Марина Сергеевна Серова

Коварная ловушка

* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

© Серова М. С., 2021

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2021

Пролог

Она бежала вперед, не разбирая тропы, продираясь через мрачные дебри ветвистых деревьев, тянущих к ней свои корявые лапы. Ее кожу царапали колючие кустарники, платье рвалось о заросли терновника, но она не чувствовала ни боли, ни страха.

Единственное, о чем она мечтала – это исчезнуть, раствориться, забыть обо всем, и никогда не ощущать всепоглощающей тоски, рвущей на части, точно свирепый, кровожадный монстр. В ее голове отбойным молотком стучала одна-единственная мысль: ничего нельзя сделать. Все кончено, ее жизнь разбита на миллионы мелких осколков. Все, ради чего она просыпалась каждое утро и ради чего существовала, было разрушено. Ее собственная жизнь была ей не нужна, теперь в ней не было смысла. Лес должен стать ее последним пристанищем и убежищем, ее личным кладбищем.

Она остановилась возле ветвистого старого дуба. Этот дуб показался ей самым подходящим – именно его она искала в своем безумном беге. Все было с собой – нужно только вскарабкаться наверх и привязать веревку. Хорошенько закрепить ее, чтобы она не оборвалась и все не испортила.

Веревка – да где же она? Ведь была у нее в руках, она не могла потерять крепкий, прочный шнур. Вот же, в ее руках, но в глазах была темнота, она теперь постоянно все забывала…

Значит, надо карабкаться на дерево. В детстве ей приходилось лазать по деревьям, но сейчас силы оставили ее. Она в изнеможении опустилась на землю и облокотилась о мощный вековой ствол. Сжимая веревку обеими руками, она зарыдала от дикого отчаяния.

Она ничего не может сделать – даже такую простую вещь, как самоубийство. Ничего. Ей придется навеки жить словно в кошмарном сне, существовать как в аду. Нет, не как в аду – в самом настоящем аду. Она никогда не обретет покоя, никогда больше не сможет радоваться и улыбаться.

Она никогда не сможет жить. Пока смерть и справедливость не восторжествуют.

Глава 1

Я проснулась по привычке в шесть утра, несмотря на то что сегодня у меня был первый выходной день после очередного задания. Как всегда, я успешно выполнила свою работу – вычислила преступника и спасла своего клиента от неминуемой опасности.

Во время расследования я частенько забываю и про еду, и про сон, и после работы мне физически необходим отдых. Хоть я любила свою профессию и блестяще справлялась с порученным мне делом, расследование отнимало много сил. Даже такой профессионал, как телохранитель Евгения Охотникова, порой испытывает обычную человеческую усталость, поэтому я даю себе несколько дней для восстановления. В это время я закрываюсь в своей комнате и предаюсь любимому занятию – просмотру фильмов.

Сколько себя помню, я всегда любила кино, могла провести целый день, не отрываясь от компьютера. Мало кому понятно такое увлечение – к примеру, моя тетя Мила, с которой я живу, не одобряет подобной привычки. Она считает, что я ни в коем случае не должна сидеть дома больше одного-двух дней, и если мои выходные затягиваются, заботливая тетушка всячески пытается разнообразить мой досуг.

Однако сегодня тетя Мила не собиралась вытаскивать меня ни на выставки, ни в театр, ни в музей. Когда вчера я пришла домой поздно вечером и молча съела ужин, то объявила, что завтра у меня выходной.

Тетушка поинтересовалась, чем я собираюсь заняться, и когда я рассказала ей о своих планах, то она не стала возражать против моего желания посмотреть по меньшей мере пять-шесть фильмов. А может, и больше – кто знает. Она только спросила, не буду ли я против, если к двенадцати дня к нам придет ее закадычная подруга Екатерина Михайловна, с которой моя тетя общается еще со школьной скамьи.

Мне было абсолютно без разницы, кто и когда к нам придет, – главное, чтобы при этом меня не трогали и не пытались со мной общаться на совершенно бестолковые темы.

Дело в том, что тетя Мила не оставляет попыток устроить мою личную жизнь. Ну не может она смириться с тем, что ее любимая племянница все еще не обзавелась семьей и в ближайшем будущем делать этого не собирается. Не знаю, с чего тетушка решила мне помогать, но, увы, сделать с этим я все равно ничего не могу. Теперь тетя Мила считает своей святой обязанностью выдать меня замуж и делает все возможное и невозможное, дабы осуществить свой «благой» план.

Надо ли говорить, что мне это все порядком надоело – свои выходные дни я хочу проводить так, как нравится мне, а не мотаться не пойми где с очередными «знакомыми тетушкиных знакомых».

Я поднялась с кровати, привела себя в порядок и вышла завтракать на кухню.

Тетя Мила уже вовсю что-то готовила – просыпается она гораздо раньше меня и сразу спешит к плите. В отличие от меня, тетушка – прирожденный кулинар, готовит она получше любого шеф-повара в элитном ресторане. Мои же способности в этой области исчерпываются приготовлением банальной яичницы, и то велик риск, что она сгорит. Поэтому на кухне я появляюсь только для того, чтоб поесть, – все заботы по приготовлению еды полностью взяла на себя тетя Мила.

Иногда я просто поражаюсь, насколько разные мы с ней люди. Тетушка обожает культурные мероприятия – театры, музеи, концерты классической музыки, я же к искусству абсолютно равнодушна. Тетя Мила не может прожить без общения – у нее куча друзей и подруг, тогда как я предпочитаю проводить свое свободное время в одиночестве.

Но не буду скромничать – у меня есть свои таланты и способности, к примеру, хоть я и не умею готовить или рукодельничать, зато я владею приемами всех известных единоборств, мастерски обращаюсь с любым видом оружия и знаю огромное количество иностранных языков. Собственно, эти навыки и делают меня лучшим – не побоюсь этого слова – телохранителем Тарасова. Я даже не могу вспомнить всех своих успешно завершенных дел, но могу сказать наверняка: ни один из моих клиентов не остался недоволен моей работой. Мы обменялись с тетушкой привычными приветствиями, я отдала должное невероятно вкусному завтраку. Тетя Мила пожарила свою потрясающую яичницу с беконом и приправами, пожарила изысканные тосты и даже испекла пирожки.

И когда она только успевает все это приготовить? Еще одна загадка, ответ на которую мне так и не удалось узнать, несмотря на годы проживания с тетей Милой под одной крышей. Итак, я наслаждалась своим законным выходным днем, смотрела фильмы, а тетя Мила не пыталась вытащить меня из дома. Можно сказать, просто идеальный день, о лучшем и мечтать нельзя.

Ближе к обеду я услышала стук в дверь, раздались голоса. Я надела наушники, чтобы никто не отвлекал меня от просмотра очередного фильма. Кино оказалось интересным, сюжет захватывал с самого начала.

Надо сказать, я с удовольствием смотрю кино самых разных жанров – от триллеров и боевиков до кинокомедий и мелодрам. Мне это занятие совершенно не надоедает, и я могу просидеть за компьютером хоть целую неделю – до тех пор, пока не появится очередной заказ. Я увлеченно наблюдала за развязкой триллера, когда в мою дверь постучали. Пришлось ставить фильм на паузу и снимать наушники.

В комнату вошла тетя Мила и спросила меня, не хочу ли я пообедать вместе с ней и ее знакомой.

– Думаю, вам интереснее пообщаться вдвоем, – осторожно заметила я. – Все-таки у вас общие интересы, а я есть пока не хочу…

– Но я приготовила мясо по-французски, пока оно еще горячее! – настаивала тетя Мила. – К тому же Екатерина Михайловна очень хочет с тобой пообщаться.

– Ну да, как я могла забыть, у нее же как раз неженатый сын, – вздохнула я, давая понять тетушке, что ее замысел раскрыт на корню.

Но, к моему величайшему удивлению, тетя Мила возразила:

– Женечка, ты не угадала. У Екатерины Михайловны нет сыновей – у нее дочка, причем замужняя. Успокойся, как я поняла, она хочет с тобой поговорить по поводу твоей работы. Ей вроде консультация нужна. Много времени это у тебя не отнимет, я обещаю, что больше я тебя беспокоить не буду!

– Ладно, – пожала я плечами. – Хорошо, мне не трудно поговорить с твоей подругой…

Я положила наушники на стол и вышла вслед за тетей Милой из своей комнаты. Мы зашли на кухню, откуда доносился пьянящий аромат запеченного мяса с картофелем.

За столом сидела полная, статная женщина, на вид – ровесница тетушки Милы. Одета она была в темно-синюю длинную юбку и такого же цвета блузку, идеально выглаженную, без единой складочки. Волосы дамы были забраны в аккуратный пучок, придающий ей солидность и элегантность.

Присмотревшись, я вспомнила эту женщину – она уже была в гостях у тети Милы, я ее точно видела. Несмотря на то что у тетушки огромное количество приятельниц, я обладаю прекрасной памятью на лица и узнаю человека, даже если видела его раньше всего один раз.

Я поздоровалась с Екатериной Михайловной, та чинно ответила на мое приветствие.

– Женечка, присаживайся, сейчас я достану мясо из духовки… – принялась хлопотать тетя Мила.

Я уселась на стул напротив Екатерины Михайловны. Решив долго не затягивать с разговором, я сразу перешла к сути дела:

– Тетя Мила сказала мне, что вы хотели бы со мной поговорить по поводу моей работы, – начала я.

Екатерина Михайловна кивнула.

– Что именно вас интересует? – спросила я. – У вас ко мне конкретные вопросы по поводу моих рабочих обязанностей? Или вам напрямую нужна моя помощь?

– Нет, пока у меня к вам просто несколько вопросов, – произнесла Екатерина Михайловна. – Никогда не прибегала к услугам телохранителей, к счастью, необходимости в этом у меня нет… Скажите, Евгения, вы ведь всем клиентам помогаете? Или беретесь не за любое дело?

– Зависит от нескольких факторов, – пожала плечами я. – Во-первых, я могу отказать клиенту в том случае, если у меня на данный момент уже есть заказ. Как вы понимаете, я не могу одновременно помогать двум разным людям, так как я должна неотлучно находиться возле своего клиента.

– Это понятно, – кивнула дама. – Ну а в каком случае вы все же отказываете клиенту, даже если у вас есть свободное время?

– Ну, я могу не браться за дело, если им уже занимается полиция или другой телохранитель, – произнесла я. – В этом случае лучше не вмешиваться в расследование, чтобы не помешать другим специалистам и чтобы те, в свою очередь, не помешали мне. О других причинах отказа я так сразу сказать не смогу – надо смотреть конкретный случай.

– Хорошо, – проговорила Екатерина Михайловна. – Но если вы беретесь за дело, то вы доводите его до конца?

– Мне кажется, это глупый вопрос, – заметила я. – Сами подумайте, как я могу бросить клиента, которому угрожает опасность? Подставить его под удар? Это просто ни в какие рамки не вписывается, у меня нет такой привычки – хочу, сегодня помогаю человеку, а завтра у меня плохое настроение и из дома я не выйду. Я не понимаю только, почему вы все это спрашиваете? Ради праздного любопытства?

– А как выглядит ваша работа в деле? – Екатерина Михайловна проигнорировала мои вопросы. – Вы неотлучно находитесь с клиентом и день и ночь?

– Если нужно – то да, – коротко ответила я. Мне начал порядком надоедать этот допрос. – Екатерина Михайловна, вы меня, конечно, извините, но пока у нас с вами разговор ни о чем. Нет ни конкретного дела, ни конкретных проблем. Я не привыкла к досужей болтовне, прошу меня извинить.

– Женечка, вот, попробуй, я тебе мяса положила! – тетя Мила вовремя влезла в наш диалог, поставив перед нами по тарелке с аппетитными кусочками мяса, картофеля и овощей. – Вы меня извините, что я мешаю вашей беседе, но мясо вкусное только когда оно горячее. Остынет – будет совсем не то.

– Спасибо, думаю, мы уже закончили, – я улыбнулась тетушке. – Ты тоже садись, поешь вместе с нами!

Мы занялись обедом. Во время полуденной трапезы тетя Мила разговаривала с Екатериной Михайловной о какой-то премьере в Театре драмы.

Мне эта светская беседа была совершенно неинтересна – я молча доела свою порцию мяса и, пользуясь тем, что женщины заняты разговором, тихо поблагодарила за обед и вышла из-за стола.

К счастью, ни тетя Мила, ни ее подруга не стали уговаривать меня остаться, поэтому я с великим удовольствием вернулась к прерванному занятию. Надела наушники и принялась дальше смотреть фильм. Но узнать, чем там все закончилось, мне так и не удалось. На этот раз меня прервал звонок моего мобильного телефона.

Я со вздохом нажала воспроизведение фильма на паузу и сняла наушники. Про себя не понимала, кому вздумалось названивать мне – знакомых и друзей у меня не было, неужели кому-то снова потребовались услуги телохранителя?

Я взяла в руки телефон и посмотрела на дисплей. Номер, с которого звонили, был мне незнаком, а это означало: либо ошиблись, либо, что более вероятно, со мной хотел поговорить очередной потенциальный клиент.

– Слушаю, – проговорила я, поднеся трубку к уху.

– Здравствуйте, – вежливо поздоровался со мной незнакомый мужчина.

Голос был приятный, достаточно молодой, но в то же время – серьезный и деловитый. Незнакомцу могло быть как двадцать пять лет, так и сорок, более точного возраста я определить не смогла.

– Могу я поговорить с Евгенией Охотниковой? Мне правильно дали номер?

– Все верно, – произнесла я. – Евгения Охотникова – это я и есть. Как я могу к вам обращаться?

– Меня зовут Ярослав Игоревич Демьянов, – представился мой собеседник. – Можете называть меня по имени, не слишком люблю все эти церемонии. Мне порекомендовали вас как лучшего телохранителя в нашем городе, и мне нужна ваша помощь в одном деле.

– Я вас внимательно слушаю, – проговорила я. – Чем я могу вам помочь?

– Мне бы хотелось, чтобы вы сопровождали мою жену в одной поездке, – сразу перешел к сути вопроса мужчина. – Скажите, вы занимаетесь своей работой только в Тарасове или командировки возможны? Простите за расспросы, мне еще не доводилось обращаться к телохранителю, поэтому я не совсем компетентен в данном деле.

– Если я охраняю клиента, то полностью подстраиваюсь под его график, – заявила я. – Раз клиенту нужно уехать, я без проблем выезжаю как за пределы города, так и за границу. Но будет лучше, если вы мне расскажете о своей проблеме при личной встрече. Все-таки детали дела – не телефонный разговор.

– Да, конечно, – сразу согласился Ярослав. – Вам удобно встретиться со мной сегодня часов в шесть вечера? Или вы заняты?

– В настоящее время я свободна, – произнесла я. – Где вы хотите поговорить?

– Дома мне не слишком удобно, – задумчиво отозвался мужчина. – Но мы могли бы встретиться в кафе, как вы на это смотрите?

– Всецело положительно.

– Замечательно! – воскликнул Ярослав. – Тогда, если вы не возражаете, давайте встретимся в ресторане «Елена», это неподалеку от набережной. Заведение неплохое, разговаривать там никто не помешает, да и кухня хорошая.

– Хорошо, в шесть вечера я буду в этом заведении, – пообещала я.

Ярослав поблагодарил меня и вежливо распрощался.

Я завершила вызов. Ресторан «Елена» располагался на пересечении улиц Октябрьская и Музейная, неподалеку от консерватории Тарасова. Про себя я называла этот квартал «культурной частью города» – поблизости находились главный музей изобразительного искусства города и несколько выставочных галерей.

Заведение находилось в старинном особняке и было украшено декоративными колоннами с витиеватыми капителями.

Сразу скажу, ресторан не для среднего класса – кухня здесь была и вправду хорошая, но и цены – соответствующими. Мне доводилось бывать в этом ресторане, и в целом я осталась довольна. Приятная обстановка, вежливые официанты, богатый выбор блюд – словом, Ярослав выбрал один из лучших ресторанов города для нашей встречи.

Я сделала вывод, что Демьянов – человек состоятельный, раз он может позволить себе столь элитные заведения. Я со своим заработком могу бывать в «Елене» хоть каждый день, но, учитывая то, что моя тетушка превосходно готовит, надобности в этом у меня нет. А вот среднестатистический житель города, скорее всего, пойдет ужинать в другое заведение – побюджетнее.

Стало быть, Ярослав мог работать как в крупной компании на руководящей должности, так и заниматься собственным бизнесом.

Интересно, какая из моих теорий окажется верна? Почему-то мне казалось, что мой потенциальный клиент довольно молод, а значит, для руководителя возраст не слишком подходящий. Хотя могло статься, на самом деле он гораздо старше, чем показался мне во время нашего телефонного разговора. Я подъехала к ресторану без десяти минут шесть – не в моих привычках опаздывать на встречи. Для беседы в столь элитном заведении я выбрала соответствующую одежду – вместо привычных джинсов и футболки надела строгий брючный костюм черного цвета и черную рубашку.

На улице было жарко, поэтому пиджак пришлось снять и оставить в машине. Я взяла с собой сумку с необходимыми вещами – с ней я никогда не расстаюсь – и вышла из машины. Войдя в ресторан, я оглядела помещение. В заведении царил приятный полумрак – столики освещали лампы с плафонами под старину, создавая торжественное, немного загадочное настроение.

Людей в ресторане было мало – только два столика оказались заняты. За одним сидела пара – мужчина в деловом костюме и женщина в ярко-красном платье со сверкающим колье на шее.

Беглого взгляда мне хватило, чтобы составить свое мнение об этой парочке. Мужчине на вид лет под пятьдесят, о его состоятельном положении говорят дорогие часы на запястье и костюм от «Brioni» – по меньшей мере за пятьсот тысяч рублей, переводя на наши деньги. А вот дамочка, которой от силы лет двадцать – двадцать пять, явно не его супруга – платье хоть и сидит на ней как влитое, но куплено в простом магазине, а в колье сверкают не бриллианты, а самая обычная бижутерия. И смотрит мужчина на свою спутницу немного снисходительно, свысока. Стало быть, назначил девице романтическую встречу, а та в подобном ресторане, думаю, раньше никогда не бывала… Но меня эта пара не интересовала. Я посмотрела на другой занятый столик – там в одиночестве сидела женщина в строгом деловом костюме, которая нетерпеливо ждала свой заказ. Видно было, что дама нервничает – она то и дело поглядывала на свой мобильник, пару раз вытаскивала из сумки кипу бумаг, из чего я сделала вывод, что женщина вплотную занята какой-то срочной работой, и каждая секунда для нее дорога. Неизвестно только, зачем она зашла поужинать в ресторан, где приходится некоторое время ждать, прежде чем принесут заказанные блюда? Наверное, женщина работает в какой-то престижной фирме, этакая бизнесвумен, которая после ужина или позднего обеда вернется к своим рабочим обязанностям в офисе. Однако Ярослава Демьянова среди посетителей ресторана не было. Часы моего мобильного телефона показывали две минуты седьмого, поэтому я решила подождать мужчину за столиком.

Я заняла место у окна и села в мягкое кресло. Ко мне тут же подошла миниатюрная официантка в фирменной униформе и с улыбкой положила меню. Девушка спросила, желаю ли я ознакомиться с ассортиментом блюд или сделаю заказ сразу же.

Я решила полистать меню, все равно мой клиент еще не подошел, и официантка отошла к барной стойке. Я задумчиво переворачивала страницы, периодически глядя в окно и наблюдая за вновь пришедшими посетителями. Еще одна пара – мужчина с женщиной средних лет – расположилась за столиком в глубине зала, пожилой мужчина сел за столик у окна, находившийся близко от выхода из ресторана.

Часы показывали уже двадцать минут седьмого, я заказала себе кофе и уже собиралась позвонить Ярославу и узнать, в силе ли наша договоренность. Однако не успела – мой мобильный ожил, издав привычную телефонную трель входящего вызова, и я взяла трубку. Ярослав, а это был он, извинился за опоздание и сказал, что будет в ресторане через пять минут. Я сказала, за каким столиком нахожусь, и ровно в половине седьмого в заведение зашел высокий мужчина в серых брюках и белой рубашке. На вид ему было лет тридцать пять, не больше.

Он быстро оглядел зал и уверенно подошел к моему столику.

– Прошу прощения, Евгения! – вежливо осведомился он.

Я кивнула, мужчина уселся на кресло напротив меня, одновременно положив свою кожаную сумку на рядом стоящее сиденье. Что и говорить, природа одарила Ярослава весьма привлекательной внешностью. Высокий блондин спортивного телосложения с правильными чертами лица и ярко-голубыми глазами мог справедливо считаться настоящим красавцем. Самый внимательный и придирчивый критик не смог бы найти в наружности этого человека ни одного изъяна, мужчина с такой внешностью мог бы очаровать любую женщину.

Интересно, что за дело побудило Ярослава обратиться к телохранителю? Вроде он говорил о своей жене, и я сразу представила себе какую-нибудь его ревнивую любовницу, которой не понравился факт женитьбы мужчины. Хотя это слишком банально – мне не хотелось браться за скучное расследование и терять свое драгоценное время. В конце концов, если дело окажется чересчур примитивным, я могу и отказать Ярославу – пускай нанимает телохранителя попроще…

– Пришлось немного задержаться, – прервал мои размышления Ярослав. – Вы не слишком долго ждали? Извините, что не предупредил вас.

Однако по тону голоса Ярослав не казался мне расстроенным, что заставил меня полчаса ждать. Извинился он между делом, словно опоздания на встречи были у него в порядке вещей.

Мне это не понравилось, поэтому я сухо проговорила:

– Ничего страшного, немного времени я вам уделить смогу. Лучше, если мы сразу перейдем к сути дела.

– Я тоже не привык долго разглагольствовать, – заметил мужчина.

Он заказал у подошедшей к нашему столику официантки эспрессо и продолжил:

– Я хочу, чтобы вы охраняли мою жену Лизу во время ее поездки в санаторий. Вы сможете выполнить подобную работу?

– Прежде всего мне нужно знать, от чего, а точнее, от кого охранять вашу жену, – заявила я. – Расскажите подробно, что с ней произошло, раз вы решили воспользоваться услугами телохранителя.

– С Лизой? – переспросил Ярослав. – Да ничего с ней не произошло. Моя жена беременна, срок еще маленький – три недели, но сами понимаете, я не могу допустить, чтобы с ней что-то произошло. Ваша задача проста – надо просто поехать с моей женой в санаторий, там присмотреть за ней, чтобы ничего не случилось. С вашими расценками я знаком, никакая сумма для меня не проблема. Вы беретесь за мое дело?

– В какой санаторий собирается поехать ваша супруга? – Я не ответила на вопрос мужчины, решила все-таки выведать, почему Ярослав согласен платить немалую сумму за работу телохранителя, раз его жене якобы никто не угрожает. Мне это показалось по меньшей мере странным.

– Санаторий называется «Виктория», он находится в городе Ессентуки в Ставропольском крае, это на Кавказе. Горный воздух как нельзя лучше сказывается на здоровье, а учитывая нынешнее положение моей жены, ей эта поездка будет весьма полезна. К тому же в санатории Лиза будет проходить различные процедуры, там есть термальные источники, поэтому я и решил подарить ей эту путевку. Вы, в свою очередь, тоже можете там отдохнуть – думаю, такая работа не будет для вас слишком обременительна.

– А почему вы решили нанять именно телохранителя в качестве сопровождения для своей супруги? – поинтересовалась я. – Почему сами не поедете? Вряд ли ваша жена обрадуется, если с ней в санаторий отправится незнакомая ей женщина-телохранитель. Или она сама попросила вас подыскать соответствующего специалиста?

– Дело в том, что я не могу на работе взять десятидневный отпуск, – пояснил Ярослав. – Путевка на десять дней, не включая дорогу, а у меня свой бизнес, и без меня все дела пойдут под откос. Я не могу так рисковать своей работой ради праздного времяпрепровождения. Мне, в отличие от вас, за это никто не заплатит.

– Все это, конечно, прекрасно, – с сарказмом проговорила я. – Но раз вашей жене никто не угрожает и вы решили просто перестраховаться, я посоветую вам отправить вместе с супругой какую-нибудь ее подружку или родственницу. Поймите меня правильно, мои услуги могут потребоваться в любое время людям, которым действительно угрожает опасность. Я не могу так просто отправиться не пойми куда на десять дней, чтобы проходить с вашей женой какие-то процедуры только потому, что вашей супруге скучно. Если ее жизни ничего в данный момент не угрожает, боюсь, мне придется вам отказать. Думаю, моя позиция вам понятна.

Я отодвинула свою чашку из-под кофе, показывая, что наш разговор окончен. Я и в самом деле не хотела браться за расследование, в котором, как выяснилось, расследовать-то нечего. С деньгами проблем у меня не было, и я не привыкла брать плату за услуги телохранителя, при этом не выполняя свою работу. Одно дело – если клиент действительно боится за свою жизнь и у него имеются на то основания. Но совсем другое, когда меня просят неотлучно находиться при человеке, которому совершенно не о чем волноваться.

Я поняла, что Ярослав считает, что может позволить себе что угодно – раз у него куча денег, то любая прихоть его будет сразу же выполнена. Но я скорее соглашусь работать без гонорара с клиентом, которому действительно нужна моя помощь. Я достала свою сумку, чтобы рассчитаться за кофе.

Ярослав молча наблюдал за моими действиями, о чем-то напряженно раздумывая. Наконец он тихо проговорил:

– Подождите.

– В чем дело? – Я спокойно посмотрела в ярко-голубые глаза мужчины.

На меня его обаяние не распространялось – я видела перед собой не красивого молодого человека, а избалованного, богатого и самовлюбленного типа, который не вызывал у меня никаких положительных чувств.

Однако в глазах мужчины я прочитала беспокойство. Он уже не выглядел таким надменным, как раньше.

– Вы хотите мне что-то рассказать? – поинтересовалась я, откладывая сумку в сторону. – Если нет – не будем друг друга задерживать.

– Евгения, пожалуйста, выслушайте меня до конца, – попросил Ярослав. – Лиза, моя жена… Я, честно говоря, не понимаю, что с ней творится. Она не согласится ехать одна в санаторий, потому что она очень напугана.

– Ей кто-то угрожал? – деловито спросила я.

Мужчина отрицательно покачал головой.

– Нет или она мне об этом не говорила, – сказал он. – Позвольте, я расскажу вам о ней подробнее. Дело в том, что, как я уже говорил, у меня есть свой бизнес. В него я вложил много сил, времени и финансовых затрат, поэтому работа для меня очень важна. Не важнее семьи, естественно, но вы сами понимаете, что я, как глава семьи, должен обеспечивать свою жену и нашего будущего ребенка. Я не хочу, чтобы Лиза в чем-то нуждалась, поэтому прилагаю все силы, чтобы этого не допустить. Из-за моей постоянной занятости на работе я прихожу домой только поздно вечером, часто уезжаю в командировки. Практически каждые выходные мне нужно ехать в область, и Лиза остается дома одна. Совершенно забыл сказать, но моя жена знакома с вашей родственницей, мать Лизы – ее близкая подруга.

– Вы про мою тетю говорите? – удивилась я.

Мужчина кивнул.

– Мать Лизы и рассказала мне о вас. Она утверждает, что вы – лучшая в городе женщина-телохранитель, поэтому я бы очень хотел, чтобы именно вы сопровождали мою супругу в этой поездке. Лиза беременна, и ей будет комфортно, если рядом с ней будете находиться именно вы, а не какой-нибудь угрюмый шкафоподобный головорез. Самое главное для меня – это спокойствие моей жены, я очень за нее переживаю… По мне, может, и не видно, но я – семьянин и однолюб, и Лиза для меня – это все. Я готов пойти на что угодно, только бы она была счастлива.

– Что ж, это весьма похвально, – оборвала я его. – Но все-таки, чего боится ваша жена? От чего мне ее охранять?

– В последнее время Лиза утверждает, что дома, в мое отсутствие, творится что-то странное, – произнес Ярослав. – Ей кажется, что ночью кто-то ходит по коридору. Я не знаю, кто бы это мог быть – вроде как Лиза видела какую-то женщину в белом саване. Жена утверждает, что это призрак, она напугана до смерти. Понятное дело, что никаких призраков и прочей сверхъестественной ерунды не существует, вот только Лизе этого я доказать не могу. Она сильно нервничает, ей начали сниться кошмары. Поначалу беременность жены проходила практически безболезненно – она только уставать стала часто и иногда по утрам ее мучил токсикоз. Однако в целом Лиза чувствовала себя нормально, и я радовался, что нет всех ужасов, про которые обычно рассказывают. Ну, вроде того, что беременные жуют пачками мел, отправляют своих мужей в два часа ночи за свежей клубникой зимой или устраивают скандалы на пустом месте. Лиза, конечно, весьма ответственно подошла к делу – она полностью пересмотрела свое питание, прекратила есть вредные продукты, хоть она и не особо злоупотребляла полуфабрикатами, но очень любит кофе. От этого напитка ей пришлось отказаться, чтоб не навредить здоровью ребенка. Однако когда начались все эти ее видения, я всерьез забеспокоился. Нервный стресс может здорово навредить как ребенку, так и его матери, вот я и решил купить Лизе путевку в санаторий. Быть может, там она отдохнет и думать забудет о своих призраках. Но Лиза панически боится ехать одна в санаторий, и когда узнала, что я не смогу с ней поехать, начала отказываться от путевки. Я уже предлагал ей некоторое время пожить у матери, но, сами понимаете, мне тоже не хочется возвращаться в пустой дом. Что это за семья такая, где жена живет у матери, а муж после работы общается с пустыми стенами?

– Вашу супругу можно понять, – заметила я. – Наверняка ей тоже не нравится находиться одной в квартире.

– Днем Лиза не одна, – проговорил Ярослав. – Наша домработница Ирина уходит домой только в шесть-семь часов вечера, и, если у меня нет срочных командировок, я возвращаюсь с работы примерно в девять вечера. Лично я никаких женщин, кроме жены и домработницы, в доме никогда не видел. А вот Лиза утверждает, что какая-то тетка в белом заявляется ночью в дом и бродит там по коридорам. Ирина, кстати, тоже говорит, что никто в дом проникнуть не может – там же сигнализация, камеры установлены, охрана дежурит. Камеры я проверял – никаких посторонних в доме не бывает, это я вам точно говорю. В общем, жена придумала себе черт знает что…

– Скажите, у Лизы есть подруги? – поинтересовалась я.

Ярослав пожал плечами.

– Раньше вроде она дружила с Наташей Черкасовой, они вместе учились в университете, там и познакомились, – произнес он. – Но потом Лиза вышла замуж, а Наташа занялась работой, для нее самое важное в жизни – это карьера. Лиза по специальности работать не стала – ей не хотелось быть учителем в школе, поэтому она после учебы занималась редактированием текстов. Наташа на факультете иностранных языков училась, а Лиза – на филологическом. Насколько мне известно, подруга Лизы преподает в престижной языковой студии и подрабатывает техническими переводами. По словам жены, Наташа – очень умная и трудолюбивая особа, неудивительно, что она идет вверх по карьерной лестнице.

– А другие подруги у Лизы есть? – продолжала расспрашивать я.

Ярослав отрицательно покачал головой.

– Нет, Лиза не очень общительная, – произнес он. – Ей неинтересны встречи и тусовки, свободное время она предпочитает проводить дома. Жена любит рукодельничать, поэтому скучно ей редко когда бывает. Сейчас вот она с энтузиазмом вяжет вещи для нашего ребенка, хотя пока неизвестно, кто родится – мальчик или девочка. Но Лизу это не останавливает, ну, у беременных свои причуды. То она начала заниматься кулинарией, к великому неудовольствию нашей домработницы. Ирина привыкла все делать сама, да и на кухне должна быть одна хозяйка. А Лиза у меня иногда рассеянной бывает – с нее станется включить духовку и забыть про нее. Один раз чуть пожар не случился, хорошо еще, Ирина дома была… С тех пор я попросил жену оставить кулинарию в покое и доверить данное дело домработнице.

– То есть, как я понимаю, Лиза по натуре домоседка, – заключила я.

Ярослав кивнул.

– А родственники, помимо матери, у нее есть? Друзей и подруг, как я поняла, Лиза не имеет, с кем она вообще хоть как-то общается?

– Ну, у Лизы из родственников только мать есть, – проговорил мужчина. – Ни братьев, ни сестер у нее нет, отец умер много лет назад. Лиза, как я уже говорил, не очень любит общаться. Она либо вязанием занимается или еще чем подобным, либо книжки читает, либо фильмы смотрит.

– Вы говорили, ваша супруга занималась редактированием текстов, – напомнила я. – Сейчас она продолжает работать?

– Нет, конечно! – воскликнул Ярослав. – Да и зачем? Платили за это дело копейки, удовольствия особого от исправления чужих ошибок жена никогда не получала. Я в семье нормально зарабатываю, Лизе работать совсем необязательно. Если она, конечно, захочет – то другое дело, но редактирование текстов ей никогда не нравилось. Понимаете, карьеристкой мою жену назвать сложно – она тихая, спокойная, неамбициозная. Мне кажется, она работала только для того, чтоб получить копеечную зарплату, ни на что особо не претендуя. Даже если бы Лизу интересовало продвижение по карьерной лестнице, вряд ли на прежней работе у нее что-то получилось. Существуют люди, которые созданы для работы, а есть и те, кому лучше заниматься домом и семьей. Моя жена как раз из той половины человечества, для которой на первом месте – домашний уют. Меня это полностью устраивает, я считаю, что мужчина должен зарабатывать деньги, а жена – заниматься детьми. Я даже не могу представить себе, что Лиза когда-нибудь выйдет на работу в какой-либо офис. Да и мне спокойнее, когда она дома. Вот только меня сильно беспокоят ее кошмары и эта идиотская вера в потусторонние вещи. Я очень надеюсь, что, когда Лиза родит, ее страхи исчезнут сами собой. Но вдруг ей действительно что-то угрожает? Поймите меня правильно, я сейчас говорю не о призраках и прочей ерунде. Но если и в самом деле какой-то умник собирается довести мою супругу до сумасшествия? Не знаю, кому и зачем это нужно, но я не могу оставить все на самотек. Если с Лизой что-то случится…

– Я поняла, вы беспокоитесь за жену, – кивнула я, прерывая его монолог. – Что ж, если вашей супруге и вправду угрожает реальная опасность, я готова взяться за дело. Но прежде всего мне хотелось бы осмотреть ваш дом и поговорить с самой Лизой. Быть может, от нее я узнаю, кто мог бы желать ей зла, вдруг она что-то вам не рассказывала? Бывает, что совершеннейшая мелочь помогает раскрыть самое запутанное дело. Но еще раз повторюсь, если страхи вашей жены необоснованны, боюсь, мне придется отказаться от этой работы. Я не привыкла защищать клиента от придуманной опасности.

– Я все понимаю, – кивнул Ярослав. – Вы – занятой человек, у вас много работы. Но я готов заплатить вам любые деньги, только бы с Лизой не случилось ничего. Вас рекомендовали как лучшего телохранителя в городе, а жизнь своей жены и нашего будущего ребенка я готов доверить только профессионалу вроде вас. Я ведь и сам сперва посмеивался над рассказами Лизы, вот только теперь мне не до смеха. Лиза ведь здравомыслящий человек, она не верит ни в магию, ни в колдовство, по знахаркам не ходит. Мы с ней познакомились совершенно случайно – как говорится, судьба нас свела. Не поверите, встретился с Лизой в книжном магазине, хотя не помню, когда в последний раз читал бумажные книги. Не знаю, поможет ли вам эта информация, но раз вы говорите, что важна любая мелочь, могу рассказать…

– Расскажите, – согласилась я.

Ярослав улыбнулся – искренне, по-доброму – и вмиг перестал быть тем спесивым, высокомерным красавчиком, каким показался мне в начале нашей встречи. Выражение его лица было романтичным, я бы сказала – сентиментальным. Было видно, что воспоминание о первой встрече с его женой он хранит в своем сердце как величайшее, самое дорогое сокровище.

– Дело в том, что на тот момент я ухаживал за одной девушкой, Леной, – проговорил молодой мужчина. – Не скажу, что я в нее влюбился без памяти, но Лена показалась мне интересной молодой женщиной, которая подошла бы мне в качестве спутницы жизни. Раньше я заводил мимолетные романы, меня не интересовали длительные отношения, я вел себя подобно многим молодым людям. Как говорится, брал от жизни все, но не скажу, что в глубине души чувствовал себя счастливым человеком. Наверное, видел, что так делают другие парни, вот и вел себя соответствующим образом. Но еще раз скажу, что по натуре я однолюб, однако пока я не встретил ту самую единственную женщину, я об этом и не подозревал. Однако когда мне исполнилось тридцать лет, я понял, что пора заводить семью, хотя раньше об этом даже не думал. Все мое время занимала работа, девушки служили для развлечения и отдыха. Но все чаще мне стала приходить в голову мысль, что я впустую трачу свое время, заводя мимолетные интрижки. Хотелось большой, настоящей любви и домашнего тепла, как это ни странно. Лену я встретил на одной из деловых встреч – я решил, что мы будем идеальной парой. И Лена, и я занимаемся работой, у нас найдутся общие темы для разговоров. К тому же девушка она красивая, ухоженная, с такой не стыдно появиться в обществе, да и ума ей не занимать. В общем, я стал ухаживать за Леной, а в книжный зашел только потому, что собирался купить ей в подарок книгу об аргентинском танго. В свободное от работы время Лена посещает танцевальную студию, вот я и подумал, что книга будет лучшим подарком. Ну не дарить же девушке деловую литературу, в самом деле… Короче говоря, я рылся в книгах, подыскивая подходящее издание, и неожиданно прямо на меня упал увесистый том с верхней полки. Ей-богу, еще чуть-чуть, и в голову мне бы прилетел здоровенный талмуд – повезло, что называется, книжка упала в двух миллиметрах от меня. Я поднял голову и увидел смущенную девушку, которая принялась извиняться. Было видно, что ей очень неловко – мне пришлось даже успокаивать ее, иначе девица точно бы разрыдалась от своего неловкого поступка. Я посмотрел название книги, которая едва не расшибла мне в голову. Хоть я и не читал этого автора, но запомнил на всю жизнь. Некая Тилли Коул, а роман назывался «Мечта для нас». Весьма символично, надо сказать, хотя сперва мне показалось, что книга – слащавый дамский роман, не более, и я бы в жизни не купил подобное издание. Но все же я поднял книгу и отдал ее девушке, та неловко взяла ее в руки и снова уронила на пол. Я с трудом удерживался от того, чтоб не рассмеяться, но у незнакомки был настолько несчастный вид, что мне ее стало жалко, и я предложил ей помочь донести книгу до кассы. Даже забыл, зачем пришел в книжный – решил купить подарок Лене позже, все равно день рождения у нее через день, а у меня был выходной. Мне показалось, что рассеянная покупательница не справится с покупкой – что-нибудь перепутает или ненароком убьет кого-нибудь своей злополучной книжкой. Девушка принялась отказываться от помощи, но я решительно взял книгу в руки и спросил незнакомку, хочет ли она купить роман. Та немного помолчала, потом проговорила, что не знает, действительно ли книга окажется интересной, потому что она хотела найти произведение другого автора, а об этой книге практически ничего не знает.

– Вроде там про музыканта, – наконец произнесла она.

– Вы любите музыку? – поинтересовался я.

Как я и ожидал, девчонка увлекается классикой – честно говоря, мне она показалась гостьей из прошлого века. Мне было интересно, и я решил познакомиться с девушкой. Как вы догадываетесь, ее звали Лизой. Я оплатил ее покупку, потом пригласил Лизу выпить чашечку кофе в ближайшей кофейне. Боялся, что откажется – по ней было видно, что она боится доставлять людям неудобство. Но я сам не знал, почему мне так захотелось познакомиться с Лизой поближе. Меня словно тянуло к ней невидимым магнитом. Причем я не собирался использовать ее как других девиц – подсознательно понимал, что Лиза выше всего этого, она казалась мне какой-то… благородной, что ли. Несмотря на простую, дешевую одежду – обычную светло-бежевую блузку и длинную, несколько старомодную юбку, девушка выглядела точно принцесса из фантастического королевства, которую по ошибке занесло в наш суетный, бестолковый век.

К счастью, Лиза согласилась пойти в кофейню. С этого и начался наш роман. С Леной удалось расстаться без скандала и обид – мне кажется, со мной она встречалась только потому, что других кандидатур на горизонте не было. Но уже спустя несколько дней после нашего разрыва я видел ее с другим мужчиной – Лена буквально светилась от счастья, и я порадовался, что у нас с ней ничего не сложилось. А за Лизой я ухаживал так, как не ухаживал ни за какой другой девушкой. Даже работу немного забросил, чего со мной никогда раньше не случалось. Хорошо еще, что дела шли стабильно, и на мой бизнес роман с Лизой никак не повлиял.

Я дарил ей цветы и дорогие украшения, водил на концерты и в рестораны – в общем, можете себе представить, как выглядит конфетно-букетный период в лучшем смысле этого слова. И, как ни странно, я не только не охладевал к девушке, а, наоборот, влюблялся в нее все сильнее и сильнее. Мы ведь с ней очень разные – цель моей жизни, сколько себя помню, сводилась к достижению успеха и высокого положения в обществе, тогда как Лиза никогда не стремилась к карьерным достижениям. Ее интересует искусство, я же только с ней начал понимать красоту классической музыки, живописи и литературы.

Как ни странно, но Лиза, при всей своей скромности и застенчивости, обладает удивительной способностью – она может так рассказать о понравившейся ей книге, музыке или картине, что человек сам поневоле заражается ее воодушевлением и хочет прочесть роман или сходить на концерт либо выставку, о которых она говорила. Если бы мне кто-нибудь раньше сказал, что я буду общаться с такой девушкой, я бы только рассмеялся – меня всегда привлекали легкомысленные красотки, которым я ничем не буду обязан. Только после встречи с Лизой я понял, насколько глупыми и пустыми были мои предыдущие отношения. Все эти девицы с модельной внешностью и брендовыми шмотками – всего лишь глупые куклы, у которых нет никаких интересов и увлечений.

Лиза же совсем другая. У нее своя особая, редкая красота, которую сейчас очень трудно найти. Если бы вы видели ее глаза – в них такая глубина, такая искренность и доброта, что кажется, будто она неземная женщина. Наверное, вы считаете меня глупым романтиком, но это не так. Романтики витают в облаках, сомневаюсь, что они способны на реальные поступки. Я имею в виду свой бизнес – сами подумайте, разве может человек, вечно витающий в облаках и носящий «розовые очки», поднять с нуля какое-либо дело? Даже самому иногда странно, что судьба свела меня с Лизой. Наверное, правду говорят – противоположности притягиваются…

– Насколько я могу сделать вывод, ваша жена – человек одухотворенный, разбирающийся в искусстве, – заметила я.

Ярослав кивнул.

– А почему она выбрала факультет филологии? – продолжала я. – Все-таки это странно. Если человеку интересны живопись и музыка, скорее всего, он пойдет учиться на факультет искусствоведения, а не на филологический. Лиза вам не говорила, почему она выбрала именно это учебное заведение?

– Весьма логичное замечание, – согласился Ярослав. – Помню, я тоже задал ей этот вопрос. Лиза так толком мне ничего и не ответила, но я полагаю, тут не обошлось без матери Лизы, Екатерины Михайловны. Вы, наверное, уже составили свое мнение о характере моей жены. Лиза – очень скромная и неконфликтная девушка, и мать свою она всегда слушалась. Скорее всего, именно Екатерина Михайловна настояла на том, чтобы дочь училась на филолога. Уж не знаю, по какой причине – может, хотела, чтобы Лиза в школе работала, считала, что учителю русского и литературы платят больше, чем преподавателю музыки или рисования. А может, имелись другие причины. Лиза говорила, что она всегда прекрасно разбиралась в литературе, писала хорошие сочинения и много читала. Может, ей было легче поступить на филологический факультет – насколько мне известно, искусствовед должен хорошо знать историю, а Лизе даты трудно запоминать. Она даже номер телефона свой выучить не может – путает цифры. Зато грамотность у нее врожденная, поэтому и с редактированием текстов Лиза справлялась очень неплохо, жаль, что платили ей мало. Впрочем, сейчас это и не важно – денег у нас достаточно, Лиза может спокойно заниматься тем, что ей нравится.

– Вы говорили, что ваша жена больше увлекается рукоделием, – напомнила я. – Или она еще каким творчеством занимается?

– Если вы имеете в виду музыку или живопись, то Лиза превосходно разбирается в искусстве, но сама не создает ни картины, ни музыкальные произведения, – пояснил молодой мужчина. – Моя жена – ценитель искусства, но не творец. Она запросто может рассказать биографию любого художника, или музыканта, или писателя, который ей нравится, привести интересные факты из их жизни, однако сама творчеством не занимается. Она говорила, что ей больше нравится монотонная работа – вроде вязания или вышивки. Лиза очень терпеливая и аккуратная, даже я удивляюсь, как у нее хватает усидчивости часами возиться с крючками и нитками. Но, как говорится, каждому свое.

– Ярослав, сколько лет вы уже женаты на Лизе? – поинтересовалась я.

– Чуть больше года, – сразу ответил тот. – Познакомились мы с ней полтора года назад, а предложение Лизе я сделал прошлой весной. Мне пришлось очень постараться, чтобы Лиза согласилась выйти за меня замуж. Я долго за ней ухаживал, но с матерью она меня не решалась познакомить – говорила, что Екатерине Михайловне очень трудно понравиться. И все же, несмотря на все страхи Лизы, ее мать не препятствовала нашему браку. Насколько я могу судить, Екатерина Михайловна – женщина практичная, ей важно было выдать дочку замуж за подходящего кавалера. То есть – за богатого и состоятельного мужчину. Несмотря на родственные связи, Лиза с матерью – очень разные женщины. Жена не очень любит откровенничать, но как-то она рассказывала, что Екатерина Михайловна частенько ругала ее за чрезмерную мягкость и нерешительность. Говорила, что с таким характером, как у Лизы, в жизни не пробиться – побеждают только наглые и беспринципные люди. Екатерина Михайловна часто приводила в пример Лизе Наташу, ту подругу жены, которая сделала блестящую карьеру. Собственно, мне кажется, мать жены была очень рада, что ей удалось выдать дочку замуж. Она-то считала, что Лиза с ее характером так и останется одна. Жена на мать не обижается, только расстраивается, что не смогла оправдать ожиданий Екатерины Михайловны. На мой взгляд, теща чересчур требовательна к Лизе – не может смириться с тем, что ее дочь – совершенно другой человек. Лично мне Лиза кажется идеальной женщиной, меня в ней все устраивает.

– Простите за личный вопрос, но, как потенциальный телохранитель вашей супруги, я должна его задать, – проговорила я. – Ярослав, вы когда-нибудь изменяли жене? Были ли после свадьбы у вас отношения с другими женщинами?

– Нет, не было, – спокойно покачал головой Ярослав. – Я уже говорил вам, что я – однолюб. Встретив Лизу, я понял, что других женщин в моей жизни быть не может. Я люблю свою жену, а она любит меня, и я никогда не смогу предать ее. После Лизы для меня другие женщины перестали существовать. Я ответил на ваш вопрос?

– Да, я вас поняла, – кивнула я. – А ваши предыдущие девушки, они не пытались возобновить с вами отношения? Вы рассказывали мне про Лену: она не хотела с вами встретиться после разрыва?

– Лена особо мною и не интересовалась, – пожал плечами мой собеседник. – Говорю же, она встречалась со мной только потому, что других мужчин у нее на горизонте не было. Но потом она встретила нового ухажера и полностью переключилась на него. Я не поддерживаю с ней отношений, поэтому не могу сказать, как сложилась ее жизнь.

– Хорошо, с Леной ясно, – проговорила я. – А ваши бывшие любовницы? Они знают о вашей свадьбе?

– Понятия не имею, – отозвался Ярослав. – Мои прежние увлечения заканчивались очень быстро – между нами сразу была договоренность – никаких обязательств. Я не люблю глупых драм и скандалов, поэтому сразу ставил точки над i.

– Весьма похвально, – хмыкнула я. – Итак, вы не знаете, кто мог бы желать зла Лизе, так я вас поняла? Девушка она неконфликтная, врагов не имеет… Или у нее все-таки есть недоброжелатели? Завистники?

– Если бы Лиза с кем-то общалась, мне было бы легче ответить на ваш вопрос, – усмехнулся Ярослав. – Но ни подруг, ни друзей у нее нет. Если бы она общалась с кем-то, можете поверить, мне это было бы известно. Но такой она человек – предпочитает находиться в одиночестве. У меня у самого близких друзей нет – в школе и университете были приятели, но после учебы наши судьбы сложились по-разному, точек соприкосновения не осталось. Я бы и рад был, если б у Лизы появилась подруга. Может, ей было б не так одиноко одной дома… Но, по словам жены, ее все устраивает. Почти все. Кроме призрака, который якобы навещает ее по ночам, когда она находится одна дома.

– Ярослав, подумайте хорошенько, прежде чем ответить на мой вопрос, – попросила я. – Когда ваша жена забеременела, что изменилось в ее поведении? Призраков она стала видеть именно в этот период или раньше?

– Понимаю, куда вы клоните, – ответил мужчина. – Да, жаловаться на эту тетку в белом саване Лиза стала спустя некоторое время после того, как узнала, что она беременна. Хотя ей и раньше было жутко находиться одной в доме – помню, она говорила, что иногда слышит какие-то странные звуки. Но я не придавал ее словам особого значения – мало ли какие шумы могут доноситься хотя бы с улицы. Ну а когда появилась эта баба в белом, мне уже совсем стало не до шуток. Я даже к психологу Лизу водил, хоть она и была против. Но с психикой у жены все в порядке, никаких отклонений вроде бы нет. Потому-то я и настаиваю на том, чтоб в санаторий жена ехала вместе с телохранителем. По крайней мере, я буду за нее спокоен.

– Как сейчас проводит время ваша жена? – спросила я. – Чем она занимается? Выходит куда-нибудь из дома? Посещает ли выставки и концерты?

– Одна Лиза не любит ходить на культурные мероприятия, – проговорил Ярослав. – Раньше, конечно, она в одиночестве посещала музеи и концерты, но, когда мы поженились, Лиза предпочитает выбираться куда-то вместе со мной. Мне тоже хочется проводить с ней больше времени, увы, сейчас у меня слишком большая загруженность на работе. Дело в том, что я собираюсь организовать филиал своей фирмы в другом городе, в Хвалынске, поэтому приходится постоянно ездить в командировки, да и на работе задерживаться допоздна. Все как-то не очень хорошо совпало – беременность Лизы и мои проекты. Но филиал я задумал открывать давно – нельзя топтаться на одном месте, к тому же, в связи с положением моей жены, затраты возрастут, а я не хочу в чем-либо отказывать супруге и будущему ребенку. Мы с Лизой радуемся любой возможности побыть вместе, но, увы, случается это нечасто. Я не могу доверить столь важное дело, как открытие филиала, другим сотрудникам – приходится все делать самому. Да что говорить, мои подчиненные тоже очень заняты, дальше нагружать их некуда. Я очень надеюсь, что через месяц-другой станет полегче, я как раз выбираю человека, который сможет справиться с делами в Хвалынске. Поэтому Лиза сейчас в основном находится дома, днем она гуляет, но недолго. Хорошо, что мы живем рядом с городским парком, по крайней мере, воздух там гораздо чище, чем на улицах. Недавно жена попросила меня записать ее в бассейн – прочитала, что для беременных это полезно. Лиза сейчас на раннем сроке, у нее нет противопоказаний по состоянию здоровья, и, хоть к спорту жена всегда была равнодушна, плаванием она занимается. Я бы сам с удовольствием с ней ходил в бассейн, но, увы, пока про развлечения пришлось забыть. Чудом выкроил время для встречи с вами – с ужасом думаю, как там без меня справляются сейчас сотрудники. На вечер назначены важные переговоры, мне нужно быть в офисе…

– Я вас надолго не задержу, – пообещала я. – Давайте договоримся так: до поездки в санаторий я должна буду поговорить с вашей женой и осмотреть дом, где вы живете. Скажите, когда лучше это сделать?

– Поезд до Ессентуков у Лизы в десять тридцать утра в среду, – произнес Ярослав. – То есть послезавтра. Стало быть, поговорить с женой вы можете завтра – если вам удобно. Лиза должна собраться, если, конечно, я смогу ее уговорить ехать. Одна она ни за что не поедет…

– Вы говорили, что призрак пугает вашу жену ночью, верно? – напомнила я.

Мой собеседник подтвердил…

– Тогда будет куда лучше, если я побеседую с Лизой сегодня, – заметила я. – Надеюсь, она не будет возражать против моего визита? Ваша жена сейчас ведь дома, верно?

– Да, Ирина уже ушла, – Ярослав взглянул на часы. – Мы отпускаем ее в шесть часов вечера…

– Жаль, я бы побеседовала и с ней, – заметила я. – Что ж, разговор с вашей домработницей придется перенести на завтра. Вы можете позвонить Лизе и сказать, что я собираюсь приехать к вам домой?

– Да, конечно, – проговорил Ярослав. – Только поймите меня правильно, я не смогу сейчас поехать с вами. Меня ждут в офисе, но я скажу вам адрес дома, где мы живем. Такое положение вещей вас устраивает?

– Более чем, – отозвалась я. – Да, еще я бы попросила вас дать мне координаты вашей бывшей девушки Лены. С ней мне бы тоже хотелось побеседовать.

– Лены? – удивился Ярослав. – Но зачем вам она? Мы с ней не поддерживаем отношений…

– Вы, может, и не общаетесь с ней, – заметила я. – А вот барышня запросто может вспоминать вас. Вполне возможно, она не слишком рада тому факту, что вы женились. Видимость бывает обманчива – вы утверждаете, что видели Лену с другим мужчиной. Но девушка могла начать новые отношения только для того, чтоб забыть старые. А если ей это не удалось – всякое может случиться…

– Так вы считаете, что это Лена пугает Лизу? – Мужчина с недоверием посмотрел на меня. – Но… но это же невозможно! Лена не смогла бы пробраться в дом – там везде камеры, посторонних людей не пускают… Да и потом, это же смешно! Лена никогда бы не стала заниматься подобными вещами!

– И все же, если я берусь за ваше дело, я должна проверить все варианты, – заявила я. – Вы ведь хотите обезопасить свою супругу?

– Да, но…

– И еще мне потребуются координаты бывшей подруги Лизы Наташи, – продолжала я. – Той, с которой ваша жена общалась до свадьбы. Вы рассказывали, что эту Наташу ставила в пример Лизе ее мать, Екатерина Михайловна, верно?

– Вот с этим могут возникнуть проблемы, – задумался Ярослав. – Телефон Лены я вам сейчас продиктую – надеюсь, она не сменила номер. Но вот Наташу, бывшую подругу жены, я никогда не видел, понятия не имею, где она живет… Если только вы у Лизы спросите…

– Хорошо, я вас поняла, – спокойно ответила. – Звоните вашей жене – чем скорее я попаду в ваш дом и поговорю с Лизой, тем лучше.

Глава 2

Ярослав позвонил жене и предупредил ее о том, что я собираюсь к ней приехать.

Во время телефонного разговора молодой бизнесмен не произнес слова «телохранитель» – видимо, опасался, что кто-то может услышать его слова. Я поняла, что мужчина и в самом деле не верит, что Лиза опасается сверхъестественных вещей. Ярослав подозревал реального человека, который зачем-то прикидывается призраком и пугает мнительную женщину. Если это так и Лизе действительно угрожает опасность, я была согласна взяться за это странное дело.

Я надеялась, что во время разговора с молодой женщиной смогу понять, требуются ли жене Ярослава услуги телохранителя, или разумнее отвести ее к психотерапевту. Судя по всему, Лиза была в курсе, что ее супруг собирается нанять телохранителя. Ярослав тепло попрощался с женой, пообещав приехать домой как освободится и не задерживаться до ночи. Потом он посмотрел на меня и сообщил:

– Лиза находится дома, бассейна у нее сегодня нет. Она никуда не выйдет – сейчас занимается какими-то своими делами, наверное, опять рукодельничает. Ирину она отпустила полтора часа назад, так что можете сейчас ехать к нам. Если повезет, я вас еще застану у нас дома, но ничего гарантировать не могу.

– Говорите адрес, – произнесла я.

– Улица Заварная, дом сорок четыре, – сказал Ярослав. – Это частный дом, неподалеку от городского парка. Сразу его увидите – это самый большой особняк. Охранник вас пропустит, я ему позвоню и предупрежу, что вы приедете.

– Как зовут охранника и сколько времени он у вас работает? – поинтересовалась я.

– Вообще у нас их два, – пояснил Ярослав. – Сегодня дежурит Илья Савриков, у нас он работает давно. Мужик хороший, выглядит грозно – бывший военный, к счастью непьющий. Курит только, это единственный его минус. Но Лиза с ним не общается – он на пропускном пункте сидит, поэтому ей это не навредит. Бросить сигареты я его не могу заставить, он уж сколько лет дымит. Зато его сменщик, Геннадий Евсеев, вообще без вредных привычек. Он помоложе Ильи, но работу свою выполняет хорошо, всегда готов выйти на смену, если требуется. Словом, работниками своими я доволен. Вы с охранниками тоже намереваетесь поговорить?

– Естественно, – согласилась я. – Мне надо проверить всех людей, которые работают в вашем доме.

– Да я их уже спрашивал, не появлялся ли в доме кто посторонний, – махнул рукой Ярослав. – Ни Илья, ни Геннадий никаких женщин не пропускали, кроме домработницы Ирины. Но она явно не может быть призраком – Лиза бы сразу узнала ее. По словам жены, женщина в саване высокая и темноволосая, а Ирина – низенькая, в ней от силы метр пятьдесят пять росту. Да и пожилая она уже, поэтому домработница никак не может прикидываться привидением в саване. В принципе, если хотите, то с Ильей можете поговорить сегодня – охранники дежурят два через два. Завтра тоже будет Савриков, но, если вам будет нужно, я вызову Геннадия для разговора с вами. Думаю, мне удастся устроить вашу встречу.

– Замечательно, – заметила я. – Ладно, поеду в ваш особняк – может, разговор с Лизой хоть что-то прояснит во всей этой чертовщине…

Когда я подъехала к городскому парку, было уже восемь часов вечера. Стояла поздняя весна, но жара не спадала даже к вечеру. По ощущению, погода соответствовала скорее середине июля, и город уже изнывал от постоянного пекла. Было душно, словно перед дождем, однако небо оставалось чистым, без единого облачка.

Я порадовалась наличию в своей машине кондиционера – по крайней мере, хоть в салоне автомобиля было комфортно. Даже мне, человеку, спокойно переносящему как холод, так и жару, хотелось прохлады – настолько надоела это жуткое пекло. Особняк Демьяновых находился рядом с прудом центрального городского парка. Дом представлял собой краснокирпичное здание с конусообразными крышами и больше походил на маленький европейский замок, нежели на тарасовское жилое строение. Представляю, во сколько обошлась Ярославу покупка особняка – молодой мужчина не жалел средств на благоустройство дома, и наверняка Лиза поначалу была в восторге от такого жилища. Хотя кто знает – может, жить в подобном доме и в самом деле было жутко, тем более если женщина подолгу остается одна в особняке.

На ум приходили истории о домах с привидениями и готические романы о всевозможных потусторонних явлениях. Если Лиза – девушка впечатлительная, ничего удивительного нет в том, что ей мерещатся призраки. Вот только если это действительно так, мне придется отказаться от расследования – пускай Ярослав ищет не телохранителя для своей жены, а врача… Я припарковала свою машину в специально отведенном месте, потом направилась к высоким воротам. Возле калитки находился контрольно-пропускной пункт, где дежурил охранник – крепко сложенный мужчина лет пятидесяти, одетый в униформу.

Я подошла к калитке, назвала свое имя и фамилию и сказала, что Ярослав Демьянов должен был предупредить о моем визите.

Охранник потребовал мое удостоверение личности и, тщательно проверив, являюсь ли я действительно Евгенией Охотниковой, пропустил меня во двор. Я решила побеседовать с Ильей Савриковым (а судя по всему, это был действительно он) после разговора с Лизой, поэтому прошла по небольшому цветущему садику к воротам дома.

Как я и ожидала, у двери находился домофон с большой кнопкой. Я позвонила, спустя некоторое время раздался тихий женский голос. Незнакомка спросила, кто это, и я назвала свои имя и фамилию. Только после этого раздалась мелодичная трель, и я смогла открыть дверь. Про себя я подумала, что о собственной безопасности и о безопасности своей жены Ярослав заботится обстоятельно. Для незаконного проникновения в дом требовалась тщательная подготовка, и обычному человеку сделать это весьма проблематично.

Стало быть, если по особняку действительно кто-то гуляет по ночам, то этот человек явно профессионал своего дела. Можно, конечно, открыть замок при помощи отмычек, но что тогда делать с охранником? К тому же по всей территории рассредоточены видеокамеры, которые фиксируют все происходящее. Ярослав говорил, что проверял записи и никого не обнаружил.

Как злоумышленник смог провернуть все это дело? Загадка. Может, и вправду Лизе все только кажется? В конце концов, я могу остаться в доме Демьяновых на ночь и проверить, кто бродит по темным коридорам особняка. Сомневаюсь, что Лиза будет возражать – если молодая женщина и вправду так напугана, она будет только рада моему присутствию в доме. Я вошла в просторный светлый коридор дома, где все сияло чистотой. В прихожей находилось красивое трюмо, на вешалках аккуратно висела верхняя одежда, принадлежавшая хозяину и хозяйке дома. Для обуви предназначалась специальная полка, все туфли и ботинки были расставлены аккуратными рядами.

Наверняка Лиза, переселившись в особняк, почувствовала себя сказочной принцессой – дом и снаружи, и внутри походил на замок.

Я сперва даже не заметила саму хозяйку дома, увлекшись разглядыванием обстановки прихожей. Лиза, а судя по всему, меня встречала жена Ярослава, скромно стояла напротив трюмо и молча разглядывала меня.

На вид девушке было около двадцати двух – двадцати трех лет, и красавицей ее назвать было сложно. Если внешность Ярослава была яркой и запоминающейся, то Лиза на его фоне казалась серой мышкой. Невысокая, одетая в серую длинную юбку и простую бежевую блузку, без намека на макияж, эта девушка походила скорее на домработницу, нежели на хозяйку великолепного особняка.

Единственное, что привлекало внимание в ее облике, так это густые светлые волосы, заплетенные в длинную косу, спускающуюся до поясницы. Хотя, приглядевшись к девушке получше, я отметила, что черты лица у нее правильные, и, если бы девушка пользовалась косметикой, грамотно наложенный макияж мог бы превратить ее в настоящую красотку. Да и одежда Лизе не шла – и блузка, и юбка были мешковатыми и выглядели как балахон.

Интересно, почему она не носит хотя бы современные джинсы или брюки? Вроде как сложена девушка хорошо, и обтягивающие брючки в сочетании с любой футболкой или толстовкой выигрышно подчеркнули бы достоинства ее фигуры.

Я вспомнила слова Ярослава, что Лиза показалась ему девушкой из девятнадцатого века.

Да, Демьянов был прав – его жена и впрямь напоминала «тургеневскую барышню».

– Здравствуйте, я Евгения Охотникова, – представилась я, нарушая молчание.

Девушка смотрела на меня широко распахнутыми глазами и не произносила ни слова. То ли от смущения, то ли от растерянности – непонятно.

Да уж, сложный случай. Где только Ярослав откопал такое сокровище? Интересно, она всю дорогу будет стоять как каменное изваяние да безмолвно таращиться на меня?

– Вы ведь – Лиза, верно? – продолжала я, пытаясь разговорить «гостью из прошлого».

Та только кивнула в ответ.

– Мне бы хотелось с вами побеседовать, – заявила я. – Быть может, мы пройдем в комнату? Или вам хочется разговаривать в коридоре?

– Простите… – наконец тихо произнесла Лиза. – Я… я не подумала. Идемте в гостиную…

О чудо, отметила я про себя. За столь недолгое время мне удалось вытащить из Лизы порядка пяти слов, видимо, это вполне неплохой результат.

Ладно, может, эта дикарка немного привыкнет ко мне и расскажет хоть что-то дельное. И как только Ярослав умудрился в нее влюбиться? Вроде как она ему рассказывала об искусстве – живописи, музыке, литературе. Пока мне не верилось, что Лиза в состоянии произнести даже короткий монолог. Или попробовать разговорить ее вопросами о культурных достояниях человечества? Нет уж, мне подобная информация совершенно не нужна, не хотелось тратить на это время. Может, Лиза страдает аутизмом? Или она просто не в себе.

Пока мне все меньше хотелось браться за дело Ярослава – девица если и не страдает психическими расстройствами, то явно с ней что-то не так.

Ей-богу, странная семейка… Лиза тихо прошла по длинному коридору к белой двери, толкнула ее и зашла в просторную гостиную. Для сходства с дворцом здесь только колонн не хватало – мебель выглядит старинной, но я сразу поняла, что это стилизация. И столик, и диваны с креслами, а также большое зеркало и шкафы были новыми, сделанными в наши дни. Просто Ярославу захотелось создать атмосферу средневекового замка, вот он и подобрал соответствующую мебель. Наверняка для Лизы старался, вот и решил обставить гостиную так, как понравится его молодой жене.

Не знаю, как самой жене Ярослава, но мне было бы некомфортно жить в доме, больше похожем на музей, нежели на жилое помещение. Лиза кивнула на кресло, стоявшее рядом с гостиным столиком, и проговорила:

– Присаживайтесь. Если хотите, я могу принести чай. Домработница уже ушла, но я могу заварить черный или зеленый… чай.

– Благодарю, – улыбнулась я. – Мне кажется, нам стоит пройти на кухню – не будете же вы бегать по особняку с чайником и стаканами. Или вы предпочитаете беседовать в гостиной?

– Правда, пойдемте на кухню, – кивнула девушка. – В гостиной слишком… слишком все официально. Я пока не привыкла к такому, все очень красиво, но… как бы это сказать…

– Но страшно помять скатерть или пролить чай на обивку дивана, – продолжила я.

Лиза смущенно улыбнулась.

– Это точно. Ярослав, мой муж, очень старался, но, по-моему, он слегка переборщил. Мне кажется, было бы лучше, если б мы жили в обычной квартире, пускай не в такой большой и красивой, как особняк. Здесь слишком все идеально. Сложно находиться долго в подобном помещении…

Несмотря на то что Лиза разговаривала тихо и немного смущенно, она уже не казалась мне такой странной, как раньше. Обычная девушка, только скованная и неуверенная в себе, вот и все. По крайней мере, она хотя бы не цитирует классические произведения и не изъясняется стихами, ведет себя как обычный человек. Но сразу видно, что друзей и подруг у нее нет и к обществу других людей Лиза не привыкла. Скорее всего, общается девушка только с мужем и домработницей, а подавляющую часть времени сидит одна в огромном особняке. Мне даже жалко ее стало – немудрено в таких условиях тронуться умом, у любого человека могут возникнуть галлюцинации.

– Тогда пойдемте на кухню! – Я встала с кресла. – Надеюсь, там у вас хоть не музей и не выставочная галерея?

– Нет, что вы! – улыбнулась Лиза. – В кухне мне больше всего нравится находиться, хоть я и мешаю Ирине, нашей домработнице, когда она готовит. Но когда Ирина уходит домой, я сижу всегда на кухне, поэтому, если мы пройдем туда, разговаривать станет удобнее!

Мы вышли из гостиной и пошли по коридору в другую сторону от прихожей. Миновав лестницу, ведущую на второй этаж, Лиза повернула направо, и наконец мы подошли к белой двери, которая, как я поняла, и вела на кухню. Девушка толкнула дверь, та открылась.

В комнате горел свет – наверное, Лиза решила не выключать его, когда я позвонила в домофон. Скорее всего, молодая женщина занималась своим рукоделием на кухне. Мы вошли в большую светлую комнату, где стояли газовая плита, несколько холодильников, обеденный стол и раковина со столиком для приготовления пищи. Вдоль стен располагались всевозможные шкафы для посуды, а на тумбочке возле окна стояли электрический чайник, микроволновка, мультиварка и тостер.

К счастью, кухня и впрямь выглядела гораздо уютнее, нежели гостиная. По крайней мере, помещение было современным и не походило на музейную экспозицию. Судя по всему, недавно здесь произвели евроремонт, и чистоту в кухне тщательно поддерживали. Идеально чистые плита, полы и стены указывали на каждодневную работу домработницы. Удивительно, как одна женщина умудряется поддерживать порядок в столь огромном доме?

Я решила спросить у Лизы, есть ли у Ирины сменщица – не может быть, чтобы домработница одна справлялась со всеми домашними делами.

– Лиза, скажите, у вас только одна домработница? – поинтересовалась я у жены Ярослава.

– Да, Ирина работает у нас постоянно, у нее нет напарницы, – произнесла Лиза. – Я иногда предлагаю ей свою помощь, но она отказывается. Говорит, что получает за свой труд деньги, поэтому это ее обязанность – следить за порядком.

– Невероятно! – заметила я. – Представить не могу, как один человек может следить за целым особняком! Ирина у вас, наверное, и готовит, и убирается, и стирает?

– Да, я сама не понимаю, как она все успевает, – сказала Лиза. – Я бы одну комнату целый день убирала, а у нас целых два этажа… Мне иногда жалко Ирину, но ей, похоже, нравится ее работа. Она постоянно везде протирает пыль, натирает паркет, что-то чистит, драит, готовит… Наверное, к этому делу нужен особый талант, и не у каждого он есть.

– Как и к любой другой профессии. – Я опустилась на удобный стул возле стола.

Лиза включила электрический чайник и открыла один из шкафчиков.

– Вам черный или зеленый чай налить? – спросила меня девушка.

Я пожала плечами.

– Непринципиально, подойдет любой.

– Тогда я заварю зеленый, – решила Лиза. – Вроде он полезный, а мне сейчас надо тщательно следить за тем, что я ем и пью. Ярослав вам, наверное, уже говорил, что я… что я жду ребенка.

– Да, конечно, – кивнула я. – Вы любите вязать? – Я указала на мотки пряжи и спицы, лежащие на соседнем стуле.

Лиза улыбнулась.

– Это успокаивает, – пояснила она. – Мне вообще нравится что-то делать своими руками. Подобное занятие очень отвлекает от тревожных мыслей, а когда считаешь петли, то забываешь обо всем на свете. Ошибаться ведь нельзя – рисунок получится кривой и некрасивый, когда училась вязать, у меня получались очень жуткие и страшные шарфы и шапки. Сейчас уже могу разобраться в любом рисунке и делаю это очень быстро. Мне больше всего нравится, что рукоделие не надоедает. Иначе я бы тут просто померла от тоски.

– И вы целыми днями одна в доме? – поинтересовалась я.

Лиза грустно кивнула.

– Приходится, – сказала она. – У Ярослава совсем нет времени – раньше мы с ним ходили на разные выставки, концерты, гуляли. Сейчас иногда кажется, что все это просто мне приснилось. У него вечно работа, одна работа – встречи, командировки, клиенты. К сожалению, я ничего не понимаю в бизнесе, иначе сама бы устроилась работать в его фирме, по крайней мере, мужа бы видела почаще. А так – приходится в одиночестве сидеть. Иногда Ярослав приезжает домой ночью, когда я сплю. А утром – снова в офис, только и остается, что ждать, когда я хотя бы ребенка рожу. Хоть с ним общаться буду. Ирина тоже вечно занята…

– Не завидую вам, – проговорила я. – Одиночество – не лучшая перспектива для молодой женщины вроде вас. Неужели у вас даже подруг нет?

– Нет, откуда? – печально покачала головой Лиза. – Я не умею друзей заводить, хотя вроде неглупая, разговор поддержать могу. Наверное, со мной просто скучно – я люблю живопись и музыку, книги еще. Читаю все подряд – даже современную литературу, иногда попадаются очень интересные романы. Не все, конечно, мне нравится – я терпеть не могу, когда в книгах присутствует современный сленг. По-моему, это очень глупо, если бы я писала романы, то не стала бы допускать подобных вещей. Фразы выглядят нелепыми, язык становится бедным и ограниченным. Может, меня и считают старомодной окружающие люди, по крайней мере, мама постоянно была недовольна, что я не разбираюсь в компьютерах, теряюсь, когда надо что-то найти в интернете, и не проявляю интереса к социальным сетям. Она сама освоила компьютер – даже на курсы ходила, пыталась и меня заставить, но я не захотела. Мама жутко обиделась и назвала меня старомодной идиоткой, вроде как я бездарная неудачница… Жаль, что так вышло.

– Жестоко, – заметила я. – Принуждать другого человека к каким-либо действиям – не лучшая идея. Если вам не нравятся социальные сети, то к чему заставлять вас ими пользоваться?

– Вы это моей маме объясните, – невесело улыбнулась Лиза. – Иногда мне казалось, что она очень разочарована во мне. Не такую дочь она себе хотела. Наверное, она думала, что после учебы я устроюсь на престижную работу и сделаю блестящую карьеру, только найти хорошее место мне так и не удалось. Единственное, чем удалось заняться – это редактированием текстов, но это очень однообразная и неинтересная работа. Много денег не заработаешь, повышение сотруднику не светит, даже если он будет вкалывать без отпуска и выходных десять лет. Мама считала, что я сама виновата в том, что лучшего места не нашла. Она все время говорила, что мне нужно брать пример с Наташи, которая сейчас занимает очень высокую должность и получает столько, сколько мне и не снилось. С Натальей мы уж несколько лет не общаемся, а мама постоянно ее вспоминает…

– Наташа – ваша подруга, верно? – уточнила я.

Лиза подтвердила.

– Да, мы с детства с ней дружили, она была моей единственной подругой. Познакомились, когда нам по одиннадцать лет было, дружили около десяти лет. Мне всегда жалко было, что мы учились в разных школах и жили в разных концах города. Общались только летом, на даче. В детстве я часто с мамой на дачу ездила, у нас она на Волге, там с Наташей и познакомились. Были закадычными подружками, вот только потом все пошло наперекосяк. Бывает и такое в жизни…

– Что же случилось? – поинтересовалась я.

– Да ничего, – пожала плечами Лиза. – Просто наши пути разошлись. Наташа после учебы в университете стала много работать, у нее не было времени на то, чтобы встретиться. Я звонила ей, предлагала где-нибудь погулять, но она отказывалась. Потом я поняла, что Наташа осуждает меня за то, что я не веду себя как она. То есть не пытаюсь сделать карьеру. Я занялась редактированием текстов, чтобы не привязываться к определенному графику – мне важно, чтобы у меня было время на то, что мне нравится. Я люблю ходить в музеи, слушать классическую музыку, иногда мне просто хочется побродить в парке или посидеть на лавочке с книгой. Поэтому я всегда старалась выполнить работу, сдать в издательство текст и заниматься своими делами. А Наташа с раннего утра до ночи пропадает на работе, даже в свободное время она совершенствует свои знания иностранного языка. Смотрит фильмы только на английском, выходных у нее нет, и, насколько мне известно, в отпуске она не была с того времени, как устроилась в офис. Я бы так точно не выдержала, мне ее не понять. А она, по всей видимости, считает меня бестолковой, не имеющей цели в жизни. Только я всегда мечтала о семье – о детях, любящем муже, уютном доме. Наверное, это глупо, но я никогда не хотела целыми днями пропадать на работе, даже если за это много бы платили. Мне больше подходит быть матерью – заботиться о детях, о муже. Если бы мы с Ярославом жили в обычной квартире, я бы с удовольствием и еду готовила, и дома бы порядок поддерживала. Но с этим особняком одни проблемы. Я мужу это не говорю – он обидится, как лучше же хотел. Только даже когда мы переехали сюда после свадьбы и не было всего этого кошмара, мне не хотелось оставаться долго одной. Но Ярослав тогда был не так сильно занят, и все было более-менее хорошо… А сейчас… сейчас просто ужас какой-то творится…

– Что же происходит? – Я внимательно посмотрела на Лизу.

Та ответила не сразу. Наверное, где-то минуту или больше девушка изучала скатерть на столе, потом встала со стула и налила в заварочный чайник с листовым зеленым чаем кипяток, про который совсем забыла. Аккуратно закрыла чайник крышкой, вытащила две чашки и блюдца. Повернулась ко мне, спросила:

– Евгения… простите, я не знаю вашего отчества…

– Называйте меня Женей, так проще, – отозвалась я, ожидая продолжения ее фразы.

– Хорошо… Женя, вы будете шоколадные конфеты? Мне нельзя сейчас много сладкого, но это для меня трудно. Обожаю шоколад, поэтому иногда себе немного позволяю. Это очень вкусные конфеты…

Она принялась суетиться, наливая чай и доставая конфеты. Я поняла, что Лизе не хочется рассказывать о том, что ее пугает, но не задавала девушке новых вопросов. Молча ждала, когда хозяйка дома наконец-то усядется на место и будет готова продолжать разговор. Лиза налила чай в чашки, открыла коробку шоколадных конфет. Я поблагодарила девушку, сделала глоток чая и взяла одну конфету. Лиза последовала моему примеру – она с наслаждением откусила половину лакомства, не спеша прожевала и запила чаем. Я тоже съела свою порцию. Лиза была права – конфеты и в самом деле оказались очень вкусными. Девушка с сомнением посмотрела на коробку, потом нерешительно взяла еще одну конфету, развернула упаковку. Неловко улыбнулась и проговорила:

– Представить себе не могу, как некоторые люди живут без сладкого. Я, к сожалению, жуткая сладкоежка, могу в одиночку съесть целый торт. Вот только вряд ли это сейчас полезно, в моем-то положении…

– От двух конфет вреда не будет, – заверила я ее. – Лиза, вы начали рассказывать, что у вас в доме происходит что-то странное. Мне бы очень хотелось узнать подробности, иначе я не смогу вам помочь. Возможно, я стану вашим телохранителем, так что, если ваши страхи имеют реальную основу, моя работа – обезопасить вашу жизнь. И жизнь вашего ребенка. Поэтому прошу вас, объясните, что вас тревожит, когда это началось и что вы сами думаете по данному поводу.

– Вы мне не поверите, – с сомнением покачала головой девушка. – Наверняка решите, что я свихнулась. Все так думают – даже Ярослав считает, что у меня что-то с головой. Удивительно, что мама меня вообще в клинику не отправила…

– Пока я не знаю всех деталей вашей истории, я не могу делать никаких выводов, – заметила я. – Чем подробнее вы мне расскажете о том, что с вами происходит, тем быстрее я смогу установить, что, собственно, здесь творится. Существует несколько людей, которым нужно говорить правду и только правду. Первый человек – это врач, второй – адвокат и третий – телохранитель. Так как я являюсь вашим телохранителем – в случае, если вашей жизни действительно грозит опасность, – то мне вы можете рассказать абсолютно все.

– Хорошо, я попробую, – тоскливо проговорила Лиза. – Дело в том, что по ночам я вижу призрака. Он, то есть она, бродит здесь по коридорам, и такое ощущение, что она меня преследует. Кроме меня, ее никто не видит, точнее, она не приходит, когда дома Ярослав или Ирина. Я даже как-то просила домработницу остаться со мной на ночь – чтобы проверить, вдруг призрак появится. Но нет, ни Ирина, ни я в ту ночь ее не видели. Я думаю, что это очень странно… В смысле, странно потому, что, когда в доме кто-то присутствует, кроме меня, это привидение не появляется. А вот если я остаюсь одна, она иногда приходит. Мне уже кошмары начали сниться, я заснуть не могу – боюсь, что призрак придет ночью и задушит меня. Мне почему-то кажется, что она, эта женщина, хочет меня убить. И преследует поэтому. Ну, или доводит меня до сумасшествия, не знаю. Чем я ей помешала – ума не приложу, я у Ярослава спрашивала, кто здесь жил до нас и что случилось с прежними хозяевами особняка. Вдруг кого-то убили или еще какая-то катастрофа случилась, вот призрак умершей хозяйки дома меня и преследует… Хотя я в эту потустороннюю чушь и не верю, но, когда все это начало происходить, я уже не знаю, как мне быть и к кому обращаться за помощью. Больше всего я боюсь за ребенка – вдруг у меня какой-нибудь сердечный приступ на почве всего этого случится и будет выкидыш? Ярослав мне не верит, он считает, что это все из-за беременности, но я-то знаю, что ребенок тут ни при чем! Я и раньше слышала какие-то странные звуки – шорохи, как будто ночью кто-то скребется и все такое. Думала – вдруг мыши завелись, но сейчас я считаю, что это все призрак виноват. И потом, в первый раз она пришла еще до того, как я забеременела! Понимаете? То есть беременность здесь ни при чем, просто так совпало!

– Когда вы впервые увидели призрака? – поинтересовалась я. – Постарайтесь детально описать тот день, точнее, ночь. Она же ночью к вам заявилась?

– Да, – кивнула Лиза. – Это было спустя неделю после того, как я переехала к Ярославу. Мы поженились, но некоторое время жили в другой квартире – он про особняк мне ничего не рассказывал. Я знала, что Ярослав снимает квартиру отдельно от родителей, ему так удобно, а мать с отцом живут в трехкомнатной квартире в другом районе города. Муж говорил мне, что меня ждет сюрприз – но я представить не могла, что он решит купить целый особняк. Ярослав хотел успеть обустроить дом к дню нашей свадьбы, но не успел, а через месяц после регистрации он вдруг сказал, что мы переезжаем. Я привыкла к его прежней квартире – там хоть и минимум вещей, обычное холостяцкое жилище, но мне было без разницы, где жить. Я радовалась, что удалось переехать от мамы – она совсем меня замучила своими нравоучениями и разговорами о том, что я – неудачница. Хотя, когда я вышла замуж, мама вроде как успокоилась – наверное, решила, что раз у меня богатый муж, можно простить мне отсутствие высокооплачиваемой работы. Оказалось, что Ярослав давно присмотрел этот особняк – он говорил, что я ему казалась девушкой из прошлого, какой-то сказочной принцессой из замка, а так как замков в Тарасове нет, то пришлось довольствоваться особняком. Наша Ирина, кстати, знакомая моей мамы, она уже давно работает домработницей, и, когда мама узнала, что я переезжаю в огромный особняк, посоветовала нанять именно Ирину. Она человек опытный – у стольких хозяев уже работала, о ней очень хорошие отзывы, вот мы с Ярославом и решили предложить Ирине у нас работать. За это я маме очень благодарна – лучшей домработницы нам и в самом деле не найти, она очень качественно выполняет все дела, ей можно поручить что угодно. Так вот, извините, что я отвлеклась, мы переехали сюда, в этот особняк. Поначалу мне все нравилось, было интересно разглядывать мебель в комнатах, всякие вещи, картины… Ярослав подарил мне даже шкатулку с очень красивыми украшениями – там и кольца, и браслеты, колье, серьги… Жаль, что я их никуда надеть не могу – не по дому же ходить… Все было очень хорошо, мы были счастливы. А потом началась история с этим филиалом в Хвалынске, муж стал задерживаться на работе и уезжать в командировки. Я оставалась одна в доме, пыталась себя хоть чем-то занять… Много читала, фильмы какие-то смотрела – Ярослав для меня скачал сериал об искусстве, чтоб мне не было так тоскливо. В общем, однажды в субботу он уехал в Хвалынск – в воскресенье вечером собирался вернуться, надо было уладить какие-то там дела. Я отпустила Ирину пораньше – все-таки выходной, а сама осталась одна. Решила вечером пораньше лечь спать, но мне попалась довольно интересная книга, и я увлеклась чтением. Я читала в спальне, и где-то в половине двенадцатого ночи мне жутко захотелось попить. Я спустилась на первый этаж – наша спальня находится на втором этаже, направилась на кухню по темному коридору. Неохота было включать свет, но в доме я ориентировалась хорошо. И вдруг мне показалось, что сзади меня кто-то есть. Мне стало страшно – вдруг в дом пробрались грабители и меня сейчас то ли убьют, то ли возьмут в заложники. На меня какой-то ступор напал – я понимала, что надо закричать, но вряд ли охранник, который дежурит на входе, меня услышит. Сейчас-то мне ясно, что мимо него вряд ли смог бы пройти посторонний человек, но тогда я была сильно напугана. Не знаю, сколько времени прошло, пока я стояла в коридоре без движения. Потом я оглянулась и увидела ее. Призрака, точнее. Высокая женщина с длинными черными волосами, в белом саване и с очень бледным лицом. Лицо как в тумане было – я толком не разглядела его. Последнее, что я помню, – это то, что я вроде как закричала. А может, и нет. Но очнулась я на полу, в темноте. На часах было без двадцати двенадцать – я упала в обморок, а когда очнулась, никакого призрака уже не было. Я кое-как встала с пола, включила свет, но в кухню идти побоялась. И в спальню тоже было страшно идти – вдруг она там. Я в ту ночь так и не заснула – сидела до утра на полу, не могла себя заставить зайти хоть в какую-нибудь комнату. Я так просидела часов пять, может, и больше. Только в шесть утра я кое-как доковыляла до спальни – надо было поспать хотя бы пару часов, вот только я боялась закрыть глаза. Дождалась Ирину, наврала ей, что у меня дико болит голова и я хочу полежать в спальне. Вроде как мне удалось чуть-чуть поспать, но чувствовала я себя в тот день отвратительно. Меня трясло, даже температура поднялась, Ирина хотела вызвать врача, но я отказалась. Когда приехал Ярослав, мне стало немного спокойнее. Я просила его больше не оставлять меня одну, но он сказал, что пока не может бросить свое дело – сейчас у него очень ответственный период. Про призрака я ему не говорила, чтобы муж не решил, что я им манипулирую. В ту ночь, когда Ярослав был дома, я более-менее нормально поспала. Даже решила, что мне все привиделось – нервы сдали. Где-то три дня все было спокойно, а потом Ярослав остался на работе до утра – они доделывали какие-то отчеты, муж говорил, что там все сотрудники были. Я опять ночевала в доме одна, и снова эта жуткая женщина в саване появилась. Только на этот раз она проникла в мою спальню – я уже засыпала, свет был выключен. Вдруг я услышала шорох – как будто юбки шелестят, и мне стало очень жутко. Я боялась открыть глаза – натянула на себя одеяло, и вдруг почувствовала холод. Я откинула одеяло, попыталась включить свет, но тут увидела, что форточка открыта, хотя я точно помню, что закрывала окно. А рядом с занавесками опять стояла эта белая фигура – просто стояла и смотрела на меня. Я закричала, пыталась нащупать выключатель, но не могла найти его. А призрак постоял возле окна, а потом медленно пошел к двери. Я не помню, закрыта ли была дверь – то ли она сквозь стену прошла, то ли нет. Я кричала, но никто меня не слышал. В конце концов я смогла включить свет, но никого в комнате уже не было – только форточка была открыта. Меня как будто парализовало – я смотрела на форточку, понимала, что надо ее закрыть, но не могла заставить себя встать с кровати. В конце концов я поняла, что если так будет продолжаться, если я не смогу спать по ночам, то точно сойду с ума. Я помнила, что у нас в кухне должны быть успокоительные капли, с трудом заставила себя встать с кровати и, включив везде свет, прошла на кухню. Помню, руки у меня тряслись так, что я не могла толком накапать нужное количество лекарства на ложку. Выпила успокоительное, но легче мне не стало. Я решила не выключать свет, пыталась заснуть, но проваливалась в дремоту ненадолго. Не знаю, как я пережила ту жуткую ночь, утром заставила себя выпить кофе, чтобы прийти в себя. Меня резко затошнило, я побежала в туалет, и меня вырвало. Ощущение было хуже некуда… Ирина, которая пришла к восьми утра, испугалась – выглядела я не лучшим образом. Она приготовила завтрак, но я не могла ничего есть – тошнило даже от вида еды. Ярослав не приходил домой – он позвонил мне и пообещал, что сегодня освободится пораньше. Я не стала ему ничего говорить, но мне становилось все хуже и хуже. Ирина предлагала вызвать врача, потому что решила, что я отравилась. Но я-то знала, в чем причина моего недомогания – нервы сдали. По крайней мере, так я считала… Правда, ошиблась. – Лиза вздохнула, потом продолжила: – Ирина стала расспрашивать меня, что я ела, но я в магазины не хожу, питаюсь тем, что готовит домработница. Ирина ела все то же самое, что и я – мы договорились, что домработница обедает и ужинает вместе с нами, это не вычитается из ее зарплаты. У Ирины никакого отравления, понятное дело, не было, все продукты были свежими. Когда домработница ушла домой в субботу, я ничего не ела – мы поужинали вместе с Ириной. Домработница сказала, что ей нужно уйти в аптеку, велела мне сидеть дома и никуда не выходить. Естественно, я не была способна не то что на улицу выйти, но и до туалета доковылять. А когда Ирина вернулась, то принесла тест на беременность. Собственно, в тот день я и узнала, что жду ребенка…

– Вы ходили к врачу? – спросила я.

Лиза кивнула.

– Конечно. Я забеременела уже после того, как увидела призрака в первый раз. Ярослав вернулся из командировки, и, скорее всего, тогда все и произошло. Но вы понимаете, что мой муж не прав? Он считает, что мои якобы «галлюцинации» вызваны беременностью, я ведь ему говорила, что вижу привидение. Ярослав поначалу смеялся над моими страхами, уверял меня, что никаких призраков не существует, ну и все в таком роде. Я не спорю – сама никогда не верила ни в гадалок, ни в привидения, ни в подобные вещи. Я даже на картах не гадала – точнее, было что-то в детстве, мы с Наташкой ради шутки раскладывали пасьянсы. Но вы будете смеяться, а Наташа и та была более склонна к мистицизму, чем я. Помню, когда нам было по пятнадцать лет, мы пытались вызвать духа – устроили спиритический сеанс. У Наташки были карты Таро, она все раскладки какие-то делала, увлекалась всей этой ерундой. Я за компанию только согласилась устраивать спиритический сеанс, но у нас ничего не вышло. Мне было скучно, а Наташа расстроилась, я ее успокаивала… Понимаете, что я не настолько сумасшедшая, чтобы верить в каких-то призраков? А видела я эту женщину в белом на самом деле, причем несколько раз. Когда узнала, что беременна, а Ярослав опять собрался в свою командировку, попросила Ирину остаться со мной на ночь, потому что мне было очень страшно. Домработница знала, что я вижу призраков, но тоже не верила, что кто-то бродит по ночам по дому. Она доказывала мне, что охранник никого бы не пропустил постороннего, Ярослав проверял все камеры – ничего не было зафиксировано. Но Ирина все же согласилась остаться со мной, но никаких женщин в белом ни она, ни я не видели. Я поняла, что призрак по какой-то причине является только тогда, когда я одна в доме. Но почему – я так и не разобралась. Но, по крайней мере, я радовалась, что Ирина не ушла домой, я хотя бы могла выспаться…

Лиза замолчала.

Я спросила:

– Где установлены камеры, вы в курсе?

– Да, по всей территории двора. И в холле тоже, – ответила Лиза. – В самом доме их нет.

Она взяла еще одну шоколадную конфету и рассеянно отправила ее в рот. Прожевала, запила чаем, который успел уже остыть, после чего проговорила:

– Я надеялась, что Ярослав будет хотя бы дома ночевать – учитывая мое положение. Но он вечно занят, и работы не убавляется, а, наоборот, становится все больше и больше. Я с трудом держу себя в руках – понимаю, что нельзя закатывать истерики и устраивать скандалы. Да и не привыкла я выяснять отношения… Но мне уже иногда хочется уехать из этого дома, вернуться к себе в квартиру, пускай даже с мамой. Только сделать я этого не могу – если я уеду отсюда, мама меня со свету сживет. Она так радовалась, что я вышла замуж, и никогда не поймет меня. Но я не могу уже сидеть одна в этом особняке – я хочу нормальную квартиру, пусть даже комнату, только бы не было этой женщины в белом. Если так и дальше будет продолжаться, вряд ли я останусь в здравом рассудке. Но я не хочу закончить свою жизнь в психиатрической клинике!

– Вы же говорили мужу о своих страхах, верно? – напомнила я.

Лиза кивнула.

– И муж отправил вас к психологу, так?

– Да, – подтвердила девушка. – Ярослав думает, что моя беременность вызывает подобные галлюцинации, как он их называет. Вот только, если мне все это привиделось, как объяснить открытую форточку? Я точно помню, что окно было закрыто, ветер, даже сильный, не мог его распахнуть. Значит, это сделала та женщина, больше некому! Но Ярослав как будто меня не слышит – он твердо уверен, что мне все показалось. У психолога я прошла несколько тестов, рассказала врачу о призраке, и психолог сказала, что у меня просто повышенная тревожность на фоне беременности. Да, я боюсь за ребенка, но психически я совершенно здорова! И потом, я не слышала, что беременным женщинам являются привидения и открывают окна в доме. Если бы Ярослав хотя бы вечером приходил домой, этой женщины б не было! Но работа для него сейчас на первом месте, и я уже жалею, что вышла замуж. Лучше бы одна жила, зато без призраков… Хотя я мужа очень люблю, но что это за брак такой, когда муж женат не на мне, а на своей работе? Да к чему нам столько денег, я не понимаю! Как будто мы постоянно с ним ездим на заграничные курорты, покупаем элитную еду и дорогую одежду… Обидно, но у нас даже свадебного путешествия не было! Если бы мы вместе на пару дней на природу съездили, я уже была б довольна! Но нет, Ярослав считает, что я счастлива тут, одна или в компании с домработницей, в особняке. Я чувствую себя узницей в золотой клетке и долго так точно не выдержу…

– И в санаторий вы ехать не хотите, так? – уточнила я.

Лиза махнула рукой.

– Если б Ярослав поехал со мной, я бы прыгала от радости. Но он взял путевку для меня одной, а что я буду делать, если призрак увяжется со мной? Если и в этом санатории я буду видеть женщину в белом? Да проще уж повеситься, честное слово! Я отказывалась от поездки, но он и слушать меня не захотел. Я-то думала, что, когда мы поженимся, у меня будет настоящая семья, а вышло все совсем не так, как мне хотелось. Я уже не верю, что Ярослав когда-нибудь освободится от своей работы, он только обещает, что скоро закончит свои дела и мы с ним будем проводить больше времени вместе. Но я уверена, что никогда такого не будет, он не изменится. А на развод я подавать не хочу – я люблю Ярослава…

– Сочувствую, – коротко произнесла я. – Лиза, вспомните точно, в какие дни вы еще видели призрака?

– Она появлялась раз пять где-то, – немного подумав, проговорила девушка. – И всегда приходила, когда я ночевала одна. Я уже не засыпаю с выключенным светом – и в коридоре, и в комнатах горят лампы. Но примерно в двенадцать ночи свет внезапно гаснет, и появляется призрак. Она бродит по коридорам – я слышу шуршание ее платья, точнее, савана, иногда приходит в спальню. Я боюсь пить успокоительное – это может повредить ребенку, поэтому ночью не сплю. Сижу под одеялом и трясусь от страха, даже свет не могу включить…

– Вы не пробовали предложить мужу установить камеры еще и в жилых помещениях? В коридорах? – заинтересовалась я.

В самом деле, если кто-то так жестоко шутит, его можно поймать.

– И в голову не приходило, – растерянно качнула головой Лиза. Помолчала и продолжила:

– Даже не знаю, что мне делать. Наверное, если так и будет продолжаться, я уеду к маме – пусть говорит что хочет. А с Ярославом – не знаю, может, лучше и развестись. Кто знает – вдруг он вовсе не на работе пропадает… Мне уже приходили в голову мысли, что он меня разлюбил. Вдруг у него другая женщина появилась, а со мной он не разводится только потому, что я жду ребенка? В таком случае мне было бы спокойнее, если бы он все начистоту сказал. По крайней мере, мне не нужно будет здесь жить – уеду в свою старую квартиру и одна стану воспитывать сына или дочь. Может, так даже лучше…

– Насколько я знаю, у Ярослава нет любовницы, – заметила я. – По крайней мере, он уверял, что очень любит вас и тревожится за ваше состояние. Поэтому он и настаивает, чтобы я сопровождала вас в поездке.

– Тогда… тогда все гораздо сложнее, – вздохнула Лиза. – Выходит, мне остается только ждать и надеяться, что со временем все изменится. Вот только когда наступит этот момент, я не имею ни малейшего представления…

– Сегодня ваш муж намеревается вернуться домой ночевать? – поинтересовалась я.

Девушка пожала плечами.

– Он всегда обещает приехать, как только закончит свои неотложные дела, – произнесла она. – Только частенько у него возникает очередной форс-мажор, запарка с документами, важная встреча или нечто подобное, и он остается на работе. Я понятия не имею, что можно делать ночью в офисе, но Ярослав рассказывал, что у него с бухгалтерией какие-то накладки и не хватает опытных сотрудников. Вроде он пытается распределять работу по остальным работникам, но большую часть обязанностей все равно берет на себя. Мне его никогда не понять – я вообще не имею представления, к чему нужны все эти бесконечные проекты, как будто мы нищенствуем. Но Ярослав – очень азартный человек по части работы. У него куча идей, которые он стремится воплотить, поэтому он не берет выходных. Только иногда говорит мне, что очень устает на работе, однако это не мешает ему на следующий день снова ни свет ни заря ехать в свой проклятый офис, будь он неладен…

– Тогда давайте поступим так: пока ваш муж на работе, я останусь с вами в особняке. Мне все равно нужно осмотреть дом – уж извините, но в призраков я не верю. Бояться нужно людей, а если это привидение умеет открывать форточки и тушить свет, значит, оно не настолько бестелесное, как это принято у фантомов.

– Вы думаете, что это – человек? Точнее, живая женщина? – удивилась Лиза.

Я кивнула.

– Совершенно верно. Ярослав рассказал мне вашу историю в общих деталях, но, по его словам, выходило, что вас мучают галлюцинации, возникшие вследствие вашего нынешнего положения. Однако вы мне рассказали, что «призрак» впервые появился еще до беременности, а значит, это здесь ни при чем. Во-вторых, меня настораживает тот факт, что в присутствии других людей эта тетка в саване вас не беспокоит. Однако галлюцинации не зависят от присутствия или отсутствия посторонних – если человек видит их, то они возникают в любое время и при любых условиях. Точнее, существуют особые факторы, вызывающие видения, но, как правило, они не связаны с другими людьми. Поэтому я могу сделать вывод, что призрак – это некто, пытающийся зачем-то довести вас до сумасшествия. Вот только для чего ему это нужно, я не знаю. Лиза, подумайте хорошенько, кто может желать вам зла?

– Понятия не имею! – воскликнула девушка. – Я общаюсь только с Ярославом и Ириной, но им нет смысла меня пугать! Муж беспокоится обо мне и о ребенке – если бы у него была другая женщина, логичнее было бы развестись со мной. Я отнюдь не выгодная партия – денег у меня нет, жениться по расчету Ярослав не стал бы. Ирина – она вообще с меня пылинки сдувает, да и потом, ей проще было бы отравить меня! Она же у нас готовит, так что, если б домработница желала мне зла, то подсыпала бы в еду какую-нибудь отраву…

– Тогда бы все подозрения пали бы на нее, – заявила я. – Это же банально – прислуга травит хозяйку дома. Нет, если в деле замешана Ирина, она бы выбрала более изощренный метод вас устранить. Пока меня интересуют лишь мотивы преступления. Расскажите, что за человек ваша домработница, вы ведь с ней часто общаетесь. Где и с кем она живет, как относится к вашему мужу? Может, она считает вас неподходящей женой для Ярослава?

– Вряд ли, – с сомнением протянула Лиза. – Ирина ко мне очень хорошо относится. Она говорит, что мы с Ярославом стали для нее семьей. У нее вроде есть дети, но о них она не любит рассказывать. Они взрослые, и отношения у Ирины с ними, кажется, не совсем доверительные…

– А почему тогда домработница не живет вместе с вами? – удивилась я. – Удобнее же, когда не нужно постоянно ездить на работу. Многие люди нанимают домработницу с проживанием в доме, почему тогда вы так не сделали?

– Ярослав предлагал Ирине жить здесь, – ответила Лиза. – Вот только она отказалась. Дело в том, что у Ирины – частный дом и маленький огород. Зимой, может, она к нам и переедет, а сейчас у нее дела в саду, она увлекается выращиванием цветов и овощей. Даже предлагала нам сделать в саду грядки, но муж отказался. Он этого не понимает – ведь все можно купить в магазине, поэтому нужды в огороде нет. Мне кажется, если бы мы с мужем хотели, чтоб у нас во дворе росли цветы или овощные культуры, Ирина бы занималась еще и садом. Я ничего против не имею, но и настаивать не стала – Ярославу виднее. Хотя ничего плохого в огородничестве я не вижу…

– То есть Ирина живет одна, верно? – уточнила я.

Лиза неуверенно кивнула.

– Мне кажется, да. Она о своей семье не рассказывает – больше говорит о грядках и борьбе с вредителями. Я все равно в этом ничего не понимаю, слушаю из вежливости. Только не понимаю, когда она все успевает – сначала у нас работает, потом домой едет и там вкалывает на участке… Выходных практически не берет, редко когда ей требуется отгул. Но и тогда она на день уезжает, перед этим все по дому делает, еду готовит, чтобы мы с мужем ни в чем не нуждались. Честно говоря, я восхищаюсь Ириной, сама бы я точно так не смогла…

– А к Ярославу ваша домработница как относится? – поинтересовалась я.

Лиза пожала плечами.

– Да они особо и не пересекаются. Разве что утром, когда муж ночует дома, а Ирина приезжает раньше, она готовит ему яичницу с беконом. Но чаще Ярослав просто разогревает завтрак, который домработница готовит накануне, ест и уезжает на работу. А когда возвращается, Ирины дома уже нет. Домработница в основном со мной общается, да и вряд ли муж станет слушать ее истории об удобрениях и урожае…

– У вас еще работают охранники, верно? – напомнила я. – С ними вы часто видитесь? Что можете о них рассказать?

– Да какие у меня дела могут быть с охранниками? – изумилась девушка. – Только когда я выхожу на прогулку или в бассейн, они меня пропускают из особняка да впускают обратно, если я ключи дома забываю. За день в лучшем случае мы обмениваемся приветствиями, а если я не выхожу из дома, то и вовсе никого из охранников не вижу. Даже путаю, как их зовут… Один вроде Илья, а другой Гена, Гена помладше и похудее.

– Следовательно, об их жизни вы ничего не знаете, – заключила я.

Лиза кивнула.

– Мне это неинтересно, – заявила она. – Илью, который постарше, я побаиваюсь – он такой угрюмый и нелюдимый, что жутко становится. Смотрит исподлобья, на лице – никакого выражения. Гена хоть попроще, он улыбается мне, когда я здороваюсь с ним. По-моему, обоим просто скучно сидеть на посту. Гена вечно в телефоне пропадает, Илья часто газеты просматривает. Оба постоянно кофе пьют, наверное, чтоб не уснуть на работе. По-моему, у них очень скучная жизнь, мало кому доставит удовольствие вечно сидеть в каморке да следить, чтоб никто посторонний на территорию не зашел.

– Ладно, с персоналом более-менее понятно, – сказала я, хотя на самом деле Лиза не поведала мне ничего полезного.

Я решила поговорить со всеми работниками, чтобы самой составить о них хоть какое-то мнение.

– Лиза, скажите, а Наташа, ваша подруга, чем сейчас занимается помимо работы? Она замужем? Где живет, с кем?

– Не знаю, – вздохнула та. – Наташа со мной не общается, ей моя жизнь неинтересна. Она вся в работе, как и Ярослав. Иногда я думаю, что ему надо было на Наташе жениться – по крайней мере, не было бы такого диссонанса, как сейчас со мной. Оба помешаны на работе и ни о чем, кроме карьеры, не думают…

– Известно, что противоположности притягиваются, – заметила я. – Полагаю, что именно поэтому Ярослав выбрал в качестве спутницы жизни такую женщину, как вы. Не знаю, как сложатся ваши отношения, но надеюсь, что со временем ваш муж будет больше времени уделять семье. Лиза, вы хотя бы знаете номер телефона вашей бывшей подруги? Она есть в социальных сетях?

– Конечно, – вздохнула девушка. – Наташа есть везде – ей это нужно по работе. Если она не вышла замуж, в чем я сомневаюсь, найти ее можете под фамилией Черкасова. Вроде она так зарегистрирована, но точно не знаю – я не сижу в интернете.

– Отлично… – Я вытащила свой мобильный, открыла вкладку интернета и забила в поисковик адрес самой популярной социальной сети. Ввела имя и фамилию бывшей подруги Лизы, высветилось несколько пользователей с одинаковыми никнеймами.

Я протянула телефон своей собеседнице.

– Которая из Наташ – ваша подруга? – спросила я Лизу.

Та внимательно просмотрела фотографии девушек, потом ткнула пальцем на предпоследнюю, Черкасову.

– Вот, это она! – проговорила Лиза. – Стало быть, не вышла замуж…

Я посмотрела на фотографию подруги Лизы. Наташа оказалась довольно симпатичной молодой женщиной с короткими светлыми волосами и большими голубыми глазами. На фотографии она улыбалась и казалась мне весьма жизнерадостной и веселой девушкой. Я удивилась – по рассказам Лизы выходило, что Наташа – та еще карьеристка, и представляла я ее себе сухопарой дамой в очках, с чопорным видом, тогда как на самом деле бывшая подруга Лизы выглядела совсем несерьезно.

– Это точно она? – удивилась я.

Девушка снова кивнула.

– Да, я даже помню, когда сделана эта фотография. Несколько лет назад Наташа уезжала в Европу, там у нее были какие-то дела по работе. Мы тогда с ней еще не прекратили общаться, но уже встречались очень редко. Вроде как ей очень понравилась поездка, я радовалась за подругу…

– Наташа занимается переводами? – уточнила я.

– Не только, – заметила Лиза. – Она еще преподает в студии – обучает английскому детей и взрослых. Считается хорошим преподавателем, очень требовательна и строга к ученикам, зато они очень быстро начинают говорить на иностранном. У Наташи – настоящий талант к обучению.

– Что ж, посмотрим… – задумчиво произнесла я, набирая сообщение Наташе Черкасовой.

Написав письмо молодой женщине, я положила мобильник на стол и обратилась к Лизе:

– Скажите, вы знакомы с Еленой Семеновой?

– Нет, а кто это? – поинтересовалась девушка.

Я поняла, что Лиза впервые слышит имя и фамилию бывшей подруги Ярослава.

– Не имеет значения, – уклончиво проговорила я.

Мне не хотелось понапрасну беспокоить и так встревоженную Лизу – не хватало еще, чтоб она начала ревновать своего мужа к его экс-возлюбленной.

Но супруга Ярослава оказалась совершенно нелюбопытной особой – она даже не стала меня спрашивать о Лене, и я не стала продолжать эту тему.

– Лиза, а у вашего мужа есть друзья? – спросила я. – Он кого-нибудь приглашал домой? Может, вы с ним к кому-то ходили в гости?

– На друзей у Ярослава нет времени. – Моя собеседница покачала головой. – Он же вечно занят, какие там друзья! А коллег домой муж не приглашает – он считает, что все дела должны решаться на работе, а дом – это для семьи. Я и с родителями мужа только один раз в жизни виделась – они очень приятные люди, приглашали нас в гости, но у Ярослава все дни заняты…

– Давно вы были у родителей мужа? – поинтересовалась я.

Лиза задумалась.

– Получается, да, – наконец проговорила она. – Ярослав познакомил меня с матерью и отцом еще до свадьбы, мы тогда приехали к ним в гости. Они очень хорошие люди – приветливые, радушные. Мама Ярослава постоянно пыталась меня накормить, готовит она вкусно, но очень много. Помню, я тогда так объелась, что меня в сон клонило весь вечер, я чуть было не заснула на диване. Родители мужа приглашали нас еще приехать, я даже Ярослава уговаривала навестить их, только он был очень занят. Еще раз мы виделись на нашей свадьбе – гостей было немного, свадьбу пышной делать не стали, я не люблю всех этих церемоний. По-семейному посидели в ресторане после регистрации, хотя Ярослав и настаивал на торжестве. Но из приглашенных были только моя мама и родители мужа, мне праздник понравился, а Ярославу, по-моему, было скучно. Моя мама и его быстро нашли общий язык, а отец Ярослава в основном молчал, он хоть и милый, но неразговорчивый. После этого, увы, с родителями мужа я так и не виделась… Одной, без Ярослава, к ним ехать я постеснялась, но муж обещал, что, как только разберется с филиалом, мы их обязательно навестим. – Лиза грустно улыбнулась и замолчала.

Я тоже раздумывала над услышанным. Как ни крути, а пока явных подозреваемых на роль призрака у меня не было, хотя я и собиралась проверить всех людей, о которых рассказывали мне Ярослав и его жена.

Отсутствие подозреваемых означает, что преступником (если таковой, конечно, имеется) мог оказаться абсолютно любой человек. Ни у кого не было веского мотива вредить Лизе, а это говорило о том, что пока у меня недостаточно данных, чтобы делать какие бы то ни было выводы.

Поэтому я допила свой чай и произнесла:

– В таком случае, если вы не возражаете, я бы хотела осмотреть ваш дом. Лиза, вы согласитесь провести мне экскурсию по особняку? В моей компании призраков можете не бояться.

– Я знаю, – заметила та. – Привидение и не появится – я ведь в доме не одна. Пойдемте, начнем с первого этажа…

Глава 3

Дом Демьяновых и впрямь оказался очень большим. Даже удивительно, что здесь живут всего-навсего два человека да приходящая домработница – в особняке вполне комфортно чувствовала бы себя семья из десяти человек.

На первом этаже я насчитала пять комнат и кухню с ванной и туалетом. Помимо гостиной, здесь были спальни, предназначенные, очевидно, для гостей, которые остались бы в особняке с ночевкой. Каждая комната была обставлена идеально – совершенно новая мебель, со вкусом подобранные обои и паркет. Все сверкало чистотой, и создавалось ощущение, что в особняке никто не живет. Лишь кухня казалась уютной и наполненной жизнью, все остальные комнаты особняка словно не использовались по прямому назначению. Мы с Лизой прошли по длинному коридору, стены которого украшали картины. Хозяйка дома рассказала, что Ярослав выбрал те произведения живописи, которые нравились его жене.

– Здесь есть два подлинника, – пояснила Лиза, – Ярослав купил их за бешеные деньги, представить не могу, сколько стоят эти картины. Остальные – блестяще выполненные копии, которые тоже очень дорогие.

«Понятно, почему дом так тщательно охраняется», – подумала я про себя.

В особняке и в самом деле огромное количество ценных вещей, Ярослав не скупился на убранство дома.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, и Лиза провела меня в их с Ярославом спальню. По пути я устанавливала жучки, чтобы зафиксировать происходящее в доме. Лиза не спрашивала меня, что я делаю, – она только рассказывала по пути о местных «экспонатах», но пока эта информация не казалась мне полезной. Спальня выглядела одной из самых роскошных комнат – огромная двуспальная кровать, изысканная мебель, белые обои, на стенах – живописные полотна каких-то художников. Было видно, что Ярослав стремился создать иллюзию старинного дворца, и только современные пластиковые окна выбивались из общего колорита.

Меня заинтересовало в первую очередь окно.

Я подошла поближе и отдернула тяжелую занавеску с кружевным узором.

– Вы говорили, что во время появления призрака в вашей спальне форточка оказалась открытой, – заметила я.

Лиза согласно кивнула. Я встала на цыпочки и открыла форточку. Сделать это без усилия было невозможно – даже сильный порыв ветра не мог отворить ее, так как окно запиралось изнутри.

– Вы точно помните, что форточка была закрыта? – спросила я девушку.

– Да, я не открывала ее, – ответила Лиза.

– А дверь в спальню была заперта? – продолжала расспрашивать я.

– Нет, я не закрываю двери на замок, – отозвалась моя собеседница. – После того как меня начала преследовать эта женщина, я боюсь оказаться взаперти. Поэтому дверь только прикрываю, да и раньше я не любила запираться. Все равно никого, кроме меня, в доме нет, а когда Ярослав ночует в особняке, он иногда закрывает дверь. Но у меня такой привычки нет.

– То есть в спальню можно спокойно войти, – задумчиво заключила я. – Никаких сверхъестественных способностей для этого не требуется.

– Ну… да, – согласилась со мной Лиза. – Я об этом даже не подумала…

– Вам не приходило в голову проследить за призраком? – поинтересовалась я.

Лиза посмотрела на меня едва не с ужасом.

– Что вы! – воскликнула она. – Я пошевелиться-то не могу, не то что ходить за ней! Я панически боюсь эту женщину… Мне кажется, она может меня убить…

– Если бы ваш «призрак» хотел прикончить вас, он бы сделал это давно, – заметила я. – Пока вас просто пытаются напугать. И делают это очень успешно – другие люди вам не верят, и муж, и домработница считают появление привидения галлюцинацией, вызванной беременностью.

– Но вы-то мне верите? – с надеждой посмотрела на меня Лиза.

Я кивнула.

– Сейчас – да. Учитывая то, что вы мне рассказали, я могу заключить, что призрак – не плод вашего воображения, потому что галлюцинации неспособны открывать форточки и выключать свет. К тому же, как я говорила раньше, присутствие других людей не может препятствовать возникновению видений, стало быть, «призрак» не хочет, чтобы кто-то, кроме вас, его увидел. А раз мы имеем дело не с фантомом, а с реально существующим человеком, моя задача – выяснить, кто эта женщина и что она от вас хочет.

– Так вы не считаете меня сумасшедшей? – воскликнула Лиза. – Вы и в самом деле хотите мне помочь?

– Именно, – согласилась я. – Ваш призрак хочет, во-первых, запугать вас, а во-вторых, я полагаю, эта женщина пытается сделать так, чтоб окружающие вам не поверили. Ваш муж и домработница, насколько я понимаю, не рассматривают версию того, что в дом кто-то постоянно проникает и затевает весь этот маскарад. Пока мне самой неясно, как эта женщина сюда заходит – надо будет опросить охранников. Лиза, постарайтесь вспомнить хорошенько, как выглядит призрак. Насколько я знаю, к вам заявляется одна и та же женщина, верно?

– Да, она высокая, с темными волосами, – быстро заговорила Лиза. – С очень бледным лицом, как мертвец… Но само лицо я не могу разглядеть – оно как в тумане, то ли у меня с головой что-то, то ли она действительно такая… аморфная, что ли. У нее длинное белое одеяние, не платье, как ночная рубашка или саван. Длинные рукава. Иногда мне кажется, что она не касается пола – словно парит над землей, но, возможно, я ошибаюсь. Но я постоянно слышу шуршание ткани, хотя шагов не различаю. Я вообще не понимаю, как такое возможно… Она вроде и призрак, и в то же время – нет. Но не человек, ведь когда люди ходят, слышны шаги, а у нее все не так. Если бы вы ее увидели, то поняли бы, о чем я говорю!

Она замолкла, потом с надеждой спросила:

– Женя, а вы и правда останетесь со мной? Хотя бы до того времени, пока не придет муж? Мне очень жутко здесь ночью, а если я буду одна, то призрак, точнее, не призрак, а эта женщина, или кто она там, точно станет меня преследовать!

– Лиза, успокойтесь, я же обещала, что останусь на ночь, – произнесла я. – Давайте продолжим осмотр вашего дома – на втором этаже еще сколько комнат?

– Осталось еще пять помещений, – проговорила Лиза. – В двух комнатах можно спать, есть кровати, а еще две мы используем как библиотеку и гардеробную. Последняя комната – это рабочий кабинет мужа, он обустроил ее на случай, если придется трудиться не в офисе. Правда, пока кабинет не использовался – Ярослав только ночует в особняке… В библиотеке есть шкафы для книг, а в гардеробной – мои вещи, которыми я не пользуюсь. В основном это одежда и обувь, но я еще складываю туда принадлежности для рукоделия. У меня не так много вещей, я обычно не люблю покупать себе одежду, считаю это бессмысленной тратой денег. Хотя Ярослав мне частенько покупает что-нибудь – ему хочется, чтоб я выглядела как королева. Сомневаюсь, правда, что у меня это получится, но разочаровывать мужа не хочется. Я всего лишь обычная девушка, вот только Ярослав так явно не считает…

– Давайте осмотрим помещения, – предложила я.

– Хорошо, тогда по порядку: первая комната справа от нашей спальни – жилая. Тоже для гостей, как и на первом этаже, мы ее еще ни разу не использовали, потому как гостей у нас, увы, не бывает…

Мы вышли из спальни, Лиза толкнула входную дверь в спальню. Кровать здесь стояла односпальная, неширокая, из мебели присутствовал платяной шкаф, красивый резной столик, тумбочка и два кресла. На окне висели занавески, не такие богатые, как в спальне хозяев, но тоже украшенные кружевами ручной работы. На подушке лежала изящная белая салфетка с белой вышивкой, столик украшала точно такая же, видимо, это был комплект. Стены украшали две большие картины – пейзажи с изображением соснового леса.

Я открыла шкаф – он пустовал, никаких вещей там не было.

– Когда родится наш малыш, мы собираемся переоборудовать эту комнату под детскую, – сказала Лиза. – Точнее, заниматься этим надо уже сейчас, Ярослав хочет нанять дизайнеров и мастеров, чтоб успеть до рождения ребенка. Сюда поставим детскую кроватку, я хочу купить много игрушек, а в шкафу будет лежать одежда малыша… Это очень удобно – комната соседняя с нашей спальней, а гостевых помещений в доме и так достаточно.

Я осмотрела комнату, однако ничего интересного там не обнаружила. Я искала какую-нибудь скрытую дверь или потайную кладовую, подобно тем, что бывают в старых домах, однако пока ни в одном помещении ничего подобного не было.

Не обнаружила я нигде и улик, свидетельствовавших о присутствии в особняке постороннего человека. Я внимательно изучала каждую комнату и коридор, однако пока ничем похвастать не могла. Следующая комната оказалась точно такой же, как и предыдущая. Отличалась она только цветом занавесок и висящими на стенах картинами. Здесь на полотнах были изображены красивые морские пейзажи.

– Следующая комната – библиотека, – пояснила Лиза, когда мы вошли в третье помещение.

Кровати я не обнаружила, зато в комнате находился уютный диван и маленький столик с ящиками – очевидно, для того, чтобы человек, решивший почитать книгу, удобно устроился на мягкой софе. Вдоль стен тянулись высокие книжные шкафы, заполненные разнообразными томами. Все книги были расставлены по секциям, как в книжном магазине. Даже представить сложно, когда только Ярослав умудрился собрать столь обширную библиотеку – насколько мне было известно, чтением увлекалась Лиза, а ее муж отдавал предпочтение деловой литературе, и то читал с экрана компьютера или мобильного телефона.

– У вас богатое собрание сочинений! – отметила я.

Лиза скромно улыбнулась.

– В основном здесь мои книги и издания, которые собирали родители Ярослава, – пояснила она. – Муж знает, что я люблю читать, поэтому предложил мне перевезти в особняк те книги, которые мне нравятся. Он часто покупает романы, которые мне хочется почитать, поэтому здесь так много книг. Я иногда прихожу сюда почитать – в библиотеке удобнее, чем в спальне. Чувствуешь себя по-другому, настраиваешься на чтение. Только перед сном я приношу книгу в спальню, потому что иногда засыпаю за чтением.

– А сюда призрак приходил? – поинтересовалась я.

– Нет, ночью я не сижу в библиотеке, – покачала головой Лиза. – Она приходит только в ту комнату, где я нахожусь ночью. В основном – в мою спальню либо ходит по коридорам. Если она здесь появится, я, наверное, перестану заходить в эту комнату… Я уже думала спать на кухне, жаль только, что там нет дивана или кровати. В спальне оставаться страшно, а кухня – она какая-то более жилая, что ли. Мы там едим, Ирина готовит еду, хотя поначалу Ярослав настаивал на том, чтобы мы обедали и ужинали в гостиной. Но мне не хочется есть в такой богатой комнате – честно говоря, кусок в горло не лезет, когда думаешь, что можешь нечаянно пролить чай или сок на паркет или испортить скатерть. Поэтому мы перестали есть в гостиной, и мне кажется, муж тоже этому рад. Он пытается соответствовать какому-то придуманному идеалу, но это очень глупо. Не знаю, как его убедить в том, что излишняя роскошь лишь мешает, а дома хочется чувствовать себя комфортно или уютно, а не изображать из себя аристократку.

– А вы говорили с Ярославом о том, что вам не нравится жить в особняке? – поинтересовалась я.

– Нет, что вы! – воскликнула Лиза. – Он не поймет и жутко обидится. Он ведь очень старался, чтобы дом выглядел как дворец, думаю, если бы мог, то обставил его мебелью восемнадцатого или девятнадцатого века. Мне приходится изображать, что я довольна домом, даже Ирине не рассказываю, что мечтаю жить вместе с мужем в обычной квартире, как до переезда…

– Зря, – заметила я. – Я не собираюсь вас учить семейной жизни, но, на мой взгляд, муж с женой должны обсуждать проблемы, а не притворяться, что их все устраивает. Рано или поздно вы сломаетесь, и тогда все может окончиться очень печально. Я думаю, если вы спокойно поговорите с Ярославом и объясните, что вам некомфортно жить в особняке, он вас поймет и найдет компромисс.

– Я знаю, – уныло кивнула Лиза. – Но… но я очень боюсь его расстроить. Я не хочу доставлять людям неудобства и разочаровывать их. Ярослав влюбился в меня потому, что я ему показалась не такой современной, как остальные женщины, поэтому он и купил этот особняк. А если я заявлю, что не хочу здесь жить, а предпочитаю обычную квартиру, он решит, что я такая же, как и все. Сейчас он восхищается мною, а если поймет, что я другая, то будет разочарован. Возможно, даже разлюбит меня…

Я с удивлением смотрела на девушку. Трудно было поверить, что ей двадцать с лишним лет – рассуждала она как наивный ребенок, не знающий жизни.

Я не стала с ней спорить – в конце концов, не моя работа – учить других, как поступать в той или иной ситуации. Прежде всего я должна обезопасить Лизу от возможной опасности и разобраться, что за призрак гуляет в ее доме, а там уж пусть сами разбираются, где жить и что делать. По-своему мне было жалко несчастную, страдающую многочисленными комплексами девушку – она, похоже, всю свою жизнь пытается быть удобной для других людей, а о себе предпочитает забывать.

Будет ли Лиза когда-нибудь счастлива? Очень сомневаюсь, роль жертвы никого до добра не доводит. Скорее всего, она так и будет молча ждать Ярослава в своем огромном особняке, и так и не решится сказать ему о своем желании переехать в нормальную квартиру…

– Лиза, а в санаторий вы бы хотели поехать? При условии, что призраков там никаких не будет и ничто вас там не потревожит? – перевела я разговор на другую тему.

Девушка задумалась.

– Признаться, я и сама не знаю, – наконец проговорила она. – В санатории я никогда раньше не была, понятия не имею, чем я там буду заниматься. Но я люблю красивую природу и прогулки – раньше я постоянно гуляла по парку, но сейчас мне страшно оставаться одной даже днем. Вдобавок ко всему из-за этих ночных ужасов я очень плохо сплю, поэтому утром чувствую себя усталой и разбитой. Постоянно боюсь, что у меня закружится голова и я упаду в обморок, поэтому приходится практически всегда сидеть дома. Я не привыкла жаловаться – даже когда я узнала о беременности и меня жутко тошнило, попросила Ирину не говорить о моем недомогании Ярославу. Мне очень хотелось позвонить ему, попросить, чтоб он приехал, но я понимала, что муж может посчитать, что я таким образом привлекаю к себе его внимание и мешаю ему работать. Поэтому я просто сообщила мужу, что беременна, а Ирину попросила готовить более полезную еду, хотя бы для меня одной. Ярославу всегда говорила, что чувствую себя прекрасно, а чтобы он ничего не заподозрил, попросила записать меня в бассейн. Я очень боюсь, что он подумает, будто у меня с головой не все в порядке. Не выдержала, рассказала ему и домработнице о призраке, но теперь жалею – все только хуже стало. Поэтому муж и купил мне путевку в санаторий – чтобы я прошла лечение и избавилась от своих «видений». Но я-то знаю, что никакое лечение мне не поможет – пока эта женщина приходит ко мне, я так и буду сходить с ума…

– Да, я помню, Ярослав говорил мне, что беременность протекает у вас спокойно, – заметила я. – Выходит, он ошибался…

– Не знаю, – вздохнула Лиза. – Может, без моих ночных мучений все и было бы хорошо. Но учитывая то, что я поспать нормально не могу, нечего и надеяться на нормальное самочувствие. Мужу всегда говорю, что все у меня хорошо, а Ирину прошу не рассказывать Ярославу о моем состоянии. Хожу два раза в неделю в бассейн, только плавать мне совершенно не хочется – сил нет и энергии.

– Зря вы ничего не рассказываете Ярославу, – заявила я. – Быть может, он бы пересмотрел приоритеты и больше времени находился бы с вами.

– Хватит уже того, что он считает меня невменяемой, – печально покачала головой девушка. – Я не хочу его расстраивать и обременять своими проблемами. Пусть считает, что у меня все в порядке – что я забочусь о своем здоровье, занимаюсь физической активностью и рукодельничаю. Ему и так на работе достается, пускай хоть дома отдыхает, а не переживает за меня…

– Вернемся к разговору о санатории, – прервала я ее. – Скажите, вы намерены туда ехать? Или стоит все-таки отказаться от путешествия?

– Ярослав хочет, чтобы я поехала… – тихо произнесла Лиза. – Я не стану ему возражать, но я просила его поехать со мной. Но он не может, а сдавать путевку как-то неправильно. Он же и деньги за нее заплатил, и для меня старался. Не знаю, к чему все это приведет, но если призрак будет меня и там преследовать, я вряд ли все это выдержу… Женя, а вы сможете поехать со мной? Честное слово, если бы у меня была подруга, которая составила бы мне компанию, или еще кто, я бы не стала вас напрягать этим делом. Но кроме Ярослава у меня только мама, а с ней ехать еще хуже. Она постоянно будет читать мне нравоучения, а слушать все это порядком надоело. Ирина тоже не может бросить работу, Ярослав ведь останется в городе… Муж вам заплатит, у нас много денег, даже и не знаю, куда столько много. Я привыкла жить скромно, практически ни на что не трачу, единственные мои расходы – это походы по выставкам и концертам да книги. Больше мне ничего не нужно, а продукты все равно закупает домработница, и муж с ней рассчитывается…

– Пока я считаю, что вас пугает реальный человек, а не фантом, – заметила я. – А раз я права, значит, вам нужны услуги телохранителя, чтобы устранить опасность. Я собираюсь взяться за ваше дело. Ярослав говорил мне, что вы уезжаете в среду, верно? То есть в моем распоряжении имеется завтрашний день, который я намереваюсь потратить на поиски подозреваемых. Кстати, Лиза, сколько времени ехать на поезде до вашего санатория?

– Около суток, – отозвалась девушка.

– А почему не воспользоваться самолетом? – удивилась я. – Это было бы гораздо быстрее!

– Муж предлагал мне самолет, только я боюсь высоты, – пояснила Лиза. – Лучше уж доехать поездом, так безопаснее… Ярослав вообще выбирал самый элитный санаторий, но я настояла, чтобы ехать в обычный. Когда он мне позвонил и сообщил, что покупает путевку в санаторий класса люкс, я умоляла его взять что-нибудь попроще – я же надеялась, что он поедет вместе со мной, к чему тратить такие деньги? Но Ярослав сказал, что мне придется отдыхать одной, поэтому он хочет, чтобы я была в самых лучших условиях. Но когда он описал по моей просьбе номер класса люкс, я поняла, что окажусь в таких же условиях, как и сейчас, в особняке. Поэтому и сказала, что хочу сменить обстановку. Я пыталась отказаться, остаться дома, но муж заявил, что заботится обо мне и о нашем ребенке, и я должна пройти соответствующее лечение, чтоб малыш родился здоровым. Я хотела с ним поговорить дома, сказать, что без него мне там будет плохо, поэтому мне и пришлось рассказать о призраке. Но я и подумать не могла, что этим только подтолкну мужа к покупке путевки. Теперь он уверен, что мне надо лечиться не пойми от чего, что я стала слишком нервная и мнительная на почве беременности… В общем, деваться мне некуда, но я твердо сказала, что одна никуда не поеду. Вот он и решил нанять телохранителя, чтобы мне было спокойнее.

– Ладно, попробую все-таки разобраться, кто к вам приходит по ночам, – сообщила я. – Быть может, ваш призрак соизволит заявиться сегодня? Тогда все будет очень просто – могу вам гарантировать, что я смогу вывести этого фантома на чистую воду.

– Если вы останетесь на ночь, я хотя бы нормально посплю, – улыбнулась девушка. – Признаться, меня дико клонит в сон, несмотря на то что сейчас не поздно. Но я так хочу нормально выспаться, вы себе и представить не можете, как сильно это желание…

– Конечно, я не стану вас задерживать, ляжете спать, когда захотите, – пообещала я. – Только сперва давайте завершим осмотр дома. Вы говорили, остался еще кабинет Ярослава?

– Да-да, конечно, идемте, я вам покажу рабочую комнату мужа…

Мы покинули библиотеку, по дороге зашли в «гардеробную», как Лиза называла данное помещение. Кроватей или диванов там не было, комната оказалась небольшой и вмещала в себя только три шкафа для одежды.

Я осмотрела каждый шифоньер, однако более-менее заполненными оказались только два. Один предназначался для вещей Ярослава – в основном это были деловые костюмы, но присутствовали и обычные джинсы, и футболки вкупе с нижнем бельем. Вся одежда аккуратно разложена по полочкам – вероятно, Ирина наводила порядок, ни за что не поверю, что мужчина может столь педантично разбирать собственные вещи. Второй шкаф отводился для одежды Лизы. В нем висело несколько новых платьев – очевидно, купленных Ярославом, чуть поодаль висели вещи Лизы. Платья являли с повседневной одеждой хозяйки дома разительный контраст: сама жена Ярослава предпочитала весьма скромные вещи. В основном это были целомудренные прямые юбки ниже колен и свободные кофты с длинными рукавами. Одни-единственные джинсы на полке, очевидно, Лиза никогда не надевала – они были сложены так, словно их недавно принесли из магазина. Ни мини-юбок, ни топов и даже маек на бретельках я в шкафу не обнаружила.

Я внимательно посмотрела на девушку и поинтересовалась:

– Вы предпочитаете носить только длинные юбки?

– Ну да, – кивнула она. – В них я чувствую себя комфортно. Штаны не люблю, мне кажется, что я в них выгляжу смешно.

– У вас хорошая фигура, – заметила я. – Джинсы вам бы очень подошли, зря вы не пробовали немного изменить имидж!

– Ярослав тоже так говорил. – Лиза опустила глаза. – Но я не могу надевать то, в чем ощущаю себя неуверенно. Все эти вещи – они не для меня, – она указала на платья и джинсы, купленные мужем. – Мне становится неловко и плохо, если я надеваю нечто подобное, хорошо, что Ярослав не настаивает, чтобы я носила ту одежду, которую подарил мне он. Пока что его устраивает мой внешний вид…

– Понятно. – Я закрыла дверцу шкафа. – Ладно, с гардеробной разобрались, идемте в кабинет вашего мужа.

Выходя, я закрепила прослушку на внутренней стороне дверного косяка, как поступала абсолютно со всеми помещениями дома.

Лиза провела меня вглубь по коридору в последнюю комнату, которую я еще не осмотрела.

Рабочий кабинет Ярослава выглядел очень официально, по-деловому. Я ожидала, что эта комната будет обставлена под стать предыдущим – со старинным столом, глобусом, чернильницей и тому подобным. Но ошиблась – муж Лизы обустроил собственный кабинет по-современному, в стиле минимализм. Современный черный стол с ящиками для бумажных документов, новый компьютер последней модели, удобный стул на колесиках и шкаф для рабочих принадлежностей – вот, собственно, и вся обстановка комнаты. Однотонные обои, окно безо всяких тяжелых портьер с кружевными вставками, никаких рюшей и скатерок. Собственно, все указывало на то, что в этом помещении следует проводить лишь рабочее время, и ничто не должно отвлекать хозяина кабинета от выполнения должностных обязанностей.

– Я сюда не захожу, – пояснила Лиза. – Не хочу ничего трогать – вдруг напутаю что-нибудь и переложу важные документы, Ярослав расстроится.

– В доме, как я смотрю, это единственный компьютер. – Я указала на рабочий стол хозяина особняка. – В других комнатах нет ни ноутбука, ни планшета…

– Вы правы, – улыбнулась моя собеседница. – У Ярослава есть и ноутбук, и планшет, но они у него на работе, он использует их для командировок. Я компьютером все равно не пользуюсь, если мне что-то нужно найти в интернете, я прошу мужа – все равно я не умею даже скачивать музыку.

– Вы говорили, что занимались редактированием текстов, – удивилась я.

– Ну да, – ответила Лиза. – На бумаге. Я распечатки забирала и правила текст. Ярослав предлагал мне компьютер или ноутбук, говорил, что удобнее будет, но я отказалась. Так что в кабинет я не хожу. Ирина тоже здесь только полы моет да пыль протирает, ничего не перекладывая на другое место – Ярослав строго запретил ей это делать. Он сказал, что сам будет следить за порядком, но домработница все равно старается по мере своих возможностей поддерживать в кабинете чистоту.

– И Ярослав, как я понимаю, об этом не знает, – улыбнулась я. – Иначе он сделал бы Ирине строгий выговор.

– Да он сюда и сам не заходит! – хмыкнула Лиза. – Дома ведь только ночует, и все… По крайней мере сейчас, может, потом что и изменится…

Я подошла к компьютеру Ярослава, внимательно посмотрела на него, оценив модель, и поинтересовалась:

– Вы не возражаете, если я включу устройство? Ваш муж ни о чем не узнает.

Лиза сделала большие глаза.

– Женя, вы меня простите, но, кроме Ярослава, пользоваться компьютером никому нельзя! Он увидит – ругаться будет!

– Сейчас-то его дома нет, – заметила я. – Когда придет – неизвестно, я ничего менять в конфигурации компьютера не буду, поэтому если вы не расскажете мужу о моих действиях, он ничего не узнает.

– Даже и не знаю… – заколебалась девушка.

Я принялась уговаривать ее, уверяя, что это необходимо для того, чтобы я выполнила свою работу и поскорее нашла призрака, не дававшего Лизе покоя.

Последний аргумент подействовал – девушка наконец-то дала добро, и я смогла добраться до интересующего меня устройства. Лиза стояла у входа, даже не решаясь присесть на стул, я же с удобством устроилась на рабочем кресле Ярослава. Жена его, похоже, боялась даже притронуться к мебели или к стенам – то ли не хотела расстраивать мужа, то ли… боялась его?

Я искоса посмотрела на Лизу. Она напоминала мне сейчас жену сказочного маньяка Синей Бороды, которая пробралась в запретную комнату. А вдруг Ярослав на самом деле – не любящий супруг, оберегающий свою ненаглядную возлюбленную от тягот окружающего мира? Вдруг под обманчивой видимостью благополучия скрываются неведомые мне зверства? Если бы Лиза не была одета в одежду, почти полностью скрывающую ее тело, я бы заметила, есть ли на ней следы от побоев. Сперва мне и в голову не приходило, что Ярослав мог поднять на жену руку, но, видя страх девушки, закрадывались весьма резонные подозрения. Надо бы подумать, как выяснить, какие именно отношения на самом деле у молодых супругов… Я молча включила компьютер, осмотрела рабочий стол Ярослава. В основном это были папки с документами – рабочие файлы, которые я быстро проглядела и скачала на свою незаменимую флешку с большим объемом свободной памяти. Все документы касались бизнеса Ярослава, и я решила проверить файлы на собственном компьютере, в свободной обстановке. Следующим моим шагом было изучение интернет-страниц, которыми пользовался муж Лизы. Я изучила историю открываемых вкладок – опять-таки, все они касались бизнеса, которым владел муж моей клиентки. Но посчастливилось наткнуться и на социальную сеть, где был зарегистрирован Ярослав. Что самое удивительное, мне не потребовалось вводить пароль – страничка открылась сразу же.

Интересно, почему муж Лизы пренебрегает безопасностью и не устанавливает паролей? Неужели так доверяет жене? Или ему нечего скрывать от Лизы?

Ответить на эти вопросы было возможно, лишь зайдя в социальную сеть с компьютера Демьянова, что я и поспешила сделать. Придуманным никнеймом молодой мужчина не пользовался – так и был записан под собственным именем и фамилией. На страничке Ярослава были размещены фотографии – несколько снимков, где он был один, но на подавляющей части фотографий Ярослав был запечатлен вместе с Лизой в красивом белом подвенечном платье. Свадьбу, как и рассказывала девушка, они отмечали в небольшом ресторане, и я увидела на снимках приглашенных на торжество. Одна женщина была мне знакома – это была мать Лизы, пожилые мужчина с женщиной, видимо, являлись родителями Ярослава.

Тот факт, что в социальной сети Ярослав выложил фотографии с Лизой, наталкивал на мысль, что романы на стороне мужчина не заводил. Иначе он не стал бы регистрироваться под настоящей фамилией и уж тем более размещать снимки со свадьбы.

И все же я изучила друзей Ярослава – особенно внимательно сосредоточилась на женщинах. Как ни странно, Елены Семеновой я среди друзей мужчины не нашла – похоже, он удалил бывшую возлюбленную. А может, она и вовсе не пользовалась именно этой социальной сетью? Кто знает, завтра я все равно намеревалась побеседовать с этой дамой, благо Ярослав дал мне ее координаты… Пока ничего интересного мне найти не удалось. Я ввела в поисковик название другой популярной социальной сети, однако, несмотря на то что Ярослав был здесь зарегистрирован, на страничку он давно не заходил. Пользовался мужчина опять-таки настоящим именем и фамилией, но фотографий на страничке практически не было. Стало быть, эта социальная сеть была Ярославу не нужна… Проверка других социальных сетей также не дала результатов. То ли Ярослав действительно был честен и ничего крамольного за ним не числилось, то ли мужчина очень умело шифровался, и ведение страничек в социальных сетях служило лишь для отвода глаз.

Но с чего я вообще взяла, что Ярослав кого-то обманывает? Да, я пока не понимала, чем Лиза так привлекла красавца-бизнесмена и почему он женился на ней, раз вокруг него столько более завидных невест. Настораживало постоянное отсутствие мужчины дома, несмотря на то что его жена ждала ребенка и нуждалась в обществе мужа. Может, конечно, Ярослав и впрямь зациклен на идее обогащения – ему все мало, хочется заработать еще больше, раскрутить свой бизнес и стать едва ли не олигархом. Хотя, учитывая то, в каких условиях живут супруги, материальных трудностей Демьяновы не испытывают. Лиза не требует от супруга бриллиантов и норковых шуб, живет девушка более чем скромно, однако Ярослав трудится не покладая рук.

Почему? Может, Лиза была права в своих подозрениях? Что, если у ее мужа есть любовница, которая хочет занять место хозяйки дома, вот и пугает несчастную беременную девушку призраками? Пытается довести ее до сумасшествия, чтобы та либо угодила в психиатрическую лечебницу, либо потеряла ребенка, который привязывает Ярослава к жене.

Версия, в принципе, логичная, но как узнать, действительно ли у Ярослава есть роман на стороне? В социальных сетях нет никаких указаний на то, что Ярослав общается с кем-то не по поводу работы.

Я просмотрела историю его переписок – в основном это были деловые беседы, разговаривал мужчина исключительно по делу.

Выходит, если у него есть любовница, то общается он с ней не в социальных сетях, а либо по телефону, либо еще где.

Быть может, по электронной почте?.. Я открыла новую вкладку, забила нужный адрес, подождала, когда страничка откроется. А вот здесь неожиданно возник запрос пароля.

Меня захватил азарт – если в электронную почту Ярослава так просто не зайти, значит, там я могу обнаружить нечто интересное.

Я задумалась. Какой пароль может выбрать преуспевающий бизнесмен вроде Ярослава? Дату своего рождения? Глупо и предсказуемо.

Все же я решила начать с более простых вариантов, поэтому повернулась к Лизе и спросила:

– Вы знаете дату рождения Ярослава?

– Да, – немного удивленно проговорила она. – Двадцать девятого августа тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года…

Я ввела дату, однако пароль оказался неверен. Я задумалась. Обычно пароли выбирают так, чтобы невозможно было их забыть, то есть комбинация цифр и букв должна быть значимой и понятной для пользователя и трудно угадываемой посторонними людьми.

Конечно, Ярослав мог взять и случайный пароль, если у него замечательная память на цифры. Но редко кто так поступает, значит, надо найти нечто, значимое для Демьянова. Я снова повернулась к Лизе и спросила:

– Скажите, как давно Ярослав занимается своим бизнесом? Он рассказывал вам что-нибудь о своей работе?

– В общих чертах, – девушка нахмурила лоб. – Вроде как у него сеть продуктовых магазинов с элитными товарами, которые муж закупает в столице. Таких магазинов в Тарасове очень мало, и муж хочет попробовать открыть филиал в Хвалынске, потому что там всегда много туристов и, по его словам, можно получить неплохую прибыль. Идея проекта возникла у мужа лет восемь назад или около того, я точно не помню. Ярослав очень немного рассказывал мне, а на даты у меня очень плохая память. Это лучше у него спрашивать, он вам точно скажет!

Ага, конечно, сейчас я буду звонить Демьянову и узнавать, в каком году он начал свое дело. Проще уж спросить прямо, какой у него пароль электронной почты: «Видите ли, уважаемый, никак не удается подобрать правильный шифр на вашем личном компьютере, к которому вы никого не подпускаете».

В принципе, я могу дома, со своего ноутбука, узнать пароль почты Демьянова – мне потребуются только марка и серия его личного компьютера. Ну и программку одну, маленькую и незаметную, придется воткнуть на его машину. Не хотелось бы, конечно. Мало ли, вдруг он – крутой компьютерщик и мое самоуправство обнаружит…

Потому я решила попробовать еще и снова поинтересовалась у Лизы:

– А как называется фирма, в которой работает Ярослав? Точнее, я ошиблась, раз у него свой бизнес, то скажите название продуктовых магазинов, которые открывает ваш муж! Или он вам не говорил?

– Почему же, мы и вместе ходили в его магазин, – возразила Лиза. – Называется «Мир наслаждений», он и расположен недалеко от городского парка. Ярослав рассказывал, что это его первый магазин – он открыл его тридцатого декабря, в канун Нового года. Тогда муж не знал, получится ли у него этот проект, очень боялся прогореть. На удачу – ведь в Новый год сбываются все желания. Вот и желание мужа исполнилось, магазин, как ни странно, стал пользоваться популярностью у горожан. Мне понравилось, что там могут купить что-то не только богатые люди, но и обычные жители Тарасова – Ярослав проводит разные акции, делает скидки перед праздниками, и редкие фрукты можно купить не очень дорого. Скажем, фрукт Дракона иногда стоит даже дешевле ананаса на рынке, а по вкусу очень необычное лакомство. Ярослав периодически покупает мне что-нибудь из экзотических фруктов, в холодильнике постоянно есть либо мангустины, либо личи, либо рамбутаны.

– Мир наслаждений… – задумчиво пробормотала я.

Переключила клавиатуру на английский язык и ввела название магазина на английском языке.

Я подумала, что Ярослав использовал в качестве пароля название первого продуктового и дату – тридцатое декабря.

Я напечатала сочетание «World of delights 30.12.» и стала ждать результата. Как ни странно, я угадала – электронная почта Ярослава открылась, и я с интересом принялась пролистывать письма на адрес мужа Лизы.

Увы, мои старания, похоже, оказались бесполезны – сплошные деловые переписки и только. Ярослав общался с партнерами по бизнесу, отправлял задания подчиненным, комментировал отчеты своих коллег.

Выходило, что компьютер Демьянов использовал только для рабочих вопросов, и никаких секретов от жены у мужчины не было. На всякий случай я скопировала адреса электронных страниц, которые открывал Ярослав, к себе на флешку и, к облегчению Лизы, выключила компьютер.

– Лиза, могу ли я задать вам один личный вопрос? – спросила я девушку.

Та внимательно посмотрела на меня и несмело кивнула.

– Да, задавайте…

– Скажите, вы ссорились с вашим мужем? Может, были какие-то случаи в вашей семейной жизни, о которых вам не хотелось вспоминать? Я спрашиваю не из праздного любопытства, а чтобы выяснить, кто мог бы желать вам зла.

– Честно говоря, не понимаю, при чем здесь ссоры… – пробормотала Лиза. – Нет, пока, к счастью, никаких скандалов у нас не было и, я надеюсь, не будет. Когда я рассказала Ярославу про призрака, он посмеялся, но не зло – так, чтобы меня успокоить. Мне, правда, стало обидно, что самый близкий мне человек мне не верит. Но больше ничего такого не было…

– И муж вас никогда не бил? – продолжала допытываться я.

Лиза взглянула на меня едва ли не с ужасом.

– Да вы что! Ярослав на такое точно неспособен, он, наоборот, чересчур трепетно ко мне относится… Все время боится, как бы я не заболела, когда звонит, то спрашивает, как я себя чувствую, зимой даже интересовался, не забыла ли я надеть шапку… Честно говоря, меня это даже обескураживало – он относится ко мне как к ребенку, а я ведь не так уж сильно младше его… Я, конечно, читала всякие книги, в которых муж колотит жену, но мне это даже в страшном сне не приснится!

– Я спросила это потому, что вы боялись зайти в рабочий кабинет мужа, – пояснила я. – Само собой возникла мысль, что были какие-то не очень приятные случаи, связанные с этим кабинетом и с личными вещами мужа. Я ошибаюсь?

– Похоже, да, – согласилась со мной девушка. – Я не захожу в кабинет потому, что боюсь навредить работе Ярослава, а он очень беспокоится из-за своего бизнеса. Мне не хочется, чтобы по моей вине пропали какие-либо нужные бумаги или документы или сломался компьютер. Я очень хочу, чтоб у мужа поскорее закончились все эти авралы, чтобы у него было больше времени на меня. И… на нашего ребенка. Потому и стараюсь ему не мешать.

Лиза немного помолчала, а потом неуверенно, словно стыдясь, спросила:

– Женя, простите меня, но можно я пойду спать? Глаза слипаются, а если вы останетесь у нас, то я не буду бояться этой женщины… Только, пожалуйста, не уходите, ладно? А то она точно придет, и мне снова не удастся выспаться…

Лиза ушла спать, а я еще раз совершила экскурсию по особняку Демьяновых. Проверила, хорошо ли установлены жучки, нет ли комнат без прослушек. Однако все было на месте, поэтому я уселась на кухне и стала размышлять над своими дальнейшими действиями.

Мне не хотелось терять время, и я собиралась поговорить с охранником. Однако в этом случае мне придется выйти на улицу, а значит, оставить Лизу одну в доме. А что, если я упущу появление «призрака»? Нельзя рисковать возможностью быстро раскрыть дело, честно говоря, мне не очень хотелось ехать с Лизой в санаторий. Не в моих привычках зря брать деньги у клиента, а я не была до конца уверена в том, что супруге Ярослава действительно угрожает реальная опасность.

Да, Лиза показалась мне весьма адекватной молодой женщиной, за исключением ее позиции в делах семейной жизни. Но еще раз повторюсь, не мне судить – пускай Демьяновы живут как хотят, сами разберутся. В остальном же Лиза рассуждала здраво, глупой она не была.

Да, девушка во многих вещах не разбирается, но, как говорится, каждому свое. Быть может, она специалист в области искусства – во время нашей прогулки по особняку Лиза рассказывала мне о картинах, имеющихся дома, и я сделала вывод, что она обладает довольно глубокими познаниями в вопросах культуры. Ну а то, что молодая женщина не любит компьютеры и не разбирается в интернете, еще ни о чем не говорит. В конце концов, я знаю не так много людей, которые способны рассказать, в каком живописном жанре работал тот или иной художник, или сказать, из скольких частей состоит Симфония номер пять Бетховена. Лиза же была настоящей ходячей энциклопедией, правда, свои знания черпала из бумажных книг, а не из интернет-источников, и назвать ее ограниченной или недалекой было попросту невозможно. Сумасшедшей она мне тоже не казалась – по крайней мере пока. Но вот помешательство Лизе угрожало, это было очевидно. Если не давать человеку спать и постоянно доводить его до кошмаров, рано или поздно рассудок не выдержит.

Кто это мог делать, кроме коварной любовницы Ярослава, я не знала, да и в существовании данной особы уже начала сомневаться.

Мне надоело сидеть без дела, и я позвонила мужу Лизы.

Тот взял трубку практически сразу; голос его был встревожен:

– Евгения? Вы говорили с Лизой? С ней все в порядке?

– Все хорошо, она спит, – произнесла я. – Ярослав, вы сегодня надолго задержитесь на работе?

– Я собираюсь уже выезжать домой, – отозвался мужчина. – Вы еще у нас? Лиза вам хоть что-то полезное рассказала?

– Да, мы с ней уже побеседовали, – сообщила я. – Я хочу поговорить с охранником, который сегодня дежурит, поэтому мне нужно дождаться вас. Я не могу оставлять свою клиентку в одиночестве.

– Я скоро буду, – лаконично произнес Ярослав и положил трубку.

Он и в самом деле быстро добрался до особняка. Вскоре молодой мужчина прошел на кухню, поздоровался со мной. Выглядел он усталым, я бы сказала, даже измученным – совсем не так, как несколько часов назад, в ресторане.

– Простите, что вам пришлось так задержаться здесь, – проговорил Ярослав. – Я пытался завершить дела раньше, но накопилось очень много работы, не знаю, как я со всем этим справлюсь…

– Вам бы не помешал отпуск, – заметила я. – Выглядите вы, извините за откровенность, неважно.

– Трудные переговоры, – махнул рукой Ярослав. – Женя, вы можете ехать домой – не смею вас задерживать… Или вы намереваетесь сегодня пообщаться с Ильей?

– Чем скорее я это сделаю, тем лучше, – ответила я. – Можете спокойно заниматься своими делами, для меня главное, что Лиза находится под вашим присмотром, поэтому я могу оставить вас.

– Вы думаете, моей жене действительно что-то угрожает? – изумился Ярослав. – Она же каких-то там призраков боится…

– А вы верите в существование привидений? – хмыкнула я.

Мужчина отрицательно покачал головой, я продолжила:

– Вот и я не верю. Поэтому и собираюсь во всем разобраться. Вы намерены уходить из дома в ближайшие два часа?

– Вы что, издеваетесь? Я пришел только что с работы, а утром снова в офис… Естественно, я собираюсь хоть немного поспать…

– Тогда не стану вам мешать, – проговорила я. – Если вы не возражаете, побеседую с вашим охранником.

– Вы потом в дом вернетесь? – поинтересовался Ярослав. – Или вы все тут осмотрели?

– Думаю, мне надо будет побеседовать утром с вашей домработницей, – заявила я. – Во сколько она приходит?

– Завтра Ирина будет в половине восьмого утра, – сказал Демьянов. – Она отпросилась уйти домой в пять вечера, там у нее какие-то дела по саду, поэтому ее смена начнется на час раньше. Если хотите – можете дождаться ее здесь, чтоб понапрасну туда-сюда не ездить. Но она с утра до вечера будет в доме, поэтому поступайте как вам удобнее.

– Тогда я дождусь ее у вас. – Я посмотрела на часы мобильного.

Почти полночь, быть может, мне повезет, и «призрак» как-то себя обнаружит. Или я узнаю что-то важное от охранника – кто знает?

– Тогда возьмите ключи от двери. – Ярослав протянул мне увесистую связку. – Я собираюсь все-таки выспаться, и, если вы будете трезвонить посреди ночи, сделать мне это не удастся. Этим ключом открывается входная дверь, не перепутайте.

– Спасибо, – поблагодарила я его и положила ключи в сумку.

В принципе, Демьянов мог и не оставлять мне связку – у меня имеются отмычки, которыми можно открыть практически любой замок. Возможно, и у злоумышленницы, изображающей из себя призрака, тоже имеется подобная вещь – иначе как она умудряется проникать в особняк?.. Ярослав отправился в спальню к жене, я же вышла из дома и проследовала к пропускному пункту, где скучал в одиночестве хмурый охранник.

Когда я подошла к будке охранника, Илья Савриков курил сигарету. Завидев меня, он не бросил своего занятия – только оглядел меня с головы до ног, потом потерял ко мне всяческий интерес. Подумал, очевидно, что я собираюсь покинуть территорию дома Демьяновых, но в будку не вернулся. Я подошла к охраннику и проговорила:

– Еще раз здравствуйте. Простите, напомните, как к вам обращаться? Вашего отчества я не знаю.

– Илья Григорьевич, – бросил тот. – Вам что-то нужно?

– Мне надо с вами поговорить, – пояснила я. – По поводу людей, которые проходят на территорию особняка Демьяновых. Скажите, кроме домработницы Ирины, Ярослава и Лизы в дом за последний месяц кто-либо проходил? Быть может, у вас есть записи о посетителях, вы же всех людей записываете?

– Записи есть, – лаконично проговорил Илья Григорьевич. – Но посторонним их смотреть не разрешается.

– Меня нанял Ярослав Демьянов, – заявила я. – Можете позвонить ему и уточнить, он разрешил мне пользоваться вашей документацией.

Охранник затушил сигарету, вытащил из кармана мобильный и набрал номер хозяина. Я понадеялась, что Ярослав еще не заснул – иначе он мог не понять, что от него хочет Савриков, и моя беседа с охранником может затянуться надолго. Однако Илья Григорьевич не стал долго разговаривать с Демьяновым – коротко спросил, разрешает ли Ярослав давать посторонним в руки записи о посетителях особняка.

– Что? Кто спрашивает? – спросил Савриков. – Минуту…

– Евгения Охотникова, – четко проговорила я.

Охранник повторил мои имя и фамилию в трубку, выслушал, что сказал Ярослав, и закончил телефонный разговор фразой: «Я вас понял». После этого он отключил звонок и положил мобильник обратно в карман.

– Да, вы можете посмотреть записи, – безо всяких эмоций заключил Илья Григорьевич. – Ярослав разрешил вам их показать.

– Премного благодарна, – отозвалась я.

Охранник зашел в свою будку, потом вытащил толстый журнал и протянул его мне.

– Смотрите, только потом верните документ обратно, – произнес он. – С этим у нас строго, ничего никому отдавать нельзя.

– Естественно, себе я ваш журнал не оставлю, – заверила его я и, усевшись на лавку напротив контрольно-пропускного пункта, принялась изучать журнал. Я листала страницу за страницей, но пока находила только фамилии хозяев да домработницы Ирины. Я внимательно смотрела на даты, но выходило, что за последний месяц в дом Демьяновых вообще никто посторонний не приходил, за исключением меня. Я несколько раз перечитала записи, потом подошла к будке охранника и спросила Илью Григорьевича:

– Здесь все записи точно? Вы всех людей записываете, которые проходят на территорию особняка?

Охранник посмотрел на меня снисходительно.

– А зачем, по-вашему, мы тут с напарником сутками сидим? Просто так никто платить не будет, естественно, у каждого документы проверяем и заносим в журнал! Здесь с безопасностью очень строго, у Ярослава жена беременная, еще не хватало, чтоб посторонние туда-сюда шлялись. Если кто и должен прийти кроме домработницы, то Демьянов мне звонит или моему напарнику и предупреждает. Просто так, без ведома хозяев, мы никого не пропускаем.

– И все же поздно вечером и ночью в особняке появляются посторонние люди, – заявила я. – Поэтому я вас и спрашиваю, кто в дом может проникнуть? По всей видимости, этот человек, точнее, женщина миновала контрольно-пропускной пункт, раз в вашем журнале нет соответствующей записи.

– Никто в особняк не заходит! – повторил Илья Григорьевич. – Не верите мне – посмотрите записи, здесь повсюду видеокамеры. Но и они проверяются, к тому же невозможно проникнуть в дом, миновав контрольно-пропускной пункт. А здесь либо я дежурю, либо мой сменщик, пост никогда не пустует. Так что вы ошибаетесь – имена людей, которые приходят в особняк, записаны в журнале.

– И вы никогда не покидаете контрольно-пропускной пункт? – удивилась я. – Как вы, например, обедаете? Или у вас контейнер с едой и микроволновка в будке?

– Если мне надо куда-то отойти, я отхожу, – заявил Илья Григорьевич. – Если в это время приходит посетитель, он ждет меня, так как пройти внутрь невозможно. Забор, как вы можете видеть, здесь высокий, его не перелезть, к тому же стоит сигнализация. Не верите – сами попробуйте, только сейчас ночь на дворе, не советую будить хозяев.

– Обязательно воспользуюсь вашим предложением, – пообещала я, про себя подумав, что надо проверить, справятся ли мои отмычки с входными дверями на территорию особняка. – Завтра, получается, тоже вы дежурите?

– Да, сменщик заступает на смену в среду, – ответил охранник. – Вы посмотрели журнал? Если да, то верните его на место, это важный документ, хозяин требует отчет за каждый день.

– Конечно, возьмите, благодарю, – проговорила я, возвращая журнал охраннику.

– Вы выходить собираетесь? – поинтересовался тот. – Вам открыть дверь?

– Нет, спасибо. Я намереваюсь остаться на территории особняка, – проговорила я и в подтверждение своих слов направилась к входной двери дома.

Глава 4

Остаток ночи я, как и планировала, провела в особняке Демьяновых. Я не спала – напряженно следила за малейшим шумом и шорохами, доносящимися снаружи. Пару раз я выходила на улицу, внимательно осматривала территорию особняка, стараясь не попадаться на глаза охраннику.

Тот, впрочем, не обращал на меня никакого внимания – пару раз я видела, как он курит свои крепкие сигареты, в остальное время Савриков сидел у себя в будке.

Ничего интересного я не обнаружила, в доме тоже все было тихо. Лиза с Ярославом из спальни не выходили – проходя мимо их комнаты, я прислушивалась, но, судя по мерному сопению, оба спали без задних ног. «Призрака» или намека на то, что он вообще существует, я так и не обнаружила. Утром в шесть часов на кухню вышел сонный Ярослав, одетый в темно-синие джинсы и такого же цвета футболку. Даже несмотря на то что мужчина явно не выспался, выглядел он сногсшибательно, словно модель с обложки журнала. Одежда очень ему шла, хотя и использовалась в качестве домашнего костюма. Я сидела на стуле, внимательно изучая данные о Наталье Черкасовой и Елене Семеновой. У меня в телефоне не так давно появилась база данных на любого жителя Тарасова… и не только – в ней представлена короткая информация о каждом человеке. Очень удобная штука. Не приходится поднимать связи, чтобы выяснить, что человек из себя представляет.

Я выяснила, что Наталья Черкасова зарегистрирована в Кировском районе города Тарасова, на улице Горной, дом пятнадцать. Судя по всему, проживает она там же, из родственников у нее только родители, которые живут в другом районе города. Официально замужем Наталья не была, детей у нее нет, братьев и сестер – тоже. К уголовной ответственности молодая женщина не привлекалась. Как и рассказывала Лиза, Наталья окончила факультет иностранных языков, официально работает переводчицей и преподает в языковой студии «Лингва», где помимо английского обучают французскому, испанскому, немецкому и японскому языкам. Вечером, когда Лиза помогла мне найти Наталью в социальной сети, я написала женщине сообщение с просьбой обучить меня английскому языку. Женщина ответила мне уже ночью – видимо, у нее напряженный рабочий график, спросила, когда мне удобно прийти на занятие в языковую студию. Мы договорились, что я посещу первое занятие во вторник в два часа дня, то есть сегодня. До этого я собиралась поговорить с Ириной и с Еленой Семеновой, о бывшей возлюбленной Ярослава мне удалось узнать только то, что она проживает на улице Лунной Ленинского района города, замужем никогда не была, а из родственников у нее – мать и сестра, которые сейчас проживают в Пензе. Сестра Надежда учится там на экономиста, мать работает в швейном ателье. Сама Елена работает в офисе крупной фирмы, ведет документацию и общается с клиентами. Я как раз раздумывала, под каким предлогом мне встретиться с Еленой, когда Демьянов хмуро пожелал мне доброго утра. Судя по его виду, утро у него выдалось отнюдь не доброе, измученный бизнесмен не выспался и не был расположен к светской беседе. Я ответила на приветствие, и Ярослав полез в один из кухонных шкафчиков. Достал оттуда банку черного кофе, включил электрический чайник.

– Вы что, всю ночь не спали? – удивился Демьянов, накладывая в чашку три чайные ложки кофе.

– Для меня это в порядке вещей, – пожала я плечами.

Ярослав налил в чашку кипяток, потом предложил мне кофе.

– Спасибо, не откажусь, – поблагодарила я его.

– Берите любую чашку, в левом верхнем шкафу, – проговорил он. – И как вы можете не спать? Честно, я уже порядком вымотался из-за того, что не могу толком выспаться. А вы, я смотрю, выглядите отлично, по вам и не скажешь, что вы всю ночь бодрствовали.

– Во время работы я спокойно обхожусь без сна несколько суток подряд, – заметила я. – Я к этому привыкла, да и в выходные долго не сплю. Такой у меня график.

– Вы прямо как робот! – восхитился Демьянов. – Наверное, телохранители такими и должны быть…

– Вот-вот, – улыбнулась я. – Лиза еще спит? Или тоже проснулась?

– Нет, я постарался ее не будить, – проговорил Ярослав. – Ей надо высыпаться, да и вообще побольше отдыхать. А то она жалуется на свои кошмары и эти галлюцинации… Я имею в виду, этих ее призраков. Вы ведь не передумали, поедете с ней в санаторий?

– Я постараюсь выяснить, кто пугает вашу жену, как можно быстрее, – пообещала я. – Возможно, мое присутствие и не потребуется. Если злоумышленница будет разоблачена, вашей супруге ничего не будет угрожать.

– Все-таки вы считаете, что Лизу кто-то преследует, – заключил Ярослав.

Я пожала плечами.

– Пока я ни в чем не уверена, – произнесла я. – Но, как только мне удастся что-либо выяснить, я обязательно вам сообщу.

– В таком случае держите меня в курсе дела, – попросил Демьянов.

Он подошел к большому холодильнику и открыл дверцу. Немного растерянно оглядел содержимое полок, потом вытащил контейнер с надписью «завтрак» и засунул его в микроволновку.

Я воспользовалась предложением Ярослава и сделала себе крепкий кофе.

– Я сейчас позавтракаю и поеду на работу, – сообщил мужчина. – Думаю, Лиза будет спать до прихода домработницы. Если у вас возникнут какие-либо вопросы, звоните мне, постараюсь вам ответить.

– Хорошо, я поняла, – кивнула я.

Пока Ярослав ел завтрак, я не спеша пила кофе. Закончив с утренней трапезой, мужчина положил пустой контейнер в мойку, сам отправился собираться на работу. Я слышала, как он поднялся наверх, а через некоторое время спустился на первый этаж. Не заходя на кухню, Демьянов открыл дверь и покинул дом. Я же осталась дожидаться домработницу. Ирину я тоже пробила по базе данных, однако ничего интересного мне найти не удалось. Оказывается, у нее есть взрослые сын и дочь, с матерью они не живут – в настоящее время оба снимают квартиры в Марксе. Ирина окончила кулинарный техникум – выучилась на повара, некоторое время работала в школьной столовой, потом уволилась оттуда и устроилась поваром в кафе. Через пять лет она снова сменила работу – нашла агентство по поиску домработниц. С новой профессией Ирина справлялась великолепно – о ней были только положительные отзывы. Как и говорила Лиза, в семье Демьяновых Ирина работала недавно, с момента переезда молодых супругов в особняк. Ровно в половине восьмого я услышала звук открывающейся двери. Судя по всему, это пришла домработница – наверняка у нее были ключи от дома на случай, если хозяева утром еще спят или отправились по своим делам.

Я оказалась права – вскоре на кухню вошла невысокая женщина лет пятидесяти, среднего телосложения, одетая в прямую черную юбку чуть ниже колен и темно-зеленую кофту. Каштановые волосы дамы были коротко пострижены, на лице – скромный макияж, подходящий к ее возрасту. Выглядела женщина энергичной и подвижной, ее движения были быстрыми и ловкими. Учитывая специфику ее работы, представить Ирину медлительной и неповоротливой было очень сложно. Ведь ей нужно было за день переделать кучу дел – одна уборка в особняке представлялась мне сложной задачей.

– Доброе утро, – немного растерявшись, поздоровалась со мной домработница. – Вы – гостья Лизы?

– Можно сказать и так, – кивнула я. – Здравствуйте. Вам Ярослав ничего не говорил о моем визите?

– Нет, – покачала головой женщина. – Я Ирина, домработница Демьяновых. Простите, как к вам обращаться?

– Я Женя, – представилась я.

– Очень приятно, – улыбнулась домработница. – Лиза уже проснулась? Что-то рано она, или вас Ярослав в дом впустил?

– Вроде Лиза еще спит, – проговорила я. – Я как раз хотела с вами поговорить по поводу жены Ярослава Демьянова. Она ведь сейчас беременна, и ее муж тревожится о ее состоянии.

– А, вы, наверное, психотерапевт? – скорее утвердительно, нежели вопросительно, произнесла Ирина.

Я не стала ее разубеждать – пусть думает, что я – врач Лизы, надо только саму девушку предупредить, чтобы она меня не выдала. Все равно у меня не было определенной идеи, кем представиться Ирине – я собиралась импровизировать на месте. Но раз домработница сама меня записала в психотерапевты – тем лучше.

– Могу я занять несколько минут вашего свободного времени? – поинтересовалась я. – Мне очень хотелось бы узнать, что происходит с Лизой. Я разговаривала с Ярославом, но он так редко бывает дома, что сам ничего не знает, а вы с Лизой находитесь постоянно. Мне будет легче помочь девушке, если я буду в курсе событий.

– В принципе, пока хозяйка спит, я все равно не буду бегать с пылесосом, – заметила Ирина. – Поэтому могу рассказать вам, что знаю. Вам, наверное, Ярослав Игоревич говорил, что у Лизы – галлюцинации. Мне кажется, все это потому, что она в положении – знаете, наверное, у беременных часто бывает странное поведение. Но Лиза совсем уж извелась – жалко ее, бедняжку. Она успокоительное принимать боится – вдруг с ребеночком что не так будет, даже обычный настой валерианы не пьет. Но я сама против таблеток, а вот какие-нибудь травы успокоительные ей бы помогли. Может, вы выпишете ей рецепт чая, чтоб нервы в порядок привести? А то она совсем уже не спит, от кошмаров мучается…

– А что именно ее тревожит? – спросила я. – Кошмары – они связаны со страхом за ребенка? Лиза вам рассказывала, что ей снится?

– Что снится – не говорила, но она постоянно видит каких-то призраков, – пояснила домработница. – Представляете, даже меня как-то просила остаться дома, не уезжать после работы к себе, потому что привидения появляются, когда Лиза одна в особняке. Ну, это понятно – каково ей, бедняжке, в таком огромном доме сидеть в одиночестве! Может, романов про Джейн Эйр начиталась, вот ей и видится невесть что! Я, помню, согласилась с ней побыть, естественно, никаких призраков не видела. Но Лизу разве переубедишь! Она ведь твердо уверена, что какое-то привидение хочет ей навредить!

– Быть может, это и не галлюцинации? – предположила я. – Вдруг кто-то решил неудачно пошутить и разгуливает по дому в костюме призрака?

– Да вы что! – всплеснула руками Ирина. – В особняке живут только Лиза с Ярославом, я прихожу утром, а вечером уезжаю домой, охранники в дом не проходят. Проникнуть сюда без ведома хозяев невозможно – охрана не пропустит. У них ведь специальный журнал есть, куда они записывают, кто приходит или уходит. Но предварительно охраннику Лиза или Ярослав сообщают, что должны прийти гости – так заведено. Вот только за все время, пока я работаю у Демьяновых, они гостей не принимали. Даже родители Ярослава Игоревича или Лизы сюда не приезжали – почему-то хозяева никого не приглашают. Они очень замкнутые люди.

– То есть вы ни разу не видели, чтобы посторонние люди проходили на территорию особняка? – уточнила я.

Ирина пожала плечами.

– Говорю же, они ни с кем не общаются – ни Ярослав Игоревич, ни его жена. Лиза целыми днями дома сидит, либо вяжет, либо читает. Раньше, до того, как забеременела, она выходила на прогулку в парк, сейчас гулять не ходит. Только два раза в неделю на плавание ходит – здесь рядом есть хороший, большой бассейн, а беременным вода полезна. Лиза послезавтра в санаторий должна ехать – Ярослав взял ей путевку, чтоб она немного развеялась и забыла о своих призраках. А то совсем измучилась, но лично я считаю, что все это из-за того, что муж не уделяет жене достаточно внимания. Он вечно пропадает на своей работе, а Лиза тут одна скучает. Кому угодно привидения начнут мерещиться…

Я расспросила Ирину о том дне, когда Лиза узнала, что беременна. Однако слова домработницы полностью совпадали с рассказом самой жены Ярослава – Ирина говорила, что сразу догадалась о том, что тошнота у Лизы возникла не просто так.

Я беседовала с женщиной примерно полчаса, однако не узнала от Ирины абсолютно ничего нового. Вскоре на кухню вышла Лиза, одетая в длинную светло-голубую ночную рубашку с рукавами-фонариками. Она поздоровалась с нами, а Ирина бойко проговорила:

– Лиза, а я как раз с вашим психотерапевтом беседовала! Она пропишет травы успокоительные, и ваши кошмары прекратятся!

Девушка непонимающе посмотрела на меня, я же быстро проговорила:

– Ирина, спасибо вам огромное за ваш рассказ, не смею вас больше задерживать. Вы не возражаете, если мы поговорим с Лизой наедине? Мне надо задать пациентке несколько вопросов!

– Конечно-конечно! – засуетилась Ирина. – Только сперва я приготовлю завтрак, вы не против? А то я заболталась, ничего еще не сделала…

– Может, пройдемте в гостиную? – предложила я и едва ли не силой утащила Лизу из кухни.

В гостиной я коротко ввела Лизу в курс дела, объяснив, почему Ирина считает меня психотерапевтом, и попросила девушку никому не рассказывать о том, что на самом деле я ее телохранитель.

Лиза пообещала, что не выдаст меня и домработнице ничего не скажет.

Спустя пятнадцать минут Ирина зашла в гостиную и сообщила, что завтрак готов. Лиза собралась идти на кухню, я же пообещала ей, что приеду к Демьяновым вечером, когда домработница уедет к себе домой.

Днем я собиралась встретиться с Натальей Черкасовой и Еленой Семеновой, поэтому вскоре покинула особняк. С бывшей подругой Лизы встреча была назначена на два часа дня, поэтому сперва я решила побеседовать с Еленой. К счастью, номер телефона бывшая возлюбленная не меняла, поэтому дозвониться до нее оказалось легко.

Лена практически сразу взяла трубку.

– Слушаю вас, – раздался звонкий молодой женский голос.

Обладательнице его я бы не дала больше двадцати пяти лет, и, судя по интонации, у моей собеседницы было хорошее настроение.

– Здравствуйте, – начала я. – Меня зовут Евгения, я журналист и собираюсь писать статью о развитии аргентинского танго в Тарасове. Мне посоветовали поговорить с вами – вы считаетесь лучшей из танцовщиц города. Скажите, вам удобно сегодня встретиться со мной и ответить на несколько вопросов? Обещаю, что много времени у вас не займу!

– Надо же, – удивилась Лена. – И не знала, что меня лучшей считают… Я ведь очень мало выступала, даже и не знаю…

– Помимо всего прочего, вы еще и очень скромны! – Я продолжала распевать дифирамбы. – Это весьма редко в наше время!

– Вам Анастасия Николаевна про меня рассказывала? – предположила Лена. – Боюсь, она несколько преувеличивает, в студии есть танцоры гораздо лучше меня…

– Но Анастасия Николаевна говорила, что у вас есть не только мастерство, но и страсть к танцам, – заявила я. – Поверьте, читателям будет очень интересно узнать о вашей истории! К тому же, как только выйдет номер журнала с вашим интервью, вы получите экземпляр в подарок. У нас есть также интернет-издание, и, думаю, после выхода интервью количество ваших подписчиков возрастет в разы! – Я делала ставку на то, что Елена, как и большинство пользователей интернета, хочет быть популярной, и не ошиблась.

Бывшая возлюбленная Ярослава сказала, что готова встретиться со мной сегодня у нее дома в одиннадцать часов утра. Я приехала на улицу Лунную, где жила поклонница аргентинского танго, и без труда нашла нужный дом.

Часы показывали без десяти минут одиннадцать – я подошла к двери первого подъезда и набрала номер квартиры. Когда мы договаривались о встрече, я удивилась, что в будний день молодая женщина дома – ведь Ярослав говорил, что она много работает, постоянно пропадает в офисе.

Странно – может, Лена плохо себя чувствует и взяла отгул? Но по голосу не похоже, чтобы девушка чем-то болела, наоборот, мне показалось, она довольно бодра и энергична. Тогда почему Лена не на работе? Пока этот вопрос оставался без ответа. Мне открыли сразу, и я поднялась на лифте на третий этаж. Дверь десятой квартиры была открыта – я увидела на пороге высокую стройную молодую женщину лет двадцати пяти – двадцати семи, одетую в узкие обтягивающие джинсы и свободную футболку ярко-голубого цвета. Светлые длинные волосы Лены были стянуты в высокий хвост на макушке, умело наложенный макияж подчеркивал выразительные глаза и матовую бледность кожи.

Да, Лену можно было назвать настоящей красавицей, и, на мой взгляд, Ярославу она подходила куда больше, нежели «серая мышка» Лиза. Оставалось только догадываться, почему Демьянов бросил такую эффектную женщину ради простой, тихой, застенчивой девушки, каковой казалась мне Лиза Демьянова.

– Елена? Простите, не знаю, как вас по отчеству, – начала я. – Я Евгения, журналистка.

– Да, мы ведь с вами говорили по телефону, – улыбнулась молодая женщина. – Проходите, только не обращайте внимания на беспорядок. У меня дома черт ногу сломит – куча дел одновременно, ничего не успеваю…

– Вы сильно заняты? – предположила я, проходя в коридор квартиры, где жила экс-возлюбленная Ярослава.

Особого беспорядка я не заметила, Елена сильно преувеличивала. По крайней мере, в прихожей все вещи находились на своих местах – обувь на тумбочке, спортивные куртки на вешалках.

Лена велела мне не разуваться, но я все же сняла обувь – не хотелось топтать в квартире.

– Мы можем пройти на кухню и там поговорить, – предложила молодая женщина. – Только умоляю, не фотографируйте мой бардак! У меня подготовка к свадьбе, жду звонка из ателье, никак не могу найти швею, которая согласилась бы сшить мне платье, которое я задумала… Жаль, я сама не умею ни кроить, ни со швейной машинкой обращаться – было бы куда быстрее и проще самой все сделать!

– Вы собираетесь замуж? – удивилась я.

Лена пожала плечами.

– А почему бы и нет? Наконец-то встретила того единственного принца, правда не на белом коне, а на черном «BMV». Но меня это полностью устраивает!

– Что ж, поздравляю вас! – проговорила я, изучая взглядом молодую женщину.

Выглядела она счастливой – не скажешь, что страдает из-за разрыва с Ярославом. Похоже, Лена про него и думать забыла – вон как вся светится от счастья…

– Проходите сюда, – пригласила меня невеста на кухню.

Мы зашли в уютную комнату с большим количеством электроприборов, облегчающих процесс приготовления пищи.

Елена постоянно извинялась за беспорядок, но я увидела только невымытую посуду в раковине и пару грязных чашек на столе, но не более того. Похоже, молодая женщина привыкла к идеальному порядку, раз малейшая дисгармония способна заставить ее так переживать.

Лена предложила мне выпить кофе, я не отказалась. Молодая женщина болтала без умолку – про то, что хорошее кафе или ресторан у нас в Тарасове найти сложно, что надо продумать меню, дабы угодить всем приглашенным, да и с выбором даты торжества тоже одни проблемы…

– Я, наверное, с ума сойду! – воскликнула Лена, переводя дыхание. – На работе даже взяла отпуск за свой счет, чтобы нормально подготовиться… Всю жизнь мечтала о пышной свадьбе!

– Простите за нескромный вопрос, а с женихом вы не на танцах ли познакомились? – поинтересовалась я.

– А как вы догадались? – удивилась молодая женщина. – Именно так все и было! Максим пришел на занятие по аргентинскому танго, он был новичком. Анастасия Николаевна, наш преподаватель, показала Максиму базовые движения, а потом попросила меня стать его партнершей, чтобы он поскорее выучил основные элементы танца. Он мне тогда все ноги отдавил – у него ничего не получалось, выглядело это ужасно. В конце занятия Максим извинился передо мной за то, что из него получился отвратительный танцор, и предложил подвезти меня до дома. Признаться, я сразу обратила на него внимание – когда он только пришел в зал, но на тот момент за мной ухаживал другой мужчина, и новые отношения не входили в мои планы. Однако что плохого в том, что Максим по-дружески подвезет меня до дома? Все равно я собиралась вызывать такси, поэтому согласилась. Мы разговорились, Максим оказался очень интересным собеседником. С Ярославом, моим тогдашним ухажером, так непринужденно общаться у меня не получалось, вроде как мы пытались встречаться, но общих тем для разговоров у нас не было. Ярослав был полностью занят работой, как, впрочем, и я сама. Но у меня хотя бы было хобби – танцы, а Ярослав, кроме своих магазинов, вообще ничего не замечал. У него свой бизнес, магазины какие-то. В общем, скука смертная… А Максим был совершенно другим. Он рассказывал о том, как путешествовал, как в юности ездил автостопом, даже из автомата стреляет снайперски. И танцами решил заняться потому, что ему захотелось освоить что-то новое, то, чем он никогда раньше не занимался. У Максима ведь тоже свое дело есть – он занимается ремонтом автомобилей, но это не мешает ему жить и наслаждаться жизнью. Честно говоря, я в тот вечер поняла, что сильно ошиблась, начав отношения с Ярославом. Ни к чему хорошему это все равно бы не привело – да, Демьянов красив как бог, но что мне с его внешности? Максим, конечно, не кинозвезда, но есть в нем какое-то обаяние, шарм, что ли. Или харизма, не знаю, как это назвать. В общем, когда я с ним разговаривала, то ощущала, что нашла родственную душу…

Лена улыбнулась своим воспоминаниям и продолжила:

– Короче говоря, Максим стал за мной ухаживать. С Ярославом я рассталась – точнее, он расстался со мной. К счастью, произошло это не по моей инициативе, я оттягивала серьезный разговор, боясь скандала. А тут само собой получилось – Демьянов первый заявил, что у нас ничего с ним не получится. Наверное, он встретил другую девушку, чему я, собственно, сильно обрадовалась. Мне не пришлось ничего решать и ничего объяснять – мы расстались мирно, поэтому я спокойно смогла начать новые отношения. Мы с Максимом прекрасно подходим друг другу – он не стал долго тянуть и сделал мне предложение.

– Еще раз вас поздравляю, – задумчиво проговорила я. – С Ярославом вы больше не виделись? Не знаете, как сложилась его жизнь?

– Нет, а мне это зачем? – пожала плечами Лена. – Надеюсь, у него все хорошо. Да, вы же хотели мне задать какие-то вопросы по поводу танго? Что именно вас интересует?

– Да, конечно, – кивнула я и принялась играть роль дотошной журналистки.

Не буду вдаваться в подробности – я постаралась как можно быстрее взять интервью у Лены, хотя смысла в дальнейшем нашем разговоре не видела. Я уже узнала все, что мне было нужно, – судя по рассказу Лены, девушка не имеет никаких претензий к Демьянову и даже не знает о том, что он женился.

К счастью, нашу беседу с Семеновой вскоре прервал телефонный звонок. Лене звонили из ателье, похоже, наконец-то нашлась подходящая швея.

– Евгения, вы меня простите, но мне нужно ехать в ателье, – проговорила молодая женщина после недолгого телефонного разговора. – Это очень важно, похоже, мне посчастливилось разыскать нормального профессионала и у меня будет платье, о котором я мечтала! Вы не возражаете, если мы закончим нашу беседу? Или вы еще что-то хотели у меня спросить?

– Нет-нет, я ни в коем случае не стану вас задерживать! – заверила я невесту. – Вы мне рассказали достаточно для того, чтобы я написала хорошую статью. Огромное спасибо вам за сотрудничество!

– Я очень рада! – улыбнулась Семенова. – А когда выйдет ваш материал? Очень хочется посмотреть, что получилось!

– Как только статью опубликуют, я вам обязательно сообщу! – заверила я Лену. – И подарю вам экземпляр с вашим интервью!

– А что у вас за издание? Вы, наверное, говорили, а у меня из головы вылетело…

Я мило улыбнулась и назвала одно из популярных в нашем городке глянцевых изданий. Лена заулыбалась, снова меня поблагодарила, и, обменявшись любезностями, мы расстались.

Разговор с Семеновой занял чуть больше часа, поэтому я решила ехать в языковую студию, для того чтоб побеседовать с бывшей подругой Лизы. Студия иностранных языков «Лингва» находилась в центре города – она считалась одной из лучших языковых школ Тарасова.

Я приехала к нужному дому в половине второго и написала Наташе Черкасовой, что нахожусь во дворе студии. Молодая женщина долго не отвечала, поэтому я решила сама найти нужную аудиторию, в которой должно было состояться мое первое занятие по английскому языку.

Мне нужно было изображать из себя человека, который знает иностранный язык на уровне средней школы, притом что я спокойно изъяснялась на английском и могла сама работать переводчиком. У меня прекрасные способности к иностранным языкам, могу поспорить, я владею английским гораздо лучше, чем сама Наталья, потому что этот язык для меня все равно что родной.

Я представления не имела, как буду вести беседу с Черкасовой, – хорошо, что других учеников у Наташи не будет, ведь я попросила женщину провести индивидуальный урок.

Я решила разобраться на месте, как выстроить диалог с преподавательницей английского языка, в конце концов, мне постоянно приходилось полагаться на импровизацию. В вестибюле студии дежурила вахтерша, полная женщина лет пятидесяти пяти, которая спросила меня, куда я направляюсь. Я сообщила, что в два часа дня у меня назначен индивидуальный урок английского языка у Натальи Черкасовой. Вахтерша попросила мои документы и, записав в журнал мои паспортные данные, пропустила через турникет.

– Поднимайтесь на четвертый этаж, аудитория четыреста тридцать семь, – проговорила женщина. – Ваш преподаватель уже на месте.

Я разыскала лестницу – лифта в здании почему-то не было, поэтому подниматься пришлось пешком. Я без проблем нашла нужную мне аудиторию, дверь в которую была прикрыта.

Постучавшись, я услышала лаконичное «войдите» и открыла дверь. Кабинет английского языка представлял собой небольшое помещение с расставленными в ряд партами, столом для преподавателя и шкафами с литературой на иностранном языке. Современная белая доска для записи слов маркерами располагалась у стены, недалеко от учительского стола. Я отметила, что у преподавателя на столе имеется современный компьютер, без которого уже не обходится образовательный процесс.

За компьютером работала молодая женщина лет двадцати шести – двадцати семи, которая сосредоточенно набирала на клавиатуре какой-то текст. Молодая дама была одета в строгий брючный костюм, ее короткие светлые волосы были пострижены под стильное «каре», на лице – скромный деловой макияж.

Наташа, а это, безусловно, была она, пользовалась очками, которые идеально вписывались в образ требовательного преподавателя. Я помнила фотографию, которую показывала мне Лиза, – на снимке бывшая подруга жены Ярослава казалась не такой чопорной и строгой, сейчас же Наташа выглядела настоящей деловой леди.

Когда я вошла, Черкасова сухо поздоровалась со мной и осведомилась:

– Вы на индивидуальный урок? Записывались у меня вчера, верно?

– Да, все так, – улыбнулась я ей. – Меня зовут Евгения, как я могу к вам обращаться?

– Наталья Евгеньевна, – лаконично представилась молодая особа. – Присаживайтесь за первую парту, вам потребуются тетрадь и ручка для записи информации и мобильный телефон с интернетом, чтобы пользоваться электронным учебником. У вас все есть?

– Да, – кивнула я, садясь на стул.

Черкасова что-то напечатала на своем компьютере, потом несколько раз щелкнула мышкой, вероятно сохраняя документ, и повернулась ко мне.

– Ладно, начнем, – объявила она. – Для начала скажите мне, для чего вы хотите выучить язык. Просто для себя или вам нужно по работе?

– Для работы, – сообщила я. – Мне вас рекомендовали как очень хорошего преподавателя. Может, знаете Лизу Демьянову? Точнее, она сейчас Демьянова, вышла замуж, ее девичья фамилия Терехина. – К счастью, я помнила фамилию матери Лизы – тетя Мила говорила мне, как зовут ее подругу Екатерину Михайловну, а память у меня замечательная и услышанную один раз информацию я запоминаю надолго.

Наталья нахмурила брови, словно вспоминая, о ком я говорю, потом спросила:

– Лиза Терехина? Но она у меня не училась, не понимаю, с какой стати ей вам меня рекомендовать…

– Мы общаемся с Лизой, и она рассказывала, что вы – блестящий преподаватель английского языка, – заявила я. – Она говорила, что вы постоянно совершенствуете свои знания, работаете переводчиком и занимаетесь самообразованием. Поэтому я и решила вас выбрать в качестве своего учителя, мне нужен профессионал.

– Понятно, – сухо ответила Черкасова.

На ее лице не отразилось никаких эмоций, и я пока не поняла, как женщина относится к своей подруге детства. Надо было что-то придумать, дабы разговорить Наталью, однако преподавательница явно не была настроена на посторонние беседы.

– Вы изучали английский язык в школе или в университете? – деловито спросила она.

Я кивнула.

– Хорошо… Давайте с вами начнем с простого текста. Прочитаете его, попробуете понять, о чем он, и ответите на мои вопросы. Посмотрим, как обстоят дела с вашим произношением и словарным запасом.

Она велела мне скачать на свой мобильный электронный учебник, после чего предложила прочитать первый текст.

Я быстро пробежала глазами несколько абзацев. Автор на английском языке рассуждал о дружбе и преданности, все слова и обороты были мне знакомы, несмотря на то что в тексте имелись сложные выражения.

Я поняла, что учебник специализированный и предназначается для углубленного изучения иностранного языка. И решила пойти на маленькую провокацию. Иногда это – самый быстрый и легкий путь заполучить требуемую информацию… или проверить человека.

– Сможете прочитать рассказ? – спросила Наталья.

Я кивнула.

– Тогда начинайте, – велела она. – Не торопитесь, будьте внимательны.

На блестящем английском языке я бегло прочла текст. Черкасова слушала меня, не делая замечаний, – я знала, что у меня прекрасное произношение и интонация, поэтому самый взыскательный критик не смог бы ни к чему придраться.

Когда я закончила, Наталья проговорила:

– Что ж, читаете вы очень хорошо, я бы сказала замечательно. Посмотрим, как обстоят дела с пониманием текста. Ответьте на мои вопросы…

Она задала первый вопрос на английском: «Как вы считаете, важна ли для человека дружба и почему вы так думаете?»

Я улыбнулась и ответила по-английски:

– Человек – существо социальное, и без общения он обходиться не может. Настоящих друзей много быть не может, и каждым истинным другом нужно дорожить. Очень жаль, что порой судьба разводит людей и когда-то близкие подруги или друзья прекращают общение. Обстоятельства бывают разные – кто-то занимается карьерой, кто-то семьей, но, как правило, в одиночестве люди становятся несчастными. Никакая работа не способна заменить настоящей дружбы, и, как бы ни был успешен человек, каких бы высот он ни достиг, пустоту в душе невозможно восполнить…

– Хорошо, достаточно, – прервала меня Наталья по-русски. – Евгения, скажите, что именно вы хотели бы улучшить в своих знаниях английского языка? Пока что я вижу, что с произношением у вас все хорошо, изъясняетесь вы свободно, времена не путаете. Конструкции знаете и успешно ими пользуетесь… Честно говоря, я не понимаю: почему вы решили заниматься английским?

Я испытующе посмотрела на молодую женщину, пытаясь понять, вызвали ли мои рассуждения у нее какие-либо эмоции.

Однако лицо Натальи было непроницаемо, и только в глазах я увидела едва заметный оттенок грусти. Может, мне и показалось, и я выдавала желаемое за действительное, но одно было ясно: Черкасова прекрасно видела, что учиться у нее мне нечему. И я взяла быка за рога.

– Честно говоря, я не за знаниями к вам пришла, – заявила я. – Помните, я вам говорила, что знаю вашу бывшую подругу Лизу Терехину? Так вот, я здесь из-за нее.

– Простите, конечно, но тут я ничем не могу вам помочь. – Взгляд Натальи стал жестким. – Вы записались на урок в мое рабочее время, тогда как я могла бы провести занятие для других учеников. Вы понимаете, что отнимаете мое время?

– Понимаю, – согласилась я. – Однако я вынуждена задать вам несколько вопросов. Не беспокойтесь, через полтора часа я уйду из аудитории и вы займетесь другими учениками. Много времени у вас не отниму, можете не беспокоиться.

– А с какой стати я должна отвечать на ваши вопросы? – вскинулась Наталья. – Если вы думаете, что, кроме преподавания, мне нечем заняться, то сильно ошибаетесь. Раз вы не намерены учиться иностранному языку, как я поняла, то будьте любезны, не занимайте мое время, иначе мне придется позвать охрану. Мне нужно работать.

– Хорошо, – кивнула я, сразу же насторожившись. А почему бы, собственно, Наталье не ответить на мои вопросы? Есть что скрывать? Значит, надо давить. – Вот только тогда вам придется разговаривать не со мной, а с сотрудниками полиции. В полицейском участке. Боюсь, в этом случае вы потратите гораздо больше времени, да и на вашей репутации это скажется не лучшим образом.

– Что? Вы мне угрожаете? – Я поняла, что женщина рассердилась. – Это с какой еще стати я должна разговаривать с полицией? Кто вы такая и в чем меня обвиняете? Без своего адвоката я беседовать с вами не намерена!

– Адвокат вам действительно потребуется, если вы откажетесь ответить на мои вопросы, – спокойно заявила я. – Выбирайте: либо разговор со мной сейчас, либо с сотрудниками правоохранительных органов. Дело серьезное, касается вашей бывшей подруги. Я могу сделать так, что ваша карьера будет вне опасности, но если вы предпочитаете официальный визит в полицейский участок – пожалуйста. Могу только предупредить вас, что о дальнейшей карьере вам, увы, придется забыть.

Наталья заколебалась, когда я заговорила о ее продвижении по службе.

Я понимала, что женщина на все готова ради работы, поэтому мне пришлось ее запугать подобным образом.

В конце концов Черкасова проговорила:

– Все равно я не понимаю, что вы от меня хотите. С Лизой Терехиной я уже давно не поддерживаю отношений, но раз полиция ею интересуется, могу предположить, она что-то натворила. Предъявите свое удостоверение, раз вы из правоохранительных органов.

– Пожалуйста. – Я протянула женщине липовый документ, согласно которому я являлась сотрудником полиции.

У меня имелось несколько удостоверений, которые могли пригодиться мне в ходе расследования, и одно из них я как раз показала Наталье. О своей настоящей профессии я решила не говорить – чем меньше людей знает о том, что я охраняю Лизу, тем лучше. В конце концов, Наталья была одной из подозреваемых, и, пока я не разберусь, что к чему, раскрывать карты не было смысла.

Женщина внимательно изучила удостоверение, потом вернула его мне.

– Спрашивайте, – сказала она. – Только вы помните, что обещали мне – никакой огласки. Я не могу рисковать своей карьерой.

– Будьте уверены, о нашем разговоре никто не узнает, – пообещала я женщине. – Для начала ответьте на вопрос: когда в последний раз вы общались с Лизой Терехиной?

– Да это было года три назад! – воскликнула Черкасова. – Что случилось с Лизой? Она хоть жива? Мы дружили с ней, когда еще детьми были, но потом прекратили общаться…

– Пока с ней ничего не случилось, – проговорила я. – Но может случиться. Наталья Евгеньевна, почему вы все-таки перестали поддерживать с Терехиной связь? Что между вами произошло? Вы поссорились? Отвечайте честно, я все равно узнаю, если вы солжете.

– Не ссорились мы, – покачала головой Наталья. – Ничего такого не произошло. Просто так часто бывает – в детстве не разлей вода, а потом – разные интересы, разные цели в жизни. Примерно так у нас с Лизой и произошло. Мне с ней не о чем общаться – она меня не поймет, а мне жалко тратить на это время. У нас с ней разные пути, разные приоритеты – вот и все.

– Вы знаете, что Лиза вышла замуж? – спросила я.

Черкасова пожала плечами.

– Раз вы сперва назвали фамилию Лизы – Демьянова, то логично предположить, что она замужем, – заметила она. – Повторю еще раз, я с Лизой не поддерживаю отношения, и мне совершенно неинтересна ее личная жизнь.

– Звучит так, будто вы с ней сильно поссорились, – заметила я. – Отзываетесь вы о бывшей подруге с неприязнью.

– Мы не ссорились, я уже говорила, – возразила Черкасова. – Просто мне непонятна жизнь Лизы. Была непонятна. Я не одобряю ее жизненной позиции, а она – моей. Я считаю, что человек должен работать и развиваться, а не сидеть в каком-то бесконечном болоте. У Лизы нет ни целей, ни амбиций, она не стремится чего-то достигнуть, она не занимается ничем полезным. Попросту – тратит свою жизнь впустую. Возможно, что-то изменилось за прошедшие годы, только я в этом сильно сомневаюсь. Лиза очень мягкотелая, у нее нет даже собственной точки зрения, поэтому она мне совсем неинтересна. Я не понимаю, как можно тратить свое время на пустые дела, которые не приносят никакой пользы. Сами подумайте: Лиза окончила филологический факультет, так почему она не нашла престижную работу? Ведь при желании можно было бы заниматься наукой, можно повышать свою квалификацию и преподавать в вузе, можно поступить в аспирантуру… Но Лиза ничего этого не сделала! Знаете, чем она занималась после получения диплома? Редактировала какие-то тексты за копейки! И для чего ей понадобилось тогда образование? Я этого не понимаю. Если неинтересна филология – так есть куча способов получить другое образование, с которым можно найти хорошую работу! Но нет, Лизу все устраивало, хотя я советовала ей бросить редактуру и в конце-то концов заняться нормальным делом. А Лиза, в свою очередь, не понимала, почему я так много работаю и не беру отпуск. Короче говоря, мы с ней – разные люди, нет ничего удивительного в том, что наша дружба закончилась.

– Наталья, скажите, у вас есть семья? – поинтересовалась я. – Насколько мне известно, официально вы не замужем. Быть может, вы живете в гражданском браке?

– Это личный вопрос, – нахмурилась Черкасова. – Ладно, если нужно, отвечу. Семья и дети меня не интересуют, у меня нет времени на встречи с мужчинами. Мне это не нужно – я и так чувствую себя прекрасно. После работы в языковой студии я занимаюсь переводами, также у меня постоянные встречи с деловыми клиентами. Я – специалист международного уровня, несколько раз в месяц езжу в командировки за границу. Если вам интересно, то друзей у меня нет, и, вопреки вашим рассуждениям по поводу текста, который вы читали, я не чувствую себя одинокой и несчастной. Я не хочу ничего менять в своей жизни – меня полностью устраивает нынешнее положение вещей. Единственное, к чему я стремлюсь, – это к новым достижениям. Я собираюсь открывать свою языковую студию, меня уже не устраивает роль преподавателя, пусть даже самого лучшего. В будущем, возможно, я перееду в Америку, так как там гораздо больше возможностей для карьерного роста.

– Учитывая ваши амбиции, очень странно, что вы живете в Тарасове, а не в Москве или Санкт-Петербурге, – заметила я.

Наталья улыбнулась.

– Это временно, – заявила она. – В Москве я и так постоянно бываю, однако переезжать туда для меня нет смысла. Россия – не такая продвинутая страна, как Штаты, единственное, что меня держит здесь, – это мои ученики. По окончании языковой студии им выдаются дипломы, я собираюсь довести свои группы до выпуска и после этого перееду в Штаты. Я не привыкла бросать начатое дело, к тому же в студии у меня хороший заработок, что немаловажно. Но вы правы, жить в Тарасове мне не нравится, это ведь провинция, по сути дела, и здесь меня ничто не держит.

– У вас есть родственники? – задала я новый вопрос.

Черкасова сдержанно кивнула:

– Да, родители. Они живут в Тарасове, но с ними я особо не общаюсь – нет времени. Звоню им, узнаю, как дела, помогаю деньгами.

– Они знают о вашем намерении уехать из России? – поинтересовалась я.

– Да, я говорила им это. Но мать с отцом все равно меня не поймут – у них дурацкий принцип «где родился – там и сгодился». Отвратительная позиция, которая ведет к деградации. Именно поэтому я стараюсь с ними особо не пересекаться – во-первых, ненавижу все эти семейные обеды-ужины, во время которых меня достают расспросами о том, когда я выйду замуж, и все в таком роде. Приходится, правда, на новогодние праздники приезжать к родителям, но я стараюсь долго там не задерживаться, у меня слишком много работы. Жаль, что у меня нет братьев и сестер – по крайней мере, мать с отцом так бы не наседали на меня. Но им особо заняться нечем, вот и занимаются не пойми чем.

– Наталья, вспомните, где вы были в среду, двадцать восьмого апреля, в период с десяти вечера до двух часов ночи? – Я назвала дату, когда Лиза впервые увидела своего призрака.

Черкасова задумалась, потом достала свой мобильный и открыла календарь с заметками.

– Двадцать шестого апреля я уехала в Москву на деловую встречу, – проговорила она. – Я была там пять дней. Вечером двадцать восьмого апреля у меня были переговоры с клиентами в ресторане «Московия», они начались в семь вечера, а закончились около одиннадцати часов. После этого я вернулась в гостиницу. А что произошло двадцать восьмого числа?

– То есть вы были не в Тарасове, а в Москве? – не ответила я на ее вопрос.

Наталья уверенно кивнула.

– Кто может это подтвердить? – продолжала я.

– Во-первых, мой начальник в бюро переводов, Виктор Сергеевич Шувалов, – сразу ответила женщина. – Я являюсь его заместителем, но эта встреча была очень важна, поэтому мы поехали вдвоем. После переговоров мы поехали в гостиницу, и это может подтвердить администратор, только я не помню ее фамилии. Но если вам очень нужна эта информация, можете проверить по электронной базе, наверняка у вас есть доступ к таковой. Гостиница называется «Московия», находится по адресу: улица Мира, дом сорок шесть.

– Хорошо, я проверю эту информацию, – сказала я. – Будьте добры, скажите мне номер телефона вашего начальника.

Наталья продиктовала мне мобильный Виктора Сергеевича, я забила номер в телефонную книгу своего мобильного.

– Только звоните ему после девяти вечера, – предупредила меня Черкасова. – Он очень занят, поэтому в рабочее время его лучше не беспокоить.

– Я вас поняла, – кивнула я и резко сменила тему разговора: – Наталья, вы знакомы с Ярославом Демьяновым?

– Нет, а кто это? А, наверное, муж Лизы? – догадалась Черкасова.

Я кивнула.

– Нет, я же с Лизой давно не виделась, – проговорила женщина. – Если она замужем и у нее все прекрасно, то я рада за нее. Наверное, она так и работает редактором? Что, кстати, с ней случилось? Почему вдруг Лизой заинтересовалась полиция?

– Я не имею права разглашать эту информацию, – уклончиво сказала я. – Но если хотите узнать, что творится с вашей бывшей подругой, вы можете спросить ее лично. У вас, наверное, остался номер ее телефона?

– Надеюсь, она сменила свой допотопный кнопочный мобильник на приличный смартфон, – хмыкнула Черкасова. – А то, честное слово, была как старая бабка – и с интернетом не в ладах, даже компьютером пользоваться нормально не умела. Ума не приложу, как Лизе хватило сообразительности научиться печатать в текстовых документах, вот уж чудо из чудес…

– Номер Лизы я могу вам дать, – заявила я. – Не знаю, сменила она номер или нет.

– Да мне зачем? – хмыкнула Наталья. – Я с ней разговаривать не собираюсь, у меня на это нет времени… – Женщина посмотрела на свой мобильный, потом резко проговорила: – Надеюсь, у вас все? Или еще есть какие-то вопросы ко мне? Простите, но я и так слишком много времени потратила на эти разговоры, мне нужно работать.

– Хорошо, не буду вас больше отвлекать, – произнесла я. – Спасибо вам за информацию, желаю продуктивного рабочего дня.

– Благодарю, – ответила Черкасова.

Я встала со стула, женщина вернулась к своему компьютеру. На меня она не обращала уже никакого внимания, словно показывая, что она слишком занята.

Я вынуждена была признать, что пока мне абсолютно не в чем подозревать бывшую подругу Лизы – судя по тому, что я узнала от Натальи, женщина и в самом деле ничем, кроме карьерных достижений, не интересовалась.

Позже я проверила базы данных и узнала, что Черкасова мне не врала – когда Лиза впервые увидела призрака, Наталья и в самом деле находилась не в Тарасове. Стало быть, женщина мне не врала, и очевидных причин изводить Лизу у нее не имелось.

Глава 5

Как ни пыталась я избежать поездки в санаторий, мне это не удалось. Я не нашла не то что «призрака», пугавшего Лизу, но и не выяснила, у кого вообще имелись поводы ненавидеть жену Демьянова.

Вечером во вторник мне удалось встретиться с другим охранником Демьяновых – Геннадием Евсеевым, однако ничего нового от него я не узнала. Слова Евсеева полностью совпадали с рассказом Ильи Саврикова – все посетители записываются в журнал, проникнуть на территорию особняка невозможно, никто посторонний к Лизе и Ярославу не приходил.

«Можете просмотреть записи с камер, если еще этого не сделали», – радушно предложил второй охранник.

Он произвел на меня впечатление этакого донжуана – во всяком случае, мои формы оценивал внимательно. Вечером я, как и обещала, приехала к Демьяновым. Лиза собирала вещи в санаторий, ее муж обещал освободиться пораньше, чтобы помочь ей и провести с супругой вечер.

Я дождалась, когда сам Ярослав вернется домой, чтобы убедиться, что Лиза в безопасности.

Пока мужа Лизы не было, я сменила жучки на новые, собираясь дома просмотреть записи.

Демьянов, который и в самом деле приехал раньше обычного, сообщил, что оформил на меня путевку и завтра утром он отвезет Лизу на вокзал.

Я вкратце рассказала о своей работе, поинтересовалась, нет ли у него серьезно настроенных конкурентов или врагов, связанных с бизнесом. На что Ярослав уверенно заявил, что особой конкуренции у него нет – федеральные сети с мелким местечковым бизнесом в конфликт не вступают, а местным он не мешает – занял свою нишу и работает относительно спокойно. И уж точно возможные недоброжелатели стали бы вредить ему или его бизнесу, а никак не жене и не в их собственном доме. Проще было бы подловить ее по пути к бассейну, например. После чего мы договорились встретиться в десять утра в зале ожидания, и я поехала домой – собираться в злополучный санаторий.

Как я уже говорила раньше, ехать мне никуда не хотелось. Я уже начала сомневаться в верности своих подозрений по поводу того, что «привидение» Лизы – реальный человек. Как ни крути, ситуация выглядела странно: пройти в дом без ведома хозяев никто не мог, никаких зацепок у меня не было. Охранники не могли играть роль призрака, домработницу я тоже проверила, знакомые Лизы и Ярослава не имели мотива пугать жену Демьянова. Мои жучки также не зафиксировали ничего интересного, я внимательно просмотрела все записи, однако и тут меня ждало разочарование.

Может, и правда у Лизы галлюцинации? С чего я вообще решила, что молодая женщина психически здорова? Я ведь не психиатр, чтобы наверняка судить о наличии или отсутствии каких бы то ни было болезней.

Но других клиентов у меня все равно не было, поэтому я решила ехать вместе с молодой женщиной. В конце концов, Ярослав взял путевку на десять дней, то есть отсутствовать в Тарасове я буду недолго. Надеюсь, за это время ничего экстраординарного не случится, а время в санатории я проведу с пользой.

Иными словами, смогу устранить опасность, угрожающую Лизе, если таковая, конечно, имеется. А если нет – ей будет спокойнее под моим присмотром, а я отдохну от городской суеты. В среду я проснулась в шесть утра. Тетя Мила на кухне уже что-то готовила – накануне вечером я предупредила ее, что уезжаю на десять дней в санаторий. Тетушка несказанно обрадовалась такому повороту событий – она давно пыталась спровадить меня куда-нибудь на отдых, однако просто так я Тарасов никогда не покидаю. Если у меня и случаются поездки, то только такие, в которых я охраняю своего клиента. Официального отпуска у меня нет – бывают только перерывы от одного заказа до другого, в ходе которых я успеваю отдохнуть дома. Но тетя Мила считала, что мне просто необходимо куда-то выбираться, как делают все нормальные люди, и санаторий казался ей самым подходящим вариантом отдыха. Я позавтракала яичницей с беконом, тетушка заботливо упаковала мне еду в поезд.

– Женечка, только не вздумай питаться «дошираками» и прочей дрянью! – наставительно вещала она. – Я тебе сделала сэндвичи, яйца вкрутую, овощи и пирожки. Ну, думаю, сама разберешься!

Я поблагодарила тетю Милу, которая суетилась так, точно я была не взрослой женщиной, а неразумным подростком, впервые вырвавшимся из-под родительской опеки.

Мне пришлось долго уверять ее, что я взяла необходимую одежду и обувь, позаботилась о том, чтоб в дорожной сумке находился купальник и прочие нужные принадлежности. Я не люблю брать с собой много вещей, поэтому ограничилась только самыми необходимыми вещами. И естественно, первым делом взяла с собой незаменимые жучки, отмычки и оружие, с которыми никогда не расставалась. Ровно в десять утра я ждала супругов Демьяновых в зале ожидания. Пока их не было, я узнала, на какой путь прибывает поезд номер девяносто с сообщением «Тарасов – Ессентуки».

В пути мы должны были находиться чуть больше суток. В город-курорт мы прибывали в половине двенадцатого дня по местному времени. Вскоре я увидела и Лизу с Ярославом. Демьянов вез чемодан на колесиках, у Лизы в руках была бежевая дамская сумочка, которую молодая женщина прижимала к себе как родную.

Лиза выглядела растерянной и напуганной, словно ее страшили все эти люди, ожидающие своего рейса, Ярослав, как обычно, казался решительным и собранным.

Я еще раз поразилась, какой яркий контраст являют собой эти двое, они словно были из разных миров. Хотя Лизе и нужен человек, который способен решать за нее все проблемы и ограждать ее от трудностей современной жизни. Одна она бы точно не справилась ни с одной мало-мальски серьезной задачей. Или… научилась бы выживать, что тоже возможно. Я подошла к Демьяновым и поздоровалась с ними.

Ярослав дружески ответил на мое приветствие, Лиза пробормотала, что очень рада нашей совместной поездке.

– Путь уже объявили, – сообщила я. – Пройдемте на перрон, займем свои места.

Ярослав затащил наши вещи в поезд, пока мы с Лизой предъявляли паспорта, тепло попрощался с женой и пожелал нам хорошего отдыха. Он, как всегда, спешил на работу – было настоящим чудом, что Демьянов выкроил время на то, чтобы проводить жену на вокзал.

Ярослав извинился, что не дожидается отправления поезда, попросил Лизу звонить ему, сам пообещал быть на связи все время. После этого Демьянов отправился обратно на вокзал, а мы с Лизой прошли на свои места. В купе, где мы ехали, соседей не было – Демьянов позаботился о том, чтобы мы с Лизой комфортно добрались до Ессентуков, и, зная нелюдимость жены, выбрал места класса люкс. У нас был пятый вагон, в десятом, по словам проводницы, находился вагон-ресторан.

Лиза сразу же уселась на нижнюю полку и вытащила пакет с неизменным вязанием. Девушка практически не разговаривала со мной, и я поняла, что она сильно нервничает. Спицы то и дело падали из ее рук, она путалась в петлях, распускала неправильный рисунок и принималась за свою работу заново.

Проводница, женщина лет тридцати пяти, одетая в фирменную униформу, проверила еще раз наши паспорта, предложила еду и напитки и пожелала нам приятной поездки. Я поблагодарила ее за информацию и вытащила сумку с едой, которую дала мне в дорогу тетя Мила.

Мне хотелось немного успокоить Лизу – уж слишком та нервничала, поэтому я спросила:

– Лиза, как вы себя чувствуете? Вы завтракали?

– Я… я хорошо, спасибо… – с трудом выдавила та. – Ирина приготовила завтрак, только я не ела. Мне как-то не до еды, совсем не хочется…

– Так сильно переживаете? – удивилась я. – Из-за призрака?

Лиза отложила свое вязание и посмотрела на меня едва ли не с отчаянием.

– Все как-то сразу навалилось… Понимаете, я ведь не путешествовала раньше… Точнее, раз в жизни мы с мамой ездили на поезде в Волгоград. Я тогда в шестом классе училась, мы ехали к нашим знакомым и город посмотреть. Мне очень понравилось в поезде – так необычно, как будто совсем в другой мир попадаешь. И город незнакомый, такой чистый и ухоженный, там столько всего интересного было. Я очень не хотела домой возвращаться, мечтала, что еще буду путешествовать. С мамой мы тогда гораздо лучше общались, я ведь в школе хорошо училась, мне только математика и физика с трудом давались, потому что с цифрами я не дружу. Это потом мы с ней ссорились, точнее, даже не ссорились, но она была недовольна мною из-за работы. Сейчас я вообще не могу долго с мамой общаться, она вечно за что-то сердится на меня, все я делаю не так, как надо. Но тогда, в Волгограде, было замечательно. Наверное, это одно из лучших воспоминаний в моей жизни!

– Удивительно, почему ваша мама так к вам строга, – проговорила я. – Но вы не беспокойтесь – с возрастом люди часто меняются. Возможно, поэтому Екатерина Михайловна и стала такой раздражительной.

– Не знаю… – задумчиво отозвалась молодая женщина. – Может, вы и правы…

Мерный стук колес и покачивание вагона усыпляли. Лиза устала разбираться со своим вязанием и с моей помощью расстелила постель. Взяла в руки книжку – какой-то толстый роман неизвестного мне автора, залезла под одеяло.

Я сидела напротив и молча смотрела в окно, так как других занятий у меня все равно не было. Всех людей, имеющих хоть какое-то отношение к Демьяновым, я проверила, спать я не собиралась, читать – тоже. При исполнении я не могу позволить себе отвлекаться на какие бы то ни было вещи, ведь телохранитель всегда должен быть наготове.

Лиза вскоре заснула, я от нечего делать достала бутерброды и, несмотря на то что есть мне не хотелось, принялась методично жевать сэндвич. Немного погодя решила заварить себе чай.

Проходя по вагону к кипятку, я почувствовала запах еды быстрого приготовления – удивительно, почему пассажиры берут с собой строго определенный набор продуктов в поезд? Вне зависимости от сезона, меню путешественников не меняется. Люди вечно заваривают свои «дошираки», едят вареные яйца, копченую курицу и огурцы с помидорами, как будто другой еды в принципе не существует. Хотя если б не заботливая тетя Мила, вполне возможно, я и сама бы питалась лапшой быстрого приготовления – по крайней мере, ее быстро заваривать и много места в сумке она не занимает. День в пути прошел до смешного скучно. Лиза спала, только в два часа дня она открыла глаза и сказала, что не против пообедать. Домработница Ирина дала молодой женщине с собой паек, состоящий из полезной пищи, и Лиза без аппетита съела салат из овощей, вареное мясо индейки и два перепелиных яйца. После этого она снова заснула, видимо, жена Демьянова наконец-то получила возможность выспаться без своих привидений и ночных кошмаров.

Я охраняла ее покой, хотя и мне хотелось вздремнуть, слишком уж монотонной была наша поездка. Вечером Лиза снова проснулась, мы с ней поужинали, и молодая женщина часа два читала свою книгу. На стоянках мы из поезда не выходили, несмотря на то что я была не прочь размяться. Но Лиза панически боялась, что поезд уедет без нас, поэтому мне пришлось сидеть вместе с ней в вагоне. Благо в поезде работал кондиционер, и, хотя на улице стояла жара, находиться в вагоне было комфортно. Ночью я все же немного поспала, но перед этим прошлась по вагону, чтобы оценить обстановку. В поезде кроме нас ехало несколько женщин с детьми, компания подростков – две девушки и двое юношей, пожилая пара и двое мужчин среднего возраста. По моим оценкам, никто из этих людей не представлял опасность для моей клиентки, поэтому я позволила себе пару часов ночного отдыха.

Но спала я чутко, поэтому даже если бы в наше купе кто-то вошел, я сразу проснулась бы. Однако за все время нашего пути абсолютно ничего не произошло – кроме того, что часы перевели на час назад. До Ессентуков мы добрались в одиннадцать тридцать утра по местному времени. Курортный городок, в который мы прибыли, казался уютным и солнечным, вокзал выглядел каким-то ненастоящим, точно игрушечным. Не знаю, почему у меня возникло такое ощущение – может, причина была в том, что высотных домов, как в Тарасове, в Ессентуках не было, может из-за небольшой площади, которую занимал железнодорожный вокзал.

Когда поезд остановился, мы с Лизой вышли на перрон. Молодая женщина изумленно озиралась по сторонам, я же смотрела по навигатору, где находится санаторий, куда нам нужно добраться.

Мы прошли внутрь вокзала, где располагались небольшой зал ожидания и несколько автоматов с напитками и едой.

Лиза прижимала к себе свою сумку – интересно, что у нее там хранится, раз молодая женщина так боится с ней расстаться?

Я катила два чемодана, Лиза шла рядом со мной, боясь потерять меня из виду.

– Женя, вам очень тяжело? – бестолково расспрашивала меня молодая женщина. – Может, я покачу свой чемодан?

– Лиза, успокойтесь, чемоданы на колесиках, – заметила я. – Мы сейчас выйдем в город и вызовем такси, чтоб быстрее доехать.

Напротив вокзала располагался большой зеленый курортный парк, вдали золотилась куполами какая-то церковь. На стоянке возле вокзала я увидела огромное количество машин – вспомнилась поговорка, что никто тебя так сильно не ждет, как таксист на вокзале.

Я вызвала по приложению в своем мобильнике местное такси, и через три минуты к нам подъехала темно-бордовая «Лада Калина». Водитель, плотный мужчина кавказской национальности, запихал наши чемоданы в багажник, после чего мы с Лизой сели в автомобиль. Как оказалось, в городе находилось огромное количество санаториев, призванных лечить самые разнообразные заболевания. Это было неудивительно – город славился своими целебными минеральными водами, которые, судя по словам врачей, очень полезны для здоровья. Минеральную воду не только пили – в санаториях были популярны минеральные ванны, процедуры для кожи головы и волос и прочие самые разнообразные оздоровительные «развлечения». Этот курортный городок жил за счет туристов – везде, где только можно, стояли будки с расписанием экскурсионных туров, в ларьках торговали сувенирами и местными фруктами, по узким улочкам гуляли отдыхающие с легкими рюкзачками.

Пока мы ехали до санатория, Лиза, не отрываясь, смотрела в окно – я видела, что все ей было интересно и в новинку. Она, казалось, даже забыла о своих страхах, и впервые за долгое время я увидела на лице молодой женщины искреннюю улыбку.

– Какой уютный, милый городок! – воскликнула она, когда мы подъехали к воротам санатория. – Здесь все кажется каким-то сказочным…

– Ну а что вы хотели, барышня! – отозвался таксист. – Это – город-курорт, обязательно съездите на экскурсии, вам понравится. У нас есть замечательный тур в город Пятигорск – там музей Лермонтова и памятник на месте его дуэли. На канатной дороге прокатитесь, гору Машук покорите, фотографии красивые сделаете. Можете поехать на Чегемские водопады, там тоже прекрасные пейзажи и ярмарка, сувениры себе купите. Если день свободный будет – обязательно возьмите путевку в Приэльбрусье. Будете всю жизнь вспоминать, вам обязательно понравится!

– Ой, как интересно! – восхитилась Лиза, потом повернулась ко мне: – Женя, а мы ведь поедем на экскурсии, да?

– Поедем, – кивнула я. – Только все же давайте сперва до санатория доберемся, нам надо зарегистрироваться и заселиться…

Я расплатилась с таксистом (Лизе поручать это дело казалось мне опасным предприятием), после чего, выгрузив свой багаж, мы направились на территорию санатория «Виктория».

Санаторий занимал внушительную площадь – здесь находилось несколько корпусов для проживания и корпуса, где отдыхающим надлежало проходить различные процедуры.

Мы пошли по главной асфальтированной дороге, по обеим сторонам которой росли хвойные и лиственные деревья и стояли столбы с табличками, где было указано, где какие корпуса располагаются. Возле здания регистрации находился маленький пруд с фигурками белых лебедей и мостиком, рядом с которым стояла табличка с японским хокку.

Лиза остановилась возле пруда – ей хотелось прочитать афоризм, но мне пришлось поторопить ее и пообещать, что, как только мы пройдем регистрацию, у нее будет время погулять по территории.

Я чувствовала себя мамашей с маленьким ребенком, которому все интересно и любопытно – Лиза вела себя совсем не как подобает женщине ее возраста. В конце концов мне удалось затащить ее в корпус, но регистрироваться и оформляться пришлось мне самой, на супругу Ярослава полагаться было бесполезно. Я даже порадовалась, что Демьянов не отправил свою жену отдыхать в одиночестве – сама Лиза не смогла бы вызвать даже такси от вокзала… Если не вдаваться в подробности, то на регистрацию мы потратили битый час. Начать с того, что надо было обойти со своими путевками три окошка, дабы заселиться в номер, получить талоны в столовую и записаться на процедуры.

В каждое окошко стояла внушительная очередь, вдобавок ко всему сейчас как раз был обеденный перерыв.

Я позавидовала Лизе, которая спокойно уселась на лавочку в вестибюле с книжкой в руках и полностью погрузилась в чтение. Мне же пришлось взять всю процедуру на себя – я только звала молодую женщину, когда нужно было ставить подписи и предъявлять удостоверение личности. Наконец мы получили санаторно-курортные книжки, прошли консультацию у медсестры и смогли заселиться в третий корпус, в комнату номер пятьсот семь на пятом этаже. Я не собиралась посещать никакие оздоровительные процедуры – моя задача была сопровождать свою клиентку и оберегать ее от возможной опасности, – однако к медсестре зайти пришлось. Та выписала мне какие-то минеральные ванны, радоновый душ на голову и магнитотерапию – для того, чтоб я не торчала в санатории просто так.

На вопрос медсестры о жалобах на здоровье я что-то сочинила на ходу, дабы не вызывать ненужных подозрений, а вот добропорядочная Лиза попала по полной. Молодая женщина рассказала и о своих ночных кошмарах, и о тошноте, и о повышенной тревожности. Только о «призраке» Лиза почему-то умолчала – наверное, побоялась, что ее посчитают сумасшедшей.

Медсестра выписала моей клиентке такое огромное количество процедур, что о каких бы то ни было поездках и экскурсиях можно было забыть.

Лиза покорно пообещала, что будет являться в нужные кабинеты вовремя и исправно проходить все лечение. Правда, вид у молодой женщины был не слишком веселый – выходило, что санаторий ничем не лучше обычной больницы. После всех этих утомительных мероприятий мы наконец-то дошли до нашего корпуса, чтобы заселиться и разобрать вещи. По пути мы заглянули в питьевую галерею – медсестра прописала нам регулярный прием минеральной воды. Целебную минералку следовало употреблять три раза в день до еды, по стакану.

Законопослушная Лиза в точности следовала всем предписаниям – она подошла к крану с минеральной водой, набрала в одноразовый стаканчик ровно двести пятьдесят миллилитров и не спеша выпила воду. Остальные люди наливали минералку в термосы и бутылки, несмотря на то что это было запрещено. Я последовала их примеру – в конце концов, питьевую воду мы не купили, а пить хотелось часто, и недаром – такая жара стояла.

Лиза с опаской посмотрела, как я нагло набираю минералку в две литровые бутыли, даже попыталась меня остановить.

– Лиза, не стоит переживать, – заметила я. – Если в номере есть холодильник, положим лечебную воду охлаждаться, по крайней мере, не нужно будет думать, где набрать питьевую воду.

Жилой корпус номер три был девятиэтажным зданием с просторным вестибюлем и уютными, чистыми номерами. В нашей комнате находилось две кровати, стол с двумя стульями, шкаф для вещей, холодильник, телевизор и душевая с туалетом. Пользоваться электрическими чайниками в санатории было запрещено, но на каждом этаже стоял кулер с горячей и холодной водой.

Лизе номер очень понравился – она заявила, что уже отвыкла от нормальных жилых комнат, находиться в которых уютно и можно не бояться испачкать паркет или нечаянно задеть штору с вышивкой ручной работы.

– Я бы не отказалась жить в подобной комнате, – призналась она. – Вместо особняка. По крайней мере, здесь хотя бы не музей, а обычное жилое помещение для людей, а не для экспонатов…

Мы вытащили из чемоданов одежду, разложили ее по полкам. Бутыли с водой я положила в холодильник – пить теплую минералку не очень хотелось. Согласно расписанию в санаторно-курортной книжке, обед начинался в два часа дня. Питание в столовой было пятиразовым – помимо основных приемов пищи существовали полдник и второй ужин, утром проживающим в санатории был разрешен кофе.

– Жаль, что мне кофе нельзя, – протянула Лиза. – Люблю этот напиток…

– Думаю, можно уже идти в столовую, – заметила я.

Часы показывали без двадцати два, поэтому мы отправились на обед. Перед выходом из номера я на всякий случай установила жучки на внутренней стороне косяка, особо не надеясь, что прослушка что-нибудь зафиксирует. Но осмотрительность – прежде всего, пока я защищаю своего клиента, вижу опасность везде, где можно и нельзя.

Лиза даже не заметила моего маневра – она вышла из номера первой, я закрыла дверь на ключ, и мы пошли к лифту. Столовая находилась в том же корпусе на втором этаже. За столиками уже сидели люди – было шумно, официантки бегали с подносами и ставили нужные блюда на те или иные столики. Каждому проживающему в санатории назначалось особое питание – в соответствии с поставленным диагнозом.

Мы отыскали свои места и стали ждать, когда нам принесут наши порции. За каждым столом сидело по четыре человека, однако стулья напротив нас пустовали. Мы сидели около десяти минут, когда наконец-то к нашему столику подошла официантка, невысокая женщина с черными волосами, и поставила нам две тарелки с каким-то овощным супом.

Официантка сказала, что со второго дня проживания в санатории меню каждый отдыхающий должен выбирать себе сам, и вечером следует отметить блюда, которые мы закажем. Женщина пообещала, что на ужин выдаст нам список, из которого надо будет выбрать желаемые первые и вторые блюда. Официантка ушла, мы же принялись за обед. Суп показался мне несоленым и несколько безвкусным, но Лиза с энтузиазмом съела всю порцию, заявив, что овощные блюда очень полезны для здоровья. На второе снова были овощи – на сей раз на пару, к ним прилагалось по две овощные котлеты.

Я с сомнением покосилась на яства – похоже, здесь поневоле станешь вегетарианцем. Но выбирать не приходилось, поэтому я доела пресный суп и такое же пресное второе, запив все не то компотом, не то слабо заваренным чаем. После обеда Лиза заглянула в свою санаторно-курортную книжку и объявила, что у нее назначена сегодня одна процедура – минеральные ванны.

– Это в лечебном корпусе, – произнесла молодая женщина. – Женя, а у вас что-нибудь есть?

– Вроде то же самое, – я сверилась со своей книжкой. – Если хотите, идемте, я вас провожу до корпуса и подожду, когда вы пройдете процедуру.

– А вы? – удивилась Лиза. – У вас же тоже назначение!

– Ну, у меня со здоровьем все в порядке, и проходить процедуры я не вижу необходимости, – заметила я. – Прежде всего, я должна повсюду находиться рядом с вами и следить, чтобы вам ничего не угрожало. Так что если вы собираетесь идти в лечебный корпус, то я, естественно, пойду вместе с вами.

Лиза не собиралась прогуливать лечение, поэтому мы покинули столовую и отправились разыскивать лечебный корпус. Погода стояла жаркая, но благодаря большому количеству деревьев на территории санатория солнце чувствовалось не так сильно, как на открытом пространстве. На лавочках в тени сидели отдыхающие, кто-то курил рядом с урной, несмотря на то что курение на территории санатория было строго запрещено. Ленивая, сонная атмосфера этого места располагала к неторопливым прогулкам и к неспешному времяпрепровождению, а время словно остановило свой вечный бег.

– Даже не верится, что мы здесь, – медленно проговорила Лиза. – Еще недавно в поезде ехали, а сейчас – бродим тут…

Мы дошли до таблички с надписью «лечебный корпус» и свернули налево. У входа в корпус по обе стороны стояли лавочки, а на большом стенде я увидела вывеску с рекламой японской оздоровительной процедуры.

Лиза задержалась около вывески, внимательно читая текст, потом спросила меня:

– Нам ведь в этот корпус, верно?

– Судя по информации в санаторно-курортной книжке, минеральные ванны делают именно здесь, – кивнула я.

Мы вошли в вестибюль, предъявили охраннику наши книжки, и тот пропустил нас к лифту. Мы поднялись на третий этаж, быстро нашли нужное нам отделение, и Лиза отправилась на свои процедуры.

Я хотела было подождать ее в коридоре, но потом передумала. Как телохранитель, я обязана была повсюду находиться рядом со своей клиенткой, поэтому поспешила за Лизой.

Медсестра попросила положить мою санаторно-курортную книжку на стол, после чего велела ждать своей очереди. Лиза сидела в кресле – похоже, ванны пользовались популярностью, раз на процедуру жаждала попасть столь внушительная толпа народа.

К счастью, ждать пришлось недолго – вскоре медсестра назвала фамилию Лизы и велела ей идти в десятую кабинку. Через пару минут медсестра позвала и меня – мне досталась кабинка под номером одиннадцать.

Я догнала Лизу, и мы вместе пошли по коридору с белыми дверями, над каждой из которой висела табличка с номером комнатки. Воспользовавшись тем, что никого в коридоре нет, я тихо велела Лизе заходить в свою кабинку, а сама прошла за ней.

Быстро оглядев помещение, я убедилась, что здесь моей клиентке ничто не угрожает. В кабинке находилась лавка для верхней одежды, рядом с ней – обычная ванна, в центре которой горела зеленая кнопка. Ванна была наполнена водой; я подошла ближе и опустила в воду руку. Довольно теплая, но не горячая – что ж, сварить тут никого не пытаются, и это радует.

Лиза в замешательстве стояла рядом с лавочкой и наблюдала за моими действиями.

– И что тут делать? – шепотом спросила она меня.

Я пожала плечами.

– Судя по всему, то же самое, что и в обычной ванне. То есть лежать, – предположила я.

– Что-то мне не хочется проходить все эти процедуры, – заявила молодая женщина. – Я даже купальник не взяла… Вдруг кто-нибудь зайдет? Может, уйдем отсюда?

Я не успела ей ответить – в кабинку зашла медсестра в очках и спросила:

– Вы в первый раз? В одной ванне должен находиться один человек. У кого какая кабинка?

– У меня одиннадцатая, – отозвалась я.

– Тогда что вы в десятой делаете? – удивилась медсестра.

Я не выдержала и съязвила:

– Так, прогуляться надумала. Вдруг чужая ванна лучше моей.

– Идите в свою кабинку, – строго велела женщина. – В ванной нужно лежать пятнадцать минут. Снимаете одежду, кладете на лавку, сами залезаете в ванну и лежите, голову кладете на бортик. Когда загорится красная кнопка, вода начнет сливаться, процедура закончится.

– А сюда никто не войдет? – с опаской спросила Лиза.

Медсестра посмотрела на нее так, будто та сморозила какую-то глупость.

– Конечно же, нет! У каждого своя кабинка, не беспокойтесь. Давайте, не задерживайте очередь!

Мне пришлось оставить Лизу в одиночестве, а самой идти в одиннадцатую ванну. Делать нечего – пришлось лезть в прохладную ванну и сидеть там под мерное бульканье воды.

Я решила долго не задерживаться в ванне, убедившись, что медсестры поблизости нет, я вылезла из воды и быстро оделась. В ванне по-прежнему горела зеленая лампочка. Я тихо вышла из своей кабинки и подошла к той, где сейчас находилась Лиза.

Мне пришлось дожидаться ее снаружи – вламываться к девушке я не стала, в конце концов вряд ли средь бела дня в лечебном корпусе на Лизу кто-то станет нападать. К счастью, данная процедура длилась недолго – не прошло и десяти минут, как моя клиентка вышла в коридор.

– Я замерзла! – пожаловалась она. – Вода какая-то холодная, а красной лампочки я так и не дождалась…

Мы решили закончить на сегодня с оздоровительными процедурами – Лизе хватило и ванны, она не горела желанием идти куда-то еще на весьма сомнительные мероприятия. Молодая женщина сказала, что не прочь погулять по территории санатория, поэтому мы покинули лечебный корпус и отправились бродить по узким тенистым дорожкам. Остаток дня прошел тоскливо, однообразно и скучно. Лиза сидела возле пруда и читала книгу, я же наблюдала за отдыхающими, которым, как мне показалось, тоже было нечем заняться.

Если б я приехала в санаторий ради отдыха, а не по работе, то наверняка бы сидела в своем номере за ноутбуком и смотрела бы фильмы – других развлечений я здесь не видела. Но сериалы можно и дома спокойно смотреть, зачем, спрашивается, ехать в такую даль? Нет, что и говорить, а я не понимала, почему люди тратят немалые деньги на путевку в санаторий, неужели ради весьма сомнительных процедур? Мне так и не удалось оценить минеральные ванны – обычная прохладная вода, да и только. Видимо, я все-таки не создана для подобного отдыха… Сидя на лавочке рядом с Лизой, я стала думать, кто все-таки мог желать зла молодой женщине. Но дельных мыслей в голову не приходило, новых идей у меня не возникло. Приходилось смириться с тем фактом, что, видимо, поехала я в санаторий зря – толку от меня пока мало, да и что может угрожать Лизе здесь, в этом тихом, унылом месте?

Другим людям не было до нас никакого дела, на нас никто не обращал внимания. Не было смысла искать подозреваемых среди отдыхающих – во-первых, их слишком много, а во-вторых, вряд ли найдется хоть один человек, знакомый лично с моей клиенткой.

Я решила, что нужно сводить Лизу на консультацию к психологу – видимо, у будущей матери просто проблемы с психикой, и никакой реальной угрозы ее жизни не существует. Так и быть, побуду в санатории несколько дней, потом позвоню Ярославу и скажу, что мои услуги его жене не нужны, так как никакой опасности для Лизы я не вижу. В семь часов вечера мы пошли в столовую на ужин. Нам опять подали нечто полезное и невкусное, я только диву давалась, как Лиза умудряется все это есть. Лично я считала блюда, которыми нас кормили, совершенно несъедобными, но так как ничего другого все равно не было, приходилось набивать желудок «больничными яствами».

Интересно, есть ли поблизости хоть один продуктовый магазин? Честно говоря, после овощного рагу и салата с зеленью моя душа отчаянно требовала чего-то мясного и сытного. Несмотря на то что я неприхотлива по части еды и могу есть все подряд, к безвкусным вегетарианским блюдам я оказалась непривычна, поэтому после ужина предложила своей клиентке прогуляться за территорию санатория – поискать продуктовый универмаг.

Та очень удивилась и спросила:

– А зачем? Ведь тут столовая, кормят вроде хорошо, целых пять раз!

– Все-таки полезно знать, что находится поблизости, – пожала я плечами. – Да и еда в санатории довольно специфическая, не спорю, она полезна, но к ней надо привыкнуть.

– Да, Ирина гораздо вкуснее готовит, – призналась Лиза. – Только я сто лет не была в продуктовых магазинах, даже не знаю, что там покупать. Мы ведь готовить в номере не можем… Только если фрукты купить, их можно прямо так есть…

– Кроме фруктов в магазинах продаются и другие товары, – заметила я.

Наивность Лизы и ее абсолютная неприспособленность к жизни хоть и удивляла меня, но понемногу я привыкала к странностям девушки. Озадачивало только, как она умудрялась дожить до двадцати с хвостиком лет – и остаться до такой степени неприспособленной. Неужели ее и мама, что называется, за ручку водила до замужества? Странно…

– Ой, мы же забыли в меню отметить список блюд на завтра! – спохватилась вдруг молодая женщина.

Мы взяли листы с напечатанным списком ассортимента столовой и принялись внимательно его изучать. Прочитав весь перечень блюд, я поняла, что можно выбрать и более-менее съедобные гарниры и супы – к примеру, на обед я отметила грибной жюльен, куриные котлеты на пару и плов. Лиза остановилась на вегетарианских салатах и гречневой каше с грибами.

– Не знаю, можно ли мне грибы, – с сомнением протянула она. – Но кашу с грибами обожаю с детства… Надеюсь, ничего плохого из этого не выйдет…

Закончив с меню, мы оставили посуду на столе – официантки убирали за посетителями столовой, – после чего отправились на поиски магазина.

Нам повезло, ближайший продуктовый мы нашли неподалеку от санатория, правда, работал он до семи вечера, поэтому к нашему приходу он был уже закрыт.

– Ладно, зайдем завтра, – решила я.

– Давайте вернемся в номер! – предложила Лиза. – Честно говоря, мне сегодня весь день хочется спать – несмотря на то что я выспалась в поезде. Наверное, это акклиматизация, климат здесь все равно отличается от тарасовского…

Я кивнула, и мы вернулись в свой корпус. Лиза снова принялась за чтение, я включила интернет на мобильном телефоне и принялась изучать базы данных. Еще раз проверила охранников, дежуривших у Демьяновых, по второму кругу прочитала досье на Наталью Черкасову и Елену Семенову.

Ни на какие догадки меня это не натолкнуло, и я решила не тратить время понапрасну. В конце концов, лучше почитаю о регионе, где находится санаторий «Виктория», – вроде таксист рассказывал нам о разных достопримечательностях, почему бы не ознакомиться с информацией об экскурсионных маршрутах Ессентуков?

Первым делом я ввела в поисковый запрос название города-курорта, где находился наш санаторий.

Основным достоинством Ессентуков, естественно, являются минеральные источники с соляно-щелочными водами. Сейчас они используются для лечения болезней желудка, печени, сахарного диабета и нарушений обмена веществ. Источники были открыты в начале девятнадцатого века в болотистой местности у ручья Кислуша. Казаки волжского отряда, расположившегося возле ручья на отдых, обнаружили солоноватые водоемы с резким, неприятным запахом. Люди не рискнули пить из источников, зато лошадям странная вода понравилась, несмотря на отвратительный запах. О водоемах вскоре забыли, и только спустя двадцать лет профессор А. П. Незлобин описал все двадцать восемь источников и доказал их пользу для организма человека. В 1839 году возник курорт Ессентуки, названный по речке Ессентучок. В наши дни город пользуется огромной популярностью как у людей, страдающих заболеваниями желудочно-кишечного тракта, так и у тех, кто просто хочет отдохнуть и заодно укрепить свой организм. Ессентуки – маленький городок, пешком его можно пройти за два с половиной часа, поэтому из общественного транспорта здесь только маршрутки и такси.

Меня порадовал тот факт, что в городе огромное количество различных кафе и закусочных с национальными кавказскими блюдами, которые сильно отличаются от еды в столовой санатория.

Я просмотрела ближайшие к нам заведения общественного питания с твердым намерением завтра обязательно поесть настоящих шашлыков, а то от вегетарианского изобилия в санатории меня уже воротило. Я хотела было спросить Лизу, как она относится к идее посетить завтра какое-нибудь кафе, однако молодая женщина уже спала – даже книгу не закрыла, видимо, она сегодня сильно устала.

Я выключила свет и продолжила копаться в своем телефоне в темноте. Мне показалось, что стало душно – я встала с кровати и открыла балкон, чтобы проветрить комнату.

Был уже поздний вечер, часы показывали половину одиннадцатого, однако спать я не собиралась. Несмотря на то что Лизу пока не от кого было охранять, я не теряла бдительности, пока у меня не будет доказательств того, что «призрака» вовсе не существует, я не могла себе позволить расслабиться.

Я вошла в комнату и уселась на кровати. Надо бы просмотреть, какие экскурсии можно посетить вместе с Лизой – вскоре, подозреваю, она устанет бегать по процедурам и захочет разнообразия, поэтому надо подыскать какой-нибудь подходящий вариант.

Итак, что у нас там предлагают?.. Я пролистывала странички в интернете, прикидывая, насколько будет интересна Лизе та или иная поездка. Быть может, и правда отправиться в Пятигорск по лермонтовским местам? Лиза любит литературу, и наверняка ей будет любопытно послушать о знаменитом поэте, который, вдобавок ко всему, был еще и неплохим живописцем. Или все-таки поехать на Чегемские водопады? Места там, как я поняла, очень красивые, но экскурсия долгая, на целый день.

Нет, лучше начать с небольшой поездки, а там будет видно… Внезапно мне показалось, что в комнате стало непривычно тихо. Вроде с балкона дул легкий ветерок, я слышала мерное дыхание Лизы, но сейчас воцарилась мертвенная тишина.

Я ощутила жуткий, пронизывающий до костей холод – словно я находилась не в комнате, а в каком-то склепе.

Я медленно отложила телефон в сторону. Посмотрела на окно – темным силуэтом выделялись занавески, неподвижные, точно сделанные из камня, а не из ткани. Окно чернело зияющей дырой, и на миг мне показалось, что вокруг меня ничего нет – ни стен, ни мебели, ни моей соседки.

Я с ужасом огляделась по сторонам и попыталась встать с кровати. Однако тело не слушалось меня – такого со мной еще не было. Я поняла, что не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, меня словно парализовало.

Я молча вглядывалась в пустоту, хотя мне впервые в жизни захотелось закричать от страха. Если б кто-то сказал мне, что телохранитель Евгения Охотникова, которая ничего и никого никогда не боялась, будет трястись от ужаса, я бы рассмеялась в лицо этому человеку.

Но что было, то было – мне действительно было страшно. Самое жуткое, что страх был мне непонятен – я не могла понять, чего именно я боюсь, но это паническое чувство пронизывало до костей. Я сидела неподвижно, когда окно начало двигаться. Именно так мне показалось сначала – черная дыра вдруг стала сужаться, а что-то белое постепенно заполняло пространство. Аморфное пятно приобретало явственные очертания, и через некоторое время – не могу сказать точно, сколько минут прошло, – я увидела белый череп с зияющими впадинами глазниц и неровными зубами, искривленными в зверском оскале. Череп издавал дьявольское рычание – то ли хохот, то ли вопли. Он угрожал мне и одновременно звал за собой.

Еще недавно я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, а сейчас я встала с кровати, не осознавая своих движений, медленно подошла к распахнутой двери на балкон. Неведомая сила тащила меня к перилам балкона – они доходили мне до пояса, и я сама не заметила, как оказалась около них.

Череп все звал и звал меня, я поняла, что во что бы то ни стало мне надо добраться до него. Я протянула руки, но он все удалялся и удалялся от меня.

Я перелезла через перила и встала одной ногой на узкий выступ, за которым ничего не было видно. Только верхушка сосны маячила возле белого пятна черепа.

Я перекинула вторую ногу через перила, и… Дикий, нечеловеческий вопль прорезал воздух.

Я вздрогнула от неожиданности и едва не сорвалась вниз, с балкона пятого этажа. Меня спасли только моя молниеносная реакция и инстинкт самосохранения. Одна моя нога уже висела в воздухе, вторая соскользнула вниз, но я руками ухватилась за спасительные перила.

Я с силой подтянулась на руках, потом смогла перекинуть ноги через ограждение.

Оказавшись снова на балконе, я бросилась в комнату – кричала Лиза, похоже, она была в опасности. Я вбежала в комнату, включила свет – хорошо, что помнила, где находится выключатель. Я боялась, что, пока я выделывала на балконе немыслимые кульбиты, мою клиентку кто-то пытался убить, однако, кроме Лизы и меня, никого в комнате не было.

Молодая женщина вопила, точно ее резали на живую. Ее глаза были широко раскрыты, но взгляд был остановившийся, стеклянный.

Я поняла, что меня она не видит.

– Лиза, очнитесь! – Я принялась трясти ее, пытаясь привести в чувство.

Но несчастная не успокаивалась, наоборот, она принялась вырываться, старалась вцепиться ногтями мне в лицо, выцарапать мне глаза.

Я отступила в сторону. Взгляд упал на одноразовый стакан минеральной воды, которую выдавали нам в столовой. Лиза принесла воду с собой, но выпить ее забыла.

Я схватила стакан и выплеснула воду женщине на лицо. Боялась, что не подействует – учитывая состояние моей клиентки, ее можно было привести в чувство, вылив на голову ведро ледяной воды, а не маленький стакан.

Однако, вопреки моим опасениям, Лиза вдруг замолчала. Она часто заморгала глазами, осоловело посмотрела на меня. Открыла рот, пытаясь что-то сказать, но, вероятно, не могла выстроить связную фразу.

– Лиза, это я, Женя, – спокойно, внятно проговорила я. – Вы меня помните? Женя, ваш телохранитель.

– Женя… – пробормотала молодая женщина, потом поднесла руку ко лбу и вытерла капли минералки. – Что… что случилось? Где она?

– Кто? – не поняла я. – Вы кричали, вам приснился кошмар?

– Нет… не кошмар… – тихо проговорила женщина. – Я… я видела ее… Она убила Ярослава…

– Кто убил вашего мужа? – не поняла я. – Лиза, мы с вами в санатории на Кавказе, ваш муж в Тарасове. Вы не могли его видеть, вам приснился страшный сон!

– Да нет же, это не сон был! – отчаянно замотала головой несчастная женщина. – Она снова заявилась сюда, за мной. И с ней был Ярослав. Она сказала, что я пытаюсь сбежать, но у нее мой муж. И она убила его!

– Вы снова видели призрака? – уточнила я.

Лиза кивнула.

– Точнее, я не знаю, видела ли именно эту женщину, – произнесла она. – Я поняла, что это была она. Но Ярослава я видела так ясно, как сейчас вижу вас… Это не могло быть сном – все слишком реально, как наяву!

– И все-таки вашего мужа здесь нет и быть не может, – задумчиво пробормотала я.

К счастью, Лиза не видела, как я сама совсем недавно едва не спрыгнула с пятого этажа – представления не имею, как бы я объясняла ей свое поведение.

Похоже, у меня самой крыша поехала, раз я выделываю такие вещи. Если б дело касалось кого-то другого, я решила бы, что без наркотиков тут не обошлось, столь сильные галлюцинации, как у меня и у Лизы, возникают вследствие употребления сильнодействующих веществ. Но ни моя клиентка, ни я наркотики не употребляли, спиртное – тоже.

Могли ли нам что-то подсыпать? Отрицать этого нельзя. За каждым из местных обитателей закреплено особое место за столиком… Ну и… подсыпать какой-нибудь препарат проще простого.

Но кто это мог сделать? Зачем? Кому лично я помешала?

А дело-то серьезное. Если бы Лиза закричала секундой позже, наверняка я бы с ней сейчас не разговаривала, мне чудом удалось избежать если не смерти, то серьезных травм от падения с пятого этажа. Моя клиентка только что, сама того не зная, спасла мне жизнь, хотя по законам жанра все должно быть в точности до наоборот.

– Вы считаете, что я совсем с ума сошла? – тихо спросила Лиза. – Понимаю, я и сама уже не знаю, в здравом я рассудке или нет… Похоже, и правда мне психушка светит…

– Нет, Лиза, вы не сошли с ума, – я покачала головой. – Дело тут не в психике, боюсь, ваши страхи не беспочвенны.

– Почему вы так считаете? – округлила глаза молодая женщина.

Я решила ей не говорить всю правду, но и утаивать то, что произошло со мной, не стала.

– Вы говорите, что ваше видение не было похоже на обычный сон, верно? – проговорила я. – Вы видели все как наяву. Но и у меня было нечто подобное, правда, призраков я не видела, но галлюцинацией эту чертовщину назвать можно. В сверхъестественные вещи, как я уже говорила, я не верю, следовательно, мы с вами вдвоем что-то выпили или съели или чем-то надышались, после чего вам привиделся ваш муж, а мне… ладно, не будем вспоминать весь этот бред, не о том речь.

– Так вы… вы тоже видели ее? Призрака? – Лиза побледнела так, словно сама только что снова увидела привидение. – Вы понимаете, о чем я говорила?

– Именно вашего призрака я не видела. – Я отрицательно покачала головой. – Но у меня были галлюцинации, которые прервал ваш крик. Поэтому я делаю вывод, что мы с вами не просто так видим всякие странные вещи. Скорее всего, кто-то сильно постарался и отравил вас и меня за компанию. Если бы мы с вами пили вино или дружно принимали наркотики – то понятно. Но так как ни вы, ни я подобными вещами не занимаемся и не занимались, напрашивается вывод: в крови у нас есть вещество, которое вызывает странные видения. Теперь давайте вспоминать, что было, когда мы с вами приехали в санаторий. Ведь в поезде вам ничего не снилось, верно?

– Нет, я вообще спала как убитая… – потрясенно прошептала Лиза. – Вы уверены? Что здесь… в этом санатории, все это…

– Лиза, послушайте меня внимательно, – прервала я ее. – Я, как вы могли догадаться, человек невпечатлительный, учитывая специфику моей работы, можно заключить, что справляться с подобными обязанностями может лишь физически крепкий, специально подготовленный профессионал, для которого не существует таких слов, как «усталость», «страх», «эмоциональность». Иными словами, я могу не спать в течение нескольких ночей, совершать тяжелую физическую работу, могу обходиться без еды довольно долгое время и при этом не испытывать практически никакого дискомфорта. Теперь ответьте на вопрос: может ли человек с подобными возможностями видеть кошмары?

– Не знаю… – замешкалась женщина.

– Я вас уверяю – нет. В моей профессии стабильная психика – один из основополагающих факторов. Я не испытываю страха – когда я вижу, что моему клиенту или мне угрожает опасность, я действую. Паника – худший спутник, которого только можно себе представить, если человек поддается ей, он проигрывает. Поэтому тот факт, что у меня появились галлюцинации, говорит о том, что ваши призраки – не плод вашей фантазии. Кто-то специально запугивает вас, возможно, вам и дома кто-то подмешивал что-то в еду или напитки, раз вы постоянно видели привидений.

– Да не может такого быть! – воскликнула Лиза. – Ирина – проверенный человек, и потом, я постоянно видела одну и ту же женщину-призрака. А сегодня… Сегодня все было немного по-другому. Дома она никогда не появлялась вместе с Ярославом, а сегодня она убила моего мужа! Это было так правдоподобно, словно произошло наяву… Надо ему позвонить – вдруг с ним и правда что-то случилось?..

– Лиза, сейчас два часа ночи, – проговорила я. – Не думаю, что ваш муж будет в восторге, если вы его разбудите. Вы же созванивались с ним вечером и днем, сомневаюсь, что за это время что-либо изменилось.

– А вдруг ему плохо? – настаивала на своем женщина. – У меня плохое предчувствие…

– Лиза, успокойтесь, – велела я. – Лучше вспомните, что мы с вами вместе ели. В магазин мы не зашли, там было закрыто. Значит, в столовой что-то подмешали… Но кто и зачем?

– Действительно… – растерялась она. – Я никого здесь вообще не знаю… Если бы мы отравились, то и другие отдыхающие тоже видели бы галлюцинации…

Я вспомнила обслуживающую нас официантку. Лизе она была незнакома, мне – тем более. Но другого варианта быть не могло, мы питались только в столовой! В поезде ведь ни я, ни моя клиентка никаких кошмаров не видели, все эти странности случились после приезда в санаторий!

– Что ж, раз других вариантов у нас нет, то придется поступить следующим образом, – медленно проговорила я. – Я не могу допустить повторения того, что произошло с нами ночью. Значит, нам надо вести себя очень осторожно. А это означает, что в столовой мы питаться с вами не будем, завтра зайдем в магазин и посмотрим, можно ли там что-то купить съедобное. На худой конец в Ессентуках имеются кафе и закусочные, поэтому придется завтракать, обедать и ужинать за пределами санатория. Пока я не разберусь во всей этой чертовщине, рисковать нельзя.

Глава 6

Оставшаяся ночь прошла более-менее спокойно, правда, спать я не стала – насыпала в стакан несколько ложек растворимого черного кофе, залила кипятком из кулера. Вряд ли вода в кулере отравлена – я склонялась к мысли, что отравили нас с Лизой именно в столовой. И утром я намеревалась выяснить, кому и зачем это понадобилось. Моей клиентке все-таки удалось заснуть, проспала Лиза до половины восьмого утра.

Завтрак по расписанию начинался в девять, поэтому я велела молодой женщине привести себя в порядок и спускаться в столовую.

– Но мы же хотели купить еду в магазине! – напомнила она мне.

– Да, я на этом настаиваю, – подтвердила я. – Но в столовую мы должны пойти, мне надо проверить всех официантов. Вчера я проявила неосмотрительность и не запомнила фамилии и имена обслуживающего персонала, поэтому сегодня необходимо выяснить, кто работает в столовой.

– А, теперь понятно… – пробормотала Лиза. – Тогда пойдемте… Есть мне все равно сейчас не хочется, я чувствую жуткую усталость…

Она и впрямь выглядела неважно – лицо бледное, огромные круги под глазами. Несмотря на то что я не сомкнула глаз ночью, мой вид и то был гораздо лучше, по крайней мере, я выглядела так, словно сегодня отлично выспалась. Здорово выручил кофе – я порадовалась, что взяла с собой целую банку растворимого.

Лиза открыла холодильник, вытащила бутыль с минеральной водой, которую я накануне набрала в питьевой галерее.

– А вдруг ее сегодня уже нельзя пить? – с сомнением покосилась она на бутылку. – Ведь говорят, что целебные свойства воды сохраняются недолго…

– Давайте лучше наберем холодную воду в кулере, – предложила я. – А эту выльем, мало ли, вдруг и правда ее не стоит пить. Честно говоря, у меня уже все вызывает здесь подозрения. Поступим так: еду и напитки будем покупать на один раз, ничего не оставлять в номере без присмотра. Лучше перестраховаться, нежели подвергать себя лишней опасности.

Лиза положила бутылку на место, мы вышли из номера и закрыли дверь. Ключ сдали на вахту – можно было брать его с собой, но Лиза боялась, что по неосторожности мы можем потерять ключ, и я не стала ее лишний раз нервировать. По пути мы набрали в стаканы воду из кулера, а потом прошли в столовую. Завтрак еще не принесли. Мы уселись за столик, я принялась оглядывать зал. Дежурила та же официантка, что и вчера, чему я несказанно обрадовалась.

Я прочитала ее фамилию и имя на бейджике – Воронцова Екатерина. Другую официантку, высокую и худощавую женщину лет сорока, звали Розой Арсеньевой. Я вспомнила, что видела ее накануне, значит, моя задача здорово упрощается. Другого персонала в столовой не было, я записала в маленький блокнот имена и фамилии официанток и сразу же открыла на мобильнике базу данных. Воронцова Екатерина родилась в Пятигорске, в Ессентуки переехала три года назад, и все это время работала в санатории «Виктория». Она была замужем, имела двоих детей, обоим по семь лет. Дети ходили в школу в Ессентуках, муж Екатерины Арсений работал таксистом. Судим никто из Воронцовых не был, семья считалась добропорядочной. В Тарасове никто из них не был. Роза Арсеньева родилась в Ессентуках, окончила машиностроительный техникум, но по специальности никогда не работала. Была замужем, но в настоящее время разведена, в санатории работает полтора года. До этого женщина занималась продажей одежды в магазине «Низкие цены», потом какое-то время работала продавцом в сувенирном отделе. Очевидно, зарплата везде была низкой, вот Роза и устроилась официанткой в столовую «Виктории».

Как я поняла, и Екатерина, и Роза не только разносили еду, но и убирались в столовой, а также помогали повару готовить блюда. График работы официанток – неделя через неделю, с восьми утра до десяти вечера. Судя по информации, полученной в базе данных, ни у Арсеньевой, ни у Воронцовой не было мотива ненавидеть Лизу, и вряд ли именно они подсыпали нам в еду какую-то отраву.

Я тихо попросила свою клиентку приглядеться к официанткам и хорошо вспомнить, встречала ли она их раньше.

Лиза некоторое время всматривалась в лица женщин, потом покачала головой.

– Впервые их вижу, – проговорила она. – Мы же только вчера сюда приехали, я не помню даже, кто нам еду приносил… Не обратила внимания…

– Лиза, а та женщина-призрак, она походила хоть на кого-то из этих женщин? – спросила я.

– Нет, я бы не сказала… – неуверенно прошептала будущая мать. – Призрак, та, кого я видела по ночам, была высокой и темноволосой. Я не видела ее лица – оно какое-то расплывчатое было, но она не похожа на них.

– Ладно, но вы еще все-таки подумайте, – попросила я ее. – Еду не ешьте, притворитесь, что пробуете. После завтрака пойдем в магазин.

– Да я и не хочу, – пожала плечами та.

Нам принесли завтрак – кашу и запеканку, которые выглядели не слишком аппетитно. На тарелках рядом с запеканкой лежало два кусочка масла, которые следовало намазать на хлеб – этакий вариант бутерброда. В углу зала стоял кофейный автомат, к которому выстроилась внушительная очередь жаждущих взбодриться утренним эспрессо.

Я к кофемашине не подошла, не хотелось лишний раз рисковать. Посмотрим, будут ли нас с Лизой мучить галлюцинации после всех предпринятых мер… Мы дружно поковыряли кашу ложками, я намазала масло на хлеб и положила рядом. Немного подумав, отломила кусок бутерброда и незаметно положила его в салфетку, которую потом намеревалась выбросить. Если б дело происходило в Тарасове, я бы сразу отнесла образцы пищи на экспертизу, чтобы выяснить, были ли там следы каких-то веществ. Но, увы, в Ессентуках у меня такой возможности не было, а за десять дней еда испортилась бы даже в холодильнике. Поэтому мне пришлось отказаться от идеи проверить пищу из столовой. Мы немного посидели за столиком, потом покинули столовую. Сразу отправились в магазин за воротами нашей лечебницы.

Помимо продуктов, в универмаге торговали сувенирной продукцией, и Лиза, несмотря на жуткую ночь, тут же устремилась к полке с кружками, магнитиками и чайными ложками, присматривая покупку.

Я наполнила корзину питьевой водой, хлебом и пакетикам каши, которую следовало заварить кипятком. Нашла салаты в контейнерах, согласно сроку годности, они были свежими. В крайнем случае, днем мы можем сходить в кафе и нормально поесть, а для завтрака сгодится и такой набор продуктов. Лиза прихватила кружку с изображением Эльбруса, сказала, что привезет подарок Ярославу. Утром она ему звонила, выяснила, что муж пребывает в добром здравии и находится на работе.

Я порадовалась, что моя клиентка немного успокоилась, узнав, что с Ярославом все в порядке. Оплатив покупки, мы решили прогуляться по парку Победы, который находился рядом с санаторием. Парк оказался довольно большим и ухоженным. На асфальтированной дорожке стояли красивые лавочки, мы уселись на свободную, и Лиза стала наблюдать за белками, которые были совсем ручными и нагло требовали еду.

– Жалко, что мы орешки не купили! – воскликнула молодая женщина. – Женя, как думаете, белкам можно дать хлеб?

– Почему бы и нет, – пожала я плечами.

Лиза с энтузиазмом достала батон, приобретенный в универмаге, и принялась разбрасывать кусочки хлеба на газоне. Отломила горбушку, отправила ее в рот и с удовольствием проговорила:

– А хлеб-то вкусным оказался! У нас в Тарасове такой не продают…

Я тоже попробовала батон – моя клиентка оказалась права, в Ессентуках хлеб был похож на настоящий, прямо из печи. Вдвоем мы быстро уничтожили батон, потом я предложила Лизе салат.

Наверное, мы смотрелись весьма странно – сидим на лавочке, жуем на двоих батон, уплетаем салаты из контейнеров… В жизни бы не подумала, что я стану заниматься подобными вещами, вместо того чтоб заказывать себе дорогую еду в ресторанах. Но Лизе подобная затея показалась веселой – она болтала ногами, точно девчонка-подросток, наслаждаясь вкусом крабового салата из контейнера.

– Ой, я же забыла, нам ведь надо идти на процедуры! – внезапно спохватилась Лиза, доставая санаторно-курортную книжку, которую нужно было всегда носить с собой. – Сегодня у меня опять ванны, радоновый душ на голову и бассейн. Надо же, бассейн каждый день написан, а у вас, Женя, что?

– У меня ванна с бассейном, – сверилась я со своей книжкой. – Вы хотите идти на процедуры?

– Ну раз это нужно, значит, придется! – заметила Лиза. – А то получится, что мы нарушаем правила проживания в санатории. В книжке сказано, что проживающий должен выполнять все предписания врача, то есть посещать процедуры. А у меня купальник в номере, надо его взять… Бассейн уже через полчаса, нам надо торопиться!

Я пожала плечами – понятное дело, нам никто и слова не скажет, если мы не явимся на какую-либо процедуру. Но вот Лизе, видимо, с детства вбивали в голову, что она должна быть «послушной девочкой» – делать что говорят, пусть даже самой ей этого не хочется, никого не расстраивать, всем пытаться угодить. Об интересах самой Лизы никому и в голову не приходило подумать – ни ее матери, ни мужу.

Я уверена, что когда женщина родит ребенка, то всю себя посвятит ему, а когда он вырастет, то тоже станет пользоваться матерью, как, впрочем, и все родственники Лизы.

Пока мы шли к нашему корпусу, я не удержалась и спросила свою клиентку:

– Скажите, а если бы вы приехали в Ессентуки не в санаторий, а просто на отдых, то чем бы стали заниматься? Я имею в виду, если бы вам не нужно было проходить все эти процедуры?

– Не знаю, – пожала плечами та. – Я не задумывалась… Наверное, гуляла бы в городе и по парку, белок бы кормила. Они такие забавные и милые!

– Как мало нужно человеку для счастья! – улыбнулась я. – Вы – уникум, Лиза! Обычно люди, которые приезжают на курорт, тратят кучу денег на развлечения и экскурсии. А вам достаточно посидеть в парке да кормить белок!

– Нет, поехать на экскурсию я бы тоже очень хотела! – возразила молодая женщина. – Таксист рассказывал, что здесь есть музей Лермонтова. Наверное, там очень интересно, у Лермонтова замечательные поэзия и проза!

– Так в чем же дело? – удивилась я. – Недалеко от магазина есть будка с продажей экскурсий. Мы могли бы заглянуть туда и посмотреть, какие предлагаются поездки.

– Но у нас процедуры! – заколебалась Лиза. – Их ведь нельзя пропускать, боюсь, ничего не получится…

– У других-то получается, – пожала я плечами. – Здесь полно отдыхающих в санаториях, и, несмотря на это, люди успевают и на экскурсии выбираться, и просто по городу гулять.

– Мне надо подумать… – неуверенно проговорила молодая женщина. – Пока я боюсь уезжать отсюда надолго. Вдруг мне плохо станет? Или опять… опять «она» появится?..

– Вы про призрака говорите? – догадалась я.

Лиза кивнула.

– Пока мы соблюдаем правила безопасности, то есть не посещаем столовую, думаю, привидения нам не грозят, – задумчиво произнесла я. – Вы, кстати, не голодны? Может, сходим в кафе?

– Нет, лучше в бассейн, а то опоздаем, – покачала головой Лиза. – К тому же мы только что позавтракали.

Мы зашли в номер, Лиза быстро вытащила из чемодана пакет с купальником, сунула в сумку полотенце. Потом вытащила пакет, очевидно, передумала брать его с собой. Вытряхнула купальник в сумку, вытащила санаторно-курортную книжку, открыла ее и с ужасом воскликнула:

– Женя, в бассейне нужны шапочки! Я же забыла взять свою, что нам теперь делать?

– Ну, если шапочек нет, нас никто туда не пустит, – спокойно заметила я.

Лиза была в отчаянии.

– А как же бассейн? Нет, нам надо во что бы то ни стало купить шапочки! Давайте спросим, где они продаются!

Примерно с полчаса мы гонялись по всем корпусам в поисках злополучных шапочек для душа. Лизе во что бы то ни стало нужно было попасть в бассейн, как будто от этого зависела ее жизнь.

А я размышляла: у нее и впрямь такой своеобразный характер? Гиперответственность своего рода? Или все-таки девушку кто-то подтравливает, что не может не сказаться на поведении…

В конце концов мы нашли магазин с курортными товарами, где приобрели две шапочки для душа, и моя клиентка наконец-то успокоилась. Правда, в бассейн мы опоздали на пятнадцать минут, но нас пропустили, попросив впредь приходить вовремя. Не знаю, зачем Лизе понадобилось вообще идти плавать – она особо не усердствовала, в основном стояла возле стеночки да смотрела на воду.

Бассейн оказался небольшим – всего двенадцать метров, куда с трудом умещалась толпа народу, жаждущая поплескаться в воде. От обычного бассейна он отличался наличием двух душей – в одном из них вода стекала плоской струей, другой напоминал фонтан.

От скуки я нарезала круги по бассейну, ожидая, когда моей клиентке надоест стоять возле стенки, но Лиза раньше положенного времени не ушла. Только когда души выключили, объявив, что пора покидать бассейн, молодая женщина не спеша поднялась по лесенке и, дождавшись меня, пошла в душ. Я ожидала, что после плавания Лиза захочет посидеть в номере и почитать книжку, однако сильно ошиблась. Нет, моя клиентка бросилась выполнять хитрый квест под названием «пройти все процедуры».

Сразу после бассейна мы побежали принимать ванны, потом Лиза объявила, что ей жизненно необходим радоновый душ, и мы ринулись в другой корпус с такой скоростью, словно за нами гналась добрая сотня чертей.

Лиза, похоже, и думать забыла о том, что она беременна, оздоровительные процедуры волновали ее гораздо больше.

Только когда мы посетили все мероприятия на сегодня, моя клиентка немного успокоилась.

– Вроде везде успели, – заметила она. – Надо же, прошло не так много времени, как я думала! Еще только половина первого, а мы все сделали!

– Восхитительно! – хмыкнула я. – Давайте пойдем вывесим купальники, а потом подумаем, где лучше пообедать.

В номере Лиза принялась вытряхивать содержимое своей сумки, я же открыла интернет на телефоне и стала искать более-менее хорошее кафе поблизости.

Возле санатория имелась только одна закусочная, однако в ассортименте были лишь мучные изделия. Я-то могла обойтись и хот-догом с кофе, но вот Лизе, боюсь, такая еда могла только навредить.

Более-менее приличное кафе находилось недалеко от железнодорожного вокзала – там, как я поняла, был и «Макдоналдс», и кофейня, и небольшой ресторанчик с традиционной кавказской кухней. Я взглянула на ассортимент местных блюд, и, в принципе, меню показалось весьма привлекательным. Возле санатория я видела остановку – до вокзала ездила маршрутка номер четырнадцать, но пользоваться общественным транспортом не хотелось. В Тарасове я привыкла ездить на своем автомобиле, а ввиду отсутствия его предпочитала вызывать такси.

Я собиралась рассказать Лизе о своих планах, но, посмотрев на нее, увидела, что моя клиентка неподвижно сидит на полу возле своей сумки и молча смотрит вниз.

– Лиза? – позвала я.

Неужели у нее опять галлюцинации? Но почему? Мы ведь не завтракали в столовой…

Та медленно повернула голову в мою сторону. В ее глазах читался неподдельный ужас.

– Что случилось? – Я подошла к Лизе и взглянула на ее сумку. Среди мокрых вещей и шлепок – женщина не успела ничего вывесить на балкон – я увидела папку с паспортом Лизы и санаторно-курортную книжку. И еще кое-что – две карты, слишком большие для игральных, обе с детальными, хорошо прорисованными изображениями. Я склонилась над картами и стала внимательно их рассматривать, не дотрагиваясь до них руками. На одной была изображена сидящая на троне женщина в золотой короне, одетая в красную мантию. В правой руке женщина держала меч, в левой – весы. Сверху значился номер карты римскими цифрами – одиннадцать, внизу я прочла надпись «Justice». На второй карте был нарисован всадник в черных доспехах. Он сидел на белом коне, в руках его было черное знамя, а вместо лица был изображен череп. Номер карты – тринадцать, внизу подпись «Death».

– «Правосудие» и «Смерть», – задумчиво перевела я. – Лиза, это ваше?

– Нет… – отрицательно покачала головой она. – Я впервые это вижу… Они в моей сумке лежали, но это не мои карты!

– Это карты Таро, если я не ошибаюсь? – спросила я.

Гаданием я, естественно, никогда не увлекалась, но о картах Таро знает, наверное, любой человек.

Лиза молча кивнула.

– Да. Первая – карта «Правосудие», или «Справедливость». Она, если я не ошибаюсь, означает приговор, закон, судьбу, рок. Карта «Смерть» – это рок, неизбежный конец, гибель. А сочетание двух карт усиливает значение каждой. Смерть и возмездие… Только за что?..

– Вы занимаетесь гаданием на Таро? – поинтересовалась я, пока не разделяя ужаса Лизы.

– Нет, гадала моя подруга, когда мы были подростками, – проговорила молодая женщина. – Я вам рассказывала, Наташа увлекалась Таро. А я просто смотрела толкование Старших арканов – это было очень интересно, Таро значительно отличаются от обычных игральных карт. Может, поэтому и помню значения некоторых арканов.

– Лиза, а вы где оставляли свою сумку без присмотра? – задала я вопрос. – Насколько я помню, вы сумку всегда держите при себе, так? Даже на процедуры вместе с ней уходили, мы с вами всегда вместе везде ходим.

– Правда, я не расстаюсь с сумкой, ведь здесь паспорт и карта с наличными! – воскликнула Лиза. – В бассейне я сумку в шкафчике оставляла, но они запираются на ключ. На процедуре с радоновым душем головы сумка была у меня на коленях, в номере я тоже ее не оставляла… Не знаю, как эти карты у меня появились, мистика какая-то…

– Ночью тоже никто не мог зайти в номер – ведь я не спала, – добавила я. – Я тоже хорошо помню, что сумка была всегда при вас. Разве что кто-то взял ключ от вашего шкафчика в бассейне, открыл его и подкинул Таро вам в сумку?

– Получается, так… – согласилась со мной женщина. – Но ключ ведь был в моем пакете с мылом и мочалкой, он висел на крючке, а в бассейне никто не выходил до окончания занятия!

– Я тоже не видела в бассейне посторонних. – Я попыталась вспомнить, подходил ли кто-нибудь к вешалке с пакетами, однако, как и Лиза, я никого не видела. – Лиза, а вы вчера проверяли свою сумку? – спросила я женщину.

Быть может, карты подкинули не сегодня, а в день нашего приезда в санаторий. Но и тогда моя клиентка всюду ходила со своей сумкой, ни на секунду не оставляя ее без присмотра.

Признаться, у меня не было никаких идей по поводу того, каким образом карты могли попасть к Лизе.

– Я не помню… – пробормотала Лиза. – Только санаторно-курортную книжку доставала, и все. Паспорт я вытаскивала, когда мы были в регистратуре, деньги и карточка вчера мне были не нужны, мы ничего не покупали. Шапочки сегодня – и то вы за них заплатили, чтоб побыстрее было. Я вам ведь деньги за свою должна и за еду, простите, что сразу не отдала…

– Лиза, угомонитесь с деньгами, это сущая ерунда! – воскликнула я. – Сейчас главное не это, а когда и как карты Таро оказались в вашей сумке! Если мы разберемся с этим вопросом, то расследование здорово продвинется вперед. По крайней мере, будет ясно, кто мог подложить карты, понимаете?

– Ну да, – кивнула женщина. – Вот только никто не мог, я не помню, чтобы моя сумка куда-то пропадала. И к нам с вами никто не подходил, никто не разговаривал. По-моему, обычный человек это не смог бы сделать.

– Ладно, надо будет еще раз все обдумать, – заметила я. – Вы не возражаете, если я возьму карты Таро себе? Жаль, что вы трогали их руками, на них ваши отпечатки пальцев. Так бы мы могли вычислить злоумышленника, отдав карты на экспертизу в Тарасове.

– Я об этом не подумала, простите…

– Ничего страшного, – проговорила я, вытаскивая из сумки целлофановые перчатки для изъятия улик.

Я решила все же не оставлять на картах своих отпечатков – кто знает, может, повезет, и на экспертизе, куда я все-таки намеревалась отнести две карты Таро, смогут обнаружить все отпечатки пальцев.

Карты я положила в свою сумку. Не снимая перчаток, я попросила у Лизы ее сумку и внимательно осмотрела ее содержимое. Но, кроме толстой книги, документов и денег с картой, внутри ничего не было. Я вернула сумку своей клиентке и произнесла:

– Ладно, пока оставим все как есть – может, потом что-то прояснится. Вы все-таки еще раз хорошенько вспомните, не оставляли ли вы сумку без присмотра, хотя бы ненадолго. Если что вспомните, сразу говорите, даже если это покажется вам несущественным.

– Хорошо… – пробормотала женщина.

– Ладно, постарайтесь не переживать понапрасну, пока ведь ничего страшного не случилось. Кто-то просто не оставляет попыток вас запугать, и только.

– Ага, так карты означают смерть! И расплату за грехи! – воскликнула Лиза. – Что, если это – предсказание? Вдруг я умру или мой муж Ярослав, как в том видении? Эти символы оказались в моей сумке не просто так!

– Никто не умрет, – заверила я молодую женщину. – Преступнику и нужно, чтобы вы испугались, понимаете? Если вы начнете паниковать, это значит, злоумышленник добился своего. Нам надо что-то придумать, чтобы он совершил ошибку и выдал себя. Пока он действует осторожно и расчетливо, то есть находится не в состоянии аффекта. Ясно, что он хочет – чтобы вы потеряли над собой контроль. Мне только интересно, знает ли злоумышленник о том, что я – ваш телохранитель? Вроде мы с вами не разговаривали громко в столовой на темы, касающиеся ваших «привидений», со стороны мы выглядим как знакомые, которые вместе приехали на курорт… И в то же время вокруг постоянно полно народу – отдыхающие, сотрудники санатория, любой может оказаться преступником. На то, чтобы проверить абсолютно всех, не хватит и месяца, а мы здесь всего-навсего на десять дней…

– Что же делать? – растерялась Лиза.

На ее лице появилось отчаяние.

– Во-первых – сохранять спокойствие, – пожала я плечами. – Во-вторых, соблюдать меры безопасности, как мы с вами уже договорились. И в-третьих – нормально пообедать, батон и салаты в контейнерах, согласитесь, не самая здоровая еда…

Прежде чем отправиться на поиски кафе, я сняла прослушивающее устройство с дверного косяка и просмотрела запись. Но, кроме нас, в номер никто не входил – весь вчерашний день был полностью записан на камеру.

Запись заканчивалась на том моменте, когда Лизе приснился кошмар, больше места на прослушке не было. Я пожалела, что слишком поздно сняла жучок – после моих галлюцинаций у меня из головы вылетело, что я вообще его установила. Делать нечего – пришлось заменить жучок на новую прослушку и понадеяться, что на этот раз я смогу увидеть или услышать хоть что-то стоящее.

Лиза с удивлением наблюдала за моими манипуляциями – я поняла, что жучки она видит впервые в жизни.

– Ничего себе! – восхитилась молодая женщина. – Это же как видеокамера, да? Только снимает она всегда, не требуется ни на что нажимать и наводить объектив!

– Фильмы про шпионов видели? – усмехнулась я. – Там герои только и делают, что устанавливают прослушивающие устройства. Иногда это помогает, не спорю. Но не сейчас.

– Вы думаете, что кто-то приходил в номер, пока нас не было? – предположила Лиза.

Я пожала плечами.

– Наверняка в номера приходит уборщица или горничная, – заметила я. – Только у нас ее, похоже, не было – в комнате не убрано, даже странно. По идее, горничные каждый день должны убираться. Надо узнать у вахтера… Но если вы свою сумочку в номере не оставляли, наша ленивая уборщица вообще ни при чем. Или все-таки вы выходили без нее?

– Нет, что вы! – ужаснулась Лиза. – Я никогда не расстаюсь с документами и деньгами! Честно говоря, я не раз слышала, что в отелях горничные бывают нечисты на руку. Сколько раз людей грабили, пропадали ценные вещи… Поэтому я всегда беру с собой удостоверение личности и наличку с картой!

– Это правильно, – задумчиво проговорила я. – Ладно, идемте в кафе. Давайте я вызову такси…

Мы доехали до вокзала быстро – Лиза предлагала воспользоваться маршруткой, мы даже пошли на остановку, однако выяснилось, что маршрутное такси номер четырнадцать ходит очень редко и не по расписанию. Гулять до вокзала по такой жаре ни мне, ни Лизе не хотелось, поэтому я быстро вызвала по приложению в мобильном машину. В центре городка и в самом деле были кафе на любой вкус и кошелек. Я поинтересовалась у Лизы, есть ли у нее предпочтения по части еды, но молодая женщина, как мне показалось, вообще не хотела куда-либо идти.

– Что такое? – забеспокоилась я, глядя на свою спутницу.

Выглядела она неважно – бледная, испуганная и какая-то потерянная. Может, ей плохо? Как-никак, Лиза беременна, а тут столько всего произошло…

– Вам плохо? – спросила я.

Лиза отрицательно покачала головой.

– Нет… не знаю, я просто… просто мне страшно, – наконец проговорила она. – Мне здесь не нравится. Я ведь надеялась на то, что здесь призрак от меня отвяжется, а все становится только хуже! Сначала этот ночной кошмар, потом – карты Таро, а что будет дальше? Может, лучше домой уехать? Там хотя бы Ярослав рядом, точнее, относительно рядом. Но он ведь иногда приходит ночевать!

– Лиза, не спешите принимать решения, мы здесь только второй день! – воскликнула я. – Не думаю, что ваш муж будет в восторге, если мы сдадим путевку…

– Вот-вот, мы здесь всего лишь два дня, а уже столько всяких ужасов! – возразила Лиза. – Не хочу даже думать, что произойдет дальше!

– Успокойтесь, все будет в порядке, – попыталась убедить ее я.

Конечно, я понимала, что моя клиентка особо не верит в то, что я могу ее защитить – учитывая то, что ночью мы на пару с ней смотрели увлекательные глюки. К тому же я не могла дать нормального объяснения тому факту, что у Лизы в сумке оказались злополучные карты Таро. Любой бы на месте Лизы засомневался в профессионализме телохранителя, который и сам не может разобраться в происходящей чертовщине. Но я и в самом деле пока ничего не могла сделать – кроме неотлучного сопровождения своей клиентки по территории санатория и за его пределами. Правда, и в этом проку почти не было, ведь смогли же подбросить Лизе в сумку карты Таро! Я еще раз задумалась над вопросом, как могли карты оказаться у Лизы. Должно же этому быть разумное объяснение! Почему мне ничего не приходит на ум? Может, я утратила профессиональную смекалку и рассудительность?

Не хотелось признавать свое поражение, но если я не справлюсь с делом Демьяновых, получается, мне пора в отставку! Можно допустить, что кто-то и впрямь подбросил ей жуткие картинки, пока мы в бассейне плескались. И у этого кого-то была отмычка… или ключ.

Местный работник? Но их вроде бы нанимают заранее. И где Тарасов, а где Ессентуки? Можно было бы проникнуть в местный отдел кадров, проверить, не появился ли кто из новеньких среди персонала непосредственно к нашему приезду. Но… Лизу я оставить не могу, а она с ее характером мои незаконные поползновения вряд ли одобрит. Куда ни кинь… Я решила оставить депрессивные мысли и проговорила:

– Идемте хотя бы в кафе, не зря же мы сюда приехали. Хотя бы поедим по-человечески…

Мы отправились в ресторанчик кавказской кухни. Ресторан, конечно, – чересчур громкое название, хотя бы потому, что официантов, разносящих подносы с заказами, здесь не было. Меню стояло на барной стойке, нужно было посмотреть ассортимент блюд и там же, у стойки, сделать заказ.

– Давайте поглядим, что здесь готовят, – предложила я Лизе.

Та безучастно кивнула, и мы вместе подошли к меню.

– Я все равно ничего не понимаю, – призналась Лиза, оглядев список блюд. – Что такое «гедлибже»? Или «аджапсандал»? Звучит, если честно, не слишком жизнеутверждающе… Может, вы сами выберете и закажете? Только мне много мяса и сладостей нельзя, я могу есть только курятину или индейку, а вместо шоколада приходится питаться фруктами…

– Ладно, садитесь за столик, я сейчас разберусь, что здесь лучше попробовать, – решила я.

Лиза покорно уселась за стол возле окна, я же обратилась к продавцу, повару, а заодно и хозяину заведения с просьбой разъяснить непонятные мне термины.

Выяснилось, что «гедлибже» – это обычная курица, тушенная со сметаной, луком и чесноком, а «аджапсандал» – всего-навсего блюдо из баклажанов, сладкого перца и помидоров. Изысканный вкус этого овощного рагу объясняется тем, что овощи сперва обжариваются по отдельности, а затем только тушатся вместе. По словам повара, благодаря такому приготовлению достигается настоящее волшебство, блюдо просто невероятно вкусное и ароматное.

– Вы меня убедили! – улыбнулась я и заказала Лизе курицу в соусе и овощной «аджапсандал».

Себе тоже взяла кавказское овощное рагу и популярный среди туристов бешбармак – баранину со специями в тонком тесте.

– Присаживайтесь, как приготовлю – позову! – с сильным акцентом проговорил кавказец.

Я окинула взглядом ресторанчик – кроме хозяина заведения, никаких других работников я не увидела.

– Неужели вы один все время работаете? – удивилась я.

Кавказец широко улыбнулся мне и заявил:

– Я люблю свое дело, вы никогда лучше еды не попробуете! Вот увидите, еще раз ко мне придете!

Я отправилась за столик, где Лиза тихо разговаривала по мобильному телефону.

Когда я подошла к ней, молодая женщина протянула мне трубку и произнесла:

– Женя, с вами Ярослав хочет поговорить…

Я взяла маленький кнопочный телефон и поднесла его к уху. Голос Демьянова показался мне встревоженным.

Я поздоровалась с ним и спросила:

– Вы что-то хотели мне сказать? Я вас слушаю.

– Женя, что там у вас происходит? – требовательно спросил молодой мужчина. – У вас какие-то проблемы? Почему Лиза хочет уехать? Она мне какую-то чушь сейчас нести стала!

– У нас все в порядке, – спокойно заверила я его. – У Лизы акклиматизация. Она переживает за вас, вот и все.

– Да ну? – не поверил мне Ярослав. – Только что мне звонит жена и едва ли не плачет, умоляя, чтобы я разрешил ей уехать домой! У нее опять, что ли, кошмары? Или что-то серьезное случилось?

Говорить по телефону о галлюцинациях и картах Таро я, естественно, не стала – не ровен час, наш разговор могут услышать посторонние. Поэтому я проговорила:

– Все в порядке. Лиза очень по вам скучает, она беспокоится за вас. У вас все в порядке?

– А что у меня может быть не так? – удивился Ярослав. – У меня работа, филиал. Женя, я вас настоятельно прошу, сделайте так, чтобы Лиза спокойно отдохнула в санатории и перестала нести всякую чушь! У меня сейчас важные переговоры, не до этого!

– Я вас поняла, хорошо, – ответила я. – Да, если у нее не проходят все эти ночные кошмары – в санатории есть психолог. Я уже сказал Лизе, чтобы она сходила на консультацию, проследите, пожалуйста, чтоб она это сделала. Я на вас очень рассчитываю.

Не прощаясь, он повесил трубку.

Я отдала мобильный Лизе и произнесла:

– Лиза, Ярослав настаивает на том, чтобы вы посетили психолога. Он считает, это будет вам на пользу.

– Психолог не объяснит мне, откуда в моей сумке появляются карты Таро с символикой смерти и почему я вижу, как моего мужа убивают, – хмуро заметила Лиза. – Я знаю, он не хочет, чтобы я уезжала домой. Но, в конце концов, почему никто меня не спрашивает, чего хочу я?! Почему мое мнение никого не волнует? Все знают, что будет лучше для меня и моего ребенка, и только обо мне никто почему-то не вспомнил! Как будто я не человек, а неживая кукла!

«Вот это да!» – подумала я про себя.

Похоже, моя клиентка наконец-то перестала играть роль «послушной девочки» и поняла, что у нее есть свои собственные желания.

Честно говоря, несмотря на состояние Лизы, близкое к истерике, я была рада, что ее наконец-то прорвало – быть может, она наберется смелости и сама начнет принимать решения?

Вслух я произнесла:

– Лиза, я вас понимаю. Вы устали от того, что происходит с вами, вам совершенно не хочется делать то, что от вас требуют. Поверьте, я не стану ни на чем настаивать – если вы хотите уехать, то сдадим эти путевки, потому что желание клиента для меня – закон. Но я полагаю, что делать скоропалительные выводы и принимать решение, не обдумав все, пока не стоит. Давайте подождем хотя бы еще один день – завтра, а потом скажете, что считаете нужным сделать. По крайней мере, мы можем с вами сегодня хотя бы по городу погулять, чтоб у вас сложилось о нем хоть какое-то впечатление.

– Но я не хочу здесь гулять! – заявила Лиза. – И вообще, мне не хочется никуда. Ни в санаторий, ни в Тарасов – там еще хуже, я вообще одна дома…

– Тогда куда вы собираетесь ехать, если не в Тарасов? – удивилась я.

Лиза пожала плечами, глаза ее наполнились слезами.

– Не знаю куда. Никуда не хочу. Везде ужасно…

Наш разговор прервал хозяин заведения – две порции «аджабсандала» и «гедлибже» для Лизы уже были готовы, а моя баранина еще только находилась в процессе приготовления.

Я принесла тарелки с ароматно пахнущей едой и поставила на наш столик.

Лиза с интересом посмотрела на свою порцию овощей и заметила:

– Пахнет вкусно. Никогда не пробовала кавказских блюд.

– Вроде как повар старался, – отозвалась я.

Лиза взяла в руки вилку и ложку, задумчиво посмотрела на блюдо и тихо спросила:

– А как это вообще едят? И чем?

– Думаю, без разницы, – улыбнулась я. – Все равно, кроме нас, нет посетителей, никто косо смотреть не будет.

Лиза с опаской зачерпнула ложкой рагу, попробовала и, прожевав, восхищенно произнесла:

– Знаете, очень вкусно! Ничего лучше я в жизни не пробовала, никакие экзотические фрукты не сравнятся с этим блюдом! Просто божественно!

Я тоже попробовала свой «аджабсандал» – несмотря на то что к овощам я отношусь спокойно, особо вкусными их не считаю, но рагу и в самом деле было невероятно вкусным.

Мы быстро съели все, что было у нас на тарелках, после чего я придвинула к Лизе ее курицу со сметаной и проговорила:

– Это ваше, тут хоть и мясо, но оно, думаю, вам подойдет. Курица.

– Ой, это тоже мне? – изумилась женщина. – А вы что, не будете?

– Я себе баранину заказала, – пояснила я. – Она еще готовится, вам я это блюдо не стала брать. Боюсь, оно может оказаться не таким диетическим, как «гедлибже».

– Может, вы хотите попробовать? – предложила Лиза. – Я могу положить вам немного курицы в вашу тарелку!

– Нет-нет, благодарю! Подожду лучше свой бешбармак!

Лиза с аппетитом съела курицу, я даже приятно удивилась. Я привыкла к тому, что моя клиентка равнодушна к еде, и единственная ее слабость – это сладкое. Но сейчас молодая женщина распробовала вкус кавказской кухни – она заявила, что, несмотря на большой размер порций, с удовольствием съела бы еще «аджабсандала».

Повар позвал меня за бешбармаком и я, недолго думая, заказала еще одну порцию рагу. В крайнем случае мы можем поделить ее на двоих – я была сейчас голодна, хлеб и салат – увы, не лучший вариант завтрака.

Хозяин задорно мне улыбнулся, а спустя несколько минут сам подошел к нашему столику и поставил два фужера с напитком нежно-розового цвета.

– В подарок за счет заведения! – пояснил кавказец. – Это – «Нектар Ставрополья», вкуснее вина вы еще не пробовали!

– Спасибо! – поблагодарила я.

Лиза с интересом посмотрела на бокалы, а когда хозяин ресторана отошел к барной стойке, с грустью протянула:

– Беременным нельзя алкоголь… Так бы я с удовольствием попробовала, несмотря на то что спиртное я не употребляю…

– Ну, пригубить, думаю, вы можете без вреда для здоровья ребенка, – заметила я. – А вот мне точно пить нельзя…

– У вас непереносимость алкоголя? – изумилась Лиза.

Я с улыбкой покачала головой и тихо пояснила:

– Непереносимости у меня нет, но я при исполнении.

– Эх, жаль как… – протянула женщина. Потом взглянула на меня и прошептала: – А что, если я чуть-чуть попробую? Просто интересно, какое оно на вкус…

– Говорю же, по медицинским данным, небольшое количество вина беременным женщинам не повредит. Но лучше, если вы ограничитесь парой глотков, не больше. Вам врач на консультации что-нибудь говорил про запрет на алкоголь?

– Я не интересовалась, просто спросила, что мне можно есть. – Лиза нахмурила лоб. – Врач сказала, что вино можно очень редко и не больше бокала, но я все равно не пью спиртного, мне эта информация была ни к чему.

– Раз врач разрешил, то пробуйте, – сказала я.

Лиза робко пригубила напиток – она и глотка не сделала, но взгляд ее стал более живым и даже веселым.

– Очень вкусно! – заметила она. – Как вы думаете, хозяин заведения не обидится, если мы не выпьем все? Может, сказать ему, что мы вдвоем беременны?

Я едва не рассмеялась – представить себя в положении было весьма непросто. Потом сказала:

– Ладно, если спросит – скажу, что мы обе в положении. О, кажется, наши блюда готовы!

Я поблагодарила повара и поставила Лизе ее «аджабсандал», себе – бешбармак.

Моя порция выглядела впечатляюще – огромная тарелка с мясом под тонким, почти прозрачным слоем теста. Вообще это блюдо принято есть руками – оно и переводится как «пять пальцев». Но в ресторанах Тарасова, когда я заказывала себе подобие национального кавказского мяса, пользовалась обычными столовыми приборами.

Однако настоящий бешбармак не шел ни в какое сравнение с тем, что готовили даже в лучших ресторанах Тарасова. Не могу описать вкус этого блюда – у меня не хватит словарного запаса, чтобы подобрать нужные эпитеты. Скажу лишь, что я в одиночку уничтожила все содержимое своей гигантской тарелки, тогда как Лиза съела свое рагу. Я с удивлением увидела, что девушка незаметно уговорила и почти все вино в фужере – осталось совсем чуть-чуть напитка.

С блаженным выражением на лице Лиза откинулась на мягкую спинку удобного стула и проговорила:

– Давно я так не объедалась… Даже не знаю, как идти, я теперь точно ощущаю себя жутко беременной… – Она хихикнула – похоже, вино ударило молодой женщине в голову, несмотря на то что выпила она не так много.

Я отодвинула ее фужер в сторону – похоже, на сегодня Лизе хватит, потом проговорила:

– Мы можем никуда не торопиться, на процедуры вам не нужно. Заказали мы полно всего, так что никто отсюда не прогонит, не переживайте!

Дверь ресторанчика открылась, вошел еще один посетитель. Лиза сонно улыбалась, я лениво уставилась на вошедшего.

Это был молодой мужчина лет тридцати – тридцати двух, высокий, спортивный, с приятной внешностью. Совсем не кавказец – у него были каштановые волосы и зеленые глаза, очень необычное сочетание.

«Надо же, – подумала я, – какие красивые бывают люди!»

Что-то в последнее время мне постоянно встречаются мужчины с потрясающей внешностью, вспомнить хотя бы Демьянова. Посетитель заказал что-то, потом огляделся в поисках свободного столика. Их было достаточно – в ресторанчике были только мы с Лизой, все места были свободны.

Однако молодой мужчина почему-то направился именно к нам. Интересно, что он хочет?

Я с любопытством взглянула на него.

– Здравствуйте, простите за беспокойство, – проговорил мужчина. – Это не вы, случайно, потеряли? – Он положил на стол банковскую карточку. – Нашел на входе в кафе, думал хозяину отдать, но увидел вас за столиком, вот и решил, что ваша.

Лиза с любопытством посмотрела на карту, потом залезла в свою сумочку, проверила, на месте ли ее вещи.

– Нет, моя карта на месте, – произнесла она.

– Я пользуюсь другой картой, – сказала я. – Лучше отдайте хозяину заведения, вполне возможно, обладатель карты либо заблокирует ее, либо вспомнит, где потерял, и вернется сюда.

– Еще раз простите, – улыбнулся незнакомец самой очаровательной улыбкой, которую я только видела. – Вы любите кавказскую кухню? Как вам это кафе, если не секрет?

– Ой, здесь очень вкусно готовят! – воскликнула Лиза. – Кстати, вы хотите вино? Нам тут хозяин в счет заведения два бокала подарил, а я беременная. Ну, то есть и она тоже… вроде тоже… В общем, мы только один бокал выпили, второй жалко оставлять!

– Мы сейчас уже уходим, – прервала я не вовремя разговорившуюся молодую женщину – пока она не наболтала чего-нибудь лишнего и куда-нибудь не ввязалась.

Ясное дело, что знакомиться не пойми с кем в незнакомых городах – верх безрассудства, но Лиза была слегка пьяна, поэтому мне пришлось спешно уводить ее из ресторана.

– О, да, мы точно уходим! – Лиза весело засмеялась, я быстро встала и подхватила ее под руку.

Незнакомец смотрел на нас с обескураженным видом – похоже, таких странных дамочек, как мы, ему встречать не доводилось. Он в замешательстве развел руками и проговорил:

– Простите, я, видимо, не вовремя… Вы можете не уходить – тут полно свободных столиков, не беспокойтесь!

– Нет-нет, нам пора, – заторопилась я.

Лиза посмотрела на меня несколько обиженно, потом пожала плечами.

– Раз пора – так пора… Пойдемте… Хотя я так объелась, что не знаю, как дойти…

– Если хотите – я могу вас подвезти на машине, – предложил мужчина. – Мне не трудно, не подумайте ничего такого, я вовсе не собираюсь к вам приставать.

– Спасибо, мы прогуляемся. – Я улыбнулась ему и буквально вытолкала Лизу из-за столика.

Подошла к барной стойке, поблагодарила хозяина ресторана за вкусный обед и расплатилась. После этого я подхватила свою клиентку под руку и быстро покинула кафе.

– Женя, вы сердитесь? – робко спросила меня Лиза тоном расстроенного ребенка. – Я правда как лучше хотела… У нас же вино не допито, вот и хотела его угостить, он же хороший человек – карточку нам отдал почти… Точнее, спросил… А, ладно. – Запутавшись в словах, молодая женщина махнула рукой.

Ее слегка пошатнуло, я поддержала ее за руку.

– Что-то голова кружится… – пробормотала Лиза. – И тошнит… Зря я столько съела… Женя, мне нужен туалет!

Я быстро огляделась по сторонам. Ближайший туалет находился в том самом ресторане, из которого мы только что сбежали, остальные кафе располагались гораздо дальше.

– Лиза, вы можете потерпеть? – спросила я несчастную жертву чревоугодия. – Мы можем дойти до той остановки, там должен быть туалет!

– Меня сейчас вырвет… и, похоже, не только… – прошептала та.

Делать нечего – я затащила Лизу обратно в кафе. Хозяин заведения с удивлением и радостью посмотрел на нас – похоже, решил, что довольные клиентки хотят продолжить банкет. Но я его разочаровала сразу своим вопросом:

– Простите великодушно, но где у вас здесь туалет? Моей подруге очень нужно, она в положении…

– Туалет через зал, большая дверь! – махнул рукой в глубь ресторана кавказец.

Мы едва не бегом рванули к туалету. Лиза едва перебирала ногами, я открыла дверь – к счастью, туалет был свободен, зеленоглазый посетитель ел какое-то блюдо и с изумлением таращился на нас.

Я затолкнула Лизу в туалет, предоставив ей самой решать неожиданно возникшие проблемы. Сама осталась ждать несчастную клиентку у дверей. Лизы не было долго, я уже стала беспокоиться, как бы с ней чего не случилось. Мужчина успел доесть свой обед и расплатился с хозяином ресторана, когда наконец-то дверь уборной открылась и появилась бледная Лиза.

– Как вы себя чувствуете? – спросила я женщину.

Та махнула рукой.

– Сойдет… могло быть и хуже, – печально ответила она. – Все, что я съела, теперь уже там… – Она красноречиво кивнула в сторону туалета.

– Идти можете? – спросила я. – Может, вызвать такси до санатория? Подождите, выпейте вот это. – Я протянула Лизе таблетку для снятия симптомов отравления.

– А мне это можно? – с недоверием покосилась на меня женщина.

– Именно эту – да, – кивнула я. – Активированный уголь я вам боюсь давать, но это безвредное лекарство, после которого вам станет лучше.

– Спасибо… Только воды запить нет…

– Минуту. – Я подошла к хозяину кафе и попросила стакан воды.

Тот без лишних вопросов налил в бокал минералку и поставил на барную стойку. Лиза послушно выпила предложенную мною таблетку, потом тихо произнесла:

– Может, где-нибудь в теньке посидим? Боюсь, в машине меня снова стошнит…

– Тогда давайте дойдем до парка, – предложила я. – Тут вроде недалеко…

Выходя из ресторана, мы снова столкнулись с зеленоглазым незнакомцем. Меня это начало уже злить – что он постоянно вертится под ногами?

В душе я понимала, что парень ничего плохого не хотел – просто мы были единственными посетителями кафе, вот он и подумал, что карта принадлежит кому-то из нас. Но тот факт, что он вечно пытался нам помочь и вообще оказался не в то время и не в том месте, меня изрядно нервировал. Вот что, спрашивается, он стоит у входа? Как будто не видит, что сейчас не до него…

– Разрешите пройти, – прошипела я, бросив на молодого мужчину гневный взгляд.

Тот немного растерялся, но все же проговорил:

– Простите, если помешал. Вижу, что вашей подруге плохо, может, вас отвезти в больницу? Если станете вызывать «Скорую помощь», будьте готовы к тому, что приедет машина не скоро. Здесь мало врачебных бригад, поэтому придется ждать.

– Спасибо за информацию, – ответила я уже не так сурово.

Посмотрела на Лизу – может, и правда ее стоит отвезти в больницу? Все-таки молодая женщина беременна, как бы не было осложнений…

– Так что, отвезти вас? – повторил свой вопрос незнакомец.

Я обратилась к своей клиентке:

– Лиза, как вы себя чувствуете? Вам хоть немного получше?

– Тошнит, – коротко ответила та. – И живот болит…

– Ладно, если вам так хочется помочь нам, говорите, где находится ближайшая больница, – обратилась я к зеленоглазому. – Моей подруге и в самом деле нужна медицинская помощь. Подвозить нас не надо, я сейчас вызову такси.

– Да что вы боитесь-то? – удивился мужчина. – Я не собираюсь вас похищать или убивать, просто мне действительно хочется вам помочь! Моя машина здесь рядом припаркована, довезти вас до лечебного учреждения мне не сложно. А то пока вы артачитесь, вашей подруге еще хуже станет…

Возразить мне было нечего – я все-таки решила воспользоваться помощью, в конце концов, даже если этот зеленоглазый красавец окажется маньяком или убийцей, я в два счета с ним справлюсь. У меня с собой оружие, к тому же я мастерски владею всеми известными единоборствами, и скрутить одного человека для меня – пара пустяков.

– Идемте, – согласилась я.

Мужчина подошел к серебристой «Субару» и галантно открыл заднюю дверь. Я помогла Лизе усесться назад, сама заняла место рядом с водителем.

При других обстоятельствах я бы велела Лизе садиться вперед, там меньше укачивает. Но водитель был мне незнаком, поэтому я предпочла контролировать ситуацию. Как я уже говорила, Ессентуки – городок маленький, и до больницы мы доехали быстро. К счастью, молодой мужчина не докучал глупыми разговорами – он молча довез нас до места, помог Лизе выйти из машины, после чего проговорил:

– Мой вам совет – если хотите избежать очередей, в регистратуре скажите, что вы идете в платное отделение. Не волнуйтесь, денег много не должны взять, зато врач быстро осмотрит вашу подругу и назначит лечение. Если вдруг понадобится моя помощь – возьмите мою визитку, – он протянул мне маленькую ламинированную карточку, которую я машинально сунула в карман сумки. – Желаю вам скорейшего выздоровления и удачного дня!

– Спасибо за помощь, – поблагодарила я, про себя жалея, что нагрубила этому человеку.

Все-таки ничего плохого он нам не сделал, наоборот, помог, а я разговаривала с ним не слишком вежливо. Попрощавшись, он уехал, а мы с Лизой зашли в клинику. Я воспользовалась советом зеленоглазого и заплатила в регистратуре за платные услуги. Как и обещал молодой мужчина, нам удалось пройти к врачу без очереди.

Врач, полная светловолосая женщина, осмотрела Лизу, назначила полисорб и лекарства, восстанавливающие натриево-калиевый баланс в организме. К счастью, жизни моей клиентки и ее ребенка ничего не угрожало.

Врач спросила, что ела и пила беременная, и когда я рассказала о нашем походе в ресторан кавказской кухни, строго-настрого запретила Лизе употреблять алкоголь и тяжелую пищу. Вместо этого прописала пить бульоны и есть легкие каши, а от молочных продуктов, мяса и фруктов в ближайшее время воздержаться. Я купила в аптеке необходимые препараты, а в магазине – овсяную кашу без добавок, не требующую варки, и диетический кисель. После этого мы решили возвращаться в санаторий – пожалуй, на сегодня приключений уже достаточно…

Глава 7

Утро следующего дня прошло спокойно и тихо. Ни меня, ни Лизу не мучили ночные кошмары или галлюцинации, никаких подозрительных вещей в комнате и в своих вещах мы не обнаружили, а моя клиентка чувствовала себя так, словно никакого отравления и не было.

Проснувшись, Лиза сказала, что замечательно выспалась, сегодня ей вообще ничего не снилось. Я заварила молодой женщине кашу – к сожалению, с собой у нас не было ни соли, ни сахара, поэтому Лизе пришлось есть совершенно безвкусную, но дико полезную пищу.

Однако моя клиентка не жаловалась, даже заметила, что каша не противная, а значит, позавтракать ею можно. Я решила немного погодя сходить с Лизой в магазин и купить себе что-нибудь из еды, так как пробовать овсянку мне не слишком хотелось.

– Женя, я совсем забыла! – спохватилась вдруг Лиза, доев свой завтрак. – Мы же не поблагодарили того мужчину, который довез нас до больницы! Он так старался, а мы скверно поступили…

– Ну, я сказала ему спасибо, – пожала плечами я. – А что еще нужно? Мы же не заставляли его везти нас, он сам вызвался!

– Все равно, – не успокаивалась молодая женщина. – Это нехорошо. У меня душа не на месте, надо найти его и поблагодарить!

– Да искать особо не нужно, – заметила я. – Если хотите, у меня есть его визитка. Только уверяю вас, он и думать забыл о нас, так что не стоит беспокоиться из-за всякой ерунды!

– Для вас, может, это и ерунда! А нормальные люди на дороге не валяются, обычно все мимо проходят, даже если человек умирает на улице. Нет, надо позвонить ему и поблагодарить!

– Ну, если вы так хотите. – Я достала из сумки визитку, на которой были напечатаны фамилия, имя мужчины и его мобильный.

Я прочла – «Кирилл Еремин, экскурсовод». Надо же, зеленоглазый, оказывается, здесь гидом работает! Никогда бы не подумала…

– Если вы не хотите звонить, это могу сделать я! – заявила Лиза. – Можно визитку?

Я протянула ей карточку, молодая женщина прочла напечатанную на ней информацию и воскликнула:

– Вот это да! Мы настоящего экскурсовода встретили!

– А что, бывают еще и игрушечные? – не удержалась я от иронии.

Лиза на мою шутку не отреагировала.

– Надо спросить, какие экскурсии он проводит! – заявила молодая женщина. – Женя, а давайте на какую-нибудь запишемся? Мы ведь хотели куда-нибудь съездить!

– Давайте тогда посмотрим, какие поездки предлагают в экскурсионном бюро, – предложила я. – Если этот Еремин – частник, то и запросит он в два, а то и в три раза больше, чем фирма. Конечно, деньги – это не проблема, но к чему переплачивать, раз то же самое можно найти и по нормальным расценкам?

– Зато он человек хороший! – упрямо заявила Лиза. – Как хотите, но я позвоню ему и все узнаю!

«Ого, похоже, характер скромницы-тихони здорово изменился», – подумала я про себя.

Надо же, как быстро! Еще пару дней назад Лиза и слова поперек сказать не могла, зато теперь вон как научилась спорить. Представляю, как «обрадуется» Ярослав, когда после поездки не узнает свою покорную паиньку-жену. Наверняка решит, что это я так дурно на Лизу повлияла, ну и пусть думает что хочет. По крайней мере, хотя бы научится считаться с мнением своей супруги, а не делать все на свой лад…

– Звоните, – сказала я вслух. – Вижу, вам этот Кирилл очень понравился.

– Я замужем! – вспыхнула Лиза. – И вообще он, по-моему, на вас все время смотрел, а не на меня. Я вообще вела себя неромантично, большую часть нашего общения с ним просидела в туалете, а перед этим и вовсе подняться со стула не могла от обжорства и возлияний… Вы хотя бы вино не пили и не торчали в уборной три часа!

– Зато наверняка он вас запомнил на всю оставшуюся жизнь! – усмехнулась я. – По-моему, несчастный экскурсовод был немного шокирован нашим с вами поведением, вот и стал предлагать свою помощь. Представляю, как мы выглядели со стороны… Еще и бокал вина его уговаривали выпить…

– Да, ужасно все вышло… – протянула Лиза. – Но позвонить надо, а то решит, что мы мало того что странные, так еще и неблагодарные…

Молодая женщина набрала номер Еремина и стала ждать ответа. Через некоторое время она проговорила:

– Кирилл, здравствуйте! Это вас Лиза беспокоит… Вы вчера меня и мою подругу Женю до больницы подвозили, помните? Спасибо вам огромное, что помогли, вы простите за ту неловкую ситуацию, я не знаю, что на меня нашло… – Она замолчала – видимо, слушала ответ собеседника, потом произнесла: – Да, мы поняли, что вы – экскурсовод! Да, нам бы хотелось куда-нибудь съездить… Ой, я не знаю, мне надо Женю спросить? Что? Да, конечно, я вам перезвоню!

Лиза закончила разговор и посмотрела на меня.

– Ну что, поблагодарили? – поинтересовалась я.

– Да, – кивнула женщина. – Женя, Кирилл и правда экскурсовод. Он сказал, что может провести для нас интересную экскурсию и рассказать много всего интересного про горы, водопады и здешние достопримечательности. У него свободный график работы, он не привязан к туристическим фирмам и знает много того, что мы не услышим больше нигде. Он еще сказал, что по телефону трудно подобрать нам подходящую экскурсию и лучше встретиться лично и обговорить детали. Может, мы поедем с ним? Хотя бы ненадолго!

– Вы уверены? – покосилась я на нее. – Кирилл может вам много всего наговорить – если он частник, то в его интересах содрать с клиентов как можно больше денег. Так что я не очень бы ему доверяла. На мой взгляд, лучше воспользоваться услугами экскурсионных бюро.

– Но я не хочу ехать в автобусе или маршрутке, с кучей других людей! – заартачилась Лиза. – Я хочу на машине! Вдруг в бюро будет неинтересно, может, там гид необразованный и ничего толком не знает!

– А почему вы думаете, что рассказ этого Кирилла окажется интересным? – резонно заметила я.

Лиза пожала плечами.

– У меня интуиция. У беременных она сильно развита, так что я просто уверена, что Кирилл – очень хороший гид! Женя, ну, пожалуйста, давайте хотя бы с ним встретимся и узнаем, куда он возит туристов! Пока у него нет других заказов!

– Ладно, – махнула я рукой. – Спорить с вами, как я понимаю, бесполезно – все равно настоите на своем. Вот только чувствую я, что получу выговор от вашего мужа, что дурно влияю на его жену…

Не могу сказать, что так уж хотелось соглашаться… Но, с другой стороны, на парня мы наткнулись случайно, никто и понятия не имел, куда мы обедать отправимся. В том, что он экскурсовод, нам повезло. Да и здесь, в туристическом городе, наверное, каждый второй – гид. А съездить куда-нибудь в комфорте, на машине, без толпы народа и с возможностью в любой момент вернуться в санаторий – неплохая идея. И Лиза развеяться сможет, и мне не ждать опасности каждую секунду, сидя в номере. В конце концов, с одним мужиком, каким бы спортивным и подготовленным он ни был, я справиться смогу.

Лиза сразу перезвонила Кириллу и договорилась с ним о встрече. О процедурах молодая женщина даже не вспомнила, а когда я сказала ей, что сегодня у нее в санаторно-курортной книжке стоит бассейн, радоновый душ и ванны, Лиза только отмахнулась.

– Завтра схожу, – сказала она. – Ничего нового я на этих процедурах все равно не увижу…

Мне пришлось смириться с желанием Лизы во что бы то ни стало поехать на экскурсию, в конце концов, ничего плохого я в этом не видела.

Я проверила Кирилла Еремина – он и в самом деле работал экскурсоводом. Молодой мужчина приехал в Ессентуки три года назад, до этого он жил в Ростове-на-Дону, где работал автомехаником. Видимо, чинить машины оказалось для Кирилла скучным делом, он уехал из Ростова и несколько лет путешествовал. Потом перебрался в город-курорт на Кавказе, сотрудничал с туристическим агентством «Кавказ», потом стал заниматься частными экскурсиями.

Учитывая биографию Еремина, я подумала, что он может и в самом деле рассказать нам много чего интересного, поэтому не стала возражать против встречи с гидом.

Кирилл сказал, что подъедет к санаторию «Виктория» – Лиза сообщила ему, где мы остановились, и там можно будет спокойно поговорить о предстоящем путешествии. В десять часов утра мы уже были у входа в санаторий. Кирилл приехал без опоздания – он вышел из машины и поздоровался с нами. Одет он был в светло-синие джинсы и клетчатую рубашку с короткими рукавами, на голове – ковбойская шляпа с полями.

– Рад, что вы все-таки решились на осмотр местных достопримечательностей! – улыбнулся он. – Вчера познакомиться по-человечески у нас, увы, не получилось, меня зовут Кирилл, как вам уже известно. Полагаю, вы – Лиза? – Он улыбнулся моей клиентке. Та радостно закивала. – А вы, прекрасная барышня, стало быть, Евгения? – Он посмотрел на меня, и, как мне показалось, в его взгляде читался неподдельный интерес.

– Вы правильно догадались, – спокойно ответила я.

– Я вчера нечаянно узнал из вашего разговора, что очаровательная Лиза беременна, – продолжал Кирилл. – Смею вас заверить, что мы подберем маршрут, который будет неутомительным и интересным, можете не беспокоиться.

– Спасибо, – проговорила я. – Что вы хотите нам предложить и сколько это будет стоить?

– Вижу, вы практичны и ко всему подходите серьезно, – улыбнулся Кирилл. – Знаете, я обычно тоже не витаю в облаках и привык выполнять свою работу наилучшим образом. Мои расценки не сильно отличаются от цен, которые предлагают в экскурсионном бюро. Но сегодня мне, если честно, совсем не хочется выступать в роли официального экскурсовода. Скажу прямо – вчера мне показалось, что у вас отдых как-то не заладился. Не знаю, почему я так подумал, но вы обе выглядели довольно несчастными, поэтому я и решил, что вам не повредит какая-нибудь интересная поездка. Что, если я проведу вам экскурсию совершенно бесплатно, а взамен вы просто порекомендуете меня в качестве экскурсовода кому-то из ваших знакомых? Реклама мне не повредит, да и вам будет не трудно рассказать об экскурсии, если она, конечно, вам понравится!

– Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, – заметила я. – Нам будет спокойнее, если вы скажете цену своей экскурсии. И, главное, куда вы собираетесь нас отвезти?

– Вы во всем видите подвох, – с улыбкой заметил Еремин. – Интересно почему? Неужели вам никогда не делали подарков просто так? Ваш муж разве ничего не дарил вам просто так?

– А с чего вы решили, что я замужем? – вопросом на вопрос ответила я.

– Ну, само собой разумеется, что такая очаровательная женщина не одинока! – воскликнул Кирилл. – Или я ошибаюсь?

– Ошибаетесь, – лаконично ответила я. – Спасибо за комплименты, но давайте все же ближе к делу. Какие у вас есть варианты экскурсий?

– Ладно, как скажете, – сдался экскурсовод. – Вообще я вожу туристов и на Эльбрус, и на Чегем, и в Пятигорск – много куда. Но я думаю, что вам стоит посетить Чегемские водопады. Места там очень красивые и, не побоюсь этого слова, романтичные. Иногда стоит по-другому взглянуть на мир, который гораздо шире и многограннее, чем мы себе представляем. Честно скажу, Чегемские водопады – это одно из моих самых любимых мест на Кавказе, я всегда предлагаю людям посетить в первую очередь их, а потом все остальное. Мне очень хочется, чтобы вы, как и я, влюбились в Кавказ, в его необыкновенную природу, в красивые легенды и предания. Конечно, если вы хотите поехать куда-то еще, то предлагайте свой вариант! Я с радостью проведу для вас любую экскурсию.

– Давайте правда поедем на водопады! – воскликнула Лиза, на которую монолог Кирилла, похоже, произвел впечатление. – Если там красиво, то можно будет сфотографироваться, я Ярославу, своему мужу, фото отправлю!

– Вашему супругу обязательно понравятся снимки! – заверил ее Кирилл. – Женя – можно вас так называть? Вы как относитесь к Чегемским водопадам?

– Пока не узнаю, сколько мы вам должны за поездку, – отрицательно, – стояла на своем я.

Кирилл посмотрел на меня как-то грустно, потом развел руками:

– Если хотите – заплатите просто за бензин. И с вас – реклама моих экскурсий. Мне на самом деле не хочется, чтобы мы с вами общались в рамках товарно-денежных отношений. Можете считать, что вчера я выпил слишком много вина в том кавказском ресторанчике…

Мы выехали примерно в одиннадцать часов утра; Лиза сидела на заднем сиденье, я – рядом с водителем. Кирилл всю дорогу рассказывал о местах, которые мы проезжали.

От Ессентуков мы добрались до Пятигорска – города, названного так в честь пяти гор, вершины которых мы видели с трассы.

– Самая высокая гора в России и во всей Европе – это Эльбрус, – говорил экскурсовод. – Его высота составляет пять тысяч шестьсот сорок два метра. Сейчас мы его не видим, местные говорят, что шапка Эльбруса скрывается, но в ясную погоду в определенное время суток, утром или вечером, заснеженную вершину можно разглядеть. Все это потому, что гора слишком высока и скрыта облаками. По правую сторону от нас вы можете разглядеть гору Бештау, высота которой составляет одну тысячу четыреста один метр. Чуть поодаль виднеется гора Машук – она самая низкая из всех трех гор, всего девятьсот девяносто три метра. Об этих трех горах есть красивая легенда. Предание гласит, что некогда жил царь Эльбрус, и был у него отважный и смелый сын Бештау. Вместе со своими соратниками Бештау совершал набеги и осваивал новые территории, а в свободное от завоеваний время джигит пировал со своими воинами. Однажды Бештау увидел прекрасную Машуку и влюбился в нее. Девушка ответила джигиту взаимностью, и они стали готовиться к свадьбе. Отец юноши, Эльбрус, одобрил выбор сына и позволил ему жениться на Машуке. Однако вскоре после свадьбы Эльбрус отправил Бештау в поход, и тот не посмел возразить отцу. Пока Бештау не было, Эльбрус оставался с прекрасной Машукой – он влюбился в нее и хотел, чтоб Машука стала его женой. Коварный Эльбрус распустил слух, что его сын погиб в битве. Так он заставил безутешную Машуку выйти за него замуж. Но вскоре Бештау вернулся домой из долгого похода, привезя с собой богатую добычу.

Узнав о вероломном поступке отца, Бештау выступил со своими воинами против царя. Два войска сошлись в кровавой схватке. Погибли все друзья и соратники Бештау, сам джигит встретился лицом к лицу со своим отцом на тропе войны. Бештау взял меч и разрубил голову Эльбруса на две части. Могущественный царь сбил железный шлем с головы сына и на последнем издыхании рассек сына на пять частей. Бештау погиб сразу же. Прекрасная Машука, которая любила своего мужа, склонилась над ним и, схватив кинжал, вонзила его себе в сердце. Боги ужаснулись, увидев эти трагические события, и обратили Эльбруса в двуглавую снежную гору. Бештау превратился в пятиглавую гору, а несчастная Машука стала одинокой вершиной близ Пятигорска.

– Ужасно у них все получилось, – заметила Лиза. – Почему-то все легенды заканчиваются очень плохо. Рассказывают о красивых вершинах или водопадах, а получается, что возникли все эти красоты природы в результате какой-нибудь кровавой резни, где все друг друга поубивали!

– Что есть, то есть, это вы верно заметили! – улыбнулся Кирилл. – Пытаюсь сейчас вспомнить, есть ли какая-нибудь легенда здесь, чтобы все закончилось хорошо. И, боюсь, таковой не знаю!

– Кровожадный народ здесь, раз подобное сочиняют, – поддержала я разговор. – Никакого оптимизма…

– Хотя знаете, у нас есть медовые водопады, – проговорил Еремин. – Так вот, существует легенда, что название их появилось из-за пчел, которые собирают мед. Благодаря этим трудолюбивым насекомым вода в Медовых водопадах напоминает по вкусу мед…

– Серьезно? – изумилась Лиза. – Вы пробовали ее на вкус? Или это – просто выдумки?

– Конечно, медовой воду в водопадах не назовешь, – улыбнулся Кирилл. – Но согласитесь, что предание отнюдь не мрачное, даже наоборот, в отличие от остальных историй. Кстати, название «Пятигорск» на языке глухонемых показывают в виде пальцев, сложенных пистолетом. Как думаете, почему?

– Понятия не имею, – пожала плечами я. – Очередная бойня?

– В принципе да, – кивнул Еремин. – Это намекает о дуэли между Лермонтовым и Мартыновым. Как-нибудь съездим с вами по историческим местам города, и я расскажу вам о Михаиле Юрьевиче, который здесь жил и работал. Действие романа «Герой нашего времени» как раз происходит в Пятигорске.

– Ой как интересно! – воскликнула Лиза. – Обожаю Лермонтова! И мне очень хочется услышать о нем…

– Всему свое время, – проговорила я. – Сейчас ведь мы едем на Чегемские водопады, верно? Или вы, Лиза, передумали?

– Нет-нет, я хочу поехать на водопады! Просто здесь, оказывается, столько всего замечательного, что побывать везде есть огромное желание. Я и не думала, что в Ессентуках окажется так интересно!

– Так в чем проблемы? – удивился Кирилл. – Я могу отвезти вас куда пожелаете! Тем более у меня пока нет работы, можно сказать, я устроил себе незапланированный отпуск.

– Неужели нет желающих поехать на экскурсию? – изумилась я. – Городок курортный, наоборот, у вас должно быть полно заказов!

– Конкуренция, – усмехнулся экскурсовод. – Обо мне мало кто знает, я ведь занимаюсь частными экскурсиями. На интернет мало надежды – отдыхающие видят ларек с туристическими поездками и идут туда. Потому я и попросил вас сделать мне небольшую рекламу.

– Вот как, – протянула я. – Что ж, это совсем не сложно. Дайте нам несколько своих визиток, мы можем раздать их желающим.

– Огромное вам за это спасибо! Напомните мне в конце экскурсии, я ведь могу и забыть… Посмотрите, мы сейчас проезжаем мимо пастбищ. Видите, пасутся лошади? Это кабардинская порода, кони здесь могут спокойно провезти человека по любым ущельям. Обычная лошадь неспособна преодолеть горные подъемы и крутые спуски, но кабардинские лошадки ничего не боятся. Если вы любите верховую езду, советую записаться на конную прогулку – уверен, вам понравится!

– На коня я залезть сейчас не отважусь, – заметила Лиза. – Но в другой раз, если поеду в Ессентуки, обязательно воспользуюсь вашим советом!

Мы ехали уже три часа. Пейзаж за окном менялся, все чаще я видела ущелья и высокие возвышенности, которые являли собой яркий контраст. Горы становились то выше, то ниже, дорога петляла и извивалась, но Кирилл умудрялся одновременно аккуратно вести машину и рассказывать нам легенды и исторические факты о местных достопримечательностях.

– Скоро мы въедем в Чегемское ущелье, – объявил Еремин. – Слово «Чегем» переводится как «сломанная земля». Давным-давно здесь жил витязь, у которого был любимый конь, обладавший огромной силой. Как-то витязь решил испытать силу своего коня. В ущелье, куда поехал богатырь, конь остановился и ударил копытом. Земля разверзлась, появилась дыра, откуда потекла вода. Пораженный всадник воскликнул: «Чегем!» – что означает «сломанная земля».

Чегемское ущелье поражало своим великолепием. Несколько огромных гор с каменистыми выступами окружали дорогу, словно гигантские, возведенные неведомыми великанами стены. Внизу стояли машины и туристические автобусы, жители окрестностей торговали шерстяными вещами, сувенирами и местными продуктами. Люди и автомобили казались игрушечными по сравнению с величественными скалами, прорезающими своими острыми вершинами ярко-голубое небо.

– Вот мы и приехали! – сказал наш экскурсовод. – Сейчас я остановлюсь, мы прогуляемся по базару и поднимемся на смотровые площадки, чтоб насладиться прекрасными видами.

Кирилл припарковал машину с краю, рядом с маршрутным автобусом, и мы вышли из автомобиля.

Лиза не расставалась со своей сумкой, у Кирилла за плечами был легкий туристический рюкзак. Я обычно рюкзаками не пользовалась, хотя это было удобно. Но сейчас, ввиду жаркой погоды, приходилось таскать оружие в сумке – вытащить его оттуда было гораздо быстрее, чем из рюкзака. Откуда-то снизу доносился громкий шум бурлящих потоков воды, но за машинами не было видно самого водоема. Лиза восторженно озиралась вокруг и, едва Еремин закрыл дверцы машины, тут же устремилась к ближайшей торговой палатке.

Я поспешила за ней, не хватало потерять мою клиентку среди этой толпы людей.

– Смотрите, какие красивые вещи! – воскликнула молодая женщина, указывая на шерстяные изделия. – Я-то думала, что хорошо вяжу, но мне и в жизни не сделать ничего подобного!

– Местные женщины вяжут из овечьей шерсти, – пояснил Кирилл. – Летом и весной, когда в Чегемское ущелье приезжают туристы, изделия из пряжи очень быстро продаются, это основной заработок здешних жителей. Свитера и в самом деле теплые и удобные, они согревают в самую лютую стужу, поэтому если вы решите что-то приобрести, то не разочаруетесь в покупке.

– Я бы здесь все купила, – заявила Лиза. – Вот только тогда придется приобретать еще один чемодан, в мой это все не поместится… – Она подошла к торговке детскими вязаными вещами и стала спрашивать цену на понравившиеся изделия. Кирилл стоял рядом со мной – мы не подходили к продавщице, но Лизу я не выпускала из виду.

– Можно задать вам личный вопрос? – обратился ко мне Еремин.

Я, не отводя взгляда от своей клиентки, рассеянно кивнула.

– Вы с Лизой – подруги? – поинтересовался Кирилл. – Или случайные знакомые?

– Можно и так сказать, а что? – вопросом на вопрос ответила я.

Кирилл пожал плечами.

– Просто вы странно общаетесь, – пояснил он. – Обращаетесь друг к другу официально, на «вы», но при этом ведете себя так, точно знаете друг друга давно. Поэтому и спросил, интересно стало.

– Совместный отдых сближает, – туманно проговорила я. – А что плохого в вежливом обращении?

– Конечно же, ничего! – воскликнул экскурсовод. – Женя, а что, если я вас сейчас приглашу на небольшую прогулку? Лиза, думаю, уже нашла себе занятие – видимо, она не успокоится, пока не осмотрит все товары, а мы с вами можем пока дойти до смотровой площадки. Встретимся с вашей подругой возле машины, здесь рядом, она не заблудится!

– Я полагаю, моей подруге будет интересно подняться на смотровую площадку вместе с нами, – заметила я. – К тому же она может легко перепутать вашу машину с какой-нибудь другой и заблудиться. Здесь слишком много людей, поэтому я не хочу рисковать.

– Жаль, – произнес Кирилл. – Но я все же отважусь пригласить вас после экскурсии в кафе, если вы, конечно, не против. Лизу мы доставим в санаторий в целости и сохранности, так что можете за нее не волноваться. Вы согласны на мое предложение?

– Посмотрим, – снова уклонилась я от ответа.

Естественно, оставлять Лизу в одиночестве я не собиралась и заводить какие бы то ни было отношения на работе – тоже. Но Кириллу об этом знать вовсе не обязательно, а после экскурсии я придумаю предлог отказаться от его приглашения.

Похоже, Лиза была права – зеленоглазый красавец и в самом деле заинтересовался моей персоной. Подобное в мои планы не входило, поэтому надо было сообразить, как отвязаться от навязчивого ухажера.

Я подошла к Лизе, которая уже расплачивалась с продавщицей за покупку.

– Купили что-то? – улыбнулась я девушке.

Та кивнула с довольным видом.

– Да, детскую кофточку, подойдет как мальчику, так и девочке! И недорого, я думала, что вещи тут стоят запредельную сумму!

– Вот и замечательно, – сказала я. – Лиза, вы хотите пойти на смотровую площадку?

– Да, естественно! – воскликнула моя клиентка. – А пакет не помешает? Хотя я могу положить его к себе в сумку…

– Позвольте, я помогу вам понести покупку. – Кирилл взял у Лизы пакет и положил его в свой легкий рюкзак, после чего мы отправились на поиски смотровой площадки. Их было сразу две, по обе стороны от дороги. Еремин сказал, что подъем на одну смотровую достаточно крутой и тяжелый, поэтому мы выбрали ту дорогу, которая казалась более пологой.

Вход на смотровую был не бесплатный – чтобы обозреть красоты ущелья с высоты, требовалось заплатить по пятьдесят рублей. Кирилл великодушно отдал деньги за всех, после чего мы направились к ведущей наверх лестнице.

– Водопады здесь не такие, как мы привыкли видеть, – рассказывал Кирилл. – Собственно, это просто узкие потоки воды, стекающие в реку. Внизу мы подойдем к мостику, и вы увидите этот водоем, я собирался сразу показать вам речку, но не успел. Местные товары оказались интереснее. – Он улыбнулся Лизе.

Та покраснела и извиняющимся тоном проговорила:

– Извините, я не подумала… Тут столько всего, глаза разбегаются!

– Ничего страшного, – успокоил ее Еремин. – Вы все успеете посмотреть, не переживайте!

Лестница, ведущая наверх, оказалась довольно крутой, несмотря на заверения Кирилла, что этот подъем не такой сложный, как второй.

Лиза поднималась медленно, я опасалась, что ей станет плохо. На мое предложение спуститься молодая женщина отказалась, только извинилась за то, что мы из-за нее продвигаемся слишком медленно.

– Мы можем просто посмотреть на реку, – предложила я. – Не нужно лишних жертв, поберегите свое здоровье!

– Нет, я хочу на смотровую площадку! – упрямо заявила та.

Кирилл пошел впереди, чтоб помочь Лизе подниматься, и большую часть пути он чуть ли не тащил ее наверх. Наконец мы преодолели все ступеньки и вышли на небольшую смотровую площадку, огороженную перилами. С обеих сторон открывались впечатляющие виды на живописные склоны ущелья, внизу мы увидели реку, о которой говорил наш экскурсовод. Это была узкая, серо-зеленая горная речка, обрамленная огромными валунами.

– Это река Сакал-Туп, – пояснил Еремин. – Видите вон тот водопад? – Он указал на едва заметную струю воды, которая срывалась вниз со скал. – Он называется Адый-Су, Малый Чегемский водопад. В переводе слово «Адый-Су» означает «девичья коса». Есть легенда о Чегемских водопадах, тоже печальная. Согласно преданию, водопады – это косы красивых балкарских девушек, судьба которых была очень трагичной. В древние времена здесь жили прекрасные балкарки с ярко-синими глазами и черными густыми волосами. На эти земли пришли завоеватели, которые хотели покорить местных девушек. Но те отказались стать рабынями и выбрали свободу. Они бросились вниз со скал, и их косы превратились в Чегемские водопады. Адый-Су – самый мощный водопад из всех, которые вы увидите.

– Да, не так я представляла себе водопады! – заметила Лиза. – Обычно они гораздо больше, а этот едва заметен…

– Всему виной засушливая погода, – пояснил Кирилл. – Сейчас конец весны, и река, и водопады не такие полноводные, как в начале марта и в апреле. Если вы приедете сюда во время половодья, то удивитесь, как изменится пейзаж, который вы сейчас видите. Здесь и зимой невероятно красиво. Водопады застывают, образуя каскад, из которого выбиваются струйки воды. В застывшем виде водопады напоминают ледовый дворец.

– Ой, я хочу это увидеть! – с восторгом воскликнула Лиза. – Жаль, что сейчас не зима, быть может, я смогу уговорить мужа приехать сюда вдвоем!

– Думаю, вы будете очарованы скованной во льды природой, – заметил Кирилл. – Что ж, я предлагаю вам спуститься и прогуляться до реки, чтоб увидеть ее ближе.

Мы покинули смотровую площадку и, осторожно ступая по крутой лесенке, вернулись вниз.

Лиза не удержалась и подошла к сувенирной лавочке – на сей раз она приобрела набор травяных чаев, которые отправились в пакет с вязаной кофтой для ребенка. Я поняла, что к концу нашей поездки придется покупать еще один пакет или рюкзак, чтоб поместить туда все покупки моей разгулявшейся клиентки. Сама я ограничилась приобретением маленького магнитика с видом Эльбруса – для тети Милы, которая обожает всевозможные мелкие сувениры. Мы обошли припаркованные машины и подошли к мостику, перекинутому через реку. Вода бурлила и шумела, словно злясь, что ее сковали по обеим сторонам огромные валуны.

Лиза застыла, потрясенная буйством стихии. Мы с Кириллом остановились у поручней рядом. Лиза что-то говорила, но вода заглушала слова, приходилось кричать, чтобы быть услышанным.

Моя клиентка оперлась о перила и неотрывно смотрела в воду. Я наблюдала за ней, стоя в двух шагах от молодой женщины. Вдруг Кирилл дотронулся до моей руки, зачем-то позвав меня.

Я повернула голову – он неотрывно смотрел на меня. Я не поняла, что он хочет мне сказать – то ли нам надо идти, то ли еще что. Я подошла к Лизе, жестом показав ей, что пора двигаться дальше.

Обернувшись на нашего экскурсовода, я увидела, что он неподвижно стоит возле перил, наблюдая за мной. Мы так и не перешли мостик – повернули назад, к машине. Мне в голову лезли разные мысли – что ни говори, странная была ситуация. Не скажу, что в моей жизни не было места романам, но все это были мимолетные увлечения, не больше. Никаких серьезных отношений я не заводила – это просто не в моих правилах. Если на то пошло, я – своего рода карьеристка, ради работы я готова пожертвовать всем. Ну, или почти всем, в моем представлении телохранители не могут иметь семьи. В конце концов, моя работа связана с риском для жизни, и связать свою жизнь с кем бы то ни было означало положить конец моей деятельности. Но делать этого я не собиралась, и не испытывала по данному поводу никаких сожалений.

Тогда почему сейчас мои мысли постоянно возвращаются к нашему новому знакомому? Похоже, горный воздух действует на меня не самым лучшим образом. Пока у меня получалось игнорировать попытки Кирилла сблизиться со мной, но я видела, что так долго продолжаться не может.

Зеленоглазый экскурсовод умел очаровывать – этого у него не отнимешь. Его рассказы были интересны, красивые легенды создавали необычайный, таинственный ореол, а взгляды, которые он бросал на меня, были красноречивее любых слов.

Если бы сейчас была другая ситуация, если бы я приехала в Ессентуки только ради отдыха – возможно, что-то у нас и получилось бы. Но не в этот раз. Сейчас для меня самое важное – это безопасность Лизы, и мне не нравилось, что я позволяю себе думать о чем-то другом.

Пора заканчивать с этим недоразумением, твердо решила я про себя. Так и быть, сегодня мне придется находиться в обществе Кирилла, потому что я согласилась поехать с Лизой на экскурсию. Но это – только на один день. Завтра же я сотру Кирилла из своей памяти, и ни на какие его приглашения ни за что не стану соглашаться. Но это – только завтра. А сегодняшний день еще продолжается…

Кирилл открыл дверцу своей машины, Лиза уселась на заднее сиденье. Я заняла свое прежнее место, и мы выехали на дорогу.

– Куда мы поедем? – спросила экскурсовода моя клиентка.

Она задумчиво смотрела в окно, взгляд ее показался мне грустным. Еще недавно она радовалась как ребенок своим покупкам и восхищалась видами со смотровой площадки, но сейчас все внезапно изменилось. Не произошло ровным счетом ничего, но Лизу как будто подменили. Меня это встревожило.

– Мы с вами проедем вперед, по Чегемскому ущелью, – проговорил Кирилл. – Посмотрим еще несколько водопадов, после чего доберемся до села Хушто-Сырт, к югу от которого начинается Чегемская теснина. На местном наречии она звучит как «Су-Аузу», что дословно переводится как «вода из горла». Ширина ущелья в самом узком месте уменьшается до двадцати пяти метров. В теснине находятся Большие Чегемские водопады, в том числе и Главный Чегемский водопад на речке Каяарты. Там я проведу для вас экскурсию, которую никто из экскурсоводов больше не проводит. Туристические автобусы останавливаются близ Главного Чегемского водопада, туристы любуются видом и уезжают дальше. Но я знаю одну интересную тропу, которая поднимается вверх, к уступу, с которого водопад виден очень хорошо. Не знаю, почему туристов по ней не водят, но там можно сделать потрясающие фотографии. И идти недолго, по дорожке. Немного вверх, правда, придется подняться, но подъем не крутой, а довольно пологий. Дальше я вас не поведу, потому что это может быть опасно, но немного прогуляться мы сможем.

– А вы поднимались и дальше? – поинтересовалась Лиза.

Кирилл кивнул.

– Конечно. Я здесь все облазил, прежде чем составлять экскурсии. С местными нашел контакт, они мне много легенд и преданий рассказали, даже жил какое-то время в селении. Очень интересный опыт, надо сказать.

– Я вам даже завидую, – задумчиво проговорила моя клиентка. – У вас такая интересная и насыщенная жизнь, что мне и не снилось. По сравнению с вами я вообще ничего не видела, это путешествие можно считать первым в моей жизни.

– Никогда не поздно начать, – улыбнулся Еремин. – Вам еще не так много лет, чтоб считать свою жизнь прожитой зря. Было бы желание, а возможности найдутся!

Мы проехали вперед по дороге, оставив позади туристические автобусы и палатки с местными товарами.

Кирилл рассказал, что Главный Чегемский водопад, к которому мы едем, самый необычный из всех. Он собирается из каскада мелких водопадов, льющихся с высоты шестьдесят метров. Падая с высоких уступов, струи водопадов разбиваются, образуя водную пыль, в результате чего появляется радуга.

– Надо же, радуга ведь только после дождя возникает, – заметила Лиза. – По крайней мере, я так считала.

– А сегодня вы узнаете, что и без дождя можно увидеть радугу, – проговорил Еремин. – В природе есть много необычных явлений, которых мы себе даже не представляем.

До Главного Чегемского водопада мы доехали довольно быстро. Вдали стоял туристический автобус – отдыхающие фотографировались на фоне скал и глазели на окружающие красоты.

– Мы туда не поедем, – предупредил Кирилл. – Чтобы подняться вверх, надо обогнуть скалу, а там выйдем и пройдемся вверх пешком. Лиза, вы хорошо себя чувствуете? Если нет – то давайте отложим нашу прогулку!

– Нет-нет, что вы! – запротестовала та. – Я как раз очень хочу прогуляться. В машине несколько укачивает, на воздухе гораздо лучше.

– С вами точно все в порядке? – Я обернулась назад и посмотрела на Лизу.

Та улыбнулась.

– Конечно. Мне нравится экскурсия, жаль только, что Ярослава рядом нет. Моего мужа.

Кирилл объехал скалу и припарковал машину близ дороги, так, чтобы не мешать другому транспорту. Прямо перед нами предстала огромная возвышенность, поросшая кустарниками и бурьяном.

Я внимательно оглядела гору – пока мне было непонятно, где находится та тропа, по которой Кирилл собирался подняться наверх.

– Кирилл, я думаю, нам лучше не подниматься наверх, – наконец проговорила я. – Давайте не будем рисковать и воспользуемся обычным туристическим маршрутом. Думаю, тут везде можно сделать красивые фотографии.

– Почему? – разочарованно спросила Лиза. – Женя, вы не хотите? Можно тогда я вместе с Кириллом поднимусь?

– Нет, – резко отрезала я. – Мы поедем назад. Я не вижу смысла подниматься не пойми где и не пойми куда. И в вашем положении, Лиза, лучше не заниматься экспериментами.

– А кто сказал, что мы пойдем не пойми куда? – поинтересовался Кирилл. – Идемте, я покажу вам дорогу наверх. Все безопасно, я сам проверял!

Я хмуро посмотрела на него, но Лиза вышла из машины первой. Я открыла дверцу и подошла к ней, прошептав, пока Кирилл закрывал окна:

– Лиза, прекратите самовольничать! Я отвечаю за вашу безопасность и запрещаю вам идти наверх! Подумайте о вашем ребенке, в конце концов!

– Женя, ну пожалуйста! – взмолилась та. – Меня на самом деле укачало в машине, давайте хотя бы немного прогуляемся! Если мы поедем сейчас назад, мне станет плохо!

– Прогуляйтесь по обочине дороги. – Я не собиралась уступать ей. В конце концов, я – телохранитель, и клиент должен слушаться меня, а не подвергать свою жизнь ненужному риску. – Если у вас закружится голова и вы сорветесь вниз, подумайте, кто будет висеть над пропастью, спасая вашу жизнь и жизнь вашего ребенка! Давайте пройдемся вперед и назад и поедем обратно.

Кирилл подошел к нам, закончив наш спор своим появлением. Он дружелюбно кивнул и прошел вперед. Мы двинулись за ним.

– Вот и дорога. – Он остановился, а когда мы поравнялись с ним, махнул рукой вправо. И в самом деле, наверх шла аккуратная тропинка, которую я сперва не увидела.

Как и говорил Еремин, подъем оказался не крутым, а довольно пологим, даже не верилось, что здесь нет толпы туристов с мобильными телефонами и селфи-палками.

– Ну что, будем подниматься вверх? – улыбнулся наш экскурсовод.

– Конечно, будем! – воскликнула Лиза.

– Женя? – Кирилл посмотрел на меня.

Я колебалась.

– Женя, пожалуйста! – Лиза смотрела на меня так, словно от моего решения зависела ее жизнь. – Кирилл ведь с нами пойдет, если подъем окажется крутым, мы сразу спустимся!

– Ладно, – скрепя сердце проговорила я. – Только одно условие. Если я скажу – возвращаемся назад, мы без всяких разговоров спускаемся вниз. Идет?

– Спасибо! – обрадованно воскликнула моя клиентка.

Кирилл выглядел счастливым.

Глава 8

Тропинка плавно поднималась вверх, осторожно огибая большие валуны и заросли кустарников. Идти было легко и приятно, Кирилл шел самым первым, за ним – Лиза, а замыкала наше шествие я, сосредоточенно вглядываясь вперед и наблюдая за своими спутниками.

Но опасности и в самом деле не было – по крайней мере пока. Срываться было неоткуда, ни по каким скалам мы не карабкались, а прогулочным шагом продвигались вперед. Лиза постоянно останавливалась, прося меня или Кирилла сфотографировать ее на фоне понравившегося пейзажа. У нее был кнопочный телефон, поэтому роль фотографа в основном исполняла я. Моя клиентка пообещала дать мне в Тарасове флешку, чтобы перекинуть снимки на нее.

– Вы вообще не пользуетесь сенсорным телефоном? – удивился Кирилл.

– У меня его нет, – отозвалась Лиза. – Панически боюсь новомодных устройств – я в них ничего не понимаю.

Тропинка плавно изогнулась, и мы вышли на небольшую площадку, с которой открывался вид на дорогу. Кирилл сказал, что сейчас мы обогнем скалу, не поднимаясь выше, и совсем скоро увидим Главный Чегемский водопад.

– Как вы видите, ничего сложного в подъеме нет, – заметил он. – Тропа вверх не идет, поэтому если вдруг вы захотите залезть наверх, придется карабкаться напрямик, через кусты и скалы. Я вам этого варианта не предлагаю, здесь нужна хорошая физическая подготовка. Мы пойдем по ровной тропе.

– Это радует, – заметила я.

У Лизы было такое выражение лица, словно она про себя решила, что, как только родит, вернется сюда и залезет на скалу. Впрочем, это ее дело – когда я не буду нести ответственность за ее жизнь, пусть хоть на Эльбрус пешочком поднимается, но сейчас я должна контролировать каждый ее шаг.

– Давайте немного здесь побудем, – попросила Лиза. – Тут очень красиво! Жаль, что мы не взяли с собой ничего перекусить – устроили бы пикник!

– Могу предложить вам протеиновые батончики, – предложил Кирилл. – К сожалению, ничего более существенного у меня с собой нет, я тоже не подумал о бутербродах. А вот протеиновые батончики я всегда таскаю в рюкзаке, всем советую.

Он снял свой рюкзак и достал оттуда четыре шоколадных батончика, каждый – в яркой упаковке. Все четыре были с разными вкусами; Кирилл протянул их нам, предлагая выбрать.

– Спасибо, не нужно, – проговорила я.

Лиза вопросительно посмотрела на меня, но не рискнула взять предложенное угощение.

– Фигуру бережете? – улыбнулся Еремин. – От них не поправитесь, это еда для спортсменов. У меня еще чай в термосе есть, будете?

С утра я ничего не ела, но осторожность для меня была превыше всего. Хотя батончики были покупными – на них даже ценник остался, поэтому я колебалась.

В конце концов я проговорила:

– Давайте лучше посмотрим на водопады, а потом нормально пообедаем где-нибудь в кафе. Здесь поблизости ведь есть какое-нибудь заведение общепита?

– Да, естественно, это же туристическое место, – ответил Кирилл. – Может, тогда чай попьете?

– У нас вода с собой, спасибо. – Я вытащила бутылку минеральной воды, которую мы набрали в питьевой галерее.

У Лизы в сумке тоже была такая же вода, поэтому наш пикник ограничился употреблением минералки и чая. Чай пил только наш экскурсовод. Немного передохнув, мы двинулись дальше по тропе. Сейчас на пути попадалось гораздо больше колючих кустарников и зарослей травы, поэтому шли мы намного медленнее.

В конце концов Кирилл остановился и повернулся к нам.

– Давайте я пройду вперед, посмотрю, какая там дорога. А то мы зашли уже в самую чащу и продираться через бурелом не слишком интересно. На худой конец, если все настолько заросло, спустимся к дороге и посмотрим на водопад снизу. Жаль, конечно, но что поделаешь – я был здесь ранней весной, и с того времени дорожка сильно заросла. Подождите меня, я скоро вернусь.

– Хорошо, – кивнула я.

Кирилл пошел вперед, мы остались ждать его вместе с Лизой. Кирилла не было уже минут семь – видимо, он решил пройти по тропе до конца и только потом вернуться. Лиза облокотилась на валун и рассеянно смотрела на землю.

Я подумала, что надо позвонить нашему экскурсоводу и сказать ему, что, раз тропа сильно заросла бурьяном, лучше возвращаться обратно. К тому же мне хотелось зайти в кафе, и я пожалела, что отказалась от предложенного батончика. Внезапно тишину прорезал громкий, отчаянный вопль ужаса. Я подскочила на месте – кричал Кирилл.

Сомнений не было – что-то случилось. Я среагировала мгновенно – приказав Лизе сидеть на месте и никуда не уходить, я ринулась через заросли вперед. В голове была только одна мысль – только бы успеть, пока не произошла трагедия. Неужели Кирилл дошел до конца тропы и сорвался вниз? Высота, на которую мы поднялись, была солидная – если человек упадет в пропасть, он разобьется, не было ни единого шанса выжить. Я до конца надеялась, что мужчине удалось хотя бы ухватиться за скальный выступ – если это так, то я успею его спасти.

– Кирилл! – закричала я, продираясь сквозь бурелом. – Где вы?

– На помощь! – донесся его голос. – По… – Слово оборвалось, только далекое эхо отозвалось, словно в насмешку. Я снова позвала Кирилла, но на этот раз ответа не последовало.

Я прорвалась сквозь заросли колючек и выбежала на открытое пространство. Тропа обрывалась прямо у обрыва.

– Кирилл! – громко крикнула я.

В ответ – тишина. Я подошла к краю пропасти – внизу тонкой серой речкой змеилась дорога, по которой мы ехали. Машины Кирилла не было видно, стало быть, мы обогнули скалу. Напротив меня возвышалась другая скальная возвышенность, с которой разбивались вниз потоки воды, падая в узкую бурлящую речку. Они были серо-зелеными, но внизу их цвет расслаивался на яркие оттенки. Красный, желтый, зеленый – как настоящая радуга…

– Кирилл! – еще раз позвала я.

Водная пыль игриво переливалась, точно манила вниз, за собой. Словно звала окунуться в разноцветную радугу, о которой еще недавно рассказывал человек с зелеными глазами и доброй, необыкновенной улыбкой.

Человек, который уже никогда ничего не расскажет…

Быстрым шагом я возвращалась назад, к месту, где оставила Лизу. Думала, как скажу ей о том, что Кирилл погиб – для женщины это будет ужасный удар. Только что Кирилл шел с нами, рассказывал легенды и интересные истории, совсем недавно он угощал нас шоколадными батончиками, предлагал выпить чай из термоса, совсем недавно он приглашал меня на свидание…

Страшной, жестокой и несправедливой порой бывает судьба – смерть настигает в самый неподходящий момент, обрывая тонкую, хрупкую нить жизни. Забирает с собой навеки, туда, откуда не возвращаются… Лиза должна была ждать меня возле камня, где я велела ей находиться. Однако когда я добралась до места, где еще недавно сидела моя клиентка, никого поблизости не было.

Я точно помнила, что здесь оставила Лизу, – ошибиться я не могла. В любой ситуации я хорошо запоминаю местность, прекрасно ориентируюсь даже там, где была всего раз в жизни.

– Лиза! – громко крикнула я.

Ответа не было. Я снова принялась звать молодую женщину по имени, но Лиза словно исчезла – если бы она была где-то поблизости, наверняка я разыскала бы ее.

Я побежала по тропе к поляне, где мы остановились в первый раз. Но моей клиентки не было нигде – она точно испарилась, растаяла в воздухе как дым. В моей голове не укладывалось, где могла находиться Лиза. Может, она спустилась вниз? Но почему не подождала меня?

Я подошла к краю поляны и посмотрела вниз. Неужели она упала, как и Кирилл? Но за каким лешим ее понесло сюда?..

– Лиза! – еще раз крикнула я.

Достала свой мобильный, принялась звонить молодой женщине. Механический голос ответил, что абонент находится вне зоны действия сети.

Я решила прочесать окрестности – мне во что бы то ни стало нужно было найти Лизу. Я посмотрела вверх. Нет, в здравом уме и твердой памяти она не могла полезть на скалу – зачем ей это? Тем более она беременна, совершать безрассудные поступки молодая женщина не стала бы. Тогда что с ней произошло? Где она может быть?.. Происходящее все больше напоминало дурной сон – сначала трагически погиб Кирилл, теперь пропала Лиза.

А что, если эти два происшествия связаны друг с другом? Быть может, экскурсовод сорвался со скалы не из-за собственной невнимательности, а ему помогли?.. Меня прошиб холодный пот. Если убийца Кирилла похитил Лизу, это значит, что молодой женщине грозит смертельная опасность.

Я снова достала свой мобильный и стала набирать номер полиции. Но позвонить так и не успела – среди кустов выше тропы я увидела развевающиеся белые одежды. Я ринулась наверх, чтобы посмотреть, кто скрывается за буйно растущей зеленью. Кто бы это ни был, он мог знать, куда подевалась молодая женщина, или видеть того, кто ее похитил.

Я быстро вскарабкалась по каменному выступу и оказалась среди колючих зарослей какого-то неизвестного мне растения. И смогла наконец-то увидеть, кто скрывался за бурьяном. Она казалась слишком ярким пятном посреди зеленой листвы и темных стволов кустарников. Белые одежды, словно саван, окутывали ее высокую фигуру, черные волосы струились по плечам и спадали вниз плотной занавесью. Лицо – белое как мел, только темные глаза зияли глубокими дырами. Как глазницы у черепа, который привиделся мне в первую ночь пребывания в санатории. Она расхохоталась, и эхо разнесло ее смех, разбивая о скалы. В ту же секунду белая фигура словно растворилась среди зелени, а через мгновение я снова увидела ее призрачный саван. Теперь уже немного выше, как будто женщина парила в воздухе. Я побежала за ней, но она ускользала от меня, то и дело возникая и пропадая, точно издеваясь надо мной. Я слышала ее жуткий хохот, пыталась догнать незнакомку, но всякий раз терпела поражение. Она вела меня вдоль камней, поднимаясь все выше и выше по склону.

Я с трудом разбирала дорогу, цепляясь за выступы скал и обдирая кожу о колючую траву. Тропинки я давно не видела – протоптанная дорожка осталась где-то далеко внизу, сейчас вокруг были лишь непролазные дебри да скальные выступы. Внезапно я ее потеряла. Смолк хохот, исчезло белое одеяние, точно мне все это привиделось.

Я поднялась чуть выше и огляделась. Прямо передо мной чернела дыра в скале, напоминающая узкую пещеру. Я посмотрела вверх и увидела крутой подъем, на который без специального снаряжения уже не подняться. Если женщина в белом существовала на самом деле, а не была плодом моего воображения, единственное место, куда она могла пойти дальше, – это пещера.

Времени на раздумья у меня не было – я осторожно подошла к черному входу, за которым меня ждала мрачная неизвестность. Пещера вначале показалась мне очень узкой, однако я все же смогла ползком пролезть внутрь. Чтобы как-то ориентироваться в темноте, я включила фонарик на мобильном телефоне и посветила вокруг.

Пещера резко расширялась, я даже смогла встать сперва на четвереньки, а потом поднялась в полный рост. Интересно, каково происхождение этой пещеры? Природная она или дело рук человеческих? Неизвестно. Но раз выбора у меня нет, я должна осмотреть пещеру – вдруг где-то здесь находится Лиза? Сама она, ясное дело, сюда бы не полезла, значит, ее притащили. Но кто и зачем?

Я вспомнила, как молодая женщина рассказывала о своем «призраке». Белый саван, черные волосы, бледное лицо… Описание совпадало с приметами незнакомки, которая заманила меня сюда.

Может, я тоже увидела привидение, не дававшее покоя моей клиентке? Ага, конечно, в призраков я не верю. Но выглядела она, что ни говори, весьма устрашающе, да и передвигалась слишком быстро для живого человека. Так двигаться может либо привидение, либо… либо человек, превосходно знающий местность. Я позвала Лизу, но ответа не услышала. Мой крик отозвался гулким эхом, и только. Я осторожно пошла вперед, в глубь пещеры, освещая себе дорогу тусклым светом фонарика. Радовало одно – со мной была моя сумка с отмычками, жучками и револьвером. Я вытащила оружие, взяла телефон с фонариком в левую руку, чтобы в случае опасности сразу открыть стрельбу.

Я ступала максимально бесшумно, прислушиваясь к доносящимся звукам, однако вокруг было очень тихо. Слишком тихо. Как в могиле. Пещера не расширялась и не сужалась – она углублялась вперед и, казалось, никогда не закончится. А что, если она – сквозная? Внутри было очень холодно, никакого просвета впереди я не видела. Я держала палец на курке револьвера, готовая выстрелить в любую секунду. Вдруг фонарик на мобильном стал гаснуть. Я тихо выругалась – садилась батарейка, надо было зарядить телефон перед экскурсией. Но я полагала, что заряда хватит на день, обычно мой телефон долго не садился. К счастью, фонарик не погас, но, когда свет снова зажегся, я увидела впереди тупик. Я повернула голову влево и от неожиданности едва не выстрелила. Хорошо, что не спустила курок – прямо передо мной была Лиза.

Молодая женщина смотрела на меня вытаращенными от ужаса глазами, а к ее шее было приставлено дуло пистолета. Руки Лизы были связаны сзади, во рту торчал кляп. А оружие держала та самая женщина в белом саване, которая заманила меня в пещеру.

– Брось пушку, а то я пристрелю девку! – со злостью в голосе скомандовала она.

Я светила фонариком прямо ей в лицо, но из-за того, что свет был слишком тусклым, он не ослепил ее.

Незнакомка смотрела мне в глаза, и в ее взгляде я прочла такую ненависть и ярость, что поняла: живой я отсюда вряд ли выберусь. Я подчинилась. Бросила револьвер на землю, как было велено.

– Швырни его сюда, – приказала черноволосая женщина.

Я снова выполнила то, что она сказала.

– Свяжи ее, – эти слова были адресованы уже не ко мне.

Я почувствовала, что сзади меня кто-то есть. Я обернулась и одновременно получила удар в лицо. На мгновение перед глазами все поплыло, и в ту же секунду руки мне резко заломили за спину. В запястья вдавилась жесткая веревка – кто-то быстро связал мне руки. Мой мобильный выпал из руки, фонарик погас. Однако в пещере был свет – кто-то держал за моей спиной фонарь, освещая противоположную стену, где находились моя клиентка и вооруженная преступница.

– Наконец-то, – усмехнулась женщина. – Поди, не знаешь меня, да? А вот я тебя очень хорошо знаю, и ты даже не представляешь, сколько времени я ждала этого момента! Пришлось, конечно, постараться, но любой труд должен быть вознагражден, правда? Что, не ожидала? Как это мило – непобедимая Евгения Охотникова проживает последние секунды своей ничтожной жизни! Все кончено, дорогая моя, доигралась! Я положу всему конец, ты сгниешь здесь, в этой пещере, и никто тебя никогда не найдет! Ни тебя, ни твою беременную подружку!

– Лиза – мой клиент, а не подруга, – спокойно заметила я.

Ситуация была безвыходная – я это прекрасно понимала. Единственное, что мне оставалось, – это тянуть время, надеясь, что я смогу что-то придумать. Хотя сейчас надеяться я могла разве что на чудо… Ну и, пожалуй, на то, что мишень в этой сумасшедшей многоходовке – телохранитель Евгения Охотникова, а вовсе не беременная Лиза.

– Я знаю, – проговорила незнакомка. – Только со своей работой ты на этот раз не справилась. Провалила задание. Клиент умрет, и ты вместе с ней. Скажи, а сколько раз по твоей вине погибали люди? Вспомни хорошенько!

– Ни разу, – заявила я.

– Ошибаешься, – зло процедила женщина. – Я тебе расскажу. Вспомни Михаила Петренко, который по твоей милости оказался за решеткой! Это ты виновата в том, что он погиб! Ты убила его и разрушила мою жизнь! И ты за это поплатишься!

Опаньки! То есть охота велась действительно на меня. И работала эта сумасшедшая особа через дочь тетушкиной подружки. Сложная игра! Если бы получилось убедить ее, что Лиза ни в чем не виновата и ее можно отпустить!..

– Михаил Петренко – преступник, – спокойным, размеренным тоном проговорила я. – Я прекрасно помню то дело. Он собирался убить моего клиента Аркадия Илюшова, которого я защищала. Я сделала то, что должна была сделать, – обезвредила преступника и спасла Аркадия. Михаил пытался убить его, но его попытка провалилась. Я ни капли не сожалею о том, что преступник получил по заслугам.

– Михаил ни в чем не виноват! – вскричала женщина. – Его уволили с работы из-за Илюшова, а тот получил повышение! Миша всего лишь пытался восстановить справедливость! А из-за тебя его засадили за решетку, где он умер – у него случился инфаркт! Его смерть на твоей совести!

– Инфаркт случился не по моей вине, – возразила я. – Мое дело – сдать преступника полиции, за остальное я не отвечаю. Я не понимаю ваших претензий ко мне.

– Михаил был моим мужем! – медленно проговорила незнакомка. – Мы жили с ним счастливо до тех пор, пока не появилась ты! Он умер по твоей вине, а я поклялась найти тебя и отомстить. И, как видишь, я свою клятву выполнила – ты здесь, и сейчас ты умрешь.

– Жанна, мы так не договаривались, – услышала я вдруг позади себя знакомый до боли голос.

Я попыталась обернуться, чтобы посмотреть на связавшего меня человека, который держал в руках фонарь. Чтобы я могла видеть лица своей убийцы и связанной Лизы – это была часть спектакля. Но поворачиваться не было нужды – человек с фонарем подошел к своей сообщнице и проговорил:

– Мы договаривались без мокрухи. Ты говорила, что поговоришь, попугаешь и все, отпустишь. Ну, посидят в пещере до утра… А в мокром деле я участвовать не собираюсь, мое дело – доставить сюда женщин и обезвредить. Я умываю руки.

– Как благородно! – фыркнула я. – Кирилл, так вы не умерли? Надо же, ловко вы обвели меня вокруг пальца!

– Мне незачем портить себе жизнь, – спокойно заметил зеленоглазый экскурсовод собственной персоной.

Я поняла, как глупо поступила, бросившись искать Кирилла, когда услышала его крик о помощи. Почему я сразу не подумала, что это ловушка? Мужчина отвлек меня, потом, вероятно, вернулся к Лизе, пока я искала его, оглушил или просто связал – не знаю. Лиза – легкая добыча, думаю, она беспрекословно выполнила все требования преступника или преступницы. Но почему я оставила ее одну? Рванулась спасать Кирилла, который, оказывается, был заодно с женой Михаила. Я ведь даже с ней не была знакома – а оказалось, что Жанна прекрасно знала практически все обо мне. Или не все?..

– А у тебя нет выбора, – заявила преступница, обращаясь к Кириллу. – Успокойся, тебе не о чем волноваться. Расстреливать никого я тебе не доверю, не для того я так долго старалась… Но и отпускать тебя отсюда я не намерена. Стой где стоишь, ясно? Не то и тебе достанется! Вздумаешь бежать – пристрелю!

– Сумасшедшая… – процедил Кирилл. – Мы с тобой в расчете, убийства в нашем договоре не было! Ты платишь мне за работу, я ее выполняю – и точка! Если собираешься убивать – делай это, пожалуйста, сама, меня не приплетай!

– Не смей двигаться! – Жанна навела пистолет на Кирилла.

Тот посмотрел на нее, потом проговорил:

– Ладно, ладно, успокойся, я понял. Не собираюсь я никуда сбегать…

– Вот и славно. – Жанна улыбнулась и нацелила пистолет теперь на меня.

Лиза неподвижно стояла перед ней, удивительно, что молодая женщина еще не потеряла сознание от ужаса. Она только смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

– Хорошо, я проиграла, признаю это, – быстро проговорила я, понимая, что сейчас сумасшедшая прострелит мне голову. – Но перед смертью – раз вы вознамерились отправить меня на тот свет – мне хотелось бы услышать правду. Скажите, это ведь вы пугали Лизу, притворяясь призраком? Но как вам это удалось? Ведь особняк охраняется, там есть видеокамеры… Как вы проникали в дом Демьяновых? Мне интересен механизм ваших действий.

– Зачем? – ухмыльнулась Жанна. – Думаешь, что после смерти тебе эти знания понадобятся? Или просто не дает покоя тот факт, что тебя обвели вокруг пальца?

– Пожалуй, второе, – кивнула я. – И потом, мне просто интересно. Разгадку я так и не нашла, вот и спрашиваю.

– Другой бы человек на твоем месте молил о пощаде, – заметила преступница. – А ты спрашиваешь, как я провернула все это… В принципе, ты права – отпускать тебя я не собираюсь, а рассказать могу, почему бы и нет. Я никуда не спешу, здесь нас никто не найдет, а полицию я тебе вызвать не дала. Ты хочешь узнать, как я проникала в особняк Демьяновых? Пожалуйста, расскажу. Это было несложно. Благодаря своей матери я узнала, кто и когда присутствует в доме Демьяновых, кто дежурит из охраны. Да, для начала скажу, что я устроила так, чтобы моя мать устроилась домработницей в особняк Ярослава и Лизы. Наверное, тебе интересно почему? Да потому что я очень тщательно продумала план мести. Сперва я узнала, где и с кем ты живешь, есть ли у тебя друзья. Сперва я думала взять в заложницы твою тетку, но потом поняла, что это слишком просто – тогда ты сразу догадаешься, что убить хотят не ее, а тебя. А мне надо было сделать так, чтобы ты до самого конца не поняла, кто является настоящей жертвой. Помнишь мать Лизы, Екатерину Михайловну? Так вот, я узнала, что твоя тетка дружит с ней, и это сильно упростило мою задачу. Мать Лизы знакома с моей матерью Ириной, она знает, что та – прекрасная домработница. Я посоветовала своей матери попробовать устроиться домработницей в особняк Демьяновых – работы там много, но и платить должны неплохо. Моя мать – баба простая, работящая, но недалекая. Ей и в голову не пришло, что у меня есть свой интерес. Так вот, мамаша поныла матери Лизы, что хочет сменить хозяев, а та сразу заявила, что дочка ее вышла замуж, живет с мужем в большом особняке, а убираться и готовить некому. Поэтому моя маманя без проблем устроилась домработницей к Демьяновым. Сама я с ней не приходила в дом Лизы и Ярослава – знала, что ты первым делом станешь проверять, был ли кто посторонний в особняке. Я выведала у матери, кто работает на охране. Первый охранник – здоровяк Илья Савриков, его я сразу вычеркнула из списка своих невольных помощников. А вот со вторым, Геной, проще простого было закрутить роман. Он парень простой, ни одной юбки не пропустит, поэтому запал на меня сразу же. Я сказала, что у меня дома встречаться нельзя, но я могу приходить к нему ночью на работу, так интереснее. Простак Генка сразу согласился. Я заявлялась в особняк, когда он дежурил, подмешивала ему в кофе снотворное, чтобы после наших развлечений он спал без задних ног. О нашем романе я попросила его ничего никому не рассказывать, припугнула увольнением. А сама стирала записи с камер видеонаблюдения – это было очень просто, у Генки всегда с собой был портативный ноутбук, чтоб в игры играть. А после я наряжалась в белое платье, которое Лиза приняла за саван, пудрила свое лицо и наносила макияж – чтобы никто меня не узнал. Ну и гуляла по дому – сама понимаешь, запасные ключи на охране всегда есть. Естественно, моя мать рассказывала мне все о жизни своих хозяев – она любит поболтать, а уж посплетничать с дочуркой, которая приехала из Маркса погостить, – самое милое дело! От матери я и узнавала, когда Ярослав задерживается на работе, когда уезжает в командировки и Лиза остается одна дома.

Припугнуть глупую девчонку труда не составляло – Лиза боится собственной тени, и следить за мной она никогда бы не стала. Я дождалась, когда у молодой беременной клуши совсем поедет крыша, а потом серьезно поговорила со своей матерью. Та мне все выкладывала, и про призрака – тоже.

Я спросила ее, почему муж Лизы не отправит свою жену в санаторий – привести нервы в порядок, и моя мать тут же посоветовала Ярославу поехать с Лизой на отдых. Но у Демьянова – филиал в другом городе, а Лиза одна ехать побоялась.

Я сказала матери, что надо нанять Лизе хорошего телохранителя, желательно женщину, чтобы беременная жена Ярослава спокойно себя чувствовала в обществе защитницы. Я сама хотела посоветовать Евгению Охотникову – то есть тебя, но в дело вмешался случай. Ирина частенько общается с Екатериной Михайловной, а та знает, что племянница ее подруги – неплохой специалист.

Короче говоря, все произошло так, как я и планировала. Ярослав договорился, что ты поедешь с Лизой в санаторий «Виктория» – это ведь моя заслуга, что Демьянов купил путевку именно сюда. В «Виктории» постоянно нужны горничные, поэтому я поехала в Ессентуки на три дня раньше вас и без проблем устроилась на работу.

Я дождалась, когда вы заселитесь в номер – горничные могут посмотреть, кто и где проживает, правда, здесь у меня возникли некоторые затруднения. Я не знала, куда именно вас заселят, и так как я работала во втором корпусе, а вас поселили в третьем, мне пришлось срочно меняться с другой горничной. Благо это оказалось просто, я намекнула, что у меня там парень завелся, ну и она пошла навстречу. Я теперь могла проникнуть в ваш номер, пока вы ходите по процедурам. Сперва я собиралась попросту вас травить – хотела, чтобы вы обе съехали с катушек. Я нашла в холодильнике две бутылки воды, подсыпала туда препарат, вызывающий сильные галлюцинации.

Ты подумала, что вас травят в столовой, однако подмешивать яд в еду я бы не смогла – горничные не имеют доступа к продуктам питания. Но вы пили воду из холодильника, поэтому у вас обеих и начались галлюцинации. Однако потом, когда я проникла в ваш номер, я поняла, что больше вы в холодильнике ничего не храните, поэтому подсыпать вам галлюциноген не смогла. Я собиралась травить вас до тех пор, пока концентрация яда не окажется в крови слишком большой – тогда вы обе впали бы в кому. Но все вышло по-другому, хотя это меня не остановило – я решила продолжать дело, начатое в Тарасове, то есть запугивать Лизу.

Я воспользовалась универсальным ключиком – ты же понимаешь, что у горничных есть к нему доступ, – и подсунула в Лизину сумку две карты Таро – «Правосудие» и «Смерть». Сначала подумывала сунуть в пакет с купальником – это еще проще, но тогда ведь подумали бы на горничную, которая убирается в номере. Я собиралась еще подкинуть парочку карт, но у меня не было возможности, события разворачивались слишком быстро, чтобы планомерно осуществлять задуманное. Правда, Лиза постоянно таскала сумку при себе, а ты вечно шаталась поблизости. Однако и на этот раз у меня все получилось – в бассейне, как ты, наверное, догадалась – ни ты, ни твоя клиентка не поняли, откуда взялись карты.

– А потом ты решила нанять Кирилла, так? – спросила я, когда Жанна остановилась. – Чтобы он отравил нас шоколадными батончиками с ядом?

– Нет, травить он вас не должен был, – возразила преступница. – Я разыскала Кирилла в социальной сети, завязала с ним знакомство. Мы пару раз встретились, и я предложила ему неплохие деньги за то, что он закрутит роман с тобой. Кирилл сразу согласился – работа непыльная, а ты ему понравилась, деньги он любит. Я сказала ему, что он должен пригласить тебя на свидание, чтобы Лиза осталась без присмотра. Кирилл сообщал мне о каждом своем действии.

Однако даже он не смог заставить тебя бросить Лизу. Тогда я велела ему устроить вам обеим экскурсию в Чегемское ущелье. Кирилл знает все тропы в ущелье, он и рассказал мне о том, что здесь есть одна пещера, о которой никто, кроме него, не знает. Я внимательно изучила местность, нашла, как пробраться в пещеру, а потом придумала план, как похитить твою клиентку. Кирилл должен был изобразить свою собственную гибель, чтобы ты бросилась ему на помощь.

Я все время находилась рядом, следила за вами. Когда ты ринулась его спасать, а я знала, что ты не сможешь не сделать этого, – я подошла к Лизе. Смешно, но мне не пришлось ей даже угрожать, когда «призрак» явился к ней, она попросту грохнулась в обморок. Я оттащила ее наверх, а пока ты искала Кирилла, он сам подошел к месту, где мы условились с ним встретиться. Он отнес Лизу в пещеру и связал, а я заманила тебя к пещере. Дальше – дело техники. Я подождала, когда ты доберешься сюда и увидишь свою клиентку. Естественно, ты мне отдала оружие – хотя я так и так пристрелю Лизу, мне лишние свидетели не нужны.

– А заодно убьешь и Кирилла, верно? – улыбнулась я, пристально глядя в зеленые глаза Еремина.

Тот не выдержал моего взгляда.

– Тебе ведь не нужны свидетели, значит, и он – труп, – продолжала я, внимательно наблюдая за сообщниками.

– Это не твое дело, с Кириллом мы в расчете, – нахмурилась Жанна.

Она снова навела на меня дуло пистолета – целилась в голову. Близкое расстояние, если женщина спустит курок, смерть будет мгновенной, не надо быть снайпером, чтобы попасть в цель с двух шагов.

Я посмотрела в глаза Жанне, заставляя ее отвести взгляд. Но преступница неотрывно смотрела на меня, а на ее губах блуждала сумасшедшая улыбка.

Я поняла, что сама Жанна тронулась умом на своей мести. Она ненормальная, ей явно пора в психиатрическую лечебницу. Кирилл ее боялся, но он был слишком труслив, чтобы пойти против вооруженной сообщницы. И он понимал, что следующим трупом – после меня и Лизы – будет он сам.

– А я ведь едва не поверила тебе, – обратилась я к Еремину. – Помнишь, тогда, на мосту? Я надеялась, что у нашей истории будет продолжение, – я потупила взгляд. – Странно признаться, но, похоже, я впервые в жизни влюбилась. В тебя. И была готова согласиться пойти с тобой на свидание после экскурсии…

– Как трогательно! – захохотала Жанна. Ее смех был похож на смех гиены – она едва не захлебывалась в истеричном припадке. – Какая потрясающая история любви! Под дулом пистолета! Охотникова, ты меня развеселила, ты это понимаешь? Я думала, что буду радоваться, когда пристрелю тебя, но сейчас мне весело, хотя ты еще жива!

– А ты думала, что телохранители неспособны на любовь? – грустно покачала я головой. – Думала, что только ты могла любить?..

Жанна смеялась, я опустила голову и всхлипнула. Мои слезы доставляли сумасшедшей преступнице необыкновенное удовольствие, тогда как Кирилл пытался не смотреть на меня. Он стоял рядом, изучая взглядом противоположную стену. Ожидая, когда это все закончится.

– Только ты оказалась права, – медленно проговорила я, поднимая на Жанну совершенно сухие глаза. – Телохранителю вроде меня несвойственно испытывать обычные человеческие эмоции, – и с этими словами я резким ударом ногой выбила пистолет из рук Жанны.

Та не ожидала нападения – ее руки самопроизвольно разжались, оружие упало. Я оттолкнула пистолет ногой в сторону, чтобы ни Жанна, ни Кирилл не смогли его поднять.

Пока преступница рассказывала свою историю, я распутывала веревку на запястьях.

Мне повезло, что Кирилл стоял рядом и не видел моих манипуляций – он и не подозревал, что я смогу освободиться, так как крепко затянул несколько узлов. Но в школе боевиков экстра-класса обучали не только боевым приемам – нас учили выпутываться из самых крепких узлов, освобождаться из наручников и быть готовыми абсолютно к любой ситуации. Следующий мой удар был аккурат в солнечное сплетение Жанны. Та на несколько секунд потеряла способность дышать, я же оглушила ее сильным ударом по голове. Женщина обмякла и рухнула на землю.

Краем глаза я увидела, что Кирилл рванулся к выходу – крыса бежит с тонущего корабля. Я настигла его в одно мгновение и нанесла сокрушительный удар по голове.

– Око за око, – проговорила я, когда Еремин упал на землю. – Больше всего на свете ненавижу трусов…

Вчетвером мы вышли из пещеры. Точнее, на своих двоих передвигались только я и Лиза – связанных по рукам сообщников пришлось заставлять идти едва ли не пинками.

Жанна злобно косилась на меня, Кирилл молча плелся, глядя себе под ноги.

Выйдя из пещеры, мы остановились возле огромного валуна. Я набрала номер полицейского участка, чтобы вызвать подкрепление. Пока я объясняла, где мы находимся, произошло еще одно событие. Жанна, которая стояла со связанными руками возле Кирилла, внезапно резко бросилась в сторону. Я крепко связала ей запястья – освободиться она не могла. Я поняла, что женщина пытается бежать, сунула мобильный Лизе, а сама бросилась вслед за преступницей. В белом платье-саване, с развевающимися черными волосами, Жанна бежала к обрыву как безумная.

Я догнала ее, но было уже поздно. Женщина остановилась возле края, над пропастью, и прокричала:

– Будь ты проклята! Гори в аду! – И спрыгнула со скалы. Я ничего не смогла сделать – только смотрела, как белая фигура преступницы падает вниз, превращаясь в маленькую белую точку…

Эпилог

(восемь месяцев спустя)

Огромная, богато обставленная комната сияла, точно тронный зал. Длинный стол с белой скатертью ломился от всевозможных деликатесов, в центре стояли бутылки с элитным дорогим вином и шампанским. Гостей было не слишком много, и некоторых из них я знала лично. Мы с тетей Милой сидели рядом, ожидая начала торжества. Женщины разговаривали между собой на самые разные темы, мужчины обсуждали деловые проблемы. Екатерина Михайловна, сидевшая справа от меня, сияла, точно она была виновницей торжества, и казалась по-настоящему счастливой. Наконец разговоры смолкли. Ярослав Демьянов встал, обнял свою жену и проговорил:

– Дорогие друзья и коллеги, сегодня мы собрались для того, чтобы поздравить мою обожаемую супругу Лизу с выходом ее первой книги. Никогда не думал, что моя жена станет знаменитой писательницей – но это так, ее роман признан бестселлером, и сам я, прочитав книгу, даже не верил, что ее написала моя Лиза. Не буду долго утомлять вас своей болтовней – пусть сама талантливая писательница скажет слово!

Лиза поднялась со стула и с улыбкой оглядела всех присутствующих. После родов она слегка располнела, но это ей удивительным образом шло. Она выглядела умиротворенной и счастливой и являлась воплощением женственности и красоты.

– Прежде всего я хочу поблагодарить всех вас за то, что вы пришли сегодня порадоваться за мой успех, – проговорила она. – А еще я хотела бы выразить огромную благодарность моему мужу и человеку, без которого моя книга никогда бы не была написана. – Лиза посмотрела на меня. – Женя, благодаря вам я впервые в жизни поняла, в чем заключается мое призвание. Когда мы возвращались с вами домой, в поезде, после той поездки в санаторий, я подумала, что необходимо рассказать эту удивительную и жуткую историю, которая произошла тогда. Я думала, что никогда не смогу забыть о тех событиях, и если я не напишу рассказ или книгу, то воспоминания сведут меня с ума. Уже в поезде я начала работу над рукописью, и только благодаря этому занятию мне удалось привести свои мысли и ум в порядок. Вы не только спасли меня от смерти в той пещере, но и подарили мне новый смысл жизни. Теперь я по-настоящему счастливый человек – у меня есть семья, дочка, к которой мне надо будет скоро бежать, я не привыкла оставлять ее надолго с няней… И еще у меня есть дело, которое, я надеюсь, будет делать счастливыми не только меня, но и моих читателей, ради которых я пишу свои книги. – Лиза закончила свою речь и улыбнулась. Ей ответили громкими рукоплесканиями. Мужчины разлили по бокалам вино и шампанское, все подняли фужеры с пожеланиями молодой матери и писательнице творческих успехов и вдохновения.

Сегодня даже я позволила себе выпить бокал игристого – события, происходившие на Кавказе в конце весны, воскресли в памяти так, точно это произошло вчера.

Почему-то мне вспомнились зеленые глаза Кирилла, который, к слову сказать, понес заслуженное наказание за похищение и содействие погибшей преступнице.

Что ж, телохранители не имеют права влюбляться, находясь на задании. А вот заслуженный отдых после расследования они могут себе позволить…

Content

Марина Сергеевна Серова
Коварная ловушка

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Эпилог (восемь месяцев спустя)