Кэролайн Кин

Нэнси Дрю и символ Дерева ведьм

Детектив

Carolyn Keene

THE WITCH TREE SYMBOL

© Carolyn Keene

© THE WITCH TREE SYMBOL

© Халикова Д. Р., перевод, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

Глава первая

Таинственный злоумышленник

– Ничто на свете не заставит меня войти в этот жуткий дом, – заявила Нэнси сидевшая рядом с ней полноватая женщина.

Направляя автомобиль в сторону утопающего в зелени старого особняка Фоллеттов, Нэнси Дрю, хорошенькая восемнадцатилетняя сыщица, улыбнулась и спросила:

– Почему, миссис Тенни? Разве ваша тетушка, прожившая в этом доме столько лет одна, чувствовала себя в нем в опасности?

– Ей просто повезло, что ее не ограбили, – ответила миссис Тенни. – Тетя Сара была ужасно рассеянной и бо´льшую часть времени не знала, что творится у нее под носом. И совершенно не следила за всей своей роскошной антикварной мебелью, что стоит в библиотеке. Она просто никогда туда не заходила!

Нэнси припарковала машину перед старым выцветшим зеленым особняком, построенном в викторианском стиле, и отметила, что и сам дом, и все вокруг выглядит довольно мирно.

– Неужели нам придется туда войти? – проговорила миссис Тенни, с опаской глядя на наглухо закрытые шторами окна. – Полагаю, все же придется. В конце концов, именно для этого я попросила вас приехать. Ох, Нэнси, какая там мебель! Ей цены нет! Особенно мне нравятся два наборных столика из вишневого дерева, которые принадлежали самому Джорджу Вашингтону! Подумать только, и я унаследовала половину от всего этого богатства!

Нэнси вслед за своей спутницей поднялась на крыльцо, и миссис Тенни открыла дверь. Щелкнув выключателями, она осветила путь в большой зал, по обеим сторонам которого открывались арочные проходы в разные комнаты. Через арку, ведущую в библиотеку, Нэнси последовала за миссис Тенни.

Вдруг соседка остановилась и ахнула.

– Что случилось? – спросила Нэнси.

– Все пропало! – воскликнула женщина и быстрым шагом устремилась в библиотеку. – Вся антикварная мебель исчезла! Здесь был прекрасный старинный диван… а по обеим сторонам от него стояли те самые столики, о которых я вам рассказывала… – произнесла миссис Тенни, едва не плача.

Внезапно ее осенила какая-то мысль, и миссис Тенни с угрозой сказала:

– Это ему не сойдет с рук!

Нэнси взглянула на соседку, ожидая, что та объяснит свое заявление. Они познакомились не так давно, и юная рыжеволосая сыщица пока не решалась в свойственной ей манере атаковать женщину вопросами. Миссис Тенни совсем недавно переехала в их район. Узнав, что Нэнси занимается расследованиями и у нее достаточно смелости, рассудительности и опыта, она попросила сопровождать ее в мрачный особняк Фоллеттов, где ей предстояло отобрать для себя половину старинной мебели, которую она унаследовала от тетушки.

– Мой кузен, Альфа Зинн! – воскликнула миссис Тенни с жаром. – Он забрал все самое ценное, не дождавшись, пока приеду я и выберу что-то для себя.

– Мистеру Зинну завещали вторую часть наследства? – решилась задать вопрос Нэнси.

– Да. Я ему не доверяю. Он антиквар и пройдоха. Мы никогда не были друзьями.

Нэнси подумала, что все это – еще недостаточно веские основания, чтобы выдвигать обвинения в краже, ведь как-никак кузен миссис Тенни тоже получил половину наследства.

– Может, это кто-то другой? Давайте посмотрим, не оставил ли грабитель следов? – предложила Нэнси.

Несмотря на то что из библиотеки вынесли всю мебель, в ней еще кое-что оставалось: вдоль стен стояли пустые книжные шкафы с забытыми книгами; возле радиаторов отопления валялись корзины с мусором, но в целом было понятно, что вряд ли тут что-то можно было отыскать.

И все же Нэнси начала тщательно осматривать каждый закуток и вскоре обнаружила в дальнем углу помещения небольшой мятый клочок бумаги со странным изображением. Это был нарисованный цветными карандашами круг с белой окантовкой, по центру которого на красном поле кто-то вывел черную шестиконечную звезду, а ниже написал: «Дерево ведьм».

«Как странно», – подумала Нэнси и показала находку миссис Тенни:

– Вы не знаете, что это?

Женщина взглянула на рисунок и тут же ответила:

– Конечно, знаю. Это гексаграмма – пенсильванская шестиконечная звезда. Магический символ. Полагаю, другого доказательства нам и не нужно, – категорично заявила миссис Тенни. – Альфа Зинн как раз из тех мест, где под крышами домов и разных других построек рисуют такие знаки. Я уверена, что это именно он вынес отсюда мебель. Причем не только свою, но и мою!

Нэнси понимала, что в сложившихся обстоятельствах логичнее всего в краже было бы заподозрить мистера Зинна, однако все еще сомневалась в его виновности.

– А что означает этот магический знак? – спросила она.

– Понятия не имею, – ответила миссис Тенни. – Да какая разница! Мне лично и так понятно, что это дело рук Альфа!

Нэнси ничего не ответила: она чувствовала, что рисунок может стать ключом к расследованию, но пока не спешила делиться догадкой с миссис Тенни. Кто бы это ни был – ее кузен или кто-то еще, – тот, кто был настоящим виновником, скорее всего, пришел из мест, где подобные символические колдовские знаки широко использовались. И Нэнси кое-что вспомнила о них – такие знаки называли магическими рисунками и наносили их изображения под коньками крыш. Она попробовала было побольше расспросить о них у миссис Тенни, но соседка ничего не смогла добавить.

– Когда вы в последний раз были в этом доме? – спросила Нэнси.

– Примерно неделю назад. Я приехала сюда с одним из исполнителей завещания, – объяснила миссис Тенни. – Он дал мне ключ и сообщил, что я могу вернуться сюда в любое время, когда захочу.

Далее соседка рассказала, что, когда исполнитель завещания ушел, она осталась осмотреть обстановку наверху, но надолго не задержалась, потому что почувствовала себя жутко в этом особняке и решила побыстрее уйти.

– Но вы же заперли входную дверь? – спросила Нэнси.

Миссис Тенни задумалась на мгновение, потом нахмурилась и сказала:

– Думаю, дверь запер мужчина…

– Какой мужчина? – удивилась Нэнси. – Вы же сказали, что исполнитель завещания ушел?

– Да нет же, – быстро ответила миссис Тенни. – Я говорю про торговца антиквариатом.

Нэнси с недоумением посмотрела на миссис Тенни: та совсем запуталась в своих показаниях. Набравшись терпения, Нэнси попросила миссис Тенни рассказать о событиях того дня еще раз.

– Ну так все и случилось, как я говорю, – призналась соседка. – Я уже собралась запереть дверь, когда подъехал симпатичный мужчина и попросил разрешения взглянуть на коллекцию миссис Фоллетт, о которой был наслышан. Сказал, что готов купить все, от чего откажутся наследники. Мы осмотрели с ним библиотеку, а потом, когда вышли из дома, он и запер дверь, прежде чем отдал мне ключ.

– Понятно, – сказала Нэнси, а сама подумала, что мужчина вполне мог сделать вид, что запирает дверь, хотя оставил ее открытой. – Пожалуйста, продолжайте, – сказала Нэнси.

И миссис Тенни продолжила:

– Он узнал о коллекции тети Сары из газет. И поскольку приехал в Ривер-Хайтс по делам, решил заодно заскочить сюда и взглянуть на мебель.

«Так он не местный», – подумала Нэнси и спросила:

– А он сказал, откуда он приехал?

– Не знаю. – Миссис Тенни пожала плечами. – Он сказал, что остановился в одном из отелей города.

Нэнси обдумывала информацию около минуты, после чего сообщила миссис Тенни, что вполне вероятно, именно этот человек вынес мебель, и им срочно нужно все про него выяснить.

– В каком отеле он остановился? – спросила Нэнси.

Однако миссис Тенни со смущением признала, что не может вспомнить ни имени мужчины, ни названия отеля, в котором тот остановился.

– Ладно, не важно, – сказала Нэнси. – Мы ведь можем обойти каждый отель в городе и узнать о постояльцах, которые интересовались антикварной мебелью.

Не успела она это произнести, как миссис Тенни в испуге подняла глаза к потолку: на втором этаже раздавались чьи-то шаги, там явно кто-то был.

Не раздумывая ни секунды, Нэнси бросилась к лестнице.

– Нет, не ходите туда! – крикнула миссис Тенни. – Это опасно.

Нэнси остановилась. Однако не из-за предупреждения, а потому что услышала скрип ступеней под чьими-то ногами – злоумышленник явно пытался сбежать!

– В доме есть запасной вход? – спросила Нэнси у миссис Тенни и, не получив ответа, повернулась к ней.

Каковы же были удивление и ужас юного детектива, когда она обнаружила соседку лежащей на полу. Бедная женщина потеряла сознание!

Нэнси поспешила к ней на помощь, хотя и понимала, что преступник за это время может сбежать. Но через мгновение миссис Тенни уже открыла глаза, а Нэнси бросилась за человеком, незаконно проникшим в дом.

Но драгоценное время было упущено.

Когда Нэнси добежала до черного входа, расположенного в кухне, в противоположной части старого дома, злоумышленник уже успел скрыться – сыщица увидела лишь его высокую, стройную фигуру, мелькнувшую на заднем дворе, за изгородью.

Гнаться за незнакомцем сейчас конечно же было бессмысленно.

Заперев дверь черного входа, Нэнси вернулась к миссис Тенни, которая уже сидела на лестнице.

– Как вы себя чувствуете? – спросила Нэнси.

– Ужасно, просто ужасно! – ответила соседка со стоном. – Пожалуйста, отвезите меня домой.

– Хорошо, – сказала Нэнси и, заперев входную дверь особняка, помогла бедной женщине дойти до автомобиля.

Пока они ехали к дому, Нэнси попросила миссис Тенни описать торговца антиквариатом. Соседка была еще очень взволнованна, чтобы говорить, однако нашла в себе силы и дала портрет злоумышленника: высокий, стройный, темноволосый мужчина с блестящими глазами и приятным, тихим голосом.

– Но я уверена, что он ни при чем, – в конце концов произнесла миссис Тенни. – Я все еще думаю, что виноват мой кузен. Да и тетя Сара не раз говорила, что он проявлял слишком большой интерес к ее дорогой обстановке. Конечно, мне бы не хотелось, чтобы он догадался, что я его подозреваю. И все же я уверена, что это он!

Миссис Тенни о чем-то на мгновение задумалась, а когда Нэнси припарковала машину у ее дома, с надеждой посмотрела на юного детектива и сказала:

– Может, вы возьметесь за это дело? Пожалуйста, Нэнси! Я слышала, что вы прекрасно расследуете разные происшествия. Может, вы встретитесь с Альфа Зинном и выясните, не он ли вынес из особняка всю ценную мебель?

Нэнси пообещала миссис Тенни, что подумает над предложением и сообщит о своем решении. Однако сейчас она хотела поехать в центр и навести справки о таинственном торговце антиквариатом – ей не терпелось узнать, где именно в Ривер-Хайтс он мог остановиться.

– Кстати, – спросила Нэнси, – а как выглядит ваш кузен?

– Ох… Толстый коротышка, – ответила соседка. – Он слишком много ест.

Миссис Тенни вышла из машины, а Нэнси поехала в центр города.

Она заезжала в один отель за другим, понимая, что если ее подозрения верны, то злоумышленник, скорее всего, давно сбежал, тем более что времени у него на это было предостаточно.

Наконец, когда в «Пиквик-Армс» Нэнси повторила свой вопрос: «Останавливался ли в их номерах высокий, стройный, разговорчивый брюнет, интеллигентной наружности?» – и добавила, что не знает его имени, но хочет связаться с ним по вопросу старинной мебели, которую он осматривал недавно, – администратор за стойкой регистрации улыбнулся и сказал:

– Полагаю, вы имеете в виду мистера Роджера Хоелта? Сожалею, мисс, но вы опоздали. Он съехал из отеля минут пятнадцать назад. Очень сильно торопился.

Глава вторая

Расследование началось

– Мистер Хоелт, случайно, не оставил своего адреса? – спросила Нэнси у сотрудника отеля.

– Нет, – ответил администратор. – Но, полагаю, вы можете найти его номер в телефонном справочнике Нью-Йорка. Он сказал, там есть его рабочий адрес.

Нэнси была разочарована. Она не сомневалась, что это Хоелт оставил в библиотеке гексаграмму, нарисованную на листке бумаги, – но тогда у него должна была быть какая-то связь с Пенсильванией…

И тут Нэнси пришла в голову другая идея: она решила представиться и сообщить работнику отеля, что подозревает мистера Хоелта в сомнительной коммерческой сделке.

– Возможно, вы могли бы оказать мне помощь, – произнесла Нэнси. – Может, у вас остались какие-то его счета или записи о междугородних звонках?

– Я могу посмотреть, – сказал администратор и направился в кабинет. Вскоре он вернулся. – Три дня назад мистер Хоелт звонил в Ланкастер, в штате Пенсильвания, – сообщил он. – Я помню, он долго разговаривал. И по тону, как будто бы кого-то обвинял…

Сердце Нэнси быстро забилось. Пенсильвания!

– А у вас зафиксирован номер, куда он звонил? – спросила Нэнси.

– Оператор сказал, звонили на телефон-автомат, – ответил мужчина. – Я могу дать вам номер, но, боюсь, это вряд ли поможет.

Нэнси поблагодарила служащего отеля и покинула «Пиквик-Армс». Она была ужасно довольна. Глаза ее радостно блестели. Она обожала новые загадки!

Определенно это Роджер Хоелт украл ценные предметы из особняка Фоллеттов. Причем случилось это всего день или два назад. А в Пенсильванию он звонил, возможно, для того, чтобы попросить кого-то из сообщников помочь в перевозке мебели.

«Нужно заглянуть в полицейский участок, пусть Макгиннис проверит, нет ли по Роджеру Хоелту какой-либо информации», – решила Нэнси.

Старый друг, капитан полиции Ривер-Хайтс, тепло приветствовал юную сыщицу, когда та вошла в его кабинет.

– О, Нэнси, – усмехнулся Макгиннис, – неужели начала новое расследование?

– Можете не иронизировать, – сказала Нэнси. – Да, я приступила к очередному делу. Мне нужна информация о Роджере Хоелте. Вполне возможно, что он проживает в Нью-Йорке.

Макгиннис прошел к картотеке и быстро просмотрел карточки.

– Есть, – сказал он. – Роджер Хоелт, рост шесть футов, стройный, темноволосый, глаза карие, нос немного заостренный; небольшой шрам на подбородке; приятные манеры; женат. Детство провел в Ланкастере, штат Пенсильвания. Это тот, кто вам нужен, юная леди?

– Похоже, что это он.

– Был пойман на краже драгоценностей; отбывал тюремный срок за ограбление ювелирных магазинов. Сорвал большой куш прямо здесь, в Ривер-Хайтс, – сказал шеф Макгиннис, передавая Нэнси фотографию. – Сейчас он на свободе.

Изучив снимок, Нэнси рассказала Макгиннису, в чем подозревает Роджера Хоелта.

– Миссис Тенни составила список пропавшей мебели из особняка Фоллеттов? – спросил шеф полиции.

– Нет.

Нэнси позвонила соседке и попросила ее переговорить с Макгиннисом. Капитан пообещал направить в особняк Фоллеттов двух полицейских, которые должны были там все хорошо осмотреть, а миссис Тенни должна была посвятить их во все детали происшествия.

– И составьте полный список пропавших вещей, – велел ей Макгиннис.

Когда шеф полиции закончил разговор, Нэнси сообщила ему, что собирается поехать в Ланкастер и поискать там вора и пропавшую мебель.

– Кто знает, может, ты найдешь его раньше нас, – сказал Макгиннис, прощаясь с Нэнси.

Дома ее приветливо встретили отец, известный адвокат Карсон Дрю, и Ханна Груэн, экономка и помощница по дому, заменившая Нэнси мать.

– Нэнси, ты когда-нибудь бываешь голодной? – спросила Ханна. – Мы ждем тебя на ужин целый час.

Нэнси извинилась за опоздание и, пока длился ужин, рассказала домашним о таинственной пропаже вещей из старого особняка и событиях сегодняшнего дня, которые ее задержали.

– Миссис Тенни хочет, чтобы я поехала в Ланкастер и нашла доказательства того, что ее кузен вывез из особняка их тетки всю дорогую мебель. Я собираюсь туда поехать – это на юге Пенсильвании, голландская ее часть, – но я убеждена, что преступление совершил совсем другой человек, а именно Роджер Хоелт.

Нэнси достала из сумочки рисунок, на котором был изображен странный колдовской символ.

– Думаю, это послужит мне ключом к разгадке, – сообщила она отцу и Ханне. – Я уверена, что именно ради этого символического рисунка злоумышленник – а я думаю, что это Хоелт – вернулся сегодня в особняк. Только он опоздал. Символ Дерева ведьм попал ко мне, а не к нему.

Карсон Дрю одобрил план дочери, согласившись с тем, что поездка в Пенсильванию поможет расследованию. Однако он предупредил, что путешествие может быть опасным, и предложил дочери взять с собой подруг – Бесс и Джордж.

– Прекрасная идея! – воскликнула Нэнси. – Я позвоню им прямо сейчас.

Бесс и Джордж, кузины, с которыми она была очень дружна, загорелись идеей поездки и, не теряя времени, получили разрешение от своих родителей.

Когда план путешествия был всесторонне оговорен, Нэнси пришла помочь Ханне с посудой.

– А где Того? – спросила она у домработницы, поискав глазами своего резвого терьера, который во время ужина обычно лежал под столом.

– О, я выпустила его погулять незадолго до твоего возвращения, – ответила Ханна. – Но лучше его позвать, что-то он загулялся.

Нэнси вышла на задний двор и свистнула. Терьер не отозвался, и она забеспокоилась. Пройдя к фасаду дома, Нэнси позвала песика еще раз, но и в этот раз не услышала ответного лая. Улица была пуста.

Мимо дома медленно проехал какой-то автомобиль, и как раз в этот момент Нэнси услышала тявканье Того. Пес выбежал со двора соседнего дома и с радостным лаем бросился через улицу к Нэнси.

– Стой! – закричала она, увидев, что автомобиль, ехавший до этого спокойно, неожиданно развернулся и, резко набрав скорость, понесся прямо на терьера.

– Того! – крикнула Нэнси, однако, прежде чем смогла что-то сделать, услышала жалобный собачий визг.

Автомобиль пронесся мимо, а Нэнси бросилась к песику, лежавшему на дороге.

Она с беспокойством наклонилась над Того и принялась осматривать его. К счастью, терьер не пострадал, а единственная рана на его бедре оказалась не опасной. Того довольно живо поднялся, встряхнулся и лизнул руку хозяйки. Нэнси была невероятна рада, что любимый питомец жив и здоров.

Она внесла песика в дом и обработала его рану антисептиком.

– Водитель намеренно пытался сбить Того! – сообщила Нэнси Ханне. – Я так испугалась, что даже не запомнила его номер.

Ханна нахмурилась:

– А ты не думаешь, Нэнси, что этот символ Дерева ведьм уже начал работать?

– Ну что ты, Ханна! Мы же современные люди. Не будем же мы верить во все эти символы и заклинания ведьм. – Она улыбнулась и пояснила: – Подобные знаки когда-то использовались для защиты от злых духов, теперь их развешивают под коньками крыш разных хозяйственных построек. Некоторые люди даже используют их в своих домах.

– Может, и так. Но мне кажется, разумнее было бы тебе отказаться от поездки, – настаивала Ханна. – Пусть полиция беспокоится об ограблении. Тебе лучше никуда не ездить.

– Но почему, Ханна?! Я же пообещала миссис Тенни помочь с расследованием, – возразила Нэнси с улыбкой. – И кроме того, у меня будет возможность попрактиковать в тех местах свой немецкий.

Закончив говорить по телефону, к ним присоединился мистер Дрю. Нэнси рассказала отцу о происшествии с Того, и мистер Дрю порадовался за песика, что тот отделался всего лишь легким ранением. Ханна поделилась с отцом Нэнси своими опасениями насчет ее путешествия, но адвокат поддержал дочь.

– Я бы не стал тревожиться из-за этого символа. Мы же образованные, умные люди и не верим в колдовство. Если Нэнси будет осторожна во время путешествия, я думаю, все пройдет хорошо.

На следующее утро, когда Нэнси уже была готова отправиться в путь, ей доставили заказное письмо.

– Не нравится мне это, – проворчала Ханна, передавая Нэнси конверт, на котором значилось, что отправление было сделано из Монтвиля, городка, расположенного в двадцати милях от Ривер-Хайтс.

Нэнси быстро надорвала конверт и вынула послание с уже знакомым ей символом Дерева ведьм и единственной напечатанной под ним крупным шрифтом фразой: «ОСТАВАЙСЯ ДОМА».

Глава третья

Простое украшение

Нэнси была взволнована, но не напугана. Если письмо отправил человек, обворовавший особняк Фоллеттов, значит, он знал, что она едет в голландскую часть Пенсильвании. Монтвиль располагался как раз по дороге в Ланкастер, и Нэнси надеялась, что правильно определила место, где надо искать вора.

Когда же Ханна снова призвала ее остаться дома, Нэнси ответила ей:

– Меня это послание не пугает.

Поцеловав экономку, она села в свою машину и через несколько минут уже была у дома одной из двух своих кузин, привлекательной голубоглазой блондинки Бесс Марвин.

– Я слышала, голландская Пенсильвания славится своей кухней. Интересно, чем нас там угостят? – с воодушевлением воскликнула Бесс, садясь в машину. Ей не терпелось начать путешествие, и она этого не скрывала.

Вторая кузина Нэнси, темноволосая, стриженная под мальчишку Джордж Фейн, живущая недалеко от Бесс, устраиваясь рядом, заметила:

– Чудесный день для начала нового расследования! И для отдыха погода подходящая, согласны?

Нэнси засмеялась.

– Расскажи нам о деле, – попросила Бесс. – Надеюсь, оно не опасное? – добавила она.

Пока они ехали, Нэнси рассказала подругам о таинственном исчезновении антикварной мебели из особняка Фоллеттов и о том, как она нашла гексаграмму с символом Дерева ведьм. Услышав это, Бесс с беспокойством спросила:

– Ты в них веришь?

– Нет, – заверила ее Нэнси. – Но думаю, там, куда мы едем, осталось немало людей, которые до сих пор считают, что могут при помощи таких магических знаков кого-то проклясть.

Через несколько часов подруги начали замечать, что по дороге им все чаще встречаются голландские гексаграммы – в основном на амбарах, сараях и других хозяйственных постройках. Даже Бесс пришлось признать, что всевозможные рисунки в круге с использованием птиц, звезд и крестов не выглядят устрашающе, а, напротив, очень даже красочные и привлекательные.

Заметив под крышей одного из сараев очередной «колдовской символ», Нэнси остановила машину, чтобы расспросить о нем приятного симпатичного толстяка, трудившегося рядом с постройкой.

Толстяк улыбнулся и ответил:

– Это просто украшение. Для красоты.

– Какой-то символический знак, что-то связанное с суевериями? – спросила Бесс.

Мужчина покачал головой:

– Обычное украшение. Хотя некоторые считают, что ими можно защититься от темных сил. Но я думаю, это глупости.

Девушки поблагодарили мужчину и продолжили путь.

– Какой у него смешной диалект, – со смехом заметила Джордж. – Предчувствую, у нас могут возникнуть трудности с пониманием языка местных жителей.

Нэнси согласилась:

– Если мы их не поймем, то сообщим им об этом.

Девушки ехали по красивой местности с аккуратными, ровными, хорошо ухоженными полями, засеянными кукурузой, картофелем и табаком, и удивлялись хозяйственности и практичности местных жителей. Приусадебные хозяйства и огороды, с произраставшими на них всевозможными овощами, фруктовыми деревьями и прекрасными цветами – бегониями, геранью, петушиным гребнем – радовали глаз.

– А где дом мистера Альфа Зинна? – спросила Джордж.

– За пределами Ланкастера, в той части, где живут амиши, – ответила Нэнси.

– Я ничего не знаю про амишей, расскажи о них. – попросила Бесс.

Нэнси вкратце пересказала подругам то, что узнала от миссис Тенни о поселениях амишей в голландской части Пенсильвании, и объяснила, что все они – последователи религиозного движения, основанного на буквальном и строгом толковании Библии. Есть два типа амишей – старого обряда, не допускающие в своей жизни использования ни электричества, ни какой-либо техники или машин, и амиши нового обряда – с менее строгими правилами жизни. Они допускают использование электричества, автомобилей и даже телефонов.

После обеда девушки достигли окраины Ланкастера. Нэнси заглянула в карту.

– Думаю, вот эта боковая дорога как раз ведет к ферме мистера Зинна, – сказала она. – Миссис Тенни дала мне довольно общие указания. Давайте попытаемся его найти.

Они не проехали и мили, когда почувствовали, что автомобиль стало время от времени заносить. Нэнси сбавила скорость и, нахмурившись, произнесла:

– Забавно. Что это с моей машиной? В ней бензина полный бак. Что с ней происходит?

Не успела она закончить фразу, как внезапно мотор заглох и кабриолет Нэнси с пыхтением остановился. Подруги обескураженно осмотрелись по сторонам: вокруг не было ни одной жилой постройки, только бескрайние поля с насаждениями.

Нэнси вышла из автомобиля, подняла капот и стала искать причину поломки. Однако ничего не нашла и объявила подругам:

– Кажется, мы застряли.

– Это работа гексаграммы! – воскликнула Бесс. – Символ Дерева ведьм начал действовать.

Нэнси засмеялась:

– Если это так, то я не позволю этой гексаграмме действовать долго. Обещаю, что починим машину и продолжим путь.

– Лучшее, что мы можем сейчас сделать, – заметила Джордж, – это дождаться попутки и попросить, чтобы нас отбуксировали до ближайшего автосервиса.

Нэнси кивнула:

– Согласна. Тем более что на ближайших фермах живут строгие амиши – они никогда не имели дела с автомобилями и понятия не имеют, как их чинить.

Прошло около десяти минут, но ни одного автомобиля на дороге не появилось.

Внезапно Джордж воскликнула:

– Вон там кто-то идет!

Нэнси и Бесс увидели идущую вдалеке девушку, одетую в длинное, простое черное платье с белым передником. Девушка, вероятно, была из общества амишей, потому что на голове у нее был черный чепец, а на плечах – белая косынка.

– Может, она знает кого-то, кто сможет нам помочь? – спросила Бесс.

К удивлению подруг, когда девушка подошла ближе, они увидели, что она очень молода, ей вряд ли было больше шестнадцати лет.

Нэнси поспешила ей навстречу и, приветливо поздоровавшись, сообщила о проблеме с автомобилем.

– Наш транспорт неожиданно заглох, а мы не знаем, в чем проблема. Ты, случайно, не знаешь кого-нибудь, кто мог бы нам помочь?

Хорошенькая девушка с огромными карими глазами и длинными ресницами доброжелательно улыбнулась и с сочувствием произнесла:

– Сожалею о ваших неприятностях. Вы в наших местах проездом?

Нэнси назвала свое имя, представила Бесс и Джордж и сообщила, что они прибыли сюда сегодня из Ривер-Хайтс.

– Я иду из Ланкастера. Меня зовут Мэнда Кройц.

– Из Ланкастера! – воскликнула Джордж. – Пешком? Он же более чем в десяти милях отсюда!

Мэнда кивнула:

– Мне нравится ходить пешком. И я знаю короткий путь через поля. – Неожиданно ее лицо опечалилось. Она со вздохом пояснила: – Я иду домой… Правда, сомневаюсь, что отец позволит мне остаться. Уверена, что он велит возвращаться назад.

Нэнси и ее кузины, пораженные этим сообщением, округлив глаза, уставились на Мэнду. Им ужасно захотелось расспросить девушку о том, что произошло, однако они боялись смутить ее своими вопросами. Но, очевидно, Мэнда по какой-то причине прониклась доверием к подругам и сама рассказала свою историю:

– Я выросла в семье строгих амишей, а когда окончила восьмой класс, захотела уйти из дома, чтобы учиться дальше, больше узнать о том, что происходит в мире. Правда, мой отец был против. Он хотел, чтобы я оставалась дома и работала на ферме… А я не послушала его. Три месяца назад я сбежала из дома в Ланкастер. Там я днем работала в пекарне, а по вечерам посещала вечернюю школу… Но недавно я подумала, что совершила ошибку. Зря я сбежала! На нашей ферме мне жилось хорошо, я не чувствовала никакой нужды… Но я этого не ценила. Я так скучаю по дому, по своим родным! – добавила она со слезами на глазах. – Только, боюсь, отец больше не позволит мне жить на ферме.

Нэнси, Бесс и Джордж принялись успокаивать Мэнду, уверяя ее, что все будет хорошо и ее отец не будет к ней строг. И когда Мэнда немного повеселела, Нэнси снова спросила ее, не знает ли она кого-то поблизости, кто бы мог починить машину.

– Кажется, знаю. Рудольф может вам помочь. Он живет на расстоянии одной мили отсюда.

Мэнда предложила девушкам подождать ее здесь, пока сама сходит за механиком Рудольфом. Но Нэнси сказала, что хочет пойти вместе с ней и воспользоваться возможностью больше узнать об амишах и их обычаях.

А Бесс и Джордж присмотрят за машиной.

По дороге Мэнда продолжила свой рассказ:

– Папа боится, что если я слишком многому научусь, то больше не буду настоящей амиши. Но он не прав. Я просто не хочу так строго, как он, придерживаться правил. В нашем доме и вообще на нашей ферме нет никаких удобств. А я считаю, что это глупо. Мои родители очень тяжело работают. У нас совсем нет никаких книг, кроме нашей немецкой Библии и «Габрауха Буха». А я ужасно любознательная. В мире так много интересного!

– «Габраух Бух»? Что это? – спросила Нэнси.

– Это старинная книга, которая учит искусству магического исцеления болезней путем наложения рук, – пояснила Мэнда. – Не каждый может усвоить эти знания. Но моя мама смогла! – с гордостью сказала она.

Вскоре показался фермерский дом, и Мэнда сказала, что именно здесь живет Рудольф, – а ее ферма расположена дальше.

– Почему бы тебе не подождать, пока мою машину починят, и мы отвезем тебя домой? – с улыбкой спросила Нэнси.

– Что ты! – испуганно возразила Мэнда. – У нас такие строгие законы! Нам нельзя пользоваться автомобилями. Если папа увидит меня в машине… Он меня ни за что не простит. Спасибо тебе, но я пойду пешком.

Девушки расстались, и Нэнси пошла по переулку к дому Рудольфа. Рыжеволосый молодой человек выглядел как типичный амиши – он был в красной рубашке из домотканой ткани, в черных брюках с широкими черными подтяжками и в черной шляпе с прямыми полями. Заметив Нэнси, он приветливо поклонился.

– Мэнда Кройц сказала, что вы опытный механик, – произнесла Нэнси. – У меня машина встала посреди дороги. А я не могу понять, в чем дело. Может, вы посмотрите ее?

– Конечно, – ответил Рудольф. – Сейчас захвачу инструменты, и мы подъедем к ней на моем автомобиле.

На несколько минут он исчез за домом, а затем выехал из ворот на своем транспорте.

Когда Нэнси представила молодого человека подругами, Рудольф спросил, обращаясь к Джордж:

– Почему вас так зовут? Вы же девушка.

Джордж усмехнулась и пожала плечами. Рудольф решительно отметил, что среди простых людей, к каким принадлежит он, мужчины носят мужские имена, а женщины – женские.

Джордж усмехнулась:

– А мне нравится носить мужское имя. К тому же оно немного другое.

Воздержавшись от комментариев, Рудольф очень энергично принялся осматривать кабриолет. В течение одной минуты он успел залезть под него и осмотреть дно, поковыряться под капотом, проверить работу приборной панели и зажигания и, наконец, объявил, что нашел проблему.

– Неполадки в коробке передач, – сообщил он и вскоре довольно быстро устранил поломку.

Подруги продолжили свой путь. А Нэнси, решив, что ехать в ту местность, где живет мистер Зинн, уже поздно, предложила Бесс и Джордж сделать остановку на ночь.

– Кроме того, я бы хотела заехать на ферму к Кройцам и посмотреть, как приняли Мэнду. Если ее отец действительно такой суровый, как она рассказала, то, боюсь, он может не разрешить ей остаться. В этом случае мы заберем ее с собой.

Подруги легко нашли двор Кройцев. Семья жила в большом, просторном двухэтажном доме скромной постройки, с окнами, не закрытыми ни шторами, ни жалюзи. Во дворе имелись несколько хозяйственных построек разного назначения, а почти рядом с домом, на двух уровнях земли, располагался большой каменный сарай.

На стук Нэнси ответила заплаканная женщина.

– Вы миссис Кройц? – спросила Нэнси, улыбнувшись.

Женщина молча кивнула.

– А Мэнда дома? – задала Нэнси следующий вопрос.

– Вы знаете Мэнду? – удивилась женщина.

Нэнси ответила, что встретила ее сегодня на дороге, и рассказала всю историю их знакомства.

Внезапно миссис Кройц расплакалась:

– Мэнда снова ушла. Отец был очень строг с ней. Сказал, что раз она может жить с другими людьми, то пусть и уходит к ним. А членам семьи запретил с ней разговаривать и принимать ее у себя.

«Какой ужас», – подумала Нэнси.

– У нас с мужем шестеро сыновей. Все они женаты, и у каждого есть своя собственная ферма, – пояснила миссис Кройц. – Но отец – глава клана, и мы подчиняемся ему. – Миссис Кройц с мольбой посмотрела на Нэнси. – Может, муж вас послушает? Вы не принадлежите к нашей семье. А я знаю, что он ужасно расстроен из-за того, что единственная дочь ушла из дома. Но он ни за что не признается в этом. Пожалуйста, поговорите с ним. Он здесь рядом, работает за сараем.

Нэнси согласилась, хотя и не надеялась убедить мистера Кройца. Бесс и Джордж присоединились к ней, и все трое направились во двор.

Отец Мэнды, настоящий великан с длинной бородой, румяным лицом и светлыми, выгоревшими на солнце волосами, чистил один из отсеков в загоне для скота, в котором содержались огромные черные быки. Услышав, что к загону кто-то подходит, мистер Кройц поднял голову, и в то же мгновение стоящий рядом с ним огромный бык кинулся на него и, ударив рогами, сбил с ног.

Глава четвертая

Нэнси действует

Бесс закричала. А бык, придя в еще бо´льшую ярость, опустил голову и, раздувая ноздри, приготовился второй раз напасть на мистера Кройца, лежащего без чувств на земле.

Тогда Бесс закричала сильнее. Это подействовало на быка: он на мгновение замер и остановился.

– Быстро, дайте мне ведро! – воспользовавшись замешательством быка, воскликнула Нэнси и показала на стоящие возле сарая ведра с водой.

Схватив ведро, она окатила из него быка, и тот, ненадолго ослепнув, остановился и замер на месте. Однако, придя в себя, животное еще больше рассвирепело и метнулось к неподвижно лежащему фермеру. На этот раз быка остановила Джордж, выплеснув на него воду из другого ведра.

– Встань у ворот и будь готова открыть их, как только я скажу! – крикнула Нэнси, обращаясь к Бесс, а сама просунула руки между досками загона и, схватив мистера Кройца за рубашку, потащила к воротам.

Бык в замешательстве отступил.

– Открывай! – крикнула Нэнси.

Требование тут же было выполнено, и Нэнси с подбежавшей к ней Джордж выволокли раненого фермера из загона на безопасное место.

Бесс стремительно захлопнула ворота и заперла их. Сделала она это очень вовремя, так как взбешенный бык, опустив голову, как раз понесся прямо на ворота, собираясь протаранить их рогами. К счастью, опоры загона оказались крепкими, и животному пришлось отступить.

Смочив в воде носовой платок, Нэнси наклонилась над мистером Кройцем и приложила платок к его лбу. В тот же миг фермер открыл глаза.

– Где я? – спросил он.

– Вы с друзьями, – ответила Нэнси. – Полежите тихонько какое-то время, и вам станет немного лучше.

Мистер Кройц закрыл глаза, однако через минуту снова открыл их и сел, глядя на девушек. Бык все еще бился о ворота загона, и фермер, услышав это, вероятно, вспомнил о том, что с ним случилось.

– Как я сюда попал? – спросил он слабым голосом.

– Мы вытащили вас за ворота, – ответила Джордж.

– Если бы не Нэнси, бык бы вас убил.

– Ах, я вспомнил… – сказал мистер Кройц, садясь поудобнее. – Я заметил вас перед тем, как на меня налетел бык.

Подруги помогли фермеру встать на ноги и дойти до кухни.

– В чем дело? – воскликнула миссис Кройц.

Бесс рассказала ей о случившемся, и женщина расплакалась.

– Все будет хорошо, – заверила ее Нэнси.

Немного успокоившись, миссис Кройц пригласила всех к столу. Гостьи с любопытством осматривали кухню: одну ее стену полностью занимал очаг каменной кладки с традиционной голландской печью и с висевшими над ним медными котелками разных размеров. Внутри очага, по центру, был подвешен огромный котелок, из которого миссис Кройц разлила дымящуюся похлебку и поставила перед мужем и девушками. Голый деревянный пол из широких досок был вычищен до блеска. Рядом с печью находился ящик с дровами, сложенными здесь, вероятно, для того, чтобы разводить огонь в очаге и готовить на нем еду. Также в кухне имелась старинная раковина, но без сантехники – вода в нее, по всей видимости, поступала каким-то особым путем.

– Чувствую себя лучше, – объявил мистер Кройц, отодвигая опустевшую миску. – А теперь, девушки, назовите ваши имена и расскажите, как вы здесь оказались.

Подруги представились. А миссис Кройц быстро сказала:

– Может, сначала поужинаем?

– Да, давайте поедим, – согласился фермер.

Девочки с готовностью начали помогать миссис Кройц накрывать на стол: здесь были и домашние сыры – коричневые, желтые и белые; и желе из красного, черного и белого винограда; огромное блюдо с ломтями пышного домашнего хлеба; повидло из яблок; томленые персики и вишня, маринованный лук и дыня, всевозможные сладости. Из горячих блюд был пирог с крольчатиной.

Когда все расселись на скамьях за длинном деревянным столом, мистер Кройц произнес благодарственную молитву и, прежде чем приступить к ужину, спросил:

– А где Мэнда? Почему ее нет на месте?

Его жена тихо ответила:

– Она снова ушла.

Мистер Кройц с задумчивым видом отвернулся к окну. Его еда оставалась нетронутой, гости тоже притихли, не решаясь пробовать угощение.

– Ешьте же, что вы не едите! – резко сказал мистер Кройц.

Нэнси, Бесс и Джордж, все еще чувствуя неловкость, стали понемногу пробовать стоящие перед ними блюда. Миссис Кройц, которая тоже пока ни к чему не притронулась, произнесла:

– Тебе повезло, что эти милые девушки оказались рядом, когда на тебя налетел бык.

– Да, это правда. Спасибо, – поблагодарил он кратко.

Чтобы снять напряжение, Бесс сказала:

– Я первый раз в жизни видела быка. Надеюсь, что больше никогда не увижу.

Наконец хозяева принялись за еду, и гостьи тоже осмелели и стали с аппетитом пробовать то одно, то другое угощение.

– Вы едите как городские жители, у вас скромный аппетит, – заметила миссис Кройц.

– Ну про Бесс этого не скажешь, – пошутила Джордж, кивнув в сторону пухленькой кузины, которая потянулась за куском пирога.

– Амишам нравятся пухленькие девушки, – заметил мистер Кройц.

Когда ужин закончился и подруги помогли убрать со стола посуду, Нэнси объявила, что им пора уходить.

– Вы хотели, чтобы я поговорила с мистером Кройцем о Мэнде, – шепнула она хозяйке.

– Я это улажу, – сказала жена фермера и позвала мужа: – Ты позволишь девушкам у нас переночевать?

Мистер Кройц кивнул:

– Да, в знак благодарности за то, что спасли мне жизнь.

Миссис Кройц повернулась к Нэнси и сказала:

– Поговорите с ним о Мэнде. Все будет хорошо.

Мать Мэнды больше ничего не объяснила, но Нэнси догадалась, что если амиши дают слово, то держат его, а это значило, что даже если мистер Кройц рассердится из-за разговора, то она с подругами все равно проведет ночь в его доме. Нэнси села рядом с фермером и заговорила:

– Мы сегодня встретили вашу дочь, когда ехали сюда. И она нам рассказала, что возвращается к вам, потому что очень соскучилась. Она сказала, что хотела бы снова жить в родном доме.

Мистер Кройц с беспокойством поерзал в своем кресле, затем произнес:

– Мэнда непослушная дочь. У амишей существуют правила, и дети не должны их нарушать. С детства мы учим их почитать Бога и много работать. Мы не выходим в мир, чтобы заработать деньги. На наших фермах все есть. Мы ни у кого ничего не просим, – продолжил он с гордостью. – Главное для нас – безопасность. И это совсем не деньги, а наши семьи – наша религия, наши земли и фермы.

Какое-то время Нэнси обдумывала его слова, затем сказала:

– Вы говорите, что частью вашей безопасности является ваша семья. Но разве вы не были бы счастливее, если бы все члены семьи были вместе?

Мистер Кройц взглянул на Нэнси и произнес:

– А ты мудрее своих лет. В твоих словах есть здравый смысл.

Нэнси с нетерпением ждала продолжения разговора. К ее удивлению, мистер Кройц спросил, что привело ее с подругами в их места. И Нэнси рассказала о краже в особняке Фоллеттов, пояснив, что подозревает, что вор может жить где-то недалеко от Ланкастера. Она также описала гексаграмму с Деревом ведьм, которую нашла в особняке.

Мистер Кройц покачал головой:

– Вы такая милая девушка, я не могу понять, как ваш отец позволяет вам заниматься такими вещами. Вам положено быть дома – заниматься хозяйством, готовить еду, следить за чистотой.

Услышав это, Бесс и Джордж присоединились к разговору и рассказали мистеру Кройцу и его жене о прекрасных достижениях Нэнси.

– Нэнси помогла многим людям вернуться в семьи, – добавила Бесс. – Помирила их между собой.

Немного помолчав, фермер сказал:

– Если вам под силу делать такое, то, пожалуйста, найдите мою дочь и приведите домой. Я хочу, чтобы Мэнда жила с нами.

Нэнси пообещала, что сделает все возможное.

– Но имейте в виду, мне совсем не нравится, что девушка занимается детективными расследованиями, – продолжил мистер Кройц уже немного повеселев. – Если вы найдете Мэнду, то я, возможно, и изменю свое мнение. Расскажите мне, что вы делаете во время расследования.

– Если вы уже чувствуете себя достаточно хорошо, чтобы выйти на улицу, я буду рада дать вам урок, – сказала Нэнси, объяснив, что они могут поискать на ферме подсказки, которые укажут, куда могла пойти Мэнда.

Мистер Кройц заметил, что если он немного разомнется, то, вероятнее всего, и в самом деле почувствует себя лучше.

Фермер зажег керосиновый фонарь и вывел девушек во двор дома. Миссис Кройц присоединилась к ним.

Все вместе прошли на маслодельню, поразившую подруг безупречной чистотой. Однако никаких признаков того, что Мэнда могла в ней заночевать, они не обнаружили. Тогда гостьи и хозяева направились в амбар, где хранилось сено. Нэнси хорошенько обследовала каждый уголок, осветив его фонарем и осмотрев все щели в полу, но в амбаре они ничего не нашли.

– Здесь нет никаких следов. И удивительно, какая же здесь чистота! – заявила Бесс.

Миссис Кройц улыбнулась:

– Мы проводим в амбаре религиозные службы, когда к нам съезжается много людей, – пояснила она. – Возможно, поэтому в наших сараях и амбарах порой чище, чем в домах.

– Могу я осмотреть чердак? – спросила Нэнси. – Помню, в детстве я как-то гостила на одной ферме и забралась на чердак, чтобы уединиться там и поплакать, когда сильно ударилась. Может, Мэнда тоже спряталась на чердаке?

– Идемте, – сказал фермер.

Нэнси поднялась по лестнице на чердак, а через несколько мгновений взволнованно крикнула:

– Я кое-что нашла!

Она спустилась вниз с листком бумаги. Бесс и Джордж ахнули, увидев на нем надпись «Дерево ведьм».

– Вы что-нибудь знаете об этом? Вы когда-нибудь слышали о Дереве ведьм? – спросила Нэнси у фермеров.

Она наблюдала за выражением их лиц, когда они читали странные слова. Но на ее вопрос они лишь пожали плечами.

– Думаете, это имеет отношение к Мэнде? – спросил мистер Кройц.

– Возможно, – ответила Нэнси. – Это листок очень похож на тот, что я нашла в особняке Фоллеттов.

Осмотрев оставшиеся постройки на ферме и не найдя подсказки о местонахождении Мэнды, супруги Кройц и их гостьи вернулись в дом. Все уже хотели спать и чувствовали усталость. Девушкам отвели две комнаты наверху, такие же скромные и малообставленные, как и все помещения на первом этаже. В каждой комнате были лишь двуспальная кровать, два маленьких деревянных стула, небольшой сундук и перегородка, за которой можно было повесить одежду.

В свете свечей подруги увидели, что вся мебель расписана веселыми узорами с голубями и цветами, а кровати покрыты такими же яркими одеялами в стиле пэчворк из красных, зеленых, фиолетовых, желтых и черных лоскутов.

Нэнси спала одна в комнате и уснула моментально, как только легла в постель. Утром ее разбудил петух. Она поднялась, умылась и сразу начала размышлять над двумя загадками, с которыми столкнулась накануне. Она была чрезвычайно заинтригована посланием, найденным на чердаке Кройцев. Как оно туда попало? Что бы это значило? И какая связь между Мэндой и Хоелтом? Неужели они встречались?

Спустившись вниз и войдя в уютную кухню, она спросила мистера и миссис Кройц, доводилось ли им когда-нибудь слышать о Роджере Хоелте.

Фермер сказал, что когда-то был знаком с ним.

– Когда-то он жил в Ланкастере. Он был мальчишкой, когда я поймал его в нашем сарае – он пытался украсть мои инструменты. Думаете, это тот же самый человек?

Нэнси ответила, что уверена в этом, потому что узнала от полиции, что Роджер Хоелт когда-то жил в Ланкастере, а недавно был заключен за воровство в тюрьму в Нью-Йорке.

– Я подозреваю, что именно он украл антикварную мебель из особняка Фоллеттов и случайно уронил листок с изображением Дерева ведьм. Хоелт знает, что я его ищу, и пытается помешать мне продолжить расследование.

Бесс выдвинула предположение, что это именно Хоелт, а не Мэнда оставил на чердаке послание с надписью «Дерево ведьм».

– Он все еще пытается тебе навредить, Нэнси, – сказала она взволнованно.

Но Нэнси сомневалась в этом – откуда ему было знать, что они заедут в дом Кройцев.

Взглянув на Бесс, фермер ответил:

– Амиши не верят в проклятия. Но на территории Америки где-нибудь в глубинке есть поселения людей, которые практикуют колдовство.

– Не все эти люди живут в глубинке, – возразила миссис Кройц. – Как-то я разговаривала на рынке с миссис Дистер, и она рассказала мне, что в городе есть люди – в основном это девушки и женщины, – которые тайно практикуют колдовство. И они могут сильно навредить тем, кто пытается что-то них разузнать.

Нэнси улыбнулась.

– Не волнуйтесь. Ни я, ни мои подруги не верим в такие вещи, – сказала она, выразительно посмотрев на Бесс.

После завтрака Нэнси, Бесс и Джордж помогли миссис Кройц убрать на кухне, а затем сказали, что им пора идти. Когда они появились на кухне с чемоданами, миссис Кройц удивленно воскликнула:

– Вы берете с собой вещи! Может, вы оставите их у нас, пока занимаетесь расследованием?

– Мы не хотим вас стеснять, – сказала Нэнси, улыбнувшись.

Положив руки на бедра, миссис Кройц тоже улыбнулась и решительно сказала:

– Как вы смотрите на то, чтобы приходить к нам каждый день на ужин и рассказывать, что вам удалось узнать о нашей дочери?

– На таких условиях мы принимаем ваше приглашение, – сказала Нэнси, а сама подумала, что им придется хорошенько постараться, чтобы отыскать Мэнду Кройц. Но она не показала своей неуверенности, хотя и чувствовала, что в этот раз Мэнда могла действительно уйти в неизвестном направлении.

Глава пятая

Удивительная находка

– Мы направляемся в Ланкастер, – объявила Нэнси подругам, когда они отъехали от фермы Кройцев. – Сначала я бы хотела поискать Мэнду.

– Предлагаю проверить пекарни, – сказала Бесс. – Жду не дождусь, когда мы заглянем хотя бы в несколько, – добавила она, смеясь.

Добравшись до Ланкастера, подруги нашли в городском телефонном справочнике адреса местных пекарен, а затем заехали в каждую, задавая один и тот же вопрос: работала ли у них Мэнда. Везде они получали отрицательный ответ, пока не достигли пекарни Штуммов.

Миссис Штумм сказала, что еще два дня назад Мэнда работала у них.

– Но после этого она ушла. Возможно, она пошла домой. А возможно, согласилась устроиться в услужение к людям, которые сюда недавно заезжали.

– Что это за люди? – спросила Нэнси. – Вы можете их описать?

– Какая-то семейная пара. Думаю, что они не местные. Вероятно, из общины амишей, – ответила женщина. – Я поняла из их разговора, что они недавно переехали на ферму в тех местах и хотели бы, чтобы амишская девушка помогала им по дому.

Нэнси поинтересовалась, слышала ли когда-нибудь миссис Штумм, чтобы Мэнда упоминала Дерево ведьм. Женщина удивилась и отрицательно покачала головой.

Поблагодарив миссис Штумм за информацию, Нэнси купила пакет пончиков и ушла. Подругам же она сообщила, что, вероятнее всего, Мэнда устроилась помощницей в дом к какой-то семейной паре.

Заглянув еще раз в телефонный справочник, Нэнси выписала все контакты местных риэлторских контор и предложила подругам разделиться и поискать следы незнакомцев, а позже встретиться у машины.

Однако никто не нашел никакой информации о том, что кто-то недавно приобрел ферму.

– Но один человек сказал мне, что старые фермы иногда переходят из рук в руки при прямой продаже. Будем продолжать искать. А теперь поедем к мистеру Зинну.

На этот раз за руль села Джордж, а Нэнси показывала направление. Вскоре они довольно легко нашли ферму Альфа Зинна.

– Скажем, что мы интересуемся антиквариатом, – предложила Нэнси, когда они входили в маленькое здание с надписью «Офис».

Когда Альфа Зинн появился в помещении, подруги сразу поняли, что его кузина была права на его счет: этот улыбчивый колобок обожал поесть. Но он совсем не походил на мошенника!

И тем не менее Нэнси решила действовать осторожно, особенно, когда он привел их в большое помещение, где на двух этажах хранилась мебель.

Нэнси успела шепнуть подругам, чтобы они отвлекли мистера Зинна, пока она проверит по списку, спрятанному у нее в сумочке, не хранятся ли тут вещи из особняка Фоллеттов. Кроме того, миссис Тенни дала ей полное описание столиков Джорджа Вашингтона.

Пока Нэнси бродила по мебельному складу Зинна, она успела заметить, что в основном здесь хранились вещи из сосны или клена, а столики, которые она искала, были из темного вишневого дерева. И вдруг в углу помещения она увидела маленький столик, который идеально соответствовал описанию!

Тем временем Бесс и Джордж расспрашивали мистера Зинна о старых оловянных кружках. Внезапно он обернулся, поискал Нэнси взглядом и спросил:

– А где ваша подруга?

– Может, она в одном из лофтов? – смущенно пролепетала Бесс.

Торговец антиквариатом посмотрел на кузин c подозрением:

– А она, случайно, не шпионит?

В этот момент Нэнси присоединилась к Бесс и Джордж.

– Нашли что-нибудь интересное? – спросил толстячок, пристально взглянув на нее.

– Да, меня заинтересовала одна вещица, – ответила Нэнси. – Маленький столик вишневого дерева, который стоит там, в самом углу.

Она прошла к тому месту, где обнаружила стол, и указала на него.

– А, этот! – воскликнул мистер Зинн. – Он совсем недорогой. Это копия, которую я сделал с настоящего антикварного столика Джорджа Вашингтона. Хочу заметить: отличная копия. Я ведь не только антиквар, но и краснодеревщик.

– А где настоящий столик? – спросила Джордж.

– На самом деле таких столов два, – сказал мистер Зинн. – Один в Ривер-Хайтс. А где его приятель, я понятия не имею. Я искал его и сделал много запросов, но не нашел. Я очень бы хотел его получить.

Девушки обменялись взглядами. Очевидно, мистер Зинн не знал, что у миссис Фоллетт было два таких стола.

– В одном из подлинных столов есть секретный ящик, – продолжил мистер Зинн с воодушевлением. – Но об этом никто не должен знать!

Нэнси, Бесс и Джордж выглядели пораженными. А знала ли об этом миссис Тенни? Может, именно поэтому она подозревала кузена в краже?

– Пожалуйста, а можно об этом поподробнее, – попросила Нэнси.

И мистер Зинн поведал подругам о том, что стол, о котором он упомянул, принадлежал его недавно умершей тетушке, миссис Саре Фоллетт, проживавшей в Риверт-Хайтс. Все ее имущество должно было быть разделено между ним и кузиной, миссис Тенни.

– Но, боюсь, нам трудно будет поделить мебель, – сказал мистер Зинн со вздохом. – Ведь мы оба хотим заполучить эти столики. Во всяком случае, я жду решения адвоката.

– Вы думаете, в секретном ящике что-то спрятано? – спросила Бесс.

– Нет, в том столе, который я купил для тети, ничего не было, – сказал мистер Зинн. – О секретном ящике я узнал совершенно случайно, пока стол еще находился у меня в магазине. Мой старый приятель из Ланкастера сказал, что читал об этих столах в какой-то книге, из которой узнал про потайной ящик. Он предложил мне его поискать. Мы обшарили все. Однако, когда наконец нашли ящик, выяснили, что ничего в нем нет.

– Какая досада, – сказала Джордж.

– Согласен. Вероятно, в другом столе что-то есть. Вот почему я хотел его найти, – заключил мистер Зинн.

Нэнси подумала, что справедливо будет рассказать мистеру Зинну о краже, и тогда по его реакции она узнает, кто он – талантливый актер или жертва преступления.

Она начала с того, что проживает с подругами в Риверт-Хайтс, а кузина мистера Зинна – ее соседка.

– Несколько дней назад миссис Тенни попросила меня сопроводить ее в особняк вашей тети. Но когда мы в него попали, выяснилось, что из библиотеки вынесли всю антикварную мебель, включая столики Вашингтона.

– Не может быть! – воскликнул мистер Зинн. Удивление его было совершенно искренним. – Столик украли?!

– Да, – сказала Нэнси. – Только не один столик, а два. Ведь в доме было два таких столика, и оба они принадлежали вашей тете.

– Да, однако подлинным был только один, – поправил ее мистер Зинн. – Другой я сам сделал для тети Сары.

Тогда Нэнси решила показать ему листок с символом Дерева ведьм. На что он сказал, что не раз видел такие изображения, они ему знакомы.

– Знаете ли вы Роджера Хоелта или, может, когда-нибудь слышали о нем? – спросила Нэнси.

Мистер Зинн задумался.

– Помню, в моем классе был парень по имени Хоелт. Мы вместе учились в старшей школе. Но, мне кажется, его звали не Роджер, – ответил он.

– Значит, люди с этой фамилией жили в этих местах?

Мистер Зинн рассеянно кивнул, а потом снова в сердцах воскликнул:

– Как же так! Украли всю антикварную мебель! Это же преступление!

Нэнси спросила, мог ли вор знать о секретном ящике в столе Вашингтона.

– Если он знал об этом, то это могло бы быть мотивом, – добавила она.

– Вполне возможно, – согласился мистер Зинн. – В случае, если он уже нашел другой подлинный столик и понял, что секретный ящик пуст. Он легко мог узнать, что у тети Сары два столика, а когда вывозил их из дома, прихватил оба, так как не мог отличить подлинный от не подлинного. Он просто был сбит с толку!

В этот момент в помещении появилась женщина, и мистер Зинн представил ее как свою жену. Она была такой же кругленькой, как ее муж, в пышной юбке, поверх которой был повязан светло-синий передник, и в симпатичной блузке, украшенной рюшами на воротнике и манжетах. Когда жена мистера Зинна улыбалась, на щеках ее приятного лица появлялись ямочки. Однако эта лучезарная улыбка моментально исчезла, как только миссис Зинн услышала новость о краже.

– Ох, дорогой, какое несчастье! Должно быть, ты сильно расстроен?

Ее муж попытался скрыть свое огорчение.

– Нельзя потерять то, что тебе не принадлежало, – сказал он. – И может, нам еще удастся их найти.

– Дорогой, я пришла сказать, что ужин готов, – произнесла миссис Зинн и добавила: – Нам было бы приятно, если бы вы, милые гостьи, согласились поужинать с нами.

– О, с удовольствием! – воскликнула Бесс.

Нэнси и Джордж, поблагодарив хозяйку, тоже приняли предложение.

Миссис Зинн провела гостей в дом, и девушки отметили, что он заметно отличался от скромного дома Кройцев. Красивые шторы на окнах, причудливые коврики в каждой комнате, цветы на подоконниках делали его очень уютным и веселым.

Миссис Зинн поставила на обеденный стол, накрытый скатертью с вышитыми на ней красными и синими голубями, еще три прибора, и все сели ужинать.

Между переменой блюд мистер Зинн спросил у Нэнси, Бесс и Джордж, где они остановились. И когда Нэнси ответила, что на ферме Кройцев, миссис Зинн нахмурилась.

– Кройц слишком строгий, – проворчала она. – Всегда все запрещал Мэнде – у нее не было никаких развлечений. И к тому же сказал, что сам выберет ей мужа! Из-за этого она и убежала. Вы же знаете, что она убежала?

Нэнси кивнула и добавила, что мистер Кройц хочет, чтобы дочь вернулась домой. А они обещали ему в этом помочь.

– Есть предположение, что Мэнда устроилась работать в дом к какой-то супружеской паре, недавно поселившейся в общине амишей. Так во всяком случае, решила владелица пекарни, где Мэнда работала, пока жила в Ланкастере, – сказала Нэнси.

Но супруги Зинн ответили на это, что не знают ни одной супружеской пары, поселившейся здесь недавно.

Через час Нэнси с подругами уже возвращались на ферму Кройцев. Бесс, взглянув в зеркало заднего вида, сказала, что, кажется, их преследует какая-то машина.

– Может, это опять связано с символом ведьм? – предположила она.

– Ерунда! – с возмущением возразила Джордж и попросила кузину не говорить глупостей.

Внезапно позади их кабриолета раздался гудок. Нэнси успела свернуть на автозаправку, уступив дорогу машине, которая пронеслась мимо с такой скоростью, что девушки даже не успели рассмотреть водителя – и только по длинной бороде и амишской черной шляпе, закрывавшей его лицо, они поняли, что он из местных.

– Этому сумасшедшему не до нас, – заметила Джордж.

Заправив автомобиль, подруги отправились дальше. Но на крутом повороте Нэнси внезапно резко нажала на тормоза: по всей дороге, прямо на их пути, валялись шлакоблоки, и не было никакой возможности их объехать!

Налетев на препятствие, кабриолет Нэнси сбил несколько шлакоблоков, и всех троих – и водительницу, и пассажирок – с силой выбросило вперед, при этом Бесс, сидящая посередине, ударилась головой о переднюю панель и потеряла сознание.

Глава шестая

Ведьмы

Нэнси быстро остановила машину, и они с Джордж вышли и уложили Бесс на переднее сиденье.

Взволнованные, они наклонились над подругой как раз в тот момент, когда веки Бесс дрогнули и она открыла глаза.

– О… Ну я, конечно, дала… Хотя моя голова, кажется, в порядке, – простонала Бесс и осторожно попыталась сесть, но тут же снова легла, приложив руку ко лбу.

– Мы все могли погибнуть! – возмущенно воскликнула Джордж. – Как можно допустить такое!

Нэнси заметила недалеко от обочины котлован, вырытый под строительство здания, и аккуратно сложенную рядом с ним груду шлакоблоков, и поняла, что препятствие, вероятнее всего, возникло на их пути совсем не случайно.

– Думаю, это было сделано намерено, – сказала она.

– Это проклятие гексаграммы! – пробормотала Бесс и снова попыталась осторожно сесть.

Нэнси и Джордж решили убрать блоки на обочину, чтобы освободить путь, и пока они этим занимались, Бесс наблюдала за ними через открытую дверцу автомобиля. Вдруг ее внимание привлек листок бумаги, зажатый между блоками. Бесс осторожно вышла из кабриолета и вытащила листок.

– Смотрите, что здесь написано! – крикнула она. – «Нэнси Дрю, в стране амишей не нужны ведьмы».

Нэнси и Джордж подбежали к Бесс.

– Это многое объясняет, – сказала Нэнси, перечитав записку.

– Держу пари, что человек, который пытался нас убить, – переодетый Роджер Хоелт. Он знал про эти блоки, вынес их на дорогу и оставил для нас послание.

– Ты права! – воскликнула Джордж. – Надо его догнать.

Быстро сев в машину, подруги возобновили погоню. По дороге Бесс подметила, что мужчину с такой внешностью найти будет довольно трудно.

– Будем смотреть на протекторы шин, – сказала Нэнси. – Пока что в пыли их очень хорошо видно. И дорога не сильно заезжена.

Однако по пути у Нэнси появилась новая версия. Она подумала, что Роджер Хоелт и его жена и есть та семейная пара, к которой устроилась на работу Мэнда.

– Ты имеешь в виду, что они изображают семейную пару амишей? – спросила Джордж.

– Да. Ведь он когда-то жил здесь. Поэтому ему легко это сделать.

– Согласна, – сказала Бесс. – Но у меня другой вопрос: как долго мы будем ориентироваться по следам шин?

– Пока не доберемся до шоссе. Если настигнем автомобиль до того, как выйдем на бетонку, – нам повезло, – ответила Нэнси. – Но если мы его так и не нагоним – то, считайте, мы его упустили.

Они проехали почти милю, но погоня не принесла результатов. Наконец Бесс предложила ехать на ферму Кройцев.

– У меня раскалывается голова, – сказала она.

– Почему же ты молчишь! – воскликнула Нэнси. – Мы сейчас же возвращаемся.

При въезде на ферму их встретила мать Мэнды.

– Удалось ли вам найти следы моей дочери? – спросила она, не скрывая беспокойства.

Выйдя из машины, Нэнси рассказала миссис Кройц о том, что, по их предположениям, Мэнда устроилась на работу к какой-то семейной паре, недавно поселившейся в общине амишей.

– Завтра мы поищем их, – пообещала Нэнси.

Когда подруги помогали Бесс выйти из салона, миссис Кройц воскликнула:

– Что-то произошло? Что с твоим лбом?

– Небольшая авария, – ответила Нэнси. – Мой кабриолет наехал на шлакоблоки, разбросанные по дороге. Я не успела затормозить.

И она рассказала матери Мэнды о случившемся, однако не упомянула о записке и подозрениях в отношении Хоелта.

Когда все вошли в дом, Джордж спросила:

– У вас найдется какое-нибудь средство, чтобы помочь Бесс? Она сильно ударилась головой.

– Да, у меня есть домашнее средство, – ответила миссис Кройц. – Сейчас я возьму «Габраух Бух» и поднимусь наверх. Пусть Бесс ждет меня в постели.

Вскоре мать Мэнды появилась в спальне девушек с книгой, лекарственным снадобьем и тканевой салфеткой. Смочив салфетку в снадобье, миссис Кройц положила ее на лоб Бесс и открыла «Габраух Бух».

Тихим, монотонным голосом она начала читать заклинания на пенсильванском голландском, не переставая нежно поглаживать голову и руки Бесс. Нэнси и Джордж внимательно наблюдали за ней.

Когда с заклинаниями было покончено, миссис Кройц закрыла глаза и стала читать молитвы. Наконец ее мерный шепот успокоил Бесс, и та задремала.

– Теперь ей станет лучше, – сказала миссис Кройц. – Пойдемте вниз.

Все спустились в кухню, и там настроение матери Мэнды заметно изменилось. Улыбаясь, она спросила Нэнси и Джордж, хотят ли они помочь ей приготовить ужин.

– Сегодня будут лунные пироги, – добавила она.

– Держу пари, у них будет неземной вкус! – смеясь, отреагировала Джордж.

– Хорошая шутка, – заметила миссис Кройц. – Как я поняла, вы никогда их не пробовали. Ну вот мы и приготовим их вместе.

Она посыпала мукой стол, раскатала тесто, а затем попросила Нэнси и Джордж разделить его на десять одинаковых порций и раскатать лепешки. Когда все было сделано, миссис Кройц отправила Джордж во двор, в небольшую каменную постройку, где в холоде хранились разные продукты – молоко, сливки, сыры и мясо.

– Принеси оттуда телятину. Она лежит на верхней полке у задней стены, – сказала миссис Кройц.

Когда Джордж вернулась с мясом, миссис Кройц отрезала от него щедрый кусок, мелко порубила старинным резаком в деревянной миске, обжарила на сковороде в масле со сливками, солью, перцем и приправами и передала начинку девушкам, велев разложить ее на раскатанные лепешки теста.

– Сложите лепешки пополам и плотно соедините края, – проинструктировала она помощниц.

– Похожи на полумесяцы! – воскликнула Джордж.

Миссис Кройц смазала пироги маслом.

– Теперь можно ставить в печь, – сказала она и добавила: – Муж любит такие пироги. Кстати, не упоминайте при нем о Мэнде, пока сам о ней не заговорит.

Прошло чуть меньше часа, и к ним спустилась Бесс.

– Мм… Чем это здесь так вкусно пахнет? – спросила она. – Я чувствую себя намного лучше.

Джордж рассмеялась:

– О, если Бесс проголодалась, значит, она точно вернулась к нормальной жизни.

Во время ужина мистер Кройц ни словом не обмолвился о дочери. Нэнси, Бесс и Джордж тоже о ней не заговаривали. Однако, когда помыли посуду, он отозвал Нэнси в сторону и спросил о Мэнде. Нэнси подробно рассказала обо всем, что ей удалось узнать, и добавила:

– Мистер Кройц, я думаю, вам нужно заявить в полицию. Тогда вам легче будет найти Мэнду.

– Нет! – сердито воскликнул мистер Кройц. – Амиши никогда не обращаются в полицию. Мы разбираемся в своих семейных делах без помощи посторонних. Я позволил вам заняться поисками моей дочери. Но больше никто не смеет вмешиваться в это дело. Никто, кроме вас троих.

После этого фермер спросил у Нэнси, что еще у них с подругами произошло за день. Когда Нэнси рассказала об аварии и записке, найденной в шлакоблоках, мистер Кройц воскликнул:

– Du bin en hex maydel![1]

– Нет! – возразила Нэнси, опешив. – Я не колдунья!

Как ни пыталась Нэнси переубедить мистера и миссис Кройц в том, что она не колдунья, они не хотели ее даже слушать. Вмиг переменившись к девушкам, они стали холодны и неприветливы и, коротко попрощавшись, вскоре отправились наверх, спать.

Нэнси, Джордж и Бесс в замешательстве остались одни. Они были смущены и расстроены переменой, произошедшей с супругами Кройц.

– Что ж, – шепотом сказала Бесс, – утром нам придется уехать.

– Это, конечно, странно, – согласилась Джордж. – Но я не могу поверить, что они приняли тебя за ведьму, Нэнси!

Та все еще выглядела ошарашенной.

– Но почему Кройцы так подумали обо мне? Может, есть что-то, о чем они нам не рассказали?

Глава седьмая

Украденная лошадь

Внезапная перемена Крейцев так сильно расстроила подруг, что они практически не спали ночь. Странным было то, что еще накануне фермер уверенно говорил, что не верит в колдовство и проклятья, но, когда Нэнси показала записку про ведьм, назвал ее колдуньей, признав тем самым, что верит в колдовство!

«Если люди в округе станут меня бояться, это осложнит поиски», – думала Нэнси и все же не собиралась отказываться от расследования.

В отличие от нее, Бесс, чувствительная от природы, не желала оставаться там, где ей не доверяют, и хотела побыстрее покинуть эти места, понимая, что дальнейшее пребывание здесь будет связано с большими трудностями.

«Я постараюсь уговорить Нэнси уехать отсюда», – решила она.

Что касается Джордж, то она была невероятно зла на Кройцев. Нэнси столько сил потратила на то, чтобы найти их сбежавшую дочь! А они так повели себя! Ужасно. Просто ужасно.

Едва наступило утро, подруги собрали вещи и спустились вниз. Мистер и миссис Кройц завтракали в кухне, но, увидев девушек, только кивнули им и даже не пригласили к столу.

– Мы уходим, – сказала Нэнси. – Сожалею, что вы поверили слухам насчет нас, хотя говорили, что не верите в колдовство. Подозреваю, за всем этим стоит Роджер Хоелт. Но его скоро поймают. И как только это произойдет, с меня снимутся все подозрения.

Нэнси надеялась, что ее речь убедит родителей Мэнды, однако они остались безучастны к ее словам – просто кивнули в ответ и даже не встали проводить гостей и не попрощались.

Тем не менее девушки поблагодарили мистера и миссис Кройц за гостеприимство и вышли через кухонную дверь к машине.

Молча они расселись по местам и тут же уехали.

– Никогда в жизни со мной так никто не обходился! – с возмущением говорила Джордж.

– Может, нам стоит быть к ним чуть снисходительнее, – примирительно сказала Нэнси. – Может, все намного сложнее, чем мы представляем. Но я в любом случае выясню. Я выясню, что все это значит.

– Ты продолжишь искать Мэнду? – спросила Бесс.

– Конечно. Если она работает на человека, который ограбил особняк, мне нужно ее как можно скорее предупредить.

– Может, Кройцы думают, что ты знаешь, где их дочь, и скрываешь от них?

– Может быть. А может, кто-то им сказал, что в исчезновении дочери виновата ведьма. И они считают, что это я.

– Хотела бы я посмотреть на их лица, когда мы вернемся на ферму с Мэндой, – сказала Джордж.

А Бесс спросила, куда Нэнси намерена ехать теперь.

– В Нью-Холланд, – ответила та. – В этом районе Ланкастера мы могли бы остановиться и навести справки.

В Нью-Холланде они наконец-то смогли позавтракать.

– Не будем здесь ни с кем говорить про ведьм и колдовство, иначе не сможем найти место для ночлега.

Бесс и Джордж улыбнулись, а Нэнси спросила у женщины, которая их обслуживала, не порекомендует ли она им какой-нибудь пансион. Женщина сказала, что примерно в миле от города есть дом, где они могли бы остановиться.

– Мистер Глик два года назад попал в аварию и с тех пор не занимается фермерством, – пояснила она. – Он зарабатывает сапожным ремеслом, а его жена время от времени сдает комнаты постояльцам. Они амиши, ходят в местную церковь. Вам у них будет хорошо.

После завтрака Нэнси, Бесс и Джордж сразу отправились на ферму Гликов. Им понравился дом из красного кирпича и выкрашенный красной краской деревянный сарай рядом с домом. Хозяйство Гликов выглядело ухоженным и цветущим, на полях пасся скот.

Дверь подругам открыла приятная румяная женщина в традиционном амишском капоре и зеленом платье, поверх которого был повязан фартук. Когда Нэнси объяснила причину их прихода, миссис Глик пригласила гостей в дом.

– У меня свободны четыре комнаты, выбирайте любые, – сказала она.

Интерьер дома показался девушкам странным, но привлекательным. Уют создавался за счет всевозможных домотканых ковриков и покрывал. В спальнях, расположенных на втором этаже, царила идеальная чистота и было много света. Гостьи пришли в восторг от комнат и без промедления выбрали себе спальни по вкусу.

– Знакомитесь с достопримечательностями Нью-Холланда? – спросила миссис Глик.

– Да, – ответила Нэнси и, чувствуя, что может довериться этой приятной женщине, добавила: – Но не только. Мы здесь также по другой причине.

Она рассказала миссис Глик об украденной мебели, которую они искали, и о подозрениях насчет того, что вор может скрываться в общине амишей. Едва Нэнси закончила свой рассказ, как на лестнице послышались шаги и в комнату вошли мальчик и девочка. Миссис Глик представила своих детей – девочку звали Бекки, и ей было десять лет. А мальчику, Хеннеру, исполнилось восемь.

– Какие очаровательные дети! У них такой цветущий вид! – воскликнула Бесс.

Бекки и Хеннер и правда были очень миловидными детьми – с огромными карими глазами, аккуратно постриженные и причесанные. На их ладных фигурках прекрасно смотрелись традиционные амишские наряды. На Бекки – черный, длинный сарафан с белой блузкой и длинными рукавами, поверх которого был повязан белый передник. На Хеннере – синяя рубашка и черные брюки с лямками. На девочке также была надета молитвенная белая шапочка, а в руке она держала традиционный амишский черный капор, как у матери. Хеннер также держал в руке свою черную шляпу – традиционную шляпу амишских мужчин.

– Хеннер, – воскликнула миссис Глик, – где ты так испачкался! Мне неловко за тебя перед гостями. Ты упал?

– Он свалился с лошади, – ответила за него Бекки. – Iss er net schuslich[2], – добавила она.

– Да, порой он бывает неаккуратным, – согласилась мать. – Иди почисти себя, Хеннер.

Нэнси, Бесс и Джордж спустились вниз за своим багажом, затем распаковали вещи наверху и через полчаса были уже готовы возобновить расследование.

Как раз когда они собрались выйти из дома, снаружи послышался стук копыт и в переулок въехала крытая амишская коляска, запряженная красивой лошадью, чьи гладкие бока блестели на солнце не меньше, чем черный лакированный корпус скромного передвижного средства, не отличавшегося особыми украшениями.

– Папа приехал! – закричали дети и побежали навстречу отцу.

Миссис Глик вышла на улицу вслед за девушками и тепло встретила мужа, симпатичного, приятного мужчину с добрым лицом, правда, довольно бледным по сравнению с лицами других амишских фермеров. Поприветствовав мистера Глика, Нэнси коротко рассказала о причине их путешествия в этот округ Пенсильвании. На что мистер Глик ответил, что никогда не слышал о Роджере Хоелте, и выразил сожаление о произошедшей в Ривер-Хайтс краже.

– А вы знакомы с Мэндой Кройц? – спросила Нэнси у мистера и миссис Глик.

Супруги обменялись взглядами.

– Да, – ответил мистер Глик и добавил: – Не знаю, почему девушки убегают из дома. Возможно, отец Мэнды был слишком строг. На днях ее видели с незнакомой семейной парой амишей.

– Вы видели Мэнду?! – обрадовалась Нэнси. – Где она? Пожалуйста, расскажите!

– Где она, я не знаю, – ответил мистер Глик. – Ее видел мой приятель из Огайо, мистер Вайс. Он заметил ее в экипаже с незнакомыми амишами.

– А он уверен, что они амиши? – спросила Нэнси.

– В том-то и дело, что не уверен, – ответил мистер Глик. – Из-за их речи. Он подумал, что они англичане.

Когда Нэнси спросила мистера Глика, что он имеет в виду, называя незнакомцев англичанами, тот объяснил, что в их общине англичанами – иначе говоря, иностранцами – называют всех, кто не принадлежал к общине амишей.

– Хотя эта пара была одета как амиши, – добавил мистер Глик. – И коляска у них была амишская. Может, они выдают себя за амишей?

Услышав это, Нэнси пришла в волнение. Выходило, что она была права, предположив, что семейной парой, с которой подружилась Мэнда, были миссис и мистер Роджер Хоелт. Если это так, то у Мэнды могли возникнуть серьезные проблемы с законом.

– Мы как раз разыскиваем Мэнду, – сказала Нэнси. – Я знаю, в это трудно поверить, но ее отец изменил решение и теперь хочет, чтобы дочь вернулась домой. Вы могли бы нам дать еще какие-нибудь подсказки? – спросила она у сапожника и его жены.

С сожалением мистер Глик сказал, что никакой другой информации у него нет.

И тут Нэнси осенило:

– Если Хоелты маскируются, то, вероятнее всего, они купили и лошадь, и коляску у кого-то из местных!

– Если не украли все это, – заметила Джордж.

– Коляски амишей и в самом деле выглядят одинаково, поэтому их не трудно украсть, – сказала миссис Глик. И с улыбкой добавила: – Хотя каждый владелец находит свой собственный забавный способ отличать свою коляску от чужих. Это может быть отверстие от пули или специальная ступенька для жены невысокого роста.

А мистер Глик добавил, что можно и на глаз узнать свою собственную коляску.

– Нам достаточно просто взглянуть на нее. Мы знаем каждую деталь, поэтому нас не обмануть, – сказал он.

Нэнси сообщила о своем подозрении, что незнакомец, переодетый амишем, и есть вор, обокравший особняк. И попросила у мистера Глика адрес фабрики, поставляющей коляски амишам. Она хотела выяснить, не покупал ли недавно кто-то из приезжих у них коляску.

Мистер Глик назвал адрес фабрики, расположенной в пяти милях от их дома, и девушки без промедления отправились туда. Прибыв на место, Нэнси объяснила управляющему причину своего приезда.

– Вы приехали в нужное место, – сказал управляющий. – Но экипаж у нас никто не покупал. Его украли.

– Украли?! – ахнула Нэнси.

– Вы знаете, кто украл? – удивился управляющий.

– Нет. Приходилось ли вам когда-нибудь встречаться с Роджером Хоелтом? – спросила Нэнси.

– Никогда о нем не слышал, – ответил управляющий.

Тогда Нэнси выдвинула предположение, что вор, укравший коляску, мог украсть и лошадь.

– Вы совершенно правы! – воскликнул управляющий. – В нескольких милях отсюда живет мой дядя. Он разводит лошадей. Так вот в тот же день, когда у меня пропала коляска, у него украли лошадь.

– Может, это совпадение? – спросила Нэнси. – Какого цвета была лошадь?

– Черного.

– Большое спасибо, сэр. Вы нам очень помогли. – Нэнси поблагодарила управляющего и в волнении поспешила на улицу, чтобы рассказать Бесс и Джордж о том, что ей удалось узнать. Кузины обрадовались последним известиям не меньше нее.

– Так, значит, мы теперь будем колесить по сельской местности, пока не найдем коляску с черной лошадью и переодетым амишем? – с усмешкой спросила Джордж. – Кому же из нас выпадет честь сорвать с него фальшивую бороду?

Глава восьмая

Тревожные слухи

– Есть одна вещь, которой я рада, – сказала Бесс подругам, когда они направились обратно в Нью-Холланд. – Нам не нужно возвращаться к Кройцам, чтобы сказать, что их дочь связалась с ворами.

– Я уверена, что если Мэнда действительно с Хоелтами, то она понятия не имеет, что они воры, – ответила Нэнси.

– Но если Хоелтов задержат, Мэнде придется дать показания в суде, – заметила Джордж. – Это станет большим ударом для ее родителей, – добавила она.

Заметив, что они проезжают недалеко от дороги, которая вела к дому мистера Зинна, Нэнси предложила кузинам заехать к нему и рассказать последние новости.

– Может, и у него найдутся какие-то новости для нас. Он понятия не имеет, где мы остановились. А ему не мешало бы знать наше местоположение, чтобы иметь возможность с нами связаться, – сказала она.

Мистер Зинн встретил девушек широко улыбаясь.

– Со вчерашнего дня у меня отлично идут продажи! – похвастался он. – На мою мебель есть спрос. Причем дают хорошую цену. А у вас какие новости? Узнали что-нибудь об украденных столиках? – И, не дав Нэнси ответить, спросил: – Вы же помните мой столик из вишневого дерева – копию тех самых столов Джорджа Вашингтона?

Подруги кивнули, и мистер Зинн продолжил:

– Так вот! Его у меня купили! – сообщил он с невероятно довольным видом. – Супружеская пара очень заинтересовалась этим столом. Причем их даже не испугала цена – а я назвал о-очень высокую цену. Они купили его не торгуясь. Забавная эта пара… – продолжил он. – Приехали из Огайо. Хотя сами амиши. Такое большое расстояние проделали!

Нэнси, Бесс и Джордж опешили от этой новости.

– Они были на коляске с черной лошадью? – спросила Нэнси.

– Да, – ответил мистер Зинн. – А в чем дело?

Нэнси рассказала ему о своих подозрениях и о том, что это, скорее всего, был Хоелт, переодетый и загримированный.

– Вероятно, каким-то образом он узнал, что в секретных ящиках столиков, которые он украл, ничего нет, – заключила Нэнси.

Мистер Зинн усмехнулся:

– Хм, а мой столик, вероятно, он принял за подлинный, потому что обнаружил в нем секретный ящик?

– Точно!

– Вы полагаете, что сюда ко мне заявился тот самый вор, который украл мое наследство? И я позволил ему просто так уйти! – Мистер Зинн покраснел от гнева.

– Боюсь, что это так, – сказала Нэнси.

Ее внезапно осенила догадка:

– А как этот человек заплатил?

– Наличными, – ответил мистер Зинн.

– Могу я на них взглянуть? – спросила Нэнси.

Мистер Зинн открыл свой старомодный стол с выдвижной крышкой и достал жестяную коробку, из которой вынул пять двадцатидолларовых купюр.

Нэнси вытащила из кармана такую же купюру и, положив рядом с деньгами мистера Зинна, принялась сравнивать серийные номера, буквы и водяные знаки. На первый взгляд все было в порядке. Далее Нэнси стала проверять качество бумаги, так как она знала, что настоящие американские доллары печатают на особенной бумаге. Но и эта проверка показала, что с купюрами все в порядке. Различий Нэнси не нашла. Пока остальные присутствующие, затаив дыхание, следили за действиями Нэнси, она осматривала орнамент рамок на лицевой и задней сторонах купюр. Здесь она нахмурилась. Орнамент кое-где прерывался и был неравномерно затенен.

– Смотрите! – воскликнула Нэнси, указав на разницу между ее двадцатидолларовой купюрой и теми, которые достал мистер Зинн. – Вы видите, что на моей купюре рисунок орнамента значительно четче?

– Так он расплатился со мной фальшивыми деньгами!? – вскричал мистер Зинн.

– Боюсь, что так оно и есть, – со вздохом ответила Нэнси.

Мистер Зинн в расстройстве принялся ходить взад-вперед по своему кабинету. Наконец Нэнси спросила его, не собирается ли он позвонить в полицию и сообщить о фальшивках.

– Разумеется, – кивнул мистер Зинн.

Он достал телефонную книгу и передал ее Нэнси, попросив найти номер полицейского участка.

Нэнси позвонила, и капитан местной полиции заверил ее, что сейчас же отправит по указанному адресу экспертов изучить деньги. Вскоре в дом мистера Зинна прибыли два офицера, и один из них, изучив купюры, сразу сообщил, что они поддельные. Другой полицейский записал показания мистера Зинна и особые приметы пары, которая купила у него стол.

– Нам необходимо найти этих людей в кратчайшие сроки, – сказали полицейские. – Мы сделаем соответствующие распоряжения в участке.

Нэнси, Бесс и Джордж остались ждать отчета. Прошло несколько часов, но никаких новостей из полиции так и не поступило.

После полудня, когда миссис Зинн показывала девушкам лоскутные стеганые одеяла, которые сшила вместе с соседями, в дом с гневным криком ворвался ее муж:

– Где Нэнси Дрю?!

Миссис Зинн и гостьи поспешили в кухню. Торговец антиквариатом стоял посреди помещения, уперев руки в бока и расставив ноги.

– Так, значит, вот так вы работаете! – воскликнул он. – Приходите, притворяетесь друзьями, а сами…

Нэнси обескураженно смотрела на мистера Зинна, не понимая, что с ним произошло.

– Что вы имеете в виду? – спросила она.

– Как будто сами не знаете! – воскликнул он и погрозил пальцем. – Думали, я ничего не замечу! Думали, вам удастся сбежать с моими ценными лампами!

Нэнси смотрела на него, ничего не понимая. О чем он говорил? Вероятно, он сошел с ума?

А Джордж, напротив, очень рассерженным тоном попросила мистера Зинна объяснить свои обвинения.

– Я говорю про две мои лампы, которые вы спрятали в своей машине! – взревел хозяин антикварного магазина. – И долго они там лежат? Права была женщина, которая сказала мне, что вы ведьма. Вот теперь я ей верю!

Прошло несколько минут, прежде чем миссис Зинн смогла успокоить мужа, и он дал вразумительные объяснения произошедшему. Он сообщил, что ему позвонила какая-то женщина и предупредила о том, что Нэнси Дрю, хоть и выглядит невинной, на самом деле воровка и колдунья. Нэнси Дрю разъезжает на своем автомобиле по фермам и обворовывает местных жителей.

– Также она сказала мне, – продолжил мистер Зинн, – что если я заглянул в твою машину, то я точно найду в ней вещи из моего магазина. И она оказалась права! Поэтому, Нэнси Дрю, я сейчас же звоню в полицию!

Несмотря на то что вся эта история ужасно разозлила Нэнси, она все же, не повышая голоса, спросила:

– Эта женщина назвала свое имя?

Мистер Зинн зло зыркнул на нее и выпалил:

– Нет! Но я ей верю! Потому что нашел свои лампы, завернутые в одеяло, под задним сиденьем вашего кабриолета. Как вы мне это объясните?

– Уверена, что это работа Роджера Хоелта, – объявила Нэнси. – Это он спрятал в моей машине ваши лампы, а жене поручил сделать звонок. Он пытается остановить меня своей клеветой. Хочет помешать моему расследованию.

Возмущенная Бесс гневно выпалила:

– Нэнси не только ищет вора, ограбившего особняк вашей тети! Сегодня она обнаружила фальшивые деньги, которыми с вами расплатился незнакомец!

Немного успокоившись, мистер Зинн сказал, что не будет вызывать полицию, однако твердым тоном попросил девушек немедленно уехать.

– Нет проблем, – ответила Джордж, пожав плечами. – А вам не кажется, что если бы мы действительно украли ваши лампы, то постарались бы сбежать с ними намного раньше?

Подруги сели в автомобиль и уехали, даже не попрощавшись. Все трое были глубоко подавлены. Роджер Хоелт искусно разыграл свою махинацию, обвинив Нэнси в воровстве. Доверие к ней в общине амишей стремительно падало. Скоро никто не захочет иметь с ней дела.

– Если мистер Зинн расскажет кому-то еще историю с лампами, нас просто могут попросить покинуть округ, – обеспокоенно заявила Бесс. – Боюсь, что, когда мы доедем до Гликов, они тоже к нам охладеют и попросят убираться, – добавила она с грустью.

С некоторым опасением девушки припарковали машину возле дома Гликов. Бекки и Хеннер бросились к ним навстречу.

– Это правда, что вы ведьмы? – выпалил Хеннер.

Выйдя из машины, Нэнси обняла паренька за плечи и тихим, но твердым голосом заверила, что ни она сама, ни ее подруги – никто из них – не являются ведьмами.

– Ты можешь ущипнуть меня и посмотреть, – добавила она.

– Мама ходила на schnitzing, и женщины сказали ей, что вы ведьмы.

В этот момент миссис Глик выбежала из дома и, услышав реплику сына, начала его бранить:

– Я же сказала тебе, что ведьмы – это выдумка. Зачем ты повторяешь то, что наплели глупые женщины? Иди лучше помоги отцу.

Когда дети убежали, миссис Глик произнесла:

– Некоторые из моих подруг суеверны и все еще верят в гадания и заговоры.

Когда все вошли в дом, Нэнси извинилась и сказала, что хочет перед ужином привести себя в порядок. Это время она использовала для того, чтобы в одиночестве поразмышлять над возникшей перед ними проблемой: Роджер Хоелт и его жена, несомненно, являлись источником лживых слухов, но как их остановить? Этот вопрос казался неразрешимым.

Неожиданно Нэнси услышала, как к дому подъехала какая-то машина. Юная сыщица выглянула в окно и увидела офицера полиции.

Через пару минут миссис Глик позвала ее:

– Нэнси, спуститесь, пожалуйста.

Надеясь на то, что офицер принес какие-то вести о Роджере Хоелте и его жене, Нэнси пулей понеслась на первый этаж.

Миссис Глик представила ей полицейского офицера, довольно приятного на вид мужчину с веснушчатым лицом.

– Здравствуйте. А вы совсем не похожи на ведьму!

Нэнси остолбенела. Это он так пошутил или и до полиции дошли глупые слухи?

Полицейский усмехнулся и объяснил свои слова: накануне днем незнакомая женщина позвонила в полицейский участок и сообщила, что в их округ из другого штата приехали три ведьмы. И одна из них – а именно Нэнси Дрю – утверждает, что обладает сверхспособностями, позволяющими ей находить пропавших людей и разгадывать тайны.

– Мы знаем, что это чепуха, – сказал полицейский, улыбнувшись. – При возможности мы всегда стараемся расследовать анонимные звонки, поэтому я навел о вас справки и выяснил, что вы остановились здесь. Могли бы вы, мисс Дрю, объяснить мне, что происходит?

Нэнси рассказала офицеру обо всем, что случилось, и впервые миссис Глик услышала историю о гексаграмме Дерева ведьм. Нэнси призналась, что она уже разгадала несколько загадок, хотя и не утверждает, что ее догадки верны. И добавила, что у нее и в мыслях не было доставлять кому-то неприятности.

Удовлетворенный ответом, полицейский ушел, пожелав Нэнси успехов в ее расследовании. А миссис Глик, подойдя к ней и по-матерински приобняв, сказала:

– Может, назавтра вы забудете о своих поисках и немного отдохнете? Завтра будет базарный день, и вы сможете отлично провести время. Как вам эта идея? Хотите поторговать на рынке, девушки?

– О, с удовольствием! – воскликнула Нэнси, просияв. – Чем мы можем вам помочь?

Миссис Глик сказала, что нужно собрать и помыть овощи, а потом красиво их разложить.

– А еще с утра пораньше я испеку хлеб и приготовлю пироги и пирожные на продажу.

Фермеры и их гости рано поужинали, а затем миссис Глик вместе с девушками пошли в огород собирать морковь и свеклу. Набрав полные корзины овощей, хозяйка и ее помощницы хорошенько вымыли и отсортировали будущий товар по размеру, почистили и связали в пучки. И только после этого уставшие от долгого дня путешественницы добрались до своих постелей.

Но едва они провалились в сон, как миссис Глик уже разбудила их стуком в дверь.

– Четыре часа. Время вставать!

Вскочив с постелей, Нэнси, Бесс и Джордж быстро оделись и спустились по лестнице к миссис Глик, которая вовсю занималась выпечкой. Из духовки шел совершенно ошеломительный аромат яблочного пирога и печенья.

– Ну что, сонные пташки, – посмеиваясь, сказала миссис Глик, – время готовить fasnachts[3].

Когда жир в сковороде достаточно разогрелся, Нэнси и Джордж стали бросать в него один за другим круги теста, приготовленного для пончиков. Затем они вытаскивали из сковороды готовые пончики и выкладывали их бумагу, которая впитывала излишки жира, а Бесс посыпала едва остывшее лакомство сахарной пудрой.

– Когда достряпаете, ими же можете и позавтракать, – сказала миссис Глик. – У нас не будет времени на еду, в шесть мы уже должны выйти.

Наскоро перекусив, Нэнси, Бесс и Джордж помогли миссис Глик упаковать продукты, сложили все приготовленное для продажи в автомобиль и отправились на рынок.

Прибыв на место, девушки помогли миссис Глик установить прилавок, а когда все было сделано, пошли прогуляться мимо торговых рядов, а заодно посмотреть город.

Никогда ничего подобного им не приходилось видеть! Сколько вкуснейших, аппетитных лакомств они увидели на прилавках! Сколько ярких, разнообразных изделий и даже кулинарных книг, изготовленных своими руками!

Выйдя за территорию рынка, Нэнси, Бесс и Джордж с интересом стали наблюдать за тем, как одна за другой подъезжали к торговой площади крытые коляски амишей. Их оставляли на специальной стоянке с рядом столбов, к которым привязывались лошади.

Сколько девушки ни смотрели, они так и не увидели ни одной черной лошади. Что же касалось самих жителей амишской общины, то почти все они – и мужчины, и женщины – были высокими и сильными, со здоровым цветом лица и красивыми, яркими глазами.

Джордж с улыбкой заметила:

– Спорим, когда они отвернутся, вы не сможете отличить одного от другого.

Бесс засмеялась:

– Их парням на свиданиях, должно быть, трудно приходится.

Погуляв около часа, подруги решили вернуться на рынок. Но когда повернули за угол, Нэнси заметила идущую к ним навстречу девушку в амишском наряде и крикнула:

– Это же Мэнда Кройц!

Глава девятая

Это не она!

Нэнси, Джордж и Бесс остановились перед Мэндой, но та почему-то сделала вид, что не узнала их.

– Зачем же ты снова убежала из дома? – дружелюбно спросила ее Бесс.

– Вы меня с кем-то спутали, – ответила девушка и быстро пошла прочь.

Нэнси догнала ее и взяла за руку:

– Ты что, нас не помнишь? Мы же встретились с тобой на дороге, когда ты возвращалась из Ланкастера.

– Вы, вероятно, приняли меня за мою кузину Мэнду Кройц? – спросила девушка с улыбкой.

Подруги опешили. А ведь и правда, стоило внимательнее присмотреться к девушке, как сразу можно было найти некоторые отличия. Кузина Мэнды была чуть ниже ростом и немного полнее, хотя в остальном они с Мэндой были достаточно похожи – словно сестры-близнецы.

– А я приняла тебя за Мэнду! – улыбнувшись, воскликнула Нэнси и, представив Бесс и Джордж, добавила: – На днях мы встретили твою кузину. А сейчас пытаемся ее найти.

– Могу сказать, где она живет, – ответила девушка. – Кстати, меня зовут Мелинда Кройц.

– Мы знаем, где она живет, – сообщила Джордж. – Только ее сейчас там нет. Она ушла из дома. Ты не знаешь, где бы она могла быть?

– Нет, – ответила Мелинда. – А что случилась? – спросила она с тревогой.

– Так тебе ничего не известно про то, что Мэнда сбежала из дома? – выпалила Бесс.

– Sell iss awschrecklich![4] – воскликнула Мелинда и быстро добавила: – Ой, простите. Вы же не понимаете наш язык. Я хотела сказать – это ужасно! Я давно ничего не слышала о Мэнде. Мы посещаем разные церкви, так что…

Выслушав историю о Мэнде, Мелинда покачала головой:

– Дядя такой строгий! Но он любит свою семью. Если бы Мэнда немного подождала, она бы в ближайшем времени вышла замуж и покинула родной дом. Ей не нужно было убегать.

– Ты хочешь сказать, что Мэнда собиралась замуж? – спросила Бесс.

– Нет. Насколько я знаю, у Мэнды еще не было жениха. Но рано или поздно каждая девушка из нашей общины выходит замуж, – объяснила Мелинда.

Мелинда все же была рада, что отец Мэнды решил простить кузину и хотел, чтобы она вернулась домой. Она выразила надежду, что Нэнси с подругами в ближайшее время найдут ее.

– А у тебя нет никаких мыслей насчет того, где бы могла быть Мэнда? – спросила Нэнси. – До нас дошли слухи, что она устроилась работать в какую-то семью амишей, недавно прибывших в эти края.

Мелинда задумалась, глядя себе под ноги. Затем подняла глаза на Нэнси и сказала:

– Не знаю, поможет ли это тебе… Пару дней назад незнакомый мужчина, вероятно, точно так же, как вы, принял меня за Мэнду. Он подошел ко мне на улице и заговорил со мной.

Нэнси спросила, как выглядел этот незнакомец. Мелинда описала его – и по всему выходило, что это был Роджер Хоелт, выдававший себя за жителя амишской общины.

– А что он сказал? Может, дал какой-то намек на то, где сейчас живет Мэнда? – спросила Джордж.

Мелинда сообщила, что мужчина, подлетев к ней, заговорил на их местном диалекте: «Что ты здесь делаешь? – спросил он. – Немедленно возвращайся в schnitz! Здесь скоро появится ведьма!»

Нэнси пришла в негодование. Так Роджер Хоелт и Мэнду убедил в том, что она ведьма!

По возможности сохраняя спокойствие, Нэнси ровным голосом сказала:

– Продолжай, пожалуйста.

Мелинда призналась, что она ни слова не поняла из того, что нес это незнакомец. И попыталась ему это объяснить. А он все настаивал и настаивал. И, более того, угрожал: «Тебе не убежать от меня и моей жены!» – говорил он.

Но все же каким-то образом Мелинда сумела убедить его в том, что она его не знает, и он принял ее за кого-то другого. Осознав это, мужчина ужасно перепугался. Уставился на нее ошарашенно, что-то невнятно пробормотал и стремительно удалился.

– А что он имел в виду, говоря мне все это? – спросила Мелинда у Нэнси.

– Понятия не имею, – с улыбкой ответила Нэнси. – Тебе лучше знать. Ты знаешь, что такое schnitz?

Мелинда сказала, что это слово имеет много значений. Schnitz un gnepp означает лакомства с яблоками – сушеные яблоки или яблоки, запеченные в тесте. А schnitzing – это яблочная кожура или сушка.

– А что, по-твоему, имел в виду тот мужчина, говоря, что надо возвращаться в schnitz? – поинтересовалась Джордж.

Мелинда ненадолго задумалась.

– Вероятно, schnitzing, – предположила она и спросила: – А про какую ведьму он говорил?

– Понятия не имею, – пожала плечами Нэнси.

И, быстро попрощавшись с Мелиндой, девушки пошли прочь.

– Пусть мы не нашли Мэнду, зато нашли подсказку! – заметила Бесс.

– Причем отличную подсказку, – согласилась Нэнси.

Встретив первого же полицейского, они спросили, как им найти schnitz. Но полицейский не смог дать им ответ, и тогда подруги вернулись на рыночную площадь.

Погуляв немного между торговыми рядами, Нэнси, Бесс и Джордж подошли к палатке миссис Глик и с удивлением обнаружили, что почти все ее угощения распроданы.

– Осталось продать два пирога, и я смогу вернуться домой, – сообщила миссис Глик, улыбаясь.

– Прекрасно! – воскликнула Нэнси и рассказала о том, как они встретили Мелинду Кройц, приняв ее за Мэнду. – Может, вы знаете, где находится schnitz? – спросила она у миссис Глик, но та ответила, что никогда не слышала про это место.

– Как только вернемся домой, я спрошу у мужа, – пообещала она. – Примерно через полчаса я уже освобожусь.

Повернувшись к подругам, Нэнси предложила им еще немного прогуляться по городу, а заодно посмотреть, не попадется ли им на глаза Роджер Хоелт.

– Очевидно, он бывает в городе. Думает, раз он в гриме, то его никто не узнает, – добавила она.

Нэнси, Джордж и Бесс уже собирались вернуться на рынок, как вдруг перед дверью в булочную-пекарню заметили черную крытую коляску, запряженную черной лошадью.

– Вы это видите! – закричала Бесс.

И в тот же момент из пекарни вышла средних лет стройная женщина в традиционной амишской одежде и села в коляску.

– А что, если это миссис Хоелт? – воскликнула Бесс.

– У нас есть только один способ это узнать, – ответила Нэнси и бросилась в пекарню.

– Это была миссис Эш, – сообщила ей девушка на кассе.

– Как давно она здесь живет? – спросила Нэнси.

– Довольно давно, – ответила девушка-кассир.

Вернувшись к подругам, Нэнси со вздохом сообщила:

– Это не она.

Но стоило только девушкам вернуться на рыночную площадь, как Бесс снова закричала:

– Смотрите! Вон там, внизу дороги, на выезде с рынка, еще одна коляска с черной лошадью!

Нэнси, Джордж и Бесс поспешили к стоянке лошадей и экипажей, тем более что это место находилась рядом.

Мужчина, сидевший в коляске, заметив подруг, хлестнул лошадь, и та стремительно рванула с места. Покинув рыночную площадь, коляска быстро поехала вниз по дороге.

– Это тот человек, который обогнал нас тогда на машине! – воскликнула Джордж. – Это Роджер Хоелт! Скорее за ним! Нам нужно его догнать!

Нэнси подумала, что можно было бы сесть в машину и на ней догнать Хоелта, но ключ зажигания был у миссис Глик, а пока они сбегают за ним, Хоелт уже уедет.

– Я предупрежу полицейского, – сказала Нэнси и, подойдя к служителю порядка, в деталях передала свою просьбу, рассказав о расследовании.

Полицейский отозвался на призыв Нэнси без энтузиазма:

– К сожалению, мисс, я не имею права покидать пост. Но вы можете зайти в полицейское управление и сообщить дежурным о своем деле.

Он дал ей адрес, и подруги поспешили к участку. Внезапно Нэнси остановилась. Полицейский участок располагался в пяти кварталах от рынка, и к тому времени, пока они туда доберутся, Роджер Хоелт исчезнет без следа.

– Предлагаю никуда сейчас не ходить. Зато в следующий раз, когда увидим Хоелта, мы его догоним. Ненавижу иметь дело с полицией.

Нэнси, Бесс и Джордж вернулись к миссис Глик. Узнав от подруг, что они упустили вора, женщина тоже огорчилась.

Когда все приехали с рынка домой, Нэнси спросила у мистера Глика, приходилось ли ему когда-нибудь слышать про schnitz?

Сапожник почесал голову, около минуты подумал и сказал:

– Я знаю, в этих местах раньше была ферма по заготовке сушеных яблок. Может, ее называли schnitz? Я вообще-то ничего такого не слышал.

Мистер Глик не мог сказать, где располагалась та ферма, но готов был поспрашивать у соседей. Вместе с Нэнси они объехали несколько местных фермеров, задавая один и тот же вопрос: знают ли они что-нибудь про schnitz? Но никто им так и не дал внятного ответа. В каждом месте Нэнси также показывала гексаграмму с Деревом ведьм, нарисованную на листке. Но никому из фермеров не приходилось видеть такой символ раньше. И тогда Нэнси решила, что этот рисунок, вероятно, придумал сам Хоелт – и только он его и использует.

«Что же, – заметила она про себя философски, – если случайно я наткнусь на такой знак на каком-нибудь сарае или доме, значит, там и надо искать Хоелта».

Остаток вечера супруги Глик развлекали гостей рассказами о днях своей молодости. А наутро Нэнси, Бесс и Джордж проснулись пораньше, намереваясь сразу продолжить расследование.

День стоял прекрасный, и гостьи вместе с хозяином решили до завтрака выйти во двор, прогуляться и подышать свежим воздухом.

Неожиданно мистер Глик остановился и, указав на сарай, воскликнул:

– Ach, ya! Waas gayt aw?[5]

Девушки посмотрели туда, куда он показывал, и увидели… нарисованную на деревянной стене гексаграмму Дерева ведьм, а под ней колдунью, летящую на метле. Причем лицом эта колдунья очень напоминала Нэнси Дрю!

Глава десятая

Авария

Ошеломленные Нэнси, Бесс и Джордж смотрели на разрисованную стену сарая, и у них не возникало сомнений, что это дело рук Роджера Хоелта. Вероятно, ночью он пробрался сюда и при свете фонаря намалевал все это. Но как же точно он передал сходство ведьмы и Нэнси!

И это ужасно напугало Бесс.

– Нам ни в коем случае нельзя здесь оставаться! – пробормотала она. – Прошу тебя, Нэнси, брось это дело. Давай уедем. Этот ужасный человек собирается тебе навредить!

– Тише, – остановила ее Нэнси. – Посмотри на Бекки и Хеннера.

Дети мистера и миссис Глик стояли в дверях дома и перешептывались. Испуганные, они вернулись в дом, и буквально сразу же на улицу вышла их мать.

Окинув взглядом разрисованную стену сарая, миссис Глик поспешила к мужу и девушкам.

Больше никто не прокомментировал слова Бесс, однако мистер Глик твердо заметил:

– Ваш враг очень опасный человек, Нэнси. Его нужно остановить. Иначе он посеет панику среди наших жителей. Ему здесь не место.

Нэнси согласилась со словами мистера Глика и заверила его, что не уедет домой, а, напротив, удвоит усилия по поиску Роджера Хоелта.

– Хорошо, – сказал сапожник. – Но будьте осторожны.

Миссис Глик позвала детей из дома и, когда сын и дочь подбежали к ней, сделала им небольшой выговор.

– Вы же знаете, что ведьм не существует, – сурово сказала она. – Мы обсуждали это. И не раз. А теперь подойдите к Нэнси, пожмите ей руку и извинитесь за то, что испугались.

Бекки и Хеннер робко шагнули навстречу Нэнси.

Протянув к брату и сестре руки, Нэнси предложила им закрасить глупые каракули на сарае. Дети рассмеялись и с довольным видом поддержали ее предложение.

– А можно это сделать прямо сейчас? – спросил Хеннер. – Я хочу закрасить ведьму.

На что мистер Глик, кивнув, сказал, что чем раньше он это сделает, тем лучше.

– Пока от этих художеств не избавимся, завтракать не начнем, – добавил он.

Хеннер пошел в сарай и принес оттуда кисти и банку с красной краской. Миссис Глик достала лестницу, и Нэнси с детьми начали закрашивать гексаграмму Хоелта.

Бесс и Джордж вернулись в дом, чтобы помочь миссис Глик приготовить завтрак. А когда Нэнси с детьми закончили работу, все наконец сели за стол.

Завтрак уже подходил к концу, когда вдруг раздался телефонный звонок. Миссис Глик сняла трубку и позвала Нэнси.

– Это ваш отец, – сообщила она.

Нэнси поспешила к телефону. Она оставила отцу адрес и контакты Гликов на случай, если вдруг что-то случится.

– Привет, дорогая, – поздоровался с дочерью мистер Дрю. – Я собираюсь уехать из города на пару дней, поэтому звоню предупредить: если в ближайшее время ты не приедешь, то Ханна хотела бы, пока нас нет, съездить к сестре, погостить.

– Мне жаль, пап, но, боюсь, у меня не получится завершить это расследование быстро, – посетовала Нэнси и коротко рассказала отцу о том, как обстоят дела.

– Ну что ж, если планы изменятся, сообщи Ханне, – сказал мистер Дрю и добавил: – Кстати, сегодня после полудня вас может кое-кто навестить.

– Здесь? – удивилась Нэнси.

– Да, – подтвердил мистер Дрю.

– Как мило. И кто же это? – спросила Нэнси.

– Это будет сюрприз, – ответил мистер Дрю и, пожелав дочери удачи, попрощался.

Нэнси вернулась к столу и сообщила Джордж и Бесс, что сегодня у них ожидаются гости. Подруги начали гадать, кто бы это мог быть.

– Может, миссис Тенни? – предположила Бесс. – Она давно не получала от тебя вестей. А твоей отец сообщил ей, где ты остановилась?

– Вполне возможно, – согласилась Нэнси. – Но, к сожалению, я ничем не смогу ее порадовать. Надеюсь, чуть позже, – со вздохом добавила она.

Девушки помогли миссис Глик навести порядок на кухне, а потом Бесс и Джордж вместе с миссис Глик и детьми отправились в огород, полоть грядки.

Нэнси же, с разрешения хозяев, принялась осматривать ферму. Она очень надеялась обнаружить хоть какие-то улики на человека, который ночью разрисовал сарай.

Выяснив, какие отпечатки ног принадлежали Гликам, а какие ей и подругам, она наконец обнаружила незнакомые следы, тянувшиеся к сараю со стороны полей. Нэнси изучила весь путь, которым проследовал незнакомец, но, к сожалению, у дороги его следы обрывались…

Разочарованная сыщица вернулась в дом фермеров, тем более что скоро уже должны были прибыть гости, о которых упоминал отец.

После обеда Бесс ненадолго исчезла в своей комнате и спустилась вниз в привлекательном голубом платье.

– Вы ждете молодого человека? – с улыбкой спросила миссис Глик.

– Трудно сказать, – покраснев, ответила Бесс. – Но, кажется… – добавила она, взглянув в окно. – Я угадала.

Перед домом Гликов остановился автомобиль, и из него вышли Нэд Никерсон, Берт Эддлтон и Дэйв Эванс – приятели Нэнси, Джордж и Бесс. Увидев ребят, подруги поспешили им навстречу.

– Сюрприз! – воскликнул Нэд.

– Привет! – поздоровались с девушками Берт и Дэйв.

– Сюрприз так сюрприз! – обрадованно воскликнула Нэнси. – Вы как раз вовремя. Нам очень нужна ваша помощь в расследовании, – добавила она.

– Для этого мы и приехали, – сказал Нэд, симпатичный высокий молодой человек спортивного телосложения. – Твой отец немного ввел меня в курс дела. Жаль, я не мог быть с тобой с самого начала.

Нэнси улыбнулась:

– Да, мне очень нужна мужская поддержка. Надеюсь, с твоим приездом нам наконец-то начнет везти.

– Несомненно! – воскликнул Нэд.

– А мы будем помогать, – заметил Берт, светловолосый паренек, чуть пониже и поплотнее Нэда.

Когда все вошли в дом, Нэнси представила ребят миссис Глик, и та сразу предложила им остановиться у них. Нэд с благодарностью принял приглашение.

– Вы еще не пробовали угощений миссис Глик! – сказала Джордж, посмотрев на Дэйва, худого, длинноного парня с темными волосами до плеч и зелеными глазами. – Вы станете такими откормленными и сильными, что вас с радостью примут в самую лучшую футбольную команду, когда вы уедете отсюда.

Миссис Глик пообещала, что в честь приезда гостей приготовит к вечеру особенный ужин. И, отказавшись от помощи подруг, отпустила их вместе с ребятами прогуляться по городку и познакомиться с достопримечательностями.

– Сегодня у нас на ферме Штольцев будут петь, – сказала она. – А у Фишеров – танцы.

Все единогласно проголосовали за танцы и отправились на автомобиле Нэда на ознакомительную прогулку.

Провожая взглядом одну из закрытых амишских колясок, Нэд шутливо спросил у Нэнси:

– Как ты смотришь на то, если мы сегодня поедем с тобой на танцы вот в таком транспортном средстве?

– Скажу, что это может быть весело, – ответила Нэнси. – Но нам придется взять коляску с открытым верхом.

– Почему это? – удивился Нэд.

– Потому что в закрытых экипажах полагается ездить только супругам, – пояснила Нэнси. – А незамужним девушкам с молодыми людьми разрешается ездить только в колясках с открытым верхом.

Нэд присвистнул:

– Пожалуй, придется купить закрытую коляску сразу, как только выпущусь из колледжа. Как ты на это смотришь?

Нэнси сделала вид, что не поняла шутку.

– Если ты решишь жениться на местной девушке, то колледж тебе не понадобится. Придется от него отказаться – как и от всех других мирских радостей.

– Шутишь! – воскликнул Нэд.

И все дружно рассмеялись. Когда же Нэнси рассказала молодым людям обо всем, что с ними произошло с тех пор, как они покинули Ривер-Хайтс, всем стало совсем не до смеха.

Помрачнев, Нэд произнес:

– Хорошо, что мы приехали. Чувствую, впереди нас ждет немало проблем.

Берт и Дэйв согласились с ним.

К ужину, однако, настроение у всех поднялось, и во многом благодаря тому, что миссис Глик приготовила для гостей вкуснейший ужин, а потом молодежь отправилась на танцы.

Когда к дому Гликов подъехала запряженная лошадью амишская коляска, которую Нэд арендовал у одного из местных парней, ребята вышли на улицу, познакомиться с необычным транспортным средством.

– Смотри, здесь на сиденье гексаграмма, про которую рассказывала Нэнси, – сказал Дайв.

– Не стоит ей про это говорить, – предложил Нэд.

Тем временем из дома вышли Бесс и Джордж и, сев в машину Нэда, отправились с Дэйвом и Бертом на ферму, где устраивались танцы. Нэнси и Нэд решили ехать следом за ними в коляске. Нэд помог Нэнси забраться на сиденье слева, сам сел на место возницы и пустил лошадь быстрым галопом.

Вечер стоял пасмурный, и, не проехав и мили, Нэд вынужден был остановиться, чтобы зажечь по обеим сторонам коляски фонари. Когда он снова тронулся в путь, лошадь неожиданно припустила рысью. Нэд и Нэнси услышали, что сзади них по дороге тоже кто-то едет, – топот лошадиных копыт и грохот колес стремительно приближался. Обернувшись, Нэд увидел два летящих рядом экипажа – вероятно, какие-то местные удальцы устроили между собой гонки и даже не обращали внимания на то, что впереди едет коляска с пассажирами.

Нэд попробовал съехать на обочину и освободить путь. Но соревнующиеся головорезы были слишком увлечены гонкой. Не желая уступать друг другу, они продолжали нестись во весь опор, практически соприкасаясь бортами экипажей и намереваясь обойти Нэда. Не успел он и глазом моргнуть, как один из проносящихся мимо экипажей толкнул их коляску, и та опрокинулась. Нэда и Нэнси выбросило на дорогу, а испуганная лошадь, сорвавшись из упряжи, поскакала прочь…

Примерно минут за двадцать до того, как Нэд и Нэнси перевернулись в коляске, их приятели – Бесс, Дэйв, Джордж и Берт – доехали до фермы Фишеров, на которой проводились танцы, и вошли в помещение, где в приглушенном свете фонарей, под быструю ритмичную музыку танцевала местная молодежь. Атмосфера в зале была теплая и дружелюбная, и вновь прибывших встретили весьма приветливо.

Немного осмотревшись, Бесс и Дэйв присоединились к танцующим. А следом за ними на танцпол вышли и Берт с Джордж.

Когда музыкальная композиция завершилась, четверо друзей отошли в сторону.

– Странно, что Нэнси и Нэд так долго едут, – заметила Джордж. – Может, им досталась какая-то супермедленная лошадь?

Едва она это произнесла, как в помещение влетели взволнованные парень и девушка и, энергично размахивая руками, стали что-то быстро и возбужденно обсуждать на местном диалекте со своими знакомыми.

– Что случилось? О чем они говорят? – спросила Джордж у стоявшей поблизости от нее амишской девушки.

– Рассказывают про какую-то аварию, – ответила та. – И про какое-то колдовство…

Бесс и Джордж обменялись взглядами и поспешили к недавно прибывшей паре. Больше всего они боялись, что происшествие, о котором говорили парень и девушка, произошло с Нэнси и Нэдом.

– Пожалуйста, можете повторить, что случилось. Вы же говорите по-английски? – обратилась Бесс к девушке-рассказчице.

– Я говорила про девушку, которая перевернулась в коляске… Это какое-то колдовство… – объяснила та.

И далее она поведала о том, как они с братом ехали по дороге в своем экипаже. И вдруг их на полной скорости обогнала коляска, которая, вырвавшись вперед, прямо на их глазах устроила на дороге аварию – перевернула экипаж с сидящими в ней людьми…

– А при чем здесь колдовство? – нетерпеливо уточнила Джордж.

– Да потому что они исчезли! – в волнении ответила девушка. – Когда мы наконец смогли остановить наш экипаж, повернули лошадь и приехали назад на место аварии, там никого уже не было! Ни девушки, ни парня! Их и след простыл!

– Ох, это точно Нэнси и Нэд! Иначе бы они давно были здесь! – воскликнула в панике Бесс.

Не медля ни минуты Джордж, Бесс, Берт и Дэйв решили отправиться на автомобиле на место аварии, предварительно выяснив, где она точно произошла. Однако, прибыв к полю, у которого случилось крушение, друзья действительно обнаружили там только перевернутую коляску – но ни Нэда, ни Нэнси, ни лошади там не было!

– Из всего этого я делаю вывод, что они несильно пострадали, – заявил Берт. – Думаю, они отправились искать лошадь.

Дэйв согласился с ним и добавил:

– А может, они решили вернуться к Гликам, чтобы сообщить о происшествии?

Сев в машину, Джордж, Бесс, Берт и Дэйв поехали к Гликам. Однако на ферме выяснилось, что Нэд и Нэнси туда не возвращались. Обеспокоенный мистер Глик позвонил в больницу, и в приемном отделении сказали, что никто к ним не обращался за помощью.

– Может, их подобрала патрульная полицейская машина? – предположила миссис Глик.

Ее муж стал звонить в полицейский участок, но и там ответили, что ничего не слышали об аварии, однако пообещали немедленно приступить к расследованию случившегося.

– Куда они могли деться? – в недоумении спросила Бесс.

– Может, они остановились где-нибудь, чтобы привести себя в порядок? – предположил Берт. – Держу пари, они приехали на танцы и сейчас вовсю там зажигают!

– А что? Такое тоже вполне может быть! – подхватила его мысль Джордж. – Может, вернемся и проверим?

Пообещав Гликам, что сразу дадут им знать, как только что-то выяснят, четверо друзей снова сели в машину и поехали на ферму Фишеров.

Стремительно войдя в помещение, они принялись высматривать через головы танцующих Нэнси и Нэда. Но зал был заполнен только местными ребятами и девушками, а их подруги и приятеля среди них не было!

– Ох, Дэйв! – чуть не плача воскликнула Бесс, обращаясь к своему парню. – Что же мы будем делать?

Глава одиннадцатая

Исчезнувший возница

В это самое время Нэд и Нэнси, находясь в трех милях от фермы Фишеров, продолжали расследование. В полной темноте они ехали по безлюдной дороге верхом на той самой лошади, которую Нэд арендовал на вечер, и преследовали коляску амишей, устроивших им аварию. Нэнси сидела впереди Нэда и направляла лошадь, заботясь о том, чтобы стук копыт был не слишком слышен в округе.

– Ты уверена, что мы преследуем именно того человека, который обокрал особняк Фоллеттов? – спросил Нэд Нэнси, наклонившись к самому ее уху.

– Почти, – тихо ответила та.

– А как ты себя чувствуешь? – спросил Нэд заботливо. – Ты точно можешь продолжать погоню? Ты себе ничего не повредила?

Нэнси заверила друга, что она в полном порядке, и добавила:

– Я ни за что не упущу шанс догнать Роджера Хоелта.

Внезапно коляска, за которой они следовали, свернула с дороги в сторону леса.

– Это может быть уловка, если он заметил, что мы за ним следим, – предупредила Нэнси и осторожно потянула поводья, замедляя шаг лошади.

Между тем черная лошадь, которую они преследовали, остановилась, и возница вышел из коляски. Нэнси свернула за холм, поросший деревьями, и они с Нэдом стали наблюдать за происходящим на дороге: может, возница проверял, не едет ли кто за ним?

Нэд и Нэнси, затаив дыхание, следили за коляской, стараясь оставаться незамеченными. Нэнси поглаживала лошадь, чтобы та стояла тихо и не выдала их какими-нибудь звуками.

Внимательно осмотревшись по сторонам, мужчина наконец вернулся в коляску и снова пустился в путь. Нэнси и Нэд возобновили слежку, стараясь ехать как можно тише и направляя свою лошадь по траве, чтобы заглушать стук копыт.

– Я уверена, он догадывается, что мы за ними едем, – сказала Нэнси. – Нам лучше соблюдать осторожность, иначе попадем в ловушку.

Не успела она это сказать, как черная лошадь пустилась в галоп, и коляску закачало так, что она могла в любой момент перевернуться.

– Он сумасшедший! – воскликнула Нэнси. – Если он продолжит так ехать, то перевернется!

– Вероятно, он пытается от нас оторваться, – заметил Нэд и пришпорил лошадь.

Примерно через четверть мили коляска резко остановилась. Дальнейший путь был невозможен из-за бурного ручья.

Нэд и Нэнси наблюдали за действиями возницы, но ничего не происходило – лошадь оставалась на месте, и лишь коляска немного покачивалась.

– Будь здесь, а я пойду вперед и выясню, что там, – сказал Нэд Нэнси и слез с лошади.

Нэнси настояла на том, чтобы следовать за ним. И, привязав лошадь к дереву, они осторожно двинулись вперед, прячась за кустарниками и стволами.

Наконец через несколько минут они добрались до коляски и обнаружили, что она пуста!

– Куда он ушел? – тихо спросил Нэд.

Нэнси прислушалась, надеясь обнаружить какой-нибудь звук поблизости, который мог бы указать на то, где прячется возница. Однако вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь пением сверчков.

– Нэд, – прошептала Нэнси, – я хочу осмотреть коляску и мебель, которую я в ней заметила. Постой на страже. Мне нужно убедиться, что это мебель Фоллеттов.

– Хорошо, – согласился Нэд.

Нэнси заглянула в коляску и стала доставать из нее предметы мебели, которые, как оказалось, были не особо громоздкие. Вытаскивая каждую вещь, Нэнси подносила ее к фонарям коляски и рассматривала, сверяя со списком миссис Тенни. Понять что-либо было сложно. И Нэнси, немного расстроившись, вынуждена была вернуть все назад, в коляску. Хотя одна вещь ее заинтересовала, и она решила рассмотреть ее получше. Это был маленький пуф красного дерева, обитый тканью с оригинальным шитьем – красными розами в орнаменте из зеленых листьев.

– Знаешь, Нэд, вот этот пуф подходит под описание, – прошептала Нэнси взволнованно. – В списке украденной мебели из особняка Фоллеттов такой пуф есть… Мы наверняка на правильном пути! К тому же и лошадь черная. А как мы знаем, Хоелт украл лошадь черной масти. Думаю, у нас достаточно доказательств для полиции.

– Отлично! – воскликнул Нэд. – Только пока мы доберемся до телефона, вор сбежит со всеми этими уликами, – добавил он.

Нэнси кивнула.

– Ты прав. Поэтому нам придется взять лошадь вместе с коляской, – сказала она. – Ты поедешь на лошади, а я поведу коляску.

Нэд сомневался, что им удастся это сделать, ведь человек, укравший лошадь и коляску, мог напасть на них из засады.

– Такое, конечно, может случиться, – сказала Нэнси. – Но я думаю, он плохо знает местность. Иначе бы не поехал к ручью. Он не догадывался, что здесь ручей. Он понятия не имеет, какой он глубины, раз не решился перебраться через него.

Нэд согласился с логикой ее размышлений и добавил, что Роджер Хоелт – или кто бы это ни был – вероятно, понял, что за ним следят, и попытался уйти от погони, а ручей ему помешал. Но вот вопрос: в каком направлении он скрылся?

Нэнси села на место возницы в коляске и направила лошадь в обратный путь. Нэд на лошади ехал позади, прикрывая тыл и следя, чтобы на них не напали.

Хотя оба, и Нэд, и Нэнси, старались не показывать тревоги, они все же понимали, насколько опасное дело затеяли – ведь Роджер Хоелт мог привести подкрепление. Он мог в любой момент появиться у них на пути и потребовать то, что считал своей собственностью! Он мог помешать им добраться до полиции, да мало ли каких еще неприятности можно было от него ожидать!

Все эти мысли очень беспокоили Нэнси и Нэда, пока они ехали назад, но как только они выбрались из леса на дорогу, то почувствовали себя намного увереннее.

Оставшуюся часть пути они уже ехали, не делая остановок. На дороге им никто не встретился. Поскольку они не знали никого из фермеров в окрестностях и не видели огней в домах, мимо которых проезжали, то решено было ехать на ферму к Фишерам, где проводились танцы, и оттуда позвонить в полицию.

«Так будет намного разумнее, чем вваливаться в незнакомые дома и пугать людей сообщениями о краденых вещах и полиции», – подумала Нэнси.

Примерно через полчаса они добрались до фермы Фишеров и сразу пошли в дом к хозяевам, а не на танцы.

Дверь им открыл сам мистер Фишер – улыбающийся, широкоплечий мужчина – и пригласил в кухню. Нэнси и Нэд поведали ему о своих приключениях, и он немедленно вызвал полицию.

– Сейчас же отправят к нам человека, – сообщил мистер Фишер, положив трубку телефона. Он находился под большим впечатлением от рассказа гостей. – Это, конечно, хорошо, что вы нашли украденные вещи. Но жалко, что из-за этой истории вы пропустили танцы. Хотя вы еще успеваете потанцевать. Хотите, я позову вас, когда появятся полицейские?

Нэнси поблагодарила фермера за предложение и сказала, что после всего, что с ними произошло, предпочла бы вместо танцев осмотреть свои ушибы и смазать их какой-нибудь заживляющей мазью.

– Боюсь, я не такая выносливая, как ваши местные девушки, – добавила она.

Мистер Фишер усмехнулся и дипломатично заметил, что даже девушкам из их общины понадобилась бы заживляющая мазь, приключись с ними такая авария, какая сегодня произошла с Нэнси. Он сказал, что готов разбудить жену, и она поможет Нэнси обработать раны. Но Нэнси, поблагодарив его, сказала, что просто чуть позже примет ванну и отдохнет – глубокий сон самое лучшее средство для восстановления.

Пока не приехала полиция, Нэнси и Нэд решили расспросить мистера Фишера о фермах, расположенных в ближайших окрестностях. А заодно Нэнси спросила его, приходилось ли ему когда-нибудь слышать о месте под названием schnitz.

– Нет, – ответил фермер. – Но я живу здесь не так давно. Я приехал из Огайо.

Тогда Нэнси спросила, может, он слышал о Роджере Хоелте, который когда-то жил в Огайо?

Фермер и на этот вопрос ответил отрицательно.

В этот момент к дому подъехала полицейская машина, и из нее вышли два офицера полиции. Войдя в дом, они представились: Вагнер и Шмидт.

– Это вы нашли украденную мебель? – спросил офицер Вагнер у Нэнси и Нэда.

– И украденную лошадь с коляской, – добавил Нэд.

Нэнси рассказала полиции о своем посещении фабрики, изготавливающей экипажи, а также о слухах, что недалеко от тех же мест была украдена черная лошадь с близлежащей фермы. Офицер Шмидт вытащил небольшую книгу из кармана и перевернул несколько страниц.

– Действительно, у нас зафиксированы оба эти происшествия, – сказал он. – Человек, заявивший о краже, дал нам некоторые опознавательные знаки этого транспортного средства, если только вор не успел с ними поработать… Требуется осмотр.

Все вышли во двор, и офицер Шмидт, достав из кармана фонарик, присел перед коляской и стал изучать ее.

– Отлично! – воскликнул он с улыбкой. – Все как указано в протоколе: финальный слой краски на корпусе отсутствует.

Полицейские поздравили Нэнси и Нэда с тем, что им удалось найти украденные вещи, а затем принялись осматривать мебель.

– А почему вы думаете, что эта мебель из упомянутого вами особняка? – спросил офицер Вагнер.

Нэнси рассказала о пуфе, обтянутом красивой расшитой тканью с розами и листьями.

Офицер улыбнулся и отметил, что Нэнси очень наблюдательный детектив.

– Мы заберем и лошадь, и коляску, и мебель, – сказал офицер Вагнер. – И если хотите, вернем арендованную вами коляску и лошадь хозяевам.

– Это было бы очень хорошо, – согласился Нэд и рассказал полицейскому, где они могут найти перевернутый экипаж.

Офицеры пообещали, что объяснят владельцам, почему им не вернули вовремя их имущество. А Нэд сказал, что как только ему пришлют счет за лошадь и коляску на адрес, по которому он остановился, он сразу оплатит аренду транспортного средства.

Когда полиция уехала, Нэнси и Нэд решили все же заглянуть на танцы и поискать своих друзей. Однако, когда они вышли на улицу и наконец поняли, что во дворе фермы нет машины Нэда, до них дошло, что и друзья, вероятнее всего, давным-давно вернулись на ферму Гликов.

– Как же мы доберемся до дома? – спросила Нэнси.

– Может, кто-нибудь нас подбросит? – предположил Нэд.

Они прошли к амбару, в котором местная молодежь собралась на танцы, и, распахнув дверь, шагнули внутрь. Но едва они появились в зале, как одна из танцующих девушек остановилась и, указав на Нэнси и Нэда, крикнула:

– Это они! Она ведьма! А он с ней! Они явились сюда, чтобы нас проклясть!

В то же мгновение музыка смолкла, и все танцующие застыли на своих местах. Они смотрели на Нэда и Нэнси со страхом и тревогой. В их рядах зарождался гневный ропот. А Нэд и Нэнси с ужасом смотрели на них, не понимая, что все это значит.

Глава двенадцатая

Тайное укрытие

У Нэнси совершенно не было сил как-либо противостоять этой нелепой сцене – она была слишком измотана событиями сегодняшнего вечера. Однако Нэд быстро взял ситуацию под контроль.

– Сейчас же прекратите! – крикнул он, останавливая недовольный ропот собравшихся.

Девушки и парни притихли, и Нэд, воспользовавшись наступившей тишиной, быстро рассказал о случившейся перед танцами аварии, приведя доказательства того, что какие-либо разговоры о ведьмах и колдовстве просто нелепы. В заключение он добавил, что Нэнси вообще могла погибнуть из-за беспечности одного из присутствующих здесь головорезов, который был так глуп, что устроил на дороге гонки.

Когда Нэд закончил говорить, тот самый парень из толпы выкрикнул:

– Может, и так. И все же я считаю, что все проблемы из-за вашей подружки.

– А вот и нет, – твердо возразил Нэд. – Нэнси Дрю, наоборот, сделала немало полезного для жителей вашей общины. Например, она только что передала полиции украденную собственность некоторых ваших людей – лошадь и коляску.

Собравшиеся на танцполе обменялась изумленными взглядами. А девушка, пару минут назад назвавшая Нэнси ведьмой, смутилась и спряталась за чужими спинами.

Тогда Нэд рассказал всю историю от начала до конца и добавил:

– Нэнси опытный детектив. А никакая ни ведьма. Теперь мы были бы вам очень признательны, если бы вы сообщили нам, где наши друзья. Или если бы кто-то из вас помог нам добраться домой.

Часть молодых людей и девушек, пожав плечами и отрицательно покачав головами, ушли. А когда музыка заиграла вновь, продолжили танцы. Но несколько ребят подошли к Нэду и Нэнси и предложили свою помощь, сказав, что готовы отвезти их по любому адресу.

– Простите за все, что тут произошло, – добавил один из парней. – На самом деле мы очень признательны вам за все, что вы сделали.

Нэд и Нэнси собрались уже было воспользоваться предложенной помощью, но тут услышали звук знакомого двигателя за воротами и увидели подъезжающий к дому фермера автомобиль Нэда. Как только мотор заглох, из салона выскочили Бесс и Джордж и бросились к Нэнси и Нэду.

– Как же я рада, что ты в порядке! – воскликнула Бесс, обнимая Нэнси.

А Джордж добавила:

– Однако вы здорово нас напугали! Мы слышали про аварию и видели перевернутую коляску – но совершенно не могли понять, куда вы пропали!

– Расскажем по дороге, – пообещала подругам Нэнси, садясь в автомобиль.

Берт и Дэйв улыбнулись.

– Почему же вы заранее не сказали нам, что собираетесь кататься по всему Ланкастеру? – спросил один из друзей.

– Мы и сами ничего не знали о своих планах, – пошутил Нэд.

Они тронулись в путь, к ферме Гликов, и Нэнси здорово удивила друзей, когда сообщила им, что на самом деле они прибыли на танцы, когда они еще только-только начались.

– После того как с нами произошла авария, о которой вы слышали, – начала свой рассказ Нэнси, – мы первым делом поймали свою лошадь и решили ехать на ней верхом на танцы, а за коляской подумали вернуться позже. Поймав лошадь, мы доехали до фермы Фишеров, но на танцы не пошли, потому что заметили украденную коляску, которая устроила нам аварию, и черную лошадь, запряженную в нее. Коляска была привязана немного в стороне от дома. И мне стало интересно посмотреть, что в ней. Я подошла ближе, однако людей в ней не обнаружила. Зато увидела, что в коляску сгружена какая-то мебель. И я решила, что это мебель из особняка Фоллеттов…

– Что?! – воскликнули в один голос Бесс и Джордж.

Нэнси улыбнулась.

– На тот момент я подумала, что это та самая украденная мебель. А чуть позже мы выяснили, что это и правда мебель Фоллеттов, – сказала она. – Мы немного посидели в засаде, надеясь, что выследим Роджера Хоелта, и действительно, вскоре увидели мужчину, который бродил возле амбара, где проводились танцы, и высматривал что-то.

– Уверен, что он искал тебя, Нэнси, – предположил Берт. – А это точно был Роджер Хоелт? Вы выяснили это?

– Ну ты же знаешь Нэнси! – воскликнул Нэд, усмехнувшись. – Она дождалась, когда этот тип сядет в коляску, и настояла, чтобы мы поехали за ним. Мы подумали, что даже если это не сам Роджер Хоелт, то его помощник. И отправились за ним…

Остальную часть истории друзьям рассказал Нэд, и они слушали его, не скрывая изумления.

Глики еще не спали, когда ребята наконец добрались до их фермы. Супруги очень обрадовались, увидев Нэнси и Нэда, и еще больше были рады тому, что все с ними в порядке и они целы и невредимы. С интересом выслушав историю о приключениях Нэнси и Нэда, сапожник и его жена спросили:

– Вы, наверное, голодные? Давайте немного перекусим и будем ложиться спать.

Миссис Глик пошла к плите, а мистер Глик добавил:

– Только сначала помолимся. Воздадим благодарственную молитву за благополучное возвращение наших гостей домой.

Гости и хозяева, сидя за столом, склонили головы, и мистер Глик прочитал короткую молитву на пенсильванском голландском диалекте. А когда он закончил, каждый из сидевших за столом, не поднимая головы, добавил от себя свою личную благодарность за благополучное возвращение Нэнси и Нэда.

После молитвы миссис Глик накрыла легкий ужин, и, перекусив, все пошли спать.

Утром Нэд и его друзья объявили, что им, к сожалению, пора уезжать – им нужно было отправляться на летнюю студенческую практику. Но каждый был переполнен впечатлениями от этого короткого визита, который получился одновременно и волнительным, и веселым.

– Жаль, что ты не можешь остаться подольше, – произнесла Нэнси, обращаясь к Нэду. – Ты мне так помогаешь! Нам с тобой здорово удается разгадывать загадки!

Простившись с ребятами, подруги вошли назад в дом и прошли на кухню, где миссис Глик занималась делами.

Когда Нэнси объявила, что не медля ни минуты желает продолжить расследование и отправиться на поиски Роджера Хоелта, улыбка спала с лица миссис Глик.

– А я так надеялась, что вы пойдете со мной к миссис Штольц на quilting, – сказала она и добавила: – Это для ее дочери.

– А что это – quilting? – спросила Нэнси.

И миссис Глик объяснила, что в амишской общине, прежде чем девушка выйдет замуж, женщины ее семьи в течение нескольких лет готовят приданое. А quilting – это изготовление разных лоскутных одеял и прочих вещей, сделанных своими руками.

– Вы хотите сказать, что амишские девушки уже за несколько лет до свадьбы знают, кто будет их женихом? – округлив глаза, спросила Нэнси.

Миссис Глик засмеялась:

– Нет, не знают конечно же. Но они готовятся к замужеству заранее. Если девушка получила предложение, то она очень быстро выходит замуж. Но к этому времени у нее уже полностью должно быть готово приданое. – Миссис Глик изумлено посмотрела на подруг. – А разве вы не готовитесь к свадьбе заранее?

Девушки смутились и, в конце концов, признались, что они вообще не думают о приданом.

На что миссис Глик расстроенно покачала головой.

– Вы не должны оставаться leddich слишком долго, – сказала она и перевела гостям непонятное слово на пенсильванском голландском диалекте: – Leddich – значит незамужняя девица. Хотя ваши ребята – Нэд, Берт и Дэйв очень милые молодые люди…

– Это верно, – заметила Бесс, – они милые. Но никто из нас пока не планирует вступать в брак.

– Но вам уже пора, – настаивала миссис Глик. – Вам стоит задуматься об этом. В любом случае, я хочу, чтобы вы пошли со мной посмотреть, как готовятся лоскутные одеяла и другие вещи. Посмотрите, какое приданое обычно готовят амишские девушки к своей свадьбе. Они изготавливают много вещей своими руками для будущего дома.

Решив, что такая экскурсия вполне может быть интересной, подруги сказали миссис Глик, что заглянут ненадолго в дом Штольцев и посмотрят, как шьются лоскутные одеяла, да и вообще готовится приданое, – но потом отправятся продолжать расследование. Миссис Глик не возражала. И через час все выехали к дому Штольцев. Девушки в кабриолете Нэнси, а миссис Глик отправилась туда в собственном транспортном средстве.

В доме Штольцев Нэнси и ее подруг представили хозяйке и другим женщинам, которые жили в соседних фермах и сегодня собрались в гостиной, чтобы помочь шестнадцатилетней дочери миссис Штольц, Ребекке, готовить приданое. Миссис Глик сказала, что все эти женщины в основном друзья семьи или ближайшие родственницы.

Нэнси, Бесс и Джордж с интересом рассматривали большую деревянную раму, на которой было натянуто муслиновое покрывало, приготовленное для пэчворка. Реббека только что закончила вырезать для него цветные кусочки ткани – из них должны были составить оригинальный узор покрывала, но прежде все эти лоскутки нужно было между собой сшить. Предполагалось, что по краям, по всему прямоугольнику покрывала, композиция будет составляться из ярко-голубых кусочков ткани, а в центре, в вазонах из терракотовых лоскутков, будут красные розы на зеленых стеблях и с зелеными же листьями.

Шитьем занимались четыре молодые женщины, сидевшие перед рамой. Они так быстро соединяли между собой лоскутки ткани, которые им подавала Ребекка, что Нэнси, Бесс и Джордж просто диву давались – как ловко и слаженно они выполняли такую тонкую и непростую работу!

Подруги наблюдали за рукодельницами около получаса, после чего Ребекка пригласила Нэнси, Бесс и Джордж посмотреть уже готовое приданое, которое она хранила в старом деревянном сундуке. Чего там только не было! Наволочки, салфетки для комода, полотенца, простыни, еще одно лоскутное одеяло…

Наконец пришел момент, когда гостьи объявили, что им пора уезжать. Прощаясь, Ребекка достала огромную наволочку, набитую красивыми цветными кусочками ткани для пэчворка, и подарила каждой из девушек в память о сегодняшнем знакомстве по большой горсти разноцветных лоскутков.

– Пообещайте, что используете их, когда будете готовить свое приданое, – сказала Ребекка.

Нэнси и ее подруги заверили ее в том, что сделают это.

– С них мы и начнем шить наши стеганые одеяла, – сказала Бесс.

И Ребекка удовлетворенно кивнула.

Поблагодарив юную хозяйку и попрощавшись с миссис Глик и другими женщинами, подруги покинули дом.

По дороге к машине Джордж спросила:

– Куда мы поедем?

У Нэнси давно был составлен план действия, и она посвятила в него своих подруг, сообщив о своем намерении поискать убежище, в котором, как она подозревала, мог укрыться тот самый человек, которого накануне они выслеживали в лесу.

– Когда он понял, что мы за ним следим, то сознательно повел нас ложной дорогой, – сказала Нэнси.

Бесс спросила, знает ли она, где это убежище.

– Думаю, оно в другой стороне от того места, где он, съехав в лес, свернул направо. Нам нужно сейчас добраться туда и начать поиски в противоположном направлении.

Прибыв на место, о котором говорила, Нэнси свернула налево и около двух миль ехала по узкой дороге, шириной чуть больше обычной тропинки. Вскоре Нэнси пришлось затормозить, так как ехать становилось все сложнее.

– Остановимся здесь, – сказала она. – А дальше пойдем пешком.

Тропа, которой следовали подруги, становилась все более и более заросшей и, наконец, привела их к лесу.

– Это мне не нравится, – сказала Джордж, видя, что дальше им придется брести по густым зарослям.

– А я думаю, что если мы пройдем чуть глубже, то точно набредем на укрытие Хоелта, – сказала Нэнси. – Идемте же, – решительно позвала она кузин, и те последовали за ней.

Пройдя около четверти мили, девушки вышли на поляну, на краю которой, за деревьями, заметили полуразвалившийся дом.

– Здесь нужно быть начеку, – предупредила Бесс.

Нэнси с Джордж согласились с ней и, ступая очень осторожно, двинулись вперед на значительном расстоянии друг от друга – Джордж по центру, а Нэнси и Бесс по сторонам от нее.

Внезапно Джордж вскрикнула:

– Ох!

И тут же ее ступня провалилась в яму.

Джордж попыталась вытащить ногу, но земля стала осыпаться, и ступня ушла в яму еще глубже. А в следующее мгновение и сама Джордж стремительно начала проваливаться под землю.

Глава тринадцатая

Секретный чердак

– Помогите! Я проваливаюсь! – закричала Джордж, оседая все ниже и ниже в яму.

Не на шутку встревоженные, Нэнси и Бесс поспешили к подруге, но остановились в нескольких шагах от нее.

– Осторожнее, Бесс, – предупредила Нэнси. – Мы не сможем помочь Джордж, если сами угодим в яму. Участок земли рядом с ней может быть довольно коварным.

Чтобы продвинуться ближе к подруге, Нэнси и Бесс стали с осторожностью прощупывать ступнями землю на предмет ее плотности. Джордж тем временем проваливалась все глубже и, отчаянно сопротивляясь, просила о помощи. Она уже была по пояс в яме, но чем сильнее пыталась удержаться на поверхности, тем глубже оседала под землю!

– Постарайся не паниковать, Джордж! – крикнула ей Нэнси. – Сейчас мы тебя вытащим. – И, повернувшись к Бесс, сказала: – Ложись на землю позади меня и цепляйся за мои лодыжки.

Бесс быстро выполнила приказание Нэнси, как только сама распласталась на траве и дотянулась до рук Джордж.

– Ухватись крепко за мои запястья, – велела Нэнси Джордж, а потом снова повернула голову к Бесс: – Когда я досчитаю до трех, начинай отползать назад! Раз, два, три! Отползаем!

Лежа на земле, Бесс и Нэнси изо всех сил начали пятиться назад. Однако этих усилий было недостаточно – им нужна была дополнительная опора.

– Попробуй потянуть меня сильнее! – крикнула Нэнси Бесс.

Оглянувшись назад, Бесс заметила недалеко от себя маленькое деревце, за которое можно было бы уцепиться ногой, что она и попыталась сделать.

Теперь у подруг появилась хоть какая-то дополнительная опора, и они, из последних сил пятясь назад, попробовали еще раз потянуть Джордж. На этот раз их старания увенчались некоторым успехам – Джордж удалось наполовину выбраться из ямы.

Отдохнув пару минут, подруги сделали еще один заход, а потом повторили свои действия несколько раз, пока наконец полностью не извлекли Джордж из ямы и не оттащили ее на безопасное расстояние. Но едва они это сделали, как земля по сторонам ямы стремительно осыпалась вниз.

– Слава богу! – потрясенно прошептала Джордж. – Хорошо, что мы успели. Иначе бы меня погребло заживо.

– Как думаешь, Нэнси, из-за чего обрушилась земля? – спросила Бесс.

– Вероятно, здесь когда-то протекали подземные воды, – предположила она. – Может, недалеко была водяная мельница или небольшая плотина… На таких участках грунт становится неустойчивым и порой проваливается. Но поскольку из дома никто не вышел, когда Джордж звала на помощь… – продолжила Нэнси задумчиво. – Здесь, вероятнее всего, никто не живет. Надо проверить.

Бесс и Джордж кивнули, и три подруги с осторожностью направились к одноэтажной постройке.

Достигнув дома, девушки остановились перед дверью, и Нэнси постучала. Ответа не последовало, и тогда Нэнси взялась за ручку и потянула дверь на себя. К ее удивлению, дверь оказалась не запертой и легко распахнулась.

Юный детектив и ее помощницы шагнули за порог, за которым их встретила полнейшая тишина.

– Сомневаюсь, что здесь кто-то есть… – сказала Джордж.

Подруги бродили по пустым комнатам, отмечая, что в них не было совершенно никакой мебели.

Кухня тоже была абсолютно пустой, здесь отсутствовала даже печь. Но наверху был чердачный люк, и Нэнси указала на него подругам.

Они уже собирались уйти, как внезапно услышали глухой стук под потолком. Нэнси приложила палец к губам, и кузины замерли, прислушиваясь. Несколько мгновений все трое стояли в полной тишине, глядя на чердак, но звук так и не повторился.

– Думаю, там никого нет, – пошептала Джордж.

Однако Нэнси покачала головой и снова приложила палец к губам, давая подругам знак, что хочет проверить люк.

Она жестом попросила Бесс – самую крепкую из них троих – наклониться и взобралась ей на плечи. Бесс под тяжестью Нэнси застонала.

Любознательная сыщица потянулась к люку, намереваясь его открыть, но едва толкнула дверцу, как сверху на нее посыпался ворох старых и грязных газет.

Потеряв от неожиданности равновесие, Нэнси повалилась на пол; Бесс в шоке зажмурилась от того, что ее глаза наполнились пылью; а на голову Джордж свалилась связка затхлых бумаг. В кухне поднялось облако пыли, и девушки, задыхаясь и кашляя, метнулись к входной двери.

Откашлявшись и отчихавшись на открытом воздухе, Бесс и Джордж смогли наконец-то спросить у Нэнси, не сильно ли она ударилась, когда упала.

– Самую малость, – ответил Нэнси и добавила: – Что-то я сомневаюсь, что все эти стопки бумаг повалились на нас сами собой.

– Думаешь, кто-то был на чердаке и сбросил нам на головы всю эту кучу хлама? – спросила Бесс.

– Уверена в этом, – заключила Нэнси. – Предлагаю выяснить, кто это был!

Когда подруги вернулись в кухню, они увидели, что дверь на задний двор открыта: кто-то спрыгнул с чердака и убежал через эту дверь – следы, оставшиеся в пыли, определенно указывали на это.

– Следы ведут к этой двери! – крикнула Джордж.

– Я прослежу, куда они ведут, – сказала Нэнси. – Бесс – со мной. А ты, Джордж, останешься здесь в качестве охранника, хорошо?

– Конечно, – отозвалась Джордж.

Нэнси и Бесс выбежали через кухню на задний двор, а Джордж внимательно уставилась на чердачное отверстие: ее беспокоил вопрос, не мог ли наверху остаться кто-то еще? И она решила это выяснить.

Пройдя к входной двери, Джордж со всей силы захлопнула ее, а затем на цыпочках попятилась назад, поглядывая в кухню: не появится ли в проеме люка кто-то еще? Подождав немного, она поняла, что на чердаке никого нет, и вышла во двор, намереваясь обойти дом вокруг. Но и в этот раз не обнаружив ничего подозрительного, Джордж решила немного углубиться в лесок и внезапно остановилась, заметив старое искривленное вишневое дерево – его ветки причудливо торчали в разные стороны, словно конечности какого-то сказочного чудовища. И когда Джордж присмотрелась внимательно, то с удивлением поняла, что искривленные вишневые сучья и ветки напоминают ей ведьму, летящую на метле!

– Это же Дерево ведьм! – воскликнула она.

А подойдя еще ближе, поняла, что дерево имеет самую прямую связь с гексаграммой, на которой было изображено Дерево ведьм!

И тут в тишину леса ворвался пронзительный женский крик. Джордж испуганно вздрогнула и, повернувшись в сторону, с которой долетел крик, затаив дыхание, замерла.

Крик мог означать две вещи: либо подруги попали в беду, либо кто-то пытается заманить ее в ловушку, подальше от полуразвалившегося дома. Джордж решила оставаться на месте и дождаться подруг. И в самом деле, спустя пару минут из лесной чащи вышли Нэнси и Бесс.

Джордж сразу же спросила их, не они ли кричали.

– Нет, – ответила Нэнси. – Мы заметили в лесу женщину в амишской одежде. Это она кричала, убегая от кого-то.

– Мы подумали, что женщина с какой-то фермы – собирала ягоды в лесу или цветы. Но когда ее что-то напугало, она закричала и пустилась наутек.

– А больше вы никого не увидели? – спросила Джордж.

– Нет, – ответила Нэнси. – Мы не обнаружили никаких следов и улик, поэтому решили повернуть назад. А ты кого-нибудь увидела?

Джордж покачала головой.

– Нет. Но кое-что нашла, – сказала она и показала на старое искривленное вишневое дерево. – Вы не находите, что оно такое же, как на гексаграмме Дерева ведьм?

– Точно! – воскликнула Нэнси и побежала осматривать дерево.

Она проверила его со всех сторон, особенно тщательно нижнюю часть, где ствол разветвлялся на несколько побегов, но не нашла ничего необычного ни на ветках, ни рядом с самим деревом.

– Если здесь действительно имеется какая-то связь между Хоелтом и гексаграммой Дерева ведьм… – произнесла она задумчиво, – то мы можем расценивать это как подсказку в поисках загадочного места под названием schnitz. Я хочу осмотреть чердак и проверить, вдруг там найдутся какие-то вещи, которые нам помогут в расследовании.

Подруги снова вернулись в дом, и Нэнси попыталась влезть на чердак тем же способом, какой применила в самый первый раз – взобравшись сначала на плечи Бесс.

– Возьми мой карманный фонарик, – предложила Джордж, когда подруга заглянула в темный люк.

– Благодарю, – ответила Нэнси и проворно влезла в чердачное отверстие.

Осветив мрачное пространство включенным фонариком, она поначалу не заметила ничего примечательного. Но вскоре ее внимательный глаз выхватил из темноты покрытый пылью предмет, спрятанный далеко под карнизом. Нэнси пробралась к этому месту и, смахнув с предмета грязь и пыль, аккуратно вытащила его из-под карниза. Оказалась, что это старая немецкая Библия размером примерно десять на двенадцать дюймов, в истертом и практически истлевшем переплете. Прихватив свою находку, Нэнси вернулась к люку.

– Бесс, пожалуйста, возьми вот это, – просила она подругу, передавая Библию. – Только будь аккуратна.

А затем села на край чердачного отверстия и ловко спрыгнула вниз.

Первым делом подруги принялись рассматривать старую книгу и обнаружили на форзаце застаревшее пятно коричневого цвета. Затем Нэнси увидела какую-то тусклую запись чернилами и подошла ближе к свету, чтобы изучить ее.

– «В подарок Рэйчел Хоелт от родителей в день ее бракосочетания», – прочитала она вслух.

– Класс! – воскликнула Джордж. – Как думаете, этот дом все еще принадлежит семье Хоелтов?

– Если бы это было так, – ответила Нэнси, – то полиция искала бы здесь Роджера Хоелта.

Бесс предположила, что мошенник мог использовать старый пустой дом в качестве укрытия. Но Нэнси выразила сомнение и сказала, что иначе здесь бы хранились какие-то предметы мебели, которые он украл.

– Кроме того, – рассуждала она, – Роджер Хоелт использовал и автомобиль, и лошадь с коляской. Но он бы не смог сюда добраться ни на автомобиле, ни на коляске. К тому же видно, что в доме давно никого не было.

– Согласна, – кивнула Джордж. – Но Дерево ведьм может служить нам подсказкой. Надо расследовать дальше.

Нэнси согласилась и предложила взять с собой старую Библию, которую она хотела оставить на время в доме Гликов, а позже передать семье Хоелтов, если они найдут кого-то из членов этой семьи, кому эта вещь будет дорога.

– А вам не кажется, что человек, которого мы спугнули на чердаке, и был Роджер Хоелт? – предположила Бесс. – Может, он искал эту книгу, а мы прервали его поиск?

Девушки осторожно завернули Библию в старые газеты и пошли к машине.

– У меня чувство, что мы уже достаточно близки к Роджеру Хоэлту и Мэнде Кройц, – сказала Бесс, когда они тронулись в обратный путь на машине.

– А вдруг Мэнда уже вернулась домой? – предположила Джордж. – Она узнала истинные цели и характер Хоелта и сбежала от него.

– Может быть, – с сомнением сказала Нэнси. – Но я думаю, если бы она вернулась в свою семью, об этом сразу бы стало известно. Мы можем заглянуть на ферму Кройцев и проверить.

Когда они подъехали к дому Гликов, миссис Глик уже вернулась домой и суетилась на кухне, готовя ужин.

– Пахнет чем-то вкусным! – с улыбкой заметила Джордж.

Миссис Глик вытерла руки о передник и ответила:

– Я готовлю вареники с картошкой, которые мы в шутку называем «Старые башмаки» и milich flitche – торт с кремом из взбитых сливок с корицей.

Во время восхитительного ужина Нэнси, Бесс и Джордж рассказали миссис Глик о событиях дня и о странном вишневом дереве, которое заметили у заброшенного дома. Они спросили, может ли быть связь между этим Деревом и Знаком ведьм, все время встречающимся на гексаграммах?

Кивнув, миссис Глик сказала:

– Ветки этой вишни выглядят как метла ведьмы на гексаграмме.

После этих слов подруги почувствовали еще больше уверенности в том, что они наконец оказались на правильном пути, и поделились с миссис Гликс планами навестить Кройцев и выяснить, не вернулась ли Мэнда.

– Если бы она вернулась, – сказала миссис Глик, – то женщины, собравшиеся сегодня для шитья приданого, знали бы об этом. Но я слышала совсем другое: одна из них обмолвилась, что в исчезновении Мэнды ее родители считают виноватыми вас.

– Тогда понятно, почему они так странно себя вели! – воскликнула Нэнси.

– Вероятно, они решили, что мы поощряем Мэнду уйти с родительской фермы и начать жизнь за пределами амишской общины, – добавила Бесс.

И все же сразу после ужина Нэнси и Бесс отправились в усадьбу Кройцев. А Джордж осталась дома, так как ее ноги еще немного побаливали после того, как она угодила в яму.

– Если Мэнда не вернулась, я не буду терпеть грубость ее отца, когда мы приедем, – заметила Бесс.

Нэнси же только улыбнулась на это замечание.

Они выехали на дорогу, ведущую к ферме Кройцев, и вскоре припарковались у их дома.

Выйдя из машины, Нэнси и Бесс проследовали к парадной двери.

Бесс собралась уже было постучать, но внезапно дверь открылась, и со словами: «Dummel dich!» – миссис Кройц втащила девушек внутрь.

Глава четырнадцатая

Ключ к разгадке

Закрыв дверь кухни за Нэнси и Бесс, миссис Кройц быстро проговорила:

– Простите, что сказала не на английском. Я хотела, чтобы вы поторопились.

– Что-то случилось? – удивленно поинтересовалась Бесс.

Мать Мэнды с тревогой осмотрелась по сторонам, словно боясь, что кто-то ее подслушает, и шепотом произнесла:

– Я боялась, что вас кто-то заметит снаружи. Муж считает, что это вы уговорили Мэнду уйти из дома, и рассказывает об этом всем и каждому. Поэтому если он сейчас внезапно придет домой, то выходите быстро через заднюю дверь.

Нэнси собралась было упомянуть о том, что их автомобиль припаркован возле парадного входа в дом, но не успела произнести и слова, потому что миссис Кройц, в невероятном волнении, опередила ее вопросом:

– Есть ли у вас новости о Мэнде?

– Мы надеялись, что она вернулась домой, – ответила Нэнси. – Нам не удалось ее найти.

С беспокойством сжав ладони, мать Мэнды начала причитать:

– Моя бедная девочка! Если бы муж не запретил мне с ней разговаривать, она бы сейчас была дома. Я так боюсь, что она попала в беду.

Нэнси и Бесс разделяли ее тревогу, но не стали признаваться в этом, а постарались заверить миссис Кройц в том, что обязательно найдут Мэнду, и добавили, что уже сейчас делают все возможное для этого.

– Кроме того, – сообщила Бесс, – полиция ищет семейную пару – мистера и миссис Хоелт, – к которым, как мы думаем, Мэнда нанялась на работу.

Нэнси рассказала миссис Кройц обо всем, что с ними произошло за это время, а потом спросила:

– А вы не знаете, что это за место, о котором упомянул тот незнакомец в разговоре с вашей племянницей Мелиндой? Что он имел в виду, говоря, «отправляйся в schnitz»?

Когда миссис Кройц призналась, что она понятия не имеет, что он имел в виду, Нэнси спросила, может, ей приходилось слышать про хранилище для сушеных яблок? Может, она знает о чем-то подобном, расположенном где-то по соседству с ними?

Услышав о хранилище, миссис Кройц побледнела и, схватив Нэнси за руку, воскликнула:

– Мэнда тоже спрашивала о нем!

– Я уверена, что она ушла туда, – сказала Нэнси. – Где находится это хранилище?

С сожалением мать Мэнды призналась, что она не знает, где это место. И никогда даже не слышала о нем.

– А если Мэнда попыталась бы его отыскать, как думаете, у кого бы она стала спрашивать информацию? – спросила Нэнси.

Миссис Кройц задумалась, а потом ответила, что недалеко от них живет один старик, который, может, и сумел бы им помочь.

– Он знает обо всем, что здесь когда-то было, – сказала она. – Но сама я не слышала ни о каких складах – ни о новых, ни о старых. Если это место и существовало, то его, вероятно, использовали много-много лет назад.

– Как зовут этого старика и где он живет? – с нетерпением спросила Нэнси.

– Его зовут Гроесцзави Эш, – ответила миссис Кройц. – Он живет в большом семейном доме – в одном из трех строений.

Бесс попросила объяснить, что это значит, и миссис Кройц рассказала о том, что в общинах амишей семьи редко разъезжаются, и все поколения живут рядом – и, как правило, дом отца примыкает к дому сына, а с другой стороны построен дом деда. Взрослые родители отдают главный дом сыну, когда тот женится. Однако заранее строят рядом еще одно крыло – свой собственный дом – и переселяются туда, как только старший сын обзаводится семьей.

– А откуда берется третий дом? – спросила Бесс.

Миссис Кройц сказала, что на английском языке ей это трудно объяснить, но она попытается: третий дом – это дом, в котором живет семья еще более старшего поколения – деда. Он обычно переселяется в дом чуть поменьше и уступает свой дом сыну, который освобождает главный дом для внука, у которого появилась своя семья.

– Так вот Гроесцзави Эш живет там в самом маленьком доме, сказала миссис Кройц и указала в сторону северо-запада, добавив: – Если бы ты была вороной, то летела бы в ту сторону.

– Мы обязательно его найдем, – сказала Нэнси. – Но теперь нам лучше уйти, пока ваш муж не вернулся.

– Да, он отправился продать того взбесившегося быка, который боднул его. И, скорее всего, вернется с минуты на минуту.

Бесс и Нэнси быстро покинули дом и сели в машину, а уже совсем скоро без особых проблем нашли ферму, на которой жил Гроесцзави Эш.

Когда они доехали до нужного им строения, то с удивлением обнаружили перед ним дюжину амишских колясок.

– Там что, тоже вечеринка? – удивленно произнесла Нэнси.

Не успела она это произнести, как из маленького каменного коттеджа выбежал паренек с ведром, наполненным яблочными очистками. Высыпав очистки свиньям, он поспешил назад.

– Спорим, это и есть яблочный schnitzing, – заметила Бесс.

Догадываясь, что сам Гроесцзави Эш и остальные присутствующие в данный момент на ферме люди собрались именно в этом маленьком коттедже, Нэнси и Бесс, выйдя из машины, направились прямиком туда.

– Как же тут вкусно пахнет! – воскликнула Бесс, принюхиваясь к восхитительному яблочному аромату, доносившемуся из коттеджа.

Подруги вошли внутрь и зачарованно уставились на компанию мужчин и женщин, занятых чисткой яблок. У каждого из собравшихся на коленях была специальная металлическая машинка с вращающейся ручкой, и, сидя полукругом на стульях, все они – причем тут были не только молодые девушки и парни, но и женщины и мужчины постарше – дружно и слаженно вращали ручки, счищая с яблок кожуру и вынимая сердцевину. Очищенные яблоки потом помещали в большие котлы с водой и отправляли в печь, вероятно, для варки.

Прошло какое-то время, прежде чем собравшиеся заметили Нэнси и Бесс. Одна из женщин оставила работу и подошла к ним поинтересоваться, кого они ищут и нужна ли им помощь.

Нэнси сказала, что хотела бы поговорить с Гроесцзави Эшем. И женщина, кивнув, ответила:

– Сейчас я его позову.

Вскоре к ним вышел высокий старик с голубыми глазами и абсолютно белыми седыми волосами и бородой. Несмотря на преклонный возраст, он держался на удивление прямо и выглядел очень дружелюбным.

– Я Гроесцзави Эш, – представился он. – Чем могу помочь?

Нэнси объяснила старику причину их приезда, сообщив, что ищет место под названием schnitz, где раньше могли хранить сушеные яблоки.

– Ach, ya, – сказал Гроесцзави Эш на пенсильванском голландском диалекте и на английском продолжил: – Я знаю это место. Давным-давно оно принадлежало фермеру по фамилии Хоелт.

Едва сдерживая волнение, Нэнси произнесла:

– Продолжайте, пожалуйста.

– Хоелт жил там довольно долго, но потом продал ферму семье Фуллеров, перебравшейся сюда из города. Но сейчас и они там не живут.

– Почему? – спросила Бесс.

Гроесцзави Эш, посмотрев по очереди сначала на Бесс, потом на Нэнси, сказал:

– Прежде чем я продолжу, объясните, почему вас это интересует?

Нэнси ответила не сразу: она не знала, чем вызван вопрос старика. Однако после недолгого колебания сообщила, что ищет пропавшую Мэнду Кройц, которая, вероятнее всего, скрывается в этом месте.

– Gfaiirlich! Ess iss wie toedt! – воскликнул старик.

Нэнси и Бесс ждали, что мистер Гроесцзави Эш переведет им свои слова. И вскоре он это сделал:

– Это место смертельно опасно! И если Мэнда туда попала, то, скорее всего, она бесследно исчезла, как исчезли многие люди с этой фермы.

– Почему они исчезли?! – испуганно переспросила Нэнси. – Скажите нам! Мы ее спасем!

Однако старый мистер Гроесцзави Эш отрицательно покачал головой и, погрозив пальцем, произнес:

– Подальше держитесь от этого проклятого места! Оно приносит несчастья!

Глава пятнадцатая

Цыганская история

«Неужели Гроесцзави Эш не скажет, где schnitz?» – подумали Нэнси и Бесс.

Раз он считает это место таким опасным и утверждает, что там исчезают люди, то вряд ли он расскажет им, где оно. Однако ей удалось убедить старика открыть им расположение этого места. Он долго колебался и наконец произнес:

– Это в четырех милях отсюда. Вы увидите дорожку, бегущую через запущенное, давно не обрабатываемое поле. Дорожка эта тоже заросла – ее давно никто не использует. Поэтому будьте внимательны, чтобы не пропустить ее.

На всякий случай Нэнси спросила, нет ли по соседству с тем местом еще одного дома. На что Гроесцзави Эш кивнул и подтвердил: да, у Хоелтов было несколько детей, и глава семейства построил каждому по жилищу, которое располагалось на землях фермы, но в отдалении друг от друга.

– А было ли у кого-то в их семье имя Рэйчел? – задала вопрос Нэнси.

Окинув ее пытливым взглядом, старик спросил, откуда ей известно о Рэйчел Хоелт, которая умерла пятьдесят лет назад.

Нэнси призналась, что видела старую Библию, когда-то принадлежащую этой женщине.

– Еще раз говорю, – произнес старик, – держитесь подальше от этой фермы.

– Но почему она так опасна? – спросила Бесс.

Тяжело вздохнув, Гроесцзави Эш начал свой рассказ. Но он использовал так много слов на пенсильванском голландском диалекте, что Нэнси и Бесс нелегко было его понять. Однако они были настойчивы и переспрашивали его о деталях не один раз. И в конце концов поняли, в чем суть истории.

Давным-давно, когда Хоелты еще жили на ферме, загадочно исчезли несколько членов их семьи, и с тех пор их больше никто не видел. Соседи решили, что на семью наложено проклятье и виновны в этом цыгане, которые однажды приехали в те места и установили свои кибитки прямо на территории фермы.

– Узнав об этом, старый Хоелт пришел в ярость. Он не хотел, чтобы на его земле жили цыгане, потому что был уверен, что это не к добру. Он велел им немедленно уехать. Но они вместо этого просто переселились в лес – на его же земли, – сказал Гроесцзави Эш. – Думаю, старый мистер Хоелт не знал об этом. Как и не знал о том, что кое-кто из его детей подружился с цыганами. Там была одна красавица цыганка, которая очень хорошо гадала. Ей очень понравился старший сын Хоелта, она влюбилась в него, и они собирались пожениться. Но старик, узнав об этом, разрушил их планы и пригрозил сыну лишить его наследства, если тот ослушается. Разозлившись на старика, цыганка пригрозила ему, что проклянет его род и сделает так, что члены его семьи исчезнут, если он помешает их браку. Для старого Хоелта это, конечно, был ужасный выбор, но он решил все же разлучить сына с цыганкой. Однако люди рассказывали, что позже эта женщина дала своему возлюбленному ключ к разгадке тайны, при помощи которого можно было снять проклятье. Этот ключ – разгадку тайны – цыганка написала на листке бумаги и спрятала в столик, который, уезжая, подарила своему возлюбленному. Но это не просто столик – а очень дорогая вещь. Цыганка приобрела из коллекции мебели Джорджа Вашингтона.

Когда Гроесцзави Эш произнес это, Нэнси с Бесс переглянулись. Сомнений не было – речь шла о том самом столике, который искал Роджер Хоелт!

Старик продолжил рассказ:

– Последнему владельцу фермы, мистеру Фуллеру, также не повезло. Хотя в его семье никто не исчез, у него все время болел или умирал скот, не родился урожай и постоянно происходили какие-то несчастные случаи. А членов семьи преследовали недуги.

– А кто сейчас управляет фермой? – спросила Нэнси.

– Никто, – ответил старик. – Фуллеры съехали и выставили ферму на продажу. Не знаю, вернутся ли они…

Теперь Нэнси стало понятно, почему Роджер Хоелт и его жена выбрали именно это место для укрытия. По всей видимости, он хотел найти ответ на вопрос: как снять проклятье. А разгадав эту тайну, он бы получил много денег и, несомненно, для этого попытался выкупить ферму.

Гроесцзави Эш задумчиво посмотрел перед собой и сказал:

– Так вы говорите, что Мэнда Кройц укрывается на ферме Фуллеров?

– Боюсь, что так, – ответила Нэнси. – Мы собираемся отыскать ее там. А как вы думаете, в чем именно заключается опасность этого места? Я спрашиваю, чтобы мы могли заранее знать, чего ожидать, и избежать неприятностей.

Пожав плечами, Гроесцзави Эш признался, что для него самого это загадка. У него нет ни малейшей подсказки к разгадке этой тайны, и за все долгие годы он не слышал ничего такого, что могло бы послужить подсказкой.

– Те немногие жители наших мест, кто знает эту историю, стараются держаться подальше от этой фермы, – произнес старик.

Нэнси поблагодарила Гроесцзави Эша за информацию и пообещала, что они будут соблюдать осторожность, занимаясь поисками. Старик улыбнулся и выразил надежду на то, что Мэнда скоро окажется в безопасности – дома, а ее отец больше не будет так строг с нею.

– Мэнда милая и работящая девушка. Скоро она выйдет замуж, и ее отцу не о чем будет беспокоиться, – сказал он напоследок с хитрым смешком.

Подруги засмеялись, вспомнив, что Мелинда сказала то же самое.

Когда они отправились в обратный путь, Нэнси выразила желание отправиться на ферму Фуллеров немедленно, но Бесс запротестовала:

– Нэнси Дрю, ты собираешься ехать туда после всего, что ты слышала?!

– Да.

– Я все-таки надеюсь, что ты возьмешь с собой кого-то еще – а не только меня, – твердо заявила Бесс. – Причем мы возьмем не только Джордж, а еще человек шесть-семь.

– И где же мы найдем столько добровольцев? – спросила Нэнси со смехом.

Бесс сказала, что не знает. Но одни они туда ни за что не поедут!

По дороге они продолжили обсуждать эту тему.

– Бесс, ты что, намекаешь, что мне нужно привлечь полицию? – спросила Нэнси. – Я не стану этого делать! У нас нет ни одной улики – ничего определенного. А тащить за собой полицейских – возможно, даже по ложному следу – согласись, это неправильно. Я всего лишь хочу выяснить, действительно ли Хоелты скрываются на ферме Фуллеров. А если на них работает Мэнда, я сначала хочу увести ее оттуда, а потом уже звонить в полицию. Я не хочу, чтобы Мэнду считали соучастницей этой семейки.

Признав наконец правоту Нэнси, Бесс все же сказала:

– Но ведь уже поздно. Надеюсь, ты хотя бы дождешься завтрашнего утра?

– Хорошо, – согласилась Нэнси, после чего добавила, что, скорее всего, супруги Хоелты держат Мэнду в качестве щита. Сама же она ни о чем не подозревает и доверяет им как честным людям. – Ведь раньше она жила под защитой семьи и осталась абсолютно наивной, поэтому готова поверить любому вымыслу, который услышит от Хоелта. И с этой же верой будет рассказывать вымышленную историю этого типа всем подряд – любым незнакомцам.

– Но мы-то для нее не незнакомцы, – заметила Бесс. – Роджер Хоелт попытался заманить нас в тот полуразвалившийся дом. А что он скажет и главное – как он себя поведет когда мы заявимся в его настоящее убежище?

Нэнси оставила реплику Бесс без комментариев, однако сказала:

– Теперь я уверена, что в лесу тогда кричала Мэнда, а может, и сама миссис Хоелт. Ведь, согласись, если на женщине надет амишский капор, то на расстоянии трудно угадать, кто она.

Бесс с беспокойством взглянула на подругу и заметила, что, может, ту женщину в лесу действительно что-то напугало.

– Может, действительно все эти земли, принадлежащие когда-то Хоелтам, опасны и прокляты колдовством цыганки или заговоренной гексаграммой?… – спросила она.

– Я думаю, дело не в колдовстве. Думаю, здесь замешаны какие-то злоумышленники, – сказала Нэнси.

Приехав на ферму Гликов, Нэнси и Бесс поделились своими последними новостями. И на старших членов семьи, и на детей рассказ подруг произвел огромное впечатление.

– А кто такие цыгане? – спросила Бекки. – И как они гадают?

Миссис Глик ответила на вопросы дочери и добавила:

– И гадания, и всякие там заговоры – все это суеверия. В них нет никакого смысла. И не будем больше об этом говорить.

Все приняли во внимание замечание миссис Глик и, прекратив всякие разговоры на эту тему, занялись приготовлением ужина – Бесс, Нэнси и Джордж вызвались помочь хозяйке.

Неожиданно Нэнси заметила, что сын миссис Глик, Хеннер, игравший во дворе с сестрой, держит в руках пращу, и пришла в недоумение: как это родители позволяют ему иметь такую опасную игрушку? Она задала вопрос миссис Глик, и та ответила, что сын очень ловко обращается с пращой и может метать при помощи нее камни на довольно большие расстояния.

– Хеннер будет хорошим охотником, – заметила Нэнси. – Он очень точно попадает в цель.

Миссис Глик согласилась, однако сказала, что иногда он промахивается и не попадает по цели.

– Но он стреляет все лучше и лучше с каждым днем, – заключила она.

Сразу после этого разговора Нэнси, Бесс и Джордж вышли на воздух прогуляться, а заодно обсудить результаты расследования. Когда же они вернулись к дому, миссис Глик крикнула из окна:

– Бесс, тебя к телефону!

Бесс поспешила в дом, а Джордж и Нэнси последовали за ней, надеясь, что новости, которые сообщат Бесс, могут касаться и их.

Как раз когда они вошли в комнату, Бесс сняла трубку и произнесла:

– Алло.

Несколько секунд она внимательно слушала, затем положила трубку и, взглянув на подруг, заплакала.

Глава шестнадцатая

Осечка Давида

– Бесс, что случилось? – Нэнси бросилась к подруге и обняла ее. – Плохие новости?

Бесс вытерла слезы и дрожащим голосом произнесла:

– Нэнси, мне очень тяжело тебе это сообщать, но звонила секретарь твоего отца и сказала… сказала… Господи, я не знаю, смогу ли это повторить…

Сердце Нэнси бешено заколотилось.

– Да говори же скорее! – воскликнула она.

Уняв слезы, Бесс нашла в себе силы передать Нэнси тяжелую новость: ее отца, мистера Дрю, в крайне тяжелом состоянии госпитализировали в больницу, и он находится при смерти.

– Сказали, он все время зовет тебя, – продолжила Бесс. – Ты должна немедленно возвращаться домой.

Побледнев, Нэнси ошеломленно застыла на месте. Потрясение ее было столь велико, что она даже не смогла расплакаться. Словно в трансе, она направилась к лестнице, на ходу объявив лишь, что возьмет в комнате ключи от машины и немедленно отправится домой.

Бесс тут же сказала, что поедет вместе с ней.

Миссис Глик подошла к Нэнси и, обняв по-матерински, выразила свое сочувствие.

– На машине вам придется ехать всю ночь. Вы быстрее попадете домой, если полетите на самолете, – произнес мистер Глик, поднимаясь со стула. – Я сейчас позвоню в аэропорт и узнаю, когда ближайший рейс. А потом отвезу вас.

Нэнси поблагодарила мистера Глика и согласилась, что это, действительно, лучший способ быстро добраться до Ривер-Хайтс и застать отца живым.

Одна только Джордж за все время не проронила ни слова. Но она молчала не потому, что не сочувствовала подруге, а потому, что в голове ее крутились странные мысли: все случившееся казалось ей довольно подозрительным – что-то тут явно не сходилось. Почему не Ханна позвонила Нэнси? Ведь если бы мистер Дрю вернулся из поездки домой, то и Ханна, их экономка, тоже была бы дома. Почему эту новость им не сообщили родители? Ведь и родители Бесс, и ее отец и мать, постоянно находились с ними на связи. Чем больше Джордж думала обо все этом, тем больше у нее рождалось подозрений – а не обман ли это? Секретарша мистера Дрю была в отпуске, и ее замещала другая девушка. Бесс никогда с ней не разговаривала и не смогла бы определить по голосу, с кем говорит. Поэтому… поэтому кто угодно мог выдать себя за секретаршу мистера Дрю…

– Миссис Глик, это вам оператор сказал, что звонок из Ривер-Хайтс? – спросила Джордж.

– Нет, об этом сообщила секретарша, с которой я говорила, – ответила женщина.

Джордж поделилась с собравшимися своими подозрениями и предложила перезвонить домой Нэнси, а если трубку никто не снимет – то она наберет своих родителей.

Сердце Нэнси радостно заколотилось. Она остановилась на лестнице и посмотрела на подругу. Идея Джордж была великолепна! А что, если и правда история с госпитализацией отца – ложь от начала до конца! Нэнси молилась, чтобы все было именно так.

Затаив дыхание, все ждали, когда в доме мистера Дрю ответят на звонок Джордж. Однако трубку никто не брал.

Впрочем, это означало, что Ханна Груэн еще не вернулась от сестры. И Нэнси немного расслабилась.

Не теряя времени, Джордж набрала свой домашний номер, и вскоре трубку сняла ее ма-ма.

– Это правда, что отец Нэнси в больнице? – спросила Джордж.

– Что еще за новости? Нет, конечно! – ответила миссис Фейн. – Я минуту назад разговаривала с мистером Дрю. Он вернулся домой из поездки, о которой предупреждал Нэнси, а сегодня отправился в другое место. Его не будет до утра.

– Подожди, не отключайся, я сейчас, – предупредила Джордж маму и, закрыв трубку ладонью, быстро передала собравшимся хорошие новости.

Нэнси от радости чуть не расплакалась. Ей стало значительно легче, когда она узнала, что отец жив и здоров. Жаль, им не удалось поговорить. Вероятно, он только что вышел из дома и пропустил звонок.

Джордж возобновила разговор с матерью и рассказала о том, как кто-то пытался передать Нэнси ложную информацию о мистере Дрю.

– Какой ужас! – воскликнула миссис Фейн.

– Да, ты права, это переходит всякие границы! – согласилась Джордж. – Похоже, преступник готов пойти на любую подлость, лишь бы прогнать Нэнси из Пенсильвании и помешать ей закончить расследование.

Миссис Фейн ответила, что раз уж до такого дошло, то, может, и в самом деле Нэнси стоит прекратить поиски?

– Мама, ну ты же знаешь Нэнси, – ответила Джордж. – Она не отступит.

– Думаю, да, – ответила мать Джордж. – Но хотя бы передай ей, чтобы была осторожна. Да и вы с Бeсс берегите себя.

Джордж пообещала, что они будут очень осторожны, и, попрощавшись, повесила трубку.

Спустившись с лестницы, Нэнси обняла подругу и похвалила за столь удачную идею: позвонить в Ривер-Хайтс и проверить правдивость полученного по телефону сообщения.

– Миссис Роджер Хоелт в этот раз удалось меня провести, – сказала она с сожалением.

День оказался долгим и сложным. Нэнси, Бесс и Джордж сильно устали, а ложный звонок добавил волнений. Подруги решили, что уйдут спать пораньше, а утром, после того как наберутся сил, возобновят расследование, которое становилось все увлекательнее.

На следующий день подруги проснулись рано и, спустившись вниз, не застали на кухне миссис Глик. Пока ее не было и их помощь в приготовлении завтрака не требовалась, Нэнси, Джордж и Бесс решили выйти на улицу, подышать свежим воздухом. Во дворе они увидели Хеннера, который забавлялся со своей пращой.

– Кого ты сейчас собираешься подстрелить? – спросила Джордж.

– Голиафа, – ответил паренек с лукавой улыбкой. – Ведь я Давид.

Девушки засмеялись. Но Хеннер с совершенно серьезным видом пояснил, что отрабатывает метание камней в цель не просто так, а чтобы защитить Нэнси, если в дом придут злые люди.

– О, Хеннер! – воскликнула Нэнси. – Ты не обязан это делать. Если сюда придут злые люди, с ними разберется твой отец.

Однако Хеннер заявил, что он сам достаточно взрослый и сможет оказать помощь, если это понадобится.

Нэнси не стала спорить с мальчиком. Решив не продолжать эту тему, она направилась в сад и нарвать цветов до завтрака, чтобы украсить ими стол.

Букет был почти готов, когда она вдруг услышала окрик Бесс:

– Осторожно!

Нэнси собралась повернуть голову и посмотреть, кому это Бесс кричит, но тут… что-то с невероятной силой ударило ее сзади по шее.

– Нэнси! – закричала Бесс и бросилась к подруге, рухнувшей без сознания на землю.

– Я нечаянно! – раздался следом испуганный возглас Хеннера.

А через мгновение паренек уже и сам стоял за спиной Бесс и, склонившись над Нэнси, с беспокойством спрашивал:

– Она жива?

В это время как раз подоспела Джордж.

Подняв Нэнси с земли, девушки занесли подругу в дом и уложили на диван.

Спускавшаяся из спальни миссис Глик увидела всю эту картину и быстро поспешила к девушкам.

На ее вопрос, что случилось, испуганный Хеннер, не скрывая слез, ответил:

– Кажется, я убил Нэнси, мама! Я метнул в нее камень из пращи!

И, расплакавшись, бросился вверх по лестнице.

Миссис Глик не пошла за сыном. Она переключила свое внимание на Нэнси: внимательно осмотрела ее шею со всех сторон и расспросила Бесс и Джордж, куда именно угодил камень.

– Бедная-бедная Нэнси, – сокрушенно произнесла миссис Глик. – Нужно немедленно вызвать врача.

Она позвонила по телефону, вернулась к Нэнси и, взяв ее за руку, начала молиться.

Бесс тем временем намочила в холодной воде полотенце и положила Нэнси на лоб. А Джордж, растирая подруге запястье другой руки, не сводила взгляда с ее лица.

Наконец Нэнси медленно стала приходить в себя, хотя все еще и не осознавала, где находится. Даже через двадцать минут, когда прибыл доктор, она по-прежнему была не в себе.

Осмотрев Нэнси, доктор вынес утешительный вердикт: к счастью, сильных повреждений он не заметил; камень прошел по касательной и лишь содрал кожу на спине и шее; а с раненой все будет в порядке – она быстро восстановится, если в течение дня будет соблюдать покой.

Когда Нэнси стало чуть лучше и мысли ее немного прояснились, она слабо улыбнулась и спросила, что с ней произошло.

Джордж рассказала подробности происшествия, а тут как раз и Хеннер спустился вниз.

– Бедный Хеннер! Пожалуйста, не наказывайте его, миссис Глик! – воскликнула Нэнси. – Это произошло случайно…

Миссис Глик пообещала не наказывать сына, тем более что он усвоил урок. Но пращу велела отдать ей.

Прошло еще несколько минут, и доктор собрался уходить, сказав, что состояние Нэнси постепенно улучшается и ничего критического случиться больше не должно.

– Отдохните сегодня, мисс Дрю. Я вам прописываю постельный режим и прошу никуда не ходить, – добавил он строго.

Он сразу же ушел, не дав Нэнси возможности возразить. Когда же она с грустью упомянула, что ей придется отложить расследование, Бесс возразила:

– Не стоит рисковать здоровьем ради Роджера Хоелта. Поправишься и продолжишь поиски, – строго добавила она. – А если попытаешься встать с дивана, я тебя свяжу.

Нэнси с улыбкой заметила, что в данный момент ее такая перспектива не привлекает – и единственное, что ей хочется, так это спать.

Весь оставшийся день она отдыхала, почти ничего не ела и уснула сразу после наступления сумерек. А на следующее утро, к своей собственной радости и радости всех своих друзей, проснулась совершенно бодрой и здоровой и готова была возобновить поиски Мэнды и Хоелта.

Как только завтрак закончился, миссис Глик шутливо выпроводила подруг из дома, и они направились к машине, которую обычно парковали возле сарая. Но каково же было их удивление, когда они не обнаружили кабриолета Нэнси на его привычном месте.

– Кто-нибудь из вас брал вчера машину? – спросила Нэнси.

Бесс и Джордж отрицательно замотали головой.

– Может, мистер Глик загнал ее в сарай? – предположила Джордж.

Но и в сарае кабриолета не было.

Тогда подруги прошли в сапожную мастерскую, располагавшуюся по соседству с сараем, где мистер Глик обычно занимался своим сапожным ремеслом, и спросили про машину у главы семейства.

– Я тоже удивился, не обнаружив припаркованной машины, – ответил мистер Глик. – Но я подумал, кто-то из вас поставил ее в каком-то другом месте.

Нэнси, Бесс и Джордж обыскали территорию фермы Гликов, но кабриолета так и не нашли.

– Его угнали! – возмущенно вскрикнула Бесс.

Глава семнадцатая

Без колеса

Только теперь до Нэнси и Джордж дошел весь смысл слов подруги, и они с ужасом осознали, что остались без автомобиля – его угнали!

– Это снова работа магического знака! – печально заключила Бесс.

– Магия это или нет – я не знаю. Но это, безусловно, событие не из лучших, – подтвердила Нэнси. – Держу пари, что тут опять поработал Роджер Хоелт. Ему не удалось выпроводить меня домой, так он придумал новый трюк! Лишил нас машины! Без кабриолета нам будет труднее добраться до его укрытия.

– Но все же мы туда поедем? Это тебя не остановит? – спросила Джордж.

– Им меня не остановить! – с нажимом произнесла Нэнси. – Теперь у меня появилось еще больше причин, чтобы добраться до логова Хоелта – ведь у него моя машина! – добавила она в гневе.

– Вероятно, мы могли бы арендовать другой автомобиль, – сказала Бесс.

Нэнси одобрила это предложение, однако сначала она решила сообщить о краже кабриолета в полицию – вдруг его угнал не Роджер Хоелт, а какой-то местный шутник. Если это так, то полиция быстро найдет автомобиль. Может даже, его просто бросили на какой-нибудь ближайшей дороге.

Вся семья Гликов очень расстроилась из-за этого происшествия – никогда ничего подобного не происходило в их местах. Особенно был огорчен Хеннер, все еще ощущавший вину за то, что создал Нэнси столько проблем.

Подойдя к ней и взяв ее за руку, он сказал:

– Нэнси, может, я могу тебе чем-то помочь? Я хотел бы загладить вину за вчерашнее.

У паренька был такой умоляющий взгляд, что Нэнси прониклась к нему нежностью. Приобняв его за плечи, она произнесла:

– Я подумаю и скажу, какую помощь ты бы мог нам оказать.

Хеннер признался, что у него уже есть кое-какая идея: он мог бы отвезти их в schnitz, тем более, как они и сами накануне выяснили, это место находится совсем недалеко.

– Мы можем поехать туда на нашей лошади, в нашей коляске, – добавил он с довольным видом.

– Отличное предложение! – воскликнула Нэнси с улыбкой. – Но сначала я сообщу в полицию о краже машины.

Она вернулась в дом и позвонила в полицейский участок, и примерно через полчаса на ферму Гликов прибыл офицер для расследования кражи.

Полицейский записал показания, осмотрел место, где был припаркован кабриолет, и обнаружил несколько интересных следов, явно не принадлежащих человеку из числа местных жителей – подошва его обуви отличалась от подошвы обуви амишских обитателей.

– Как думаете, кому могут принадлежать эти следы? – спросил полицейский у Нэнси.

Она помедлила с ответом:

– Я могу лишь догадываться. Но предполагаю, что это Роджер Хоелт, о котором я уже сообщала. Подозреваю, он прячется где-то в этих местах и всячески пытается помешать мне его найти.

Полицейский сказал, что добавит этот инцидент с кражей в список предполагаемых обвинений против Роджера Хоелта, и пообещал связаться с Нэнси сразу, как только выяснит что-то про украденный автомобиль.

Когда офицер уехал, все наконец сели завтракать. А когда завтрак закончился, миссис Глик объявила, что в дальнейшем будет обходиться на кухне без помощи девушек, чтобы они смогли всецело посвятить себя расследованию.

– У вас и без того забот хватает, – сказала она.

Пошел час, но из полиции так и не поступило никаких сообщений. Нэнси начала терять терпение и в конце концов сказала, что если миссис Глик позволит им воспользоваться предложением Хеннера, то они бы уже сейчас поехали в schnitz в их коляске.

– Конечно, – ответила миссис Глик. – Я тоже поеду с вами. Путь может сопровождаться трудностями, поэтому хорошо, если управлять коляской будет кто-то из взрослых. Можно было бы, конечно, и мужа попросить, но ему лучше себя беречь после несчастного случая.

– А я поеду? – спросил Хеннер. – Я сильный. Из меня хороший защитник.

Миссис Глик окинула сына долгим взглядом, вероятно решая про себя, стоит его брать или нет, и в конце концов с улыбкой сказала:

– Ты уже достаточно взрослый, Хеннер. И я уверена, что ты нам очень поможешь. Я разрешаю тебе поехать с нами.

Хеннер издал ликующий возглас и побежал запрягать лошадь. Через десять минут он уже звал Нэнси, Бесс и Джордж, чтобы те занимали места в коляске.

Сестра Хеннера, Бекки, тоже хотела поехать с ними, но миссис Глик поручила ей домашнюю работу, и девочке пришлось остаться на ферме.

– А еще приготовь обед для отца, – сказала дочери миссис Глик.

Бесс и Джордж расположились в коляске сзади, на пассажирском сиденье, Хеннер занял место возницы, миссис Глик и Нэнси сели по обеим сторонам от мальчика, и компания тронулась в путь.

Двигаясь по маршруту, указанному Гроесцзави Эшем, экипаж вскоре достиг бокового шоссе. Но дорога была настолько изрыта колеями, что лошадь тащилась кое-как.

Наконец они доехали до места, где следовало резко повернуть влево. Хеннер стегнул лошадь, однако не учел неровности дороги. При повороте экипаж въехал в яму, и сколько Хеннер ни пытался из нее выбраться, у него ничего не получалось – левое колесо глубоко засело в колее.

А тут еще и заяц выскочил на дорогу. Испуганная лошадь резко рванула вперед и понеслась… Коляску дернуло из колеи с такой силой, что левое колесо не выдержало и на полном ходу отвалилось.

Миссис Глик помогла испуганному сыну обуздать лошадь, и экипаж, проехав еще немного, остановился на обочине дороги, завалившись на бок.

– Кажется, приехали, – объявила миссис Глик.

Все вышли из коляски и стали осматривать повреждения.

Хеннер, чувствуя свою вину за случившееся, расплакался. Но мать успокоила его, сказав, что в аварии нет его вины – дорога настолько плоха, что кто угодно мог оказаться в таком положении.

– Я так хотел быть полезным, – всхлипывая, говорил Хеннер. – Сначала из-за моей осечки я ранил Нэнси, теперь мы потеряли колесо и не можем добраться до schnitz. От меня одни неприятности, – добавил он.

– Не говори так, Хеннер, – сказала Нэнси. – Ты нам очень помогаешь.

– Твоей вины нет в том, что случилось, – еще раз объяснила сыну миссис Глик. – Просто здесь ужасная дорога. И нам надо как-то отсюда выбираться.

Осмотрев колесо, она сказала, что своими силами коляску починить не удастся – тут нужна помощь механика.

– Что же нам тогда делать? – спросила Бесс.

После недолгого раздумья миссис Глик вспомнила, что неподалеку от этих мест находится ферма Бейлеров, и предложила Хеннеру вместе с Нэнси съездить к ним верхом на лошади и попросить в долг повозку.

– Хеннер, как думаешь, семья твоего школьного приятеля Майкла Бейлера поможет нам?

– Конечно! – ответил паренек и стал быстро распрягать лошадь.

Когда все было готово, они с Нэнси сели на спину животного и поскакали через поля на ферму Бейлеров.

Ехать пришлось около мили. А прибыв на место, Нэнси и Хеннер заметили много экипажей и людей на территории фермы – недалеко от дома кипела какая-то работа, шло строительство.

– Это они отстраивают недавно сгоревший амбар, – заметил Хеннер и с гордостью пояснил, что в общине амишей соседи всегда помогают друг другу. – И деньги за это не берут. Но зато есть много вкусной еды для всех, поэтому работа проходит весело.

Во дворе наблюдалась большая суета, кто-то распиливал доски, кто-то поднимал наверх деревянные балки. Строительство шло быстро и дружно.

– К обеду должны закончить, – сказал Хеннер, спрыгивая с лошади.

Нэнси тоже спустилась на землю. На них с Хеннером никто не обращал внимания, все были слишком поглощены делом. Нэнси попыталась выяснить у проходивших мимо мужчин, где можно найти мастера, который смог бы починить сломанную коляску, но никто ей не смог дать ответ – все отсылали ее к хозяину фермы. А его-то как раз и не было среди строителей.

Заметив перед амбаром своего школьного приятеля Майкла Бейлера, Хеннер поспешил к нему.

– Heist nus! – крикнул в это время один из рабочих.

И Нэнси увидела, как несколько человек вручную начали поднимать наверх тяжелую деревянную балку.

Зачарованно Нэнси наблюдала за слаженными действиями строителей. Но тут ее лицо исказилось от ужаса: балка вдруг выскользнула из рук рабочих и полетела вниз, прямо на Хеннера и Майкла.

Глава восемнадцатая

Еще одно Дерево ведьм

В мгновение ока Нэнси бросилась к мальчишкам и оттолкнула их в сторону, сама успев отскочить в безопасное место. Хеннер и Майкл упали на землю и не сразу поняли, что произошло. Однако, когда подняли головы, тут же осознали, что лишь благодаря счастливой случайности остались живы. Тяжелая балка рухнула позади них и не убила их лишь потому, что зацепилась за перекладину, и это немного замедлило ее падение.

– Ох, Нэнси, ты спасла нас! – воскликнул Хеннер, поднимаясь.

– Спасибо, спасибо вам, – повторил следом за приятелем Майкл.

В эту же минуту к мальчикам подбежали несколько рабочих и на смеси английского и голландско-пенсильванского стали благодарить Нэнси за ее отважные действия и быструю реакцию.

Один из мужчин, протянув Нэнси руку, представился:

– Я мистер Бейлер. Благодарю вас за сына. Хотя я его предупреждал, чтобы не крутился на стройке.

Отец Майкла спросил у Нэнси, как ее зовут, и поинтересовался, что привело ее в эти места – для всех было очевидно, что девушка приезжая. Нэнси назвала свое имя и объяснила причину появления на ферме. Выслушав ее, мистер Бойлер сказал, что с большой радостью одолжит коляску. А еще пообещал вместе со старшими сыновьями починить сломанный экипаж Гликов и доставить его к ним домой на следующее же утро.

– Вы очень добры, – сказала Нэнси. – Не хочу вас отвлекать от работы. И если Хеннер и Майкл прямо сейчас запрягут лошадь, я буду вам очень признательна.

Пока Нэнси разговаривала с мистером Бейлером, к ним подошла его жена и, узнав о происшествии, чуть не расплакалась. Она взволнованно стала благодарить гостью за спасение их младшего сына и Хеннера Глика.

– Позвольте в ответ на вашу доброту угостить вас, милая девушка, – сказала миссис Бейлер с улыбкой. – У нас там на кухне много всего наготовлено для работников, и я хочу вас с Хеннером накормить обедом…

Нэнси ответила, что они бы с радостью приняли приглашение, но на дороге их ждут ее подруги и мама Хеннера – им нужно как можно быстрее вернуться назад. Однако она все же согласилась заглянуть с миссис Бойлер на кухню, пока мальчики запрягали лошадь в коляску.

Нэнси никогда не видела столько еды! Казалось, в доме Бейлеров угощений было наготовлено на целую небольшую армию! Столы ломились от блюд традиционной пенсильвано-голландской кухни, и они здесь были на любой вкус – от сладостей до всевозможных острых и пряных закусок и соусов. Одних только лунных пирогов на противнях стояло штук пятьдесят – их должны были вот-вот сунуть в печь. На полу громоздились горшки и миски, наполненные жареными цыплятами, маринованными огурцами и разными другими вкусностями.

Миссис Бейлер представила Нэнси трудившимся на кухне женщинам, а затем, окинув взглядом помещение, выбрала из всего многообразия аппетитных блюд огромный торт со взбитыми сливками и шоколадной глазурью.

– Вот, мисс, возьмите в знак благодарности этот торт, – сказала она. – Сейчас я вам его упакую.

Но кроме торта, мать Майкла приготовила Нэнси в дорогу дюжину пончиков, несколько кусков жареного цыпленка и кувшин лимонада. Когда к дому подъехал Хеннер на запряженной лошади, женщина все это аккуратно сложила в коляску, и Нэнси, поблагодарив щедрую хозяйку, расположилась на сиденье рядом с юным возницей, и они тронулись в путь.

Когда они добрались до места, где их ждали Бесс, Джордж и миссис Глик, те уже успели порядком переволноваться. А когда Хеннер рассказал о происшествии с упавшей балкой, его мать онемела от услышанного известия.

Широко открыв глаза, она уставилась на Нэнси. Но потом, обняв ее, произнесла:

– Должна признаться, никогда не думала, что обычные девушки так же отважны и смелы, как женщины из общины амишей. Вы, Нэнси, изменили мое мнение, заставили меня понять, что не обязательно жить в суровых условиях, чтобы вырасти смелой и помогать другим людям.

Нэнси вспыхнула от такого комплимента и чтобы сгладить смущение, показала подругам и миссис Глик еду, которую привезла от миссис Бейлер. Все в изумлении уставились на щедрые угощения, а Бесс сказала, что им непременно стоит сейчас же все это попробовать. Уговаривать никого не пришлось, и компания устроила привал с восхитительным обедом. Как же все это было вкусно! Особенно торт, на который, по мнению миссис Глик ушло не меньше дюжины свежайших яиц.

– А взбивать их вручную нужно не менее часа! – добавила она.

Подкрепившись на славу, вся компания двинулась дальше в путь. Но на этот раз место возницы, как более опытная, заняла миссис Глик. Коляска ехала вдоль полей, минуя несколько узких дорог. Наконец Нэнси объявила, что, согласно указаниям Гроесцзави Эша, они уже приближаются к старой ферме Хоелтов и, собственно, к тому самому schnitz, на поиски которого выехали.

– Как думаете, Нэнси, может быть, нам лучше оставить лошадь и коляску где-нибудь неподалеку от дороги и остаток пути пройти пешком? – спросила миссис Глик.

После недолгого размышления Нэнси сказала, что если Роджер Хоелт сейчас на территории фермы, то он, вероятно, поджидает их.

– Поэтому я сомневаюсь, что нам удастся спрятать лошадь и коляску так, что он не узнает об этом, – заметила она. – Если же его на ферме нет, то нам тем более нужно иметь коляску и лошадь при себе. Мы вполне могли бы доехать прямо до места.

Они продолжили путь и вскоре, обогнув небольшой лесок, неожиданно выехали к двухэтажному низкому, обветшалому деревянному строению, похожему на амбар.

Миссис Глик натянула поводья и остановила лошадь.

– Должно быть, это и есть schnitz – то самое яблочное хранилище, – заметила она.

Возле старой постройки не наблюдалось никаких признаков жизни, однако, разглядывая его, все ощущали тревогу – в этом заброшенном амбаре мог скрываться кто угодно. Да и украденную мебель там вполне можно было спрятать…

– Предлагаю разделиться и начать поиски, – сказала Нэнси. – Бесс и Джордж – вы пойдете в одном направлении, а мы с миссис Глик и Хеннером – в другом.

Бесс не понравилась эта идея. Однако в конце концов она признала разумность такого плана.

– Хорошо, разделимся, – согласилась она. – Но только после того, как вместе осмотрим склад, – добавила она твердо.

Нэнси пошла вперед и, дойдя до строения, толкнула ветхую дверь. Та со скрипом отворилась, и все осторожно проникли внутрь. Через щели между широкими досками стен просачивалось достаточно солнечного света, и весь нижний этаж здания, не разделенный никакими перегородками, просматривался очень хорошо и был совершенно пуст.

Тогда компания осторожно поднялись наверх, но и на втором этаже никто не увидел ничего примечательного. Однако Нэнси все же тщательно осмотрела все углы и стены, надеясь найти здесь какие-нибудь потайные шкафы или закутки – но нет, второй этаж был так же пуст, как и первый.

– Здесь где-то должны быть жилые и хозяйственные постройки, – сказала Нэнси. – Давайте их поищем.

Покинув склад, компания разделилась. Бесс и Джордж осторожно пошли вдоль опушки леса, планируя по возможности обойти его полностью. А Нэнси, миссис Глик и Хеннер решили проехать в коляске через поляну и исследовать территорию, примыкавшую к лесу с другой стороны. Проехав по узкой тропе вглубь леса, Нэнси и ее спутники достигли ворот фермерского двора.

Не успели все трое выйти из коляски, как Хеннер вдруг испуганно вскрикнул и показал пальцем на растущее в одиночестве дерево с наполовину нарисованным на его широком стволе символом Дерева ведьм.

– Смотрите, – выдохнул Хеннер и в ужасе попятился, прячась за спину матери.

Нэнси и миссис Глик присмотрелись внимательнее и увидели появившуюся из-за ствола руку. Причем рука эта держала кисть – а самого человека видно не было.

Нэнси почувствовала, как по ее спине побежали мурашки, и на какое-то мгновение решила, что видит призрака. Однако она тут же отбросила эту мысль и поспешила к дереву – незамедлительно выяснить, кто за ним прячется.

Она была уверена, что это Роджер Хоелт! Но каково же было ее удивление, когда она обнаружила за стволом унылого толстого подростка лет шестнадцати. Парень смотрел на нее с тупым выражением лица и ни слова не говорил.

– Что ты тут делаешь? – воскликнула Нэнси. – Кто здесь живет?

Но ни на тот, ни на другой вопрос подросток не ответил, и даже когда к ним подошла миссис Глик и заговорила с ним на пенсильвано-голландском диалекте, он по-прежнему продолжал таращиться на них, не произнося в ответ ни звука.

Внезапно Нэнси осенило: да он, вероятно, глухой?! И она решила проверить это.

Пока миссис Глик пыталась его разговорить, Нэнси пнула большой камень, и тот ударившись о ствол дерева, издал громкий звук. Подросток не обратил на это никакого внимания и продолжал смотреть на них как ни в чем не бывало.

Тут уже у Нэнси не возникло ни единого сомнения в том, что они разговаривают с глухонемым.

– Скорее всего, он работает на Роджера Хоелта, – заключила она вслух.

– Думаю, так и есть, – согласилась с ней миссис Глик и спросила: – Может, нам стоит его связать и усадить в коляску? Так хотя бы он не убежит и не предупредит о нас Хоелта, пока мы продолжаем поиски.

Обдумав это предложение, Нэнси все же сказала, что в первую очередь им нужно найти Мэнду Кройц и убедить ее вернуться к родителям, пока к Хоелтам не нагрянула полиция.

– Тогда оставим парня здесь? – спросила миссис Глик. – Но куда же мы пойдем теперь?

Нэнси не успела ответить, так как в это время услышала голос Бесс:

– Эй, быстрее сюда!

– А вы где? – крикнула Нэнси.

– Мы здесь, в лесу, почти рядом с домом, – отозвалась Бесс.

Нэнси попросила миссис Глик присмотреть за глухонемым парнем, а сама бросилась на голос Бесс. Когда же она отыскала подруг в лесу, то едва могла поверить своим глазам: они разговаривали с Мэндой Кройц!

Глава девятнадцатая

В ловушке

– Мэнда! – взволнованно воскликнула Нэнси, подбегая к подругам и девушке, которую они так долго искали. – Наконец-то ты нашлась! Я так рада! С тобой все в порядке?

– Да, – ответила Мэнда немного удивленно. И добавила, что живет на ферме мистера Роджера Хоелта. – Мне повезло их встретить. Они оказались очень хорошими людьми и сейчас восстанавливают старый дом.

– Ты называешь их хорошими людьми? – возмутилась Джордж. – Как ты можешь называть их хорошими?!

Мэнда нахмурилась, но все-таки спросила у Джордж, что та имеет в виду.

– Нэнси, объясни ты, – сказала Джордж. – Мы с Бесс не успели ничего рассказать Мэнде про колдовство и прочую мистику.

Выслушав от начала до конца всю историю о Роджере Хоелте, Мэнда была поражена. Она не могла поверить в то, что работала в семье мошенников. Хоелты были так добры к ней! И очень хорошо оплачивали ее работу. Кроме того, они ведь верующие люди! Они строгие амиши из Огайо – настоящие амиши, говорящие на голландско-пенсильванском диалекте.

– Не понимаю, как мистер Хоелт может быть вором, – твердила она в недоумении.

– И тем не менее это так, – без обиняков заявила Джордж. – И чем скорее ты уйдешь от них, тем будет лучше для тебя.

Мэнда тяжело вздохнула и, опустив голову, произнесла, что ей некуда идти – отец запретил ей появляться в родном доме, а в Ланкастер она возвращаться не хочет и работать там тоже не хочет.

– Я говорила с твоими родителями, – сказала Нэнси с улыбкой. – Они очень хотят, чтобы ты поскорее вернулась домой. Твой отец сожалеет о том, что был суров с тобой. Он будет счастлив, если ты будешь жить с ними дома.

Мэнда подняла голову и ошеломленно посмотрела на Нэнси:

– Это правда?

– Конечно, – ответила за подругу Бесс, не скрывая возмущения. – Нэнси всегда говорит правду.

Нэнси понимала сомнения Мэнды и не винила ее в том, что она с недоверием отнеслась как к ее словам насчет родителей, так и к словам насчет того, что Роджер Хоелт вор. Однако у нее был аргумент, который мог убедить Мэнду в том, что Хоелт нечестный человек, и она озвучила его:

– Скажи, пожалуйста, а привезли ли твои работодатели какую-нибудь мебель в дом?

– Конечно, – ответила Мэнда не задумываясь.

– Это красивая антикварная мебель? – уточнила Нэнси. – Есть ли среди вещей редкие старинные предметы – например, один или несколько столиков Джорджа Вашингтона?

– Есть. Откуда вы узнали? – спросила Мэнда с удивлением.

Тогда Нэнси посвятила наивную амишскую девушку в подробности дела, и у той исчезли последние сомнения насчет того, что она работает в доме вора. Мэнда была готова покинуть эту ферму немедленно, однако в полицию заявлять не решалась.

– Вам самим придется это сделать, – сказала она.

Внезапно Нэнси вспомнила о глухонемом подростке, которого они застали за рисованием колдовской гексаграммы на Дереве ведьм, и спросила о нем.

– Он совершенно безобидный, – ответила Мэнда. – Его зовут Тодд, и он тоже здесь живет и работает. Тодд абсолютно глухой и не умеет говорить. Но умеет читать все, что мистер Хоелт ему записывает. Он не очень умен, но зато очень исполнителен.

– Значит, это мистер Хоелт велел ему нарисовать на дереве гексаграмму? – спросила Нэнси и рассказала, при каких странных обстоятельствах они застали подростка.

Мэнда кивнула.

– Мистер Хоелт утверждал, что эта гексаграмма много лет защищает их семью, – пояснила она. – Он очень гордился, что у их семьи есть свой собственный защитный знак, и собирался нарисовать его на всех постройках фермы, включая дом и сарай. А Тодду он велел нарисовать знак на дереве, но так, чтобы его никто за этой работой не увидел. – Мэнда рассмеялась. – Бедный Тодд! Он, вероятно, спрятался, когда заметил вас, – и все равно посчитал, что нужно дорисовать знак.

Все тоже улыбнулись. А потом Нэнси спросила у Мэнды, как она нашла ферму.

По ее словам, это произошло не сразу, так как мистер Хоелт не дал ей четких указаний, когда предложил работать у них.

– Он только сказал, что дом расположен недалеко от старого яблочного хранилища – schnitz. И я найду его, когда отыщу два Дерева ведьм.

– И ты нашла эти деревья? Они реально существуют? – спросила Бесс. – Мы-то как раз думали, что так называют деревья, у которых ветки растут в виде метел.

– Да, так и оказалось, – ответила Мэнда. – Но сначала я не поняла, что мистер Хоелт имел в виду. И искала эти деревья. Но я бы никогда так ничего и не нашла, если бы однажды не встретила на дороге дедушку, который объяснил мне, как выглядят деревья, которые называют Дерево ведьм. Он направил меня в это место. А когда я увидела сами деревья, то поняла, почему их так называют.

Внезапно Мэнда в тревоге огляделась по сторонам и сказала, что им нужно немедленно уезжать.

– Думаешь, здесь сейчас появятся мистер и миссис Хоелт и увидят нас? – спросила Джордж.

– Не совсем, – ответила Мэнда. – Хозяин с женой вернутся сюда не раньше вечера. Я просто хочу уехать подальше от этого места, пока их нет дома.

То, что Хоелтов не было дома, как раз было очень кстати для Нэнси – они могли беспрепятственно осмотреть дом и поискать украденную мебель. А уже когда надут – заявить о Хоелтах в полицию.

– Но прежде чем мы уйдем, покажи нам, пожалуйста, где они прячут мебель, – попросила Нэнси.

– Хорошо, идите за мной. Но только очень быстро, – сказала Мэнда и направилась к дому.

По дороге Нэнси спросила у нее, приходилось ли ей слышать, что с фермой связаны какие-то тайны. Мэнда отрицательно покачала головой. Тогда Нэнси задала тот же вопрос, но по-другому:

– Может, Хоелты рассказывали какие-то семейные истории, связанные с этим местом?

– Нет, – ответила Мэнда.

– А это не ты кричала в лесу поблизости от одного старого дома на землях твоих работодателей? – спросила Нэнси.

Мэнда улыбнулась.

– О, это была миссис Хоелт. Она испугалась бродячей собаки, – ответила девушка и удивленно спросила: – Так, значит, вы недавно были рядом с фермой?

Нэнси рассказала об эпизоде, случившемся на чердаке, и Мэнда удивилась еще больше:

– Теперь я понимаю, почему мистер Хоелт вернулся в тот день домой такой грязный! И волосы, и одежда – все было в пыли. Он сказал, что исследовал чердак в доме одного своего родственника, искал старинную семейную Библию. Но так ничего и не нашел.

Мэнда подошла к фермерскому дому со стороны заднего двора и открыла дверь, ведущую в дом через кухню. Здесь почти не было мебели и утвари, и Мэнда объяснила это тем, что Хоелты привезли в дом минимум вещей – лишь четыре раскладушки и антикварную мебель, а остальное планировали купить после того, как полностью отремонтируют дом. А пока они не приступили к обустройству дома, вся дорогая мебель хранилась на чердаке.

– Мистер Хоелт ужасно беспокоился, что мебель украдут, поэтому велел вообще ни с кем не говорить о ней, – объяснила Мэнда.

– Ловкое прикрытие, – с отвращением произнесла Джордж.

– Ну что, поднимемся по лестнице? – спросила Мэнда.

– Да, – ответила Нэнси. – У меня есть список вещей, украденных из особняка Фоллеттов в Ривер-Хайтс. Давайте посмотрим, есть ли здесь что-то из этого.

Мэнда, Нэнси, Бесс и Джордж поднялись на чердак, оказавшийся довольно большим помещением, имевшим лишь одно-единственное окно в задней части коридора, по обеим сторонам которого, за массивными железными голландскими дверями, запертыми на тяжелые засовы, находились складские отсеки – или, иначе говоря, кладовые.

Мэнда отперла одну из дверей, и при свете, падавшем из коридора и небольшого вентиляционного отверстия под потолком этой кладовой, Нэнси и ее подруги увидели несколько предметов старой мебели. Внимательно осмотрев каждый предмет, Нэнси сделала заключение:

– Я уверена, что эти вещи привезли из особняка Фоллеттов. Но я не вижу здесь столиков Джорджа Вашингтона.

– Они в другом конце коридора, – ответила Мэнда. – Мистер Хоелт хранит их отдельно. Он сказал, что они особенно ценные.

Пройдя к другому отсеку, Мэнда открыла дверь, и, войдя в кладовку, подруги сразу увидели четыре столика Джорджа Вашингтона! Значит, решила Нэнси, два из них подлинные, а два – мастерски сделанные копии мистера Зинна. Однако только один из этих четырех столиков вишневого дерева представлял собой истинную ценность – и, судя по всему, Роджер Хоелт заполучил-таки его!

Нэнси спросила Мэнду, не знает ли она, откуда взялся четвертый стол.

– Мистер Хоелт купил его в каком-то нью-йоркском антикварном магазине.

– Ну что ж, – с довольным видом объявила Нэнси, – наш поиск окончен!

– Наконец-то! – воскликнула Бесс. – Как же я рада! Нэнси, ты просто молодчина!

– И я рада, что все закончилось. Было весело, – сказала Джордж. – Нэнси, поздравляю!

– Ну разве я справилась бы с этим в одиночку! – ответила Нэнси.

Мэнда же подумала, что это просто чудо, что Нэнси нашла украденные вещи.

– Но еще ты помирила меня с моими родителями и сделала так, что я могу вернуться домой, – заметила она. – Ну разве не замечательно было бы уйти прямо сейчас?

– Именно это мы и сделаем, – ответила Нэнси. – Остановимся у ближайшей развилки, где есть телефон-автомат, и вызовем полицию. Пусть они сами поприветствуют мистера и миссис Хоелт, когда те вернутся домой.

Все были так возбуждены и обрадованы тем, что расследование завершено, что никто, кроме Нэнси, не заметил, как в дверном проеме мелькнула чья-то тень. Нэнси обернулась посмотреть и…

– Этого никогда не произойдет! – раздался суровый голос из коридора. – Сначала вы сгниете в этой кладовке!

И тут же мощная тяжелая дверь захлопнулась, и послышался скрежет задвигаемого засова.

– Мистер Хоелт! – воскликнула Мэнда, бросаясь к двери. – Выпустите нас!

Но в ответ на это пленницы услышали лишь злорадный смех.

Все четверо принялись изо всех сил колотить по двери и толкать ее, пытаясь выбить. Мэнда возмущенно кричала, что мистер Хоелт не имеет права запирать ее, что он должен отпустить всех, однако ее требования остались без ответа.

Вскоре пленницы услышали удаляющиеся по коридору шаги, после чего Роджер Хоелт покинул чердак и быстро спустился по лестнице.

– Нам во что бы то ни стало надо выбраться отсюда и поймать этого негодяя, – решительно заявила Нэнси.

И все они снова раз за разом стали пытаться выбить дверь, однако их усилия были тщетны.

– Мы в ловушке! – сокрушенно заключила Бесс. – И нам никогда отсюда не выбраться.

Глава двадцатая

Спасите наши души!

Боясь задохнуться в тесном чердачном помещении, Нэнси, Бесс, Джордж и Мэнда не прекращали своих попыток выбить запертую дверь. И когда их плечи и спины, уже покрытые синяками, ныли от боли, пленницы вынуждены были сдаться.

– Никто никогда нас здесь не найдет, – дрожащим от слез голосом приговорила Бесс.

Нэнси была расстроена не меньше подруг. Однако она постаралась и сама успокоиться, и их подбодрить, ведь снаружи остались миссис Глик и Хеннер – и они вполне могли прийти на подмогу.

– Вряд ли они это сделают, – окончательно упав духом, проговорила Бесс. – Наверняка этот негодяй схватил их и точно так же где-нибудь запер.

За все это время Мэнда не произнесла ни слова, а когда Нэнси спросила ее, как она себя чувствует, та со вздохом ответила:

– Со мной все в порядке. Но я так виню себя за то, что мы оказались в ловушке! Я должна была учитывать, что мистер Хоелт может вернуться домой раньше, хотя он и предупредил, что приедет только вечером. Ведь обычно он никуда не выходил днем, а уезжал только по ночам…

Нэнси постаралась успокоить Мэнду, хотя, что уж тут говорить, она и сама чувствовала себя ужасно – так близко быть к поимке вора и попасть в его западню! От такого досадного промаха не сразу придешь в себя.

Но от мрачных мыслей всех отвлекла Джордж – как обычно самая практичная и рассудительная, она, вместо того чтобы переживать, решила занять себя делом: пододвинула стол к стене, наверху которой было вентиляционное окошко, и попробовала исследовать его на предмет того, можно ли выломать решетку и как-то выбраться наружу. Но прутья были плотно вделаны в стену, и между ними оставалось пространство только в три дюйма.

– Никаких шансов вылезти отсюда, – сказала Джордж. – Но если кто-то захочет глотнуть свежего воздуха, – можно встать ближе к самому отверстию.

– Интересно, а его можно использовать как-то по-другому? – задумчиво произнесла Нэнси. – Нельзя ли, например, через него подать сигнал о помощи?

– Как? – скептически произнесла Бесс.

И тут Мэнда вспомнила, что в каморке где-то должен был быть керосиновый фонарь, и, отыскав его, протянула Нэнси:

– Как думаешь, это подойдет? Фонарем можно подать сигнал?

– Мэнда, да ты умница! У тебя талант детектива!

А когда Мэнда спросила, есть ли у кого-нибудь спички, Нэнси тут же вытащила из кармана платья коробок. У нее всегда имелся при себе походный инвентарь сыщика – спички и фонарик. Впрочем, в этот раз фонарика с ней не оказалось – он остался в угнанной машине.

Нэнси зажгла спичку и поднесла к фитилю. Мэнда прикрутила огонь и произнесла:

– Вот так достаточно.

– Но какой же в нем смысл, если пока не стемнело, – заметила Бесс. – А пока не наступила ночь, еще неизвестно, сколько всего может с нами произойти.

Чтобы скоротать время до наступления темноты, Нэнси решила осмотреть антикварные столики и поискать в них потайные ящики. А пока занималась этим, рассказывала Мэнде историю про цыганку и спрятанное послание.

После получасовых поисков Нэнси так и не удалось ничего обнаружить.

– Они точно где-то есть. Но где? – произнесла она в раздумье.

Бесс и Джордж по очереди приходили подруге на помощь, однако и их поиски ни к чему не привели. Внезапно Нэнси пришла в голову новая идея: а что, если потайных ящиков и вовсе нет – ведь если допустить, что они есть, – то о них и цыганка должна была знать. А если цыганка про них ничего не знала, значит, она спрятала свое послание в столике, но в где-то в другом месте.

Нэнси еще раз внимательно осмотрела оба подлинных столика Джорджа Вашингтона и наконец заметила, что у одного из них одна из ножек выглядит чуть длиннее остальных. Измерив длину всех четырех ножек (используя подол платья в качестве мерной ленты) и убедившись, что да, эта ножка примерно на полтора миллиметра длиннее трех остальных, Нэнси поставила столик на бок и попробовала выкрутить ножку из стола. А когда ножка начала поддаваться – стала действовать смелее и вскоре открутила ее полностью. Каковы же были радость и удивление Нэнси, когда внутри полого отверстия она обнаружила крошечный листок бумаги, развернув который нашла послание!

Ошеломленные подруги обступили юную сыщицу и в изумлении уставились на записку, которую Нэнси тут же принялась читать вслух, пока Джордж светила ей фонарем.

«Эмиль, любимый, надеюсь, когда-нибудь наши пути снова пересекутся, но теперь я должна бежать. Где бы я ни была, любовь моя, я всегда буду думать о тебе. И, прежде чем уйду, хочу открыть тебе секрет вашей фермы, который случайно обнаружила. Вчера я чудом чуть не провалилась в глубокую яму в дубовой роще – ты знаешь это место, мы часто встречались там с тобой. Если бы я была одна, то бесследно исчезла, как исчезли многие члены вашей семьи. Но меня спас мой брат, Гато.

Мы решили проверить эту яму, и он спустился в нее по веревке, светя себе фонарем. И обнаружил на ее дне кварцевую шахту – богатейшие залежи горного хрусталя! Это огромные сокровища, и они принесут тебе целое состояние.

В знак своей любви к тебе и чтобы больше никто из вас не провалился в эту шахту, я посадила над ней дикие цветущие кусты из вашего леса.

Если бы ты мог оставить отца и найти меня!

С любовью, твоя цыганка Амайя.»

Девушки молча читали и перечитывали записку – наконец-то они узнали тайну фермы.

– Когда Роджер Хоелт вернется сюда, он найдет это письмо и станет богатым человеком. А мы все умрем, – уныло произнесла Бесс.

Джордж сделала кузине выговор за ее удручающие мысли, а потом решительно заявила:

– Нас спасут, потому что мы дадим сигнал о помощи.

К счастью, сумерки наступили рано, и Нэнси, поднявшись к вентиляционному окошку, начала подавать фонарем сигнал «SOS – Спасите наши души!». Она повторяла это снова и снова, пока у нее не устали руки. Затем ее сменила Джордж, после нее – Бесс.

Мэнда была поражена их слаженными действиями и тем, что все они знали, как подавать сигнал.

– Надеюсь, что его очень скоро кто-нибудь заметит и поймет, – сказала она.

Вдруг пленницы услышали тяжелые шаги на чердачной лестнице и затаили дыхание: неужели это возвращался Роджер Хоелт? Что, если он привел с собой подкрепление и теперь им грозит еще бо´льшая опасность? Что, если он узнает о найденном письме и воспользуется им?

Пока тяжелая задвижка со скрежетом отодвигалась, все пленницы, встав плечом к плечу, приготовились дать отпор. Но когда дверь открылась, девушки с удивлением и радостью увидели знакомых им полицейских – Вагнера и Шмидта.

– Боже, никогда бы не подумала, что так обрадуюсь полицейским! – воскликнула Джордж.

– Это вы подавали сигнал о помощи? – спросил Вагнер.

– Да! – ответила Нэнси.

Она быстро рассказала полицейским о том, что случилось: как Роджер Хоелт запер их в этой каморке, – и показала найденное письмо цыганки, в котором говорилось о шахте с горным хрусталем.

– Это невероятно! – воскликнул офицер Вагнер, дослушав историю до конца. – Кто бы мог поверить, Нэнси, что вам удастся раскрыть эту тайну!

– К сожалению, это еще не конец, – сказала юная сыщица. – Нам же нужно будет еще найти мистера и миссис Хоелт. Может, если мы найдем мою угнанную машину, то найдем и их?

– Отлично рассуждаете, – заметил офицер Шмидт. – Но мы пока не получили никаких сведений о вашем кабриолете.

Когда все они – и бывшие пленницы, и спасшие их офицеры – спустились с чердака и вышли на улицу, Нэнси спросила полицейских, не видели ли они миссис Глик и ее сына Хеннера.

Вагнер ответил:

– Нет, а они тоже здесь?

– Не знаю. Может, они, как и мы, попали в какую-нибудь ловушку? – ответила Нэнси и рассказала, что они приехали вместе, но оставили миссис Глик и Хеннера возле Дерева ведьм. – Нам лучше пойти туда и посмотреть.

И они отправились к schnitz.

Полицейские шли впереди, освещая дорогу фонарями, а Нэнси, Бесс, Джордж и Мэнда держались позади. Когда все приблизились к Дереву ведьм и луч фонаря упал на ствол, то в ярком свете Нэнси и ее подруги увидели привязанных к дереву и с кляпами во ртах миссис Глик и ее сына, Хеннера. Полицейские в ту же минуту освободили их, а потом детально расспросили о случившемся.

– Когда Нэнси и девочки ушли, – начала свой рассказ миссис Глик, – мы с Хеннером остались присматривать за глухонемым работником Хоелтов, чтобы он не доставил никаких хлопот. Но он сбежал от нас незадолго до того, как хозяева фермы – муж с женой – приехали сюда на машине Нэнси. Они застали нас врасплох – и связали нас. С ними был еще один мужчина, он помогал им.

– Немедленно доложу об этом в участок, – объявил офицер Вагнер.

И по коротковолновому автомобильному радиоприемнику тут же отправил сообщение в штаб-квартиру, дав полный отчет о происшествии и попросив перекрыть дороги во всех направлениях, пока не будут пойманы мистер и миссис Хоелт и их подручный.

Когда все распоряжения были отданы, он сообщил коллегам в участок о своих дальнейших действиях:

– По дороге в отделение мы собираемся заехать на ферму Гликов и завезти туда Нэнси Дрю и всех, кто здесь с ней оказался.

Миссис Глик сказала, что хотела бы поехать домой на своей лошади, но офицер Вагнер предложил ей оставить ее до утра на ферме Хоелтов. И все отправились к полицейской машине, припаркованной возле одного из малоиспользуемых шоссе.

Расположившись в машине, все наконец пустились в обратный путь.

Ехать пришлось долго по неровной и ухабистой дороге, а пока поездка продолжалась, Нэнси расспросила офицеров о том, как они догадались наведаться на старую ферму Хоелтов.

– Вы ведь нашли нас не только потому, что мы сигналили фонарем? – спросила она, подмигнув.

Полицейские признались, что вели скрупулезное расследование в отношении Роджера Хоелта и как только узнали о его родовой усадьбе, сразу поехали к ней с целью произвести обыск.

– Вы прибыли вовремя, – заметила Бесс. – Еще немного, и мы бы задохнулись.

– Мы рады, что спасли вас, – сказал с улыбкой офицер Вагнер. – Однако то, что мы оказались здесь, не меняет того факта, что дело Хоелта раскрыла именно Нэнси Дрю.

Нэнси ничего не ответила на это. Как бывало и раньше, едва заканчивалось расследование одной тайны, она сразу начинала думать о том, что ждет ее впереди – какую новую загадку ей предстоит разгадать.

На протяжении всей поездки Вагнер и Шмидт держали связь с полицейским отделением. И ко всеобщему восторгу, еще до того, как вся компания добралась до фермы Гликов, коллеги-полицейские сообщили офицерам по радиосвязи, что супруги Хоелты и их сообщник задержаны – их поймали, отследив угнанную машину Нэнси. Так что вскоре кабриолет доставят в дом Гликов и передадут владелице. Далее полицейские из участка сообщили Вагнеру и Шмидту, что Роджер Хоелт признался, что выдавал себя за члена амишской общины из Огайо. Притвориться амишским последователем ему было несложно, потому что он провел детство в Ланкастере и отлично знал язык и обычаи общины. Также Хоелт рассказал, что действительно пытался помешать Нэнси Дрю расследовать кражу особняка Фоллеттов. Он использовал все доступные ему средства – обман, насилие, клевету, только бы сбить ее со следа и не дать его найти.

– Его погубило то, что он использовал символ Дерева ведьм, – заключил полицейский по радиосвязи.

Далее он рассказал, что Хоелт скопировал на листок гексаграмму с символом Дерева ведьм, однако обронил рисунок в доме Фоллеттов во время кражи мебели. А когда же вернулся в особняк, чтобы отыскать и забрать гексаграмму, Нэнси и миссис Тенни застали его врасплох, и он вынужден был спрятался на втором этаже, а потом сбежать, потому что Нэнси начала обыскивать дом. В тот же день ему пришлось срочно выписаться из отеля и пуститься в бега, хотя за три дня до этого он попросил сообщника пригнать грузовик, на котором они собирались вывезти краденую мебель.

Однако перед побегом, в тот же вечер, Хоелт успел сделать еще несколько дел: устроил слежку за домом Нэнси и совершил наезд на ее пса, Того, – так злоумышленник попытался отомстить сыщице за то, что она нарушила его планы; а после позвонил миссис Тенни и, изменив голос, выдал себя за нью-йоркского торговца антиквариатом и ловко выведал детали начавшегося расследования. Хоелт надеялся, что сможет остановить Нэнси, припугнув ее, – и для этого послал ей из Монтвиля письмо, в которое вложил гексаграмму с Деревом ведьм. Но это, к его досаде, не сработало – Нэнси все равно поехала в Ланкастер. И с этого момента Хоелт изо всех сил стал препятствовать ее расследованию.

Кражу мебели он задумал сразу, как только вернулся из тюрьмы и услышал о тайне антикварного столика, которая имела отношение к старой ферме его семьи. Он решил, что может задешево приобрести семейные земли и найти спрятанные на ферме сокровища…

– Но он потерпел неудачу! – воскликнула Мэнда и, наклонившись к Нэнси, обняла ее. – Если бы ты сюда не приехала, я бы сейчас не возвращалась домой, к родителям. Я так счастлива, что встретила вас, девочки. Вы замечательные!

Когда Нэнси улыбнулась в ответ на слова Мэнды, та, понизив голос, добавила:

– Открою вам секрет: в Ланкастере я встретила прекрасного молодого человека, который хочет жениться на мне. Свадьба будет через месяц. Я уверена, моим родителям он тоже понравится, и они устроят нам великолепное торжество. Обещайте, что приедете на него. Все трое – и ты, Нэнси, и Бесс, и Джордж. Прошу вас.

– С удовольствием! – воскликнула Нэнси.

А Джордж добавила:

– Да уж, такое событие мы не пропустим ни за что.

– Представляю, как это будет фантастически красиво! – с мечтательным видом проговорила Бесс. – Вы в своих амишских общинах устраиваете это с большим размахом. Ведь я права?

Примечания

1

Так ты колдунья!

2

Он такой неаккуратный.

3

Пончики.

4

Это ужасно!

5

Ох! Что это такое?

Content

Кэролайн Кин
Нэнси Дрю и символ Дерева ведьм
Детектив

Глава первая Таинственный злоумышленник

Глава вторая Расследование началось

Глава третья Простое украшение

Глава четвертая Нэнси действует

Глава пятая Удивительная находка

Глава шестая Ведьмы

Глава седьмая Украденная лошадь

Глава восьмая Тревожные слухи

Глава девятая Это не она!

Глава десятая Авария

Глава одиннадцатая Исчезнувший возница

Глава двенадцатая Тайное укрытие

Глава тринадцатая Секретный чердак

Глава четырнадцатая Ключ к разгадке

Глава пятнадцатая Цыганская история

Глава шестнадцатая Осечка Давида

Глава семнадцатая Без колеса

Глава восемнадцатая Еще одно Дерево ведьм

Глава девятнадцатая В ловушке

Глава двадцатая Спасите наши души!

Примечания