Марк Фиттер

Ветеран

Пролог

* * *

— Одна… Нет, полторы маленькие черточки… Это тот, что на крыше… — Юленька старательно хмурилась, напрягая и так слабенькие глазки, пытаясь при этом рассмотреть цели в армейский БПЦ 8х30.

— Принял… Так, пятьсот на полторы… Триста с копейками, — лишь коротко ответил я, сместив целик с единицы на тройку. Таблиц превышения для старенькой машинки Дегтярева я не знал, а потому приходилось работать наверняка, доверяясь зрению своей женушки. — Дорогая, там есть ещё кто?

— Только стоящий на крыше, — тихо ответила она, вглядываясь в небольшое двухэтажное здание. — Огонь в тех окнах, что ты показывал, ещё горит.

— Вот и хорошо, тогда корректируй, — я поудобнее улёгся, вжавшись массой в приклад старенького ДПМа. Родные прицельные у пулемета были так себе и потому фигуру сидящего наблюдателя я практически полностью перекрывал мушкой. По крайней мере мне так казалось. К тому же не совсем верные поправки на дальность. Целиться приходилось примерно в область живота, чтобы пули из-за превышения если и ушли, то выше, в грудь. Опять же, точных таблиц я не знал, а рисковать не хотелось, патронов и так с гулькин хрен.

Довольно грубый и непривычный ход спуска и вот пулемет дёрнуло от короткой очереди. Нет, не привыкнуть мне пока к этому зверю. Сорвал я последний, как пить дать, сорвал. Ну, дай Боже, чтобы первые два попали.

— Свалил… — тихо отрапортовала уже наученная горьким опытом Юля. Я ей ещё в прошлый раз мозг вынес по поводу лишних разговоров во время «работы». — Ой, там в окне один, сюда целится.

— Конкретней! — рыкнул я, распаляясь от тихого гула в ушах. У меня-то даже беруш нет, а единственные активные «уши» отдал жене, поскольку она в принципе не привыкла к громким шумам, а тем более к стрельбе.

— Вот где огонь был, только правее! — рефлекторно вжалась бедняжка, не желая лишний раз злить своего мужа. Не первый год вместе, знает уже как со мною жить.

— Следи, — коротко бросив, прицелился примерно на уровень комнаты. Здание не капитальное, так что винтовочная семёра, а уж тем боле БЗшка тридцать вторая, должна шить, если уж не с первого, так со второго попадания.

Вновь короткая очередь, отсечка, всё как положено и как учили. Контроль расхода боеприпасов, чтоб его. Три гильзы скатились по песчаному скату овражка, куда-то к ногам, надо будет не забыть, собрать их.

— Кажись задел, — с сомнением пролепетала женушка. — А ты точно уверен, что их всего двое там?

— Мужиков двое, еще одна баба и два ребенка лет десяти, — хмыкнул я, продолжая держать здание на прицеле. Стоит отдать должное, Юлька моя, тоже не перестала изучать его в бинокль. — Выход на нашу сторону, а первый этаж решетками забран, с той стороны ходу нет, болото, так что ждем пока они там раздуплятся. Либо снова тот хер покажется, либо он окончательно дотечет… А там можно будет идти и смотреть улов.

— Жестоко, — недовольно поморщилась Юленька, однако тут же опомнилась. — Все, оттаскивают его от окна, голова с волосами промелькнула, да и кричат что-то…

— Хорошо тебе, с ушами, слышишь все, — только и смог усмехнуться я, вытягивая пулемёт из выкопанной под него стрелковой ячейки. — Ладно, пойдем смотреть, что к чему у этих раздражителей хреновых…

Глава 1. Ночное Сияние

— Вон там! Облако красное, — с угасающей надеждой Юлия Игоревна, являющаяся уже пятый год моей супругой, указывала куда-то в сторону горизонта. Темнота опустилась уже часа полтора назад и все это время мы с нею как два идиота стояли на продуваемом пляже, рассматривая темное небо.

— Где? — устало спросил я, пытаясь рассмотреть то, что заметила женушка. — Нет там ничего, дорогая… И походу уже нифига не будет. Пойдем домой, холодно тут! Тебе-то хорошо, ты вон шарфом замоталась, а я даже бандану дома оставил.

— Сам виноват, — отмахнулась Юля, всё никак не унимаясь. — Твоя мать сказала, что сияние будет в девять.

— Уже девять тридцать, — перебил её, подсветив наручные часы фонариком. — Пошли давай, пока светило не сдохло окончательно. Через переезд идти, светя телефоном, прям не прельщает.

— Бу-бу-бу, — передразнила Юленька и недовольно хмыкнув, достала свой телефон. — Сейчас, только твоей маме напишу, что ничего не видно… Ой блин!

— Чего там? — тяжко вздохнув, я даже не стал поворачиваться в её сторону, изучая ночной лес, светя фонариком по сторонам. Вот уж чего, а паранойи у меня хоть отбавляй, порой так и мерещится неведомая херня за меж деревьев. Впрочем, это мои личные загоны, к которым моя жена уже привыкла.

— Да чего-чего, Ирина Александровна ошиблась, — печально ответила Юля. — Сияние не в ночь одиннадцатого, а в ночь на одиннадцатое. Оно вчера было.

— Ну и незачем тогда продуваться тут всеми ветрами, пойдём, — даже не пригласил, а скорее скомандовал, перетягивая ножны на правом бедре поудобнее.

Вообще, мы живем в довольно мирном и тихом поселке, население которого это по большей части военные с семьями, однако оставшаяся часть — это алкаши. Пьют местные много и круглосуточно. Что еще делать в населенном пункте на три тысячи душ, где кроме воинской части есть только несколько магазинчиков и школа с детским садиком. В последнем Юлия Игоревна и пристроилась, коррекционным педагогом. Классическая ситуация, муж военный, а жена на месте пристроится. У большинство моих сослуживцев, кто семьей успел обзавестись до армии, та же ситуация. Собственно, местные заведения на том и держатся. Молодые контрактники года на три себя в государственную паутинку затягиваю, а молодой жене делать-то нечего, либо в магазин продавщицей, либо вот так, педагогом, если образование позволяет.

Оттого и коллектив в поселке тихий и мирный, если бы не ряд молодых и горячих дебилов, да стайки бродячих собак. Как раз на случай их появления, у меня на поясе и висит добротный нож фирмы Кизляр модель «Милитари» с ножнами под армейскую пиксельку. Травмат в посёлке не ношу из принципа. Во-первых, случись что, резинка собачке мало что сделает в отличии от хорошо поставленного удара ножом, а во-вторых… Ну вот не надо оно мне. Пистолет, он же только в воображении крутых выживальщиков может остановить нападавшего, да и то при использовании уже полумифических «дореформенных». В реальности, пистолет — это скорее обуза, за которую можно сесть, при её крайне скудном практическом функционале. Нож же для меня больше инструмент для работы, нежели оружие.

— Ой! — воскликнула Юля, вцепившись в мою левую руку. Опять я затупил в пространство. Со мною такое регулярно случается.

Рефлекторно поведя фонариком в направлении опасности, куда смотрела жена, одновременно вытянул нож из ножен, сразу обратным хватом. Луч света выхватил лишь упавшую от порывов ветра ветку. Опять не услышал. Плохо, слух надо лечить, совсем уже организм угробил с этими командировками.

— Ветка… — отметила жена, продолжая жаться к моей руке. — А мне показалось, что белочка.

Белочка может всякому привидится. Особенно ночью, когда уходишь с относительно открытого пространства в густой лес. На самом деле это и лесом-то назвать нельзя, скорее так, лесополоса глубиной от силы метров двести, которую перерубает старая железная дорога, а за нею ещё полосочка кустаря в метров пятьдесят, а там уж и посёлок.

Однако добраться до него мы так и не смогли. Стоило нам пройти метров пятьдесят, как меня прихватило. Давление скакануло или ещё что, да только я как шёл, так и начал заваливаться, благо хоть нож машинально в ножны пихнул, чтобы руку не порезать. Юленька поддержала, умничка моя, иначе бы я так лицом в осеннюю грязь и прилёг.

— Лёшенька, дорогой, что такое, опять плохо? — обеспокоенно закопошилась жена, пытаясь меня пристроить в полусидячее положение у ближайшего дерева.

— Не знаю… Милая… — с тяжелой отдышкой прохрипел я, откинув голову назад и смотря в небо, словно сквозь высокие ветви сосен, что закрывали его. Однако сияния там так и не было. По крайней мере я его так и не увидел.

— Дышать? Сердце прихватило, что? — волновалась Юля, расстегнув куртку на мне и стянув с меня рюкзак. — Лёшенька, где там что?

— Спрей… В Маленькой… — только и смог подсказать.

Вообще, ещё после первой командировки, я ввёл себе правило, всегда носить с собою аптечку, а лучше две, со всем необходимым. Постепенно мой рюкзак и заполнился разными ништяками, но началось именно с медицинского комплекта. Сейчас вот жена достала из среднего отделения небольшой зеленый пенал со строгой и красивой надписью «Mil-Tec First Aid Kit», там внутри лежали все таблетки и набор для экстренной реанимации и приведения в чувство. Там же лежала и небольшой флакончик Нитроспрея. Всего один пшик, глоток воды из фляги, что так же была в рюкзаке и вот я уже не лежу едва дышащим телом, а вполне себе отдыхаю, сидя под деревом.

— Это всё твои поездки! — начала распаляться Юленька. Сейчас она опять будет выговаривать за рабочие командировки, потом начнет про моё подорванное здоровье, припомнит мне как меня госпитализировали. Затем переключится на то, что я дурак такой, в двадцать пять лет, хочу её без детей оставить, а если и с детьми, то с больными, потому что сердце не лечится.

— Да дорогая, — устало согласился я, не желая с ней спорить. Это поначалу я мог ещё с нею ругаться, но потом это все выливалось в обиду, порой даже в долгую, а оно мне не надо. Проще так, дать ей выговорится, она сама быстро отойдет и смирится.

— Да какое «да»?! — не типично взревела она и тут же закашлялась, так же оседая на землю. Настал мой черед ей помогать. — Всё! Довёл меня! Со всеми этими твоими Сириями и Карабахами, я сама скоро сердечницей стану!

— Малыш, ты так не шути, — напрягся я, тут же подхватывая её и усаживая на себя. Я-то ладно, в рабочих черных джинсах, мне запачкаться не страшно, а вот женушка моя в красивом пальто. Мне же потом и выговор сделает, за то, что не удержал и то, что она испачкалась по моей вине. — Сердечко?

— Угу… — только и смогла ответить она, так же тяжко задышав. Ладно я, со мною всё понятно, фибриляция предсердий на фоне излишних нагрузок, всего раза четыре случалось такое, что нужно было мне заливаться Нитроспреем, но вот с Юленькой-то что.

ЭКГ у меня на руках нет, посмотреть, что у нее там, я не могу, так что выбор не велик. Возможно, это просто ей так поплохело на фоне того, что у меня приступ случился, а может и что посерьезней.

Я уже окончательно пришел в себя к этому моменту, так что, быстро сложив аптечку назад, поднялся, так и не дав женушке коснуться земли. Ох и не любит она у меня на плечах кататься, но что поделать, на руках через лес я её не понесу. Закинув жену на плечи, аккуратно подхватил рюкзак на локоть, придерживая этой же рукой Юлю за плечо. Во второй руке фонарик. Прям эвакуация пострадавшего с поля боя, всё как по учебнику. Только это подходит грубым мужикам в броне, которые не боятся упасть в случае чего. Мне же с такой небольшой и легкой ношей на плечах, пришлось идти аккуратно. Казалось бы, всего метров сто с лишним оставалось до железки, однако тропа все шла и шла через ночной лес.

Уже и Юленька очухалась, начав ёрзать и поставить её на землю. Делать нечего, пришлось опускать. Говорю же, не любит она у меня на плечах кататься, высоты боится, видите ли, хотя с моих метра семидесяти шести, её падать не больно будет.

— Всё, хватит, кругами меня тут носишь! — недовольно проворчала Юля, словно не она пару минут назад загибалась с приступом.

— Какими нахрен кругами? — усомнился я, отряхивая штаны.

— А вот так, — хмыкнула она, достав телефон и включив его. — Нифига себе… Уже час ночи! Ты меня тут сколько носил?

— Да не пизд… Да ну на, — удивился я, сверившись по своему телефону. На экранчике рядом с смешной надписью «Уже …. А ты не трениш!» на фоне человека в военной форме, виднелось красиво «01:12».

— У меня ж дети не кормлены! — вдруг вспомнила Юля, и забыв про страх темноты, чуть было не ринулась вперёд по тропке. — Давай быстрее домой, надо ещё Бони выгулять!

Бони это наш кролик, которого я подарил лет пять назад ещё на свадьбу. Помимо кроля есть ещё кошка, которую зовут Рони, именно к этим детям моя жена так спешит домой, вот только упускает парочку фактов. Во-первых, я при всем желании не мог бы блуждать четыре часа с нею на плечах. Нет, с физической подготовкой у меня все вполне неплохо, но не настолько, чтобы пять десятков кило с мизинцем, таскать на горбу. Позвоночнику наступила бы задница уже через час. Во-вторых, банально негде здесь столько блуждать. Десять шагов вперёд и уже видно железку, а за ней огни поселка, вот только… Куда я не светил фонарём, пока моя женушка выговаривала мне за то, какой я безжалостный и не забочусь о детях, нигде ни железки, ни огней поселка.

— Кабзда, — только и проговорил я, недовольно поморщившись. — Малыш, стихни пожалуйста, дай подумать.

— Ты меня ещё и затыкаешь?! — начала распаляться Юля, уже явно злясь.

— Молчать, — пришлось рыкнуть на неё. По серьёзному рыкнуть. Шутки кончаются. Не нравится мне складывающаяся ситуация. — Лес не наш, так что уткнулась и дала мне подумать, не заставляй кричать на тебя.

— Да ты… — насупилась Юленька, но замолчала. Может обиделась, а может и сама начала догадываться, что что-то не так.

— Да. Я, — строго ответил, светя фонарём то на тропу, то на деревья.

Отличия от «родной» тропки были минимальны, но были. От пляжа до железки проход короткий, по правую руку от неё на отдалении была горка, здесь же она отсутствовала. Помимо этого, там были только сосны и мелкие ели, а тут уже во всю вековые ёлки стоят. Густо так, сосен по минимуму, лиственных и вовсе не видно. Ох чует моя жопа, что далековато мы учесали. Вот уж что, а окрестности посёлка я уже знаю. Уж сколько по ним в антитерроре отбегал, выискивая заброшенных к нам диверсантов, а иногда и тех, кто решил казенный металл потырить. Всё в радиусе километров пяти примерно, облазил. Однако учитывая откуда мы шли, не пересекая при этом железку и не выходя к старой целлюлозной фабрике, то выбор не велик, ушли на запад, а там… А там дачный посёлок в четырех километрах и тропка через рабочий железнодорожный переезд шла.

— Не клеится, — недовольно поморщился, уходя с тропки и усаживаясь на корточки под деревце и прислоняясь спиной к стволу. Достав телефон, решил проверить гугл карты, но связи не было. — Хер-ня…

— Ты чего это? — как-то слишком мирно спросила моя женушка. Видать её тоже проняло. Она по местным лесам не гуляла, так что в плане навигации всегда мне доверялась, а тут уж тем более. Небось уже гадает, за какие такие проступки я её в глухомать утащил.

— Да ничего… На бивак встаём. Нахер, утром дальше двинем, — я расправил затёкшие плечи. Нет, всё же видимо реально я её долго таскал. Не коровка, нет, Боже упаси, скорее так, молодая кроля, но тоже тяжёленька для длительного ношения.

— Какое утром?! — не поняла она. — Мне ж на работу завтра в первую!

— Такое, утром, — спокойно ответил, оглядываясь в поисках более удобного места под ночевку. — Мы хрен пойми, где, заблудились, ориентиров не видно, огней тоже нет, сеть не ловит. По свету посмотрю местность, может и выйдем. Ночью только ещё больше заблудимся. Сама знаешь, куча случаев, когда опытные грибники с наступлением темноты на квадратном километре начинали блудить и заходили в какое-нибудь болото. А тут тем более тропка, не дай Боже, просрем поворот и зайдем в дикие ебеня.

Юля ещё пыталась что-то возразить, но я уже убрал телефон в карман и выхватил нож из ножен. Моим Кизляром молодые ели только так рубить. Пока ходил и лапник срубал, присмотрел небольшую ложбинку метрах в сорока от тропки. Небольшая ямка, поверх которой повалено бревно. Что характерно, ямка песчаная, возможно выработка какая или ещё что, но оно и к лучшему, по крайней мере не сырая земля.

— Ну и как ты спать планируешь? — усомнилась женушка, явно не понимая моих действий. Мы то с нею всего пару раз в поход ходили, да и то, со спальником, покрывалом, палаткой… Так, мелкий кэмпинг, а не поход. Да и то было ещё до свадьбы, в совсем уж молодые годы.

— Легко и просто, — пожал плечами я, обкидав вокруг ямы лапник. В самой ямке, копанул ножом углубление и принялся вскрывать спасительный рюкзак с комплектом тех самых ништяков на случай разных ситуаций.

Засыпать надо на тёплом, особенно сейчас, осенней холодной ночью. Потому в образовавшийся подкоп была помещена таблетка сухого горючего, а сверху подожженная охотничья спичка. Тоже из моего постоянно носимого запаса.

— Сияние… — удивлённо произнесла Юленька, пялясь куда-то на небо. Я проследил за её взглядом и тоже увидел красиво зеленоватое северное сияние прямо над нами.

— Ну… Хоть что-то приятное, — невольно усмехнулся, положив на таблетку сухие веточки, коих здесь оказалось довольно много. Опять же, странность, у нас в лесу в основном шишки валяются под ногами, а тут прям сушняк усеян повсюду.

Пока «пол» импровизированного укрытия прогревался, по-быстрому срубил ещё с десятка два елей, зачистив их от веток. На всё про всё ушло от силы минут десять и вскоре мы с женой уже ютились в довольно комфортабельном укрытии. Тёплая подстилка из ельника, сверху небольшое перекрытие с так же переплетенным ельником. Это только в байках выживальщиков можно прям так ветки составить и засыпать сверху другими веточками, с иглочками. На деле же все приходилось переплетать через одну, на манер стареньких корзинок из бересты. Так оно надёжнее. От ветра ветки не разбросает, да и хоть как-то прикроет от дождя.

Всё это скорее от привычки, нежели по реально нужде. Более чем уверен, что переночевать мы смогли бы и без такового укрытия, но опять же, личные загоны и паранойя… Мало ли какие осколки сверху полетят или ещё что. Сирия научила многому. Да и Карабах в принципе тоже. Там всякое говно ночью могло сверху прилететь.

— И как ты так спокойно можешь спать, — недовольно ворчала Юленька, видя, что я устроился без лишнего дискомфорта. — Оно же всё колется! Ветки впиваются…

— С моё повоюешь, да по полям поползаешь, сможешь и в канаве с говном уснуть, — тихо ответил, обнимая женушку и прижимая к себе. Уверен, на счет иголок и веток она чуть привирает. Пальто у нее плотное, да и джинсы тоже. Скорее просто вредничает, но да это ничего. К этому я уже привык. — Всё, милая, спи, завтра рано вставать. С рассветом двинем.

Ответа не последовало. Стоило моей малышке почувствовать мою руку у себя под головой, как она тут же уснула. Привычка. Мне же так легко спать не удастся. Два часа дрёма и пробуждение с проверкой состояния и окружения на слух, мало ли какой нехороший человек крадётся с автоматом наперевес. Тоже. Привычка.

Глава 2. Плохое утро

Нельзя сказать, что я проснулся раньше, поскольку толком поспать мне не удалось в принципе, опять же из-за привычки караулить неприятеля. Карабах приучил, что, даже просто отдыхая в расположении на точке, можно нарваться на добрых «соседей», которые возжелали прикарманить твои неплохие берцы, и это в лучшем случае. Оттуда я вернулся всего десять дней назад и сейчас отгуливал обязательный «реабилитационный» отпуск.

— Четверг… — тихо прошептал, нарушая утреннюю сонную тишину.

Подъем для себя я устроил около семи часов утра. Просто по привычке так вставать на работу, однако в этот раз что-то было не так. В воздухе словно зависло гнетущее ощущение неправильности происходящего, поэтому оставив Юленьку спокойно спать на уже подостывшем лежаке, я выбрался из укрытия.

Вопреки ожиданиям, столь раннее утро было вовсе не морозным, словно сейчас не середина осени, а конец весны. Солнце только поднималось, но уже хорошенько пригревало, так что мне пришлось расстегнуть куртку, чтобы лишний раз не пропотеть. Оно же как складывается. Работает человек усердно, потеет, кажется, что тепло, не замечает холода, а потом ветерком его и продувает. Оттого все грамотные туристы идут по маршруту без курток, на легке, а как присядут на отдых, так куртки и надевают, чтоб не умерзнуть.

Насколько я помню, по четвергам у нас всегда утренние полёты, так что по идее, в небе должен стоять гул, либо от уже взлетевших вертушек, либо от опробования движков на земле, но вместо этого была тишина. Дикая тишина не типичная для нормального леса, даже птиц не было слышно. Попытка высмотреть хоть одну пернатую тварь меж ветвей, так же не увенчалась успехом. Лес вымер.

Нет, жара всё же доконает, пришлось скинуть куртку вовсе, укрыв ею ещё спящую жену. Рюкзак так же пока что оставил в укрытии, без него проще двигаться по лесу. Впрочем, мне требовалось лишь выйти обратно к тропе, чтобы понять, что она не «местная». Вот уж что, а по родным тропам я натоптал далеко не одну сотню километров пробега. На наших тропках был типичный чернозём с торчащими из него корнями, практически без травяного покрова, а тут же наоборот. Куча мелкой поросли и песок. Ближайшая песочная тропка в двух километрах от поселка, и чтобы выйти к ней, требовалось бы переходить через трассу, а мы ничего не пересекали…

Вывод прост, мы не совсем заблудились, мы просто оказались не в том месте. Словно попали в бермудский треугольник. Как из него выходить, понятия не имею. Однако сворачивать с тропы бессмысленно, поскольку в лесу легко забродить и начать ходить кругами. Нет, компас-то у меня в рюкзаке имеется, но не думаю, что здесь он поможет. Если уж мы не имеем привязки к ориентиру по местности, то на тот же север можно чесать километров двадцать и так из лесу и не выйти. Это опять же, во влажных фантазиях Выживальщиков можно чесать через лес напрямик и выйти к ориентиру. По факту же, ты все время будет лавировать между различных объектов, которые по итогу нехило так изменят твой курс. Поэтому единственный выход, это двигаться по тропе назад, в надежде вернуться к пляжу, а уже от него выходить в посёлок, вот только что-то мне подсказывает, что нифига мы никуда не сможем вернуться. Не наша местность. Попали мы конкретно так.

От тропки я ушел обратно к укрытию и вытащив рюкзак, принялся соображать небольшой завтрак. Вот уж чего, а в лесу всегда есть чем прокормиться. Например, стоило мне просто отойти от ямы метров десять, как я наткнулся на заросли дикой черники. Это ещё раз подтвердило, что мы не в своей местности. У нас всё вокруг посёлка уже выгреблено под ноль различными бабушками и приезжими с ближайших городов. Здесь же, пышные кусты с кучей чуть кисловатых ягод. Нашлась и черноплотка, но она на любителя, хотя и поможет пробудиться.

Хорошо так помогла. Стоило мне сорвать буквально горсть и закинуть в рот, как тут же начал отплевываться. Скулы свело, от кислоты меня чуть наизнанку не вывернуло. Слюна моментально свернулась до состояния смолы, а нижняя челюсть непроизвольно поджалась. Помогло лишь то, что в другой руке у меня ещё оставалась черника, её сладковатый водянистый вкус хоть как-то перебил кислоту.

— Ну и дичь… — только и смог просипеть, набрасываясь на кусты черники и закидывая в рот сорванные ягоды. — Как только мать эту черноплотку литрами жрёт… Сдохнуть же можно!

Кажется я сьел никак не меньше литра. По крайней мере ощутил легкую сытость и одновременно напился. Чтож, можно и жене подготовить завтрак. К тому моменту, как она наконец проснулась от звонка будильника, я уже насобирал достаточно ягод. На моё удивление, нашлась и дикая малина, и даже смородина. Надо будет запомнить это местечко, настоящий клондайк полезных ягод.

— Ниче се, где насобирал? — удивилась Юленька, усаживаясь на поваленное дерево, что служило опорной баркой для конструкции навеса.

— Да вот, прямо тут… Что, на работу уже не так надо? — удивился я, её спокойствию.

— Надо, я кружки должна была вести, но походу не проведу… Ладно, приду ко второй смене, скажу, что плохо было, — отмахнулась она, начав поедать ягодки, собранные в мою черную кепку.

— Да-да, мам, я ещё полчасика посплю, нам ко второму, — усмехнулся, усаживаясь рядом и подтягивая к себе рюкзак.

— Иди ты, — улыбнулась Юленька, тяжко вздохнув. — Ну что, посидим и пойдём? Я, наверное, сейчас такая растрёпанная… Прям как кикимора какая-то.

— Да не, ты у меня красавица, — я как мог сдержал смех и принялся доставать из волос жены еловые иголки и мелких лесной мусор.

Сидели не долго. Юля подкрепилась и вскоре уже была готова выдвигаться дальше. Опять её удивили мои привычки. Перед тем как уйти, я раскидал укрытие, отнеся лапник и ветви метров на сто и скинув их грудой в небольшой овражек, так же присыпал на дне угли от сгоревшего сушняка, которые ночью грели лапник, а сейчас могли послужить нежелательными следами нашего здесь прибывания.

Возможно, это все и кажется глупым, иной бы оставил укрытие и так, но я не люблю лишний раз следить в лесу. Пару раз мне такая привычка жизнь спасала, правда моей жене я об этом не рассказывал. Она вообще считает, что я во все командировки ездил ни как командир отдельного усиленного взвода охраны, а как начальник продовольственной службы. Ведь там же всё так перемешено по должностям, и «моя» должность сто процентов уже занята кем-то, вот я и катался как продуктовик и тыловик, ни разу не вылезая на передок… По крайней мере такой легенды я придерживался для любимой женушки. Нечего ей лишний раз за меня волноваться.

Стоило нам выйти обратно к тропке, как Юля тоже отметила высокую температуру окружающей среды и стянула шарф и пальто. Естественно, что моя королевна нести это все в руках не возжелала и потому мой рюкзак потяжелел. Свой-то она дома оставила.

Хорошо, наверное, ей, идёт беззаботная, налегке, не обращая внимания на округу, а может это опять моя паранойя разыгралась. Помнится, как-то мы с группой тоже шли на прочесывание местности и нарвались на группу нежелательных личностей, которые сразу открыли огонь, инициируя встречный бой. К их сожалению, мы быстро развернулись в линию и обхватив их, устроили полноценный огневой мешок. Здесь же так не выйдет. Огнестрела при себе у меня нет, только пара ножей. Кизляр Милитари на поясе, Стил Вил в кармане кофты и небольшая рабочая финка в рюкзаке. У любого нормального мужика должно быть минимум три ножа.

— Кто-то едет, — негромко произнесла Юля, ускоряя темп и глядя только вперед.

— Стоять! — рыкнул я, догоняя и хватая её за руку, поглядывая налево. Там через прорехи в лесополосе, было видно дорогу. Красивый свеженький асфальт уж точно никак не вязался с тем раздолбанным покрытием, которое было рядом с нашим поселком. Шутка ли, там армейские грузовики катаются, полотно в хлам разбито.

— Там люди! — возмутилась она, а я все четче начал слышать звук приближающейся машины. Не на полном разгоне, нет, скорее нечто легкое, по типу Лады Гранта, сильно загружено и медленно катит. Почему именно Лада вспомнилась? Да просто один знакомый уже задолбал у меня под окнами ночью кататься на ней и металл вывозить на приемку.

Никто нормальны по такому хорошему полотну, даже загруженный, так медленно не ехал бы. Черт знает что меня подстегнуло, но мне сразу примерещилось, что это какая-то «местная» тайота, с пулемётом на станине, загруженная под максимум аборигенами с калашами. Я как-то рефлекторно прижал Юлю к себе, зажав ей рот и юркнув с тропы в сторону.

Жена, явно отвыкшая от моей паранойи, лишь широко открыла глаза, испытывая далеко не культурный шок. Попытки вырваться были тут же прерваны, стоило мне прижать её к себе с силой. Раздался тихий писк жертвы, попавшей в цепкие объятия маньяка.

— Тихо, — быстро зашептал я. — Мы не в своем районе, раннее утро, кто-то медленно едет через лес. Кому оно нафиг надо в такую рань?

Видать её сильно проняло, поскольку Юленька довольно сильно прижалась, уставившись на дорогу. Вскоре там показалась машина. Я даже практически угадал модель. Лада Веста. В принципе данная машинка не далеко ушла, поскольку для меня весь «наш» автопром считается с говницом. Накатался на служебных вестах, так что как опытный пассажир, недолюбливаю их.

Выкатившая по дороге Лада была очень хорошо затюнингованой. Если бы не характерные очертания, я бы ни за что не признал. Во-первых, машина сильно занижена, во-вторых, затонирована, в-третьих, куча внешних выступов якобы для создания более аэродинамической формы. К тому же, не помню, чтобы я видел чисто серебристую Весту с новенькими хромированными дисками. Слишком уж дороговатая машинка для нашей местности.

— Чужаки, — негромко проговорил я, оттаскивая женушку в сторону.

Неизвестно как, но люди в машине нас заметили. Веста притормозила как раз у тропки и из неё выскочили двое в камуфляжах. Что характерно, все в Ратниках, вот только явно не служивые. Может для гражданского и будет явно, что перед ним военные, но я-то чую, что ребята левые.

— Молчком, — шепнул и поставив подножку Юле, сам завалился на землю, утягивая её на себя. — Хер пойми, может бандиты, так что ничком и лежи.

Рефлекторно скинул рюкзак перед собой, словно формируя укрытие в стрелковой позиции. Вот только стрелять мне не с чего, а у тех ребят как минимум одна Сайга-410. Больше оружия я, конечно, не видел, но им и прятать особо некуда. Вот уж что, а комплект 6Б33 я за версту узнаю. Оба были в масхалатах из Ратника, тех самых что 6ш122, на обоих бронежилеты старого образца в расцветке флоры. Надеты небрежно, у одного кажется даже задом наперед. Штатных подсумков не видно, как и ратниковских разгрузок. Шлемов так же нет, вместо них какие-то бейсболки, натянутые поверх балаклав не уставного образца. У мужика с сайгой ещё небольшая сумочка на поясе, на манер той, в которых ушлые барыги на пляже деньги носят. Короче, клоуны, а не военные.

— Граждане грибники, выходите из лесу! — донёсся громогласный третьего, который вылез. Судя по всему водитель. Одет так же, только без брони. — На территории ЛесОхотУгодья проводятся военные учения, поэтому мы сопроводим вас до ближайшей автобусной остановки, откуда вы уедите домой!

— Ага, в багажнике Весты… — прошептал я, выхватывая Кизляр с пояса. — Юленька, лежи тут и не дёргайся даже, в случае чего, хватай рюкзак и беги по тропе.

— Лёшенька, ты чего… — неуверенно зашептала она. — Это же военные…

— Хера с два, не по форме, без шевронов, с сайгой. Браконьеры скорее всего, везут лося, решили лишних свидетелей срисовать, — высказал легенду для жены и аккуратно приподнялся.

Впереди кустарник и довольно густой лес. Противник на расстоянии метров в восемьдесят. В принципе, мы с Юлей могли бы по-тихому уйти, вот только я свою жену не первый год знаю. Сам бы я ушел без проблем, а вот она, по любому бы впаялась в кустарник, наломала сушняка или ещё чего.

Дав самому мысленную команду «пошёл», я аккуратно стартанул из нижнего положения, пробираясь меж кустаря. С ножом выходить на дробовик, такое себе, однако в условиях леса, можно и поиграть в кошки-мышки.

— Повторяем! — начал вновь распаляться водитель.

— Нахуй пошли, отродясь тут ЛОУшки не было! — отозвался я, тут же отбегая в сторону. Парочка что вылезла первой, встрепенулась. Наконец показался второй ствол. Такая же Сайга-410, прям типовая.

— Че, умный самый? — крикнул кто-то из них, я не успел рассмотреть, в мою сторону раздался выстрел. Не аккуратные ребята, стрелять не умеют, однако я для вида с грохотом навернулся. Прямо выпав из-за одного дерева и кубарем покатившись через кустарник к другой толстой ели, укрываясь в нижних ветках.

— Баран! — крикнул второй. — Че ты натворил? За живое тело бы больше отвалили!

— Давайте быстрее, — поторопил их водитель и парочка быстрым темпом направилась в лес. Я прекрасно видел их, находясь в положение лёжа, скрытый елями.

Все шло просто прекрасно. Два тела двигались параллельно, заглядывая за ели, не ожидая там угрозы, а выискивая явно готовый труп. Оружие держат чуть ли не на локтях, а не в боевой готовности. Единственное, что я не учел, это героизм мое женушки. Она, наверняка разгоряченная тем, что я только что вернулся из горячей точки, видя, как меня «поразили», кинулась мне на выручку. Благо хоть догадалась не орать при этом и не ломиться во весь рост. Поползла, вот только даже ползать по лесу с сушняком надо уметь.

Хруст сухих веток привлёк внимание парочки.

— Баран, проверь, — скомандовал один, медленно вскинув дробовик и целясь куда-то в направление кустарника, за которым я и приказал лежать Юле.

Второй так же напрягся и удерживая оружие в положении готовности, то есть стволом в землю под углом в сорок пять градусов, быстрым шагом направился туда. Юленька видать наконец поняла, что что-то не так и потому затихла, однако Баран, тот, что шел туда, решил перестраховаться и на всякий случай выстрелил в кустарник. Попал. Пронзительный крик боли разнесся на всю округу. Я лишь стиснул зубы в немом рыке.

«Дура. Какая же она дура!» пронеслась мысль, а тело уже двигалось само. Не знаю, может резкий скачок адреналина, может просто ярость, но я практически в мгновение подскочил к тому, который целился в куст. Моей тяжелой туши было достаточно, чтобы при налете, повалить его, особенно учитывая, что свою правую ногу я завёл за его левую, словно крюком подбивая. Тут же нанося колющий удар ножом сверху в область шеи. Нехер их жалеть, за свою Юльку я любому глотку не то, что ножом вскрою, зубами перегрызу.

Пара быстрых колющих ударов и вот мужик потускнел. Я же, подхватил его дробовик и с низкого старта, рванул назад, петляя меж ёлок. Оказался прав. Сайга-410 в исполнении 04, похожа чем-то на АК сотой серии в обвесе обычного АКС-74. Магазин на десять патронов. Укрывшись в нижних ветках, ели, быстро отсоединил магазин и пальцем вдавил верхний патрон. Почти полный магазин, это хорошо. Примкнул обратно, чуть отвел затворную группу, удостоверившись, что патрон в патроннике.

— Пиздец вам, — прорычал я, падая и высматривая второго. Баран обнаружился быстро. Он уже приблизился к кустам, заглядывая за них и целясь в лежащую там Юльку.

Мыслить адекватно не вышло, руки сами приняли нормальное положение для стрельбы из упора лёжа. Прицельная линия дробовика, словно в какой-то игре, сама правильно легла на уровне чуть выше груди бандита. Короткий ход спуска, толчок приклада в плечо. Ветки надо мною заколыхались, осыпая меня всякой дрянью, но я уже вдавливал спуск второй раз. Чтобы наверняка. Чтобы контрольным в голову. Чтобы эта мразь ничего не смогла сделать моей жене.

Барана сбрило практически моментально. Ему хватило и первого залпа, второй же и вовсе превратил голову в ужасный сон патологоанатома. Однако времени мало, нельзя дать водителю скрыться, иначе он приведет подмогу. Отстрелявшись, тут же вскочил, целясь в водилу. Он лишь довольно ухмылялся, предвкушая неплохой улов. Видимо с его стороны нельзя было рассмотреть, как я нашпиговал первого. Да и черт с ним. Стоит, ухмыляется, это хорошо. Чтобы ему нормально уехать, потребуется стартануть, а значит снимать нужно правую руку.

Вновь тело среагировало раньше мыслей. Только хотел прицелиться в руку, а та уже была на линии прицеливания и указательный палец жал спуск. Из-за неудобного положения, металлический тыльник скелетного приклада больно ударил в плечо, однако попадание красивое. Водитель вскрикнул, падая на землю, оставляя за собою массивный кровавый след. Пока что точно уехать не сможет и дай Боже, если он в принципе выживет. Я с него по полной спрошу.

Перехватив дробовик поудобнее, сразу же побежал к жене. Картина маслом. Бандит с головой превращенной картечью в месиво, лежал на спине, прижимая к себе сайгу. Рядом, сжавшись калачиком и пытаясь зажать правую ногу, лежала Юля. Мой рюкзак валялся рядом, но она не догадалась воспользоваться аптечкой в нем.

— Все хорошо, дорогая, — тут же подскочил к ней, отложив Сайгу в сторону. Ремня у оружия не было, так что пришлось бросить на землю, иначе бы за спину перекинул. — Все хорошо, я рядом…

Быстро тяну к себе рюкзак, вытаскивая из него черный подсумок с ярким красным крестом. Жена меня слышит, но ревет и кричит от боли. Внешне вижу минимум три захода картечи в ногу, с внешней стороны бедра. Крупная картечь, если у Барана такая же, какой я в него стрелял, то никак не менее пяти миллиметров. Опасно, особенно если она еще и дефрагментировалась, зацепляя мясо, но буду надеяться на лучшее. Вырвал из сумки жгут Бубнова. Быстро растянул его в стороны и прижав с внутренней стороны бедра, чтобы пережать артерию, принялся быстро заматывать, после чего зафиксировал небольшим резиновым шнурком. Черт его знает какой разлет был у картечи, может и артерию перебило.

Тут же достал маленькую сумочку с таблетками. Настол черед той самой ампулы. Быстры вскрыл упаковку одноразового шприца, пару раз щелкнул по головке ампулы, стряхивая все содержимое вниз, после чего сломал. Всего два миллилитра, но этого хватит с головой. Набрал в шприц, после чего прикрыл иглу колпачком, спустив лишний воздух. Понял, что затупил и не обеспечил зону для введения. Отложив полный шприц на дробовик, из большой аптечки вытащил ножницы и спиртовую салфетку в упаковке. Ножницами быстро вскрыл джинсу, а салфеткой протер кожу. Обнажив рану, наконец смог её рассмотреть. Реально три глубоких захода, сзади правда видно два сквозных, но это лишь значит, что части двух дробинок вышли, надо будет позже осмотреть более конкретно. Кровь натекала, мешая нормально работать, так что пришлось надеть резиновые перчатки, лишь после чего ввел содержимое шприца.

Тупил безбожно, сбивался, нарушал алгоритм, но какая в черту последовательность действий, когда самый дорогой тебе человек ревет от боли, от которой ты пытался его уберечь. Откинув пустой шприц, вытащил из аптечки перевязочный пакет, не те старые ППИ-1А, которые мне выдавали в Карабахе, а нормальный шведский большой перевязочник, который я носил для себя и своих близких. Дорогущий зараза, но сейчас вообще не в деньгах вопрос. Вскрыл, перекрыл подушечками входные и выходные отверстия раневых каналов, после чего принялся заматывать. Тугая повязка, если уж кровотечение не остановит, то хотя бы предотвратит попадания всякого ненужного говна внутрь раны, а это сейчас куда важнее. Если с доставанием картечи я ещё смогу справится, то вот с инфекциями нет.

Вещество начало действовать и Юля чуть подуспокоилась с плача перейдя на хныки и тяжко задышав.

— Всё хорошо, дорогая, все хорошо! — Я аккуратно оттянул её к ближайшему дереву, где на землю тут же кинул её пальто, на которое уложил жену, подставив ей под голову уже полупустой рюкзак. — Не бойся, ничего страшного, сейчас тебе станет хорошо, полежи так, милая, я быстро!

Она меня уже не слышала, так что говорил я скорее для упокоения собственной совести и успокоения нервов. Впервые меня проняла полноценная дрожь. Такого не было даже когда я лежал в окопе под минометным обстрелом. Сейчас мне действительно было страшно за жизнь жены, хотя подсознательно я и понимал, что ранения далеко не самое страшное.

Укрыв её ноги своей курткой, я быстро поднялся и проконтролировав трупы парочки, вытащил наконец у первого из горла свой Кизляр. Он мне сейчас еще понадобится. Разобраться с оставшимся мудаком.

Водила уже даже вполз в машину и пытался её завести. Забыл он заповедь зоны боевых действий. Заглушился, подьехав в потенциально опасному обьекту, а этого делать нельзя, но да ничего, оно же мне на руку. Будет возможность с ним поговорить и не портить машинку…

Глава 3. Местные

— Сюда блять! — практически проорал я, вытаскивая водителя из машины. Тот уже успел заползти в салон и пытался что-то нащупать меж сидений. Правда вот перебитая правая рука мешала ему нормально развернуться на сидушке.

— А! — только и смог вскрикнуть водила, когда ему в добавок прилетел удар коленом в грудь. Бог мне свидетель, я старался сдерживаться, но и такого пинка хватило, чтобы сбить дыхалку раненому.

— Лежать, гнида! — скомандовал, роняя бандита на проезжую часть. Видимо он успел достать то что хотел, вот только с координацией все было плохо, а потому старенький револьвер Нагана отлетел в сторону.

Не давая противнику возможности на передышку, с размаху добавил ещё один лоукик. С чувством. Полностью ощущая отдачу от удара. С фиксацией носка берца, чтобы эта тварь прочувствовала всю мощь поставленного удара. Чтобы у него там пара рёбер сломались или хотя бы треснули.

Пока мужик ловил прежний дыхательный ритм, я по-быстрому вывернул его карманы. Ничего особого, окромя горсти патронов 7,62х38. Красивые латунные гильзы, целые капсюли и клейма… Странные клейма. Это и привлекло моё внимание. Не помню, чтобы Венгерский патронный завод Кайнок, или как его там, вот так маркировал Нагановские гильзы. Красивая надпись «КАЙНОКЪ 7,62» красовалась на донце гильзы, вокруг капсюля. Год производства тоже как-то не совпадал. Не считаю себя великим знатоком, но вроде как в 89 году позапрошлого столетия Наган ещё не был распространен, а в этом столетии уже поздновато выпускать к нему патроны. Чертовщина, да и только.

— Бля-я-я… — простонало лежащее на земле тело, наконец нормализовав дыхалку.

— Признаки разумной жизни, это хорошо, — спокойно прошептал я, убирая патроны в карман кофты. Отвлекли меня не типичные гильзы, дав мне пищу для размышления и тем самым успокоив расшалившиеся нервишки. — Ну что, будем разговаривать как человек с человеком или поиграем в допрос пленного вьетнамца?

— Тебе пизд… — разорался раненый, зажимая кровоточащее плечо, но договорить я ему не дал. С подшага влепил ещё один пинок в грудь, отправляя лежачего вновь ловить свой ритм. Можно пока и револьвер проверить.

Офицерский Наган производства Ижевского оружейного завода, даже клейма сохранились. 1941 года. Да в моих руках настоящий дедушка, хотя и не такой старый, каким мог бы быть. Рукоять не такая удобная как у того же Макарова, но это всё на любителя. Пока что хватит и такого, но судя по тому, какой беспредел тут творится, возможно мне все же стоит разжиться более привычным стволом. С ПМа я хотя бы стрелять умею, а вот с Наганом умею работать только в теории.

Откинув дверцу барабана, прокрутил тот, осматривая гнёзда. Все семь полные, капсюли целы. Это хорошо, особенно учитывая, что у меня в кармане ещё примерно штук пятнадцать патронов к нему.

— Сука, тебе точно пиздец, — прохрипел водитель, пытаясь отползти обратно к машине.

— И почему же? — не стал его разубеждать, затыкая наган за пояс сзади, чтобы не мешался. Проследил куда ползет паршивец.

Как оказалось, раненый не желал сдаваться и норовил дотянуться до отставленной мной сайги. Зря. Я ему давал шанс решить всё мирно.

— Тебя захерача, — оскалился он, уже схватив дробовик за пистолетную рукоять, но я с подскока наступил ему на кисть, пригвоздив ту каблуком к асфальту. Вновь вскрик. Да, это больно, когда вот так вот руку срывают вниз. Ну а что он хотел, это не по гражданским стрелять.

— Ну что ж ты мямлишь, — недовольно хмыкнул я, подхватывая сайгу за цевьё и закидывая её на крышу машины. — Ну давай же, скажи мне, кто же такой сильный меня захерачит? А? Пахан ваш? Вы ж бандформирование, это как пить дать… А впрочем, ты сейчас мне всё расскажешь, дорогой. Времени у меня с тобой возиться нет, у меня там женушка лежит в неадеквате.

Подхватив его за шкирку, потащил в лес, к месту, где нашинковал его товарища. Вид тела с вскрытой глоткой немного вразумил водителя, так что стоило добавить уже более физический стимул к разговору. Аккуратно усадив «языка» под дерево, выудил свой нож. Кизляр всё ещё был залит кровищей, так что для допроса самое то.

— Сколько вас, — прорычал, отведя целую руку пленного к дереву, попутно наваливаясь на него всем корпусом, чтобы не дергался.

— Пошёл… — начал было он брыкаться, но тут же почувствовал, каково было Хресту на распятии. Кизляр довольно легко пробил его кисть, пригвоздив её к стволу дерева, а я лишь добавил, пару раз стукнув сверху, для верности.

Вопль боли был так же быстро заглушен хлесткой сутенёрской пощечиной. Отвык от ударов тыльной частью ладони, аж мышцы чуть свело, но эффект хороший. Мужик скулит от боли, но уже не орет, зато скула начинает потихоньку багроветь, наливаясь синяком.

— Повторяю. Сколько вас? — куда спокойнее спросил я. Злость уступала место хладнокровию. Когда ты зол, а уж тем более, когда ты в ярости, «языка» можно легко убить и тогда останешься без необходимой информации. Да, я хотел вскрыть ему глотку за то, что он и его дружки сделали с моей Юленькой, но это успеется. В конце концов, у меня нет в аптечке средств для поддержания жизни, максимум что я смогу сейчас, это сменить повязку и всё. Даже хирургического инструмента для извлечения картечи, и того нет. Поэтому требуется быстро устранить угрозу и заняться поисками медицины.

Водитель тем временем морщился от боли, стиснув зубы. Стойкий парнишка. Вот только он не понимает, что я с ним не в шутки играю.

— Послушай сюда, — пришлось выудить чистенький нож из кармана кофты. Тот самый Стил Вилл, который очень не хотелось бы марать в чужой крови, но видимо придется. — Ты можешь сколько угодно показывать яйца, делать вид что ты крутой, что твои братаны тебя не кинут, но давай я тебе раскину расклад. Так понятнее? Так вот. Вы ехали медленно, следовательно торопиться вам некуда. На малейший шорох среагировали остановкой, что лишь доказывает это. Всё это ранним утром, значит, как минимум до обеда у нас с тобой есть возможность поговорить. Вы ехали втроем, при этом с левыми стволами. Корочек при вас нет, так что вы в любом случае бандформирование. Причем средней руки, поскольку из «боевых» только Наган. Как видишь, вас троих намотал на фюзеляж одиночка с ножом, а уж что я сделаю с твоими дружками, имея две сайги и Наган… А это я еще в вашей машинке не копался. Так что решай, буду я выслеживать вашу шайку как спецназовец или выйду к ним по-доброму. Ты пока думай, а я начну с тебя кожу срезать.

Раненый натужно засопел, явно размышляя. Не знаю, реально ли его вдохновили мои рассуждения, а потому я решил подкинуть ему ещё стимула, вскрыв ножом рукав куртки на прострелянной руке. Какая красота, пять прилётов и ни один не перебил артерию. Легко парнишка отделался, но ничего, сейчас усугубим. Дабы подстреленный быстрее начал соображать, я аккуратненько начал расширять ножом один из пулевых каналов, пытаясь на живую достать картечь из слепой раны.

Молчит. Это плохо. Таких ломать крайне сложно, а я людей ломать не шибко люблю. Нет, командировки подготовили меня ко всякому, да даже более того, мне приходилось проводить экспресс-допросы, но вот не люблю я их. Самому как-то противно от этого, палачом себя чувствую, но служба такая. Остается лишь перекреститься и дальше резать глотки всех, кто подвергает жизнь твою и жизни твоих близких опасности.

— В молчанку играть можно долго, — предупредил я его, аккуратно расширяя входное отверстие, чтобы четче видеть, что там внутри. Хирургические перчатки всё ещё на руках. Попачкались правда, но зато не порвались. Этот гад не моя жена, чтобы я переживал за то, что могу занести ему какую-то инфекцию в кровь.

Замычал. Больно ему. Очень больно, всё же по живому режу, но терпит гадёныш.

— Ну что ж ты так? Боишься стукачом стать? А ты не бойся, не стучишь же, просто отвечаешь на правильно поставленные вопросы под воздействием фактора травматического шока. Я же тебя не мучаю, а так, первую помощь оказываю, чтобы ты, дебилушка, выжил, — успокаивающе проговорил, продолжая расширять раневой канал и кажется нащупав одно из ответвлений. Этого я и боялся. Чисто свинцовая картечь, без оболочки. Попав в ткани, начала дефрагментацию, то есть, разрушилась на несколько кусочков, которые как отдельные снаряды начали проделывать свои ходы, проникая дальше. Словно корни у дерева, раневые каналы разрастались в стороны от основного захода. Лечится такое крайне болезненно и не дай Бог, если подобное у Юленьки.

— А-а! — вновь вскрикнул он, за что получил ещё одну пощёчину, от которой лишь зло зашипел. — Сука, восемь нас было! Восемь, блять… Везли по этапу, да не довезли, машина по дороге крякнула. Вызвали дежурку, та не приехала, ночь стояли в лесу. Тут Дамиру на мобилу смска пришла, мол вы терь в игре, раздражитель или типа того. Мол надо других кошмарить. Ну и наводка на хату.

— Кто такой Дамир и что за хата, — уточнил, прекратив экзекуцию.

— Семенов Дамир Михайлович, осужден по двести пятой, с нами ехал тип старшим, по красоте с мобилой… Хата как хата. СИЗО мелкое, двухэтажное, ну чисто дежурка какая деревенская, — уже более охотно отвечал водитель, смекнув, что если он говорит, то его не режут.

— Сам первоход? Остальные кто? Что с конвоирами сделали? Как давно уже здесь? — для верности все же продолжил выковыривать картечь. На удивление, даже смог вытащить небольшой осколок, однако кончик ножа все равно упирался в что-то твердое в конце канала. Черт поймёт, то ли кость, то ли другой кусок свинца.

— О-а-а! А! Бля! Погодь! А, сука! Блять, все скажу! — разорался водитель, за что вновь получил по харе. На сей раз как-то небрежно. Не охота на него энергию свою тратить. — Бля буду, не знаю других. Сам первый раз так попал. Конвоиров двое было, обоих на перо посадили прям там. Дамир ещё сказал, что за них подгон какой-то отсыпали. Здесь около дней пяти… Я не при делах ваще, это вон Баран и Сыч народ валили! Они ваще по беспределу мочили всех, только баб всяких брали и на хату тащили! Отвечаю! Я в мокруху бы ни за что…

— Отставить пиздеж, — я с размаху вогнал нож в дерево рядом с головой первохода. — Вооружение какое? Сколько всего народу на хате? Сколько на разьездах как вы? Карта или какие заметки есть?

— Бля буду, восемь нас было! Только мы втроём колесили, остальные так, по бытовухе коптились, да бухали! Там на хате бухла и жратвы немеряно. Ещё и ширево какое-то, но Дамир сразу сказал, что пизды даст, если кто колоться будет. А, бабы там ещё, которых мы привезли, четыре девки молодые, их в камере держат… Стволов не знаю, вон дробашей штуки четыре, пугачей дохуя… Больше не видел ничего. Карта в бардачке, её Баран чертил. Говорил, что какая-то система есть, как тут все ништяки расположены, но бля буду, ниче не понял…

Заголосил водила. Я прям заслушался, если б не одно, но жирно НО. Чувствуется, что он подпездывает. Либо недоговаривает, либо перевирает факты.

— Это все хорошо, как на хату выехать вашу? С Дамиром вашим перетер бы, ты не боись, я сам по гусям чалился… — Я аккуратно вытащил Кизляр из дерева и попутно из ладони допрашиваемого.

— Я покажу! — начал что-то смекать тот.

— Да какое, ты сейчас от кровопотери вырубишься и что мне потом, сидеть и ждать пока ты очнешься? — лишь усмехнувшись, я аккуратно обтер нож об одежду водителя.

— Бля… — осёкся тот, не решаясь сказать. То ли осознавая, что реально может не доехать, то ли понимая, что я ломаю комедию. Остановился видать на первом варианте. — Вот откуда мы прикатили… Километра два по дороге, там будет отвилка как на бетонку, по ней метров пятьсот, затем ещё срез налево по проселочной… там и выедешь к хате… это, кровь-то остановить помоги, а…

— Помогу, — я согласно кивнул и перехватив нож обратным хватом, резко нанёс укол в шею, сверху вниз, градусов под шестьдесят, чтобы зайти под ключицу. — Я вам, блядям, всем помогу, за Юленьку.

Довольно хмыкнув, быстро провернул нож и развернул на угол в девяносто, попросту разрезая внутренности верхней части груди, под рёбрами, заходя под солнышко и к горлу. С таким точно долго не проживёт. Водила лишь удивлённо смотрел на меня, не в силах произнести ни звука.

Зря он пытался меня разжалобить последним взглядом. Меня таким не испугать, я и похуже видел, ничего, во снах не приходят. По крайней мере уже перестали.

Почистив ножи от крови и убрав их на свои места, решил сходить до своей женушки, посмотреть, как она там. Состояние стабилизировалось, но повязка уже с кровавыми пятнами. Плохо, вену перебило. Не так страшно, как артерию, но все равно в нынешних условиях смертельно.

— Аргх… Нет времени, — отдёрнул я себя от созерцания мирно лежащей Юли. Сейчас она выглядела словно спящая королева, казалось бы, поцелуй и она проснется. Вот только я далеко не принц и дай Бог, чтобы ведьма Плюмбум не наложила на неё более страшное заклятие в виде заражения. Я ж тогда сам не переживу этого.

Быстро пробежался в рейд по карманам Барана и Сыча, однако те оказались практически голы как соколы. Из всего полезного только вторая сайга, небольшой боекомплект в лице пятёрки полных магазинов-десяток, да бронежилеты. Стянул по-быстрому, пускай они и запачканы в крови, но на случай чего, всё же лучше лезть в «хату» будучи в броне, нежели налегке. По какому там классу брони идёт 6Б33? Вроде как в общем идёт как второй, чисто от осколков защищать предназначен, но вот пластина спереди по третьему классу. Ну, даст Бог, убережет в случае прилета той же картечи. Хотя этих двух не спасло.

Оттащил было броники и сайгу с поясной сумкой, в которой и были магазины, к машине, вскрыл багажник… И обнаружил неприятный сюрприз. До того, как найти нас, эта троица уже наткнулась на кого-то, судя по попачканным спортивным сумкам, каким-то гражданским «модным» рюкзакам, одежде и прочему скарпу, явно снятому с тел. Грабили под чистую, уроды. Места под броники не было, поэтому решил обезопасить себя. Так как я буду за рулем, то лучше всего будет опустить стекла и закинуть броники на двери, чтобы передняя пластина висела снаружи, а задняя внутри. Это хоть как-то спасет меня в случае обстрела машины. Накинул на водительскую и переднюю пассажирскую. Третий бронежилет нашёлся тут же. Вполне чистенький, такой же 6Б33. Его пока отложил на переднее правое сидение, туда же поставил обе сайги, сменив в магазины на полные.

В бардачке действительно обнаружил какой-то аналог карты. На обычном листе А4 была от руки набросана сетка с делением на квадраты, в этих квадратах несколько линий, обозначавших дороги, пара обозначений аля «домик», несколько крестиков вдоль дорог, а также штриховка в одном из окончаний дороги. Если привязываться к словам водителя, то выходило, что штриховка примерно километрах в десяти дальше по асфальтке.

Помимо карты в бардачке так же было еще восемь пачек патронов, все.410, крупная дробь, ни одного пулевого. Серьезно ребята на охоту готовились. Впрочем, не мне судить, я бы тоже выбрал картечь, чтобы отстреливать этих уебков.

На подготовку и проверку машины ушло от силы минут пять, но даже это было непозволительной роскошью. Сразу как был готов ехать, сбегал обратно за женой и аккуратно подняв на руки, отнес до транспорта, уложив там на заднее сидение. Там же под голову вновь сунул свой рюкзак, предварительно достав из него аптечки и кинув их на переднее пассажирское, мало ли что случится. Юленьку же укрыл куртками, на всякий случай. Стекла у меня спереди открыты, так что «засада» случись что подумает, что я еду один и стрелять будут по мне, а там, случись что, отстреляюсь. Наган переложил на торпеду. Вроде всё, можно ехать. С Богом…

Глава 4. Хата

Пока что выбитые у водителя сведения совпадали с реальностью. Неплохо так помогла и карта. По крайней мере я понял как тут расположены дороги и что мы реально попали. В том плане, что мы с женой провалились в какой-то иной мир. Мне приятнее считать это место чистилищем, но тогда возникает закономерный вопрос, что тут забыла моя женушка? Нет, на святую она не тянет, но у нее на руках нет ни капли чужой крови, да и Божьи заповеди они относительно уважала и чтила, считая их нормами морали. Впрочем, её вполне могло утянуть в след за мною. Иного выхода, как вертеться, у меня не остается. Сам подыхать я здесь не собираюсь, тем более не дам погибнуть моей Юленьке.

До отворота на бетонку я проехал на машине, но вот сьезжал с асфальта уже в лес. Развернул машину как мог для того, чтобы в случае чего выезжать сразу на трассу. Сейчас мне было просто необходимо взвесить все за и против. Во-первых, Юля ранена, причем судя по обследованному раневому каналу у водителя, у неё в красивом бедрышке может быть целая паутинка из рваного мяса. Чем быстрее я проведу первичную хирургическую обработку, тем больше шансов, что раневой процесс протечет нормально. Во-вторых, рядом находится организованное бандформирование, как минимум из пятерых бойцов, которые уже замарали руки в крови. В одиночку лезть не особо охота, но иного-то выбора у меня и нет.

Пока размышлял, решил перепроверить сайгу Сыча, с неё я сделал три выстрела, и машинка показалась мне вполне ухоженной. По крайне мере её не лягало из-за засранного ствола. Отсоединив магазин и сняв крышку ствольной коробки, бегло осмотрел внутрянку, после чего отвёл затворную группу. Патрон вылетел вверх и ударившись об потолок, упал куда-то под сидение. Недоработочка. Слишком задумался, забыл проконтролировать наличие патрона в стволе. Сейчас мне самострелы не нужны, так что надо быть аккуратнее… Хотя какое к черту аккуратнее, когда на заднем сидение раненая жена и половина мыслей о том, как ее спасти.

Вновь отдернув самого себя, быстро снял возвратную пружину с направляющей и вытащил затворную группу. Сайга-410 по факту тот же автомат Калашникова, только гладкоствольный, под патрон.410 и без возможности стрелять очередями. Ну, ещё и длинный, но данный вариант максимально короткий, самое то для работы в лесу и зданиях. Тот, кто снабжал эту банду, явно понимал, где они будут работать.

Если не считать нагара от тройки выстрелов, то оружие выглядело вполне чистым и ухоженным. Быстро собрав это «лего для взрослых мальчиков» обратно, я чисто механически примкнул старый магазин, дослал патрон в патронник, после чего заменил магазин на полный. Правило плюс одного чётко въелось в мозг, а в условиях, когда вместимость магазина всего десятка, то лишний патрон в стволе может вполне оказаться решающим. Черт его знает, в какой замес я влезу на хате.

Разобравшись с оружием, решил перебрать снаряжение. Сложно работать без привычной разгрузки. Из всего похожего только поясная сумка, куда влезает пять магазинов и то если заталкивать по максимуму и шуметь ими. Мне хватит четырех запасных, зато двигаться я буду без лишнего звона. Вот только ремень растяну и перекину сумку на манер русского туриста, то есть через плечо, чтобы максимально удобно было доставать от груди. Так хотя бы привычнее, тем нашаривать магазины на поясе.

Естественно, что сумка надевалась уже поверх бронежилета и перетягивалась под него. При этом на свой ремень я повесил медицинский подсумок, в котором остался лишь комплект «на один раз», то есть чисто жгут, декомпрессионная игла, пузырёк хлорида натрия, или же «физраствора» и перевязочный пакет. Наган, за неимением кобуры, был запихан в карман кофты под броню.

Немного поразмыслив, решил всё же перевязочник потратить более рационально. Пока Юленька ещё находилась в состоянии не стояния, я быстро облил окровавленную повязку физраствором, чтобы не отдирать с присохшей к мясу кровью. Тщательно размочив, аккуратно срезал старый бинт и подушечки. Рана выглядела всё ещё паршиво. Три входных, два выходных, о затягивании речи не шло, но и признаков некроза пока что не было. Шутка ли, прошло от силы минут пятнадцать. Ни разу не скрипя сердцем, вскрыл оставшийся перевязочный пакет и наложил такую же давящую повязку. На всякий случай ослабил жгут, сняв его и восстановив кровоток. Временно. Скоро верну, в любом случае, а пока что оставлю записку.

Юлька у меня девочка шебутная и потому очнувшись и не заметив меня, она по любому кинется искать, не взирая на рану. Так что, вырвав из записнухи лист, химическим карандашом написал небольшое сообщение, чисто на случай, если все же не вернусь.

«Дорогая, те уебки что тебя подстрелили, уже лежат с перерезанными глотками. Я пошёл разбираться с их главным. Скоро вернусь. P.S. Если не вернусь к полудню, то езжай направо по трассе. Карту прикладываю, ружье тебе на крайний случай, оно заряжено, в магазине десять патронов. Люблю тебя.»

Оставив записку на торпеде, подложил под неё карту, так же подготовил оставшуюся сайгу. Не хотелось оставлять свою малышку вот так. Да и в голову сразу полезли нехорошие мысли о том, что её могут найти, но что поделать. Там на хате может быть медицина, да и продукты тоже бы не помешали. Черт знает на сколько мы тут застряли, но если это реально Чистилище, то на ближайшие пару сотен лет точно. Грехов у меня за плечами многовато для одного меня, а оптом грехи не прощают. По крайней мере за бесплатно так точно.

Отойдя от машины метров на двадцать, ещё раз перепроверлся, пока есть возможность вернуться. Однако всё оказалось при себе. Сайга, боекомплект к ней. Наган, боекомплект к нему. Первичная медицина, на случай если совсем все туго станет… Хотя подсумок изрядно опустел. Я его всё-таки готовил на случай единичной травмы. Чисто чтобы оказать помощь и отвезти в госпиталь.

Орудие было крайне непривычно, а потому пришлось на всякий случай на ходу попробовать сменить магазин. Попытки с пятой у меня получилось сделать это относительно быстро. Левая рука не сразу привыкла к расположению сумки с запаской. Всё же со штатной разгрузкой удобнее. Впрочем, выбора-то у меня всё равно нет, как и времени, так что, прикинув примерное направление и воспроизводя в памяти схематично нарисованную карту, я трусцой направился к хате, срезая через лес. В реальности расстояние оказалось поменьше. Сначала я двигался параллельно бетонке, забирая лишь небольшой угол, поскольку точный метраж отворота мне был неизвестен, а на кривой схеме он обозначался как примерно равный. Однако, вскоре оказалось, что художник-топографист ошибся, поскольку двухэтажное здание находилось от силы в трёхста метрах от трассы, а тропка шла не под девяносто градусов от бетонки, а как раз под углом к асфальтной дороге.

Впрочем, оно же мне и на руку. Чем быстрее со всем разберусь, тем скорее вернусь к жене. А разбираться было с чем. Водила не совсем уж и соврал. Здание действительно напоминало какой-то поселковый отдел. Небольшой двухэтажный домик, в котором от силы поместится пара школьных классов на каждом этаже, ну или по четыре административных кабинета. Однако как я понимаю, это дежурная часть, в которой на первом этаже приёмка, кабинет начальника, а также камера, на втором же остальные кадровики и архивы. Подобные здания я видел как раз в отдалённых посёлках в одной горной республике, в одной из командировок.

В голову сразу полезли не самые приятные воспоминания, как на втором этаже подобной застройки засел отбитый наглухо пулемётчик из запрещенной организации. Через небольшую щель в стене, он вслепую простреливал дорогу, ориентируясь на звук машин. Выкуривали мы его тогда с помощью дымов, но это было очень давно и неправда.

Здесь же ситуация была посложнее. У меня за спиной не было взвода огневой поддержки, а в оцеплении не стояла рота блокирования. Сейчас приходилось полагаться только на собственную подготовку и навыки с опытом. Последний подсказывал, что у подобных административных зданий всегда есть пожарный ход, но он как правило закрыт, зато над ним имеет небольшой козырёк, на который можно забраться и через него перемахнуть на второй этаж. Здание старо, так что стеклопакетами и не пахнет. Прикладом можно выбить окно и влететь внутрь, а там уже по обстановке.

Плохой план, на такое решится только крайне отмороженный человек. Однако и через основной вход идти опасно. Если там пять человек, то они вполне могли оставить часового, который срисует меня и снимет издалека… Паршиво. В позиционку мне здесь тоже не разыграть. Опять же, я один, а одиночку легко можно прижать и взять в клещи. Сам так много раз делал.

Придётся всё же мыслить нестандартно, как минимум следует не сразу рваться в бой, а изучить обстановку.

Вокруг здания было что-то вроде мёртвой зоны, примерно радиусом метров десять, однако она была сделана рукотворно и давно. В данной зоне деревья и кустарник отсутствовали в принципе, а площадка вокруг здания была забетонирована. Имелась так же и разметка на подобии парковки. Стоило мне начать обходить здание по большой дуге, как я заметил припаркованный пазик в характерной полицейской раскраске, у которого кто-то копался. Странно как-то. Водила говорил, что их эшелонировали, причем с конвоем. Ни за что не поверю, что это делали в пазике, а не в автозаке… Хотя чем черт не шутит.

Тело, копающееся у машины, было одето в обычный спортивный костюм. Вооружение отсутствовало, по крайней мере длинного не было видно, но учитывая, что у них там Наганы, можно вполне ожидать наличие револьвера.

Дальнейший обход дал лишь понимание расположения окон. С тыльной стороны здания окна были лишь на втором этаже, да и те заставлены какими-то шкафами, на первом имелся какой-то аналог камерного окошка, но его было плохо видно. С той же стороны стоял и автобус. По бокам с каждой стороны имелось по два окна на каждом этаже, спереди по четыре. На первом этаже окна закрыты решетками.

В принципе, планировка становилась плюс-минус понятной, однако план действий так и не нарисовался. Мне только и оставалось что занять позицию за кустарником метрах в двадцати от пазика и наблюдать за телом. Мужчина лет сорока, полноватый, внешне, типичный слесарь с госпредприятия. Скорее всего злоупотребляет алкоголем со страшной силой. Причем последнее подтвердилось, когда он прервался на перекур и достал откуда-то из автобуса небольшой флакончик с явно чем-то спиртосодержащим.

Примерно в это же время, дверь пожарного выхода открылась. Выглянуло тело номер два. Тощий мужик лет тридцати, но с абсолютно пропитым лицом. В отличии от товарища, одет в камуфляж, такой же как был на тех бандитах. Вооружен был такой же сайгой, но стоило ему увидеть в руках товарища заветный бутыль, как дробовик был тут же отставлен к стенке. Стопки материализовались сами собой, а мне от такой картины хотелось удавиться от тупости.

Я всегда уважал врага. Считал его либо равным себе, либо выше себя, чтобы не напороться по глупости, но это… Это было плевком мне в душу. Бандиты явно не заботились о нормальном боевом охранении.

Злость на пару мгновений превратилась в ярость, а ярость дала приказ мышцами. Руки сами поджались, занимая правильное положение. Только приклад коснулся плеча, как грохнул выстрел. С двадцати метров сноп картечи заметно рассеялся, но оно и к лучшему, зацепило обоих, а я уж от души добавил, тут же вставая в полтора и двигаясь вперёд на полусогнутых. Пока сокращал дистанцию, ещё дважды выстрелил, наверняка уложив на землю обоих. Спортсмену дополнительный заряд картечи явно выбил дух, прилетев в грудь, а вот псевдовоенному повезло меньше, ему добавка пришлась в живот. Я стрелял навскидку, в движении, так что главное было просто поразить силуэт, чтобы наверняка.

Где-то подсознательно заголосила чуйка, гарантируя, что меня всё это время пас неизвестно где расположившийся снайпер и вот сейчас на перемещении меня-то и срисуют. Однако стоило мне добраться до здания, как чутьё заткнулось. Всё же ощущение стены сбоку дарует некоторое чувство надёжности, что оттуда точно не прилетит. По крайней мере гаубиц по типу Д-30 у врага быть не должно, в иных случаях со стороны стены опасности точно быть не должно. А вот в остальном… Что ж, оборона на все сто восемьдесят градусов. Собственно, её я и занял, сразу сместившись на пару метров от угла и присев на колено. Левая рука сама потянулась к сумке и достав новый магазин, сменила уже частично израсходованный. Последний отправился обратно в сумку, но ближе к груди. Всё же сначала достаются дальние, так удобнее. Положение осложнялось тем, что мне могло прилететь и сверху, так что к ста восьмидесяти градусам по горизонту добавлялись девяносто градусов по вертикали. Такой сектор как правило обороняют силами полноценного взвода, а тут опять же, один я, с сайгой-410. Но ничего, где наша не бывала…

Спустя секунд двадцать, дверь вновь открылась и на улицу высунулась удивлённая морда. Такой же псевдовоенный, только уже в броне. Сначала высунулся, посмотрел на тела, абсолютно игнорируя возможную опасность со стороны, после чего двинул к ним. Я его срисовал ещё когда дверь открывалась, однако выстрелил только, когда фигура высунулась хотя бы на полкорпуса. Дистанция метров шесть, так что сноп картечи, если бы я целился в голову, вполне мог задеть по касательной, а там бы этот мудак нырнул внутрь и запер дверь, а оно мне нафиг не надо. Тут же, практически стопроцентное поражение.

Бандит даже вскрикнуть не успел. Картечь влетела справа примерно на уровне плеча, заходя и в шею, и в височную долю. Пара шариков даже ударились в металлическую дверь, огласив округу звоном. Внутри засуетились. Меня, конечно, слегка оглушило, из-за того, что пороховые газы слева упёрлись в стену и отразились, собственно, как и звук выстрела, но я пока ещё мог различить голоса. Кто-то явно орал что-то матерное.

— Ну же, — прошептал я. — Давайте, выходите в сюда, всех загашу, уебки…

Вот только смертников больше не нашлось, так что пришлось действовать самому. Упавшее тело последнего выходившего не мешало двери закрыться, зато позволило воспользоваться им как упором. Упав в положение лёжа, я быстро подполз к дверному проёму и удерживая сайгу в плоском положение, магазином параллельно земле, чтобы снизить свой силуэт, принялся заглядывать в проход. Как оказалось, пожарный выход был под лестницей, которая вела на второй этаж, практически напротив основного входа, сбоку от которого имелась будка дежурного. Сейчас в будке было пусто, да и вряд ли там кто-то сидел, но вот двери в кабинеты на первом этаже были открыты. Так же виднелась та самая камера. Железная дверь располагалась слева, сбоку от лестницы, чтобы в случае побега преступник не смог по-тихому слинять через пожарных ход, а ему пришлось как минимум пересекать холл.

К моей радости, дверь основного входа была закрыта и при том на засов изнутри, а это значит, что никто не станет меня обходить по улице. Это уже неимоверный плюс. С другой стороны, всегда существовал шанс, что кто-то из этих гадов уже находился снаружи и может меня взять на всём горяченьком.

Лежать и жать бессмысленно, но опять же, какой-нибудь хитрец может засесть сейчас на лестнице и пасти именно этот вход. Я бы так и сделал, поскольку мне дёргаться нет смысла. Он же один, хотя… В том-то и дело, что они не знают, что я один.

— Граждане преступники, говорит командир взвода оперативной роты ОМОНа, Дмитрий Пашкевич, вы окружены. У нас приказ, работать жестко, но ни вам, ни нам лишние трупы не нужны. Ваши поддельники уже лежат тут трёхсотые, если не хотите пополнить их число, то выходите на центр первого этажа с поднятыми руками! — заорал я, надеясь на свою природную харизму.

— Иди ты нахер, командир взвода оперативной роты ОМОНа, — донеслось в ответ откуда-то из дальнего правого кабинета.

Вот, собственно, и приятный бонус моей хитрости. Если они не поверят, то я хотя бы узнаю их примерное позиционирование.

— Предлагаю по-хорошему! Сложите оружие и сдайтесь добровольно, ваш лидер по кличке Баран уже задержан, вы максимум пройдёте как соучастники, не накручивайте себе срока и не лезьте под пули, — я никогда не был переговорщиком, так что без понятия, что там обещают террористам при позиционке, но это вроде как должно было сработать.

— Баран? Да он чертила первоходный, — донёсся смех всё оттуда же. Второй видимо оказался умнее и пока что в диалог не вступает. — Слышь, Пашкевич, валил бы ты нафиг со своими ребятами. Тут твои законы не катят, так что предлагаю тебе делать ноги, пока мы тебя чем конкретным не приложили!

— Чем же? Вооружение вашего незаконного вооруженного формирования составляют лишь карабины Сайга и револьверы Нагана, так что не валяйте дурака и сдавайтесь, отсидите свои три года и выйдите свободные, — продолжил я, занимая позицию на локтях, удерживая карабин под магазин, при этом цевье положив на тело, которое мне же служило бруствером.

На сей раз ответа не последовало. Просто из того самого кабинета выскочило тело в камуфляже и с сайгой наперевес. Ожидаемый толчок приклада в плечо. Гул выстрела отразился от стен, уходя гулять дальше по внутренностям здания. Дистанция от силы метров двадцать. Сноп картечи красиво разложился, срезав ноги и низ живота. Не озаботился мужик своей защитой, не надел бронежилет.

Подстреленный как подкошенный свалился на пол, выронив дробовик. Тут же раздался крик боли в перемешку с матом, который прервался после второго выстрела. Надо же как-то подтвердить то, что поступил приказ работать жестко. Часть картечин ушли в дверь, выбив древесную щепу из внутренней обшивки, но все же большинство красиво легло в грудь человека, упавшего на бок. Пневмоторакс ему обеспечен, по крайней мере кричать не будет.

— Повторяю, вы окружены, сдавайтесь добровольно и пойдете как соучатник, нет смысла проливать лишнюю кровь. Ни вам, ни нам, она тут не нужна! — решил додавить я и наконец-то был услышан. Откуда-то сверху донёсся голос.

— Слышь, начальник, отзови бойца с прохода… я спускаюсь!

Глава 5. Арестанты

Дамир не производил впечатление матёрого бандита, скорее даже наоборот. Обычный работяга с внешностью жителя горной республики. Возможно осетин, может адыгеец. Смуглый такой мужичок лет тридцати пяти, может чуть старше, с ярко выраженной лысиной, которая отвлекала внимание своей не естественной гладкостью, словно он её специально выбривает станком. Одет как типичный гражданский. Джинсы, подпоясанные кожаной портупеей, на которой висит кобура под револьвер, легкая белая рубашка, под которой проглядывается майка. Обут в лакированные туфли. Ну никак не тянет на человека, осужденного по двести пятой. Скорее какой-нибудь политический или неудачный бизнесмен, шаурмятню которого прижали к ногтю приставы.

Однако не смотря на обманчивую внешность, спустился грамотно, двигаясь вдоль стены, держа при этом руки над головой.

— Открой кобуру! Револьвер на пол! — скомандовал я, приподнимаясь и держа его на прицеле. — Кто ещё кроме тебя в здании?

— Он — спокойно ответил Дамир, кивнув на лежащее у основного входа тело. Раненый ещё тихо стонал, но судя по натекающей луже крови, вписал я ему конкретно.

Видя, что от товарища ждать подмоги не придется, Семенов медленно потянул правую руку вниз и открыв кобуру показал, что она пуста.

— Ну так что, договоримся? Как честный человек с честными людьми? — максимально нейтрально спросил он, выходя на центр здания. — Вам всё равно мне нечего предъявить…

Ну как сказать. Предъявить я ему могу много за что. Прицелившись в его правую ногу, чуть правее кости, я плавно потянул спуск. Плечо от отдачи начало потихоньку отзываться болью, но пока вполне терпимо.

— А! — вскрикнул подстреленный, скорее от удивления, подкашиваясь и падая на пол, хватаясь за раненую ногу. — Какого лешего?!

— Кто ещё в здании, Дамирка? А? Я с вами блять шутить не намерен, — зло огрызнулся я, приподнимаясь и вставая на колено, чтобы видеть лежащего по центру холла.

— Две девки! В камере! Больше никого! — сразу сдался главарь, жмурясь от боли и катаясь по полу, пытаясь занять рану.

— Ну учти, если спиздишь, то всажу пулю тебе в яйца и будешь подыхать в страшных муках. Более того, если здесь ещё какая-то гнида вооруженная засела, то я херакну тебе в живот, — зло пообещал я. — Знаешь, что бывает, когда желудок пробивает пуля? А? Кислота из желудка вытекает на кишечник и заживо его переваривает. Вроде как перитонитом зовётся. Хочешь перитонит, а, Дамирка?

— Мамой клянусь! Только две бабы в камере! Никого больше нет! Сычев, Быков и Фролов уехали, Морозова вы завалил уже, Тимофеев, Александров, Харитонов на улицу выходили! — перечислил Семенов, что заставило меня лишь мысленно поаплодировать ему. Верную тактику избрал мужик, незачем играть в героя. Геройством только усугубишь своё положение, особенно если оно безвыходно.

На самом деле у Дамира-то выход был, но вот опыта ему явно не хватало. Мог бы принять меня, когда я сунулся бы внутрь. В конце концов походил бы по второму этажу, посмотрел бы в окна. Подумал логически, откуда тут мог взяться отряд ОМОНа. Впрочем, это его персональные проблемы. Дураку дурная смерть. Хотя пока что Дамирка может помочь мне с кое чем разобраться.

— Ты же жить хочешь? Вот давай поговорим, как человек с человеком… — усмехнулся я, медленно поднимаясь и на полусогнутых двигаясь внутрь помещения, чисто рефлекторно сначала заглядывая вместе с оружием и проверяя углы, лишь потом заходя сам. Сначала корпус, потом ноги, чтобы в случае чего можно было рвануть назад и работать уже вслепую из-за угла.

Не соврал Дамир, здесь действительно никого не было, по крайней мере на первом этаже. Быстро обходя по контуру, заглядывал в кабинеты. Как и ожидалось, если заходить через парадный вход, то справа будет дежурка с помещением для отдыха дежурного и КХО, дальше по правой стороне камера, по типу следственного изолятор. По левой стороне на первом этаже комната начальника, судя по большому кабинету с Т-образным столом из красного дерева и портретам великих деятелей на стенах. За ним кабинет, переоборудованный под склад всякого хлама. Несколько парт отставлены к стенам, на них аккуратно разложена какая-то одежда, снизу вдоль стен армейские баулы и классические черные сумки, в который поставляется система индивидуальной бронезащиты. С ходу удалось рассмотреть пятёрку сумок со шлемами внутри, однако не стал к ним кидаться. Нет смысла, если единственный потенциально опасный элемент сейчас корчится на полу от боли.

— Держи, — проходя мимо него к лестнице на второй этаж, кинул на пол жгут. Авось додумается остановить кровотечение.

По лестнице поднимался аккуратно и медленно, чисто на случай, если там кто засел, однако всё оказалось куда проще. Заседать там было попросту негде. Из четырех дверей, две дальние к подьему были попросту заколочены. Виднелись даже кое-какие подобия бумажных печатей, которые оставляет следственный комитет. Ближние же помещения были открыты. В первом так же было складское помещение, где вдоль стен стояли шкафы и ящики, забитые непонятно чем. Впрочем, парочку классических коробок для армейской тушенки, я примел сразу. Глаз намётан, да и поесть не помешало бы. Ягоды уж давно сварились, а большой стресс требует большого количества калорий.

Второе помещение было переоборудовано под спальню. Откуда-то притащены скамейки, поверх которых кинуты листы фанеры. На импровизированных нарах расстелены армейские штатные спальники. Тут же были какие-то небольшие шкафчики, явно заменявшие тумбы и парта, которая использовалась как обеденный стол. Даже сейчас на ней, стоят вскрытые банки с килькой в томате, хлеб нарезанный, да ножичек кухонный лежит. Под партой имеются характерные стеклянные бутыли. Что ж, я видимо прервал ребята как раз в момент завтрака. Правда не совсем ясно, что же делал тогда тот мужик в кабинете начальника.

Решил перепроверить, попутно убрав трупы внутрь. Так же прикарманил сайги, нечего оружию просто так валяться.

Как оказалось, всех четверых я срисовал конкретно и дотекли они быстро. Ни у кого из них пульс не прощупывался. К сожалению, и брать с них было нечего, разве что одежду, но я так понимаю, что в складской комнатке на первом этаже я еще найду себе комплект на себя.

Дабы трупы не воняли, пришлось оттащить всех четверых на улицу, как раз в тот кустарник, из которого я наблюдал за зданием. Прикапывать не стал, смысла нет, местные животные и так сожрут.

Вернувшись в хату, по-быстрому закрыл дверь пожарного выхода и наконец взялся за Дамира. Тот не сплошал и остановил кровотечение, наложив жгут. Отполз к стене, снял рубашку и замотал вокруг раны. Понимающий мужик. Не будь он бандитом, быть может мы бы с ним и сладили.

— Ну что, рассказывай, что у вас тут имеется, — я спокойно уселся на корточки, положив сайгу себе на колени и вытащив при этом Наган. Ствол как раз смотрел примерно в живот Семенову. — Я всё равно узнаю, но так ты сэкономишь себе и мне время, которое я могу потратить на то, чтобы помочь тебе выжить.

— Скажу, — согласился Дамир, недовольно поморщившись. — Ты ж никакой не ОМОНовец…

— Бинго. А как ты угадал? — усмехнулся я и пожал плечами. — Я оказался хитрее, а тебе с братками не хватило житейского опыта. Так что, рассказывай, что есть, что делали, что за смска и на кой ляд вы порешили конвоиров.

То ли ему стало окончательно плевать, то ли он смерился, однако выложил информацию довольно быстро и чётко. Слова водилы подтвердились полностью. Вся эта безбашенная восьмёрка была повязана по разным причинам, но как правило за разбой и мелкий бандитизм. Старшим действительно был Дамир, который считался уже авторитетным человеком, а потому ему позволялось многое, например телефон. Как смотрящий он был отправлен с семеркой первоходов, на случай если те начнут бычить. Конвоирам же нельзя шибко применять насилие, а вот другим арестантам вполне даже. Драка между заключенными и избиение заключенного конвоиром, абсолютно две разные вещи.

Пазик, на котором они ехали, встрял конкретно, в этот же момент всем поплохело, а спустя пару минут, на телефон Дамиру прилетело сообщение, согласно которого он назначался главным в группе раздражителей. Стартовым условием было устранить конвоиров, за что им давали наводку на хату. Естественно, что ребята задачу выполнили, попутно разжившись парочкой дубинок и парой макаровых. Вот только спокойно доехать до хаты не удалось. По пути нарвались на какую-то потеряшку с ружьём. Неизвестный обстрелял машину, чудом никого не задев, но Баран по глупости отстрелял практически полный боезапас к стволам.

Приехав сюда, тела конвоиров прикопали, стволы так же заныкали. Дамир даже дал наводку, где. Ныкали неумело, просто завернув в куртки своих сопроводителей. Уже на месте нашли две так называемые «локалки», стартовую для раздражителей и медицинскую, которая была в небольшой землянке метрах в двухстах дальше в лес. Первую пару дней просто ныкались на хате и не высовывались, отьедаясь и думая, что делать дальше. Когда поняли, что их никто не ищет, решили двинуть на разведку. Остановили машину на дороге, за рулём был потеряшка, какой-то мажорчик, которого порешили. За это прилетел небольшой подгон. Как пояснил сам Дамир, он смог через телефон заказать чего-то полезного аж на две стони граммов. Естественно, что он заказал курева, поскольку его тут не было.

Тогда-то ребята и вошли во вкус, начав колесить по дороге и ловить таких потеряшек. Всего было подтверждено четырнадцать убитых с которых снимали всё ценное и потенциально полезное. Отчего-то мужики надеялись, что смогут потом кому-то толкнуть шмотки. Помимо этого, им удалось поймать ещё трёх молодых девушек с которыми развлекались, но в пьяном угаре, одну случайно убили. Оставшиеся две сейчас находятся в камере.

— Больше ничего не знаю, — устало прохрипел Дамир. Кровь он остановил явно неумело, поскольку белая рубашка уже окрасилась в кроваво-тёмный цвет.

— Ну, оно и к лучшему, — я спокойно вздохнул и прижав раненого коленом в грудь, чтобы он не дёрнулся, быстро снял с него портупею. Скинул кобуру, она мне и самому понадобится, а вот самим ремнем, перетянул ему руки. — Это для моей же безопасности.

Закончив с завязкой, открыл парадную дверь и оттащил бывшего главаря на улицу, где запихнул его в пазик. На закономерный вопрос, предупредил, что лучше ему посидеть здесь, а я скоро вернусь.

Что ж, хата теперь под моим контролем, по крайней мере временно. Первым делом сбегал по ориентиру к землянке, где была медицинская локалка. Как и полагается, оттуда всё вытащили, оставив лишь пустое помещение. Стоит отдать строителям должное, ведь по факту это был полноценный бетонный бункер, стыки плит которого были залиты герметиком по самое немогу. Уходил под землю на полэтажа, внешне выглядя как небольшой холмик, разве что с одной из сторон имелось углубление со ступеньками, которые приводили к дверцам. Хорошенький такой погреб, примерно три на два метра. В принципе, тут можно временно обустроиться, но сначала вернусь к жене. Стосковалась пойди…

Нет, всё же я глупо поступил. Нельзя было её оставлять одну.

Я только вышел к машине, а Юленька уже распахнула дверь и несмотря на раненую дверь, попыталась выбраться.

— Ты совсем дурак?! — начала закипать она.

— Да, совсем, — мне оставалось лишь согласиться. — Ляг обратно, поедем сейчас в одно место, там есть медицина.

Я быстро запрыгнул на водительское, отложив сайгу на переднее пассажирское. Выруливать из леса оказалось не так уж легко. Кажется, во время одного из манёвров я поцарапал крыло о молодую ель, но это всё мелочи. Машина всё равно не моя, да и я далеко не лучший водитель. Юля, все же послушавшаяся меня и улёгшаяся сзади, не унималась, понося меня на чем свет стоит. Припоминая мне, что я только вернулся и что она не хочет меня потерять. Очень быстро вся её злобная тирада перешла в тихий плачь.

— Малыш, но ты чего, — решил я отвлечь её, но бес толку.

— Отстать! Придурочный! Опять в героя играешь?! Тебя убить могли! — сквозь слёзы проворчала Юленька, вызвав у меня лишь улыбку. Да, сейчас она ругается, обижается, но всё равно любит меня. И я её люблю, поэтому стойко терплю вспышку гнева, потому что прекрасно понимаю, что скоро она успокоится. К тому же на её психическом состоянии сказывается ранение. Не каждый крепкий мужик будет адекватно мыслить с картечью в ноге, а уж хрупкая и маленькая девушка, и подавно.

На бетонку с трассы пришлось съезжать аккуратно. Неведомый архитектор явно пошутил и потому уровень дороги сантиметров на пятнадцать просел. Словно приходилось съезжать с тротуара на проезжую часть. На малой скорости не так сильно тряхнуло, но все равно Юленька сзади высказалась о моих навыках вождения, хотя от них здесь ничего не зависело.

По бетонке катить уже не так приятно, как по ровному асфальту, а уж по проселочной так и вовсе. Ребята явно не предусмотрели, что им возможно придётся возить здесь раненых. Благо что путь короткий и вскоре я уже парковался прямо перед входом. Быстро выгрузился и первым делом, отнёс жену в хату, на второй этаж. Там выбрал спальник почище и уложил Юлю на него.

— Что это за притон? — удивилась она, осматриваясь по сторонам. — Выглядит словно тут какие-то бомжи или алкаши жили…

— Не совсем. Тут жили бандиты. Не беспокойся, надолго мы здесь не задержимся. Надеюсь, что уже к вечеру мы переберемся в бункер. Он тут, рядышком… Сейчас, схожу, гляну что тут по медицине и займусь твоей раной, — успокоил я, быстро сваливая в соседнее помещение. Юленька у меня такая, может заболтать, чисто чтобы не отпускать. Я же вижу, что ей на самом деле страшно. Стадия непонимания прошла, теперь она просто пытается свыкнуться с происходящим.

Всё-таки я оказался прав. Часть коробок действительно принадлежала какой-то продовольственной службы. Были тут и коробки забитые разным тушняком, и коробка с пакетиками сока, и булочки в вакуумной упаковке. Всё как положено. В других типовых армейских ящиках, было медицинское имущество. Причём отнюдь не старенькое. Например, ППИ-1А я здесь не видел, зато тех же ППИ-3В в желтых упаковках, было много. Как минимум два полных ящиках и где-то ещё в коробках. Мда, мне бы не помешала накладная на всё это добро, чтобы понять, что тут в принципе лежит, поскольку всё вперемешку. Главной находкой оказался ящик с военно-медицинскими перевязочными наборами. Странное название, учитывая, что внутри хирургический инструментарий. Здесь же кстати лежали и небольшие коробки с наборами для венесекции.

— В нынешних условиях, настоящее сокровище, — пробормотал я, рассматривая содержимое. Консервационная смазка уже была снята, даже более того, на всем инструментарии имелись пластиковые колпачки, однако я бы всё равно на всякий случай прокипятил.

Печка нашлась на первом этаже. Небольшая буржуйка как раз в складском помещении. Собрана явно уже местными жителями, поскольку проход под трубу грубо пробит в форточке. Ребята не заморачивались и попросту сломали стекло. Здесь же были большие бутыли с водой, по типу тех, что используют в кулерах. Всего таких бутылей было штук десять, но две уже пустовали.

На удивление, в буржуйке слабо потрескивало пламя. Кто-то видимо хотел разогреть консервы. Я лишь докинул ещё пару чурок, что лежали рядом с печью в армейском ящике из-под артиллерийских снарядов. Маркировки уже стёрты, но по внешним габаритам похоже на ящик из-под чего-то крупного, навроде 122мм болванок к гаубице Д-30.

Пламя довольно быстро занялось новым топливом, так что я не особо парясь, поставил на печку коробок для стерилизации. Он шёл в комплекте к набору для венесекции.

Внутри коробка была специальная ванночка с отверстия на дне, как у дуршлага, в ванночку сразу сложил необходимый мне инструментарий. Пока вода закипала, вернулся к жене.

— Разве с такой раной не в больницу надо? — тихо и неуверенно спросила она, глядя на то, как я перебираю содержимое своего рюкзака, в поисках ножниц.

— Малыш… — я оторвался от своего занятия. — Пойми меня правильно. Здесь нет больниц, более того, нам нужно как можно скорее перебраться в землянку, потому что сюда могут нагрянуть другие бандиты…

— Не нагрянут, — как-то слишком уверенно произнесла Юля, достав из-под спальника телефон на манер допотопного смартфона, ещё с тремя кнопками снизу. — На, почитай.

Отложив рюкзак в сторону, я принял из её рук телефон. Женушка уже заботливо открыла сообщение, которое пестрило красными надписями.

«Уважаемый Игрок_… поздравляем с уничтожением группы раздражителей.

Проблема с регистрацией.

Проблема с начислением награды.

Награда заморожена.

Внимание! Из-за невозможности начислить награду, мы вынуждены её заморозить до момента активации персонального системного ключа. С уважением, администрация Большой Игры.»

Отложив телефон в сторону, я вдруг вспомнил, что оставил ножницы в машине, когда срезал прошлую повязку, впрочем сейчас меня это волновало уже в меньшей степени…

Интерлюдия 1

Чертов холод мог доконать кого угодно, особенно если он сопутствовал неприятному дождю. От последнего кое-как спасало наспех собранное укрытие из поваленных стволов молодых деревьев и нарезанного лапника. Молодой парень спокойно сидел, прислонившись спиной к могучей сосне, в корнях которой и расположил свою лёжку. Нагретая потушенным пару минут назад костром земля, приятно отдавала тепло, не давая заднице промёрзнуть, а промокнуть не позволяла небольшая брезентовая подкладка, некогда бывшая советской плащ-палаткой, в которую незадачливый турист укутался.

Вопреки ожиданиям, мыслей не было. Вместо них имелась дикая усталость и ноющая боль в ногах. Промокшие берцы делают весьма неприятные вещи с ногами и там дело уже не за траншейной стопой, а за мозолями. К тому же, пережидавший дождь парень, снял их с трупа, у которого был размер ноги чуть побольше чем у мародёра. Дабы не околеть окончательно, он скинул сырую одежду, кутаясь кое-как в армейскую плащ-палатку, отжатую у бойца, которому не повезло пересечься с Выживателем.

Ситуация из неприятных. Сапёр явно не на это рассчитывал, когда соглашался на авантюру. Впрочем, ему никто и не говорил, что будет легко. Да и тому парню, что лежал бездыханной куклой по соседству, наверное, тоже предупреждений не высказывали.

— К чёрту, надо хоть немного поспать, пока не сдох, — прошептал парень, прекрасно понимая, что внутренние ресурсы на пределе. Веки слипались, и он поддался слабости, склонив голову к груди. Сознание моментально улетучилось в далёкие дали.

«Кого породил огонь, того не убьет огонь! Кого породил огонь, того не убьет огонь!» зазвонил мобильник, разбудив Даниила.

Утро, как ни странно, оказалось более бодрым. Из неприятного только запах трупа рядом, да симптомы простуды, но зато кончился дождь, чему парень был несказанно рад. Одежда промокшая окончательно, лежала комом в углу укрытия, так что первым делом выбравшись из импровизированного шалаша, Сапёр накинул на ветки штаны и китель камуфляжа, а также повесил берцы. Вопрос просушки бельишка стоял очень остро. Гораздо острее чем вопрос голода или жажды. Первое решалось небольшим рационом, что нашелся в карманах бойца, а второе флягой, снятой у того с пояса.

Вчера Выживатель наткнулся на него случайно. Мужчина лет тридцати, явно только-только попавший сюда, организовал днёвку, перекусывая собранными по дороге дикими яблоками. Куда он шёл, Даниилу было наплевать. Главное, что он был одет, вооружен и нёс что-то полезное, что могло бы пригодиться и Сапёру, который вышел к днёвке практически в чем мать родила. Из всей одежды на нём была только майка и треники, потому мужчина и не опознал в нём стоящего противника, а зря. Выживатель уже усвоил, что в Резервации опасны все. И по возможности всех надо устранять, чтобы не устранили тебя. Договоры здесь имеют силу, пока ты не повернулся хотя бы вполоборота и не подставил под выстрел бывшего союзника, не прикрытый бронежилетом бок.

Вот и путник не ожидал, что полуодетый парниша, жалобно просящий попить, вдруг выхватит нож у него же с разгрузки и вспорет глотку такого опытного и снаряженного вояки. А ведь будь он чуть поумнее, да проведи в Резервации хотя бы недельку, то не подпустил бы к себе чужака, но человеколюбие и отсутствие нормальной подготовки у военных играет с ними плохую шутку. Бредовый кодекс чести не позволяет видеть в безоружных гражданских угрозу. Ничему их не научила, ни Чечня, ни Осетия, ни Украина, ни Сирия, ни Карабах. Гражданских в зоне боевых действий нет. И если человек оттуда не свалил, значит он уже по горло в говне, в котором можно захлебнуться и утонуть, перестав барахтаться. Это почему-то в армии не преподают, а потому всё новые и новые молодые новобранцы пополняют списки трупов. Странно, что этот, вроде взрослый мужик, подпустил его к себе, но Даниилу было плевать.

Сапёр же опыт локальных конфликтов усвоил и потому на кодекс чести забил давно. Что и позволило ему разжиться средствами к выживанию. Даже сейчас, одежду он сушил у костра, который развёл с помощью трофейного ножа. Неплохой такой 6х9. Когда сам Даниил служил… Если это можно было назвать службой. У них таких не было. У них тогда много чего не было. Всё приходилось либо брать с боя, либо выпрашивать у различный инициативных ребят, которые под видом материальной помощи детям-сиротам, привозили снаряжение.

Здесь же в ноже и ножнах к нему, было все необходимое настоящему военному. Особенно Даниила порадовало лёгкое выхватывание, ведь если бы не это, то сейчас хладным трупом лежал он, а не этот неизвестный ему мужичок. Он, конечно, мог бы сбросить тело и там на днёвке, но лучше перестраховаться и оттащить его в сторону от его первоначального курса движения, метров на четыреста, после чего бросить. Для маскировки, Выживатель накрыл труп ветками и лапником, попросту обрушив укрытие от дождя. Зверье конечно растащит, но если за тем воякой двинула поисковая группа, то такая маскировка позволит Даниилу выиграть хотя бы сутки отрыва.

Отрыв был необходим ему как воздух. Даже если никакого преследования нет и это просто его разыгравшаяся паранойя, то чувство того, что все сделано красиво, просто необходимо.

Одежда просохла паршиво, но было достаточно и того, что берцы высохли, как и носки, поэтому одевшись, Выживатель быстро собрался. Трупу остался только бронежилет и шлем. 6Б45 был слишком тяжёл и неудобен в лесу, ну а СШ-68 в принципе то еще говно. Правда, не ясно как оказалась такая реликвия у бойца одетого в ратник. Всё же остальное было изъято в пользу Сапёра.

Наконец одетый, с накинутым разгрузом и лёгким рейдовым ранцем, Даниил двинул дальше по лесу. Из оружия лишь нож и явно видавший виды РПК-74. Даже не модернизированный. С деревянным лакированным прикладом и ярким рыжим магазином, по которому можно заметить бойца метров за пятьдесят. Слишком уж он выделяется на фоне города и леса. Впрочем, у Сапёра-то и выбора не было. Неплохой ручной пулемёт всё равно лучше, чем полный голяк в виде ножа.

«Как-то все странно… Не верю, что по переходу на следующий уровень, меня могло вот так просто откинуть практически к нулям,» размышлял парень, аккуратно лавируя меж деревьев и стараясь не задевать веток. Ситуация действительно складывалась неприятно. Местность он не узнавал, но это точно была Резервация, поскольку где-то впереди виднелась полу сваленная опора линии электропередач, провода от которой были оборваны и просто свисали на землю. Для жителей России и так понятно, насколько это бредовый план. Чтобы такое количество проводки и была бесхозно брошена? Это ж целое состояние для всяких любителей покопать металл.

Впрочем, помимо косвенных признаков, имелись и прямые. Того бойца Даниил учуял за счет одной из способностей Выживателя. Телефона Игрока у него не было, но навыки, в том числе и пассивные, срабатывали и так. Телефон же, что сейчас лежал в кармане штанов, принадлежал убитому бойцу и был по факту простой болванкой, которая сама по себе «теряется» на вторые-третьи сутки прибывания в Резервации. Давно замеченный кем-то факт, что здесь телефоны есть только у Игроков, и у новичков, но новички свои мобилки быстро теряют и их никто не находит.

В какой-то момент прогулки по лесу, чуйка вновь заверещала, что дальше лучше не соваться, иначе будет очень больно. Не видя никаких причин не доверять внутренним ощущениям, парень припал к земле, вскинув оружие по направлению движения и изучая местность по фронту. Первичная позиция ничего не дала, поскольку впереди был лишь густой кустарник, словно специально высаженный плотным заграждением, поэтому Сапёр решил переползти чуть в сторону, к корням одного из деревьев. Там и укрытие какое-никакие, и вроде как прореха в кустарнике есть.

На второй точке все оказалось чуть получше. К тому же, Даниил с помощью шомпола смог чутка раздвинуть ветки, создав себе небольшое окошко для наблюдения, а смотреть было на что.

Впереди, метрах в ста, имелся укрепленный пункт. Блокпост выглядел крайне интересно, пускай и как-то небрежно, но это только на первый взгляд. Для простого обывателя многие военные хитрости и фортификационные тонкости выглядят как небрежности при окапывании позиции. Вот только Сапер же не обыватель и терпеть не может, когда его пытаются держать за дурака, а те, кто подготавливал позицию, явно думал, что воюет с какими-то аборигенами.

Во-первых, хаотично сваленные гнилые деревья перед позициями образовывали неплохую полосу препятствий на подходе к ДЗОТу, но в то же время обороняющиеся оставили плотный, не проглядываемый кустарник напротив своей позиции. При этом стоит заметить, что кустарник и само укрепление находятся на возвышенности и примерно на одном уровне. В низине же, проходит неплохо так накатанная дорога.

Во-вторых, сама огневая позиция была оборудована меж трех гранитных валунов и дополнительно замаскирована мхом. На самой позиции имелся окоп минимум глубиной в метр, а промежутки меж камней заставлены бревнами. В принципе место козырное, но слишком легко срисовывается. Чертов ДЗОТ расположился на повороте дороги с выпуклой стороны, так что две стрелковые ячейки по бокам от центрального валуна смотрели как раз на оба направления дороги. Такую красоту сложно не заметить.

Внизу, под холмом, прямо на колее лежало поваленное дерево и пара сигнальных знаков. Классические «Осторожно Мины» и «Прохода нет!», что еще больше показывало профнепригодность партизан. Со стороны Сапёра не было видно, действительно ли имеются минно-взрывные заграждения. Впрочем, с его позиции в принципе было видно только огневую точку и импровизированный шлагбаум, а все, потому что он подошел с противоположной стороны дороги. Опять же, если бы не чутье, то вышел бы он в сектор обстрела в полный рост и все, хана цуцику.

Впрочем, наблюдателей на посту не было видно, а если бы они там и были, то все равно, у Выживателя с ручным пулемётов все шансы раскидать этот блокпост на дрова. Особенно если учесть, что у Сапёра полный боекомплект к РПК, а это, на минуточку, аж четыре с половиной сотни патронов. Правда фактически в магазинах всего около ста восьмидесяти. Два полных на сорок пять и три полных на тридцать. Сейчас, например к пулемёту был примкнут магазин увеличенной ёмкости на сорок пять. Остальные патроны в пачках, хранились частично в сухарке на разгрузке, а частично в ранце.

Даниил вполне мог бы и подождать, пока произойдет смена дозора, но зачем терять время, если можно рвануть напролом и разобраться на месте. Собственно, Сапёр, явно поверивший в собственные силы, так и сделал.

Стартанув с места, он проскользил по холму вниз, до табличек, так и собрав ногами никаких мин, а дальше рванул вверх, взбираясь к ДЗОТу прямо со стороны центрального валуна, пытаясь при этом попасть в слепую зону. Правда, все старания были напрасны, поскольку на позиции никого не было. Другой бы наверняка на месте Сапёра ходил вокруг да около, а так… Бояться нечего, однако чуйка всё равно неприятно давила на поясницу. Не понимая, что происходит и от чего чутьё взбесилось, Даниил забрался в одну из стрелковых ячеек, начав изучать сектор огня.

От увиденного, даже у столь опытного Выживателя как Сапёр, волосы на жопе моментально встали дыбом и перекрасились в седой цвет. Прямо на ДЗОТ смотрела крупнокалиберная пушка от БМП-2. Сама бронемашина стояла в кювете, а рядом копошилась группа мужиков в танковых спецовках. Машинка явно пережила кучу всего, о чем говорили пробоины в башне и во лбу, однако выполнена при этом была в варианте для локальных конфликтов, с нашитыми сварными сетками, заместо динамической защиты.

— Пиздец… — тихо прошептал Сапёр, прекрасно понимая, что если коробочка захочет отработать по ДЗОТу, то от укрытия вообще ничего не останется.

Вот только людям рядом с БМП было плевать на огневую точку, хотя они наверняка её видели. Может даже видели, как сам Выживатель совершал перебежку и взбирался по склону к позиции. Параноидальные мысли моментально захватили сознание парня.

«Они меня видят, наверняка пасут… Но почему не стреляют? Я ведь потенциальная угроза дня них. Даже на такой дистанции могу попросту посбивать навесное оборудование, да смотровые щели поотстреливать. Тут же метров двести, не больше!» не унималась паранойя, но Выживатель лишь вжался в окоп. В условиях Резервации любая бронетехника является непобедимым ультимативным средством для вкатывания противника в землю, если у того нет взрывчатки. У Сапёра при себе ничего не было. Командование явно обделило ограбленного им бойца, в плане гранат. Так-то положена хотя бы пара РГД-5, но даже их не было, не говоря уже об Ф-1, которая тут была бы полезнее.

Сапёру оставалось только ждать. К счастью, а может и к сожалению, ждать пришлось не долго. Уже минут через пятнадцать БМП рыкнул движком и угрожающе взревев, начала приближаться. Даниилу казалось, что он слышал, как под тяжелеными траками стонет земля, разражаясь неприятным хрустом.

Вновь нахлынули не самые приятные воспоминания, как ему пришлось сжечь коробочку, что выкатилась тогда на их разведгруппу в селе. Тогда ещё погиб его товарищ…

Бронемашина остановилась практически под самым ДЗОТом. Грохот потихоньку стих и стало слышно, что за ней двигалась ещё парочка машин, но грузовых. Внезапно раздалось ржания коня, и Сапёр окончательно потерял понятие логики происходящего. Интерес пересилил страх и потому он аккуратно приподнял голову, выглянув в стрелковую бойницу.

Внизу, у бронемашины находилась парочка всадников, причём судя по характерным одеждам, это были какие-то казаки. Чуть дальше по дороге стояли две шишиги. Процессию замыкал странного вида пикап с установленным в кузове крупнокалиберным пулемётом.

«Конвой? Здесь? Это ж куда меня так закинуло? Даже в Торжке такого богатства не было!» мысленно удивился Сапёр, решив на всякий случай показаться и вылезти из ДЗОТа. Судя по загруженности, ребята вывозили какую-то большую локалку, поскольку обе машины были загружены стройматериалами.

— Эй, мужики! — окрикнул казаков Даниил, поднимаясь в полный рост, удерживая при этом РПК в положении готовности к бою. Мало ли что случится. — Не подскажите сколько до Зинеевки?

— Глянь Димка, який хлопець вилiз! — удивился ближайший всадник, рассматривая Сапёра. — Боэць, ти звiдки тут узявся?

— Выполнял прыжок с парашютом. Ветром в сторону снесло, жёсткая посадочка была. Как очнулся, смотрю, места незнакомые. Ещё и дождь, — наигранно негодовал Даниил, визуально подметив, что от второго грузовика в их сторону двигается мужик в неплохой легкой кожаной лётной куртке. Ему явно было холодно, несмотря на стоящую плюсовую температуру, градусов эдак в двадцать.

— Начальник, тут потеряшка, — оповестил его второй всадник, довольно усмехаясь.

— У фотрецю його? — спросил первый, оглядываясь на подошедшего мужчину, тот лишь согласно кивнул.

— До Зинеевки говоришь? — переспросил второй казак, обращаясь к Сапёру.

— Да, — отозвался Даня, подмечая, что всадники не так просты. Первый, что говорил с украинским акцентом, развернул коня на месте и стало видно, что справа у него на седле сумка, в которой грамотно так пристроен карабин СКС, причём в каком-то странном укороченном варианте.

— На броню запрыгивай, мы как раз мимо будем проезжать, покажем, где спрыгнуть! — указал второй и пришпорив бока лошади ускакал куда-то в хвост колонны. Сапёру ничего не оставалось кроме как подчиниться. Сложно всё-таки геройствовать, когда за считанные секунды на тебя может навестись крупнокалиберная пушка с БМП.

Стоило ему спуститься с холма и запрыгнуть на броню, как «украинец», как его про себя окрестил Даниил, вновь докопался.

— Та не бiйся, ми реквезiт веземо, фiльм знiмати. Пiдкинемо, самi майже всi служили, розумiючи що таке, вiд своiх вiдбитися, — попытался приободрить мужик, вот только Сапёр прекрасно понимал, что в седле у него нифига не бутафорский карабин, да и у остальных тоже не макеты.

Этот казак мог затирать кому угодно, что они тут фильм снимать планируют, но только не Выживателю второго уровня, который уже вкусил Большую Игру, хотя пока так ни черта и не понял, что тут происходит.

Глава 6. Карательная медицина

К сожалению, сообщение об устранении раздражителя, было не ошибкой. Так уж вышло, что Дамир решил покончить жизнь самоубийством. Как бы странно это не звучало, но его можно понять. Конечно, я бы в подобной ситуации поступил иначе, но у мужика хватило духу осознать все происходящее. Какой-то одиночка вынес всю его банду, его самого подстрелил, пленил неясно зачем, а также устроил допрос, хотя и без пристрастий. Возможно, он подумал, что я ему подготовлю смерть похуже, а может ещё что. Не могу сказать, что его смерть была быстрой и безболезненной, скорее наоборот.

Неизвестно как, он умудрился оторвать намертво прибитый молоток для разбития стекла. Этим молотком, который оказался на удивление острым, Дамир попытался вскрыть себе трахею. Не знаю, зачем он так сделал, видимо ему было известно гораздо больше, чем он изначально рассказал, однако как факт… Теперь в автобусе труп, залитый кровищей. Мда, а ведь я планировал на нём провезти опыт и попрактиковаться в извлечении картечи.

Нет, у меня, конечно, остались ещё две девчонки в камере, которые, кстати, вели себя весьма тихо и не подавали ни звука, даже когда я шумел на первом этаже вскрывая ящики и перекидывая с места на место шлема и бронежилеты. Однако трогать гражданских я не хочу. Самому противно, хотя, казалось бы, чем лучше я сейчас отработаю извлечение картечи, тем проще мне будет провести операцию потом… Нет, трупа Дамира должно хватить. По крайней мере, я на это надеюсь.

Касательно раны у Юленьки, я пока что ограничился сменой повязки, плюс появилась возможность поставить тампонаду с антибиотиком. В так называемой локалке оказалось довольно много полезных препаратов. Шутка ли, там даже были армейские единички. Так один мой знакомый фельдшер называл литровый пакет физраствора. Опять же, по его рассказам, подобные есть только в пехоте. Сам я максимум видел полулитровые.

Пока я разбирался с раной жены, вкалывал ей новую порцию «конфетки», а так же ходил смотреть что там с Дамиром, инструменты стерилизовались. В принципе, оно уже и не надо. В медицинском локалке я нашёл комплект одноразовых, в одном из наборов. В вакуумных упаковках, всё как положено. Однако, всё равно, уважу бывшего главаря банды, поработаю над его трупом стерильным инструментарием.

— Ну ты и мудак, не мог блять подождать, — недовольно ворчал я, вытаскивая его тело из автобуса на улицу, а конкретнее, в кустарник. Ещё во время обхода мною была запримечена неплохая ямка, на которую я не обратил особое внимание, но сейчас, она вполне может стать легкой порно-пародией на Вьетнамский госпиталь. Условия один фиг почти идентичны. Грязь, земля, песок, отсутствие стерильности, а также неопытный хирург, у которого за плечами только общая военно-медицинская подготовка и пара командировок на должности санитарного инструктора.

Распластал тело прямо на земле, лишь себе подстелил найденную в хламовнике спортивную куртку, чтобы не застудить колени. Первым делом вскрыл одежду, чтобы осмотреть ранение. На удивление, оказалось, что с той дистанции что я стрелял, картечь нанесла практически максимально неприятное повреждение. Пять свинцовых шариков застряли в мясе. Кость, конечно, не повредили, но всё равно неприятный прилёт, у моей жёнушки попроще, однако, там дистанция примерно такая же была, но при этом две картечины прошли насквозь.

— Нихрена не понимаю… — Я лишь почесал затылок и сходив до машины, взял не полный магазин от сайки Сыча. Почему-то мне сразу и не пришла мысль, что у ребят могут быть разные патроны. Так, например, у Барана была картечь пятёрка, а Сыча была шестерка при этом с усиленной навеской. Как его сайга это выдерживала, ума не приложу, однако это требует провести небольшой эксперимент.

Тело Дамира и так неплохо обескровлено из-за того, что он себе вскрыл шею, однако оно и к лучшему. Примкнув неполный магазин к первой попавшейся под руку сайге, я направился к ямке. Да, стрелять в трупы неправильно с точки зрения морали, но мне насрать. Более того, я даже специально переложил тело так, как примерно лежала моя жена и с расстояния, на котором находился Сычев в момент выстрела, отработал одиночным в ногу Дамиру.

Тело дёрнулось, но это скорее от прилёта картечи. Попал примерно так же, разве что в данном случае раневых каналов было четыре. Три ушли насквозь, один глубоко застрял, причём прям близко с костью. Настало время резать.

Отложив сайгу, я надел хирургические перчатки и выудил из заранее принесенной коробки с инструментарием набор различных скальпелей. Из всего многообразия я знал только брюшистый и остроконечный, а потому их и взял. Размашистый надрез брюшистым для вскрытия покровов, а дальше уже более аккуратные разрезы остроконечным. Я практически вырезал лунку вместо раневого канала, с помощью пинцета вытаскивая срезанные рваные края. Их было не так уж и много, на входе, когда снаряд ещё сохранял форму, но чем дальше, тем он сильнее деформировался, сплющиваясь. В принципе, изъять его оказалось не так уж и сложно, но, к сожалению, я слишком много иссекал ткани, заживать такое будет долго и довольно болезненно.

Помимо слепого канала, было ещё три сквозных, на них удалось отработать как раз иссечение рваных краёв и поврежденных гидроударом смежных частей. Так уж вышло, что при попадании в тело, снаряд не просто пробуривает в человеке отверстие, но ещё и передает часть импульса. Именно из-за этого иногда случаются неприятные моменты, когда, казалось бы, пуля прошла мимо органа, не задев его напрямую, но при этом вскрытие показало ушиб или и вовсе внутреннее кровотечение. Я не медик и ничего конкретного сказать не могу, просто насмотрелся всякого…

На сегодня с меня медицины хватило. Раскуроченный труп я так и оставил. Не вижу смысла их закапывать, опять же, зверье и так отроет, только лишняя энергозатрата и расход времени. Единственное что печалило, так это перепачканный инструментарий, который пришлось вновь стерилизовать. Нет, всё же Дамир мне помог тем, что лишился крови, по крайней мере я не так сильно замарался. Просто снял окровавленные перчатки и выкинул прям там же в яме. Коробочка с инструментами мне так же не понадобилась. Не знаю на что я надеялся, зашивать там явно бессмысленно, а базовые первичные стяжки я сделаю и так. Уж на это-то моего опыта и навыков точно хватит.

Пока жена спит, а инструмент проходит термическую обработку в кастрюльке с раствором, образовался небольшой перекур. Есть не хотелось, спать тоже, остальные потребности так и вовсе отошли на второй план. Отчего-то возникло стойкое желание закурить, хотя я ни разу не курильщик. У меня такое случается, после сильного стресса, однако как правило это желание быстро проходит, стоит мне успокоиться и отвлечься. Из всех доступных развлечений только разборка двух локалок и составление описи в личном блокноте… Выбор был не велик, так что пришлось заняться чисто каптёрской деятельностью.

Однако даже это не смогло полноценно отвлечь, к тому же, я слишком быстро со всем разобрался. Уже через пятнадцать минут у меня на двух листках была полная опись обеих складов. Дело даже не в том, что там мало всего было, скорее даже наоборот, содержимого было дофига. Просто какой-то заботливый человек, заранее пометил на коробках что внутри и сколько его там. Вскрыв парочку, я лишь убедился, что бывший кладовщик не врал и ничего себе не прикарманивал.

— Мда… Жалко, что Дамир сдох, так бы с ним в нарды сыграли, — недовольно проворчал я, вспоминая шутку про Армян, которая мне надоела ещё во время командировки в горную республику.

От скуки я решил всё же что-нибудь приготовить. В стартовых запасах раздражителей, как их окрестил ныне покойный, помимо консервов, хлеба и различных солений, так же имелась и одноразовая посуда, которую братки так и не нашли, за все время своего прибывания здесь. Жрали они из тюремных железных мисок. Из подобных у нас в части собаки кормились.

Кстати, о собаках. Пора бы проверить ту парочку, что сидит в камере. Уж не знаю, может их братва порешила, раз они такие тихие, а может в принципе уже сломали им волю. Как по мне, так любая нормальная «пленница», слыша стрельбу и крики о том, что здание штурмует ОМОН, по завершению заварухи, подала бы знак, что она заперта здесь. А эти сидят как мышки.

Решив не рисковать, переоделся на манер братков, то есть натянул маскхалат, поверх накинул бронежилет, балаклаву скатал, чисто чтобы шлем нацепить. Кстати, это оказались 6Б7-1, с чехлом в такой же флористой расцветке, как и бронежилет. Шлем на самом деле не такой плохой… Но стропы фиксации просто кошмарные, их явно придётся подгонять и перетягивать, хотя мне вообще грех жаловаться, я долгое время с СШ-68 гонял, пока их в один момент не заменили в части на 6Б47. Видимо не с руки стало начальству, что на фотоотчетах мой взвод выглядит словно только-только из Афгана приехали.

На случай если у дам там окажется заточка, я решил идти с револьвером наготове. Длинноствольное в виде сайги, оставил подальше. Как вежливый человек, сначала постучал рукояткой Нагана в дверь, после чего отодвинул шторку, открывая глазок. В принципе, чего я ожидал, он чем-то заклеен с той стороны. Это означает два варианта. Либо внутри опытные сидельцы, которые глазок законопатили, либо это сделали ещё до них.

Выбор не велик, придётся входить. Сначала откинуть засов, затем открыть саму дверь. Ключи заботливые братки оставили прямо в замочной скважине, видимо не особо запариваясь о том, что их может кто-то взять. Хотя оно и понятно, зачем их относить в ящик для ключей, что висит в дежурке, если данными ключами открывается только эта, единственная стальная, дверь.

Механизм замка довольно громко лязгнул. Я уже ожидал, что сейчас начнутся ломиться и даже по привычке вскинул револьвер на уровне своих глаз. Медленно приоткрыв дверь, заглянул сквозь образовавшуюся щель внутрь.

Мда, девушки были действительно хорошо выдрессированы. Обе уже стояли у стены, причём в классической позе дельфина. Сразу видно, что с ними работали зэки. Однако, не могу не отметить, что молодым девчонкам данная поза вполне даже идёт,

учитывая, что обе одеты в какие-то лёгкие платья. Причём одной из них оно явно было велико и провисало.

— Дамы, ну что вы, можете встать спокойно, — усмехнулся я, приоткрывая дверь больше, так чтобы меня было видно.

Обе беспрекословно выпрямились и повернулись, затравленно глядя в мою сторону. Мне показалось или одна что-то шепнула другой? Впрочем ладно, тут и так ясно, что девок конкретно так потрепали.

— Будем знакомы, меня зовут Алексей и я профессиональный спасатель женских задниц в зонах боевых действий, — представился и практически не соврал. Пару раз мне действительно приходилось вытаскивать гражданских женщин практически из зоны обстрела. — Может быть вы представитесь?

— Алексис Уайт, — практически сразу представилась та, на которой было платье не по размеру. — Вы военный?

Акцент у неё был явно иностранный. Похож на американский, да и имя с фамилией… Я как-то до этого не задумывался, что здесь, в этой Большой Игре, могут быть не только жители СНГ.

— Военный, твоя подруга в принципе молчунья или просто я такой страшный, что она меня боится? — на всякий случай уточнил, изучающе рассматриваю вторую.

Нет, не родная их одежда. Скорее всего братки решили устроить себе красивую жизнь и награбив шмотья, приодели пленниц. Слишком уж вырвеглазно смотрятся на них какие-то клубно-шлюшечьи платья. На американке ярко-золотистое, висящее на одних лишь петельках и натянутое на груди. Видимо прошлая владелица была прямоугольничком, а тут эдакий перевёрнутый треугольник. То есть, грудь есть и примерно эдак размера четвертого, а вот бедер практически и нет.

На второй облегающее черное, но честное слово, было бы что там облегать. Девчонке явно не повезло с размерами. Худенькая, грудь едва ли на второй тянет и то, наверняка у него там пушап набит, просто у той же Американки лифчика не видно и вовсе, а вот у её подружки очень даже палится. Чёрные лямки при платье с открытыми плечами. Дрянь, да и только.

— Вас боится, — наконец ответила Алексис. — Её зовут Кристина… Вы пришли нас спасти? Просто, выстрелы…

— В принципе, я могу вас отпустить и валите на все четыре стороны, вот только вы видели меня, а я не люблю оставлять свидетелей… — я наигранно кровожадно ухмыльнулся.

Глупо. Армейский юмор не подходит, когда перед тобою и так две зашуганные девушки. Американка, которая явно уже понадеялась на спасение, тут же вжалась спиной в стену, в шоке глядя на меня. А я же как на зло, всё ещё держал револьвер в правой руке, так что она вполне могла его увидеть.

— Прошу… Don’t shot! I will do anything! Anything you say! — затараторила она. Кристина кажется тоже прониклась и со страхов во взгляде уставилась на меня.

— Мда, херовый я психолог, не умею ситуацию шуткой разряжать, — невесело усмехнулся и убрал револьвер в кобуру. — Эх… Ну раз сделаешь все что скажу, то давай-ка перескачи обратно на нормальный язык и доходчиво объясни, как вы так сюда попали и чем можете быть полезны, а то ж реально, выдам шмотки, паек на первое время и валите на все четыре стороны. Бандитов здесь больше нет, так что можете не бояться. В радиусе пары километров вас никто не тронет.

Парочка наконец перестала смотреть затравленными щенками и наконец начала соображать. Я не специалист по психологии, более того, даже понятия не имею, какой постравматический синдром сейчас у этих двух бедняжек. Явно же, что их тут не для красоты держали всё это время, а активно пользовались их природным богатством. На фоне этого могло развиться что угодно. Да даже вот эта поза дельфина. Её им явно вбили основательно и дай Боже, чтобы девочки от неё отвыкли.

Пока они соображали, мне удалось более-менее осмотреть камеру. На удивление, бандиты позаботились о комфорте дам. Здесь был санузел, в виде пяти бобин с водой, такого же душа в виде бочки, поставленной на конструкцию с краном. Что характерно, шторка отсутствовала. Туалет представлял из себя сральное ведерко класса «биотуалет для дома». Спальные места в виде двух двухярусных кроватей, все четыре с матрасами, поверх которых кинуты спальники. Здесь же притащен какой-то стеллаж, на котором горами насыпано какое-то тряпье. Тут два варианта, либо ребята гульнули хорошенько и завалили минимум человек сорок, либо где-то накрыли магазин со шмотьем.

— Я умею водить машину… Работала в парке развлечений, в стиле кавбойского ранчо… — запинаясь и пытаясь не сбиться на английский, проговорила Алексис. — Мы с Кристиной и Кирой вместе на рано были, ночью решили шашлыка пожарить… Когда все распалили, ночью на нас эти и выскочили… Повалили и…

Здесь она уже не смогла сдерживаться и закрыв лицо раками начала всхлипывать. Мда, мне конечно и жаль её от части, но сама виновата. Сейчас же каждая третья молодая девушка считает себя сильной и независимой, однако не считает нужным даже перцовый баллон с собою носить. Не говоря уже о чем-то серьезном. По факту же американка сейчас просто бесполезная обуза, которую ещё надо как-то содержать и которая ничем кроме сисек не примечательна. Вот только к её сожалению, я женат. Нет, как любой адекватный мужик, я не прочь позалипать на красивую грудь и помять её, вот только мораль и уважение к своей жене, которая сейчас к тому же и ранена, попросту не позволит мне воспользоваться ситуацией.

— Ну а ты что скажешь? — спросил я, обращаясь к Кристине.

— В поварском учусь… — тихо ответила она, так же всхлипывая, но хотя бы не рыдая в открытую, как её подруга. — На третьем курсе… На ранчо побрабатывала, кассиршей.

— Заебись, — только и смог произнести, понимая, что окончательно влип. — Ладно, пошли что ль пожрем, наверняка голодные тут сидите…

Две бабы с ПТСР, в дополнение к раненой жене. Звучит как завязка крайне тупого аниме-гаремника, вот только за подобное мне Юленька голову оторвёт, но сначала головку, так что руки при себе, а глаза ниже плеч не опускать. И ведь хрен пойми, что с ними делать. Тут бы сначала самому разобраться, что я за игрок такой, которого даже система не может распознать и что вообще в этой игре делать надо. Пока что ничего не понятно, но очень интересно и… Стремновато, мало ли ещё какие мудаки тут ошиваются, а то местная братва явно не единственная была в районе. Вот жопой чую, не просто так их сюда забросило. И меня к ним. Может по задумке создателей игры я и должен был их перестрелять? Ладно, гадать бессмысленно, тут ещё гражданские не кормлены… Надо им что ль одежду нормальную найти, а то реально как две шлюхи выглядят. Хотя той же американке вполне идёт такой образ, хех.

Глава 7. Потеряшки

Ох и тяжела же доля игрока. По крайней мере, сейчас я окончательно осознал, что это именно игра, а не чистилище, как я думал изначально. Здесь так же, как и в игре пристутсвовали тупые НПС. Нет, я не считаю себя главным героем этой игры, поскольку я даже не авторизирован как игрок, но всё же… Насколько же типовым было ведение, что американки, что её подруги.

Пока я готовил небольшой перекус, они вдвоем отлучились в кладовую, где остались вещи жертв банды, а также броня. Всё оружие я заблаговременно перенёс в так называемую спальню, совмещенную со столовой. Кстати, самого оружия здесь оказалось не так уж и много, тут Водила опять же меня надурил. Всего у бандформирования имелось четыре сайги-410 в варианте исполнения 04, к ним сотня патронов с картечью, в пачках, остальной боекомплект уже был забит в магазины. Наганов нашлось всего две штуки, патронов же суммарно всего тридцать. Однако, с другой стороны, была обнаружена доисторическая вундервафля. Винтовка КРНК, она же Крынка. Такую древность я видел только в музеях, однако здесь винтовка лежала практически новенькая. Патроны к ней так же были, словно только-только произведенные и что удивительно, без клейм патронных заводов. Всего двадцать штук, расположенные в одном кожаном патронташе с ремнём. Как я понимаю, он подразумевает ношение перекинутым через плечо. Вполне убойная штука, но воевать с такой бы я не стал. Слишком уж морально устаревшее оружие.

Так вот о девочках. Пока я готовил, они рылись в вещах, чтобы сменить платья на что-то более стоящее. Каково же было мое удивление, когда они обе зашли примерно одинаково одеты. Никаких ярких цветов и броских надписей. Обе в джинсах, разве что у американки в обтяжку. Дуреха пытается подчеркнуть свои куриные лапки. Обе в кроссовках, причём, судя по всему, не своих. У Кристины левый кроссовок заляпан в крови. Скорее всего бандиты сняли его с человека с простреленной ногой. При этом обе были в монотонных кофтах. С одним небольшим отличием… Алексис кофту держала расстегнутой из-за чего было видно надетый топик, максимально обтягивающий грудь. Из-под тонкой ткани выпирали кружева лифчика, от чего я лишь тяжко вздохнул. И вот это девушка, страдающая от посттравматического… Ну да, охотно верю. Не удивлюсь, если обстановка содержания в плену и изнасилования для нее является рядовой.

— Алексей, а эта женщина… — негромко произнесла Кристина, привлекая моё внимание, сама при этом усаживаясь за стол, на котором я нарезал бутерброды.

— Моя жена, — спокойно ответил, даже не отвлекаясь. — В ходе перестрелки была ранена, за что вся эта банда поплатилась жизнями. Я человек добрый, но за свою Юленьку живьём закопаю.

— Понятно… — вдруг как-то печально протянула Алексис, усаживаясь рядом с подругой. — Вы так резко к нам зашли, давайте хотя бы познакомимся нормально?

— Какой в этом смысл? — решил сразу отшить я. Американочка явно знает, как просто одеться, чтобы при этом привлекать взгляды мужчин, а такие знания не приходят с пустого места. Кажется мне, что девочка эта из тех самых дам, коими клеймят бабушки у подъезда.

— Алекс, не приставай к человеку, — отдёрнула подругу Кристина и лишь нахмурилась. — Вы же понимаете, что теперь вы убийца?

— Я им и был, — всё так же спокойно ответил. — Работа у меня такая, была, подобных уебков гасить и наглухо. Не волнуйся, сниться они мне не будут. А вообще, вы явно не совсем понимаете, что произошло. Видите ли, мы с вами в одной Большой Игре, причём даже не игроки, а так, фоновые персонажи. А те, кого я убил, были всего лишь раздражителями. Как я понимаю, они должны были мешать игрокам нормально развлекаться.

Девушки внимательно слушали, даже Алексис задумалась и поправила кофту, чтобы хоть немного прикрыть срам, который нельзя даже назвать декольте. Я же, чтобы не сидеть без дела, достал из кармана патрон от Нагана. Вот уж что, а толкать нудную лекцию и параллельно думать о своём, армия научит, даже если не хочешь, иначе сдохнешь от однообразности бытия.

— Понять, что это игра, очень легко. Здесь встречается слишком много нетипичных вещей. Как например это здание. Оно явно принадлежит какому-то поселку, однако его словно выпилили и перенесли сюда, — я вновь уставился в маркировку на донце гильзы, пытаясь вспомнить хоть ещё что-то по данным о заводах.

— Это получается, что домой не вернуться? — тихо спросила Кристина, кажется, она вот-вот расплачется.

— Не знаю, — мне оставалось лишь пожать плечами. — Я сам сюда попал только этим утром и вон уже сколько дел наворотил…

— А мы тут два дня, — вдруг вклинилась Алексис. — Алексей, не беспокойтесь, если что, нас с Кристиной они не трогали… Ну, в том плане, что для своих нужд они брали Киру. Вы, наверное, считаете, что с нами придётся сюсюкаться, но это не так… Если уж это действительно какая-то игра, то я, например не хочу погибнуть от рук игрока. А вы, судя по всему, сможете нас защитить.

— Не могу понять, ты хитрая или просто быстро соображаешь? — удивился я. Вот уж чего, а такой быстрой реакции я никак не мог ожидать. Ну либо же мне опять все врут и недоговаривают. Никому блин нельзя здесь верить, кроме моей Юленьки. Только ей я могу довериться.

— Скорее, я умею адаптироваться, — пожала плечами девушка и лукаво улыбнулась. А ведь она даже умудрилась успеть накраситься. Видимо в вещах с менее удачливых потеряшек, нашлась косметика. Губки так точно подкрасила, как и ресницы. Даже не представляю, для кого ей тут так прихорашиваться.

— Хорошо, давай я тебе обрисую ситуацию, как её вижу я. В данный момент, мы находимся в здании, которое невозможно оборонять имеющимися у нас силами. Так же, как я понимаю, реальный боевой опыт, из присутствующих здесь, имеется только у меня, следовательно боевая единица одна. На эту боевую единицу приходится три единицы гражданских, один из которых при этом лёгкий трёхсотый, мысль улавливаете? — я специально стал их грузить, авось поймут, что мне в любом случае не нужны такие потенциально опасные элементы.

— Нет, — призналась Алексис. — На что вы намекаете?

— На то, что по-хорошему, в подобной ситуации, на одну единицу гражданского населения, должна приходиться одна боевая единица, которая сможет обеспечить защиту себе и гражданскому лицу. Моей подзащитной единицей является жена, — дальше разжевывать не видел смысла и потому сказал прямо. — Я не стану защищать вас. Я вас спас, да. Уничтожил бандформирование, тоже да. Но задерживаться в данном здании не собираюсь. Вернее, останусь здесь максимум на сутки, пока не проведу полевую операцию. Потом скорее всего отрою землянку и перебазируюсь туда, до момента, пока Юленька не сможет нормально ходить. В данной Игре, при условии наличия игроков и таких вот раздражителей, побеждает не тот, кто сидит на месте, а тот, кто активно двигается. Поэтому надо быть манёвренным и избегать встреч с опасностью, а не сидеть на месте и жать, пока бандиты придут за тобой. Сами видели, эти гады искали таких потеряшек, после чего либо убивали, либо использовали для своих нужд. Доверия у меня к вам нет, заслужить вам его нечем, поэтому предлагаю вам пересидеть здесь до того момента пока я не проведу операцию, а потом разойтись. Одежда тут есть, запас еды-воды тоже найдёте, а там, вам налево, мне направо. Фирштейн?

— Ja ja, — грустно произнесла американка, понимая, что ни её милая мордашка, ни хорошенькое тело, не смогут переубедить тупого солдафона.

— Вот и хорошо, приятного аппетита… — я уже встал из-за стола и направился было в нижнюю кладовую, но вдруг опомнился. — И вот ещё, если не дай Боже, вы что-то надумаете сделать с моей женой, чтобы занять её место… Я вас пристрелю как дворняжек. Так что отдыхайте, набирайтесь сил, я вам потом подготовлю походные комплекты, чтобы по покиданию данного убежища, вы смогли нормально выживать в лесу, если у вас, конечно, хватит мозгов не лезть на трассу.

Оставив дам наедине с их мыслями и чаем с будербродами, сам направился разбираться с машиной. Во-первых, перетащил хлам из багажника, освобождая его. Мне все эти спортивные сумки с гражданской одеждой нафиг не нужны, так что пускай здесь и остаются. Во-вторых, начал готовить операционную. Как ни странно, но камера подходила для этого лучше всего. Она маленькая, так что отмыть и подготовить её можно быстро, к тому же, всё лишнее можно вытащить.

Мне потребовалось от силы минут десять, чтобы раскрутить нары и вытащить их в холл, оставив лишь одну лежанку, да и ту без матраса. Неудобно проводить операцию, когда тело может «вдавиться» в поверхность. Благо хоть нижний ярус располагался на уровне чуть выше колена, а не совсем на полу. Так хотя бы можно поставить табуретку и оперировать сидя. Другой вопрос, что надо было как-то закрыть туалет и душевую, поскольку в воздухе может витать довольно много дряни от данных мест. Если с ведром всё решилось быстро и его я попросту вынес туда же в холл, то вот душевую пришлось прям разбирать. Сначала слить лишнюю воду, потом снять бак, скрутить каркас, перенести.

После демонтажа, вновь начал шерстить кладовые и к своему удивлению, в нижней обнаружился сверток плёнки. Самой обычной, которой как правило теплицы накрывают. Правда этот был так же чутка забрызган кровью, что говорило о пути его получения. Видимо какой-то дачник был прям очень невезуч. Зато вот его пленка мне пригодится.

Подготовив помещение к помывке, я уже было набрал воды в обычное ведро, но меня отвлекли. Вновь всё та же парочка. Что характерно, Алексис даже скинула кофту, совсем не стесняясь ходить в топике.

— Алексей, — негромко и как-то неуверенно позвала Кристина. — Вот вы рассказывали, что являетесь боевой единицей… Но при этом…

— Короче мы с Кристиной хотим вам помочь! — Алексис в наглую подошла, заинтересованно заглядывая в камеру. — Вы же военный, вот и занимайтесь охраной нас и чем там военные занимаются. А мы вон, порядочек наведём, вы же не просто так отсюда всё вытаскиваете? Планируете тут операцию проводить? Вон даже плёнку принесли… А! будете обклеивать стены и пол?

— Десять баллов Когтеврану, — усмехнулся я, сложив руки на груди. — Допустим, вам-то какой с этого резон? Мы вроде как разбегаемся, а вы тут в мои дела подвязываетесь.

— Ну… Мы поможем вам, а вы поможете нам. У банды было много оружия, вы же наверняка захотите поделиться с нами… — американка вновь попыталась сыграть на своём образе, умоляюще глядя на меня. Даже ручки свела вместе, поджимая тем самым грудь, так что та чуть не выскользнула из топика. А в глазках-то хищный блеск промелькнул. Заметила, что я глянул ей на груди, а это плохо. Теперь не отвяжется. Почувствовала, что слабину дал. Нет уж, с ней надо быть аккуратным. — А то без оружия, а главное без навыков, нас же опять поймают… И прямо на месте и трахнут!

Я удивлённо приподнял бровь, такой грубой формы от неё я не ожидал.

— Да-да, не удивляйтесь, я прекрасно понимаю, что нам двоим долго без ваших навыков не прожить. Первые же встречные бандиты нас оттрахают куда только можно и нельзя, а потом либо прирежут, либо так же утащат и каковы шансы, что снова появитесь вы? Да их нет! — Алексис практически прижалась ко мне, и я был бы рад отступить назад, но меня практически прижали к стене. — Прошу, Алексей, помогите нам, хотя бы научите как пользоваться оружием. Опять же, нас даже дикие звери могут задрать!

— Хорошо, — наконец сдался я и аккуратно отстранил девушку от себя, надавив ей на плечики. — Научу. Стволов действительно многовато на меня одного. Раз уж решили помочь, то смотрите. Во избежание лишних инфекций, необходимо смыть пыль и грязь с пола и стен, после чего облеить все пленкой и на всякий случай протереть пленку, мало ли не ней ещё какая дрянь. Занимайтесь, а я пока что пойду подберу вам ружья.

Вот не хотелось мне с ними лишний раз пересекаться. Опять же, в этой парочке американка была явным лидером, а Кристина подпевалой, и я уверен на девяносто процентов, что они вдвоем просто пытаются заманить меня. Как-то подлизаться, ослабить моё чутьё и в конечном итоге попытаются остаться под боком.

Впрочем, ружьями действительно надо было заняться и это было первостепенной задачей. Мне вполне хватит прикарманить обе сайги и револьверы. КРНК можно оставить на потом, сплавив другому потеряшке, ну а дамам отойдут оставшиеся две саёжки. Правда первоначально их надо почистить… Многие мамкины выживальщики на том и погорели, что вовремя не следили за оружием, забывая, что даже от одного выстрела в канале ствола и на контактирующий с патроном деталях оружия, остается нагар.

Пока каждый занимался своим делом, очнулась моя ненаглядная и позвала. Ну как позвала, сначала это был негромкий стон, а потом она уже во всю мощь голоса человека, привыкшего работать с непослушными детьми, произнесла моё имя.

— Алексей Николаевич! — разнеслось по всему зданию эхом.

— Иду! — откликнулся я и отложив ружья промасленную ветошь, из найденного в КХО штатного набора для чистки, направился наверх. Вообще в КХО никаких тряпок быть не должно, но, как и везде, все чхать хотели на технику безопасности. Зачастую в КХО валяется «дежурный штатный набор», представляющий из себя чёрный пакет, в котором куча старой ветоши, банка кероса и в лучшем случае баночка нейтрального оружейного масла, самого дешевого по типу «Невы». Естественно, на случай приезда проверки, пакет убирается. А так, перед всеми смотрами можно прийти и почистить, не выискивая всё это по другим подразделениям. Своё-то всегда просрано.

Как оказалось, Юленька позвала меня не просто так. Во-первых, она проснулась, а меня нет и оттого ей стало страшно, а во-вторых, окровавленный бинт неприятно давил на ногу. Жгут-то я уже снял, поскольку иных проблем кроме одной перебитой вены в слепом канале, не было. Сквозные прошли удачно и по крайней мере сейчас, аккуратно вскрыв повязку, я не заметил признаков гноения или заражения. Основной проблемный канал, больше не кровоточил, но его изучение я решил оставить на момент проведения операции.

— Ну-с, не так всё плохо, милая, — усевшись рядом с нею, на всякий случай вскрыл ещё один перевязочник и закрыв пулевые отверстия подушечками, наложил повязку. Не стоит усугублять рану лишней инфекцией.

— Да? Ты сможешь это вылечить? — с надеждой спросила Юленька, морщась скорее от вида раны, нежели от боли. Анестетики ещё долго будут действовать.

— Конечно смогу, — согласился я, нежно поцеловав любимую в носик. — Дорогая, не беспокойся, я аккуратненько зашью, потом ты пару дней походишь с костылем, чтобы лишний раз не наступать на ногу, дабы швы не разошлись, ну а потом уже вполне сможешь нормально ходить. И да, пока что с нами тут пара таких же потеряшек. Они были в плену у бандитов, но не беспокойся, они максимум пересидят тут ночь, под замком, а на утро уйдут, хорошо?

— Кто они? — недовольно нахмурившись, спросила моя женушка, явно подозревая меня уже в совершенных грехах.

— Две девушки, примерно в возрасте двадцати двух, может двадцати трёх лет. Не беспокойся, они попользованы бандитами и к тому же не в моём вкусе. У тебя сейчас ослаблен организм, так что давай не устраивай мне тут Санта-Барбару. Утром я их выставлю за дверь, а мы с тобою переедем в землянку, где пару дней ты будешь восстанавливаться, — сразу предупредил, а то зная мою Юлю, она может и скандал закатить, просто из-за присутствия каких-то баб рядом со мною. А уж тем более, если она увидит истинную натуру Алексис…

Вот вспомнишь говно, как оно явится. Американка, явно не понимая, что сейчас не лучший момент, заглянула в комнату, естественно, что во время уборки она не могла не облиться, из-за чего топик стал полупрозрачным и стало видно белые кружева лифчика.

— Алексей, мы всё подготовили… — с неким подобием верности во взгляде, произнесла она, словно нашкодившая собака. — Правда там пролили раствор… Но сразу всё затёрли и убрали! Операционная теперь чистенькая!

— Это одна из них? — зло просопела Юля. Я прям видел, как на её личике отражается смена эмоций. Сначала она удивилась, затем что-то осознала, не поверила, а после уже разозлилась. — Мда… А они точно потерялись?

Ух, сколько же ненависти она вложила в последнее слово.

— Точно. Скоро вообще исчезнут, — мне осталось только согласиться. — Ладно, малышка, сейчас я ещё кое-что сделаю и начнём операцию.

Я поднялся с лежанки и направился было на выход.

— Сгинь, — рыкнул стоящей рядом Алексис. Видимо до неё только сейчас дошла вся глупость её поступка и она, ойкнув, скрылась, убегая на первый этаж.

Мда, и как мне ещё эту дуру научить работать с оружием? Такую один хрен поймают в лесу толпой, да изнасилуют. В нынешних условиях даже у её подруги больше шансов выжить. Та хотя бы не такая приметная. Потеряшки хреновы.

Глава 8. Прошлое

Если бы мне вчера кто сказал, что я буду проводить операцию по извлечению картечины из ноги моей любимой, да в практически полевых условиях… Я б рассмеялся. А сейчас мне нихрена не до смеха. Мне страшно. Страшно ошибиться во время операции и вскрыть вену, открыв кровотечение. Страшно занести в ходе операции инфекцию в ткани. Страшно недосмотреть и оставить открытый канал, где засядет злополучный осколок, от которого красивое бедро моей женушки сгниёт.

Ко всему прочему, я никогда не был полноценным медиком. Стрелком-санитаром, некоторое время даже санитарным инструктором это да. Боже, да мне даже в одной из командировок, когда я попал в полевой госпиталь с лёгким ранением, пришлось поработать фельдшером и помочь в оперировании. Тогда совсем всё плохо было с личным составом. Три медика, из которых один спился, один был только с академии, а оставшийся тянул на себе всю службу. Да, там я получил опыт зашивания всего и вся, а также понятие о хирургической обработке, но я никогда не был полноценным медиком. От этого и страшно. Я знаю, как убить, но вот как вылечить, это сверх моих навыков.

Началось всё весьма неплохо. Я перенёс жену в уже подготовленную операционную. Там, уложив на нарах, ввёл её в состояние сна, после чего подготовил поле для операции, то есть срезал лишнюю одежду и усевшись, пододвинул к себе табуретку с подносом, на котором были разные лотки. Финальная подготовка. Я уже был переодет в чистенький камуфляж, отмыл руки с мылом, сейчас надел перчатки и маску на лицо, прикрыл коротко стриженные волосы армейским беретом, который нашел и почистил, в нижней кладовке. Для того, чтобы забить мысли, включил фоном ненапряжную музыку из заранее подготовленного трек-листа. Я должен поймать то состояние покоя, но при этом не погрузиться в ностальгию. Было стойкое ощущение настройки собственного душевного инструмента. На фоне заиграла песня «Облако и дым» группы «Пионерлагерь Пыльная Радуга». Настрой наконец пойман. Прикрыв глаза, тяжко выдохнул и молча моля Бога о том, чтобы всё удалось, и рука не дрогнула, начал.

Общий наркоз с ИВЛ я дать не мог, поэтому пришлось проводить более локально. Очень помог запас медикаментов, по крайней мере, мне удалось провести новокаиновую блокаду, для профилактики шока, а также уменьшения боли, всё же резать я буду практически по живому. Не знаю зачем, но я наложил жгут. Я так делал в горах, поэтому так же сделал и здесь. У меня попросту не было права на ошибку. Там я мог списать всё на свою неопытность и мне бы никто ничего не сказал, но здесь… Здесь я работаю с самым дорогим мне человеком, а ведь медиков как правило не допускают к операциям, если пациент их родственник.

Для начала решил разобраться с лёгкими сквозными. Каналы у них более-менее приятные, поскольку дробь не успела деформироваться и вышла. Небольшие рваные края у выходных отверстий я срезал, чтобы кожа нормально срослась, к тому же там начали появляться первичные признаки некроза. Там же во время реза, мною был обнаружен небольшой ушиб и образующуюся гематому. Однако как говорил тот самый единственный нормальный медик, старший лейтенант Ронжин, цитируя некого Пирогова «ушибленную рану надо превращать в резаную». Подложив небольшую прокладку, сделал надрез, вскрывая гематому и оставляя дренаж. Кровь из скопления сразу потекла вниз, тем самым закрывая рану. Пришлось поработать тампонами и стереть её. Попутно с резом, вводил шприцом антибиотик, на случай заражения. Также по заветам неизвестного, но цитируемого Ронжиным, Вишневского, проводил футлярную анестезию методом тугого ползучего инфильтрата, чтобы точно обезболить для Юленьки весь процесс.

Для любого нормального медика мои действия могут показаться дикими и отсталыми, но меня так учили и так я спасал людей. В условиях современной войны всё поменялось, но что тогда, что здесь, современных средств у меня нет.

Где-то на отдалённо заиграла следующая песня, все той же группы, «Пластилиновая Армия», но признаться честно, я уже не слушал, а был полностью поглощен процессом.

Иссечение двух сквозных раневых каналов было окончено довольно быстро, правда по моим прикидкам проиграло ещё две или три песни. Только под «ГиоПика — Отечество казённое» я закончил с лёгкими ранами. Пока что просто затампонировал, опять же с антимикробными препаратами, чтобы никакая зараза не проявилась. Сшивать рано, надо разобраться со слепым каналом. Там по любому будет ушиб, а чтобы его вскрыть, придётся проводить дополнительные разрезы. Мне хватило сделать один продольный и растянуть его крючками, зафиксировав те по четырём сторонам. Дальше в постепенно иссекал всё же образующийся некроз. Света было достаточно. Тем более что себе чуть сбоку я подвёл мощный походный прожектор, повесив его на крепёж второго яруса нар, но на случай чего, у меня ещё был налобник, правда тот пока что лежал в стороне, на табурете, где был лоток с запасными инструментами.

Очистив рану от всякой гадости, принялся извлекать чуть деформированную картечину. Это только в фильмах в рану можно спокойно залезть пинцетом и достать картечь. По факту, такими варварскими методами можно лишь дополнительно повредить раневой канал. В моём случае этого не произошло, поскольку рана уже была готова к извлечению и достаточно растянута. Картечину отложил в отдельный лоток. Приварю к ней потом цепочку, будет памятный подарок жёнушке. Обычно в женщин различные предметы, наоборот, засовываю, а тут пришлось доставать. Так что всё же сохраню, на память.

Внезапно заигравшая скандинавская музыка отвлекла меня от полёта фантазий. Уже не помню откуда в плей-листе взялась песня «Тор» группы «Helvegen», но она вовремя вернула меня на землю. Надо было вскрывать дальше. Благо что картечина не развалилась на части, а от деформации лишь сплюснулась, оставив лишь ушиб тканей, вместо образования дополнительных раневых каналов.

Я не был опытным хирургом и не мог как француз Лериш на глаз определить достаточность проведенного иссечения, а потому опять же, затампонировал и пока что оставил. Требовался перекур. Вновь от нервов меня начало мелко трясти, появилось стойкое желание выпить и закурить, хотя до этого я пил совсем кроху и то по праздникам, а к курению относился и вовсе уверенно отрицательно. Даже когда был в горах и работал с полутрупами в госпитале.

Однако дело было не закончено. Сняв крюки, я стянул края надреза и довольно умело наложил швы, не перекрывая при этом саму рану. Завтра гляну, что будет с ранами и уже тогда, возможно, зашью, а пока что, надеемся и верим, что заразы не будет.

Закончив операцию, я аккуратно наложил лёгкую повязку обычным бинтом, чисто чтобы защитить швы и отверстия ран от попадания грязи. Теперь можно и собираться. Закончил я, как ни странно, под песню «Shortparis — Говорит Москва», что опять же было не типично для плей-листа, но я его не перебирал со времён самой первой командировки, лишь время от времени докидывая в него новые треки.

Вынося табуретки с подносами из операционной, я пересёкся с Кристиной, которая уже заботливо расставила кастрюли на печи. Ни говоря ни слова, она быстро принялась составлять лотки с использованным окровавленным инструментом на парту у печки. Девочка явно что-то видела или знала, поскольку, натянув хирургические перчатки, принялась аккуратно отмывать инструментарий, сразу после этого откладывая его в кастрюльку с дезинфицирующим раствором.

— У неё отец лежал с мочеприёмником, врачей зачастую ждать приходилось долго, вот она вместе с матерью и вставляла его обратно, когда отец в припадке вырывал его, — негромко произнесла Алексис, неизвестно откуда оказавшаяся рядом. — Алексей, я сделала вам чай, пойдёмте посидим, Кристина быстро всё помоет и придёт к нам.

Странно, но сейчас у меня не было ни сил, ни желания сопротивляться её чарующему голосу. За тот час, что я оперировал жену, я морально и психологически устал. Я так не уставал, когда отстреливал банду Дамира, хотя нагрузка была ничуть не меньше.

Молча кивнув, направился за ней в спальню, где действительно на столе стояли кружки с заваренным чаем. Даже не пакетированным. Девчонки где-то нашли старый заварник и нормальный чай. Возможно видели, где он лежит у бандитов. Всё же ревизию в этой комнате я не проводил.

Я быстро скинул с себя лишнюю медицинскую оболочку. Маска, перчатки, берет, оно всё сейчас не к чему и вызывало некое раздражение. Хотелось как можно быстрее избавиться от любого напоминания об операции. Даже снял куртку камуфляжа, просто откинув её на спальник. Оказалось, что рубашка снизу вся пропотела насквозь и неприятно прилипала к коже. Пришлось скинуть и её тоже.

Усевшись на стул, откинулся на спинку и прикрыл глаза, сложив руки на груди. Отчего-то дико захотелось спать, но мне не дали даже погрузиться в дремоту.

— А что это у вас? — поинтересовалась Алексис. Я приоткрыл один глаз, проследил направление её взгляда. Всё ясно, увидела наколку.

— Да так, по глупости и молодости набил… Это знак с коммерческого шеврона, который мне тогда дико нравился, — отмахнулся я, надеясь вновь уловить ниточку дремоты, но не вышло.

— Ого, что это? Змея обмотала пулю с крыльями? Что это значит? — не унималась девушка, подсев сбоку и рассматривая татуировку сделанную небрежно, синими чернилами, практически в полевых условиях.

На самом деле эту татуировку я набил как раз в первую командировку, когда мне прилетел осколок плечо. По мелочи, чисто кожу порвало, да немного мясо, но зато ранение оставило крайне неприятный шрам. Чтобы жена не убила меня по возвращению, решено было набивать татуировку прямо на свежий шрам. После отбоя, в кабинете дежурного врача Ронжин, тихо матеря меня за подобную глупость, набивал её по-армейски. Тоненькую иглу обмотали ниткой, оставив лишь кончик… Короче, больно и неприятно, но уверен, моей Юленьке было бы больнее, увидь она меня вернувшимся с командировки, с рваной блямбой на руке. Не хотел её зря расстраивать, а потому терпел. Эскиз нашли сразу, у меня на сумке был шеврон военных медиков какой-то воюющей тут же ЧВК, который мне подарил местный начальник медицинской службы.

— Ну… Небольшая шутка. Змея как символ мудрости и бессмертия обвивает пулю, которая символ смерти, а крылья у пули как символ свободы и защиты. Поскольку змея не даёт пуле прорваться дальше. Вроде так, — я лишь пожал плечами, чуть нагнувшись вперёд и всё же взяв кружку с чаем.

— Красиво, — одобрила Алексис и хитро прищурившись, зашептала. — А у меня тоже татуировка есть. Как у вас, я тоже шрам скрывала.

Я аж поперхнулся от такой новости. Глянул на свою наколку, однако она выглядела всё так же, синеватой, полностью скрывающей всё. Разве что небольшой белесый кусочек кожи торчал из-под закрашенного сегмента. Но не может же быть, чтобы американка заметила его! Жена годами не замечала, а тут эта хоп и просекла что к чему.

— Не удивляйтесь, — она тихо рассмеялась. — У меня подруга набивала татушки, так что я знаю, что военные набивают их зачастую чтобы скрыть шрамы. А вы всё-таки крутой спецназовец, так что вот ни за что не поверю, что под татуировкой нет шрама от вражеской пули. Вы же, наверное, этот, краповый берет, да?

— Осколка, — лишь тяжко выдохнул я. — Но вообще-то я не спецназовец, да и краповика у меня нет. Предлагала сдать на него, но мне тогда было не до этого, а потом… Потом я уже понял, что сдача на краповый берет — это всегда позёрство. Все эти испытания на мужество, это дурость, по типу той же армейской придури, мол, чтобы стать полноценным десантником, прыгни с ИЛ-76, разбей бутылку об голову, сломай кирпич и сожри змеи или чё там у них. У меня есть друг. Снайпер из десантно-штурмового. Он десантировался только с вертушек, а остальное пёхом, но при этом за ним восемь зафиксированных целей. Вот он для меня, настоящий ДШБшник, крутой, подготовленный, знающий своё дело. А все те придурки что бьют бутылки, это либо красивая постанова для гражданских, либо идиоты. Гордое имя оправдывается только делом. Поэтому я и не особо люблю всю эту сдачу на берет. Берет нужно заслужить в боях, а не пробежав десяток километров с автоматом и в броне. Это всё дурость.

Не знаю от чего, но меня понесло. Возможно, начался отходняк и мне просто захотелось выговориться, а может просто накипело.

— Опять же, один мой хороший знакомый, будучи на словах крутым спецназером, при налёте на колонну обосрался и не понимал, что делать и откуда стреляют. В то время как простые пацаны работали. Так что для меня реальный спецназ это те самые мужики в полях, которые ебашут, — печально вздохнув, отпил чуть чая из кружки. Тёплый и сладкий, то, что надо. — Так что, в спецназе я никогда не был и не служил. Максимум, чисто по мелочи, где-то стрелком, где-то пулемётчиком. Иногда приходилось работать с гранатомётами и бронебоями. Пару раз помогал артиллеристам, в госпитале бывал. Ничего интересного, обычный солдат. Вчера приказывали стрелять с автомата, я и стрелял. Сегодня приказали подавить пулемётную точку с крупнокалиберного пулемёта, я и встал за Утёс… Таких как я много, и на таких армия и держится.

— Вы врёте! — нахмурилась Алексис и чуть запнувшись, высунулась передо мной, пытаясь заглянуть мне в глаза. — Вы врёте! Я видела много военных. Может я и кажусь девушкой с низкой социальной ответственностью, но это не так. Да, я регулярно тусила в клубах, разводя богатеньких клиентов на коктейли и вот среди них было много военных. Большинство из них, это уставшие от работы люди, даже если они молоды внешне. Они все пили как настоящие алкоголики и не скупились на коктейли. С ними было скучно общаться, но они были щедры. Они ругали начальство, как и остальные простые мужики, но вы другой. И таких как вы очень мало. Вы первый настоящий военный, которого я встретила.

— К чему эта лесть? — поморщившись, я лишь отстранил её, рукой аккуратно отводя Алексис в сторону. — Я тоже знаю ребят, которые после боевой командировки спускали несколько сотен тысяч в баре. Потому что пытались нажраться и забыться. Это не делает их плохими военными. А некоторые из них, несмотря на то что пили как мрази, при этом уверенно выполняли поставленные им задачи. Так что не суди о человеке по его поведению в пьяном состоянии.

— Да я не о том! — не выдержала Алексис и схватила меня за руку. — Алексей, да у тебя даже рука другая! Грубая, твёрдая, стёртая от работы, а у них были мягкие как у женщин. Ты служил, а они работали! Ты умеешь защищать то что тебе дорого, а они…

— Допустим, но всё равно… — я вырвал свою руку из её цепкого хвата.

— Я всё помыла, — возвестила Кристина, зашедшая в комнату. — Вы так кричите, что вас и внизу слышно. Как по мне, так Алексей прав. Военные бывают разные, но большинство — это работяги, которые в клубы заходят редко, а ты, Алекс, должна была понять, что по клубешникам постоянно ходят только всякие придурки, которые таких как ты и выцепляют.

— Ты на что намекаешь?! — возмутилась Алексис, вскочив с места и начав шумно дышать.

— На то, что ты шалава, — усмехнулась студентка и пройдя к столу, уселась за него. — А сейчас пристаёшь с женатому человеку, просто потому что боишься остаться в лесу одна без помощи. Алексей, простите её. Она просто трусиха, которая всю жизнь провела как пиявка, «присасываясь» к различным мужчинам. Причём сосала она отнюдь не кровь.

Кристина рассмеялась. Её явно тоже накрыло после нервной разрядки, вот только если меня крыло апатией, то её агрессией. Знакомая ситуация. Юленька на нервах тоже может всяких гадостей наговорить, но потом всегда извиняется.

— Ах так… — зло оскалилась Алек, словно кошка, видя перед собой вредную мышь, разве что не зашипела. — Хорошо! Да, я вот такая плохая. Когда только приехала к вам в Россию, меня все гнобили как иностранку и знаешь что? Что-то никто на добрых щах не стал за меня заступаться! Вот когда сиськи выросли, тогда да, полезли всякие защитнички! Да даже в тот парк я смогла устроиться, только потому что жилетка у меня на сиськах висела красиво и личико смазливое. Я ж видела, как эта начальник пахабно пялился, наверняка уже представлял, как трахает меня прямо у себя в кабинете. А я всё не давал. И в клубах мужиков разводила и не давала. Шмара эдакая, да? Ну уж простите, куда мне до дочки одного из сотрудников, которую устроили по блату. А блат-то быстро кончился. Мы ж с Риткой тебя спалили, как ты к сынку директора подмазывалась, чтоб он за тебя папке словечко замолвил. Ну да, конечно, ты с ним только в щёчку целовалась и за ручку держалась!

Обстановка накалилась. Девушки были готовы вцепиться друг дружке в глотки. По взгляду Кристины, полному ненависти и то и дело косящему на стол, я прекрасно понимал, что Алекс попала прям в точку. Казалось бы, ещё чуть-чуть и бывшие приятельницы, начнут тут поножовщину.

— Успокоились, — рыкнул я, поднимаясь. — Я так понимаю, что ружья вам давать бессмысленно, друг дружку просто перестреляете, когда выйдите за порог. Обе хороши. Обе имели нормальные выходы из ситуаций, но решили идти по пути меньшего сопротивления. Мне насрать кем вы были в том мире, потому что мне в принципе плевать на то, кто вы и какие у вас за плечами грехи. В Игре у вас есть возможность всё исправить и стать сильными и независимыми от других. Это вам ясно? Ну и молодцы.

— И что вы предлагаете? — всё ещё злясь, практически прорычала Кристина, медленно отшагивая от стола. Алексис была покрепче, так что в принципе это было правильное решение с её стороны. Будь я на месте Алекс, в случае драки просто бы перевернул стол на противника, после чего кинулся сверху.

— Всё просто. Я научу вас как работать с оружием. Дам теоретическую и практическую базу, поверх которой вы сами будете выстраивать конструкцию своей судьбы. Ну а дальше только ваша решительность, навыки, опыт, везение и Господь Бог, решат, какой будет ваша жизнь. Либо вас подстрелят и выебут ближайшие бандиты, либо вы сами сможете их подстрелить и спокойно дожить до конца Игры, — я вышел из-за стола, прихватив с собою чашку с чаем. — Всё, пошли.

Кажется мне удалось убедить девчонок не вгрызаться друг в дружку хотя бы сейчас. С другой стороны, я делал им медвежью услугу, ведь теперь что одна, что другая, сможет пристрелить подругу. За это я и не люблю женский коллектив. Мужик хотя бы в спину не выстрелит, только в грудь, без лишних разговоров. А бабы… бабы ранят, наговорятся, а потом либо болезненно добьют, либо оставят медленно дотекать. Не даром говорят, что худший противник на войне, это женщина, которая что-то пытается кому-то доказать.

Глава 9. Подготовка

Не люблю работать с новичками и дебилами. Эти две дамы попадали под обе категории сразу и одновременно. Спускаясь вниз по лестнице, я уже прикидывал, что им конкретно потребуется. По-хорошему, дать им хотя бы сделать по десять выстрелов. Это будет уже лучше, чем армейские три патрона перед присягой, но ещё недостаточно, чтобы сделать из них профессионалов способных стрелять хотя бы в человека. Хотя… Есть у меня мысль, но она девчонкам точно не понравится.

Когда мы спустились на первый этаж, я быстро сходил за двумя дробовиками, прихватив заодно пачку патронов. Всё же дам им отстрелять по два десятка. От меня не шибко убудет, а вот им может и жизнь спасти.

— Значит так, становитесь передо мной, я рассказываю, вы слушаете, потом перейдем к практике, ясно? — получив утвердительные кивки от обоих, спокойно продолжил, отложив одну сайгу и в руках крутя другую. — Кратко, это магазин, в нём патроны, это спусковой крючок. Если он не нажимается, значит смотришь сюда, это предохранитель и переводчик огня. Если он в верхнем положении, а тебе нужно делать БАБАХ, то переводишь его вниз, вот так.

Аккуратно отсоединил магазин, который оказался с патронами, скинул переводчик огня и повернув оружие окном выброса гильзы вверх, оттянул затворную группу. Патрона в патроннике не было, а значит можно дальше показывать.

— Если ты скинула вниз, но не стреляет, значит досылаешь патрон в патронник, резким движением, — отдёрнул затворную группу и позволил ей с лязгом дойди вперёд. — Потом можешь стрелять.

— У меня стойкое ощущение, словно вы уже рассказывали это кому-то не шибко далёкому, — тихо засмеялась Кристина.

— Да, я был инструктором в одной из командировок и обучал местную полицию, — не стал лгать, опыт работы с обезьяноподобными тормозами у меня уже был. Там тоже приходилось объяснять максимально доходчиво, исходя не от принципа работы оружия, а от простейших операций. Обезьяны принцип не поймут, а вот операции запомнят. Да, он будет действовать куда медленнее чем боец, обученный принципу, но зато он сможет отработать то, что поймет наверняка. Мозгов на большее ему не хватит.

— Мы не тупые, — как-то театрально насупилась Алексис, сложив руки под грудью, от чего та вновь начала выскальзывать из топика.

Девушка к тому же, прекрасно понимая, что мне захочется туда глянуть, приподняла её ручками вверх и чуть сжала плечиками. Эдакий природный пушап или поза «иди сюда самец, смотри что у меня есть». Однако я человек женаты, так что краткий взгляд и ничего более. Пошла она к чёрту, и так от жены выслушаю.

— В парке был тир, а там как раз Миша работал, — поддержала подругу Кристина, словно и не хотела пару минут назад затыкать ту вилкой. — Так что по крайней мере, я умею стрелять с пневматики и заряжать её.

— А меня один знакомый учил стрелять из своего ружья, — хитро ухмыльнулась Алекс, поглядывая на дробовик в моих руках. — Это же Сайга? Гладкоствольная, да? У него тоже Сайга была, он её как-то называл странно… Вроде как Сайга тринадцать ка исполнение тридцать три… Вот, из неё учил стрелять учил. У меня вроде как даже получалось.

— Хорошо, это немного упрощает дело. Сайга-12К у него была. Двенадцать — это калибр. Здесь калибр.410, он поменьше будет, так что если ты ту отдачу нормально держала, то и эту выдержишь. С тобой значит будем по-взрослому работать, — ох не стоило мне этого произносить. Алексис в момент расплылась от чувства собственного превосходства, даже руки чуть приподняла, от чего лифчик уже на половину показался из топика. Понесло девчонку в дали от похвалы. Кристина, наоборот, кажется, обиделась. Ну да, не считаю я пневматику за нормальное оружие, хотя зря я так с ней.

Стоп. Какое нахер зря. Обучил, дал переночевать, выдал шмотки и пошли они нафиг. Что-то уже я поплыл. Эмоции начал проявлять. Нет уж, Алексей, как бы ты ни был миролюбив и не относился к дамам как к гражданским коих надо защищать, они идут нафиг. У тебя жена, вот её и занимайся, а эти сами по себе выживут. Максимум который можешь, ты и так им дашь.

— Значит тогда так, — я снял крышку ствольной коробки. — Вот затвор, вот возвратная пружина. Затвор из магазина досылает патрон в патронник, попутно взводя курок и ставя его на боевой взвод. Вот здесь. Когда мы жмем спуск, курок слетает со взвода и совершая движение и херачит сюда, по ударнику, тот надкалывает капсюль в патроне и производится выстрел. Порох в гильзе сгорает, пороховые газы идут по стволу сюда до газблока. Через него в газоотвод, толкают поршень затворной группы, и он под давлением газов отходит назад. В этот момент гильзу выбрасывает нафиг, затвор доходит в крайнее заднее, взводит курок и под воздействием возвратной пружины идёт вперёд, досылая новый патрон. Фирштейн?

— Ja ja! — весело воскликнула Алексис. Кристина нахмурилась, но согласно кивнула.

— Следовательно, чтобы сие действо производилось, нужно вставить магазин с патронами. Вставляем, отводим затвор, досылаем патрон. Всё, можем стрелять. Переводчик огня блокирует курок, поэтому у вас может быть уже дослан патрон в патронник, но если переводчик в верхнем положении, то вы просто не сможете вдавить спуск, — я наглядно показывал, примкнув магазин и дослав патрон. — Теперь вы попробуете сами, примкнуть магазин и дослать патрон, который я вам не дам. Хуй вам в руки, сразу в обе, сначала без патронов тренируетесь.

Вовремя я их обломал. Алексис уже рвалась возмущаться. Я же, спокойно вернул крышку ствольной коробки на место и протянул ружьё Кристине.

Собственно, получив стволы и пустые магазины, которые мне пришлось прямо при них расснарядить, девушки начали тренироваться. С моими комментариями и подсказками, они раза с шестого, а то и с седьмого, смогли понять, как нормально примыкается магазин. У Алекс действительно были зачатки навыка, но скорее всего тот парень её пытался научить, но бросил это дело, поскольку не увидел в Уайт потенциала для нормальных отношений. Туповата девчонка. На пару ночей, может даже на неделю, в крайнем случае на месяц, сойдёт, но не более. Кристина же, действительно старалась и была скорее противоположностью подруги. Ей просто не хватало навыков, но было понимание. Ручки дрожали от непривычного веса, от чего она не могла нормально зацепить магазин зубом за выступ. Это всё исправляется упорными тренировками. После основ по заряжанию, мы перешли к удержанию. Я искренне надеялся, что Кристина училась не в спортивной манере, а в армейской, ну а Алекс… По ней и так ясно, что в момент когда её учили, она думала явно не о том стволе.

— Какой же пиздец… — вырвалось у меня, когда я увидел, как Кристина встала боком, вскидывая сайгу как пневматику. Цевьё она положила на левую ладно, уперев локоть левой руки себе, при этом сильно изгибаясь и практически не фиксируя приклад в плече.

— Что-то не так? — сразу разволновалась она, не понимая, почему я столь сильно поражен.

— Вот что не так! — я подшагнул и с силой толкнул ладонью в дульник, имитируя тем самым отдачу оружия. Естественно, что Кристина не удержала ружьё и чуть не получила крышкой ствольной коробки в челюсть. — Вот поэтому я и не люблю спортивную пневматику, вашу ж мать…

Алексис тихо засмеялась в стороне, ещё больше подогревая ситуацию.

— Стойку для стрельбы с оружия принять! — скомандовал я.

Кажется громковато. В замкнутом зале мой командный, хорошо поставленный крик, разнёсся эхом, да так, что обе девочки вжали головы в плечи. Алекс тут же приняла позицию для стрельбы. Ещё хуже. Учил её видимо какой-то тактикульщик, поскольку она встала в позу наездника на мамонте, то есть ноги на одной линии, расставлены на практически две ширины её узеньких плеч. Корпус сильно наклонён вперёд, словно она стреляет с какого-то пулемёта. Жопа отклячена, спина прогнута, при этом правый локоть поджат, а левая рука выдвинута вперёд, дальше цевья, удерживая дробовик чуть ли не за ствол.

— У меня складывается ощущение, что твой учитель показал тебе эту позу, чтобы ему было удобнее подстраиваться сзади и долбить тебя, — я лишь покачал головой от такого кошмара. — Как ты с двенадцатого калибра стреляла? Тебе б ключицу вывернуло к чертям собачьим.

— У него стойка была! Тиски такие на подставке. Он их ставил, и я стреляла, — начала оправдываться она, как бы виновато покусывая нижнюю губку. Кажется, она просто жрет слой помады, который туда намазала. Впрочем, я её инструктора понимаю. Если обойти вокруг неё, видок будет прям что надо, особенно сейчас, когда там такое декольте…

Так, нет уж, нельзя на такое смотреть. Залипну, потом фиг докажу, что не верблюд.

— Херово… Значит будем с самого начала. Смотрите, — я забрал у Алексис сайгу и встал в привычную мне стойку. — Ваша база, это ноги. Вы можете держать ружьё, как угодно, но если у вас не будет твёрдой опоры, то вы упадёте. Поэтому запоминайте, чтобы от отдачи вас не опрокинуло на задницу, ставим ноги на ширине плеч, затем делаем шаг вперёд. Стреляешь с правого плеча? Шагаешь левой. Стреляешь с левого, шагаешь правой. Но сейчас будем отрабатывать правостороннюю позицию. Сделали шаг!

Пришлось их поправлять, поскольку даже ходить нормально они не умеют. Со срочниками и то проще, у них хотя бы строевая подготовка есть. Да даже та местная полиция понимала, что такое шаг, тут же девочки исполнили шажочек на две стопы.

— Дальше, чётко упёрлись, почувствовали, что вес по центру. Чуть подогнулись вперёд. Не заваливаясь полностью, а как бы удерживая одну линию в правой ногой, которая позади. Если не стоять прямо, то отдача пойдёт в поясницу, в худшем случае, в плечо, а так, вы примите её всем корпусом, — вновь пришлось обьяснять как обезьянам. — Вот так, наклонились чуть вперёд, вскинули оружие. Держите за магазин, локти поджали внутрь. За цевьё не пытайтесь, не удержите, слишком тяжело будет. Нащупываете прикладом место меж ключицей и плечом. Там мясо, туда и упираем. В худшем случае, если не удержите, приклад скользнет под руку, а не вывернет вам плечевой сустав. Всё, работаем.

Наверное, минут сорок ушло на то, чтобы обе смогли нормально держать сайгу. По крайней мере, толчок ладони в дульник они смогли держать. Шатаясь, качаясь, но держать, а это уже прогресс.

— Всё, берём патроны и идём на улицу, — скомандовал, но не громко. Не стоит шуметь просто так, а то я и первым криком мог разбудить Юленьку, а ей сейчас надо отсыпаться после операции.

Как ни странно, но со снарядкой магазина девочки справились быстро. Обе как оказалось, не спали на занятиях по ОБЖ, так что как набивается магазин АК знали, ну а тут принцип тот же. Каждая набила свой десяток, по моей команде присоединила магазин к сайге. После краткого объяснения как целиться, я наконец пошёл исполнять задуманное.

— Оружие на предохранитель, сейчас поставлю вам мишени, — на выходе я специально прихватил верёвку из нижней кладовки и сейчас двигался к могильнику, разматывая её.

План был прост, взять трупы, обвязать вокруг груди и прокинуть верёвку меж ног, чтобы получилась эдакая повязка сумоиста. Как же она называлась… Вроде как «маваси». Так вот, труп с помощью такой подвязки, повесить на дерево. Будь тут мои собратья-миротворцы или ещё кто из «цивильных», меня бы рядом вздернули за такие дела, но что поделать. Большая Игра место очень суровое, а на стрельбу по бумажкам у меня времени нет.

Мда, лица девчонок, когда я выволок труп, надо было видеть. Алекс сразу чуть не сблеванула, а вот Кристинка молодцом, сдержалась. Я же, хладнокровно перекинул верёвку через низко расположенную ветку какого-то дерева, натянул, чтобы тело висело, после чего для фиксации, обвязал конец вокруг ствола. На всякий случай пробил пинок в живот трупа. Кажется, это был кто-то из первой троицы. Тот самый, что, оставив оружие, полез бухать. Тощеват, но для мишеньки пойдет.

Тело висело просто отлично, а от моего пинка покачнулось, но не слетело вниз. Что ж, можно стрелять. Дав девочкам отмашку, быстро перебежал им за спины.

На удивление, обе встали нормально, дослали патрон без проблем, а дальше… Алексис зажмурилась и отвернув голову, направила ствол в сторону тела, нажала на спуск. Мда, так дело не пойдёт. Подскочив к ней, я перехватил сайгу за цевьё и сбил её правую руку, чтобы дура зря патроны не жгла.

Кристина показала себя просто идеально. Прицелившись, она тут же выдала уверенную двойку. Первая грудь, вторая в голову. Дробь прилетела весьма кучно на дистанции в десять метров, так что я мог чётко рассмотреть входные отверстия.

— Моё почтение, — я одобряюще хмыкнул, показывая большой палец. — Целиться ты умеешь, это плюс, самообладание не теряешь. От меня прям респект. Достреливай десятку, прочувствуй сайгу, потом пойдём, покажу как её чистить, а ты…

Я зло посмотрел на Алексис, которая сжалась словно нашкодившись котёнок. Кажись снов решила спрятаться за свои сиськи. Уж не знаю как у нее так вышло, но она одновременно жалостиливо смотрела, словно кот из мультика про Шрека и выставляла грудь. Прям уже не скрываясь, поджала кулачки к шейке и локтями чуть сдвинула майку-топик вниз, кажется даже уже вместе с лифчиком.

Ну всё, с меня хватит. Эта показуха задолбала даже меня. Сдержавшись, я с короткого замаха влепил ей пощечину тыльной стороной ладони, от чего девушку аж повело назад. Она отшагнула, в миг пустив слёзы и закрываясь от следующего удара, но его не последовало. Вместо этого, я приблизился и схватил её за лямку топика, вместе с лямкой лифчика.

— Этого ты ждала и хотела? — прорычал я, смещая руку ниже, меж грудей. Схватившись за ткань, резко задрал топик. — Этого, ты, блядина, хотела? Да?

Груди, больше не поддерживаемые кружевными чашечками, опали вниз, прижимаясь к телу. Стало видно розоватые ореолы, напрягшиеся неясно от чего соски и небольшую татуировку розы прямо под грудью.

— Я посмотрел. Довольна? А теперь, взяла себя в руки и не строй из себя тупую шлюху. Тупая шлюха здесь будет только подстилкой и не сможет выжить. Тебе понравилось быть сучкой в банде Дамира? Чтобы тебя всякие уроды драли и пускали по кругу? — захотелось влепить ещё одну пощёчину, но я сдержался. — Взяла сайгу!

Со слезами на глазах, мелко дрожа и тихо всхлипывая, Алексис всё же взяла оружие в руки и не поправляя задранного топика и лифчика, встала в стойку.

— Целься, блядь, иначе я тебя сейчас на его место повешу! — я не кричал, но злой и хорошо поставленный бас делал свой дело. — Только попробуй зажмуриться, сучара. Наблюдай, смотри что происходит с телом.

Она кое-как прицелилась и всё же зажмурилась.

— Не могу! — сквозь слёзы простонала Алекс. Мне пришлось подойти с зада и схватив её за волосы, оттянуть голову чуть назад.

— Смотри, прямо на тело. Да открой же ты, блядина, глаза! Кристина, давай, херани ему в ногу, — я надавил двумя пальцами ей на верхние веки, от чего девушка всё же приподняла их и уставилась прямо на труп.

Тихоне повторять дважды не надо было. Она спокойно прицелилась и выстрелила. Дробь попала чуть ниже коленной чашечки, было видно, что и кость перебило. Нет, всё же эта точно выживет. По крайней мере если и попадёт в передрягу, то по глупости и неопытности.

— Видишь? — перестав ей давить на веки, указал в сторону трупа. — Это ты. Тебя так же подстрелят в ногу. Тебе будет пиздец как больно. Ты будешь лежать на земле, орать от боли, а вот такой тощий мудак, подойдёт к тебе, стащит с тебя штаны и выебет. Прямо там на траве, где ты и упала с подстреленной ногой. Ты будешь молиться, чтобы, когда он кончил в тебя, тебя добили. Но скорее всего, тебе наложат жгут и оттащат к остальным, где пустят по кругу. Что, проняло?

Алексис ревела уже во всю. Черт знает, то ли я слишком сильно схватил её за волосы, то ли вид реально пробил. Но мне насрать. Идиотов надо учить, либо убивать. Сами они не выживут, а так, хотя бы будет шанс облегчить ему страдания.

— Я… я всё поняла, — проскулила девушка и я отпустил её волосню.

— Стреляй! — рявкнул ей прямо на ухо.

Алексис дёрнулась, но всё же смотря на повешенное тело, нажала на спуск. Дробь ушла чуть в сторону, но всё же задела левую руку повешенного, от чего та неестественно дёрнулась, а из раны медленно потекла кровь.

— Ещё! Ранила! Он, сука, всё ещё может по тебе стрелять и уж поверь, может отыметь! — зло оскалился я. — Давай! Огонь, блядь!

Девушка стиснула зубы, стараясь хоть как-то успокоиться и вновь потянула спуск. Грянул очередной выстрел. Попадание в живот. Затем ещё выстрел. Попадание в грудь. Ещё. Ещё один. И ещё один… Алексис стреляла, пока курок спустился в холостую. Патроны в магазине закончились. Она всё ещё стояла и её била крупная дрожь.

— Всё, бегом переодеваться, — рыкнул я. — На сегодня закончили.

Американка лишь вновь всхлипнула и бросив оружие на траву, быстро побежала внутрь здания, даже не поправляя топик. Кажется, я слышал хлопки от того, как её сиськи стукаются друг об дружку во время бега. Хотя скорее это были слуховые галюны, которые я сам себе додумал.

— Жестоко, — лишь спокойно произнесла Кристина. — Мне прям жалко её стало.

— Зато действенно. Знаешь, что спасает от стресса и боли? — спросил я, поднимая сайгу с земли и отряхивая. Девушка лишь оздаченно покачала головой. — Секс спасает. Поэтому военные приезжая с командировок ебутся как кролики. А эту дура сейчас ещё разок получит.

— Это был намёк? — игриво ухмыльнулась девушка, но тут же видимо вспомнила, что я женат и поправилась, переключая тему. — А за что получит?

— Нехрен оружие кидать на землю. Сломать не сломает, а вот прицельные собьёт, — недовольно поморщился я, осматривая ружьё. — Но ничего, зато навсегда запомнит и научится. Потом ещё спасибо скажет.

— Да она уже через полчаса вновь полезет, — рассмеялась Кристина. — Я ж её знаю. Она не обидчивая. Её мужики и избивали, и унижали, а она всё равно к ним лезла, потому что ей нужна в жизни опора, к которой она может реально присосаться и держаться за неё, даже если всё её удержание, это губы или что иное на члене. Может ей даже нравится, что вы её так ударили и так жёстко с ней обошлись…

— Я женат, — мне оставалось лишь пожать плечами. Вот уж чего, а шлюховатой мазохистки мне точно не надо.

— Когда её это останавливало? — всё смеялась девчонка.

— Поверь, моя, остановит… — Я довольно усмехнулся, вспоминая сколь ревнива моя Юленька, на размышление отдёрнуло чутьё. — Нашумели… Давай быстро в хату и эту дуру там прижми, чтоб не высовывалась.

Вот что-что, а моя паранойя уже не раз спасала мне задницу. Сейчас же, мне показалось, что где-то впереди неестественно двинулся кустарник, словно там кто-то крался. Попутно с этим, я словил на себе чужой взгляд. Характерный такой, животный.

Я рефлекторно присел, вскидывая сайгу. Где-то отдалённо раздался вой, а зачем со стороны могильника донеслось разъярённое рычание и возня, окончательно давшая понять, что по нашу душу явились волки.

— Вашу ж мать, — поморщился я и быстро собравшись, рванул обратно в здание. Настороженная Кристина уже ждала меня в холле, держа оружие наизготовку. Я такого не показывал, но девчонка видимо сама сообразила, или где у кого подсмотрела в фильмах.

— Волки, стая, пришли на трупы, — кратко обрисовал ситуацию и побежал в оружейку за патронами и запасными магазинами.

И ведь не бояться выстрелов. Хотя чему я удивляюсь, кажется в Большой Игре наоборот, все хищники уже знают, что где выстрелы, там и мясо. Как бы сюда кто покрупнее не подтянулся, а уж со стаей шакалов разберемся как-нибудь… По крайней мере, я на это надеюсь.

Глава 10. Шакалы

Волки, какими бы милыми и крутыми их не считало большинство моих современников, довольно опасные твари, особенно если те попробовали человеченки. Да в принципе, любой зверь, вкусивший человека, становится опасным, но мне даже страшно представить, насколько здесь, в Большой Игре опасны разные медведи-людоеды. К тому же, как мне кажется, те же волки умеют маневрировать и прятаться. Скорее всего люди с ружьями уже приучили их к тому, что гром-палка в руках может сделать весьма больно.

Эх, жаль, что нет гранат и нормальной автоматики. С сайгой особо много не настреляешь, а патронов на самом деле не так уж и много. По крайней мере, я по привычке рассчитал боекомплект на одного себя, на случай небольшого замеса, в котором я смогу разжиться новым вооружением и соответственно боеприпасами. Вот только что-то я позабыл про местную живность, с которой в кулёчках патроны не сыплются. Во всяком случае, это явно не так «игра», чтобы тут такое бывало. Вряд ли кто-то станет отлавливать волков и привязывать к их тушкам сумочки с так называемым «лутом».

— Много? — настороженно спросила Кристина, видя, что я выхожу с оружейки уже с сумкой на перевес, в которой были магазины и пакетиком, в котором лежали коробки с патронами. Как я не перерывал нижнюю кладовку, штатных разгрузов там так и не нашлось. Да даже отдалённо похожей жилетки, и той не было! Форма тоже хороша, пришлось ремень с моим Кизляром прямо поверх куртки фиксировать. Её я тоже на всякий случай накинул, мало ли какая тварь прорвётся, а я с голым торсом.

— Думаю, что стая, слишком активная возня в морге, а там четыре трупа, — тяжко вздохнул я, на ходу высыпая в карманы часть патронов из одной пачки. — Держи проход, вряд ли они к вам сюда попрут, но на всякий случай. Если начнёшь стрелять здесь, значит совсем пиздец наступил. Сооруди пока что себе позицию из парт или ещё чего. Хотя о чем это я… Волки не люди, так что пойдём, на втором этаже поможешь, будешь магазины набивать.

— Ага, и даже если весь мир пойдёт на тебя войной… — начала было она припоминать пафосную и тупую цитату из каких-то древних приколов.

— То ты пойдёшь нахер, — закончил я. — Всё, шумы убили. Стреляю только я, как заканчиваешь снаряжать магазины, чтобы у меня оставался боекомплект минимум в три магазина, идёшь и смотришь противоположную сторону. Смотришь от стены, особо не высовываешься. Я хер знает, может тут шакалы ручные бывают и на нас очередные какие бандиты вышли.

— Хорошо, — согласилась Кристина. — А Алекс?

— А где она? — я вдруг вспомнил, что где-то на территории дома находится ещё одна свободная пара рук.

— На второй этаж убежала, зарёванная вся. Прям с сумками с одеждой убежала, — пожала плечами девушка. — В принципе её нет смысла привлекать. Стрелять не умеет, да и сама она на нервах сейчас.

Мы зашли в кладовую на втором этаже, я сразу открыл окно и прижавшись к стенке, принялся высматривать тварей, начиная с правой стены здания. Кристина наблюдала за мной и кажется пожирала взглядом, словно губка, впитывая всю возможную информацию и запоминая каждое мое движение и взгляд. Впрочем, оно и правильно. Я слишком многое уже делаю рефлекторно, не зная, как это объяснить новичкам. Война сама мало что кому объясняешь, но её уроки запоминаешь на всю жизнь.

Волки. Это были самые настоящие, волки, только разве что чуть крупнее своих нормальных родичей, но оно и понятно. Если тут каждый день игроки гасят не игроков, то не грех так отожраться. Огромные и явно злые. Двое вынюхивали что-то со стороны, откуда я заходил к зданию. Вот же гады, неужели тоже умеют сектора выбирать. Тут же самый паршивый для обороняющихся. Для человека-то быстрая перебежка, а уж для зверюги, так и вовсе один рывок.

— Шуганём сначала, — негромко произнёс я, проверяя наличие патрон в магазине и отсутствие патрона в стволе. Хотя опять же, это рефлекторно. Эту сайгу я подобрал с землю, когда её бросила Алексис.

Примкнув новый магазин, а пустой отложив на стоящий рядом короб, сразу дослал патрон в патронник, после чего вскинул оружие. Пришлось высунуть оружие из окна, чтобы не повредить стёкла. Нам всё же потом ещё здесь ночевать, так что сквозняка не хотелось бы. К тому же, ладно я контуженный, но той же Кристине выстрел в замкнутом пространстве явно будет не по вкусу.

Первый выстрел, а за ним сразу и второй, сразу же доказали волку-разведчику, что им здесь не рады. Я с неким садистским удовольствием наблюдал, как зверюга завалилась на бок по инерции. Слегка побила землю лапами, а потом приподнялась, но тут же словила второй сноп, после которого осталась лежать, лишь слегка подрагивая. Не убил, но это тяжёлый, которого сородичи скорее всего оттащат и сожрут. Это в сказках волчата такие добрые, а в реальности они с голодухи много всякого могут вытворить. Хотя этим скорее всего только людское мясо и подавать, гурманы хреновы, поди звериным и брезгуют уже.

Второй волк-разведчик уже припал к земле, скрываясь от стрелка. Манёвр бы вполне мог получиться, если бы я заранее не срисовал его позицию. Но ничего, у меня картечь крупная, кустарник должна пробить. Вновь хлопок на улице, который гораздо тише отозвался в помещении. Кажись достал. Целился сквозь кусты, так что запросто мог промазать, но судя по тому, как зверюга резко драпанула меж кустов, при этом дико скуля, всё же попал. Скорее всего лёгкий подранок, но всё равно, сейчас может ещё подтечь и превратиться в более тяжёлого, а это уже практически минус две боеспособных единицы из штурмовой группы противника.

Тихий грохот. Я обернулся и увидел, как Кристина положила на ящик уже снаряженный магазин. Шустрая девочка, молодец. Опять же, быстро учится. Не будь Юленька такой ревнивой, я пожалуй бы даже позволил тихоне остаться с нами в компании, но опять же, хрен её знает, что там на уме у этой девчонки. Вот так засну я, и не проснусь. Слишком уж она хладнокровно относится к трупам. Явно какое-то тёмное дерьмицо за нею числится.

— Я пойду с той стороны гляну, — тихо произнесла Кристина и перехватив сайгу на мой манер, быстро потопала в другую комнату.

Вот с одной стороны это хорошо, что она меня копировать пытается, но с другой стороны, данные у неё другие. Силёнок не хватит стрелять как я. Я эту сайгу одной рукой удержу без проблем, а Кристину она перевесит как нефиг. Во мне дури под девяносто кило, а в ней дай Боже полтинник наберется. Это если в зимней одежде и с аквалангом.

— Не верю, что вас двое было, — тихо прошептал, быстро меняя магазин на полный. Казалось бы, хватило и старого, но правило «не стреляешь, значит перезаряжаешься», слишком уж крепко вбито в голову.

Как раз в тот момент, когда я примкнул новый магазин, с лесу показалась парочка шакалов, которые хотели оттащить подстреленного собрата. Началась самая настоящая ловля на живца. Так как в этих патронах крупная картечь, то я не парился и садил по силуэтам. Двоица быстро подкралась, но стоило им вцепиться в добычу, как я тут же начала методично их расстреливать. Крыл по сектору, обычным квадратом. Отметил для себя приблизительную область местоположения противника, визуально начертил квадрат и стрелял по углам. Начиная с левого нижнего и заканчивая правым верхним. Всего четыре выстрела, а скулежа и визгу, словно я с пулемёта нашпиговал волчат, да по конечностям.

На самом деле, скорее всего именно конечности я им и поотбивал, попутно повбивая картечины в тушку, но те им были не так заметны. Сразу на вой подоспела остальная стая и вот тут мне стало не до шуток, поскольку к уже лежащей с вопящей троице пришло на выручку с десяток собратьев.

— Ничего себе, ну и стаи, — удивился я, начав быстро выщелкивать их одного за другим, но волкам было плевать. Магазин быстро подошел к концу, а на земле к тем трём добавилось от силы ещё столько же. Мда, тру выживальщики засмеют. Как это, семью патронами троих свалить, но это на словах легко сказать, что на одну зверюгу одного патрона хватит, на деле надо ещё попасть в жизненно важные органы.

Когда я уже сменил магазин и дослал патрон в патронник, просто скинув пустой под ноги, твари достигли практически стен здания. Учитывая их размеры, запрыгнуть в окно второго этажа не проблема. Вот только хрен там плавал. Того, что уже с разбегу вознамерился прыгнуть, поджимая задние лапы, я намертво приколотил к земле. Картечь вошла прямо в морду, не оставляя тварюге шансов на выживание. Соседние видимо намека не поняли, за что и поплатились. Стрелять быстро я умел, а сайга — это то оружие, которое в беглом одиночном не далеко уходит от очереди. Главное умение контролировать этот беглый темп и при этом умудряться целиться. Стая чуть рассыпалась, а десятка патронов улетела как не бывало. Однако ещё три особи были точно тяжёлыми трёхсотыми, а ещё одну задело по лёгкому.

Быстро сбрасываю магазин на пол, достаю из сумки следующий и примыкаю. Начинаю отводить затвор и понимаю, что кажись не успеваю. Один из волков всё же взял разбег и прыгнул на окно. Откуда в них столько дурости и ярости, что они на огнестрел бросаются, хрен его знает. Нормальные волки уже бы сбежали. Но эти прут как танки.

Нет, дослать патрон в патронник всё же успел. Тварюгу, уже зацепившуюся лапами за подоконник и клацающую зубами буквально в десятке сантиметров от меня, встретил зарядом картечи прямо в пасть, на всякий случай выпроводил окончательно, второй порцией чуть выше, чтобы наверняка разворотить морду и содержимое черепной коробки. Грохот выстрела в замкнутом помещении отразился настолько чётко, что меня аж дёрнуло и покарёжило. Левое верхнее веко рефлекторно подзависло в среднем положении, начав подрагивать. Пошли первичные признаки контузии, нервные тики. Срочно надо заканчивать, пока меня по полной не накрыло. Руки уже и так дрожали во всю.

Туша твари сорвалась с подоконника, и я наконец увидел оставшихся, что уже под самой стеной, скреблись наверх. Благо хоть считать они не умею и не знаю сколько патронов в магазине.

Чуть высунувшись в окно, навскидку принялся отстреливать скребущихся, однако нашёлся ещё один смельчак, что попытался запрыгнуть, на сей раз с разбега. Я даже почти успел вскинуть сайгу, чтобы сбить его в полёте, но законы физики оказались быстрее моей реакции. Зверюга влетела в окно, лишь застряв в проёме задними лапами, но и этого её хватило, чтобы добраться до меня.

Повалив и прижимая лапами к полу, волк, словно обученный армейский пёс, пытался добрать до моего горла, а я не давался, уперевшись сайгой ем в горло и отталкивая от себя. Вот только раненый бицепс у меня устанет гораздо быстрее, чем я смогу сбросит эту тушу с себя. А сейчас зверь ещё и задние лапы освободит, мне вообще хана настанет.

Мысли метались в панике, а руки делали, отпустив пистолетную рукоять и уперев приклад в подмышку, левой давя на цевьё, чуть отодвинул тварь с себя. Ощущения сразу словно пожал штангу на грудь одной рукой, но зато смог освободить правую и вытащить нож из ножен.

С каким-то нечеловеческим рыком, вогнал нож в бочину волчары, с силой потянув на себя и вверх. Нож попал под ребро, а потом лишь выскользнул, рассекая шкуру, но главного я допился. Волк чуть отдёрнулся назад, от чего мне сразу как-то стало легче дышать, но я тут же поджал ноги под себя, уперевшись коленями в живот тварюги. Тут же правой начал попросту затыкивать горло зверя. Работал как машинка для нашинковки, кажется что-то орал, но сам себя уже не слышал. Видимо, вновь накрыло. Меня кто-то подхватил под плечи, пытаясь вытащить из-под волка, но я плотно вцепился в него, превращая его глотку в кровавое месиво.

Бросив это дело, кто-то ринулся к окну. Вновь раздался выстрел, который и привёл меня в чувство, напомнив, что эта зверюга не последняя и снизу остатки стаи. В очередной раз выдернув нож из шеи уже обмякшего волка, я кое-как приподнялся, прижимая к себе залитую кровищей сайгу. Со стороны я, наверное, выглядел совершенно ужасно. Весь дёрганный, трясущийся, окровавленный и вжимающийся в оружие. Однако таков лик. Герои с бесстрашной ухмылкой умирают первые и самой поганой смертью. Выживают такие вот контуженные как я. Не ясно, то ли нас Бог бережет, то ли ещё что. Сейчас мне явно повезло, что волк запнулся и застрял в проёме.

— Алексей! — кричала Кристина мне практически на ухо, но я её едва слышал. Обернувшись, я увидел до усрачки испуганную девочку, которая со страхом в глазах смотрела на мою левую руку. Я проследил её взгляд и усмехнулся. Волчара когтями порвал камуфляж и чуть задел кожу. Не так страшно на самом деле, как выглядит. Впрочем, всё равно, обработать не помешает.

— Пр-прокип-пяти вод-ду, — дрожащим голосом прошептал я, но видимо довольно громко прокричал, поскольку девчонка аж вжала голову в плечи. — Мн-не нуж-жно от-тмыт-ться…

— Я всё сделаю! — тут же крикнула она и куда-то убежала.

Я же, поднялся на ноги и ощутил дикую усталость. Удержать равновесие удалось с трудом. Меня шатало из стороны в сторону как после артиллерийского обстрела. Оглядевшись по сторонам, я увидел хаос. В комнате на половина пола была забрызгана кровью. На окне к пятнам крови примешались следы пороховых газов. Стрелял-то я практически в плотную. Подоконник весь измят волчьими лапами. Выглядывать на улицу страшно. Там месиво из тел, Кристина явно сделала всё возможное, чтобы больше ни одна тварь не поднялась. Мне только и оставалось, что отложить сайгу и попытаться кое-как вытолкнуть волчару, благо что его задние лапы всё ещё были снаружи. Тяжеленный зараза, но, на моё счастье, в медицинском оборудовании были санитарные лямки, так что, подвязав тушу, я просто выкинул её в окно.

Когда я закончил, прибежала Кристина, кажется сильно взволнованная, но видя, что я на ногах и уже умываю лицо из вскрытого пакета физраствора, чуть подуспокоилась. Девушка выждала, пока я смою кровь с лица и рук, после чего наконец известила, что вода нагрета, но так-как я разобрал душ в камере, то придётся как-то устраиваться в другом месте. Естественно, она решила, что комната отдыха дежурного подойдёт лучше всего.

Я лишь согласно кивнул и отправился в след за ней. Время как-то слишком быстро потекло, но я сразу списал всё на контузию и повторение припадка. Чую, спать сегодня нормально не смогу, слишком много нервных потрясений. Нужна разрядка и хорошенькая. Чтобы прям расслабиться. Однако не та, которая по итогу явилась.

Стоило мне раздеться и налить в обычное ведро кипятка, разбавив его холодной водой, как в комнату отдыха зашла Алексис, одетая в какой-то спортивный костюм. В руках она несла бутылку какого-то алкоголя и судя по тому, что в сосуде отсутствовала половина содержимого, сама девушка уже была подвыпившей.

— А я видела! — с хищным оскалом произнесла она. — Ты крутой!

Своей обнаженности я не стеснялся. Более того, мне было полноценно насрать, я лишь поставил тазик на пол и усевшись рядом с ним на колени, склонился, начав поливать себя тёплой водой. Вода в тазике сразу приобрела красноватый оттенок. Ну да, сам в кровище по шею, а уж одежду точно уже на выброс. Она пропиталась кровью волчары так, что уже не отстирать, да и фиг с ним. Есть ещё. А вот рану неприятно ссадило.

— Эй! — нахмурилась девушка, не услышав ответа. — Я говорю, что всё видела. Ты крутой! Здоровенного такого волчару завалил! Ножом! Крутяяяк!

— Тебе чего надо? — рыкнул я. Не переношу пьяных, особенно когда они донимают по всякой фигне. Обычно я терпимее, но сейчас как-то слишком нервишки шалят.

— Ну ты чего такой грубый? — возмутилась Алексис и вновь не услышав ответа, раздражённо фыркнула, хлебнув ещё содержимого, прямо с горла.

Я как мог сдерживался, чтобы не схватить лежащий рядом нож и не метнуть в эту дуру. К её счастью, всё моё внимание было занято отмыванием моей бренной тужи от чужой крови. С чем я довольно быстро закончил и уже вытирался. Настало время осмотреть рану.

Когти зашли не глубоко, но хрен знает, сколько всякой дряни эта падла могла мне занести. Обязательно нужно обработать и чем раньше, тем лучше.

— Алексей, ну ты чего? — вновь продолжила возмущаться американка. — Что? Даже не смотришь на меня! Думаешь я шлюха тупая и бесполезная?!

— Да, — спокойно согласился я, усаживаясь на кровати. Кизляр меня спас, так что нож тоже надо уважить и отмыть, чтобы не заржавел.

— Пизд… Ой, — спохватилась она и пьяно хихикнула. — Ты прав, я тупая и бесполезная, но обычно ж такие и становятся подружками крутых парней… Ты женат, я понимаю, но подумай, сейчас твою жена без сознания, а я тут…

Она провела рукой, расстегивая куртку костюма, под которой не было ничего. Эта дура даже лифчик не удосужилась надеть. Тут уж я не выдержал и подбросив в руке нож, чуть размахнулся и метнул его. Я знал, что попаду рукояткой и намеренно целился в голову, благо дистанция от силы метра полтора. Рукоять тяжелее, плюс метал без оборотов. Алексис такого явно не ожидала и получив заряд бодрости в голову, свалилась на пол, хватаясь за лоб и тихо взвыв. Бутылку при этом из рук не выпустила, от чего содержимое начало выливаться, образуя лужу прямо под носом у девушки.

Я спокойно поднялся и подобрав нож, попросту перешагнул через неё.

— Проспись, пьянь и пойми, что твоя грудь меня не интересует, — бросил ей напоследок, в надежде, что она хоть что-то запомнит, после чего направился в кладовку с медициной. Рана ссадила неприятно, надеюсь заживёт до того, как её обнаружит Юленька, а то будет ещё волноваться почём зря. Да и порядок надо бы навести, убрав кровь. Не стоит ей такое видеть, она у меня девочка впечатлительная и её тонкую душевную гармонию я буду оберегать до конца, принимая на себя все удары этой Большой Игры.

Интерлюдия 2

Сапёр многое ожидал увидеть в Резервации второго уровня. Никак иначе он это место назвать не мог, поскольку здесь всё было в разы… Круче и масштабнее. По крайней мере ему, Выживателю, будет где развернуться. Однако не всё так просто. Конвой доехал до какого-то небольшого посёлка, окруженного частично частоколом, а частично каменной стенкой. Кто-то очень умело сложил булыжники, залив их цементом, поверх чего растянул спираль Бруно. Сразу видно, серьезные люди. Колючка, вышки, КПП на въезде.

Головная броня остановилась, к ней сразу подскочил какой-то молодой парнишка с автоматом наперевес. АКМ кажется, но возможно это охотничий карабин. Дежурный сразу спросил кто, куда и зачем. Узнав, что торгаши, связался с начальством и лишь после этого, начал открывать ворота. Массивные, стальные, но явно уже здесь кованные или сваренные. У Сапёра не было времени разглядывать, поскольку к нему тут же подскочил тот самый хлопец, что по-украински разговаривал.

— Ну бiйся, ми люди мирнi, — с ухмылкой проговорил он, усаживаясь рядом и утыкая ствол какого-то револьвера в спину.

— Оно и видно, — нервно усхменулся Сапёр. Слишком уже ещё свежи воспоминания о показательном расстреле на площади в Новом Новокузнецке.

— А це для нашоi безпеки, — лишь пожал плечами казак. — Магазин вiдстебнi, зброю на запобiжник.

Пришлось выполнить требование. Даня медленно отстегнул магазин и убирал его в разгруз, после чего сдвинул переводчик огня в верхнее положение. Дальше они проехали молча.

Естественно, что сразу за КПП парня разоружила всё та же парочка казаков. Не скрутили конечно, как доблестные стражи полиции, но как минимум конвоировали. Украинец сзади, его товарищ чуть сбоку. Второй как раз, оказался более важным, поскольку все люди в форме, которые попадались им на встречу, здоровались в первую очередь именно с ним. Кто-то козырял, кто-то просто приветствовал. По коротким фразам Сапёр понял, что попал к каким-то полуособистам. Что спецы забыли в караване, парень не понимал, впрочем, его это не особо интересовало.

Поселение на самом деле оказалось не таким уж и большим, так что всего минут пять пешкодрала и вот троица заходит в двухэтажный кирпичный дом. Справа от входной двери красовалась типичная красная табличка с белыми буквами, гласящая, что это «Штаб».

«Опять я к каким-то военным придуркам попал,» мысленно опечалился Сапёр. «Наверняка вербовать будут, впрочем, это хороший шанс понять позиционку и потом свалить к едрени фени. Надо найти Пилюлькина и остальных.»

Штаб был какой-то не типичный, это Выживатель понял сразу, как его затолкали в какую-то камеру на манер следственного изолятора. Здесь их уже ждали. Мужчина в классической полицейской форме с погонами майора быстро подошёл и явно уже в привычной грубой манере поставил Сапёра к стене, обыскивая.

«Что за бред здесь творится?» мелькнула мысль у парня, но его уже потащили дальше, усадив в камере на нары. Тот самый майор, что его обыскивал, сел напротив.

— Ну что, рассказывай, как зовут, откуда пришёл? — он прищурился и Сапёр вздрогнул, словно его ударило слабым разрядом тока. Чутьё сработало, дав подсказку.

Надпись «Игрок_Альт 3 уровень. Информатор.» на несколько секунд подзависла над головой у майора и тут же исчезла. В эту же секунду Майор выхватил откуда-то из-за пояса автоматический пистолет Стечкина и от бедра направил в живот Сапёру.

— Ну и ну, вот это номер… — удивлённо проговорил он. — Дмитрий Сергеевич, вы хоть понимаете, кого вы привели?

— А что не так? — в раз нахмурился казак, на всякий случай так же достав табельное и направив в сторону Даниила.

— Да всё не так, — нервно усмехнулся Альт. Кажется, он вмиг пропотел, начав осознавать, кто именно сидит перед ним и какие цели у подобных людей. — Кхм… Сапёр, думаю, что мне лучше будет обращаться к тебе так…

— Мы сразу на ты? — решил уточнить Даниил. Терять ему все равно нечего, два ствола на него смотрят, а эти ребята пристрелят и глазом не моргнут.

— Да, так будет проще, — согласился майор. — Дмитрий, закройте дверь, наш разговор никто не должен слышать.

Казак нахмурился, явно не понимая к чему клонит полицай, но всё же дверь прикрыл, оставшись на всякий случай вместе с Информатором и Сапёром.

— Хорошо… — Альт вновь прищурился и нервно засмеялся. — Не верю. Что, что черт возьми, здесь, может забыть гребаный Выживатель?! Вот так, как снег на голову, в условиях, когда всю вашу братию уже истребили и заняли сектор, занимаясь мирными делами… Сапёр, я увижу если ты солжешь, так что давай на чистоту, ты здесь один?

— В данном помещении нас трое, — пожал плечами Даня и усмехнулся. — А забросило меня сюда одного, сразу после получения второго уровня. Причём без моих родных вещичек, даже телефон, и тот не оставили. Поэтому, Альт, давай ты мне обрисуешь в общих чертах, что здесь происходит, а я так и быть, подумаю, устраивать террор вам тут или нет.

— Ты на него посмотри! — приободрился майор, расплывшись в улыбке. — Всего второй, а уже такой грозный. Хехехе, но ты прав. Если тебя сюда закинуло одного, значит может закинуть и остальных, хрен знает, что на уме у организаторов. Мы тут, если что, уже лет пять живём и всё спокойно было. С первым забросом раздражителей кое-как разобрались, всех потерях по возможности стянули в подобные поселения. Фауну зачистили. Жили себе спокойно и вот те на, новая партия…

— Кто знает, может я один такой, — Сапёр лишь хмыкнул, не понимая о чём Майор говорит. В той Резервации где он побывал, подобных одиночек закидывало регулярно. С другой стороны, когда Даниил авторизировался как игрок, ему сразу дало понять, что он единственный действующий Выживатель, возможно в этом и проблема.

— Ну, по своему профилю, точно один, — усмехнулся Альт. — А вот разные бандформирования может позакидывать… Могут появиться новые ответвления от уже известных дорог, новые локалки, новые группы потерях…

— Товарищ майор, то есть, нам сейчас опять подрывать всех по плану «Загон»? — как-то недовольно произнёс Дмитрий. — Народ только делами начал заниматься, а тут почти две трети личного состава на патрули кидать… Вон, начальник НПЗ уже жалуется, что нормальную канализацию к нему не могут прокопать уже год!

— А кто там сейчас на НПЗ? Колотилин? Скажи, чтобы он шёл нахуй, — весьма грубо отозвался майор. — У Гонтеева вон не все блокпосты с полевой связи подключены. Мужики рациями пользуются, вместо тапиков.

— Но товарищ майор… — попытался было возразить казак, но понял, что бесполезно.

— Какие нахрен «но»?! Если сюда закинуло Выживателя ВТОРОГО уровня, то другие раздражители могут быть далеко не теми радикальными и вооруженными обезьянами, которых мы тогда по лесам ловили, — майор разошёлся не на шутку. — Так, Сапёр, моё предложение простое и понятное. Я с вашей братией раньше сталкивался и многие оказались адекватными мужиками, с которыми можно было договориться. Они правда все были первого уровня, но не думаю, что с тобой будут проблемы. Личное дело у тебя интересное. Особенно если учесть, что там столько всего подделано. Паспорт гражданина РФ, военный билет, диплом об образовании, всё липовое. Жетоны ВСУ и их билет, так же левый. Ты прям конкретно шифровался.

— Это имеет отношение к предложению? — переспросил Сапёр, недовольно поморщившись.

— Имеет, — согласился Альт. — Я понятия не имею, доверять тебе или нет и как тебя на самом деле зовут. Единственное, чему я могу верить во всём твоем личном деле, это тому что ты Игрок второго уровня с позывным Сапёр и специализацией Выживатель. Всё остальное может оказаться очередной липой.

— А что ещё тебе нужно? Так и называй, Сапёр, а моё прошлое тебя волновать не должно, — усмехнулся Даниил, прекрасно понимая, в какую кучу поддельной документации заглянул майор. Чего там только не было. Вплоть до добровольного сотрудничества с ФСБ России.

— Кхм… Хорошо, давай тогда сразу определимся с предложением. Я предоставлю тебе карту и средства. Ты вместе с патрулём катаешься по дорогам и если вы обнаруживаете тропку или развилку которой нет на карте, то именно ТЫ пойдёшь и проверишь её, — хитро прищурился Альт, вновь пытаясь просканировать парня. — Навыки у тебя для этого самые подходящие, к тому же превосходная инженерно-сапёрная подготовка. Одиночка с навыками к опознанию предметов, выживанию и молниеносными боевыми рефлексами… Хм, обычно с получением второго уровня больше насыпают. Видимо система считает, что Выживателям и их живучести с рефлексами хватит.

«Видать не вся информация ему открыта» мысленно усмехнулся Сапёр. «Рефлексы у меня свои собственные, наработанные, вместо них мне Игра предоставила возможность покомандовать.»

Внезапно ему вспомнились слова Пилюлькина, когда они пересеклись у переправы.

«Я не игрок! Вот о чём говорил тогда старик. Его так же выкинуло в Резервацию без всего что он имел. Он же упоминал, что без телефона и наград является обычным потеряшкой. Ну и срань. Не могли сразу предупредить, что так и так, ты теперь потеряха и срать, что перешел на второй уровень, ну и что, что Выживатель по профилю. Ты никто и звать тебя никак, в системе тебя нет, пока у тебя в кармане нет портативного терминала!»

Сапёр словно прозрел и оттого рассмеялся.

— У тебя нихрена не выйдет, — не унимался он. — Телефона у меня нет, а раз ты говоришь, что своих Выживателей у вас не осталось, значит мне нужен либо нулевый телефон, либо нулевый терминал, либо убить игрока со специализацией Сталкера и снять с него мобилу. Прошлый свой телефон я получил именно так.

— Мда, значит ты ещё и не стартовый Выживатель, — тяжко вздохнул майор, понимая, что его план по стравливанию одного раздражителя с другими, полетел псу под хвост. — Что ж, это печально, хотя, наверное, терминал раздражителей тебе тоже подойдёт. По крайней мере, можем попробовать.

— Попробуем, — согласился Сапёр, прекрасно понимая, что в случае чего, он просто дёрнет терминал и через него закажет оставшуюся у него награду, а может и вовсе, прыгнет в Хаб, если это удастся сделать. Сара-то так и не рассказала ему, как в Хаб попасть, мол после второго уровня он и так сам всё узнает. Вот, второй уровень в кармане, а вопросов к местной системе только больше.

— Вот и хорошо, — майор убрал пистолет обратно за пояс. — Дмитрий, расквартируйте Сапёра и в ближайший патруль берёте с собой. Хоть посмотрите, как профессионалы воюют, если всё же наткнётесь на другого раздражителя. Товарищ Сапёр же покажет мастер класс по Выживанию инородных тел с этого света?

— А у меня есть выбор? — отмахнулся Даниил и лишь тяжко вздохнул. Вечер дня обещался быть трудным.

Глава 11. Игрок

Большая Игра раз за разом подкидывала мне сюрпризы. Сначала бандиты, потом вот две якобы гражданские, одна из которых набухалась как мразь, а вторая хладнокровно может стрелять по трупам. После этого всего ещё и стая волков. Красота, что дальше? Явятся колонна бронетехники с пиратскими флагами, якобы местной власти?

Я сидел на ящике с армейскими перевязочными пакетами, оказывая самому себе медицинскую помощь. Кристина сидела напротив и с интересом смотрела как я работаю. Нет бы помочь… Впрочем и сам справлюсь. Там не так уж и сложно. Очистить рану от крови, обеззаразить и залепить. Когти проникли не глубоко, так что это скорее царапина, нежели что-то серьезное. Хватило и пары хирургических пластырей, послеоперационных.

— Сильный зверь был? — вдруг спросила девушка, перестав пристально меня рассматривать и прижавшись спиной к стене. — Ну, тот волк, которого вы зарезали.

— Сильный, — согласился, заканчивая с раной и одеваясь. Пришлось чуть порыться в куче одежды смародёренной бандитами. Там, к моему удивлению, нашлась пара футболок моего размера.

— Понятно, — тяжко вздохнула Кристина, явно пытаясь меня разговорить, но я слишком паршиво себя чувствовал, чтоб ещё о чём-то разговаривать.

Разом навалилась какая-то дикая усталость, а ведь день только был в самом разгаре. Впереди вечер и что самое страшное, ночь. Не желая находиться в компании чужих мне людей, я попросту поднялся с ящика и направился в операционную, где всё ещё спала моя Юленька. От введённых препаратов она ещё несколько дней будет отходить, а сейчас если и очнётся, то будет вся ватная.

Как ни странно, но всё же рядом со спящей женой мне было как-то спокойнее. Не знаю, как оно так работает, но вот видишь близкого тебе человека и сразу как-то радостнее становится. От того что он просто живой. Простым гражданским, не знавшим утраты, это не понять. Стоило мне присесть рядом, нежно погладить женушку по голове, как меня самого стало размаривать. Откинувшись назад, я прикрыл глаза, спокойно выдыхая.

Отчего-то сразу вспомнились горы. Весьма красивый пейзаж, доступный лишь тем, кто рискует. Это не те волнистые холмики, на которые можно посмотреть во время прогулки на конях по горной тропе, где-то под Сочи. Это именно горы. С крутыми склонами, на которых расположены укрепленные позиции. С холодными пиками, на которые не подняться в одной лёгонькой футболочке с фотоаппаратом в руках. Здесь нужна определенная экипировка и запас навыков.

— Лёха, не спим, — толкнул меня в колено товарищ, отвлекая от созерцания гор. — Сейчас колонна дальше по серпантину пойдёт, так что держись, а то свалишься.

— Я пристегнулся, — лишь отмахнулся я, разглядывая округу, высунувшись при этом в верхний люк бронемашины Тигр.

В этой поездке я специально махнулся с другом местами, поскольку на сей раз мы расположились в голове колонны, как некая группа разведки. Впереди шёл Жук, странная инженерная разведывательная машина. Откуда её откопали местные, мне не ведомо, но в конвое каталась эта древность, восьмидесятых годов выпуска. Внутри Жука сапёрная группа, которая и занималась прочисткой потенциально опасных участков местности. Как например сейчас. Вся колонна укрылась в низине меж двух склонов, мы на Тигре выкатили чуть вперёд, чтобы в случае чего подскочить и вдарить по противнику силами двух ручных пулемётов и АГС-30, закрепленного на крыше бронемашины. Собственно оператором гранатомёта на данном выезде я и катался. Между нами и Жуком был ещё БМП-1М, тоже старенький и тоже местных. На нём сидела некая группа специального назначения. По факту, десять аборигенов, которые умеют стрелять и знают, как правильно занимать позиции. Толком воевать здесь умели только приезжие. Да даже я несмотря на то, что это моя первая командировка, имел подготовку в разы лучше, чем у местных спецназёров.

— Сокол, я Барс, вас слышу, — довольно громко произнёс связист, сидящий с нами. Он же по факту был и штурманом.

Тигр, не смотря на внешние габариты, не особо располагает к нормальным поездкам. Это только по ттх, в него впихиваются свободно два человека экипажа и шесть десантов доверху. По факту, сейчас в него впихнулись водитель, радист, два пулемётчика и я. Всё остальное было занято уже снаряженными улитками к гранатомёту, снаряженными коробами к пулемётам, причём двухсотками. Ящиками с набитыми магазинами. Отдельно два ящика с гранатами, ну и снизу ещё всякий медицинский хлам, который в принципе мог потребоваться спецназу. Всё же, наша задача проста, быть наблюдателями и особо вперёд не рваться. Пускай местные воюют, это их война. Мы лишь приглашённые специалисты, находящиеся в дали от родины.

— Конкретизируйте, — связист выкрутил громкость в наушниках на полную, хотя один фиг никто от этого не стал слышать, что ему там пытался донести связист, сидящий в Жуке.

— Да поди барашка увидели, разрешение спрашивают, чтобы зарезать, — тихо усмехнулся один из пулемётчиков. Я лишь хмыкнул, на всякий случай поджимаясь к станине гранатомёта. Чёрт его знает, что у них там происходит.

— Говорят, мину нашли, — чуть отвлёкся связист, оглянувшись назад, но тут же начав настраивать связь с начальником колонны. Он, как и всегда, тоже был из местных. Всего в колонне пришлых было лишь два отделения. Наше частично ехало в Тигре, а частично расположилось в уазике, идущем в голове центральной группы. Второе отделение полностью шло в тыловом дозоре и ехали они вместе с местными бэтре и таком же как у нас Тигре.

— Барс Один, вызываю Волка, — затараторил связист, вызывая ухмылки у нашей братии. Любят местные позывные животных. Вот и начальник ходит с гордым «Волк» во время таких вот выездов несмотря на то, что там полноватый майор, крайне далёкий от реальной полевой работы. Отозвались почти моментально. — Волк, Сокол сообщает, что нашли прикоп свежий, с вами связаться не может, у него внутренняя не добивает…

Не успел связист высказать предположение о том, что головняку могут глушить связь, как где-то впереди что-то рвануло. Тут же раздались пулемётные очереди. Всего две короткие, после чего всё стихло.

— Сокол, я Барс, — резко переключился связист, орудуя уже маленьким баофенгом, который служил аварийной связью. В ответ лишь тихое хрипение занятого эфира. — Бля, реально глушат.

Времени на поразмышлять не было. БМП, находившийся ближе всех к Жуку, рванул вперёд, с нашей позиции было видно, что десант на борту ощетинился автоматами.

— Вызывай Волка, говори, что сапёров походу накрыли, — водитель плавно повёл в сторону, уходя под прикрытие одного из холмов, я как-то рефлекторно начал поворачивать гранатомёт в сторону противоположной возвышенности.

— Барс Один, вызываю Волка! — на повышенных тонах начала повторять связист, то и дело пытаясь дозваться Сокола по баофенгу, но ответа не было.

— Вот те и мирная покатушка, — недовольно поморщился водила, нервно покусывая губы. Я его понимал. Мне тоже не хотелось за полмесяца до ротации отправиться домой в цинке. — Лёха, давай, высматривай там бармалеев.

— Да смотрю, не боись, — усмехнулся, стараясь приободрить товарища, но самому было страшновато. Тигр не танк, динамической защитой не укомплектован. Прилетит в борт термобар или ещё что из ручного и всё, хана нам. Да та же РШГ, не факт, что уцелеем полным составом.

— Борс! Дарагой! Выручай! — с явным акцентом, сквозь хрип донеслось из рации, а следом раздались автоматные очередь и короткий залп с БМП.

Теперь проняло всех присутствующих. Связист попытался повторно связаться с ядром, но ничего у него не получилось.

— Если их там сейчас задавят… Мы по серпантину не спустимся, — напряжённо произнёс водила, мёртвой хваткой вцепившись в баранку. — Чё делать будем?

Грохот выстрелов впереди перерастал в настоящую канонаду. Спецназ вступил в дело и потому нещадно полевал длинными очередями, со всего что есть. Только стрелок на БМП экономил, то ли опытный был, то ли просто уже умудрился слить куда-то часть боекомплекта и потому не хотел оставаться пустым.

— Предложение. Я с Фурсом спешиваюсь, дую вниз по дороге. У меня труба при себе, так что поглядим, что там у них творится, — я пригнулся, спускаясь обратно в салон. — Там если что, по радейке свяжемся, я дам наводку или вон, через Фурса перекрикнемся по цепи. С АГСа отработаете, здесь по идее, точка повыше будет. Жук встрял метрах в четыреста дальше по дороге, как я понял.

— Возражений не имею, — согласился Фурс, открывая дверь и выскакивая наружу. — Конь, давай за станок тогда. Свяжемся по короткой, так что бросай ты эту дуру.

Связист, недовольно ворча, отложил дальневолновую и зацепив баофенг за нагрудный карман, перелез на моё место, пока я так же вылезал на улицу. Конь был парнишкой весьма смышлёным, хотя для него это так же была первая командировка. В связь он правда попал по глупости. До этого в мотопехах гранатомётчиком отгонял два года, так что АГС он знает как родную мать.

По молчаливой договорённости мы с товарищем, пригибаясь, быстро побежали по дороге, до небольшого поворота. Метров за десять до него, я перекинул автомат за спину и на ходу извлёк из сухарки, расположенной на боку, небольшую зрительную трубу М144. Уж чья она по штату я не знаю, местный, впаривший мне её здесь, сказал, что она осталась в наследство от каких-то приезжих инструкторов. Вот только наша братия первый раз здесь и чье это ноухау, я без понятия. Названия давно стёрты и закрашены, но сама труба вполне рабочая.

Вид, конечно, открылся не самый приятный. Жук, выехав дальше, чем мы предполагали, напоролся на фугас. То ли аппаратура не сработала, то ли группа сапёров схалтурила. Может в принципе им сапог прилетел под борт, но раскурочило правую переднюю часть машины прям конкретно. БМП медленно подкатывалась сзади, своим бортом прикрывая группу спецназа, которая вела беспокоящий огонь по возвышенности. С моей позиции рассмотреть противника не представлялось возможным.

Опыт подсказывал, что здесь всё может быть не так просто. На всякий случая я чуть высунулся из-за холма, оглядывая противоположный склон. Дистанция примерно в километр межу горами, внизу горная река, а на той стороне узкие горные тропки и куча сваленных валунов. Нормальному человеку там не пройти, но мною уже давно установлено, что местные это те ещё обезьяны. Вот и сейчас. Обнаружить позицию не составило труда. Бармалеи практически не маскировались, а потому в своих зелёных камуфляжах на фоне серых скал выглядели весьма приметно. К тому же один из них активно носился с чем-то.

— Конь, вижу группу на противоположке, — передал по рации я, доставая компас. — На 240 примерно. Кажись с чет готовят. Передай суетным, чтоб оттянулись от брони, никого поверху у них нет.

Пока что наводить АГС не стали. Дистанция слишком большая, так что вряд ли сможем подавить группу, а чего-то серьёзного я у них не вижу. Скорее всего такие же наблюдатели, которые заложили фугас и теперь снимают на видео, как они героически подорвали колонну. Может для виду постреляют по пехоте, но обычная стрелковка мало что сделает на такой дистанции, это ж практически уже излёт. Максимум будет парочка лёгких трёхсотых с ранениями в конечности.

Каково же было моё удивление, когда я увидел, как бармалеи на том берегу, скинули серую маскировочную сетку с сапога. Старый как мир, СПГ-9, он же «Копьё», вполне мог и долететь на такой дистанции, устроив веселую жизнь спецназовцам, которые видимо только-только получили предупреждение от Коня. Часть их группы всё ещё беспорядочно постреливала по склону, а вторая оттекала за БМП и Жук, чтобы их не накрыло огнём через реку.

— Конь, там же, двести сорок, расчёт с сапогом, готовятся, — я вновь связался с нашими. — Попробуй им закинуть, дистанция около км триста.

— Холм мешает, нужно выкатится, — отозвалась рация.

Пока наш Тигр нормально выезжал, выбирая позицию, чтобы не сильно подставляться, Бармалеи зарядились и дали первый залп. Судя по тому, как красиво поднялся песок и мелкий камень, который попросту смело с дороги в месте прилёта, долбанули осколочным. Это уже посерьёзнее стрелковки. Отделение спецов залегло, стрелок БМП наконец понял, что шутки закончились и начала доворачивать башню. Его тридцатке было плевать на дистанцию в километр. Вот уж кто-кто, а 2А42 спокойно работает по живой силе и с трех километров. Главное, чтобы оператор был нормальный.

— Там импортные, — крикнул Фурс, подползая и утраивая пулемёт на сошки.

— С чего решил? — усомнился я, обернувшись на звук подъехавшего тигра. Второй пулемётчик так же решил занять позицию для подавления. У наших на пулемётах прицелы ПО1х20А, так мир они видят неплохо, один только минус, пристреляны все метров на четыреста, так что мне придётся наводить ещё и пулемётчиков. Благо, что у нас в каждой ленте имеется классическое чередование ЛПСок, бронебойных и трассеров.

— Слишком уж красиво положили, местные хер додумаются так прицелится, чтоб с горы на гору, да через реку… Мозгов не хватит, — довольно усмехнулся Фурс, вкладываясь в пулемёт и прицеливаясь. — Петр Первый готов!

— Петр Второй готов! — тут же отозвался второй пулемётчик, так же вложившись, только с опорой на капот Тигра.

— Станок готов, работаю двести сорок, один триста! — так же крикнул Конь. Быстрая серия хлопков и вот я уже наблюдаю в трубу, как группа бармалеев зашевелилась, пытаясь укрыться меж камней.

— Перелёт! — крикнул я, видя, что большая часть взрывов были выше по склону. — На пол шишки ниже давай, направление то же!

На сей раз крика нашего связиста не было. Нет смысла кричать, если все и так понимают, что к чему. Он красиво положил ещё одну очередь, на сей раз метров на пятьдесят ниже, разнося к чертям собачьим всю позицию. Одним из попаданий даже опрокинуло СПГ и тот покатился вниз по склону, видом вместе с оператором и наводчиком, поскольку пара тел покатились следом.

— Красота, блохи бегут, давим, мужики, — скомандовал и оба пулемётчика тут же начали отрабатывать по сектору, заливая чисто массой. Конь тоже поддержал, отработав в линию слева направо, укладывая очередь на сектор шириной метров в сто, чтобы наверняка накрыть всех разбегающихся.

Меня кто-то ухватил за плечо и начал тормошить. Картинка мира поплыла и открыв глаза, я сквозь пелену дремоты увидел Кристину, которая в наглую меня будила. Девочка уже переоделась в камуфляж, даже нашла какую-то сумку через плечо. Явно женскую, судя по размеру и розовому цвету. Вот только из сумки у неё торчала парочка полных магазинов к сайге. Тихоня явно пыталась во всю пародировать меня. Не понимая, что у меня поясная сумка это вынужденная мера, из-за нехватки нормального снаряжения.

— Алексей, у вас телефон звонит, — тихо прошептала она, протягивая мне вибрирующий мобильник Дамира. Я лишь нахмурился. Сети здесь не было от слова совсем и даже сейчас на дисплее отсутствовала связь с вышкой, однако был звонок со странного номера.

Вернее, самого номера не было видно, просто контакт числился как неизвестный. Причём звонил явно не первый раз, поскольку на верхней части экрана виднелся значок двух пропущенных.

— Спасибо, — лишь кивнул я, принимая телефон из её рук и отвечая на звонок.

— Алло, здравствуйте, — раздался приятный мужской голос. Человек явно находился в расслабленном состоянии и курил. Это было слышно по небольшим промежутка меж словами, в которые он либо затягивался, либо выдыхал.

— Здравствуйте, — так же ответил я, на всякий случай поднимаясь и выходя из операционной. Юленька спит и вряд ли я её разбужу разговорами, но всё равно, как-то некультурно.

— Алексей Николаевич, верно? — мужчина вновь затянулся сигаретой и выдохнув продолжил. — Вас беспокоит Анатолий Иванович. Нам с вами о многом нужно поговорить, не против если я сейчас подойду? Не беспокойтесь, я буду один, если хотите, даже подниму руки.

— Кхм… — я как-то даже не ожидал, что меня здесь кто-то знает, но видимо в Большой Игре можно узнать информацию о другом человеке, не пересекаясь с ним. Того же Анатолия Ивановича я не знал. — Хорошо, но как вы меня найдёте?

— А я уже вас нашёл. Я стою буквально перед парковкой и смотрю на вашу замечательную машину, — усмехнулся собеседник, затягиваясь. — Так что, пустите в гости?

Опешив, я быстро сходил в дежурку, по пути захватив их КХО сайгу. Однако стоило мне выглянуть там в окошко, аккуратно приподняв зановеску, как я действительно увидел человека в классической горке. За плечами небольшой рюкзак по типу моего, охотничье ружьё по типу МЦ-20-01 спокойно висело на груди, стволом вниз. Сам мужчина держал в одной руке телефон, прижимая его к уху, а во второй сигарету, скуренную наполовину. Он стоял спиной к окну, явно не боясь выстрела в спину.

— Откуда мне знать, что вы один? — решил уточнить, чисто на всякий случай.

— Неоткуда, у вшей крепости слишком много слепых зон, где могли бы укрыться мои товарищи, но сейчас я действительно один, — парировал он.

— Хорошо, допустим, заходите, сейчас открою, — ответил я, и сбросил звонок, тут же выходя в холл и подзывая Кристину.

Молчаливый обмен жестами и вот девушка открывает дверь, тут же отпрыгивая в сторону, а я целюсь в проход. Мужчина же, действительно заходит крайне спокойно, подняв руки и держа их открытыми ладонями на уровне головы.

— Спокойнее, Алексей Николаевич, — улыбаясь произнёс старик. Только сейчас я смог увидеть седые волосы, торчащие из-под чёрной ШПС, скатанной в «плевок». Выглядел мужчина как молодой дедок, активно занимающийся спортом. — Я всё-таки пришёл в гости и поговорить. Позвольте представиться, Анатолий Иванович Пилюлькин, такой же, как и вы «не авторизированный» …

Глава 12. Правила игры

Пилюлькин, не смотря на почтенный возраст, выглядел действительно достаточно бодрым. Единственное что хоть как-то указывало на старость, так это седые волосы, усталый взгляд и множество морщин. В этом мужчине легко угадывался отставной офицер, я бы даже предположил, что он бывший военный врач. Слишком уж типаж у него похожий. При этом он выглядит как-то по-доброму и располагающе, а это уже характерная черта особистов. На счёт последнего я его и спросил.

— Анатолий Иванович, будем знакомы, а вы часом не из ФСБ? А то так хорошо осведомлены обо мне… — невесело усмехнулся я, всё ещё держа старичка на прицеле. — Раз уж в гости зашли, то будьте любезны, ружьишко аккуратненько за спину передвиньте. Вон может девочку вы и проведёте, но я же вижу, что буквально пара мгновений и оно уже будет в вас в руках.

— Ох-хо-хо, — добродушно рассмеялся тот, улыбаясь и перетягивая ружьё за спину. — А вы, как я погляжу, с конторой работали. Что ж, надеюсь, что моя открытость послужит доброй почвой для наших взаимодействий. Да, я действительно некогда служил в ФСБ, однако не каким-нибудь ЗГТшником, как вы небось обо мне подумали. Я всего лишь был полевым хирургом, служил в погранцых, оттого и приписывался к федералам. А вы…

— А я это я, — спокойно кивнул, опуская сайгу. — Ну что ж, пройдём.

Спорить и ругаться с тем, кто легко считал информацию о тебе, как-то не с руки. Тем более, он осведомлён, что я не игрок, при этом сам он тоже сказал, что игроком не является. Странно всё это, но что поделать. Мы в Большой Игре. Пользовательское соглашение мне прочитать не дали. Правила тоже неизвестны, а тут прямо ко мне в гости приходит человек, как минимум понимающий что к чему. Авось что и удастся узнать.

Кристина недоверчиво посмотрела на Пилюлькина, но тот лишь вновь улыбнулся ей, от чего девушка лишь недовольно хмыкнула и отшагнула чуть назад, всё ещё держа дробовик наготове.

— Я тут пока побуду. Там в чайнике ещё вода осталась, на пару чашек хватит, — ответила она, девая вид, что осматривается, однако я чётко видел, что она попросту волнуется и побаивается нашего гостя.

Пожав плечами, я повёл старика на второй этаж, но проходя мимо операционной он остановился, с интересом заглянув внутрь. Раздалось тихое недовольное ворчание, после чего Пилюлькин зашёл в помещение, присаживаясь на корточки и разглядывая то, как я обработал ранение.

— Швея из вас, Алексей, конечно… — беззлобно усмехнулся Анатолий. — Вы не против, если я осмотрю более пристально?

— Против, — практически прорычал я. — Вы пришли в гости и поговорить о деле. Даже если вы действительно хирург, я не могу быть уверен, что вы сделаете всё правильно, а рисковать здоровьем пострадавшего я не собираюсь.

— Хорошо, — примирительно произнёс старик и спокойно хмыкнул. — Пойдёмте, не стоит беспокоить Юлию Игоревну нашими разговорами.

Я уже устал удивляться и потому просто отметил для себя, что данный старичок просто скорее всего имеет какой-то игровой интерфейс, в котором показываются имена людей, если на них посмотришь. Вот как в старых RPG, ты только наводишь курсор на персонажа, а тебе показывается, как его зовут. Правда это не соответствует тому, что Пилюлькин говорил, что он не игрок.

Поднявшись на второй этаж, мы уселись за стол. Анатолий, словно ему некуда торопиться, спокойно налил себе чаю и из скинутого рюкзака принялся доставать угощения. Я лишь спокойно смотрел как на столе появляется шоколадное печенье, банки со сгущенкой и даже вафельный торт.

— К чему весь этот форс? — лишь устало спросил, медленно налив себе чаю.

— О чём вы? — удивился старик, словно он ничего не понимает.

— Вы уже дали мне понять, что знаете достаточно информации и обо мне, и об Юлии, и о том, кто я. Поэтому давайте быстро разрешим вопрос, за которым вы ко мне пришли, — от происходящего мне стало как-то противно. Пилюлькин выглядел слишком правильным и никак не вязался с творящимся здесь балаганом.

— Хорошо, можем ли мы перейти на Ты? — спросил он и получив моё согласие, продолжил. — С чего бы начать… Давайте я вам расскажу небольшую предисторию, после чего вы подумаете, верить мне или нет.

— Рассказывайте, — лишь тяжко вздохнул я, отпивая чай.

— С превеликим удовольствием! Видишь ли, Алексей, Большая Игра — это очень интересный проект, в котором есть система, но этой системой никто не управляет. Данный проект держится очень давно, кто его координирует, уже неизвестно. Могу лишь точно сказать, что те, кто приближается к разгадке данной тайны, исчезает. Их останков даже не находят. Вот, чтобы понимать, насколько Большая Игра масштабна, представь тебе… Большой куб, состоящий из пирамид примерно равной высоты. Все они как-то пересекаются и стыкуются друг с дружкой, но при этом их вершины друг дружки не касаются. Это если просто описать строение Большой Игры, по факту же, это куда более сложная геометрическая фигура, находящаяся с куда большим количеством плоскостей. Где-то пирамиды выворачиваются так, что кажутся спиралями, но они всё ещё остаются пирамидами по сущности. Каждая такая пирамидка состоит из основания, средней прослойки, верхней части и небольшого пика, — Анатолий на пару секунд замолчал, раздумывая над чем-то. — В одной из таких пирамид, маленький кирпичик, который кто-то старательно шлифовал, выпал из основания и почему-то раньше времени оказался в средней прослойке. Вслед за ним, утянуло и часть цемента, осколки других кирпичиков, а также различное крошево, появившееся на сколах, а также крошки с других пирамидок, которые пересекались с этим кирпичиком.

— Не понимаю, к чему ты клонишь, — я лишь устало потёр переносицу.

— Кхм, хорошо, давай объясню максимально просто. Случилась аномалия, сбой программы, баг в системе, называй как хочешь. Важен факт. До этого ты находился в привычном себе мире, где Большая Игра вилась в скрытую. Более того, из-за развития твоего мира, она считалась той самой верхней частью. Не бойся, ты там игроком не был, а являлся… Как бы правильнее сказать… Обычным человеком. Ты жил свою жизнь и уверен, прожил бы её просто отлично, ничего не зная о Большой Игре, но тебе не повезло. Из-за сбоя тебя резко забросило сюда. Пирамидка называется Резервацией, ты на её среднем плане, а это значит, что здесь уже довольно опытные Игроки примерно третьего и четвертого уровня, — старик так же отпил чаю, но к сладостям так и не притронулся. — Нет, случается, что сюда всё же закидывает потеряшек с других миров, но это не твой случай. Любой потеряшка, взяв телефон, смог бы нормально авторизироваться и стать Игроком, но ни ты, ни твоя жена, ни вот Кристина и Алексис, игроками не станут…

Словно услышав, что её упомянули, последняя решила было наведаться. Пошатываясь, он буквально ввалилась в комнату, потирая ушибленный лоб. Заметив гостя, она словно впала в ступор, удивлённо уставившись на него.

— Алексис, тебе пора спать, — приказал Пилюлькин и девушка, шатнувшись назад, сползла по стенке, усаживаясь на пол и роняя голову на грудь. Я лишь хмыкнул. Ну да, типичный «не игрок». Я, наверное, тоже так умею. — Так вот, помимо вас есть подобные потеряшки, попавшие сюда случайно, но сейчас важно не это. В своём мире, ты вполне мог бы стать хорошим Игроком, правда там условия становления посложнее. Там больше игра в стратегическом плане, здесь же рулит тактика.

— Допустим, я не должен был сюда попасть, в это я верю, но что теперь делать? — не сдержавшись, все же прервал этот длительный рассказ. — Как мне вернуться обратно в цивилизованный мир?

— А вот это вопрос сложный, но у меня встречный, а надо ли оно тебе? — старик нахмурился. — Видишь ли, пирамидки не статичны и то и дело перемещаются. К тому же, между пирамид то и дело носятся различные насекомые, которые как назойливые мухи, присасываются то к одному кирпичику, то к другому, начиная откладывать туда яйца. Проблема в том, что в твоём родном мире скоро насекомые вылупятся и собственно, мира не станет очень быстро. Можно, конечно, пихнуть тебя в аналогичный, который будет похожий, но опять же, система тебя не примет, поскольку ты для неё всё ещё застрял в том, откуда провалился сюда. Это может быть немного сложновато для понимания, поэтому я веду аудио запись на диктофон. Не беспокойся, я оставлю его тебе. Переслушаешь потом.

Пилюлькин вновь отхлебнул чая и достал из нагрудного кармана горки небольшой аудиоплеер, на дисплее которого тикал секундомер с символом записи.

— Мы же можем поступить иначе, — мужчина расплылся в довольной улыбке. — Ты поможешь мне, а я… Помогу тебе перебраться в мир получше, где ты сможешь прожить спокойную жизнь вместе с женой. У меня есть пара знакомых, которые смогут тебе помочь нормально устроиться. Если проводить аналогии, понятные тебе, то ты станешь эдаким акционером крупного общества, так что у тебя будет много средств и много времени, чтобы реализовывать свои мечты и мечты своей молодой жены.

— И чем же могу помочь я? Если уж даже твои знакомые не могут тебе выполнить такую сложную задачу? — я скептически посмотрел на старика. Слишком уж сладкие перспективы он рисует, не верю я в такие.

— Проблема в том, что они Игроки, а значит система за ними следит. Я не Игрок, система не следит за мной, и ты не Игрок, значит и за тобой не следит. Система довольно жестоко направляет подконтрольных ей, но при этом все остальные могут заниматься чем хотят. Многие рвутся к тому, чтобы стать Игроком, — Анатолий поморщился, явно не желая признаваться. — Быть Игроком, это иметь некую власть и силу… Чем выше уровень, тем больше у тебя этой власти и силы, тем ты круче. Однако, когда достигаешь пика, начинаешь осознавать, что путь, которым ты этого добился, того не стоит. Проще всего ублажить Систему, это убивать. Проще всего стать Игроком со специальность «Раздражитель», сложнее всего стать «Выживателем» и «Спасателем». Сейчас, например есть всего один

Выживатель, Сапасателей нет вовсе. Как получить эти специальности, никто не знает. Система сама решает, кому какую выдать. Единственное, что Раздражитель убивает всех подряд и живёт лишь тем, что пожрать повкуснее, отыметь девушку покрасивее, да выпить и покурить. Поэтому Раздражителей как правило, больше, чем остальных.

— И как же это связано? Анатолий, не перескакивай с темы, что требуется сделать мне? — запас моего терпения начинал иссекать и оттого мне казалось, что старику просто не с кем поговорить, а здесь, такая удача, уши на которые можно плотненько так присесть.

— Всё просто, надо убрать Раздражителей, зачистив данный план, чтобы местные Игроки не смогли с ними разобраться раньше времени, чтобы случилась ещё одна ошибка, которую мы попробуем обернуть в свою пользу. Мир начнёт очередную подзагрузку. Сюда начнёт либо насыпать новых потеряшек и Раздражителей, либо план схлопнется, а всех, кто здесь был, раскидает по соседним планам, — Пилюлькин довольно ухмыльнулся. — Так понятнее? Мы принудительно выбьем кирпичик из пирамидки и хотя бы сможем задать направление, в котором он вылетит.

— Допустим, вот только как мне валить раздражителей? С чего? У меня вооружения не так уж много, а личный состав — это раненая жена, да пара гражданских, — я лишь скептически усмехнулся. По крайней мере Анатолий предлагал мне хоть какой-то план действий. Это куда интереснее, чем просто сычевать в землянке, пытаясь пережить ещё недельку.

— А вот с этим я тебе подсобить не смогу, — он пожал плечами. — Могу дать парочку наводок, подсказать, где искать Раздражителей, но не более того. Я хоть и не Игрок, но принадлежу данной пирамиде, а потому напрямую тебе помочь не смогу. До этого я курировал одного игрока. Выживатель с позывным Сапёр. Так вот, его выкинуло сюда. Он только-только получил второй уровень, а попал сюда, в средний план, где более серьёзные Игроки, которые его сожрут с потрохами, но я надеюсь, что у него хватит ума затихориться и не высовываться. Я же, за кураторство, получил весьма неприятное предупреждение, которое больше получать не хочу. Поэтому, надеюсь на твой опыт и навыки.

— Отлично, — я тишь тихо и нервно засмеялся. — Иди туда, не знаю куда, убей тех, не знамо кого, да при этом так, чтобы местные акулы тебя не сожрали. Отличный план, где поставить подпись кровью?

— Шутишь… Это хорошо, — усмехнулся Пилюлькин, доставая из рюкзака небольшую резную шкатулочку. — Смотри, это лекарства из другой пирамиды. Её название Зергард. Скажу честно, даже на верхней части той пирамиды, за эту коробочку могут убить, наплевав на то, кто ты. Поэтому расходуй с умом. Здесь всего пять кожаных чехлов с порошком. Всё что тебе нужно знать о нём, это то, что он довольно быстро затягивает раны. Твоей жене должно помочь буквально за ночь. Останутся только небольшие шрамы. Применяется просто. Высыпаешь прямо в рану. Не лечит переломы и повреждение органов. Просто позволяет рубленой и колотой ране зажить, ускоряя регенерацию. Я бы советовал тебе параллельно с применением, поставить капельницу и приготовить сытный завтрак, поскольку твоя Юленька, проснувшись утром, будет очень голодна.

— Допустим я поверю, — скептически посмотрев на шкатулку, я хмыкнул. — Однако, вопрос с Раздражителями остаётся открытый.

— Тогда сейчас я его чуть прикрою, — старик подвинул коробок с мешочками ближе ко мне, после чего извлёк из рюкзака небольшой GPS-навигатор. — Вот здесь, забита карта сектора, на ней отмечены полезные тебе локалки и точки, где предположительно могли засесть Раздражители.

— Я так понимаю, за это, меня тоже могут убить? — тяжко вздохнул я.

— Только если узнают, что у тебя такая штучка есть, — добродушно улыбнулся Пилюлькин и заговорчески подмигнул. — Но не беспокойся, я никому не скажу. В конце концов, это Большая Игра, в ней Игрокам запрещается жульничать, но мы же с тобой не Игроки.

— Мда, ну хорошо, допустим. Как быть, если на меня выйдут Игроки? — поинтересовался, принимая из рук старика навигатор и тут же убирая в карман.

— Тебе никто не запрещает иметь с ними торговые дела, или же убивать их. Они такие же люди, просто имеющие определенные навыки, но не беспокойся, супергероев тут нет. Максимум Сталкеры четвёртого уровня, — видя мой непонимающий взгляд, он уточник. — Сталкеры, это Игроки, задача которых искать различные тайники, локалки, Потеряшек, Раздражителей и просто слоняться без дела по сектору. Все их отличие от таких же людей, но не Игроков, это хорошие физические показатели. Сталкеры четвёртого уровня могут бегать как лучшие атлеты твоего мира, так же прыгать, поднимать такие же веса… Допустим, стометровку по пересеченке преодолеет за десять секунд, при этом в экипировке и с автоматом, потом прыгнет на три с половиной метра и поднимет полтонны на раз.

— Мда, прям машины, а не люди, — невесело усмехнулся я, представляя, как с подобным противником воевать.

— Это всё разовые акции, на которые у них уйдёт довольно много сил, — пожал плечами Пилюлькин. — Они тоже устают, а местные, так и вовсе обленились. Они долго зачищали свой сектор от всякого сброда, что так же вызвало небольшой сбой. Впрочем, я не думаю, что именно из-за этого вас сюда затянуло. Пути Большой Игры неисповедимы.

Старик посмотрел на наручные часы и охнув, быстро накинул рюкзак на плечи, поднимаясь.

— Что ж, спасибо за чай. Сладости пусть девчонки доедят. Мне пора, — он бодрой походкой направился на выход, но почти у двери обернулся. — Алексей, мой тебе совет…

— Случаю, — я так же поднялся, собираясь его проводить.

— Не пересекайся с Сапёром. Это такой парнишка, лет двадцати на вид. Не высокий, тощеватый, но с диким огнём в глазах. Он Выживатель, а с такими встречаться крайне опасно. К тому же, он ещё не выполнил свою задачу, так что он ещё нужен живым. Так что если встретишь его, пытайся слинять подальше, — Анатолий довольно усмехнулся и быстрым шагом направился в низ.

Я старался поспевать за ним, но на улицу он выскочил первым. Я же выскочил всего секунд через пять, но там уже никого не было. Пилюлькин скрылся из виду моментально, словно и не приходил. Мне даже показалось, что это всё была большая галлюцинация, но GPS в кармане доказывал обратное.

На всякий случай я запер дверь. Вернувшись обратно в спальню, я увидел, что Кристина уже наводить порядок, разбирая сладости. Моё внимание привлёк плеер, оставленный на столе.

— Какого хера? — вырвалось у меня, когда на единственной записи на плеере был лишь тихий системный белый шум, словно кто-то неправильно подключил аппаратуру. Сквозь это шум было чётко слышно что говорю я и ни черта не слышно, что говорил Анатолий, от чего на записи складывалось чётко ощущение, что я разговариваю с пустотой…

Глава 13. Выбор

Ситуация двоякая. С одной стороны у меня на руках оказалось довольно много козырей относительно так называемых Игроков, а с другой, этот Пилюлькин показался мне слишком уж хитрым. Он явно ведёт свою игру в рамках уже существующей. При этом его слова не кажутся бредом. Большая Игра существует и это факт, глупо отрицать наличие огня, если ты сидишь в горящем автобусе. А ведь если провести аналогию, то так и выходит. Вся эта ситуация… Я с женой словно в горящем поезде, который несётся непонятно куда. Мы можем долго бегать из вагона в вагон, медленно вдыхая дымы или укрываясь от них, но итог будет один. Я оступлюсь, на нас выйдет большая группа, или же просто местная болезнь гульнет, важнее другое. Маленькая оплошность и вот мы с Юленькой уже заживо сгораем, а поезд едет дальше.

Однако тут приходит добрый проводник Пилюлькин, который ходит по уже горящим вагонам в противогазе и совершенно не чувствует жара. Для него это лишь приятное и привычное тепло, а дым, так он пригибается в местах, где слишком уж задымлено, да вот как сейчас, проветривает, чтобы другие могли вдохнуть. Мне же, он напрямую впихнул ломик и сказал, что я помочь ему отцепить вагоны. Правда, как я понимаю, я лишь отцеплю свой и мы покатимся по другому пути…

Сравнение очень помогло понять, что времени у меня не так уж и много. В рамках текущей обстановки, у меня вполне иметься и две недели, что со стороны гражданских не так уж и мало, но любой военный вам скажет, что эти чертовски маленький срок. Поэтому я решил действовать радикально. Может я и пожалею, доверившись Пилюлькину, но он пришёл сам, а значит в моих навыках он как минимум уверен. К тому же, ничто не мешает мне сходить и проверить, что к чему. Начну с ближайшей локалки. На GPS, если верить легенде имеющейся в нем карты, рядом вырисовывается парочка, но самая ближняя сборного типа. Опять же, по легенде, это универсальная локалка, в которой может быть комбинация случайных вещей. Как я понял, там одновременно может быть и жрачка, и медицина, и оружие, и одежда. Короче, штука очень полезная для малых групп. Причём расстояние от неё буквально километр, но это если через лес чесать напрямую. Даже странно, что Дамир с бандой её не нашли, но опять же, они явно не профессиональные «охранники» и не выставляли вешки и секреты вокруг подконтрольной им территории, а зря.

Первым делом, проверил женушку. Она всё так же мирно спала. На всякий случай всё же воспользовался подарком, по совету Пилюлькина. Если уж это средство действительно поможет и к утру моя малышка будет целой и невредимой, то я в течение трёх суток вырежу все пометки на грёбаной карте.

На всякий случай, сразу поставил капельную систему, физраствор с глюкозой, самое то для ослабленного организма. Когда закончил с постановкой, ко мне заглянула Кристина, явно удивлённая.

— Чем это Алексис так приложили? Она сейчас очнулась бодрая как огурчик. Без похмелья, хотя до этого выжрала бутылку в одиночку, — спросила девушка, наблюдая, как я фиксирую системы и лишний мусор в заранее подготовленную коробочку. — Что вы ей такого вкололи? Мне чисто для личного интереса.

— Ничем не прикладывал, просто один «не игрок» применил какую-то способность, — отмахнулся я, подхватывая коробку и выходя из операционной. — Так, я сейчас быстро собираюсь и пойду добреду до одного местечка неподалёку. Сидите закрывшись, я скоро вернусь. Как приду, постучу пять раз в дверь, промежуток в пару секунд, а потом ещё два раза.

— Хорошо, но… — она нахмурилась. — Вы же ранены, можем мне сходить?

— Там воевать не придётся, — усмехнулся. — От тебя тут больше пользы будет. Иди лучше помоги Алексис одежду собрать. Утром, если всё получится, мы разбредемся. Вы по своему направлению, мы с женой по-своему. Здесь долго оставаться опасно.

Я оставил коробку прямо в холле, по центру которого всё ещё валялась груда мебели и железных конструкций, которые я вытащил из камеры. Кристина, вся хмурная, направилась на второй этаж к подруге. Пока девушки не беспокоили, мне удалось быстро собраться, прихватить ружье, сумку с магазинами и отправиться в короткий забег.

Шёл налегке, лишь прихватив с собою пустую спортивную сумку, которую на ремне через плечо, закинул за спину, чтобы не мешалась. В саму сумку, по заветам старика Ахметзянова, закинул монтировку и моток верёвки. По его же заветам, прихватил пару ножей. Один на боку, а второй в карман.

Сайгу в руки и побежали, трусцой, как на марш-бросках. У нас в части на спорт-массовых забеги были на пять километров, не меньше, при этом в более тяжёлых условиях. Там-то на тебе броник и шлем, а здесь… Здесь я по форме одежды номер восемь, что нашли, то и носим. По факту лёгкие камуфляжные штаны, на манер шуршуна, облегченные берцы, так же из местных запасов. Штатная армейская футболка и куртка демисезонная от ВКБО. Штаны к ней не нашел, поэтому пришлось надеть шуршун. Собственно, бегать в этом, одно удовольствие, по сравнению со штатной выкладкой. В добавок, прикрыл голову своей бейсболкой. Прям охотник на загонной охоте. Разве что сумки всё портят.

Зато сумки помогут унести добычу. GPS не соврал. Навигатор привёл меня к небольшому сарайчику, на манер тех, что строят на временных пунктах. Стены из досок от ящиков, приколоченные к вкопанным деревянным опорам. Крыша из откуда-то спёртой черепицы, да дверь, как от квартиры. Закрыта на ключ. Однако дядя Ахмет, херни не посоветует и потому новоиспеченный Мародёр, то бишь я, уже вовсю разгулялся. Мне не составило труда ломиком подцепить дверной косяк, вырывая его с мясом. Шутка ли, дури во мне много.

Всего минут семь активных физических нагрузок с небольшими перерывами и вот проход свободен. Внутренности и сарайчика были так себе. Видно, принадлежал он раньше какому-то дедку. Вдоль одной стены крючки с какими-то старыми ватниками. Над вешалками, длинная полочка, на которой гордо стоит ряд раной степени затасканности буденовок, папах, танкистских шлемофонов старинных, пилоток, а также ушанок. Вдоль других стен несколько ящиков с патронами, ещё пара гвоздиков, на которых висят на ремнях старые кожаные короба-чехлы под бинокли. По центру сарая в разобранном виде какой-то мотоцикл. Я автолюбителем не являлся, а из двухколёсных знал только велосипед «Урал», на котором катался в детстве, поэтому определить, что за контруктор-лего, я не мог. Явно что-то наше, но вот что именно, черт его знает. Однако интересней было другое. Рядом, накрытое куском старого брезента, лежало нечто. По характерным очертаниям, я практически сразу же опознал красавца.

Скинув ткань, я лишь хищно ухмыльнулся. Прямо передо мною, в состоянии чердачного сохрана, лежал самый настоящий Дегтярёв Пехотный Модернизированный. Рядом с ним лежала пара дисков на 47 патронов. Они, естественно, были пусты. Краткая проверка самого пулемёта лишь показала, что он в превосходном состоянии и готов к эксплуатации хоть сейчас.

— Пиздец Раздражителям, — я довольно облизнул в миг пересохшие губы. Такого восторга и радости у меня не было даже когда мне довелось покататься стрелком в БМП и пострелять по бармалеям издалека, кстати весьма результативно. Тогда я сжег им какой-то гантрак. Классический легкий грузовичок, в кузов которого устанавливается зенитка, легкая артиллерия или крупнокалиберный пулемёт.

Здесь же был восторг, смешанный с возбуждением. Возможно, проявились инстинкты, да и нервы тоже спасибо высказывают за сегодняшние волнения. Усевшись рядом с пулемётом, я сразу же отложил Сайгу в сторону и принялся вскрывать ящики с патронами. Заводскую пломбу просто сорвал ножом, тут же откидывая крышку и начиная кромсать цинки. Это конечно можно делать и родной открывашкой, но для этого надо доставать цинки из ящика, потом искать эту отлетевшую открывашку. Я ж с душой распахнул крышку, так что её вырвало и она оторвалась.

— Ухы-хы! — пробило меня на злорадный смех, когда я руками рвал укупорки с патронами и тут же набивал первый магазин. Наверное, у нормального человека, увидь он меня, случился бы культурный шок.

Какой-то ненормальный, возможно оружейный маньяк, с тихим хохотом и горящими глазами, быстро, дрожащими руками набивает магазин старого пулемёта. Казалось бы, чему тут радоваться… Вот только в нынешних условиях ДПМ это надёжность и комфорт. А также скрытность. ПКМ, как ты ему ленту не набивай, какие прокладки в коробе не впихивай, все равно гремит как мразь, особенно если ты уже чутка отстрелял и у тебя болтается хвост из ленты звеньев. К тому же, опять, чтобы нормально потом стрелять, тебе надо искать эту ленту и не дай Бог, ты её просрешь в бою по запарке. А диск… Диск потерять сложно, к тому же, он в отличии от ленты, всяким говном не забьется, прищёлкнут намертво. А тот же РПК, у которого питание магазинное, не имеет столь разрушительную мощь. Даже в вариации под 7,62х39, он всё равно уступит ДПМу у которого 7,62х54R. Мощности разные, а учитывая, что в нынешних условиях затяжные бои не планируются, я всё же предпочту занять позицию с Дягтярём, нежели с РПК.

Довольный находкой, я быстро снарядил все четыре имевшихся магазина и ещё один ящик. Полные магазины и цинки сразу запихал в сумку. Сайгу сложил и пихнул поверх. Сейчас у меня в руках кое-что пострашнее дробовика. К тому же, у Дегтяря был нормальный пулемётный ремень с мягкой подушкой, чтобы не сильно на плечо давило. Для пущего комплекта, прихватил оба бинокля. В чехлах оказались БПЦ 8х30 с сеткой, всё по красоте.

Кажется, когда я гружёный добром вышел из локалки, где-то поперхнулся бандос. По крайней мере скоро я смогу зачистить парочку ближайших лагерей. Особо далеко ходить не надо. Самый ближний расположен в восьми километрах на юго-восток. Между нами, ещё одна локалка, но судя по метке, какая-то строительная. Это меня не интересует.

Какой-то конкретной информации по Раздражителям не было. Просто имелась отметка, что мол здесь здание или группа зданий и там потенциально может кто-то сидеть. Пока была возможность, и я спокойно шёл через лес, решил изучить позиции первой цели поконкретнее. Карта лишь показывала, что это два небольших здания, находящиеся у склона, рядом с ними протекает небольшая река, через которую, буквально в паре сотен метров от зданий, имеется мост. Скорее всего данные Раздражители планировали как раз держать проезд под контролем, но к их сожалению, я нахожусь на одном с ними берегу, так что могу зайти практически с тыла. Со стороны холма. Там правда лишь пара одиноких деревьев, но ничего не мешает мне подобраться к ним ранним утром, пока они будут спать. Обработать их и быстренько вернуться, до того, как моя женушка проснется и придётся отправлять девчонок на вольные хлеба.

Возможно, я слишком поверил в себя, но что поделать. Сам в себя, не поверишь, никто не поверит. Кроме жены, но она пока спит.

Вышел к хате быстро, снаружи выглядело, словно в ней уже никто не живёт. Свет внутри не горит, окна зашторены, звуков не доносится. Странно, но ладно. На всякий случай всё же подкрался к основному входу и быстро отстучался, развернувшись вместе с пулемётом в сторону леса и дороги. Черт его знает, может кто ещё подойдёт, мало ли тот же Пилюлькин забыл ещё что-то рассказать.

Однако всё было тихо, Кристина быстро отворила дверь и скрылась в темноте, а я прошмыгнул внутрь. В приятную полутень холла. Странно, полчаса назад здесь было не так темно, а впрочем, оно и понятно, солнце уже шло к закату. Скоро вообще темень наступит. Я глянул на часы, что висели в дежурке и тихо выругался. Они остановились, так что узнать сколько сейчас времени, не удастся, разве что по телефону Дамира.

Отложив сумку с барахлом и пулемёт к куче хлама на первом этаже, отправился на второй, ибо там на столе остался телефон Раздражителя. Какое же меня ждало удивления, когда в комнате я сперва обнаружил порядок, нормально разложенные спальники, затем зажжённые свечи на столе и лишь в конце первичного осмотра, Алексис. Нет, девушка как раз выглядела очень вызывающе и притягивала взгляд, но моё вшатанное и уставшее сознание, до последнего старалось её не замечать.

Американка видимо решила играть до победного, решив поставить на кон все. В боевом раскрасе клубной дамы, который лишь подчеркивался слабым отсветом от свечек. В короткой чёрной приталенной юбочке, из-под которой выглядывали чёрные чулочки, пристёгнутые к какому-то пояску, скрывающемуся под одеждой. Образ завершала белая и чистая, в меру возможности, блузка с длинным рукавом, расстегнутая примерно на треть, от чего было видно шикарное декольте и часть кружев чёрного лифчика, который не просвечивал разве что из-за плохого освещения. Готовая секс-бомба, которая взорвала бы потенциально любого мужчину. Вот только… До бедненькой дурочки так и не дошло, что существуют верные мужья. Уверен, любой бы мой знакомый, увидев это, тут бы полез, а я… Я не хочу. Противно как-то. Даже приподнятое настроение после нахождения пулемёта, как-то потихоньку улетучилось. Стало скучновато и серо. Даже как-то немного противно.

Нет, эстетически вид был действительно красивый и стоит отдать должное, Алексис хорошо умеет выбирать одежду и красится неплохо, вот только подобным уже не удивить. Я видал и получше, просто вбивая в поисковик определенные запросы с пометкой восемнадцать плюс или же сразу шаря по разделам на тематических сайтах.

— За образ пять, за стиль мышления два, — спокойно проговорил я, видя, как Алекс изнывает от желания услышать от меня хоть что-то. Если до этого она строила глазки и пыталась всем своим видом показать, что готова к продолжению, то сейчас девушка была шокирована и не понимала, что происходит.

— What? — тихо спросила она, решив, что дело в одежде и осматривая её. Кратко так бросив взгляд и поёрзав, чтобы юбка сползла повыше.

— Ампер, блять, — тихо ответил, устало выдохнув. — Вот скажи мне, ты же не дура. Ты умеешь привлекать мужчин, у тебя выходят отличные образы, от простушки до вот такой вот сексуально секретарши или кто это? Офисная работница минетного отдела? Анальная бухгалтерия? Алексис, говорю тебе прямо. Я женат. Да, ты красивая, но существуют принципы, против которых я никогда не пойду. Понимаешь? Я могу нарушить закон, если того будет требовать ситуация. Могу нарушить заповедь Господа Бога, опять же, если это будет требовать ситуация, но не нарушу принцип. Никогда. Для меня верность моей жене, это принцип. Я уверен, будь на моем месте другой мужик, он бы хер забил на раненую жену и с удовольствием тебе бы присунул, да не один раз.

— Но принципе не позволяет это сделать тебе, да-да, — недовольно прошептала она, всхлипнув и утирая слезу. Молодец, водостойкую тушь выбрала, не станет сейчас енотом.

— Так тоже не разжалобишь. Будешь бесить, выгоню вас херам собачьим сейчас, а так, уйдёте утром и вот следующего встречного тебе мужика, разводи как хочешь. Всё. Хватит, я пойду отсыпаться, меня ждёт крайне сложная операция ранним утром, — я собрался было уходить, но в комнату заглянула Кристина, которая видимо по совету Алексис так же была весьма вызывающе одета. Видать девчонки подумали, что если меня не тянет на сисястых, то потянет на худышек, более похожих на школьниц. Кристина как раз была одета как образцовая такая школьница с наклонами в аниме. Прям полный комплект, включая чулки.

— Да вы ахуели, — вырвалось у меня. — И ты Брут!

— Алексей, — виновато произнесла Кристина, понимая, что ошиблась и послушала советы не того человека. — Ну честно, ваша жена спит, она ничего не узнает… К тому же, даже если не хотите и не собираетесь, то прошу, позвольте с вами остаться. Анатолий… Ваш гость, сказал, что мы все не из этого мира и что он может помочь вам с женой оказаться в нормальном мире, уже при деле. Я всё подслушала, каюсь, но Алексей, прошу вас. Мы же умрём здесь. Умрем или будем изнасилованы, хотя мы могли бы нас спасти. Я могу защитить себя. Даже защитить Алекс, если дело в соотношении боевых единиц. Я умею работать с оружием, обещаю, я быстро научусь у вас, просто следя за вашими действиями! Вам не придётся о нас беспокоиться, просто… Позвольте быть рядом. Мы обе постараемся быть полезны!

Терпеть не могу, когда меня кто-то упрашивает, но Кристина перешла все грани зла и добра, встав на колени. Это выглядело, как бы каламбурно не звучало, низко. Даже не унизительно, а просто низко.

Алексис, так же встала на колени, преданно смотря на меня снизу вверх.

— Я подумаю, — тяжко вздохнул я. — Всё, хорош. Меня это бесит. Всё это. Развели блядский цирк. Головой думайте, а не сиськами. Я спать, если посмеете потревожить по вашей бабской херне, буду злиться. А вам не стоит видеть меня в гневе.

— Обещаете? — взмолилась Кристина, чуть не плача, но уже во всю шмыгая носом.

— Я. Подумаю. — чётко проговорил, взял телефон со стола и прошёл мимо девушки, направляясь в операционную. Походу спокойно подремать я смогу только там. Сразу поставил будильник на час ночи. Меня ждёт крайне ранний подъём, однако если всё успешно, то раздражители у моста либо уже завтра не смогут уснуть, либо уже не смогут проснуться. Такова Большая Игра, побеждает опытный и хитрый. Или я, у которого просто нет другого выбора. Ведь бездействие подобно добровольному самосожжению в и без того горящем поезде.

Глава 14. Собачья вахта

Видимо Алексис и Кристина меня послушали, поскольку из состояния дрёма меня вывел тихий звонок будильника, оповестивший, что время на сон закончилось. Продрав глаза и недовольно ворча, я всё же поднялся с лежанки, казавшейся весьма удобной. К тому же, общая темнота в комната в здании намекала на то, что нормальные люди свят. Правда с тем, что здесь есть нормальные люди, я б поспорил. Тупая шлюха, чуть менее тупая и менее шлюха, моя жена, тоже немного двинутая по фазе и, собственно, я, вставший в час ночи, чтобы вырезать мирно спящих Раздражителей. Компания по спасению мира, чтоб его.

Чтобы окончательно проснуться, решил наспех позавтракать. Для этого пришлось подняться на второй этаж. Однако ещё на лестнице я почувствовал терпкий запах хорошего табака. Не думаю, что девчонки курят, так что на всякий случай вытащил револьвер, который заботливо оставлял при себе, но ночь, на случай поползновений в мою сторону.

Оказалось всё куда проще. В комнате со столом, прямо у окна сидела Кристина и прикрывая огонёк сигареты ладонью, курила, выдыхая в окно.

— Алексей, вы рановато, — вяло улыбнулась она. Костюм школьницы валялся практически посреди комнаты, девчонка, несмотря на ночную прохладу, сидела в одних лишь трениках. На то что на верхней части её тела отсутствует даже лифчик, я попросту забил. У меня жена тоже лифчик дома не носит, привык уже. — Собираетесь убивать?

— Да, — спокойно ответил я, проходя к столу и сооружая себе подобие холодного чая. — Не думал, что ты куришь. Считал тебя более культурной, нежели Алексис.

Кристина лишь пожала плечами, усмехаясь и глядя на спящую в одном исподнем подругу, которая развалилась на одном спальнике, прикрываясь другим, словно одеялом.

— Зря. Будем говорить на чистоту, я быдло и бескультурщина, которая пошла на поварское, потому что никуда больше не брали, — она тихо хмыкнула, затягиваясь сигаретой. — Отец в девяностые был крутым, потом отошёл от дел, часто возил меня на охоту. Очень любил стрелять по свиным тушам. Меня приучил, правда с мелкашки. Но его нашли бывшие товарищи и подтянули за какие-то дела в прошлом. Не стало у меня отца короче. Хладнокровие у меня в него.

— Он был чистильщиком? — поинтересовался, залпом вливая в себя холодный напиток и закусывая шоколадом. Сахар мне сейчас пригодится.

— Да, киллером, устранял тех, кто мешал группировке, — девушка тяжко вздохнула. — Он был профессионалом, а я выросла бесполезной… Он бы тут выжил.

— Ты пила? — решил уточнить, завершая приём пищи и вставая из-за стола. По пути закинусь аскорбинкой с глюкозой, а когда вернусь планирую позавтракать нормально.

— До сегодняшнего момента по чуть-чуть… А так… Ужралась как сука, Алексис, кстати, тоже… Вон лежит… Предлагала ночью к вам подкрасться и принудительно, ну того, этого. Мол, вы просто зажатый и не представляете, что упускаете… Потом ко мне лезла, чтобы я распробовала, что вы упустили… — Кристина вяло усмехнулась и склонив голову на бок, посмотрела на меня. — Алексей… Если бы у меня был такой как вы мужик… Защитит, вылечит, да ещё и ради меня пойдёт вырезать целые банды… Эх, я была бы самой счастливой…

— Это ты ещё мою Юленьку в гневе не видела, — тихо усмехнулся я и серьёзно произнёс. — И не советую. Ладно, отдыхайте, как вернусь, помогу вам собрать вещи и катитесь на все четыре стороны…

Позавтракав, я принялся собираться. В принципе, мне ничего больше и не требовалось, только рюкзак переснарядить. Докинуть в основное отделение диски от пулемёта, парочку, больше нет смысла таскать, прикрепить к боковым стропам Сайгу, с противоположной стороны сумку с магазинами. Пулемёт на плечо и погнали. Разве что ещё бинокль прихвачу и верёвку. К ней пару карабинов, да и восьмёрку с обвязками, на всякий случай.

Выходил по темноте, без фонаря, но оно и к лучшему. Я всё равно планирую двигаться по обочине дороги. Так я смогу дойти практически до моста, но не доходя до прямой видимости, срежу в лес.

Повезло, что выдалась лунная ночь, так что я без проблем мог видеть дорогу и ориентиры. Нет, я, конечно, ожидал, что местная живность ночью активизируется, но стоило мне только выйти к шоссе, как позади показалась огромная тень. Силуэт словно проплыл меж кустарников, а после окрестности огласило диким рёвом.

Медведь. Хозяин леса, при условии, что в лесу нет человека с пулемётом. К сожалению для мишани у меня был целый диск стальных пчёл, да не простых. Чёрненькие носики с красными юбочками. Правда, это я погорячился. В других цинках были и ЛПСки, и СНБшки, и БЗТ, а я с дуру набил диски БС-40. Нет, это как бы тоже очень даже хорошо, но слишком уж расточительно. А с другой стороны, на что ещё их тратить? Сильно сомневаюсь, что тут в принципе имеется хоть сколько-то бронированная техника, не говоря уже о танках. На всякий случай с уже отвёл затворную раму в заднее положение, да вложился рукой, обхватывая пистолетную рукоять.

Медведь как танк не классифицировался в принципе и оттого видать не решился лезть на отбитого наглухо пулемётчика. Я же, не желая оставаться наедине с ним, двинул дальше по дороге. Лёгкой трусцой, с пулемётом наперевес. Нет, всё-таки я люблю марш-броски. Не спортивным людям, гражданским и молодым бойцам это может казаться диким, но, когда ты вот так вот бегаешь далеко не первый год, ты либо привыкаешь и начинаешь любить это дело, либо забиваешь и увольняешься. Ну либо начинаешь косить по разным причинам. Я полюбил и теперь не жалею. Наоборот даже, умение бегать с нагрузкой на длинные расстояния, не единожды спасало жизнь мне и моим товарищам.

Правда, изначально в мои планы не входило, что мне удастся выжать большую часть дистанции одним марш-броском, так что, когда по GPS я подошёл уже месту схода, на часах было только десять минут третьего. Ещё рано, так что будет возможность понаблюдать.

Свернул в нужном месте, сразу разметив маршрут дальше. Пришлось идти по небольшой низине. Глубина от силы метра полтора, относительно краёв, но всё равно. Там внизу кустарник почти не рос, видимо когда-то это был один из притоков, но ныне иссох.

Тут уже пришлось подсвечивать себе фонариком, налепив красный светофильтр. Это позволяло хотя бы видеть, что под ногами, чтобы лишний раз не шуметь. Тем пришлось сбавить, поскольку чем ближе я подходил, тем больше под ногами валялось всякой дряни. В конце, выйдя к холму, я обнаружил, что эти ублюдки скидывали трупы в эти низину, где их жрало зверьё. Тела были растасканы и сложно было точно сказать, кто это был, но я постарался рассмотреть тех, за кого буду предьявлять Раздражителю. Суммарно мне удалось насчитать около десятка трупов. Если судить по одежде, то восемь из них мужчины и всего две женщины. На удивление, ни одного ребёнка, а вот старики были практически сплошняком. Что ж, либо банда педофилов, либо ещё что…

Выдвинулся на холм, занимая позицию на одном из склонов, чтобы наблюдать оба здания. Они были расположены в линию, параллельно реке, так что я мог спокойно их просматривать. На моё удивление, окна выбиты и больше всего эти дома напоминали полноценные такие заброшки. Вот только выглядели свеженькими, словно только-только построены и брошены на этапе внутренней отделки.

— Ох какая красота… — прошептал я, наблюдая в бинокль за тем, как перед двумя одноэтажными бараками у костра сидит единственный дозорный, спиной к лесу и совершенно не парится ни о чём. Просто спокойно сидит и то и дело подкидывает лежащие рядом поленья в костёр. Единственное направление, в которое он смотрит, это дорога близь моста. Вооружён дробовиком. Причём какой-то помповухой. Совершенно не страшное оружие, особенно учитывая, что я нахожусь примерно в восьмидесяти метрах от него.

Дабы лишний раз не спугнуть, я аккуратно стянул рюкзак и положил поверх него тело пулемёта. Это гораздо тише чем шуметь с сошками. Тем более если делать очень медленно. Я не тороплюсь. Вот так, спокойно и ненапряжно, я изучал здания уже в прорезь целика Дягтерёва, что, учитывая прицельные приспособления было сложновато. Не представляю, как бойцы РККА могли нормально целиться с данного пулемёта.

Примерно через полчаса наблюдения, когда наконец капнуло три часа утра и началось самое тяжкое время, для меня случилась неприятная неожиданность. Из левого здания медленно вышел новый дозорный, зевая и освещая себе путь фонариком. Он начал медленно водить им по сторонам, освещая лес, то ли от скуки, то ли что-то подозревая. Ещё бы немного и он бы заметил меня, так что действовать пришлось быстро.

Прицелившись примерно в грудь стоящего, вдавил спуск, мысленно произнеся «двадцать два» и тут же отпуская. Пулемёт неприятно отдал в плечо. Всё же не привык я к столь не типичному оружию, да и рюкзак не лучшая опора для стрельбы. Однако тройка легла красиво, линией наискосок, сразу валя раненого. Не на долго, сразу три попадания, лёгкое пробито, как минимум одно, вон как начинает задыхаться. Второй, не понимая, что произошло, посмотрел почему-то на раненого, начав подниматься. Окончательно встать на ноги я ему не дал. Быстро приподнялся на локтях, чтобы видеть его лучше, так же прицелился примерно в поясницу. Он ко мне спиной, так что должно так же хорошо лечь.

Ещё одна короткая отсечка. Пули подтолкнули сонного дежурного в спину и тот, не устояв на ногах, завалился лицом в костёр, не подавая признаков жизни. Два есть. Если брать за основу то, что они решили произвести смену в три утра, при условии, что ложатся в десять, значит смена либо по пять часов и дежурных всего двое, либо они дежурят по три часа и их четверо. Второй вариант наиболее возможен, если вспомнить, что группа Дамира насчитывала восемь бойцов. Здесь же техникой и не пахло. Да даже если бы у местной группы была разведывательная тройка, то она бы уже всяко вернулась. Нынче опасно ночевать не на базе.

Срубив двоих, я решил всё же подождать и не зря. Явно ничего не понимая в светомаскировке, в домах сразу трое начали светить фонарями, что-то выискивая. Бойцы переругивались. В кошки-мышки мы могли бы играть ещё долго, пока один, видимо самый умный и собственно единственный владелец фонарика в правом здании, не решил выглянуть в окно, подсвечивая себя тем самым. Вид у костра его явно напряг, но я уже ждал его появления. Прицелившись, вдавил спуск, отрабатывая ещё одну отсечку. В этот раз получилось лучше. Вылетела двоечка, того и гляди, смогу стрелять одиночными. Единственно что мешало, это гильзы, летящие вниз. Одна из таких чуть не отскочила мне прямо в лицо. Увы, поделать с этим ничего нельзя, такие уж конструктивные особенности пулемёта.

Одиночную фигуру я поразил на ура. Словив ещё первую пулю, мужчина свалился внутрь и застонал, правда в падении получил вторую. Стонал громко, так что кто-то, так и не поняв откуда ведётся огонь, кинулся к нему на помощь. Из левого здания выбежал полноватый мужичок. Смешно он выглядел. Джинсы, утянутые ремнём с классическим армейским подсумком под магазины к пистолету-пулемёту, так же времён СССР. Какие-то кроссовки и не естественная фиолетовая футболка с рисунком. В очках, зато с настоящим ППС-43 в руках. Бодренько так стартанул, вот только я уже прицелился на вход во второе здание и ждал пока эта туша перекроет проём. В окно он явно не догадается ринуться.

Ожидания подтвердились. Стоило мужичку хотя бы частично заслонить проём и появиться на линии прицеливания, как я вжал спуск. Вновь тройка, но на такую тушу не жалко. Тело упало замертво. Однако меня засёк его товарищ, выключивший фонарь и решивший отследить мою позицию. Дистанция метров сто. Не знаю на что надеялся стрелок, открывая огонь из пистолета. Хлопки Макарова я ни с чем не спутаю. Однако стрелок встал правильно, частично. Высунулся чуть сбоку, наклонив корпус и держа пистолет на вытянутых руках, принялся стрелять. Вполне себе устойчивая стойка. Возможно, знай он превышения и стреляй чуть выше, даже попал бы, но пули тюкались в землю буквально в метре передо мною. Мне же превышения знать не надо было, я просто переместился чуть вправо, сразу прицеливаясь и тут же открыл огонь. Чисто на подавление. Хорошо так вжал. Десятку может просадил, ушло на это от силы полторы секунды. Скорострельность почти как у АК, так что приноровиться можно.

То ли накрыл первыми выстрелами, то ли его там уже осколками посекло, но стрелок угомонился и больше не подавал признаки жизни.

— Эй! — заорал кто-то из правого здания. — Мужик! Тебе чего надо?! Оружие? Бухло? Курево? Ты скажи нам! Не губи бля!

Вон как заголосили, значит основную ударную группу я им вырезал. Остались хлюпики. Мда, заканчивать надо побыстрее, а то сейчас шакальё подтянется.

— Бабы есть? — как можно басовитее проорал я.

— Есть! — радостно отозвался всё тот же. — Есть две молодых двадцать два и двадцать четыре года, одна девочка лет шестнадцати и одна уже сорокалетняя! Всех отдам!

— Выводи! — скомандовал, а сам отцепил от рюкзака сайгу и сумку с магазинами, сразу перевешивая через плечо.

Быстро спустившись по склону, двинул в обход, держа оружие наготове, но оставшимся в живых Раздражителям было явно не до контроля пространства. Внутри правого дома раздались маты, крики, кто-то кого-то подгонял. Мелькало минимум два фонарика. Пока они там разбирались, я успел пробраться до относительно неплохой позиции в кустарнике. Там проверил сайгу, на наличие патрона в патроннике. Всё на месте, магазин полный, можно работать.

— Во, смотри! Первая! — крикнул кто-то стоящий в прихожей, выталкивая на свет костра девушку. Полностью раздетая, фигуристая, грудастая, вот только явно уже задрипанная и попользованная куда только можно и нельзя. Она затравленно осмотрелась и увидев труп лежащей головой в костре, взвизгнула, оседая на землю в шоке.

— Не понравилась видать, давай следующую, негромко произнёс всё тот же. Я находился всего метрах в семи от них, так что прекрасно всё слышал.

Они начали беспорядочно выталкивать остальных. Вскоре на улицу была выпнута такая же раздетая молодая девочка, ещё совсем подросток с только-только созревшей фигуркой. Её видимо пользовали чаще остальных, поскольку на девочку без боли в сердце не взглянешь. Избита, со следами пыток, вся замученная. Даже никак не отреагировала на трупы, просто ровно встав куда её толкнули, глядя при этом в сторону холма.

Следом пнули женщину в возрасте. Уже потерявшую часть природной красоты, но явно поддерживавшую себя за счет спорта… Здесь один из оставшихся и прокололся. Более тяжёлую женщину было сложнее толкать и ему пришлось чуть ли не силком выводить её. Высунулся на две трети корпуса и получил сноп дроби в бочину, складываясь на земле буквой «зю». Все женщины отреагировали на это по-разному. Подросток зажмурилась и сжалась. Молоденькая начала быстро уползать, а взрослая, посмотрела в мою сторону и отчего-то решила побежать ко мне. Зря, мне балласты не нужны. Поэтому женщина получила свою порцию свинца в грудь и тут же свалилась.

— Ты ж говорил тебе бабы нужны! — истошно завопил оставшийся. — Бля, может мальчики сойдут?! У нас есть один! Молоденький совсем! Лет тринадцать! Мы этих куриц заставляли с ним развлекаться!

Я сдержался, чтобы не проматериться. Напряг шею, скрипя зубами от злости и желания вырвать этим уродам все что только можно. Видимо я расщедрился и часть из этих утырков получила быструю смерть. Зря я так с ними, надо было жестче.

— Ну и нахрена вы это делали?! — всё же проорал я, решив убрать лишние цели. А конкретнее поперестрелять девок к едрени фени. Один хрен они не выживут голые, в таком моральном состоянии. Уползающая пыталась петлять, а потому словила дробь в задницу. Свалилась, скуля как раненая собака, но ничего, добьем. Я подранков практически не оставляю. За это у нас штрафуют.

— Так бонусы за это давали! Дополнительные килограммы ништяков! И достижения открывали! — ответил мужик. Я понял, где он находится, так что решил сразу двинуть вперёд, прямо к зданию.

Аккуратно приблизившись к входу, бегло глянул на два тела. ППС-43 так и лежал, зажатый под тушей, вот только к моему сожалению, я сразу увидел перебитый ствол. Одна из пуль попала прямо в оружие. Редкость, но случается. А жаль, пистолет-пулемёт в нынешней ситуации крайне хорошая и полезная штука.

— Бля буду! Если б не бонусы, мы б ни в жизнь таким не стали заниматься! — начал оправдываться бандит. Судя по тому, как он говорил и где, он находится за небольшой стенкой, получается прихожая примерно, как тамбур, только дверей нет. Следовательно, надо гасить наверняка.

Выхватив левой рукой свой Кизляр из ножен на поясе, перехватил карабин под магазин локтём и резко вышагнув в проём, принялся стрелять на подавление. Точность не так важна, главное не дать высунутся уроду. Заходил внутрь, одновременно быстро стреляя в направлении проёма. Благо что внутренние перекрытия из досок, иначе бы рикошетов наловил по самое небалуй. Дробь застревала в досках, а где-то и пробивала их, часть дроби улетала дальше в проём, не встреча преграды. Противник инстинктивно вжался в стенку, забиваясь в самый угол и тут из-за перегородки появился я, сразу кидаясь на него. Первый же удар просто выбрасыванием правой руки вперёд, всё ещё сжимая пистолетную рукоять, от чего получился весьма мощный амплитудный удар прикладом в уровень головы. Не дожидаясь реакции, тут же наотмашь рубанул правой на уровне грудины, удерживая нож обратным хватом и на обратном ходе нанося колющий в грудь.

Не подрасчитал немного. Мужику и так дробь в спину прилетела, а от удара в челюсть он и вовсе поплыл, так что накалывал на нож я его уже как стреноженную свинку. В общем-то и всё. Ничего больше. Телефон у меня в кармане завибрировал, но я решил пока особо не отвлекаться и обтерев нож, пихнул его в ножны. Уже с фонарём и Наганом прошерстил оба барака. Нашёл правда только аналогичные кладовки с разными вещами, а также комнату для содержания пленников. Там действительно сидел парнишка лет тринадцати и просто втыкал в стену. То ли угашенный чем-то, то ли накуренный. Жалко его. Ему бы ещё жить и жить, да только с миром ему не повезло. На таких патронов не жаль. Выстрел в замкнутом пространстве отразился хлопком. У Нагана пуля дозвуковая, так что щёлкает не так уж и громко. Парень свалился на пол, сразу заливая тот кровью. Стрелял я грамотно, сверху вниз, чтобы наверняка, и без лишних мучений.

— Храни Господь твою душу, раз уж тело не сберёг, — перекрестил его на прощание и отправился добивать остальных.

С дамами проблем не возникло. Разве что пришлось добить раненую в задницу. Так же, выстрелом из Нагана в голову. Гражданских быстро отчитал. Всё же они стали жертвами в этой Большой Игре. Не знаю, может Рай и Ад тоже какие-то миры и Пирамиды в условиях Игры. Я уже сомневаюсь в этом всём, но мне приятнее верить, что за мучения при жизни эти люди попадут в нужное место, где их придёт умиротворение и спокойствие. Бандитов отмаливать не стал. Просто повскрывал глотки и бросил на местах. Ничего кроме мобильника Раздражителя у них не было. Да и тот, был выключен.

Оружие хлам. Один ППС-43, перебитый, который нет смысла тащить, три помпы, на манер МР-133, патроны к ним, нашёлся правда Макарыч, но к тому всего магазин. Однако тоже приятно, короткоствол лишним не бывает. Только его и забрал, не считая мобильника. В кладовых, быстро просмотрев содержимое ящиков, так же не нашёл ничего стоящего. Те же консервы, тот же хлеб. Один в один, прям как по шаблону. Разве что во второй комнате не медицина, а непонятно откуда натасканный сельхоз инвентарь, но стоящего топора или лопаты не нашёл.

Вдали раздался волчий вой, который продублировался чуть ближе, от чего я понял, что надо сваливать и чем быстрее, тем лучше. Быстро сбегав до холма и забрав свои вещи, бегом кинулся в обратный путь, попросту закинув пулемёт за плечо. Сейчас с сайгой будет посподручнее, мало ли волчары решат заграбастать ещё и деликатес к пирушке, которая их ожидает.

Лишь пробежав километр и поняв, что пулемёт неприятно отбивает бочину, из-за не утянутого ремня, решил остановиться и подогнать снарягу. Заодно проверил телефон. Опять сообщение со знакомым текстом…

«Уважаемый Игрок_… поздравляем с уничтожением группы раздражителей.

Проблема с регистрацией.

Проблема с начислением награды.

Награда заморожена.

Носимый системный терминал Раздражителя заблокирован.

Внимание! Из-за невозможности начислить награду, мы вынуждены её заморозить до момента активации персонального системного ключа. С уважением, администрация Большой Игры.»

— Мда… Ну, по крайней мере, первую галочку закрыл, осталось четыре… — тяжко вздохнул я. — Чую, потом смогу этими мобилами торговать в переходе… Хотя они их походу будут блокировать. Да и похер.

В приподнятом настроении от выполнения задачи, я поскорее отправился обратно к хате. Меня там наверняка уже ждёт Юленька, так что надо поскорее вернуться к ней.

Глава 15. Расход

Казалось бы, что могло пойти не так. Начало дня просто превосходное, однако, как всегда, закрадывается маленькое и противное «Но». В моём случае, это раннее пробуждение моей ненаглядной. Юленька, очнувшись и видя, что меня нет рядом, сильно удивилась. Скорее всего, в операционной ей стало страшновато, и она выглянула в холл. Возможно, услышала разговоры Алексис и Кристины, они ей не понравились с ходу и в итоге я лицезрел весьма неприятную картину.

Прямо в холе стояла Юля, удерживая дробовик и целясь в замерших на лестнице девок. Они негромко переругивались, так что подслушать их не удалось, а когда я зашёл, троица стихла.

— Дорогой, объяснишь мне, что это за две… — она замялась, подбирая выражение, чтобы не выругаться при этом.

— Проститутки? — подсказал я, спокойно подходя и ставя пулемёт на сошки. — Все просто, они были в плену у бандитов, которых я перебил. Скоро они уйдут, прямо сейчас начнут собирать вещи и свалят.

— И ты конечно же не имел никаких связей с ними, да? — скептически произнесла Юленька, хмурясь смотря на меня, словно я бы уже признался во всех грехах.

— Абсолютно никаких, — согласился и уже начал думать, что ситуация разруливается, но нет. Гребаная Алексис вместо того, чтобы заткнуться и быстро собраться, решила вновь показать, какая она хорошенькая и что с нею обошлись несправедливо.

— Алексей… Лёшенька… — Уайт медленно спустилась к нам, всё ещё умоляюще уставившись на меня. — Ты же хороший, ну не выгоняй…

— Пошла вон, шмара! — рыкнула на неё Юля. — Слышала я, как ты со своей подружкой хотела к моему мужу присосаться!

— Да даже если и так, то что? — огрызнулась Алексис, словно забыв, что я нахожусь рядом. Психика у девочки сдала окончательно. — Я хотя бы умею всё! И не отобью ему бедра своей тощей задницей! Ты себя вообще видела? У меня и грудь больше, и попа, и ублажить я смогу. А что имеешь ты? Захомутала парня поди, когда он глупым был и радуешься. У тебя ж и посмотреть не на что! Как ему вообще приятно было трахать такую?

Я уже мысленно похоронил дуру, когда Юленька протянула мне сайгу и практически сразу с диким воплем кинулась на обидчицу. Кричала явно что-то не членораздельное, пуская при этом в ход остренькие, наманикюренные и усиленные лаком ноготочки.

— Маникюр испортишь! — тяжко вздохнул я, видя, как моя малышка уже повалила американку и вовсю царапает ей лицо. Женская драка — это страшное зрелище. Алексис пыталась как-то закрываться руками, отпихиваться, но навыков явно не хватало. Не привыкла видать к тому, что «соперницы» могут быть столь агрессивны.

Кристина, видя всё это, вопросительно посмотрела на меня. Я лишь кивнул в сторону кладовой на втором этаже и жестами указал, что ей лучше побыстрее собраться и свалить. В отличии от подруги, Крис всё прекрасно поняла и потому убежала собирать вещи.

— Ай! Прекрати, ненормальная! — взвыла Алексис, когда в очередной атаке ноготь вспорол ей верхнее веко. Она уже даже не сопротивлялась, просто закрыв лицо ладонями и пытаясь сжаться.

Не умеешь драться, нехуй провоцировать драку. Так говорил мой бывший начальник, когда отчитывал парочку бойцов, которые умудрились выхватить по хлебалу от гражданских на улице. Американка драть не умела, а единственное её преимущество сейчас мешало ей же сжаться в позу эмбриона.

Перестав царапаться, Юленька сжала кулачки и начала стихийно наносить удары в голову и так поверженной противнице. Слабенькие удары, не профессиональные, но у меня женушка никогда и не была профессионалом в боях без правил. Я пару раз чисто от нечего делать показывал ей основы, как наносить удар, как держать руки в драке, но вряд ли она хоть что-то запомнила. Даже сейчас, вместо нормальных ударов выходили какие-то оплеухи и шлепки.

— Сука! Будешь ещё к моему мужу лезть?! Мразь! — ругалась Юля, подскочив и начав пинать лежачую.

Останавливать её я не спешил. Смысла не было, да и Алексис, честно говоря, заслужила. К тому же, если я сейчас остановлю мою малышку, то она все ещё будет зла, а так, пускай выпустит пар и успокоится.

Избиение американки продолжалось добрых десять минут, пока Юленька не выдохлась. Злобно сопя, она уселась на стоящую здесь же койку.

— Зайка, ты даже не представляешь, как она меня достала, — усмехнулся я. — У меня рука не поднималась, чтоб её нормально отпиздить.

— А зря, — зло процедила женушка, глянув на меня исподлобья, однако тут же перевела взгляд на лежащую и содрогающуюся в тихом плаче девушку. — И что она делала?

— Всё лезла и лезла. Сначала пыталась заигрывать, но потом видимо поняла, что я женат и изменять тебе не собираюсь. Попробовала уже напрямую соблазнить. Когда и это не сработало, с горя напилась, и уже пьяная ко мне полезла! — я лишь усмехнулся, глядя на то, как под головой Алексис расплывается небольшая кровавая лужица. Видимо всё же была повреждена какая-то вена. Не, не жилец она, это уже точно.

— Вот же су… — вновь начала накручиваться Юленька, но попытавшись подняться, лишь плюхнулась обратно. Видимо вспышка гнева забрала у неё все силы. — Избавься от неё… Как хочешь, но избавься, чтобы я её больше не видела!

Вообще, моя женушка прекрасно знала, что я могу убить, если она того попросит и, если это будет возможно провернуть без последствий. Так же она знала, что я верный муж, который сделает всё для её защиты и выполнит любую просьбу… Кроме уборки. Уборка мой криптонит, к которому я никогда не прикасался. Так вот, просила она крайне редко, понимая, что для такого прямолинейного солдафона запрос надо формулировать крайне чётко и не часто, чтобы не достать. Как правило все её просьбы ограничивались помощью по работе. В садике что-то перетащить или повесить. По мелочи ремонт провести. Я с пониманием относился к её просьбам и потому выполнял их.

— Хорошо, дорогая, — я спокойно кивнул, вытащив Макарыч. — Немного конечно жаль потраченное время, но увы, тупые люди умирают здесь мучительной смертью.

Видя пистолет в моих руках, Юленька чуть смутилась, но видимо всё уже для себя решив, лишь кивнула, давая своё молчаливое одобрение.

Выстрел эхом отразился от стен, однако даже не оглушил. Скорее наоборот, принёс после себя спокойствие и тишину. Алексис дёрнулась было, но тут же стихла, обмякая на полу. Кристина, услышав выстрел, выглянула из кладовки, правда уже с рюкзаком, набитым барахлом. Увидев труп подруги, она в шоке уставилась на меня.

— Мда, опять нашумели, — тяжко вздохнул я, ставя оружие на предохранитель и убирая обратно. — Что ж, быстро собираемся и валим. Малыш, я так смотрю, ты уже в полном порядке? Как ножка, зажила?

— Ой, да даже шрама не осталось, — устало улыбнулась жена, показывая чистую кожу под повязкой. Умничка, сама уже всё сняла. Осталось лишь переодеться, а то ходить в порезанных джинсах не самое приятное занятие.

— Вот и хорошо, — ухмыльнулся, указав на кладовую на первом этаже. — Там если что одежда в кучи свалена. Выберешь что понравится, а я пока рюкзаки соберу.

— Мне тоже? — обреченно простонала Юленька, а я лишь подошёл и нежно обняв её за плечики, чмокнул в лобик.

— Да, милая, тебе тоже. Но не беспокойся, поедем на машине, рюкзаки нужны будут чисто для подстраховки, если вдруг останемся без колёс, — я уткнулся носом в темечко любимой. Взъерошенные волосы чуть щекотали, но оно и понятно, Юля просто не успела привести себя в порядок. Наверняка сразу как проснулась, пошла меня искать.

Мне важно было другое. За прошедшие сутки, я дважды чуть не словил приступ. Нервы были и так расшатаны, а уж сейчас, в условиях Большой Игры, где кукуха едет быстро и у всех разом. Мне было просто необходимо спокойствие и вот уж что, а его Юленька могла дать сколько угодно.

Обняв и прижавшись, она чуть вздрогнула.

— Мне было страшно, — прошептала Юля, уткнувшись лбом мне в грудь. — Когда ты тогда упал. Я думала, что всё, убили тебя! Боялась, что потеряю тебя навсегда… Ты больной. Зачем ты туда полез? Вот что тебе там было нужно?

Я нежно гладил её по головке, давая выговориться.

— А потом тут… Проснулась, а тебя нет. И две бабы какие-то тебя обсуждают! — она не ревела, даже не всхлипнула ни разу, но я как-то почувствовал, что по её щечкам текут слёзы и потому утёр их. — И знаешь… Сразу так захотелось придушить их! Эта сука, говорила, что ты просто импотент и что она уж точно тебе поможет… Но это ж не так!

Кристина, тем временем, явно очухавшись и понимая, что может стать следующей, тихо спустилась по лестнице. Мы обменялись с ней молчаливыми кивками, после чего девушка вышла через пожарный ход, быстрым шагом удаляясь отсюда.

— И вообще, я не плоская, — недовольно проворчала Юленька. — Я же красивая?

— Самая-самая красивая, — согласился я и поцеловав её в темечко, отпустил. — Ладно, дорогая, пора собираться, а то в Резервации опасно долго рассиживаться там, где был выстрел. Могут подтянуться разные стервятники.

— Какие? — нахмурилась она, не совсем понимая о чём я, однако послушно отстранившись чуть назад и опасливо поглядывая на труп. — То, что мы попали в какой-то параллельный мир я уже поняла, но… Объясни поподробнее, любимый.

— Всё просто. Здесь куча дикого зверья, которое просекло, что где выстрелы, там и трупы. А трупы — это мясо… Всё, давай быстрее, времени мало, — я подхватил поставленный пулемёт и перекинув его на ремне за спину, быстрым шагом направился на второй этаж. — Помни одежда…

— Удобная, эластичная, и чтобы не мокла. Да-да, — тяжко вздохнула она, недовольно бурча. — И вот как быть красивой с тобой? Ты ж меня в камуфляж свой долбаный нарядишь!

— Вот и правильно, если налезет, то надевай камуфляж, — усмехнулся, уже заходя в кладовку с медициной. Здесь меня интересовало несколько коробок. К сожалению, готовых аптечек и сумок не было, а сгрузить все в машину было не реально.

Высыпав из средних размеров картонной коробки, всё содержимое, а это оказались капельный системы, я тут же принялся запихивать в короб все самое нужное. Перевязочные материалы, гемостатики, противошоковые, антибиотики, антисептики, отдельно вытащил ящик с инструментарием. Пару комплектов для постановки капельницы. Порошок от Пилюлькина всё же стоит оставить для себя и Юленьки, но мало ли наткнёмся на какого раненого потеряшку. Некое остаточное чувство справедливости просто не позволит мне пройти мимо.

По итогу список медицины набрался приличный и я забил три коробки, к которым добавился армейский ящик с перевязочными пакетами. Сразу после медицины занялся продуктами, но тут все было проще. Скоропорт откинул за ненадобностью. Котелок есть, так что две баклахи воды, пару мешков круп, макарон, тушенка. Все для походной жизни. Если план Пилюлькина выгорит, то уже через пару дней мы с Юлей будем в относительной безопасности. А на пару дней хватит и небольшого запаса. В конце концов, всегда можно поживиться в стартовых локалках раздражителей.

С оружием вопрос встал более остро. Спустившись в КХО, принялся разбираться с имуществом. Из дробовиков выбрал более-менее приличную сайгу. С которой меньше всего стреляли. Проверил на всякий случай. Осмотрел внутренности, перепроверил насколько хорошо фиксируются магазины, как досылается патрон. Мне перекосы и клины в критической ситуации не нужны. Удостоверившись в надёжности, отложил в сторону. С собою заберу весь имевшийся боезапас к сайге, его должно с лихвой хватить, учитывая, что опять же, у Раздражителей будет оружие, которое можно отнять.

— Лёшенька! — позвала меня Юленька, выглядывая из кладовой на первом этаже.

Что ж, моему совету она последовала и облачилась в камуфляж примерно так же как и я, вот только, она так же нашла где-то активные наушники, которые я при инвентаризации не обнаружил. Старенькие ГСШ. У меня тоже такие «уши» лежали дома и потому жёнушка прекрасно знала как с ними работать. Да чего уж там. Я осведомлён, что она в тихую тырила их и брала на работу. Дети всё же создания шумные, а так, надел активные «уши» и вот крики уже не такие и громкие. К тому же можно тихо слушать музыку. Да, воспитатель из неё так себе, но она изначально устраивалась в детский сад, чтобы проводить занятия, а не сопли вытирать.

— Ты ж моя лапочка, — довольно улыбнулся я. — Молодчина, пойдём что ли машину загружать, я в принципе собрал всё что надо…

Меня прервал громогласный рёв медведя, прозвучавший где-то в стороне. За ним раздался грохот и скрежет. Кажется, косолапый решил докопаться до автобуса.

— Вернись в комнату, — скомандовал я, перетягивая пулемёт на грудь.

Практически моментально взлетев на второй этаж, я на ходу уже вкладывался плечом в приклад Дегтярёва. Ближайшее окно с видом на автобус было в спальне, так что решил кинуться туда. Медведь не волк, потому что, во-первых, выступает в цирке, а во-вторых, не может прыгать на уровень второго этажа. Масса слишком уж к земле жмёт.

— Еба… — вырвалось у меня, когда мне открылся вид сверху.

Здоровенный чёрный медведь с крайне жёсткой и огрубевшей шерстью, на которую словно наросла плотная корка из грязи, крови и чьих-то останков. По сравнению с этой зверюгой, земные мишки казались просто мелкоразмерными щеночками. Всё же повезло, что ночью мы разошлись полюбовно. Эта тварюга размерами сама была с треть автобуса. Метра два с половиной в холке и метра четыре в длину. Такой если просто на задние лапы встанет, спокойно засунет лапу в окно. Морда при этом мелкая, вжатая в могучую шею, которая видать и защищает органы зрения и слуха. Назвать месиво с мелкими прорезями глазами и ушами, у меня язык не повернётся.

Нет, всё же ночью я слишком в себя поверил. Это реально живой танк. Небольшой такой, времён первой мировой, но живой. Масса правда поменьше будет чем у танка, но на вскидку тонны эдак полторы весит мишаня. Такая дура если разгонится, то автобус просто протаранит и снесёт. Лоб-то массивный и развит видимо как раз для подобных таранов. Благо хоть шипов нет. И на том спасибо.

Уперев пулемёт сошками на подоконник, перехватился по-пулемётному, обхватывая правой пистолетную рукоять, а левой рукой фиксируя приклад. Дистанция минимальная, патроны в диске что надо. Как раз для уничтожения лёгкой бронетехники.

Медведь упорно пытался прорваться в автобус, в который через приоткрытую дверцу умудрилась пролезть Кристина. Девушка забилась под сидения и, кажется, дрожала от страха. Ну да, к такому её жизнь явно не готовила. Да и я хорош, оставил девку без оружия. Впрочем, её проблемы. Я лишь могу помочь, завалив зверюгу.

Прицелившись примерно чуть выше передней лапы и ближе к центру корпуса, вдавил спуск. Очередь вышла длинная, я патронов решил не экономить, черт его знает, на что местные мишки способны. И каково же было моё удивление, когда первая пуля, буквально расплющилась о слой какой-то грязи, словно это была металлокерамическая пластина. Только бронебойный сердечник ушёл глубже, оставляя оболочку снаружи. Нет, я однозначно попал и вся очередь в двенадцать патронов зашла как надо, вот только этого было МАЛО! Медведь, явно почувствовав, что его тут не любят, взревел и с места стартанул в лес. Я для острастки ещё дал короткую очередь ему в спину, кажется даже попал чуть выше задницы, но это не принесло существенного эффекта. Да, сердечники ушли глубже, наверняка повредили внутренние органы, но странное покрытие на шкуре лишь потрескалось, оставляя оболочку от пуль поблескивать во входных отверстиях раневого канала.

Отчего-то вспомнилось, как мы в одной из командировок с друзьями чисто из интереса стреляли с ПКМа по сгоревшему БРДМу. Эффект от попаданий тогда был примерно такой же. 7,62х54 местам пробивал броню, но зачастую лишь сбивал краску, оставляя вмятину или забоину.

— Ну и срань… — прошептал я, отходя от окна и быстро снимая диск с пулемёта. — Волки акробаты и бронированные медведи… Осталось найти медоеда-растамана и белку-камикадзе, для полного комплекта.

Впечатления от встречи с медведем осели довольно глубоко и потому я на всякий случай доснарядил дисковый магазин бронебойными. Ну их нафиг. Пускай это и лишний расход, но лучше я по всему живому боду стрелять чем-то пробивающим, чем стану закуской для этой живой бронетехники.

— Он ушёл? — обеспокоенно спросила Юленька, выглянув из кладовки.

— Ушёл, а теперь и мы валим, — я закинул пустое тело пулемёта за спину, кинув диск в сумку с боекомплектом к пулемёту, после чего принялся быстро загружать машину.

Лишь когда мы с Юлей сели в машину и отъехали метров шестьсот от хоты, сзади вновь раздался дикий рёв и серия выстрелов из дробовика. Ну что ж, могу лишь пособолезновать Кристине. Если с бандитами я ещё могу справиться, то вот от живности постараюсь держаться подальше.

— Медведь жив? — удивилась женушка, оглядываясь. — Ты что, промахнулся?

— В том-то и дело что нихрена не промахнулся, — напряжённо выдохнув, я глянув в зеркало заднего вида. Меня моментально пробил холодный пот. — Еб вашу…

Мы уже выехали на шоссе и набрали неплохую скорость, поскольку до следующего Раздражителя было километров двадцать, однако я не учёл один факт. Зверьё, привыкшее, что где выстрелы там и обед, могло привыкнуть и к тому, что где шум двигателя, там и консервы. Видимо мишка был из таких, или просто затаил на меня обиду, потому как разогнавшись, нёсся за нами и кажется, что дюжина пуль в туше ему не особо-то и мешала…

Интерлюдия 3

— Ну и каков твой вердикт? — спросил Дмитрий, не понимая почему Сапёр спокойно расхаживает между трупов. Он попросту не понимал, что Выживатель хотел здесь рассмотреть. — Ну расстреляли их и всё, что с того? Найдём других раздражителей…

— Заткнись, — недовольно рыкнул Сапёр, присев рядом с лежащей девушкой, изучая входные отверстия раневого канала. — Не мешай думать.

— Может ты хотя бы озвучишь над чем думаешь, а? А то мы с ребятами стоим и нихрена не понимаем! — негодуя и довольно громко произнёс боец. — Тут ещё выносить и выносить! Локалки, оружие с тел, да и просто прикопать трупы, а то ты тут прям как следак место преступления облизываешь. Это не трогайте, тут не ходите, гильзы не пинайте, тела не сдвигайте. Что ты хочешь здесь увидеть? Были раздражители, был налёт, а может и сами перестрелялись.

— Не всё так просто, — устало отмахнулся Даниил, вставая и оглядываясь. — Тут работал одиночка. Сначала поднялся вон на этот холмик и отработал по окнам. Очередями снял двух у костра. Судя по тому, что гильзы сгруппированы снизу, прям на позиции, стрелял он с ДП-27 или чего-то похожего, что гильзы вниз бросает. Сбрив охрану, отработал по окнам, снимая наблюдателей. Дальше выманивал на живца. Хотя… Скорее бросил пулемёт и пошёл обходить. По бабам стрелял уже из этого куста. Эта пыталась сбежать, вон как ей всю задницу разворотила. А эта умерла на месте, чёткое попадание, стояла ровно.

— Ну и нахрена это знать? — не понял Дмитрий, почесав затылок. — К чему клонишь?

— К тому, что я походу не единственный тут Выживатель. Слишком уж грамотная работа для одиночки. Мы с ним примерно на одном уровне, хотя я бы погромче поработал, сразу пулемёт бросил после снятия часовых и пошёл зачищать. Он же, стал выжидать, — Сапёр задумался. — Странно, что локалки не тронул, да и оружие… Хотя у одного мужика рядом валяются гильзы от девятки. Видимо он всё же прибрал к рукам Макарыч или Стечкина. Хм. Нет, всё же Макарова, гильз было мало. Шёл скорее всего по низине. Это правильно, я бы так же пошёл.

— Нет здесь других Выживателей, — нахмурился командир разведывательного отряда. Дмитрий, как оказалось, в данном отряде просто был особистом. Командовал же группой некий Самурай. По факту это был просто бурят, который любил японскую культуру и увлекался катанами. Насколько Даниил понял, Самурай являлся Сталкером третьего уровня.

— С чего вдруг? Меня закинуло, могло вот и его закинуть, — усмехнулся Сапёр.

— Ты не Выживатель и даже не Игрок, — хмыкнул Сталкер. — Впрочем, ты ещё юнец, так что объясню. Выживателей, если они изначальные, ставшие таковыми со старта, не закидывает в условия подобные нашим. Выживатель семьдесят процентов времени занимается собственным выживанием, а остальное время гнобит ближайшие поселения, если те не смогли с ним договориться. Тут Выживателю делать нечего. Здесь поселений нет, а вот так гасить мелких Раздражителей ему не с руки. Как правило Выживатели с Раздражителями сохраняют относительный нейтралитет, если нет заказа на их устранение от поселения. Тут же на лицо, что была группа бандитов, которая держала в плену рабов. Ни с кем не контактировала и жила явно дикарём, ловя потерях у моста.

— Ага, вот только он как-то на них вышел и в одиночку разобрался со всеми, при этом, никаких телефонов не обнаружено, — недовольно поморщился Сапёр, потирая переносицу. — Мля, ну и херня. Не сходится. Работает явно специалист, но взяться ему тут неоткуда. При этом если он работает словно по наводке. Ладно, собирайте ништяки, хрен с вами, один фиг вам потом его валить.

— Это ты с чего решил? — удивился Самурай. — Я про то, что, по наводке работает. Как по мне, так просто мужик с пулемётом и дробовиком вышел на группу бандитов. Порамсили и разошлись, а ночью он пришёл разбираться. Ты ж сам слышал активную стрельбу. Порешил их и свалил.

— Забрав лишь один Макарыч, ну-ну, — усмехнулся Даниил, глядя на командира группы как на идиота. — Ты ещё мне скажи, что он не знал, с какой стороны подходить и занимать позицию, чтобы расстрелять дозорных.

— Повезло, — пожал плечами Сталкер. — Просто повезло, вышел с удачной стороны, быстро сориентировался и отработал.

Сапёр лишь тяжко вздохнул, понимая, что спорить с ними бесполезно. Для себя он все равно отметил, что на схеме расстановки сил появился ещё один профессионал.

«А может это просто Пилюлькин так балуется? Узнал, что я попал и сотрудничаю с поселением. Понял, что мне нужен телефон Раздражителя и теперь просто к чертям собачьим вырезает всех ближайших, чтобы мне терминал не достался? За этим стариком не заржавеет» мысленно усмехнулся парень, направляясь обратно к броне. Для нужд разведгруппы, в состав которой был прикомандирован Сапёр, выделили аж БТР-60ПБ. Старенькая развалюха с десантным отсеком на восемь тел и слабеньким вооружением. Впрочем, для условий Резервации и КПВТ в спарке с ПКТ является более чем достойной огневой мощью. А учитывая, что, помимо этого, у группы имелось два пулемётчика с РПК, а также шесть стрелков с АКМами, то шансов у Раздражителей, на которых разведчики объявили охоту, попросту не оставалось.

Правда, восемь человек это с учётом мехвода и стрелка. Игроков в этой группе было четверо. Сам Сапёр, мехвод, являвшийся Сталкером второго уровня, Сталкер третьего уровня Самурай и Дмитрий, которого Даниил точно определил как Игрока, но не мог назвать специализацию. Сам особист темнил и просто так раскрывать карты не хотел. Для себя же Выживатель отметил, что его вынужденный товарищ скорее всего тоже как-то связан с информацией, как и встреченный им недавно майор. Вот только у особиста уровень тоже был около второго.

— Слышишь? — негромко произнёс мехвод, что наполовину высунулся из люка, прислушиваясь. Машина стояла заглохшей, так что в тишине утра было слышно тихий раскат пулемётной очереди. Далёкий такой раскат и если бы не усиленное за счет способностей восприятие, Сапёр бы ничего и не услышал.

— Мда, видимо наш одиночка зачищает ещё одну групп, — не весело усмехнулся Даниил и окликнул разведчиков. — Эй, Архаровцы, бросайте хлам, свяжитесь с трофейщиками, пусть они катят. Походу утро будет бодрое!

— Чего? — не понял Дмитрий, уже тащивший куда-то поломанный ППС-43.

— Ничего. Дятел долбит дерево и если мы ему сейчас крылья не обрежем, то останемся без деревьев в округе. Он ж их под корень сносит, так что всё, запрыгиваем и поехали, — настоятельно порекомендовал Сапёр. Приказывать, он не имел права, а вот к его рекомендациям было велено прислушиваться. — К тому же, вам что, не охота затрофеить пулемёт? Машинка там явно серьёзная.

— Не, ну за пулемётом можно и скататься, — усмехнулся Самёрай, подходя к бронетранспортёру и закидывая в люк связанные каким-то шнуром дробовики. — Сапёр прав. Локалки путь другие вывозят. Мы стволы прихватили и с нас хватит… Группа, на броню!

Разведчики довольно быстро собрались и уже минут через пять, как все расселись по своим местам, машина медленно двинула к дороге. Медленно, потому что заезжать к домам требовалось через кустарник. БТР, конечно, снёс большую часть деревьев, но мехвод свою коробочку берег и потому не хотел ломиться напролом. Сапёр с одной стороны прекрасно понимал, что если они здесь встрянут, то надолго, ибо эвакуаторов нет, а с другой стороны, ему не хотелось давать тому пулемётчику отрыв по времени.

Наконец вырулив на дорогу и проехав от силы километр, они увидели впереди занятную картину. По шоссе неслось затюнингованое детище русского автопрома, за рулём сидел довольно молодой мужчина и то и дело оглядывался назад. На заднем сидении у него явно находился ещё один пассажир. Однако бойцы, сначала обрадовавшиеся потеряшке, тут же напряглись. Сразу за машиной, отставая от силы метров на двести, нёсся крупногабаритный медведь.

— Япона мать, — восхитился Самурай, выглядывая из люка. — С КПВТ по медведю! Дистанция полтора, давай, огонь! Не задень машину!

Стрелять на скорости по движущейся цели, мероприятие очень рисковое. Однако стрелок был гением, а как любой гений, имел энное количество рукожопости и идиотизма. Коротка очередь с крупнокалиберного пулемёта, высекла кучу фонтанчиков, разбивая асфальтное полотно, но ни одна пуля, даже рикошетом не задела мишку. Тот, явно поняв, что гоняться за маленькой консервной банкой не интересно, тут же направился к большой упаковке шпрот.

Тем временем Лада просто пронеслась мимо, уезжая дальше к мосту и скрываясь за ним. Разведчики хотели было её тормознуть, но медведь уже влетел в бронетранспортёр. Словно живой таран он вмялся в броню, да так, что машину чуть на дыбы не подняло. Гулкий грохот и вот десятитонная машина, в которой до кучи было ещё около тонны сверху, чисто живой массы и снаряжения, накренилась, падая на бок.

Кто находился ближе к люкам, ехали на броне или полувысунувшись, сразу покинули машину, рассыпаясь и готовясь к бою. Медведь, явно переоценив свои силы, тряс головой, пытаясь понять, что происходит и с чего это консервная банка не вскрылась.

Сапёр, вылетев одним из первых, довольно болезненно приземлился, однако тут же вскинул РПК, открывая огонь по медведю из положения лёжа. Косолапый такого не ожидал, а потому отшатнувшись назад, принялся было набирать разбег в сторону Выживателя. Однако ему тут же в бочину ударила ещё одна очередь. Даниил не сразу понял, что произошло, но зверюга, пронзительно заревев, завалилась на асфальт, начав дёргаться в припадке.

— Походу по нему кто-то до нас отстрелял, — крикнул Самурай, подходя ближе к туше и на всякий случай добивая зверя ещё одной короткой очередью. — У него ж не шкура, а натуральная броня слоёная! Вон как разворотило бочину, видать хорошенько так постарались.

— Да пулемётчик тот и стрелял, — усмехнулся Дмитрий, подходя к опрокинутому бронетранспортёру. — Ну он и зараза, всю морду помял.

— Да хер с ней, с мордой! — внезапно заорал мехвод. — Сука, Саню убило!

Всем резко стало не до шуточек и не до медведя. Стрелка, что работал с КПВТ, кое-как вытащили на воздух и под ярким светом фонариков начали приводить в чувство. Оказалось, без толку. Боец во время толчка никак не был зафиксировал и со всего размаху приложился обо что-то расшибая голову в мясо. Черепно-мозговая травма и как следствие, остывающее тело.

— Это что ж выходит, тот гандон мишку раззадорил, натравил на потеряшек и свалил? Из-за него Санька… — нервно сглотнул Самурай, стягивая вязаную чёрную шапку.

— Ага, а что, если это были не потеряшки на Ладе? — хмыкнул Сапёр, пытаясь вспомнить лицо водителя.

— Да не, иначе бы я их быстро считал, — отмахнулся Дмитрий. — Потеряшки, не Игроки — это точно. К тому же, молодой мужик, а у него на заднем сидела молодая женщина. У водилы кольцо на пальце поблескивало, так что скорее всего это его жена. Плюс оружия в машине я не увидел.

— Хрена ты глазастый, — удивился Даниил, с уважением посмотрев на особиста.

— Профессия обязывает, — оскалился тот. — Не, теперь точно надо с этим хреновым стрелком разобраться. Тут уже дело принципа. Санька хороший мужик был. Тут без вариантов. Самурай, вызывай давай наших, нужно коробочку на дорогу ставить, тушу приходывать, да тело к родне увезти.

— Ага, вот только сам будешь его жене объяснять, — тяжко вздохнул Сталкер, залезая в БТР и вытаскивая оттуда рацию.

— А толку объяснять? Не поймёт, — отмахнулся Дмитрий.

— Это всё конечно прям офигительно грустненько, но ловить пулемётчика надо. Пока мы тут стоим и ждём эвакуатора, который вряд ли быстро раздуплится ранним утром, этот гад уже сможет уйти на приличное расстояние, — Сапёр решил прервать затянувшуюся поминальную паузу. — Не знаю как вы, господа, а я хочу побыстрее разобраться с одиночкой. Уж мне ли не знать, на что способен профессионал, вошедший во вкус. И это он пока что со старым пулемётом и дробовиком. Вы хоть представляете, что сможет наворотить это Выживатель, попади ему в руки нормальный ствол, запас гранат и хотя бы пара мин?

— Повторяю, он не Выживатель, — отмахнулся от него командир группы, однако суть слов уловил. — Значит так, Якорь за старшего, мы с Демоном и Сапёром двигаем дальше по дороге. Где говоришь этот дятел долбил?

Даниилу осталось лишь указать направление и тройка Игроков двинула по направлению, откуда приехала машина и примчался разъярённый медведь.

Каково же было удивление всей троицы, когда по итогу, через несколько километров они вышли к единственному отвороту дороги. Бетонка, которую словно криво приклеили к трассе, уходила в сторону. Не будь здесь следов того, что через лес ломился медведь, тройка бы прошла мимо, а так, заинтересовавшись, они двинули по следу косолапого.

— Походу он всё же зачистил ещё одних, — усмехнулся Сталкер, без опаски подходя к двухэтажному зданию. — Внутри никого, только трупы.

— Не удивительно, — усмехнулся Сапёр. — Обойду-ка я вокруг на всякий случай…

Стоило ему зайти за угол дома, как он громко выругался. Прямо под стеной лежали туши волков, раскуроченные крупной дробью. Однако спустя всего пару секунд мат уже донёсся изнутри здания. Решив посмотреть, что же так удивило особиста, парень вернулся назад и зашёл через парадный вход.

— Походу он тут жил! — разорялся Дмитрий, выскакивая из комнаты на втором этаже. — Несколько дней причём! Перебил местных раздражителей, после чего сам заселился.

— А ещё походу кого-то лечил, — усмехнулся Самурай, выглядывая из-за массивной стальной двери на первом этаже. — Тут прям полноценная операционная, а вон в той коробочке окровавленные бинты и мелкий мусор. Упаковки там, перчатки, шприцы…

— Мда, — Сапёр присел рядом с телом девушки, что лежала рядом с лестницей. — Ха… Походу мы его упустили, причём наш пулемётчик реально не Выживатель.

— С чего ты взял? — нахмурился Дмитрий, подходя. Однако стоило ему приглядеться к трупу, как он тут же влепил себе ладонью по лбу. — Да ну твою ж мать.

— Что там? — поинтересовался Самурай, решив заняться более полезным делом, а именно, проверкой здания на наличие локалок, которые он естественно, тут же обнаружил.

— Да так, следы от ногтей, женских. Видимо с ней сцепилась другая девушка, а потому её добили. Дим, тебе ничего не напоминает входное отверстие? — усмехнулся Сапёр, аккуратно толкая голову трупа стволом пулемёта, чтобы особисту было лучше видно.

— А что тут вспоминать. Я тебе и так скажу, убита выстрелом из пистолета Макарова, — тяжко вздохнул он.

— И? — всё ещё не понимал Сталкер, слишком увлёкшийся разборкой кучи сумок с одеждой и вещмешков с камуфляжами. — Сапёр, Демон, вы б лучше посмотрели, что тут! Полные комплекты ратника, только броня и шлема старые!

— Блять, ты походу ещё не проснулся, — прорычал Даниил. — Стреляли из того Макарыча, что отжали у Раздрожителей, у которых мы только что были. Алё нахер, очнись. Так, бля, Дим, ты точно уверен, что он не Игрок?

— Да точно! — отозвался особист, начавший нервно расхаживать из стороны в сторону, активно изображая мыслительный процесс. — Я Игроков чую за версту, ну разве что, с тобой промашка, ты не Игрок, тебя вообще только Альт смог опознать…

Он остановился, резко посмотрев на Сапёра, впадая в степень крайнего бескультурного офигевания. Даниил понял к чему тот вёл и тоже прифигел. Разгадка вопроса была на поверхности. Дмитрий не опознал пулемётчика как Выживателя, потому что тот так же, как и Сапёр, провалился сюда неожиданно, утратив статус Игрока.

— Как думаешь, какой уровень? — решил всё же уточнить Даниил.

— Не ниже второго, но судя по тому, как хладнокровно действует, я б сказал, что третий, — прохрипел особист, у которого в миг пересохло горло от напряжения. — Бля, он же уехал по дороге, а там ближайший пост… Его как потеряшку примут и всё, пиздец поселению. Если он реально бывший Выживатель, то к чертям собачьим всё разнесёт, лишь бы до терминала добраться. Видать мобилы Раздражителей не работают.

— Хреново, — согласился Сапёр. — Так, нафиг, надо быстро вернуться к броне, а пока идём, Самурай, свяжись с группой, пусть передадут в посёлок, чтоб готовились. Как бы он реально чего не натворил, пулемётчик херов…

Тройка быстро подорвавшись, практически бегом двинулась обратно, так и не заметив, что за ними из лесу наблюдал пожилой человек. Дождавшись, когда Игроки уйдут, он лишь тихо усмехнулся.

— Ох, вот за это я и люблю тебя, Игра, — прошептал он, подхватывая на плечо, лежавшее у его ног, связанное тело молодой девушки, которая активно пыталась брыкаться и что-то мычать. — Ну ладно, не вырывайся, у нас ещё много дел…

Попытки освободить резко прекратились и пленница, погрузившись в сон, повисла безвольной куклой на плече у старика, что медленным шагом удалялся от дома, скрываясь в лесу.

Глава 16. Раздражитель

Наблюдая в зеркало заднего вида, я лишь мысленно пособолезновал тем, кто сидел в бронетранспортёре. Медведь сшиб его с дороги, даже не особо запариваясь, однако сидящие на броне тут же попрыгали, ощетинившись стволами и устроив косолапому горячую встречу. Для меня оно и к лучшему. Такой хвост мне нафиг не нужен, вот только напрягало другое.

Откуда здесь БТР с полностью снаряженной боевой группой? Там было полноценное отделение, у парочки я даже видел ручные пулемёты. Это явно была уже подготовленная группа захвата, направляющаяся по своим делам. Вот только за что-то мой взгляд зацепился. Я даже сбавил скорость, чтобы обдумать, что же такое меня привлекло. Чутью я привык доверять и как раз оно и голосило, что надо драпать как можно дальше отсюда…

Отчего-то вспомнился Пилюлькин с его рассказами. Как он там Сапёра описывал? Тощеватый парнишка лет двадцати с огнём в глазах? Я упорно попытался вспомнить лица тех, кто ехал на броне и вдруг меня осенило. Уж не знаю от чего меня так торкнуло, но мне почему-то показалось, что описанный стариком парень был среди них. Точной информации он никакой не дал, да и описание более чем расплывчатое, но всё равно. Чуйка вопила, что там Выживатель и точка.

Впереди уже замаячил мост, я рефлекторно посмотрел в сторону двух зданий, где были Раздражители и, к своему удивлению, увидел колею пробитую прям через кустарник тем самым БТРом.

— Да ну на, — только и смог прошептать, кратко глянув в зеркало заднего вида и набирая ход. Бойцы уже разобрались с медведем и копошились у броневика, а я же надеялся как можно быстрее смотаться.

Не факт, что они приехали за мной, может конечно мимоходом заглянули к Раздражителями, но и сбрасывать эту версию со счетов не стоит. Стоит перестраховаться, а для этого придётся бросить машину. По дорогам нас с Юлей отследить проще всего, тем более что я сильно сомневаюсь, что эти ребята «залётные» и не имеют дорожной карты.

— Дорогой, — негромко позвала Юленька, оглядываясь назад. — А что это сейчас было? Какие-то военные… У вас же это, как его, боевое братство. Ты сам мне все уши прожужжал, что военный ветеран не бросит другого ветерана в беде. Может стоило остановиться и попросить у них помощи? Тем более что вон, с тем грозным медведем они разобрались.

— Это не военные, — отозвался я, не отвлекаясь от дороги. — Это ополченцы. Одеты не по форме, шевроны отсутствуют, вооружены как бандформирование. Техника грязная и так же без номерных знаков, так что лучше нам их сторониться и вообще… Любимая, послушай меня внимательно и не перебивай.

Тяжко вздохнув, свернул с трассы на небольшую тропку. По навигатору можно было по просёлке выехать километров через десять к небольшой поляне близь болота, там расположился ещё один Раздражитель.

— Я пересекался с одним бывшим Игроком, он сказал, что у нас с тобой есть возможность свалить из этой Большой Игры. Тихо! Даже не думай сейчас сбивать меня с мысли, — предотвратив зарождающийся поток вопросов, решил продолжить. — Так вот, воспринимай все происходящее как Игру. Ты ж видела все эти фильмы, по типу… Ну… Голодные Игры, Бегущий в Лабиринте или чё там схожее есть. Короче, играют тут по-взрослому и по-военному. Тот бывший Игрок сказал, что нас в Игру затянуло случайно, мы можем вернуться если выполним условие. Для выигрыша нам необходимо выполнить условие. Если точнее, то уничтожить группы Раздражителей. Бандиты подобно тех, что тебя подстрелили. Поэтому мы с тобою сейчас едем уничтожать ещё одну банду. Это ясно?

— Угу… — нахмурилась она, пытаясь переварить полученную информацию. — Хорошо, это конечно всего лишь Игра, но пообещай мне, что больше никаких баб спасать не будешь. Учти, я им ночью глотки перережу.

— Верю, — довольно улыбнулся я, послав жене воздушный поцелуй. — Вот уж в это я верю. Хе-хе, но и тебе надо понять, что нам придётся участвовать в жестких замесах. Так что будь любезна, когда я говорю, слушай внимательно, не обижайся на грубость и выполнять что я тебе скажу. От этого может зависеть наше с тобою выживание.

— Ой, Лёшенька, тебе напомнить, как ты меня на охоту вытащил? — звонка рассмеялась она. — Прям один в один, как по заученному. Тогда тоже из себя строил великого выживальщика, рассказывая, что от моего послушания зависит, сможем мы выйти из леса живыми или нас лоси на рогах вынесут.

— Кабаны на клыках, — поправил её, улыбаясь от приятных воспоминаний. — Я говорил тогда про кабанов.

— Ага, а за три дня блуждания по лесу, мы подстрелили лишь пару кроликов и лисичку! — не унималась Юленька, во всю заливаясь хохотом. — А также шуганулся от старого лося, который увидев тебя сам чуть не сдох!

— Ты мне до конца жизни будешь это припоминать, — я уже смирился с тем, что тот наш поход на охоту оставил у моей женушки только приятные и весёлые воспоминания.

Признаться честно, я знал, что в тех угодьях нет ни медведей, ни волков, ни кабанов. Они были максимально безопасны, я же не дурак, чтобы рисковать любимой беря её на опасную прогулку с оружием. А так, чисто гуляли по живописным холмам, фотографируя закаты и любуясь природой. Ну и не только любуясь, не зря же я тогда взял палатку и тёплый спальник… Всё же гормоны на природе шалили, так что возможно в нашем плохом улове виноваты ночные стоны. А впрочем, главное — это приятные эмоции и впечатления, ну и совместные воспоминания.

Пока мы ехали, Юленька окончательно расслабилась, смирившись с происходящим. Как по мне, так лучше она будет считать всё это жестокой Игрой и доверяться моему опыту, чем паниковать из-за того, что мы якобы попали в другой мир. Не стоит ей знать об подковёрных играх, да и мне, наверное, тоже. Даже если этот Пилюлькин мне наврал, я всегда смогу прижиться в местном поселении, а Юлю утащу за собой. Вот уж кто, а квалифицированный педагог везде найдёт себе работу.

Добрались до точки «броса» довольно быстро. Я остановился, загнав машину в небольшую яму. Сразу после торможения выскочил наружу и принялся быстро собираться. Рюкзаки были готовы заранее, так что осталось лишь разобраться с оружием. Естественно, что я прихватил ещё сумку с патронами к ДП, сам пулемёт, Сайгу, небольшую сумку с магазинами к ней, а также пистолет. Наган сбагрил женушке. У меня дома имелся макет Нагана, так что уж с револьвером она работать умеет. Как бы это странно не звучало, но она регулярно использовала его как реквизит для театральных постановок. То Карабас-Барабас, то какой-то Пират, то ещё что.

— Ну что, попрыгаем? — усмехнулся я, загрузившись по полному и совершив пару лёгких прыжков.

— Да ты издеваешься! — возмутилась Юля, для которой и один рюкзак казался неимоверно тяжёлым, хотя я сгрузил туда наиболее лёгкие вещи.

— Издеваюсь, — согласился, осматривая машину. Загнал её конкретно, так просто не выдернуть. На всякий случай закрыл двери, заблокировав их. Для меня потом вскрыть ласточку будет не так проблемно, а вот преследователей в случае чего задержит.

Недовольно сопя, Юленька всё же один раз подпрыгнула, прекрасно понимая, что традиции нарушать нельзя. А прыжки перед дорогой были скорее традицией. Один фиг на рюкзаках звенеть было нечему, а оружие бряцало и так. Я мог бы изолентой перемотать карабины фиксирующие ремни на антабках, но у меня попросту не оставалось на это времени. Если нас действительно преследуют, то разрыв с той группой от силы часа полтора. Значит надо как можно быстрее разбираться с Раздражителем и двигать дальше.

По навигатору двинули, срезая через лес. Нечего нам оставлять свои следы на тропах. С Юлей, конечно, особо скрытно не побродишь, но по крайней мере, после совета смотреть под ноги, они уже не так сильно хрустела сухими ветками.

По GPSя примерно прикинул позиционку. Одинокое здание с довольно хорошей простреливаемой зоной вокруг, стоящее практически на границе с болотом. При этом от здания одна из дорожек уходит дальше на север, при этом не касаясь трассы, а изгибаясь и выходя к бетонке. Там по бетонке можно довольно быстро либо выехать обратно на трассу, либо же свернуть к небольшому хутору на пятёрку домов.

Однако пока что меня интересовало именно здание и овраг, который так красиво расположился метрах в двухстах от дома, уходя в глубину леса от силы метров на десять. Именно из этого оврага в случае чего можно неплохо так обстрелять домишко.

Вот только я немного не учёл время суток и потенциальный дебилизм отдельных личностей. Сейчас фактически было около семи часов утра. Естественно, что все адекватные люди в это время ещё только готовятся к работе, а то и вовсе смотрят сны. Но нет, угораздило же нас выйти к группе сборщиков.

Довольно громкий разговор я услышал заранее и остановился, притормозив и Юлю. На всякий случай скинул рюкзак с сумками и приказал жене сидеть тихо. Пулемёт так же отложил. Стрелять с рук с него невозможно, тут Сайга мне больше поможет, особенно учитывая её небольшую длину. Оставив женушку в засаде, сам начал аккуратно подкрадываться к источнику шума.

Группа из двух гражданских и одного вооруженного мужика, спокойно расположились на поляне. Гражданские представляли из себя престарелую парочку. Женщине лет под семьдесят и мужику около семидесяти пяти. С ними молодой парень лет девятнадцати. Обритый налысо, с характерной бандитской рожей и одетый спортивный костюм. Ко всему прочему, у него на груди висел АКС-74У со сложенным прикладом. На поясе виднелся штатный армейский подсумок и явно не пустой. Парнишка сидел расслабленно и покуривал сигарету, при этом смотря как баб с дедкой перебирают какие-то грибы в больших корзинках и спорят о том, какой гриб ядовитый, а какой нет.

— Утро доброе, — громко поздоровался я, выходя к ним, со спины для парня и сразу вскидывая ружьё. — Не беспокойтесь, я человек добрый, а ты молодой, даже не думай оборачиваться. Ручки подними, чтобы я их видел, а то я нервный, пальчик дёрнется и тебе половину головы снесёт.

Он хотел было дернуться к автомату, что был у него на груди, но тут же получился смачный пинок в бочину. Влупил я конкретно, пробивая «доле чаги». От хорошо поставленного удара, парня тут же снесло на землю.

— Не зли, сопляк, — рыкнул, тут же наступая ему на правую руку и прижимая кисть к земле, при этом направляя ствол Сайги ему в голову. Пробрало парня сразу же. Всё же вид черноты канала ствола, который смотрит тебе прямо в глаза, заставляет о много задуматься.

— Ой, что ж делается-то… — охнула бабушка, однако дед, напрягшись, сгрёб её чуть назад, аккуратно пытаясь что-то достать из лукошка.

— Времена нынче такие, что вооруженные люди либо бандиты, либо благородные бандиты, — я усмехнулся, кратко глянув на деда. Тот понял, что с грибным ножичком кидаться на меня бессмысленно и застыл, бледнее и кажется превращаясь в статую.

— Чё те надо? — прохрипел парень, морщась от боли. Сигарету он так и не выплюнул, видимо рефлекторно стиснув фильтр зубами.

— Информация, — спокойно ответил я, вновь глянув на поверженного спортсмена. — Кто такие, сколько вас, а также, какого хрена ты такой вооруженный, а дедушка в случае чего будет небольшим пёрышком отмахиваться?

— Бандит он! — тут же воскликнула бабушка, перекрестившись. — Господи прости! Как есть, бандит! И остальные там бандиты! Этот и пара его дружков, с ними ещё девка распутная!

— Заткнись карга! — рыкнул парниша, а я лишь сильнее вдавил его руку в землю, вызвав у него стон от боли.

— Негоже стариков обижать, — я тяжко вздохнул, глянув на деда. — А если конкретнее? Сколько и кого? Чем вооружены?

— В доме ещё двое мужиков, один с ружьём, второй с АК, стареньким, армейским, — напряжённо произнёс дедок. — Девке они оружие не дают. У них там заложники, женщина с двумя детьми. Две девочки-близняшки лет десяти… Раньше их было больше, нас другие поймали, но тех двоих во время очередного похода звери задрали.

— Вот это уже по делу, — одобряюще кивнул и выхватив правой рукой Кизляр из ножен, резко присел, вгоняя нож в горло парниши. — Вы не пугайтесь, бандитов надо выжигать с этой земли, вам я зла не сделаю…

— Как тебя хоть звать, мил человек? — тихо спросила бабушка, охая и в шоке глядя на то, как я вытащил нож и вытерев его об одежду убитого, убрал обратно в ножны.

— Алексей, — ответил и перехватив Сайгу на локоть, стащил с тела укорот и быстро стянул подсумок с магазинами.

— Защитник значит, хорошее имя, — одобрила бабушка и спохватившись, тоже представилась. — меня Марья Григорьевна, а это, Семён Павлович, Боронины мы.

— Очень приятно, — я лишь кивнул, глянув на деда. — Семён Павлович, вы как, с автоматом управляться умеете?

— Ну, в армии служил, потом ещё в инкассации работал, так что уж управлюсь, — задумался он, почесывая затылок.

— Вот и отлично, значит держите, — я спокойно кинул к его ногам укорот и тяжеленький подсумок. Внутри явно было четыре полных магазина. — Значит так, сейчас выходите в этом направлении, с бандитами я уж разберусь. Придерживайтесь строго этого направления и выйдите к трассе. Идти правда долго надо, километра два. Но если уж даже заблудите, то всё равно выйдите. Там трасса оживлённая. Направо пойдёте, выйдите к мосту, там скоро люди на броневике поедут, но идти туда далеко. Налево пойдете, выйдите к большому посёлку, трасса прям к нему и подводит, там поля, так что не ошибётесь.

— Благодарствую, мил человек, — бабушка прослезилась, поклонившись. Дед же спокойно взял автомат и подсумок, всё ещё хмуро поглядывая в сторону трупа.

— С чего ж такая щедрость? — уточнил он.

— В моих интересах, чтобы таких гадин как он стало меньше. Звать их Раздражители… Кстати, вы никакой машины у них не видели? Сами водить умеете? — решил поинтересоваться, чисто на всякий случай.

— Машины нет, а вот квадроцикл какой-то моднявый был, а уж водить, дык, я полжизни за баранкой откатал инкассатором-водителем, — Семён Павлович хмыкнул, видимо удовлетворившись моим ответом.

— Отлично, тогда план меняем, сейчас вы идёте вон туда, там метров через пятьсот тропка будет. У тропки в яму машина загнана. Там в машине и вещи есть, и продукты вроде как, да полбака топлива. Вот ключи, — выудив из кармана связку с брелком, кинул её деду. — На машине тогда прям по дороге и выезжайте прямо на трассу, километров десять где-то по просёлке надо будет проехать. А там уж, всяко к людям выберетесь. Там уже бандитов нет, по крайней мере ближайших по правой стороне я всех перебил… А и да, там ребята есть, как партизаны одеты. Так-то люди хорошие, помогли мне с медведем диким разобраться, но вы уж поаккуратнее с ними. Я боюсь, что они мне за помятый броник могут предьявить, так что если что, вы меня не видели, а машину, брошенную на дороге, нашли…

Распрощавшись со стариками, я быстро вернулся к Юлии, проследив, чтобы дед с бабкой ушли в нужном направлении. Странно даже, но Семён Павлович держался с автоматом уверенно, сразу откинув приклад. Несмотря на почтенный, он уверено сжимал цевьё и пистолетную рукоять. Не вояка, конечно, но стрелять явно умеет.

У меня в голове уже созрел план наглого штурма, тем более что если старики поедут по дороге в обратку и нарвутся на ребят у БТРа, то как минимум подзадержат их, а как максимум, собьют со следа. Жестоко, но такова Большая Игра, да и в конце концов, я же их спас. Теперь осталось ту женщину с детьми спасти, если она ещё в адекватном состоянии. Если уж морально поплыла, тот тут уж извиняйте, придётся добивать. Мне сейчас некогда устраивать курс реабилитации. Дел и так хватает. Например, вон Разражителей вырезать.

К их убежищу мы вышли довольно скоро. GPS не соврал и практически на окраине леса действительно был овражек в котором я незамедлительно начал готовить позицию, а конкретнее, быстро окапывая стрелковую ячейку, оставив Юленьку с биноклем наблюдать за домом. Отстрел и штурм надо провести быстро и максимально профессионально, чтобы потом ни одна падла к нам нос не подточила… Примерно с такими мыслями я выставлял пулемёт, упирая его на сошки и прицеливаясь. Здание виднелось как на ладони.

— Свет в окнах, там походу есть кто-то, — негромко произнёс я и тут же моё внимание привлекло шевеление на крыше. — Малыш, срочно, сколько чёрток он в ширину занимает?

Знать дистанцию это важно. Впрочем, мне плевать, у меня пулемёт и аж сорок семь патронов БЗ-32 в диске. БСы тратить просто так расточительно. Их лучше оставить на медведя или волков. Как вспомню, так мураши по спине бегут. Лишь бы сейчас на стрельбу никакая тварь не выползла…

Глава 17. Трофей

Красиво отстрелявшись и быстро собрав гильзы со дна оврага, я оставил пулемёт в ячейке, приказав Юленьке охранять его. Сам же, перехватив Сайгу поудобнее и скинув лишние вещи на позиции, двинул вперёд, к двухэтажке.

Бронежилеты и шлем остались в машине, впрочем, я не особо и беспокоился на счет обороноспособности тех, кто остался в доме. Один точно срезан и лежит на крыше, второй ранен на втором этаже и мне остаётся лишь зачистить… Однако сознание от чего-то повело и во время перебежки я как-то рефлекторно припал на одно колено, вскидывая дробовик.

Странно, тело двигалось словно само, а я же, сквозь слабую дымку наблюдал призраков собственного прошлого. То, что творилось здесь и сейчас выглядело как-то отстраненно. Быстро зашёл в здание, проверил первый этаж, двинул на второй, машинально спеленал что-то кричавших женщин и детей, оттащил раненого Раздражителя в кладовую, где было большое количество электротехники самого разного назначения. Связал его, обезоружил. Сходил на крышу, проконтролировал раненого, так же разоружив… А всё это время перед глазами была совершенно другая картина.

Серо-чёрное от копоти небо, затянутое низкими тучами. В городе слишком много всего горело. Это и наша бронетехника, и вражеская, и просто машины. Да и сам денёк выдался пасмурным. Буквально минут двадцать назад закончился дождь, который хоть как-то потушил горящий сарай, что находился на пути у нашего отделения.

Нам нужно было зайти в точно такое же двухэтажное одноподъездное здание, рассчитанное всего на восемь квартир. Разве что тогда нас было восемь человек. Два пулемётчика, гранатомётчик, снайпер и стрелки. Командира и связиста накрыло прилётом мины, так что командование пришлось взять мне.

Разделив остатки отделения на две четвёрки, принялся руководить штурмом находясь в первой. Все стрелки, включая меня отошли в группу штурма, остальные в группе прикрытия. Позывные соответственно «Шторм» и «Бухта».

Уже и не помню, зачем нам тогда так нужно было это раздолбанное здание, но оно точно было стратегически важно, и мы должны были сдохнуть, но укрепиться в нём.

— Штормы, сближаемся! — скомандовал я, перехватывая автомат и быстро пересекая простреливаемое пространство, не тормозя заранее и попросту врезаясь плечом в стену штурмуемого здания.

— Свет на втором этаже, давлю! — отозвался один из пулемётчиков и улицу, что и без того утопала в грохоте и треске стрелкового оружия, дополнительно залило рокотом ручного пулемёта.

— Быстрее, блять! — крикнул, вскидывая автомат к окну и не глядя, выдал очередь на половину магазина, просто заливая комнату огнём. Закидывать гранату было бесполезно. Все окна на первом этаже били прикрыты решетками.

Подавив основные огневые точки, отряд пришёл в движение. Ко мне подтянулись остальные стрелки, а пулемётчики смогли распределиться по позициям, укрываясь за остатками бетонного забора какого-то завода.

— Лёха, подарок на три! — проорал сзади кто-то, пытаясь перекричать шум боя, что шёл на этой улице. Всё же здесь по полной схлестнулась сразу несколько рот, нарвавшись на укрепрайон, в котором правда была готова лишь пара опорных пунктов.

— Давай! — утвердил я, отходя чуть назад и меняя магазин. Без спешки, прижавшись спиной к стене, удерживая автомат левой рукой за цевьё, а правой вытягивая из разгрузки полный магазин. Красивая тактикульная перезарядка бывает только на полигоне и соревнованиях.

— Три! — Проорал другой боец, с силой толкнув дверь, второй закинул внутрь гранату. Оба сразу же отскочили в стороны, а я и ещё один стрелок, приблизились к проёму.

Грохот взрыва отразился от стен, дверь что открывалась наружу, дёрнулась, выпуская наружу клубы поднявшейся строительной пыли. Мы с товарищем сразу же высунули автоматы внутрь и устроили в прихожей бойню. Два автомата в узком коридоре решают очень многое. Особенно если туда до этого влетела осколочная.

— Бармалей, вали! — доносились крики в здании, куда мы уже зашли, давя коридор и сразу прижимаясь к стенам. За нами следом зашла вторая двойка, давая нам возможность быстро перезарядиться. Кто-то на втором этаже засел конкретно так и высовываясь вслепую крыл лестничную клетку первого этажа, где было четыре двери. Все закрытые.

— ГП блять по пролёту! — проорал я в коротковолновую, по который и держал связь со второй группой, чуть выглядывая из-за угла предбанника.

— Сьебались! — крикнули сверху, но было поздно, окно на лестничном пролёте разбилось, а следом туда же прилетел ВОГ, накрывая осколками всю клетку второго этажа.

— Подарок на второй! — крикнул один из стрелков, тут же перебегая к лестнице и на ходу закидывая гранату на пролёт выше. Сразу после этого он отскочил, падая за стену к нам.

— Комнаты блять, держите комнаты! — орал я, на всякий случай беглым одиночным давя единственный открытый проход в дальнюю левую квартиру на первом этаже. На втором этаже раздался грохот, после которого кто-то начал громко орать от боли.

— Лёха, я сзади-справа, уебывай! — крикнул один из стрелком и тут же позади меня раздалась полноценная очередь. Не дожидаясь пока у товарища кончатся патроны, я пулей рванул к проходу, который он подавлял, тут же выдёргивая гранату из подсумка, разгибая усики и выдёргивая предохранительную чеку.

— Пошёл! — крикнул, чувствуя, как горло от поднявшейся пыли першит. На глаза наворачиваются слёзы, мешающие нормально видеть, но радует одно. Не только мне сейчас хреново.

Быстрый бросок гранаты в комнату, я тут же пинком закрыл дверь и отошёл назад к стене, приседая и держа на прицеле две закрытые двери в противоположном конце здания.

Взрыв. Ударной волной дверь вновь распахивает и внутрь комнаты тут же летит ещё одна очередь. Стрелки смещаются. Один, продолжая рваными очередями давить комнату, приближается к ней, два других бегом заходят на лестницу, на всякий случай закидывая туда ещё одну гранату и ожидая. На улице крайне близко раздаётся сразу две пулемётные очереди.

— Бухта, чё у вас там?! — ору в рацию, переводя взгляд на вход.

— Шторм, к вам гости, давим их как можем, но ща два заходят! — отозвался снайпер. В общем грохоте я и не заметил, как его СВД трижды щёлкнула.

— Гости! — заорал я, перехватывая автомат и готовясь встречать.

— Принял, вхожу! — отозвался стрелок, давящий проход в квартиру.

Всего пара секунд и вот он уже прошёлся по коридору добивая раненых и проверяя комнаты. Сопротивления не встретил. Кто не спрятался от первой очереди, был накрыт гранатой и добит в последующем.

— Граната! — рефлекторно крикнув, я свалил в квартиру, когда увидел, что к нам не площадку первого этажа залетел до боли знакомое ребристое «яйцо».

— Сука, ну и бутерброд! — отозвался ближайший ко мне боец, готовясь встречать противника. В этот момент рванул брошенный нам гостинец, но особо вреда не нанёс, разве что, подняв ещё больше пыли, сжигая при этом воздух, которого в здании и так практически не было. Только пороховые газы и запах горелой плоти.

— ГП, дави вход! — скомандовал в рацию.

— ГП триста! — ответил за него снайпер. — По нам тут броня работает, мы оттягиваемся!

— Сука, нас же тут прижмут и раскатают! — возмутился, доставая одной рукой гранату и готовясь закидывать противнику в ответ.

— Ща придумаем, — заверил меня командир группы прикрытия, однако мне уже было плевать. Я, разогнув усики и выдернув чеку, забрасывал штурмующим на ребятам подарок.

— Второй чист! — заорал один из стрелков сверху. — Пизда вам, Бармалеи ебаные!

Наверху заработали сразу два автомата, но треск очередей тут же потонул в грохоте близкого взрыва. Если бы не активные наушники, я бы точно оглох, хотя и так уже левое ухо херово слышит…

Картинка перед глазами так же плавно развеялась, как и появилась. Причина её появления была абсолютно проста. Двухэтажное здание было тем самым. Не в плане, что по типу того, якобы аналогичной застройки. Нет, оно было именно тем самым, которое я уже штурмовал с мужиками. В стенах большое количество глухих отверстий, в которых ещё застряли осколки и пули. В предбаннике на первом этаже весь пол превращён в разбитку из бетона. На первом этаже, дальняя квартира так же в состоянии разрухи. Дверь держится на одной петле, и вся истрёпана попаданиями пятёры. Всюду следы крови и валяющиеся гильзы. Разве что запахи выветрились, потому что большинство окон разбиты.

Сознание само дорисовало и развернуло картину происходившего здесь некогда замеса. Потому-то я так хорошо и знал планировку. Не удивился, обнаружив на первом этаже за закрытой дверью локалку с какими-то бочками с топливом. Кажется половина это дизель, а остальное разные бензины и керосин. Большие такие бочки, литров по двести.

Вторая локалка была с электротехникой, что меня удивило. Целое помещение заставлено различными стиральными машинками, духовками, электроплитами, мультиварками, холодильниками, компьютерами, телевизорами. Чего здесь только не было. Всё это правда смотрелось диковато, учитывая, что на полу были уже давно засохшие лужи крови.

Память, конечно, хорошенько меня тряхнула. Горло вновь начало садить от неприятных воспоминаний. Я даже как-то рефлекторно прокашлялся, когда возвращался к пленникам. Коих оказалось аж пять штук. Две бабы, две маленькие девочки и один раненый мужик. Последнему кстати очень повезло. Этот дурень догадался надеть бронежилет, причём неясно откуда взявшийся 6Б45, пластины которого и приняли удар. На удивление, пуля пришла под ушлом, а потому, разрушив внутренности брони, сильно деформировала пластину. Нет, тут явно заброневое ранение с травмой грудной клетки, но мужичок жить будет. Крепенький.

Это уже не Дамир с его гопкомпанией, тут люди куда серьёзнее. Пленник так и вовсе явный мокрушник. На руке татуировка кинжала, на плече скорпион с поднятым жалом. Красота, да и только.

— Тебя хоть как звать, уважаемый? — усмехнулся я, усаживаясь на корточки напротив него. У мужика один фиг руки и ноги связаны. Причём пока я связывал его, то заметил, что ему и кровь остановили, одна из пуль пробила подоконник и влетела в стену, от которой отрикошетила прямо-таки в ляжку. — Будешь говорить по делу, получишь обезбол и выживешь. Мне до вас дела нет, грабьте, убийвайте, ебите гусей, мне насрать. Мне нужна информация. Так что давай, как зовут и где мобила.

— Успенский Константин Андреевич, — не стал геройствовать тот. — Телефон вон в той стиралке, в отделении для порошка.

— Вот так бы всегда, — довольно ухмыльнувшись, я поднялся и найдя телефон раздражителя, довольно хмыкнул. Ну прям типовой. Третий мобильник в моей коллекции и все как один, какие-то полуналадонники. — Много уже ништяков подняли с деятельности Раздражителей?

— Калаш, — ответил Константин. — Калаш и патроны к нему. Остальное на пожрать. Бонусом нам броник подкинуло, за какое-то там достижение. Я не знаю, мужики выполнили, но получить не успели, их раньше захуярило…

— Не матерись, — рыкнул я, для профилактики пнув того в живот. По ребрам бить не стал, а то ещё от травматического шока загнется, там и так скорее всего пара рёбер сломана от заброневой. — С бабами уже что-то делали?

— А ты думаешь, калаш нам с неба свалился? — прохрипел Раздражитель, лежа на полу и корчась от боли. — Его за мелких подкинули, за то, что у них на глазах их мамашку по кругу пустили… Мелких тоже думали, но не решились пока.

Недовольно порщившись, я хотел было придушить гада, но увы, видимо в Большой Игре таким мразям действительно позволялось многое.

— Мда, ну и срань, — прошептал, присаживаясь рядом и включив его телефон, принялся листать сообщения. Действительно, какой-то контакт без номера прислал отчёт о том, что Игрок_Успенский_Константин_Алексеевич Раздражитель 1 уровня получил бонусные килограммы за особо жестокие насильственные действия, совершенные его группой.

— Дашку не трогали, — усмехнулся он. — Она с нами была, хочешь, её забери, она целка ещё. У неё братан был с нами, потому к неё и не лезли…

— Я не Раздражитель, — спокойно ответил, игнорируя предложение. — Ты мне лучше вот что скажи…

Листая сообщения, я нашёл небольшую заметку о том, что Успенскому прилетел бонус за уничтожение его группой другого Игрока и изъятие терминала. Игрок имел позывной Ворона, а если конкретнее, то это была Воронина Ангелина Сергеевна, являющаяся Сталкером 1 уровня.

— Ты бонус получил, когда что с мобилкой сделал? Просто я смотрю, вы сначала над Ворониной надругались, потом убили, а только минут через десять ты получил ещё и бонус за терминал, — я усмехнулся, доставая из кармана ещё два телефона Раздражителей, под удивлённый взгляд Константина.

— Как что… Просто приложил к своему телефону и всё… Засчитало за захват, — проговорил он, видя, как я спокойно прикладываю телефоны друг к другу, но ничего не происходит. — Э… У меня сразу всё вышло.

— Ну значит тогда сейчас вот как поступим, я тебе ручки развяжу, ты сложишь телефоны, если ничего не будет, то и ладно, а если тебе насыпет бонусов, ты их при мне все закажешь. Махнёмся, так сказать, я тебе оставлю телефончики, заберу ништяки, Дашку эту и уйду спокойно, — ухмыльнулся я, выкладывая перед Константином все три телефона в стопку.

Естественно, Раздражитель не мог отказаться. Более того, стоило ему взять в руки все телефоны и сложить, как его изначальный мобильник замигал зеленым экраном, а остальные два телефона выключились, начав трескаться и рассыпаться. Тут же оставшийся телефон завибрировал, сигнализируя о поступающих сообщениях.

— Нихуя себе! — воскликнул Успенский, вглядываясь в текст. — Насыпали второй уровень, за уничтожение кучи народа и двух групп Раздражителей, а также всякого добра… Емаё, награда на выбор…

— Ну-ка дай, — я вырвал телефон у него из рук, вчитываясь в текст. Было над чем подумать. Все то что сделал я, резко засчиталось Константину. Там и убийство раненых гражданских, и вырезание под корень двух бандформирований. За столь большой послужной список предлагалось несколько наград на выбор. Однако самой интересной оказался АС «Вал» к которому в добавок давалось аж какие-то десять килограммов поставки. Второй по вкусности была возможность взять СР-3 «Вихрь», пистолет ПБ, он же 6п9 и шесть килограммов поставки.

Немного поразмыслив, я выбрал второй вариант, однако в моих руках телефон упорно отказывал подтверждать выбор, пришлось пинать Раздражителя, чтобы тот под моим чутким руководством оформлял заказ.

— Как долго оно приходит? — решил поинтересоваться, когда с бонусами за уничтожение разобрались.

— Сейчас придёт, в соседней комнате, там столик стоит, на нём всё и появится, — задумавшись, произнёс Константин. — Я без понятия как оно работает… Так что, всё? Бери че позаказывал, хватай Дашку и уходи… В принципе расчёт неплохой, я теперь в некий Хаб могу прыгать…

— Хаб? Это что такое? — поинтересовался я.

— А хрен его знает, — он лишь пожал плечами и видя, что я повёл стволом Сайги в его сторону, дёрнулся было активировать что-то на телефоне, но не успел.

Выстрел эхом отразился от стен, оглушая до звона в ушах. Дробь пробила и без того покалеченную грудь Раздражителя, и он с полным осознанием во взгляде, завалился на пол, так и не выпустив телефон из рук. Оно и к лучшему, а то разбился бы ещё. Теперь мне требовался ещё один Раздражитель, с ещё одним телефоном. Как на них наживаться, я примерно понял.

Забрав мобильник, я решил сразу сходить в соседнюю комнату и приодеться. Естественно, что первое что пришло мне в голову, это нормальная разгрузка, совмещённая с боевым поясом. Тут же адекватная кобура под ПБ, хороший армейский рейдовый рюкзак, в который спокойно уместился бы тот, что имелся у меня. Немного необходимого обвеса, по типу ПСО-1м2 рассчитанного для стрельбы 9х39, который я планировал поставить на СР-3М, так же штатный глушитель и вертикальная рукоять на случай работы в здании, не отказался и фонаря. Помимо этого, взял трехточечные оружейные ремни, а то достало Сайгу в руках таскать.

Нагрузился конечно по полной, но зато к Вихрю и ПБ имел полный боекомплект, а оно сейчас дорого стоит, да и… Не отказал себе в удовольствии прихватить пару гранат. Одну РГД-5 и одну Ф-1, к ним взял леску на случай, если решу ставить растяжки. Странно, но больше взрывчатки сама система не разрешила взять.

На сборы и переодевания ушло не более пяти минут, после чего я двинулся окончательно зачищать здание. В первую очередь, надо было проверить моральное состояние гражданских и подать сигнал жёнушке, чтобы подходила.

С сигналом оказалось просто, я высунулся в окно и подзывающе помахал рукой. Мда, не умеет моя Юлька замаскированно передвигаться. Груженая пулемётом и рюкзаками, она бодрым шагом двинулась к зданию, пыхтя от тяжести. Но ничего, идти не далеко, а там уже я её разгружу.

Примерно так и вышло. Только она зашла на первый этаж, как я тут же подскочил, забирая у неё пулемёт и свой рюкзак.

— Ого! — удивилась она, увидев у меня в руках СР-3 с уже установленным обвесом. Сайга и АКМ, который я отжал у Раздражителей, уже покоились на боковых креплениях рейдовика. — Красивый, а это что?

— Это, любимая, Вихрь, очень хороший автомат для спецназовцев, — усмехнулся я и нежно поцеловал её в лобик. — Ладно, пойдём, решим, что делать с гражданскими…

Решение оказалось простым. Мать двух девочек, освободившись из пут, уже во всю избивала ту самую Дарью, которая, буду связанной, особо-то и не могла защищаться.

— Так, а ну стоять! — скомандовал я, заходя в комнату. Женщина не прекратила и потом пришлось её силой оттащить. — Спокойно! Работает спецназ ФСБ! А ну рассказывайте, гражданочка, чего на молодёжь бросаетесь?

— Она! — завопила довольно миловидная женщина лет тридцати. — Она вместе с теми мразями!

Внезапно мать двух девочек осеклась и всхливнув, отвернулась.

— Ясно, значит она тоже участвовала в акте изнасилования? — спокойно спросил я и пронаблюдав утвердительный кивок от женщины, вытащил ПБ из кобуры. Тихий лязг затвора, дославшего патрон в патронник. Негромкий хлопок, словно кто-то выстрелил из воздушки и вот Дарья уже лежит и не дергается, с аккуратным отверстием в голове. Я же, повернулся к ничего не понимающей гражданке и в приказном тоне разложил её действия. — Сейчас быстро собираетесь, собираете дочек и идёте за нами. Я укажу вам дорогу, выдам оружие, чтобы вы смогли защитить своих девочек, после чего вы проследуете в указанном мной направлении, ясно? Я дам вам компас, так что не собьётесь. Там выйдите к просёлочной дороге и по ней проследуете до шоссе, на котором двинитесь влево. Всё, собирайтесь, как будете готовы, я вас ещё раз проинструктирую.

Видя одобрение со стороны своей жены, выраженное лишь довольной улыбкой, я вышел из комнаты. Мне тоже следовало перебрать свои вещи и избавиться от старого рюкзака. Это я планировал сделать, пока мать освобождает дочек и быстро приводит себя в порядок. Десяти минут ей должно хватить. Главное, чтобы эти десять минут у нас были, а то хрен знает, вышли ли те ребята с бронёй на наш след или может они уже готовятся штурмовать это здание… Перебирая собственно имущество в комнате со столом, на всякий случай положил рядом гранату. Опыт подсказывал, что Ф-1 отлично справляется с группой, проникающей к тебе в квартиру. А паранойя так и вовсе вопила, что надо бы ещё и РГД подготовить. Ну чисто на всякий случай, мало ли кто пожалует. Хотя страшнее чем те ребята на броне, могут быть только местные медведи, а я как раз неплохо так пошумел с пулемётом…

Глава 18. Контакт

Гражданским толком нечего было собирать, разве что девочки прихватили школьные рюкзаки. Видать попали в Резервацию они прямиком после школы. Что ж, мне повезло больше, хотя если бы я попал сюда прямо с работы, было бы веселее. Интересно даже, если всё что было при тебе в момент пересечения миров, переносится, то значит, что сейчас где-то вполне может гулять конкретно так заряженный террорист или военный. Эх, будь у меня сразу тот же АКС-74У, Юленька бы не была ранена. Впрочем, сейчас у меня имеется арсенал, с которым я смогу натворить дел. Правда, всё я унести не смогу.

Пришлось поделиться. У местных Раздражителей я затрофеил потрёпанный АК-74 в варианте весла, ещё с деревянной фурнитурой, а также странноватого вида винтовку. Классическая компановка с продольно-скользящим затвором, вот только ложе было выполнено как анатомическое, под комплекции стрелка. Для меня маловато, скорее женская версия, либо детская. При этом из всех наименований, что имелись на винтовке, я разобрал лишь «Steyr-Mannlicher SSG-PII». Кажется, где-то я слышал что-то про снайперские винтовки от Манлихтеров, но что конкретно, вспомнить так и не смог. Как-то не доводилось углубляться в снайперскую тему, так что для меня это обычное дорогое охотничье ружьё со странным прицелом. Некий «Хенсольд» 10х42 ZF500. Дорого-богато и что-то мне подсказывает, что это тоже один из бонусов, вытащенный через терминал. Следовательно, из родного оружия скорее всего имелись укороты и вооружение той парочки, которую сожрали. Не думаю, что столь специфичное ружье было на руках у Раздражителей изначально.

Впрочем, мне плевать. Я без тени сомнения расстался с ним, вручив Марии на прощание, вместе с небольшим боекомплектом, что нашелся в карманах у снайпера на крыше. Имя этой женщины я узнал случайно, когда обыскивал здание и обнаружил в небольшом сейфе за столом, её документы.

Тимофеева Мария Александровна, разведёнка с двумя дочками, причём, развелась ещё восемь лет назад. Сейчас её возраст около тридцати двух лет, если верить паспорту, который я конечно же ей вернул. К чему мне вся эта информация? Просто привычка, запоминать всех, с кем пересекался. На всякий случай.

Женщина, получив оружие, компас и указания, довольно быстро ушла, прихватив с собою дочек, Злату и Василису. Я пронаблюдал за тем, как они скрылись в лесу и двинулся в сторону дороги. Там меня уже ожидала Юлия, сидящая на квадрацикле.

— Ну как? Нормально они? — встревоженно спросила она.

— Да, справятся. Выйдут к дороге, а там либо со стариками пересекутся, либо сами выйдут к трассе. Оружие с патронами есть, небольшой запас продуктов тоже. Выживут, — усмехнулся я, запрыгивая на сидение.

На наше с женой счастье, квадроцикл оказался грузовым, так что рюкзаки мы сразу скинули в небольшой кузов. Туда же пересела и Юленька, поскольку места на сидении не осталось.

— Ты учти, если меня растрясет, я ж тебе тут все… — тихо рассмеялась моя жёнушка, вызывая у меня улыбку. Вот вроде и глупо, а как-то по-душевному предостерегает. Хотя я и так знаю, что у неё те ещё проблемы с вестибулярным. Шутка ли, её как-то укачало в обычном автобусе, когда мы проехали всего три остановки.

— Ничего, отстираем, — на всякий случай я достал из аптечки блистер аскорбинок с глюкозой и протянул ей. — На всякий случай, ты пока ещё слабовата, да и просто полезно будет. Увы, противорвотного ничего не взял. Не думал, что придётся вот так кататься…

— Ой, да ладно тебе, — Юленька сразу выдавила две таблетки и закинула в ротик, принявшись рассасывать. — Я вот на квадрацикле никогда не каталась. А у тебя же вообще прав нет!

— Прав нет, зато навыки есть, — усмехнулся, вспоминая как управлять. Под негромкий рык, машина дёрнулась вперёд. Всё же сорвал и не смог плавно стартануть.

— Не, ну такие навыки и у меня есть! — рассмеялась жёнушка, удержавшись за стенки кузова, усаживаясь поудобнее.

Недовольно ворча, я всё же приноровился к управлению столь непривычным видом техники и уже вскоре, набрав приличную скорость в тридцать километров в час, понёсся по дороге. Не прошло и пяти минут, как мы выскочили на бетонку, по которой можно было разогнаться, но я не рисковал. Мало ли ещё какой медведь нас услышит или волчара. Впрочем, их, наверное, больше интересуют трупы, оставшиеся в той двухэтажке. Странно всё же. Как сюда могло занести точную копию того дома?

Ответ на ум так и не пришёл, а вскоре стало не до этого. Бетонка, идущая на север, должна была вот-вот выйти к трассе, однако был и другой вариант, свернуть и проехать к хутору. Что в этом хуторе, без понятия. Никаких пометок о том, что там могут находиться раздражители, нет. Более того, последняя оставшаяся отметка расположилась дальше, за посёлком. В принципе, его можно объехать по полю со стороны хутора, правда там выйдет крюк километров в сорок, не меньше. Зато вполне безопасно, не выезжая на ту же трассу. Что странно, метки, которые раньше были юго-восточнее хаты Дамира, с GPS исчезли, хотя я точно помню, что там имелась ещё одна возможная хата Раздражителей.

— Видать не один я их вырезаю, — прошептал, задумчиво оглянувшись назад. Отчего-то почудилось, словно кто-то из лесу за мной наблюдает. Я даже как-то рефлекторно ускорился, разогнавшись аж до пятидесяти километров в час.

— Аккуратнее! — недовольно прикрикнула Юленька, когда квадроцикл чуть тряхнуло на неровности дороги.

— Скоро приедем, — отозвался, вновь глянув на GPS. Всё-таки ну нафиг этот посёлок, лучше срежу через хутор.

Дистанции тут плёвые, хотя пешком от одной точки идти часа три, а учитывая рельеф, то и все четыре. На машине же всё преодолевалось буквально за полчаса. Так что было от силы часов девять утра, когда лес по бокам от дороги кончился и мы выехали в поле. Впереди виднелось скопление домов. Карта в навигаторе явно была устаревшая, поскольку небольшой хутор на пять домов превратился в настоящий острог на десять хат, окружённый зачатками забора и рва. Странно, но никаких ворот или шлагбаумов не было. Зато имелась небольшая вышка высотой метров восемь, на которой сидел наблюдатель.

Нас заметили сразу же. Не сказал бы, что настрой у встречающей группы был дружелюбный. Боец на вышке вскинул какое-то охотничье ружье и принялся выцеливать нас. Дистанция слишком большая, никак не менее полутора километра. На всякий случай я притормозил, вскидывая Вихрь, спокойно висящий на боку.

— Что такое? — встревожилась Юленька, удивлённо глядя на меня.

— Да так, обмен любезностями, — нахмурившись, я принялся изучать телодвижения охраны Хутора в прицел.

Серьёзные ребята. Сразу же вытащили какие-то деревянные щиты-заслоны, которыми перекрыли проезд. Тут же подтянулась ещё парочка стрелков, но кажется с длинноствольным охотничьим. Какие-то карабины на манер той же Сайги. От баррикад отделилась одинокая фигура не велосипеде. Когда и откуда он выскользнул, я не успел заметить. Однако интересно было другое. Человек на велосипеде был относительно молод, парнишка лет пятнадцати, в мешковатом камуфляже, за спиной у него имелся небольшой рюкзачок, откуда торчала длинная антенна радиостанции. Меня же больше смущало то, что у бойца на голове была самая настоящая кубанка

— Вот и переговорщики, — тяжко вздохнув, я чуть опустил СР-3, показывая, что первым стрелять не планирую. Парень же, активно крутя педали, довольно скоро поравнялся с нами.

— Здоровеньки булы! — поприветствовал он, останавливаясь и вытягиваясь в струнку по стойке смирно, спрыгивая с велосипеда и придерживая его одной рукой. — Младший урядник Сорокин Александр Михайлович, доложите цель прибытия!

От подобной уставщины у меня чуть челюсть вниз не вылетела. Чудом сдержался, чтобы не выматериться в слух. Первое что я понял, это то, что в Хуторе сидят военные, второе, скорее всего они либо уже все пенсионеры, либо просто списанные. Ну и третье, это либо казаки, либо какая-то подобная хунта.

— И тебе не хворать, — я лишь снисходительно кивнул. — А я тут с женой просто так катаюсь, смотрю, что за люди тут поселились.

Не встретив такого же уставного ответа, парнишка чуть растерялся.

— Эм… — он чуть потупил взгляд и продолжил, доставая рацию из кармана куртки. — Представьтесь пожалуйста.

— Зовут меня Алексей, говорю же, мимоходом катаюсь, — усмехнулся, слыша, как сзади раздаётся тихое хихикание. Юленька у меня уже привыкла к тому, что вне армии я с военными зачастую разговариваю свободно. Даже если это какие-то «крутые» офицеры, гнущие пальцы веером. Потому что армия — это армия, а гражданская жизнь, это гражданская жизнь. И стоит мне надеть «гражданку», как всё военное прячется как можно глубже и старается не показываться. Оттого зачастую и случаются странные ситуации, когда со мною пытаются поговорить по-военному, а я в ответ лишь делаю морду кирпичом и отвечаю, что знать не знаю этих ваших положений, а об уставном отношении слышал только по телевизору.

Я уже хотел было развернуть квадроцикл, чтобы двинуться в объезд хутора, как рация в руках парня затрещала. Проведя короткий радиообмен на украинской мове или аналоге, из которого я ни черта не понял, парень напрягся.

— Мне приказано сопроводить вас к старшому, — довольно чётко проговорил он, явно контролируя голос, чтобы не сорваться и не дать петуха.

— Ну дык, тебе приказано, не мне ж, — я лишь пожал плечами. — Бывай!

Дав газу, я лишь набрал ускорение и как можно быстрее попытался скрыться через поле. Отчего-то мне сильно не хотелось попадать к их Старшому. То ли форма у них не красивая, то ли в принципе чуйка подсказывает, что нафиг мне такое счастье не нужно. Парень ещё что-то кричал в след, про задержание и прочий бред, но я не слушал.

— Держись! — скомандовал я своей жёнушке, но обернувшись, уже увидел, что она вцепилась мертвой хваткой в один из бортов, дополнительно прижимаясь к рюкзакам. Оно и правильнее, они суммарно с неё весом будут, ну, может чуть поменьше.

Поле оказалось с кучей неприятных сюрпризов в виде кочек, так что квадроцикл начало зверски трясти, но это было ещё не самое страшное. Куда больше напрягало то, что боец на вышке открыл по нам огонь. Наверное, для него он казался прицельным, но пули ложились едва ли хотя бы в паре метров от нас. Я видел, как поднялся небольшой фонтанчик песка метрах в трёх впереди.

Судя по скорострельности, боец там сидит с классической винтовкой с продольно-скользящим затвором. Больше по нам никто не стреляет, но если учесть, что по правую руку от нас, примерно в восьми километрах отсюда расположилось поселение, то складываются не самые приятные прогнозы. Если эти казачата с посёлком держат связь, то скорее всего нам на перерез двинется манёвренная группа противника, по типу той, что была на бронетранспортёре. А это плохо. Значит надо искать место для постановки засады, а для этого придётся вновь лезть в GPS.

Выехав за радиус километра от Хутора, я быстро достал навигатор, прикидывая, где я могу пересечься с преследованием. Как оказалось, трасса что шла в Посёлок, выходила из него небольшой однополоской в трёх направлениях и как раз одно из таких направлений было впереди, километрах в пяти. Оно было довольно извилистое и имело парочку занятных поворотов, так что на одном из таких вполне можно организовать «лавину».

— Малыш, сейчас нам придётся чутка пошуметь, — я довольно ухмыльнулся. — Постреляешь с пулемёта для острастки, пока я буду работать по серьёзному, хорошо?

— Хорошо, — сразу согласилась она, с опаской поглядывая назад. — Будем как тачанка батьки Махно? Ты за поводьями, а я в телеге с пулемётом?

— Нет, — усмехнулся я, погладив женушку по головке, чтобы она чуть успокоилась. — Но идея хорошая, мне нравится. Оставим её на следующий раз.

Решено. Обозначив примерное место для проведения засадного мероприятия, я довольно быстро вырулил к дороге и тихо прифигел. На нужном мне повороте уже имелась укрепленная огневая точка. Три огромных валуна, меж которых были накиданы и замаскированы шины и доски. Неплохой такой окоп для стрелка, однако о нём скорее всего местные и так в курсе, так что действовать надо бодрее. Следовательно, лучше всего занять наиболее тупую позицию для атаки. Не на развороте, а как раз в углу. Там как раз довольно много кустарника.

— Золотце, давай, поднимаемся, — я оставил квадроцикл посреди дороги, разве что, чуть загнав его за холм. — Помни, это всё жестокая игра, так что сейчас бы будет стрелять в плохих ребят. Бандиты хотят нам отомстить за то, что я спас тех людей.

— Да кому ты лечишь? — усмехнулась Юленька, выпрыгивая из кузова и прихватывая свой рюкзак, а также пулемёт. — Давай, герой, показывай, где мне ложиться.

Ну вот смотрю я на свою жену и никак не могу нарадоваться. Умненькая и сообразительная. Надёжная опора, даже несмотря на то, что военное дело терпеть не может, животных боится обидеть, а потому на охоту со мною не ходит. Но вот сейчас, когда просто НАДО, она готова пойти за мною хоть в Ад, хоть на штурм стен Иерусалима. И спрашивается, почему я ещё не утащил с собою ту же Алексис? Да нахрен мне все эти напомаженные дуры не нужны, когда есть вот такая вот Юленька.

— Окапываемся здесь, — я выхватил сапёрную лопатку и разметил небольшую стрелковую ячейку. — Здесь поставишь пулемёт, просматривать дорогу. Сильно не высовывайся, чисто постреливай беспокоящим огнем, когда я скажу. Я тебя прикрою растяжками, так что, если увидишь, что к тебе кто-то начнет бежать, просто вжимайся и стреляй. Учти, патронов в диске не много. Меняется легко, лишь вот колодку целика отводишь и снимаешь диск, потом затворную раму назад. Вот так, молодец… Малыш, главное не бойся, я буду рядом и прикрою. Ты своей стрельбой лишь отвлекаешь их, так что точность не важна.

— Хорошо, — согласилась она, как-то в миг перестав быть храброй. Казалось бы, минуту назад она готова свернуть горы, а тут вдруг неуверенность. Вот она, женская переменчивость, но ничего, такое бывает. Это всего лишь мандраж перед предстоящим боем.

— Зайка, не боись, — я нежно поцеловал её в темечко и скинув рюкзаки, направился ставить растяжки. Пока что не разгибая усики, чтобы в случае чего самому случайно не сорвать их.

— А я и не боюсь, — не особо уверено ответила Юленька, занявшись подготовкой собственной позиции. Вот уж что, а ряд необходимых правил я в ней всё же вдолбил. Первое, окоп делается для того, чтобы укрыться в первую очередь от осколков. Второе, сверху над тобою по возможности должен быть навес, чтобы гранаты не залетели в окоп.

Именно поэтому я и очертил стрелковую ячейку за кустарником, чтобы противник не смог закинуть гранату к моей малышке на позицию. Ну а всяких гандонов с подствольниками я буду снимать первым. Тут уже плевать, даже если придётся демаскировать себя. Не позволю, чтобы моё золотце получило сейчас ещё одну рану. По глазам вижу, она ещё от прошлой не до конца отошла.

Собственно чутьё не подвело. Стоило мне занять позицию, чуть в стороне от пулемётной ячейки Юли, как уже через минут пять начал доноситься тихий гул двигателя. Ехала машинка, причём скорее всего что-то похожее на пикап. Пришлось чуть выползти вперёд и выглянуть, используя для наблюдения оптику. На такой дистанции ПСО будет лишь помехой, а вот снять его и воспользоваться им как подзорной трубой, это пожалуйста.

Действительно пикап, правда сидят в нём всего пятеро. Водитель, один в кабине, остальные четверо в кузове. Все вооружены, в камуфляжах, кубанках, с какими-то ружьями. Явно казачата с Хутора. Что ж, сами виноваты, что поехали в след за нами.

— Твою ж мать, — лишь губами прошептал я, видя, как пикап остановился и один из бойцов спрыгнул с машины, пешком направившись на разведку, при этом небрежно закинув автомат не плечо. Пройдёт чуть дальше и увидит брошенный квадрик, а такого допускать нельзя. Тогда поймут, что здесь засада. До пулемётного гнезда далековато, метров двести. А я без оптики, сам её снял. Впрочем, где наша не пропадала.

— Малыш, контакт! Прижми уебка на дороге! — негромко скомандовал я, приподнимаясь и выцеливая водительское сидение. Надеюсь 9х39 сможет пробить стекло и не приведи Господь там броня!

Глава 19. Побег

Позиционка просрана ещё на этапе планирования. Не ожидал я, что эти гады что-то отдалённое о разведке знают. Я как-то привык, что местные больше похожи на аборигенов, которым случайно в руки попало оружие. С такими местными я и воевал последние несколько лет. Но я должен был догадаться. Те ребята на бронетранспортере были первым звоночком. Вторым был неплохо укрепленный острог, где велась какая-никакая, но караульная служба. Значит двойка вам, Алексей Николаевич по боевой подготовке. Недоработали, а теперь вместе с женушкой можете стать трупом.

С пулемётной точки, где расположилась Юленька с Дегтярём, открывался вполне неплохой вид на вставшую машину, вот только моя жёнушка стрелять не может. Даже сейчас, по падающей фигуре попасть не может, а ведь дистанция около сотни метров.

Я тоже хорош, первым делом решил снять водителя, хотя вижу, что остальные в кузове напряглись, надо было очередью по сектору их накрыть и потому уже работать по водителю. Дурак, в себя поверивший, одиночными работаю. Надо исправляться.

Быстро отработав парой в сторону водителя, я тут же перещелкнул переводчик огня в режим автоогня. Магазины на тридцать и их у меня хватит на небольшую войнушку. Здесь же от силы всего парочку отработаю.

Тем временем идущий впереди дозорный моментально упал, услышав тихий рассеянный хлопок. В эту же секунду по нему заработал пулемёт, лишь выбивая фонтанчики песка и пыли из дороги. Бойцу повезло и его шальной пулей не задело, так что он поспешил откатиться чуть в сторону, под прикрытие кустарника. Это ему позволить никак нельзя, поэтому я тут же переключился на него, короткими очередями стреляя уже более прицельно.

Со стороны машины открылся беспорядочный огонь в направлении пулемёта, но это скорее было на подавление. Не знаю, на что пацаны надеялись. Давить пулемёт с автоматов, такая себе идея. Даже у самый смелых и точных, это не всегда получалось, а уж тут.

— А-а-а! — вскрикнул дозорный. Одна из моих пуль его достала. Стрелял я по фигуре, отсекая очереди по три-четыре патрона. Ранил с третьей очереди, но решил доработать. Четвёртая очередь легла как надо. Парнишка так и не успел окончательно скрыться за кустарником и остался лежать на боку, сжавшись в позе эмбриона, хватаясь за отстреленную задницу.

И вот такое бывает. Первая прилетела рикошетом от дороги прямо в ягодицу, потом правда тройка легла более кучно в живот, окончательно похоронив надежды бойца на выживание.

Теперь можно переключиться на оставшуюся тройку. Юленька продолжала стрелять куда-то по дороге, но настолько беспорядочно, что я даже не видел половины прилётов. В основном случайные попадания вырывали фонтанчики пыли с дороги, да ломали ближайший кустарник, остальные уходили вообще черт пойми куда.

Ответный огонь потихоньку стих. Троица бросила транспорт и решила рассредоточиться. Я прям видел, как последний из их группы метнулся в сторону леса, пока два его товарища прикрывали его, постреливая в сторону позиции противника одиночными. Не стареющая классика. Обезьяны с автоматами так же делали. Проблема подобных машинально отточенных манёвров в том, что твой враг тоже может их знать и выбирать схему противодействия согласно другим шаблонам. Вся эта «тактика» напоминает игру в шахматы. Ребята действуют заученно. Я же вижу партию.

— Идиоты, — недовольно прошептал и оглянувшись назад, произнёс, чтобы Юля услышала. — Всё, ныкайся, не выдавай позицию. Лежи спокойно. Дальше я сам.

Что ж, если налететь сразу не вышло, придётся выщёлкивать по одиночке. Двое двигаются по моей стороне, перебегая меж деревьев. Странно, не шумят практически, хотя задевают кустарник. Их товарищ на противоположной стороне куда грамотнее. Его движений я практически не вижу, однако примерно понимаю, где он. Движется куда более профессионально. Не шумит и даже не гремит оружием.

Интересные противники. Их словно в момент подменили. Впрочем, если буду сидеть на месте, то сейчас на меня просто выйдут и срисуют, так что надо тоже сдвигаться. Вон небольшая возвышенность, буквально на полметра, но прикрыта кустарём со стороны дороги. Следовательно, для бойца на той стороне я буду не видим, а вот к своей парочке выйду практически в бочину. От возвышенности до спуска к дороге расстояние от силы метров двадцать. Если они идиоты, то пойдут по столь узкому коридору, если чуть умнее, то тоже полезут на возвышенность, где я их и встречу. А может и ещё раньше выщелкну на перетяжке. В любом случае, куда важнее занять возвышенность, нежели оставаться на своей первоначальной позиции.

Чтобы лишний раз не выдать себя, решил действовать аккуратно. Пригибаясь, чтобы не светиться выше уровня кустарника, прокрался до высотки, то и дело поглядывая в противоположную сторону. Не зря. Моё смещение увидел тот одинокий и видимо сразу решил подавить на перебежке, давая товарищам возможность подобраться ближе.

Боец на противоположной стороне дороги, чуть высунувшись из-за дерева, принялся заливать меня короткими очередями. Умно, вот только я же понимаю, что сейчас его дружки, уверенные в том, что он меня прижал, побегут со всех ног. А чтобы им было интереснее бежать, я даже присяду, скрываясь из виду.

— Ах ты ж блядь! — выкрикнул, довольно ухмыляясь и вскидывая Вихрь в направлении парочки.

Просчитал как первоклашек. Хотя не понимаю, с чего мне вдруг в голову полезло столь странное сравнение, стоило мне только увидеть бойца, что вынырнул из кустарника прямо передо мной, метрах в пяти. Двигался он на полусогнутых, ясно стараясь скрыться. Шёл неправильно, но я почему-то всё равно его не слышал. Мистика, да и только.

Парниша был чуть постарше меня, без брони, но зато с РПСкой, со старым АКМСом, на котором сверху была нацеплена куча бесполезного говна. Затюненый по самое не могу, но подствольника нет и это радует. На моё счастье, эта тяжеленая груда металла смотрела вниз. У тактикульщиков такое положение вроде как называется «сул», они очень любят в нём бегать. Чтож, этот парнишка своё отбегал. Мгновение визуального контакта, за которое на его лице отразилась буря эмоций. Удивление, осознание, офигевание и боль. Последнее было вызвано тем, что я, не давая ему возможности принять стрелковую тактикульную стойку, выдал короткую очередь прямо ему в грудь.

Всё же 9х39 не щадит на такой короткой дистанции. Я прям видел, как его лопатки выворачивает, окрашивая кустарник чуть позади его внутренностями. Тело сразу завалилось чуть набок, представляя мне возможность лицезреть выходные отверстия раневых каналов. Не самое приятное зрелище, но что поделать.

Второй, слыша короткую очередь, затихорился окончательно, но оно и к лучшему. Я лишь быстро проскользнул на возвышенность, поймав паузу в стрельбе автоматчика на той стороне. Глупый он, не оповестил товарища, что будет менять магазин и просто подарил мне несколько секунд на смену позиции.

Казалось бы, всего полметра, но мне уже видно побольше, чем тем, кто находится внизу. Отсюда, например, если приподняться, можно будет рассмотреть стрелка на той стороне. Отсюда же видно мою предыдущую позицию как на ладони. А также позицию того парня, что выскочил на меня. Мда, надо было изначально здесь залегать. Машина тоже видна как на ладони. С другой стороны, толку от организации позиции здесь, если сектора стрельбы для пулемётчика слишком нарезаны и перекрыты деревьями. Та же Юленька, уверен, половину диска сдала бы в преграды, не понимая, что работать надо более прицельно. Этому логопедов нынче не учат.

— Чуэш, мужик! — внезапно донёсся до меня окрик засевшего где-то чуть ближе к дороге бойца. Напарник того тактикульного неудачника, не иначе. От меня до него метров пятнадцать будет, но кустарник и деревья надёжно его скрывают. Говор разве что странноватый, украинский.

— Допустим слышу! — отозвался я, тут же смещаясь на пару метров вправо. У них у всех примерно похожее вооружение и экипировка, а значит граната ко мне вряд ли прилетит, да и не резон её кидать в столь густом лесу. Лишь зря потратишь, да и велик шанс, что она от веток обратно к тебе отскочит или какой случайный осколок найдет просвет и прилетит к тебе в обратку. Дистанция слишком маленькая.

— Ти ж не Подразник! — явно усмехаясь, крикнул боец, всё с той же позиции. — Для Подразника занадто навчений. Чи ти Виживач? Ми твого брата знаэмо та поважаэмо. Вийди, поговоримо! Обговоримо, що до чого. Ти ж не мiсцевий, це видно.

— Пiшов нахер! — отозвался я, высовываясь и укрытия, с оружием наготове. Всё время, пока этот идиот рассказывал мне про то, что можно решить все мирно, я примерно выцеливал его позицию.

Встав в полный рост, я смог увидеть его. Мужичок лет тридцати, примерно так же снаряжен, как и остальные, в разве что кокарда на кубанке покрасивее. Сидит себе, прижавшись плечом к дереву. Автомат небрежно держит по направлению стволом в землю. Явно нацелен на длительные переговоры. Вот только я уже давно установил для себя ряд правил. Нет, нацистом я не являлся, но хохлам, армянам и евреям я не верил. Первым в особенности. Не даром один мой знакомый украинский прапорщик поговаривал, что где прошёл хохол, там еврею делать нечего.

Короткая очередь и вот переговорщик, всё так же нагло ухмыляясь, оседает на землю окончательно, заваливаясь чуть вперёд. Ну да, он-то предполагал, что я немного в другом месте. Что-то с ребятами не так. Заряжены конкретно, базовое понимание что к чему у них есть, однако такое ощущение, словно они выехали на охоту, а не в зону боевых действий. Расслабленные какие-то, пытаются договориться. Стойко складывается ощущение, что они Игроки, которые посчитали, что я такой же Игрок, только одиночка и вот решили позвать. Это как в старых сетевых играх. Ты случайно закусывался с крутым кланом, за тобой выезжали, ты показывал клановым, что твоё кунг-фу чутка покруче, после чего тебя активно начинали звать в клан. Ну либо дико обижались и начинали душить, пока не выдавят с сервера. Мда. Тут сервер один и походу людские ресурсы ограничены, а потому все пытаются договориться. Что Раздражители, что эти вот, разведчики.

Решив, проверит свою теорию, я аккуратно сполз вниз, стараясь не задеть кустарник. В живых остался только тот боец, что ушёл на противоположную сторону дороги, но с ним можно разобраться чуть позже. Учитывая, сколько он в мою сторону высадил, пытаясь подавить, у него барабанный магазин к АКМу, но при этом подствольника тоже нет. Странно как-то. Тюнинг здесь видать какой хочешь, а вот взрывчатки с гулькин хер.

Первым на очереди был тот парень, которого я снял у самого подножья возвышенности. Как и ожидалось, в одном из подсумков его ременно-плечевой системы я обнаружил телефон. Примерно такой же как у Раздражителя второго уровня, только цвет корпуса не тёмный, а какой-то зеленоватый. У второго мобильник был покруче. Тут уже не сенсорник с кнопочками, а полноценный такой айфон первых моделей с внешними изменениями. Ощущение, словно бухой китаец перебрал данное яблоко, смешав с какими-то самсунгами и старенькой нокией. Дизайн был вырвиглазный, но зато камуфляжный корпус и ударопрочный чехол. Видать Игрок был каким-то крутым. Что странно, подох-то как идиот.

— Эй, хохол! — окрикнул я оставшегося, быстро переползая в сторону позиции Юли. У той парочки кроме мобильников ничего интересного не было. Увешанные в хлам автоматы мне нахрен не сдались, а их боекомплект под мой не подходит. Нет у меня оружия под семёру. Гранат у них не было, так что и брать кроме терминалов не чего.

Проигнорировал меня стрелок. То ли свалил уже, то ли зашкерился, понимая, что его дружков уже в расход пустили.

— Хохол! Ну что, решим полюбовно? Ты спокойно уйдёшь, я спокойно уеду! Твои друзья зачем-то сами за мною пошли! Я ваших смертей не желал, — от части это действительно было правдой. Если бы мы с Юлей просидели тут часа три, и никто бы не приехал, то мы просто бы свалили до оставшегося Раздражителя и бед не знали.

— Бреши ти все, худоба! — внезапно отозвался он, чуть ли не срываясь на вопль. — Уси ви Руськi брешете! Вiд вас усе зло! Рiзати вас треба!

Вот и ярый националист. Небойсь парниша откуда-то с западной Украины, там нынче такие настроения пропагандируются. Что ж, таких я тоже терпеть не могу. Кричал он откуда-то со стороны брошенного ДЗОТа, который я приметил до этого. Штурмовать такую позицию сложновато, но пока что нет в этом особого смысла. По голосу слышно, что парень на нервах, так что небось сидит там, сжавшись и молится, чтоб к нему не пришли.

Это всё даёт мне время на манёвры. Которое я потратил на то, чтобы снять растяжки и навестить жёнушку на позиции. Юленька кстати не испугалась, лишь сосредоточенно смотрела куда-то на дрогу, всё ещё прижимаясь к пулемёту.

— Любимая, давай, сейчас поползём, — прошептал я, закидывая Вихрь на ремне за спину и пытаясь забрать у неё пулемёт.

От страха она вцепилась в оружие мёртвой хваткой, но стоило мне её нежно поцеловать, как тут же растаяла. Мда, её боевой подготовкой придётся серьёзно потом заняться. Наблюдатель хороший, а боец так себе.

— Ну всё, дорогая, пошли, — я вновь поцеловал её, на сей раз в темечко, после чего подхватил наши рюкзаки и груженный аки мул, медленно пополз в сторону машины.

Под аккомпанемент проклятий со стороны пересравшегося укровоина, мы вдвоем по-пластунски доползли практически до самой машины. Оставалось лишь спуститься, вытащить труп водителя и усесться за руль. Ну а дальше свалить…

— Кто поведёт? — тихо спросила Юленька, видя, что я размышляю о том, как бы захватить машину. — Ты вроде как умеешь…

— Доводилось, — тяжко вздохнул, понимая, что просто лежать и ждать не вариант.

Скинув рюкзаки и пулемёт, я выхватил ПБ из кобуры и кувырком с катившись со скола, рванул к водительской двери. Черт его знает, может тот боец меня не увидел, но во всяком случае, стрелять пока не стал.

Открыв боковую дверь, я ухватил водилу за грудки и попросту выкинул его на дорогу, на всякий случай произведя потом контрольный выстрел в голову. Мало ли что. Одет он так же, как и все. Камуфляж, кубанка, РПСка, разве что между сидений у него в машине АКС-74УБ в какой-то дичайшей комплектации, с рукоятками, планками, фонарями и ещё кучей лишнего шлака. Ну да, водителю полноразмерный АКМ не нужен. Хотя почему-то у них и пистолетов не было. Да и ножей я тоже не видел. Видать не в почёте нынче ближний контакт.

Проверять водителя на наличие мобильника не стал. Вместо этого, наполовину влез в кабину, врубая заднюю и потихоньку сдавая назад. Пикап на удивление плавно покатился, для верности, я чуть прижал педаль прикладом Ксюхи. Теперь можно сваливать, пускай укровоин там и дальше сидит. Правильный выбор, я бы тоже к себе не стал лезть, видя как четверых моих товарищей помножили на ноль в течение пары минут.

Оббежав машину и открыв вторую боковую, я быстро поднялся обратно на возвышенность, где схватил рюкзаки. Юля была готова, понимая, что я собираюсь сделать. Поэтому за одну ходку мы быстро закинули все вещи в кузов, туда же запрыгнула и моя жёнушка, а я, быстро втиснувшись на водительское, выпнул укорот на улицу, давая полный назад. Люблю пикапы, хорошая машинка для пересеченки. Помнится в одной из командировок мы частенько на них разъезжали в патрули, вместе с местными полуофициальными полицейскими. Только там в кузове стоял крупнокалиберный пулемёт, но в принципе мне и так сойдёт.

— Аккуратнее! — отозвалась Юленька, когда её при резком, практически полицейском развороте, сильно тряхнуло.

— Постараюсь, любимая! — ответил я и переключившись на первую, плавно втопил. Не стоит шибко шуметь двигателем. Мало ли кого привлечём.

Всё же странные преследователи попались. В каких-то моментах они действовали грамотно, а в каких-то словно только-только получившие автоматы мальчишки. Местное ополчение, прошедшее базовую боевую подготовку, не иначе…

Стоило мне проехать пару километров, как вдруг почудилось, что за нами вновь следят. Чуйка завопила как бешенная. Я даже притормозил и как оказалось, вовремя. Грудную клетку сжало приступом боли. Резко стало тяжело дышать и я завалился на руль, не в силах даже пошелохнуться. Сзади донёсся протяжный стон. Нет, это уже не совпадение. Не могло нам одновременно стать паршиво. Либо это опять какие-то трюки Игроков, либо как тогда, после сияния… Что там говорил Пилюлькин? Миры пересеклись? А ведь что-то похожее я тогда и ощущал. Значит надо быть аккуратнее. Мало ли куда теперь нас закинет.

— Лёшенька, — простонала моя жена, выглядывая из кузова. — Ты как? Тоже поплохело? Милый, ответь!

— Угу, — только и смог отозваться. В прошлый раз вроде как Юле было куда хуже, чем мне. Настолько что даже пришлось её на себе тащить.

Внезапно, где-то рядом раздался шум приближающейся машины. Нам на встречу по однополоске выехал какой-то седан тёмно-синего цвета. За рулём мужик лет сорока, в горке, рядом с ним сидит так же в горку одетая женщина. Видя, что мы стоим прям посреди дороги, мужик притормозил в паре метров и выбрался из машины.

— Эй, что у вас там? Сломались? — недовольно спросил он, приближаясь.

Я, чуть подоклемавшийся, аккуратно высунулся из кабины. Меня всё ещё пошатывало, но вроде как боли исчезли, осталась какая-то дикая слабость.

— Да не, херовато стало, сердечник я, прихватило, — сразу решил объяснить, на всякий случай подготовив ПБ. В кобуру я его так и не убирал, он просто лежал всё время рядом на сидении.

— Сердечник? Такой молодой и уже сердечник? — удивился мужичок, остановившись. Видимо что-то у него в голове перещёлкнуло. Ну да, тут перед ним уставший молодой парень в камуфляже без опознавательных знаков, с оружейным ремнем через плечо. Из-за спины выглядывает Вихрь, левая рука скрыта за дверцей. Тут бы даже самый тупой гражданский напрягся. К тому же в лобовом было отверстие с небольшой паутинкой трещин и явно не от случайного прилёта камушка. Слишком уж аккуратное, как раз напротив водителя.

— Сердечник, — вновь утвердил я. — Дружище, не подскажешь как до ближайшего поселения добраться? А то мы чёт заплутали тут в лесах.

— Э… Да как ехали, буквально километр и там на развилке налево, через мост, к городу и выедете, — потупил он, медленно пятясь назад к своей машине. — Ща я, перепаркуюсь на обочину, объедешь. Только это, там гайцы стоят…

— Ну и хорошо, — согласился я, залезая обратно и откладывая ПБ на сидение. — А гайцы, это не проблема, разберёмся…

Глава 20. Конечная

На пост гайцов мы выехали как-то неожиданно. Ни классической будки, ни даже предупреждающих знаков. Просто две машины на обочине и мужичок в форме и светоотражающем жилете с той самой полосатой волшебной палочкой. Вот только что-то сразу меня напрягло. И нет, дело не в том, что я еду на трофейном пикапе, на который у меня нет документов, при этом груженый оружием по самое немогу. На этот случай я заранее подготовился. У меня в рюкзаке всегда есть личные документы и насколько я помню, по служебной необходимости я могу вот так вот нарушать ряд законов, если это не угрожает жизням гражданских. Суть в другом. Гайцы стояли вместе с полицаями, которые были вооружены и стояли в броне.

Естественно, увидев приметный пикап с пулевым отверстием в лобовухе, гайцы попросили прижаться к обочине и притормозить. Играть в догонялки я не собираюсь. Скорее наоборот. Мне нужно сейчас встретиться хоть с кем-то из представителей силовых структур, чтобы выйти на Пилюлькина. Если я правильно понимаю происходящее, то план этого дедка сработал.

Дабы лишние подозрения не вызывать, сразу после того, как мы разминулись с той парочкой на седане, Юля перебралась ко мне в кабину, при этом пулемёт и сумки мы кое-как запихали за сидения. Пришлось так же из рейдовика вытащить моё чёрный рюкзак, ибо все документы в нём.

— Нас же арестуют, — тихо прошептала Юленька, с опаской косясь на подходящего к нам гаишника. Дабы не светить, что со мною едет девушка, мы решили, что она наденет мою балаклаву, а сам я воспользуюсь медицинской косынкой, скрывая лицо.

— Сиди спокойно, — так же тихо приказал я, открывая дверь и выбираясь наружу.

Сотрудник, видя, что я по полной боевой выкладке напрягся. Видать игрушки в виде СР-3М и ПБ он в живую видел впервые, а это как-никак, говорит о статусности их владельца. Да и одет я был как типичный такой горный разведос, только-только вышедший из леса.

— Старший сержант Устинов, — довольно чётко проговорил он, совершая воинское приветствие. Полицаи, стоящие чуть позади, тоже напряглись. Один из них даже перетянул укорот на грудь, до этого оба держали автоматы за спинами.

— Ну что ж ты, потерялся, старший сержант? — усмехнулся я, показывая, что в руках у меня ничего нет. — Не напрягайся так, сейчас я аккуратно достану удостоверение, ты дашь мне телефон, чтобы я отзвонился своему начальству и дальше мы с тобою сыграем в видел — не видел.

Пока говорил, уже вытянул из нагрудного кармана корочку. Красивая обложка, ярко алого цвета, с заветными золотистыми буквами. Её мне сделали как раз когда я выезжал на определенные мероприятия в горы, до этого мне хватало и классического удостоверения личности. Всё же служивый дёрнулся, рефлекторно положив руку на кобуру. Правильная реакция, одобряю. Я бы тоже насторожился, выкатись ко мне такой кадр. Однако увидев раскрытую корочку, которую я довольно быстро закрыл и убрал обратно, мужик сразу как-то подрасслабился.

— Виноват, товарищ старший лейтенант, — он спокойно выдохнул, убирая руку с кобуры. — У нас просто перехват объявили, а тут вы…

— Оно и видно, так что, телефон найдется, чтобы позвонить? Мне бы доложиться. С вашей рации, боюсь, не выйдет, — спокойно усмехнулся, поправляя перчатки.

Телефон нашёлся сразу же. Классический тапик, то ли нокиа какая, то ли ещё что. Кирпич с функцией позвонить, вот только на самом деле я и не собирался никому звонить. Мне нужно было уточнить другое.

Ну да, восьмое апреля две тысячи десятого года. Вот что меня напрягло, на маше полицаев маркировка милиции. Насколько помню их переименуют через год. Как же так вышло, что меня сначала из двадцатого пихнуло в Резервацию, а потом выкинуло обратно в десятый? Могу ли я здесь найти себя молодого? Хотя… Я, наверное, ещё учусь в училище и не знаком с Юленькой. Нет уж, вмешиваться в собственную линию жизни я не собираюсь. А может это действительно альтернативный мир, где меня и вовсе нет. Ничерта не понятно, но ясно одно, надо найти Пилюлькина…

Залез в книгу контактов. Классические наименования, причём у сержантика обнаружилось сразу два шиномонтажа, один из которых скорее всего был на самом деле какой-нибудь Ульяной или Олесей. Интересно другое. Номера нормальные, вот только судя по первым цифрам, мы находимся сейчас где-то близь Москвы. Об этом мне подсказали три девятки идущие после первой семерки. Вроде как это код МегаФона или Теле2, но не суть. Что ж, время известно, местность тоже. Жалко, что в Москве я никого толком не знаю, а мои знакомые по работе, сюда если переедут, то минимум лет через шесть-семь.

— Хреново, вне зоны доступа, — я сделал вид, что набираю, но тут же стёр номер, возвращая телефон. — Слушай, сержант, а ты случаем не знаешь Пилюлькина Анатолия Ивановича?

Старший сержант чуть потупил взгляд, явно размышляя, стоит ли говорить или нет. Я как бы невзначай сложил руки на груди и чуть побарабанил пальцами по карману, где у меня лежит ксива. Гаец это заметил и видимо решил не спорить лишний раз с операми.

— Знаю, он в центральном УВД сейчас, наверное, сидит, у него кабинет на первом этаже, — сознался он, явно уже жалея об этом. — Только он без предварительно…

— Меня примет, — усмехнулся, возвращаясь в машину. — Всё, меня тут не было.

Под ничего не понимающие взгляды милиционеров, я довольно быстро вырулил обратно на трассу и направился к городу. Пилюлькин здесь есть, может просто совпадение и это другой человек, но что-то мне подсказывает, что это не так. На всякий случай достал навигатор и просмотрел карту.

От осознания, чуть не словил фейспалм, карта города уже была в GPS более того, была возможность даже отследить маршрут до необходимого мне участка. На моё удивление, по пути нас никто не тормозил, да и в принципе машин было мало. То ли виной всему было предобеденное время, когда народу на улице ещё не так много, то ли просто мне повезло не нарваться.

К управе выкатили быстро, там на пропускном сильно удивились, когда я, вновь сверкнув корочкой, бесцеремонно направился сразу к нужному кабинету. Пытались остановить и сказать, что не красиво разгуливать вот так, по боевой экипировке, но стоило упомянуть служебную необходимость и что бывает в случае препятствия выполнению… Как все желающие помешать, сразу испарились. Благо, что кабинет Пилюлькина я нашел быстро. Ещё бы, его портрет висел на стенде информации, с очень красивыми подписями. Оказывается, этот старик целый начальник отдела какой-то там безопасности. Походу мой коллега, только со званием повыше.

Всё же решил проявить хоть немного служебной этики. Постучался, спросил разрешения и сразу же заглянул. Странно. В кабинете за большим Г-образным столом, перед компьютером, сидела чуть помолодевшая версия того старика, что выходил ко мне.

— Кто таков? — удивился Анатолий, видя, что я в боевой выкладке. Однако что-то в его сознании быстро щелкнуло, и он тут же кивнул на стоящий рядом стул. — Присаживайся, Алексей. Чую, ты мне сейчас много интересного расскажешь.

Я спокойно зашёл, прикрывая за собою дверь и приняв предложение, устроился на стареньком советском стуле с мягкой обивкой. Мда, памятуя какой кабинет у нашего НачБеза, я ожидал увидеть старые табуреты.

— Предвосхищая все твои вопросы, сразу предупрежу, — он примирительно поднял руки. — Я, Пилюлькин Анатолий Иванович, Игрок седьмого уровня, моя специализация Информатор. Я могу полностью считать данные о тебе, но меня немного напрягает что я вижу. Давай ты сначала ответишь на мои вопросы, а потом уже я постараюсь ответить на твои, хорошо?

— Допустим, — я довольно хмыкнул. Тот Пилюлькин представлялся, как не игрок. Это что же получается, я каким-то боком попал в прошлое? Интересно получается.

— Хорошо, я вижу, что ты Спасатель второго уровня. При этом, по моей информации, в нашем сегменте Большой Игры сейчас Спасателей нет. Последнего убили два года назад, а новый так и не появился. Уж поверь, если бы кто-то получил данную специализацию, я бы первый об этом узнал. Так вот, ты из другого сегмента? Как к нам попал?

— Я не Игрок, — сразу ответил, на всякий случай доставая из кармана телефоны Раздражителей и Сталкеров, однако стоило мне пихнуть туда руку, как я нащупал лишь один мобильник. Белого цвета смартфон, подобный тому, что был у Разражителя, когда он прокачался до второго уровня.

— Игрок, — усмехнулся Пилюлькин, кивнув на телефон в моих руках.

— Так-с, вот теперь я уже ничерта не понимаю и запутался, — я почесал затылок, включая телефон. Осознавая, что иного выбора у меня не остается, я просто пересказал Анатолию все что со мною приключилось. Про то как мы с Юленькой оказались в Резервации, про планомерное выщелкивание Раздражителей, про встречу с Пилюлькиным там, про встречу с Сапёром, а также про резкое возвращение сюда.

— Ну и дела… — НачБез напрягся, потирая виски. Видимо он, будучи Информатором, не ожидал подобного стечения обстоятельств. — Это всё очень странно. Тебя должно было вернуть в двадцатые годы, даже если бы в этот мир, почему тебя откинуло на десять лет назад, я тоже не понимаю. Более того, никакого Сапёра я пока ещё не встречал, но Резервацию знаю. Долгое время там провёл… Говоришь, я перестал быть Игроком?

— Ты так представился, что такой же «не авторизированный», — я лишь пожал плечами. Все эти хитросплетения Большой Игры мне не известны.

— Очень интересно… Это ж что такое должно произойти, что меня Резервация разжалует?! — Пилюлькин откинулся на спинку своего кресла, закинув руки за голову и уставившись в потолок. — Чудеса, да и только… Хм. Почему тебя в принципе перекинуло, я понимаю. Если выражаться так же, как выражался будущий я, то кирпичик, в котором вы находились, на втором уровне Резервации, попросту развалился на составляющие, которые либо прикрепились к соседним кирпичам этого же уровне, либо откололись и присосались к смежным. К другим пирамидам, которые примыкают. Хотя опять же, это первый случай на моей практике, когда человека закинуло в прошлое. В будущее, да, бывало. Большая Игра может помещать Игрока в некий кокон, в котором он может провести до пары сотен столетий, после чего его выплюнет в одном из миров, если человек не умрет. Вернее, не сама Игра, а некоторые паразиты, которые в ней плодятся и питаются всем живым в мирах. Их Комарами называют, но сейчас не об этом.

— А о чем же? Будущий ты обещал мне спокойную жизнь, а тут какая-то срань. Я почему-то стал Игроком, хотя не стремился к этому. И никакой возможности дожить остаток дней с женой, я пока что не вижу, — недовольно хмыкнув, я поправил Вихрь, перетянув его на грудь. Пилюлькин увидел это и видимо что-то осознав, рассмеялся.

— Ай да я, ай да сукин сын! — Анатолий закрыл глаза, попросту начав ржать во весь голос. — Это ж надо, такой привет передать и главное, чтобы самого запутать! Алексей, ты действительно Спасатель, но, помимо этого, ещё и спаситель.

— Объясни, — не понял я, не видя ничего смешного.

— Всё просто. Сейчас в этом мире развивается технология виртуальной реальности, причём с помощью высокоуровневых Игроков она развивается просто семимильными шагами, думаю, что к годам тридцатым, мы уже сможем переносить сознание человека в виртуальную реальность. Так вот, буквально несколько дней назад, я переговорил с одним из организаторов разработки и у нас всплыла идея создать локальную пирамиду без слоёв. Проект получил название «Чёрная Лагуна». Мы планируем там искусственно формировать игроков, чтобы в случае, если этот мир окажется дочерним и отсюда будет выкидывать народ в другие миры, им было проще адаптироваться. Например, в той же Резервации. Естественно, что в «Лагуне» будут и обычные Игроки, у которых будут настоящие уровни, а не показушные. Система такая же как в Большой Игре, — Пилюлькин отодвинул ящик стола и достал папку с грифом «секретно». Кинув ещё на стол передо мной, он лишь согласно кивнул. — Ознакомься. Видишь ли, чтобы проект нормально смог функционировать, нам нужна будет некая ультимативная админская сила, которая будет карать особо зарвавшихся Игроков, чтобы те не сильно наглели в «Лагуне». Лучше всего для роли этой силы подходят другие игроки редких специальностей. Простой Сталкер, Раздражитель, Искатель и их аналоги, попросту не вызывают уважения у таких же. А вот, например Выживатель, Спасатель, Артефактор или Творец, ещё как. Вокруг этих специальностей множество тайн и секретов.

— Ага, я так понимаю, ты хочешь меня подрядить стать местным шерифом в этой твоей «Лагуне»? — я лишь усмехнулся, осознавая, что выбора у меня особо и нет.

— Именно, — согласился Пилюлькин. — Видишь ли, Выживатели в нашем секторе слишком заняты, Артефакторов на такое место не заманить, они, как и Творцы личности творческие, и зачастую далёкие от военного дела. А тут, как подарок с неба, будущий я, каким-то образом ловит момент пересечения миров и перекидывает тебя из Резервации, где ты упорно наработал на Сапасателя, сюда. Ну это ли не судьба?

— Больше похоже на хитрый план, созданный временной петлёй. Как в Терминаторе. Будущему тебе, когда он находился в десятых годах так же закинули меня и образовалась временная петля, замкнувшаяся на этой вашей «Лагуне», — мне только и оставалось, что пожать плечами и принять участие в Игре, где я лишь пешка, которую умело разыгрывают такие вот Игроки седьмого уровня. — Хорошо, поучаствую в «Чёрной Лагуне», а с женой моей как быть? Тоже её в Игроки потащат? Ей придётся со мною в этой системе сидеть?

— Ну почему же, — Анатолий удовлетворённо ухмыльнулся. — До начала реализации проекта ещё минимум лет десять есть. Я договорюсь с Игроками. Выправим тебе документы, поселим где-нибудь на курорте. Например, в Испании, у них там с оружейным законодательством всё хорошо. Будешь там жить с женой, заниматься подготовкой. Сведу тебя с парой Сталкеров пятого и шестого уровня, они тебя чутка поднатаскают, может быть, тебя ещё в аналог МЧС пихнём, чтобы уровень поднять хотя бы до третьего, а там… Как стартанём «Чёрную Лагуну», я тебе сообщу. Вместе с женой перенесёшься туда. Там тоже будут курорты. Живите себе спокойно. Убить тебя там не смогут, попросту возродишься, это же будет Игра, а у тебя считай будет админская консоль с так называемыми читами. Уж бессмертие и богатство мы тебе пропишем… Главное «www» не прописывай.

Он вновь засмеялся. У меня же это всё вызвало ухмылку. Единственная игра, которую я помню, в отношении которой данный код работает, это Казаки. Там данный код открывал всю карту, позволял спавнить любых юнитов, а также менять сторону…

— Ладно, раз уж нам предстоит долгое сотрудничество, то давай хоть познакомимся более близко, — Пилюлькин встал из-за стола и всё ещё посмеиваясь, прошёл к небольшому шкафчику. Там, за стеклянными дверцами, он отыскал красивый стеклянный графин. — Ну что, Алексей, по маленькой за знакомство?

— По маленькой, — согласился я, предвкушая хороший коньяк. Человек я не пьющий, разве что по праздникам иногда. Но сейчас именно праздник. Можно сказать, что начало новой жизни. Подумать только, десять лет спокойно жизни, а потом должность шерифа. Звучит конечно, как какой-то развод, но если будущий Пилюлькин меня не обманул и создал эдакую петельку, то уж и этот не должен. Слишком уж он во мне заинтересован. Одно только немного беспокоит. «Чёрная Лагуна», странное название и кажется, я его уже где-то слышал…

Интерлюдия 4

— Вашу мать, кто-нибудь понимает, что произошло? — простонал Сапёр, прижатый к сидению чем-то тяжёлым.

— Эй ты! Не спишь? — донёсся голос откуда-то спереди и слева. — Ты нарушитель границы, так? Надо ж тебе было налететь прямо на имперскую засаду, они и нас поймали, и ворюгу этого…

— Уткнись нахер, — отозвался в стороне Самурай, тоже явно испытывая далеко не самые приятные ощущения. — Эй, Сапёр, ты хоть что-то видишь?

— Ничерта, — отозвался Даниил, понимая, что связан по рукам и ногам, сам он в одной футболке и трусах, при этом на его голову зачем-то надет мешок. Более того, придавлен он парой тел, которые лежат и не двигаются. Скорее всего тоже связаны, поскольку характерного трупного запаха нет.

— Херово, — тяжко выдохнул Сталкер. — Эти черти завалили Димона. Тебя вообще первым вырубили. То ли камень какой с пращи в тебя запульнули, то ли ещё что. Моментально слёг. Потом как повыскакивали. Какие-то обрыганы в кожанках поверх зелёной хэбэшки, с копьями и щитами. Я рядом с тобою был, по дурости подхватил тебя, когда ты начал заваливаться. Ну а Демон сразу вскинулся и давай палить. Троих забрал собой, когда ему стрелу в шею вогнали. Ко мне сразу пятеро подскочили тогда…

— И ты решил, что сдаться лучше, чем харакири? — усмехнулся Сапёр, понимая, что они все находятся в полной жопе. Связанные, без оружия, раздетые, готовы к употреблению в максимально удобной форме.

— Не поверишь, даже нож выхватить не дали, тут же спеленали как котёнка, — ответил Самурай и смолк. Транспортное средство, в котором их везли, сильно тряхнуло. Только сейчас до Даниила дошло, что они в какой-то крытой телеге. Тело наконец начало слушаться и отозвалось неприятной болью в кистях, ступнях и затылке.

Поездка, на счастье, Выживателя, продлилась не долго и уже минут через пятнадцать они приехали в деревню. Сначала где-то вдали потихоньку начал нарастать шум оживлённого торга, а после донёсся окрик. Телега остановилась, защёлкали задвижки, и кто-то быстро начал вытаскивать тела.

Вскоре вытащили и Сапёра, толкнув в какую-то клетку, попутно сняв мешок с головы. От увиденного Даниил пришёл в крайнюю степень не культурного шока. Вокруг был настоящий средневековый рынок. Причём он был на нём в виде самого ходового товара, раба. Всего их таких подневольников оказалось пять клеток, в каждой по четыре человека. На удивление, в клетках сидели только мужчины. Женщины стояли чуть в стороне и сверкали обнаженными телами.

— Пссс, Сапёр, — прошептал Самурай, оказавшийся в соседней клетке. — Раз уж ты оклемался, то может у тебя найдётся в твоём загашнике навыков что-то для таких ситуаций? А то у меня всё заточено на поиск и разведку.

— Толку от навыков без мобилы? — отмахнулся Сапёр. Его внимание вдруг привлекли верёвки, которыми он был связан. На них не было толкового узла. Обычная восьмёрка с затягиваемыми петлями.

— Навыки от терминала не зависят, — прошептал Сталкер и видя куда смотрит его собрат по неволе, расплылся в довольной улыбке. — Ага, умный нашёлся. Освободишься, а потом что? Умеешь на мечах махаться? Вот этот, точно умеет.

Он указал на стоящего рядом с женщинами полноватого мужичка в цветастом малиновом костюме. Какие-то странные штаны с галифе, высокие сапоги, расшитая рубашка с кожаной жилеткой, а также шляпа на манер паколя, только с торчащим зелёным пером. Довершал странный вид торговца, висящий на поясе клинок. Короткий такой меч, длинной от силы сантиметров пятьдесят. Рядом с ним стоял копейщик в зеленоватой домотканке, поверх которой был накинут такой же кожаный жилет. Помимо этого, на нём был так же небольшой шлем на манер шапели, только без полей. Кажется, подобное называется Цервельер. Сапёр был крайне далёк от истории средневековья и наименования элементов обмундирования знал плохо, а потому мог лишь обобщать для себя названия.

Копейщик о чём-то живо спорил с торговцем, но вскоре, получив увесистый мешочек, довольно быстро раскланялся и ушёл к телеге.

— Хреново дело, — недовольно проворчал Даниил, приподнимаясь, насколько это позволяла клетка и отряхиваясь. Видать перед тем, как сдать в рабство, его неплохо так поваляли в грязи.

Заметив это, торговец, отвлёкся от стоящих на импровизированном подиуме рабынь и приблизился к клеткам, с интересом осматривая привезённых рабов.

— Хорош, — он довольно улыбнулся, глядя на Сапёра. — Молодой, крепкий…

Стоило Даниилу поднять взгляд, чтобы получше рассмотреть работорговца, как того моментально бросило в пот. Пузан нервно сглотнул, чуть отшатнувшись назад и дрожащими руками принялся креститься.

— Господь мой, защити мою душу, я раб твой, благоговею пред Тобою! Господь милостивый, спаси меня, Боже мой, раба твоего, уповающего на Тебя! — запричитал он, пятясь назад. — Господи помилуй, за что ж ниспослал ты на меня кару великую?

— Слышь, Сапёр, ты походу его заставил обосраться, — тихо засмеялся Самурай, с интересом наблюдающий за происходящим.

— Я так понимаю, ты Информатор, — усмехнулся Даниил, довольно быстро снимая верёвки. — Выпустишь меня и моего товарища и гарантирую, не стану тебя убивать…

— Господи! Убереги меня от сделки с дьяволом… — ещё громче запричитал тот и вновь оглянувшись, что есть сил рванул куда-то в сторону.

— Ну все, дьявол-взрывотехник, ща к тебе инквизиция наведается, — уже откровенно заржал Сталкер. Сапёр лишь отмахнулся, уже освободив руки и ноги, после чего принялся изучать замок клетки. Обычная задвижка. Видать рабам не было смысла бежать, так что их особо и не охраняли.

— Дёргаем, — усмехнулся Даниил, открывая клетку и высовываясь наружу.

— Э, а помочь не желаем? Я не фокусник, чтобы вот так освобождаться, — возмутился Самурай, однако стоило Выживателю открыть клетку, как наглый Сталкер уже самостоятельно скинул верёвки и выбрался наружу. — Ну что, ждём стражу или дёргаем и так? Великий поход бомжей в поисках терминала?

— Можно сказать и так, — согласился Сапёр и под удивлённые взгляды рабов, спокойно направился дальше по рынку. Самурай, оценив наглость двинул следом.

Пройти парочка успела метров пятьдесят, как сзади раздались крики. Оглянувшись, оба смогли увидеть преследователей. Толстяк, с троицей одетых в белые балахоны монахов, а также парой копейщиков по типу того, что привозил рабов.

— Говоришь, что у тебя навыки на разведку и поиск? — тихо ухмыльнулся Даниил. — Ну давай, ищи выход из ситуации.

— Ты ж Выживатель, выживи их нахер со свету и дело с концом, — парировал Самурай, кидаясь следом за резко стартанувшим Сапёром.

— План говно, — на бегу отозвался Выживатель и смолк. Чуйка активно подсказывала направление, а потому пробежав по рынку от силы ещё метров тридцать, он свернул в один из переулков. Уходя на параллельную улицу, он втопил до большого двухэтажного здания, похожего на какой-то кабак, только над входом висел щит. На щите были изображены меч и топор, смотрящие в стороны, а между ними расположена золотая монета, ещё чуть ниже серебряная чаша.

Сапёр не был силён в геральдике, но чутьё подсказывало, что в это здание ему и требуется попасть, так что с разбега он влетел в дверь плечом. На удивление, так открывалась вовнутрь, так что парень попросту ввалился в помещение, кубарем прокатившись ещё пару метров и больно ударившись боком о какой-то столик, опрокинув тот. На Даниила сверху посыпались какие-то тарелки с супом и кружки с сильно пахнущим алкогольным напитком.

— Какого Рожна?! — зарычал сидящий за столом посетитель и резко вскочил на лапы. В попытке подняться, Сапёр застыл, рядом с ним стоял самый настоящий зверолюд. Мужик с волчьими лапами вместо ног и в миг выросшими когтями на руках. При этом его руки густо покрывала серая короткая шерсть. Одет он был в белую рубаху и короткие коричневые шорты, однако на поясе висел изогнутый нож на манер шашки, только сантиметров тридцать длинной.

— Сапёр?! — раздался удивлённый вскрик. Голос был до боли знаком Даниилу и потому, забив на стоящую перед ним опасность, он решил всё же посмотреть, кто же такой голосистый.

— Блять… — вырвалось у него, когда он увидел свою подругу в классическом таком чёрно-белом костюме горничной, с юбкой по колено и большим декольте. — Лена, какого хера? Что вообще происходит, где я?!

— Сапёр! — девушка, бросив поднос, кинулась к нему на шею, вновь завалив его на пол и пытаясь покрыть всё его лицо поцелуями. — Как же я рада! Миленький, забери меня отсюда! Ты же Выживатель, тебя послушают!

Внезапно она осеклась. Стоящий над ними зверолюд отпрянул в сторону, оперевшись на соседний столик. Наконец в помещение заскочил Самурай, уже раздобывший где-то небольшой нож и хищно оглядывающий посетителей.

— Сапёр, — зашептала Лена, поднявшись и помогая подняться парню. — Нужно спасать Сару! Пилюлькин пропал куда-то, нас сюда с Сарой перенесло. Она меня сюда пристроила, сказала тебя ждать. Обещала, что ты придёшь, а сама… Сама она пошла в какую-то гильдию, сказала, что должна вернуть долг за какую-то операцию и что расплатиться ей придётся телом… Сапёр, нужно спасать её!

— Ясно, — тяжко вздохнул Даниил, оглядываясь и ловя непонимающий взгляд Самурая. — Походу мы в Зергарде. А это значит, что про огнестрел можно забыть… Леночка, есть во что переодеться, а то в одних портках мы с моим товарищем много не навоюем.

— Слышь, Выживатель, — прорычал волчара. — Ты мне должен за испорченный обе…

Договорить ему не дали. Сапёр просто с подшагу влепил ему не слабый короткий джеб в челюсть, опрокидывая полузверя на пол.

— У кого-то ещё есть претензии за испорченный обед? — громко спросил Даниил, сдёргивая с лежащего на полу ножны с клинком. — Вы ж учтите, потом жалобы не принимаются. Выскажитесь, пока я готов вас послушать. Что, желающих нет? Тогда и сидите, жрите. И без вас дел хватает, пора навести суету в этой деревушке…

Эпилог

— Друг мой, не кипятись, — ухмыльнулся старик, усаживаясь в кресло, стоящее близь небольшого круглого стола. Всего в комнате присутствовало четверо гостей.

— Это уже не смешно, — огромный чёрный кот недовольно почесал за ухом. — Сначала этот твой Сапёр находит Игрока из моего сектора. Это я ещё понимаю, всё же её похитили комары. Чёрт с ним, твоя Резервация её как Игрока всё равно не признала, но она всё ещё сохранила доступ в Хаб!

— Я не доглядела, — тихо просопела маленькая девочка, лет десяти. Что странно, размерами она была с кота и дело не в её лилипутстве. Просто кошак был действительно огромным. — Больше она туда перемещаться не может, пока не вернёт свой жетон авантюриста.

— Допустим, — согласился кот, всё ещё недовольно глядя на старика. — В Хабе, изменив внешность, она набилась в команду к этому Сапёру. А теперь, Толя, объясни, какого чёрта, я вчера утром увидел её у себя в одном из миров? Да ладно бы в каком другом, но нет, в Зергарде, там же, откуда её и утащили… А ведь Зергард и Резервация находятся в практически пяти десятках нитей друг от друга!

— Всё просто, — пожал плечами старик. — Нити пересеклись, и когда Резервация ушла на перезагрузку, Игроков раскидало…

— Ага, Сапёр значится улетел на ступень выше, а Сару и не авторизированную, отнесло ко мне? Так получается?! — зашипел кошак, зло хмурясь. — Почему тогда их не отнесло к Сапёру? Где остальные члены его группы?

— Вот уж об этом, тебе беспокоиться не стоит. Уверен, Сапёр не вспомнит об этих детишках, к тому же, они свою роль уже отыграли. Я вернул их в реальность, где мы с тобой создали Лагуну. Кстати, туда же я закинул Шерифа, — довольно ухмыльнулся Пилюлькин. — Он небось разговаривает с молодым мной и ни черта не понимает.

— Это он ещё со мною не встретился пока, — тихо засмеялся четвёртый, являющийся скорее сгустком энергии, нежели живым существом. — Пушистый, у меня к Пилюлькину претензий нет, он всё правильно разыграл. Более того, считай, что тебе перепал подарок. Много у тебя в секторе сейчас молодых Выживателей, которые ещё хоть как-то считаются с твоим мнением? Насколько я помню, у тебя там их осталось всего человек пять, да и те, уже пятые и шестые, ну, один ещё третий ходит. А тут, молодой, не опытный, второго уровня…

— А главное, ему всегда можно подкинуть девочку покрасивее, да противника поборзее и вести за ручку, — оскалился Анатолий. — Я его так по всей Резервации провёл. К тому же, как мне кажется, он немного привязался к Саре, так что советую подавить на это.

— И без твоих советов справлюсь, — проворчал кот и задумчиво хмыкнул. — Учти, если это твой Сапёр начнет вырезать моих пешек, я выкину его обратно в твои миры и мне будет глубоко насрать, готов ты дальше заниматься с ним или нет. Ты, кстати, так и не сказал, что планируешь делать, пока я с твоим Выживателем сюсюкаюсь?

— Да так, погуляю, полюбуюсь пейзажами, — пожал плечами старик. — Может загляну в Лагуну. Надо подготовить несколько событий, чтобы Большая Игра прошла как надо.

— Ну, на то воля Игры. Хорошо, так и быть. Поработаем с твоим Выживателем, авось что интересное и получится из него выжать, — хмыкнул владелец сектора и испарился. За ним исчезла и девочка, не желая больше оставаться в компании Пилюлькина.

— Ну а ты что скажешь? — обратился Анатолий к оставшемуся товарищу.

— Честно? Что ты опять плетёшь свою паутину, старый. Надурил всех и сидишь спокойно. Пойдёшь готовить противников для своего Выживателя? А впрочем, это уже не мое дело. Прошу, хотя бы ко мне в сектора его не запихивай, и без твоих Выживателей проблем хватает. Ладно, я пойду разберусь с Александром. К тому же, пора провернуть план переселения, — тяжко вздохнул сгусток и чуть мигнув, испарился.

— Ну-с, значит и мне нечего здесь задерживаться, — произнёс в пустоту Пилюлькин и так же испарился из чертогов создателей, возвращаясь в один из миров Большой игры.

Конец

Content

Марк Фиттер
Ветеран

Пролог

Глава 1. Ночное Сияние

Глава 2. Плохое утро

Глава 3. Местные

Глава 4. Хата

Глава 5. Арестанты

Интерлюдия 1

Глава 6. Карательная медицина

Глава 7. Потеряшки

Глава 8. Прошлое

Глава 9. Подготовка

Глава 10. Шакалы

Интерлюдия 2

Глава 11. Игрок

Глава 12. Правила игры

Глава 13. Выбор

Глава 14. Собачья вахта

Глава 15. Расход

Интерлюдия 3

Глава 16. Раздражитель

Глава 17. Трофей

Глава 18. Контакт

Глава 19. Побег

Глава 20. Конечная

Интерлюдия 4

Эпилог