Андреас Зуханек

Волшебная карта

© Черевко Р.М., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Рани (менок)

* начинающий писатель

* изучает людей

* обожает игры и шоколад

Лукас (мальчик)

* любит книги и приключения

* переехал в новый город

* его родные ничего не знают о Шепчущем лесе и магии

Фелицита (эльфийка)

* любит колдовать (но не всегда всё идёт по плану)

* чувствует себя одиноко в эльфийском пансионе и поэтому часто (без разрешения) отправляется на прогулки

Пунхи (кошка)

* полное имя: Педора Улинда Нафтет фон Хибалка

* присматривает за Фелицитой

* имеет стальные нервы

Пролог

В свете свечей по чёрным деревянным полкам и разложенным на них книгам, свиткам и скрижалям танцевали тени. За окном, как часто бывало в последнее время, свирепствовала осенняя буря. Мимо проносились листья. Ветер гнул ветви. В свете уличных фонарей здесь, как и в остальной части проклятого маленького городка под названием Винтерштайн, не видно было ни зги.

Ему нравилась эта необузданная разрушительная сила, бушевавшая на улицах и заставлявшая бесполезных людишек сидеть дома. В такую погоду он всегда делал одно и то же: заваривал чай, закуривал сигару, зажигал свечи. Он вспоминал о том, как всё начиналось. Он часто мысленно переносился в то время.

На столике у его кресла стояла чашка чая, а рядом в пепельнице лежала сигара. В воздух поднимались кольца дыма, разлетаясь по комнате. Посетители всегда кривились, заходя к нему, но ему нравился этот запах. Холодный пепел напоминал о бренности вещественного мира. Неважно, горит ли дорогая сигара или дерево. Или целый лес. От них останется лишь пепел.

Он энергичным движением поднялся и отогнал пробудившееся в нём желание в самый дальний уголок своей души. Пока что ему надо держать себя в руках, но скоро кусты запылают, жалкие деревья завопят, листья истлеют и магия снова будет принадлежать ему.

С чашкой чая в руке он подошёл к окну. Это было необычное окно. Стекло было настолько чистым, что его почти не было видно. А на оконной раме сверкали изящные металлические символы.

Он повернул волшебный знак справа от окна – и послышался щелчок. По стеклу пробежала дрожь, и вдруг вид за ним изменился. Перед ним появился особняк. В окнах горел свет. Скоро он погаснет, и жильцы отправятся спать.

Когда, наконец, пробьёт его час?

Эти дети уже встретились – он видел их ссору. Но с того вечера Лукас Лампрехт больше не посещал Шепчущий лес. Тянулись бесплодные и однообразные дни, не приближавшие его к цели.

– Терпение, – раздался в тёмной комнате его голос. Он улыбнулся. Это была улыбка хищного зверя, как однажды сказал ему один старый друг. Она всегда появлялась на его лице, когда какой-то его план вот-вот должен был осуществиться.

Он снова повернул волшебный знак, послышался ещё один щелчок, и за окно вернулся обычный вид. Он опустился в кресло, посмотрел в терзаемую непогодой даль и с наслаждением вдохнул запах холодного пепла.

Снова засада

Погружённый в мысли, Лукас уклонился от сломанной ветки – жертвы вчерашней бури, как и садовый гном, влетевший своим колпаком в лобовое стекло чьей-то машины. Лукас ничего этого практически не замечал, как и ветра, трепавшего его волосы. Он думал о своих новых друзьях: Рани, Фелиците и Пунхи. Пожалуй, временами всплывал и варк, особенно в его ночных кошмарах.

Он снова и снова вспоминал события, которые с головой окунули его в первое приключение в Шепчущем лесу. Потайная дверь за книжным стеллажом, лестница, ведущая в секретный кабинет на чердаке. Волшебные зелья, порошки и предметы. И напольные часы, волшебным образом связанные с такими же в Шепчущем лесу. Хотя варк не может пользоваться такими порталами – к тому же Лукас и его новые друзья стёрли воспоминания варка о погоне, – кошмары от этого не становились менее пугающими.

– Доброе утро! – проорал кто-то ему в ухо.

Он вздрогнул. И тут же разозлился на самого себя. Элла подкараулила его уже третий раз за неделю, он должен был уже к этому привыкнуть.

– Доброе, – ответил он, стараясь звучать как можно недружелюбнее.

Она не сдавалась. Дом, в который переехала семья Лукаса, принадлежал её дедушке. Но из-за чар она не могла туда войти и поэтому всегда выдвигала свои претензии под открытым небом. Вот и сейчас…

– Дай мне шепчущий порошок! – потребовала она.

– Не имею ни малейшего понятия, о чём ты говоришь. – Отрицание казалось ему хорошей тактикой.

– Не валяй дурака! Я видела, как ты возвращался из Шепчущего леса. – Она побежала вперёд и преградила ему путь. Ветер взъерошил её светлые, доходящие до плеч волосы и бросил их ей в лицо. Удивительно, что она ещё что-то видела. На ней были джинсы, свитер и кроссовки.

– И что? Я гулял в лесу.

– Ночью?

– Ты ведь тоже. – Лукас оттолкнул её в сторону. Если он опоздает на первый урок, его мама об этом узнает. И хотя она сама даже в худшей пробке улыбалась другим водителям и пропускала их вперёд – чем то и дело доводила папу до белого каления, – ко всему, что касается школы, она относилась исключительно серьёзно.

– У меня есть право на шепчущий порошок! – кричала Элла. – Он принадлежал моему дедушке, до того как он исчез.

– Так любой может сказать. К тому же я не знаю, о чём ты вообще говоришь.

Конечно, на самом деле он знал. В потайном кабинете её дедушки он нашёл синий шепчущий порошок и нечаянно испытал на себе. Именно это позволило ему попасть ночью в Шепчущий лес, что без порошка для людей невозможно.

Но он не мог дать порошок Элле, ведь его осталось так мало! Его хватит, возможно, ещё на один или два раза. А когда он закончится, он не сможет снова повидаться с друзьями!

– Ты такой подлый. – Голос Эллы смягчился. – Я лишь хочу найти дедушку. Я скучаю по нему. – В уголке её правого глаза появилась слезинка. – Он, наверное, блуждает в лесу, дрожа от холода.

– Послушай… – Лукас запнулся. Он проникся сочувствием и решил сказать правду. – Мне нужно сначала достать новую порцию. Шепчущий порошок почти закончился.

– Что?! – набросилась на него Элла. – Как такое возможно?

– Я нечаянно его толкнул и рассыпал… эй, да тебе ведь совсем не грустно!

У Эллы был такой вид, будто её поймали с поличным.

– Нет, очень грустно. – По её щеке тут же покатилась новая слезинка.

Лукас смотрел на неё с возмущением.

– И я чуть на это не попался! Раз ты лишь притворяешься, то шепчущего порошка не получишь! Если твой дедушка заблудился в лесу, то ты можешь искать его и без порошка. Хоть целый день!

Она вздохнула.

– А ещё говорят, что от театрального кружка есть польза. Знай же теперь: я буду стоять перед вашим домом каждую ночь. И каждое утро. Постоянно!

– Раз тебе больше нечего делать, стой. – Лукас ускорил шаг.

Перед ним появилась большая арка, отмечавшая начало исторической части города. За ней вдали между домами уже виднелась школа. Первый урок уже начался, а он всё ещё здесь.

– Я буду бросать камни, – пригрозила Элла. – Волшебный заслон не пропускает меня, но камни через него пролетят.

– Это ты объяснишь моим родителям, – сказал Лукас, стараясь звучать дружелюбно. – Увы, этим ты ничего не добьёшься.

Элла тут же мастерски сменила тактику.

– Но мы можем пойти вместе и раздобыть новую порцию шепчущего порошка. – Она шла рядом с ним, улыбаясь. – Иначе он у тебя скоро закончится.

– Я подумаю над этим.

– Да что тут думать?

– Ты, наверное, понятия не имеешь, где его взять.

– Хорошая попытка, но я тебе этого не скажу.

Мимо них прошла местная библиотекарша, с которой Лукас познакомился неделю назад, когда сделал себе временный читательский билет. Ветер растрепал её седые волосы, испортив причёску.

– Тогда я просто спрошу у моих друзей из Шепчущего леса, – с ликующим видом ответил Лукас.

– У тебя там есть друзья? – Элла остановилась как вкопанная. – Это опасно.

– А вот и нет!

– В лесу обитают ужасные создания.

– Ах, знаешь, когда тебе уже пришлось побороться с варком, тебя больше ничто не может напугать.

Лицо Эллы побледнело.

– Ты… хвастун. – Она тут же снова взяла себя в руки. – Не верю ни единому твоему слову!

Наконец они пришли в школу. Здесь Элла должна была оставить Лукаса в покое, ведь они учились в разных классах. К сожалению, она ещё и постоянно выслеживала его на переменах.

Бросив на него последний сердитый взгляд, она исчезла в своём классе. Лукас побежал по лестнице в свой класс, где уже пять минут шёл первый урок. Как назло, его ещё и вела госпожа Брок, которая в первый день учёбы подслушала, как он говорил с двумя одноклассниками о бессмысленности математики.

Она назначит ему какое-нибудь наказание и будет плохо говорить о нём в учительской. Разумеется, громко, чтобы услышал его папа. Как будто бы недостаточно уже того, что он здесь преподаёт! К счастью, не в этом, а в параллельном классе, где учится Элла.

– Закрой глаза и вперёд.

Сделав ещё один вдох, Лукас взялся за дверную ручку. Его встретила тишина. На партах его одноклассников лежат листки с вопросами; они что-то усердно пишут. Госпожа Брок окинула его ледяным взглядом, сжав губы.

Они пишут контрольную, о которой никто не предупреждал!

Это явно был не его день. Лукас молча сел на своё место. Хуже уже быть не могло.

День становится ещё мрачнее

Лукас опустился в большое кресло. Его жёсткая кожаная обивка не располагала к тому, чтобы долго в нём сидеть. Но выбора у мальчика не было.

Контрольную он провалил. Проверив его листок, госпожа Брок лишь посмотрела на него так, словно хотела сказать: «Меня это не удивляет». Уже одно это было достаточно плохо, но затем было ещё происшествие на уроке информатики.

Собственно говоря, Лукас надеялся, что господин Комбит оставит этот «инцидент» без последствий. Пока другие ученики искали нужный для урока документ, ему стало скучно. Недолго думая, он зашёл в мессенджер, чтобы написать Мише. Лукас знал, что в это время его лучший друг будет свободен. К сожалению, он не заметил, как господин Комбит оказался у него за спиной.

И как раз из-за этого Лукас теперь сидел перед кабинетом директора.

– Можешь входить, – сладким голосом сказала секретарша, изо всех сил барабаня пальцами по компьютерной клавиатуре.

– Спасибо.

Он выпрыгнул из кресла, схватился за латунную дверную ручку и вошёл в кабинет.

Директор Арнольд восседал за письменным столом, на котором лежала стопка книг. Между разноцветными папками стояла чашка, от которой исходил аромат кофе.

– Лукас Лампрехт. – Он указал на стул перед столом. – Присаживайся.

Слова звучали как-то гнетуще, так что Лукасу хотелось развернуться и убежать.

– Директор Арнольд, – прокряхтел он вместо этого.

Лукас тихими шагами подошёл к тому самому стулу. Ученики, которым уже довелось в нём посидеть, провожали его к директору сочувствующими взглядами.

Он сел.

– Лукас, у меня к тебе сегодня действительно серьёзный разговор. – Директор размашистым движением поставил свою подпись на каком-то бланке, после чего повернулся к нему лицом.

– Мне жаль, – ответил Лукас.

Как ни странно, директор Арнольд после этих слов ухмыльнулся, и в уголках его глаз появились смешливые морщинки. Ситуация вдруг стала казаться не такой гнетущей.

– Рад, что ты так на это смотришь. Знаешь, о чём речь?

– О мессенджере?

– Точно.

Директор Арнольд сложил руки. У него были тёмные волосы с проседью и ухоженная окладистая борода. Лукас никак не мог понять, сидит ли перед ним добродушный старик или палач. Наверное, в нём было что-то и от того, и от другого.

– Я понимаю, что ты скучаешь по лучшему другу. Такой переезд – это всегда сложно. – Господин Арнольд отпил из чашки.

При этих словах Лукас понял, что директор говорил о нём с его отцом. Откуда ещё он мог знать, что Миша – его лучший друг?

– Я испытал эмоциональное потрясение, – повторил Лукас слова, которые часто слышал от матери, когда она чем-то была недовольна.

Директор хохотнул, и, так как он всё ещё держал в руке чашку, на папки упали брызги кофе. Он быстро поставил чашку на блюдце и вытер брызги носовым платком.

– Но ты должен понимать, что у господина Комбита тоже «эмоциональное потрясение». В конце концов, он приложил немало усилий, чтобы подготовить урок. И, насколько мне известно, он в начале урока ясно дал понять, что в Интернет заходить нельзя.

Да, Лукас припоминает, что что-то такое говорили. Интернетом можно пользоваться только тогда, когда господин Комбит захочет вместе с классом просмотреть какой-то сайт.

– Так и есть, – признал он.

– Я обговорил это с твоим отцом, и, полагаю, он выскажет своё мнение на этот счёт сегодня дома. – Директор придал своему взгляду умеренную долю строгости.

Хороший приём, но к этому времени страх Лукаса уже прошёл. Директор Арнольд может казаться строгим, но при этом в его глазах сверкают симпатичные искорки.

– Как ты думаешь, как должно выглядеть твоё наказание?

Лукас предвидел этот вопрос. Теперь главное – найти компромисс. Если его ответ будет слишком мягким, то господин Арнольд предпишет ему что-то другое. Конечно, слишком суровое тоже неприемлемо.

– Сочинение, – предложил он, – об… опасностях Интернета? – В старой школе он уже такое писал, надо лишь распечатать и сдать. – На завтра.

– Отличная идея, – директор Арнольд кивнул, – если не считать того, что в твоих документах перечислены все темы, на которые ты в старой школе уже что-то готовил.

Он недооценил директора. И своего отца, который наверняка охотно всё сообщил.

– Хм.

– Из этого красноречивого ответа я делаю вывод, что ты понял проблему. – Директор улыбнулся, но в этот раз морщинки возле глаз не появились.

Лукас решил позже поискать в словаре, что значит «красноречивый».

Господин Арнольд молча ждал, что оказалось крайне неприятной тактикой. Щёки Лукаса горели. Почему в кабинете стало так жарко?

– Театральный кружок, – сказал тогда директор.

Должно быть, это шутка.

– Но я не умею играть в театре, – быстро сказал Лукас.

– Вот там и научишься.

– Но это невозможно.

– Почему?

– Мне это не нравится. – Какая ужасная идея! Да ещё и Элла тоже туда ходит. Она будет постоянно донимать его и сверлить своим взглядом.

– Нам всем иногда приходится делать в жизни то, что не нравится. Тебе не нравятся какие-то предметы, но ты учишь их, потому что они могут пригодиться в будущем.

Проклятье! Опять эти разговоры о том, что может пригодиться в будущем. Это может длиться бесконечно, да ещё и возразить ничего нельзя.

И действительно, последовала длинная тирада.

У директора Арнольда явно был богатый опыт. Его фразы казались заученными, словно он произносил их уже в сотый раз.

– …к примеру, математика, – подошёл к концу директор спустя пятнадцать минут. – Как бы то ни было, она важна.

– Хм. – Лукас боялся снова дать повод придраться.

– Значит, договорились? – спросил, наконец, директор.

И что Лукасу следовало ответить?

– Конечно. Я рад.

– Чуть больше воодушевления – и скоро мы увидим великолепный спектакль с тобой в главной роли.

От этого воодушевления у Лукаса стало ещё меньше. Возможно, худшего удастся избежать, если показать себя так плохо, что ему не дадут никакой роли. Разве что он мог бы стоять в углу, изображая дерево.

Директор, который всё это время его пристально рассматривал, добавил:

– Не стоит также забывать об оценках. В кружке их тоже ставят.

Он что, мысли читает? Лицо Лукаса, наверное, выдавало ужас.

– Я тоже был когда-то молод. А теперь можешь идти. – Директор уже повернулся к следующей папке.

За дверью Лукас сделал глубокий вдох и выдох. Он должен играть в театре! Как до такого могло дойти?

Он сердито толкнул вращающуюся дверь и вышел из школы под затянутое тучами небо. В тот же миг появились первые капли дождя.

– Какое совпадение! – раздался голос Эллы. – Ты тоже ещё здесь. – Послышался щелчок раскрывающегося зонтика. – По дороге домой можем продолжить наш разговор. Хочешь под зонтик?

Лукас молча натянул капюшон своей толстовки и поплёлся под дождём. Элла последовала за ним.

Пятничный сюрприз

Наконец-то!

Неделя подошла к концу, а с ней и мучения Лукаса. Случай с мессенджером привёл к тому, что ему запретили пользоваться Интернетом. Вдобавок отцу вдруг очень захотелось сделать из Лукаса математического гения. Они часами просиживали вместе в гостиной за каким-нибудь сложным домашним заданием с безжалостными дополнительными упражнениями. Из-за этого по вечерам Лукас валился с ног от усталости. Вернувшись в свою комнату, он тут же падал на кровать и засыпал. Лукас чувствовал себя как в тюрьме с двумя недремлющими надзирателями.

Но, к счастью, в конце недели пытка завершилась. Так как в субботу уроков нет, мать не будет больше его контролировать, а отец уже и так успел отказаться от затеи сделать из него гения.

– Теперь каждый из нас возвращается к своему внутреннему равновесию, – объявила мама Лукаса вечером. – Наш сын осознал свои ошибки, поэтому их можно простить и забыть.

– И больше не повторять, – подчеркнул отец, выразительно на него посмотрев.

Лукас угрюмо кивнул. Быть сыном учителя очень невыгодно. Как и иметь маленькую сестрёнку, в чём он за неделю успел убедиться снова. Сестрёнка-монстр, пробегая мимо него, каждый раз кричала:

– Интернета больше нет и никогда не будет!

Наконец ужин закончился. Лукас помчался в свою комнату и захлопнул за собой дверь.

– В этом доме нельзя хлопать дверью, – прокричал отец.

Лукас на всякий случай запер дверь на задвижку, приделанную с внутренней стороны. За окном темнело, и по стеклу настойчиво барабанили капли. В Винтерштайне постоянно шёл дождь и бушевал ветер.

Лукас натянул кроссовки, схватил рюкзак и потянул книгу на стеллаже, запускавшую потайной механизм. Стеллаж бесшумно скользнул в сторону. Когда он поднялся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, его встретил приятный тёплый свет.

В кабинете всё было так, как во время его последнего визита. На полках стояли горшочки с порошками и бутылочки с жидкостями, на столе лежали раскрытые книги, а маятник напольных часов покачивался из стороны в сторону.

Он схватил баночку с шепчущим порошком и аккуратно высыпал себе немного на лицо. Когда магия начала действовать, синий порошок засверкал, как звёздная пыль. Бросив беглый взгляд в окно, Лукас убедился, что видит лес в его волшебном облике. В темноте под звёздным небом он ясно различал мерцание защитной оболочки. Между ветвями виднелись тени.

– С чего же начать?

Лукас решил снова просто войти в лес. Он надеялся найти где-нибудь Рани, Фелициту и Пунхи и хотел уже повернуть к лестнице, как вдруг ему что-то бросилось в глаза.

На столе лежал маленький листок, на котором кто-то что-то написал. Какое-то бессмысленное слово. На почерк профессора это похоже не было, и Лукас был совершенно уверен, что в прошлый раз этой записки здесь не было. Здесь побывал кто-то из Шепчущего леса! Нахмурившись, он перевернул листок, но не нашёл там никаких указаний, что ему делать.

Он тихо пробормотал слово с листка.

Вдруг полусфера в напольных часах засветилась, стрелки передвинулись на без пяти минут двенадцать (правда, на циферблате были изображены не цифры, а какие-то странные знаки).

Маятник отодвинулся в сторону. За ним появилось синевато-белое сияние, какое ему уже приходилось видеть в других порталах.

Лукас испуганно отшатнулся.

А что, если это ловушка?

Но его мысли прервал пушистый клубок, влетевший прямо в него. Оба с воплем повалились на пол.

– Рани! – закричал Лукас.

– Почему ты стоял перед часами, когда портал открылся? – Менок, доходивший ему лишь до колен, выпрямился и стал передними лапками и хвостом, служившим ему дополнительной конечностью, разглаживать растрёпанную шерсть. В этот раз он был без своих очков.

– Я же не знал, что вы придёте.

Менок стоял перед порталом, упёршись передними лапками в бока.

– Но ведь каждому известно, что когда портал светится, лучше отойти в сторону.

Вдруг Рани с глухим звуком грохнулся о стоящий напротив стеллаж, так как из портала пушечным ядром вылетела Пунхи. Со стеллажа упал какой-то глиняный горшочек и разлетелся на черепки.

– Да, – сухо прокомментировал Лукас. – Ты совершенно прав. Это надо знать и никогда не стоять перед порталом.

Ему показалось, что он увидел на мордочке Пунхи усмешку. Лукас удивлённо заморгал.

В следующее мгновение она уже снова со скучающим видом лизала лапы, словно ей всё было безразлично.

Наконец, возбуждённо махая крылышками, появилась Фелицита. Эльфийка была не больше предплечья Лукаса.

– Лукас, как я рада тебя видеть! – Её взгляд упал на Пунхи и Рани. – Наверное, я немножечко недооценила силу чар. Полёт был очень… мощным.

– Не то слово, – брякнул менок, – ещё и наш друг решил постоять у меня на пути.

– О нет, – Фелицита побледнела. – Ты в порядке, Лукас?

Из-за того, что она адресовала этот вопрос только Лукасу, Рани ещё больше взвился:

– Спасибо большое, я тоже в порядке. – Он быстро достал из кармашка в своей шубке книжечку и карандаш и записал: «Стоит перед порталами, когда они открываются. Надо срочно измерить уровень интеллекта».

Лукас хихикнул. Он был так рад вновь увидеть друзей, что не мог злиться на Рани.

– Что вы здесь делаете?

– Навещаем тебя, разумеется. – Фелицита опустилась на письменный стол. – Поэтому я и оставила записку с волшебным словом. На бумаге была эльфийская пыльца, которая подействовала, когда ты произнёс слово.

– Мы трижды сюда приходили, но тебя не было, так что мы решили, пусть ты сам с нами свяжешься. С друзьями так не поступают. – Рани запрыгнул на облезлое кресло.

– Мне жаль, но у меня были проблемы с учителями. – Лукас вкратце рассказал, что произошло.

– Не умеет ладить со старшими, – тут же записал Рани.

Лукас закатил глаза.

– Расскажите лучше, как вы сюда попали.

– Это была её идея. – Это звучало как упрёк. Менок указал на Фелициту.

– Мы спасли часы, которые магиолог должен был разобрать, – объяснила эльфийка.

Лукас вспомнил горы старых магических предметов в чулане, где они побывали во время своего прошлого приключения. То были артефакты Тёмных лет, которые надлежало уничтожить. Так как магиолог был лишь один, он был сильно загружен работой.

– Теперь мы можем навещать друг друга в любое время. – Фелицита радостно порхала по комнате. – А что это за осколки на полу?

– Лукас наверняка хочет увидеть, что за сюрприз мы для него приготовили, – быстро проговорил Рани. – Оставь эти старые черепки в покое.

И Лукас действительно сгорал от любопытства. Ему хотелось побыстрее вернуться в Шепчущий лес. Теперь ему больше не нужно преодолевать длинный путь через рощицу за садом и ручей. Они могут в любое время оставлять друг другу послания и навещать друг друга через напольные часы.

– Тогда вперёд. – Фелицита, недолго думая, полетела в портал.

– После тебя, – пропустил Лукаса Рани.

– Хочешь мягко приземлиться? – сказал Лукас.

Пунхи проскользнула мимо них навстречу мерцанию. Она явно серьёзно относилась к порученной ей задаче – присматривать за немного беспечной эльфийской принцессой.

Лукас пристегнул рюкзак и прыгнул в портал.

Штаб-квартира

Из портала Лукас вылетел в какую-то дощатую каморку. Он увидел гору подушек, а рядом с ней – покосившийся деревянный стол. Со всех сторон торчали ветки; их листья шелестели на ветру.

– Домик на дереве, – тихо произнёс он.

– Классно, правда? – Фелицита возбуждённо носилась по воздуху. – Мы можем каждый раз здесь встречаться и вместе отправляться в разведку. В Шепчущем лесу так много того, чего ты ещё не знаешь.

– Разумеется, это не просто забава. – Сложив лапки за спиной, Рани важно прохаживался туда и обратно. – Я буду изучать тебя и записывать все важные сведения. Моя книга станет бестселлером, о ней будут говорить во всём Шепчущем лесу!

Пунхи изящно лежала на подушке, вылизывала шерсть и прислушивалась.

– Но что мне делать, если кто-то узнает во мне человека? – заметил Лукас. – Мы же не хотим снова убегать от варка.

– Об этом я тоже подумала! – Фелицита указала на свои ушки. – Я усовершенствовала эльфийские чары. Ты сохранишь свой рост, но твои уши и аура будут эльфийскими. Также я дам тебе мешочек с эльфийской пыльцой, который сможешь показать при необходимости. Официально ты разведчик, вернувшийся из ближайшего города и пока не уменьшившийся до своего нормального роста.

Всё это звучало для Лукаса очень увлекательно. Он просто сгорал от любопытства. Ему хотелось узнать как можно больше о Шепчущем лесе и его обитателях.

– Но и это ещё не всё! – радостно вскрикнула Фелицита. – За мной! – И эльфийка вылетела из домика.

– Мне искренне жаль, – сказал Рани и последовал за ней.

– Чего тебе жаль? – поинтересовался Лукас.

Так как менок не ответил, мальчик последовал за ним наружу. Домик был построен на платформе, возвышавшейся над пологом Шепчущего леса.

– Узнаёшь его? – спросила Фелицита.

– Кого?

– Дерево, разумеется.

Лукас с любопытством перегнулся через край платформы и глянул в пропасть внизу. И действительно, местность показалась ему смутно знакомой.

– В стволе этого дерева спрятан проход к Моргающему пути! – прокричала Фелицита, не в силах больше сдерживаться.

– Мы не должны были это тебе говорить, – ворчливо объяснил Рани. – Она хотела, чтобы ты сам догадался.

Лукас сглотнул.

– Это так классно.

– Правда? – Фелицита так и сияла от возбуждения.

При мысли о Моргающем пути Лукас почувствовал слабость в ногах. Это практичное средство передвижения – можно просто мгновенно переместиться на очень большое расстояние. Но процесс – круче любых американских горок. Говорят, что чем больше им пользуешься, тем больше к этому привыкаешь. Однако после первых трёх поездок Лукас пока не смог в этом убедиться.

– Куда ты хотел бы сперва поехать? – спросила Фелицита.

– Хм… – Лукас задумался. Чем всё обернётся на этот раз?

Ответ последовал с неожиданной стороны. В домике послышался грохот, а затем глухой удар. Пунхи возмущённо мяукнула.

– Ты в порядке? – спросила Фелицита. Дверь домика распахнулась. На пороге стояла Элла!

– А ты не соврал. Это и есть твои друзья? – проговорила она невероятно довольным голосом.

Лукас смотрел на неё в ужасе.

– Ты… Что ты здесь делаешь?

– Я же говорила, что не сдамся. – Она с ликующим видом упёрлась кулаками в бока. – Кстати, я сожалею о том стеклянном фонарике на вашей веранде. Волшебная защита вдруг исчезла, я этого не ожидала и не удержалась на ногах, и тогда… ну, в общем…

Внутри Лукаса всё кипело от гнева.

– И почему же волшебная защита вдруг исчезла?

Элла пожала плечами.

– К счастью, у меня есть запасной ключ, так что я им воспользовалась и поднялась на чердак. Кстати, было не очень мило с вашей стороны разбить вазу, которую я слепила для дедушки.

– Может, кто-то нам объяснит, что здесь происходит? – спросил Рани, и тут его осенило: – Ты же та самая девочка, которая добровольно вошла в тот ужасный, смертельно опасный бассейн!

– О чём это он? – переспросила Элла.

Лукас только закатил глаза. Хотя она этого не заслужила, он рассказал, как во время одного из своих приключений они заглянули в прошлое. Там они увидели, как Элла плескалась в бассейне возле особняка. Для менока добровольно прыгнуть в воду – немыслимый риск.

– Но с тех пор как дом принадлежит нам, тебе больше нельзя туда входить, – завершил Лукас своё объяснение и повторил свой предыдущий вопрос: – Как же тебе удалось обойти защитные чары?

– У меня есть идея, – сообщила эльфийка. – Ты говоришь, ты слепила ту вазу, которая теперь лежит разбитая вдребезги на полу кабинета? – спросила она. Элла кивнула, и Фелицита продолжила: – Я не уверена, но, возможно, ваза была источником чар, которые тебя не пускали.

– Рани в неё врезался, – пояснил Лукас.

– Потому что твоя кошка не умеет нормально проходить через портал! – выпалил менок, повернувшись к Фелиците.

– Перед которым нельзя стоять, когда он светится, – не смог удержаться от замечания Лукас.

Мордочка Рани стала ярко-красной (что было особенно удивительно, так как её покрывал густой мех). Он напоминал чайник, который вот-вот взорвётся.

– Спасибо тебе. – Элла опустилась на колени и погладила менока. – Ты этим очень мне помог.

Со свистом выпустив воздух, Рани улыбнулся.

– Мы, меноки, вообще-то не любим, когда… – Он хихикнул. – Левее, ниже. Да, так хорошо. Ладно, ты можешь меня гладить. В качестве исключения. Когда захочешь. Желательно почаще.

Несколько минут слышалось лишь радостное мурлыканье Рани. Наконец Элла поднялась.

– Что же, приятно было с вами познакомиться, друзья Лукаса, но мне надо идти.

– Ты уже уходишь? – разочарованно спросил Рани. – Куда?

– Искать дедушку, разумеется. – Она оглянулась по сторонам. – Как спуститься с этого дерева?

– Профессора? – Фелицита подлетела к Элле и зависла в воздухе перед её лицом. – Он здесь, в лесу?

– Насколько мне известно, – подтвердила девочка. – В дни перед своим исчезновением он казался неспокойным, словно чего-то боялся. Во время нашей последней встречи он сказал, что хочет следовать карте, чтобы найти исчезнувший народ Шепчущего леса. А с ним Сердце Леса.

У Фелициты перехватило дыхание.

Рани с раскрытым ртом уставился в одну точку на ноге Эллы.

Даже Пунхи на одно мгновение забыла, что она только что умывалась. С высунутым язычком она уставилась на внучку профессора.

– Сердце Леса, – прокряхтела наконец Фелицита.

– Что с вами? – спросил Лукас.

– Ты что, не помнишь? – сердито буркнул Рани. – В Тёмные годы Шепчущий лес чуть не уничтожили. Но обороняющимся как-то удалось установить связь с Сердцем Леса. Это источник всей магии, но никто не знает, где он. С его помощью удалось оттеснить зло.

– Держу пари, не обошлось без чар забвения. – Фелицита подлетела к Лукасу. – Иначе кто-то из участвовавших тогда в битвах что-то помнил бы.

Значит, дедушка Эллы отправился на поиски источника магии. Вероятно, потому что он кого-то боялся.

На это также указывала записка, которую Лукас обнаружил на столе, когда впервые попал в потайной кабинет. И Элла тоже так считала. Но кого профессор так боялся? И о какой карте он говорил?

– Дедушка давно уже ищет Сердце Леса, – пояснила Элла. – При раскопках он обнаружил старинный свиток с какой-то загадкой. Он считал, что дорогу к городу пропавшего народа сможет найти лишь достойный.

Лукас застонал.

– Дай угадаю – тот свиток бесследно исчез, да?

– Да, но я была с дедушкой, когда он нашёл свиток. И угадай, кто его выучил наизусть и переписал? – Элла постучала пальцем по виску.

– Кто? – с искренним любопытством спросил Рани.

– Она, – Лукас указал на Эллу, закатив глаза.

– Так что я пошла, – закончила внучка профессора как бы между прочим.

Увы, Рани, Пунхи и Фелицита сразу же попались на эту подлую уловку. Все трое заговорили одновременно – точнее, менок и эльфийка говорили, а кошка мяукала.

– Но она не может одна… – с волнением сказал Рани.

– Сердце Леса, исчезнувший народ – это так волнительно! – Фелицита металась над платформой из стороны в сторону.

Лукас не понимал мяуканье Пунхи, но оно звучало очень настойчиво.

Конечно, он тоже хотел отправиться на поиски профессора, но ему нельзя было это так открыто выказывать.

– Ну, если тебе нужна помощь… – Он откашлялся. Элла так нагло оскалила зубы, что Лукасу захотелось устроить ей хорошую встряску.

– Вы можете пойти со мной. Я разрешаю.

Эта гадкая…

– Я покажу тебе, как спуститься, – услужливо предложил Рани.

Эта жалкая…

– Но сначала я тебя тоже замаскирую под эльфийку, – предложила Фелицита.

Эта подлая…

Лукас сдался.

Свиток

С ликующей ухмылкой Элла достала из кармана какую-то бумажку.

Она вернулась в домик, где Фелицита сорвала со стены водяную лампу. В ней мерцал волшебный свет, как свеча в воде. Лукас знал из опыта, что к ней можно безопасно прикасаться.

В колышущемся свете друзья с любопытством склонились над свитком.

Элла действительно точно воспроизвела строчки:

Три части откроют забытого прах,

То пламя, ветрá и вода.

Луна осветит тень крыла на руках —

И лестницу к недр вратам.

Пройди и возьми, коль осмелишься взять,

Пришло что в сейчас из вчера.

Из чёрного пепла неверной рукой

Возьми то, что ждёт не тебя.

– Неудивительно, что твой дедушка исчез, – объявил Рани. – Этот текст выглядит не слишком приветливо.

– Забытого прах, – пробормотал Лукас. – Что-то, что состоит из трёх частей. Может, карта? Это может стать проблемой. – В ответ на непонимающие взгляды друзей он добавил: – Ведь если профессор уже нашёл одну часть или, быть может, все, то без него нам пути не найти.

Фелицита, казалось, ненадолго задумалась, после чего подлетела к стене и потянула за торчащую ветку. Часть дерева отодвинулась в сторону, и за ней показался стеллаж.

– Я собрала здесь кое-какие полезные предметы, – пояснила эльфийка и указала на синий каменный куб с золотыми знаками. – Ты должен научиться магическому мышлению, Лукас.

– Что это? – спросил мальчик.

– Шоколад? – в надежде спросил Рани.

– Камень-копир, – объявила Фелицита и бросила в сторону менока укоряющий взгляд. – Он улавливает эхо предмета и копирует его. Неважно, о чём речь. С каждым использованием растрачивается часть магии, пока все эти золотые знаки не исчезнут. Тогда камень рассыплется в пыль.

Лукас был впечатлён тем, какой продуманный и уютный уголок здесь создали Фелицита, Рани и Пунхи. Он уже видел, как будет лежать на подушке, читая книжку, пока в густых ветвях шумит дождь. Но это может подождать.

– Так с чего начать поиски? – спросил Лукас. – Тут какая-то ерунда написана.

– Думаю, просто не всякий может её понять, – с издёвкой сказала Элла. Нет ли такого порошка, который можно случайно высыпать на неё, чтобы она исчезла? – Нельзя ли попробовать разгадать загадку с помощью магии? – продолжила девочка.

Фелицита хлопнула в ладоши.

– А что, отличная идея!

– Нет. – Рани энергично закачал головой. – Эта идея – катастрофа. Она сейчас…

– Я могла бы поколдовать, – предложила Фелицита, не обращая внимания на Рани. – Дай-ка мне свой волосок, Элла. Родственная связь между тобой и твоим дедушкой должна мне помочь.

Элла протянула эльфийке светлый волос. Рани отошёл подальше и спрятался за Пунхи. Кошка, заметив, что её собираются использовать как щит, сердито зыркнула на менока и отодвинулась в сторону.

И Фелицита рассыпала эльфийскую пыльцу.

Волосок Эллы вспыхнул, завертелся в воздухе, и от него повеяло каким-то неведомым волшебством. Лукас, Элла, Фелицита, Рани и даже Пунхи – все они, не отрывая глаз, смотрели на маленькую золотистую нить.

Волосок полетел через комнату.

И затем он взорвался прямо над Рани. На менока посыпалась земля. Лукас закрыл глаза. Он знал, что сейчас последует.

Ссора не заставила себя ждать. Рани сыпал оскорблениями, а Фелицита усердно оборонялась. Прошло несколько минут, прежде чем вновь наступило затишье.

– И как это понимать? – спросила Элла.

Пунхи, мяукая, указала на землю, рассыпанную на полу вокруг менока.

– Это просто грязь, – сказал Рани.

Кошка усердно стучала лапкой по полу, словно пытаясь что-то до них донести.

– Дело не в этом, – пояснила Фелицита. – Мы должны это истолковать.

– Но как? – спросила Элла.

Пунхи ударила себя лапой по лбу и застонала. Ловким прыжком она оказалась возле стеллажа. Фелицита последовала за ней. После недолгого бормотания эльфийка воодушевлённо взмыла в воздух с картой в руках. Она указала пальцем на какую-то точку на карте.

– Я знаю, куда нам надо. Это же очевидно!

Рани посмотрел, куда она показывает, и кивнул со знающим видом.

– Для этого надо подготовиться, – объяснил он. – Однозначно.

Прежде чем Лукас успел что-либо спросить, эльфийка и менок уже оказались возле напольных часов, открыли портал и вернулись в кабинет профессора. Лукас, всё ещё не понимая, что они затеяли, последовал с Эллой за ними.

Под руководством Фелициты Лукас обошёл стеллажи, положил в свой рюкзак несколько закупоренных бутылочек и наполнил порошками горшочки с крышечками. Рани следил за всем этим, постоянно повторяя: «Осторожно, это может взорваться» или «Ни в коем случае не разбей, а то тебе не поздоровится».

Наконец рюкзак был полон, и они с помощью напольных часов вернулись в домик на дереве.

– А когда ты покажешь нам свою комнату? – вдруг спросила Фелицита. – Мне бы очень хотелось увидеть, как ты живёшь.

– О да, – закивал Рани, отходя от часов на безопасное расстояние, так как оттуда как раз должна была появиться Пунхи. – Я непременно хочу узнать больше о поведении людей в естественной среде.

– Он мальчик, – сухо сказала Элла. – А значит, в его комнате полный кавардак.

– А вот и нет! – Хорошо, что Лукасу не придётся показывать свою комнату прямо сейчас. – Не слушайте её. Как же мы спустимся?

Вместо ответа Рани потянул ветку, и в стволе дерева открылась дверца. Внутри было пусто и виднелись ступеньки.

– Мы просто продолжили лестницу, – объяснила Фелицита. – Там ведь уже были ступеньки, ведущие вниз к Моргающему пути. Дереву это не навредит, всё сделано с помощью магии.

Лестница спиралью вела вниз.

– И куда нас должен доставить Моргающий путь? Откуда мы начнём поиски? Вы не могли бы мне, наконец, всё объяснить? – начал раздражаться Лукас.

– Мне это кажется совершенно очевидным, – тут же крайне самодовольно ответил Рани.

– Вот как? – Лукас чуть не споткнулся, но удержался за деревянную стенку ствола.

– Конечно. Мы едем к землероям, конечно же. – Менок выглядел очень довольным своей сообразительностью.

Фелицита, казалось, в мыслях уже была у цели.

– Чары превратили волосок в землю, но не в какую-нибудь. Эта земля имеет лёгкое красноватое свечение, и такую можно встретить только у землероев. Пунхи сразу это поняла.

Лукас смутно припомнил одно место из книги профессора. Там говорилось о существах, похожих на гномов и живущих под землёй. Однако в том отрывке было что-то пугающее. Что именно – он не мог сейчас вспомнить.

Наконец они достигли уровня земли и затем стали спускаться по ступенькам ещё ниже. На стене висели водяные лампы, чей мягкий и тёплый свет прогонял тьму. Паутины по углам больше не было видно, и стоял какой-то странный свежий запах.

– Ты уже пользовалась Моргающим путём? – спросил Лукас, повернувшись к Элле.

– Ах, много раз, – легко ответила она.

Лукас сразу понял, что это враньё. Ну что ж, будет весело.

Наконец они достигли Моргающего пути.

Как и раньше, везде стояли маленькие столики с креслами. Но чашки с засохшими остатками жидкости куда-то исчезли. И здесь также не было ни паутины, ни пыли. Куски пергамента с расписанием Моргающего пути висели на стенах в новых рамках.

– А вы неплохо потрудились. – Лукас с удивлением рассматривал начищенный до блеска пол и уютную обстановку. Он с удовольствием присел бы в одно из этих кресел, чтобы выпить какао.

– Ах, я просто одолжила дома парочку шустрых веников, – скромно отмахнулась Фелицита.

Лукас уже знал, что все инструменты в Шепчущем лесу работают самостоятельно. Было бы неплохо при случае одолжить такой веник, чтобы не нужно было самому убирать комнату.

Из зала шёл туннель, как в метро. Но вместо рельсов земля была усеяна чем-то вроде разветвляющихся корней. У входа в туннель стоял помост с наполовину погружёнными в стену прозрачными шарами – один большой посередине и четыре поменьше: сверху, снизу, справа и слева. Здесь можно было настроить пункт назначения, но с Моргающим путём нужно было быть очень любезным. Если вести себя заносчиво, поездка может затянуться.

В прошлом некоторые пассажиры добирались до конечного пункта не совсем в своём уме.

Фелицита положила свою крохотную ручку на шар посередине, где появилось изображение другой станции.

– Как раз то, что надо. Нам на север. – Эльфийка погладила дерево. – Спасибо, что мы можем тобой воспользоваться.

– И где же этот путь? – вырвалось у внучки профессора.

– Ха, я так и знал! – Лукас прыгнул на платформу, откуда они должны были отправиться. – Ты соврала. Ты никогда не ездила Моргающим путём.

Элла скрестила руки, но стойко промолчала. Остальные присоединились к Лукасу на платформе. Пунхи жалобно замяукала, Рани, как всегда, насупился, а Лукас мысленно приготовился к худшему. Возможно, ему повезёт, и он наконец привыкнет.

– А теперь? – спросила Элла.

– Запускай, Фелицита, – попросил Лукас.

– С удовольствием, – эльфийка подлетела к ним и посмотрела туда, где в стену была встроена следующая светящаяся полусфера. Она задержала на ней взгляд.

Лукас бросил взгляд на Эллу и довольно ухмыльнулся.

И тут Фелицита моргнула.

Землеройский залог

В одно мгновение они ещё стояли на платформе отправления, а в следующее уже были в конечном пункте.

Лукас изо всех сил старался сохранять совершенно спокойный вид. Его мать назвала бы это гримасой жертвы пластической хирургии.

В отличие от прошлого раза, Рани не свалился с ног. Уже через несколько секунд он принялся дрожащими лапками разглаживать шерсть.

– Становится лучше.

Фелицита храбро двинулась вперёд, но пролетела зигзагом и упала на землю.

– Я в… в порядке.

– Классно, мне понравилось. – Элла радостно – и без малейших признаков шока – спрыгнула с платформы в зал. – Надо чаще это делать.

– У тебя что, совсем не кружится голова? – с недоумением спросил Лукас. К несчастью, он при этом сделал шаг в её сторону, споткнулся и рухнул на землю.

– Всё в порядке? – Элла помогла ему подняться.

– Ну да, – отмахнулся он. – Всё отлично. Мне просто нужно немного постоять.

Рани, пристально рассматривая Эллу, достал из кармашка свою записную книжку.

– У особей женского пола нет шока от Моргающего пути. Моя теория: полный иммунитет или скорое наступление смерти. – Он снова поднял глаза. – У тебя нет чувства, что ты сейчас умрёшь?

– Э-э, нет. – Казалось, что Элла только теперь заметила, что другие выглядят потрёпанными. – Что это с вами?

Рани снова принялся усердно строчить что-то в своей книжечке, забыв обо всём на свете.

– Каждый, кто впервые пользуется Моргающим путём, переносит это довольно тяжело, – пояснила Фелицита. – После каждой поездки всё больше привыкаешь.

Может, у девочек и правда иммунитет? Или было другое объяснение? Ведь если бы Элла уже ездила по Моргающему пути, она бы этого точно не забыла.

Постепенно все пришли в себя. Лукас огляделся. Он знал, что все многочисленные станции Моргающего пути должны быть закрыты. Стулья здесь были более грубо сделаны, чем на других станциях. У стены стояла кирка вроде тех, какие используют шахтёры, а в деревянном полу зияли дыры. На столиках стояли кружки, похожие на те, которые Лукас однажды видел в пивной палатке в Мюнхене. Однако всё это не выглядело заброшенным.

– Эта станция тоже закрыта? – спросил Лукас, когда они стали подниматься по лестнице.

– Нет, эта – нет, – ответила Фелицита.

– Но землерои предпочитают общаться только друг с другом, – добавил Рани. – Они почти не пользуются Моргающим путём, так как редко покидают свои штольни.

Здесь выход из Моргающего пути был не в дереве. Вместо этого каменные ступени вывели их в коридор, оканчивающийся деревянными воротами.

– Как в шахте, – прошептал Лукас.

– Мне сразу вспоминается «Властелин колец». – Элла осматривалась с сияющими глазами. – Я так по всему этому скучала!

– Твой дедушка часто брал тебя с собой в Шепчущий лес? – спросил мальчик.

– Два года назад я нашла потайной вход и… в общем, немного экспериментировала с порошками. Мне это казалось великолепной игрой. Сначала я думала, что дедушка просто писатель. У них ведь бывают в запасе странные истории.

– Я тоже так думал.

Теперь они прошли через ворота. Фелицита с криком «туда!» бросилась вперёд. Остальные последовали за ней, двигаясь между холмами со скудной растительностью.

– Как назло, первым я приняла порошок для полётов, – продолжила Элла.

– Шутишь! – Лукас смотрел на Эллу во все глаза.

– Прошло несколько часов, прежде чем я смогла спуститься с потолка. – Она хихикнула. – После этого я при каждой возможности следовала за дедушкой в лес. Мы пережили не одно захватывающее приключение.

После встречи с варком на прошлой неделе Лукас поверил ей без дальнейших вопросов.

– Чаще всего мы использовали настойку, которая делает тебя невидимым, – пояснила Элла. – Но эльфийские ушки – это тоже неплохо. – И она потрогала острые кончики своих ушек, которыми её снабдила Фелицита.

Вдруг слева от них из земли вырвался огненный столп.

Рани с криком отпрыгнул в сторону, приземлившись на спину Пунхи. Кошка фыркнула, взбрыкнула и сбросила его.

Менок проделал высокую дугу в воздухе и распростёрся на земле.

– За что мне это всё? – простонал он.

– Мы почти на месте, – возбуждённо порхала вокруг Фелицита. – Землерои любят огненные столпы.

– Ты не могла раньше это сказать? – Рани поднялся.

Но Фелицита уже его не слушала. Она бросилась вперёд, быстро махая крылышками. Пунхи, разумеется, старалась не отставать.

Лукас последовал за кошкой, а рядом с ним бежала Элла.

Сзади послышалась громкая ругань Рани.

Лукас остановился, подождал, пока менок его догонит, и усадил его себе на плечо.

Они настигли Фелициту только у входа в огромную пещеру. Этот вход напоминал разинутую пасть какого-то монстра с острыми зубами сверху и снизу. Рядом стоял свирепый человечек одного с Лукасом роста. Его тёмные волосы были завязаны в хвост, а лицо обрамляла окладистая борода.

– Привет, – поздоровалась эльфийка. – Я Фелицита фон Зибенштерн, а это мои друзья. Мы хотели бы навестить земле-роев.

Будучи дочерью эльфийского короля, недостатка в самоуверенности она не испытывала.

Подземный обитатель отрывисто кивнул.

– Вы готовы оставить залог?

В это мгновение Лукас вспомнил ещё кое-что, о чём он читал в книге профессора. Тот, кто навещает землероев, должен у входа оставить залог. Если же кто-то нарушит правила – которых существовало немало, – то не получит свой залог обратно.

Рани тут же прикрыл передними лапками и хвостом свой кармашек, словно боялся, что кто-то отнимет у него его записи.

– У тебя же куча всего в рюкзаке, – сказала Элла. – Оставь какой-нибудь порошок или…

– А что, если он его не вернёт? – Лукас недоверчиво кивнул в сторону стража.

– Но это всего лишь залог, – сказала Фелицита. – Мы сгоняем туда и сразу же обратно и получим своё назад. Вот и всё.

– Тебе хорошо говорить, у тебя с собой нет ничего ценного. – Рани сердито сверкнул глазами.

– Ничего ценного! – обрушилась на него эльфийка. – Ты вообще знаешь, сколько в этих крылышках эльфийской пыльцы?

– Нет смысла спорить, – попытался успокоить их Лукас. – Если мы хотим найти профессора, мы должны навестить землероев и отыскать его следы.

После недолгого колебания все кивнули.

– Мы готовы, – сообщила эльфийка стражу. Тот стал рассматривать друзей. Его взгляд задержался на рюкзаке Лукаса. Неужели он может увидеть, что там внутри?

Кармашек Рани тоже подвергся внимательному исследованию, и менок тут же возмутился:

– Я эту книжку вообще-то одолжил. Поэтому я должен за ней присматривать. – Встретив взгляд стража, Рани опустил ушки и потупился. – Это я так… на всякий случай.

Почему-то Лукасу показалось, будто он снова в кабинете директора, только в этот раз на лице стоящего перед ним существа не было никаких смешливых морщинок.

– Я принял решение. – Землерой указал на землю рядом с Фелицитой. – Залог – кошка.

У Пунхи от ужаса шерсть встала дыбом.

Однако взгляд стража ясно давал понять, что его выбор окончателен.

Подземный огонь

– Мы очень поторопимся, – объяснила Фелицита успокаивающим тоном своей кошке и обняла её. – Позаботьтесь о ней, – строго добавила она, обращаясь к стражу.

Пунхи гневно скрестила лапки на груди. Страж взял её за шкирку, как кошка-мать котёнка.

– Путь для вас открыт, – сказал он без каких-либо эмоций в голосе.

– Мы скоро вернёмся! – прокричала Фелицита с озабоченным лицом.

Рани радостно похлопал себя по кармашку и пробормотал:

– Фу, пронесло. Если бы он…

– Нам надо спешить, – перебил его Лукас, предчувствуя, что вот-вот разразится ожесточённая ссора. – В книге профессора говорится, что землерои добросовестно присматривают за залогом. Не стоит волноваться, Фелицита.

– Думаешь? – Бросив последний неуверенный взгляд назад, эльфийка устремилась в туннель.

– Нельзя ли помедленней? – громко проворчал Рани. – Не у всех тут есть крылья.

На стенах висели факелы, полыхавшие фиолетовым огнём. Камни вокруг сверкали, словно в них были вставлены тысячи крохотных бриллиантов.

Чем глубже они погружались в шахту, тем сильнее чувствовался запах корицы, что Лукасу показалось странным.

Когда он спросил об этом Фелициту, она объяснила:

– Да, землерои любят хорошие ароматы. Каждые несколько лет они открывают что-то новое, и тогда вся гора пахнет этим ароматом. Это уже привело к парочке неприятных конфликтов.

– Почему? – спросила Элла.

– Аромат распространяется по всей округе, – рассказала эльфийка. – Было такое, что землероям несколько лет нравился запах горелого дерева. И все в округе постоянно думали, что это лес горит.

Лукас хихикнул.

– Это не смешно, когда вокруг тебя повсюду растут деревья, – обиженно сказал Рани. Он встряхнулся. – Наверняка теперь ещё не один месяц буду пахнуть корицей.

В какой-то момент туннель привёл их к лестнице. Лукас был рад, что прочитал о землероях в книге профессора. Пока они спускались, постепенно становилось всё теплее. Лестница была широкой, но справа и слева зияла бездонная пропасть. К тому же путь был не один, так как его пересекали десятки других лестниц.

– Мы просто будем всё время держаться этого пути, – сказала Фелицита.

– Иначе и нельзя, – пояснил Лукас. – Таково правило. Всегда держаться указанного пути.

– А что будет, если пренебречь правилом? – тут же спросил Рани.

– Они оставят залог у себя, – ответил мальчик.

Фелицита вздохнула.

– Бедная Пунхи. Как ей там, должно быть, скучно.

– Ага, – сухо сказал Рани. – Вот несчастная, целую ночь никто не будет находить неприятность ей на хвост.

Наконец они достигли зала, куда вели все лестницы.

Вдали виднелся помост, за которым был арочный проём. На противоположной стороне пещеры в стенах тоже были арки, настолько огромные, что их вершины были едва видны во мраке. Всё светилось фиолетовыми огнями – факелы, камни под ногами и водяные лампы.

По обе стороны от их пути выстроился почётный караул. Все воины были в тяжёлых доспехах из тёмного металла. Запах был таким сильным, что у Лукаса закружилась голова. Интересно, можно ли упасть в обморок от корицы?

– Добро пожаловать! – прокричал широкоплечий человечек с короной на голове. Он поспешил к ним. – Я король землероев Унтерфусс. – Без лишних церемоний он заключил в объятия Лукаса, а затем внучку профессора. Фелиците он слегка поклонился, а Рани погладил. – Что привело вас в мои скромные владения? Как я слышал, вы оставили на входе очень ценный залог. Так что, если быть честным, я очень надеюсь, что вы нарушите какое-нибудь правило. – Он достал из-под своей накидки пергаментный свиток и протянул его Элле, которая стояла ближе всех к нему. – Обновлённые правила. Мы сегодня добавили ещё парочку.

Лукасу это показалось откровенно подлым, но король Унтерфусс, судя по всему, считал, что это совершенно нормально.

– Почему же вы хотите, чтобы мы нарушили какое-нибудь правило? – спросила Элла.

– Мы любим кошек, – пояснил король. – Они такие красивые и пушистые. К сожалению, здесь под землёй нет ни одной.

Фелицита от его слов побледнела.

– Но я тоже люблю мою Пунхи.

Король засмеялся, отчего его широкая грудная клетка заколыхалась.

– Не волнуйтесь. – Он тут же посерьёзнел. – Мы будем хорошо за ней присматривать.

– Но мы пока не нарушили никаких правил, – напомнила Элла и сняла со свитка печать.

Пергамент развернулся до самой земли – там были сотни правил.

Король довольно улыбнулся.

– И наверняка не нарушите. – Он заговорщицки подмигнул.

– Так вот. – Лукасу всё это уже надоело. – Мы кое-кого ищем. Возможно, вы припоминаете… – Он запнулся. Сделался ли профессор невидимым? Он ведь не мог позволить, чтобы в нём узнали человека.

– Моего дедушку, – подхватила Элла. – Он похож на меня, но заметно выше.

Король Унтерфусс, казалось, совсем не удивился, что родственник эльфийки ещё выше её ростом. Он приблизился к Элле и принюхался.

– Да, мне знаком этот запах. Это был магиолог.

Значит, профессор выдал себя за магиолога. Очень даже мудро.

– Он задавал странные вопросы, а в конце захотел попасть в старую сеть штолен. – Король Унтерфусс вздрогнул. – Никто добровольно туда не ходит. Запросто можно свалиться в одну из бесчисленных расщелин. – Вдруг его лицо засияло. – Но мы охотно вас туда отведём. До входа, разумеется. Посмотрите правило 798: в случае вашей смерти залог автоматически переходит в наше владение.

Как можно быть таким подлым и одновременно таким дружелюбным?

– Мы будем иметь это в виду, если решим умереть, – буркнул Лукас.

– Хорошо-хорошо.

Тогда король Унтерфусс быстрым движением развернулся и важно зашагал вперёд. Элла свернула свиток с правилами, и они последовали за ним в сопровождении караула. В свете факелов вся группа приблизилась к чему-то, что напоминало вагонетку, в которой перевозят груз в шахте, только очень большую. Внутри было множество сидений, обтянутых каким-то пушистым материалом. Здесь ещё сильнее пахло корицей.

Когда Рани уселся, рядом с ним в воздух выстрелил настоящий фонтан, окутавший менока ароматным облаком. Кашляя, он стал отмахивать от себя благовония.

– Дышите глубже, – посоветовал король. – Корица полезна для души.

– А для лёгких? – тихо спросила Фелицита.

Лукас хихикнул.

В ответ на любопытный взгляд короля он быстро вдохнул так глубоко, как только мог, и тут же закашлялся. Фелицита старалась держаться от распылителей подальше.

Караул подсел к друзьям, словно окружив их защитным экраном.

Элла углубилась в чтение правил со свитка, тогда как Лукас продолжал осматриваться. Вагонетка стояла на рельсах, под которыми зияла пропасть. Несмотря на огни, дна было не разглядеть.

– Все удобно устроились? – спросил король Унтерфусс.

Они по очереди ответили утвердительно.

Фелицита радостно ощупала материал сидения.

– Прямо-таки как шерсть.

Король Унтерфусс одобрительно кивнул. Затем он положил руку на рычаг и потянул. Вагонетка резким рывком устремилась вперёд.

Заброшенная штольня

– И здесь… – Лукас недоверчиво рассматривал тёмную штольню, перед которой остановилась вагонетка.

– …Мы прощаемся. – Король Унтерфусс дружелюбно подмигнул и жестом указал, что им нужно покинуть вагонетку и дальше идти пешком.

Уже через несколько шагов их окружил кромешный мрак. Элла сердито сверкала глазами, словно хотела вызвать тьму на дуэль.

– Никаких проблем, – сообщила Фелицита. – Я позабочусь о свете.

Прежде чем Лукас успел сказать «карманный фонарик», эльфийка бросила в воздух волшебную пыльцу и пробормотала заклинание. В следующее мгновение Рани, словно нимб, окружили крохотные огоньки.

– Сработало, – обрадовалась эльфийка.

– Я предпочёл бы, чтобы ты так не удивлялась этому каждый раз. – Менок с опаской покосился на светлячков. Чары Фелициты, как показывал опыт, очень часто оборачивались настоящей катастрофой. – По крайней мере, они забавные, и ты не наколдовала ничего взрывоопасного.

Его хвост почему-то подрагивал.

Прошло несколько мгновений, прежде чем Лукас понял, что произошло. Инстинктивная любовь Рани к играм грозила взять над ним верх.

– Осторожно!

Но было поздно. Рани забыл обо всём и погнался за светлячками. Словно пушистая стрела, он устремился в штольню.

– Посторонись! – Элла тоже бросилась вперёд.

Фелицита с её крылышками без проблем их догнала, оставив Лукаса позади. Мальчик оказался в темноте и постоянно спотыкался. Не заметив один особенно большой камень, он рухнул на землю. Ладони пронзила острая боль. Стиснув зубы и тяжело дыша, Лукас снял рюкзак и достал оттуда фонарик. В его свете он обследовал свои руки. Всё ясно – разодрал кожу о мелкие камешки. Мальчик быстро закинул рюкзак за спину и продолжил путь по туннелю. Он больше не видел ни своих друзей, ни светлячков.

Вдруг Лукас осознал, что он передвигается под тоннами камней. Если туннель обрушится, он будет погребён заживо. Вдруг ему показалось, что стены как-то уж слишком близко. Почему ему вдруг так сжало грудную клетку? Он дёрнул свою толстовку. Здесь всё время было так тепло?

Ему вспомнились слова матери: «Медленно сделай вдох и затем выдох. Твоя душа совершенно свободна».

Лукас так и поступил. Он глубоко вдохнул и представил, что прогуливается по лесной тропинке под открытым небом. С каждым вдохом становилось проще, в груди стало свободнее.

Он быстро пошёл дальше.

И вдруг оказался на распутье.

– Ну вот, класс. – Он посветил налево, затем направо. – И по какому пути они пошли? Эй?!

Никто не ответил.

Недолго думая, Лукас выбрал правое ответвление. Не повела ли интуиция остальных туда же? Очень вероятно. После нескольких шагов земля ещё больше опустилась, стало теплее. Может, стоит повернуть назад?

Нет! Лукас решительно двинулся вперёд. Он переступал камни, протискивался в узкие проходы и старался вновь не впасть в панику. Обратный путь был открыт. Он в любой момент может вернуться.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем туннель снова расширился. И вывел к краю пропасти.

В глубине шевелилась раскалённая красная масса. Уже давно стало жарко, как в бане.

– Лава, – прошептал Лукас.

Вот почему штольню забросили! Но где остальные?

– Лукас! – прокричал кто-то.

Это был Рани, который стоял наверху с другой стороны пропасти и возбуждённо размахивал обеими лапками и хвостом.

– Что случилось? – прокричал Лукас.

– Корни! – последовал краткий ответ.

Рани в своём репертуаре.

– Мне нужно больше информации. – Лукас оглянулся. К счастью, на стене был выступ. Полный решимости, Лукас взобрался на него, оказавшись на одной высоте с туннелем, в котором находились остальные. Между ними зияла опасная пропасть. Но, по крайней мере, теперь он видел их лучше. Эллу и Фелициту обвили гигантские корни. Рани стоял у самого края пропасти, и там корни до него не дотягивались.

Из-под подошв Лукаса выскользнул камешек и полетел в лаву.

– Подождите! – прокричал он.

Чуть отойдя от края, он стал отчаянно рыться в рюкзаке. Должно же быть что-то, чем можно воспользоваться. Его взгляд упал на горшочек с порошком для полётов.

– Иду! – заорал он.

– Что значит – идёшь? – послышалось в ответ. Не обращая внимания на менока, Лукас стал сыпать порошок для полётов себе на голову. Сколько его нужно? На всякий случай он высыпал весь.

Глубоко вздохнув и сразу закашлявшись, Лукас оттолкнулся от земли. Камни пролетели мимо; раскалённая лава исчезла далеко внизу. Лукас поднимался всё выше, пока не оказался под самым сводом пещеры. Его обволакивал густой дым, было очень жарко. Он словно плыл в воздухе. Мальчик ещё раз сильно оттолкнулся ногами, взял курс на противоположную сторону – и приземлился рядом с Рани.

– Ух ты, круто! – Он с удовольствием снова взмыл бы вверх, но пока было не до этого.

– Что нам делать? – Менок лихорадочно указал на корни, и Лукас тут же снова посерьёзнел. Нельзя терять время!

Фелицита отчаянно жестикулировала. Корни обвили эльфийку так плотно, что больше ничего, кроме рук, не было видно. Элле досталось ещё больше. Её лицо посинело; она задыхалась. Паника в её глазах ужаснула Лукаса.

Он прыгнул к ней и изо всех сил потянул корень, но тот ни на капельку не ослабил свою хватку. Рани повис на корне, который обвил эльфийку, и стал тянуть его, словно обезумевший, но тоже безуспешно. Вокруг него по-прежнему летали светлячки.

Эльфийка дотянулась до шерсти Рани и пошевелила пальцами, а в ответ менок захихикал.

– Не надо, щекотно. Прекрати.

– Щекотка! Точно!

Лукас провёл по корням указательным пальцем. По отросткам пробежала дрожь, которая становилась всё сильнее. Рани понял и тут же принялся повторять за мальчиком. Земля затряслась – так сильно смеялось растение. Наконец оно ослабило свою хватку, и спустя пару мгновений корни окончательно отступили.

– Вы в порядке? – спросил Лукас.

Элла, жадно глотая воздух, повалилась на землю.

– Ещё бы чуть-чуть.

– Корни-хохотуны, – пояснила Фелицита, приходя в себя. – Подлые создания. Спасибо, что вы нас спасли.

– Да, спасибо вам обоим, – Элла кивнула друзьям.

– Ах, пустяки, – Рани смущённо махнул хвостом.

– Это всё ты, Фелицита, без твоей подсказки мы бы не догадались, что нужно делать. – Лукас радостно улыбнулся эльфийке.

– Но что теперь? – напомнила Элла. – Перед нами пропасть. Возможно, нам следовало пойти по другому туннелю.

– Я по нему и пошёл, – пояснил Лукас. – Он тоже привёл сюда. – Он рассказал, как применил порошок для полётов, чтобы преодолеть пропасть.

– Если впереди только лава, то куда же направился твой дедушка? – спросила Фелицита, повернувшись к Элле.

Внучка профессора осторожно подошла к краю пропасти и посмотрела вниз.

– Смотрите, там!

Часть стены откололась, оказавшись намного ближе к опасной лаве: маленький каменный островок, посередине которого было возвышение, напоминающее церковный алтарь. Все четверо заглянули в расщелину.

– Там должен быть какой-нибудь ключ! – выкрикнул Лукас, закашлявшись. – Я мог бы туда подлететь. Порошок должен ещё действовать.

– Но этот островок выглядит очень шатким, – заметила Элла. – Если ты на него приземлишься, скала под твоим весом может окончательно съехать в лаву.

Они отползли обратно в туннель.

– К сожалению, я не могу туда подлететь, – подавленно объяснила Фелицита. – Мои крылышки вблизи лавы тут же сгорят. Они легко воспламеняются, если вы не знали.

Все взгляды устремились на Рани.

– Почему вы так на меня смотрите? – спросил менок и неуклюже отступил назад. – О! Нет, это не обсуждается.

Лукас улыбнулся.

Героическое приключение Рани

Из записок Рани:

«…Чтобы точнее описать людей вообще, я хотел бы добавить главу о том, как я героически спас Лукаса, Эллу и Фелициту. Разумеется, я рисковал своей жизнью.

В нашем отчаянном положении оставался лишь один выход: я должен был добраться к отломившейся от стены скале, зависнув над раскалённой лавой. Лукас дрожал от страха. Он бы никогда на такое не отважился. Люди по своей природе скорее нерешительные, да к тому же ещё и тяжёлые. Поэтому я вызвался добровольцем. Я уже представлял, как буду ползти по камням, рискуя в любой момент сорваться, но крепко цепляясь когтями. Не зря ведь говорят, что мы, меноки, – лучшие скалолазы в Шепчущем лесу (а уж как блестит наша шерсть!).

Но у Эллы была другая идея. Она девочка и поэтому выглядит совершенно не так, как Лукас, который принадлежит к мужскому полу. Я посвящу различиям несколько дополнительных глав. Здесь же скажу лишь, что её идея была крайне опасной.

Элла, по-видимому, особенно хорошо умеет бросать предметы на дальние расстояния. Она даже получила за это почётную грамоту на воинственном человеческом сборище, называемом «детскими спортивными играми». Здесь нужны дополнительные исследования, но, судя по всему, в той грамоте лишь указаны какие-то цифры и она совсем не волшебная.

Люди действительно странные.

Недолго думая, я с радостью согласился, чтобы Элла меня швырнула. Так как я ничего не боюсь – а ещё это давало мне возможность получше изучить Эллу, – я воспринял бросок с воодушевлением. Изящно, как молодой орёл, я пронёсся по воздуху и приземлился точно в центре возвышения. В моём кармашке был надёжно припрятан камень-копир. Конечно, я сразу отказался от обращения к эльфийской магии. С меня хватало светлячков, которые постоянно кружили вокруг моей головы. Мне стоило больших усилий, чтобы не поддаться моей любви к игр… моему врождённому любопытству и жажде знаний и не броситься за ними вслед.

Камень-копир – это удивительное волшебное изобретение. Чтобы им воспользоваться, следует поставить его на место, где перед этим находился предмет, который нужно скопировать. Лукас заметил, что ему бы это очень пригодилось в школе.

Итак, я бесстрашно стоял, окружённый бушующей лавой и клубами дыма, на островке из обвалившейся породы. Было очевидно, что ещё немного, и он тоже рухнет в бездну. Тогда мы утратим след профессора и провалим нашу миссию.

Оглянувшись, я увидел в глазах у Эллы слёзы. Она явно за меня боялась.

Я точно передаю здесь её слова, лишь местами изменив правописание.

– Будь осторожен, наш герой! – прокричала она.

– Никто не сравнится с тобой в храбрости! – признал наконец Лукас. – Даже я.

Фелицита летала по кругу.

– Для тебя нет ничего невозможного. Без тебя мы бы пропали. И твоя шерсть блестит намного ярче, чем у Пунхи.

Я великодушно махнул лапой. Мы, меноки, не любим лесть. Я полностью сосредоточился на задаче, ведь, в конце концов, всё зависело от меня.

Я отогнал хвостом дым. Камень-копир сверкал в свете лавы. Я спросил себя, как камень может так блестеть. Тогда Лукас проворч… весело прокричал мне, что надо поторопиться. Отвлекаться было опасно.

Люди крайне нетерпеливы.

Итак, я коснулся одного из знаков, после чего камень вспыхнул серебристым светом. Словно шёлковый платок, подброшенный в воздух, замерцали тысячи мелких зёрнышек. Затем они опустились, и на каменном возвышении появился пергаментный свиток. Однако линии на нём выцвели, и никаких надписей не было.

Возможно, карта?

Я быстро засунул свиток вместе с камнем-копиром в свой кармашек.

Теперь оставалось самое простое: изящно взобраться по камням, избегая огня (поднимавшегося на метр в высоту), и сквозь дым допрыгнуть до моих друзей.

Но я ведь благовоспитанный менок, поэтому я знаю, что надо и другим дать возможность проявить себя. Лукас взмыл в воздух. Перед этим он воспользовался порошком для полётов и теперь настаивал, чтобы принести меня обратно. Хотя никогда точно нельзя сказать, сколько будет действовать это средство, однако настоящей опасности не было, так как он высыпал его себе на волосы совсем недавно.

Примечание: Обязательно проверить, говорят ли длина и цвет волос что-либо о ранге и положении в человеческом обществе.

Итак, Лукасу пришлось играть роль героя. Он пролетел мимо, и я уже боялся, что он разобьётся о стену. Он летал зигзагами, так как ничего не видел из-за дыма.

Когда он был рядом со мной, я подпрыгнул, с помощью хвоста взобрался ему на спину, и мы направились обратно. По дороге я успокаивающе с ним разговаривал, чтобы он более-менее совладал со своим страхом.

Так как Лукас не слишком хорошо управлял полётом, мы проделали несколько кругов и, не тормозя, влетели, наконец, в туннель. В этом месте хотелось бы подчеркнуть, что это никак не связано с тем, что я случайно вцепился когтями ему в волосы. И хотя мой хвост случайно закрыл глаза Лукаса, он, по моему мнению, должен был найти дорогу.

Похоже, его инстинкты не слишком хорошо выражены.

Примечание: Утверждение, будто я кричал: «Мы умрём, лава уже совсем близко», – это ложь.

Наконец Лукасу удалось остановиться перед самой стеной.

Элла и Фелицита приветствовали меня как спасителя. Конечно, обо мне было нечего беспокоиться, поэтому они спросили лишь Лукаса, всё ли с ним в порядке.

Я отдал камень-копир эльфийке, а карту – Элле. И мы все вместе отправились обратно».

Нарушители правил

Лукас был в ярости.

Сначала Рани упрямо отказывался, чтобы его забросили на островок. Менок пошёл на уступки только после того, как Элла пообещала позже угостить его шоколадом. Лукас рассчитывал, что в действительности она этого не сделает. Меноки без ума от шоколада, но даже маленький кусочек погружает их в глубокий сон.

Светлячки, которые всё время кружили вокруг Рани – и которые, как утверждала Фелицита, должны автоматически исчезнуть, как только они снова окажутся под естественным освещением, – его постоянно отвлекали. Обратный полёт чуть не окончился печально, потому что Рани схватил Лукаса за волосы, чтобы его направлять. Вдобавок он закрыл ему глаза своим хвостом… В общем, это было настоящее родео.

Когда Рани заметил, что Элла подглядывает в его книжечку, в которой он что-то усердно записывал, он быстро загородил её лапой.

– У нас получилось! – радовалась Фелицита. – И было не так плохо, как мы думали.

Лукас стряхнул сажу с волос и грустно посмотрел на прожжённые дыры в своей толстовке.

– Да, неплохая прогулочка получилась.

Но всё же им действительно всё удалось. У них была копия предмета, который искал профессор. И они все остались живы.

Обратный путь казался бесконечно долгим. Наконец вдали показался королевский караул. Лукас тут же зашагал быстрее, чтобы оставить тесноту туннелей позади.

– А вот и мы, – ликовала Фелицита.

Король Унтерфусс довольно улыбнулся.

– Значит, вы нашли, что искали?

– Ну да. – Элла подняла свиток с рисунками.

Теперь король выглядел прямо-таки счастливым.

– Очень рад за вас. И за нас. – Вытянув руки вверх, он повернулся к караулу. – Кошка наша!

Лукас озадаченно смотрел на ликующих землероев.

– Но… как так?

– Правило 429, – ответил король. – Без согласия действующего короля – то есть меня – никто не должен переносить через эту линию предметы, принадлежащие штольне.

Элла, Фелицита и Рани тут же посмотрели на землю. Внучка профессора стояла в шаге от линии – успев её переступить.

– Но… моя Пунхи. – Фелицита сделалась бледной как мел. – Я не могу без неё вернуться. Я ей нужна. И она мне. Мы друзья!

– Ей будет у нас хорошо, – успокоил король эльфийку, но сделал этим лишь хуже.

Рани почувствовал, что должен вмешаться. К сожалению, это выразилось лишь в том, что он выругался.

Элла развернула свиток с правилами.

– Он прав, – подавленно подтвердила она, держа палец на строчке с номером 429.

Лукас в ужасе смотрел на слова. Они не могут просто так оставить Пунхи, это отвратительно. Должен же быть какой-то выход.

– А если мы… – Элла сглотнула, борясь с собой. – Пергамент может остаться здесь. – Она быстро вернулась за линию.

– Слишком поздно, – сказал король Унтерфусс.

Лукас удивлённо смотрел на внучку профессора. Она действительно готова была отказаться от пергамента, ради которого они проделали весь этот путь? Лишить себя единственной надежды выйти на след её исчезнувшего дедушки? И всё ради того, чтобы помочь Фелиците.

– Ты такая милая, – прошептала эльфийка.

– Минутку! – Элла ещё раз взглянула на правила. – Нельзя переносить через линию ничего, что принадлежит штольне.

– Всё верно, – подтвердил король Унтерфусс. – Профессор спросил разрешения, которое я ему дал. Должен признать, его залог не был особенно ценным.

– Но это копия! – радостно сообщила Элла. – И поэтому он не принадлежит штольне. Мы создали этот пергамент сами.

– Что? – улыбка исчезла с лица короля.

Лукас показал камень-копир.

– Это волшебная штука. Немного эльфийской пыльцы – и получаем копию предмета, который когда-то был на месте, куда его положили.

У короля было такое лицо, будто в мире не осталось больше кошек. Даже его подчинённые казались опечаленными.

– Как насчёт сделки? – предложил Лукас. – Мы забираем Пунхи. Но я обязательно найду дома… то есть в городе людей, кошачью семейку, которая охотно согласится жить у вас.

– Ты правда сделаешь это?

– Конечно.

Караул обрадовался, король заключил Лукаса в сердечные объятия.

Унтерфусс хотел устроить праздник, но общими усилиями им удалось убедить его, чтобы он их отпустил. Время поджимало. Всё же профессор исчез давно, а они могут скопировать другие предметы, только если ничто не разрушило место, где они лежали.

Вагонетка вывезла их на поверхность. Выйдя, Лукас жадно вдохнул чистый ночной воздух и раскинул руки в стороны, потягиваясь, словно скинул с плеч тяжёлый груз.

– Твоё предложение было милым, – признала Элла. – Если хочешь, можем вместе поискать то кошачье семейство.

– Что там происходит? – Рани указал хвостом на стража, охранявшего вход в пещеру.

Тот согнулся над массажной кушеткой. На кушетке лежала Пунхи. Кошка мурлыкала, в то время как ей поглаживали шерсть и почёсывали бока.

Рани казался испуганным.

– Что он сделал с её шерстью? Она выглядит намного шелковистее, чем моя.

– Пунхи! – облегчённо закричала Фелицита. – Мы идём.

Кошка, казалось, не особенно торопилась покидать кушетку. Она лишь раздражённо замяукала и выгнула спинку.

– В следующий раз залогом буду я, – сообщил Рани. – Массаж мне бы сейчас тоже не помешал.

– Пунхи! – снова закричала Фелицита. – Пожалуйста, иди сюда. – Вздохнув и мяукнув, кошка попрощалась со стражем и спрыгнула с кушетки.

Рани попытался выяснить, что землерой втирал в шерсть Пунхи, но тот упорно молчал.

Наконец они в полном составе отправились обратно к Моргающему пути.

– Куда теперь? – спросил Лукас.

– Можно мне взглянуть на пергамент? – попросила Фелицита.

Элла развернула скопированный свиток на столике в холле перед платформой.

– Думаю, это карта. Но на ней не так уж много информации.

– Ха, я так и знала. – Эльфийка указала на едва заметные линии, которые время от времени ненадолго вспыхивали. – Видите это?

Лукас подошёл поближе.

– Похоже на рисунок, сделанный затупившимся карандашом. Почему он постоянно исчезает?

– Потому что это лишь часть карты, – пояснила Фелицита. – Этот рисунок показывает только то, где находится следующая часть. Все части такой волшебной карты связаны друг с другом. Они хотят снова соединиться, понимаешь?

– Только тогда они раскроют место, для указания которого были созданы, – вставил Рани.

– Но… сколько тогда частей всего? – спросила Элла.

– Попробую определить. – Фелицита склонилась над пергаментом, ощупала его и обнюхала. – Я бы сказала, где-то от двух до сорока.

– Что? – Лукас в ужасе уставился на свиток. – Сорок?!

Фелицита отмахнулась.

– Честно говоря, большинство волшебников слишком ленивы для изготовления большого количества артефактов. И слишком любят эти так называемые магические цифры – три, семь, тринадцать…

– Это же Небесный город, – прошептала Элла, долго не отрывавшая взгляда от линий, которые равномерным тактом то появлялись, то исчезали, словно пульсировали.

– Ты там бывала? – спросил Рани.

Она покачала головой.

– Дедушка не разрешал, но часто о нём рассказывал.

– Значит, теперь у тебя есть такая возможность. – Лукас радостно кивнул. – Что угодно лучше, чем эти подземные туннели! – Он взглянул на Моргающий путь. – Но можем ли мы просто так туда добраться?

Рани покачал головой.

– Моргающий путь привезёт нас только к катапульте. Дальше надо наверх.

– К катапульте, – эхом повторил Лукас, надеясь, что ослышался. – Что ты имеешь в виду?

– Это такое метательное устройство, – пояснила Фелицита.

– Я знаю, что такое катапульта. Но как это связано с Небесным городом?

– О! – Фелицита снова стала возбуждённо летать вокруг. – Тебе это непременно понравится.

Однако Лукас почему-то был уверен, что эльфийка ошибается.

Небесная катапульта

– Вы с ума сошли?!

Лукас уставился на огромную – так и есть – катапульту. На башне с плоской вершиной была сооружена деревянная конструкция, которая выглядела так, будто с её помощью можно бросать большие каменные глыбы в близлежащие деревья.

Вокруг башни спиралью поднималась узкая лесенка. Различные существа выстроились в очередь, как к аттракциону в парке развлечений, и ждали, чтобы сесть в большой ковш, приделанный к длинному рычагу.

Этот ковш напоминал половинку огромного грецкого ореха, устланную подушками.

– Не волнуйся, будет весело, – пояснила Фелицита.

Даже Элла, которая обычно за словом в карман не лезла, ошеломлённо смотрела на чудовищное сооружение.

– Но вы же знаете, что резкий рывок может переломать нам все кости?

– Да нет же, – сказал Рани. – Я понимаю, что вы боитесь. Вы ведь всё-таки люди. Но катапульта безопасна, а подушки очень мягкие.

– И это говорит менок, который сидел на мне, орал мне в ухо: «Мы все умрём!» – и вырвал у меня клок волос, – не удержался Лукас.

– Ты всё неправильно понял, это были крики радости, – доброжелательно пояснил Рани. – Так вы хотите найти профессора или нет?

Это, конечно, сразу убедило Эллу.

Лукас также хотел собрать полную карту, но это… Ну ладно. Если эта катапульта уже так давно используется в Шепчущем лесу, значит, не так уж она и опасна, успокаивал он себя.

Они встали в очередь. Лукас узнал эльфов, больда, несколько кротов и лис. Только присмотревшись, он заметил, чем животные из Шепчущего леса отличаются от тех, которые встречаются в обычном мире. Кроты были в ботинках и держали лубяные корзинки. На их лапках сверкали кольца и браслеты. Лисы также ходили на задних лапах и держались парами.

– Похоже, все любят Небесный город. – Элла проследила за его взглядом.

– Конечно, – тут же сказала Фелицита. – Я тоже часто бывала там с семьёй, мы приезжали за покупками. Рынок там ни с чем не сравнится. Волшебные предметы, рукоделия, красивая одежда.

– Мне бы не помешал новый карандаш, – сообщил Рани, который как раз собрался что-то записать в своей книжечке.

– А может, писчее перо? – предложила Элла.

– Перо колется в кармашке, лучше приличный карандаш.

Лукас уставился на катапульту, в ковше которой сидело около тридцати существ. Казалось, они ничего не боятся. Разные звери уютно устроились на подушках и выглядели радостно возбуждёнными. Послышался короткий щелчок – и все они полетели прочь. Но не к горизонту. Они устремились вверх по крутой спирали, напоминающей штопор.

Всё произошло головокружительно быстро.

Наконец подошла их очередь.

– Я так рада! – возбуждённо сообщила Фелицита.

– А я-то как рад, – сухо сказал Лукас.

– По тебе видно, – подтвердил Рани. – Ты весь бледный.

Лукас по привычке хотел пристегнуться, но, разумеется, никаких ремней не было.

– Обратный отсчёт будет? – спросил он.

– Что? – переспросил Рани.

Снова послышался щёлкающий звук. И прежде чем Лукас успел что-либо понять, он взлетел в воздух, как пушечное ядро. Как на американских горках, наперекор всем законам физики, они устремились по спирали вверх. Земля отдалялась и становилась всё меньше. Наконец лес превратился в маленькое зелёное пятнышко.

Лукас так напрягся, что у него болели все мышцы. Люди просто не созданы для того, чтобы парить в воздухе на такой высоте без самолёта.

Что, если чары откажут? Они разобьются насмерть?

Элла обхватила себя руками и закрыла глаза. А что, неплохая идея. Но, прежде чем Лукас успел сделать так же, показалась нижняя сторона города. Казалось, будто кто-то отколол от гор скалы, разбросал их в небе и построил на них дома.

Наконец спустя несколько мгновений они мягко приземлились на платформе. Лукас удивлённо осмотрелся.

Дома выглядели как небольшие дворцы из мрамора, золота и стекла. Везде росли деревья и цветы. В воздухе стоял пряный запах. Куда ни кинь взгляд – везде стояли торговые ряды, за которыми различные существа предлагали свои товары.

– Ух ты, – сказал Лукас.

– Как рынок в Винтерштайне, – прокомментировала Элла. – Только лучше.

Они пошли за толпой, которая стекалась к прилавкам. Наверное, мама Лукаса охотно провела бы здесь не один день.

– Сюда приезжают отовсюду, даже из других Шепчущих лесов, – пояснила Фелицита. – Небесный рынок того стоит. А на ночь можно остановиться в домиках для сна.

– Это, наверное, что-то вроде отелей, – тихо сказала Элла.

Лукас удивлённо рассматривал прилавки.

Один землерой предлагал на продажу бриллианты, рубины и изумруды. Когда они проходили мимо него, он бросил полный восторга взгляд на Пунхи, которая мяукнула и подмигнула ему в ответ.

Они сделали большой крюк в обход эльфийских прилавков, чтобы никто не узнал Фелициту. Иначе слухи могут достигнуть ушей короля – её отца, – а тот, в свою очередь, быстро разберётся, в чьей компании разгуливает его дочь.

Вдали пронеслись два менока, нагруженные книгами.

Рани максимально ненавязчиво («Пойдём туда! Скорее! Сейчас же!») привёл их к прилавку, где продавали литературу. Томики лежали стопками и стояли, прислонившись переплётами друг к другу. Все они были живые, как и в библиотеке в Шепчущем лесу, где Лукасу уже довелось побывать, и беседовали с потенциальными покупателями. И если какая-то книга устала, её невозможно было уговорить открыться.

За прилавком стоял бородатый продавец, на первый взгляд выглядевший как обычный человек чуть старше сорока лет, если не считать того, что его кожа имела синеватый оттенок. У него были широкие плечи и толстые, мускулистые руки.

– Посмотри на его шею, – прошептала Фелицита.

– Это жабры?

– Он принадлежит к древнему народу ныряльщиков, – пояснила эльфийка. – Они могут дышать под водой.

В такие моменты Лукас был очень благодарен за то, что они с семьёй переехали в дом профессора. Иначе он никогда не узнал бы о подобных чудесах Шепчущего леса, о его обитателях и магии.

Они осмотрели ещё несколько прилавков, и затем Фелицита увела их через небольшой проход прочь от рыночной суматохи. Светлые широкие улочки вели вглубь Небесного города, где больше не было видно и слышно туристов.

Здесь Элла достала карту.

– Пергамент тёплый, – заметила она.

– Хороший знак, – сказал Рани. – Значит, мы приближаемся.

На пергаменте снова появился чертёж, но очень скоро исчез. Лукас не был уверен, но казалось, что чем теплее становился свиток, тем меньше времени видны линии.

Они двигались к цели, ориентируясь по реакции карты. Когда пергамент делался теплее, они шли вперёд, а холоднее – разворачивались.

В какой-то момент они растерянно остановились посреди улицы.

– Не понимаю, – в отчаянии сказала Элла. – Куда бы мы ни пошли, карта больше не меняет температуру. Но здесь ничего нет.

Они оглядывались по сторонам.

Вдруг подул сильный ветер. Карта выскользнула у Эллы из рук. Лукас молниеносно её подхватил.

– Она стала теплее. – Наморщив лоб, он положил её на землю. – Ещё теплее. – Тут его осенило. – Нам нужно вниз!

– Но под нами больше ничего нет, – сказала Фелицита. – Только… нижняя сторона города. А туда попасть невозможно.

Скалолазание в облаках

Лукас осторожно заглянул за край города. От одного взгляда возникало чувство падения в бездну.

– Вижу облака, – пояснил он, отодвинувшись от обрыва на безопасное расстояние. – Под нами!

Между тем было совершенно ясно, что карта ведёт их вниз. Поскольку под Небесным городом не было никакой канализации или туннелей, вторая часть карты должна была находиться на нижней стороне парящего поселения.

– Проще простого, – фыркнул Рани. – Фелицита просто слетает вниз и всё разведает.

Все взгляды устремились на эльфийку.

Зардевшись, она объяснила:

– Мне жаль, но ничего не получится. Небесный город держит в воздухе магия. Она нейтрализует другие чары, чтобы его защитить. Только волшебные предметы сохраняют свою силу. Так что если я перелечу через край и попаду под действие защитной магии…

– Твоя летательная способность испарится, – закончила Элла. – И ты упадёшь. Ладно, тогда возьмём порошок для полётов.

– А я разве не говорил? – Лукас откашлялся. – Тогда в штольне я использовал всё.

Рани плюхнулся на землю и почесал хвостом голову.

– И как же теперь раздобыть вторую часть? Мне бы не хотелось, чтобы меня снова швыряли.

– Да мы и не знаем, куда швырять, – успокоил Лукас менока.

– Но дедушка тоже должен был попытаться как-то достать вторую часть. Мы знаем, что он нашёл первую. – Элла села рядом с Рани, скрестив ноги. – Если он не мог использовать магию, то остаётся лишь одна возможность.

– Доползти. – Лукас медленно кивнул. – У него было снаряжение для скалолазания?

– Дома – конечно, – ответила девочка. – В его… в нашем подвале наверняка до сих пор валяется всякая всячина.

Это навело Лукаса на мысль, что он ведь ещё совсем не обследовал подвал дома.

– А из чего состоит такое снаряжение? – спросила Фелицита, паря в воздухе над Пунхи.

– Из верёвки и крючков, которые для страховки вбивают в камни, – объяснила Элла.

– И молотка, чтобы было чем забивать, – добавил Лукас.

– У меня есть идея! – Фелицита кружила в воздухе.

– Твоя идея предполагает чары, которые всех нас погубят? – ворчливо спросил Рани.

Не ответив, эльфийка понеслась прочь.

Элла озадаченно смотрела ей вслед.

– Нам идти за ней?

Лукас махнул рукой.

– Просто подождём.

– Я рад, что в детстве не надышался эльфийской пыльцы. – Рани неодобрительно покачал головой. – Иначе я бы сейчас тоже всё время метался туда-сюда.

Возвращения Фелициты не пришлось долго ждать. Следом за ней парили верёвки, металлические крючки и топор.

– Молоток, к сожалению, я так быстро не нашла.

– Ух ты, гениально! – Лукас рассматривал предметы. – Откуда это у тебя?

Щёчки Фелициты слегка зарделись, и она с улыбкой махнула рукой.

– Там был прилавок, где продавали снаряжение для скалолазания.

– Какое совпадение. – Рани схватил верёвку и потянул.

– Да, какое совпадение, – тихо сказала Элла.

– Значит, нам предстоит побыть скалолазами. – Лукас сглотнул. – Без магии.

– Мы привяжем верёвку к дереву. – Фелицита указала на край парка, за которым город заканчивался. – Так с тобой ничего не случится, Лукас.

– И со мной, – заявила Элла. – Я тоже пойду, конечно.

С одной стороны, Лукас считал, что лучше бы опасности подвергался лишь кто-то один. Но с другой – он был благодарен, что ему не придётся спускаться в одиночестве.

– Альпинисты всегда ходят парами, – добавила Элла. – Чтобы друг друга страховать.

Они обмотали верёвку вокруг дерева и завязали узлом. Длина была достаточная. Наполнив карманы крючками и засунув топор за пояс, Лукас стал спускаться за край города. На облака падал лунный свет. Было совсем не холодно, и воздух не был слишком разрежённым – наверное, благодаря магии.

На несколько секунд Лукас повис в пустоте. Если верёвка оборвётся, он разобьётся насмерть. Как долго падать с такой высоты?

– Всё в порядке? – прокричала сверху Элла.

– Лучше не бывает, – прохрипел мальчик.

– Не хватает воодушевления, – ответила внучка профессора. – Тебе следует поработать над голосом. Этому учат в театральном кружке.

– Лучше не бывает! – заорал Лукас. – Вы должны меня слегка раскачать, чтобы я достиг следующей скалы.

Нижняя сторона города немного напоминала свод пещеры, с которого свисают сталактиты. Они находились на таком расстоянии друг от друга, что между ними можно было пройти.

Верёвка с Лукасом закачалась. Выступ скалы становился всё ближе, и с третьей попытки Лукас смог зацепиться за её неровную поверхность. Он обхватил камень обеими ногами и нащупал носочками углубление, послужившее ему опорой. Затем он поспешно достал крючок и вбил его топором в скалу.

Только после того, как четыре крючка оказались на местах и Лукас переместился на следующую скалу, Элла стала спускаться за ним на второй верёвке, также привязанной к дереву. Она шла по тому же пути, цепляясь за вбитые мальчиком крючки.

– Всё в порядке? – спросила она, тяжело дыша, когда догнала Лукаса.

Он судорожно кивнул.

Они стали пробираться дальше между камней. Чем ближе они подходили к центру города, тем плотнее прилегали друг к другу глыбы. Так было проще найти ногами опору, вбить крючок и пойти дальше.

– Мы должны быть почти на месте, – сказала Элла.

Карта к этому времени стала почти горячей.

– Вон там! – Лукас показал на узкий проход впереди.

За ним скалы образовывали каменную полусферу, которая висела под городом, как гнездо.

Они молча продвигались дальше. Лукас несколько раз оступался, но верёвка его удерживала. Он устал, все мышцы болели. Если мама когда-нибудь вновь предложит наведаться в местный скалодром, вместо того чтобы всё время сидеть за компьютером, он с радостью согласится – для будущих приключений надо держать себя в форме. То-то она удивится!

Наконец ребята достигли каменной полусферы. Лукас первым залез на платформу и подал Элле руку. Они легли рядом, тяжело дыша.

Когда его дыхание пришло в норму, Лукас поднялся.

– Ох, чёрт!

Элла мгновенно вскочила.

– Что?

На платформе находились обломки того, что когда-то было чем-то вроде алтаря. Он был разломлен пополам. На камне были какие-то узоры, засечки и знаки.

– Ох, чёрт, – повторила внучка профессора. – И что теперь?

Лукас не имел ни малейшего понятия.

Разрушенный алтарь

– Наверное…

– Хочешь сказать, что карта лежала на алтаре, когда он ещё был цел? – перебила его Элла. – Наверняка. Под землёй было так же.

– Но как нам сделать копию, если алтарь разрушен?

Элла порылась в рюкзаке Лукаса и достала камень-копир.

– Просто попробуем.

Она провела волшебным предметом по разбитой поверхности и коснулась одного из магических знаков. Ничего не произошло.

Она понуро опустила плечи.

– Без карты мы никогда не узнаем, что случилось с дедушкой.

Лукас присел рядом с ней.

– Мне жаль.

Он чувствовал себя виноватым. Возможно, алтарь ещё совсем недавно был цел. Судя по осколкам, на него упал кусок породы с каменистого потолка. Быть может, они опоздали всего на несколько минут.

– Я должен был сразу дать тебе шепчущий порошок, чтобы ты отправилась на поиски дедушки. – Лукас бросил на Эллу короткий взгляд, после чего продолжил нерешительно: – После переезда… Я редко общаюсь с моим лучшим другом Мишей. У него сейчас появились новые друзья. А я всё время сижу дома. Рани, Фелицита и Пунхи классные, с ними весело, и…

– Ты боишься, что без шепчущего порошка больше не сможешь их увидеть? В прямом смысле.

– Именно, – подтвердил он. – Его почти не осталось, а я не знаю, как достать ещё.

– Честно говоря, я тоже. Но мы разузнаем это позже, – ответила Элла. – Должна же быть какая-то возможность. Сойдёмся на том, что ты виноват и угостишь меня за это пирожным.

– Минуточку!

– Признать свою вину – это так благородно. – Элла подмигнула. – Так смело.

– Ты права, – вынужден был ответить Лукас. – Согласен, я виноват. Но только в этот раз.

Элла широко улыбнулась.

– Я покажу тебе отличное кафе, где самые лучшие пирожные.

– Договорились.

Они пожали друг другу руки.

Повернувшись к разрушенному алтарю, Элла сказала:

– Мы могли бы его починить.

Лукас скептически посмотрел на тысячи маленьких каменных обломков, разбросанных вокруг двух больших половинок столешницы.

– Это будет непросто.

– Почему у нас нет эльфийской пыльцы? Тогда мы могли бы просто собрать все осколки с помощью магии…

– Конечно! – Лукас вскочил, едва удержавшись на ногах из-за уставших мышц. – Мы же можем это сделать!

– Ты прихватил эльфийскую пыльцу?

– Она нам совсем не нужна. У нас же есть камень-копир. Если алтарь разрушен, то мы создадим его копию.

– Ты гений! – Элла тоже вскочила. – И я говорю это в первый и последний раз.

Вдвоём дети быстро освободили место, где стоял алтарь. Внучка профессора поставила кубик на землю и коснулась им одного из трёх оставшихся волшебных знаков.

– Что же, посмотрим. – Она на всякий случай отошла назад.

Кубик ярко вспыхнул, из него вылетела немалая порция эльфийской пыльцы и закружилась в воздухе. Волшебный предмет медленно поднимался – так как под ним возникал алтарь.

Через несколько секунд всё было готово.

– Сработало! – обрадовалась Элла.

– А теперь следующая часть.

В этот раз кубик взял Лукас. Он коснулся предпоследнего знака – и всё повторилось. Зашелестела магия, сверкнула эльфийская пыльца.

Появилась вторая часть карты.

Элла радостно её подняла.

– У нас получилось.

Пока Лукас прятал кубик в рюкзак, девочка рассматривала пергамент. На всякий случай она оставила первую часть карты под присмотром Рани, который положил её в свой кармашек.

Лукас снова повис на верёвке, пока его ноги не нащупали скалу. Обратный путь дался немного легче, так как он уже наловчился в скалолазании и не должен был больше вбивать крючки.

Когда он достиг второй скалы, Элла тоже слезла с полусферы.

Дул освежающий ветер. Возможно, под облаками шёл дождь и где-то за Шепчущим лесом в окна жителей Винтерштайна барабанили капли. Однако здесь наверху было ясно.

В небе висела серебристая луна, частично отгоняя тьму от парящего города. Лукас и Элла, словно тени, передвигались в лунном сиянии между белыми ватными облаками и освещёнными камнями. Лукас пришёл в восторг от этого зрелища. Неужели кто-то когда-то видел что-то подобное?

Он улыбнулся…

…и потерял опору.

На какое-то мгновение он повис между луной и облаками, а затем камнем полетел вниз. Всё происходило так быстро, что у мальчика не было даже времени, чтобы завопить.

– Лукас! – послышался крик Эллы.

Верёвка натянулась, но только на секунду. С безжалостным лязгом крючок, на котором она висела, треснул.

Падение продолжилось. Снова рывок. Следующий крючок тоже сломался.

Лукас видел, как Элла наверху пыталась удержать верёвку. Но сила тяжести, тянувшая его вниз, была слишком большой. Верёвка лишь стирала девочке ладони.

Наконец сломались все крючки, и последней опорой осталась сама Элла. Но сила тяжести влекла вниз и её.

Облака приближались.

Вдруг стало очень холодно. Лукасу было трудно дышать. Он теперь свисал так далеко, что оказался вне досягаемости чар города.

Наконец падение прекратилось.

И они просто повисли.

Облака были так близко, что Лукасу казалось, что он может потрогать их пальцами. Лунный свет обволакивал его, словно волшебная эльфийская пыльца. Высоко над ним висела Элла.

– Ты в порядке? – прокричала она.

– Ты же не серьёзно спрашиваешь?

– Ладно, ты всё ещё жив. Нам надо ползти по верёвке наверх!

– Да ну?

Проблема была в том, что вес Лукаса тянул внучку профессора вниз. Так что она могла начать подъём, только когда он подползёт выше.

Мальчик дрожащей рукой схватил единственное, что защищало его от верной смерти, и подтянулся.

Сантиметр за сантиметром он приближался к Элле. У девочки все ладони были разодраны. Она дрожала.

– Я пытаюсь тебя удержать, – сказала она.

– У нас получится, – ответил Лукас.

Их глаза на короткий миг встретились. У Лукаса пробудилась надежда. У них может получиться! Нет, у них точно получится!

Но тут верёвка оборвалась.

Падение или полёт?

Всё кончено!

Лукас слышал, что в момент смерти перед глазами проносится вся жизнь. В свои двенадцать лет он успел уже кое-что пережить, и как раз об этом он теперь думал.

Он вспомнил свою старую школу, где уроки давались ему легко. В новой же всё было по-другому. Здесь до сих пор никто не хотел с ним связываться, ведь он сын господина Лампрехта. Там, где он жил раньше, он мог часы напролёт проводить с Мишей, поедая пирожные, играя в компьютерные игры или читая. После переезда в Винтерштайн он едва улизнул от когтей варка, покатался по Моргающему пути, перехитрил больдов, летал над лавой и лазил по скалам под Небесным городом.

И теперь впереди была неизбежная смерть.

Лукас с удивлением понял, что он уже достаточно долго размышляет над своей жизнью. Не должно ли такое падение происходить быстрее?

– Мы парим, – пояснила Элла.

– Но… как?

Их окружала только белая вата облаков. Лукас пошевелил рукой.

– Эй, да они же совершенно мягкие.

– Это же облака.

– Но разве облака не должны состоять из капель воды и кристаллов льда?

Вместо этого было совершенно сухо. К тому же пахло лавандой и воздух мерцал серебристым светом, будто вглубь облаков проникали лунные лучи.

Прежде чем Лукас успел поразмыслить, что произошло, сверху прилетел какой-то крохотный снаряд. Однако в этот раз это был не Рани.

– Вы в порядке! – Фелицита с трудом дышала. – Какое счастье, что ваше падение затормозили эльфийские сети.

– Что? – Лукас ещё более озадаченно оглядывался.

Эльфийка развела руками.

– Ну, сети. Они улавливают серебристый лунный свет. Когда он дозреет, превратится в эльфийскую пыльцу, и мы её соберём. Чтобы он лучше зрел, мы сделали облака поуютнее.

– Ага, ну конечно, и как мы сразу не догадались, – сухо сказал Лукас.

Только теперь он узнал огромное множество крохотных частичек, с помощью которых Фелицита творит своё волшебство. Эльфийская пыльца. Она окружала их со всех сторон.

– Минутку, а как ты сюда попала? – спросила Элла. – Я думала, что твои летающие чары будут нейтрализованы.

– Верно, – подтвердила эльфийка. – Но мы заглянули за край города и увидели, что вы полетели вниз. Поэтому я прыгнула. Я хотела вас догнать и затем затормозить ваше падение с помощью эльфийской пыльцы.

– И ты не знала, что здесь есть эльфийские сети? – спросил Лукас.

Эльфийка покачала головой.

– Они постоянно перемещаются с места на место, чтобы равномерно ловить лунный свет.

Лукас в очередной раз восхищался эльфийкой, которая, казалось, сама не замечает, насколько смелы её поступки. Чтобы спасти их с Эллой, она просто спрыгнула с края Небесного города.

– Это… спасибо, – тихо произнёс Лукас.

– Ух ты, очень храбро, – сказала внучка профессора.

Щёчки Фелициты слегка зарделись.

– Я сказала Рани и Пунхи, чтобы они воспользовались лифтом.

– Здесь есть лифт? – Лукас вспомнил катапульту, швырнувшую его в небо.

– Ну да. Он такой забавный. Просто на полной скорости летит с пассажирами вниз. Думаю, Рани никогда ещё им не пользовался. Им обоим будет весело.

Фелицита подхватила в воздухе немного волшебной пыльцы, бросила её на Эллу и Лукаса и пробормотала какое-то заклинание по-эльфийски.

Они медленно опустились ниже облаков. Под ними показались зелёные верхушки деревьев Шепчущего леса.

– Если я всё это расскажу дедушке… – мечтательно произнесла Элла.

– Он наложит новые чары, чтобы не дать тебе попасть в дом, – закончил Лукас её предложение.

– Ты прав, пожалуй, лучше не рассказывать. – Она радостно кувыркнулась в воздухе. – Здесь так красиво!

Её хорошее настроение передалось и Лукасу, и он впервые смог насладиться головокружительной высотой.

– Так вы нашли карту? – взволнованно спросила Фелицита.

– О да. – Мальчик кратко рассказал, что произошло под Небесным городом. – Но теперь камень-копир можно использовать ещё только раз. – Лукас протянул волшебный кубик эльфийке.

Они приземлились всего в нескольких метрах от катапульты. К ним уже спешил взбешённый Рани в сопровождении скучающей Пунхи.

– Ты сделала это нарочно! – Шерсть менока топорщилась во все стороны, как будто его сушили феном. – Ноги моей больше не будет в этом дурацком лифте!

Фелицита сделала невинный вид.

– Я не думала…

– Не ври!

И между ними снова начался горячий обмен колкостями.

– Они часто так… спорят? – спросила Элла.

– Постоянно. – Лукас махнул рукой. – Давай сложим карту.

Перепалка тут же стихла.

Друзья встали в круг. Рани достал из кармашка первую часть и положил сверху на ту, которую добыли Лукас с Эллой. Пергамент словно стал текучим, и две части слились в одну.

– Ух ты. Линии меняются, и они также стали намного чётче, – удивился Лукас. – Вы знаете, где находится следующее место?

– Ну конечно, – проворчал Рани. – Если я нарисую тебе мелом дом, ты же, разумеется, сразу назовёшь мне его точный адрес.

– Кажется, я знаю, – сказала Фелицита. – Элла, ты не могла бы ещё раз повторить первые строчки со свитка?

Элла достала свои записки и прочитала:

Три части откроют забытого прах,

То пламя, ветрá и вода.

– Итак, огонь относится к землероям, – заключил Лукас. – Ветрá – Небесный город.

Фелицита кивнула.

– Да. Я почти уверена, что знаю следующее место.

– А может, обойдёмся без последней части? – вдруг предложил менок. – Зачем нам три?

– Похоже, тут кто-то боится воды? – хитро прищурилась Элла.

Лукас ожидал, что Рани будет горячо протестовать. Он ведь ничего не боится! Но менок молчал.

– Ладно, – взмахнула крылышками Фелицита. – Я вам всё объясню на месте. А сейчас нам надо перенестись с помощью Моргающего пути на восточную границу леса.

Пунхи нервно замяукала.

Однако эльфийка уже полетела в сторону станции.

Лукас последовал за ней, чувствуя, как в животе завязывается узел тревоги. Чего так боятся его друзья?

Восточная граница

Моргающий путь перенёс их на станцию, которая полностью отличалась от других. Платформа поросла водорослями, а на земле было по щиколотку воды.

– Что здесь случилось? – спросил Лукас.

Вместо ответа Фелицита просто вывела их со станции на пляж. Тёмный песок вперемешку с камешками переходил в бескрайнее озеро, простиравшееся до горизонта. Повсюду валялись пластиковые бутылки, обёртки от фастфуда и помятые пивные банки. Стоял неприятный запах.

Лукас в ужасе уставился на весь этот мусор.

– Да-да, это всё вы, – пояснил Рани, упёршись кулачками в бока.

Фелицита грустно посмотрела на воду.

– В Тёмные годы защита леса пала. Это озеро русалов. Здесь жил дружелюбный народ, который вёл торговлю с обитателями суши. Но когда мы с помощью магии восстановили защиту леса… что-то пошло не так.

– Вы наколдовали мусор? – прошептала Элла, с отвращением рассматривая гору использованных подгузников.

– Над землёй лес защищён, но под водой есть трещины, которые соединяют озеро с человеческим морем. Магия вывела всё из равновесия, создала глубокие ущелья и вызвала новые течения.

– И через щели к вам попадает мусор, – понял Лукас. – Это ужасно.

– Русалы были вынуждены уйти в глубину. Сегодня они почти не выходят на поверхность, потому что для этого надо пробираться через весь этот мусор. Это очень опасно, потому что в воду попадают ядовитые вещества. – Фелицита вздохнула. – У них были такие красивые перламутровые ожерелья ручной работы… Летом я приходила сюда со своими братьями и сёстрами, и мы плескались в воде. Дети русалов тоже тогда могли подниматься на поверхность.

У Пунхи впервые был такой вид, будто ей не всё равно. Кошка смотрела грустными, широко раскрытыми глазами на озеро, будто вспоминая те летние дни, о которых рассказывала Фелицита.

Лукас сглотнул комок в горле. Он не мог придумать никакого оправдания. Он с удовольствием привёз бы сюда экскаватор, чтобы хотя бы немного убрать пляж. Но если течение постоянно приносит новый мусор, всё безнадёжно.

– И нам теперь надо вниз? – Элла указала на грязную воду. – Класс. Что это там плавает, ржавая канистра от бензина?

– Здесь плавает всё, что только можно себе представить, – пояснил Рани. – Поэтому лапы моей в этом озере не будет.

Пунхи согласно кивнула.

Когда они подошли к озеру ближе, карта явно стала теплее, так что Лукас убедился, что следующая часть должна находиться под водой. Тут он вспомнил о волшебных снадобьях, которые они прихватили с собой, и полез за ними в рюкзак.

– Я знал! – С ликующим видом он достал три бутылочки. – Зелье для подводного плавания.

– О, – Элла медленно кивнула, – дедушка о нём рассказывал. Оно создаёт вокруг твоего тела очень тонкую оболочку, которая не даст одежде намокнуть. Тогда можно говорить и дышать под водой. Также яд, плавающий в воде, не сможет нам навредить. Но он никак не мог подобрать правильную дозу. Действие этого зелья ненадёжно.

Лукас вспомнил своё падение с Небесного города. Снова оказаться в шаге от смерти не хотелось. Но, с другой стороны, они уже так близко к цели, что поворачивать назад просто нельзя.

Он быстро откупорил бутылочку и выпил залпом сине-зелёную жидкость.

– Бр-р-р, на вкус как заплесневелые водоросли.

– Дедушка тоже так говорил, – сказала Элла. – Дай-ка мне вторую. – Она выпила.

– Нет! – Рани энергично покачал головой. – Вода плохо сказывается на моей шерсти. А яд тем более.

Фелицита тяжело сглотнула.

– Я бы не хотела отпускать вас одних, но если зелье перестанет действовать, яд тут же возьмётся за мои крылышки.

– Мы с Лукасом пойдём вдвоём, – пояснила Элла. – Так у нас останется порция зелья про запас на случай, если его действие слишком рано ослабеет.

Пока что никакого действия не ощущалось. Лукас приблизился к озеру. Карту он обмотал вокруг запястья, чтобы чувствовать, как меняется её температура.

Когда он потрогал воду носочком кроссовки, по его коже пробежало свечение. Его обволокла защитная оболочка, повторяющая очертания его тела.

Он пошёл вперёд и после нескольких шагов оказался полностью под водой, но при этом оставался совершенно сухим. Дышать он тоже мог без проблем.

Лунный свет сюда не достигал, но, к счастью, Лукас видел под водой благодаря своей светящейся коже.

Элла погрузилась в озеро рядом с ним.

– Ух ты, просто класс. И я действительно по-прежнему могу говорить. Только звучит как-то глупо.

Защитная оболочка обволокла также рюкзак Лукаса, который тот не хотел оставлять наверху.

Кто знает, не понадобится ли им что-нибудь из его обширных запасов в мрачной неизвестности озёрных глубин? Кроме того, там был спрятан камень-копир. Запасную бутылочку с зельем Элла держала при себе.

Дно круто опускалось, и уже через несколько минут мальчик и внучка профессора потеряли его из виду и поплыли вперёд в толще воды.

Дети были не одни. Во тьме проплывали пластиковые пакеты и ядовито-зелёные пятна.

Мусора было ещё больше, чем Лукас ожидал. Возможно, в какой-нибудь из книг профессора найдётся решение этой проблемы. Лукас твёрдо решил когда-нибудь очистить озеро.

Друзья погружались всё глубже, пока мусор не остался над ними. Здесь, внизу, вода была чище. Волшебная оболочка защищала также от давления воды, так что, к счастью, они по-прежнему могли нормально дышать.

Лукас и Элла нырнули в ущелье между скалами. В воде покачивались водоросли. Показались первые маленькие рачки. От их светящейся кожи шарахались косяки рыб.

– Здесь, внизу, всё пока нетронуто, – тихо произнесла Элла, любуясь увиденным. – Словно мир, погрузившийся в вечный сон.

– И правда, – сказал Лукас. – Жаль только, что мы не можем познакомиться с русалами.

– Жаль? Они бы явно не пришли от встречи с нами в восторг, мы ведь люди. А это всё случилось из-за людей.

Для обитателей Шепчущего леса люди действительно должны были ассоциироваться со всем плохим. Тёмные годы, злой маг, загрязнение – Лукасу всё это тоже отнюдь не казалось хорошим. Так что неудивительно, что варки получили столько свободы.

– Что говорит карта? – спросила Элла.

– Она становится всё теплее.

Они проплыли через узкое ущелье и обогнули скалу.

От того, что перед ними открылось, у Лукаса перехватило дух. Всё дно озера было усеяно обломками кораблей, подводных лодок и даже самолётов.

– Как всё это сюда попало? – прошептала Элла.

– Трещины. – Лукас едва заметно кивнул. – Если они действительно есть по всему миру…

– …То сюда попадают все пропавшие без вести корабли. Смотри, вон там – похоже на старый испанский трёхмачтовик.

Этот корабль запросто мог лежать здесь с позапрошлого века. У Лукаса по телу пробежали мурашки. Что можно найти среди этих обломков? Погребённые сокровища. Потерянные судьбы. Загадки древности.

Лукас сосредоточился на температуре карты на запястье и проделал круг в воде.

– Нам туда.

И они вместе с Эллой поплыли к кладбищу на дне озера.

На дне озера

Они плыли среди ржавых обломков кораблей. Мимо проносились косяки рыб, снова скрываясь во тьме.

– Какие мрачные тут тени. – Элла боязливо передёрнула плечами.

Лукас предпочёл не представлять, что может за ними скрываться. Вот бы сейчас просто наблюдать, что будет дальше, удобно устроившись с чипсами, шоколадом и лимонадом перед телевизором или с книгой в руках. Но, к сожалению, он сейчас по другую сторону экрана или переплёта.

Между тем карта у него на запястье заметно нагрелась.

– Смотри! – Элла указала на деревянную галеру, выделявшуюся на фоне изъеденных ржавчиной судов. – Она намного старше.

– Наверное, нам надо туда.

– Как представлю, что дедушка проделал всё это один… Даже думать об этом не хочется.

Наконец они добрались до галеры и опустились на деревянную палубу. На мачтах висели порванные паруса, которые развевало лёгкое течение. Борта корабля были покрыты ракушками.

– Дай угадаю, – прошептала Элла, – если присесть, карта станет теплее?

Лукас попробовал и с сожалением кивнул.

– Видимо, нам надо под палубу.

В носовой части корабля была прямоугольная решётка, перекрывавшая вход в трюм. В ней был замок величиной с руку Лукаса, но кто-то разбил его надвое.

Элла и Лукас коротко переглянулись, после чего вместе взялись за решётку. Вниз вела лестница. Ребята стали осторожно спускаться, и когда они достигли пола, на стене загорелись факелы. Пламя спокойно полыхало, хотя повсюду была вода.

Посередине стоял алтарь.

– Это действительно странно, – сказала Элла.

– Что ты имеешь в виду? – Лукас уже пошёл вперёд, но её слова его остановили.

– Я всё думаю о том, кто вообще создал эту карту, ведущую к Сердцу леса?

– Может, тот самый исчезнувший народ, о котором говорил твой дедушка? – Лукас пожал плечами. – Не знаю. Но он, видимо, её всё-таки собрал.

– Он был одержим этой загадкой. – Элла поплыла к алтарю. – Давай закончим с этим, возможно, тогда всё прояснится.

Лукас достал камень-копир.

В то же мгновение корабль затрясло. Борта, днище, палуба – всё дрожало. Прежде чем Лукас успел что-либо сказать, всё вокруг превратилось в беспорядочный водоворот. Галера переворачивалась.

– Решётка! – закричала Элла.

Слишком поздно. Она беззвучно захлопнулась.

Ещё один поворот – и корабль застыл на дне озера палубой вниз. Пол превратился в потолок.

Непроницаемый потолок без входов и выходов.

– Нам не выбраться, – прошептала Элла. – Мы в плену.

Глубоко под водой, в трюме корабля, потерпевшего крушение.

– Как долго ещё будет действовать зелье? – спросил Лукас в панике.

– Без понятия. – Элла потянулась к карману. – Но у нас осталась ещё одна бутылочка.

Они принялись обыскивать корабль в поисках выхода. Но, если не считать амбразур, в которых раньше, наверное, размещались пушки, никакого пути наружу не было.

– Ты должна туда пролезть.

– Возможно. – Элла недоверчиво посмотрела на одно из отверстий. – А как ты?

– Фелицита наверняка сможет что-нибудь сделать с помощью эльфийской пыльцы, – сказал он. – Это единственная возможность.

Лукас одним прыжком оказался возле алтаря, который лежал на боку. Приложив все силы, он поставил его прямо и коснулся последнего знака на камне-копире. В мерцающем свете появилась третья часть карты.

– Вот. – Он протянул пергамент Элле. – Спрячь – и вперёд.

Не успел мальчик договорить, как волшебный камень разлетелся на крохотные осколки. Он сослужил свою службу и исчез.

Девочка взяла пергамент, обмотала его вокруг запястья под рукавом и повернулась к отверстию.

– Лук… что-то не… – Внучка профессора схватилась за горло. – Не могу… дышать.

Лукас в ужасе понял, что зелье для подводного плавания утратило силу.

– Выпей, быстро! – приказал Лукас.

Элла дрожащей рукой достала из кармана бутылочку, но та выскользнула у неё из пальцев. Бутылочка, словно в замедленной съёмке, опустилась в толще воды и юркнула в щель в досках.

– Нет! – Лукас ринулся вперёд, запоздало пытаясь поймать пузырёк.

– Не могу… дышать. – Глаза Эллы расширились, в них отчётливо читался страх.

Лукас лихорадочно пытался достать бутылочку. Он мог коснуться её кончиками пальцев, но щель была слишком узкой. Как бы мальчик ни старался, пузырёк не двигался с места – он застрял.

Вдруг всё вновь затряслось, словно корабль столкнулся с чем-то большим.

В этот момент мальчик понял, что галеру перевернуло не течение и не землетрясение. Они привлекли чьё-то внимание во тьме глубокого озера. Они были незваными гостями, врагами. И всё, что их отделяло от неведомого ужасного существа, – это борт корабля.

– Лу…

Голос Эллы оборвался, её лицо побледнело. Она судорожно дёргалась, пытаясь втянуть в лёгкие воздух. Но без волшебного зелья отделить кислород от воды было невозможно. Она стала глотать воду.

– Нет! – Лукаса охватило отчаяние.

Он вцепился пальцами в дерево и стал тянуть и ломать. Кусок доски откололся, и в кожу вонзились занозы. В воде растеклась кровь, словно кто-то разлил красные чернила.

Но бутылочка по-прежнему не сдвинулась с места.

Он посмотрел на Эллу. Её движения замедлились, а взгляд стал стекленеть.

– Держись, пожалуйста! – прошептал он.

Но что бы он ни делал, бутылочка просто не хотела идти к нему в руки. Вдруг удар чьего-то огромного тела расколол часть борта. Внутрь хлынул поток, создавший водоворот. Течение подхватило Эллу и ударило о борт.

С закрытыми глазами она поплыла в воде, неподвижная и бездыханная.

Лукас ещё никогда не чувствовал себя таким бессильным. Даже когда его схватил варк.

Тупик

Лукас так сильно дёргал бутылочку, что она лишь чудом не разбилась.

Наконец его упорство принесло плоды: пузырёк высвободился из ловушки. Мальчик оттолкнулся от деревянного пола, подплыл к Элле и поднёс бутылочку к её губам. Он откупорил её, и жидкость потекла в рот девочки, тут же начав действовать.

По телу девочки пробежала дрожь, и защитная оболочка восстановилась. Девочка закашлялась, выплёвывая воду.

– Ну, вроде жива, – с облегчением выдохнул Лукас.

Элла заморгала.

– Ещё бы чуть-чуть. Спасибо. – Её взгляд упал на бутылочку. – Ты с ума сошёл?!

– «Спасибо» мне больше понравилось.

– Ты отдал мне всё! Что, если у тебя зелье тоже перестанет действовать? Мы же приняли его почти одновременно.

Лукас вздрогнул от ужаса.

– Я об этом не подумал.

– Это… в каком-то смысле мило. И совершенно глупо!

О корабль снова что-то ударило.

Они подплыли к появившейся трещине и выглянули наружу.

– Что это? – испуганно спросила Элла.

Лукас не смог ответить, потому что лишился дара речи.

Существо, которое они увидели, выглядело как смесь крокодила и змеи. Во тьме извивалось длинное чешуйчатое тело. Благодаря светящейся коже было видно достаточно, чтобы Лукасу захотелось сжаться от страха. Сверкнули два ряда острых зубов с извивающимся ядовитым языком между ними.

– Если эта тварь нас схватит… – договаривать было необязательно. Как только зелье перестанет действовать, Лукас сможет выбрать: стать кормом для этого чудовища или утонуть.

– Смотри! – Элла лихорадочно указала в сторону решётки.

Когда корабль в очередной раз содрогнулся, решётка слегка приоткрылась.

– Мы можем туда пролезть, – размышляла Элла, – и затем добраться до других обломков. Если нам удастся остаться незамеченными, то у нас будет шанс.

– Но если эта тварь ещё раз толкнёт галеру, нас раздавит.

– Есть идеи получше?

– Нет.

– Тогда вперёд! – приказала Элла.

Она протиснулась через щель между решёткой и палубой. Лукас последовал за ней. Между палубой, которая теперь была над ним, и дном озера было так мало пространства, что он с трудом продвигался вперёд.

Камни и ракушки царапали кожу и рвали одежду.

Наконец ребята достигли борта галеры. На некотором расстоянии виднелись другие корабли, уже металлические.

– Готов? – спросила Элла.

– Нет, – сказал Лукас.

– Я тоже нет. Ну, вперёд!

Держась рядом, они поплыли в сторону ближайшей громадины – подводной лодки. Сбоку в ней была трещина. Теперь было несложно догадаться, откуда она взялась.

Лукас на свою беду оглянулся.

Чудовище заметило их и бросилось вперёд. Наверное, они слишком светились или… Из его раны на руке по-прежнему струилась кровь. Лукас знал, что подводные хищники могут чувствовать запах крови за много километров. Может, эта тварь что-то вроде местной акулы?

Лукас собрал все силы и помчался вперёд как можно быстрее. У него уже давно на руках болели все мышцы.

Змеекрокодил приближался так быстро, что бегство казалось безнадёжным. Мальчик уже видел яростно сверкающие глаза и остроконечные зубы.

– Вперёд! – закричала Элла.

Она бросилась в щель.

Лукас приложил ещё одно усилие и проскользнул в поржавевшую подлодку вслед за подругой.

Огромное тело чудовища ударило о металлический борт, но подводное судно было массивным и тяжёлым и поэтому не сдвинулось с места. Оно всё было покрыто ракушками и водорослями и, должно быть, давно срослось с дном озера.

– Ещё бы чу… – попытался сказать Лукас.

Но его голос оборвался.

Ему в рот попала вода.

– О нет! – Элла тут же поняла, что произошло.

На него зелье тоже перестало действовать, но запаса у них больше не было. В лёгкие мальчика попадало всё меньше воздуха и всё больше жидкости. Лукас стал судорожно барахтаться. Ему нужен был кислород.

Элла бросилась прочь.

Она бросит его одного?

Его поле зрения сузилось, перед глазами поплыли красные пятна. Появилась головная боль, сменившаяся сильным жаром, который объял его мысли.

Лукас подумал о своих родителях, которые никогда не узнают, что он погиб на дне озера в волшебном лесу.

Как бы он ни хватался за сознание, оно ускользало. И, возможно, так было лучше.

Вдруг Лукас почувствовал, как кто-то что-то надел ему на лицо. В лёгкие хлынул кислород, прохладный, но с затхлым запахом.

– Это маска от акваланга, – пояснила Элла. – Он был здесь, в ящике. Я что-то читала об этом в одной из дедушкиных книг.

Мысли Лукаса постепенно прояснились. Он слегка оттянул маску, чтобы выплюнуть воду, после чего снова надел её на лицо. Так прошло несколько минут, прежде чем он наконец смог восстановить дыхание.

Маска, которую на него надела Элла, закрывала только нос и рот. К ней был подсоединён кислородный баллон размером не больше предплечья.

Круглый индикатор сбоку показывал, сколько осталось кислорода. Немного. Всего на пятнадцать минут.

– Всё хорошо? – спросила Элла.

Лукас поднял большой палец.

– Спасибо. – Без защитной магии, которая усиливала звук под водой, его голос звучал из-под маски приглушённо. Но, тем не менее, они могли общаться.

– Что теперь? – спросил он.

– Подлодка вряд ли сдвинется с места, – пояснила Элла. – А выйти наружу мы не можем. Эта тварь слишком быстрая.

Оставалось лишь одно решение.

– Тогда вынырнем на поверхность, – сказал Лукас.

– Отличная идея, Эйнштейн. И как же?

– С помощью лодки. – Он снял рюкзак, открыл его и принялся рассматривать содержимое. Затем с довольным видом достал оттуда бутылочку.

– Зелье для обращения силы тяжести, – прочитала Элла. – О нет, это очень опасно. Дедушка жутко ругался, когда я однажды хотела его принять. Если над головой нет крыши, ты поднимешься в небо и можешь оказаться в верхних слоях атмосферы.

– А мы и не будем его пить. Мы натрём им борта подлодки, – сказал Лукас. – А наверху выпрыгнем.

Элла не казалась ни воодушевлённой, ни убеждённой.

К сожалению, у них не было выбора, если они не хотели превратиться в корм для змеекрокодила. Нужно было только нанести волшебное средство на корабль так, чтобы оно не попало на них самих.

Друзья принялись за работу.

Летающая подлодка

Элла высунула руку над палубой подлодки, чтобы накрыть её своим защитным пузырём. Так оттуда ушла вода и Лукас мог нанести волшебное зелье. Жидкость тут же растеклась и прилипла к металлу. Они смазали ею всю палубу. Уже когда была проделана примерно половина работы, лодка зашевелилась. Осторожно выглянув в щель, ребята увидели, что ракушки и водоросли с неё осыпались.

– Работает! – обрадовалась Элла.

Лукас вздохнул с облегчением. Стрелка индикатора кислорода на его баллоне приближалась к красной зоне. Скоро он снова останется без воздуха, на этот раз окончательно.

– Не останавливайся.

Они терпеливо продолжили наносить зелье.

Лодка стала медленно подниматься. Наконец под действием волшебной силы она вырвалась из своей сырой могилы и начала подниматься всё выше. Змеекрокодил тесно обвил лодку, не желая отпускать верную добычу. Он хлестал по ней хвостом, но сила тяжести, действовавшая теперь в противоположную сторону, не давала лодке сбиться с курса, хотя ошмётки ржавой обшивки летели во все стороны.

Лукас с ужасом понял, что если борт ещё сильнее повредится, подлодка может разлететься на части. Тогда палуба продолжит подниматься, но остальное просто превратится в обломки. И они с Эллой окажутся в воде без защиты, став лакомством для чудовища.

После очередного удара подлодка осталась без кормы. Перед ними на расстоянии вытянутой руки скользнуло чешуйчатое тело. Лукасу показалось, что он услышал, как чудовище шипит, что под водой, конечно, вряд ли было возможно.

Змеекрокодил снова приблизился.

– Быстрее, мы его прогоним! – Элла схватила какой-то ржавый кусок металла и выбросила из лодки. В нормальной подводной лодке приборы, стулья и прочие детали надёжно привинчены. Но их судно успело подвергнуться разрушительному действию времени и буквально рассыпалось в руках.

Они бросали в змея всё от старых кружек до расшатанных брусьев, стараясь отвлечь и дезориентировать. Змеекрокодил сначала хватал всё, что вылетало из подлодки, но быстро заметил, что вкусные люди оставались внутри.

Тогда он стал просто отметать все «снаряды» хвостом.

– Не получается, – вынужден был признать Лукас. А до поверхности было ещё слишком далеко.

Мальчик грустно взглянул на отломанную заднюю часть лодки. Тёмный бескрайний подводный мир его завораживал. Веки дрогнули. Почему он вдруг стал таким уставшим?

– Твой кислород почти закончился. – Элла в панике посмотрела на индикатор. – Ты должен…

Должен что?

Сделать-то особо больше было нечего. К тому же Лукасу очень хотелось спать. Ведь сейчас глубокая ночь, и он давно должен быть в кровати, под тёплым одеялом…

Какой странный запах. Это что… пирожные?

– Лукас! – закричала Элла.

Она отвесила ему пощёчину, что было довольно неожиданно. И бесполезно.

– Зачем ты меня бьёшь?

– Чтобы ты не уснул!

– Но я хочу спать.

– Смотри! – закричала она. – Змеекрокодил разворачивается!

Хищник пытался их преследовать, но вдруг его задержало какое-то невидимое препятствие. Была ли это разница в давлении или какая-то волшебная защита – Лукасу было совершенно безразлично. Здесь, внизу, так темно и красиво.

– Может, мы просто останемся здесь? – спросил мальчик. Он говорил с трудом, язык почему-то совсем не слушался.

Элла на короткое мгновение исчезла из его поля зрения. Она отплыла в сторону, но вернулась, отвесила ему ещё одну пощёчину – «На всякий случай, не спи!» – и поплыла прочь.

Плавала она довольно неплохо. И вообще, честно говоря, была очень мила, если не считать постоянные пощёчины. Лукасу снова стало жаль, что он вначале так грубо с ней поступал.

– Лишь ненадолго вздремнуть бы, – пробормотал он.

Краем сознания мальчик заметил, что вода потеплела.

Лукас зевнул.

В маске зевать было неудобно, поэтому он вялым движением стянул её с лица. Его объял ледяной холод. Он тут же понял, какую глупость совершил, но маска выскользнула у него из пальцев и исчезла где-то за спиной. Он больше не мог дотянуться до трубки.

– Что ты делаешь? – Элла вернулась. – Баллонов больше нет!

Воздух! Ему нужен воздух.

И в этот момент подлодка выпрыгнула на поверхность озера. Вода расступилась, образовав огромную волну. Однако на этом подъём не прекратился.

– Нам надо выбираться!

Лукас ещё не до конца осознал, что он снова может дышать, поэтому Элла подтащила его к дыре на месте кормы и вытолкнула наружу.

Короткое падение – и он снова оказался в воде. Кашляя и выплёвывая воду, Лукас выплыл на поверхность. Он из последних сил поплыл к берегу и, наконец, жадно глотая воздух, выбрался на песок.

– Ты в порядке? – спросила Элла несколько секунд спустя.

Она была сухой – чары по-прежнему её защищали.

– Если не считать, что ты мне трижды дала пощёчину и выбросила меня из летающей подлодки, чувствую я себя отлично. – Лукас оскалил зубы. – Спасибо.

Она лишь махнула рукой.

– Да ерунда.

Подлодка тем временем взлетала всё выше. Помогая друг другу, ребята поднялись. Всего в нескольких шагах от них стояли Фелицита, Рани и Пунхи, все трое насквозь промокшие.

– Вы должны были разыскать карту, – сердито сказал менок, – а не поднять со дна эту человеческую штуковину.

– У нас возникли кое-какие трудности, – пояснил Лукас.

– Не волнуйтесь, вмиг всё поправлю. – Эльфийка уже замахнулась, чтобы бросить волшебную пыльцу.

– Фел…

Слова застыли у Лукаса на губах. На мгновение он испытал такое чувство, словно в нескольких сантиметрах от его лица взорвался фен. Мальчика окатило волной горячего воздуха.

Через несколько секунд он уже был сухим, и на его коже не осталось ни капли грязной воды. И всё же ему не помешало бы оказаться под душем и как следует вымыться с мылом.

То же можно было сказать о Рани. Казалось, что он вот-вот взорвётся от гнева. Пунхи гордо улыбалась, глядя в сторону своей подопечной, но, заметив взгляд Лукаса, тут же снова приняла скучающий вид.

Прежде чем менок успел разразиться бранью, Элла стала рассказывать, что произошло под водой.

– Вам повезло. – Фелицита смотрела на них обоих широко раскрытыми глазами.

Лукас сгорал от любопытства, когда внучка профессора достала карту и наложила на неё третью часть. Вода не повредила пергамент, и он тут же замерцал волшебным светом. Третья часть слилась с картой, став с ней единым целым. Появились новые линии.

– Не могу поверить, что мы рисковали жизнью ради этих каракулей, – прокомментировал Рани. – Кто делает такие ужасные карты?

Рисунок, который образовали чёрные линии, напомнил Лукасу одну фантастическую книгу, в которой были напечатаны карты. В верхней части был круг, из которого тянулись тонкие линии – почти как солнце, чьи лучи падают на землю. Внизу располагалась гора с окружающими её ландшафтами и озеро.

– Вы знаете это место? – возбуждённо спросила Элла, не обращая внимания на замечание Рани.

Фелицита кивнула.

– Ну да. Каждый эльф его знает. – Она указала на большое пятно на карте. – Это Озеро лунного света.

Значит, на рисунке было изображено не солнце, а луна.

– Опять вода! – простонал Лукас.

Но эльфийка покачала головой.

– Ни капли.

Она молча поднялась в воздух и полетела вперёд. Другие едва за ней поспевали.

А за их спинами подлодка упала обратно в озеро.

В лунном свете

Лукас впервые не почувствовал никаких побочных эффектов, когда Моргающий путь высадил их у цели. Похоже, давняя молва не врала – он и правда привык.

Элла снова и снова рассматривала карту. Без помощи обитателей Шепчущего леса у них не было шансов найти точку поисков. Изображённые на карте горы, озеро с неровными берегами и деревья могли располагаться где угодно, ведь Шепчущий лес оказался на удивление обширен.

– Там! – сообщила Фелицита, после того как они добрый час пробирались сквозь кусты и заросли, переступая через огромные корни деревьев.

Лесная чаща наконец закончилась. В первое мгновение Лукас подумал, что перед ним ещё одно озеро, но затем он вспомнил слова Фелициты. Когда он присмотрелся к сверкающей поверхности, у него перехватило дыхание.

– Это эльфийская пыльца.

– Она осыпается с небесных сетей, и воздушные течения приносят её сюда, – подтвердила эльфийка. – Когда наша магия ослабевает, мы здесь купаемся.

– Может, тебе стоит ополоснуться? – предложил Рани. – Тогда, возможно, ты бы меньше… – Тут он заметил сердитый взгляд Лукаса. – Что?

– Не слушай его, – сказала Элла Фелиците. – Я уже сбилась со счёта, сколько раз ты нас спасла.

Эльфийка робко улыбнулась.

– А это там другие эльфы? – Лукас указал на группу деревьев, на ветвях которых сидели какие-то меленькие существа.

– Они ни в коем случае не должны нас увидеть. – Фелицита машинально пригнулась и указала на тенистую область слева от озера эльфийской пыльцы.

– Нам надо туда.

Она метнулась вперёд так быстро, что Лукас снова не успел ни о чём спросить. Только добежав до цели, он увидел скрывавшуюся в тени лестницу, ведущую вниз.

– Что это? – спросила Элла.

– Увидите, – ответила Фелицита и бросила эльфийскую пыльцу.

Зажглись факелы, которые были закреплены на стене.

Ступеньки вели в подземный зал. Здесь из стены торчали маленькие металлические эльфийские руки. В их раскрытых ладонях лежали уже знакомые Лукасу водяные шары. Внутри них полыхало волшебное пламя, не угасавшее, несмотря на влажность.

По всему залу стояли статуи из белого камня, изображающие эльфов.

– Забытое место, – взволнованно прошептал Рани.

– О, ты его знаешь? – спросила Фелицита.

– Не это. Но мы, меноки, много лет назад открыли похожее. Там стояли наши статуи. – Он возбуждённо прыгал между фигурок.

Статуи были примерно такого же роста, как Лукас, и Рани рассказал, что каменные меноки тоже были выше обычных.

– Почему ты нас сюда привела? – спросила Элла.

Фелицита указала на статую, стоявшую поодаль.

– Это не эльф, – сказал Лукас.

– Сто баллов за сообразительность, – прокомментировал Рани. – Любому понятно, что это определённо… Ну, что-то другое.

– Ворон, – сказал Лукас, глядя на Рани с ухмылкой. – Но что статуя ворона делает среди эльфов?

– Вот как, значит, называются эти существа. – Фелицита подлетела прямо к огромному изваянию.

В отличие от других статуй, эта была из чёрного камня. Поверхность была такой тёмной, что казалось, будто она поглощает свет. Неподвижная птица распростёрла крылья, а в когтях держала каменное зеркало. Рядом поднимались четыре ступеньки, которые упирались в глухую стену.

– Загадка со свитка! – вскричала Элла. – Там как раз об этом. – И она тут же прочитала:

Луна осветит тень крыла на руках —

И лестницу к недр вратам.

Пройди и возьми, коль осмелишься взять,

Пришло что в сейчас из вчера.

Из чёрного пепла неверной рукой

Возьми то, что ждёт не тебя.

– Я считаю, что это звучит так же, как и всё до этого: как какая-то глупость. – Рани подбежал к ступенькам. – Но ты права: под «тенью крыла» явно имеется в виду этот ворон. – Он прыгнул на первую ступеньку и стал подниматься. – Дальше велят пройти по ступеням. – Не снижая скорости, он взлетел по лесенке и… со всей силы ударился о стену. – Ох… И кто расставляет на проходе такие твёрдые каменные стены? – Он сердито потёр нос.

– Может, нужны чары? – спросила Элла Фелициту.

– Мы уже всё испробовали, – пояснила эльфийка. – Король – мой отец – созвал совет мудрейших эльфов, чтобы те исследовали ступени и стену, но всё безрезультатно.

Лукас тоже поднялся по ступенькам и ощупал стену.

– Твёрдая.

– Да ну? – Нос Рани слегка распух. – Хорошо, что ты это для нас выяснил.

Лукас проигнорировал менока. Он был уверен, что они взяли верный след. Должна была быть возможность пройти через стену.

– Если это тайный портал, возможно, нужен ключ, – размышляла Фелицита. – Мы как раз проходим в школе различные конструкции порталов. Они могут активироваться с помощью механических элементов, волшебства или ключа.

В этом был смысл. Лукас вспомнил напольные часы, в которых нужно выставить стрелку на нужный знак. Да и Моргающий путь, в конце концов, тоже был чем-то подобным.

– Но здесь нет ничего, что можно было бы настроить или включить, – констатировала Элла.

– И даже ваш мудрый совет не нашёл нужные чары, – добавил Рани.

– Значит, ключ? – Лукасу пришла в голову одна мысль. – Карта!

– Точно! – Элла достала карту и бросилась к ступенькам.

– Не спеши так, – посоветовал мальчик.

Но внучка профессора слишком разогналась и… ударилась о стену.

– Ты тоже решила проверить, насколько она твёрдая? – спросил Рани.

Элла выпустила карту и потёрла лоб.

– Возможно, это никакой не портал.

– Или ключ не тот, – тихо сказала Фелицита.

Лукас осмотрел ступеньки, массивную стену и ворона. Всё сходилось. Статуя с распростёртыми крыльями держала в когтях зеркало, повёрнутое к ступенькам.

– Зеркало, – прошептал он.

– Да, – медленно произнёс Рани. – Зеркало. И?

– Загадка! – Лукас раскинул руки. – Дорога в подземный мир. В строчках из пергамента говорится, что нам нужно к недрам, а значит – вниз. Лестница ведёт наверх, но если посмотреть в зеркало, ступеньки…

– Будут спускаться вниз! Ты прав!

Элла быстро опустилась на колени и стала рыть руками землю.

– Я помогу! – И, не дожидаясь ответа, Фелицита бросила эльфийскую пыльцу.

Прозвучал взрыв, и Эллу отбросило назад. Их всех засыпало землёй.

– Ну, хотя бы без огня, – сухо заметил Рани.

– Извините, – протянула Фелицита. – Кажется, близость озера эльфийской пыльцы увеличивает мою силу.

Однако под землёй действительно оказались скрыты ступеньки. Здесь их тоже было лишь четыре, и они тоже упирались в продолжение той же массивной стены.

Рани ощупал камень лапками и хвостом.

– Тоже твёрдая.

– Вот чёрт! – выругалась Элла и сделала решительный шаг вперёд.

И исчезла в стене.

Вскоре оттуда появилась её голова.

– Вы должны это увидеть!

– Значит, карта – это всё же ключ, – обрадовался Лукас.

Фелицита пролетела через стену над головой Эллы, благодаря которой портал оставался открытым.

Рани вприпрыжку исчез в стене почти одновременно с Пунхи.

– Выглядит жутко, – пояснил Лукас, подходя к Элле. И прошёл сквозь камень.

На другой стороне

Ступеньки, которые выходили из стены, оказались не каменными. Дерево под подошвами Лукаса обветшало, и он бы не удивился, если бы вся лестница в следующее мгновение обрушилась.

– Выглядит, как дедушкин кабинет, – пробормотала Элла. – Только заброшенный.

Но это было не единственное различие. Лукасу казалось, будто они перенеслись в средневековую крепость. В волшебную каморку Мерлина. Везде стояли горшочки и бутылочки – их было намного больше, чем на потайном чердаке у него дома. На столе лежали бумаги, настолько пожелтевшие, что буквы на них невозможно было разобрать. На стене было огромное окно, за которым, однако, не было привычных земных пейзажей.

– Кто делает окна под землёй? – спросила Элла.

– Это волшебное стекло, – пояснила Фелицита. – Касаясь знаков сбоку, можно выбрать, что оно будет показывать.

– Вместо этого можно просто построить дом над землёй, – заметил Рани. – Мне здесь не нравится.

– Карта привела нас сюда, – сказал Лукас. – Значит, твой дедушка, Элла, тоже попал сюда. Что же дальше?

Пройди и возьми, коль осмелишься взять,

Пришло что в сейчас из вчера, —

тут же сказала она.

Лукас был впечатлён тем, как она заучила текст наизусть. К сожалению, он не знал, что всё это должно означать.

– Что пришло в сейчас из вчера, – повторил он. – Н-да. Теперь уж действительно ничего в голову не приходит.

Он заметил, что на стенах висят картины, на которых изображён Винтерштайн. Люди на улицах казались лишь серо-коричневыми пятнами рядом со зданиями.

– Почему здесь изображения нашего города? – удивилась Элла.

– Ощущение, что какой-то исследователь за нами наблюдал, – Лукас поёжился.

– За кем – «за нами»?

– За людьми, – ответил он Элле. – Картины города ведь кто-то должен был создать. И здесь, смотри. – Он подошёл к одному из стеллажей. – Это явно книги из городской библиотеки Винтерштайна.

И действительно, из некоторых книг торчали библиотечные карточки. Должно быть, за них уже набежал огромный штраф. Во всех углах была паутина, но самих пауков не было и следа. Всё указывало на то, что хозяин покинул этот кабинет много лет назад.

Рани стал рассматривать половицы, а Фелицита поднялась к потолку, чтобы поискать, не спрятано ли что-нибудь на верхних полках.

– А что бы ты сделала на месте твоего дедушки? – спросил Лукас.

– Он учёный человек, – сказала Элла. – Он делил каждую проблему на маленькие блоки и анализировал их по отдельности. В результате должен сложиться пазл и найтись решение – так он всегда говорил.

– Хорошая идея, – согласился Лукас. – Но нам нужен хотя бы первый кусочек пазла.

У них просто не было никаких зацепок. Что переходит из вчера в сегодня?

– Здесь что-то есть, – сказал Рани. – Я чувствую запах.

Они поспешили к меноку.

Рани поднял хвостом люк в полу. Под ним скрывалась ещё одна лестница. В воздух поднялось столько пыли, что Лукас чихнул.

– Свет, пожалуйста! – попросила Элла.

Фелицита бросила эльфийскую пыльцу. Откуда ни возьмись появились светлячки, которые выстроились в линию и стали кружить вокруг головы Рани.

– Эй, убери их! – возмутился менок.

– Ой, я и забыла, что чары всё ещё настроены на тебя.

– Я тебе не живой… Этот… Как его…

– Фонарик, – подсказал Лукас.

– Точно! Что такое фонарик?

– Он светит, – пояснила Элла. – И он очень хитрый.

– О, тогда, возможно, я фонарик. – Рани тут же достал свою книжечку и всё точно записал.

– Класс, но не говори такого больше, – прошептал Лукас. – Он же всему верит.

Лестница привела их в крохотную комнатку. Элла тут же заметила на полу следы в пыли.

– Здесь кто-то был!

Глаза Лукаса остановились на уже хорошо знакомых ему напольных часах.

– Один из порталов.

И тут загадка вдруг обрела смысл. Слова о том, что переходит из вчера в сейчас, указывали на часы. Время идёт, превращая будущее в настоящее, а настоящее – в прошлое. А само оно всегда перетекает из вчера в сегодня или в сейчас!

– Теперь наш путь ясен. – Элла подошла к часам.

В отличие от других часов, здесь на циферблате был лишь один знак. Девочка выставила стрелку на него, и портал ожил. Появилось синее мерцание, которое стало расширяться.

– Надеюсь, по ту сторону нас ждёт твой дедушка, – сказала Фелицита.

– Главное, чтобы не лава, – прокомментировал Рани.

Лукас видел, что его друзья устали. Даже глаза Эллы блестели меньше, чем обычно. Они в пути уже большую часть ночи. Давно перевалило за полночь. Наверное, придётся отсыпаться целый день.

У него в животе заурчало. Надо не забыть установить будильник на завтрак. Иначе ему ничего не достанется.

Элла явно не желала больше ждать и решительно прыгнула в синее сияние. Фелицита устремилась за ней в сопровождении Пунхи. Рани вздохнул и тоже шагнул вперёд.

Лукас ещё раз осмотрелся.

Они так гнались за решением загадки, что у них не было времени, чтобы поразмыслить над другими вопросами. Что это за помещение и почему здесь на стенах эти картины? Кто здесь жил? Почему часы-портал были спрятаны под полом?

Он тоже вздохнул.

Надо надеяться, что профессор сможет ответить хотя бы на некоторые из этих вопросов. Всё же он уже давно искал решение загадки.

Глубоко вдохнув, Лукас нырнул в портал.

Однако по ту сторону ждал не профессор. Вместо этого подтвердились последние строчки загадки.

Из чёрного пепла неверной рукой

Возьми то, что ждёт не тебя.

В чёрном пепле

Портал вывел их на широкую равнину. В свете луны перед ними раскинулась холодная, пустынная и заброшенная земля. Лукас почувствовал странный запах.

– Пахнет горелым, – констатировал он.

– Это пепел, – тихо произнесла Фелицита. – Он повсюду. Им покрыта вся равнина.

Там, где когда-то качались деревья, цвели цветы и тянули свои ветви к солнцу кустарники, теперь осталась лишь мёртвая пустошь.

Лукас опустился на колени и набрал пригоршню земли. Она была перемешана с пеплом.

– Что же здесь произошло? – Элла шагнула вперёд.

За ними тоже была лишь пустынная равнина. Часы были врыты в землю – ровно настолько, чтобы устоять под напором ветра и стихий. Лишь вдали Лукас увидел ряд камней высотой по пояс, а за ними – густую листву неповреждённых деревьев.

Пунхи испуганно замяукала и стала бегать по равнине, трогая лапками разные места на земле. Затем она словно прислушалась, её усы задёргались. Через какое-то время она с подавленным видом вернулась к Фелиците.

– Здесь больше нет жизни, – прошептала эльфийка.

Даже Рани, который обычно за словом в карман не лез, казался потрясённым. Его хвост безвольно повис. Он сделал несколько неуклюжих шагов, затем плюхнулся на землю и стал просто озираться по сторонам.

– Кто это сделал?

– Как будто кто-то проделал в лесу дыру, – сказала Элла. – И всё живое здесь сгорело. – Она сглотнула.

– Возможно, это произошло в Тёмные годы, – размышлял Лукас вслух. – Фелицита, ты не могла бы разведать местность сверху?

Эльфийка стала подниматься всё выше и выше. В какой-то момент она превратилась в крохотный блуждающий огонёк в небе. Вернулась она лишь через несколько минут.

– Там впереди возвышается огромное дерево, в самом центре равнины.

Эти слова ужаснули Лукаса. Если дерево не видно отсюда, то как же велико это выжженное пятно?

– И больше ничего необычного? – спросила Элла.

– Земля там, дальше, выглядит как-то странно, – сказала Фелицита. – Как ил. И в ней бороздки, словно кто-то провёл по ней огромными граблями.

О чём думал профессор, стоя здесь? Так как эльфийки с ним не было, он не мог осмотреться сверху. На что бы ни указывала загадка, оно должно находиться здесь, на этой равнине.

– Нам надо к тому дереву, – сказала Элла. – Это единственное, что имеет смысл.

Лукас вынужден был согласиться. У них просто больше не было никаких ориентиров.

Они медленно пошли вперёд.

Фелицита летела прямо над ними, указывая путь. Пунхи ступала рядом с Эллой. Рани ещё не совсем оправился от шока, но, взяв себя в руки, шагал следом за остальными. Менок всё более недоверчиво рассматривал пыльную почву.

Лукас тоже внимательно оглядывался по сторонам, насколько это было возможно под светом луны. По крайней мере, на открытой равнине ничто не могло от них скрыться.

– Объясните мне, и зачем нам к этому дереву? – пробормотал Рани дрожащим голосом.

– Это большое дерево, – подчеркнула Фелицита.

– Но для тебя всё большое, – заметил менок.

– Вовсе нет. Тогда бы я про всё говорила «большое», но я же так не делаю. Это дерево и впрямь большое, и перестань уже…

Лукас вдруг остановился.

– Вы слышали?

Все обеспокоенно оглянулись, а Рани передними лапками и хвостом ухватился за Пунхи.

– Перестань нас пугать! – потребовал он.

Между тем Лукас больше не был уверен, не сыграли ли его уши с ним шутку. По равнине беспрепятственно носился ветер. Его свист напоминал вой потерянных душ, встретивших здесь свой конец.

– Идём дальше, – сказала Элла.

Она сжала кулаки и шагала легко, но её глаза неспокойно бегали по сторонам.

Вдали показались узловатые ветви. Фелицита не преувеличивала: дерево было огромным. Оно напоминало мёртвую руку великана, который пробился сквозь землю и в поисках помощи протянулся к луне.

– Откуда здесь вода? – Рани указал хвостом на узкое русло ручейка.

Лукас так сосредоточенно смотрел на дерево вдали, что не обратил внимания на землю.

– Я сверху этого не заметила, – оправдалась Фелицита.

– Неудивительно, – сказал Лукас. – На этой чёрной земле ничего не видно.

– Смотрите, он окружает дерево, – сказала Фелицита, после того как ненадолго снова поднялась в небо.

Лукас представил себе вид сверху. Посреди Шепчущего леса существует огромная выжженная пустыня, огороженная невысокими камнями. С одной стороны в землю вкопаны часы. В середине стоит дерево, вокруг него течёт ручей.

– Его можно где-то перейти? Или придётся прыгать? – спросил он.

– Сейчас проверю. – Фелицита снова поднялась в небо и в этот раз бросила эльфийскую пыльцу.

На воде затанцевало синее пламя.

– Да, так действительно лучше, – не удержался от сарказма Лукас.

Фелицита смущённо потупилась.

– Я только хотела немного его осветить…

В свете пламени Лукас увидел на другой стороне ручья на земле бороздки, о которых говорила фея.

– Мы можем просто перепрыгнуть через пламя? – спросил Лукас.

– Не беспокойся, оно не горячее. Это чистое пламя света. – Фелицита уже полетела вперёд.

Пунхи прыгнула первой – в конце концов, она должна была присматривать за своей беспечной протеже.

Рани обречённо вздохнул, зажмурился и сиганул через огонь. На той стороне он взволнованно осмотрел свою шерсть и облегчённо выдохнул.

– Слава богам, ничего не обгорело.

– Девочки вперёд, – сказал Лукас Элле.

Внучка профессора прыгнула и без проблем приземлилась на другом берегу.

Лукас медлил. И вот снова какой-то шум. Ему не послышалось! Но откуда он? От часов или со стороны дерева?

– Что такое? – закричала Элла. – Ты идёшь?

– Вы не слышали этого?

– Здесь всё тихо, – ответила девочка.

– Похоже, ему страшно, – вмешался Рани. – Так, Лукас, слушай меня. Не бойся. Это легко. И огонь не делает больно. Сделай это как я, изящно и грациозно.

Лукас закатил глаза.

– Ага. Тебя никто не превзойдёт в изящности.

– Спасибо. – Рани гордо выпяти грудь.

– И в скромности, – добавила Элла.

– Вы оба очень мне нравитесь, – с сияющим видом заявил Рани. – Вы сразу замечаете мои самые важные качества.

К счастью, меноки плохо понимают иронию.

Лукас разбежался и прыгнул через пламя. Миг – и он достиг другого берега ручья целым и невредимым. Шума здесь действительно не было слышно, но, несмотря на это, у мальчика мурашки пробежали по коже. Он чувствовал опасность. Словно какая-то невидимая рука протягивает к ним свои костлявые пальцы.

Возможно, этот ручей – больше, чем просто водоём. Пламя, вызванное Фелицитой, уменьшилось.

– Вы чувствуете этот запах? – спросил Лукас.

Элла кивнула.

– Вода затхлая. Странно, правда? На той стороне ничего не чувствовалось.

Чувство опасности усилилось.

Они медленно продолжили путь к дереву, но Лукас теперь стал ещё осторожнее.

– Видишь! – похлопал Рани его по руке. – Мы почти у цели. Нечего бояться.

В следующий миг менок исчез. С неба опустилось что-то тёмное и схватило его.

И одновременно с этим из земли показались кости.

Исчадия тьмы

Казалось, что земля вокруг них взорвалась.

Из неё стали подниматься скелеты, одетые в униформу разных эпох и народов. Моряки и капитаны подводных лодок.

Лукас быстро сообразил, что это, должно быть, люди, погибшие на подводном кладбище, которое он недавно посетил. Тёмная магия привела их сюда. Он готов был поспорить, что вода в ручье тоже была оттуда. В небе кружили во́роны – точнее, это тоже были скелеты, лишь местами покрытые перьями. Их оживила та же зловещая магия.

– Осторожно! – закричала Элла и бросилась в сторону.

Один из наступавших размахивал чем-то, напоминающим штык. Лукас слышал о подобном оружии на уроках истории: это был клинок, который крепился к стволу ружья.

Пунхи изящно проскакивала между скелетами, а Фелицита взмыла в ночное небо, чтобы поспешить на помощь Рани, которого схватила одна из кошмарных птиц.

Лукас увидел несущегося на него капитана-зомби с топором в руках и отпрянул в сторону.

Тот от неожиданности пропустил Лукаса мимо, но быстро развернулся и замахнулся своим жутким оружием. Клинок рассёк воздух, сверкнув в лунном свете.

Послышалось шипение, и в лицо чудовищу прыгнула Пунхи. Костлявые пальцы схватили кошку и отбросили прочь.

Лукас нагнулся, кувыркнулся и ногой ударил ближайший скелет в грудь. Уклониться от следующего удара тоже получилось, но затем его схватили цепкие пальцы очередного монстра. Острые кости прошлись по его груди, порвав толстовку и футболку.

Задыхаясь, Лукас упал на колени.

Боль была неописуемой. Раны были не очень глубокими, но футболка быстро пропитывалась кровью.

Элла до сих пор храбро билась, но тут её атаковал пиратский капитан с саблей. На её левой руке уже кровоточил первый порез, на лбу была глубокая царапина.

Пунхи изящно приземлилась на лапы и бросилась на нападавшего, чтобы сбить его с ног.

Лукас в очередной раз уклонился от топора, выхватил его из рук зомби и, не задумываясь, пустил в ход. Один удар – и чудовище превратилось в кучу костей.

Но это была лишь капля в море, так как на равнину выбралась уже добрая сотня скелетов.

Лукас бросил взгляд в сторону – и у него от ужаса перехватило дыхание. Из воды выползали продолговатые силуэты.

– Змеи! – заорал он. – Они вылезают из ручья!

Пунхи зашипела.

– Нам нужно к дереву! – закричала Элла. – Нужно попробовать забраться повыше!

Путь назад в любом случае был отрезан.

– Бежим! – закричал мальчик.

Пунхи бросилась вперёд. Рядом с кошкой на землю посыпались стрелы, сверкнул клинок сабли, а какой-то матрос просто прыгнул на неё. Но кошка искусно петляла среди всего этого хаоса и бежала прямиком к дереву.

Элла сокрушила ещё одного нападавшего бейсбольной битой – неизвестно, где она её раздобыла, – и затем резко развернулась. Девочка хотела прыгнуть, но споткнулась, так как на её лодыжке сомкнулась чья-то лапища. Прямо перед ней выскочило ещё одно чудовище. Скелет в полуразложившейся форме капитана самолёта времён какой-то там войны.

Скелет быстро подполз к Элле и вцепился ей в горло жуткими пальцами. Девочка стала задыхаться.

Лукас остановился, прицелился и бросил топор. Вращаясь в воздухе, орудие настигло капитана, но лишь отрубило ему левую руку. Правая по-прежнему сжимала горло Эллы.

Мальчик хотел ей помочь, но ему преградил путь пират с саблей.

Лукас понял, что быстро передвигаются и хорошо вооружены только командиры. Остальные бежали медленно, как по зыбучему песку.

Если они отделаются от главарей, то смогут достичь дерева.

Лукас бросился плечом вперёд на своего противника, но, когда уже был почти у цели, повалился на землю. Скелет замахнулся саблей, но не попал. Лукас ударил чудовище по ногам, и оно рассыпалось в груду костей.

Мальчик тут же кувыркнулся и прыгнул к Элле. Он ударил капитана плечом, так что тот отлетел в сторону.

Только его рука осталась на прежнем месте.

Элла хрипела, пытаясь убрать пальцы с горла, но они держали железной хваткой.

– Держись, – сказал Лукас, с трудом переводя дыхание.

Мальчик по своему опыту знал, что это не так уж просто. Без кислорода долго не продержаться. Он просунул пальцы под оставшуюся от скелета кисть и потянул её на себя. Кости были словно приклеены цементом, но, приложив титанические усилия, Лукасу удалось освободить Эллу.

Тяжело дыша, девочка поднялась.

– Спасибо. – На её горле видны были следы от костлявых пальцев.

– Теперь мы квиты. – Лукас ухмыльнулся. – Ну а сейчас – к дереву.

Он посмотрел в небо, но Рани и Фелициты простыл и след. В мельтешении костлявых во́ронов невозможно было ничего разглядеть.

Они побежали вдвоём.

Но через несколько шагов им снова пришлось остановиться. Путь преграждала целая шеренга врагов. Хоть чудища и двигались медленно, но пробиться через эту массу было невозможно. А тем временем с другой стороны приближались змеи. Лукас не удивился, что они тоже явно давно мертвы – по чёрной земле ползли жуткие скелеты. Обрывки чешуйчатой кожи оставляли слизистый след.

– Теперь всю оставшуюся жизнь будут сниться кошмары, – выдавил из себя Лукас.

– Если мы ничего не придумаем, то мучиться кошмарами ты будешь недолго, – заметила Элла.

– С каких пор ты так позитивно настроена? – Он попытался придать своему голосу бодрую интонацию.

– Это мне от Рани передалось.

Они оба не могли удержаться от улыбки, даже несмотря на весь ужас ситуации.

– Ну, Лукас Лампрехт, есть какие-нибудь гениальные идеи? – В голосе Эллы слышалось отчаяние.

То же чувство испытывал и Лукас.

– Честно говоря, нет.

Армия скелетов всё приближалась; змеи тоже были почти рядом.

Они проиграли.

О жизни и смерти

Из книги Рани о героических поступках:

«…Как известно, никакой менок не даст так просто затянуть себя под землю, но и в небо подниматься ему не по нраву. Так что неудивительно, что я испугался (совсем капельку), когда меня похитила костлявая птица. Да! Представьте себе! Похитила!

Ещё мгновение назад я смотрел на Лукаса и Эллу, на чьих лицах читалась паника, – и вдруг взмыл в небо. Мне инстинктивно захотелось отбиваться хвостом, но пришлось отказаться от этой затеи, так как я камнем полетел бы вниз.

Полчища воронов закрыли собой звёзды. Правда, лучшие дни этих воронов были в далёком прошлом, и теперь они состояли лишь из голых костей, клоков перьев и магии. В основном из магии.

Подо мной показалась Фелицита. Она знает меня не так давно, поэтому и заволновалась. Я бы наверняка и сам справился с нелепой ситуацией, но мудрый менок никогда не откажется от дружеской помощи. К тому же воздух – стихия эльфов, тогда как я лучше чувствую себя на земле (да даже под землёй будет лучше).

Вскоре я начал вырываться и ударил похитившего меня ворона хвостом. Тот ослабил хватку, и я полетел вниз, прямо на Фелициту.

Я обладаю неповторимой меткостью, так что это эльфийка, видимо, уклонилась, и в результате я пролетел мимо неё.

Однако Фелицита поспешила за мной, схватила меня своими маленькими ручками и бросила эльфийскую пыльцу. Вдруг я перестал чувствовать собственное тело. Я подумал уже, что меня кто-то проткнул клювом и я теперь парю в виде бесплотного духа.

На самом же деле всё было проще. Фелицита сделала меня невесомым. Так она могла доставить меня в безопасное место. Как ни странно, ей удалось совместить правильное количество эльфийской пыльцы с верными чарами.

В общем, идея была отличная.

Вот только во́роны считали иначе. Их собиралось всё больше. Они бросились за Фелицитой, и она стала вырисовывать в воздухе головокружительные пируэты, уходя от погони.

Внизу я разглядел Лукаса и Эллу, которые бились со скелетами. Я видел, как топор чуть не лишил жизни мальчика, а сабля – девочку. Их нельзя ни на минуту оставить одних. Я решил посвятить их склонности находить на голову приключения отдельную главу.

Пронзительный вопль Фелициты вернул мои мысли к проблеме, с которой мы в этот момент имели дело наверху. Какая-то из птиц задела крылышко эльфийки, и она непроизвольно выпустила меня.

Я знаю, разумеется, что в крылышках эльфов много нервных окончаний, и если их повредить, это ужасно больно. Но как она могла так безответственно поступить! Естественно, я понимал, что она в этот момент забыла обо всём на свете.

Без Фелициты я стал подниматься вверх, словно внутри меня был гелий. (Примечание: Лукас мне однажды рассказал, что люди накачивают волшебный газ под названием гелий в маленькие резиновые мячики, которые от этого становятся большими – они называют их воздушными шариками. По какой-то причине взрослые привязывают эти опасные штукенции к своему потомству или отдают малышам в руки. Полагаю, это своего рода тест на интеллект. Если человеческий детёныш будет держать воздушный шарик, то улетит с ним прочь. Если же он его отпустит, то докажет свой ум и сможет остаться жить с родителями. Мне следует изучить данный вопрос подробнее.) Вдруг звёздное небо потеряло для меня всякое очарование, ведь я летел теперь ему навстречу. И ничто не могло меня остановить. Небо и земля поменялись местами, и, насколько я знаю чары Фелициты, она это не учла.

Я закричал! Я высказал Фелиците своё недовольство. Эльфийка поняла всю серьёзность моего положения и, несмотря на повреждённое крылышко, бросилась ко мне. Её несла вперёд магия, но ещё больше – её железная воля. Да, она настоящий друг. Никогда бы не поверил, что найду таких верных товарищей не среди своих сородичей.

За ней надо присматривать, но храбрости ей не занимать.

Однако прежде чем Фелицита до меня добралась, на меня набросились сразу три ворона. Впрочем, это было как раз кстати, так как они остановили мой подъём и опустили меня немного ближе к земле.

– Рани! – закричала Фелицита.

Она была близко, но её снова окружили мёртвые птицы. Я видел, как из раны на её крылышке струилась эльфийская пыльца.

Держась хвостом за одного из своих похитителей, я расквасил двум другим клювы и затем прыгнул прочь. Чары понесли меня вверх, пока я не ухватился за одного из воронов позади Фелициты.

Эльфийка, конечно, хотела применить магию, но мой хвост умеет наносить просто несравненные хуки справа. Во́роны каркали и рассыпались на перья и кости. Эти твари оказались на удивление слабо сложены.

Правда, один из них таки прошёлся когтем мне по спине.

Странное было чувство. Несмотря на все атаки, я больше боялся упасть, чем получить рану. Но теперь я осознал, что мне грозит смертельная опасность. Причём двойная!

Кровь из раны капала вверх, к звёздам. Это было очень трогательное зрелище, и, несмотря на ужасную боль, я был просто очарован прекрасным видом моей крови на фоне серебристого лунного света и мерцания звёзд. Настоящее произведение искусства!

– Рани! – снова закричала Фелицита.

Почему все в подобных ситуациях кричат имена? Не знаю, но, возможно, в этом есть какой-то волшебный смысл? Поэтому:

– Фелицита! – закричал я ей в ответ.

К нам бросился ещё один ворон. Я точно рассчитал, как надо прыгнуть, чтобы его прикончить. Однако замысел не удался, так как чары перестали действовать. Ещё секунду назад я поднимался вверх – и вот уже я полетел в противоположную сторону.

Далеко внизу творилось что-то невообразимое. Пунхи куда-то исчезла. Лукас и Элла стояли перед сотнями скелетов, а из ручья выползали ужаснейшие создания, которые только встречаются на земле.

Змеи!

Земля была всё ближе, и я оцепенел от ужаса.

– Держись! – закричала Фелицита.

Земля вместе со змеями вновь исчезла. Эльфийка кинулась ко мне. Волшебная пыльца, струившаяся из её крылышка, попала на меня и возобновила действие чар, хотя теперь оно было не таким сильным, как раньше.

Когда мы поднялись на определённую высоту, во́роны перестали нас преследовать, образовав под нами преграду из бледных костей и чёрных перьев.

– Как нам пробиться обратно? – спросил я.

– Не знаю. – Фелицита дрожала. – Но моя магия ослабевает. У нас осталось мало времени.

– А потом?

– Мы упадём. – Лицо эльфийки было бледным как мел.

Она храбро терпела боль в ране, но силы покидали её. Моя рана тоже по-прежнему кровоточила, но не так сильно.

Во́роны под нами перестроились, подняв клювы вверх. Образовался непробиваемый чёрный ковёр, усеянный острыми серыми клювами.

– Если мы туда упадём… – Я сглотнул.

– Они нас сожрут, – закончила Фелицита.

Наш конец казался предрешённым…»

Ловушка

– Бегите! – раздался незнакомый голос.

Что-то пронеслось в воздухе и взорвалось над скелетами. Вдруг кости вспыхнули ярким пламенем и всего за несколько мгновений превратились в пепел. Всё произошло так быстро, что Лукас просто стоял с раскрытым ртом, теряя драгоценные секунды. Пепел осыпался на землю, слившись с ней.

Над Лукасом и Эллой пролетели новые снаряды – это были какие-то пузырьки с жидкостью внутри, – которые разорвались над змеями и сожгли их тоже. Но тут земля расступилась, и из неё стали вылезать новые чудовища.

– Бегите! – снова закричал незнакомец.

Ребята побежали к дереву. На ветвях обнаружилась площадка, где и стоял незнакомец. В лунном свете виден был лишь силуэт, но Лукас уже догадался, кто их спас.

– Дедушка, – прошептала Элла, подтвердив его предположение.

Рядом с силуэтом сидела Пунхи и указывала на скелеты, подходившие слишком близко. Тогда профессор бросал в них новые огненные пузырьки. Значит, это кошка нашла дедушку Эллы.

Следующий шар полетел вверх и достиг воронов.

Лукас остановился, потеряв дар речи.

В считаные секунды костлявые птицы превратились в пепел. Из облаков показалась Фелицита. Из её крылышка струилась волшебная пыльца. С Рани на руках – который, казалось, её совсем не отягощал – она пролетела мимо Лукаса и Эллы к самому дереву.

В стволе открылась дверь. Фелицита и Рани исчезли за ней. Послышалось радостное мяуканье.

Лукас вышел из оцепенения. Однако земля продолжала расступаться и из неё появлялись костлявые руки. Магия не ослабевала. Кто-то, по всей видимости, хотел любой ценой помешать им достичь дерева.

– Быстрее! – подгоняла его Элла.

Из-под земли вылезла костлявая рука, которая хотела схватить Лукаса, но он вовремя отскочил в сторону. Наконец дверь оказалась прямо перед ними. Элла быстро вбежала внутрь, Лукас – за ней.

Пунхи захлопнула дверь за ними. Послышалось несколько глухих ударов – это скелеты налетали на деревянную преграду. Должно быть, они были буквально в двух шагах от ребят, чуть не наступали им на пятки. К счастью, дверь казалась крепкой.

– Не бойтесь, – сказал кто-то. – Они не могут попасть внутрь дерева или причинить ему какой-либо вред.

Лукас осмотрелся в помещении, куда они попали. Здесь были кресла и стол из толстых корней и даже деревянный камин – что говорило о том, что здесь не обошлось без магии. Пахло цветами, через окна падал лунный свет. В углу была лестница, которая вела на второй этаж, откуда, по-видимому, можно было попасть на площадку среди ветвей.

На нижней ступеньке стоял профессор.

Он выглядел заметно старше, чем в тех книжных воспоминаниях, которые Лукас видел во время своего предыдущего приключения. Тёмные волосы давно посеребрила седина; лицо украшала густая окладистая борода.

– Дедушка! – закричала Элла и бросилась ему в объятия.

– Элла! – он прижал её к себе, но затем быстро отстранил на расстояние вытянутой руки. – Что ты здесь делаешь? И как ты вообще попала в лес?

Его взгляд упал на Фелициту, которая зажала ручкой дыру в своём крылышке, и на менока, у которого кровоточила рана на спине.

– Расскажешь мне всё позже. Как я вижу, вам досталось.

Только теперь Лукас вспомнил, что он тоже ранен. Элла тоже ощупала свой лоб и руку.

– Идёмте со мной. – Профессор стал подниматься по лестнице.

Фелицита села Лукасу на плечо, а Элла понесла Рани. Пунхи тихо ступала справа от Лукаса, не спуская глаз со своей подопечной.

Верхний этаж напоминал кабинет, который профессор обустроил на чердаке своего старого дома. Книг было заметно меньше, но горшочков и бутылочек имелось в изобилии.

– Садитесь. – Профессор указал на диван, который состоял из толстых веток, накрытых мягкими одеялами. Он быстрыми движениями смешал какие-то зелья и порошки и нанёс всё это на раны гостей. Лукас почувствовал жжение, на ранах образовалась корочка, и через несколько минут все повреждения бесследно исчезли.

– Неплохо. – Лукас удивлённо ощупал грудь.

– А теперь расскажите мне всё с самого начала, – попросил профессор.

Лукас нерешительно стал рассказывать о своём переезде в Винтерштайн, о том, как он обнаружил потайную комнату, о своём первом приключении в Шепчущем лесу и, наконец, о том, как он познакомился с Эллой.

Хотя профессор то и дело произносил «ах» или «понимаю», Лукасу казалось, что он не удивлён. Как будто он лишь убеждался в том, о чём уже догадывался. Мог ли дедушка Эллы за ними наблюдать?

– И тогда ваза разбилась. Поэтому я смогла попасть в дом и последовала за Лукасом через портал, – принялась рассказывать Элла, после чего описала, что они вместе пережили, пока его искали. – Теперь расскажи, наконец, как ты здесь оказался? – спросила она.

Старик устало протёр глаза.

– Я предчувствовал, что ты рано или поздно здесь объявишься. Это, – он обвёл жестом дерево, – моя тюрьма.

– Но как ты сюда попал? – Элла вскочила и подошла к окну. – Эти скелеты такие жуткие.

– Я попался в ловушку, – пояснил профессор. – Он знал, что я ищу исчезнувший народ Шепчущего леса. С этого-то всё и началось. Он подсунул мне карту, чтобы пробудить во мне любопытство. Все трудности, встречавшиеся по пути, были сложными ровно настолько, чтобы не вызвать у меня подозрений. Вас не удивило, что с каждым испытанием было всё тяжелее, но всё же оставался какой-то выход? – Профессор подошёл к Элле. – Это дерево окружает та же вода, в которую погружено кладбище кораблей. Потерянные души с потерпевших крушение судов, подводных лодок и самолётов вызваны к жизни с помощью тёмной магии.

Рани поднялся.

– Но такого рода магия…

Профессор повернулся к меноку.

– Скажи же.

– Она кажется такой тёмной, как…

– Да, как в Тёмные годы. Её вызвал тот самый маг, который за всё это был в ответе.

– Но он больше не может попасть в Шепчущий лес, – с волнением сказала Фелицита. – Мы узнали всё о защите леса, когда все объединились, чтобы освободить древнюю магию от зла.

Профессор улыбнулся.

– Я вполне уверен, что вы узнали не всё. Но это неважно. Потому что это место не принадлежит Шепчущему лесу.

– Мёртвое поле, – догадался Лукас. – Пространство между деревом и каменными колоннами.

– Да. Выжженная земля, усеянная прахом мертвецов и пропитанная тёмной магией, – подтвердил профессор. – Лес отсюда оттеснён, и тёмный маг позаботился, чтобы природа не смогла сюда вернуться. Это единственное место в лесу, где может проявиться чёрная магия. – Дедушка Эллы тяжело вздохнул. – Я должен был это знать.

– Откуда? – осторожно спросила Элла.

– Я сделаю вам чаю.

Ничего больше не говоря, он спустился по лестнице.

Друзья сидели в замешательстве.

– Ну уж нет! – Элла вскочила. – Он всегда так уходит от неудобных вопросов. Идёт заваривать чай, а потом у него нет времени. – Она пошла за ним, крича: – Дедушка!

– Милая семейка. – Лукас решил дать им несколько минут, чтобы они могли без помех выяснить отношения. Когда сердитые голоса снизу стихли, он поднялся. – Посмотрим-ка, получим ли мы ответы теперь.

В сопровождении Пунхи, Фелициты и Рани Лукас стал спускаться по лестнице.

Давным-давно

Профессор заварил им свежий чай, чей аромат теперь висел в воздухе. За окнами шумел дождь – уже до боли знакомое Лукасу зрелище. Так как здесь не было лесного полога, который бы защищал землю, чёрная почва превратилась в потоки грязи. Лукас придвинулся ближе к огню.

С одной стороны комнаты в стене было углубление, напоминавшее камин. Внутри танцевало пламя, распространяя приятное тепло. Искры отскакивали от какой-то невидимой преграды, так что опасности пожара не было.

– Много лет назад один человек, изучавший тёмные искусства, захотел проникнуть в Шепчущий лес. Вы, должно быть, уже знаете, что до Тёмных лет никакой серьезной преграды не было. Люди не могли видеть волшебных существ, но лес был открыт для всех. – Профессор снова тяжело вздохнул и сделал глоток чая. – Волшебные предметы, оставшиеся после исчезнувшего народа, навели тёмного мага на мысль, что где-то таится ещё больше могущества. Он принялся изучать это наследие, и шаг за шагом ему удалось добыть шепчущий порошок и пробраться в лес. Его целью было воскресить наследие исчезнувшего народа. В древних письменах говорится, что это источник бесконечной магической силы.

Лукас зачарованно следил за губами профессора, держа обеими руками чашку чая. Элла сидела, выпрямившись, между подушек и внимательно слушала. Обитатели Шепчущего леса придвинулись поближе друг к другу и с грустным видом ловили каждое слово профессора.

– Тёмный маг жёг деревья, уничтожал жилища невинных существ и проделывал в жизнерадостном сиянии леса тлеющие, тёмные просеки. – Лицо профессора выражало глубокое сожаление. – Я пытался его остановить, – прошептал он. – Я тайно действовал против него, рассеивал его чары или уводил у него из-под носа важные артефакты. Однако он подбирался всё ближе к своей цели. Между нами разгорелась борьба. – Профессор сделал глоток чая. – К этому времени он, должно быть, уже начал расставлять ловушку. Он спрятал свитки, придумал загадку. С помощью магии он превратил пленников в камень и расставил везде порталы в виде воронов.

– Эти статуи были настоящими эльфами? – прошептала Фелицита.

– И меноками, – добавил Рани.

Профессор кивнул.

– И все эти порталы вели в одно и то же место: один из его заброшенных домиков в Шепчущем лесу. Всё было идеально подготовлено, но затем что-то пошло не так.

– Обитатели леса объединились, – сказал Лукас.

– Именно. – При этих словах профессор улыбнулся. – Старые разногласия были забыты. Говорят, что когда все обитатели собрались вместе, они установили связь с Сердцем леса. Подробностей я не знаю, но результат был потрясающим. Маг был изгнан, а вокруг леса возникла незримая стена. С этого времени…

– Умер, – поправил Рани. – Герои сожгли тёмного мага в чёрном пламени, превратив в пепел.

– Нас тоже этому учили. – Фелицита усердно закивала.

– Мне жаль, но в этом месте история немного приукрашена, – пояснил профессор. – К тому моменту маг уже был слишком могуч. Даже объединённая сила всех обитателей Шепчущего леса не могла его убить – лишь прогнала. – Старик сделал ещё глоток, словно у него пересыхало в горле от этой истории. – Чтобы он не смог проникнуть за преграду, защитные чары скрепили печатями. Каждой печати был назначен хранитель.

При этих словах у Лукаса в голове словно что-то щёлкнуло.

– Особняк?

– Это одна из печатей, мальчик мой.

– Но тогда мои родители…

– Нет. – Профессор покачал головой. – Новый хранитель печати – ты.

Все устремили взгляды на Лукаса.

– Он? – спросила Элла.

– Вот почему ты смог открыть дверь в библиотеке, – понял Рани. – Когда мы убегали от варка и хотели попасть к книгочистке, дверь послушно перед тобой открылась.

– Почему я?

– Когда вы переехали в дом, именно ты попал на чердак и запустил чары, которые и создали связь.

– Я? Когда? Как? И почему вообще нам достался ваш дом, когда вы пропали?

– Как много у тебя вопросов. Конечно, я принял меры на случай, если со мной что-то случится. Хранитель не должен надолго покидать дом. Иначе печать станет уязвимой. Поэтому я оставил у адвоката письмо о том, что в случае моего исчезновения для дома следует найти нового владельца.

– Но почему я?

– Магия, – лишь пожал плечами профессор. – Подробности я тебе охотно объясню как-нибудь в другой раз.

– А почему хранителями печатей выбрали людей? – спросила Фелицита. – После всего, что сделал тёмный маг, люди не должны были больше иметь доступа в Шепчущий лес.

– Так решил совет, – пояснил профессор. – Больше об этом я вам не могу сказать. Я ведь тоже пытался остановить тёмного мага. Так как печати должны были находиться за пределами леса… но я уже сказал слишком много. Это не имеет никакого значения.

Лукас видел по Фелиците, Рани и Пунхи, что это всё же имеет значение. Они были потрясены тем, что тёмный маг до сих пор жив и где-то на свободе.

– А что стало с… ним? – спросила эльфийка дрожащим голосом.

– Этого я не знаю, – признался профессор. – После того как снова наступил мир, я приступил к поискам, но маг исчез. Мир большой. В Винтерштайне его больше нет, но куда его занесло – мне неизвестно. Эльфийские разведчики отправились во все стороны света и обыскали всё вокруг шепчущих лесов, но не нашли его следов.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь каплями дождя, безустанно стучащими в стекло.

– А это дерево? – спросила Элла.

– Он, видимо, приготовил его ещё до своего исчезновения. Запасы пополняются сами по себе. Здесь есть волшебные снадобья и инструменты. Всё, что нужно для жизни. Но меня сковывают сильные чары, поэтому я не могу отсюда уйти.

– Но должен же быть какой-то выход. – Его внучка казалась растерянной. – Колдун исчез. Если он не снимет свои чары, то ты никогда отсюда не выберешься.

– Эти чары переплетены с моей линией жизни, Элла. Пока я живу, выход отсюда для меня закрыт. Навсегда.

Пожизненное заключение, понял Лукас. И вокруг – ядовитые змеи, неупокоенные скелеты и выжженная земля. Тёмный маг показал, что достоин так называться.

– Но так не может быть! – Элла вскочила.

Профессор молчал, но казалось, что он просто медлил с ответом.

– Скажи же, дедушка!

– Есть одна возможность, но… ты же ещё ребёнок.

Элла упёрлась кулаками в бока.

– Я не сдвинусь с места, пока ты мне это не скажешь. Родители, конечно, будут плакать и ужасно мучиться. Но тебе, очевидно, всё равно. – У неё по щеке пробежала слезинка, словно Элла не могла решить – угрожать или всё же умолять.

Профессор вдруг рассмеялся.

– Откуда только в тебе это упрямство? Пойдёмте, я вам кое-что покажу.

Он подошёл к стеллажу и потянул одну из стоявших там книг.

В точности как в доме Лукаса, здесь тоже была потайная дверь. Но лестница за ней вела вниз. Профессор исчез между корнями дерева.

Смутная надежда

Под потолком парили водяные лампы. В больших корзинах лежали разноцветные камни. В углу стояло облезлое кресло, а на нескольких столиках были свалены в кучу большие и маленькие детали волшебных предметов.

– Что здесь такое? – спросила Элла.

– Его мастерская, – пояснил профессор. – Смотри, вон там.

В нише в стене была платформа Моргающего пути.

– В последние месяцы войны совет закрыл сообщение с теми станциями Моргающего пути, которые захватил тёмный маг. Он взял детали с одной из закрытых станций и построил здесь новый вход.

Фелицита побледнела.

– Значит, он был близок к тому, чтобы иметь возможность попасть куда угодно. Даже в другие леса.

– Он не смог завершить свою работу. Но я – да. – Дедушка Эллы указал на светящийся камень. – Чары держат меня здесь, но вы можете уйти в любой момент.

– Нет! – перебила его Элла. – Я так и знала, что ты снова придумаешь какую-нибудь уловку. Ты привёл нас сюда, чтобы мы уехали по Моргающему пути, но это исключено.

– Солнышко…

– Нет, дедушка! Я не пойду!

– Выслушай меня…

– Нет!

– Я вообще-то хотел показать вам это. – Профессор указал на вторую нишу – в ней оказались напольные часы.

– У тебя есть часы-портал? – изумлённо произнесла Элла. – Но они выглядят как-то странно. – Она с любопытством подошла поближе.

Часы были открыты сбоку. Лукас увидел внутри плотную сеть из волшебных камней, соединённых металлической проволокой. Там также была воронка, над которой висел сосуд с эльфийской пыльцой. Однако вместо стрелки, которую в других порталах надо было выставить на знак, соответствующий пункту назначения, здесь сбоку располагалась маленькая вращающаяся ручка. Вокруг неё была нарисована шкала с медными цифрами.

– Они сломаны, – сказал Рани. – Да и выглядят чудаковато.

– Этот портал особенный, – пояснил профессор. – Я встроил в него несколько найденных мною волшебных камней, оставшихся после исчезнувшего народа. Благодаря этому часы работают, но позволяют открыть проход всего один раз.

– Один раз, – повторил Рани. – Но ведь обычно порталы можно открывать больше одного раза, почему так?

– Этот портал переносит не только в пространстве, но также во времени, – пояснил профессор.

– Машина времени? – прошептала Элла.

– Так и есть, – подтвердил её дедушка с радостно сверкающими глазами. – Он работал и над этим. Не хочу даже представлять, что случилось бы, если бы он успешно воплотил свою задумку. Ему недоставало одной важной детали.

– Твои счастливые камешки! – закричала Элла, когда её дедушка подошёл к часам и по очереди коснулся указательным пальцем трёх золотистых камней, которые он вставил спереди.

– Да. Одна из моих первых находок. Я не понимал, чем они так ценны, раз кто-то пошёл ради них на столько убийств. Теперь же я это знаю. Они – ключ, открывающий время.

Фелицита дважды облетела вокруг часов.

– Это древняя магия. Она запрещена.

– И не зря, – подтвердил профессор. – Но в то же время это мой единственный шанс.

– И как должно помочь то, что мы откроем портал во вчерашний день? – всё ещё не понимал Лукас.

Рани достал свою книжечку и принялся срисовывать часы.

– Чудесно, – бормотал он при этом. – Я стану величайшим первооткрывателем всех времён. В буквальном смысле.

– Я не могу уйти, но вы – да. Тёмный маг где-то за пределами Шепчущего леса и готовится сломать печать. Пока я здесь, я не могу его остановить. Но есть шанс это исправить. Вы можете отправиться в прошлое и достать единственное, что способно меня освободить.

– И что же это? – спросила Элла.

– Немного крови того меня, каким я был когда-то, – пояснил профессор. – Чары, которые удерживают меня здесь, привязаны к крови. Если достать мою собственную кровь того времени, когда на ней ещё не было чар, я смогу очиститься. Тогда чары будут сняты. – Он вздохнул и опустил плечи. – Но всё это ужасно опасно. Я не могу допустить, чтобы ты пострадала.

– Нет! – тут же возразила Элла. – Если это может тебя спасти, я пойду.

– Послушай, Элла, ты же…

– Если ты сейчас скажешь, что я девочка, я по-настоящему разозлюсь, дедушка.

– Я только хотел сказать, что ты – самое дорогое, что у меня есть.

Элла растроганно улыбнулась.

– А ты – самое дорогое, что есть у меня. И именно поэтому я должна вытащить тебя из этого жуткого места. А после мы придумаем, как найти тёмного мага и разделаться с ним навсегда.

Профессор не казался таким же воодушевлённым, как Элла.

– Я видел, на что он способен. Не воображай себе, что это будет легко. К тому же он уже много лет успешно скрывается от всех, кто его искал. А это были самые могущественные существа.

– Мы справимся. – Элла махнула рукой. – Идём.

Все озадаченно смотрели на внучку профессора.

– Солнышко, сначала нужно сделать кое-какие приготовления.

– Ах, ну да. – Она смущённо рассмеялась. – Какие же?

– Всему своё время. Принесите мне фотоальбом, который лежит на полке в моём кабинете, – пояснил профессор. – Тогда я смогу подготовить вас к тому, что вас ждёт, и рассказать, что вам понадобится.

– Я сейчас, – тут же метнулась к лестнице Элла.

– Как волнительно! – Рани от радости трудно было стоять на месте.

Фелицита же, напротив, казалась на удивление тихой. Она то и дело посматривала на напольные часы.

– Это всё очень опасно.

– Ты права, – подтвердил профессор. – И я пойму, если ты не захочешь отправиться в это путешествие.

– Я… подумаю об этом. – Фелицита отлетела от часов подальше.

Лукас ещё не видел эльфийку такой испуганной.

Они вернулись на первый этаж. Профессор налил ещё чая, и они стали обсуждать дальнейшие действия. Им нужно было многое узнать о прошлом. Как вообще тогда выглядел Винтерштайн?

Дедушка Эллы хотел подробнее узнать, как они прошли испытания, с которыми встретились, разгадывая загадку, и что произошло в Винтерштайне за время его отсутствия. Наконец, когда веки Лукаса уже отяжелели, профессор снова повёл их вниз, к платформе Моргающего пути.

В этот раз выбрать конечный пункт разрешили Лукасу – естественно, под чутким присмотром Фелициты. Мальчик настроил связь со станцией в дереве, на котором они обустроили свой домик-штаб. Они все вместе встали на платформу.

Элла попрощалась с дедушкой и крепко его обняла. На лице профессора сияла радостная улыбка.

– Я люблю тебя, – сказала девочка.

– И я тебя, дорогая моя.

Они помахали друг другу на прощание.

Лукас моргнул – и они отправились в путь.

Пикник под луной

Спустя несколько минут они уже покидали станцию и поднимались в свой домик на дереве.

Лукас зевал, но ему ещё не хотелось прощаться. Друзьям, похоже, тоже, так как они направились к уютным подушкам.

Они расположились вокруг стоявшего посередине комнаты сундука, заменявшего стол. Элла села по-турецки. Лукас хотел подтянуть ноги под себя, но этому воспрепятствовала Пунхи. Она прыгнула ему на колени и по-хозяйски на них растянулась. Мальчик принялся её гладить.

Рани покосился на них, но ничего не сказал. Он ненавязчиво сел поближе к Элле. Видимо, менок надеялся, что она его тоже погладит, но внучка профессора была погружена в свои мысли.

– Всё в порядке? – спросил Лукас.

– Я не могу поверить, что он все эти месяцы был заперт в том дереве, – ответила она.

– Коварная ловушка, – подтвердил Рани. – Я даже подумать не мог, что тёмный маг на самом деле всё ещё жив. – Он вздрогнул.

Фелицита откуда-то достала скатерть и накрыла ею стол. Она бросила эльфийскую пыльцу – и вдруг, словно из ниоткуда, появились блюдца с кусочками торта. Рядом – фарфоровые чашки, в которых лежали зелёные листики. Затем последовал чайник с горячей водой.

– Что это? – спросил Лукас, заглядывая в чашку.

– Это листья от чаюшек, – пояснила эльфийка. – Они поделились со мной своим лучшим урожаем. Разве не мило? Налей-ка каждому воды, Лукас. Надо настаивать ровно три минуты.

Мальчик выполнил просьбу.

– А теперь – вылить, – приказала Фелицита.

– Что ты имеешь в виду? – Лукас озадаченно смотрел на чашку в своей руке, из которой он как раз собирался отпить.

– Пить можно только третью заварку. До этого на листьях будут остатки урожайных чар, – пояснила Фелицита. – Подожди.

Они все вылили волшебный чай из окна, снова налили воды и ещё раз вылили. Наконец чай можно было пить.

Лукас никогда не пробовал ничего подобного. Его нёбо словно щекотал тончайший шёлк. Аромат свежей травы смешался с образами смеющихся детишек, собирающих чайные листья. Он ясно чувствовал счастье, которое они излучали в мир. У него в душе воцарился покой. В этот момент мальчик ощущал неразрывную связь с лесом, луной и своими друзьями.

– Как красиво, – тихо сказал Рани.

Он всё же залез к Элле на колени. Улыбнувшись, девочка принялась гладить менока.

– Когда мне дома бывало грустно, мама всегда заваривала мне чай, – тихо пояснила Фелицита. – Мы вместе спускались в кухню замка, и она подходила к старой плите. Все комнаты наполнялись чудесным ароматом этих листьев. Затем мы вместе пили, рассказывали истории и летали к эльфийским сетям в облаках. – Фелицита смахнула слезинку. – Надеюсь, мы будем снова делать это после пансиона.

– Сколько лет тебе ещё там учиться? – спросила Элла.

Эльфийка махнула рукой.

– Всего-то пятьдесят.

Лукас поперхнулся.

– Но это много.

– Эльфы живут очень долго, – пояснил Рани.

– И я ведь не одна, – сказала Фелицита. – Когда летающая карета отвезла меня в пансион, я опешила, услышав, как в моей сумке кто-то мяукает. – Она ласково улыбнулась, взглянув на Пунхи. – Мама сделала мне подарок.

Пунхи спрыгнула с коленей Лукаса, подошла к Фелиците и нежно толкнула её носиком.

Лукас чувствовал, какие крепкие узы их связывают. Близость, дружба, верность.

– Как твоя рана? – спросил он.

Фелицита посмотрела на своё повреждённое крылышко.

– Как мило, что ты спросил. Оттуда больше не струится эльфийская пыльца, но мне надо будет искупаться в волшебном озере.

– У тебя есть семья? – спросила Элла, обращаясь к Рани.

Менок, опустив ушки, наслаждался массажем.

– Ну да. Наш выводок очень большой. У нас чудесная нора, уходящая глубоко под землю. Понадобилось время, но всё же корни, служащие мне постелью, научились гладить меня во сне.

Лукас широко улыбнулся, представив себе это.

– И сколько у тебя братьев и сестёр? – спросила Элла.

– Кажется, при последнем подсчёте было восемнадцать, – задумчиво пояснил Рани. – Следующий приплод лишь через два года, но мы уже расширяем нору. Скоро зима, так что надо успеть, прежде чем земля затвердеет.

Лукас понял, что книга профессора затрагивает лишь верхушку айсберга. В Шепчущем лесу ещё столько неизвестного. О чаюшках в книге вообще ничего не было. И о русалах. Он с удовольствием узнал бы всё-всё.

Мальчик также задумался о том, как очистить озеро и пляж от мусора. Возможно, тут поможет лишь магия. А ещё надо не забыть о кошках, которых ждут землерои. Так много планов.

Погружённый в мысли, он взял кусочек торта и принялся есть. Сахарная глазурь словно вспыхнула у него на языке. Вкус клубники с изысканным сливочным кремом был просто несравненным.

– Я больше не смогу пить обычный чай и есть человеческие торты, – сказал он. – Эта штука такая вкусная.

– Если хочешь, можешь прихватить с собой мешочек чайных листьев, – пояснила Фелицита. – Если они будут оставаться в твоём доме и заварку выливать там же, ничего не случится.

Лукас с радостью принял мешочек.

– Спасибо.

Если ему теперь захочется, чтобы его оставили в покое, он может угостить этим чаем родителей. Тогда они будут умиротворённо сидеть на диване и медитировать.

– А у тебя есть братья или сёстры? – спросил вдруг Рани, обращаясь к Элле. – Я знаю, что у Лукаса есть сестра с плохим характером.

Увидев пренебрежительный взгляд Эллы, Лукас откашлялся.

– Это правда.

– Я одна в семье, – пояснила внучка профессора. – У меня нет ни братьев, ни сестёр.

– Сочувствую, – сказал Рани.

Фелицита тоже грустно кивнула.

– Тебе, наверное, одиноко. Хотя мои братья и сёстры постоянно надо мной подшучивают – наколдовывают что-то или взрывают. Как подумаю о Лилике, моей любимой кукле… это было ужасно.

– Они взорвали твою любимую куклу? – в ужасе спросил Лукас.

– Нет, этого они бы не сделали, – быстро возразила Фелицита. – Как-то раз, когда я заснула, они её оживили. Она принялась рассказывать анекдоты, и я проснулась и закричала от ужаса. И стража тогда её… В общем, я получила новую куклу.

Лукас вдруг увидел проделки своей сестрёнки-монстра в совершенно новом свете. Он решил, что, если она снова устроит какую-нибудь подлость, он останется совершенно спокойным. Ничто не сможет вывести его из равновесия – не после этой истории.

– Слушая всё это, я радуюсь, что я единственный ребёнок в семье, – вернулась к теме Элла. – Зато у меня есть дедушка. И скоро он снова будет дома. – Она зевнула.

Лукас тоже почувствовал, что его вот-вот одолеет усталость.

– Нам надо ещё составить план битвы. – Ему было сложно сохранять концентрацию.

А вот эльфийка – совсем другое дело. Фелицита поднялась в воздух и принялась выкладывать свои идеи.

Прощание

– Я прочитаю в библиотеке пансиона всё, что смогу найти о магии времени, – сказала Фелицита. – Эти книги в запретном отделе, куда мне можно будет входить лишь через тридцать лет. Но я что-нибудь придумаю. – Она робко улыбнулась. – Если я что-то найду, я оставлю записку в кабинете, и тогда мы сможем встретиться.

– Ещё раз спасибо за вашу помощь. – Элла тоже улыбнулась. – Без вас я бы никогда не нашла дедушку.

Рани растроганно махнул лапкой.

– Не стоит благодарности. Всегда пожалуйста.

Пунхи мяукнула и потёрлась о ноги Эллы.

– Нам пора в путь. Из-за раны я потеряла так много пыльцы, что мне теперь действительно нужно пополнить запасы. Иначе я больше не смогу летать. – Фелицита помахала им, после чего полетела прочь. Пунхи без труда спустилась на землю, перепрыгивая с ветки на ветку, и последовала за эльфийкой.

– Я запишу наши приключения, – сказал Рани. – И тоже подготовлюсь.

Прежде чем Лукас успел спросить, как именно менок собирается готовиться, тот уже тоже попрыгал прочь.

– Просто команда мечты, – улыбнулась Элла.

Она выставила стрелку часов на без пяти минут двенадцать, и через несколько мгновений они уже были по ту сторону портала. На чердаке всё было так, как до их ухода.

Они вместе спустились по лестнице и вошли через потайную дверь в комнату Лукаса.

– Здесь была дедушкина библиотека, – пояснила Элла, улыбаясь. – Странно, что теперь это твоя комната. Кстати, я была права: здесь жуткий бардак.

Мальчик не поддался на провокацию.

– На самом деле хорошо, что здесь моя комната. Представь только, если бы моя сестрёнка обнаружила потайную дверь и стала хранительницей печати.

Внучка профессора хихикнула.

– То-то бы весело было. – Она села на подоконник, устланный подушками.

– Спасибо.

– Не за что.

Они какое-то время молча сидели рядом и смотрели на далёкий лес. Шепчущий порошок всё ещё действовал, поэтому они видели между деревьев танцующие огни.

– Вот чёрт! – вырвалось у Лукаса. – У нас больше нет шепчущего порошка. Я совсем об этом забыл.

Элла сердито застонала.

– Я тоже об этом не подумала.

Она ненадолго задумалась.

– Но если дедушка его приготовил, значит, где-то на чердаке должен быть рецепт.

– Ты хочешь сказать, мы можем сделать его сами?

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Но думаю, что когда в твоём распоряжении полностью укомплектованная волшебная лаборатория, грех не попробовать.

Лукас не был уверен, вселяет ли в него страх её жажда приключений, или, наоборот, производит впечатление. Наверное, немного и того, и другого.

– Вместе у нас получится, – сказала Элла.

– Вместе, – подтвердил Лукас, поняв её невысказанный вопрос. – Больше тебе не нужно тайно пробираться в наш дом. И чары, которые не впускали тебя в дом, теперь сняты.

– Если только никто не склеит вазу.

– Не беспокойся, я надёжно спрячу осколки.

Было уже далеко за полночь. Ветер утих, но дождь не прекращался.

Элла широко зевнула.

– Моя кровать ждёт меня.

– Спокойной ночи.

– И тебе. Увидимся завтра. – Она поднялась.

– Завтра?

– Ну да. Ведь завтра суббота. А значит, у нас будет время для первых экспериментов. Нам надо найти дедушкин фотоальбом и рецепт шепчущего порошка.

Она помахала ему на прощание и направилась к двери.

Что бы подумали родители, если бы сейчас проснулись? Девочка, которая перед этим приходила к Лукасу, среди ночи прокралась в дом. Не хотелось даже представлять, что ему пришлось бы выслушать от матери.

Он подождал у двери своей комнаты, прислушиваясь. На первом этаже тихо закрылась входная дверь.

Лукас надел спортивные штаны и свежую футболку. Разорванную и запятнанную кровью толстовку он впопыхах бросил за потайную дверь. Если так пойдёт и дальше, мама удивится, куда подевалась половина его гардероба.

Зевая, Лукас заполз под одеяло и устроился поудобнее. Мягкий стук дождя о стекло тут же его убаюкал.

Утро

Конечно, Лукас забыл установить будильник. Наверное, он проспал бы весь день, если бы в его сне не раздался кошмарный голос:

– Еду скушали. Теперь тебе придётся голодать. И мама больше не приготовит.

Лукас вскочил и заморгал. Голос доносился из щели между дверью и полом. Он подошёл к двери, дёрнул за ручку, но слишком поздно вспомнил, что заперся.

За дверью раздался крик:

– Лукас меня обижает!

Мальчик открыл дверь и вышел в коридор. В другом его конце он успел ещё увидеть кончики косичек Лизы, которая побежала по лестнице на первый этаж.

– В следующий раз… – проворчал Лукас.

Как можно оставаться спокойным, если твоя сестрёнка – монстр?

Он угрюмо натянул штаны и свежую толстовку, а затем тоже спустился на первый этаж и вошёл в кухню.

– Как раз вовремя. – Мама поприветствовала его поцелуем в лоб.

– Мам, – проворчал он, – я же ещё даже какао не выпил. – Он вытер лоб рукавом толстовки.

Лиза сидела с невинным видом. Конечно, завтрак был на месте. В корзине лежали булочки и хлеб, рядом красовались различные сорта варенья, колбаса, сыр и арахисовая паста. А ещё масло и молоко из одной из ближайших деревень. Родители ещё даже не начали есть.

– Молоко ещё тёплое, – радостно сказала мама. – Разве здесь не чудесно? Настоящая сельская жизнь.

– Ага. Мы же все так любим сельскую жизнь, – проворчал Лукас.

Мама слегка скривила губы, не переставая улыбаться.

– Кажется, один молодой человек хочет снова посещать по субботам курсы медитации.

Лукас забыл главное правило. Всё, что он скажет, может быть использовано против него.

– Я совершенно спокоен, – сказал он.

– Лукас, если твоя сестрёнка сама вызвалась тебя разбудить, это очень мило, ты не должен её злить, – пояснил папа.

– Но она… – начал мальчик.

– Ты старший брат, а значит, несёшь ответственность, – добавил папа.

Лукасу хотелось закатить глаза. До первого какао он не мог спорить с родителями. Он всегда проигрывал. Мальчик молча взял ложечку, положил в чашку порошок и налил молоко.

– Лукас, может, хочешь пойти со мной на рынок? – спросила мама как бы между прочим.

Опасно!

– Э-э.

– Это значит «да»?

Мама была мастером неверных толкований.

– К сожалению, не получится, – сказал он, приняв извиняющийся вид. – У меня встреча.

Тишина.

Мама посмотрела на него с любопытством.

Папа даже оторвал взгляд от газеты, которая лежала рядом с ним на стуле. Он часто читал её тайком, потому что не должен был делать этого за столом.

Лиза заметила, что что-то не так. Она быстро скрестила руки и тоже с любопытством уставилась на брата.

Лукас пил какао очень медленно, засунув нос поглубже в чашку.

– И с кем же у тебя встреча? – спросила мама.

И почему он просто не согласился пойти на рынок? Ведь и погода, как ни странно, была не такой уж плохой. Пасмурно, да. Поля, конечно, размякли. Солнце изредка проглядывало сквозь облака, что уже стало привычным. Но зато дождя не было. Как же выпутаться из щекотливой ситуации?

По нахмуренному лбу матери Лукас понял, что она уже начала толковать его молчание по-своему. У него оставались считаные секунды.

Мальчик поставил чашку на стол.

– Это связано с этим домом.

Этим он её обезоружил.

– Что?

– Я познакомился с внучкой исчезнувшего профессора. Она живёт тут недалеко.

– Это та сердитая девочка, которая как-то приходила? – спросил папа.

– Да нет, она была очень милой. – Мама машинально взяла булочку, не заметив, что она не цельнозерновая – её мозг явно был занят активным анализом услышанного. – Возможно, слегка экспрессивной. Но это пойдёт тебе на пользу, не всё же за компьютером сидеть. Что же вы затеяли?

– Пойдём есть пирожные.

– Пойдёте есть пирожные! – У мамы был такой вид, будто она увидела милого щенка и пришла в восторг. – Это так…

– Не говори этого, – попросил Лукас.

– Мило.

Чашки какао было недостаточно, чтобы оставаться спокойным до конца завтрака. Лукас хотел предупредить маму о пшеничной булочке, так как она ест только полезные цельнозерновые. Но теперь он передумал.

– Она просто покажет мне город. – Лукас слишком поздно понял, что этим лишь подлил масла в огонь.

– Это так мило с её стороны. Пригласи же её к нам в гости.

– Чтобы ты задавала ей неловкие вопросы? – спросил Лукас.

– Что такое неловкие вопросы? – поинтересовалась Лиза.

– Мы никогда не задаём никаких неловких вопросов, – тут же бросил папа своим учительским тоном. – Мы просто разговариваем.

– Можно задавать неловкие вопросы мне? – снова встряла Лиза. – Я знаю про Лукаса много всякого интересного.

– Мам, пожалуйста, не ставь меня в неудобное положение, – попросил Лукас. – А ты ничего про меня не знаешь, – многозначительно бросил он сестрёнке.

Девочка подняла своего потрёпанного плюшевого зайца, которого она тайком называла «Глупым Лукасом», когда никого, кроме её брата, рядом не было.

– А вот и знаю, он мне рассказал. – Она лукаво ухмыльнулась.

– Даже близко не…

Мама погладила его по голове.

– Не волнуйся, я не буду вас беспокоить. Вы можете вместе играть наверху.

– Мам! Мы не играем. Игры для маленьких детей!

– Хорошо-хорошо.

– Я играю! Но я не маленькая! – проорала Лиза.

– За этим столом никто не должен кричать! – закричал папа.

– Будь добрее к сестричке, – попросила мама.

Лукас ударился лбом о стол. В следующий раз он специально проспит и тайком поест в своей комнате. У него явно поднялось давление. Так бывало с господином Пинзелем в старой школе. Когда он нервничал, он всегда говорил, что у него сильно поднялось давление. Говорят, от этого быстрее стареют. Но, возможно, если он быстрее станет взрослым, то сможет наконец переехать от родителей.

– Кстати, директор был очень доволен твоим сочинением, – отец отвлёк Лукаса от его приятных мыслей. – Он сказал об этом в учительской. Перед всеми. Даже эта туп…

– …чересчур усердная учительница математики, – быстро вставила мама.

– Да, – папа кивнул, – даже она впечатлилась. У неё был такой вид, будто ей подсунули под нос что-то плохо пахнущее.

Ну, хоть что-то. Возможно, директора удастся уговорить, чтобы Лукасу не нужно было посещать театральный кружок. С другой стороны, возможно, с Эллой там будет не так уж и скучно.

Лукас съел три булочки с арахисовой пастой, на что мама отреагировала привычным: «Не глотай еду так быстро».

Тут Лукасу в голову пришла одна мысль. С улыбкой на лице он принёс листья, собранные чаюшками, и залил их кипятком. Вылив заварку два раза, он, наконец, угостил чаем родителей. Возможно, это будет не такая уж и кошмарная суббота.

Лукас с довольным видом уселся в своей комнате и стал смотреть в окно на Шепчущий лес.

Наверное, скоро явится Элла. У них много дел. Их ждёт очень увлекательная неделя.

Эпилог

Рана в Шепчущем лесу. Сгусток зла. Буря утихла, но она не предавалась иллюзиям. Это было последнее затишье перед настоящим ураганом.

Всё было так, как всегда. Тьма и свет, две стороны, которые постоянно борются друг с другом. Многие годы Шепчущий лес пребывал в мире. Его обитатели залечили раны, нанесённые им.

Но с появлением Лукаса Лампрехта то, что должно было случиться, пришло в движение. Она хорошо помнила тот день, когда впервые увидела этого мальчика. С тех пор прошло много лет.

– И всё же я не могу тебя защитить, – прошептала она.

Она знала, что случится, потому что это уже случалось раньше.

Дети отправятся в своё путешествие. Она пожелала бы им удачи, если бы не знала уже давно, чем всё кончится. Никакая удача не может их от этого защитить.

По её щеке пробежала слеза.

Она задёрнула шторы и стала ждать дальнейшего развития событий.

В глубине, под её ногами, светилась одна из печатей.

Бонус

Тень королевы

– Чудесный был день, ведь правда? – Фелицита не ждала ответа. Как правило, Пунхи молча с ней соглашалась.

Она пролетела между листьев баобаба и проделала петлю в воздухе. Её крылышки задели кору. Она ещё хорошо помнила чары, которые перенесли это дерево в Шепчущий лес из Африки. Это привело к неприятностям. Где-то на другом континенте теперь стоит ярко-зелёное растение из Шепчущего леса. Пунхи изящно перепрыгивала с ветки на ветку, держась всё время поближе к Фелиците.

– А как было захватывающе, когда мы спрыгнули с Небесного города! Тебе стоило присоединиться к нам.

Тут Пунхи мяукнула, что, видимо, означало, что она, конечно же, глубоко сожалеет, что не спрыгнула с края Небесного города. В следующий раз всенепременно.

После купания в озере эльфийской пыльцы волшебные силы Фелициты восстановились, а её крылышки светились даже ярче, чем раньше. Вдали уже показались стены пансиона. Она почувствовала лёгкое щекотание в крылышках, пройдя три волшебных защитных круга.

– Вот мы и вернулись.

Вдруг Фелиците стало тяжело на душе. Лёгкость, которую она чувствовала в обществе Лукаса, Рани и Эллы, испарилась, как подхваченная ветром горсть эльфийской пыльцы. Она с радостью провела бы ещё не один час со своими новыми друзьями, болтая за чашкой чая. А затем вспомнила свой дом, свою маму, представила себе кухню замка, старую плиту, аромат свежего чая. В мыслях она радостно летала вокруг чаюшек, которые собирали свой урожай.

Но вместо этого эльфийка приземлилась перед камнем, напоминавшим огромный сахарный цветок. Щепотки пыльцы было достаточно, чтобы открыть проход. Пунхи последовала за хозяйкой в туннель. Достигнув противоположного его конца, они отодвинули висевший на стене портрет и попали в пансион. Картина закрыла потайной ход до следующего раза. Мимо пролетели другие эльфийки. В стеклянных колбочках распустились цветочки, и это означало, что остался последний час перед отходом ко сну. В коридорах было полно юных эльфов и эльфиек, которые летели в свои комнаты.

Фелицита подлетела к круглой дверце и заставила её исчезнуть, бросив щепотку волшебной пыльцы. Эльфийка проскользнула в комнату, а за её спиной деревянная дверца с лёгким щелчком вернулась на место.

Цветы, наполнявшие комнату, заметили её и засветились. Книги на полках запрыгали от радости. На её столике было аккуратно сложено всё необходимое для чар, позволяющих заглянуть в прошлое Шепчущего леса, разгадать тайны и остановить время.

Завтра её снова ждут скучные уроки. Каждый раз одно и то же. Учителя объясняют всё так медленно, что Фелицита в мыслях забегает далеко вперёд. Пока одноклассники заканчивают одно задание, у неё уже готово пять следующих – ведь это так просто. Затем учитель её вызывает, она вздрагивает, начинает волноваться и не может ответить на вопрос. Все ухмыляются, и она слышит что-то вроде: «Королеве лучше этого не знать».

Но на самом-то деле проблема вовсе не в её знаниях.

Фелицита вздохнула.

А ещё у неё никак не получается правильно рассчитать силу чар. В чём же дело?

Пунхи мяукнула и указала на цветы, обозначающие время. Теперь они испускали свежий фруктовый аромат. Пора спать.

Эльфийка устроилась между парящими в воздухе подушками и одеялом и через несколько минут уснула.

Педора вздохнула.

Наконец-то! Её подопечная, целая и невредимая, лежит на подушках и набирается сил. Ещё несколько таких приключений – и Педоре самой понадобится отпуск и неделя непрерывного массажа.

По крайней мере, тот землерой хорошо поработал. Её шерсть блестела, как шёлк. Это ещё не одну неделю будет злить Рани.

Бросив взгляд на маленькую спящую принцессу, Педора побежала по коридорам пансиона, проскальзывая в узкие щели, скрытые в тени, и достигла Кошачьих путей. Сюда сбегались её коллеги-соплеменницы самых разных мастей, а отсюда затем разбегались дальше по своим дорожкам. Так как их подопечные спокойно спали, они были свободны.

Все. Кроме неё.

– Педора! – раздался голос Альфалет.

Её чёрная шерсть торчала во все стороны. И что это за запах?

– Тяжёлый день? – спросила Педора. Ей было трудно говорить, чаще всего она избегала этого утомительного занятия. Да и стоит только представить, что будет, если Фелицита прознает, что её спутница умеет разговаривать… Сколько будет болтовни! Нет, ни за что!

– Он навестил со своими друзьями запретное Небесное озеро, – послышалось в ответ. – А там эта вонючая рыба… – Альфалет жалобно мяукнула и встала на свой путь.

Вход в туннель замерцал.

Педора прыгнула вперёд.

Казалось, будто какой-то всемогущий кот некогда создал и соединил вместе тысячи дорожек-когтеток. Они пронизывали весь Шепчущий лес, но пользоваться ими могли только кошки. Педора последовала по своей дорожке-когтетке, скользя лапками по шероховатой поверхности. Ей потребовалось всего несколько минут, чтобы достичь цели: эльфийского королевского дворца. Здесь живут родители её подопечной, её братья и сёстры, придворные стражи и прочие слуги.

На Педору бросали разве что короткие взгляды. Её все хорошо знали: ещё котёнком её приставили к маленькой Фелиците. На всю жизнь. Но одну большую тайну, кроме неё, знала лишь одна особа.

Педора поднималась по ступенькам, не обращая внимания на постоянный шелест крылышек. За окнами вдали виднелись красновато-золотистые холмы, между которыми она родилась. Кошачьи Горы.

Дальше Педора побежала по кошачьим туннелям, проделанным в стенах замка, пока не достигла личного чертога королевы.

Та встретила её улыбкой.

– Я приказала кое-что для тебя приготовить, – сказала королева. Со своей худощавой фигурой, волосами по пояс и бледной кожей она напоминала изысканную стеклянную статую.

Педора прыгнула к тарелке. В масляном соусе плавала слегка поджаренная рыба, посыпанная сахарными цветами. Она насладится этим великолепным изысканным блюдом чуть позже, сначала нужно исполнить долг.

– Как моя малышка? – спросила королева с сияющими глазами.

Педора вкратце рассказала всё, что с ними произошло.

– Она спрыгнула с Небесного города, чтобы спасти своих друзей. – Королева улыбнулась. – Это моя дочь. Храбрая, как львица. – Тут её улыбка угасла. – Она намного сильнее, чем думает. Как бы я хотела, чтобы она была со мной. Но это, наверное, больше никогда не будет возможно. – По её щеке скатилась слеза.

Педора подбежала к королеве и потёрлась спинкой о её ногу.

Улыбка вернулась на лицо женщины.

– Верная моя союзница, какое счастье, что я всегда могу на тебя положиться. Следуй и дальше тенью за моей дочерью, оберегай её и следи за знаками. Час близится.

– Будет исполнено, – поклялась Педора.

Она принялась есть.

Вскоре ей понадобятся все её силы.

Конец

Content

Андреас Зуханек
Волшебная карта

Пролог

Снова засада

День становится ещё мрачнее

Пятничный сюрприз

Штаб-квартира

Свиток

Землеройский залог

Подземный огонь

Заброшенная штольня

Героическое приключение Рани

Нарушители правил

Небесная катапульта

Скалолазание в облаках

Разрушенный алтарь

Падение или полёт?

Восточная граница

На дне озера

Тупик

Летающая подлодка

В лунном свете

На другой стороне

В чёрном пепле

Исчадия тьмы

О жизни и смерти

Ловушка

Давным-давно

Смутная надежда

Пикник под луной

Прощание

Утро

Эпилог

Бонус Тень королевы