу выбраться из этого места, смогу ли я сдержать свое обещание и быть вместе с ней?

Не в моей власти было влюбиться в другого человека. Точнее волчицу. Я считал, что моей парой является Эстер, но, оказалось, это был обман. Но почему? Находясь рядом с ней, я чувствовал себя лучше, счастливее и я перестал так часто болеть.

Я опускаюсь на колени и всматриваюсь в лицо Айдери, остро осознавая важную вещь: та девушка не просто оказалась здесь. По какой-то неизвестной мне причине ее вместе с семьей выслали сюда… Сюда — это куда? Я даже на этот вопрос не мог ответить.

— Айдери, — меня трясет. К горлу подкатывает тошнота. — Вы должны мне все рассказать.

Ее взгляд пронзает меня, и тошнота усиливается, пытаясь сдавить желудок. Я зажимаю рот рукой и выбегаю на улицу. Тайно надеюсь на то, что мне станет легче или хотя бы я не запачкаю единственное убежище незнакомок.

— С нами такое тоже было, — голос Айдери звучит отстраненно. — Но это только в начале.

Немного опомнившись, я выпрямляюсь и с усмешкой, произношу:

— Для этого вы сразу же поставили чайник?

Айдери смеется:

— Я хотела для вас как лучше.

— Что с Тагиром? — Элла осторожно подходит к нам и взволнованно смотрит на то, как я вновь сгибаюсь и вырываю.

— Пожалуйста, вы можете отойти? — сквозь зубы, спрашиваю я.

— Дорогая, с ним совсем скоро все будет хорошо, — гладя ладонью щеку сестры, отвечает Айдери. — Тагир, не переживайте, мы и не такое видели. Знаете, я даже помогала отцу принимать роды у своей матери.

Я пытаюсь засмеяться, но тошнота с новой силой, подступает к горлу.

— Это, конечно, информативно, но вы не помогаете мне этим.

— Пойдем, дорогая. Наш гость оказался очень стеснительным, — она взяла за руку Эллу. — Мы будем около костра. Когда вам станет немного лучше, крикните нам.

Глава 17

Амалия

Я не сдерживаю стоны. Господи, как же мне хорошо!

Тигран опирается на локти, и теперь я начинаю чувствовать вес его тела. Сначала, он движется нарочито медленно, входя и выходя из меня. После того как я начинаю двигаться вместе с ним, он начинает все быстрее и быстрее двигаться, а я подхватываю его движения вместе с ним.

Тигран сжимает мои скулы, и впивается в мои губы, кусая то верхнюю, то нижнюю губу. Я вся трепещу. Даже не знала, что может быть так хорошо. В первый раз я не ощущала этого, но теперь… Я и представления не имела, что может быть еще лучше…

— Давай, детка, — шепчет он мне на ухо.

От его шепота я достигаю блаженства, и распадаюсь на несколько тысяч осколков. После моего крика, он проникает в меня еще глубже и через секунду кончает в меня. Мы дышим так громко, не силясь хоть немного усмирить свои сердца. Я открываю глаза и вижу его. У него по-прежнему с закрыты глаза, и он пытается нормализовать свое дыхание.

Тигран открывает глаза, и мы встречаемся взглядами. Он целует меня в нос и только после этого выходит из меня.

Вздрагиваю от новых ощущений. Без его полового органа стало так пусто. Но все мои мысли прерывает прикосновение Тиграна.

— Если ты хочешь еще… — начинает он и смеется. — То только после того, как мы немного отдохнем, — откидывается он на подушку.

— А я думала ты сильный…

Тигран смотрит на меня испытующим взглядом и отвечает с улыбкой:

— А шести раз тебе значит недостаточно? — саркастически улыбается он. — Я немного устал, — заправил он мою выбившуюся прядь.

— Мне было очень хорошо, — шепчу я, ложась рядом с ним и обвивая одной рукой его грудную клетку.

— Только сейчас?

— Все разы, — смеюсь я.

Я настолько расслаблена, что ненароком могу превратиться в желе. Даже не представляла, что могу быть такой раскованной. Оказывается, я так еще неугомонная стерва.

Тигран приближает свое лицо к моему, и нежно целует в уголок рта.

— Ты, оказывается такая требовательная. Но мне это нравится, — насмешливо произносит Тигран.

Я бросаю на него быстрый взгляд и начинаю вырисовывать узоры на животе. Его рука опускается на талию, на бедро и скользит вниз по ноге. Он медленно проходится по моей попе, и его рука проскальзывает мне между ног.

— Ой, — вырывается у меня от неожиданности.

Его требовательные пальцы медленно двигаются и мягко ласкают мой клитор. Я чувствую его дыхание на своей щеке и прикосновения его губ. Он немного скользит вниз по постели и равняется с моим животом.

— Ты так вкусно пахнешь, Амалия.

Его рука движется по кругу, и начинаю двигаться в такт. Он вводит свой большой палец, нажима на точку, эффект от которой просто восхитительный. Я начинаю стонать.

— Как тебе? — спрашивает Тигран, целуя мою грудь. Его палец и не думает останавливаться.

Стараюсь дышать хотя бы через раз, но закрыв глаза, совсем забываю это сделать.

Мое тело содрогается в конвульсиях, и я кончаю, громко, выкрикнув его имя так, что, кажется, весь дом мог услышать мой крик.

— Ты так быстро кончаешь, — шепчет Тигран. — Мне это очень нравится, — выдыхает он и откатывается на другую сторону кровати.

***

На следующее утро я поднимаюсь на рассвете. Я закусываю губу, вспомнив о проведенной ночи. Это было…ммм… просто восхитительно.

В кухне я натыкаюсь на Арабеллу, которая как раз собиралась выходить из дома. Она очень удивлена моим ранним подъемом, но мне пришлось соврать, сказав, что мне тоже нужно кое-куда пойти. Она хотела, скорее всего, прокомментировать ночь, но удержалась. Выплеснуть негатив не удалось, так как к нам присоединился Тигран.

— Доброе утро, мама, — едва заметно кивнул он и подошел ко мне, обнимая сзади.

— Я лучше пойду, — произнесла моя свекровь и моментально испарилась.

— Она слышала нас, — хрипло произнесла я, поворачиваясь лицом к Тиграну.

— Ну и что? Мы разве с тобой не муж и жена?

Он кладет руку на мою пятую точку, нежно гладя ее ладонью.

— Формально мы не женаты, — отвечаю я, привставая на цыпочки.

— Но никто же об этом не знает? — он шлепает меня.

— Эй! Если бы не проведенная ночь с тобой, я никогда бы не подумала, что ты такой…

— Какой? — он гладит мои ягодицы, так приятно ощущать ласковые прикосновения.

— Нетерпеливый и безудержно сексуальный, — отвечаю я, немного краснея.

— Ты тоже не такая милая овечка, какой хочешь показаться на первый взгляд, — замечает он. — Люблю к тебе прикасаться, — говорит он и чуть натягивает на меня штаны.

Бросаю взгляд на часы. Восемь часов часов утра.

— Нам уже пора.

По-прежнему не могу смотреть ему в лицо. Он берет меня за руку и ведет на второй этаж. К счастью, мы ни на кого не натыкаемся.

— Разве тебе не нужно было принять душ? Ты вроде говорил…, — спрашиваю я, отводя взгляд.

— Я уже его принял. Почему ты избегаешь моего взгляда? Посмотри на меня, — беря меня за лицо обеими руками, просит Тигран, остановившись.

Мы заходим в спальню, и я с трудом заставляю себя поднять себя на него глаза. Он изумленно смотрит на меня. Он приближается и яростно целует меня в губы.

— Ты такая изумительная…теперь уже женщина…, — в его голосе слышится удовлетворение, ведь именно он и сделал меня из девушки в женщину.

Я закусываю губу.

— Спасибо за все, — произношу я и обнимаю Тиграна. — Мне стало намного лучше.

— В смысле? Ты что, прощаешься?

Теперь мой черед изумляться.

— Не прощаюсь, просто я благодарю тебя за то, что сделал это. Мне этого не хватало.

— Амалия, послушай. Ты думаешь, что я занимался с тобой любовью из чувства долга? Или из-за того, что я пожалел тебя?

Неуверенно качаю головой. Потому что несколько раз в моей голове проскальзывали такие злобные мыслишки. Но я каждый раз заставляла себя ду

— А это не так? — спрашиваю я.

— Да, но… — осекается он и продолжает. — Я люблю тебя, Амалия. И это главная причина, почему я хочу быть с тобой.

У меня перехватывает дыхание.

— Я тоже тебя люблю, — тянусь к нему и оставляю на губах легкий поцелуй. — Очень люблю и всегда тебя одного любила, — добавляю я, утыкаясь ему в шею.

мать о том, почему он может меня не любить? Я ведь привлекательная волчица, которая тоже без ума от него. Так в чем может быть причина того, что он переспал со мной этой ночью?

— Ты с ума сошла! — привлекает он меня к себе, целуя в макушку. — Ты все время думала, что я это сделал, для того, чтобы тебе стало лучше?

Тагир

— Вам лучше? Тагир…

Пахнет чем-то приятным. Я медленно открываю глаза и понимаю, что полулежу на рваном диване в деревянном доме Айдери и Эллы. И на меня опять смотрят две пары любопытных глаз.

Слышу чей-то храп. Волчица спит неподалеку от входа, а две сестры стоят надо мной. Впервые я осознаю, в какую дикую местность я попал. Но, все что, ни делается к лучшему. Так ведь говорят? И мне обязательно нужно будет найти плюсы в этой ситуации.

Вновь открываю глаза и теперь вижу, как Айдери с Эллой сидят с другой стороны стола: старшая сестра наливает что-то в чашку младшей и передает прибор Элле.

— Вам налить чай? — тихо спрашивает Айдери у меня, заметив, что я открыл глаза и смотрю на них.

— Тагир! — кричит девочка и подбегает ко мне. — Надеюсь, ты скоро поправишься, потому что сестра не дает мне к тебе подходить!

Айдери хмурится и отвечает ей в требовательно манере:

— Я и сейчас не разрешаю тебе к нему подходить. Пусть он немного отдохнет, — уводя девочку за руку, говорит старшая сестра Эллы.

— Я не такой слабак, каким кажусь, — шепчу я, едва двигая губами.

— Да ну, а я то подумала, — закатывает глаза Айдери и улыбается. — Даже самого сильного как духом, так и телом человека сшибает с ног это место. — Так что, не переживайте. Никто не думает, что вы слабый мужчина. Только…

Я хмурюсь, и мне стоит только догадываться, что она хотела добавить. Требовательно смотрю на нее, пытаясь донести, что мне стало крайне любопытно о вышесказанных ею словах.

— Вы так смешно тогда вжались в стену, — прыснула она и попыталась подавить смешок.

— А, сестра, ты о том, когда Тагир, увидев тебя, практически слился с каменной стеной?

— Именно, — поддакивает ей Айдери. — И еще, увидев меня обнаженной, вы немного растерялись, — добавила она, и мне этого было достаточно.

— Может, не стоит при ребенке такое обсуждать?

— Элла знает намного больше, нежели мы с вами вместе взятые, знаете ли, да дорогая? — обратилась она к младшей сестре.

Элла провела в воздухе рукой. От ее пальцев отделилось черное облачко, которое медленными движениями подплыло к потолку. Довольно пугающее зрелище.

— Элла, ты…

— Фея, — закончила она за меня.

Я приподнялся на локтях, чувствуя спазм внизу живота. Несмотря на спокойное лицо Эллы, внутри нее находится страх. Страх, вперемешку с беспокойством.

— Чего ты боишься, Элла?

— Своей силы, — слышу я, но продолжения я так и не смог уловить, ведь моя голова легла на подушку и в ту же секунду, я провалился в сон.

***

Амалия

— Я не понимаю, — набираю очередной раз Тагира, но он снова вне доступа.

Тигран озабоченно морщит лоб и садится на диван напротив меня.

— Он, бывало, иногда пропадал, но не настолько. Тагир меня всегда предупреждал о своих отлучках, — в который раз шепчу я про себя.

Покрепче сжимаю в руке мобильный телефон и мысленно ругаю себя за то, что отпустила его в пустынные земли. Наверняка он попал в беду и теперь нуждается во мне, а я тем временем отдыхала и получала удовольствие.

— Ты ни в чем не виновата, — словно читает мои мысли Тигран. Он подходит ко мне и обнимает. — Мы найдем его.

Я мысленно готовлюсь к бою с кочевниками, представляя, как жадно хватаю их за горло и перегрызаю их глотки.

— Так, куда он, по-твоему, пошел? Я просто еще не достаточно осведомлен о наших врагах.

— Я считаю, что за исчезновением стоит Роял. Это вожак местной стаи-кочевников. Они тут совсем недавно и пытаются качать свои права, но ваш отец притормозил их притязания на территорию и с этим кое-как на данный момент справляется Разиль, но видимо, его хватка слабеет…

Тигран вздыхает и перекидывает мои волосы через плечо. Я продолжаю:

— За Роялом, как и за любым другим вожаком, по пятам следует его стая. Они выглядят так, словно недавно вышли из мусорной свалки. Всегда неопрятные и плохо пахнут. Я все понимаю, но вместо того, чтобы враждовать с нами, они могли бы спокойно поселиться в долине и даже претендовать на несколько голосов в местной администрации. Но нет, им надо выделиться.

Я вопросительно смотрю на Тиграна, который до сих пор не вымолвил ни слова. В ответ, он лишь закатывает глаза и целует меня в макушку.

— Тебе бы стать их волчицей. Привела бы их в порядок, да еще бы вывела в люди, — улыбнулся он и немного отстранился. — А если говорить серьезно, где ты предлагаешь нам искать моего брата? У Рояла?

Неуверенность в его голосе меня удивляет. Интересно, он сможет перевоплотиться в оборотня, когда это потребуется? Ведь в таком возрасте, это сделать будет не очень-то и просто.

— Они в пустынных землях, — резким тоном отвечаю я. — Они обитают там и мы обязаны направиться туда, чтобы удостовериться в том, что он не в их руках.

— Амалия, я пойду один, — произносит он, и лицо его серьезнеет. — Ты только расскажи мне, как обстоят с ними дела. Что они могут потребовать, и что я могу им дать взамен.

Когда Тигран смотрит на меня таким серьезным взглядом, я теряю все свое самообладание. Меня переполняет досада и обида. Он не может оставлять меня в сторонке только потому, что, что я могу подорвать свое здоровье! В конце концов, его брат и мне близкий человек!

— Я иду с тобой или же ничего тебе не говорю и иду одна, — чеканю я каждое слово. — Я не меньше твоего хочу помочь Тагиру и ни за что не позволю тебе идти одному в столь опасное место!

Тигран встает с дивана и отталкивает меня обратно к креслу.

— Сядь и послушай меня, Амалия.

— Я не сяду, Тигран, — повышаю я тон. — Я устала от того, что твой брат постоянно берег меня как зеницу ока, а теперь и ты пытаешь уберечь меня от всего на свете! Поверь, я благодарна вам за все то, что делаете, но я не ребенок! Я личность, которая может позаботиться о себе, и я не могу стоять в стороне, пока Тагир находиться в опасности. Ты должен меня понять, Тигран. Прошу…

Я с удивлением наблюдаю, как в глазах Тиграна мелькает безысходность данной ситуации.

— Значит, ты не передумаешь? — он внимательно наблюдает за моей реакцией, удерживая на расстоянии одной руки. — Ты, правда, хочешь пойти со мной и увидеть все зверства?

— Я уверена на сто процентов, Тигран. Я иду с тобой.

Глава 18

Тигран

— Твоя мать обижается на тебя, — Амалия неловко переминается с ноги на ногу.

В голове звенят тревожные звоночки, но я смотрю на нее и спрашиваю:

— Ты думаешь, это из-за тебя? Ради бога, Амалия, — выдыхаю я. — Ты тут не причем.

Она часто-часто моргает, но ничего не отвечает. Я не слишком рад тому обстоятельству, что я до сих пор выдаю себя за своего брата, но пока не утрясутся все дела с моим приемным отцом, да еще и пропажа брата прибавилась, ничего нельзя раскрывать.

— После ее выходок против тебя, я совсем не могу находиться рядом с ней, — поделился я чувствами с Амалией.

Мне показалось или произнесенные мною слова возвратили ее к реальности. Амалия сидит на пассажирском сидении, повернувшись ко мне, не отрывая своего взгляда.

— Ты не можешь так говорить о своей матери, — чеканит она. Ее глаза вспыхивают.

— Но, она так плохо с тобой поступала…

— Она твоя мать и чтобы она мне ни сделала, это не дает тебе право так о ней говорить, Тигран, — она скрещивает руки на груди, отворачиваясь от меня.

Я перевожу свой раздраженный взгляд на дорогу, мои ладони крепко хватают руль. На мгновение поджимаю губы, но тут же расслабляясь, поняв, что Амалия так чиста душой, ведь даже терпя выходки мамы, она все еще заступается за нее. Беру ее руку, лежащую на ее коленях, и целую кончики пальцев.

— Я так тебя люблю.

Останавливаю машину возле пустоши и переключаю передачу в режим парковки. У Амалии такой вид, как будто она хочет на меня наброситься и зацеловать до смерти. Но ситуация не дает ей такой привилегии.

— Ты же не собираешься оставлять меня здесь одну?

Я тянусь к дверной ручке, но Амалия наклоняется, перехватывая мою руку. От прикосновения ее ладони, по телу разливается приятное тепло, которое вибрирует у меня между ног. Я стараюсь успокоиться, практически не дышу и не смотрю в ее сторону.

— Мне все равно, что ты там у себя думаешь в голове. Но я иду с тобой, — сказав это, она рывком открывает пассажирскую дверь и выпрыгивает из кроссовера.

Моя паника возрастает в несколько раз. Первый раз в жизни оказываюсь в такой ситуации, а уж тем более, не хочу, чтобы Амалия пострадала по моей неопытности.

— Смотри, — указывает она на каменные развалины. — Они должны быть там.

***

Женщина в грязно-сером халате не торопиться с нами вести диалог. Мой желудок рвет и мечет, от такого неприятного и жуткого запаха, который пропитал весь воздух, который находится здесь.

Она вежливо улыбается и зазывает нас внутрь.

— А вдруг это ловушка? И кто она вообще?

— Амалия, пожалуйста, я тебя очень прошу, иди к машине, — взываю я к ее здравому смыслу, но все мои попытки оказываются тщетными.

Она вежливо улыбается мне и проходит внутрь небольшой комнатки, которая спрятана от чужих любопытных глаз. Я следую за Амалией и вижу незнакомку, стоящую возле плиты, если ее так можно назвать.

— Простите, но кто вы?

— Вы про меня? — женщина вытирает руки о халат и поворачивается в нашу сторону.

Амалия игнорирует ее вопрос, заметя, что она не совсем в порядке. Поймав ее любопытный взгляд, я подаю голос:

— Как вы здесь оказались?

Она хмыкнула:

— Мальчик мой, я всю жизнь здесь живу. И умереть я собираюсь тоже здесь.

— Но вы же совсем одна, — продолжила мою мысль Амалия. — Вам ничего не нужно? Может, еду, одежду…?

Моя добросердечная девочка. Думает в первую очередь о других, нежели о себе.

— Вы моего сына видели? Он обещал быть здесь, но он не пришел…

Мы отошли с Амалией на приличное расстояние и начали перешептываться.

— Тигран, она не в себе. Может, мы вывезем ее в Торос? Там ей смогут помочь опытные специалисты.

— Ты думаешь, она согласится? Подожди ка, — остановил я наш разговор, повернувшись к женщине.

Она, не сменив позу, стояла возле стола и пыталась нарезать кубиками огурец. Единственное, что лежало на столе.

— А вы не подскажите, как зовут вашего сына?

— А вы, простите, его…

— Знакомый, — продолжил я, обманывая женщину, но иного выхода у мен не было. — Он просто рассказывал о вас, а имени я его не спросил. У нас заочное знакомство произошло.

— Роял. Моего сына зовут Роял, — тихо произнесла женщина, вытирая со лба несколько капель пота. — Скажите мне, когда он возвратиться?

— Конечно, конечно.

— Интересно, куда он ушел? — с тревогой в голосе, спросила Амалия, поворачиваясь ко мне всем телом. — Может, он с Тагиром?

— Да, он что-то такое говорил, — раздался голос женщины. — Рассказывал мне о том, что поймает Тагира в свою ловушку и расквитается с ним за всю свою семью, — она прислонилась к стене и достала из кармана небольшую фотографию, на которую пристально стала смотреть и улыбаться. — Мой сын всегда был вспыльчивым. Такой мечтатель, а из-за своего характера так и не смог ничего добиться.

— А он что-то еще вам говорил? Например, где он хотел с ним встретиться? — судорожно начала спрашивать ее Амалия. — Пожалуйста, им может угрожать опасность.

Мать Рояла вздрогнула и поплотнее закуталась в свой халат. Она ничего не ответила, будто ушла в себя. Может, она догадалась о том, что мы хотим спасти своего друга от его сына? По ее лицу не было ничего понятно и это сводило меня с ума еще больше. Мы не могли терять еще больше времени, стоя тут.

— Амалия, ты оставайся тут, а я пошел за братом.

Она мотнула головой в знак протеста, но я, и слушать ничего не стал.

— Ты не можешь оставить ее тут одну. Если выяснишь что-то важное, просто набери меня, хорошо?

Амалия стояла несколько секунд, не решаясь мне перечить, так и порешили.

Я сел в машину и направился к руинам, которые казались совсем небольшими, но приближаясь, они становились все крупнее и крупнее. Я взглянул на потемневший экран, с силой дернул руль и поднял глаза. Место, на котором я стою, вот-вот рухнет, ведь я припарковался на том месте, где руины начали сыпаться вниз, а я даже не заметил…

Звонок.

— Тигран! Не приближайся к руинам! Они саморазрушаются! Прошу тебя, остановись сейчас же!

Мы поняли одновременно. Мне не выжить. Амалия крикнула что-то в трубку, но я сорвался с места и, закрыв глаза, попрощался с жизнью.

Тагир

— Айдери, Элла, — кричу я и вздрагиваю, когда девочка бросается ко мне в объятия. Ее грязные светлые волосы закрывают мое лицо, и я едва могу разглядеть стоящую в проеме Айдери.

— Как ты себя чувствуешь?

— Ты? Мы уже перешли на «ты»? — улыбаюсь я.

Она закатывает глаза и тут же отводит их.

— Ты застрял тут и мы не можем вечно официально друг к другу обращаться, — делает она упор в начале предложения. — Я права?

Пожимаю плечами и глажу Эллу по голове:

— Не думаю, что мы здесь надолго. Со мной вы выберетесь наружу.

Я опускаюсь на колени перед Эллой и беру ее за ручки. Я стараюсь говорить спокойно и уверенно:

— Я сделаю все возможное, чтобы мы выбирались отсюда. Обещаю тебе, моя бусинка.

Элла задорно смеется и ее руки тут же холодеют.

— Что такое? Элла, почему у тебя руки похолодели? — пытаюсь разогреть их, но все попытки оказываются тщетными.

— Я верю тебе, Тагир. И очень тебя люблю, — признается девочка и хватает за шею, крепко-крепко обнимая, повисая на моей шее.

Бросаю взгляд на Айдери и вижу ее улыбающееся лицо.

— Поздравляю. Ты прошел проверку Эллы и теперь ты в списке хороших людей, — говорит она, и садится на деревянный стул.

Я стараюсь улыбнуться, но почему-то у меня не выходит это сделать. До меня доходит, что Элла в своей жизни больше никого и не видела, кроме своих родителей, старшей сестры и волчицы. Дрожь в теле заставляет меня крепче сжать тонкие пальцы Эллы. Она освобождает их, пробормотав под нос:

— Не надо меня жалеть, Тагир. Это моя судьбы и никто не смог бы ее изменить.

Тут я осекаюсь. Каким образом Элла смогла услышать мои мысли?

— Я их прочла, — тут же проинформировала меня девчушка. — Ты такой милый, когда не понимаешь чего-то, — с умилением посмотрела она на меня и подошла к сестре.

«Не называй меня милым, Эллочка»

Я не произношу этого вслух, а просто прислоняюсь лопатками к стене и смотрю на девочку любопытными глазами.

— Ребят, ну вы чего? — произносит Айдери, взывая нас к здравому смыслу и напоминая о себе таким образом.

Когда исчезает волшебство между нашими телами, Элла подает голос:

— Он мне очень нравится.

Она сыплет много-много комплементов и в заключении говорит такое, отчего Айдери заливается краской:

— Дери, если мы отсюда не выберемся, вы с Тагиром должны будете пожениться и родить много-много детей.

— Элла, ты что такое говоришь? Стыдно же! — толкает она в бок младшую сестренку, пытаясь скрыть свое смущение. — А ну ка, марш отсюда! — подталкивает она Эллу к выходу. — Присмотри за ней, — указывает она на волчицу, так и не назвав ее до сих пор имени.

Забавно. Я бы и не прочь был бы завязать отношения с Айдери или Дери, как ее только что назвала Элла, тем более, что у меня возникли к ней теплые чувства. И пока не понятно, дружеские они или же…

— Не обращай на нее внимание, она ведь ребенок, — попыталась загладить неловкий момент Айдери, сдувая несуществующие пылинки со своего изношенного платья.

— Ты недавно заявляла о том, что Элла знает намного больше, нежели следует. И сейчас я согласен с твоими словами на сто процентов.

Она, молча, кусает губу, смотрит в пол и продолжает:

— Элла моя сводная сестра, как ты уже понял. Мать у нас одна, а вот отцы разные.

Она смотрит сквозь меня и продолжает говорить:

— Отцом я всегда считала отчима, который встретив беременную мной маму, защитил и женился на ней, тем самым он спас ее от своей жестокой семьи. То есть, как ты понял, у нас есть много чего рассказать, но не все же сразу выкладывать, я права?

Я понял ее тактику. Отвлекла меня от щепетильной темы, которую начала ее младшая сестра. А Айдери не так проста, какой кажется на первый взгляд. Что ж, посмотрим, какие еще качества есть в тебе, милое создание.

За спиной начинает трястись каменная стена. Я упираюсь в нее, будто смогу удержать ее, но теперь трясется не только стена, но и пол под ногами. Крича, к нам в помещение забегает Элла и, прильнув к сестре, дышит через раз, закрыв глаза.

— Что это? — в шоке спрашиваю я. Больше похоже на конец света, нежели на землетрясение.

— Очевидно, кто-то извне приблизился к нашему местонахождению. Земля пытается защитить нас.

Я встаю и пытаюсь выйти из помещения, но земля трясется с удвоенной силой, сшибая меня с ног.

— Это за мной. Меня ищут, — кричу я, чтобы меня услышали сестры. Дергаюсь всем телом, услышав ответ Айдери.

— Кто бы это не был, его скоро засосет в воронку.

— Что? Как это? Он не попадет сюда?

— Сожалею твоей утрате, но нет. Он попадет сюда не магическим путем, а значит…

Мгновенно голова становится тяжелой, а от мысли, что мои близкие могут пострадать, тело начинает ломить. Я начал перевоплощаться.

— Тагир, пожалуйста, держи себя в руках. Ты все равно ничем не сможешь помочь. Кто бы это ни был.

Айдери прижала руку к горлу, пытаясь подавить слезы. Элла опустила глаза, не в силах смотреть на меня.

— Черт тебя дери, Роял! — кричу я изо всех сил, сотрясая землю еще сильнее. — Черт, черт, черт!

Что-то вокруг меня начинает порхать, открываю глаза и вижу, как большая и яркая бабочка садиться ко мне на руку. Прямо на запястье. Ее крылья дрожат, но сфокусировав взгляд, вижу, как ее маленькие глазки, внимательно смотрят на меня. Поднимаю взгляд на сестер, но они не видят того, что я застыл в ужасе. Что-то внутри меня дрогнуло. Надежда?

— Айдери, Элла, смотрите, — зову я их, приглашая посмотреть, какой великолепной красоты бабочка растет у меня на глазах.

Она быстрыми темпами обретает нужный размер и закрывает нас своими крыльями, а в следующую секунду, все вокруг нас покрывается белоснежным светом. Если бы бабочка не защитила бы нас от света своими крыльями, наверняка, мы могли бы ослепнуть.

— Что это было? — выглядывает из-под руки Айдери Элла, любопытно оглядывая обстановку вокруг нас. — Где она?

И тут мы замечаем, что землетрясение закончилось, бабочки нет, а мы сидим в небольшом кругу бок о бок, а посмотрев наверх, заметили, что сидим мы под огромным деревом — сакурой. Такого я еще не видел.

— Это чудо какое-то, — пробормотала Айдери, вставая на ноги и отряхивая с себя пыль. — Дома нет, необычно быстро выросло дерево и мы все живы, — констатировала она.

Глава 19

Тигран

После разрушительного грохота, который разнесся на несколько километров, сквозь землю будто просочились яркие солнечные лучи и остановили все происходящее за несколько секунд.

Я и не понял, как машина, в которой я сижу, приподнялась над землей и приземлилась на нетронутой землетрясением землей.

Я облегченно вздыхаю и рывком выхожу из машины. Но я тут не один. На мне скрещиваются внимательные взгляды волчьей стаи. Кроме одного мужчина, который остановил на меня злобный взгляд и клянусь богом, он желает мне смерти. В глазах волков я вижу любопытсво и предвкушение предстоящего разговора или сражения?

Мы с незнакомцем оказывается в центре круга, которые постепенно и без лишнего шума сформировали волки.

— Как ты сумел выбраться оттуда? — спрашивает незнакомец и до меня моментально доходит, что он меня принимает за Тагира. Это мне на руку.

Скалюсь на окруживших меня вервольфов, но не слишком агрессивно. Они испугались…?

— Сам не понимаю, как так получилось, — произношу я, принюхиваюсь. Впервые я начинаю пользоваться привилегиями того, что я родился вервольфом. Знакомый запах.

— Не знал бы я тебя так хорошо, принял бы за хитрого лиса, — насмешливо отвечает он. — Но ты ведь понял, что я хотел избавиться от тебя?

Кивнул. Вокруг меня одни волки, их не меньше восьми, не считая Рояла. Да, я уверен в том, что это именно он. Его запах и запах в доме его матери очень похожи. Это именно он хочет убить моего брата и теперь пришла моя очередь.

Скалюсь еще сильнее, видя наступление со стороны одичалой стаи. Волк во мне напуган и требует в ту же секунду бежать без оглядки, но я не могу так поступить. Не уверен, что смогу выстоять в неравной схватке, но попытка не пытка, верно? Ведь я еще должен узнать, где мой брат и выжить, чтобы спасти его.

— И чего же ты ждешь? — бросил я ему вызов, хотя и понятия не имел, каким образом и с какими мыслями мне следовало обернуться в волка. Считал, что это дело интуитивное, и я не ошибся в своей догадке.

Роял не стал ждать, пока я обернусь. Он напал на меня, укусив своими острыми клыками левую ногу. Боль разлилась по всему телу. Я не испугался, нет, во мне начал расти гнев и я, рассвирепев, обернулся в волка. Кости ломило, и нестерпимая боль через несколько секунд прошла, а вот злость на Рояла никуда не делась. Все человеческое нутро вмиг исчезло и на его место стало волчья натура. Я с яростным рыком напал на своего противника, и у нас завязалась бешеная схватка, не на жизнь, а на смерть.

Волки начали клацать клыками, некоторые выли в такт нашим движениям, явно надеясь на то, что именно их вожак победит. Но меня не так легко сломать, ведь всю свою жизнь я пытался выживать, и именно это качество помогало мне в этой схватке.

Мы с Роялом катались по сухой и пыльной земле, сцепившись клыками и свернувшись в один большой клубок. Роял был крупным самцом, но и я не отставал. Он открыл горло в самый для него неподходящий момент и я, ликуя в душе, вцепился в него мертвой хваткой, не давая вдохнуть воздух.

Роял скулит и пытается вырваться, но я его не отпускаю, сжимая горло все сильнее. Яростно рычу и не отпускаю даже тогда, когда несколько волков пытаются воспрепятствовать моему желанию убить их вожака. Не могу совладать со своими инстинктами, но головой понимаю, что если я его убью, то о Тагире ничего не смогу разузнать.

Постепенно успокаиваюсь и пытаюсь показать волку, что не собираюсь его убивать. Медленно выпускаю его горло из своей пасти и он, хватая ртом воздух, пытается насытить свои легкие достаточным количеством воздуха.

С трудом, но мне удается заставить себя отойти как можно дальше от стаи. Заглядываю каждому волку в глаза и вижу нечто невероятное. Пятеро волков начали медленно приближаться, с опущенными глазами, буквально ползут по земле, подметая хвостами землю, и тем самым после них оставались клубки пыли. Оказавшись возле моих лап, они легли, и будто прося прощение, заглянули в мои глаза.

Я подался инстинктам и потерся об их головы, делая шаг вперед. Они автоматически приняты в мою стаю, и теперь я их вожак. Удивительное чувство: одновременно приятно и волнительно, ведь теперь вся ответственность за их жизни лежит на мне. Чувствую, с этими волками у меня не будет никаких проблем, но что делать с остальными, включая Рояла?

Оставшиеся волки, скалясь и рыча, угрожающе поджав уши, начали надвигаться на нас. Они не решались нападать. Но примкнувшие только что на мою сторону волки, отбили троих волков, кусая их за разные болевые точки. Они, поджав хвосты, тут же повернули в противоположную сторону и побежали прочь от нашей компании.

Пока я отвлекался на новоприбывших и убегающих от нас вервольфов, сзади меня подошел Роял и укусил за мою филейную часть, я взвизгнул и попытался сбросить его с себя, но все тщетно. Ко мне на помощь на полной скорости подбежал черный волк, и его челюсти моментально сомкнулись на задней ноге Рояла. Последний, взвизгнул и обернулся на своего обидчика, что дало мне возможность избавиться от клыков Рояла.

Мы с Роялом рычим друг на друга, и, наконец, набравшись смелости, он пытается схватить меня а шкирку, но я, вовремя, заметя его нападение, заставил себя отойти на пару сантиметров и когда он уже бросился на меня, я схватил его за ногу и, впившись в нее, бросил его на несколько метров в сторону. Из раны сочилась кровь, а сам Роял лежал тихо и неподвижно.

Черный волк обернулся на меня и опустил свой взгляд.

Кажется, это сражение окончено.

Тагир

На душе таится приятное чувство, будто скоро все наладится, но посмотрев на окружающую нас суматоху, в это с трудом верится.

— Вы в порядке?

В первую очередь проверяю в порядке ли девочки, а потом уже забочусь о собственной шкуре.

— Элла и я в порядке, — отряхиваясь, произносит Айдери. — Тагир, ты же ранен! — восклицает она и, подойдя ко мне в плотную, осматривает мою руку.

— Это всего лишь царапина, — отмахиваюсь я и встаю на ноги, но Айдери рывком опускает меня вниз и, смотря прямо в глаза, говорит:

— Когда в рану попадет инфекция, ты уже не будешь таким беспечным.

— Тагир, послушай лучше мою сестру, потому что когда я делаю по-своему, она всегда оказывается права, — лепечет Элла, выходя из круга и осматриваясь.

— Ай!

— Да не дергайся ты! Все вы мужчины одинаковые, — со смешком, проговорила Айдери. — Папа тоже таким был. Небольшая царапина и он всех нас ставил на уши, как только приходило время обрабатывать рану.

Встряхнул головой, пытаясь отогнать от себя наваждение очарования Айдери. Она сидела слишком близко, ее запах меня просто сводил с ума. Попытался не дышать и, кажется, это помогло. Я взял ситуацию под контроль.

— Что вообще это было? — вставая, спросила Айдери.

— Разве такое раньше здесь не происходило? — удивился я.

Айдери направилась куда-то в сторону поваленного дома, наткнувшись на деревянные стулья. Они лежали в нескольких местах, и их щепки невозможно было бы собрать даже при всем желании.

— Такого никогда ранее не происходило. Я точно такого не помню, — видно было, что Айдери была в шоке от недавнего происшествия.

— Это может быть связано с тем, что я проорал и почти сорвал себе голос? — заметил я.

— Ты чуть не оглушил нас своим воплем, — засмеялась подошедшая к нам Элла. — Она в порядке, — указала она на волчицу, приближавшаяся к нашей небольшой компании. — Она немного напугана, но в целом в порядке.

— Кто она такая? Почему вы не называете ее по имени? — полюбопытствовал я, но девочки не решились отвечать на заданный вопрос.

— Я тебе расскажу, но потом, хорошо? — тронув меня за плечо, предложила Айдери. — Так, что нам теперь делать? У нас не осталось дома, хотя его трудно было таковым назвать, но крыша над головой все же была.

— Построим новый, — предложил я и вытянул руки перед собой.

Мой ответ повис в воздухе, но все три пары глаз уставились на меня пронзительным взглядом.

— Ты шутишь или думаешь, что построить дом с нуля просто?

— Айдери, не делай из этого проблему. Все возможно, — с энтузиазмом ответил я ей, — пока перекантуемся в пещере, а дальше посмотрим. Тем более, я не обещаю вам хоромы, а так, небольшой шалашик, но крепкий.

На этот раз меня не проигнорировали.

— Я в тебя верю, Тагир, — подхватила Элла. — И я тебе в этом с радостью помогу, — вызвалась девочка, начиная сгребать небольшие обломки в одну кучу. — Приступим?

Весь день и вечер мы провели за работой. Айдери, оказывается, та еще шутница. На каждые мои слова она находила ответ, да еще и гримасничала. Работа, по уборке разгромленного чем-то или кем-то дома превратилась в веселые побегушки и игры, которые мы проводили словесно. Например, мы играли в то, чего бы хотели больше всего в жизни и чего бы ни сделали никогда. Можно было бы задавать более пикантные вопросы, но при Элле не хотелось этого сделать.

При этом, играя, мы все же не забывали о том, что нужно усердно работать, чтобы в скором времени соорудить себе крышу над головой. Кто-то из нас то и дело рассказывал придуманные нами в ту же секунду рассказы, а когда фантазия иссякала, следующий на очереди продолжал.

Когда мы почти расправились с основной работой и решили немного передохнуть и перекусить, Элла воскликнула:

— Айдери, Тагир, смотрите.

Мы вмиг посмотрели в указанную сторону Эллой и увидели нечто волшебное: сакура, совсем недавно появившаяся на пустом месте, начала разрастаться и что больше всего нас поразило, так это то, что в середине ее ствола начало прорезаться некое отверстие. Оно было прозрачным, не показывая другую сторону нашего мира.

— Это портал? — выдохнула Айдери. — Или это мне только хочется в это верить?

Волчица весело фыркнула и начала наворачивать круги вокруг сакуры.

— Она подтверждает твои слова, Айдери! Это действительно может быть порталом! — Элла взвизгнула от радости, хватая волчицу за загривок и обнимая ее со всей силой.

Айдери не выдержала и, посмотрев на меня, кинулась в объятия, повисая на моей шее.

— Это ты, ты принес нам удачу! — шепнула она мне на ухо и поцеловала в щеку.

Через секунду она опомнилась и вырвалась из моих объятий, хотя, богом клянусь, я так не хотел ее отпускать. Я поставил ее на ноги и невзначай тронул ее ниже талии. Она залилась краской, но ловко отвернулась и начала трогать свое лицо, дабы не зацикливать меня на своей реакции.

Я точно ей не безразличен и это не связано с тем, что вокруг нее не было парней. Я повторял это про себя как мантру.

— Я рад это слышать, — довольно улыбнулся я и подошел ближе к распускающемуся дереву. — Когда это движение внутри дерева остановиться, я пройду первым, договорились? А то, всякое может быть.

Элла заметно расстроилась и посмотрела на сестру, в поисках поддержки?

— Почему всех взрослых тянет на подвиги? — выдала она свою мысль. — Тагир, мы пойдем с тобой.

— Элла, — начал я, но Айдери перебила меня.

— Соглашусь с Эллой. А если ты не сможешь вернуться? Мы идем с тобой.

— Айдери, не принимай поспешных решений. Вы можете погибнуть.

— Ты тоже! — воскликнула она. — И тогда мы останемся без тебя. Или мы идем следом за тобой или же никто не направляется в неизвестность, — закончила она.

Мне было нечего отвечать, хотя я твердо решил еще раз поговорить с Айдери. Подвергать себя и сестру опасности, это ведь немыслимо.

— И ты нас не отговоришь! — я и забыл, что Элла может читать мысли.

— Бусинка, перестань врываться в мою голову и уходить из нее, оставляя после себя клубки дыма.

Глава 20

Амалия

Замечаю, что в помещении похолодало. Подхожу к женщине, и под моими ногами что-то хрустит. Смотрю вниз и вижу задавленных мною насекомых. Фу, какая же это гадость! Женщина стоит на одном месте и смотрит в окно, будто ждет кого-то. Ее темные грязные пряди закрывают ее лицо.

— Вы ведь знали, что может произойти обрушение, ведь так?

Я пытаюсь держать себя в руках, но у меня это с трудом получается. Стоящий передо мной человек, совсем недавно послал моего любимого человека на верную смерть.

— Вы меня слышите? Ответьте хоть что-нибудь! — кричу я и, отойдя от нее на несколько шагов, стучу кулаками по каменной стене.

Тыльная сторона руки начинает окрашиваться в красный цвет. Кровь мелкими струйками течет вниз, на каменный пол. Опускаюсь на колени и обнимаю себя руками. Никогда прежде я не чувствовала такой безысходности. Только обрела счастье и сразу же потеряла. Поднимаю взгляд на женщину и всматриваюсь в ее бледное лицо.

— Он же мог выжить? Ответьте же мне!

По щекам текут слезы. Она поднимает правую руку и кладет ее мне на плечо, при этом из ее рукавов выползают несколько жуков.

— Я не могла поступить иначе.

— У вас был выбор, — отстраняюсь от нее. — Всегда есть выбор, и вы сделали его ради себя!

Она нервно смеется и качает головой:

— Ты еще так не опытна. На моем бы месте, я уверена, ты поступила бы также. Ты похожа на меня.

Силюсь нервно не засмеяться, но она продолжает, глядя в потолок:

— Каким бы плохим не был твой ребенок, ты сделаешь все возможное и невозможное, для того, чтобы спасти его. Заплатишь любую цену и даже отдашь свою собственную жизнь. Ты поймешь меня, когда сама станешь матерью, — заключила она и присела на краешек стула.

Да, я понимала ее чувства, но злилась я на то, почему именно мой любимый человек должен был подвергнуться наказанию? Он настолько чистый и хороший человек…

Какая-то часть меня хочет побежать к нему на спасение, но что я могу сделать, чтобы найти его? Ровным счетом ничего. Только позвать на помощь и найти его, ведь я не в состоянии перевоплотиться, а возможно, мне самой потом понадобиться помощь. И я, пойдя туда не смогу ничем помочь, ведь сама же и попаду в ловушку.

Я обязана осмыслить произошедшее и принять окончательное решение. Женщину я тоже не могу оставить здесь, ведь она может причинить боль кому-то другому.

— Амалия! — услышала свое имя из знакомых уст. Все мои размышления улетучились в тот же миг. — Амалия!

Вытерла тыльной стороной руки слезы на щеке, встала на ноги и выбежала наружу. Увидев Тиграна, живым и здоровым, поняла, что в этой жизни мне больше ничего и не надо. Лишь бы родные и любимые люди были рядом.

Побежала навстречу ему и бросила на шею, попеременно целуя его волосы, лицо, шею.

— Как же я за тебя испугалась! Любимый мой, хороший и самый замечательный человек на планете!

Тигран самым неприличным образом захохотал.

— Я тоже рад тебя видеть. А еще рад, что я жив, — ухмыляясь, потрепал он меня по волосам.

Усмехнулась и, взяв в ладони его лицо, нежно поцеловала.

— Что у тебя с рукой? — принюхался он и взял в свою ладонь мою руку. — Ты поранилась?

— Царапины. Немного разозлилась, ничего серьезного, — ответила я, целуя его руку. Боковым зрением увидела приближающуюся толпу волков, и немного отпрянула от Тиграна, стоя наготове, чтобы обороняться.

— Все в порядке. Они теперь на нашей стороне, — он стоял позади меня и нежно поглаживал мои волосы, пропуская их сквозь свои пальцы.

— Роял? Как он здесь оказался?

Рояла тащили за руки два вервольфа, и когда я увидела его, была немножечко удивлена.

— Вы не поверите, какое сражение совсем недавно произошло! Ваш супруг такую трепку ему задал! — с энтузиазмом произнес один из оборотней: он был низенький, с пышной черной шевелюрой и немного картавил. Он был очень милым.

Тигран при слове супруга, сильнее приобнял меня и поцеловал в макушку.

— От него нет никаких вестей? — шепотом спросил Тигран, и я сразу поняла, что речь идет о его брате.

Смотрю на Тиграна, а его лицо — ледяная маска. То, что я не сразу ответила на заданный им вопрос, он понял, мне ничего неизвестно.

Наступило непродолжительно затишье. Пятеро вервольфов в человеческом обличье подошли к Тиграну и ненароком отвели его в сторонку, видимо, хотели решить, что делать с Роялом.

Из-за всей этой суматохи совсем забыла про мать Рояла. Быстрыми шагами вернулась к ней, но обследовав каменные помещения не нашла женщину. Ее и след простыл.

— Его мать пропала. Видимо сбежала, — крикнула я Тиграну.

На что Роял, лежащий на земле весело фыркнул.

— Молодец, мамочка. Сделала именно так, как я ее и учил.

— Ты можешь и дальше также помолчать? — спросил подошедший к нему Тигран. — Куда она могла деться? Здесь пустошь и далеко уйти она не смогла бы.

В какой-то момент мое внимание приковалось к шедшей к нам некой компании, они были еще далеко, но что-то знакомое и родное чувствовалось.

— Тигран, посмотри туда, — указала я рукой на север. — Это разве не…?

Сердце отчего-то екнуло. Все разговоры притихли. Тигран словно был прикован к земле, он не двинулся с места, но глаза говорили все за него. По щеке пробежала одинокая слеза. Слеза радости. Он опустил голову и прошептал:

— Амалия, это ведь Тагир? Мне это не кажется?

Его слова теряют всякий смысл, когда наша компания приближается друг к другу. Я невольно начинаю смеяться.

— Брат, Амалия, я жив, — произнес Тагир и засмеялся вместе со мной, раскину руки в стороны. — Как же я рад вас видеть! — подтянув к себе ошеломленного брата, а затем и меня, он прошептал: я так вас люблю.

— Тагир, дорогой, — у меня не было слов. — Ты где был столько времени?

Тигран начал щупать брата не веря своим глазам.

— Я же почувствовал что-то неладное и даже не надеялся, что увижу тебя вновь! — Тигран крепче обнял брата, а я отошла, чтобы не мешать их воссоединению.

От повторного выброса адреналина, не сразу заметила стоящих позади него девушек. Нет, я их видела вдалеке, но подойдя, уделила внимание только Тагиру.

— Привет, — подошла я к ним.

Девушка со светлыми как солнце волосами была просто красавицей. Она была статная, высокая и источала тепло и гармонию. Другая, помладше, тоже была наделена красотой и практически не отличалась от девушки постарше. Но зацепили меня ее голубые глаза, море плюс небо, удивительное сочетание.

Опустила взгляд и заметила волчицу, стоящую подле девочки. Она фыркнула и села на землю, выжидающе смотря на нашу компанию.

— Хочу вам представить Айдери, Эллу и волчицу, — познакомил нас Тагир со своими спутницами. — И да, я до сих пор не имею понятия, как по-другому ее называть, — указал он на волчицу и мы хором засмеялись.

Тигран

Оставшуюся часть дня мне удается пережить без каких-либо потрясений, ведь я уже знаю половину истории, а другую половину мне остается узнать от своего брата.

Со стаей мы разобрались, и мы с Тагиром разместили их в отеле, неподалеку от нашей работы. Остается теперь устроить их на работу, хотя неизвестно, учились они на кого-то или же нет. Сложнее всего будет с Айдери и Эллой, последняя никогда не выходила на люди и не знала никого, кроме родителей, старшей сестры и Тагира.

Присел за стол напротив брата, который уминал уже третью свежеприготовленную Амалией пиццу.

— Ты просто прелесть, спасибо тебе, — ответил Тагир, когда Амалия налила ему еще одну чашку чая. — Очень трудно будет расстаться с тобой.

— Тем не менее, я всегда буду рядом с твоим братом. Мы неминуемо будет с тобой пересекаться, — поцеловала она в волосы брата, который совсем недавно принял душ и теперь от него не так сильно веяло «прекрасными запахами того мира».

— А вы, ребята, зря время не теряли. Уже и переспали друг с другом. И как оно, Амалия?

Амалия, которая села напротив меня и сделала глоток кофе, чуть не поперхнулась.

— Все прекрасно, знаешь, — с самодовольным лицом ответила моя любимая. — А у тебя давно этого не было. И какого это, Тагир?

Поперхнулся теперь Тагир.

— Знаешь, немного отдохнул, — улыбнулся он и посерьезнел. — Знаете, я одного не могу понять.

Мы ждали продолжения от Тагира, но он размышлял о своем. Он вздохнул и поправил немного отросшую челку.

— Ради всего святого, прости меня Амалия, что изменял тебе, но как ты знаешь, у нас был брак, но не совсем настоящий, — начал он, смотря, то на Амалию, то на меня. — И я изменял тебе с Эстер. Говорю тебе это не для того, чтобы ты ее возненавидела, а для того…

— Тагир, я знаю, что ты спал с ней.

— И как давно?

— Ты должен был рассказать мне раньше. Ведь мы с тобой, в-первую очередь, друзья, — напомнила она ему, потянувшись, и положив свою ладонь на его руку. — Я бы не стала тебя ни в чем обвинять. Да, мне было больно, но я не злилась на тебя, ведь знала же причину, — она нежно посмотрела на меня. — Теперь у нас у всех, все хорошо. Ты с Эстер, я с Тиграном.

Тагир откидывается на спинку стула и скрещивает руки на груди.

— В том то и дело, что я больше не люблю Эстер.

От этого заявления, мы с Амалией открываем рты.

— Как это? — спросил я, не понимая, что он хочет сказать этими словами. — Она же вроде твоя истинная.

— Я тоже так думал, брат. Но что-то пошло не так. И я больше не чувствую ничего того, что чувствовал прежде. А в чем причина, не пойму.

Он водить круги по горлышку чашки, словно гипнотизирую себя.

— Это не может быть связано с Айдери? — неожиданно спрашивает Амалия. — Я почувствовала между вами некую напряженность.

Тагир раздосадовано вздыхает:

— Если бы. Она даже не замечает меня.

— Ты уверен?

— На все сто, Амалия. Кстати, а где девочки?

Амалия встала и, подойдя к Тагиру сзади, обняла его.

— Я разместила их в отеле. Хотела в доме, но они наотрез отказались. Завтра хочу им провести экскурсию по долине. Ты ведь не против?

— А почему я должен быть против?

— Ты сразу их там встретил? — я взял ломтик оставленной Тагиром пиццы, откусив кусочек.

— Да, они встретили меня очень радушно, — улыбнулся он и вспоминая события тех дней. — Это было необычное приветствие.

— Они мне очень понравились. И как мне кажется, мы с ними подружимся, — Амалия уже настроена решительно.

***

Амалия

Почти до двух часов ночи мы сидели и разговаривали обо всех трудностях, пережитых почти что за неделю Тагиром. Он поведал нам о том, как попал на ту сторону, хотя мы и не совсем поняли, что это вообще было за место. То, как именно, встретила его Айдери в огромной шкуре волчицы.

— Не поверите, но я чуть не обоссался, — признался он. — Вы бы на моем месте почувствовали то же самое, — уверил он, а мы несколько минут не могли успокоиться из-за приступа смеха.

Тагир освоился там очень быстро и в этом ему помогли сестры, фамилий которых, он до сих пор не знал. То, как они до него попали туда, также оставалось загадкой. Все это нам предстояло узнать, но вот что делать с тем, как их можно будет разговорить?

Эту миссию братья возложили на меня, ссылаясь на то, что я девушка и это было самой главной причиной того, что они выбрали именно меня, а во-вторых, я обладаю таким редким даром, который может убедить любого в том, что мне можно доверять. Этим они меня и убедили.

— Мы и это сумели пережить, — говорит Тигран, закрывая за собой дверь спальни. Он посылает мне недобрую улыбку, а в ответ, я закатываю глаза.

— Я тоже скучала по тебе, — шепнула я, обнимая его. — Как хорошо, что теперь нам можно будет побыть эгоистами и любить друг друга, не думая о том, что в данный момент делать это не правильно.

— Именно то, что я хотел сейчас сказать, — он целует меня в макушку и сильнее прижимает к себе. Его лицо утыкается в мою шею, он проводит губами по венке.

Глянув на него, встречаюсь с пылающими от желания глазами. Я потянула голову Тиграна вверх, и он в изумление спросил:

— Что такое?

— Поцелуй меня, Тигран. Поцелуй, — повторяю я.

Он опускает голову и шепчет, встречаясь с моим дыханием:

— Я люблю тебя, Амалия.

Наши рты соединяются, и я теряю счет времени. Его теплые губы, настойчиво открывают мой рот, язык проникает внутрь, и мы сливаемся в страстном поцелуе. Его крепкое и теплое тело все сильнее прижимается к моему.

Мы быстрыми движениями раздеваем друг друга. Теперь мы стоим оголенными друг перед другом. Тигран вновь берется за мой подбородок и начинает целовать мое горло. Его руки начинают ласкать мою грудь, а губы медленно спускаются к пупку.

Мои бедра начинают покачиваться в такт, и я издаю стон: томный, но в тоже время нетерпеливый. Дойдя до пупка, он облизывает его и посасывает кожу вокруг него.

— Какая же ты сладкая, — шепчет он и его дыхание щекочет мою кожу. Я вздрагиваю, но руки Тиграна легко останавливают меня и придвигают ближе.

Он садится на колени у моих ног и резким движением разводит их в сторону. Отводит мою правую ногу в сторону, сгибая ее в колене и дойдя до сокровенного места, проводит вверх и вниз своим языком, тем самым доводя меня до пика моего возбуждения. О боже…

Тигран ждет какое-то время, пока я приду в себя. Опускаю глаза вниз и вижу, как он целует внутреннюю часть моего бедра. Я краснею, чувствуя, что совсем близка…

Он крутит языком, ускоряя темп, не ослабляя сладкую пытку. Мои ноги напрягаются, и я утрачиваю всякое самообладание. Я слышу его хриплый стон, когда он засовывает свой палец в мое влагалище.

Я не имея возможности больше сдерживаться, в тот же момент кончаю. Тигран подхватывает меня, когда мое тело медленно начинает опускаться вниз от усталости, кладет меня на мягкую кровать и закутывает в теплое одеяло.

— А теперь, давай спать, моя милая, — шепчет он, целуя в висок.

— А как же ты? Ты не хотел…

— Сегодня был трудный день и у нас будет еще много времени наверстать упущенное, — отвечает он, ложась рядом со мной. — Люблю тебя, Амалия. Очень сильно люблю.

Глава 21

Тигран

Просыпаюсь от нежных прикосновений. Смотрю на источник беспокойства и вижу, как Амалия своими длинными пальцами рисует знаки на моем плече, груди, спускаясь вниз.

— Ты хочешь вчерашнего продолжения или же просто дразнишь меня? — спрашиваю я сквозь прикрытые веки, наслаждаясь происходящим.

Амалия не отвечает, а лишь тянется ко мне и нежно целует меня в губы. Поцелуй становится настойчивее, ее руки безжалостно начинают дразнить меня, опускаясь все ниже и ниже.

— Ты даже не представляешь, на что подписываешься, — шепчу я, хватая ее за волосы, тем самым тяну ее на себя.

— А ты мне покажи, — в тон отвечает она, ложась на меня сверху.

Рывком сбрасываю ее с себя, беру презерватив с тумбочки и разрываю фольгу. Слышу, как Амалия прерывисто дышит, ожидая меня внутри. Не хочу заставлять ждать свою девочку. Нависаю над ней и очень медленно вхожу в нее, начиная двигаться. Я не хочу делать ей больно, поэтому сопровождаю свои действия поцелуями.

— Не больно?

Она качает головой и дает согласие. Я начинаю двигаться быстрее, сильными толчками снова и снова вхожу в нее, пока не оказываюсь на грани удовольствия.

— Тигран, — хрипло говори она, прямо над моим ухом, услышав ее стон, я распадаюсь на тысячу мелких кусочков.

Вхожу в нее до предела, замираю и достигаю своего пика. Я наваливаюсь на нее сверху и чувствую, что мы кончили одновременно. Это так приятно.

Немного привстаю, опираясь на локти, и пристально смотрю в ее глаза.

— Как же мы подходим друг другу. Будь со мной рядом, и я буду любить тебя вечно, обещаю.

В ее глаза вижу ответы на мои только что сказанные слова.

— Ты превосходен, — отвечает она, целуя меня в нос.

Из коридора доносится голос. Я не сразу понимаю, что происходит, но в нашу спальню начинают неумолимо стучать чьи-то большие кулаки.

— Голубки! Может, хватит доставлять друг другу удовольствие? Уделите вашему родственнику хоть капельку своего драгоценного времени?

Тагир.

— Он прав, — шепчет Амалия.

— Конечно, я прав, моя милая, — доносится ответ на слова Амалии.

— Я уже и завтрак успел приготовить вам от скуки, — вместо приветствия, произнес Тагир. — Ну и как оно? Для истинных все по-другому?

— Тагир, пожалуйста, — отвечаю я, зная, что Амалии будет неловко.

— Да ладно. Все мы взрослые люди, — свистящим шепотом отвечает брат, игриво задевая меня плечом.

В ответ я закатываю глаза и жду продолжения, но его нет. Странно. На кухню зашла Амалия, на ходу давая пять Тагиру.

— Амалия, а как тебе удалось так удачно выкурить родителей? — думал, что Тагир продолжит свои пошлые высказывания, но нет, повел себя по-джентельменски.

— Это не моя заслуга, а наших мам, — со смешком в голосе, ответила Амалия. — Ты приготовил завтрак? Какой же ты милый.

Утро пролетает незаметно. Мы сидели в гостиной то и дело, обсуждая прошедшие события. А у меня возник кое-какой вопрос:

— Знаете, мне не дает покоя один единственный вопрос, ответ на который я до сих пор не узнал. Почему когда я перевоплотился из волка в человека, моя одежда в идеальном состоянии оказалась на мне?

Тагир сочувственно вздыхает.

— А ты хотел выйти из битвы победителем, да и еще голым?

Амалия начинает смеяться, и мы подхватываем ее хорошее настроение.

— Но все же я хочу знать ответ, — начал добиваться я, потому что ломать над этим голову больше не хотелось.

Амалия встает из-за стола и направляется в сторону кухонного стола. Берет оттуда печенье и садится на свое место, рядом со мной.

— А у тебя есть догадки? — спрашивает она, предлагая печенье. Я согласно киваю, смотря на вкусняшку в ее руке. Она подносит ее к моим губам, и я надкусываю ее.

— Если бы.

— Похоже, Амалия тебе дала кое-что из моей одежды. Если точнее сказать, одежду, которую мы изготавливаем на наших специальных фабриках, — проинформировал меня Тагир. — Одежда шьется из натуральных тканей, чтобы при перевоплощении одежда как бы становилось единой с волчьей шерстью.

Я прихожу в дикий восторг. Вот как оно оказывается.

— Это же так…

— Круто, — продолжает за меня Тагир. — Да, я знаю. Не хочу хвастаться, но я тоже приложил некоторые усилия в этих разработках и проверял одежду на себе. А еще у нас совсем недавно стали разрабатываться лекарства для волков. Это огромный шаг в эволюции вервольфов.

Он ухмыляется.

— Тагир, ты большой молодец, — невинно хлопая глазами, Амалия тянется ко мне и целует в щеку. — Тигран тоже очень скоро придумает много нового. Или же вы вместе возьметесь за крутой проект?

— Думаю, мы с братом сработаемся. Он усидчивый и спокойный, будет воплощать наши проекты в жизнь, а я буду договариваться с наиболее несговорчивыми жителями долины, — сразу же распределил роли Тагир.

— Ну, ты так просто не отделаешься. Решил взвалить на меня всю бумажную работу? — сделал я возмущенное лицо.

Тагир вздыхает и поднимает руки, что означает, он сдается.

— Ты меня раскусил. Вот что значит, связаны воедино. Мы с братом как единое целое, — ерошит он волосы, потянувшись через стол. — Только в любви тебе повезло больше.

Я ухмыляюсь:

— Думаю, и твоя сказка начнется. И уж очень скоро.

Я наливаю себе молока в миску с хлопьями.

— Ты точно больше ничего не хочешь? Может что-то другое приготовить? — предложила Амалия, следя за моими действиями.

— Нет, спасибо большое.

— Тагир, как вы смогли выбраться оттуда? Я до сих пор вспоминаю тот радостный момент, когда увидела вдалеке ваши фигуры. Аж дрожь по телу пробегает, — обняв себя, произнесла Амалия.

— Я и сам до конца не понял, что произошло. В моменте, Айдери сказала, что кто-то приближается к руинам, и они пытаются защитить нас от незваных гостей. Потом я понял, что кроме вас меня никто бы не начал искать, ведь никто и не знал, куда я пошел, — протараторил Тагир и продолжил: — И вот поняв, что вы можете погибнуть, я начала кричать и молиться о том, чтобы с вами все было хорошо. Я всеми фибрами души желал вам очутиться в безопасном месте и как я понял, это сработало. Хотя я до конца и не понял, как это сработало.

— А мать Рояла зная обо всем этом, дала тебе пойти к руинам. Догадавшись об этом, я сразу позвонила тебе, но было уже поздно… — дрогнув, изрекла Амалия, прильнув ко мне. — Как же хорошо, что все зло, которое нам желали, обошло нас стороной.

— Так куда ты разместил стаю Рояла? — Тагир внимательно смотрит на меня, поднося чашку к губам.

— Пока в отель, который находится на окраине. А там посмотрим. Они не причинят нам зла, ведь они теперь с нами, — просветил я брата, чем немного ошарашил его.

— Как это произошло? То есть, как тебе удалось переманить их на нашу сторону?

— Все просто. Я сразился с их вожаком. Вот и все, вроде. Этого же было достаточно? — неуверенно произнес я, поочередно смотря то на Тагира, то на Амалию.

Около минуты над нашим столом нависает тишина. Мы все медленно завтракаем, ведь мы никуда не торопимся. Но я хотел бы оставить их дома и пойти кое-куда, о чем я и начал разговор.

— Мне необходимо навестить приемную семью, — начинаю я, зная, что Тагиру моя идея не понравится.

— Брат, пожалуйста. Ты сильно рискуешь.

Я вынужден улыбнуться:

— Но ты ведь останешься здесь и никуда не выйдешь?

Он запрокидывает голову и смотрит в потолок, а я продолжаю:

— У них за это время могли возникнуть проблемы, мой приемный отец их очень быстро создает, понимаешь? Я не могу вот так быстро отмахнуться от них.

Я изо всех сил старюсь убедить брата в своих словах, давя на жалость к моей приемной семье, ведь если я начну кричать и настаивать на своем, он заупрямиться еще сильнее, что мне в данной ситуации не будет выгодно.

Амалия проводит рукой по лицу, и произносит:

— Тагир, ну тебе же не составит труда помочь брату? Пожалуйста, — тянет она и перед ней невозможно устоять.

— Ладно. Ладно, голубки. Вам удалось переубедить меня. Но к вечеру ты должен быть дома. Когда вы говорите, возвращаются родители?

Амалия

Айдери с Эллой прожили в гостинице двое суток, дала им время освоиться, отдохнуть и привыкнуть к новому ритму жизни. Долина, в которой проживало около трехсот тысяч человек, и считался одним из благоустроенных районов империи. В долине всегда была умеренная температура: будь это зима или же лето.

— Девушки, доброе утро.

— Доброе утро, Амалия, — ответила Айдери. — Спасибо, что позволили нам остаться здесь, — указала она на номер в гостинице. — Тем более, что нам сейчас нечем заплатить…

— Привет, привет! — девчушка выглянула из-за двери и бросилась ко мне в объятия. — Ты прекрасно выглядишь!

— Спасибо, Элла. — А у тебя такие красивые косички! Тебе сестра заплела? — я провела рукой по объемным косам, как-будто сделанным у профессионала.

— Да. Правда же красиво? — довольно тараторила она. — Мы гулять же идем?

— Элла, пожалуйста. Слишком много вопросов, — прозвучало недовольство в голосе Айдери. — Ты утомишь Амалию.

— Ну, Айдери. Я никогда не была по эту сторону и мне очень-очень интересно как здесь все устроено, — через не могу, пробормотала Элла. — Амалия, ты же не устала от меня?

— Эллочка, говори, что хочешь и сколько захочешь, я совсем не против.

Девочка подпрыгнула и понеслась по длинному коридору, а нам оставалось только последовать за ней.

— Начнем с самого начала или же с центра города? — спросила я девушек.

Элла сразу выбрала первый вариант, ей хотелось узнать как можно больше и мы с ее старшей сестрой не могли воспрепятствовать ее желанию узнать что-то новое.

Мы прошлись по пролеску и поднялись на возвышенность. Отсюда открывался великолепный вид нашего города.

— Это не мегаполис, конечно, но свои прелести долина Тороса тоже имеет. Чувствуете, какой тут свежий воздух? У нас практически не используются химические вещества, а также машины ездят не на бензине и газе, а на переработанных отходах, которые практически не вредят нашей экологии, — вводила я их в кур дела.

— Да, одиннадцать лет назад он был совсем другим. Изменился очень, — немного удивленно проговорила Айдери. — Все же он очень красивый. Не похож на другие многоэтажные города. Так уютно и спокойно…

Мы начали спускаться вниз. С холма, вела широкая тропинка, по которой шли кроме нас еще несколько человек. Поприветствовала знакомые лица, и мы подошли к воротам, через которые нас моментально пропустили, а у оставшихся позади людей, начали проверять наличие необходимых документов для входа в долину. Двое стражников стояли первую половину дня, затем их сменяли еще двое и так работали десять человек. Работа не из легких, но за это им исправно платили. Одеты они были не примечательно, выдавало их то, что стояли он у ворот и на их кожаных жилетах, на локтевом сгибе, рисовалось название нашей долины.

— Раньше этого не было, — оглядываясь назад на двух стражников, констатировала Айдери.

— Безопасность превыше всего, — ответила я. — Да и со временем участились нападения одичалых стай вервольфов, поэтому мы обезопасили жителей долины.

— А ты здесь уважаемая личность? — внезапно спросила Айдери.

— С чего ты это взяла?

— Нас пропустили без проверки, — напомнила она мне.

— Я супруга лавъера, то есть главы долины, — ответила я, хотя мы с Тагиром скоро разведемся.

— Ты супруга Тиграна? — задала она еще один вопрос.

Как бы я хотела, чтобы это была так. Я попыталась увильнуть от этого вопроса, ответив:

— Мы с Тиграном являемся истинной парой. Мы любим друг друга и очень привязаны душами.

— Но он не является твоим супругом?

— Все очень сложно.

После моего высказывания, Айдери не стала задавать вопросы.

Элла вообще ничего не говорила, рассматривала все, что попадалось на ее глаза с открытом ртом. Иногда мне казалось, что она и не моргает, так ее захватила здешняя красота. До центра города мы добрались за пятнадцать минут, разговаривая между собой о местных достопримечательностях.

Мы наткнулись на едущую по улице, выложенной камнем, небольшую карету. Тройкой лошадей управлял мужчина средних лет с большими черными глазами и добродушным взглядом. Когда я попросила его прокатить Эллу по центру города, он с радостью взялся за это дело, хотя и я в долгу не осталась, после того, как он минут двадцать катал девочку, показывая ей город, щедро заплатила ему.

— Понравилось? — спросила Айдери у младшей сестры.

Та, сразу же с энтузиазмом начала рассказывать все, что видела за последнее время:

— Айдери, это чудесный город, хотя других я и не видела, — уточнила она, — но уверена, что красивее него я не увижу больше ничего! Там такие фонтаны, скамеечки и здания, которые я и не мечтала увидеть!

На лице Айдери, да и у меня тоже, блуждала радость, смешанная с изумлением. Элла так быстро разговаривала, что я боялась того, что она может задохнуться.

— Элла, очень рада, что тебе понравился город. Надеюсь, в скором будущем мы сможем прогуляться с вами в парке.

— Будет просто замечательно! — воскликнула Элла, направляясь к кукольному представлению, которое проходило неподалеку от того места, где мы стояли.

— Амалия, спасибо тебе за прекрасную экскурсию. И твое время заняли…

— Мне было очень приятно с вами познакомиться и тем более провести время. Вам спасибо.

— Амалия, а можешь купить мне вон ту штуку? — указала она на продавца сахарной ваты.

— Элла, это сахарная вата, — Айдери одарила сестру снисходительным взглядом. — Тебе еще столькому придется научиться.

— И мы ей в этом поможем, — продолжила я, идя покупать девочке вату. — Айдери, я и нам куплю! — крикнула я, не принимая никаких возражений с ее стороны.

Глава 22

Тигран

Солнце лениво выползало из-за горизонта. Это означало одно — я должен идти к приемным родителям. С одной стороны, я соскучился по ним, хотя звонил им и спрашивал все ли у них хорошо, но звонок никогда не заменит живое общение. Я это знал и очень хорошо, потому мне стоило выдвигаться в путь.

Идя по знакомой улицы, заметил, что совсем недавно это здание пустовало, сейчас же здесь красовалось одноэтажное здание. Это было небольшое кофе, которое решили посетить огромное количество посетителей. Да, здесь ничего такого сроду не было и жителям было в новинку, видеть такое уютное и вместе с тем красивое здание, украшенное цветами и листьями разных сортов.

Дошел до своего дома и, вынув из заднего кармана ключ, вставил в замок и повернул два раза. Именно так мы и закрывали нашу входную дверь.

— Айлин, дочка, это ты?

Голос приемной матери отдался в душе сильным огорчением. Как, как я мог не приходить к ней столько времени? Как я мог быть неблагодарным женщине, которая вырастила меня как собственного сына.

— Айлин…, — коротко произнесла Лайла и замолкла.

Больше она ничего не произнесла. Только бросилась ко мне в объятия.

— Сыночек, я так беспокоилась за тебя. Где ты столько времени пропадал? — из ее уст вырывалось столько вопросов, на которые я не мог ответить. Лгать я тоже не хотел, но что мне делать?

— Со мной все хорошо, мама. Я же звонил Айлин, тебе, — я обаятельно улыбнулся.

Мама как-то сразу оживилась, начала тянуть меня на кухню.

— Что тебе приготовить? Что ты хочешь, сыночек?

— Мама, прошу, посиди со мной, мне ничего не нужно, — попросил я, притянув ее к столу и усаживая напротив себя. — Как вы, все хорошо? Никто не приходил, не требовал денег?

— Ты за кого меня принимаешь? Думаешь, я буду подвергать свою семью опасности?

Под немигающим взглядом приемного отца, вышел из-за стола и встал напротив него. Его реакция была едва заметна, он хорошо держался, но боязнь меня я все же почувствовал. Быть вервольфом, оказывается, не так-то плохо и убеждался я в этом каждый раз.

— В прошлом ты делал именно это, — констатировал я факт того, что он почти каждый месяц проигрывал все свои заработанные деньги, и даже нам в последующем необходимо было выплачивать проценты, а денег нам итак еле-еле хватало.

Моран готов был меня прибить на месте, успел замахнуться на меня правой рукой, но я вовремя остановил его. От него разило алкоголем, он едва стоял на ногах. И как я не заметил этого?

— Ты пьян, может, ляжешь и отдохнешь?

— Ты мне еще смеешь указывать? — процедил Моран сквозь зубы. — Убирайся из моего дома и больше не возвращайся! — легонько толкнул он меня в плечо, хотя ему, наверное, показалось, будто сильно задел меня.

— Моран, ты что такое говоришь? Не смей его трогать! Он же наш сын!

— Никакой он мне не сын! Пропал без вести на столько недель, а теперь приходит и смеет приказывать мне? Не отчитывай меня, не трогай и живи своей жизнью! Ты нам здесь не нужен!

Мама рывком его толкнула, Моран упал на диван и не смог шевельнуться.

— Я что, его убила? — мама рухнула на пол, я же подошел к не движущемуся приемному отцу, проверить пульс.

Слава богу, он жив. Ударился о деревянный подлокотник, но крови нет.

— Мама, он просто отрубился. Послушай меня, вы с Айлин должны пойти со мной. Вы не можете оставаться здесь и дальше. Он погубит вас.

Мама шумно выдохнула, прекрасно осознавая всю безысходность их с Айлин ситуации. Если не сейчас, то когда? Я смогу о них позаботиться, теперь у меня есть деньги и у них будет все, чего они заслуживали в этой жизни. Я обеспечу им это.

— Сынок, я не могу бросить твоего отца. Он пропадет, понимаешь? — дрожащим голосом ответила она. — Мы с Айлин не можем так поступить.

У меня созрел план. Я не мог сейчас уйти, оставив мать и младшую сестру с Мораном, но мама отказывалась от моего предложения. А что если…

— А что если я пообещаю присматривать за ним и помогать ему, пока он не оправиться от своей зависимости? Что ты на это ответишь?

Мама уткнулась лбом в стену и глухо спросила:

— С ним все будет в порядке?

Даже в таком состоянии, мама может думать об этом человеке. Понимаю, она столько лет прожила с ним, привязана к нему, но с ним она ничего не видела, и не добилась ровным счетом ничего! Такую преданность, он и не смог оценить по достоинству. Такой подарок ему в виде мамы подарила судьба, а он… просто навредил себе и своей семье.

Где-то в глубине души теплилась надежда, что мама не откажет мне и пойдет со мной. Когда мы, наконец, обговорили ситуацию в целом, мама была настроена по-боевому. Позвонила Айлин и попросила скорее возвращаться домой, ссылаясь на то, что у нее для нее есть сюрприз.

Я вышел из дома и вдохнул свежий воздух. Только сейчас я ощущал запахи нашего старенького дома: он обветшал, внутри много плесени, которая только вредит здоровью. Побывав в другом более новом доме, я явственнее начал это ощущать.

Солнце поднялось достаточно высоко и теперь по голубому небу плыли белые облачка, заставляющие фантазировать разнообразных животных. Моментально вспомнилось детство. Мы с Айлин частенько лежали на траве, соревновались, кто сможет придумать больше животных из облачка, естественно, когда Моран был трезв и не заставлял нас работать.

— Брат, это прекрасная идея! Я полностью с тобой согласна! — Айлин звонко пропела эти слова, вырывая меня из детских воспоминаний.

— Я рад, что ты приняла мое предложение с энтузиазмом. Хочу, чтобы у вас было все, в чем вы нуждаетесь.

— Как же это благородно, — поцеловала она меня в щеку. — А у тебя достаточно средств, а то я буду теперь просить у тебя много: одежду от известных брендов, там сумочки, обувь на шпильках…

На улице послышалось бряцанье доспехов, двое стражников, проходящих мимо нас, поклонились и пошли дальше.

— Значит вот оно что. Теперь ты большая шишка?

— Дочка, что ты так кричишь на всю улицу? Разговаривай нормально со своим старшим братом, не то по губам дам.

— Сразу заметно, что ты ее любимчик, — взяв меня за предплечье, произнесла сестра. — Но ты тоже мой любимчик, знаешь об этом?

— Я тебя тоже люблю, Айлин.

Тагир

На двери висел красный колокольчик. Дернул за него и за дверью послышались торопливые шаги.

— Минуточку! — крикнула Айдери.

Амалия задумала сегодня вечером кое-что, и пока я не пришел в гостиницу к Айдери и Элле, она не успокоилась. Ужин и так далее… что это все значит? Я же не посыльный, хотя не прочь был и увидеться с Айдери. Соскучился…

Дверь распахнулась и передо мной появилась Айдери. Вся раскрасневшаяся, с огромными зелеными глазами. Она была одета в простое вишневого цвета платье, оно ей так шло, подчеркивая фигуру. Некоторая часть волос собрана на затылке, а средней длины челка, свисает по двум бокам лица. Просто прекрасна. Такая естественная.

— Тагир, — Айдери умудрилась вложить в свое приветствие одновременно и радость, и усмешку.

Она не рада меня видеть?

— Да, это я, — улыбнулся я. — Как вы обживаетесь на новом месте? Все ли у вас есть?

Где-то за стеной послышались торопливые шаги, что-то упало на пол и разбилось на мелкие кусочки.

— Что-то произошло?

— Это Элла просто торопиться прибежать сюда. Она в ванной комнате, услышала твой голос вот и торопиться…, — улыбнулась она, отходя от двери. — Проходи, пожалуйста.

Я никак не отреагировал на эти слова, хотя в душе все пело. Я спокойно вошел внутрь и поплелся следом за Айдери.

— Тебе нравится отель? Если какие-то замечания?

Она немного призадумалась и ответила:

— Пожалуй, что да.

Внимательно на нее посмотрел, давая понять, что хочу выслушать все ее замечания.

— Очень шумно знаешь. Мы привыкли к гробовой тишине, а теперь даже заснуть, сразу не получается! Еще цвет занавесок немного не нравится, и стол этот какой-то странный, — указала она на стеклянный кофейный стол возле нас. — Вроде все.

— Я пришлю человека, он изменит все, что ты захочешь, договорились?

Она замерла в изумлении:

— Это твой отель?

— Почти. Отель принадлежит моей семье, — ответил и сразу попытался перейти на другую тему. — Понравился букет?

Очевидно, понравился, потому что он красовался практически возле меня на том самом столике, который не понравился Айдери.

Спустя несколько минут в гостиную запорхнула Элла. Она бегом бросилась ко мне.

— Тагир, почему ты нас на такое долгое время покинул?

Я был рад видеть такую любовь в глазах девочки. Это что-то необычное, особенное, когда практически ни за что тебя любит маленький человечек. Не смог бы ни на что это променять.

Элла отстранилась и, обхватив мое лицо руками, всмотрелась в глаза.

— Я вас не покидал. Были кое-какие дела, — попытался извертеться я.

— Но ты ведь не бросишь нас?

Она думала, что я их бросил? Да ни за что на свете! Я прикусил губы, замотал головой и ответил:

— Никогда, слышишь, никогда так не думай! Элла, я не брошу вас, ты веришь мне?

Ее маленькое личико просветлело. У входа в гостиную раздался звон разбитой посуды. Посмотрел в ту сторону и увидел Айдери, которая разбила стеклянную вазу, до этого стоявшую на небольшой тумбочке.

— Айдери, ты не поранилась? — подошел я к ней, осматривая ее руки.

Она не ответила.

— Элла, можешь пойти поиграть?

Девочка с негодованием посмотрела на старшую сестру:

— Но почему? Это же ты разбила вазу!

— Элла! В комнату, живо!

Как ни странно, но именно крик Айдери снял с меня некое оцепенение. Я отпрянул от нее и сел на диван, не понимая, с чего это вдруг Айдери набросилась с криками на сестру. Элла, размазывая набежавшие слезы, выбежала из гостиной.

Айдери, посмотрел на меня и замялась. Медленно подошла ко мне и, нависая надо мной, произнесла:

— Я очень благодарна тебе за заботу и за то, что разрешили нам поселиться здесь, но не стоит привязывать к себе Эллу. Ты все равно не сможешь нянчиться с нами вечно.

— Айдери, что ты такое говоришь? — я обомлел. Как, как из ее уст могут вырываться столь грубые слова?

— Я отдам тебе деньги за жилье до копейки, когда найду работу и встану на ноги, а пока не приходи больше, пожалуйста. Если тебе дорога Элла ты сделаешь именно так, как я сейчас сказала.

Мне нечего было добавить. Что за жестокость она проявляет по отношению ко мне, а тем более к своей сестре?

— Ты несправедлива, знаешь об этом? Я уйду, но ты должна обдумать сказанные только что слова. Подумай хорошенько, а потом мы с тобой серьезно поговорим, хорошо?

— Тагир, тут нечего обсуждать, — она села на диван, обхватит свою голову. — Прошу тебя, уходи.

И я ушел. Но причину я все же узнаю. Во что бы то ни стало.

***

Тигран

Когда мы зашли в отель, мама с сестрой выглядели немного взволнованными. Я решил взвалить на себя всю ответственность, ведь они уже достаточно натерпелись за эти годы.

— Номер двести сорок три в правой стороне, — подсказал я.

— А то я не поняла, — Айлин активно закивала и снова посмотрела на меня изумленными глазами.

Когда мама с сестрой зашли в номер, последняя ненадолго замолчала, но очнувшись, спросила:

— А тебе это точно по карману? Тебе не нужно будет отдавать долги?

Я поднял брови от удивления, на что сестра добавила:

— Просто не хочу, чтобы ты во что-то вляпался, как папа… — она стояла и смотрела на меня в упор, ожидая дальнейшей реакции.

— Айлин, твой брат разумный человек, я бы ни за что не подумала бы о таком! — мама стояла у окна и внимательно на меня смотрела, но этот взгляд был таким знакомым, полным доверия и надежды на светлое будущее.

— Это просто прекрасно! — воскликнула она, подпрыгивая на диван, ушитый белой тканью. — Мама, посмотри, тут так мягко. Ты в жизни, наверное, на таком не сидела! Я прямо здесь смогу уснуть!

— Айлин, вам с мамой не должно заботить наше финансовое положение. Я обеспечу вас по полной программе, поэтому, пожалуйста, располагайтесь. — Завтра вечером, я за вами заеду. Состоится ужин, на котором я все вам расскажу, почему я пропал, и откуда у меня теперь имеются деньги, хорошо? — спросил я, поочередно смотря то на маму, то на младшую сестру.

— Я согласна на все, братик, — Айлин удобно устроилась на диване, подперев голову обеими руками.

— Мама?

— Как скажешь, сыночек.

Я наклонил голову, выражая свое уважение к матери и медленно пройдя по гостиной, скрылся за дверью, оставляя их одних. Как же они отреагируют на правду? Это больше всего меня интересовало, но и дальше скрывать правду я не смогу. Или они примут мое положение и будут рядом со мной или же… я и подумать об ином их выборе не мог. Ведь они как-никак моя семья…

Глава 23

Амалия

— Они точно придут, ты уверен? — я спрашивала Тиграна о его семье уже в тысячный раз, но мне было все мало. Я нервничала.

— Не переживай, ты понравишься им, если об этом идет речь, — попытался он меня успокоить, но пока момент истины не настанет, я не смогу спокойно выдохнуть.

Я поджимаю губы, но не тороплюсь отвечать ему. Вместо этого вспоминаю небольшую деталь, которой я хотела с ним поделиться.

— Тигран, знаешь, я тут выяснила кое-что на счет того, то мы не могли тебя до сих пор видеть, — начала я медленно.

Он посмотрел на меня в ожидании дальнейших слов, при этом в его взгляде промелькнула тоска.

— Что-то магическое? — спросил он дружелюбно.

Кажется, своей догадкой он загнал меня в тупик. Неужели он узнал это первым?

— Как давно ты узнал об этом? И что самое главное, почему ты не поделился со мной этим?

Я выдвинула ящик комода, доставая оттуда полотенце и огромный махровый халат.

— Мы с Тагиром провели свое небольшое расследование и узнали о том, что именно мать Рояла навеяла на нас чары забвения, представляешь?

— А я ее упустила из виду, — опустив глаза, пробормотала Амалия. — Если бы я знала…

— Ты не могла знать и не вини себя за это. Так должно было случиться, — поцеловал я ее в макушку. — Слышишь? Все хорошо и мы найдем ее.

— Хорошо, — также грустно ответила она и опустила руки на колени.

— Прими ванную, поговорим позже, хорошо?

Я возмущенно подняла брови, показывая этим, что недовольна его поведением, но тут же улыбнулась. Такое поведение вовсе не было мне свойственно.

— Меня Тагир просто просит зайти к нему, — объяснил он.

— Вы уже научились обмениваться мыслями? Я рада за вас. Иди, — поцеловала я его в щеку. — Приходи скорее, я буду ждать.

— Непременно, — не дал он мне пойти в ванную комнату, схватил за талию одной рукой и прижал к себе. Он несколько раз чмокнул меня в губы и прижался губами к волосам. — Теперь иди.

Пока набиралась вода, добавила масла и немного пены. Вошла в воду с необычайно прекрасным настроением. Я так радуюсь открытиям братьев, что сама становлюсь окрыленной и в меру счастливой. Они начали чувствовать друг друга, а это уже границы возможностей братьев-близнецов. С такими мыслями, я пролежала в ванне полчаса, а когда вода остыла, я осторожно вышла из воды и, укутавшись в халат, перебралась в спальню, дожидаться Тиграна.

Задремала прямо сидя на мягком кресле. Не раскрывая глаз, я сладко потянулась и увидела полоску света, проскользнувшую через щелку открытой двери. Опустила ноги на пол и мягко ступила на палас. Посмотрела на часы, стоящие на тумбочке — без двадцати минут два. Почему Тигран так долго отсутствует?

Взглянув на себе в зеркало, ужаснулась: я все еще была укутана в полотенце. Вниз спускалась в халате. Наверху никого не было, и я решила проверить гостиную на первом этаже, так как именно оттуда доносились голоса. Я пошла на звук и оказалась среди гущи событий.

Вся семейка была в сборе — Арабелла с Разилем, Тигран и Тагир. Они все сидели друг напротив друга. Я перевела взгляд на стол, где в разброс лежали какие-то бумаги.

— Амалия, не хотел тебя будить… — начал Тигран, но Арабелла прервала его.

— Она же часть нашей семьи, не так ли? — язвительно фыркнула она. — Она не может присутствовать здесь! Ты должна уйти, сейчас же!

— Мама! — крикнула Тагир. — Ты не можешь так поступить!

Я опустила глаза, не желая находиться в такой обстановке. Что я еще могла сделать? Сделала шаг назад, но Тигран рывком оказался рядом со мной, взял за руку и произнес:

— Она будет моей женой и мне плевать, что ты об этом думаешь!

— Я знаю, Тигран, — сквозь навернувшиеся слезы, произнесла Арабелла. — Я уже поняла, что тебе все равно на мое мнение. И это после того, как ты не пришел ко мне, как только узнал о том, что твоя семья здесь, рядом с тобой!

Я честно старалась держать себя в руках, но сожаление к этой женщине вышло за пределы моих возможных чувств. Я перевела свой взгляд на Тиграна, держащего меня за руку, и тихо прошептала:

— Побудь с матерью, она ведь в шоковом состоянии. Со мной ничего не будет.

На этот раз ответил Разиль:

— Тигран, пожалуйста, не будь жесток с матерью. Амалия права, она до сих пор не может поверить в твое чудесное спасение, а ты…

— Разиль, мама начала набрасываться на Амалию как только она перешагнула порог этой комнаты, позабыв о том, что я вообще нахожусь перед дней. И что ты предлагаешь мне делать? Она моя будущая жена и она…

— Она супруга твоего брата! Это невозможно! — начала кричать Арабелла, встав со своего места. — Тагир, хоть ты что-нибудь скажи! Он не может жениться на ней! Вы связаны!

— Вот, пожалуйста! — Тигран вклинился в монолог своей матери. — Сейчас мама больше переживает за честь своей семьи, а не за меня. Какой еще шок она испытывает?

Я хотела сказать, что мы никогда с Тагиром не были по-настоящему женаты, но этого делать было ни в коем разе нельзя. Нас могли жестоко наказать, это каралось смертью…

— Сейчас мы все ложимся спать, а утром разберемся, что с этим всем делать! — актерскому мастерству Арабеллы можно было только позавидовать… — Вы, — она указала на нас. — Спите раздельно. Тагир со своей супругой, а ты, Тигран, в спальне для гостей.

— Я еще и гостем оказался, — возмутился Тигран, но не стал больше отвечать на нападки матери.

Но я не поняла одного. Да, Арабелла немного черствая женщина и не всегда могла показывать свои эмоции окружающим ее людям, но как она могла себя так вести, когда узнала о том, что ее якобы погибший сын жив? Выждала паузу и в полной мере оценила ситуацию, в которую мы только что попали. Ясно, что нет никаких признаков вспыхнувшей любви матери к сыну, но главный вопрос, мучающий меня: разве такое вообще возможно?

Арабелла столько лет не могла поверить в то, что ее сын погиб в той страшной аварии, верила и надеялась, что его душа спокойна. А тут… тут он стоит перед ней, а она только отчитывает его за любовь, которую он проявляет и чувствует ко мне? Здесь что-то неладное… И я это обязательно выясню.

— Амалия, идешь?

Обернулась к Тагиру и четко выговорила каждое слово:

— Ты спишь на диване.

— Естественно, а где же еще? — пожал он плечами. — Пойдем спать, — обнял он меня за плечи. — Завтра все более или менее прояснится, обещаю тебе.

Амалия

— Честное слово, думала, что после всего случившегося меня уже ничего не смогло бы удивить, но я ошибалась. Причем очень сильно…

— Амалия, ты поспать не хочешь? — Тагир открыл один глаз и вымученно глянул снизу вверх.

— Да как ты после всего произошедшего можешь спокойно спать? — я быстро поднялась с кровати и отошла к окну. Глубоко вздохнула и прикрыла глаза.

— Выдохни уже, — Тагир сел в позе лотоса. — А что я еще могу, по-твоему, сделать? Нервничать? Ходить по комнате или же задавать себе вопросы, на которые у меня не будет ответов? Что из этого?

Обернулась и четко выговорила:

— Почему твоя мать была так спокойна? Я не такую реакцию ожидала от нее.

— Амалия… Выдохни уже. Все мы разные и по-разному реагируем на ситуации. Мама отреагировала так, ты по-своему? За что ты хочешь зацепиться?

Это стало последней каплей для моей психики. Я не выдержала. Я с бешено колотящимся сердцем подошла к нему и, опустившись на колени, четко проговорила:

— Твоя мать столько лет горевала о Тигране и каждый раз проклинала себя за то, что не смогла его уберечь. Тут, оказалось, что он жив, да еще и стоит перед ней, а она начинает придираться к другим вещам! Мне это совсем не понятно.

— Ты вспылила из-за того, что предметом нападков стала ты? Тогда я тебя понимаю, правда.

— Тагир, ты просто невыносим. Разве я об этом сейчас говорю? — изумилась я.

— Хорошо, предположим, мама должна была кинуться в объятия к Тиграну. А дальше то что?

— Она именно так и должна была поступить! Понимаешь, мать, которая узнала только что о том, что ее сын вернулся практически из могилы, должна была так поступить! — у меня начал заплетаться язык, да и слова я по несколько раз повторяла.

— И что ты хочешь всем эти сказать?

— Твоя мама прекрасно знала о том, что Тигран жив, — заявила я, а глаза Тагира широко расшились после моих слов. Он явно не ожидал от меня такого.

— Ты что, с ума сошла? — чуть ли не поперхнулся он. — Она бы так не поступила с нами, со мной во всяком случае.

— Так вот твое неверие и должно помочь мне в расследовании. Ведь ты хочешь узнать правду? — улыбнувшись, спросила я. — Я права?

— Это безумие, — он откинулся на подушку. — Я не смогу поверить в твой бред.

— Тем более, — я легла на кровать и посмотрела вниз на него. — Ты же хочешь переубедить меня в обратном? Это твой шанс.

В общем и целом я пришла к выводу о том, что Тагир согласен на мою авантюру, а помощники мне в этом непростом деле понадобятся.

— Что это у тебя там? — поинтересовалась я, смотря на что-то блестящее в руках Тагира. Его лицо нахмурилось, следом он положил предмет под подушку и закрыл глаза.

— Это означает отстать от тебя?

— Именно, Амалия. Это и означает.

— А знаешь, что делиться с кем-то сокровенным, лучше чем, хранить у себя в душе болезненное ощущение? Я скажу так: тебе станет намного легче, если расскажешь мне о том, что у тебя наболело.

— Именно тебе? — он открыл один глаз. — Я же могу и с Тиграном этим поделиться?

— Ну и иди ты! — огрызнулась я и распласталась на кровати.

— Этот медальон подарила мне Эстер, — иронично произнес Тагир. — Думал, тебе будет неприятно слышать об этом.

Я вздрогнула, но подняв голову, склонила ее:

— Почему же? Я же о вас знала, но ничего не предпринимала, ведь мы не были с тобой возлюбленными.

— Мне очень повезло с такой подругой.

Я невольно наморщилась:

— Я совсем скоро стану супругой твоего брата и уже не буду такой уж и лучшей подругой.

— Неа, ты всегда будешь моей лучшей подругой. Как ни крути. И моей «бывшей женой» в кавычках.

Я умились. Но он ловко смог перескочить с темы на тему, а я вовремя спохватилась:

— Так, что с этим медальоном не так? Ты так тоскливо на него смотрел…

— Он же моя истинная? Эстер то есть… Но…

— С появлением Айдери все изменилось? Я права?

Тагир моментально среагировал на мо слова:

— Как, как ты поняла? То есть, это так заметно?

— Может, я просто слишком хорошо тебя знаю, но да, это заметно. Особенно когда ты на нее смотришь. Знаешь, это так романтично выглядит… — А что ты будешь делать с Эстер?

Я решила воспользоваться открытостью Тагира и выведать у него больше информации.

— Честно, я не знаю. Я до сих пор не виделся с ней и совсем не понимаю, что мне делать дальше…

— Ты должен ей все объяснить. Ты обязан расстаться с ней и не морочить голову.

Тагир моментально отреагировал на мои слова и хмуро на меня посмотрел:

— Прости, это было резко, но такова правда, — я подскочила с места и вновь вздрогнула.

— Да, я понимаю, я благодарен тебе, потому что я не мог натолкнуть себя на эту мысль, хотя, богом клянусь, много об этом думал.

— Я рада, что смогла помочь тебе, но все же я не совсем понимаю одного. Раз Эстер твоя истинная, так почему ты смог влюбиться в другую? Разве это так работает?

Чтобы рассмотреть мое лицо, Тагиру пришлось запрокинуть голову:

— Я тоже удивлен такому повороту событий, но я в скором будущем встречусь с Эстер и полагаю, она будет знать куда больше, нежели я.

Я насторожилась:

— Ты полагаешь, что она утаила о том, что стала вервольфом всего на семь лет?

И тут до меня дошло. Я считала лучшей подругу обманщицу, которая врала мне столько лет.

— Я ведь с ней дружила целых пять лет… — вот прямо чувствую, что запахло очередными неприятностями. — Да, Тагир, ты обязан узнать обо всем как можно скорее, — констатировала я факт. — Так, когда ты запланировал встретиться с врушкой?

— Амалия, — хохотнул Тагир. — Я улетаю с тебя.

— А что я такого сказала? — удивилась я.

— Ничего, просто Тиграну нравиться то, как ты ее назвала.

Мое сердце екнуло. Он сейчас нас слышал…

— Вы, правда, достигли такого уровня общения? — мой голос звучал мягко и лаконично. Услышав его имя и зная, что он сейчас нас слышит, на душе стало спокойнее.

Тагир кивнул.

— И ему надоело, что мы не даем ему спать. Поэтому, нет, Тигран, я не стану говорить ей такие вещи, — бормотал он.

Это выглядело забавно. Не знай, что они могут общаться через мысли, подумала бы, что Тагир разговаривает сам с собой и, что у него не все дома.

— Спокойной ночи. Тагир и…передай ему, что я его очень люблю, — улыбнулась я, выключила светильник, и, устроившись удобнее на кровати, медленно провалилась в сон.

Глава 24

Амалия

Кажется, я начала уже привыкать к неожиданностям в наших жизнях. Как только начинаешь привыкать к одному, моментально за этим следует другая ситуация, которая повергает в шок каждого из нас.

Хотела как можно скорее поговорить с Арабеллой и узнать то, чего я так боялась. Да, она не белая овечка, но она не может быть настолько плохой! Я не могу в это просто поверить или даже не так. В моей голове не может уложиться то, что она все эти годы играла роль пострадавшей матери, потерявшей ребенка. Столько лет притворяться….

В воздухе пахло горелым. Похоже, помощница в доме почувствовала атмосферу, накаленную в доме, и теперь не могла сосредоточиться на готовке завтрака.

— Доброе утро, Амалия, — доброжелательно поприветствовал меня Разиль. Арабелла же даже не подняла на меня глаза.

Их спокойствие меня просто нервировало. Арабелла сделала глоток чая и поставила чашку на кофейный столик.

— Я тебя не ждала, Амалия. Разве не было сказано, что утром будет проходить семейное собрание?

Знаете что! Даже заявление о том, что я должна выйти замуж за Тагира не вызвало такого возмущение, как то, что я не являюсь частью этой семьи. Да как она вообще может произносить эти слова? Да, я твердо убеждала себя в том, что я не могу перечить матери своего мужа, она перенесла утрату, но сейчас… Видя все это своими глазами… Она ведь и не был жертвой, а просто пользовалась случаем, моим пониманием и добротой.

— Семейное собрание? — постаралась я не выдавать своих истинных эмоций. — А я разве не являюсь супругой вашего сына?

Разиль начал отрицать, но по его лицу я поняла, что попала в точку. Я не собиралась отступать… Не сейчас, только не сейчас.

— Арабелла, уж извините меня, но я не намерена больше молчать и глотать все язвительные речи, которые вы бросаете в мою сторону, — начала я и теперь меня никто не сможет остановить. — Разве не вы были главным инициатором нашего брака с Тагиром? Или же я ошибаюсь? Вы прекрасно знали, что мы с вашим сыном дружили и не питали никаких романтических чувств друг к другу, но вы же нас не о чем не спрашивали! Мы поженились и спустя столько лет вы заявляете, что я не являюсь частью вашей семьи? Я правильно все поняла?

Пока Разиль продолжал клятвенно убеждать меня в том, что Арабелла не желала говорить этих слов, я пыталась успокоиться, но то, что сама Арабелла молчала, бесило еще больше.

— Амалия, ты переходишь границы дозволенного, — спокойно проговорила Арабелла.

— Вы давно их перешли, — не желала уступать я ей. — В этой ситуации я не желаю оставаться в стороне, ведь не я виновата в том, что именно вы похоронили вашего сына живьем!

От негодования ее идеально светлая кожа пошла красными пятнами. Она дико закричала и набросилась на меня, вытянув перед собой руки. Арабелла вцепилась в мою шею руками и начала душить.

Разиль рывком бросился в нашу сторону и с трудом оттащил свою супругу от моей скромной персоны. Я не желала нервировать ее настолько сильно, но если бы я промолчала, просто взорвалась бы на этом же самом месте.

— Да как ты смеешь такое говорить! Ты думаешь, у меня был выбор? Я сделала это ради своего ребенка! Я могла потерять их обоих, но сделав выбор. Я смогла уберечь одного из них!

Ее искреннее оправдание практически повергло меня в шок. Она призналась в том, что практически сама и закопала своего сына в могилу! Но об этом не должен был узнать Тигран… ни в коем случае….

— Всегда есть выбор! Вы не имели право делать этого!

По понятным причинам я не двинулась с места, а только выразительно на нее посмотрела. По щекам пробежала одинокая слеза, которую я постаралась как можно скорее вытереть тыльной стороной ладони.

Спустя несколько мгновений, за моей спиной появились братья. От увиденного, по телу пробежали мурашки. На их лице застыл ужас, а Тигран медленно осел на пол и обхватил руками голову. Он задыхался.

— Тигран, Тигран, — начала обнимать его и целовать макушку. — Пожалуйста….

— Сынок? — попыталась произнести спокойно Арабелла. Она подошла к нам и тронула Тиграна за плечо.

— Не смей меня трогать! — отбросил он ее руку в сторону, и резко встав на ноги, закричал: У тебя не было меня до сих пор, и ты как-нибудь проживешь без меня оставшиеся дни! Не смей со мной разговаривать и приближаться! Он развернулся и, протянув свою руку мне, спросил:

— Ты со мной?

Я кивнула и последовала за ним. Всем сердцем я не желала такого исхода событий. Все же нужно было постараться, чтобы Тигран не услышал этого. Но с другой стороны, Арабелла рассказала бы правду, дабы предостеречь себя от потери еще одного сына, хотя и Тагир, уже кажется, отвернулся от нее после сказанных ею слов.

— Ты не смеешь переступить порог этого дома, Амалия. Ты все еще супруга Тагира.

На провокацию не поддалась и с ходу произнесла:

— А мы с ним скоро разведемся, и тогда все ваши злобные замыслы будут разрушены.

— Ребят, а я с вами, — поддержал нас Тагир, нагнав нас.

— Ты не можешь оставить меня одну, Тагир! — перешла на визг Арабелла. — Ты не оставишь меня! Она была в ярости. Если Тигран с Тагиром не стоял рядом со мной, я бы просто испугалась и побежала бы прочь от нее и этого дома. Благо я была под защитой братьев и мне ничего не угрожало.

Тагир изучил мать долгим и внимательным взглядом:

— Если ты смогла отказаться от Тиграна, какова гарантия того, что завтра ты не откажешься от меня?

Эта фраза заставила Арабеллу закричать еще громче. Разиль попытался сдержать ее порыв, но Арабелла с визгами приближалась ко мне с неумолимой быстротой:

— Это ты во всем виновата! Ты и твоя семья!

Тигран заслонил меня собой. Арабеллу это все же остановило, но ненадолго.

— Уйди прочь, — зло прошипела она. — Она заплатит за все, что сделала с нами.

— Она ничего не сделала. Виновницей всего этого являешься именно ты, мама, — последнюю фразу Тигран произнес холодно и отстраненно, показывая всем своим естеством, что через него она переступить, не сможет.

— Вы пожалеете о том, что встали на ее сторону. Пожалеете!

И я до сих пор не могла понять, почему виновницей во всех смертных грехах, Арабелла считала именно меня.

Тагир

— Я все еще не понимаю, как мама могла с нами так поступить? — шел я в раздумьях, когда мы сменили маршрут и направились в отель.

— А куда мы идем? — полюбопытствовала Амалия, смотря на нас поочередно. Я то ее услышал, а вот Тигран ушел в свои мысли и не воспринимал ничего, из того, что мы говорили.

— В отель, а куда же еще? — ответил я, дабы немного разрядить обстановку. — Мы должны подумать, успокоиться и узнать, наконец, всю правду.

Быстро добрались до отеля, в который мы до этого времени поселили прежнюю стаю Рояла, Эллу, Айдери и даже волчицу. Теперь и наш черед пришел пожить здесь.

Стены ресепшена были выкрашены в кремовый цвет, окна и входная дверь стеклянные. Это была идея мамы…

— Тигран, Амалия, встретимся позже, хорошо?

Оба кивнули и подошли к ресепшену взять ключи от номеров.

Из ресторана донесся громкий и хорошо знакомый рык. Я вошел в помещение и убедился, что был прав. Это была волчица Айдери и Эллы. Она сидела рядом с девочками и довольствовалась едой, которую ей положили в миску напротив нее. Я медленно подошел к знакомой делегации. Айдери сидела с прямой осанкой, подняла чашку ко рту и сделала глоток. Она подняла на меня глаза и тихо произнесла:

— Тагир…

Ее манеру речи я до сих пор не мог понять, ведь никогда не поймешь, рада она тебя видеть или же нет.

— Добрый день, — поприветствовал я их, невзирая на то, что она не желала мен видеть. Я то не сделал ничего плохого, чтобы она не хотела встречать меня на своем пути.

Элла крикнула на весь ресторан и, вскочив со стула, прыгнула на меня. Взял ее на руки и чмокнул в щеку.

Айдери кивнула и, поднявшись со стула, встала напротив меня. А где приветствие или же объятия? Ладно, я уже начал привыкать к такому холодному обращению.

— Что это у вас там такое вкусное? — спросил я Эллу, сажая ее на стул. Пододвинул с соседнего стола стул и присел рядом с девочкой.

— Это вишневый пирог. Хочешь попробовать? — предложила мне Элла. Я даже не успел ответить, как она отломила кусочек пирога и отправила мне его в рот.

Я блаженно закрыл глаза и начал наслаждаться вкусом. Тесто очень мягкое, а корочка хрустит. Все так, как я и люблю. Начинка ароматная и сладкая.

— Очень вкусно. Спасибо Элла.

— Ты же не собираешься оставаться? — сложив руки на груди, спросила Айдери. Плечи ее были напряжены, как и черты лица.

— Ты против? — проглотив еще один кусочек, спросил я. — Если вы хотите, чтобы я ушел…

— Неет, — заныла Элла. Этого я и ждал. Моя девочка, прямо читает мои мысли в нужное время. — Останься, все равно тебе домой не нужно идти.

— Что это значит, Тагир? — Айдери сосредоточилась на мне и присела напротив меня. — Что-то произошло?

Обнадежила. Но, по крайней мере, теперь я могу рассчитывать на нормальный разговор.

— Да, казус. Да это и не особо важно, — покачал я головой и уверенно продолжил: — Ничего не случилось, просто узнали кое-какую правду. В очередной раз, — закончил я и откинулся на спинку стула.

— Это что-то семейное? — аккуратно поинтересовалась Айдери. — Если да, то ты не обязан ничего рассказывать, — начала она оправдывать свои слова, хотя богом клянусь, ей было любопытно услышать правду.

Оперся о спинку стула Эллы рукой и начал свой рассказ с того, что Тиграна до недавнего времени в нашей жизни вообще не было. Мы встретились случайным образом, и теперь оказалось, что мама все знала, хотя все эти годы она оплакивала его как погибшего ребенка.

— Так, ваша мама знала о том, что Тигран жив и ничего не рассказала тебе? — сделала свой вывод Айдери. — Как это вообще возможно? — она опустила голову на руки и долго ничего не говорила.

— Тагир, твоя мама сделала выбор между вами, не так ли? — поинтересовалась Элла.

Я кивнул.

— Но ведь, по твоим мыслям, если бы она этого не сделала, то случилось бы что-то плохое.

— Мы до сих пор не выяснили, что на самом деле случилось в тот день.

Воспоминание повлекло за собой ностальгию, но я попытался задавить мысли об этом дне, но все тщетно. Вспомнил, как мама приехала на машине, вся запачканная, с растрепанными волосами и красными глазами. Как она плакала на протяжении нескольких месяцев, ее всхлипы и стоны я никогда не смогу забыть. Но она ведь не могла притворяться? В моей голове просто не могло это уложиться.

Волчица заскулила и посмотрела на меня.

— Все хорошо, — потянулся я к ней и почесал за ухом. Впервые она дала мне к себе прикоснуться. Я удивленно уставился на нее, но она встала и положила свою мордочку ко мне на колени. Это действие еще больше ввело меня в ступор.

— Она тебе сочувствует, — пояснила Элла, отрывая кусочек пиццы и макая его в соус желтого цвета. — Мы с тобой, Тагир. Приходи в любой момент, и ты никогда не останешься один, обещаю тебе, — произнесла Элла мудрые слова. В который раз я удивился словам девочки. Она так юна, но в тоже время думает совсем как взрослая.

— Спасибо, Элла.

— Так, вы останетесь здесь, в отеле?

Казалось, что Айдери хотела услышать отрицательный ответ, но что-то в ее глазах, меня моментально переубедило. Я сделал вдох и ответил:

— Не переживай, я не буду часто мозолить тебе глаза. Просто мы должны разобраться с данной ситуацией, а уж потом решим, куда переедем окончательно.

— Тагир, ни в коем случае не подумай, что я сую свой нос в чужие дела, но помнишь, ты как-то говорил мне о том, что Тиграна кто-то скрыл от вас и от жителей Тороса?

Я кивнул.

— Да, но мы нашли ту, что это сделала. Оказалось, она является матерью того, кто желал отобрать все наши земли. Он воевал с нашим отцом, но все его попытки были напрасны, — я мог рассказать немного подробнее ситуацию с Роялом и его матерью, но зачем? Забивать этим голову девочек вообще не стоило.

— Она и на нас провела этот обряд, — повергла в шок Айдери. — Я звонила нашим родственникам в соседнюю долину, но они слышать не слышали о нас с Эллой. Допустим, Элла родилась уже за пределами Тороса, но меня и моих родителей они должны были помнить, ведь так?

Ответить было нечего. Моя реакция, мягко говоря, была, слегла своеобразная. Из слов Айдери я сделал вывод, что все наши жизни в далеком прошлом как-то были связаны. Но что между нами было общего?

— Айдери, ты не хочешь узнать, с какой целью вас скрыли от внешнего мира? — я бросил ей вызов, на который, по моему мнению, она должна было ответить положительно.

— Конечно, мы с Эллой и волчицей с вами. Можете рассчитывать на нашу помощь. Мы, может, не сразу сможем узнать обо всем, но, в конце концов, я смогу расквитаться с тем, кто мог с нами так жестоко поступить.

Глава 25

Амалия

Тагир исчезает из поля нашего зрения. Мы берм ключи от нашего номера и поднимаемся вверх на лифте, не говоря ни слова друг другу. Мы выходим из лифта и направляемся к нашему номеру.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, пытаясь увидеть на его лице хоть какую-нибудь эмоцию.

Тигран подходит к двери, открывает ее и жестом показывает мне идти вперед.

— Тигран…

Я захожу в номер и остаюсь стоять практически на месте, сложив руки на груди.

— Я понимаю, ты пережил что-то невообразимо ужасное, но я хочу знать, что ты в порядке…

Тигран закрывает за собой дверь и проводит рукой по растрепанным волосам.

— Я хочу просто быть рядом с тобой. Не говорить о том, что произошло, хорошо? — в его глазах видится мольба. — Я люблю тебя, и я не хочу, чтобы кто-либо мешал нашим отношениям.

Мой пульс ускоряется, потому что я начинаю вспоминать моменты, когда он еще произносил эти заветные слова «я тебя люблю». Тогда мы наслаждались друг другом, занимались любовью и не думали ни о ком, кроме себя.

Тигран хватает меня за нижний край футболки, неумолимо привлекая меня к себе. Представляю перед собой его отчетливое и восхитительное тело, которое я совсем недавно ласкала и целовала. Лицо залилось краской.

— Ты так прекрасна, когда смущаешься, — он наклоняется и нежно целует меня в шею. По моему телу прокатывается горячая волна. Я сжимаю бедра, чтобы хоть как-то остановить пульсацию между ног, но это не помогает. Я возбуждаюсь еще сильнее.

— Моя любовь, Амалия, люблю тебя, — его глаза сверкают. — Я хочу тебя, прямо здесь и сейчас.

Он расправляется с ремнем и расстегивает пуговицу на своих брюках, тянет молнию вниз, и я выдыхаю. Мои ноги словно приросли к плитке, на которой я стою, а колени медленно начинают подгибаться. Я не могу нормализовать свое дыхание, когда он снимает брюки и выбрасывает их на пол неподалеку от нас.

— Ты хочешь меня? — спрашивает он, и я издаю стон согласия.

Тигран опускает свои пальцы на грудь, и начинает медленно спускается вниз. Я кладу руки на его рубашку и начинаю нарочито быстро расстегивать их. Добравшись до его идеально-золотистой кожи, скольжу пальцами по его кубикам пресса, останавливаясь над пахом. Он смотрит на меня так мучительно, что мои ладони сами не зная того, исчезают под резинкой трусов.

Его пальцы смыкаются вокруг моих рук, прося еще и еще. Он помогает мне сделать все так, как надо. Медленно двигает моими руками вдоль своей эрекции. Мое сердце начинает биться чаще. Тигран склоняет голову набок и целует меня в губы, страстно, жестко.

— Мне так хорошо с тобой, — шепчет он мне на ухо между поцелуями.

Он обнимает меня за талию и кружит, умудрившись расплести волосы. Поразительная ловкость.

— Какой ты милый, — радостно улыбаюсь я, в его глазах пляшут смешинки.

— Обожаю, когда твои волосы немного растрепаны. Это выглядит очень сексуально.

— Это намек? — заговорщически тоном спрашиваю я.

— Может быть, — неоднозначно отвечает он и целует меня в губы.

Он опускает меня на пол и шепчет, обхватывая мое лицо своими ладонями:

— Как бы я хотел читать твои мысли.

У меня вмиг перехватывает дыхание. Что-то я бы не хотела этого.

— Я бы не хотела, чтобы ты читал мои мысли, — недовольно хмыкаю я и добавляю: — Никакого личного пространства.

Тигран довольно улыбается:

— Именно этого я и хочу. Чтобы ты всецело принадлежала мне и только мне.

Я заливаюсь краской. Внезапно мне кажется, что мы одни. В этом отеле, долине, земле. И ничто не сможет помешать нам, наслаждаться друг другом. Закрываю глаза и чувствую, что таю изнутри.

— Но знаешь, я хочу немного большего, — шепчу я и кусаю нижнюю губу.

— Чего такого большего?

Он внимательно смотрит на меня сверху вниз и дьявольски улыбается. Он проводит пальцем сперва, по верхней губе и следом по нижней. Я целую его палец, пока тот не покинул место своего преступления.

— Ты хочешь романтики?

Я киваю. Он смотрит на меня долго, будто, раздумывая над своими словами. В его глазах отражается борьба, борьба между собой и своим желанием.

— Амалия, я не романтичный человек. Ты же сразу поняла это.

Я слегла, улыбаюсь:

— Я тоже. Но мы можем научить другу друга быть романтиками. Не хочешь попробовать?

Он надевает обратно брюки и рубашку, но не до конца. Пуговицы рубашки не до конца застегнуты, и я все еще могу лицезреть его рельефное тело. Тигран, раздумывая, водит меня по комнате, словно в танце. Он выглядит таким искренним и простым, он, не обманывая, сказал то, что думает. А это многого стоит.

Все его внимание сосредотачивается на мне, и я сглатываю.

— Мы можем попробовать, — наконец произносит он то, чего я и ожидала услышать от любимого человека.

Я закрываю глаза и заключаю его в объятиях.

— Ты не устаешь меня поражать, — произношу я, целуя его туда, куда только достаю: в шею, виски, лоб.

Он улыбается, смотрит на меня теплым взглядом и целует мою руку:

— А вот и первое романтичное действие.

Улыбаюсь и спрашиваю:

— Не хочешь чего-нибудь выпить?

В следующую минуту, Тигран ставит шампанское на стол, подходит ближе и, взяв меня за лицо, поднимает мою голову. Он внимательно смотрит на меня, его глаза блестят от удовольствия. Он наклоняется и нежно целует меня в губы.

Он снова подходит к журнальному столику, берет два бокала и, подойдя ко мне, протягивает один из них.

— Выпей немного и расслабься, наконец, — произносит он. Его взгляд теплеет, и я в который раз улыбаюсь его словам. У меня уже рот болит от стольких улыбок. Но я ведь делаю это с удовольствием.

Мы чокаемся, и я делаю глоток.

— Спасибо, — говорю вполголоса и делаю очередной глоток. — Оно восхитительное.

Он берет меня за руку, ведет к диванчику, усаживает рядом с собой.

— Как ты думаешь, мы сможем в ближайшем будущем разрешить сегодняшнее недоразумение?

Ох…Значит это его все же гложет… Точнее да, это и должно его беспокоить, но в мои планы входило хоть немного отвлечь его от этой темы. Я не знаю, что же ему ответить. Хочу поскорее разобраться со всем этим. Ведь меня и его уже измучила тревога.

— Все разрешится, Тигран, поверь мне, — я глажу ладонью его лицо.

Он делает глоток. Его глаза сияют и я краснею от его взгляда.

— Еще? — указывает он на бокал, и я киваю. Он грациозно встает с места, берет бутылку и наливает мне еще немного.

— В твои планы входит напоить меня? — с подозрением спрашиваю я.

— Может быть, — опять произносит он эти слова.

— Знаешь, я давно хотел тебе рассказать тебе кое о чем.

Я хмурюсь. Не нравится мне это начало.

— Я когда-то был в вашем доме. До того, как вы узнали о том, что я жив, — начал он подозрительно медленно. — Тогда я увидел тебя в окно и узнал. Ведь ты до этого несколько дней назад была в приюте для собак. Увидев тебя, я влюбился без памяти, но я не знал, кто ты. А тогда, смотря на тебя, я завидовал своему брату, ведь ты просто бриллиант.

Я осторожно киваю и отвечаю:

— Я подозревала тебя в этом. То есть, я ведь не знала тогда, что ты жив. Но ты был сам не свой. Тагир бы себя так не повел, а ты… Не представляешь, но после этой встречи, я несколько ночей не могла нормально спать. Все чувствовала что-то сердцем, и я не ошиблась…

Тигран бросает на меня быстрый взгляд и прижимает к себе. Мое сердце бешено колотиться, а бабочки в животе перешли в наступление. Почему его простые прикосновения меня так возбуждают? Немного успокоившись, я смотрю на него и произношу:

— Ведь как говорят, мечтам свойственно сбываться.

Тигран

Тело Амалии отвечает мне, сжимается в судороге, и я снова кончаю, громко выкрикнув ее имя. Я взрываюсь и, достигнув своего пика блаженства, замираю. Тяжело дыша, я валюсь на Амалию и целую ее в лоб.

— Это было просто восхитительно, — шепчет она мне в ключицу.

Амалия тоже тяжело дышит и не в силах двинутся с места. Я открываю глаза и медленно выхожу из нее. Не торопясь встаю и начинаю одеваться. Полностью одевшись, я возвращаюсь к своей малышке, накрываю ее одеялом и ложусь рядом с ней.

Она довольно улыбается.

— Мне нравится, как ты на меня реагируешь, — бормочу я, а Амалия застенчиво улыбается.

— Я и сама не знаю, как это получается.

Подперев голову рукой, я лежу рядом с ней и любуюсь ее красотой. Пожимаю плечами и отвечаю:

— Это все наша магия. И как же мы без нее бы жили?

Ухмыляюсь и жду ее ответа, но Амалия лишь вздыхает, и ложиться на мою грудь, чертя узоры на моей рубашке.

— Думаю, и без нее мы смогли найти и любить друг друга. Ты так не считаешь? — она подняла голову и ждет моего ответа.

— Думаю, да.

— Как думаешь, любовь между нами может когда-нибудь исчезнуть?

Я поднимаю брови. Она это серьезно? Поняв, по ее глазам, что серьезно, запрокидываю голову и начинаю громко смеяться. Сейчас она выглядит такой смешной.

Широко улыбаюсь в ответ.

— Амалия, наша любовь никогда не закончится и, пожалуйста, не забивай свою голову такими мыслями.

Она будто потрясена и не может это скрыть. Хмурюсь и заставляю ее подняться на кровати.

— Амалия, ты действительно считаешь, что любовь может когда-нибудь закончиться? Вот так просто? Ты же шутишь, да? — беру ее за руки и вглядываюсь в глаза.

Амалия удивленно смотрит на меня.

— Я всегда думала, что… — ей явно не хватает слов. Думаю, такое происходит впервые. — Что угодно может пройти. И любовь в том числе.

— Я не намерен больше такое слышать, Амалия. У нас все будет хорошо и любовь, которую мы сейчас испытываем, никогда не исчезнет. Ведь она такая чистая, невинная и местами страстная, — приблизился к ней и поцеловал шею.

Она нагибается и целует в губы. После сжимает губы и произносит:

— Мы же можем надоесть друг другу. Не сейчас, а через много-много лет. Ты так не считаешь?

— Может я тебе надоем, но ты мне, поверь, никогда! — делаю акцент на последнем слове.

Амалия поднимает брови, похоже, она слегла изумлена.

— Ты мне никогда не надоешь, любимый, — прильнув ко мне, отвечает она. — Мы преодолели столько сложностей, что я никогда не смогу даже подумать о том, что смогу отпустить тебя.

— Я тоже тебя люблю, — мягко произношу я, гладя ее волосы. — И никто не сможет этого изменить.

— Погоди ка минутку, — говорит Амалия, садясь и беря свою футболку. Я неохотно встаю с кровати и помогаю ей одеться. — Мы должны подумать об ужине, совсем об этом забыли. Я еще и нюни распустила, прости меня.

Я поднимаю штаны с пола и вручаю их Амалии, безуспешно пытаясь скрыть свою ухмылку.

— Я вспомнил, как сорвал их с тебя, прости, — поднимаю руки в знак поражения, — немного порвал их здесь, — указал я на небольшой разорванный шов.

Амалия прищуривает глаза и делает вид, что смотрит на меня самым сердитым взглядом. У нее это плохо получается. Волосы ее растрепаны, и я знаю, что, когда она попытается привести их в порядок, у нее ничего не получится. Она берет с прикроватной тумбочки резинку для волос и пытается завязать их в тугой узел. Она начинает ворчать, на что я начинаю смеяться.

— Отрежу их к чертовой матери!

— Ты не посмеешь, — помогаю ей справиться с волосами.

Следом мы идем вместе в ванную, умываемся и пока мы это делаем, ко мне приходит отличная идея, от которой Амалия не будет в восторге. Но откладывать на потом не хочется.

— Пойдем, — я открываю дверь и прислушиваюсь. — Тагира поблизости нет. Похоже, он у себя в комнате и…разговаривает по телефону.

— С кем? — полюбопытствовала Амалия, следуя за мной по пятам.

— Это личное, — подмигиваю я ей.

Мы идем на этаж выше, в номер, который находится прямо под нашим. Я останавливаюсь около дверей, поворачиваюсь к Амалии и беру ее за подбородок. Наши взгляды встречаются, и я с обожанием смотрю на эту прекрасную девушку.

— Ты готова?

— Готова к чему?

— Готова, — отвечаю я на свой же вопрос, наклоняюсь и целую ее в губы. В следующую секунду стучу в дверь, и через пару секунд передо мной появляется моя приемная мама.

— Заходите, заходите, — щебечет мама, шире открывая дверь. — Я думала, ты еще вчера должен был к нам заскочить и… приветствую тебя, милое создание, — повернувшись к Амалии, произносит мама. — Какая ты красивая и нежная, — гладя ее волосы, добавляет она. — Проходите, дорогие.

— Тигран, зачем ты так поступил? Я же неподобающе одета! Ты меня подставил! — начала Амалия, но я легонько подтолкнул ее в нужном направлении.

— Понравишься ты или нет, зависит только от тебя. Точнее ты им понравишься, только будь самой собой.

Раздается шум в гостиной, и мы оба разворачиваемся на звук.

Спустя минуту, солнечная Айлин приглашает нас в гостиную. Моя рука покровительственно лежит на талии Амалии, она же пытается сбросить ее, смущаясь. Оставив Амалию возле кресла, я, засунув руки в карман, подхожу к окну и смотрю на лужайку перед отелем.

— Тигран, ты тоже присядь, пожалуйста.

Я разворачиваюсь в сторону сидящих. Мы с Амалией обмениваемся тревожными взглядами. Но я не хотел бы омрачать знакомство Амалии с родными такими мыслями, а отменять ужин тем более. И чтобы не произошло, наше воссоединение неизбежно.

— Мама, Айлин, — начинаю и я вижу, что Амалии непривычно, что матерью я называю, да и считаю женщину, которая вырастила меня. — Я пришел сюда не один, как видите.

— Братик, можешь уже сказать, что это очаровательная девушка дама твоего сердца? Любишь ее и никогда не отпустишь? — тараторит Айлин, смотря на меня невинными глазами.

Тигран улыбается и кивает.

— Я знаю, что вы примите ее в нашу семью. Даже не сомневаюсь в этом.

— Конечно, примем. Ты любишь ее, а значит, и мы ее любим. Ведь так, моя хорошая? — беря Амалию за руку, спросила мама. Все же она чудесная женщина, которую некоторым еще надо искать и искать.

— Спасибо, — кладя ладонь на руку мамы, благодарит Амалия. — Тигран рассказывал о вас много, но я и представить не могла, что вы настолько прекрасные люди.

— Если счастлив мой сын, счастлива и я, — произносит мама, смотря на меня, потом на Айлин. — Мои дети сейчас рядом со мной и мне ничего больше и не надо.

— Мамочка, а ты не хотела бы проверить нашу Амалию? — вставляет свои пять копеек Айлин. — Подходит ли она нашему Тиграну или же… Ладно, шучу я, шучу, — смеется Айлин, подходя к Амалии. — Ты так испугалась моих слов, — она обнимает Амалию и следом шепчет: — Рада с тобой познакомиться. И рада тому, что мой брат, наконец, создаст свою семью.

Наши взгляды с Амалией встречаются, и в этот самый момент я понимаю, что неимоверно счастлив. Счастлив так, что одними слова невозможно описать.

Глава 26

Тагир

Разобраться с Эстер получается не так-то быстро, как мне хотелось бы. Мне казалось, что, когда я назначу встречу и сяду за стол, пятьдесят процентов будет уже сделано, но не тут-то было. Мои действия возымели абсолютно противоположный эффект.

Эстер несколько раз продинамила меня, и я как дурак по несколько часов сидел в кафе, ждал ее и смотрел на входную дверь. Эта была третья назначенная встреча, и больше я терпеть не стал бы. В этот раз, если она не придет, то…

Эстер, одетая в безупречно-красивую одежду идет навстречу моему столику, словно является моделью известного глянца. Смотрю на нее и стараюсь погасить искру негодования, начинающую разгораться в сердце. Эта женщина была любовью всей моей жизнь, та с которой я несколько месяцев проводил ночи напролет, ласкал ее и целовал так нежно и искренне.

— Что случилось? Ты так соскучился по мне, что не терпелось так быстро меня увидеть? — угрюмо спрашивает она, кладя свою сумочку на столик и садясь напротив меня.

Моя рука крепче сжимает медальон, подаренный Эстер.

— Хотел поговорить с тобой кое о чем важном.

— О чем таком важном? Я не позволю себе больше надеяться и ждать наших с тобой встреч. Мое сердце больше не выдержит этого, понимаешь? Ты когда хочешь приходишь, а в другие дни я должна сидеть в одиночестве и никуда не выходить. Так не пойдет.

Меня словно бьет током. Это что, шутка? Сначала она соврала мне о том, что является вервольфом лишь на семь лет, а теперь…?

Я лишь ухмыляюсь.

— Я уже поняла, что не нужна тебе, — продолжает Эстер. — Ты ни за что не сможешь отказаться от Амалии. Ты дорожишь ею больше, чем мной, — ее лицо становится мрачным.

— Не говори больше ни слова, — рычу я, едва держа себя в руках. — Я бросаю медальон в ее сторону, и он катиться по поверхности стола, остановишься ровно возле ее объемной груди.

— Ты уже и подарки возвращаешь. Поступок достойный мужчины, — закатывает она глаза и откладывает его в сторону.

— А ты поступаешь по-женски, как думаешь? — бросаю я ей. Складываю руки на груди и сверлю ее глазами. Если она не скажет мне правду, то ее самолюбие никогда не поднимется, ниже этого пола. До такого я не хотел бы докатиться.

— Да что я такого тебе сделала? Почему ты перекладываешь всю вину на меня, а не на себя? — кричит она, и посетители оборачиваются в нашу сторону, смотря на нас любопытными взглядами.

— Ты можешь не кричать? Я даже и пальцем к тебе не прикоснулся, а ты уже вопишь во все горло!

Сидящий на другом конце зала Тигран, тоже внимательно слушает наш с Эстер разговор, но, когда я пытаюсь объяснить ему, чтобы он ушел, отводит глаза в другую сторону. Лишь бы не встречаться со мной взглядом. Вот застранец.

— Ты не моя истинная, — я чувствую, что с каждой секундой, мое лицо становится все мрачнее и мрачнее. Мне приходится напоминать себе, что напротив меня сидит женщина, и если что, ударить ее не смогу. Воспитание не позволит. Придется вымещать свое зло, быть может, на этом прекрасном столе?

Эстер белее простыни. Но она быстро отходит он моих слов и бросает:

— И что с того? Ты же спал со мной только из-за того, что был неудовлетворен своей женой, ты пользовался мной, а я, в свою очередь, пользовалась тобой, — парировала она.

— Почему ты мне не рассказала о том, что стала вервольфом всего на семь лет? — хочу узнать правду я и с нетерпением жду ответа от Эстер. Но она лишь загадочно ухмыляется и отвечает:

— А это могло что-то изменить? — в ее глазах на секунду вспыхивает паника, которая моментально сменяется негодованием. — Ты разве не влюбился бы в меня?

— Не об этом идет речь! — рычу я, но на этот раз тише, нежели в прошлый. — Ты мне соврала и теперь из-за твоей лжи, я запутался. — И вообще, какое преступление ты совершила, что тебе была уготована такая участь?

— Это не имеет значение. Было и прошло.

— Ты ничего не понимаешь, Эстер. Моя жизнь, — говорю я и останавливаюсь. Зачем я вообще буду говорить о своих проблемах? Чтобы она позлорадствовала?

— Ох, бедненький! — тоскливо отвечает она, подперев голову рукой. — Хоть что-то может тебя привести в негодование!

Сзади раздается громкий смех, и я узнаю Тиграна. Он наслаждается представлением. Эстер резко поворачивается в его сторону и, обомлев, смотрит на нас поочередно.

— Это… кто…?

— Тебя это никак не касается, — вырывается у меня. — Я услышал то, что хотел. Теперь можешь идти.

Я встаю и, взяв ее за локоть, выпроваживаю из кафе. Она то и дело оборачивается и смотрит на моего брата, а я, обозлившись на нее, бросаю ей вслед:

— И моего брата ты не получишь! У него уже есть истинная пара. Не такая фальшивая, как ты, уж прости.

— Пошел ты! — выкрикивает она, и ее слюна брызжет мне на лицо.

Я с отвращением отворачиваюсь от нее и направляюсь внутрь. Мой брат уже стоит и ждет меня около входа в кафе.

— Не говори мне ни слова, — объявляю я ему и сажусь за свой столик, вытирая лицо салфеткой.

— Я и не собирался, — подсаживается он ко мне и мнет что-то у себя в руке. — Ты был немного грубоват с девушкой.

— А как, по-твоему, я мог еще поступить? Она напортачила, и вся моя жизнь пошла под откос! — я разворачиваюсь к Тиграну. — Главное, что я узнал об этом не спустя два года. Тогда бы мне было намного больнее.

— И что ты теперь собираешься делать?

— Буду ждать два года, пока наша связь потихоньку ослабнет. Потому что пока она будет вервольфом, наше влечение все еще будет иметь силу, хотя, богом клянусь, я ничего такого у себя внутри не ощущаю.

Тигран оторопел:

— То есть, связь настолько сильная, что ты не сможешь быть вместе с другой, пока Эстер не станет человеком?

— Получается, что да. Хорошо, что осталось совсем немного, хотя… Смогу ли я подождать еще два года?

Тигран

В Найле я не ошибся. Совсем недавно он был одним из приближенных Рояла, но теперь, перешел на нашу сторону. Да, мы могли ему не доверять и, наверное, я так бы и сделал, но в голову Тагиру пришла замечательная идея.

Не откладывая дело в долгий ящик, Тагир предложил пригласить Найла в кафе, просто посидеть и обговорить следующие действия с Роялом. Так сказать, мы хотели послушать, что же он расскажет нам интересного о своем вожаке, сделать выводы и понять, как разговорить его, чтобы узнать, кто хотел отцовской и моей смерти.

Мы должны были сидеть, и спокойно разговаривать и через некоторое время должна была прийти Элла и как бы невзначай удивиться тому, что мы случайно встретились. Да, это было очень по-детски, но, когда Тагир рассказал о том, что малышка может читать мысли, мимо этого никак нельзя было прийти.

Айдери было трудно уговорить, но с помощью ослепительной улыбки Эллы и того, что она направит свои способности во благо, Айдери все же согласилась на эту авантюру.

— Приветики, — произнесла Элла, садясь четвертой за наш столик. — Я и не ожидала вас здесь увидеть, говорили ведь, что пойдете к озеру, — правдоподобно произнесла Элла, заказывая мороженое. — Но хорошо, что не пошли. Простите, а мы с вами не знакомы. Я Элла, — протянув свою маленькую ручку, представилась она.

— Очень приятно, Найл, — широко улыбаясь, пожал он ее руку.

— Элла, а ты знаешь, у нас некая деловая встреча, — сделал я намек, чтобы наш гость ничего не заподозрил.

— А я не могу с вами посидеть? Ну, пожалуйста! Я не буду мешать вам, — заголосила Элла, смотря на меня умоляющими глазами.

— Что скажешь? — поинтересовался Тагир у Найла. Он пожал плечами и сказал, что ему нет разницы.

Я развел руками, делая вид, что ничего не поделать. Так уж вышло, очень упрямая девочка. Но плюсик она моментально заработала, да заодно и доверие.

— Мне странно видеть Рояла за решеткой, — произнес Найл. — Он бы это так не оставил.

Так, надежда на нормальный разговор появился. Тем более, о Рояле первым заговорил Найл и никаких подозрений мы не вызовем. То ли день сегодня был благоприятным, то ли скрещенные пальцы Амалии так подействовали мне на дорогу.

— Что ты имеешь в виду?

Он посмотрел на меня поверх очков и произнес:

— Что-то не так. То есть, если бы другие упрятали его за решетку, он бы уже тысячу раз попытался сбежать, а сейчас…я просто не совсем понимаю его тактику.

После слов Найла Тагир моментально начал расспрашивать его о слабых местах Рояла. После нескольких вопросов, я толкнул его ногой, давая понять, что этого достаточно. Тагир недоверчиво на меня посмотрел, но я сделал вид, что не заметил этого. Вместо этого, я спросил, у Эллы, как у Айдери дела, на что мой брат сразу среагировал.

— Могу ли я завтра к вам прийти в гости? Сестра в хорошем настроении?

Элла улыбнулась и выдала:

— Знаешь, когда она тебя видит, находится в более приподнятом настроении, нежели, когда вы избегаете друг друга.

— Не я избегаю наших встреч, — начал оправдываться мой брат, но моментально понял, что Эллу не переубедить. — Ладно, завтра приду. Можешь не говорить об этом Айдери?

Элла жестом руки, закрывающей замочек на рту, все объяснила. Тагир улыбнулся и погладил ее по голове.

— А что на счет матери Рояла? — плавно перешел я на нужную мне тему.

— Она колдунья. Занимается черной магией. Разрушила в прошлом много семей, — ошарашил нас Найл, своим ответом.

— То есть накладывала чары забвения? Ты об этом? — спросил я.

— Откуда вы знаете об этом? — спросил Найл, немного удивившись моим познаниям.

В его голосе звучало любопытство, и я с удовольствием начал рассказывать ему о нашей семейной ситуации, в которой я стал человеком, на которого, в-первую очередь, были наложены чары забвения. После и на всю долину, про меня забыли и не задавали лишних вопросов.

Найл слушал внимательно и не переставал поражаться некоторым деталям моего рассказа, Тагир немного добавлял от себя то, что я мог упустить по сути рассказа и таким образом, после получасового изложения своей биографии, я с достоинством закрыл свой рот и обрадовался тому, какой эффект произвел на нашего гостя. Пользуясь моментом, я тоже расспросил его о волнующих меня вопросах, например о том, где может сейчас находиться мать Рояла и как можно безболезненнее выведать у него информацию о моем прошлом, ведь он неоднозначно дал понять, что знает кое-что обо мне и как можно скорее я хотел узнать всю правду.

— Знаете, его мать колдунья и она была помешана на том, чтобы всегда быть рядом с сыном. Мы ее всегда видели около него, но я и понятия не имею, где она сейчас может находиться. Простите.

По лицу Эллы я понял, что он искренен.

— Спасибо тебе за то, что принял наше предложение, — пожал я ему руку, прощаясь.

— Вам спасибо за приглашение, — любезно ответил он, пожимая нам руки. — И с тобой было очень приятно познакомиться, — обратился он к Элле. — Просто солнечная девочка.

— Благодарю вас, — не осталась в долгу Элла. — Надеюсь, мы с вами еще встретимся.

Мы дождались пока Найл отдалиться от нас на достаточное расстояние.

— Ты, маленький дипломат, — подсел Тагир к Элле, поцеловал ее в макушку и приобнял. — Ты точно не хочешь стать дипломатом?

— А зачем? Я стану востребованным специалистом и тогда вы не сможете попросить меня об одолжении. Я буду слишком занята, — отбросив волосы за плечо, произнесла Элла. — А вам оно надо?

Мы оба открыли рты. Первым очнулся Тагир.

— Посмотри, посмотри брат, какая она у нас умная девочка. А если честно, — обратился он к Элле. — Ты нам сегодня очень помогла. Ты просто золотце.

Элла внимательно посмотрела на нас и спокойно ответила:

— Найл очень порядочный и честный вервольф. Вы на сто процентов можете ему доверять. Но что означало то, что мать Рояла всегда с ним? Это двойственное значение.

— С этим надо как-то разобраться, — посмотрела я на брата и тот кивнул.

— Я с этим согласен. Без его матери, он не согласиться сотрудничать с нами.

Элла резко вскинулась и слишком громко выкрикнула наши имена:

— Тагир, Тигран, Найл же сказал, что Роял не пытается сбежать, — начала она и, подперев рукой голову, продолжила: — А что если она находится в той же камере, что и он? Что если она помогает ему и Роялу вообще не нужно ваше сотрудничество?

Малышка как обычно наталкивала нас на нужные мысли.

— Бусинка, ты хочешь сказать, что его мать может запросто заходить и выходить их камеры? — Тагир вопросительно посмотрел на Эллу и после секундного молчания, мы с братом воскликнули: — Нужно закрыть ей доступ.

— Вот именно, — одобрительно произнесла Элла, глотая последний кусочек мороженого. — Я сделала свое дело и мне теперь пора.

— Ты же моя, бусинка. Ты не просто помогла, ты разрешила головоломку, которую мы не смогли бы так быстро решить!

— Вы ее решили практически самостоятельно. Я просто натолкнула вас на нужные мысли.

Глава 27

Амалия

Живя в отеле, жизнь текла совсем по-другому. Больше простора, больше свободы мысли. Я могла не бояться того, что Арабелла в любой момент может позвать меня к себе и облить грязью.

Я до сих пор не понимала одного: по началу, она души во мне не чаяла, но из года в год, ее чувства менялись и, прослеживая эти моменты, я не могла понять причину. Решила хоть немного освободить себя от навязчивых мыслей об Арабелле, потому что даже тут, она меня преследовала.

— Амалия, здравствуй! — открыв дверь, Айдери обняла меня и проводила в гостиную. — Ты неважно себя чувствуешь? Какая-то ты бледная.

— Да? — обхватила ладонями лицо, будто бы смогла проверить их на бледность. — Глупости. Все хорошо.

— Выпьешь чего-нибудь? — предложила Айдери. — Я только вернулась в номер, прости, даже не переоделась.

— Сока, пожалуйста. Не секрет где была?

Айдери жестом пригласила меня сесть на диван, а сама, подойдя к буфету, достала два бокала с шампанским.

— И это не обсуждается, — Айдери не дала мне даже возразить. — Нам просто необходимо расслабиться после всего произошедшего. — И тебе станет намного лучше, уверяю тебя.

Я задумалась над ее словами. А почему бы и нет?

— Да, давай. Нам это просто необходимо, — повторила я и взяла бокал из рук Айдери. — За нас, за то, чтобы все у нас было хорошо.

Мы чокнулись, я сделала глоток и откинулась на спинку дивана.

— Знаешь, я до сих пор не могу поверить в то, что нахожусь в Торосе. Столько лет мечтала о том, чтобы выбраться их того мрачного места и теперь я здесь. Голова идет кругом от таких неожиданных поворотов судьбы.

— Когда вы шли с Тагиром, у меня были такие ощущения, даже не могу описать сейчас их, — согласилась, вспоминая, что я чувствовала тогда, при виде Тагира, Айдери, Эллы и волчицы.

— А я как была рада видеть вас. Я не знала тогда никого, но увидев вас, внутри у меня все сжалось, и я поняла, что мы с вами поладим. Так и произошло. Вы к нам так добры, поселил нас в отеле, невзирая ни на что, помогаете нам, — говоря все это, Айдери начала плакать.

— Айдери, ну ты чего, — подсела я к ней ближе и обняла. — Это же хорошо? Ведь так? Мы с вами почти семья и поверь, вы стали мне очень близкими людьми и не только мне, но и Тагиру с Тиграном.

— Кстати, — Айдери вытерла слезы со щек. — Я очень плохо повела себя с Тагиром. Просто понимаешь…

— Дай угадаю. Ты боишься подпускать к себе его, так?

— Как ты поняла?

— Айдери, над этим долго думать и не нужно, — проговорила я и добавила: — И думаю, что не я одна об этом могла догадаться.

Айдери засмеялась и чмокнула меня в щеку:

— Понимаешь, я не хочу привязываться к людям, точнее к Тагиру, потому что, я уже почувствовала к нему кое-что и теперь не могу не думать об этом. Я не знаю, где я окажусь в следующую минуту, а давать шанс человеку, который ко мне так добр, просто не могу себе этого позволить, я правильно все объяснила?

Я понимала все, что хотела сказать мне Айдери, но я не могла оставить все так. Не в моей власти было свести их против воли, а точнее они этого оба хотели, но… их что-то все же останавливало, но попытаться стоило.

— Айдери, ты не можешь решать за Тагира. То есть, да, я понимаю, что ты не хочешь разбивать его сердце, но ты уверена в том, что у вас ничего не получится? Откуда ты можешь знать, что можешь куда-то уехать?

— Честное слово, я не могу утверждать это на сто процентов, но я чувствую, что скоро все изменится. Моя жизнь развернется на все сто шестьдесят градусов.

Мы выпили еще по одному бокалу и теперь уже сидели и, обнимая друг друга, рассказывали истории, которые происходили с нами в прошлом. Было интересно слушать то, как Айдери и ее семья справлялась со всем невзгодами, которые выпали на их долю, но с другой стороны, было трудно осознавать то, что пока я прохлаждалась и жила в свое удовольствие, они батрачили, чтобы хоть как-то прокормиться и выжить. Как же все-таки жизнь не справедлива…

— Знаешь, когда Тагир появился по ту сторону, я была просто счастлива, но…я не сразу смогла ему доверять. А как я его встретила…

— Да, ты была просто огромной волчицей, — засмеялась я, вспоминая, как Тагир рассказывал о том, как чуть не обмочил штаны. — Он тогда сильно испугался.

— Дело еще в том, что я не могу перевоплотиться с первого раза, только со второго или даже с третьего. Поэтому я не смогла сразу этого сделать…. А Тагир немного испугался.

Я удивилась ее откровению.

— А почему не с первого раза?

— Мама рассказывала мне о семейном проклятии. Это произошло несколько сотен лет назад. В проклятье входят габариты и то, что мы не можем обрести человеческий облик с первого раза. Вот такое вот семейное наследство у меня за спиной.

— А твой отец?

— Своего отца я никогда не видела, он бросил мою маму, будучи еще беременной, представляешь? Отец Эллы женился на моей матери, воспитал меня как собственную дочь. Он был феей, и Элла унаследовала от него его дар. Он был очень добрым и хорошим человеком, я его любила как отца и никогда не вспоминала о своем биологическом отце.

— А я даже об этом и не догадывалась. То есть и не скажешь, что у вас с Эллой разные отцы. Вы очень похожи.

— Может быть, но характеры у нас разные. Она намного смышленее меня, уж поверь мне, — улыбнулась Айдери. — Да, я могу бывать с ней строгой, но это от того, что я боюсь ее потерять. Она единственная, кто осталась у меня. Мать и отца я потеряла… Элла считает, что я зануда, но я просто боюсь потерять ее…, — повторила она. — А вот и Эллочка, — добавила она, услышав звук открывающейся двери.

— Дери, Амалия, вы плакали? — Элла бросила на пол свой рюкзак и положила на тумбочку ключи. — Что-то случилось?

Айдери встала и, подойдя к Элле, поцеловала в щеку.

— Ты моя милая, хорошая.

— Амалия, что с Дери произошло? Она подозрительно добрая, — Элла смотрела на меня округлившимися глазами.

— Элла, как прошла встреча братьев с Найлом? — попыталась перевести тему я и у меня это получилось.

— Найлу можно доверять. Точнее не так, — добавила она. — Ему необходимо доверять, потому что он очень искрений и добрый. И еще. Понравился он мне очень.

— Правда?

— Да, — засмущалась она. — Он сказал, что я красивая и умная девочка.

— То есть, сделал комплемент и ты растаяла? — Айдери подмигнула мне, задав этот вопрос своей младшей сестре.

— Ты бы тоже растаяла. Он такой милый.

— Ну все, попали мы! Мы нашли тебе Элла будущего мужа, но выйдешь замуж лишь через десять лет! Не раньше!

Тигран

Я привык к разным странностям, происходящим время от времени. Еще несколько месяцев я и не знал о существовании вервольфов, а теперь я нашел свою семью, истинную пару и из кожи вон лезу, чтобы раскрыть того, кто смог разлучить меня с семьей.

Под ногами раздался оглушительный звук. Из-под земли повалил красный дым, и все помещение, в которое мы несколько секунд назад с Тагиром зашли, наполнился запахом дегтя.

— Это проверка, — ответил на еще не заданный вопрос Тагир.

— Проверка чего? — вопрос прозвучал резче, чем мне хотелось.

— Что мы не преступники и в наших головах нет мыслей освободить узников.

Когда дым рассеялся, и мы с Тагиром ступили на следующий этап нашей проверки, из-за угла неожиданным образом появился мужчина среднего возраста. Оглядев его с ног до головы, я заметил одну странность: уши-то у него были эльфийские.

— Добрый день, господа, — поприветствовал он нас. — Тигран, меня зовут Леомар. Сегодня моя смена и я провожу вас до Рояла.

Его красно-белая форма пахла всеми замечательными вещами на свете: снегом, шоколадом и даже ромашками, — все, что я так любил на этом свете.

— Что вы почувствовали? — неожиданно задал вопрос Леомар.

— Вы о чем?

— Леомар спрашивает о том, что ты почувствовал, когда вдохнул его запах? Для всех он свой. То, что ты больше всего любишь на свете.

— Снег, шоколад и ромашки, — тихо ответил я, все еще наслаждаясь ароматом. — А почему я все это почувствовал?

— Это наша магия. Магия эльфов на вас так действует, — объявил Леомар, открывая для нас очередную запертую на замок решетку.

На мгновение мне почудилось, что я почувствовал промелькнувшие мысли Леомара, но мне казалось, что это очередная магия эльфов. Так оно и было.

— Эльфы также могу вселиться в наши души, говорить, думать за нас. Представляешь? — я все еще был в шоке. — Я сам был в изумлении, когда узнал об этом.

— Но прошу заметить, не у всех из нас есть этот дар, — остановил красноречивые речи моего брата, Леомар.

— А у вас? У вас есть этот дар?

Он кивнул.

— И как вы смогли оставить свои родные земли и переселиться в Торос?

Леомар засмеялся и ответил через секунду с необычно серьезным видом:

— Ваш отец обладал чрезвычайно нужным даром. Даром убеждения.

Через некоторое время мы все же смогли добраться до нужной нам камеры. Леомар открыл нам железную дверь, и мы с братом одновременно зашли в камеру.

Это была крохотная коморка, на одиноком окне висели выцветшее занавески, наполовину испачканные дегтем, простыни на кровати тоже оказались в какой-то черной жидкости. Повсюду кишели пауки, а пол был усеян слишком большим количеством тараканов.

— Ребятки, как любезно с вашей стороны навестить меня в этом чудесном месте! — воскликнул знакомый голос из-за угла. — Тагир, Тигран, рад вас видеть!

Роял хлопал в ладоши, выходя нам навстречу. Он был грязным и немного постарел с нашей последней встречи.

— Мы не пришли любезничать с тобой, — первым очнулся Тагир. — Нам необходимы ответы.

Роял посмотрел на нас как на умалишенных.

— А с какой стати мне вам помогать? За то, что вы заперли меня здесь как собаку?

С тех пор, как я услышал впервые его голос, всегда считал, что я слышал его, когда был ребенком. В тот день, в тот самый неблагоприятный день для нас с отцом.

Роял встретился со мной взглядом, и на меня нахлынули воспоминания — все странное и пугающее одновременно. Голова закружилась от стольких воспоминаний.

— Тигран, честное слово, — обратился он ко мне. — Я очень рад тому, что ты все же остался жить на этом свете. Кто если не ты, смог бы одолеть меня в жестокой схватке? Хорошо, что Ролан оказался добросердечным и не смог убить ребенка.

— Это ты тогда разговаривал с ним по телефону. Ты отдал приказ убить меня, — выплюнул я. — Ты хотел, чтобы я умер!

Я старался держать себя в руках, но его слова разгорячили кровь в моих венах. Я чувствовал, что еще один рывок, и я перевоплощусь.

— Прости меня, Тигран, но это желание исходило не от меня. Задавайте вопросы своим родным, а не мне.

— О чем это ты говоришь? — облокотившись о стену, спросил Тагир. — Мы знаем, что мама тоже замешан в этом, но кто еще?

Роял отвернулся к окну, и по его лицу я понял, что если Тагир будет и дальше расспрашивать его, то он ничего не скажет. А потому, я перешел в наступление.

— Вы же говорили мне о том, что вы — лишь исполнитель, а кто наверху давал вам приказы — мой родственник. Ролана же вы подослали ко мне? Что бы тот помог мне найти Тагира, так ведь? — бросал я в него фактами и никак не мог унять дрожь во всем теле.

— Я старался быть честным по отношению к тебе, Тигран, — выдохнул Роял. — Вы считаете меня монстром и чудовищем, сотворившем такое злодеяние. Но вы можете понять причину того, зачем я это сделал? Для чего мне нужно было это все? Твоя смерть, Тигран, поверь, мне не нужна была.

Я прекрасно осознавал то, что Роял не манипулировал нами. В его глазах читалась искренность и мольба о прощении. Просто он это умело скрывал под маской злого героя, которым хотел казаться. Но вопрос: почему он это делал и под чью дудку он плясал?

— Так расскажи нам всю правду, Роял, черт тебя дери! — Тагир закричал во всю глотку. — Мы должны узнать правду!

Роял сурово посмотрел на нас и произнес:

— Вы правда хотите знать все?

— Роял, да, мы хотим знать все, — одобрительно кивнул я, делая акцент на последних словах.

— Тогда берите этот конверт и бегите! — крикнул он нам, и в следующую секунду в окно влетела вспышка, следом молния хлестнула по голове Рояла, и он упал замертво.

Тагир подлетел к телу Рояла и, взяв у него из рук конверт, крикнул мне:

— Тигран, бежим!

Я был настолько ошеломлен происходящим, что не смог сдвинуться с места.

— Бежим! Немедленно! Тигран! — повторил Тагир.

Мы с братом взобрались на окно и быстро вышли наружу, на свежий воздух. Лишь здесь уже не хлестали языки молнии, которые атаковали всю тюрьму. Мы мчались сквозь темный лес. Ветер бил нам в лицо, дождь сплошным потоком стекал по нашим телам.

Я не понимал, что все это значило? Можно ли это считать нападением?

Всякий раз, когда молния вспыхивала, я смотрел на брата и убеждался в том, что с ним все в порядке. Тагир стрельнул глазами назад, по бокам и, поняв, что нас не преследуют, дал знак опуститься вниз по склону и залечь на дно.

— Что все это значит? Тагир?

— Шшш.

Я старался рассудком охватить все, что происходило, но я не мог сосредоточиться. Слишком много вопросов вертелось у меня в голове.

— Где письмо, Тагир? Дай его мне! — я был в бешенстве. Не на брата, конечно, а на всю ситуацию в целом.

Погода окончательно испортилась. Мы сидели в неком укромном месте, но снаружи были только дождь и тьма. Отлепившись спиной от каменной плиты, я начал читать письмо Рояла:

«Тигран, не вини меня во всех смертных грехах. Правда, я не хотел тебе зла, меня заставили. Да, ты можешь сказать, что это хорошая отговорка, но у меня есть доказательства. Они в конверте, прочитай дальше, прошу тебя.

Ролана тоже шантажировали дочерью. Чтобы исполнить миссию, он был вынужден бросить свою беременную супругу и начать действовать по плану заказчика.

Твоя мать тоже была в отчаянии. Ей пришлось выбрать между тобой и твоим братом, но у нее не было выбора. Если бы она этого не сделала бы, вы оба погибли бы. Ты чисто случайно остался жив и я верю, что это во благо Тороса. Я верю в это.

Главным исполнителем является Разиль, супруг твоей матери…»

— Разиль! Это все он!

Я постарался стряхнуть с себя оцепенение после сказанных мною слов. Я был жив и этого достаточно, чтобы отомстить человеку, пытавшемуся меня убить, но месть никогда не вернет мне отца…

Молния. Еще один удар…

— Тагир!

Он тяжело осел набок, кровь струйкой начала стекать у него из уголка рта. Я потряс его, думая: «Пожалуйста, брат, не сейчас. Нам еще столько нужно с тобой сделать!»

Потом Тагир простонал: «Ты должен закончить то, что мы начали». Его голос пресекся.

— Тагир, не говори ни слова! Береги силы! — я кричал от безысходности.

С трудом проглотил комок в горле. Встал и, подняв брата на руки, сделал шаг, другой и вобрав в себя все силы, что у меня есть, побежал в сторону долины. Я должен успеть спасти брата! Просто обязан!

Дом был всего с нескольких ядрах от меня, но холм становился более крутым и скользим, а брат отнюдь не становился легче. Я стремительно приближался к дому, силы были на исходе, но я продолжал крепко держать Тагира, стараясь не опускать его ниже своих колен.

Пока я бежал, время шло бесконечно медленно. Я бежал настолько быстро, что успел навернуть около двадцати километров, но этого было недостаточно. Я был не слишком быстр, чтобы спасти брата и от этого нервничал еще больше. Нервы истощали и без того утекающие у меня из пальцев силы на спасение.

— Тигран, оставь меня и беги, — прошептал Тагир. — У тебя не осталось сил.

Но я продолжал идти, не слушая его. Он перехватил мой взгляд и сдавленным голосом произнес: — Какой же ты упрямый, брат.

Ослепительная вспышка и…туман попросту нагнал и окутал нас с головой. Мой страх сменился гневом и откуда ни возьмись у меня появился, как мне казалось, шанс. Шанс на спасение.

Вновь обретенные силы жгли меня изнутри. Я почувствовал прилив сил и когда увидел сквозь дым, что почти дошел до дома сказал:

— Держись, мы почти на месте.

Глава 28

Тагир

Мне снилась самая настоящая сказка. Я сразу понял, что мне снится сон, потому что такого на самом деле не могло быть. Не так скоро и не так внезапно…

Айдери стояла напротив меня и признавалась в любви. Она с опущенными глазами взяла меня за руки и, прижав к себе, пробормотала:

— Я никогда не отпущу тебя, Тагир. Никогда.

Должно быть, я просыпался несколько раз, но то, что я слышал и видел, не имело никакого смысла, потому что я снова и снова проваливался в непробудный сон. Помню только, как я лежал на своей кровати в отцовском доме и меня с ложечки кормила Элла. Ее маленькие ручки то и дело подносили ложку ко рту и всякий раз, когда я не выпивал залпом, ей приходилось салфеткой счищать кусочки еды с подбородка.

— Я так и знала, что ты совсем скоро проснешься, — произнесла она, заметив, что я открыл глаза.

— Сколько я проспал? — хрипло спросил я, пытаясь, сфокусировав взгляд на ней. Перед глазами все плыло, но я с усилием поднял голову и четче увидел детское личико Эллы.

Элла оглянулась, будто боялась, что нас может кто-то услышать.

— Два дня, — пробормотала она и, услышав, как кто-то постучал в дверь, проворно запихнула мне в рот печеньку.

В следующую секунду я снова провалился в сон.

Когда я в следующий раз очнулся, то вокруг меня не было ничего примечательного, не считая того, что Айдери сидели у изголовья моей кровати и сладко-сладко спала. Ноги мои были укрыты одеялом, под головой я насчитал несколько подушек. Вот рту у меня пересохло, распухший язык едва ворочался. Легкий ветерок донес запах шампуня, которым пользовалась Айдери.

На столике рядом со мной стоял высокий стакан с кувшином. По виду жидкость напоминала лимоновый сок, как раз то, что я любил. Осторожно налили в стакан, дабы не разбудить Айдери. Я взял стакан в руку и в следующую секунду, попытавшись поднести его ко рту, уронил прямо на пол.

— Черт! — выругался я, зло, щурясь на свои ослабевшие руки.

Айдери резко вскочила и, убеждая себя в том, что я не поранился, взглянула мне в лицо.

— Даже стакан не могу нормально взять! — произнес я, ударяя руку о кровать.

— Зачем ты так, ты же еще не восстановился, — сказала Айдери, беря мою ладонь в свою. — Как ты себя чувствуешь?

— Сейчас уже хорошо, — улыбаясь, ответил я. — Но, а если, по правде говоря, то ощущение, что по мне прокатился грузовик.

— Не удивительно. Тебя сшибла с ног молния. Хорошо, что вы были вместе. А то бы там мог и не очнуться.

Я начал вспоминать все произошедшее. Со мной же был брат… Я уговаривал его оставить меня и идти одному, ведь его тоже могли подрезать в любую секунду.

— Где Тигран? С ним все хорошо? Айдери?

Мне показалось, что она слишком долго не отвечала мне. А что если…

— Тагир, он в порядке. Немного устал, а так все хорошо.

Она опустила глаза. Я посмотрела вдаль, в окно на луг, простирающийся на несколько километров. Долину окружали склоны холмов. Мой брат жив. Жив и я и это уже хорошо. Значит, мы справились с нашей маленькой миссией. Хотя, когда мы ступили на эту скользкую дорожку, мы и не осознавали того, какую цену мы должны будем заплатить.

Я привстал и, откинув с себя одеяло, свесил ноги, ища глазами тапочки.

— Тагир, может, еще немного отдохнешь?

Я отрицательно покачал головой. В руках я держал стакан и Айдери, увидев мое замешательство, осторожно взяла его из моих рук и поставила обратно на стол.

— Тогда пошли, Тагир. Все же упрямые вы.

Походка у меня была все еще нетвердой, я еще не привык так долго ходить, но преграду, вроде ступенек себе на зависть, я преодолел быстро. Когда мы достигли противоположного конца дома, я перевел дух. Мы находились в передней части дома, а голоса доносились в гостиной. Я отчетливо слышал голос мамы, Тиграна и Амалии. Они о чем-то ругались. Поскорее хотелось вмешаться в разговор и выкинуть из дома отчима к чертовой матери.

— Не горячись, Тагир, пожалуйста, — шепнула мне Айдери, помогая переступить порог гостиной.

Самое первое, что бросилось мне в глаза, — Разиль сидел в кресле и, кажется, не мог пошевелиться. Он отвел от меня глаза, и посмотрел на Айдери, стоящую за моей спиной. Начал мычать, пытаясь что-то сказать, но все попытки оказались тщетными.

Я обернулся и увидел Эллу, которая с улыбкой смотрела на меня.

— Рада, что ты очнулся, — произнесла она. — Теперь мы можем начинать.

Мама слишком резко отреагировала на слова Эллы и, схватив ее за локоть, привлекла к себе:

— Что это еще значит? Что ты будешь с ним делать? Он ни в чем не виноват! Тагир, хоть ты услышь меня!

— Тигран, ты в порядке? — я проигнорировал вопрос мамы, обратившись к брату. — Спасибо тебе, ты спас мою жизнь.

— Для этого и нужны братья, — Тигран подошел ко мне и обнял со всей братской любовью.

— Хоть кто-нибудь услышит меня сегодня? — мама уже перешла на крик.

— Прошу, успокойтесь, — Айдери подошла к маме и нежно положила руки ей на плечи, но та откинула их с пренебрежением, выплюнув:

— А ты кто еще такая?

— Меня зовут Айдери, — ответила девушка, но мама была непреклонна.

— Это был не вопрос. Тебе тут нечего делать.

— Никто никуда не уходит, — резко произнес Тигран. — Твой супруг совершил измену, знаешь об этом? — нетерпеливо спросил он. — Знаешь или нет?

— О чем это ты говоришь?

Сердце тяжело забилось у меня в груди. Я пытался не поддаваться влиянию, но преодолевать это становилось все тяжелее и тяжелее.

— Арабелла, сейчас вы все поймете, — тоненьким голосом, произнесла Элла.

Она махнула рукой, и на ее ладони появился клубок, вокруг которого, словно солнечный свет, появилось желтое мерцание. Магия фей. У мамы отвисла челюсть.

— Пожалуйста, не надо, — лишь пробормотала она.

— Раз вы так верите своему супругу, так почему вы боитесь этого ритуала?

Мама в упор посмотрела на Эллу, и я заметил отблеск в ее глазах, наводящий на мысль, что это ничем хорошим для Разиля не кончится. Элла махнула рукой еще раз и в следующее мгновение Разиль, спросил:

— Хочешь проверить меня, дитя фей?

Огонь в его глазах погас. Он откинулся на спинку кресла, прошептав: — Делайте свое дело. Я вам все равно ничего не расскажу.

— Тигран, вопросы задавать будешь ты, — спокойно произнесла Элла, начиная раскручивать клубок у себя на ладонях.

Он, хотел было возразил, но посмотрев на меня, смирился со своей участью.

— Кто пытался убить меня и отца? — начался допрос со стороны Тиграна.

Тагир

— Кто пытался убить меня и отца? — начался допрос со стороны Тиграна.

— Ролан, — хрипло ответил Разиль.

— Чья эта была идея?

— Моя.

Мама охнула и прошептала: «Не может этого быть».

Вокруг нас будто из-под земли начал подниматься дым красноватого цвета.

— Зачем тебе это нужно было? Для чего ты так желал нашей смерти?

Вид у матери был встревоженный, а Разиль еле-еле дышал:

— Я хотел власти. Отнять власть Хантера.

После сказанных им слов, мама закричала:

— Я расскажу, я все расскажу, не мучайте его, пожалуйста!

Мы все переглянулись. Элла округленными глазами смотрела на нас, не зная, что дальше предпринять. Я даже и не подумал о том, что в этом не может участвовать одиннадцатилетняя девочка. Где были мои глаза в самом начале?

Тигран опустил руку, Элла развязала до конца клубок с неимоверной быстротой и чары спали. Разиль тяжело вздохнул и начала кашлять во все горло.

— Почему, почему вы остановились? — с этими словами он начал подниматься. Но было что-то странное в том, что он делал.

— Не вставай! — зарычала мама, отбросив его назад. — Не смей вставать. Я все расскажу!

Айдери с Эллой любезно откланялись, зная, что сейчас будет, происходит то, чего бы они не желали слышать. Я проводил их до двери и попросил дождаться меня в отеле.

— Тридцать лет назад я вынужденно вышла замуж за Хантера, вашего отца. Я тогда потеряла всю свою семью в войне и не знала, что мне делать дальше. Переехала в Торос и встретила Разиля. Мы начали с ним встречаться. Потом Разиль познакомил нас с вашим отцом, и он добился того, чтобы я вышла за него замуж. Тогда я думала, что поступаю правильно, ведь он был богат, а Разиль нет. Хантер смог бы обеспечить мне и моим будущим детям дальнейшую жизнь. Я была дурой и надеялась на то, что этот брак принесет мне удачу, — мама начала плакать, но собравшись с силами, возобновила свой рассказ. — Он любим меня, я родила от него вас, — она посмотрела на меня с Тиграном. — Но мне чего-то все время не хватало, и оказалось, я не любила его. Я просто не смогла полюбить вашего отца.

— Дай угадаю, ты переметнулась на сторону Разиля? — предположил Тигран и по взгляду матери я понял, он попал в самую точку.

— Разиль тогда предложил мне сбежать, вас оставить я не боялась, ведь вам уже было по восемь лет и няни тоже были у вас…

Я вздохнул. Так разве матери поступают? Куда бы они не уходили, детей всегда забирают с собой. Но это, видимо, не наш случай.

— Ваш отец узнал об этом и наш план побега с Разилем рассыпался в пух и прах. Амалия, это ведь ты рассказала ему об этом?

— Что? — обомлела Амалия. — Я ничего не рассказывала о вас Хантеру! Ничего!

— Я видела тебя тогда возле кустов! Ты видела и слышала наш разговор!

— Это я рассказал отцу, — объявил Тигран, выйдя вперед. — Это по моей вине, вы тогда не сбежали.

Настала мертвая тишина. Мама язвительно ухмыльнулась, посмотрев в сторону Амалии:

— Нет необходимости ее защищать.

— Это был я. Стоял тогда возле кустов в другой части беседки. Именно поэтому я залез к отцу в машину, хотел рассказать ему о том, что мама ничего плохого не делала, но, мы …

Я посмотрел на стеклянные глаза брата, приобнял его и проговорил:

— Не надо. Ты ни в чем не виноват.

— Поэтому ты все эти годы ненавидела Амалию? — спросил я у матери, которая с ошеломленным видом, все еще стояла и смотрела на Тиграна. По ее лицу итак все было ясно.

— Разиль и я придумали, как избавиться от Хантера. Я согласилась. Но после того, как я узнала о том, что Тигран был с ним в машине, — лицо у нее исказилось от боли. — Он мог все знать. Он видел Ролана… Ты меня вынудил бросить сына! — она набросилась на Разиля и начала стучать кулаками о его грудь. — Это все ты! Ты! — Я не могу больше этого выносить! — мама начала чуть ли не рвать на себе волосы.

— Мама, что ты нам предлагаешь делать?

— Я не знаю брат, — обратился я к Тиграну. — Я не понимаю, что мы можем сделать в данной ситуации, честное слово. Не сажать же родную мать за решетку? — я рухнул на пол, подперев руками голову.

***

Тигран

Прошла ровно неделя. Мы с братом и Амалией до сих пор не может поверить в то, что из-за чьей-то прихоти нас разлучи на целых двадцать лет. И сделали это не чужие нам люди.

Власть, любовь и деньг правят этим миром. Благо мы не повторим ошибок наших родителей. Мы с братом решили поселиться в одном доме: жить вместе долго и счастливо. Как и полагается в конце всех историй. Амалия тоже согласилась на столь радостное предложение… но вот Айдери с Эллой. Согласятся ли они?

Они стали частью нашей жизни, и не хотелось бы их отпускать.

Эпилог

Тигран

— Это хорошая идея, — произнес я, целуя Амалию в щеку. — Просто великолепно, вся семья в сборе, — продолжил я и вспомнил, что моя мать и отчим находятся за решеткой.

— Мы можем хоть немного разрядить обстановку, окружающую нас, пожалуйста?

Я целую ее в обе щеки и очень медленно приспускаю штаны Амалии вниз. Кладу свою руку на ее упругую попку, ласкаю ее, нежно гладя ладонью.

Амалия начинает стонать, что меня еще больше возбуждает.

— Ты должна меня почувствовать. Хочешь этого?

— Да, пожалуйста, — она впивается в меня губами и сладко сосет мою нижнюю губу.

Я нащупываю у себя в кармане презерватив, скидываю с себя брюки и осторожно укладываю Амалию на кровать лицом вниз. Ставлю ее на колени и ласково глажу по ягодицам.

— Какая же ты нетерпеливая. Ты уже вся течешь!

— Тигран, возьми меня! — шепчет она и в следующую минуту я уже внутри нее.

Быстро наполняю ее всем своим естеством, я не могу сдержать стон, как и Амалия. Я вхожу в нее резкими, сильными толчками. Другие чувства заглушены. Лишь страсть, жгучее желание обладать ее и не заканчивать эту сладостную пытку.

Амалия вновь громко стонет и мое тело больше не желает ждать. Оно предает меня и взрывается сокрушительным оргазмом.

— Амалия! — кричу я и кончаю, крепко схватив ее за талию. Я ложусь на нее и не смею встать. Настолько мне хорошо.

Мы медленно дышим, восстанавливая дыхание. Я лежу рядом с моей любимой, нежно гладя ее волосы. Она вновь лежит на моей груди, я жадно нюхаю ее божественно пахнущие волосы.

— Ты был превосходен, — шепчет она с тихой радостью в голосе. — Каждый раз как в первый.

— Это хорошо или плохо?

— Это божественно, — она целует меня в нос и вновь укладывается.

***

Все собираются на ужин: мы с Амалией, Тагир с Айдери и Эллой и, конечно же, моя приемная мама и сестра. Все вместе. Все за одним столом.

Я привел приемную маму и сестру в наш новый дом. Они были растерянны и одновременно счастливы. Тагир сразу же оккупировал Айдери, которая, смущенно сидела рядом с ним и разговаривала на разнообразные темы.

«Не дави на нее так сильно. Тише. Тише» — советовал я брату мысленно.

Он моргал глазами, давая понять, что все пучком.

— Опять общаетесь втайне от нас? — появилась из-за спины Амалия. — Так совсем не честно, знаешь об этом?

— Я лишь хочу помочь своему брату выстроить личные отношения. Вот и все.

— Он тоже тебе помогал?

— Нет, моя милая. Я такой, какой есть. Ни больше, не меньше, — поцеловал я ее в лоб. — Тебе помочь?

— Спасибо. Твоя мама и сестра помогают мне. Спасибо им.

— Стол накрыт! Приглашаем всех на ужин! — пропела Элла, выглядывая из-за угла столовой.

— А после ужина, что вы собираетесь делать, дорогая Амалия? — обняв ее за талию и идя в столовую, спросил я.

— Смотря, на что вы намекаете, дорогой Тигран.

***

Тагир (месяц спустя)

— Мы с Эллой уезжаем, Тагир, — заявила Айдери, стоя напротив меня с чемоданами позади.

— Как это уезжаешь? Куда?

— В королевство фей. Мы едем к родственникам отца Эллы. Они любезно приняли тот факт, что Элла является их родственницей и теперь хотят познакомиться с ней.

— Ты оставишь меня? Нас?

— Прости, Тагир, но я не могу поступить иначе… — она подошла ко мне и нежно поцеловала в губы. — Я не могу остаться. Прощай.

Content

Эванс Диана Право истинной пары (СИ)

Право истинной пары Диана Эванс

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Эпилог