Рымарь Диана Валерьевна

(Не) та женщина

Диана Рымарь

(Не) та женщина

Часть 1. Неслучайная случайность. Глава 1. Заказ

20 часов до происшествия

— Хочу заказать новую ролевую игру, — пробасил Рубен в трубку. Откинулся на спинку черного кожаного кресла и продолжил: — Обрисую пожелания… Представьте пустую проселочную дорогу, незнакомку в красном, которая буквально летит под колеса моей машины, просит подвезти, а я затаскиваю ее на заднее сиденье «гелендвагена» и делаю с ней что хочу. Сможете организовать такое?

— Легко! — отвечает мне менеджер клуба «Малинник».

Рубен краем глаза взглянул на дверь своего огромного кабинета — убедиться, точно ли закрыта, ведь свидетели такого разговора ему не нужны. Немного ослабил галстук и продолжил объяснять:

— Только девушка нужна подходящая: строптивая, с норовом, чтобы натурально отнекивалась, сопротивлялась. Ну, полная реалистичность картины. Поймите правильно, в прошлый раз мне понравилось. Но сейчас я бы хотел кое-что более пикантное, искреннее, вы меня понимаете?

— О да, конечно, разумеется! — принялся расшаркиваться перед Рубеном менеджер.

Еще бы ему не расшаркиваться. За членство в клубе клиенты, подобные Рубену Булатову, отстегивали такие суммы, что некоторым и за всю жизнь не заработать.

К счастью, Булатов легко мог себе такое позволить. Кроме того, дело стоило своих денег. Для членов клуба имелись очень приятные, можно сказать, уникальные привилегии. Можно было получить девушку буквально в любое время дня и ночи, и неважно, будни это, праздники или выходные. Не просто девушку, разумеется, а живую фантазию.

Мечтаешь о блондинке баскетбольного роста? Совершенно случайно она может устроиться на работу официанткой в твой любимый ресторан. Подаст тебе блюда с пылу с жару, а потом позволит поиметь себя в туалете того же ресторана.

Желаешь знакомство в ночном клубе с продолжением? Выбери место, и там ты встретишь зажигательную девчонку, на которую будут ронять слюни абсолютно все вокруг, включая твоих друзей. Только дева ни на кого другого не посмотрит, будет танцевать с тобой, а там уж как захочешь: можно отодрать ее в том же клубе, в машине или позвать домой и трахать в свое удовольствие хоть целую неделю.

Или еще популярная фантазия: доставка пиццы в офис. Приглашаешь девушку-курьера на свой вкус, приказываешь ей забраться под стол, и она послушно встанет на колени, поработает ртом, пока ты тоже типа работаешь. Не обязательно загонять ее под стол, конечно. Можно взять ее в какой угодно позиции и в какое хочешь отверстие.

Девочки раскрепощенные, жадные до чаевых и оттого о-о-очень угодливые.

Булатов не знал, где их находили, но товар элитный, ни одной затасканной ему еще не попалось, все свеженькие, как на подбор. Здоровые, разумеется, каждую проверяли чуть ли не под лупой, прежде чем подложить под клиента. Большинство — студентки, спортсменки, танцовщицы, как доказывал ему менеджер.

Рубен уже попробовал в «Малиннике» многое. И блондинок, и брюнеток, и даже лысых… Развлекался с ними дома, в офисе, в разных интересных местах.

Секс исключительно в собственной спальне за закрытыми дверями и плотно задернутыми занавесками — это скучно, это для стариков. Он же в самом расцвете сил: мужчина чуть за тридцать — самый подходящий возраст, чтобы наслаждаться жизнью.

С тех пор, как оплатил членство в «Малиннике», даже качаться начал, чтобы соответствовать своим же фантазиям, хотя фигурой был не обижен, всё при нем: высок, до двух метров не хватило каких-то десяти сантиметров, а еще широкоплеч, в меру мускулист. Опять же, на лицо Булатов тоже ничего: насыщенно карие глаза, густые темно-русые волосы. Да он — мечта любой, какая бы с ним ни легла. Девушкам по вызову должно быть приятно, когда клиент не урод, ведь так?

— Давайте обговорим детали, — предложил менеджер.

— Давайте. — Рубен ухмыльнулся. — Хочу максимум правдоподобности, так, чтобы даже Станиславский и тот поверил… Нужна красивая строптивая стерва с честными реакциями. Найдете подходящую девушку?

Сцена ролевой игры с изнасилованием пришла к нему во сне, с утра только об этом и думал. Решил воплотить, не откладывая в долгий ящик.

— О, с этим проблем не будет, — пел соловьем менеджер. — Девушка отыграет свою роль как надо. Какую именно хотите? Уточните внешность…

— М-м-м, дайте подумать…

Рубен потер подбородок, заросший короткой, почти черной щетиной, силясь вспомнить детали сна.

— Записывайте! Стройная, но не тощая, чтобы грудь средняя, задница и живот подкачанные. Ненавижу, когда что-то там висит в неположенных местах. Рост средний, около метра шестидесяти. Длинные волосы — это обязательно… Лучше брюнетку.

Рубен уже представлял, как намотает волосы девушки на кулак, как поставит раком на заднем сиденье машины, сорвет с нее трусики и…

Секс в необычных местах будоражил воображение, одна мысль об этом заводила.

— А какой у девушки должен быть цвет глаз? — спросил менеджер.

— Что? Цвет глаз? Да хоть серо-буро-малиновый, мне параллельно.

Этой девчонке Рубен в глаза смотреть не собирался. Не в миссионерской же позиции он будет ее иметь, фантазия рисовала другие позы.

— Хорошо, я подберу варианты и пришлю вам на почту…

— Нет, фото заранее присылать не нужно, — отчеканил Рубен. — Хочу, чтобы было сюрпризом, иначе девушка на меня должного эффекта не произведет. Она ведь должна быть незнакомкой.

— Я всё понял. Мы подберем подходящее место, время. Я пришлю вам сценарий игры и реквизит курьером.

— Отлично. Жду!

Глава 2. Любитель сливок

Рубен положил трубку и довольно потянулся. После того как уладил вопрос, можно смело возвращаться к работе.

— Анжела, кофе, — нажал он на кнопку внутренней связи.

Очень скоро в просторном кабинете появилась она, та самая блондинка баскетбольного роста, о которой мечтает подавляющее большинство гетеросексуальных мужчин. Сиськи колом, задница — орех, а ноги до того длинные, что хоть на выставку. И зачем пошла в секретари? Могла бы работать моделью.

Булатов опробовал будущего секретаря еще на собеседовании, одобрил и с тех пор вот уже почти два года периодически имел в разные отверстия. Но после того как открыл для себя клуб «Малинник», так больше ни разу и не стащил с нее трусиков.

У Рубена не было каких-то определенных сексуальных предпочтений, он любил разных девушек. И если бы захотел, смог бы заполучить любую совершенно бесплатно, но это же надо стараться, что-то там из себя изображать, ухаживать, очаровывать. Булатов мог быть очарователен, когда нужно. Но зачем?

Он же не доит корову, если ему хочется молока, так? Просто покупает молоко. То же самое и с одеждой — он ее себе не шьет, не занимается производством машин, не убирает собственную квартиру и так далее.

Так почему с банальной потребностью в качественном сексе должно быть по-другому? Это такая же услуга, которую гораздо проще и даже дешевле оплачивать.

Нет более дорогой шлюхи, чем жена. По крайней мере, так говорят друзья. Шубы, бриллианты и прочее и прочее. Так еще не факт, что ты от нее будешь получать высококачественный секс по первому требованию. То голова у нее болит, то задница, то левая пятка… И даже если допустит до тела, совсем не обязательно, что это тело с годами не попортится: может пожирнеть, например. Или жена просто перестанет выкладываться на все сто. Поначалу-то они все пионерки, всего тебя оближут, лишь бы замуж взял, а после начинаются выкрутасы.

Если Рубен может позволить себе лучшее, зачем довольствоваться чем попало?

Булатов предпочитал брать от жизни максимум, снимать сливки.

А что можно назвать «сливками» в отношениях между мужчиной и женщиной? Конечно же секс! Его-то он и ставил во главу угла, исключительно им и занимался с разными девушками, ничего больше ему от противоположного пола не нужно.

Всё, чем жил Рубен Булатов, — работа, сорт, стритрейсинг, секс. Последовательность можно поменять.

Семья — пережиток прошлого, а детей он никогда не хотел.

Булатов и в работе пропагандировал те же принципы. Когда-то давно, когда ему не исполнилось еще и двадцати, он очень выгодно вложил отцовские деньги, профинансировал стартап — приложение, оптимизирующее способы доставки товаров в разные регионы. После этого стартапов в его жизни случилось великое множество.

Он и его огромная команда разработчиков мониторили новейшие идеи по всему миру, отбирали лучшие, выкупали их, патентовали, и его компания претворяла их в жизнь. Приложения для телефонов, планшетов, компьютерные программы, игры, информационные порталы и прочее и прочее… мало чем «Булат-Компани» не занималась.

Недаром фирма оккупировала целое офисное здание в семь этажей, а на самом верхнем этаже он, Рубен Булатов. Просторный угловой кабинет отделан по последней моде: белые стены, искусственная зелень, удобнейшие черные кресла, диван, на котором хоть спи сам, хоть тройничок устраивай. Куда ни глянь, в жизни Рубена сплошной комфорт, всё продумано до мелочей.

Новые технологии — отличный бизнес, перспективный, приносящий колоссальный доход. Кроме того, дело во всех отношениях интересное, практически каждый день какие-то необычные знания, открытия. Жилось Рубену нескучно.

Многие назвали бы Булатова избалованным жизнью, он же просто считал себя везучим, а главное — свободным.

Да, временами накатывала депрессия, не без этого. Становилось тоскливо, муторно. Такое случается, если тебе доступны любые удовольствия. Паршиво, когда всё вокруг приедается. Но сексуальные фантазии здорово помогали разбавить серые будни. Впечатлений хватало минимум на неделю, а потом он всегда придумывал что-то новое.

Завтра… уже завтра он воплотит новую задумку в жизнь, спасибо «Малиннику». Кровь уже бурлила, а воздух вокруг искрил сексуальной энергией.

«Может, попросить Анжелу запереть дверь? Возьму по-быстрому, и за дела», — мелькнула шальная мысль.

Глава 3. Реквизит

14 часов до происшествия

Ближе к концу рабочего дня Рубена действительно навестил курьер.

Молодой парень в синей униформе поставил на его огромный стол белую коробку и, не требуя никаких росписей, поспешил удалиться.

Булатов хищно оскалился, открыл крышку и присвистнул. В глаза первым делом бросился пистолет — черный «Глок». Он взял его в руки, покрутил перед глазами. Впрочем, довольно быстро понял: оружие ненастоящее. Выглядело впечатляюще, даже весило, как оригинал, хотя всего лишь пугач. Потрясающая детализация! Рубен знал, как выглядел настоящий «Глок», — приходилось держать в руках, хотя он и не большой профессионал по части оружия. Так, стрелял по банкам вместе с друзьями на заднем дворе приятеля. Тому, кстати, недавно, полковника дали.

Рубен навел пистолет на картину с видом ночного Нью-Йорка, нажал на курок, и вдруг оружие издало резкий звук, будто и правда выпустило пулю. Булатов аж подпрыгнул от неожиданности. Хорошо, у него кабинет со звукоизоляцией, а то сбежались бы все кому не лень.

Убрал пистолет, достал из коробки наручники. Они-то оказались вполне настоящими. Ключи тоже имелись. А еще веревка, кожаный кляп с красным шариком посередине, черная плеть-многохвостка и хлыст! И белый конверт.

Булатов открыл его, достал оттуда лист белого тонкого картона, украшенного по бокам золотыми вензелями. «Сценарий игры» — гласила заглавная надпись.

«Да, эти люди серьезно подходят к вопросу», — хмыкнул про себя.

Стал читать сценарий:

«Господин Булатов, мы приглашаем вас принять участие в завтрашней ролевой игре!

В семь утра в условленном месте вас будет ждать патрульная машина. Вы увидите наших людей на повороте, оттуда сверните направо, следуйте прорисованному на карте маршруту. Карта прилагается отдельно.

После того как проедете указанный поворот, дорогу перекроют, чтобы избежать случайных свидетелей. Лимит времени на игру — час. За этот час ни одну машину в ту сторону больше не пропустят.

Подъехав к указанному месту, вы увидите на дороге девушку в красном. Она станет просить помощи, а когда потребуете от нее близости, она начнет скандалить. По мере накала страстей девушка покажет вам средний палец. Этот жест будет означать, что она готова к контакту. Это триггер, точка невозврата. Дальше всё ограничивается только вашей фантазией.

Не сдерживайте себя. Можете использовать любой реквизит из подарочного набора. Всё для вашего удовольствия.

Карта прилагается.

Удачной игры!

С уважением, команда клуба».

Булатов проверил коробку и действительно обнаружил карту, выполненную на манер старинной карты сокровищ, где место встречи обозначалось красным крестом.

— Хм, всё интересней и интересней…

Конечно, ради веселой встречи придется встать ни свет ни заря, ехать далеко за город — на лоно природы. Рубен проверил по компьютеру местность: тут тебе и лес, и речка неподалеку. Место красивое, но глухое, что для него только в плюс.

Теперь бы только дотерпеть до утра…

Булатов уже предвкушал сладкое, порочное приключение.

Глава 4. Жасмин Лайф

7 часов до происшествия

— Нет, нет, нет! Как ты можешь? — стонала в трубку Жасмин. — Ты просто не можешь отказаться от утреннего фотосета в двенадцать ночи!

— Жас, ну сорян, как-то не подумал о тебе, когда ложился в больницу с аппендицитом, — буркнул в трубку Серж.

Тут-то она быстро сообразила, что перегнула палку.

— Прости… — протянула виновато. — Я не то имела в виду. Поправляйся, пожалуйста!

Серж отключился, даже не попрощавшись. Похоже, всё равно обиделся.

— Же-е-есть… — протянула Жасмин и кинула мобильный на диван справа от себя, обняла подушку и тяжело вздохнула.

«Надо будет навестить Сержа в клинике», — тут же решила она.

Аппендицит — это паршиво, фотографа несомненно жалко, но ей-то как быть? У нее сроки горят! Ей завтра пост выкладывать.

Бьюти-блогеров реклама кормит, и отказаться от уже оплаченного заказа Жасмин не могла хотя бы в силу того, что деньги уже потратила.

Ее аккаунт в «Инстаграме» носил гордое название «Жасмин Лайф» и имел уже целых двести тысяч подписчиков. Блогеры-миллионщики скажут «фи». А сама Жасмин такому результату за два года работы была безумно рада.

По паспорту она, конечно, никакая не Жасмин, а самая обычная Женя Новикова. Двадцатипятилетняя невысокая девчонка с карими глазами и волосами, которые так много раз меняли цвет, что свой родной она уже успела позабыть. Но в интернете ведь можно быть кем захочешь. И она предпочла стать цветочком, искренне веря, что красоты в этом мире много не бывает.

Философия у нее была проста: прекрасное повсюду, а кто этого не замечает, попросту слеп.

Жасмин нашла для себя настоящую миссию — показать самым обычным девчонкам из любого уголка России и ближнего зарубежья, что можно быть красивой всегда и жить красиво.

Неважно, сколько у тебя денег, времени и возможностей, всегда можно что-то придумать. Скомбинировать образ из недорогих вещей, разобраться в брендах, выбрать косметику, которая будет тебе по карману и по вкусу, научиться правильно ухаживать за кожей. Также можно подобрать идеальный цвет волос и прочее и прочее.

Как-то Жасмин даже устроила марафон — каждый день новый цвет. Скупила десять видов красок для волос, нашла моделей из коллег по цеху, таких же блогеров. И каждый день они веселой девичьей толпой меняли кому-то имидж в режиме онлайн. Подходили к вопросу кардинально: подбирали новый макияж, одежду, обувь. Тогда-то у аккаунта «Жасмин Лайф» и появились первые спонсоры.

Еще Жасмин писала о местах, где можно замечательно провести время, не тратя при этом ни копейки. Выставки, парки, тайные уголки Краснодара.

Красиво жить может любой — вот ее девиз.

Аккаунт Жасмин жил, радовал людей и делал живой ее саму.

Может, кому-то такой образ жизни и покажется глупостью. Ведь до того, как стать блогером, Новикова отучилась в университете иностранных языков, даже овладела парочкой, а потом не смогла устроиться по специальности и целый год проработала на ужасно «перспективной» должности менеджера по оптовым закупкам нижнего белья. Зарплата небольшая, но зато стабильность! Стабильно скучная жизнь… которая Жене совсем не нравилась.

Зато в образе Жасмин девушка чувствовала себя настоящей. Делала то, что хотелось, строила будущее таким, каким мечтала его видеть.

Однако те, кто думает, что блогеры получают миллионы, глубоко ошибаются. По крайней мере Жасмин их не зарабатывала точно, хотя очень старалась сделать свою страничку максимально полезной, интересной и прибыльной.

Жила Новикова отнюдь не богато. Год назад взяла в ипотеку небольшую двушку, на которую уходила приличная часть ее доходов, а еще приходилось нередко подкидывать деньги транжире-сестре. Поэтому заказ от интернет-магазина женской одежды перспективного, хоть и недорогого бренда, ее очень обрадовал. Опять же, понравилась продукция — красивые и качественно пошитые наряды для вечеринок, свиданий, походов в кино и прочих женских радостей.

Из всего разнообразия Жасмин отобрала одно обалденное красное платье. К тому же место, где она собиралась делать снимки, козырное дальше некуда. Лес, речка, природа, птички. Заказчику очень понравилась такая идея. Кстати, на рассвете это место превращалось прямо-таки в райское. Рассвет — вообще магическое время для фотосессий из-за идеального мягкого света. Фотографируй — не хочу. Было бы кому фотографировать…

— Лизка! — тут же воскликнула она.

Снова схватилась за телефон и начала набирать номер. Уж кто-кто, а сестра ей должна помочь.

— Але, — услышала Жасмин ее веселое приветствие.

— Ты где?

В трубке фоном слышалась какая-то музыка.

— Я на вечеринке!

— Уже двенадцать, не пора ли домой? — принялась бурчать Жасмин. — Ты должна мне помочь, будешь снимать меня на рассвете, Серж заболел, у меня фотографа нет.

— На рассвете? — охнула та. — Это ж во сколько?

— Рассвет в пять тридцать, но мы выезжаем в четыре — нужно добраться до места, подготовиться, так что закругляйся там.

— Блин, Жас, я сейчас закруглиться никак не могу, я же на вечеринке с Виталиком… Он такой классный…

— Какой Виталик, Лиза?! Я тебя зову не просто так, а для работы, это важно!

— Это тебе важно… — буркнула сестра обиженно.

— А кому я отвалила за учебу все-все накопления, а? — Жасмин начала рычать в трубку. — Деньги, знаешь ли, не на деревьях растут!

Но чертовка пробубнила не слишком разборчиво:

— А? Что? Связь плохая, я тебе завтра позвоню!

И отключилась.

— Ну давайте все, топчите ногами, кидайте в последний момент… Мне, между прочим, постить эту рекламу уже утром!

Злющая на весь белый свет и себя в частности, Жасмин принялась чесать лоб, силясь сообразить, что же делать. Кого на роль фотографа она может найти в двенадцать ночи?

Позвонила парочке подруг-блогеров, но никто даже трубку не взял. Хоть перекраивай контент-план на месяц, честное слово. У нее же расписано, когда чья реклама выходит, окошко есть на завтрашнее утро — и только. Оно вообще случайно образовалось, окошко это…

«Инстаграм» — это вам не просто так, там масса заморочек. У Жасмин, как у любого планировщика, имелось четкое расписание постов, контент-план и договоренности с людьми.

«Может, ограничиться селфи? Снять себя на видео и нарезать кадры?» — мелькнула мысль.

Еще можно отложенную съемку. А что ей еще остается? Так и сделает.

Конечно, ехать ночью в лесную местность одной — то еще приключение. Но она была там уже несколько раз и знала: более уединенное место в крае найти сложно. Кто ей там что сделает? Медведь какой? Так не водятся они здесь.

Место абсолютно безопасное, беспокоиться не о чем.

Глава 5. Фотосессия

4 часа до происшествия

Находясь между небом и землей, а точнее в глубокой дреме, Жасмин даже сначала не поняла, что так противно запиликало возле уха.

— Будильник! — простонала, просыпаясь.

Она любила фотосессии, обожала природу… Но не в три часа ночи. Еле сумела оторвать голову от подушки. Перенервничала из-за ситуации с фотографом и почти не спала, лишь прикорнула на какой-то час.

Совершенно не выспавшаяся и разбитая, Новикова поплелась в ванную.

— Обалдеть… — зарычала на свое отражение.

Еще вечером из того же зеркала на нее смотрела милая девушка, а теперь кикимора болотная.

«Ну… где наша не пропадала…» — вздохнула она и полезла в душ.

После водных процедур немного ожила и принялась превращать себя из кикиморы обратно в красивую Жасмин. Благо магических средств было с избытком. Бьюти-блогер она или кто? У нее хватит арсенала, чтобы облагородить хоть пятьдесят кикимор, и неважно, болотные они или какие еще. Недаром в спальне склад косметики.

На лицо освежающая маска, на остальные части тела бархатный гель с ароматом жасмина и легким эффектом мерцания. Отчего бы и не померцать немного в три утра? Дальше прическа — локон к локону, макияж — черточка к черточке.

— Ну вот. Теперь я тебя знаю, — улыбнулась она своему отражению. — Теперь я тебя даже люблю!

Довольная собой, скинула халат и достала из пакета купленный вчера кружевной красный бюстгальтер. Стоил приличных денег, зато как поддерживал грудь, благодаря мудреной застежке спереди! Ее груди в нем так эротично торчали, что аж сама собой возгордилась.

Дальше трусики.

Конечно же, не бикини. Это всё прошлый век, да и платье слишком облегающее, в таком любое белье будет видно. Поэтому отдала предпочтение трусикам-наклейкам. Симпатичная полоска красного кружева закреплялась на гладком лобке и попе аккуратными липкими линиями. Так прикрытой оказывалась лишь промежность, и никаких тебе лишних резинок. В таких трусиках и комфортно, и красиво. К тому же ей хотелось показать на фото идеальную линию от талии до бедра, благо наряд позволял.

— Теперь одежда, — Жасмин деловито прошествовала к шкафу.

Облегающее красное платье для рекламы предусмотрительно висело в шкафу в специальном чехле. Но сразу надевать его Новикова не стала. Еще не дай бог пятно поставит или где-то зацепит! Запасной наряд ей нравился гораздо меньше.

Жасмин натянула шорты, топ. Потянулась к кофте, но подумала, что только зря прокатает с собой в машине. На улице август, в конце-то концов. Душно и жарко даже ночью.

Покидала в сумку всё необходимое для фотосессии и двинулась в путь.

* * *

Час до происшествия

— Вау… — только и смогла вымолвить Жасмин, разглядывая свои фото.

Она положила ноутбук и телефон на подстилку, расположившись на лужайке неподалеку от речки. Уселась удобнее и залюбовалась собственной работой. Всё-таки не зря посещала тренинг по эффектному позированию. Даже не смотря на то, что за фотографа у нее сегодня был таймер, снимки получились весьма хорошие. Удачная поза, ракурс, выгодно подчеркнуты акценты платья, так удачно обласкавшего красной тканью ее стройную фигуру. А как красиво падал свет на плечи, прикрытые лишь тонкими бретельками! Наряд — космос.

Селфи для сториз также удались.

Новикова поблагодарила высшие силы за то, что здесь появился интернет, и вышла в сеть. Видно, где-то недалеко поставили вышку, ведь в прошлый раз, когда она сюда приезжала, интернета тут не было, зато теперь работал на удивление резво.

Жасмин немного поколдовала над снимками в фотошопе, поставила парочку фильтров, добавила приготовленный заранее рекламный тест. Выложила серию изображений и коротких видео в сториз, а основной пост отправила в отложку на более позднее утро. Дело сделано, денежки отработаны. «Всё… теперь можно домой».

Новикова потянулась, вдохнула свежего лесного воздуха и нехотя поднялась на ноги.

Времени всего-то шесть утра, к половине восьмого она уже будет дома, смоет со своего лица всё, что на ней есть, слопает бутерброд и ляжет баиньки.

После столь раннего приключения спать хотелось просто зверски.

Жасмин собрала вещички, запихнула в сумку, сложила на заднее сиденье своего красного «ниссана», села в машину. Улыбнулась собственному отражению в зеркале заднего вида и повернула ключ зажигания.

Машина не завелась.

Глава 6. Встреча

Пятнадцать минут до происшествия

Рубен доехал до развилки, где ему отсалютовали двое патрульных на полицейской машине.

«Вот это размах…» — усмехнулся про себя.

Остановил «гелендваген» и обратился к бритоголовому, который сидел за рулем:

— А я там ни на кого левого не наткнусь? Не хотелось бы…

— Нет, что вы, — покачал головой патрульный. — Мы здесь с рассвета, по этой дороге ни одна машина еще не проехала.

Булатов довольно кивнул и поехал в указанном направлении. Чуть позже потянулся в бардачок — достать карту, но там ее не оказалось. Только тут вспомнил, как вчера выложил ее, чтобы взять с собой домой. Обратно положить, естественно, забыл, ведь утром чуть не проспал великое действо.

— Тьфу ты… — расстроился.

Впрочем, вчера он отлично рассмотрел дорогу, на память не жаловался. Ехать нужно прямо до второго поворота, потом на развилке направо, и очень скоро на пути должна была встретиться та самая незнакомка. При мысли о девчонке в штанах стало тесно. И Рубен надавил на педаль газа.

Ему и проехать-то следовало всего пару километров, однако рулил уже минут десять, а никакой незнакомки не увидел. В голове четко поселилось ощущение, что все-таки пропустил нужный поворот. Однако проехав чуть дальше, наконец увидел впереди силуэт девушки в красном платье.

«Она!» — сразу понял.

Пять минут до происшествия

Жасмин уже еле шла по дороге, проклиная всё и всех.

Босоножки на шпильках хоть и не были новыми, но уже натерли ногу, к тому же по каменистой дороге идти в такой обуви — само по себе пытка.

Но выбора у нее не было.

У нее в целом, начиная со вчерашнего вечера, какие-то дикие проблемы с выбором, да и вообще, сплошные напасти.

Осталась без фотографа, не выспалась, еще и машина сломалась!

Ладно бы на этом несчастья и прекратились, но не-е-ет…

Когда любимая железная коняшка отказалась заводиться, Новикова чуть не разревелась. Одна в глуши, попробуй вызови туда эвакуатор. Решила звонить друзьям. Вылезла из машины и начала обзванивать.

Но кто тебе ответит в шесть утра? Все стали не в меру умные, звук на телефоне на ночь отключают. Жасмин разнервничалась, начала бродить туда-сюда по полянке, пытаясь хоть кому-то дозвониться. И тут споткнулась о камень, да так неудачно, что порвала свои любимые и удобные походные босоножки. Мало того, еще и телефон уронила... экраном вниз!

За пять минут она лишилась машины, удобной обуви, телефона, а вместе с ним и выхода в интернет.

Пришлось напяливать эти жуткие десятисантиметровые каблуки, которые брала для фотосессии, и топать ножками к людям за помощью. Не босой же идти со свежим-то педикюром!

Место глухое, и это пугало, ни одной живой души Жасмин так и не встретила, по крайней мере человеческой. Только птиц… они громко пели, чирикали. Но по мере того, как она продвигалась вперед, даже пернатые стали затихать, попадались всё реже.

Жасмин вышла из лесной полосы и пошла по дороге. Брела и брела, а на пути никого. Всё больше нервничала. А солнце поднималось всё выше, уже стало припекать, несмотря на ранний час. И вдруг вдалеке показалась машина — черный «гелендваген».

Новикова так обрадовалась, что готова была замахать руками и закричать от радости, еле сдержалась. К счастью, водитель и без этих щенячьих восторгов ее увидел и ехал явно прямо к ней. Кстати, достаточно быстро ехал! Огромный джип затормозил слишком резко.

«Может, маньяк какой?» — мелькнуло в голове невыспавшейся Жасмин.

Но какой маньяк будет ездить в поисках жертвы в семь утра?

«В такое время маньяки спят!» — успокоила она себя.

К тому же выглянувший из окна машины мужчина оказался для маньяка слишком симпатичным. В модной коричневой рубашке, широкоплечий, с большими карими глазами и темно-русыми волосами. Его лицо покрывала легкая щетина. Явно русский, хотя некоторые восточные черты всё же были: слишком густые темно-коричневые брови, ресницы. Впрочем, какая ей разница, каков он на внешность?

Жасмин понравилась его белозубая улыбка, и она успокоилась окончательно. Решила подойти к машине со стороны водителя, тут же принялась тараторить:

— Ой, здравствуйте, я так рада, что вас встретила! Подвезете до города, а? У меня машина сломалась. Или хотя бы дайте телефон вызвать эвакуатор?

И тут незнакомец как-то совсем нехорошо ее обсмотрел, словно прикидывал, как она ему. По блеску в его глазах Жасмин поняла: одобрил, понравилась.

— Конечно, куколка! — гаденько улыбнулся. — Только это дорого тебе встанет.

— Э-э-э… что? — сначала не поняла она.

Привыкшая к тому, что мужчины спешили ей помочь, Жасмин к такому ответу оказалась совершенно не готова. Неужели рыцари настолько перевелись? Он хочет денег за звонок?

— Сколько вы хотите? — спросила, подсчитывая в уме имевшуюся наличку. — У меня много с собой нет, держу деньги на карте…

— О, я принимаю оплату исключительно натурой, — цокнул языком он, и его улыбка магическим образом стала еще гаже.

Теперь Жасмин уже не понимала, как могла посчитать его мерзкую ухмылку хоть сколько-нибудь привлекательной.

«Нет, ну что за парнокопытное! Это он так шутит? Тоже мне клоун!»

— Я надеюсь, это вы так пошутили! — фыркнула она.

— А я надеюсь, ты сейчас стащишь свои трусики.

— Я не проститутка! — выкрикнула она, сжимая в руках клатч.

— Да ладно! А что платье такое напялила? — Он оглядел ее наряд сверху вниз.

Ну да, красное платье, и что? Красное носят только проститутки? Оно даже не было коротким — доходило почти до колена. Облегающее, да, но на пошлый наряд девочки по вызову не тянуло при всем желании.

Всё еще приходя в себя от грубого высказывания, Жасмин услышала резкое:

— Давай, не ерепенься, трусики снимай и садись в машину.

Это был приказ. Не прикол, не попытка флиртовать, именно приказ.

Глаза Новиковой широко распахнулись, ресницы захлопали с небывалой скоростью.

— Ты тупая или глухая? — процедил незнакомец.

Его слова подействовали на нее как ушат ледяной воды.

За время своей работы блогером Жасмин столкнулась со множеством разного, в том числе с открытой ненавистью и троллингом. Обычно ей удавалось с гордо поднятой головой уходить от конфликтов. Но у каждого есть своя болевая точка. И у Новиковой она тоже была. Отчего-то некоторые люди считали: если ты пишешь посты в «Инстаграме» и выставляешь свои фото, значит, у тебя априори ай-кью ниже дна Марианской впадины*.

И невдомек этому козлу, что Жасмин свободно говорит на трех языках, а также обладает массой других талантов.

Тупая… Это слово бесило еще со школы, и она очень старалась такой не быть. Да только люди видят лишь то, что снаружи. А ум, он в черепушке скрыт и в глаза так сильно, как ее красивое личико, не бросается. Если хорошенькая, значит, тупая — самый мерзкий стереотип.

— Мне повторить вопрос? — Незнакомец сопроводил гадкие слова еще более гадкой ухмылкой.

В эту самую секунду у Жасмин задергался глаз. Она поняла: еще чуть-чуть, и схватит какой-нибудь увесистый камень и швырнет этому козлу прямо в лоб.

Мало ей своих неудач, так еще умудрилась встретить такого наглого хама. Не нужен ей его телефон, пусть подавится. И в машину к этому извращенцу она ни за что не сядет.

«Просто уйди!» — приказала она себе.

Еле сдержалась, чтобы ничего этому сказочному придурку не ответить, уже собралась отвернуться, но рука всё же взметнулась, а вместе с ней и средний палец, который она с превеликим удовольствием и продемонстрировала в качестве главного аргумента.

Развернулась, гордо вскинула голову и зашагала дальше по дороге.

Жаль, уйти далеко ей не дали.

*Мариа́нский жёлоб (или Мариа́нская впа́дина) — океанический глубоководный жёлоб на западе Тихого океана, самый глубокий из известных на Земле. Назван по находящимся рядом Марианским островам.

Глава 7. То самое происшествие

То, как неохотно Кукла с ним пререкалась, даже немного разочаровало Рубена. Он ведь хотел активного противостояния. Именно за него заплатил!

Хотя девочка оказалась со всех сторон бесподобной, чего уж там, не разочаровала. Лицо, фигура, длинные ноги… И кожа у нее какая-то необычная, будто даже мерцала на солнце. Прямо сказка, а не девочка, очень ему понравилась.

Увидев долгожданный средний палец, он мгновенно завелся. Внутри всё заныло в приятном предвкушении. Чуть пар из ушей не повалил, словно с женщиной полгода не был.

— Стой, кому сказал! — рявкнул он, когда заметил, что Кукла наглым образом уходит.

Вихрем вылетел из машины, догнал девчонку в два прыжка, схватил за плечи и развернул к себе.

— Ты обалдел совсем? Отпусти! — зашипела она и попыталась вырваться.

А в глазах столько злости, что в ней человека утопить можно. Вот она, стервочка. Началась настоящая игра! Рубен аж сглотнул в предвкушении.

Это именно то, чего он хотел, — усмирить дерзкую девочку.

— Заткнись и подчиняйся! Тогда, может быть, не очень пострадаешь, — прорычал он ей в лицо.

Глаза у Куклы тут же увеличились раза в два.

— Ты… ты… ты что?! — взвизгнула она и захлопала ресницами.

«Как хорошо играет, прям актриса!» — отметил он про себя.

Пара слов, и уже не такая резвая на язычок. На лице девчонки отобразилось искреннее удивление, даже Станиславский поверил бы.

Рубен довольно ухмыльнулся, рывком потащил девчонку к машине, прикидывая, как бы так половчее схватить, чтобы не поранить. Всё-таки маленькая, хрупкая, к тому же очень понравилась, не хотелось ей вредить по-настоящему, хотя заплатил за всё с избытком.

— Я… Ты что? Я не пойду! — заголосила Кукла, пока перехватывал обе ее руки, заводил за спину.

Ну не выкручивать же ей руки в самом деле, жалко. Рубен решил больше давить на внушение, чем на физику.

— Вперед! — приказал он и силком потащил к машине.

— Нет, ты что, нет! — завопила она, когда Рубен пихнул ее на заднее сиденье со стороны водителя. Как только выпустил ее руки, Кукла быстро продвинулась к противоположной двери, дернула ее, но та оказалась заперта.

Рубен залез за ней. Она тут же принялась активно лупить его в грудь своими маленькими кулачками. Он так и не понял, зачем она это сделала. Наверное, стремилась причинить боль, но в итоге лишь еще больше раззадорила.

— Сиди смирно! — прогремел он и добавил, прищурившись: — Не беси меня, иначе пожалеешь.

Снова перехватил ее руки, достал из кармана, расположенного позади переднего сиденья, наручники.

— Мамочки! — крикнула Кукла и застыла.

Будто завороженная, наблюдала за тем, как Рубен застегнул наручник на ее правой руке, протянул перемычку через ручку двери и защелкнул второй наручник на левой. Таким образом девчонка оказалась теперь надежно прикована. Не могла сбежать, да и сопротивляться тоже.

Она сидела, прижавшись к двери, и смотрела на него своими огромными карими глазищами и тихо, испуганно лепетала:

— Ты пожалеешь! Я в полицию позвоню! Тебя накажут!

— Я не из пугливых, — осклабился он.

И с удовольствием оглядел добычу, так старательно сжимавшуюся в комочек. Типа вся такая испуганная-испуганная.

А посмотреть было на что.

Девочка оказалась во всех местах ухоженная дальше просто некуда, к тому же явно активно занималась в спортзале. Округлые бедра, тонкая талия, плоский животик, а лицо… хоть неделю ею любуйся.

Он провел пальцами по ее голому плечу, вдоль руки. Кожа оказалась на удивление мягкая и совершенно без волос. Ее хотелось не просто трогать — распластать на какой-нибудь твердой поверхности, раздеть и всю детально рассмотреть, изучить каждый изгиб руками, губами, языком.

А какое богатство дерзко выглядывало из зоны декольте…

Рубен тут же протянул руку, чтобы сжать грудь.

— Не тронь! — заверещала Кукла и уставилась на него диким взглядом.

— Я трону всё, что захочу, — усмехнулся он, хотя усмешка эта напоминала скорее оскал.

Несмотря на визг и просьбы, Рубен задрал платье Куклы чуть ли не до плеч и аж присвистнул от вида ее фигуры.

Эту девчонку будто кто-то отфотошопил специально для него, настолько совершенной оказалась. Никаких изъянов — идеальна! И формы плавные, аппетитно округлые. Она будто вообще не из этого мира.

Под громкий писк девчонки Рубен нашел на бюстгальтере застежку спереди, расстегнул. Потом по-хозяйски потянулся к девчонке, обнял ее и сжал грудь с другой стороны — небольно, но ощутимо. Она до жути приятно заполнила ладонь, аж захотелось застонать от удовольствия.

И тут взгляд его опустился ниже.

— Это что такое? — охнул он, разглядывая ее… нет, не трусики, красную кружевную полоску, чудом державшуюся на теле.

— Не трогай, пожалуйста! — жалобно попросила она, наивно пытаясь ускользнуть от него, хотя деться ей было решительно некуда.

— Скулеж прекратила, а то кляп достану! — отрезал Булатов.

Резко рванул полоску кружева, и она осталась у него в руках.

Девчонка и между ног оказалась абсолютно гладкой. Легко ее удерживая, Рубен подсел под нее, устроил у себя на коленях и попытался сунуть руку ей между ног, но она отчаянно их сжала.

— Раздвинь! — скомандовал ей на ухо. — Раздвинь, я сказал!

Но никакие словесные увещевания не заставили девчонку подчиниться. По-прежнему сжимала ноги так, будто от этого зависела ее жизнь. А Булатов к этому времени уже так завелся, что даже секунды промедления казались вечностью.

«Спокойно, Рубен, спокойно», — успокаивал он себя, пару раз глубоко вздохнул.

Но ведь от нее еще и пахло так притягательно! По-женски нежно, цветочно…

«Жасмин», — наконец вычленил он отдельный аромат, исходящий от сладкой девочки.

Желание взять Куклу немедленно стало почти нестерпимым. И он возьмет, обязательно, но сначала еще немного с ней поиграет.

Он спустил ее с колен, отодвинувшись, и еще раз любовно обсмотрел ее трепещущее тело.

Из того же кармана, где находились наручники, Рубен достал кнут.

Он не собирался использовать всё, что было в подарочной коробке клуба. И бить ее кнутом тоже не хотел. Не понимал, как избиение может доставить удовольствие.

А вот мурашки, которые появились на теле Куклы после того, как он продемонстрировал ей черный кнут, ему очень даже понравились.

— Ты совсем псих?! — тихонько простонала она.

Но ему хватило всего лишь грозного взгляда, чтобы заставить ее заткнуться.

Девчонка нервно сглотнула и замерла, как будто неживая, словно и правда превратилась в куклу.

Он просунул хлыст между ее спиной и сиденьем, заставив ее чуть наклониться вперед. Провел им по ее позвоночнику. Бить не собирался, да и невозможно это в машине, но девчонка вся сжалась, будто именно удара и ожидала.

— Теперь слушай меня, Кукла, — проговорил он, накидывая хлыст ей на шею. — Ты моя, и я сделаю с тобой всё, что захочу. Могу затянуть эту штуку как удавку и сделать тебе по-настоящему больно. Могу достать пистолет, засунуть тебе его в рот или еще куда-то. Но тебе это тоже вряд ли понравится, правда? Поэтому ты резко становишься послушной девочкой и позволяешь мне себя поставить в какую надо позу и трахнуть, как я захочу. Поняла?

Грязные разговоры лично его заводили невероятно. Надеялся, что и для нее это так, но девчонка ничем этого не показала. Вообще ничего не ответила, лишь распахнула еще шире свои бесподобные глаза.

Тогда Рубен затянул на ее шее хлыст на манер удавки и слегка потянул. Чуть-чуть… не сдавил даже. Но этого оказалось достаточно для прямо-таки сногсшибательного эффекта. Девчонка в буквальном смысле задрожала перед ним.

— Сейчас я тебя поцелую, проверю, какая ты стала покорная.

Обычно так не делал, но в эту минуту просто дико захотелось.

Рубен отшвырнул хлыст, схватил девчонку за плечи и прижался губами к ее сладкому ротику. Смял ее губы, вторгся во влажное, вкусное пространство языком, исследовал его, завоевывал, покорял.

Голова пошла кругом, а в паху уже дико ныло от желания.

Он резко оторвался от Куклы, отсел подальше и схватил ее за бедра. Развернул к окну и принудил встать на колени прямо на сиденье. Заставил нагнуться, явить его взору ее секретное местечко.

Рубен сунул руку ей между ног, погладил бархатный лобок, складочки, скрывающие самое сокровенное, а потом засунул в Куклу палец. И тут же недовольно сморщился. Не очень-то много влаги там оказалось.

Вот где сыграть не смогла… Печально, хотя и ожидаемо, более того, поправимо.

Может, у нее проблема со смазкой? Ему периодически встречались такие девчонки. Рубен заранее побеспокоился о таком повороте событий и припас лубрикант, который предусмотрительно положил в карман позади водительского сиденья.

Достал его и вылил добрую порцию в руку. В машине резко запахло клубникой.

Девчонка дернулась, когда попытался к ней прикоснуться.

— Если не хочешь, чтобы я тебе что-нибудь порвал, ты сейчас расслабишься и выгнешься как надо. Я — большой мальчик, хочу тебя подготовить.

Он с силой схватил ее за бедро, заставил оттопырить попку и снова провел пальцами по ее складочкам.

Расстегнул джинсы, стащил их с себя, наконец выпуская на волю член. Смазал клубничным лубрикантом и его.

Пристроился к девчонке сзади. Один рывок, и он уже в ней. В сладкой и достаточно влажной Кукле.

Она резко вскрикнула и замерла.

Рубен дал ей несколько секунд привыкнуть к размеру своего члена. Сам уже с ума сходил от долгожданного контакта. Ловил особый кайф от того, какой тесной девочка оказалась внутри.

Менеджер уверял его, что все девочки чистенькие, проверяются после каждого клиента, к тому же на противозачаточных, так что с ними можно было развлекаться без всяких там резинок. Еще один плюс, причем значительный.

Первый толчок, второй, третий, а потом дикая скачка. Он входил в нее, рыча от удовольствия. Крепко держал одной рукой за волосы, второй за талию и с силой вдавливал в нее член.

Кончил быстро и бурно, даже сам не ожидал. Слишком перевозбудился, пока раздевал Куклу и себя, трогал ее грудь, гладил между ног.

Что удивительно, завелся снова, даже из нее не выходя. И продолжил сладкое движение. На этот раз так не спешил, вдоволь насладился, насаживая ее на себя.

И снова кончил до обидного быстро. Такое с ним со студенческих времен, пожалуй, впервые.

— Ничего себе, — прохрипел он, орошая ее семенем внутри.

Выходя из нее, как следует шлепнул по попке, а потом схватил девчонку, устроился на кресле и усадил к себе на колени.

К тому моменту она уже ничему не сопротивлялась.

— Как тебя зовут? — спросил тем же хриплым голосом.

— Женя… — тихо промямлила она.

Имя ей шло, но прозвище, которым он ее наградил, подходило гораздо больше — Кукла.

— Не обижайся, если немножко переборщил. Ты классная очень.

С этими словами он поцеловал ее в шею, а потом не удержался и легонько укусил.

Хотя сделал это ласково, она вдруг зашипела:

— Отпусти меня…

— Хамишь… накажу! — усмехнулся он.

— Пожалуйста… — вдруг взмолилась она.

И так много мольбы было вложено в это ее «пожалуйста», что у него на миг даже сердце сжалось.

— Ты это… не переигрывай, а то еще поверю. Нет, ты молодец, постаралась от и до. Заслужила!

С этими словами он спустил ее с колен, достал ключи от наручников и освободил ее.

Пока Кукла судорожно опускала платье, застегивала бюстгальтер, Рубен достал из кармана лежавших на полу джинсов бумажник, вытащил несколько купюр и засунул их в клатч девчонки, который нашел на полу. Вручил его оцепеневшей девчонке и пробасил:

— Я покурить хочу, в себя немного прийти. Ты выйди, подожди меня возле машины минут пять. Я потом отвезу тебя куда скажешь.

Достал из другого кармана брелок от машины, нажал на кнопку, и замок на двери щелкнул, открылся.

Куклу как ветром сдуло. Выскочила с такой скоростью, как будто он сказал, что скормит ее голодным собакам.

Впрочем, оно и к лучшему, послевкусием от пережитого Рубен хотел насладиться в одиночестве. А то девчонка как откроет рот, как разрушит всю сказку…

Курить бросил давно, но вот после секса позволял себе сигарету-другую для полноты ощущений. А после того, что случилось сегодня, не закурить — преступление. Поэтому едва Кукла оказалась на улице, достал припасенную в кармане за передним сиденьем пачку, чиркнул зажигалкой и прикрыл глаза, откинувшись на спинку.

Докурил, не размыкая век, ничего и никого вокруг себя не видя, не слыша. Потом не спеша натянул джинсы.

Но когда вышел из машины, сладкой девочки по имени Женя уже не нашел.

Куда делась? Сбежала в лес? Зачем? Хотя, наверное, ее ждали где-то за поворотом.

А всё-таки молодец, Кукла! До конца доиграла.

Эта девочка явно не на один раз, и Рубен обязательно скоро снова ее закажет, уж очень понравилась.

Глава 8. Беглянка

Как только Жасмин оказалась вне зоны контроля Хищника, побежала.

«Хищник!» — это слово всплыло в ее сознании сразу после того, как он потащил ее в машину. И позже, когда с ужасом наблюдала, с каким диким выражением глаз он оглядывал ее обнаженное тело. Нормальные мужчины так не смотрят и не делают того, что он сделал… Только хищники!

Как она сразу не разглядела его сущности? Еще помощи просила, глупая. Как не заметила его безумия? Хотя... Тут скорее не безумие, тут патологическая наглость, вседозволенность и желание обладать, подчинять, подминать под себя.

Захотел? Взял! И плевать, как подло и безжалостно это по отношению к женщине.

За свою жизнь Жасмин узнала множество историй, когда девушки страдали от жестокого насилия. Но когда слушаешь подобные рассказы или читаешь их, тебе кажется: с тобой такого никогда не случится! Ты особенная, с тобой всегда всё будет в порядке. Никто не посмеет поступить так подло.

И вот это случилось.

Самое страшное и дикое, что она могла себе представить, только что случилось!

Прямо посреди бела дня…

Жасмин бросилась прочь от дороги, сразу в лес, порвав платье о придорожный кустарник. Но она была готова на что угодно, лишь бы Хищник не смог догнать ее на своем джипе. Решила, что на своих двоих этот высокомерный ублюдок вряд ли бросился бы за ней в погоню.

Очень скоро Новикова набрела на какую-то тропинку и побежала по ней.

Босоножки на каблуках стянула почти сразу же. На педикюр теперь было решительно плевать. Даже стало смешно, что еще недавно ее волновали подобные вещи. Не хотела портить красивые ножки, потому что собиралась на выходных в аквапарк. Дура! Какой теперь ей аквапарк?! На черта он ей сдался?

Плевать на педикюр, плевать на изодранные ноги. Плевать на всё, кроме скорости передвижения.

Хищник больше ее не получит! Она сделает всё, чтобы никогда не попасться ему на глаза.

Чуть пробежав по тропинке босыми ногами, Новикова невольно поморщилась, застонала от вонзившегося в стопу камня. Вдруг вспомнила, как этот ублюдок совал ей что-то в клатч, который до сих пор чисто рефлекторно сжимала в руке.

Открыла клатч и обомлела.

Деньги! Он засунул ей в сумку деньги!

— Типа заплатил и всё в порядке? — горько усмехнулась она. — Типа шлюху нашел? Да засунь ты себе эти деньги…

Она с омерзением достала оранжево-красные бумажки с изображением памятника Муравьеву-Амурскому* и отшвырнула их в сторону. Будто это и не деньги вовсе, а грязные бумажки, пропитанные ядовитой отравой.

Не удержалась, вытерла о платье руку, будто испачкала ее о купюры, и побежала дальше.

Внизу живота жутко ныло, в груди щемило, легкие жгло, но она продолжала бежать. Даже не понимала, куда бежала, ведь под рукой не было такого привычного ей навигатора. Главное — оказаться подальше от того места, где ей сделали больно, так незаслуженно больно.

Лишь позже заметила, что двигалась по тропинке, параллельной дороге и ведущей к той полянке, где она бросила машину. Должно быть, автоматом повернула туда, откуда пришла.

Обратная дорога к лесному уголку, что еще недавно казался раем, заняла гораздо меньше времени. А оказавшись там, Жасмин уже не понимала, что хорошего нашла в этом месте. Далекое, безлюдное, опасное, оно больше не вызывало положительных эмоций.

Новикова бросилась к машине, достала бутылку с водой, кое-как умылась, намочила платок. Содрогаясь от омерзения, терла кожу, стремясь стереть с себя запах Хищника, его прикосновения, воспоминания о нем.

Где-то на задворках разума пульсировала мысль: нельзя уничтожать улики, а ее тело — улика и есть. Нужно немедленно обратиться в полицию.

Полиция… Но только где она? Как она туда доберется? Как вообще выберется из этого богом забытого места?

Телефона нет, машина сломана.

Пойти еще раз попытать счастья на дороге? Да она лучше умрет тут от голода, чем еще раз…

Нет!

Жасмин забралась в машину, заперла двери и улеглась на заднее сиденье, стремясь обрести хоть тень спокойствия, почувствовать себя хоть чуточку в безопасности.

Она не знала, сколько так пролежала, свернувшись калачиком. Час? Два? Три? Она словно потерялась во времени и пространстве.

Стучала зубами то ли от страха, то ли от озноба, хотя в машине было достаточно тепло. Очень хотела заснуть, хоть ненадолго отключиться от кошмара. Жмурила глаза, но кто-то очень жестокий будто вытатуировал на внутренней стороне ее век лицо Хищника. Его оскал, его пожирающий взгляд… А в уши врезался его голос и хриплые стоны удовольствия.

Ему понравилось то, что он с ней делал! Ей было до ужаса страшно и противно, а ему понравилось.

Никуда от этого кошмара не деться.

«Я вообще никуда отсюда не смогу деться…» — вдруг поняла она.

Жасмин просто не в состоянии заставить себя еще раз попытаться отыскать помощь. И останется здесь навсегда.

И тут вдруг она услышала звук сигнала машины.

Внутренне сжалась, отчего-то сердце пронзила уверенность: Хищник ее нашел!

Хочет второй раунд? В этот раз у него ничего не выйдет! Она не позволит больше так собой воспользоваться. Она горло ему перегрызет…

Жасмин резко села и обернулась на звук сигнала.

Однако вместо проклятого черного «гелендвагена» увидела белую «хонду» подруги Маши, одной из многих, кому успела сегодня позвонить. А на переднем пассажирском сиденье обеспокоенно хмурилась сестра.

«Они приехали за мной!» — простонала про себя.

И поблагодарила бога за то, что пару месяцев назад показала Маше это место для фотосессий. Иначе вряд ли кто-то так просто нашел бы ее сегодня.

Жасмин вздрогнула от резкого всхлипа. Даже сразу и не поняла, что это ее всхлип и что это по ее щекам заструились слезы.

*На лицевой стороне купюры достоинством 5 000 рублей изображен вид на набережную города Хабаровска и памятник Н.Н. Муравьеву-Амурскому.

Глава 9. Найти Куклу

Сегодня Рубену решительно не работалось. Не мог сосредоточиться на деле, даже попросил отменить послеобеденные встречи.

Только и делал, что бродил по своему огромному офису да любовался на вид центральной улицы города из окна.

После сегодняшнего приключения в теле жило приятное послевкусие. Но картину несколько портило какое-то странное чувство, которое подспудно грызло. Даже не мог толком объяснить, что это… Будто он сделал нечто плохое, но никак не мог понять, что именно. Может быть, интуиция предсказывала какие-то проблемы?

Грызло его и другое чувство, совсем уж неожиданное. Хотелось получить Куклу обратно. Почему она его не дождалась? Так не понравилось? Не терпелось уйти? Или он сделал ей больно? Но ведь старался не делать, она должна была это оценить.

К тому же если ей что-то не нравилось, всегда могла сказать стоп-слово. Он ей даже рот не затыкал, но она не сказала. Значит, всё было в порядке, верно?

Отчего-то захотелось показать красавице Жене, что он может быть и ласковым тоже. Игры играми, но старый добрый ванильный секс никто не отменял. Рубен может заказать номер люкс в отеле. Прикажет наполнить джакузи, засыпать кровать лепестками роз, принести фрукты, шампанское, конфеты... Что там еще барышни любят?

«Так стараться из-за какой-то шалавы?» — смеялся сам над собой.

Впрочем, он и сам не прочь отмокнуть как следует в джакузи, позволить девушке сделать ему массаж плеч, а потом сладенько поиметь ее там же. Почему нет?

Сегодня же.

Булатов не относился к тем людям, кто любит предвкушать. Ему надо сладкое сразу, и сладкое это он хотел получить от своей новой любимой Куклы.

Хм… пожила бы она у него недельку, как бы было хорошо. Натрахался бы во всех позах в свое удовольствие. Точно! Он заберет ее домой. И правда, пусть какое-то время побудет у него.

Это удивительно, кстати, что его вдруг посетили такие желания. Ведь обычно даже второго раза с девчонкой почти никогда не хотелось. Исключение разве что его секретарь. Но он не воспринимал ее как девушку, так, секс-тренажер с обалденными сиськами.

Да, сегодня же вечером он позвонит в «Малинник» и потребует девушку себе.

«А зачем ждать до вечера? Вдруг ее кто-то займет раньше? Красавица ведь», — прошила мозг неприятная мысль.

Тут же представил, что какой-нибудь член клуба «Малинник» закажет Куклу, а потом начнет ее зажимать, пихать в ее красивые места что попало, и аж всего передернуло. Рубен не мог этого допустить!

Пусть Кукла какое-то время действительно поживет в его доме. Ему не надо, чтобы за это время она была с кем-то еще.

Он тут же достал телефон и позвонил менеджеру из «Малинника».

— Я хотел бы заказать девушку… Длительное пребывание. Оплачу дополнительно, само собой.

— Какую девушку вы хотели бы? — тут же оживился менеджер.

— Ту же самую, с которой я был сегодня утром.

В трубке повисло неловкое молчание, а потом менеджер как-то не слишком уверенно ответил:

— Видите ли, девушка, которую мы для вас подготовили, утверждает, что вы так и не приехали. Мы решили, что вы передумали, и не стали вас беспокоить по этому поводу, вы ведь деловой человек…

Рубен почесал затылок, пытаясь понять, почему девушка могла так сказать.

— Что за бред вы несете? Она совершенно точно врет. Пришлите мне ее немедленно. Хотя нет, я сам заеду!

Тот факт, что Кукла решила соврать менеджеру клуба, изрядно насторожил Рубена. Лучше будет поговорить сразу с ней и менеджером.

* * *

Когда Рубен оказался в здании клуба, его встретил менеджер, низкорослый мужичок в идеально выглаженном темно-сером костюме.

— Добрый день! Меня зовут Максим, мы с вами говорили по телефону.

— Да-да, — кивнул Рубен.

Внешность менеджера оказалась настолько невзрачной, что Булатов невольно тому посочувствовал. Заморыш с жиденькими бесцветными волосенками.

Впрочем, не всем же быть такими, как Рубен Булатов. Должны быть и такие, как Максим.

— Позвольте проводить вас в оранжевую комнату, — повел его за собой менеджер.

В здании клуба располагалось множество комнат отдыха самого разного назначения. Уютные гостиные, бильярдные, кальянные, сауны и, конечно же, спальни. Самые разные, с круглыми и квадратными кроватями, зеркальными потолками, шестами для стриптиза и прочее и прочее. Были также помещения для более пикантных удовольствий: с наручниками, цепями и другими приспособлениями для жесткой любви.

Впрочем, сегодня Рубен явился в клуб не отдыхать. Он быстро выяснит, почему Женя врет, заберет ее и отвезет в свою городскую квартиру, откуда очень нескоро выпустит.

«Интересно, она танцует стриптиз?» — вдруг стало любопытно ему. Даже если нет, пусть хореограф поставит ей танец. Было бы очень интересно как следует рассмотреть ее роскошное тело, когда она будет раздеваться для него под музыку. Булатов не поскупился бы на такое шоу.

— Проходите, пожалуйста, — пригласил его Максим.

И Рубен действительно оказался в оранжевой комнате. Всё здесь было цвета взбесившегося апельсина, даже пушистый ковер и изображения на больших фото, развешенных по стенам. А на оранжевом же диване сидела незнакомая брюнетка в красном платье.

— Вот, пожалуйста. Это Алина, — заговорил менеджер, представляя девушку.

Та мигом подобралась, выпрямилась, продемонстрировав Булатову богатое содержимое, почти выпрыгивающее из декольте. Улыбнулась, кивнула ему.

— Хм… — протянул Рубен, разглядывая кандидатку себе в постель.

Девушка симпатичная, конечно, уродин здесь не держали. Роста такого же, как и Женя, но крупнее в бедрах, совершенно точно не такая точеная. Взять ее было бы всё равно, что любителю часов «Ролекс» надеть на руку подделку. Никакого удовольствия!

— Э нет, только не говорите, что мою Куклу вы уже кому-то всучили снова! Мне нужна та самая девушка, которая была со мной этим утром. Другая не подойдет.

— Это та… — развел руками Максим.

— Я с ней не спал!

— Она утверждает то же самое.

— Тогда с кем же я спал? — усмехнулся Рубен.

И по вопросительному выражению лица менеджера понял: тому тоже очень хотелось бы знать ответ на этот вопрос, но он тактично промолчал.

— Я не понял, вы меня за идиота держите, что ли? — строго процедил Булатов.

— О нет, конечно же нет! — тут же всполошился Максим.

Булатов заметил, как менеджер напрягся. Уже хотел было снова начать возмущаться. Но тут Максим начал сыпать извинениями:

— Простите великодушно, мы, конечно же, должны были вам позвонить еще утром, но кто же знал, что случится такая оказия… Вы не волнуйтесь заранее, это всего лишь предположение... Возможно, вы переспали с какой-то посторонней девушкой?

— Но как такое вообще могло произойти? — зарычал Рубен. — Вы же обещали мне постановочную игру! И тут вдруг я натыкаюсь на незнакомку… Откуда она вообще там взялась?

Менеджер развел руками:

— Может быть, это была какая-то случайная прохожая? Маловероятно, конечно, ведь наша машина с рассвета патрулировала местность, но всякое случается. Может быть, какая-то незнакомка просто шла по дороге и…

— Она была в красном платье, как и обговорено в сценарии! — стоял на своем Рубен.

На это менеджер только развел руками.

«Так… — Булатов принялся усиленно разминать виски. — Это что же получается? Я увидел на дороге девушку, которой нужна была помощь, и вместо помощи отымел?»

Нежеланная догадка оказалась слишком неудобоваримой, слишком нереалистичной, слишком гадкой.

«Это какой-то вселенский пиздец! Нет. Так ведь не бывает, чтобы нормальную девушку перепутали с проституткой. Как же пресловутый фак? Она же мне его показала. Зачем?»

И вдруг память услужливо подкинула воспоминание о том, как Кукла выпалила, сжимая в руках красный клатч: «Я не проститутка!»

Если предположить, что цвет платья — совпадение, а фак — возможная неадекватная реакция на его грубый подкат, тогда…

«Это какая-то ошибка, этого просто не может быть!» — тут же успокоил себя Рубен.

Он решительно не понимал, как мог попасть в подобную ситуацию, ведь раньше осечек с девочками клуба не случалось.

— Вы понимаете, что подставили меня? — резко зарычал он на менеджера. — Вы должны были обеспечить безопасную игру, а в результате что?!

— О, не переживайте, мы поможем вам! Найдем девушку, объясним ей, что произошел досадный инцидент, и она просто стала жертвой случайной ошибки, не более… Мы очень ценим вас как клиента, и постараемся сделать всё, чтобы купировать ситуацию! Предоставьте этот вопрос нам.

Рубен даже задумываться не стал над вопросом, каким способом они собирались «купировать» эту ситуацию. Шантаж, подкуп, угрозы? Сложно ли прижать к ногтю простую девчонку? На это много ума не надо. И Булатов уж точно не допустит, чтобы эти рукожопы из «Малинника» лезли к его Кукле.

— Если девушка к клубу никакого отношения не имеет, то с ее поисками я вполне справлюсь сам, — строго отчеканил он.

Причитаний менеджера слушать не стал, развернулся и решительным шагом направился к выходу.

«Мне нужно срочно найти мою Куклу!» — заскрежетал зубами.

* * *

— Рубен Русланович, если вы оставили девушку там, а она от вас сбежала, есть вероятность, что она всё еще в лесу. Например, слишком напугана и прячется. Надо проверить, — предложил ему Мурат Касиров, сотрудник фирмы «Сейфти Контроль», чьими услугами Булатов пользовался при необходимости. — Тем более если она ранена…

Последние слова этого дуболома с бритой головой буквально выбили Рубена из равновесия.

— Я, по-вашему, кто? Конченый садист, что ли? Я ее не ранил! — прорычал он, вскочив с места. — Поехали искать.

Булатов отправился на место следом за микроавтобусом с наскоро собранной поисковой группой. Даже домой не стал заезжать, так и поехал в белой рубашке, офисных брюках и туфлях.

И вот он уже там, на перекрестке, где увидел Куклу. Люди из «Сейфти Контроль» немедленно начали прочесывать местность. День клонился к закату, и на продуктивные поиски осталось не так много времени. Рубен очень нервничал по этому поводу.

Повезло: в кустарнике, росшем параллельно дороге неподалеку от места, где случилась встреча с Куклой, нашелся обрывок ее красного платья. Его-то и дали понюхать поисковым собакам.

Те взяли след, и очень скоро люди Рубена нашли нечто очень интересное.

— Смотрите, Рубен Русланович! — Один из помощников Мурата показал ему брошенную на тропинке обувь.

Булатов уставился на запыленные красные босоножки на каблуках. Не помнил, в какой обуви была Кукла, но оттенок подходил к цвету платья. Ее? Вполне возможно. Сбросила и побежала бегом.

— Вот еще, Рубен Русланович, — другой помощник показал ему найденные через десяток метров пятитысячные купюры.

Булатов уставился на купюры и принялся чесать затылок.

Так… Ладно обувь, она мешала бежать, но деньги-то зачем выбрасывать? Что они ей, лишние, что ли, были?

А то, что это именно те деньги, которые Рубен засунул ей в сумочку, он даже не сомневался. Кто еще бросил бы просто так на тропинке подобную сумму? Получается, не захотела оставлять рубли, побрезговала.

Выбросила и бросилась бежать.

«Что это значит, Рубен? Ты накосячил не по-детски…» — осознание произошедшего арктическим холодом морозило его изнутри, и плевать, что на улице жаркий августовский вечер.

Уже почти смеркалось, когда поисковая группа при помощи собак отыскала поляну неподалеку от речки. На поляне обнаружились следы машин, а также пустая бутылка из-под минеральной воды и испачканный кровью платок. Это были последние находки.

«Кому принадлежала кровь? — изводил Рубена этот жуткий вопрос. — Что с моей Куклой?!»

Он снова и снова прокручивал в голове события сегодняшнего утра. Неужели всё-таки как-то ее поранил? И уже совершенно не мог понять, почему решил, будто Кукла — проститутка. С виду действительно казалась приличной девушкой и общалась культурно, пока он не начал ей откровенно хамить. Хотя и была слишком красивой для столь раннего утра. Свежей, ухоженной, причем везде. Какой-то даже инородной…

Какая девчонка станет вышагивать по дороге при полном параде в семь утра? Сбегала от своего парня? И попала прямиком в лапы Рубена.

Он помог бы ей без вопросов. Если бы хоть на секунду мог предположить, что перед ним не заказанная проститутка, а девушка, попавшая в неприятности, он бы всё для нее сделал, отвез бы, куда сказала. Даже не будь она такой хорошенькой, он позаботился бы о ней, не зверь никакой. Но он думал — игра… И играл с ней. Не без удовольствия, разумеется.

Обращения в полицию Булатов не боялся. Если бы обратилась, к нему уже наверняка постучались бы. Ведь «гелендваген» оформлен на него, а девчонка вполне могла запомнить номер. А даже если и обратилась, эту проблему решить несложно. Но быть в глазах Куклы насильником — это слишком! Это не укладывалось в голове, не вмещалось, не утрамбовывалось даже.

Желание поговорить с Женей, узнать, как она, хищно грызло изнутри.

Когда покидали злосчастную поляну, на землю уже опустилась ночь.

«Где мне тебя искать?!» — застонал про себя Рубен, возвращаясь к своей машине.

Пойди найди красивую девушку Женю там, не знаю где…

Это при том, что Рубен даже не был уверен, что она сказала правду и ее действительно так зовут.

Однако сдаваться не собирался. Как-то да найдет, хоть весь Краснодарский край через сито просеет.

Если Рубен Булатов что решит, всегда доводит дело до конца.

Он найдет ее, убедит в том, что это была всего лишь досадная ошибка, а потом загладит ситуацию и предложит стать его любовницей.

Раз не проститутка, почему бы не сделать ее своей по крайней мере на какое-то время? Этот план Рубену очень понравился.

Глава 10. Кукла желает спрятаться

— Жас, я отдала ключи от твоего «ниссана» Жорику, он оттарабанит машину в сервис, всё починит… — сообщила Маша, зайдя в прихожую.

— А сколько твой бойфренд попросит за транспортировку? — спросила Жасмин, кутаясь в безразмерный белый халат, под которым всё еще находилась в злосчастном красном платье.

— Ну, сколько-то попросит, но я скажу, чтобы цену не загибал, сделал скидку. Ты как вообще? — спросила Маша.

— Она нормально, дальше мы сами, спасибо тебе за помощь, — ответила за сестру Лиза и тряхнула головой. Ее каштановые кудри, торчавшие в разные стороны после вчерашней вечеринки, подпрыгнули в такт резкому движению.

У Жасмин даже не нашлось сил, чтобы с ней спорить. Действительно, зачем тут еще и Маша? Хотя, конечно, огромнейшее ей спасибо за то, что забрала из того адского места. Мало того что забрала, так еще и о транспортировке сломанной машины договорилась.

Подруга кивнула, посмотрела на Новикову с выражением вселенской скорби и тихо проговорила:

— Я могила, ты знаешь. Никому ничего не скажу, если решишь оставить это в секрете, но ты бы обратилась в полицию, а?

— Я разберусь, — ответила Жасмин и в который раз за сегодняшний день прикусила нижнюю губу.

Внутренне аж вскрикнула от боли, ведь губа была за сегодня уже изрядно искусана и давно ныла. Но эта боль хоть немного отвлекала от воспоминаний об утреннем происшествии, что успели проесть мозг Новиковой, будто кислота.

Закрыв за подругой дверь, она прошла в квартиру и столкнулась с решительным взглядом Лизы:

— Ты же не собираешься и правда обращаться в полицию? — всерьез забеспокоилась та.

— Я еще не решила, — покачала головой Жасмин. — Тебе-то что?

— Жас! — воскликнула сестра с чувством. — Ты не понимаешь, что ли? Если ты подашь заявление, твоему блогерству капут тут же!

— В смысле?

— Так… Я понимаю, что у тебя после сегодняшнего в мозгах каша, но не настолько же! — Лиза сверкнула карими глазами и с чувством продолжила: — Не помнишь ту дурочку? Как ее там... — защелкала она пальцами, — Лилу Ванилу! Ну, ту самую, что постила свои сиськи в разном ракурсе. Ничего себе такой инст* у нее был, аппетитный и с кучей подписчиков. Вспомнила, нет? Вот когда ее после вечеринки изнасиловали толпой, она потом бучу подняла. Так ее же потом собственные подписчики и уничтожили, затроллили к чертям. Обсосали событие со всех сторон, а она бесконечно ругалась в коммах, пока до нервного срыва не дошло. Во всем обвинили ее же — типа постила сиськи, терпи последствия…

Высказав всё, сестра плюхнулась на диван и громко вздохнула.

Жасмин тут же села рядом.

— Я не пощу свои сиськи на всеобщее обозрение! У меня в профиле даже фото в купальнике нет! За что меня троллить?

— А это без разницы, ты сама знаешь. На тебя сейчас лавина хейта* пойдет, и твою драму будут обсуждать в разных блогах с подробностями. Только выпусти джинна из бутылки, обратно хрен загонишь. Тебе великолепно известно, как это случается. И потом, кто закажет у тебя рекламу? У блогера, имя которого полоскают по всяким помойкам… И чем ты станешь платить ипотеку? Переедешь ко мне в общагу, что ли? За машину, опять же, кредит…

Как раз об этом Жасмин еще и не успела подумать за многие часы, проведенные в упоительной жалости к себе.

— Уж что я точно не собираюсь делать, так это трепаться о том, что со мной случилось в интернете… — хмыкнула она.

— А ты думаешь, в полиции не найдется какой-нибудь «добрый и отзывчивый» козел или козлиха, который не сделает это за тебя? Сразу в сеть сольют! Ты же будешь рассказывать полицейским, кто ты, что из себя представляешь. Думаешь, не залезут глянуть на твою страницу? Не изойдут завистью и не захотят сделать гадость? Достаточно одного слова где-нибудь в курилке, и всё… пошла новость по телефонам. Если хочешь сохранить свою жизнь, полиция не вариант, Жас!

Жасмин четко отдавала себе отчет, что в словах сестры был недюжинный резон.

Кроме того, что она им скажет? Ее изнасиловал мужчина на черном «гелендвагене», номер которого она даже не удосужилась запомнить, потому что в ужасе сбежала прочь? Как его зовут? Хищник! Ах, это не имя? Так имени она не узнала. Ну, опишет она этого козла, дальше что? Разве по описанию можно найти человека?

Само действо для нее происходило будто в тумане. Вот он заставляет ее встать на колени, нагибает, и в следующую минуту она уже жмурится от ужаса, кусает губу, содрогается от его вторжений и мечтает, чтобы он побыстрее закончил.

Она даже на его причиндалы ни разу не взглянула, ей было противно. Понятия не имела, свершился ли контакт с презервативом или без. Хищник обильно вымазал ее какой-то клубничной смазкой перед тем, как воспользоваться. С виду аккуратный, наверняка натянул на пипиську резинку. В этом случае в ней нет его ДНК, и тогда вообще никаких доказательств, даже если его найдут! Его слово против ее.

«Она сама хотела! — наверняка скажет он. — Брела по дороге в откровенном красном платье и напрашивалась, а теперь еще предъявляет…»

От осознания всего происходящего ее буквально затрясло как в лихорадке.

— Виктимблейминг* — это та еще задница, — продолжала с умным видом Лиза. — Понимаешь, в чем фишка... Обвиняя жертву, человек как бы отождествляет себя с агрессором, то есть по умолчанию сильным. Мол, я в стае с сильным, а значит, со мной такого не случится. Это на подсознательном уровне… Многие даже ищут сразу, чем жертва могла навлечь на себя такой звездец. Типа сказала что-то не то, сделала, выглядела как-то не так. А по сути насилие есть насилие.

— Зачем люди это делают? — простонала Жасмин, обнимая себя руками, чтобы хоть немного унять дрожь.

— Потому что порода такая людская сучья. Безопаснее топтать слабого толпой, чем встать на его защиту. В общем, психологическая хрень. Всё, что угодно, лишь бы не чувствовать себя слабым или как-то сопричастным с жертвой, чтобы тоже не запинали. Да ты почитай блог Модзинского, он много про это пишет.

— Я ни на что не напрашивалась, и я не жертва! — резко отчеканила Жасмин и только после этого заметила, что у нее понемногу начинают стучать зубы.

— Сестричка, ну выглядишь ты именно так, — развела руками Лиза.

— Иди-ка ты к своему Виталику обратно, а? Умница какая…

— Э нет, я вчера с Виталиком побыла, и вот что из этого вышло, — зацокала она языком. — Прости, что не поехала с тобой, Жас! И я не уйду, даже не надейся. Я пойду куплю какой-нибудь вкусной еды, затарю холодильник и останусь с тобой на пару дней.

— Я хочу побыть одна, — поморщилась Жасмин.

— А ты меня и не заметишь, буду вести себя как мышка, но одну не оставлю, не надейся. Сестры Новиковы друг друга в беде не бросают, помнишь?

На это Жасмин лишь поджала губы, хотя именно она раньше частенько повторяла эту фразу сестре.

Они были очень похожи внешне — обе стройные кудрявые брюнетки с гладкой нежной кожей. Всегда дружили, хотя разница в возрасте составляла целых пять лет. Старшая чувствовала ответственность за младшую, а младшая просто знала, что старшая заступится. Так было вплоть до окончания школы. После школы вместе перебрались из маленького села в большой город.

Сначала в Краснодар переехала старшая Новикова, поступила в университет. А когда сестра окончила школу, Женя забрала ее к себе. Обе уезжали без сожаления, оставляли в маленьком полуразвалившемся доме отца-алкоголика, ежедневно убивавшего себя самогоном, который сам же и гнал.

— Да, Новиковы друг друга не бросают, — кивнула Жасмин.

Со вздохом встала и побрела в ванную.

Повесив халат на крючок, уставилась на себя в зеркало. Смотрела на красное платье, по-прежнему облегавшее ее фигуру, хотя и порванное в нескольких местах о кусты, через которые пришлось продираться. Смотрела и понять не могла, почему оно ей так понравилось. Теперь казалось уродливым, недостойным того, чтобы его носить. Она стянула его и с омерзением бросила на пол. Выбросит и больше никогда ничего подобного не наденет.

Жасмин бесконечно долго стояла под душем, гадая, правильно ли поступит, решив замолчать ужасное по своей сути преступление. Нутро кипело жаждой мести, но в то же время хотелось спрятаться в квартире до второго пришествия и никуда-никуда не выходить.

Она раз тридцать намылила себя гелем для душа, вспоминая, через что пришлось пройти, и морщилась от боли в ступнях, ведь порядком изранила их во время бегства обратно к машине.

«Даже не так страшно подвергнуться нападкам троллей, — крутились в голове разные мысли, — но вот еще раз встретиться лицом к лицу с Хищником… Нет! Я не могу! Не хочу!»

Где гарантии, что полиция как-то его накажет, даже если Жасмин напишет заявление и его каким-то чудом найдут? Зато он узнает, кто она, где ее искать. И само это пугало ее до икоты.

Хищник не показался ей человеком, боящимся правосудия. Наоборот, он как раз был из таких, кто этим правосудием мог управлять.

Кстати, несмотря на то, что она была достаточно известным блогером, он явно не узнал ее, значит, в «Инстаграме» не сидел и вряд ли отыщет ее там. По крайней мере не в ближайшее время. А потом, может быть, забудет девочку Женю?

«Пусть эта история умрет, пусть забудется, порастет быльем, мхом и чем еще только можно… Пусть я его больше никогда не увижу. Пусть Хищник меня никогда не найдет!» — взмолилась Жасмин про себя.

*Инст — сокращенно от «Инстаграм»

*Хейт — (сленг) проявление ненависти кого-либо к творчеству или деятельности другого человека. Второе значение — грязь, вранье, провокация, самоценные для некоторых людей явления.

*Обвинение жертвы, или виктимблейминг (англ. Victim blaming), происходит, когда на жертву преступления, несчастного случая или любого вида насилия возлагается полная или частичная ответственность за совершенное в отношении нее нарушение или произошедшее несчастье.

Глава 11. Новые реалии жизни

— Хозяйка, принимайте работу, — улыбнулся ей детина в синей рабочей спецовке.

Его напарник тоже стоял рядом.

Женя подошла к новенькой железной двери, которую только что установили в ее квартире, и принялась любоваться.

— Чистый сейф! — начал бахвалиться служащий магазина дверей. — К вам теперь разве что с болгаркой ворваться можно, и то запарятся пилить. Вы теперь под надежной защитой.

Эти слова были для Новиковой как бальзам на душу.

Под надежной защитой — разве это не прекрасно?

Она поблагодарила работников и закрыла за ними новую суперпрочную черную дверь, не забыв дать чаевые.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как с ней случилось ЭТО, но чувство тревоги и страха не отпускало.

Дверь была не единственным приобретением, которое Жасмин сделала за это время. Ее гардероб пополнили безразмерные футболки, свободные джинсы — то есть то, что раньше на себя никогда не надела бы. Вот и сегодня она красовалась именно в таком наряде — чем менее сексуально, тем лучше. А вот весь запас трусиков-наклеек, наоборот, оказался выброшен. Вряд ли она еще когда-нибудь захочет надеть такое белье.

В сумочке Новиковой поселился перцовый баллончик, а в бардачке многострадального, недавно починенного «ниссана» — электрошокер. В прихожей теперь также стояла настоящая деревянная швабра в человеческий рост, купленная исключительно для самообороны.

Вот такие покупки.

Теперь ее голыми руками не возьмешь, врасплох не застукаешь. Найдет, чем сдачи дать.

Жасмин долго гадала, могла ли что-то сделать, чтобы предотвратить то, что с ней случилось. Как спровоцировала и возможно ли было избежать этой провокации? Снова и снова приходила к выводу, что на самом деле особых шансов у нее не было.

Могла сменить красное платье на шорты с топом — это, пожалуй, ее единственный промах. Но такой ли это промах? Да, не переоделась, поленилась. Слишком нравилось ощущение мягкой, приятной ткани к телу, а шорты немного давили. Вот и решила не париться, остаться в платье. Впрочем, шорты гораздо короче, поэтому смена одежды — весьма сомнительная защита, если триггером для Хищника оказалась именно ее одежда.

В остальном…

Не надень она каблуки, пришлось бы идти босиком, и она изранила бы ноги еще больше. Кстати, не факт, что это поумерило бы желание Хищника поиметь ее.

Не стоило вообще выходить из машины, она могла просто подождать приезда помощи у реки. Но вот какое дело — она понятия не имела, приедет ли к ней какая-то помощь и когда!

Разве знала Жасмин, что сестра спохватится так быстро? Отнюдь! Тем более что догадается позвонить именно Маше, которая была в курсе местонахождения сестры.

Спровоцировала ли она Хищника своим поведением? Напал бы он на нее, не покажи она ему грубый жест? Но ведь это он начал хамить, стал придираться, оскорблять. Он нарывался на грубость, не она. Так что вряд ли ее поведение являлось триггером. Или, может быть, всему виной совокупность фактов…

Жасмин голову сломала, пытаясь понять, что заставило с виду благополучного и вполне даже симпатичного мужчину так дико себя повести. Что в ней такого было, что дало ему повод так поступить?

Сестра вернулась в общежитие еще вчера. Они вдоволь наплакались друг у друга на плече, наговорились. Теперь Новикова снова была предоставлена самой себе, своим бесконечным мыслям.

Решив как-то отвлечься, Жасмин отправилась на кухню приготовить кофе.

И вдруг телефон ожил сообщением, которое она никак не ожидала получить.

«Привет, милая! Я уже вернулся и очень соскучился. Увидимся вечером? У меня подарок!» — писал Влад.

Жасмин так и не дошла до кухни, пригвожденная его сообщением.

Плюхнулась на диван, переваривая новость.

Она не относила себя к числу тех, кто умел находить общий язык с противоположным полом. Да, красивая, даже очаровательная, как некоторые считали. Ее мечты до зубного кариеса сахарны, розовы, все в кружевах, как и положено романтичной натуре. Красавец жених, дом — полная чаша, семья, дети.

Только с кавалерами не сказать, чтобы сильно везло, точнее, не везло совсем.

«Что ни говно, то к твоему берегу…» — шутили подруги.

И то верно, у Жасмин зачастую что не парень, то бабник, помешанный на процессе совокупления.

Однако Влада Стахова назвать говном не повернулся бы язык ни у одной из ее многочисленных подружек.

Всем оказался хорош: очаровательный, с чувством юмора, терпеливый, при деньгах опять же — бизнесмен-изобретатель. Своя квартира, красивый «мерседес» в гараже. И обходительный к тому же.

Жасмин долго к нему присматривалась, не соглашалась идти на свидание. Но Влад очень красиво ухаживал. Засыпал ее цветами, красивыми стихами, которые она так и не нашла в интернете, видимо, сам сочинял. Он приглашал ее на разные интересные мероприятия — открытие ресторанов, автогонки, премьеры кино. Эти двое могли говорить часами. Как устоять перед таким мужчиной?

Их свидания стали более частыми, и очень скоро Жасмин превратилась в его постоянную гостью. Влад с упоением грешил с ней в каждой комнате своей роскошной квартиры.

Отношения грозили перерасти со временем в нечто гораздо большее, чем просто свидания. Однако десять дней назад Влад уехал в США по делам своего нового бизнеса, и должен был вернуться лишь через два месяца. Заранее предупреждал ее об отъезде. Но вот и двух недель не прошло, как он вернулся и захотел увидеться.

В этот момент Жасмин поняла: был и еще один побочный эффект от столкновения с Хищником, кроме чувства постоянной тревоги и проблем со сном. Ей больше не хотелось видеться с Владом… совсем не хотелось! Хотя еще несколько дней назад она бы верещала от радости и предвкушала свидание.

«Извини, я приболела, не смогу встретиться», — ответила ему Жасмин и отключила телефон.

Глава 12. Большая любовь Жасмин

Жасмин просидела за компьютером добрых два часа, и всё, что смогла из себя выдавить для поста в «Инстаграм», — жалкие несколько строк ни о чем.

Раньше она фонтанировала идеями, интересными рубриками, делала массу снимков и потом с упоением их компоновала, обрабатывала, снимала забавные видео. Теперь же внешний мир почему-то перестал казаться ей прекрасным и удивительным, не было в нем вдохновения... закончилось.

Обычно она справлялась с меланхолией с помощью прогулок. Но теперь ходить в кино, парк или еще куда-то не хотелось совершенно. За исключением утренних пробежек, она теперь предпочитала оставаться дома. А о чем в таком случае писать? У нее же позитивный блог!

Новикова благодарила провидение за то, что она, такой великий планировщик, продумала заранее контент-план на месяц, больше того, отправила его в отложку. У нее в запасе еще три недели… Три недели на то, чтобы прийти в себя и стать прежней Жасмин. А потом придется как следует поработать, если она всё еще хочет остаться бьюти-блогером. Мир интернета жесток — не выдаешь новых постов, способных привлечь внимание широкой публики, тебя мгновенно забывают, а подписчики разбегаются мгновенно.

«Как-то справлюсь, да?» — спросила сама у себя.

Ей очень хотелось в это верить. Однако в ту самую минуту выдать из себя что-то позитивное и интересное людям она была не в силах.

Жасмин закрыла ноутбук и громко выдохнула.

Не хотелось даже просматривать комментарии к выходящим постам, что раньше делала с большой охотой. Она превратилась в настоящую затворницу — как онлайн, так и офлайн.

Телефон в очередной раз пиликнул сообщением от Влада:

«Жасминка моя милая, сегодня тоже решила меня продинамить?»

Она аж вздрогнула, когда его прочитала.

Как убедить Стахова, что она не собиралась никого динамить? Ей просто нужен небольшой тайм-аут. Не готова пока к встречам, а он продолжал бомбардировать ее приглашениями.

Но Жасмин понимала: если пересилит себя, встретится с Владом, он наверняка захочет интима. А она ни о каком интиме даже думать не могла. Как объяснит ему свою холодность?

Конечно, можно признаться в том, что с ней случилось, и это всё объяснило бы… Но кому от ее признания будет легче? Ей? Не-е-ет, ей от этого точно легче не будет. Это ведь ее тайна…

Жасмин должна сохранить свой постыдный секрет.

Спустя несколько дней после того, как с ней случилось ЭТО, Новикова уже совершенно не могла понять, как умудрилась догадаться выйти на дорогу в красном платье и на каблуках. Пусть платье не короткое, но это же прямая, мать ее так, провокация! И как можно было додуматься вообще показать средний палец совершенно незнакомому мужчине? Она что, не знает, какие на свете бывают психи?

Как там говорила Санса Старк из «Игры Престолов»? Вежливость — доспехи леди. А Жасмин этим простым правилом безбожно пренебрегла.

Если она даже перед самой собой своих действий оправдать никак не может, что она скажет Владу? Прости милый, твоя девушка — дебилка?

Разве он примет ее объяснения?

Она станет для него отвратительной, грязной, ровно такой, какой она себя чувствовала.

И это ей еще повезло. Да, да, повезло!

Сидя в четырех стенах Жасмин начиталась всякого на форумах, и оказалось, что она еще очень легко отделалась.

Хищник не вел себя с ней по-настоящему жестоко, он ее не поранил, даже синяка не оставил, не душил этим своим кнутом, и внутри ничего не повредил. Был деликатен, если это можно так назвать. Считай, это была лайт-версия того, что с ней могло случиться.

Лиза советовала забыть всё как страшный сон. И Жасмин с удовольствием забыла бы… только память у нее для этого слишком хорошая.

Это будет нечестно по отношению к Владу, если она вывалит на него правду. В то же время нечестно эту правду не сказать.

«Правильного ответа не существует!» — стонала она про себя.

А Влад тем временем всё продолжал атаковать ее сообщениями:

«Хотя бы пообедай со мной?»

«Час, Жасмин! Всего час».

«Я хочу накормить тебя вкусным стейком!»

«Морепродукты? Суши? Итальянская пицца? Торт?»

«Два торта?»

«Жас, пожалуйста! Я тут помираю без тебя, между прочим».

После этого она сломалась:

«Влад, я всё еще немножко болею, просто не хотела тебя заражать. Но я напьюсь противовирусных и смогу провести с тобой час в ресторанчике напротив моего дома. Только, пожалуйста, не устраивай из этого никакого события. Просто пообедаем, и всё, ладно?»

«Ура! Я ожил! Жду тебя в том ресторане».

* * *

Он действительно уже ждал ее, хотя Жасмин пришла раньше времени.

Посмотрела на Стахова и невольно улыбнулась.

Ага, не превратил их встречу в событие, как же… На столе в вазе ее уже ждали красные розы. А сам Влад нарядился в один из своих любимых итальянских костюмов. Стоял весь наутюженный, с начищенными до блеска туфлями и зачесанными назад русыми волосами. Ждал ее у столика возле окна.

Жасмин заметила, как проходящая невдалеке официантка хищно стрельнула глазами в сторону Стахова. Впрочем, Новикова ее понимала. Влад среднего роста, но широкоплеч и очень мил на лицо, глаза у него красивого светло-карего оттенка, правильные черты лица, прямой нос. Губы, опять же, мягкие, полные, а какой красивый голос…

— Привет, моя Жасминка, — проговорил он, отодвигая для нее стул.

А когда она села, вдруг огорошил:

— Я не понял, ты бросить меня хочешь, что ли?

Сначала Новикова подумала, что он шутит, но голос хоть и шутливый, а лицом Влад остался серьезен, будто действительно ждал ответа.

— С чего ты взял? — посмотрела она на него исподлобья.

И тогда Стахов красноречиво ее оглядел:

— Ты просто сегодня так выглядишь… Комбинезон, рубашка закрытая. Знаешь, в таком прикиде обычно ходят кого-то бросать, чтоб не так обидно было. Мол, посмотри, милый, ты ничего особенного не потерял… Это костюмчик из той оперы?

Жасмин вытаращила глаза и невольно тоже себя оглядела.

Ну да, сегодня она не в кокетливом платье, какое раньше непременно надела бы для Влада. И вместо каблуков на ее ножках красовались белые кеды. Густые кудри стянуты в высокий хвост и на лице совсем немного косметики.

«Так день же на дворе! Кто виноват, что он в костюм вырядился? Не так уж плохо я и выгляжу…» — пробурчала про себя Новикова.

По крайней мере, своим отражением в зеркале перед выходом она осталась вполне довольна.

— Эм… — Жасмин шумно вздохнула. — Бросать тебя не собиралась. Неужели всё так плохо?

Тут уже замер Влад. Снова красноречиво ее оглядел.

— Это у тебя новый стиль? Если честно, мне больше нравился старый. Немного к другому привык.

От такого простого ответа Жасмин почувствовала себя так, будто ее облили ледяной водой и выставили в мороз на улицу.

«Один единственный раз явилась не как из салона красоты, и на тебе, прилетело…»

Она почувствовала, как раскраснелись ее щеки, и пошла в атаку:

— А, то есть в таком виде тебе не подхожу, да? Недостаточно гламурна, чтобы с тобой обедать?

— Просто непривычно. Ладно, не заморачивайся, Жас, всё в порядке.

«Ну да, конечно, когда я из кожи вон лезла, ходила с макияжем и прической, в сексуальные корсеты себя затягивала, было нормально. А пришла как обычная девушка, так сразу чучело огородное? И что, мне перед ним всю жизнь как на показе мод?» — ей вдруг стало до тошноты противно.

— Знаешь, если тебе со мной одетой не в бальное платье обедать неудобно, так я, пожалуй, пойду. В следующий раз предупреждай, что к тебе на свидание только через бутик и кабинет визажиста.

На этом Новикова резко вскочила, развернулась и помчалась к выходу, благо в кедах.

— Ты куда? — услышала за спиной.

Если чему она и научилась за эти дни — так это быстро бегать.

* * *

— Что, прям так и сказал, что ты уродина? — фыркнула Лиза. — Ну мужики пошли… что ни парень, то козел.

— Ну, он не прямо сказал. Но смотрел на меня... знаешь, как на пугало огородное. Будто я похожа на пугало. Я похожа? А ведь если человека любишь, ты ведь его и в робе любить будешь, разве нет? Зачем тогда в любви признавался вообще?

Жасмин громко всхлипнула и уткнулась носом в диванную подушку, которую вот уже полчаса как обнимала и орошала слезами.

— Ты могла бы и постараться, вообще-то, — качала головой Лиза. — Мужчины, они же глазами любят. А ты в последние дни выглядишь как… как… феминистка!

Сестра произнесла последнее слово, как будто это было самое страшное в мире ругательство. Ведь она — бабочка, прямо как Жасмин еще недавно.

Жасмин старалась выглядеть максимально хорошо всегда. И макияж у нее, и прическа, и попа впихнута в жутко неудобные облегающие джинсы, которые, как она думала, стройнили ее как минимум на несколько килограммов.

Лиза принялась отчитывать сестру:

— Почти не красишься, стиль одежды поменяла, волосы стягиваешь в конский хвост. Они у тебя повредятся так, между прочим. Может, не надо было так кардинально стиль менять?

— Может, и не надо, — всхлипнула Жасмин, заткнула себе рот очередной шоколадной конфетой и кинула обертку на пол.

Возле дивана таких оберток уже лежало около дюжины, обе Новиковы постарались. Хотя еще недавно даже не подумали бы так свинячить, да и сладкое раньше было в этом доме под запретом.

— Мне кажется, Влад не меня любит. Он себе красивую картинку под именем Жасмин придумал и в нее влюбился. А я как человек для него пустое место, и что у меня на душе, ему без разницы, только внешность видит… — всхлипывая, продолжила Новикова-старшая. — Получается, не было ни отношений настоящих, ни чувств, а я как идиотка ему верила. Вот как бойфрендов проверять надо: приди к нему одетая как чучело, всё и узнаешь…

— Жас, я дурак! — вдруг раздалось из приоткрытого окна.

Громко так раздалось, будто из громкоговорителя.

Сестры Новиковы переглянулись, вскочили с дивана и, не сговариваясь, бросились к окну гостиной, открыли его настежь.

Вид с пятого этажа на двор открылся феноменальный.

Влад стоял с гигантским транспарантом «Прости» в одной руке и громкоговорителем в другой. Когда увидел Жасмин в окне, тут же начал этим самым транспарантом активно размахивать.

— Жасминка, прости меня! — громко прокричал.

А потом продолжил пламенно, наплевав на вылезших из окон зевак:

— Если хочешь, можешь ходить ко мне на свидания в мешке из-под картошки, мне всё равно… Хочешь, я тоже наряжусь в мешок. Мне плевать, как ты выглядишь, я тебя люблю! Ходи ко мне на свидания, в чем хочешь… а лучше замуж за меня выходи!

С этими словами он прям в своих фирменных брюках бухнулся на асфальт на одно колено и достал что-то из кармана. Жасмин не видела, что это было, но догадаться труда не составило. А потом горе-жених прокричал в громкоговоритель:

— Пока ты не выйдешь и не примешь это кольцо, я с колена не встану!

Новикова-старшая отшатнулась от окна, заморгала, уставилась на сестру.

— Чтобы у меня так перед подъездом после трех месяцев отношений кто на одном колене постоял… — усмехнулась Лиза.

Сложила руки на груди и, весело подмигнув, спросила:

— Чего стоим, кого ждем? Или классный мужик в хозяйстве уже не нужен? Если он тебе лишний, так ты с сестрой поделись, не жмоться.

— Действительно, чего это я тут с тобой стою…

С этими словами Жасмин вытерла слезы и стремглав бросилась вон из квартиры.

Глава 13. Сыщик-неудачник

Рубен уже полчаса, не меньше, пялился на один и тот же снимок — новую шапку для сайта службы доставки, которую разрабатывал дизайнерский отдел.

Не мог оценить ни работу дизайнеров, ни функционал, слишком далеко в этот момент блуждали его мысли. Вроде бы в офисе, а вроде бы и нет. В голове, как назойливые мухи, всё жужжали разные мысли.

Он так и не нашел Куклу.

Искал ее своими силами, позже припряг и полицию.

Полицейские сняли отпечатки пальцев в салоне его машины, но Куклы в базе данных не оказалось. Также знакомые проверили, подавала ли заявление об изнасиловании девушка, похожая на нее, но таковая в полицию не обращалась. По крайней мере его машину не упоминала, а уж такая деталь наверняка бы всплыла в деле. Заявления подано не было, а значит, Кукла зачем-то решила оставить его поступок в секрете. Зачем?

«Что это значит? — пытался понять Рубен. — Может быть, для нее это тоже оказалось сродни сексуальному приключению? В конце концов, я ведь привлекательный мужчина, вполне мог чисто физически ей понравиться…»

Ему очень хотелось в это верить. Сколько раз у него был секс с совершенно незнакомыми барышнями! А еще буквально до дрожи в руках хотелось поговорить с Женей, понять, как она себя чувствует после того утра.

Ему-то всё было сладко, вкусно. А каково ей? Зачем бросила и туфли, и деньги? И ее ли испачканный в крови платок он нашел?

С ним такое впервые, чтобы девушку обидеть. Он не из таких.

По согласию — пожалуйста, это он с дорогой душой. А без согласия он Куклу не тронул бы.

Впрочем, раз заявление не подала, значит, не так всё было и плохо? А может, побоялась? Последняя мысль пытала его хуже остальных. Что, если Кукла просто-напросто побоялась с ним связываться? Могла.

Хоть круглые сутки голову ломай, а пока с девушкой не поговоришь, правды не узнаешь. Только где ее взять, чудесную Женю?

По-хорошему бы уже давно забить и забыть. Но у него на Куклу совсем другие планы. Слишком запал на ее ладное, холеное тело. Одного раза с ней ему было критически мало, нужно еще… нужно много!

Рубен резко дернулся, услышав звонок мобильного, — слишком глубоко погрузился в мысли. Увидел номер и поморщился. Звонил его зам, по совместительству давний товарищ, человек, с которым вместе прошел очень многое, начиная со студенческой скамьи и первых заработанных денег, заканчивая настоящей, хорошими прибылями. Тот, кому полностью доверял.

У него сегодня выходной. Зачем трезвонил, непонятно. Может быть, появился на примете какой-то новый проект? Это как раз то, что нужно Рубену, — проект, который займет все его мысли, наконец-то вытеснит Куклу из его черепной коробки. Не место ей там.

Булатов взял трубку, только говоривший совсем не о делах фирмы стал распинаться:

— Я женюсь, друг! — почти проорал тот в трубку.

— Э-э-э… — Рубен от такой новости аж замер на месте. — Еще недавно ты собирался в длительную командировку по нашим с тобой делам, а теперь женишься? Как так?

— Любовь. Настоящая, большая, жгучая… Рубен, я счастлив и приглашаю тебя разделить мое счастье! Сегодня в ресторане буду отмечать помолвку. Зову всех!

Булатов лишь хмыкнул.

Хотя была в друге по поводу баб некая легкомысленность, любил прыгнуть в омут с головой, не задумываясь о последствиях. И всё же как-то слишком неожиданна эта новость, ведь раньше до женитьбы не доходило, разочаровывался в своих пассиях раньше.

Рубен уважал благородный риск, поскольку без риска суперприбыли ждать нечего. Но оправданным риск считал только в бизнесе, и то если соломка где надо подстелена. В любви же… А есть она вообще, любовь эта? Сказки всё для романтичных лохов. Глупы те, кто верит в это чувство.

Сам он верил исключительно в похоть и наваждение, этой похотью навязанное, — вот это реально.

— Что за девушку ты встретил, раз так срочно решил жениться? — почесал он затылок.

— Самую лучшую, даже не сомневайся, — вещал тот абсолютно счастливым голосом. — Не забудь, сегодня вечером в «Купидоне»! Отказ не принимается, форма одежды парадная.

Глава 14. Я ее нашел!

— Ты пришел, супер! Я счастлив, — друг поприветствовал Рубена на пороге ресторана «Купидон».

Булатов отметил, что он вырядился в костюм с бабочкой, будто сегодня не вечер помолвки, а свадьба или даже банкет президента. Лицо донельзя довольное, глаза горят ярче прожекторов. И надо же такому случиться, чтобы причиной подобной иллюминации оказался банальный союз с женщиной.

«Какой счастливый, прям тошнит…» — проворчал Булатов про себя.

Вон оно как у нормальных людей: встречаются, влюбляются, ходят в загс. А у него что? Не личная жизнь, а сплошное расстройство. Единственный раз за последние годы понравилась девочка, и ту найти не смог, как последний лох искал вот уже неделю. Награда за упорные поиски — ноль результата.

Вслух же ворчать не стал — зачем портить другу настроение?

Лишь цокнул языком и вполне мирно спросил:

— Смотрю, ты всерьез решил жениться, да?

— Еще как всерьез… Я без нее немного побыл и понял: ни дня больше врозь не хочу. Судьба подарила идеальную женщину, и я собираюсь принять этот подарок.

— Где твоя зазноба? — спросил Рубен, когда друг привел его в зал ресторана.

— Я отправил за ней лимузин, скоро должна быть. Ты знаешь женщин, любят опаздывать. Надеюсь, сильно не задержится. Познакомлю вас, и ты сразу поймешь, почему я просто обязан на ней жениться. Она идеальная.

Рубену аж интересно стало, какая она — идеальная девушка по версии старого приятеля. Раньше тот ни о ком так высоко не отзывался.

«У нее, наверное, между ног медом намазано», — решил про себя.

Зайдя в ресторан, невольно присвистнул. Он пришел вовремя, даже на три минуты раньше, а в зале на первом этаже уже аншлаг. Кого тут только не было! Белое просторное помещение еле вмещало столько гостей.

— Я арендовал ресторан целиком, — принялся хвастать товарищ. — Пригласил всех. Иди, развлекайся, а я пошел встречать гостей.

Рубен оглядел посетителей — действительно все, кого только можно представить.

Родители, друзья, коллеги, друзья друзей. Многих Булатов знал, что неизбежно ввиду многолетней дружбы. Пожав добрую дюжину рук, он поднялся на второй этаж осмотреться.

От обилия людей вдруг захотелось на воздух. Почему бы не покурить заодно?

После того как выкурил из машины сладкий запах Куклы, тяга вернулась, причем неслабая.

Раньше Рубен мог не прикасаться к сигаретам неделями. Теперь же хотелось дымить как минимум несколько раз в день. Перекуры хоть немного заглушали тоску, которая прочно засела в душе.

Булатов до сих пор с трудом верил, что при всех своих деньгах и связях не мог решить пустячную загадку: кем была та девушка, встретившаяся ему на дороге, и как ее найти?

Желание получить порцию никотина забралось под кожу, вызывало сильнейший зуд.

Рубен увидел впереди девушку с пышными вьющимися волосами.

«Что надо…» — отметил про себя.

Красный деловой костюм сидел на ее стройной фигуре как влитой. Раньше Булатов уже присматривал бы варианты, как ловчее, а главное, быстрее уложить ее на спину, но сегодня не хотелось. Да что там, ему после Куклы вообще никого другого не хотелось. Стойкое отвращение к любой партнерше после того, как переспал с лучшей. Вот какой получился побочный эффект от их крышесносного секса… Эдак Рубен скоро превратится в монаха.

На груди у девушки висела табличка «Аврора, главный администратор».

— Аврора, — обратился он к ней.

Администратор внимательно на него посмотрела. Взгляд явно говорил: «Я тебя оценила и сделала вывод, что ты мне не пара». Причем явно не по сердцу пришелся, как будто у него три глаза или две головы.

«Бесят такие бабы… Я к тебе в женихи не напрашивался».

— Надеюсь, не слишком отвлеку вас от стояния на одном месте, — постарался он немного сбить с нее спесь. — Ищу, где у вас можно курить…

Получил в ответ взгляд из разряда «а не пошел бы ты подальше», а сразу за ним милую улыбочку и возглас:

— О, конечно. Балкон для курения располагается с левой стороны.

— Спасибо.

Рубен зашагал в указанном направлении.

Несмотря на обилие гостей, на балконе оказалось пусто. Булатов достал сигарету, чиркнул именной Zippo — старой серебристой зажигалкой, подаренной другом. В тысячный раз за эти годы провел пальцем по гравировке «Рубену от души».

Со второго этажа он бездумно блуждал взглядом по улице, пока не заметил, что к подъездной дорожке подъехал белый лимузин.

Рубен увидел, как водитель поспешил открыть пассажирскую дверь, и вскоре оттуда показались две чудесные ножки, а потом и вся девушка целиком. И вот Булатов уже ничего и никого, кроме этой самой девушки, не замечал.

«Кукла!» — проорал про себя, с силой выталкивая из легких горький дым.

Сердце тут же бросилось в галоп, ладони повлажнели, и началось неконтролируемое слюноотделение. Мгновенно вспомнил, какая она вкусная.

Она… Она самая, в этом нет сомнения.

Рубену дико захотелось сунуть Кукле язык в рот. Не только язык. И не только в рот.

Выглядела шикарно в стильном облегающем платье до середины бедра, на каблуках. Как же ей шел темно-зеленый цвет! А как зазывно смотрелись голые плечи… Ею можно было любоваться бесконечно, и Рубен любовался бы, не поспеши она к входу.

Кукла вышагивала по дорожке ровно той же горделивой походкой, какой некогда пыталась уйти от него после того самого злосчастного фака. О, сколько грации в этой походке, сколько достоинства…

Булатов тут же затушил сигарету и бросился в зал, потом на первый этаж.

Всё, чего хотел, — оказался рядом с Куклой как можно раньше. Показаться перед ней, впитать ее эмоции от встречи, объясниться и заявить на нее права.

Она нужна ему. По-настоящему нужна, причем сегодня, в ту же минуту. Видит бог, он готов раскошелиться!

Возьмет Куклу — и сразу домой. Друг поймет и простит его ранний уход. Не каждый день у Рубена случались такие вот встречи.

Булатов почти сбежал по ступеням на первый этаж как раз в тот момент, когда Кукла зашла в зал. А там еще прибавилось народу. Как бы ни спешил, всё время кто-то преграждал путь. Но он усиленно прорывался вперед, почти не обращая внимания на окликающих его людей.

Спешил к ней, летел вперед.

И вдруг краем глаза заметил, что спешил не он один.

Булатов замер, сообразив, что Влад также несся к его Кукле. Затормозил, заметив, как по-хозяйски тот обнял ее за плечи, потянул к ее щеке губы.

«Эй, убери от нее руки! И морду свою держи подальше!» — собрался зарычать.

А потом дошло: она ведь на лимузине приехала, а Влад как раз отправил за своей невестой лимузин. Должно быть, это… нет… Нет!

— Эй, Рубен! — махнул ему рукой Влад и повел к другу Куклу. — Знакомься, моя невеста, Жасмин.

Его будто со всего размаху бросило о невидимую ледяную стену, из-за которой теперь никак не мог добраться до вожделенной цели. Она стала ему недоступна.

Булатов уставился на Женю неверящим взглядом. Заметил, как ее глаза превратились в блюдца. Она застыла на месте, явно ошалев. Определенно узнала, да и как не узнать после того, что между ними случилось.

За прошедшую неделю Рубен успел больше сотни раз представить, какой была бы их с Куклой случайная встреча. Но ни в одном из самых паршивых сценариев он даже предположить не мог, что она окажется кем-то любима. ЗАНЯТА! И не каким-то посторонним мужчиной, которого легко можно подвинуть, а его близким другом.

Да, у невесты Влада стопроцентно между ног намазано медом, Рубен сам лично проверил.

— Это самая шикарная женщина на свете или как, а, Булатов? — Влад еще крепче приобнял ее за плечи.

— Действительно, самая шикарная… Очень жаль, что твоя, — прохрипел Рубен и только потом сообразил, что сказал это вслух.

Часть 2. Разрушая жизни

Глава 15. Бежать

- Но-но, Булатов, на чужую женщину роток не разевай, – услышала Жасмин слова Влада.

Жених стоял рядом, держал ее за руку, но голос его слышался будто через вату, словно он далеко-далеко.

- Хорошо следи за своей женщиной, - ответил Хищник.

Его голос тоже показался ей приглушенным, будто ей слух подкрутили.

Жасмин стояла и смотрела на Рубена круглыми глазами.

И… проклинала сестру за то, что та чуть ли не силком уговорила ее нарядиться в облегающее платье. Кожей чувствовала липкий, пожирающий взгляд Хищника, его животное желание, опасность от него исходящую. Да лучше бы она в парандже явилась, не пришлось бы терпеть его взглядов! Постаралась для Влада, привела себя в порядок. Стала такой, какой он привык и так хотел в ней видеть. Но лучше бы не старалась вовсе.

«А-а-а…» - кричала она про себя и еле сдерживалась, чтобы крик не прорвался наружу.

Влад тем временем продолжал лить мед:

- Рубен – мой дорогой друг и начальник. Мы с ним многие годы в одной упряжке, без него я бы все выданные отцом деньги профукал, а с ним сумел в свое время мудро вложиться. Человечище, Жас! Мегамозг!

- О-о… - вылетело из ее резко пересохшего горла.

- Рад познакомиться, Жасмин, - кивнул ей Хищник.

И сделал это так невинно, будто это не он неделю назад застегивал на ее запястьях наручники, не он сдирал с нее белье и совал в тело то, что совать никак не должен был.

От такой, казалось бы, обычной фразы всё внутри нее завыло, а тщательно давимые в душе воспоминания вернулись все разом. В одну секунду она из зала ресторана с кучей гостей перенеслась обратно на пустую дорогу, где была только она и Хищник. В момент от ее убеждений в том, что она в безопасности, ничего не осталось. Захотелось вырвать руку из цепких пальцев жениха и бежать, бежать… Неважно куда, лишь бы подальше от этого урода.

Лучше бы она вчера рассказала всё Владу, лучше бы призналась… Как она это сделает теперь? Поверит ли Стахов, что его друг – моральный урод? Стоит ли вообще говорить?

«Поздно! – к своему величайшему ужасу поняла она. – У меня был шанс, и я его упустила. Что теперь делать?»

- Жас, ты онемела? Скажи что-нибудь… - попросил ее Влад.

- Привет… - это всё, что она смогла из себя выдавить. И даже это короткое слово показалось ей чересчур.

Слишком щедро!

«Не достоин этот ублюдок, чтобы с ним здоровались!» - хотелось ей прокричать.

Как же жаль, что Влад так слеп и не видит, кто перед ним стоит. Жених улыбался Хищнику, болтал без умолку, радовался предстоящей свадьбе. К счастью, длилась эта пьеса абсурда всего несколько минут.

- Так, всё, Булатов, хорош ронять слюни на мою невесту. Жасмин, пойдем, я представлю тебя всем. Хочу тобой похвастать, ты не против?

С этими словами он чуть сильнее сжал ее руку и повел вглубь зала.

Жасмин не видела ничьих лиц, не слышала голосов, не внимала поздравлениям. Лишь чувствовала на себе теплую руку Влада, а еще ощущала спиной прожигающий взгляд Хищника. И от этого взгляда было никуда не скрыться, он следил за ней.

Жених и невеста обошли уже весь зал, а этот гад всё продолжал нагло пялиться.

Новикова не помнила, что отвечала людям, очень старалась держать на лице улыбку, но как эта улыбка выглядела, понятия не имела, надеялась только, что не слишком жалко. Благо с родителями Стахова уже знакома, пересекались не единожды, поскольку она была частым гостем в доме Влада, а те навещали сына регулярно.

Проведя ее по залу, Стахов немного выдохся, предложил:

- Шампанского, милая?

И сунул ей стакан в руку. Жасмин глотнула, не чувствуя ни вкуса, ни запаха.

Стояла рядом с женихом и слушала его речи сколько могла. А потом, когда он возжелал сделать еще круг по гостям, пообщаться, буквально взмолилась:

- Влад, прости, пожалуйста, но мне очень плохо, можно я домой?

- Ты меня пугаешь, Жас! – тут же посерьезнел он и начал с беспокойством вглядываться в ее лицо.

- Мигрень… - пожала она плечами.

- А-а… - протянул он раздосадовано. – То-то я смотрю, ты какая-то странная сегодня. Жаль, такой вечер.

- Вечер прекрасный, и мне очень грустно, что я его тебе порчу.

- Поедем, я отвезу тебя, хочешь, купим каких-нибудь таблеток?

- Но как же ты уедешь? А гости? Ты такой банкет закатил… Оставайся, Влад, я обещаю, по приезде домой сразу лягу в постель, и завтра буду как огурчик. Прости меня, ладно?

- Ладно, милая…

Он провел ее обратно к лимузину, за что Жасмин была ему безмерно благодарна.

Оставшись одна в просторном салоне машины, Новикова, наконец, выдохнула. Лишь здесь исчезло то давящее чувство, будто Хищник за ней следит.

- Поехали быстрее, - попросила водителя.

Когда тот тронулся в путь, у Жасмин из глаз как по команде проступили слезы. Как ей теперь избавиться от Хищника? Неужели он всё время будет присутствовать в ее жизни?

Глава 16. Ломка

Как она смотрела на Рубена…

Это же уму не постижимо!

Когда Влад отводил Куклу, чтобы представить остальным гостям, она бросила на Булатова прощальный взгляд. И сколько было в этом взгляде ненависти!

Окажись у Жасмин огнемет, не задумываясь сожгла бы живьем.

Версия о том, что он чисто теоретически мог ей понравиться, и секс не оказался для нее так уж неприятен, очень быстро растаяла.

Выходит, Жасмин считает это изнасилованием? Однако она не только полицию не вызвала, но даже жениху своему о покатушках в джипе Булатова ни словом не обмолвилась.

Оно, конечно, к лучшему, что Стахов не в курсе дела. Рубен даже примерно не представлял, как бы Влад отреагировал на такое. Скорей всего в морду бы ему дал и уж точно уволился. Хотя увольняться с такого сахарного места, какое тот занимал в компании Булатова, было новоявленному жениху совсем не с руки. Слишком привык к ежемесячной «баблодозе», как он это называл.

«Ну почему она именно с ним!» - всё продолжал скрежетать зубами Рубен.

Наплевал бы, даже будь Кукла замужем. Увести у лоха-мужа из-под носа, сделать своей – не проблема. Но почему из всех мужчин на земле ей довелось захомутать именно его близкого друга, партнера, работника, его правую руку?

Как Рубен может отнять невесту у настолько близкого человека? Это подло.

Самое паршивое – Стахов и правда, похоже, влюблен в Куклу. Вон как смотрит на нее, с какой гордостью представляет, не надышится на сладкую Женю. Или Жасмин? Почему она именно Рубену представилась Женей?

Рубен даже не пытался отвернуться, следующий час только и делал, что пожирал Куклу взглядом. Каждое ее движение, каждый поворот головы – ему нравилось всё. Никак не мог насытиться видом этой прекрасной женщины.

Верил и не верил, что она здесь, в этом самом ресторане. За неделю она успела стать для него чем-то эфемерным. Но вот живая, дышит, двигается и ненавидит…

«Надо как-то с ней поговорить, объясниться! Я же должен ей рассказать, что это просто ошибка. Не будь она помолвлена, может, даже посмеялась бы над ситуацией».

Это с любой стороны паршиво, если прекрасная Жасмин будет думать, что он какой-то извращенец, рыщущий по дорогам и трахающий всё, что встретит на пути.

Но как поговорить? Во-первых, Влад не отпускал Куклу ни на шаг, даже в туалет ее умудрился проводить. Во-вторых, а вдруг она не так воспримет, закатит сцену? Бабы любят шоу и показные истерики. Булатов не мог допустить подобного. Он – уважаемый человек в конце концов.

И тут Рубен увидел, как Влад повел невесту вон из зала. Тут же вышел следом и обратил внимание на то, что Стахов усадил Жасмин в лимузин, а потом немного потерянный зашагал обратно к ресторану.

- Что случилось? – Рубен поспешил к другу.

- Мигрень у нее, - развел руками Стахов. – Хоть ненадолго приехала и то хорошо…

- Слушай, ты меня своей женитьбой прямо огорошил, - тут же перевел тему на больное Рубен. – Неужели правда так всё серьезно?

- А тебя куча гостей, приглашенных в честь помолвки, не убедила? – хмыкнул друг.

- Но с чего вдруг? – не успокаивался Рубен. - Ты раньше не горел желанием с кем-то строить серьезные отношения, что изменилось?

- Раньше я просто таких, как она, не встречал. Жасмин - полный комплект. С ней и поговорить есть, о чем, и человек хороший, нравятся мне ее понятия, жизненные взгляды. Настоящая личность, женщина…

- Как ты ее так быстро узнал? Вроде бы еще весной летал отдыхать с какой-то тайкой, разве нет?

- Ой, Рубен, я ее как увидел впервые, у меня моментально крышу снесло. И потом у нас отличные отношения, разговариваем много, она меня понимает… Опять же повторюсь – личность интересная. Она блогер в «Инстаграме», пишет про жизнь, красоту. У нее вполне четкие понятия, мы с ней мыслим одинаково.

Рубен никогда не думал, что Влада может заинтересовать какая-то там блогерша. Каких только девушек не побывало в постели Стахова: и модели, и телеведущие, и даже банкирши. А прочего сброда типа ничего не представляющих из себя студенток или содержанок просто не счесть. Они одногодки, к тридцати двум Влад, как и он сам, успел накопить нехилый багаж. А тут вдруг мыслят они одинаково… Как можно одинаково мыслить с женщиной? Бред.

- Ты как будто не рад моей свадьбе, друг, - вдруг проговорил Влад, прищурившись.

- Рад конечно, - развел руками Булатов. – Просто удивлен.

- Ладно, я пойду, меня гости ждут, ты бы заканчивал курить, а? Легкие не казенные.

На этом Стахов ушел, а Рубен остался в компании пачки сигарет.

Достал телефон и позвонил секретарю Влада. Рассчитал всё просто – друг ведь где-то должен был взять лимузин для транспортировки невесты, верно? Сам ездил на мерседесе, значит лимузин либо купил, либо взял в аренду. Покупать такой вид транспорта – слишком эксцентричный жест даже для Влада. А взять в аренду – легко. Только вряд ли приятель стал бы заморачиваться с этим сам, наверняка дал задачу помощнице.

В результате Булатов оказался прав, секретарь подтвердила, что действительно заказывала машину. Рубен узнал, в какой фирме делался заказ, а после дал задание своему человеку отыскать номер телефона водителя и выяснить, по какому адресу тот отвез драгоценную пассажирку.

Пока для него выясняли адрес, Рубен залез в «Инстаграм».

«Вот дебил… И как я даже не догадался поискать ее там? Все девчонки сейчас повернуты на этой ерунде».

С другой стороны откуда он знал, что она – блогер? К тому же этих блогеров развелось как собак нерезаных.

Найти нужную Жасмин не составило никакого труда, и вскоре Булатов уже блуждал по ее аккаунту, оглушенный красотой и грацией этой женщины.

- Точно Кукла…

Почти сразу нашел пост, где она стояла в том самом красном платье, в котором он встретил ее на дороге.

Открыл пост, почитал и обомлел – она, мать ее так, ездила на утреннюю фотосессию! Вот дуреха… одна в лес. Поэтому небось и шла вся такая по неземному красивая. Девчонки ведь любят создавать нереальные образы идеальных себя. Некоторые пользуются для этого фотошопом, а кому-то фотошоп не нужен, матушка природа постаралась, прямо как в случае Жасмин.

Рубен замер, разглядывая красоту, которую уже не чаял увидеть.

«Это что же получается, как ни в чем не бывало, выложила пост после того, что случилось. И потом выкладывала также. Значит, не очень-то на нее повлияло дорожное приключение? Не ранило? Зачем тогда столько ненависти?» - Ему безумно хотелось задать эти вопросы Кукле, да что там, поговорить с ней о миллионе других вещей.

Кого он обманывает… ему просто необходимо с ней увидеться. Хотя бы для того, чтобы всё ей объяснить, рассказать, что он никакой не маньяк, и ей не нужно его бояться. И ненавидеть тоже не нужно.

В эту самую секунду телефон как раз зажужжал сообщением, в котором содержался заветный адрес.

Глава 17. Новая встреча.

Рубен добрался до дома Жасмин в рекордные сроки. Плевать хотел на ограничения скорости. Всё, чего желал на данный момент – предстать перед ней и стереть это выражение ненависти с ее кукольного лица.

- Влад – жмот… - хмыкнул он, оглядывая дом, в котором жила Кукла.

Обычная девятиэтажка, ничего особенного. Друг явно мог снять, а впрочем, и купить ей что-то получше, финансовых проблем у него не было, насколько Рубен знал. Стахову бы это даже сложностей не составило. Почему не сделал? Не печется о комфорте невесты? Как-то это странно. Раньше Влад жадностью не отличался, скорее уж транжирством.

Вариант того, что Жасмин не захотела бы переехать из этого убожества, он даже не рассматривал. Какая девчонка будет держаться за подобное жилье? Глупости.

Рубен не знал номера квартиры, да и в любом случае Кукла вряд ли открыла бы ему. Решил действовать хитростью.

Краем глаза заметил на углу улицы цветочный магазин и перед тем, как отправиться к Кукле в гости, купил букет алых роз. Может быть, они помогут ему пробраться в башню к прекрасной деве? В голове быстро созрел план.

Рубен набрал на домофоне первую попавшуюся квартиру и рассказал печальную историю о том, как потерял ключ от домофона. Его пустили, даже не спросили, из какой он квартиры. Большинство людей на редкость беспечны.

Оказавшись на лестничной клетке, позвонил в первую же дверь, ему открыл парень. Совсем еще молодой, на вид совершеннейший задрот-первокурсник с прыщами по всему лицу. Такой уж точно должен был регулярно засматриваться на Жасмин, соответственно узнать ее на фото.

- Привет. Ты знаешь, на каком этаже живет эта девушка?

Рубен ткнул ему в лицо «Инстаграм» Куклы, а заодно достал из кошелька хрустящую купюру.

- Эм… ну да, знаю, это блогерша с пятого этажа. Двадцатая квартира, кажется. А вам зачем?

- А мне просто так, - Булатов пожал плечами и двинулся в сторону лифта.

Поднялся на нужный этаж, подошел к двери, сунул цветы в глазок и принялся жать на кнопку дверного звонка. Жал долго, уверенно, до тех самых пор, пока в коридоре не послышались шаги.

Пара секунд и в замке послышалось шевеление ключа.

- Владик, ты такой милый! Розы… А чего с гостями не остался? – услышал Рубен сладкий голос Куклы.

И тут она, наконец, открыла, увидела, кто стоял за ее дверью.

- Привет, - выдохнул Булатов, жадно оглядывая ее фигуру, замотанную в безразмерный белый халат.

«Зачем она надела этот пушистый беспредел? Совершенно не видно!»

От близости Куклы Рубена аж повело, в кровь будто впрыснули возбуждающее вещество, очень мощный афродизиак. Дико захотелось содрать с малышки халат и как следует рассмотреть. Такая ли совершенная, как он помнил? А может, ему приснилось? Всё ли в ней также прекрасно, как теперь рисуется в его воображении по триста раз на дню?

Лучше бы не просто рассмотреть, а сжать в руках, вдохнуть полной грудью легкий цветочный аромат, так зазывно витающий в воздухе. Рубену ужасно захотелось снова ощутить мягкость ее кожи, пройтись руками по всем интересным выпуклостям.

- Тебе, - прошептал он одними губами и протянул ей розы.

Однако Жасмин даже не потянула рук к букету, сделала шаг назад, замерла на какую-то секунду, а потом вдруг совершенно бесконтрольно завизжала:

- А-а-а…

Рубена аж передернуло от ее крика. В самом деле, он что изверг какой? Зачем она так?

- Да не ори ты! – на выдохе прорычал он и шагнул в ее квартиру непрошенным гостем.

Глава 18. Объяснения 80lvl

Он не собирался делать ей ровно ничего плохого, абсолютно ничего. И уж точно не заслужил, чтобы эта психованная валькирия вдруг осатанела, метнулась куда-то в сторону, схватила швабру и что есть силы стукнула его по лбу. Зачем вообще держать в коридоре швабру? Кто так делает? Больно, между прочим, стукнула, стопроцентно будет шишка. А ему на важную встречу завтра!

- Больная? Прекрати немедленно! – зарычал Рубен, защищая руками голову.

Однако его слова восприняты Куклой не были. Наоборот, в ее глазах появился совершенно дикий азарт, и она снова замахнулась, собираясь треснуть его от всей души.

Рубен метнулся вперед, перехватил рукоять швабры, крутнул и сумел отобрать ее у Куклы. Та снова вскрикнула и метнулась в комнату. Булатов поспешил за ней.

- Совсем дура? – взревел, когда получил по плечу увесистой стеклянной вазой, которая отлетела от него и приземлилась на ковер, при этом каким-то чудом даже не разбившись. – А если бы в голову попала?

- Я в голову и метила! – зашипела Кукла коброй и швырнула в него другую вазу.

На этот раз Булатов увернулся и бросился к дикарке наперерез. Легко перемахнул через стоявший посреди гостиной диван и поймал ее. Схватил за руки и припечатал собой к стене:

- Отбегалась, прелесть моя!

- Отпусти! – закричала Жасмин.

- Еще чего, чтобы ты снова стала на меня нападать? Без причины, между прочим…

- Без причины? Без причины?! – снова зашипела змеей она и принялась отчаянно его от себя отпихивать.

Если бы Рубен не держал ее так крепко, даже получилось бы. Но Булатов смог ее утихомирить.

- Я тебе сейчас всё объясню! – заявил с чувством.

Но она будто его и не слышала.

- Если ты попытаешься еще раз сделать со мной это, я тебе горло перегрызу, понял?!

- Да не собираюсь я с тобой ничего делать! – возмутился он. – За кого ты меня принимаешь?

- За насильника, которым ты и являешься, говнюк ты такой!

- Полегче со словами, девочка! Никакой я не насильник…

- Ты упираешься мне в живот эрегированным членом!

Только тут Рубен понял, что дружок в штанах действительно принял боевую стойку. И до того сладко ему было упираться в мягкий девичий живот, что отстраниться казалось равносильно подвигу.

Но Булатов всё же чуть подался назад, постарался выдохнуть и расслабиться.

- Я хочу, чтобы ты меня услышала, это всё была досадная ошибка, понимаешь? Ролевая игра, где ты оказалась случайной жертвой, я тебя по факту не насиловал… - попытался он объясниться.

- Ты затащил меня в машину, сковал руки наручниками, хлыст на шее затянул! И еще смеешь рассуждать про какие-то там факты? Да засунь себе эти факты…

Рубен смотрел в лицо куклы и в прямом смысле слова дурел.

Ее близость пьянила, приятнейший аромат женщины щекотал ноздри. Более красивой бунтарки ему видеть не доводилось. Точно валькирия, не хватало только копья и одежды из шкур убитых животных. Такая же гордая, дикая, до умопомрачения желанная. И противостояла ему в эту минуту с таким же азартом, как там на дороге.

Сильнейшее возбуждение пронзило его естество, скрючило изнутри.

«Сейчас бы ее…»

И он не сдержался. Просто не смог, да и не привык отказывать себе в подобном. Снова прижал ее телом к стене и впился в губы жестким, требовательным поцелуем. Принялся покрывать такими же жесткими поцелуями ее лицо, шею.

А потом услышал жалобный всхлип. Громкий такой, за душу берущий.

- Пожалуйста, не надо… - тихо молила Кукла.

В ее голосе больше не было никакой воинственности, скорее страх и… обреченность. Будто она не верила в то, что он остановится.

Тут-то желание и покинуло Рубена. Окончательно и бесповоротно.

Он прижал Жасмин к себе в единственном желании – успокоить.

- Тихо, тихо… Я ничего тебе не сделаю! Ничего…

Отчего-то это простое действие показалось ему уместным.

Девушка плачет, он ее обнимает, что может быть естественнее этого?

Рубен всё продолжал сжимать ее в руках, чувствовал ее голову на груди и отчего-то такой простой контакт оказался ему на редкость приятен. Булатов млел от нереального кайфа, бегущего по венам. Он бы не размыкал объятий часами, вообще не отпустил бы ее этой ночью. Губами стер бы с ее щек слезинки, если бы только позволила.

- Жасмин, я… - силился он подобрать правильные слова. – Я не такой, понимаешь? Я не обижу тебя больше, поверь, пожалуйста.

Он всё прижимал и прижимал к себе ее плачущую, гладил по голове, говорил что-то нежное.

Не слышал, как открылась входная дверь, а в прихожей раздались шаги Влада Стахова, а может, просто не хотел слышать.

Резкий ор друга больно ударил по барабанным перепонкам:

- Рубен, какого хрена здесь происходит?!

Глава 19. Объяснения 80lvl. Часть 2

- Я просто утешал ее… - вдруг услышал он собственный голос. – Она заплакала, и я хотел утешить.

Рубен говорил это не разжимая рук, хотя чувствовал, как маленькие женские кулачки уперлись ему в грудь, отпихивая.

Влад подлетел и возмущенно гаркнул:

- Ты не утешаешь ее, мать твою! Ты насильно ее к себе жмешь! Немедленно отпусти, если не хочешь получить по роже прямо здесь и сейчас.

Рубен не то, чтобы испугался. Разница в комплекции уж больно не на руку Стахову. Булатов и выше, и шире в плечах, к тому же явно больше времени проводил в спортзале. Но держать девушку насильно к себе прижатой, тем более, что эта девушка совсем не твоя – это как-то слишком даже для него.

Он резко разжал руки, и Кукла тут же от него отпрянула, спряталась за спиной у Стахова и тихонько всхлипнула, утирая лицо рукавами халата.

- Или объясни, что здесь происходит, или я тебе клянусь, тут случится смертоубийство! – принялся распинаться Влад.

- Это будет нелегко объяснить… - тяжело вздохнул Рубен и с тоской отметил, как Жасмин жалась к жениху.

- А то! – прищурился Стахов.

Жених Жасмин сложил руки на груди и принялся сверлить Рубена взглядом. Всем своим видом показывал, насколько взбешен.

- Ты только не психуй сразу, - Рубен выставил вперед руки.

И завел рассказ:

- Я заказал в «Малиннике» ролевую игру…

Булатов, естественно был в курсе, что Стахов также являлся членом клуба «Малинник». Не знал, брал ли тот девушек себе в течение последних месяцев. Всё же такими интимными деталями они друг с другом не делились. Но то, что раньше активно пользовался их услугами – факт. Поэтому рассказ про сценарий игры, реквизит и охраняемую полицейскими дорогу не вызвал у него никакого удивления, лишь добавил взгляду злости.

Но что творилось во время рассказа с Жасмин…

- Это для тебя была просто игра? – вдруг простонала она с болью в голосе и показалась из-за спины жениха.

- Да, - кивнул Рубен нехотя. – Я думал, ты просто играешь свою роль…

- Как же можно не различить настоящий страх и ужас от наигранного? – воскликнула она с мученическим выражением лица.

От ее слов у Булатова внутри больно царапнуло. Ведь и правда поразился – какая хорошая актриса. Теперь, когда познакомился с Жасмин поближе, он вообще не мог понять, как позволил себе грубо ее взять.

Как вообще можно грубо взять такое прекрасное создание? Она же совершенна… даже в эту самую минуту с потекшей тушью и размазавшимся блеском для губ, в безразмерном халате, чтоб его.

Она совершенна, и играть с ней в ролевые игры ему больше не хотелось. Рубен предпочел бы нежно, сладко ее любить. По согласию! Ухаживать за ней, попробовать на вкус другие ее эмоции – радость, счастье, интерес, наслаждение… Булатов всеяден, ему не до жиру, он хотел все ее эмоции без остатка. Узнать, рассмотреть, выучить все ее грани.

Однако Жасмин – не та женщина, не его женщина…

- Достаточно! – рявкнул Влад. – Я услышал достаточно! Уходи Рубен.

- Ты не понял, я всего лишь…

- Я услышал твою версию, уходи. Со своей невестой я разберусь сам.

Рубен бросил резкий взгляд на Жасмин. Она продолжала жаться к Владу и, похоже, до сих пор переваривала его рассказ также, как и Стахов.

«Как мне от нее уйти?»

Это показалось Булатову физически невозможным, слишком травматичным. Ведь не сможет ни «развидеть» красивую девочку, ни «расчувствовать» как бесподобно приятно было держать ее в руках. Даже вкус ее губ до сих пор держался во рту.

В то же время уйти необходимо. Он не нужен здесь ни ей, ни Владу. За сегодня натворил достаточно дел.

И Рубен заставил себя шагнуть к выходу. С мрачным выражением лица прошел к двери, покинул квартиру, не провожаемый никем.

По правде сказать, реакция друга его удивила. Если бы это Булатов вдруг решил жениться, и кто-то сделал подобное с его невестой, пусть это было бы триста раз ненамеренно, он перво-наперво морду бы набил. Качественно, долго старался бы, разукрашивал лицо гада во все оттенки красного и фиолетового. Причем это вообще самый мизерный минимум и не важно, кто противник – друг, брат, сват. Рубен понял бы такую реакцию, хотя вряд ли позволил бы себя избить. Стахов же не сделал даже попытки кинуться на обидчика своей невесты, хотя застал его обнимающим ревущую девушку – ситуация ни с какой стороны не нормальная.

«Не захотел со мной связываться? Побоялся?»

Спустившись на первый этаж, Булатов принялся крутить в голове брошенную Владом фразу: «Я сам разберусь со своей невестой».

Он дружил со Стаховым много лет и прекрасно знал, как тот вспыльчив, хотя не в его правилах обижать слабых. Да и нет вины Жасмин в том, что случилось. Не за что было ее обижать. Но всё-таки нехорошее чувство царапнуло в душе, и Рубен решил вернуться.

«Всего лишь проверю, как она, и уйду… Всего лишь проверю».

Глава 20. Объяснения 80lvl. Часть 3

«Со мной поиграли. Он просто поиграл со мной… - эти мысли бились в голове Жасмин, как рыбки в закипающем аквариуме. – Это была игра!»

Она стояла там в гостиной и всё пыталась вдохнуть. Отчего-то воздуха в комнате стало критически не хватать. Когда Хищник вышел из квартиры на каких-то несколько секунд ей стало легче дышать, но потом ощущение того, что она задыхается, вернулось.

Рассказ Булатова начал раскладываться по полочкам в голове, но чем глубже становилось осознание, тем горше и больнее ей было…

Там на дороге она умирала от страха и боли, а для Хищника всё оказалось лишь игрой. Как это возможно? Как люди могут получать удовольствие от подобных игр? Звери! Животные!

Будто сквозь беруши она услышала настойчивый зов Влада:

- Жас… Жас! Алло, ты здесь?

Она повернулась к нему, продолжая вытирать рукавом перепачканное потекшей косметикой лицо.

Стахов выглядел взъерошенным, а взгляд его - немного диким, даже сумасшедшим, если сравнить с тем, каким он был сегодня в ресторане. Даже пахнуть жених вдруг стал по-другому – по-мужски резко, но неприятно. Ни разу Жасмин такого запаха от него не чувствовала.

- Скажи-ка мне, моя милая, любимая девочка, - процедил он сквозь зубы, - ты что в «Малиннике» подрабатываешь?

Как только Жасмин услышала это абсурдное обвинение, ей захотелось заорать так, чтобы у Влада лопнули барабанные перепонки или даже взорвалась голова.

Но она постаралась ответить спокойно насколько могла, понимая, что кто-кто, а жених достоин нормального объяснения случившемуся:

- Ты что? Нет!

«Ты изначально знала – это объяснение не будет легким», - попыталась она настроить себя на нужный лад.

И всё же такого резкого тона от Влада не ожидала:

- Тогда какого хрена ты делала на той дороге, Жас?

- Я была на утренней фотосессии… Я покажу тебе, вот!

Жасмин нырнула рукой в карман халата и достала мобильный, начала листать снимки, а потом ткнула Владу в лицо.

- Вот, видишь? – принялась она судорожно объяснять, пока Влад листал снимки. – У меня просто машина сломалась, и телефон я случайно навернула, пошла искать помощь и натолкнулась на этого психа. Я не хотела, чтобы так вышло, клянусь тебе!

- Почему ты искала помощь одна?! – рычал он, практически не сдерживаясь, а потом язвительно ухмыльнулся: - Нестыковка, милая! Как объяснишь? Где же был твой фотограф?

- Я сама себя снимала…

- Как удобно! – взревел он и, вконец озверев, швырнул телефон Жасмин о стену.

Новикова вздрогнула и замерла, уставившись на Стахова круглыми от страха глазами.

А он продолжал всё тем же громовым голосом:

- Сама снимала, сама в красном платье на дорогу поперлась… Так ты – шалава у меня, оказывается? А я придурок, который повелся на невинное личико и сказки про независимую блогершу?

Он этими словами будто наотмашь ее ударил. Жасмин отшатнулась и зашипела ему в тон:

- Не смей так говорить, слышишь? Не смей!

- Я не понимаю, если у тебя даже фотографа не было, на кой хрен поперлась сама в лес? Что за бред?

Жасмин с шумом вздохнула и попыталась объяснить:

- У меня было всего лишь одно окно на рекламный блог, и я не хотела его терять. У меня рекламный заказ горел, это работа, Влад!

- Ах рекламный заказ у тебя горел? – заскрипел он зубами. - А на кой черт он тебе вообще сдался? Я тебе предлагал содержание! Но нет, ты ж у нас гордая, отказалась. Вместо этого ты предпочла тащиться хрен знает куда, крутить жопой где попало…

- Я не хотела быть тебе должной! К тому же ты уезжал на два месяца, откуда я знала, что случится после? Мы не так давно встречаемся, - попыталась она объяснить очевидное.

Но Влад не слушал:

- Я тебе предложение сделал!

- Ты сделал его только сейчас, а во время твоего отъезда я понятия не имела, что ты скоро вернешься и вернешься ли ты ко мне!

Стахов злобно прищурился:

- Я же обещал, что вернусь именно к тебе, Жасмин!

- Люди иногда нарушают свои обещания… - ответила она с болью в голосе.

- Я – не остальные люди! – рявкнул Влад, скрепя зубами. – Значит, ты трахалась с Булатовым… Понравилось?

Услышав последнее, Жасмин резко отпрянула назад, зашипела хрипло:

- Ну ты и урод… Ты меня не слышал, что ли? Он изнасиловал меня!

На это Влад лишь зло хмыкнул:

- А что ж ты в полицию не побежала, раз он тебя насильно чпокнул? Почему мне не пожаловалась? Всё молча, как будто ничего не произошло… Почему, Жас? Да потому что понравилось. А эту сказку про фотосет ты другим плети, я ни одному слову твоему не верю.

- Я сказала правду! – шумно дыша, проговорила она.

Влад будто не слышал, всё продолжал и продолжал нести несусветную чушь:

- Так понравилось или нет? Ответь!

- Не понравилось! Доволен? А теперь вон пошел! – закричала Жасмин.

Но ее возмущенный возглас он также предпочел не услышать.

- Давай сравним, кто лучше трахается? Я или он? Давай я тебя тоже наручниками пристегну или привяжу, и мы попробуем… Хочешь?

- Пошел вон! – закричала она еще громче.

Сама отбежала к полке, где всё еще стояло несколько ваз и схватила одну, готовая метнуть в мужчину, которого еще недавно считала самым дорогим и милым.

- Что ты мне сделаешь, а? – усмехнулся он, скрестив руки на груди.

- Я полицию вызову!

- На Булатова не заявила, и на меня не заявишь, - процедил он, зло прищурившись. - А я дурак гадал, почему ты выпендривалась всю неделю, до тела не допускала, чуть до спермотоксикоза меня не довела… Булатову можно, а мне нельзя?

С этими словами шагнул в ее сторону.

Жасмин не знала, на что он способен, даже не пыталась оценить риски, просто швырнула в него вазой и бросилась в сторону в надежде сбежать.

Но реакции у Влада оказались отменные. Он отшатнулся от ее снаряда, отпрыгнул в сторону и больно схватил Жасмин за руку.

- Отпусти!

- Не выпендривайся, - резко встряхнул он ее. – Я тебя в любом случае сейчас поимею. Это случится!

- Не случится! – зашипела змеей Жасмин.

Она чудом вывернулась и, ни о чем не думая, что есть силы залепила Владу пощечину.

Ответ прилетел ей тут же. Жасмин сама не поняла, как это вышло – секунда и вот голова ее метнулась в сторону, а щека загорелась огнем.

- Никогда больше не смей даже пытаться мне сопротивляться, Жасмин! – пропыхтел Влад.

- Да пошел ты! – процедила она.

Наверное, разумней было бы разрыдаться, воззвать к его жалости, молить оставить ее в покое, просить прощения за то, чего не совершала. Но Жасмин не могла и не хотела это делать.

В тот момент ей стало всё равно, что с ней будет. Пусть противник гораздо больше, сильнее, пусть она пострадает. Чувство самосохранения будто отключилось. Единственное, чего хотела в ту секунду – нанести Стахову как можно более болезненный удар. Равный тому, что он нанес ей своими гадкими словами.

Новикова сжала руку в кулак и что есть силы двинула ему в левую скулу.

Попала! Удачно даже. Почувствовала, как пальцы свело болью от резкого удара.

Влад явно не ожидал, громко охнул, но тут же пришел в себя, перехватил ее руку, оттолкнул Жасмин. А потом бросился вперед.

- Ты тупая? – услышала она над ухом. – Я сказал, никогда не смей мне сопротивляться! Ни-ко-гда!

И вот уже его кулак летел ей в лицо. Она не успела отпрянуть, на худой конец как-то прикрыться, сгруппироваться, лишь чуть-чуть отвернулась. Удар пришелся ей в левый висок. Но в отличии от Влада на ногах она не устояла, упала на бок и хорошенько приложилась уже правым виском о деревянный кофейный столик, стоящий неподалеку.

Вспышка боли затмила сознание и вдруг померкла. Всё вокруг померкло.

Глава 21. Что-то или кто-то?

- … Никогда не смей мне сопротивляться! Никогда… - услышал Рубен приглушенный дверью рев Влада, когда подошел к квартире Жасмин.

А потом где-то внутри ее жилища упало что-то тяжелое. И всё разом затихло.

«Что-то упало или кто-то?» - вдруг прошила Булатова нехорошая мысль.

Стучать он не стал, постоял пару секунд за дверью, прислушиваясь, а потом резко дернул ручку. Так и есть – за ним не заперли, и теперь он беспрепятственно попал в прихожую.

А когда влетел в гостиную, увидел Влада, стоявшего на коленях перед лежавшей на полу девушкой в белом халате.

- Эй, Жас! Эй! Ну хватит прикалываться, я же не сильно стукнул. Чего ты? Жасмин?

Стахов всё продолжал ее звать, но она почему-то не отвечала.

Булатов онемел, наблюдая за лежавшей без движения Куклой. В эту минуту она как никогда походила именно на Куклу – манекен, который бросили на пол да так и оставили.

- Ты что сделал, ублюдок? – взревел Рубен и бросился на Стахова.

Схватил его за плечи и буквально оттащил в сторону.

- Я ничего… - резко поднялся он на ноги. - Я только немного ее стукнул, всё случайно вышло, Рубен! Я не думал, что она об стол ёбнется…

Булатова будто молнией шарахнуло.

- Она ударилась об стол?!

Его глаза моментально налились кровью, а руки сжались в кулаки. Он сделал резкий выпад и вмял правый в челюсть Стахова, сделал это с такой силой, что тот рухнул на пол, да так и там и остался. Сам же сразу бросился к Жасмин, на ходу доставая телефон.

- Скорая? У девушки травма головы сильная! – почти кричал он в трубку.

Он опустился на колени и стал осматривать ее.

- Жасмин… милая… - попытался позвать.

Булатов склонился над ней, защелкал пальцами перед ее ухом. Ноль реакции.

И тогда Рубен испугался по-настоящему, дико, как-то по-животному даже.

- Да что ж такое! – взревел громко.

Потом осторожно, почти ее не касаясь потряс за плечо, и это простое действие помогло. Она очнулась, дернула ресницами, почти сразу застонала, должно быть от боли.

Рубен повернул ее голову и ужаснулся кровоточащему ушибу в районе ее виска. Он набухал буквально на глазах. А еще у Жасмин шла носом кровь и, кажется, она никак не могла сфокусировать взгляда.

- Ч-что… - тихо прошептала она и у нее на глазах показались слезы.

Он помог ей сесть и поморщился от того, что она попыталась отпрянуть, замотала головой.

- У-уходи, пожалуйста… - тут же всхлипнула.

- Спокойно, спокойно… - Булатов выставил вперед руки. – Я ничего плохого тебе не сделаю, милая!

В этот момент Стахов подскочил на ноги и попытался приблизиться:

- Как она?

- Подойдешь, урою! – зарычал на него Рубен, и снова повернулся в Жасмин: - Девочка, я тебя сейчас аккуратно подниму и отнесу вниз, я уже вызвал скорую. Всё с тобой будет хорошо! Ты позволишь мне поднять тебя?

Она посмотрела на него так, будто не совсем поняла, о чем он. А может быть, оно так и было. Тихо охнула, когда Рубен со всей возможной осторожностью поднял ее на руки.

- Ничего не бойся, - зашептал он ей на ухо. – Тебя отвезут в хорошую клинику…

Булатов нес свою Куклу и дурел от раздирающих изнутри чувств. Как же больно ему было за нее! Впервые. Впервые ему за кого-то так сильно больно. Будто грудную клетку наживую вскрыли.

И вдруг на его пути встал Стахов, заявил с бледным лицом и дрожью в голосе:

- Она моя невеста, отдай ее мне, я позабочусь.

- Ты уже отзаботился, - отчеканил Рубен, оскалившись. – Я с тобой позже поговорю… Скройся, не доводи до греха.

Влад поморщился, бросил на него полный тщательно скрываемой злости взгляд, но все же отошел, дал пойти.

Рубен понес свою драгоценную ношу вон из квартиры. Пока ехали в лифте, смотрел на лицо Жасмин и не мог понять, как Влад вообще решился по нему ударить? Как можно бить такую красоту?

Булатов в принципе никогда не поднимал руку на женщину, и не важно, насколько она красива или уродлива. Но портить такое лицо, как у Жасмин – это же преступление!

«Зачем я вообще ушел? Почему оставил ее с ним? Вот кретин!» - ругал он себя на все лады.

Любой жираф догадался бы, что нормально информацию о том, что Булатов был с Жасмин, Влад ни за что не воспринял бы.

- Я тебя больше никому не отдам, - зашептал он на ухо своей любимой Кукле.

Глава 22. Дележ

Рубен буравил взглядом дверь, а в голове всё крутились и крутились события вчерашнего вечера. Будто он не в собственном кабинете находился, а до сих пор был там, во вчерашнем дне, на улице — передавал Жасмин врачам скорой помощи.

Он, понимаешь, в своем удобном кожаном кресле заседает, локтями о стол из красного дерева упирается, приготовленный домработницей кофе потягивает, а она на больничной койке. Честно это? И кому за это надо сказать спасибо?

Девчонка ни за что получила удар кулаком в лицо, разбила висок, синяков заработала и сотрясение. Каково? А всё потому, что Рубен ушел… Не проследил, не проконтролировал, оставил ее на попечение Стахова. И этот ублюдок воспользовался своей призрачной властью на полную катушку.

Булатов готов был отступиться от Куклы, по крайней мере попытался бы это сделать при условии, что она действительно хотела замуж за Влада. Но раз это не так, он не видел причин, по которым должен отдавать столь желанную девушку в заведомо плохие руки.

«Больше этот урод к ней не прикоснется, — скрежетал зубами Рубен. — Я не позволю. А будет упираться, я ему ноги сломаю».

Наконец дверь распахнулась, и в кабинете показался бритоголовый охранник из фирмы «Сейфти Конроль»:

— Привезли, шеф.

— Ведите, — процедил Рубен.

И очень скоро в кабинете показался упиравшийся Влад.

Как только увидел Булатова, сразу отряхнулся, пригладил волосы, громко выдохнул, даже попытался возмутиться:

— Совершенно не обязательно было присылать ко мне своих верзил, Рубен! У тебя есть мой телефон, не первый год общаемся, работаем вместе, дружим…

— Не сбежал бы вчера, сегодня мне не пришлось бы тебя искать, — подметил Булатов, прищурившись.

— Так выходной, я уехал по делам, что тут такого? — как ни в чем не бывало ответил Стахов.

Рубен смотрел на приятеля и понять не мог, придуривался ли тот или правда считал, что ничего такого вчера не произошло? Что ж он за гнида такая? Как Булатов умудрился проглядеть это?

За каких-то двадцать четыре часа Стахов словно в другого человека превратился. А может, им и был? Пока Жасмин в больнице, этот стоит тут, возмущается даже, как угорь изворачивается. Выходной у него, мать его так. Разве угрю можно доверять? А он этого человека правой рукой считал...

Впрочем, уже сегодня служба безопасности «Булат-Компани» принялась под микроскопом проверять действия Стахова. Ни о каком доверии со стороны Рубена уже речи не шло. Он в любом случае выживет бывшего друга из своей компании, вопрос в том — как. Либо по-хорошему, либо по-плохому, если найдется хоть малейший повод придраться. Правда, сам Влад, похоже, всей серьезности дела не понимал.

— Так зачем ты меня звал? — пожал тот плечами. — Давай, выкладывай, я здесь, слушаю.

Рубен вгляделся в невозмутимую физиономию друга и начал гробовым голосом:

— С сегодняшнего дня ты, считай, с Жасмин не знаком. Ясно тебе? Больше к ней не приходишь, телефон ее стираешь. И больше никогда, я подчеркиваю, никогда не ищешь с ней встречи. Теперь эта девушка под моим личным контролем.

Чем дольше Булатов говорил, тем сильнее вытягивалось лицо Влада.

— Рубен, а ты ничего не спутал? Ты сейчас про мою невесту говоришь!

— Считай, после того как ты врезал ей кулаком в лицо, она тебя бросила.

— Пусть она сама мне это скажет, ты-то что лезешь? Или думаешь, если чпокнул, она теперь твоя, что ли? Ни хрена подобного!

Рубен подскочил с места, обошел стол и встал напротив Влада.

— Скажи спасибо, — процедил он, — если Жасмин в полицию заявление не напишет после того, что ты с ней сделал!

Стахов даже бровью не повел.

— Косяк за тобой, Влад, причем жирный, — продолжил цедить сквозь зубы Рубен.

— В чужом глазу соринку видишь, в своем бревно не замечаешь. Ты трахнул мою невесту! Косяк за тобой…

Рубен задышал громче, сложил руки на груди.

— Я объяснил, как дело было.

— Так, всё, — выставил вперед руки Стахов. — Я признаю, вчера конкретно психанул, согласен. Мне не нужно было ее бить… Но я клянусь тебе, до вчерашнего я и не обижал ее никогда. И вообще, не понимаю, зачем ты ввязываешься в это дело, с каких пор стал защитником слабых? Давай так, мы с Жасмин забудем про то, как ты влез в нашу с ней зарождающуюся семью, а ты просто отойдешь в сторону. Я заберу ее из больницы, и все останутся при своем. Договор?

— Ты к ней на километр больше не подойдешь, — хмуро пробасил Рубен. — Вот тебе мой договор!

— Ты не в праве мне запрещать.

— А ты проверь меня, — резко выдохнул Булатов.

— Угрожать будешь? Что мне твои верзилы…

— Я тебя убью, — совершенно серьезно заявил Рубен.

Стахов отпрянул, уставился на бывшего друга недоуменным взглядом:

— Хватит нести чушь! Ни хрена ты мне не сделаешь. Ты знаешь, кто мой отец и дядя, не последние люди в органах…

Булатов на это лишь усмехнулся:

— Я убью тебя не буквально, Стахов. Уничтожу в финансовом плане: сделаю банкротом и так ославлю, что в этом городе с тобой ни одна собака работать не станет. Хочешь? Ты знаешь, я могу.

Влад на миг побледнел, затряс головой, будто отгоняя видение: вот он, в одежде бомжа, стоит на улице с протянутой рукой.

— Что за бред? Мы друзья, Рубен! Неужели ты хочешь из-за какой-то девки…

Тот резко его перебил:

— Раз она для тебя всего лишь какая-то девка, почему бы тебе про нее не забыть?

Стахов тут же встрепенулся, задышал чаще и принялся доказывать обратное:

— Ты прекрасно знаешь, что она для меня значит, иначе разве я решил бы жениться? Я просто неправильно выразился. Зачем тебе это, Булатов? Я ж тебя знаю! У меня с ней серьезно, а тебе так… член попихать неделю, ну, две максимум.

— У тебя с ней БЫЛО серьезно, но после вчерашнего между вами нет абсолютно никаких отношений. А что в нее пихать и сколько, я разберусь сам.

Глава 23. Прощение

Жасмин лежала на больничной койке, укрывшись белым покрывалом. Несмотря на то, что за окном было лето, ее немного морозило.

Разместили ее с комфортом, тут уж нечего сказать — отдельная палата, с ремонтом к тому же. Всё вокруг такое белое, аж глаз резало.

Под потолком висел телевизор. Новикова щелкала пультом — очень хотелось чем-то занять голову, чтобы успокоить мысли. Врач сказал: нужен полный покой, постельный режим, хорошее питание и наблюдение. И через несколько дней она сможет отправиться домой. Жаль, жуткие синяки с лица сойдут совсем не так быстро, как хотелось бы, а в районе виска, скорее всего, останется шрам — напоминание обо всем, что случилось.

Впрочем, не только голова и лицо ее болели.

Жасмин чувствовала себя внутри сломанной. Как будто ее подвесили над потолком, долго били палками, как пиньяту. Только в отличие от несчастной, набитой конфетами лошадки, она живая, и больно ей по-настоящему. В груди словно раздробились кости и ранили осколками, причиняя сплошные мучения.

С мечтой о счастливом замужестве можно попрощаться. Жених оказался гадом, а другого она вряд ли найдет после всего, что случилось, потому что ни одного мужика к себе не подпустит и на пушечный выстрел. Ничего нормального у нее уже не будет.

Жасмин никогда не думала, что Стахов способен сотворить такое, что он из тех, кто может ударить женщину. Влад казался ей милым, безобидным и очень надежным. Еще никогда она не ошибалась в людях так сильно.

А самое отвратительное — она понимала, почему Влад так поступил. Если она сама не могла оправдать себя за то, что попалась в лапы к насильнику, что допустила подобное из-за собственной глупости, почему Стахов должен был это понять?

Она виновата… Она позволила, чтобы с ней случилась такая беда. Пусть неосознанно, но именно ее действия — причина всего. Да если бы она знала заранее, чем кончится дело, не только послала бы подальше тех рекламодателей, но вообще в «Инстаграме» регистрироваться не стала бы.

Однако кому какая разница, что она ненарочно себя подставила? Влад разницы не увидел, да и она тоже ее не видела.

Только в одном Стахов ошибся: он почему-то подумал, что она спустила бы ему побои или что похуже. Что заставило его так думать? Разве она когда-нибудь вела себя как девушка, которую можно бить? Или если один обидел, другому тоже можно? Эффект разбитого окна в пустующем доме? Если одно окно разбилось, можно бить остальные? А вот нельзя!

Жасмин свое в юности отстрадала уже, когда отец начал по-настоящему серьезно пить. Никто и никогда ее безнаказанно больше лупить не будет. Ни ее, ни Лизу.

А самое смешное — заступился за нее тот, кто изначально обидел. Вся ее жизнь перевернулась с ног на голову. Левое стало правым, а правое левым.

Новикова отказывалась понимать резоны Булатова. Зачем вступился? Зачем отправил в платную клинику? Ей совершенно не верилось, что в нем заговорила совесть — нет у таких людей совести. Однако решила принять заботу: сегодня она в этом нуждалась.

Еще повезло, что не об угол столика ударилась, тогда дело было бы совсем плохо.

Очень хотелось домой, но Жасмин понимала: лучше наблюдаться у специалистов, чтобы потом без последствий. Тем более ее мучили головные боли, да и в целом состояние подавленное.

Наконец нашелся цепляющий внимание фильм. И на каких-то полчаса Новикова забылась, сломанная личная жизнь отошла на второй план, а в груди перестало ныть.

Правда, блаженство длилось недолго. В палату постучали, а потом внутри показался тот, кого и в страшном сне видеть не хотела.

— Привет! — проговорил Влад, зайдя внутрь.

Он внимательно оглядел палату, как будто опасался кого-то, потом плотно прикрыл дверь.

Явился к ней в накинутом на плечи белом халате, держал в руках какой-то подарочный пакет и улыбался.

Улыбался! Ей. Зачем-то…

Жасмин выключила телевизор, отшвырнула пульт и резко вскочила с кровати. Слишком резко. Сразу почувствовала головокружение, вцепилась в край, чтобы не упасть на ровном месте.

— Ну что ты, милая, не надо таких быстрых движений, это может быть вредно! — заохал Влад и попытался придержать ее за локоть.

Жасмин отшатнулась, обхватила себя руками и зашипела на него:

— Отойди от меня!

— Ну что ты, милая? Всё в порядке, всё хорошо, ты успокойся, не нервничай!

Он вел себя так, будто ничего особенного не произошло, и в больнице она вовсе не из-за него.

Жасмин не понимала, как он мог улыбаться ей той самой радостной улыбкой, какой обычно встречал ее на свиданиях. А ведь раньше она даже не подозревала, что скрывалось за всей его веселостью.

— Уходи! — продолжала шипеть она почти неосознанно.

И вдруг он заявил:

— Жасмин, прости меня! Я виноват, я просто ужасно виноват. У тебя такие синяки, мне дико стыдно…

Новикова онемела от такого поворота событий, даже не нашлась, что ответить. Открыла и закрыла рот.

Влад тем временем продолжал:

— Я просто вчера ошалел от ревности, неадекватно среагировал, нафантазировал себе непонятно чего… Но я всё проверил, Жас! Я поговорил с менеджером из «Малинника», теперь понимаю — я зря тебя обвинил. Конечно же, ты никакая не проститутка, я теперь тебе верю. Пожалуйста, милая, прости меня за вчерашнее, я тебя очень люблю!

С этими словами он бросился к ней и попытался обнять, а Новикова отпрянула к стене, но не рассчитала расстояние и немного стукнулась о стену затылком. Но даже это «немного» отдалось гулом в голове, и на миг Жасмин потеряла ориентацию в пространстве.

Влад подлетел к ней, обхватил за плечи.

— Отпусти!

Новикова приготовилась заверещать, но Стахов прикрыл ей рот и прижал к стене.

— Жасмин, не отталкивай меня! Милая, любимая девочка, я вчера херни наговорил и сделал, но я обо всем уже пожалел. Если бы ты только попыталась меня понять… Мы же жениться собирались! Я хочу на тебе жениться… Я без тебя пропаду, ты мне нужна! А лицо заживет, не переживай, скоро как новенькая будешь…

Он говорил всё это, плотно к ней прижимаясь, а Новикова не понимала, как подобная близость с этим человеком могла ей нравиться.

Оказывается, любовь можно убить одним ударом, какой бы сильной ни казалась.

— Ну, ты успокоилась, милая? Давай поговорим нормально, ладно?

И она кивнула. Просто чтобы он прекратил держать ее, чтобы отпустил, потерял бдительность.

— Смотри, какой красивый телефончик, ну? — Влад достал из принесенного пакета новую модель iPhone. — Ты же любишь телефоны, Жас? Да? Знаешь, какая тут камера? Шик! Я твой разбил, вот, принес замену. Прими его, пожалуйста…

Он пихнул ей в руки телефон.

Жасмин взяла аппарат, покрутила в руках. Модный, серебристый, такой, о котором она мечтала еще каких-то несколько недель назад, но не могла себе позволить. Роскошь, о которой грезишь, но не можешь купить, если у тебя ипотека, кредит на машину и почти не работающая сестра-студентка.

— Красивый, — кивнула Жасмин.

А потом отошла чуть в сторону и, поджав губы, швырнула его в открытое окно.

Влад ошалело уставился сначала на нее, потом на улицу. А Жасмин закричала так громко, как могла:

— Пошел во-о-он!

Очень надеялась, что хоть кто-то ее услышит. Это больница, в конце концов!

И тут на ее вой в палату ввалился какой-то незнакомый мужчина с бритой головой.

Влад тут же оскалился:

— Рубен и тут своих верзил оставил. Жас, я разберусь.

Повернулся к незнакомцу и рявкнул:

— Выйди немедленно, иначе тебе не поздоровится! Я могу доставить тебе массу проблем…

— Нет, Влад Андреевич, это вы выйдете. Или я вас вытащу. Рубен Русланович разрешил применять силу.

С этими словами охранник двинулся на Стахова.

Жасмин с великим удовольствием наблюдала, как некогда любимый человек со скоростью звука выбегал из палаты.

— Прошу прощения, — склонил голову бритоголовый. — Я отошел на пару минут, а он просочился… Больше такого не повторится, Евгения Анатольевна.

«У меня есть охранник? — удивилась про себя Новикова. — А откуда он знает мое отчество? И что еще Рубен обо мне успел узнать?»

Глава 24. Удачная замена

«Ну Булатов! Ну сука!»

В груди Стахова клокотала злость, когда он выходил из лифта больницы на первом этаже.

Даже не знал, на кого больше злился: на себя, на Рубена или на Жасмин.

Разобравшись во вчерашней ситуации, Стахов понял, как облажался. Это же надо было быть таким идиотом, чтобы уехать и не догадаться проследить, чем девчонка собралась заниматься в его отсутствие?

Ничего бы не было, найди он способ убедить Жасмин перейти на его содержание. Она бы не поперлась одна в лес, и Булатов бы не сделал с ней то, что сделал. Главное — Стахов бы по-прежнему наслаждался своей женщиной так, как ему хотелось.

О том, что заклятый друг попользовался тем, что только ему, Стахову, должно было быть доступно, старался вообще не думать. Он — альфа-самец и совсем не привык делиться своим, особенно тем, что доставляло ему такое удовольствие, какое получал от Жасмин.

Оно, конечно, приятно, что впервые за долгое время нашлась девчонка, которая отказалась от денег. Значит, она с ним по любви, такое всякий мужчина оценит. Но как показала практика — это совсем небезопасно.

В том, что Жасмин простит его, Стахов не сомневался. Повыпендривается немного и простит. Куда ей деваться? Ну ударил он ее вчера, что такого? Любой бы на его месте ударил. Новикова еще легко отделалась. Она должна его понять, ведь ситуация выглядела очень двояко. Однако до вчерашнего инцидента он никогда ее не обижал, лишь удовольствие дарил.

А вот то, что Булатов вдруг открыл роток на чужой медок, — это реально паршиво.

«Кого он из себя возомнил? Я Жасмин три месяца окучивал для чего? Чтобы она вот так просто перешла в чужие руки? Впрочем, это очень вряд ли случится».

Если Влад хорошо изучил свою девочку, а он изучил, то Жасмин пошлет Булатова далеко и надолго. Владу самому пришлось изрядно побегать, прежде чем милая девушка изволила раздвинуть ноги. А Рубен бегать не любил, ему всё сразу подавай, поэтому очень скоро этому упырю надоест с ней нянькаться. А силой он теперь вряд ли будет ее брать, вон как вчера переполошился.

Надо только подождать, когда Булатов скроется с горизонта, и забрать Жасмин себе.

Не зря же Стахов собрался жениться на этой женщине. Его женщине! Она верная, преданная, со своими идеалистическими убеждениями. К тому же Жасмин должна понимать, что у него к ней серьезные чувства, и она наверняка понимала, просто в ней играла обида.

На выходе из больницы Влад вдруг увидел Лизу.

Младшая Новикова спешила к сестре, наряженная в легкомысленный белый сарафан. Стахов только собрался к ней обратиться, как она полоснула по нему ненавидящим взглядом и прошипела почти как Жасмин:

— Как ты смеешь сюда являться? Вон пошел, иначе я в полицию позвоню! Ты чуть ее не убил, урод!

Развернулась и поспешила к лифту.

Влад не стал отвечать.

Не место и не время. Но позже мерзавка будет долго извиняться за свои слова.

Он — и чуть не убил? Пара синяков еще никого не убивала, а в целом Жасмин выглядела вполне бодро, так что нечего тут на него свешивать всех собак.

Стахов проводил взглядом Лизу.

А всё же красивая… Почти как сестра — такая же гибкая, стройная.

«Это в тебе спермотоксикоз говорит!» — принялся талдычить в голове внутренний скептик.

Пока Жасмин была с ним, он на других не заглядывался. Не дурак ведь, и потом, когда ездишь на «Мазерати», на «жигули» пересаживаться не хочется. Жасмин — именно «Мазерати».

Когда Влад впервые с ней переспал, потом долго ходил под впечатлением. Ему нравилось в ней всё: как идеально ложилась в ладонь упругая грудь, как торчали ее соски, какая у нее тонкая талия, накачанная попка, и это уже не говоря о том, какая узкая она внутри. Кожа мягкая, бархатистая, всегда ухоженная и обалденно пахнущая. Он от нее балдел, как кот от валерианы, даже когда не трахал, а просто держал в руках или гулял с ней по ресторанам и прочим местам. С ней где угодно прекрасно. Такое не часто встретишь, и уж конечно, он вот это вот всё Булатову не отдаст.

Жасмин обязательно к нему вернется — это даже не обсуждается.

Но пока она для него недосягаема, нужно что-то придумать. Эх, если бы не верзилы Рубена, он бы ее даже не слушал, а пока придется держаться подальше. На это время Стахову просто необходима замена. Уже больше двух недель ни с кем не спал, шутка ли.

«Отчего бы не попользоваться сестричкой? Они так похожи, это может быть даже интересно», — вдруг подумал он.

Заодно укоротит ей язычок, а то разговорилась.

Глава 25. Сейчас я ее…

Рубен предвкушал встречу с Жасмин уже многие часы.

Он навещал ее утром, но тогда она спала, и вообще, кажется, не заметила его присутствия, чему он был даже рад. Хоть насмотрелся на нее немного. Вид разбитого лица его коробил, но он старался не акцентировать на этом внимание.

Оказалось приятно смотреть даже просто ее силуэт, будоражил сам факт, что это она… Булатов никогда не думал, что сможет получить удовольствие от такой малости.

Он бы провел с ней весь день, но побоялся, что Новикова подумает, будто он навязывал ей свое присутствие. Пугать ее заранее своими далеко идущими планами Булатов не хотел.

Еле дождался вечера, чтобы снова ее навестить. Придет ненадолго, угостит ее пирожным из любимой кондитерской, спросит о самочувствии, осторожно подведет к теме будущего.

Кукла ведь должна понимать всю степень его заинтересованности в ней, раз так резко пошел против Стахова ради нее. Не глупая ведь. Хотя в такой ситуации, как вчера, он, пожалуй, любую девушку защитил бы. Негоже это – слабых бить.

Рубен очень надеялся, что Жасмин сразу согласится на новые отношения. Встречи с ним принесут в ее жизнь массу положительных эмоций – это он ей гарантирует. Интересные поездки, вечеринки, шопинг – всё, что она получала от Влада и даже больше, намного больше, ведь у Булатова возможности гораздо шире.

Он уже триста раз успел представить, как обставит их первое свидание.

Номер-люкс в отеле, ванна из шампанского, розовые лепестки по всей спальне – это всё для нее. А для него – ритмичные фрикции в ее идеальном теле.

Ух, как он ее возьмет…

Конечно же, он подождет, пока она совсем выздоровеет, чтобы ни дай бог не травмировать ее даже случайно во время секса. Ведь в спальне может случиться разное, а он больше не хотел причинять ни малейшего дискомфорта ее красивейшему телу, он этим телом хотел восхищаться и наслаждаться.

По поводу ее душевного самочувствия не беспокоился. Был практически уверен, когда до Жасмин дойдет, кто именно в ней так заинтересовался, она быстро прекратит артачиться. Выбросит швабру в окно и кинется в его объятия.

Булатов – не какой-нибудь там клоп-недомерок. У него приличное состояние, фирма, уважение в обществе. Да с ним любая посчитала бы за счастье провести месяц-другой, тем более, что он жадничать не собирался.

Выехав из офиса, он вдруг получил сообщение от телохранителя: «Евгения Анатольевна покинула больницу, сопровождаю ее до дома».

«Как покинула?! Она должна наблюдаться в течение недели!»

«Послала врачей подальше, вызвала такси и уехала. Провожаю до дома, держусь сзади».

«С чего бы ей слать всех подальше и ехать домой?»

«Рубен Русланович, прошу прощения, проворонил. К ней Стахов пролез, правда я быстро его вышвырнул из палаты, он ничего не успел ей сделать».

- Ну понятно… - мрачно проговорил он.

А бывший товарищ-то всё никак не успокаивался, рыл и рыл себе могилу. Глубокую вырыл, хорошо постарался. Завтра Рубен лично эту могилу закопает.

Булатов тяжело вздохнул порулил в сторону дома Жасмин, благо, адрес был ему уже великолепно знаком.

Интересно, что этот хмырь успел наговорить Кукле?

Хорошо, что Рубен догадался поставить ей охрану. А вот то, что из-за этого упыря Жасмин сбежала из больницы, паршиво. Ладно, он просто вызовет ей на дом врача и тот сделает что нужно. Зато уже сегодня они спокойно поговорят у нее в квартире, Булатов объяснит Кукле чего от нее ждет.

Он сам лично проконсультируется с ее лечащим врачом, спросит, когда можно будет безопасно начинать с ней спать, и пойдет райская жизнь. Для них обоих, это без сомнения. Жасмин рано или поздно понравится с ним в постели, в этом он практически уверен.

Булатов припарковал машину у ее дома, вошел в подъезд вслед за влюбленной парочкой.

На этот раз розы не покупал, как-то было не до того, да и ассоциация у Жасмин может получиться не из лучших. Он потом осыплет ее всевозможными цветами и подарками. Уже мысленно держал любимую Куклу за руку, слушал ее голос, вдыхал ее аромат. Атмосферные мечты прямо-таки не отпускали его сегодня ни на минуту.

Он нажал на кнопку дверного звонка и долго ждал, пока ему откроют. Но несмотря на то, что в глазок явно посмотрели, открывать ему никто не собирался.

- Жасмин, это Рубен, открой пожалуйста, - попросил он максимально мягко, тогда как нутро требовало возмутиться.

- Зачем явился? – был задан через дверь совсем недружелюбный вопрос.

- Не через дверь же я буду тебе это объяснять, - немного повысил он тон, но лишь немного.

- А не надо мне ничего никак объяснять, - раздался ее резкий голос из-за двери. Она даже щелочки не открыла и продолжила так же резко: - Спасибо тебе за то, что вчера вмешался, но на этом всё, ни видеть, ни слышать я тебя не желаю. Тем более впускать в квартиру не намерена.

- Вот как, значит… - запыхтел он и снова застучал: - Жасмин, если ты мне не откроешь, я ведь эту дверь и выломать могу.

- Задолбешься выламывать, гад ты такой! Учти, я уже набираю в полицию!

Рубен честно и откровенно обалдел от наглости. Он ее вчера спас, между прочим. Жасмин забыла?

Полиция его не пугала, но вот шоу для всего подъезда устраивать не хотелось.

- Я просто поговорить пришел, - хмуро отчеканил он.

- А я просто отказываюсь с тобой говорить!

«Ишь ты какая цаца… Я не из тех, кому можно отказывать».

Что ему теперь делать с этой упрямицей?

Глава 26. Заклятые друзья

Рубен наблюдал за тем, как Стахов входил в здание компании, сидя за монитором компьютера в кабинете службы безопасности.

- Бесстрашный… - проворчал себе поднос.

«Неужели на голубом глазу пришел в офис работать после всего что было? В пиджаке, при галстуке… как ни в чем не бывало. Разве так можно?» - этими вопросами Булатов задался уже про себя.

Наступило утро следующего дня и вот пожалуйста, Стахов явился не запылился. И это после всего, что на него удалось нарыть за вчерашний день.

Вместе с начальником охраны Булатов следил за тем, как Влад поднимался на лифте и проходил в свой кабинет.

- Пошли, - скомандовал и подскочил со стула.

За ним без слов проследовало двое крепких ребят из «Сейфти Контроль», а по пути присоединился начальник юридического отдела вместе с замом.

Булатову не терпелось взглянуть в глаза Стахова, понять, как так вышло, что он не разглядел в человеке полное отсутствие совести.

- Привет, Рубен.

Влад аж подпрыгнул на месте и тут же подскочил с кресла, когда в его кабинет ввалился начальник с охранниками и юристами.

Булатов на приветствие не ответил, лишь сглотнул, сдерживая желание сплюнуть. Встал вместе с сопровождающими посредине кабинета, напротив стола Стахова. Тот тут же подскочил к начальнику.

- Где Стася? Ее почему-то нет на рабочем месте… - начал было Влад.

Рубен перебил его деланно равнодушным тоном:

- Твой секретарь была вчера уволена. Как и еще несколько сотрудников, которые помогали тебе торговать данными о моей компании.

- Э-э… Что? Это очень серьезное обвинение, Рубен. Откуда ты это взял?

- Ты в курсе, что секретарь у тебя довольно болтлива, если напомнить, что у нее ребенок лечится в Израиле за счет фирмы? Кстати, тебе неплохо бы ставить начальство в известность при изъятии такого количества средств на неуставные расходы, да Влад? Нет, я не против благотворительности, просто предпочитаю об этом знать. Вот вчера узнал, предложил девушке помощь как ныне безработной. Рассыпалась в благодарностях, пела соловьем, всё про твою схему передачи данных мне рассказала, даже выходное пособие за сговорчивость получила, чтобы к ребенку было на что полететь.

Лицо Влада тут же пошло красными пятнами.

- Что за бред, она подставила меня и сбежала! – возмутился он с чувством.

- Ага, ага, я так и подумал. И переписку с «Энчансинг» с твоего компьютера тоже она вела? Или ты думал, наш спец не взломает твою систему паролей?

- Какую такую переписку? Я ничего не знаю…

- Вы подписывали договор о неразглашении, - вступил в разговор юрист, нервным движением поправляя галстук. – И тем не менее подробно описывали новый продукт в беседе с лицом, работающим в конкурирующей компании.

- Ты-то что вякаешь? Тебя спрашивали вообще? – Влад бросил на юриста уничтожающий взгляд.

- Не сметь повышать голос на моих сотрудников, - обманчиво тихим голосом процедил Булатов. – Тебе чего не хватало, Стахов? Зарплата маленькой казалась? Или всему виной карточные долги? Кстати, когда ты успел так задолжать?

- Я ничего никому не должен! – продолжил возмущаться Влад. – Признай, ты всё это на меня навесил из-за этой суки, да? Мы же с тобой эту фирму вместе подымали…

- Всем выйти! – Рубен поднял вверх правую руку.

Охранники с юристами поспешили исчезнуть из кабинета, а Булатов прошипел:

- Я благодарен судьбе за то, что начал эту проверку. Ты – балласт, который только вредит делу, и я с превеликим удовольствием вышвырну тебя вон. Жасмин тут уже вообще ни при чем.

- Рубен, я не торговал по-настоящему ценными данными. Только тем, что отработано и точно сверхприбылей не принесло бы, это скорее диверсии были, а не слив полезной информации. Ты проверь! Это не вредило компании. Я же имею понятие о том, кто друг, а кто враг, что можно делать, а что нельзя. Ты не можешь вот так просто списать меня со счетов…

Чем больше Стахов говорил, тем сильнее Булатову хотелось спустить его с лестницы. Если крадешь не слишком ценное, это делает тебя не таким уж и вором? Железная логика.

- Ты не можешь вот так просто меня уволить! – замахал руками Влад.

- Я уже это сделал, - процедил Рубен.

Стахов аж подпрыгнул на месте, а лицо его сплошь покрылось красным цветом, словно он оказался близок к тому, чтобы схлопотать сердечный приступ:

- Ты забываешь, кто мои родственники, Рубен.

- Только благодаря им ты покинешь этот офис с целыми костями. Ну… почти со всеми целыми костями.

Булатов резко дернулся вперед и что есть силы двинул Стахову по ребрам, а силы в его кулаках было достаточно.

Глава 27. Обольститель 80lvl

«Та-а-ак… - протянул про себя Рубен, наблюдая в мониторе за тем, как служба безопасности выводила Стахова из здания компании. – От паразита избавился, теперь пора брать заслуженную награду».

- Анжела зайди, - проговорил в трубку рабочего телефона.

Очень скоро в его кабинет вплыла секретарь.

Рубен лениво оглядел ее наряд а-ля Строгая Но Доступная. Красная юбка-карандаш, белая блузка по фигуре, застегнутая почти на все пуговицы. А под всей этой мнимой строгостью стопроцентно был корсет, очень уж характерно приподнята грудь.

Раньше он легко мог приказать ей раздеться, встать на колени и сделать то, для чего мудрый создатель спроектировал девичьи губы такими мягкими и сексуальными, а рот влажным и притягательным. Рубен откинулся бы на спинку кресла, позволил умелице показать мастерство.

Теперь же, несмотря на то, что уже больше недели не был с женщиной, раздевать секретаря не хотелось. Больше того, почему-то Анжела вообще перестала казаться ему привлекательной, хотя она для него, можно сказать, универсальный секс-тренажер.

«Серьезно… Блондинка баскетбольного роста с торчащими колом сиськами – клеше», - цокал он языком про себя.

Не нравилась больше совсем.

То ли дело Жасмин. Ее красота скромнее, но вместе с тем ярче, что ли, честнее искреннее. Ростом малышка гораздо ниже, зато как удобно сажать ее на колени! Грудь меньше, зато легко умещалась в ладонь. Губы аккуратнее, изящнее, и никакого в них геля. Кожа мягче, ее приятней касаться, а какая горделивая осанка!

Жасмин – его новый стандарт красоты, а Булатов уж точно заслужил самого лучшего.

- Слушаю вас, Рубен Русланович, - замурчала Анжела.

Она всегда разговаривала с ним подобным образом, когда оставались наедине. Знала, что его можно возбудить не только внешностью, но и тембром голоса.

И он бы даже отреагировал, наверное, учитывая длительность воздержания. Но отнюдь не ее мурлыканья ему хотелось.

- Есть у меня вопрос необычный и строго конфиденциальный. Скажи мне, Анжела, как вы, девушки, любите, чтобы за вами ухаживали? – спросил он деланно равнодушным тоном.

Не приходилось ему раньше прибегать к подобным ухищрениям. Дело решалось само собой. Зато в этот раз понял – надо, и даже захотел ухаживать, что для него само по себе удивительно.

Можно было, конечно, и гугл озадачить. Но продираться сквозь толщу противоречивых советов не хотелось, лучше уж расспросить живую девушку.

Анжела тут же приосанилась, расплылась в улыбке и начала выдавать ценные сведения:

- Какой у вас интересный вопрос! Каждой девушке внимание ценно… сюрпризы…

Рубен внимательно слушал пространную речь секретаря, а потом достал телефон и стал записывать те идеи, которые ему казались наиболее интересными. К чести сотрудницы их набралось множество.

- Самое главное, - заканчивала речь Анжела: - нам, девушкам, искренность важна. Лучший способ дать знать об интересе – прямо об этом сказать. Вот если бы вы ко мне чувствовали симпатию, достаточно бы было просто признаться.

«Хотел бы я, чтобы с Жасмин всё оказалось так же просто», - усмехнулся Рубен. Впрочем, этим советом он тоже воспользуется.

- Спасибо, Анжела, ты свободна, - кивнул, уже мысленно прикидывая план действий.

- Вы больше ничего не хотите мне сказать? – вдруг спросила секретарь и как-то странно посмотрела на Рубена.

- Нет, ничего, - он дал понять взглядом, что ей пора уходить.

Анжела зацокала каблуками к выходу и закрыла за собой дверь.

Рубена абсолютно не беспокоило, что вчера Жасмин ему не открыла.

Женщины, что с них взять. Тем более его знакомство с прекрасной Женей прошло в такой необычной атмосфере. Конечно же, она не могла вот так сразу его принять, ей нужно было показать Рубену, что она себя ценит. Грубо говоря, птичка набивала себе цену, как девочки это обычно делают.

И он более чем готов оплатить счет! Уже начал оплачивать, кстати.

Кроме того, это справедливо – побаловать Жасмин подарками. Она ему подарила незабываемое удовольствие, в то время как сама оказалась не на шутку напугана из-за того недопонимания на дороге. Должна же она что-то за это получить, так? Он позаботится о том, чтобы отблагодарить ее сполна, ведь Булатов всегда платил свои долги.

Конечно, те деньги, которые он тогда вложил ей в сумочку, показались ей оскорблением. Для девушки, не привыкшей торговать своим телом, это вполне нормальная реакция. Но в мире есть масса вещей, гораздо более приятных чем просто три-четыре хрустящие купюры.

Первый подарок ей уже должны были доставить – iPhone последней модели. Стахов ей, вроде бы, телефон разбил. Вот Рубен подарит новый, пусть красотка радуется, фотографирует себя во всех ракурсах… когда сойдут синяки.

Булатова до сих пор потряхивало от того факта, что Стахов посмел ударить Куклу. За это хотелось открутить Владу голову. Ему дорогого стоило не избить бывшего друга до полусмерти.

Подарок для Жасмин необычный, кстати. Эмблема яблока сзади на крышке инкрустирована бриллиантами высшей пробы. Перекупил эксклюзивный экземпляр. Когда увидел, сразу понял – он должен принадлежать Жасмин и только Жасмин.

«Как она там, кстати?» - всё продолжала его есть одна и та же мысль.

Решил подарить именно телефон еще потому, что очень хотелось начать с ней общаться. Хоть какой-то контакт наладить.

На данный момент к личной встрече она не готова. Это ладно, это пусть, это он готов пережить. Потерпит, пока она не поправится, всё равно пока сексом с ней заниматься нельзя. Но пообщаться-то по телефону можно, почему нет? Вдруг даже на видео звонок согласится.

Рубену очень хотелось ее видеть, пусть даже в экране мобильного.

Свой номер, понятное дело, уже вбил в память ее телефона. Надеялся с минуты на минуту получить сообщение. Как только получит от нее хоть словечко, хоть смайл, сразу позвонит.

Рубен уже предвкушал то удовольствие, какое разольется в груди от звука ее голоса с нотками благодарности. Пусть она расскажет ему, как ее самочувствие, как дела, может быть, какие-то детали о себе. Ему всё о ней интересно, он даже подготовил список вопросов.

Только с ней хотелось общаться, только ею желал любоваться.

Он теперь очень хорошо понимал Стахова – Жасмин и правда особенная. Только не про Влада девушка, Рубену достанется.

Как бы поскорее перевезти ее в его холостяцкое логово? Очень девочку хотелось.

Глава 28. Лучший в школьном драмкружке.

- Моя прелесть… - Влад сидел в своей машине и любовно поглаживал прицепленный к ключам брелок.

На первый взгляд самая обычная безделушка в форме шестигранной игральной кости. Брендовая, инкрустированная бриллиантами, но все же на первый взгляд абсолютно бесполезная. Однако если нажать на определенную грань подушечкой указательного пальца, то встроенный сенсор включит распознавание, и если палец этот принадлежит Владу, то сбоку откроется потайной разъем, из которого вылезет основание флешки, способной вместить терабайт данных.

Эта игральная кость – уникальная работа мастера, новейшая разработка. По ней можно проехаться на машине, и с начинкой ничего не случится. Она водостойка, защищена от пиратского копирования и даже от электромагнитного импульса.

Форт-Нокс* для данных.

И вот в этом Форт-Ноксе благодаря смекалке Влада теперь хранилась засекреченная информация о нескольких самых секретных проектах «Булат-Компани», реализация которых рассчитана на ближайшие несколько лет.

Влад лишь недавно приобрел себе эту «безделушку». Как чувствовал – пригодится.

Телефон у него могли забрать и исследовать, подобрать пароль к облаку тоже не проблема. А вот такой простой, можно сказать, дедовский метод хранения данных весьма и весьма надежен.

Да, из «Булат-Компани» Влада выгнали. Действовали показательно, провели под конвоем по этажу, толкнули в спину на выходе. Говнюки и позеры! Все без исключения с Булатовым во главе. Думали, опозорили его? Унизили? Но по факту-то всё пошло именно по плану Стахова.

Он издал смешок, и в этот момент резко заныло в правом боку.

- Булатов, сука…

Порезвился от всей души.

Кулаки у заклятого друга оказались тяжелые. И сегодня Влад впервые почувствовал их мощь на себе, раньше у них обходилось без драк, хотя знал прекрасно, на что Рубен способен. Тот только и делал, что работал, трахал девчонок из «Малинника» и тягал железки в спортзале под одобрительные хлопки личного тренера.

Да, получить по ребрам Влад, конечно, не планировал, тем более так эпично. Но это плата, плата за безбедное будущее.

Ему всё же удалось пройти в свой кабинет, он даже успел включить свой компьютер, прежде чем к нему ворвался Булатов. Несколько блаженных минут наедине с умной машиной – это всё, что было нужно. К слову, в служебную программу он сегодня не под своим паролем входил из боязни, что уже успели заблокировать. Подстраховался. Ночью наведался к одному из программистов компании, и тот создал для него чистую учетную запись, которую не отследить. Он должен ему как земля колхозу, поэтому пошел на сделку.

И вот у Стахова на флешке теперь хранилась заветная папка – несколько самых новых и перспективных проектов на ближайший год. Любая конкурирующая фирма за такую информацию просто удавится!

Влад знал, куда с этим идти. Конечно, он не будет менять данные на должность. Он их продаст. Все потихоньку спустит.

А новая работа… Кому она нужна, когда перед тобой весь мир?

У Влада свой проект, которым давно не терпелось заняться.

Опытным путем он нащупал в покере беспроигрышную систему. Сделал этот открытие благодаря смекалке и недюжинному уму. Достаточно придерживаться ее, и ты будешь в плюсе, если у тебя достаточно средств для ставок.

Он провел сотни, тысячи часов, практикуясь. Именно этим и займется дальше – закончит свои наблюдения и вычисления, выведет алгоритм, и, считай, взломает код к этому миру. Всё, потом сам черт не страшен с деньжищами, которые на него польются как из рога изобилия. Он прогуляется по всем подпольным казино России. Потом скатается в Америку, совершит тур по главным игровым городам, вернется на родину и будет жить как король. Возможно, откроет школу для молодых игроков. Напишет книгу, прославится.

Когда убрал флешку в карман, вдруг почувствовал теплую струйку, потекшую из носа. Глянул в зеркало заднего вида и снова зло выругался:

- Булатов, сука конченная… На хрена в лицо бить…

Во второй раз за последние десять минут стал останавливать кровь. Впрочем, нос ему разбивали далеко не впервые, много не надо было – чуть стукни и полилось.

Вытер лицо салфетками и осмотрел себя. Красавец с покрасневшим лицом и налитыми кровью глазами. Таким к Лизе не заявишься. Или наоборот? Пожалеет.

Что-что, а жалость в женщинах Влад умел вызывать, да и вообще манипуляции людьми – это его. Недаром в школе учителя его хвалили – прирожденный актер. Даже пригласили в драмкружок. И там он оказался лучшим среди всех этих неудачников.

Ему на роду написано оседлать этот мир и понукать им по своему усмотрению.

*Форт-Нокс – имеется в виду хранилище золотых запасов США, расположенное на военной базе Форт-Нокс.

Глава 29. Добрая девочка Лиза

Влад неплохо знал Лизу.

Точнее не Лизу конкретно, а девушек ей подобных.

Завистливая, уж очень показательно пялилась на его тачку, когда Влад приезжал за Жасмин. Он великолепно умел расшифровывать такие взгляды.

Жадная до денег – с достойной уважения легкостью доила сестру, а та даже примерно не догадывалась, сколько Лизе отстегивали ее ухажеры. Жасмин тоже дурочка, конечно. Как последняя простушка велась на разводы сестры. Деньги у нее в общежитии украли? Да, да, всё так и было, а кулон у тебя новый на шее – это случайность. Каблук ты сломала? Что ж кроссовки не купишь? Зачем еще одни шпильки?

Неудачница – не единожды пыталась повторить путь сестры и стать блогером, но ничего у нее не вышло. Не интересна она оказалась широкой публике.

Если ты внутри с гнильцой, какие к тебе потянутся подписчики? Им предложить что-то надо. Однако Лиза предпочитала списывать неудачи на отсутствие денег – на контент, рекламу, новый телефон с качественной камерой. Влад как-то слушал спор сестер по этому поводу, предложил помощь, хотя на самом деле было жаль средств. Жасмин с улыбкой его помощь отвергла, Лиза же за это наградила сестру таким ненавидящим взглядом, что даже его пробрало.

Но для целей Влада Лиза подходила идеально именно такой, какая была.

Он подкараулил ее на выходе из общежития.

Одетая в тот же летящий белый сарафан, что и вчера в клинике, младшая Новикова куда-то спешила, быстро-быстро цокала своими шпильками по плиткам тротуара.

Влад вышел из машины и позвал ее:

- Лиза!

Она вздрогнула, обернулась на его зов.

- Подойди, пожалуйста, - взмолился он, широко распахнув глаза и чуть нахмурив лоб, чтобы придать лицу максимально виноватое выражение.

- Что ты здесь делаешь, гад такой! – тут же зафырчала Лиза, а потом приметила его разбитый нос: – Это кто тебя так?

- Всё заслужено, - вздохнул он с чувством. - Лиза, Жасмин не слушает меня, но хоть ты пожалуйста, выслушай! Со мной обращаются как с отбросом, а что я по факту сделал? Увидел, как она зажималась с Рубеном Булатовым и слетел с катушек. Хотя это не оправдание, знаю…

- Она зажималась с Булатовым? – глаза Лизы превратились в два кругляша. – Ничего себе расклад!

- Я не должен был бить твою сестру, никогда себя за это не прощу. Но то, что я увидел, Лиза, это… Я просто перестал соображать, когда узрел, как она обнимала его. Он же мой друг! Лучший друг!

- Влад, ты ничего не путаешь? – нахмурила лоб Лиза. – Жасмин мне всё по-другому рассказывала…

- Конечно, кто же в такой ситуации правду скажет. Легче обвинить меня-мудака. Просто он богаче меня, Лиза. Он перспективней, я понимаю Жасмин и не виню ее за этот выбор. Но чем я заслужил ее измену? Ты в курсе, что они спали? Ты же знаешь, как я ее любил, может, ты мне объяснишь, что я сделал не так, и почему она так поступила? Я не понимаю…

- О боже… - простонала Лиза.

И шагнула навстречу.

Часть 2. Глава 30. Обольститель 80lvl.

«Вернула драгоценности», - писал курьер.

Сообщение застало Рубена в лаборатории, где техники проводили для него и кое-каких инвесторов презентацию инновационной модели собаки-робота под кодовым названием: Робо-538.

Чего только не умел этот малец ростом в двадцать сантиметров. Обычные команды типа «сидеть», «лежать», «к ноге» – просто в лет. Но кроме этого массу всего другого вплоть до обучения ребенка математике.

Вечный друг ребенка – он не постареет, не умрет, и его можно будет заменить. На внешность крайне мил – почти как настоящий щенок овчарки, и обучаем к тому же. Отличная модель, которая должна пойти на русском рынке также хорошо, как пошла в Китае. Будущее за такими вот домашними питомцами.

И вот когда это чудо современной робототехники выполняло сальто назад, Рубен получил сообщение про возврат драгоценностей.

- Кремень девка… - процедил себе под нос, так чтобы никто не расслышал.

- Как вам малыш Робо, Рубен Русланович? – спросил техник, демонстрирующий модель.

- Хорошо себя показал. Надо доработать модель под требования российского рынка и можно продавать технологию.

«Если бы этот пес еще Жасмин помог мне очаровать, цены бы ему не было в базарный день…» - это Рубен уже про себя размечтался.

Паршивка так ему и не позвонила. Больше того – не приняла телефон! А курьер вернул его обратно лишь вечером, так что Булатов как дурак целый день ждал весточки от маленькой злючки.

Телефон – это еще цветочки, как выяснилось.

Что только ни пытался Рубен подарить Жасмин за последние дни…

Цветы, еду из разных ресторанов, платья от кутюр, туфли, драгоценности, шубки, несмотря на то, что на дворе август. Всё было отвергнуто. Она даже дверь курьеру ни разу не открыла – вот какая цаца.

А сколько приглашений отправлено на ее почту – не счесть. Открытие ресторанов, кино, театр, Бали…

Казалось, он перебрал всё, и не добился ровным счетом ничего.

В пору было сдаться. Может быть, кто-то другой так и поступил бы, но не Рубен Булатов!

Отец в свое время научил одной простой истине, которая очень помогала по жизни: «Если хочешь достигать цели, целиться надо лучше». Звучало как пустое, красивое высказывание, не более. Но если им проникнуться, тебе открывался настоящий секрет мироздания – трать энергию с максимальной пользой.

В случае с Жасмин Булатову просто не хватало знаний – что она любит? Чем ее можно зацепить? И он приступил к исследованию объекта под именем Евгения Новикова со свойственным ему энтузиазмом и напористостью. Нанял частного детектива, чтобы вызнать всю подноготную так понравившейся ему девушки. А сам вплотную приступил к изучению ее «Инстаграма».

Кстати, сделал уникальное открытие и совсем не в лаборатории.

Никакая Жасмин не Кукла. Неверное он выбрал ей ласковое прозвище.

Да, красивая, да, лицо прямо-таки кукольное, да и телом она похожа на Барби.

Но она живая. Не знал, как по-другому описать.

Интересная девочка со своими взглядами на этот мир.

Они, конечно, неправильные, жутко розовые, взгляды эти. Ее вообще, похоже, периодически накрывало радугой, а единороги жили в ее квартире в качестве домашних животных, настолько позитивными казались посты и фото. И всё же Рубену было интересно столкнуться с кем-то настолько положительно мыслящим. Если бы ему вдруг подумалось завести себе постоянную партнершу, он хотел бы, чтобы рядом была такая девушка.

Она любила каждую букашку и цветок этого жестокого мира, выступала в пользу защиты животных, поддерживала жертв домашнего насилия, учила молодых девочек за собой ухаживать. Булатова поразила ее разносторонность. Эта злючка, так к нему строгая, на самом деле обожала пробовать новые вещи, прямо как он, любила путешествовать к тому же, и, кажется, обошла в Краснодаре каждый закоулок, больше того – написала об этом.

С ней сто процентов будет очень интересно пообщаться в реале, а не только через ее этот гребаный «Инстаграм». Кстати, общение у них уж очень одностороннее – он просто читал то, что она писала на своей страничке, на этом всё. И даже подсел на ее ежедневные посты, чего от себя уж совсем никак не ожидал, ведь раньше в тяге к такого рода развлечениям замечен не был.

Ее новые фото тоже привлекали. Он по двести раз на дню разглядывал особенно полюбившиеся, смотрел видео.

Рубен теперь еще лучше понимал Стахова в его желании сделать Жасмин своей. Помнил брошенную заклятым другом фразу о схожести мыслей.

Да, Влад оказался еще тем двуличным засранцем, но во многом они с Рубеном были похожи – делили одну на двоих страсть к новым технологиям, развитию, прогрессу. Теперь он понимал, чем, кроме кукольной внешности Жасмин так зацепила его заклятого друга – именно своей открытостью и разносторонностью, позитивом.

Как же Рубену хотелось начать живое общение с прекрасной Жасмин!

Первым делом после того, как завершилась презентация, он вернулся в свой кабинет и открыл полочку в столе, где теперь хранился набор новых сим-карт. Да, да, у него был именно набор… Ибо стоило позвонить или написать Жасмин с одного номера, как она его тут же блокировала. А звонить он пробовал каждый раз после того, как она отказывалась принимать очередной подарок.

Рубен искренне надеялся, что рано или поздно Жасмин надоест его блокировать и она вступит в контакт. Должна понять, что игнором его не проймешь.

Поскорей бы… Терпение Булатова стремительно кончалось.

В какой-то степени вот это вот всё уже давно смахивало на одержимость. Но как действовать по-другому, Рубен не знал, а отпускать мечту о контакте с Жасмин не мог да и не хотел.

Надо бы предпринять какие-то более решительные действия. Но не насильно же ее выковыривать из ракушки, в которой она закрылась? Под ракушкой он понимал ее квартиру, куда она больше его так и не пустила.

Его уже не раз и не два посещали мысли снять к чертям дверь, вытащить из дома строптивую девчонку и транспортировать прямиком к нему.

Но не варвар же он какой, чтобы насильно забрать ее к себе? Или варвар?

Глава 31. Жалеть так жалеть

- Понимаешь, самое паршивое – меня же никто не слушает. Заклеймили козлом и рады! Спасибо, хоть ты пришла поддержать, осталась со мной.

Влад с обиженным выражением на лице уже целый час вешал Лизе лапшу на уши.

Видно, сестричка Жасмин очень это макаронное изделие любила, поскольку с удовольствием это ему позволяла. Сидела в его квартире на мягком диване вся такая воздушная, с пышной прической, в голубом свободном платье, открывающем колени и пахла духами «Шанель».

- Она хоть и сказала, что Булатов над ней надругался, но я не верю, Лиза. Не верю в это. Если бы было так, разве отрезала бы она меня как ненужный ломоть? Прогнала с такой скоростью? Зачем меня гнать, если в той истории она не виновата?

Лиза от этой информации вдруг посерьезнела, отставила бокал с вином, даже чуть отсела, а потом призналась:

- Влад, всё так и было, как она тебе сказала. Мы с Машей нашли ее измученную в машине. Я видела своими глазами! Не могла она с ним по своей инициативе.

- Зачем тогда позволяла ему обнимать себя в квартире? Видимо, тогда не знала, что из себя представляет Булатов, а поняв, кто ею заинтересовался, решила меня в расход…

- На это мне тебе сказать нечего… я не ожидала, что она так сможет. Жасмин мне всё по-другому рассказывала.

- Естественно, - пожал Влад плечами. – Ты же невинная, чистая девочка. Она сразу смекнула, что ты бы такое ее поведение не поддержала, вот и соврала тебе. Всё просто, Лиза.

- Ты думаешь? – она улыбнулась ему одними губами и приосанилась.

- Скажи, Лиза, я хоть раз твою сестру обидел? Думаешь, я бы стал просто так распускать руки? Хотя даже и просто так не должен был… Виню себя ужасно.

На это глупышка лишь горестно вздохнула:

- Я никогда не думала, что Жасмин умеет так врать.

И тут Влад понял – ему удалось полностью переманить Лизу на свою сторону. Теперь надо, чтобы рыбка поглубже заглотила крючок.

- Знаешь, - придвинулся он совсем близко. – Я ведь когда тебя в первый раз у Жасмин увидел, даже пожалел, что сначала познакомился с ней. Ты такая… я в тебе чувствую душу, понимаешь?

- Правда? – охнула она, приложив ладонь к груди.

- Конечно, правда. Не знаю, что было бы, познакомься я с тобой первой. Скорее всего сейчас встречались бы… Ты-то ни за что не предашь, я чувствую. Глупо такое предполагать, да? Я ведь для тебя старый, ты же совсем молоденькая, тебе двадцать.

- Ну что ты, - махнула рукой Лиза. – Ты совсем не старый, разве тридцать два – это возраст? Даже не думай так говорить.

- Считаешь? – с нотками грусти в голосе спросил Влад. – А даже если так, такой девушке как ты я всё равно вряд ли понравился бы.

И покачал головой, слегка отодвинувшись.

- Почему ты так думаешь? – охнула Лиза.

- Ты же богиня! Тебе никто не говорил, что ты гораздо изящнее сестры? Ты для гурмана!

- Жасмин тоже очень красивая, и потом вы столько встречались…

- Всего три месяца, Лиза. Что они против всей жизни, которую я могу провести с настоящей любовью…

С этими словами он положил руку ей на колено. Вгляделся в глаза, считывая ее реакцию. Улыбка не исчезла, хоть и стала немного испуганной. Ноги так же не отдернула, не шлепнула его, как сделала Жасмин при его первой попытке близкого контакта.

Правильно, сестричка мудрее, прагматичнее. Сразу поняла с какой стороны бутерброд намазан икрой.

Рубен – это выгодно, но недолго. Влад же способен на гораздо более длительные отношения. Не с Лизой, конечно, но ей об этом пока что знать не обязательно.

И Влад повел руку дальше по девичьему бедру, очень скоро забрался Лизе под платье.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 32. Варвар

«Она будет очарована», - повторял про себя Рубен, поднимаясь на пятый этаж при помощи машины МЧС. На земле его поместили в стальную люльку, которая теперь с легким жужжанием поднималась вверх.

Окно у Жасмин было открыто, это Рубен проверил заранее.

План был такой – он неожиданно появляется в окне и протягивает ей букет цветов. Милая нервомотальщицы в шоке и конечно же приглашает его внутрь. Вряд ли кто-то совершал для нее нечто более романтичное, уж такой шаг должна оценить.

Рубен одет с иголочки – в дизайнерские джинсы и белую рубашку, гладко выбрит, надушился элитным ментоловым парфюмом. На лице улыбка, в руках лилии… Жасмин не устоит! У нее ни единого шанса.

Однако, когда великого романтика подняли на пятый этаж, в комнате с открытым окном прекрасной девы не оказалось. Постучал и ничего, точнее никого. Но ведь его ребята подтвердили – из дома не уходила.

Он бы подождал, конечно. Но… его уже немного потрясывало из-за того, что находился так высоко.

«Без того подвиг ради нее совершил, решился на такой подъем, а она еще и явиться не изволит», - проворчал про себя.

Меж тем находиться стальной люльке на высоте пятого этажа становилось все страшнее. Железный ковш с перилами в виде прутьев уже не казался ему хоть сколь-нибудь надежным. Казалось, еще минута, и эта конструкция свалится под тяжестью собственного веса, убив его к чертям собачьим.

Он вцепился в борт люльки, но это нисколько не помогло.

Впору было просить спустить его на землю.

«Но-но! Рубен Булатов так просто не сдается», - подбодрил он себя.

Если она к нему не выходила, что мешало ему войти?

«Да, я всё-таки варвар…»

Сцепив зубы, он дрожащей рукой перехватил цветы, глубоко вздохнул и забрался на подоконник, оттуда уже в гостиную… ту самую, где не так давно уже был сначала в роли агрессора, а потом и спасителя.

Комната выглядела по-другому. Чисто прибранная, уютная. Она радовала глаз нежно-зеленым цветом ковра, обилием хрустальных ваз на полочке возле стола, лимонно-желтой обивкой дивана. Ничего не напоминало о той драме, которая еще недавно здесь разыгралась.

Пройдя в коридор, Рубен очень быстро понял, почему Жасмин не пришла на его зов.

В ванной шумела вода.

И тогда он устроился незваным гостем напротив двери в ванную, замер в ожидании. Конечно, можно было подождать в гостиной или за дверью, но он физически не смог заставить себя сделать и шагу в сторону, зная, что за хлипкой деревянной перегородкой скрывалась она, та, о ком так долго и тщательно мечтал.

За те минуты, которые ему пришлось провести в ожидании, Рубен успел нафантазировать всякого. Но даже в самых радужных фантазиях он не предполагал, какое ему откроется зрелище.

Она вышла из ванной голая и мокрая.

Наверное, забыла полотенце, раз показалась в таком виде.

- Ты даже круче, чем я запомнил… - выдохнул он.

На этом мозг Рубена отключился, он уронил цветы и как зомби двинулся в ее сторону.

Жасмин замерла на месте, округлила глаза.

- Т-т-ты псих! – взвизгнула она, сжав кулачки. – Ты взломал дверь?!

- Тихо, тихо…

Рубен подошел вплотную, схватил ее, прижал к стенке в коридоре. От живого контакта с ее телом его накрыло волной удовольствия. Он впился в ее нежный ротик и стал клеймить поцелуем с единственным желанием – взять тут же.

Крепко схватил за плечи, не позволяя сдвинуться и на сантиметр, стал ласкать губами ее щеки, шею, район ключиц, продолжая вдавливать собой в стену. Нежность и аромат ее кожи дурманили не хуже гашиша. Чем дольше целовал, тем больше хотелось. Член мгновенно встал колом, и Рубен потереться им о мягкий живот, моментально дойдя чуть ли не до предоргазменного состояния. Так ему понравилось.

Но, к сожалению, очень скоро стало почти невозможно игнорировать тот факт, что паршивка слишком сильно старалась извернуться и удрать.

- Пожалуйста, не трогай меня! – молила Жасмин. – Отпусти!

Выпустить из рук ее, такую нежную, уже почти ему принадлежавшую, казалось Рубену преступлением. В то же время держать приходилось чересчур крепко. Он почувствовал – еще немного и начнет оставлять на белой коже синяки.

Взять ее хотелось просто нестерпимо, но как это сделать, если паршивка так яростно сопротивлялась?

- Если ты меня еще раз изнасилуешь, я просто умру… - вдруг застонала она.

Оскорбился Рубен чрезвычайно. Он тут сдерживался изо всех сил, а она такими словами в него бросилась.

Он резко выпустил ее из рук и пробасил:

- Я не собираюсь тебя насиловать! Я хочу просто тебя взять!

- А в чем разница? – простонала она, надрывно всхлипнув, и принялась размазывать по щекам слезы.

Вид зареванной голой девушки отрезвил на раз.

- Успокойся, хорошо?

С этими словами он стащил с себя рубашку и набросил на плечи Жасмин, запахнул. А потом схватил на руки и понес в гостиную на диван. Усадил к себе на колени и обнял.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Жасмин трясло, слезы продолжали капать по щекам, она то и дело шумно всхлипывала. А Рубен не знал, что сделать. Пытался успокоить как умел – гладил по голове, по плечам, пытался шептать что-то ласковое.

За то время, пока она рыдала у него на коленях, успел триста раз пожалеть, что так беспардонно полез со своими неуемными желаниями.

- Тихо, тихо, я ничего тебе не сделаю…

- Отпусти меня пожалуйста… - взмолилась она.

Глава 32. Варвар (продолжение)

Рубен разжал руки, и Жасмин тут же отскочила от него на самый край дивана.

- Ты меня ломаешь своими отказами! – взревел он с горящими глазами. - Я что такой противный, что ты не можешь представить себя со мной? В чем причина такого поведения, я понять не могу…

- Всерьез не догадываешься? – охнула она, округлив глаза. – Ты меня изнасиловал!

Рубен замер, громко сглотнул.

- И что ты собираешься год на меня обижаться за это? Согласен, секс был жестким. Но я по-другому могу, второй раз всё будет гораздо лучше, обещаю. Я буду очень нежен, аккуратен. Тебе понравится со мной спать.

- Не понравится… - отчаянно покачала она головой.

Рубен шумно вздохнул и возвел глаза к потолку. Мысленно досчитал до десяти в тщетных попытках успокоиться. Снова повернулся к Жасмин и выпалил:

- Я тебе могу привести в доказательство целый табун девчонок, которые подтвердят, что я – обалденный любовник!

- То, что ты переспал с табуном девушек уже говорит не в твою пользу! – воскликнула она.

- Не понял…

- Куда уж тебе…

- Хамить будешь?! – его брови буквально сошлись на переносице в одну линию.

Жасмин схватила диванную подушку, выставила ее вперед наподобие щита и пропищала:

- Я не буду с тобой спать по доброй воле!

- Почему?

- Да хотя бы потому, что я тебя боюсь! – вскрикнула она.

- Зачем меня бояться, милая девочка, я что страшный? – Рубен развел руками. - Да, на той дороге я повел себя некрасиво, но я же объяснил причину. Почему ты не хочешь понять?

На это он услышал лишь возмущенное пыхтение.

- Рубен, я никогда не смогу тебе доверять, разве это не достаточная причина?

Разумеется, серьезным этот довод ему не показался. Он вообще мало кому в этой жизни доверял, а после случая со Стаховым скоро чистым параноиком станет. Но разве это мешало получать удовольствие в постели? Отнюдь нет.

- Разве доверие так уж обязательно для любовников?

- Я никогда не соглашусь на статус любовницы! – вдруг выпалила она.

- Э, что?

Рубен почесал затылок и посмотрел на Жасмин как на болезную.

- Я не понял, ты ждешь предложения руки и сердца? Чтобы я, как Влад, кольцо тебе на палец надел? Тогда ко мне в койку ляжешь?

На это она отчего-то скривилась:

- Я никогда не выйду замуж за такого человека, как ты!

- Так… - вздохнул он с чувством. - Я еще могу понять, что не так с предложением стать моей любовницей. Но какие у тебя претензии по поводу того, чтобы выйти за меня? Ты не забывай, с кем разговариваешь. Присмотрись…

- Зачем мне к тебе присматриваться? Я и так вижу, какой ты, - ответила она, не задумываясь.

- И какой же я?

На этом она запнулась.

- Говори, Жасмин! Не бойся… ничего тебе за это не будет.

Она прищурилась и выпалила:

- Скажу, только если потом уйдешь.

Он задумался, но с другой стороны, что ему делать? Не насильно же брать второй раз? Такого точно не стерпит.

- Уйду, если попросишь…

- Обещаешь?

Эта чертовка сомневалась в его честности?

- Булатовы всегда держат слово!

- Хорошо, тогда слушай, - она набрала в грудь побольше воздуха и зачастила: - ты самовлюбленный нарцисс, которого ничего вокруг не волнует. Тебе интересны только твои желания, и ты плевать хотел на чувства других людей. Для тебя женщины – спермоприемники. Я не буду твоим спермоприемником ни за какие подарки или другие блага, которыми ты передо мной раскидываешься. Да и щедр ты настолько лишь потому, что для тебя это крохи. На самом деле ты не способен на благородные, широкие жесты.

Рубен замер, в попытке переварить услышанное. Но вот какая беда – слишком неудобоваримыми оказались ее слова. Тут же возмутился:

- Что за формулировки? Я не отношусь к тебе как к спермоприемнику…

- Именно так ты отнесся ко мне там на дороге, и именно в этой роли хочешь видеть меня в дальнейшем. Ты мне противен! А теперь уходи и прекрати меня преследовать!

Она ткнула пальцем в сторону двери и уставилась на него горящим взглядом.

- Но подожди…

- Ты обещал! – отрезала она, поджав губы.

Рубен видел, как она злилась. Уходить не хотелось до дрожи, но в этой ситуации настаивая на своем он лучше не сделает – это он тоже понимал.

Встал с дивана и на ватных ногах зашагал к двери. Не успел глазом моргнуть, как Жасмин выставила его. Лишь в подъезде понял, что вышел без рубашки. Остановился, прикидывая, стоит ли просить вернуть?

В этот момент дверь ее квартиры ненадолго открылась, Жасмин швырнула рубашку ему в руки и снова заперлась.

Рубен прижал вещь к губам.

Мокрая, ею пахнущая…

«Похоже, это максимум контакта, который у меня с ней будет, пока не реабилитируюсь».

Не такой уж он и плохой в самом деле – Жасмин должна это понять, ведь не дура.

«Не Кукла, да… Злючка! Хоть бы раз по-доброму посмотрела».

Неожиданно Рубену захотелось реабилитироваться в глазах прекрасной Злючки даже больше, чем уложить ее в постель.

Глава 33. Кинорежиссер

- Лизонька, ты такая красивая девочка, я просто не могу сдержаться…

Он сразу притянул ее к себе, начал целовать еще в прихожей.

Это был не первый визит Лизы после его признания в «истинных» чувствах к ней.

Влад поражался количеству извилин этой девушки, их же буквально можно пересчитать по пальцам. Причем, одной руки. Хотя… кто мог ему отказать? Ведь у него-то с извилинами точно всё в порядке. Девушки любят ушами, и ему великолепно известно, что надо сказать, чтобы этой любви добиться.

Именно поэтому Лиза в мечтах уже примеряла на безымянный пальчик колечко и переселялась в его шикарную квартиру. Не догадывалась, бедняжка, что максимум внимания, который ей светит – это краткосрочный абонемент в его спальню.

Нет, в ней не было каких-то ярко выраженных изъянов. Качественная девочка – фигура что надо, видно активно ею занималась. Но не хватало ей изюминки сестры. Такая, да не такая – копия, подделка. Далека от оригинала. Хотя для его нужд очень даже подходила и определенно сыграет свою роль в будущем.

- Хочешь выпить, милая? Я ждал тебя чтобы продегустировать одну бесподобную новинку… привезли специально для меня из Франции. Как тебе?

Он нарочно выбрал сладкое вино – то, что стопроцентно ей понравится. Крепленое к тому же. Далеко не французское, но Лизе-то об этом зачем знать? Недаром Влад считал себя мастером импровизаций.

Он отвел ее в гостиную, где полчаса потчевал сладким виноградом и вином, расспрашивая, как прошел ее день. В тайне надеялся – скажет что-то про сестру, в рассказах Лизы его интересовала исключительно эта тема. Но недалекая девица, похоже, была способна обсуждать только себя, свои проблемы и интересы.

Всё же с Жасмин Влад чувствовал себя гораздо комфортнее. С ней всегда было о чем поговорить, посмеяться, даже просто на нее полюбоваться - уже с толком потраченное время. С Лизой ничего такого и близко не чувствовал.

Впрочем, есть кое-что, в чем младшая сестра, возможно, будет лучше старшей.

- Покричишь для меня? – вдруг спросил он и откинулся на спинку дивана, широко расставив ноги.

- Что? – не поняла Лиза, изрядно опьяневшая после его поцелуев и пары бокалов вина.

Влад показательно осмотрел ее с головы до пят. Чертовка даже приосанилась под его взглядом. Села прямо, картинно сложила ногу на ногу. Словно просила: «Оцени, какая я красивая в этом красном платье!»

Он прекрасно умел читать такие вот девичьи взгляды. Однако пригласил ее сюда совсем не для того, чтобы тешить ее самолюбие.

- Я хочу, чтобы ты для меня покричала, Лиза.

- Это как? – немного напряглась она. – Ты намекаешь на что-то садомазохистское?

- Нет, милая, я не любитель. Кричать будешь сугубо от удовольствия…

Он заметил, как загорелись ее глаза, а дыхание участилось.

- Пойдем, Лизонькая, я покажу тебе кое-что…

Он взял ее за руку, поставил ее бокал на стол и повел в спальню.

Широкое, светлое помещение Лизе явно понравилось. Обычно девочки от его спальни были в восторге, особенно от главной достопримечательности – находящейся по центру кровати два на два метра.

Когда вошли, Влад подвел Лизу к постели, заставил упереться руками в матрац, а потом забрался правой рукой под платье, схватил за трусики.

- А-а… что ты делаешь? – резко взвизгнула она, когда он содрал с нее этот нелепый клочок красного кружева. Даже на трусы не похоже.

- Это нам не понадобится…

Он отшвырнул испорченное белье в угол комнаты. Уже одно это заставило член болезненно дернуться от возбуждения.

А Лиза наоборот вдруг решила показать зубки:

- Я не думала, что так резко, я не хотела вот так… - вдруг заблеяла она, как несчастная овечка, которую привели на заклание.

От ее слов и смущенного вида Влад завелся еще больше. Тратить время на уговоры ему не хотелось. Поэтому пошел быстрым путем:

- Лиза, буду честен… Я весь на нервах после того, что случилось, кроме того у меня давно не было секса. Я не из тех, кто пихает себя во все, что движется. Нужно, чтобы девушка о-о-очень понравилась, прямо как ты. Признаться, на тебя уже даже смотреть тяжело, так сильно хочу. Мне надо тебя взять… необходимо! И я сейчас решительно не способен на нежный секс, извини. Хочется настоящей, животной страсти. Но я понимаю, что не каждая девушка может вытерпеть по-настоящему страстного партнера, есть такие, для кого секс – всего лишь обязанность. Если ты из таких, то нам вряд ли по пути, хотя будет безумно жаль.

- Я не из таких… - тут же замотала она головой.

Испугалась, дурочка, что Влад за дверь ее выставит и забудет номер телефона.

- Докажи мне это, - развел он руками.

- К-как? – спросила она, оставив рот чуть приоткрытым.

- Ты сейчас залезешь на кровать, встанешь на четвереньки, сконцентрируешь взгляд вон на той статуэтке льва на полке. Вон, стоит напротив, золоченый, видишь? Ты останешься в этой позиции и позволишь мне себя взять как я захочу. И каждый раз, когда я буду в тебя входить, ты будешь кричать. Чем чаще я буду двигаться – тем интенсивней старайся. Я не сделаю тебе больно, обещаю. Но вопрос – сможешь ли пойти на такое? Покажи мне, что секс для тебя – не обязанность, что ты умеешь получать от него удовольствие.

Жасмин за такое послала бы его к едрене фене и хлопнула бы дверью, а может еще и пощечину влепила. Лиза же лишь закусила губу и потупила взор.

Тогда он добавил коронное:

- Если позволишь такую вольность, я буду к тебе очень щедр… Сама понимаешь, девушки, умеющие доставить удовольствие практически на вес золота. Согласна, Лизонька?

И она кивнула.

Не то, чтобы он сомневался.

- На кровать! – скомандовал он резким тоном.

Лиза сглотнула, секунду помедлила, но потом все же забралась на широкую постель. Устроилась примерно посередине и встала на четвереньки, чуть-чуть оттопырив попку.

Влада пронзило острое, сладостное предвкушение. Он тут же забрался следом, пристроился к ней сзади. Раздеваться не стал вовсе, лишь приспустил джинсы, обнажая член. Нарочито медленно растянул на нем резинку. Еще не хватало обрюхатить сестричку, тогда с Жасмин ему точно ничего не светило бы.

Потом он наклонился к дрожащей от его близости девчонке, аккуратно собрал в одну руку ее растрепанные волосы и повернул лицом в сторону полочки, где стоял золоченый лев.

- Вон туда смотри, Лизонька. Прямо в глаза этому зверю. Чувствуешь, какой он злой и голодный?

Затем он просунул руку ей под грудь и дернул лиф ее платья, обнажая грудь.

Лиза вскрикнула, но противиться не стала. Позволила Владу сжать ее правую грудь, покрутить в пальцах сосок.

А потом Влад резко задрал ее платье, просунул руку ей между ног, раздвинул складочки и протиснулся в мягкую, не слишком податливую плоть. Она оказалась туговатой внутри, не слишком к нему готовой. Впрочем, довольно скоро это изменилось. Лишь пара легких движений, и ее естество откликнулось на его грубую ласку любовным соком.

Влад слегка потянул Лизу за волосы и коротко приказал:

- Кричи.

Что было силы вдавил себя в нее. Почти полностью вышел, потом резко снова вогнал член внутрь.

И Лиза закричала, застонала, заохала, пока он с упоением в нее вдалбливался.

Под конец любовница почти охрипла, а он продолжал насаживать ее на член. Порезвился на славу, продолжал до тех пор, пока она не содрогнулась в оргазме, сжимая его внутри почти нестерпимо сладко.

Влад вытащил член, снял резинку и, обхватив ствол рукой, немного помог себе получить разрядку, с удовольствием кончил на белую, бархатную кожу ее попки.

- Всё, Лизок, отдыхай.

Влад от всей души шлепнул ее по заднице, и она буквально рухнула на кровать.

- Для первого раза неплохо, но кончать раньше меня больше не смей, поняла?

Он дал ей немного времени отдохнуть, а потом нарядил в одно из припасенных для таких случаев платьев, ведь ее наряд был испорчен, после отправил домой. Не спать же с ней в одной постели в самом-то деле.

Как только спровадил гостью, первым делом стал просматривать запись того, как Лиза для него кричала.

- О, что за чудесные звуки…

Лев-то непростой – в него очень хитро вмонтирована камера, которая стала свидетелем множества его любовных побед.

Влад смотрел на то, как выглядело лицо Лизы в моменты, когда он в нее входил, и снова чувствовал прилив возбуждения. Да, он определенно еще не раз повторит это шоу, попробует с ней по-разному.

Жаль, очень жаль, что с Жасмин Влад в свое время решил поступить по-честному. Прежде чем трахнуть ее перед камерой, он догадался спросить – не против ли она. Как же она возмущалась, боже… Будто он предложил поиметь ее при сотне свидетелей. Домой собралась! Влад еле уговорил ее остаться, и в тот вечер ему даже ничего не перепало. Для того, чтобы дорогая сердцу девушка не ушла домой обиженная, он поклялся ей, что когда она с ним, камеры будут выключены.

Каких бы он ни был взглядов, клятвы свои предпочитал не нарушать. Долбанное благородство. Поэтому видео того, как он вставляет член в Жасмин, у него нет.

Зато теперь есть запись с сестричкой – неожиданный бонус!

Жасмин определенно оценит это видео…

Если вдруг каким-то чудом ситуация сложится так, что она не согласится вернуться к нему, Влад пришлет это видео ей, чтобы доказать – он парень нарасхват.

Хороший способ отомстить. Контрольный выстрел.

Влад всегда отвечал ударом на удар – таков его принцип по жизни. И уж конечно последнее слово он предпочитал оставлять за собой.

Пусть ей тоже будет больно. Ему же больно.

Глава 34. Прямой эфир

Последние сутки Рубен находился между небом и землей, между адом и раем. Не спящий и не бодрствующий, в непонятной, необъяснимой прострации. Валялся в своей постели после убийственного трудового дня, крутя в руках телефон. Специально загонял себя и в офисе, и в тренажерном зале. А толку-то? Уснуть, похоже, опять не удастся.

Один.

Опять…

Он не мог прекратить о ней думать, и заменить ее никем не мог – как такую заменишь? Никакую другую девушку не хотелось. Перед глазами только Жасмин… Продолжала стоять перед ним голая и мокрая, с дерзко торчащими сосками и испуганными глазами. Один бог знает, чего ему стоило тогда от нее уйти, отпустить.

Она же его! Как она этого не понимала? Рубен никого другого к ней не подпустит!

Будь его воля – он бы заставил Жасмин встать на пьедестал и сутками бы ею любовался. Как же сильно ему хотелось рассмотреть ее во всех деталях, не говоря уже о том, чтобы тщательнейшим образом изучить роскошное тело девчонки ругами и губами.

Мало что было в этом мире, чего он не согласился бы сделать ради заветной цели. Жасмин достаточно только попросить, но вместо просьб он снова и снова слышал от нее лишь посыл на три веселых буквы.

Рубен решительно не знал, как к ней подступиться. Испробовал всё и не понимал, почему она до сих пор его от себя отпихивала, почему считала бесчувственным козлом, нарциссом.

Не такой уж он и эгоист! Эгоисты ведь только о себе пекутся, а Рубена вот Жасмин волновала. Уже не эгоист, получается, так? Неужели эта маленькая нервометательница и вправду не разглядела, как сильно ему нужна? Как сильно он хотел с ней контакта?

Не представлял, что можно сделать, чтобы хоть немного подняться в ее глазах. Как реабилитироваться? Никогда раньше ему не приходилось делать ничего подобного.

Рубен изучил ее «Инстаграм» вдоль и поперек. Перечитал все посты – а было их без малого пятьсот сорок штук. Успел отчаяться найти в нем что-то полезное, но уже жить не мог без ее фотографий. Если раз по десять в час не посмотрит на ее совершенное личико, прям больным себя чувствовал.

Почему Жасмин так уперлась по поводу него? Если судить по ее постам, продолжала вести вполне нормальный образ жизни, как и раньше ежедневно выкладывала свежие фото, делилась позитивом с кем угодно, но не с ним. Почему не с ним? И почему к этой женщине не прилагалась инструкция?

Рубен в очередной раз за последний час открыл «Инстаграм». И вдруг замер, увидев, что аватарка Жасмин вдруг загорелась сообщением о том, что она начала прямой эфир. Такого за все эти дни ни разу не случалось, какой шикарный подарок – живая злючка.

Не ожидал, не ожидал.

У Рубена от волнения аж лоб вспотел. Он тут же нажал на включение и замер, забыл, как дышать, любуясь ставшим уже таким родным лицом.

Плевать, что этой ночью она и близко на свои фото не похожа – волосы стянуты назад, на лице ни грамма косметики, под глазами синяки… А вместо ставших уже такими привычными ему красных платьев, в которых обычно фотографировалась или снималась на видео, невзрачная серая футболка. Рубену каждая ее черта казалась родной и милой, да что там, каждый непослушный волосок стал ему дорог, каждое движение головы.

Он буквально прирос к экрану мобильного, впитывая мельчайшие детали.

Жасмин сидела на ковре, поджав под себя ноги, и молча смотрела в камеру. Взгляд ее был тяжелый, напряженный, как будто решалась на что-то. А потом она заговорила.

Рубен даже поначалу не вслушивался в слова, просто наслаждался звуком ее голоса, а когда всё же прислушался, у него зашевелились на затылке волосы.

-… Я больше не буду притворяться, что всё в порядке, - вдруг сказал она. - Ничего не в порядке и уже вряд ли будет. Три недели назад со мной случилось… в общем, случилось. Не буду рассказывать, что именно, это никого не касается. Но событие вывернуло меня на изнанку, я больше не я. Меня нет.

И тут она всхлипнула. Надрывно так, горько, будто у нее внутри зияла рана размером с великий каньон.

Кое-как отдышавшись она продолжила:

- Я пропала… Я… Да пошло оно всё! – лицо Жасмин вдруг сделалось решительным, а слова вылетали пулеметной очередью: – Я очень старалась за эти недели как-то собрать себя в кучу, оклематься, но у меня не получилось. Кем была Жасмин? Жизнерадостной, веселой девушкой, бьюти блогером, который писал о красоте. Я болела этим делом, жила им. Но Жасмин больше нет, простите. Не могу и не хочу писать о красоте этого мира, потому что для меня он стал уродлив. Я спряталась от него, сбежала, но вчера один… человек, - на этом слове она сделала особый упор, - настойчиво дал понять – нет на этой земле такого места, куда я смогла бы надежно спрятаться. Это паршивое чувство – знать, что для тебя нет укромного уголка. Надеюсь, вы никогда его не испытаете.

Тут она запнулась. Уставилась на собственный маникюр, тяжело вздохнула и продолжила:

- Господи, о чем я… Вам это всё ахинеей покажется. Я хотела молча удалить аккаунт, но потом подумала, что уходить не прощаясь невежливо. Поэтому я вышла сказать завершающее слово. Это мой последний эфир. Раньше я в конце всегда желала вам - живите красиво… А теперь скажу – живите безопасно.

В ту же секунду всё пропало. Эфир не сохранился, исчез, а вскоре исчез и сам аккаунт.

- Я свинья… - прошептал Рубен, в полном обалденении глядя на телефон.

Глава 35. В – вина.

- Зачем я к ней вчера полез… - всё продолжал он твердить в пустой экран телефона.

Рубену не нужно было расшифровывать, что за событие случилось с Жасмин три недели назад. Он это событие никогда не забудет - ярчайшее воспоминание за всю его жизнь. Только похоже, что неверно он оценил последствия такого события.

Этой ночью он окончательно понял, что сотворил на той дороге, затащив сопротивляющуюся девушку на заднее сидение машины.

Только теперь, и только после этого эфира до него, наконец, дошло, как ей больно… И причина этой боли он! Не Влад, Рубен собственной персоной.

Не желая того, обидел и продолжил обижать женщину, успевшую стать за последнее время безумно дорогой и нужной. Даже прощения за ту боль не попросил, опьяненный жаждой обладать ею снова. Почему-то убедил себя, что раз ему было приятно, ей тоже должно было хоть от части.

Почему?

Мозг тут же подсказал ответ: да потому что так ему было проще. Оправдать себя в своих же глазах, представить будущее с ней. Хотя о каком будущем могла идти речь, если Жасмин видела его поступок таким?

И вот ему снова за нее больно.

Как тогда в ее квартире, когда поднимал избитую с пола, нес к машине скорой помощи. Нестерпимо больно, а еще стыдно за собственную слепоту, за низменность желаний. Она из-за него так пострадала, а он… Плевал на ее реакции, шел напролом, лишь бы еще хоть раз ее поиметь.

- Я – законченная свинья…

Маленькая девочка Женя из-за него заперлась в собственной квартире, но он и туда влез! Чтобы уже наверняка довести ее до нервного срыва, наверное. И срыв случился, не мог не случиться. Она пыталась хоть где-то почувствовать себя в безопасности, а Рубен преследовал, подарками задабривал, ей совершенно не нужными. Зачем ей его подарки, когда она из-за него вздохнуть спокойно не могла?

Все эти недели он думал лишь о Жасмин, жил ее постами, улыбками с фото, мыслями. Успел привыкнуть к идее, что еще немного и эта солнечная девушка станет его. А теперь оказалось – и нет той, солнечной девушки… Она не она. Она пропала.

- Но как же так… а свежие посты? – наконец задался он вопросом.

Полистал фото, сохраненные на телефон, вспомнил триста раз читаные перечитанные посты прошлых недель и вдруг понял – Жасмин не в последние дни их написала, они старые. Ведь и фотографии не свежие. У нее же лицо было разбито, она не фотографировалась эти дни, а посты появлялись в ее аккаунте раз в сутки примерно в одно и то же время. Наверняка напихала их в отложенный постинг, а Рубен радовался, как мальчишка.

Получалось, он вообще не так всё понял. И теперь из-за его недогляда и невнимательности той части личности Жени, которая ему так понравилось, больше нет. И он никогда не узнает, каково бы было встречаться с Жасмин прежней – жизнерадостной девочкой, любящей приключения. По его милости от нее остался лишь каркас, а душу он вытряс. В собственном «Гелендвагене», пока имел ее на заднем сидение, пристегнутую наручниками к двери.

Еще никогда Рубен не чувствовал себя так паршиво.

«Кстати, а на что она вообще жить собралась?» - вдруг посетила его новая мысль.

Он давно успел вызнать всю подноготную Евгении Новиковой и доподлинно знал, что та жила с денег за рекламу, которую давала в своем блоге. Также знал про наличие у нее ипотеки и кредита на машину. Даже выяснил, какие суммы она ежемесячно переводила на карточку сестры или тратила на продукты, одежду. Если хорошенько заплатить, можно раздобыть практически любые сведения, и он не поскупился.

Кстати, последние траты с карточки Жасмин были совершенно мизерными, да и осталось на ее счету всего чуть. По меркам Рубена – полный ноль, хотя кто-то, наверное, мог протянуть на эти деньги пару-тройку недель.

Значит, пока он ее шубами закидывал, Женя вполне вероятно вообще голодала! И всё опять-таки из-за него. Эта мысль обожгла изнутри, заставила чувствовать себя еще гаже.

Еле дождавшись утра, Рубен первым делом принялся звонить своему финансисту.

Глава 36. Новая жизнь

Настойчивый звонок в дверь вывел Женю из компьютерной нирваны.

Очнувшись после многочасового сидения за изучением обучающих материалов, она потянулась и пошла открывать дверь.

На пороге оказалась Лиза.

- Привет, давненько тебя не видела, - поприветствовала Женя сестру.

Та приветливости не разделила, прошла в квартиру и сразу начала шипеть:

- Жас, ты вообще с катушек слетела? Какого черта ты вчера вытворила?

- В каком смысле? – удивилась та.

Лиза зашла в гостиную, обозрела творившийся там бардак: обилие оберток от шоколадных конфет на столе, целых три кружки с недопитым кофе, плед на стуле.

- Чем ты тут занималась? – фыркнула она, глядя на сестру.

Но только было Женя собиралась ответить, как Лиза ее перебила:

- Какого лешего ты на всю инсту стала трепать о том происшествии? Зачем аккаунт удалила? Совсем сбрендила? Жас, ты как жить собралась? На что?!

И тут Женя резко начала жалеть, что вообще открыла дверь, а не сделала вид, что ее не было дома.

- Спасибо за поддержку! – буркнула и показала на дверь: - С таким настроем я тебя более тут не задерживаю.

- Ну что ты сразу обижаешься? – нахмурилась сестра и показательно плюхнулась на диван. – Еще конфеты есть? Или все схомячила?

Женя усмехнулась и отправилась на кухню, наполнила вазочку шоколадными батончиками, на которые со вчерашнего дня крепко подсела.

Пока Женя заваривала чай, Лиза пришла на кухню и устроилась за столом в углу. Стала буравить сестру как никогда хмурым взглядом. Вскоре перед ней не поставили вазочку с угощением и кружку ароматного черного чая, но даже это ее не порадовало.

- В общем так, - вздохнула Женя, усаживаясь напротив. – Я решила в корне поменять свою жизнь, начала с работы. Блогерство – это, конечно, хорошо, но это далеко не единственная вещь, которую я могу делать. Я умею писать интересные посты практически на любую тему, потом могу заниматься продвижением, вопросами нейминга, логотипа, шапкой профиля для тех, кто хочет развиваться в «Инстаграме». Я в этом спец и уверена, есть масса людей, которым моя помощь пригодилась бы. Потом я могла бы заняться консультированием, а еще таргетингом. Вот как раз сегодня ночью начала изучать вопрос. Есть масса интереснейших материалов…

Пока она всё это вываливала на сестру, та методично уничтожала содержимое вазочки. И вот конфет в ней уже не осталось, зато рядом образовалась целая горка фантиков.

- Объясни мне, пожалуйста, а на что ты собираешься жить, пока будешь учиться этому самому таргетингу? – Лиза произнесла последнее слово с таким пренебрежением, будто это самое страшное ругательство в мире.

- О, с этим проблем нет… Я перебрала свой гардероб и обнаружила там гору вещей, которые можно продать. У меня остались кучи платьев после рекламы. К тому же драгоценности! Их не так много, но они есть. Потом сноуборд, и без айпада я пока тоже вполне проживу. Полгода могу себе позволить ни копеечки не зарабатывать, а со временем раскручусь, обрасту клиентами. Хорошие таретологи и smm-менеджеры на вес золота.

- А что всё это время буду делать я?! – охнула Лиза.

- А что ты? – удивилась Женя. – Мы тебе заплатили за год учебы, за общежитие тоже. И одежды у тебя новой навалом, - она красноречиво оглядела новенькое белое платье-футляр, в котором сестра пришла. - На еду как-нибудь заработай в кафе, ты же вроде подрабатывала официанткой, так?

- Но там платят гроши, Жасмин! – охнула Лиза и уперла руки в боки.

Сестра моментально ощетинилась.

- Не называй меня так больше, - покачала головой она.

- Как так? – поначалу не поняла Лиза.

- Жасмин умерла вчера вместе с инстаграмовским аккаунтом. Отныне я для тебя и других Евгения Новикова и не кто другой. Прошлой меня больше нет, есть только настоящая.

Она выпрямилась, расправила плечи и облокотилась о спинку стула.

Да, может быть, новая Женя и не такая гламурная штучка, как раньше. Одеваться теперь будет попроще – джинсы, футболки, минимум косметики опять же. Но жизнь ведь состоит не только из дорогих шмоток и аксессуаров.

- У тебя после того изнасилования совсем крышу сорвало… - заохала сестра.

- Э, нет, Лиза, меня не насиловали! Это Жасмин изнасиловали, а не Евгению Новикову, ясно тебе? Я так решила, выброшу это из головы и буду жить дальше нормальной, полноценной жизнью!

Но сестра не желала понять ее резонов. Отхлебнула чаю и продолжила убеждать:

- Женя, ты сейчас делаешь глупость! Прекращай дурить, восстанови свой аккаунт и веди его дальше…

- Я не могу больше вести его как прежде, много раз садилась, пробовала писать посты, но ничего не получалось. Меня воротит от этой косметики, одежды разной, там же основная тема – как бы себя сексуальней преподать.

- Жень, сделай как все взрослые девочки, найми копирайтера, - покачала головой Лиза. - Пусть пишет для тебя статьи! Будешь только мордашкой светить и все…

- Я не хочу, чтобы кто-то писал за меня статьи. И тем более мне сейчас поперек горла будет снова светить лицом, ходить на фотосессии, снимать видео, я больше не хочу такого внимания, как ты не поймешь? Как только я удалила аккаунт и решила сменить сферу деятельности, мне даже дышать легче стало, я себя живой почувствовала, понимаешь?

- Ой, подумаешь, как сложно накраситься и попозировать для фото! Прекрати дурить!

Женя глубоко вздохнула, сморщила губы, прищурилась. А потом выдала уверенным голосом:

- Сисьтер, ты знаешь, я люблю тебя. Но сейчас прошу, свали со своими советами в туман!

Глава 37. Смелая девочка Женя

На самом деле Женя больше хорохорилась перед сестрой. С деньгами было совсем не так хорошо, как она расписывала. Просто ей не хотелось слушать рассуждения Лизы на тему того, что она просто обязана вернуться в бравые ряды бьютиблогеров.

Однако если попробовать приостановить выплаты за машину и квартиру… хоть ненадолго получить отсрочку – месяц, два, и она бы потом как-то выкрутилась.

«Люди ведь как-то умудряются отсрочивать выплаты, так?» - задалась она вопросом.

Иногда банки идут навстречу, когда люди болеют или теряют работу, верно? Почему бы ей не попробовать? Это очень помогло бы, и она спокойней погрузилась бы в новое дело, зная, что ей не будут трезвонить из-за долгов.

Решилась. Поудобней уселась за столом перед ноутбуком, и набрала номер банка, где брала ипотеку, и после положенной череды манипуляций с набором разных цифр, переключилась на менеджера. Подробно объяснила ему, чего хотела. Стала ждать с замиранием сердца, что скажет или посоветует сделать. А менеджер вместо этого поведал ей о том, что оказывается ее ипотека и кредит за машину… выплачены еще вчера.

- Этого не может быть… - зашептала Женя.

Однако ее уверили, что ничего она больше банку не должна и могла жить припеваючи.

- Рубен Булатов! – тут же дошло до нее, кто мог закрыть долг.

Желание сказать «благодетелю» пару ласковых аж обжигало изнутри.

Женя вспомнила, что он не один десяток раз пытался связаться с ней раньше самыми разными способами. В том числе часто звонил с чужих номеров и писал смс. Она замучилась блокировать ему доступ. Однако сегодня разблокировала и позвонила сама на самый первый номер, с которого от него пришло сообщение. Справедливо решила, что именно он и будет личным номером Рубена.

- Алло, - ответил он почти сразу.

Она не стала утруждать себя вежливостью и зашипела в трубку:

- Булатов, засунь себе свои подачки в задницу!

- Э-э, привет, - протянул он, немного опешив. – О каких подачках идет речь?

И тут Евгению понесло:

- Ты меня достал, понимаешь? Ты у меня вот где сидишь! Меня от тебя уже трясет вовсю! Почему не оставишь в покое? Ты думал, я не пойму, кто закрыл мою ипотеку и кредит на машину? Как у тебя это вообще получилось без моего ведома?

- Ну… Умею кое-что.

- Я не просила тебя это делать! – закричала она, совершенно не сдерживаясь.

- Иногда мужчина должен что-то сделать без каких-либо просьб.

Такой его ответ очень удивил Женю, но она не сдавалась:

- Мне не нужно, можешь забрать свои деньжищи и…

- Я с первого раза запомнил, что с ними сделать, - перебил он ее. - Засунуть их себе в задницу, верно? Я не такой тупой, с памятью порядок. Но проблема в том, что не поместятся… Если тебе деньги не нужны, отдай на благотворительность и больше меня по таким вопросам не беспокой. Да, кстати, твой счет я тоже сегодня пополнил.

А потом этот мерзавец взял и повесил трубку. Сам!

«Хамло… Купить меня решил?» - фырчала про себя Женя.

Она долго сидела за компьютером, гипнотизировала внезапно свалившуюся на нее внушительную сумму, которая теперь красовалась на ее личном счете. А потом взяла и действительно перевела ее в фонд жертв насилия, для которого устраивала флешмоб в прошлом году.

«Получи фашист гранату, - радовалась про себя. - Хотел, чтобы я потратила деньги на благотворительность, и я это сделала!»

Однако с долгом за квартиру и машину так поступить будет проблематичнее – думалось ей, банку могло не понравится, если долг сначала погасить, а потом потребовать деньги обратно. Ведь могли и не вернуть? Или обязаны были вернуть?

Честно говоря, проверять не сильно хотелось.

«Это что же получается, я теперь никому ничего не должна?» - вдруг дошло до нее.

Каждый, кто тянул лямку под страшным названием «Ипотека», понял бы, какое это великолепное чувство – знать, что она выплачена. Это как ярмо с себя скинуть. Тяжеленное и давно натершее кожу до волдырей.

Чувство освобождения было очень приятным.

Да, теперь Женя никому ничего не должна… кроме разве что Рубена Булатова. И что он потребует взамен за свою щедрость?

Рубен уже третий день подряд наблюдал за тем, как Женя проходила по коридору фитнес-центра в сторону зала, где обучали искусству самообороны.

«Почему именно самообороны? Она что всерьез не замечает, что ее охраняют практически круглосуточно? Да на нее комар побоится косо посмотреть!» - хмыкал Рубен про себя.

Хотя он вообще в принципе был рад, что она куда-то выходила.

Когда ему впервые сказали – пошла в магазин, он расцвел улыбкой до ушей, хоть завязочки ему на эту улыбку пришей.

Закончила с затворничеством, стала куда-то выбираться. Значит, отходила? Вроде бы даже какую-то активную трудовую деятельность развила. Позже Рубен узнал, что она записалась на курсы самообороны и теперь следил издали за своей обожаемой злючкой. Видеть ее вживую оказалось ни с чем не сравнимым удовольствием.

Понимал – это сталкерство чистой воды. Но ничего с собой поделать не мог. Хоть какой-то контакт с ней, любой контакт – это в разы лучше, чем ничего.

И вот сегодня дождался, когда она освободится, и подловил, прямо возле раздевалки. Сам не понял зачем решил подойти, но отступать было поздно, да и не в его правилах.

Рубен вырос у Жени на пути, когда она вышла в коридор фитнес-центра:

- Привет, - протянул, всматриваясь в дорогое лицо.

- Ой… - вздрогнула она.

- Не дрожи, пожалуйста! – взмолился Рубен. - Я ничего тебе не сделаю, обещаю.

- Если ты пришел что-то требовать за свою непрошенную щедрость, то…

- Пришел, и буду требовать! – выпалил Рубен, строго прищурившись.

Женя вытаращила на него свои карие глазищи, а ему стало жутко обидно, что за его совершенно бескорыстный поступок она даже спасибо сказать не пожелала. Больше того, подозревала во всех смертных грехах разом.

- Выпей со мной кофе, пожалуйста! – вдруг выдал он неожиданно даже для самого себя.

- Что? – не поняла Женя.

- Выпей со мной кофе, и я приму это в качестве спасибо за то, что помог тебе с ипотекой… Выгодная сделка, как думаешь?

Ему показалось, или она попыталась улыбнуться?

- Булатов, ты всех девушек так на кофе приглашаешь? – спросила тихонько.

- Нет, я вообще с девушками обычно кофе не пью. Только с тобой, – зачем-то признался.

- Шутишь? – нахмурила лоб Женя.

- Нет, - помотал он головой.

И ведь правду сказал – ни с кем, кроме очаровательной Жасмин ему пить кофе, общаться, да еще и в одежде, не хотелось.

- Жасмин, пожалуйста, просто выпей со мной кофе! Больше ни о чем не прошу… Пятнадцать минут…

И тут он нарвался на ее грозный взгляд.

- Ну… во-первых, не называй меня так, пожалуйста. Я больше не Жасмин, просто Женя, ладно? – вдруг заявила она.

- Как скажешь… а во-вторых?

- Что во-вторых? – спросила она.

- Ну… ты сказала «во-первых», значит, должно быть что-то и во вторых, верно?

- Во-вторых, один кофе и всё, ты меня отпускаешь, и я тебе ничего не должна! – заявила она очень строгим голосом.

- Конечно, - кивнул Рубен. – Пойдем? Тут есть милая кофейня…

И вот они уже сидели в зале кафе неподалеку, и Женя выбирала для себя напиток. А Рубен просто млел от счастья из-за того, что она сидела рядом.

Сделали заказ, а потом его прекрасная злючка даже начала что-то вроде светской беседы о теплой погоде. С ним! О погоде! Этим довела Рубена чуть ли не до предоргазменного состояния.

«Неужели мы сидим и мирно беседуем? Это вообще происходит на самом деле или мне только кажется?» - Рубен не верил собственному счастью.

- Можно, я тебя пирожным угощу? – спросил с придыханием.

- Если только вкусным, - усмехнулась Женя.

- Женечка, я хочу, чтобы ты знала – ты можешь обратиться ко мне с любой просьбой. Что бы ты ни захотела, если это будет в моих силах, я всё для тебя сделаю. Проси, что хочешь…

На это его прекрасная злючка лишь улыбнулась. Не будет она ничего просить.

И тогда Рубен взмолился сам:

- Попроси хоть что-нибудь… Что угодно, Женя!

- Я действительно кое-о-чем хочу тебя попросить, - проговорила она, допивая кофе. - Прекрати меня преследовать, - на этом она встала из-за стола. – И провожать меня не нужно.

Рубен с плотоядным выражением лица наблюдал за тем, как она уходила из зала кафе. Понять не мог, как она могла выглядеть так элегантно в простых джинсах и кроссовках? Она казалась ему прекрасной в любой одежде, с любой прической.

Да, это официально, Евгения Новикова - его личный источник кайфа.

«Я влюбился что ли? - вдруг дошло до него. – Вот так да…»

Врюхался, втюрился, вляпался. И что ему теперь с этим делать?

Глава 38. Любишь кататься? Люби и саночки возить

Влад искренне наслаждался губами Лизы. Что-что, а данные у девочки хороши – губы мягкие, нежные, чувственные. Причем и те, что на лице, и те, что между ног. Ему нравилось совать член в оба отверстия. Он частенько кончал ей в рот после того, как качественно трахал в классическом стиле. Буквально тащился от того, что Лиза не могла контролировать своих оргазмов, достигала пика быстро и громко, тесно сжимала его внутри. То, что доктор прописал в период «оттаивания» после того, как тебя бросила любовь всей жизни.

Ну ничего, он еще за себя отомстит.

Влад не сомневался, что сумеет помириться с Жасмин, а после того, как это произойдет, он научит нахалку уму-разуму, покажет ей, что кидать его – себе дороже. А потом, когда милая плутовка образумится, поймет, как ужасно с ним поступила, раскается, он на ней женится и увезет в какую-нибудь теплую страну.

Однако этим вечером он собирался получить все тридцать три удовольствия от Жасмин-заменителя, как он обозвал Лизу про себя. Заодно, наконец, объяснит дорогой будущей свояченице, чего от нее вообще ждал.

Лиза лежала в его постели голая и уже достаточно влажная, чтобы подмять ее под себя и поиметь, как ему больше всего нравилось. Ее светлая кожа отлично гармонировала с нежно-персиковыми простынями, а каштановые кудри были рассыпаны по подушке.

Влад лег к ней поближе на бок, заставил Лизу повернуться в сторону, собрал ее волосы в кулак. Завладев «рычагом», чтобы направлять голову любовницы в нужном направлении, потянул ее вниз к паху.

- Открой рот, - коротко приказал.

Было забавно знать, что до него Лиза и понятия не имела о том, как надо делать глубокий минет. Он научил ее этому и теперь пользовался плодами, почти ежедневно засовывая ей в рот своего молодца так глубоко, как только мог.

Влад несколько раз с удовольствием всадил член с податливый ротик любовницы. Затем потянул ее наверх, уложил на спину и лег сверху, прижавшись головкой к самому входу в ее сокровенное местечко.

Одной рукой он упирался в матрац, а второй всё еще держал Лизу за волосы.

- У меня к тебе просьба, милая, - прошептал он ей в губы. – Если ты сделаешь для меня кое-что, в долгу не останусь…

- Чего ты хочешь? – спросила Лиза пьяным от предвкушения удовольствия голосом.

- Помоги мне помириться с Жасмин, - теперь он уже не просил, скорее приказывал.

Самое время начать операцию по возвращению сбежавшей невесты. По словам той же Лизы, Жасмин успела триста раз послать Рубена. И тот уже даже прекратил закидывать ее подарками. Крепость не сдалась, а осаждающему надоел бесполезный штурм – всё, как Влад и предсказывал.

- Что?! – охнула Лиза и попыталась из-под него выбраться.

Но разве пятидесятикилограммовая девушка может выбраться из-под девяносто пятикилограммового мужчины, если он не желает ее отпускать? Вот и у Лизы не получилось.

- Ты должна мне помочь, - начал он ее убеждать.

- С чего бы ты этого вообще захотел?! Я думала… точнее, ты сказал, что, что ты со мной…

- Ну что ты, Лизонька, обижаться надумала? Так нечестно. В самом деле, я же с твоей сестрой первой начал встречаться. Видишь ли, чувства… Ты, конечно, прекрасная девушка, но я все-таки однолюб.

Любовница уперлась кулаками ему в грудь и принялась возмущаться:

- Как ты только посмел попросить меня о таком?! Как у тебя язык повернулся в такой момент…

- Слишком много болтаешь, Лиза. И по поводу твоего содействия… Это не просьба ни в коем случае.

- А что это? – охнула она.

- Это приказ, если ты еще не поняла.

- С чего ты решил, что я буду выполнять твои приказы? – простонала она с надрывом.

- Если не поможешь, у меня вряд ли получится помириться с твоей сестрой… а значит, нет смысла держать нашу тайну в секрете.

- Какую тайну? – округлила глаза Лиза и снова попробовала вылезти из-под Влада.

- Лежи и не двигайся, - скомандовал он.

Прижал ее еще крепче, а потом потянулся, взял пульт и включил видео, где он так старательно трахал ее сзади в тот самый первый раз, когда заставил ее кричать. Лиза попыталась отвернуться от экрана, располагающегося справа от кровати, но он заставил смотреть, крепко держа любовницу за волосы.

- Наша с тобой тайна… - прохрипел он ей на ухо. – То, как громко ты кричишь, когда я тебя имею. Да, да, я снял видео на память. Как думаешь, Жасмин понравится? Заговорит она с тобой еще хоть раз, если я пришлю ей это? Мне терять нечего, если не будет шанса с ней помириться, я и вас рассорю. А так все в шоколаде – мы с твоей сестрой поженимся и с тобой останемся в хороших отношениях. Я про тебя не забуду, могу иногда тебе вставлять по-родственному, как тебе идея? Ты мне правда понравилась.

На это Лиза ничего не ответила, лишь смотрела видео широко раскрытыми глазами, даже не мигала при этом.

Влад выключил телевизор и заставил любовницу снова к нему повернуться.

- Тебе ничего такого делать не придется, милая. Просто рассказать Жасмин, что видела меня всего такого грустного-прегрустного. Намекнешь ей, что из-за одного косяка на человеке крест не ставят. Напомнишь, как красиво я за ней ухаживал. А после пары-тройки таких бесед ты поможешь мне устроить с ней случайную встречу. Как тебе план?

Лицо Лизы исказилось от омерзения.

- Я тебе этого не прощу… - зашептала она зло.

- Мне не нужно твое прощение, Лиза, - со смешком ответил он. - Лишь твое послушание. И ты будешь слушаться, иначе пожалеешь.

На этом он с удовольствием дернулся вперед и рывком вошел в нее, вырвав из горла крик. Стал долбить резкими движениями, как ей это нравилось больше всего. Хотел, чтобы максимально сладко кончила, надо же как-то загладить неприятные эмоции после разговора.

Влад встречался с Лизой всего каких-то пару недель, но за это время секса было очень много. Он успел как следует изучить повадки и предпочтения этой девушки, а также то, с каким удовольствием она кончала.

Но вот сегодня, как бы ни изгалялся, сколько бы ни держал под собой, старательно вгоняя в нее член, довести любовницу до оргазма не получилось. Впервые за время их романа.

Впрочем, какая разница? Ему действительно нужно всего лишь ее послушание.

Рыбаку ведь без разницы, как рыба себя чувствует, когда висит на крючке, так?

Глава 39. Почему не я?

Лиза решительно не понимала, что с ней не так.

«Я же моложе! Я же красивее! Я же сообразительнее! В житейском плане так уж точно…» - кричала про себя она, нажимая на кнопку лифта.

Женя со своими принципами и очень многого себя лишала – и удовольствий, и выгод различных, а сколько денег пропустила сквозь пальцы, отказываясь от рекламы товаров, которые ей не слишком нравились…

Но в итоге сестрица каким-то мифическим образом оказывалась в выигрыше. Как так? Почему именно она? У нее золотая звезда на лбу что ли? Отчего же Лиза эту звезду не видела?

Вот и теперь – Женя в фаворе, а ею, Лизой, пренебрегли. Ноги об нее вытерли, потоптались, грязью залили. За что? Она всего-то мечтала о счастье, таком же, как у сестры. И уж она бы его не проворонила, позволив какому-то козлу себя поиметь на дороге. Ей тоже хотелось богатого ухажера, и чтобы пылинки с нее сдувал. Разве она не заслужила?

Думала, впервые в жизни сорвала настоящий джек-пот… А на самом деле с ней поиграли. Так беспринципно жестоко, что она даже плакать не могла. Красивый, богатый мужик, да к тому же любовник умелый – мечта, только обернулось всё почему-то сплошным ночным кошмаром.

Стоило подумать о Владе, как на нее нападал настоящий ступор, она будто замирала не в состоянии сделать ни шагу. Вот и теперь стояла в кабинке лифта, хотя дверь уже давно открылась и успела закрыться.

- Зараза… - буркнула она и снова нажала на кнопку, чтобы открыть дверь.

Не представляла, как сможет выдавить из себя хоть одно хорошее слово о Владе. А ведь если не послушается этого вонючего козла, он рассорит ее с единственным родным человеком.

Лиза теперь уже не знала, чем думала, когда соглашалась на отношения с этим космическим придурком. Как сразу не поняла, что не будет нормальный парень встречаться с сестрой невесты, да еще так скоро? Зачем стала с ним спать?

Гремучая смесь из гадливого презрения к себе и чувства вины по отношению к сестре травила ее изнутри не хуже змеиного яда. Она еле заставила себя постучать в дверь, а на пороге застыла, поскольку сестра открыла ей, держа в руках тест для определения беременности.

Лиза буквально вплыла в квартиру, уставилась на белую полоску.

- Это то, о чем я думаю? – пропищала она на ультразвуке.

- Ага… - протянула Женя с вытянутым выражением лица. – Нежданный подарочек. А я думаю, что я себя чувствую как-то странно… и ведь делала тест несколько недель назад, но он был отрицательный, а теперь вот…

- Ты совсем дурища, Женя? Я же тебе предлагала экстренную таблетку! Ты какого хрена отказалась…

- Замолчи, Лиза, - как никогда строго ответила Женя. – Ребенок не Рубена.

- Что?!

- Я практически уверена, ребенок Влада, у нас презерватив порвался перед самым его отъездом в командировку. По срокам у меня как раз овуляция была. А с Рубеном случилось только через десять дней. Я тогда экстренную контрацепцию именно потому не выпила, что существовала большая вероятность беременности. Не хотела травить плод от любимого человека. Ну а потом вышло, как вышло… Но этот ребенок зачат не в насилии!

«Если она действительно беременна от Влада, они и правда могут помириться…» - вдруг пришло Лизе в голову.

И что? Этот индюк получит Женю, ребенка и счастливо отправится с ними в закат?

Ну… это если индюк узнает, что станет папашей, а так-то он не единственный, кто умеет подкладывать свинью.

Глава 40. Свинья

Лиза сидела в гостиной на лимонно-желтом диване и наблюдала за бегающей из угла в угол сестрой.

Женя не замолкала ни на минуту, всё тараторила и тараторила с каким-то совершенно диким, непонятным выражением лица:

- Когда я поняла, что может быть беременность, испугалась очень. Ну куда мне ребенка в моем-то плачевном положении. Учиться надумала, работы постоянной нет… А потом, знаешь, я подумала – это провидение, счастье!

- Счастье? – Лиза на всякий случай даже переспросила, с трудом подобрав отвисшую челюсть.

Не укладывалось в ее голове, как можно в положении сестры посчитать ребенка счастьем. Она же не замужем даже. Конечно, где-то глубоко в теории ребенок – это всегда счастье. Но не в современном мире! Скорее уж в прекрасной стране Идеалии, где всё настолько идеально, что никто никогда даже не пукает. Там да, там счастье, чистое, ничем не замутненное. В случае Жени же счастье – прийти наконец в себя.

В понимании Лизы ребенок – это прекрасная возможность заставить мужчину сдувать с тебя пылинки, заботиться, содержать. Но подпускать Влада к беременной сестре – это последнее дело. Он же псих, как выяснилось. По полной программе на голову двинутый.

Женя тем временем продолжала фонтанировать эмоциями, активно размахивая руками:

- Это же просто супер-приз! Знаешь, Лиз, я другого мужика к себе, наверное, еще лет двадцать подпустить не смогу, а ребенка всегда хотела. Вот он есть… Ну здорово же, да?

- Как ты справишься сама? – покачала головой Лиза.

Женя тяжело вздохнула и плюхнулась на кресло рядом с диваном.

- Как-нибудь справлюсь, а что делать? Справляются же как-то другие женщины, матерей одиночек в мире полно. Меня вообще это сейчас не беспокоит, больше волнует, всё ли с малышом в порядке… Мне пришлось немало пережить за последнее время, и питалась я, мягко говоря, не регулярно. Думала, поэтому месячные какие-то невнятные прошли, чуть покапало и всё. А теперь понимаю – не месячные это были вовсе. Лучше бы я еще тогда к врачу побежала. В общем, надо записываться в женскую консультацию.

Лиза на это лишь нахмурилась:

- Мне удивительно, что ты об этом ребенке так беспокоишься, ведь он от такого паршивого человека…

Женя пожала плечами:

- Ну мама же нас любила. А папаша у нас… сама знаешь.

Лиза аж скривилась при упоминании их родителя, которого таковым можно было назвать с большой натяжкой.

- Кроме того, - продолжала Женя, - я ведь уже какое-то время любила этого малыша. После того, как у нас с Владом случился нюанс с разрывом презерватива, я ходила и думала – а вдруг залетела, и каждый раз меня возможность зачать очень радовала… Я, конечно, тогда была дурой наивной, считала Влада чуть ли не эталоном. Но сам факт! И знаешь, теперь я чувствую, что люблю эту малявку ничуть не меньше. Пусть он будет просто мой. Не Влада, а мой.

Лиза тяжело вздохнула, всё же решила подбодрить сестру:

- Ну в принципе сейчас беременность в тренде, попробуй вести мамский блог, я думаю, у тебя всё получится…

- Ну нет! – тут же ощетинилась сестра. – Говорю, не хочу больше выставлять себя напоказ, тем более не хочу выставлять ребенка. Вдруг он окажется похож на Влада? Не дай бог тот еще сложит два плюс два, он-то в курсе, что есть шансы, он же сам мне рассказал про порванный презерватив.

- Жень, я не пойму, что ты так уперлась по поводу «Инстаграма». Ну золотая жила же…

- Лиз, иди домой, а? – вдруг обиделась сестра. – Только настроение портишь.

- А я что? Я ничего! – тут же надулась она и подскочила с дивана. – Ладно, если что звякай. В поликлинику вместе сходить или купить чего. Я готова оказывать посильную помощь.

На этом она и вправду распрощалась с сестрой.

Выйдя из ее подъезда, еще долго сидела неподалеку на лавочке в беседке. Сентябрьский ветерок ласкал лицо, но Лиза его нежности не замечала. Думала свои серьезные думы: как быть? Что делать? Как лучше поступить?

Потом в голове всё как-то прояснилось, сложилось два плюс два.

Решившись, Лиза достала телефон и набрала ненавистный номер.

- Алло, - проговорила надменным голосом.

- Привет Лизонька, - тут же ответил Влад, - ну как ты там? Как успехи? Сходила к сестричке в гости? Как Жасмин?

От его приторного тона у Лизы аж челюсти свело.

Как? Ну как она могла считать его привлекательным? Что за волшебная штора ей глаза закрыла?

- К сестре ходила. У меня для тебя новости, Влад.

- Какие? Слушаю тебя очень внимательно, - ответил он, крайне воодушевленный новой информацией.

- Она беременна.

- Что?! – гаркнул он в трубку внезапно севшим голосом.

- От Рубена, так что тебе с ней точно ничего не светит. Отстать от нее! – проговорила она на одном дыхании. И почти сразу добавила: - От меня тоже отстань!

Часть 3. Новое начало

Глава 41. Серая полоса

«Вот оно? Свершилось? Белая полоса?» - задавалась вопросами Женя, рисуя на альбомном листе карандашом план своей квартиры.

Сидела на своем любимом лимонно-желтом диване, да всё судила, рядила, куда будет расставлять детские штучки. В бытность своего бьюти блогерства она имела дело с огромным количеством девушек-коллег, которые входили замуж, беременели, заводили аккаунты в «Инстаграм», посвященные материнству. Дружила с ними, лайкала их посты и даже читала. Поэтому знала, что современному ребенку нужно… и дальше шел список из тысячи и одной вещи без которой ну совершенно, никак, абсолютно ни при каких обстоятельствах нельзя обойтись.

Люлька, кроватка, комод, пеленальный столик, ящик для игрушек, коробки памперсов, полка для пеленок и так далее, и тому подобное, и потому же месту.

- Куда я это всё помещу? – это был ее первый вопрос.

Женя отложила альбом с карандашом, принялась мерить гостиную нервными шагами.

Походив, подумав, поискав варианты, она задалась вторым:

- Как я все это детское приданое оплачу?

Она же только начала учиться таргетингу, ей еще предстояло оплатить курсы. А кроме этого ведь надо было что-то есть, платить за коммуналку, интернет и опять же так далее, тому подобное и потому же месту.

Еще походила, помозговала, задалась третьим вопросом:

- Реально ли нужно всё это детское барахло?

Она помнила детство Лизы. Сестра младше на пять лет, и Женя фактически работала ее бессменной няней. Так вот у Лизы не было никаких развивающих ковриков, ящиков с игрушками, комода. И у нее самой этого добра тоже не было.

Но для собственного ребенка хотелось всего самого лучшего, да побольше.

- Так… выдохни! – приказала она самой себе.

Включила на ноутбуке видео йоги для беременных. Сделала несколько расслабляющих движений, и мир заиграл новыми красками.

Решила, заранее ничего покупать не будет, станет приобретать по мере надобности и возможности. Рановато начала сходить с ума, для этого еще масса времени.

«Я мечтала о ребенке, я ребенка получила. С – справедливость! А остальное как-нибудь решится».

Пусть, будущее материнство началось и близко не так, как мечталось в юности, но всё же свершилось. Женя станет мамочкой, и уже одно это делало ее счастливой. Предпочла концентрироваться на этом.

Сейчас вообще главное – здоровье. Им-то и собралась заниматься в первую очередь.

Жене очень повезло, оказалось, ее гинеколог – отзывчивая личность. Накануне вечером она дала ей подробную консультацию по телефону, успокоила будущую мамочку, сказала, что волноваться о выкидыше не стоит. И что появление небольших кровянистых выделений в самом начале беременности – не такое уж редкое явление. Но на прием ее тут же записала.

Сегодня Жене надлежало идти на консультацию в самый первый раз.

Подруги предупредили – очень важно находиться под наблюдением врача с самого начала. Да и сама Женя была в предвкушении. Интересно же знать, чего ждать, чего опасаться, чему радоваться.

Уже собралась на выход, как вдруг телефон запиликал сообщением.

Женя провела по экрану пальцем, открыла и тут же пожалела. С неизвестного номера ей писали:

«Ты сделаешь аборт».

Не спрашивали, а именно утверждали. Или… приказывали?

Кому ее маленький кроха успел помешать? Ведь еще не родился даже.

Выходить из дома резко расхотелось.

Глава 42. Параллельная реальность

- Если вы хотите записаться на аборт, то я могла бы назначить процедуру уже на завтра… - ошарашила Женю таким предложением гинеколог. – Я бы рекомендовала вам хирургический метод, для медикаментозного уже поздно.

И это был тот самый специалист, который еще вчера успокаивал ее страхи.

Минуту назад женщина в белом халате, с доброй улыбкой и большими карими глазами казалась ей милейшим созданием. Теперь же Жене хотелось отвесить ей оплеуху за подобное предположение. Разве врачи не должны убеждать взволнованных будущих мамочек рожать? Доказывать, что у них всё будет хорошо, что им надо прекратить бояться, а аборт – это вредно?

Женя нервно поерзала на стуле, сжала руки в кулаки и громко возмутилась:

- Почему вы решили, что я хочу избавиться от ребенка? Я не хочу! Я его оставлю.

В голове не укладывалось, как врач могла сделать подобные предположения.

- Но как же? – женщина в белом халате посмотрела на нее настороженно. – Ваш муж звонил в клинику, очень настаивал, что процедура совершенно необходима, что вы хотите срочно избавиться от плода, поскольку он был зачат м-м-м… Ну вы понимаете.

На минуту Жене показалось, будто она в какой-то параллельной реальности, где у нее есть муж, и за нее уже всё решили, постановили, а спросить не посчитали нужным.

- Нет, не понимаю! – свела брови у переносицы она. – Во-первых, я не замужем, а во-вторых, я требую себе другого врача! Мне нужен специалист, который будет слушать пациентов, а не непонятно кого. Как назвался мой якобы муж?

- Эм… Вы не знаете имя своего мужа? – ответила вопросом на вопрос врач, при этом повела бровью.

Это взбесило Женю окончательно.

- Идите вы куда подальше! Сумасшедший дом!

С этими словами она подскочила со стула и пулей вылетела из кабинета.

Хотела было выразить свое возмущение в регистратуре, но потом решила – смысла в скандале нет, лучше поберечь нервы. Слава богу, это не единственная клиника в Краснодаре, она найдет себе другую, а сюда больше никогда не вернется.

С этими мыслями она побежала домой.

День выдался на редкость странный. Неприятности сыпались на Женю одна другой мерзопакостнее.

Зайдя в подъезд, Женя решила проверить почту и вдруг обнаружила, что замочек на ящик вскрыт, а внутри…

- Фу, какая гадость! – аж подпрыгнула на месте она, обнаружив крыло птицы.

Кажется, когда-то принадлежало голубю, хотя Женя была и не уверена.

«Зачем кому-то класть подобное в мой ящик?! И что за мужик звонил в клинику? » - заохала она и очень пожалела, что не жила в элитном доме, где в каждом подъезде стояло по камере. Дико захотелось отловить шутника-злодея. Она не представляла, что должно было быть у человека в голове, чтобы сотворить такое.

Придя домой, Женя очень постаралась выкинуть из головы воспоминание о «подарочке». Вскоре в дверь позвонили, и она увидела в глазок курьера, доставлявшего ей продукты.  Открыла, взяла пакеты, дала чаевые. И лишь на кухне поняла, что продукцию ей принесли просроченную. Причем не один-два товара, а буквально всё. Подгнившие яблоки, просроченные йогурты, яйца трехмесячной давности, непонятно, где только взятые, явно скисшее молоко.

- Что за чертовщина такая… - сокрушалась Женя.

А еще через несколько минут в дверь снова позвонили.

Она поспешила открыть, думая, что, возможно, это курьер – одумался и принес ей свежие продукты в купе с извинениями, но нет. За дверью вообще никого не оказалось. На пороге лежала лишь белая коробка, довольно большая к слову.

Женя открыла необычный презент и обомлела, увидев лежавшего там пупса с оторванной головой и надписью на белой рубашке – «Делай аборт, шлюха!»

- Это уже ни в какие ворота! – чуть не разрыдалась она.

Бросила коробку прямо в коридоре и вернулась в квартиру.

И снова она принялась ходить по гостиной из угла в угол, всё спрашивала себя – кто мог сотворить все эти гадости? Кому это могло понадобиться? Совершенно очевидно, что ее жестоко троллили, пытались вывести из себя. Но кто и для чего?

«Кто это всё может делать?!» - сверлила голову мысль.

Сколько бы она себя не спрашивала, ответ приходил всегда один - Влад! Единственный двуличный псих, которого она знала – бывший жених.

Может быть, она и правда попала в какую-то параллельную вселенную, живущую по своим законам?

Всё же решила не сидеть сложа руки, а хоть попытаться выяснить, он ли это.

Номер Влада она давно заблокировала, и вот поняла – настал момент разблокировать. Сначала думала написать, но уже через секунду пальцы сами нажали на звонок.

Влад почти сразу взял трубку.

- Что тебе от меня надо?! – прокричала она, даже не пытаясь себя контролировать.

Зато его голос был образцово приветливым:

- Жасминка моя милая, я так рад, что ты позвонила! Но что за тон? Что с тобой случилось? Скажи мне!

Женя проигнорировала тот факт, что он назвал ее более не существующим именем. Вдруг подумала – может быть, и правда не он? Слишком невозмутимый голос. Да и откуда бы Владу знать, что она беременна?

Да, ее без сомнения троллили, но бывший ли жених всему виной? Это очень вряд ли, ведь после того, как она вышвырнула подаренный им I-phone в окно, он оставил ее в покое. Нет у него мотива.

- Жас? Что случилось? Не молчи, пожалуйста! – слышался в трубке его обеспокоенный голос.

- Извини, я, наверное, зря тебе позвонила, - на этом она отключилась.

Общаться с ним не было никакого желания, и она тут же пожалела, что совершила такой импульсивный поступок.

«Кто вообще знал о моей беременности? Так, Лиза вне подозрений. Еще я перекинулась несколькими сообщениями с мамочками на форуме. Может кто-то из них? Но, боже, зачем? К тому же в это замешан какой-то мужчина».

Ход ее мыслей прервало сообщение от Влада, вот уж кто времени зря не терял: «Милая моя, дорогая женщина! Я знаю, ты меня не простила и не простишь за тот ужасный поступок. Я тысячу раз прошу прощения и знаю – не достоин. Поэтому ты меня и бросила. Но также хочу, чтобы ты знала, я на всё для тебя готов. Если у тебя что-то случилось, дай помочь! Дай успокоить… Я ничего не попрошу взамен. Обещаю! Люблю…»

- Вот так да, позвонила на свою голову, - фыркнула она и спрятала телефон в карман.

А в дверь меж тем снова позвонили.

- Какой-то дурдом! – охнула она и пошла смотреть в глазок.

Но на пороге оказалась всего лишь Лиза.

- Привет, сестричка, я была неподалеку, дай, думаю, зайду, проведаю. Как будущая мамочка?

- Фигово… - пропыхтела Женя, отправляясь на кухню.

Лиза прошла следом.

Привычно оглядела стол в поисках вкусностей, увидела гнилые яблоки и скривила нос:

- Жень, ты когда в последний раз ходила за продуктами? Ты ешь вообще?

Она тут же вспомнила про курьера и зря потраченные на продукты деньги, непроизвольно скривилась.

Тут телефон пиликнул новым сообщением.

«Ты можешь звонить мне в любое время. Позволь быть твоим слугой, твоим посыльным, твоим защитником. Я ковриком перед твоей дверью быть готов!» - писал Влад.

- О боже, - простонала Женя.

- Кто тебе написывает? – насторожилась Лиза.

- Да Влад.

- Только не говори, что ты общаешься с этим уродом!

- Я не общаюсь, просто так вышло…

И Женя объяснила сестре, что с ней случилось во всех красках.

- Это он! – тут же взвизгнула сестра.

- Лиз, как это может быть? Я ведь не говорила ему о беременности. А сам он никак не мог узнать, если только не научился читать мысли на расстоянии.

- Я ему сказала! – вдруг выпалила Лиза и замерла с круглыми глазами.

Глава 43. Секрет Лизы

- Что ты такое говоришь? – Женя встала посредине кухни, уставилась на сидевшую возле стола сестру.

- Прости… - промямлила Лиза.

- Зачем ты ему сказала?! – чуть не подпрыгнула на месте от возмущения она.

- Я просто хотела, чтобы Влад отстал от тебя…

- Но он ведь отстал, разве нет? Он вообще никак не проявлялся после визита в клинику.

- Ты ошибаешься, Жень! – покачала головой Лиза. - Он только и мечтает, как бы заполучить тебя обратно, интриги плетет... Но я не говорила Владу, что он отец твоего ребенка, сказала, что отец Рубен Булатов! Я так сделала всего лишь чтобы защитить. Он одержим тобой.

Новикова-старшая выставила вперед руки и хмуро спросила:

- Тебе-то откуда знать? Как вы вообще столкнулась с Владом? Можешь толком объяснить?

И тут Женя заметила, как у сестры задрожали губы, а глаза распахнулись слишком широко.

- Что ты натворила? – спросила она строго.

- Натворила, - всхлипнула Лиза. – Я не собиралась говорить, но… меня это ужасно мучает, чувствую себя последней дрянью. Я спала с ним, Жень.

- С кем? – охнула она. – С Рубеном?

- Да нет же, с Владом!

Женя застыла, как будто обухом по голове прибитая, громко сглотнула и спросила:

- Когда?

И тут Лиза принялась каяться по полной программе:

- После того, как вы расстались, он стал подкатывать. Такой жалкий был – мол без вины виноватый, и так далее. Комплименты говорил, мол я такая красивая, и если бы он меня раньше увидел, чем тебя, то возможно, со мной бы стал встречаться. Мне польстило. Глупо, знаю! Тупость откровенная, а я как последняя идиотка повелась. Так хотелось почувствовать себя любимой… Но Женя, я потом поняла, как неправа оказалась. Он же натуральный сумасшедший, он на тебе повернут! Угрожал, если не помогу ему с тобой помириться, то покажет тебе видео, где мы с ним… Хотел, чтобы я про него всякие хорошие вещи тебе говорила, и это после того, как мы по семь раз на неделю копировали в спальне кроликов, прикинь?

- За что ты так со мной? – резко перебила ее Женя. - Почему ты меня так ненавидишь, Лиза?

Сестра захлопала ресницами, громко вздохнула:

- Я не ненавижу тебя… Жас, я…

- Я не Жасмин больше! – взъярилась та. - Я давно вижу это в тебе, ты буквально зеленая от зависти, сестричка. Ты моя самая близкая. В то же время бешенными глазами порой смотришь, каждую мою копейку считаешь, в тебе чувства сострадания как будто нет совсем. Готова лечь под козла, который меня избил, лишь бы получить что-то, что было у меня, а заодно сделать больно. За что ты меня так ненавидишь и завидуешь, Лиза?

Она смотрела в перекошенное лицо Лизы и ее аж трясло от переполняющих душу эмоций.

А сестра вдруг вскинула голову и закричала:

- Ты уехала, а я осталась!

- Куда уехала? – поначалу даже не поняла Женя.

- Из дома! Ты уехала, а я осталась с ним… с этим ублюдочным животным, которое нас зачало. Ты понятия не имеешь, через что, мне пришлось пройти!

- Господи, Лиза… Отец сделал тебе что-то плохое или его дружки? Тебя изнасиловали?

- Нет, меня не насиловали… Но только потому, что я почти каждую ночь сбегала и ночевала непонятно где, лишь бы не дома. Эта вечно пьяная рвань, которую ты назвала отцом, гонялся за мной каждый день, чтобы я отдавала ему деньги, которые ты присылала, а я не отдавала, и он меня за это за малым не прибил! Как ты вообще могла уехать и оставить меня с ним одну? Как ты могла… Ты даже примерно не представляешь, сколько скандалов у нас случилось из-за тебя! Я целых пять бесконечных лет терпела ад. Ты должна была остаться, пока я не закончу школу, тогда он бы надо мной так не издевался!

- Но если бы я не уехала, не закрепилась в другом городе, не нашла бы работу, как бы мы с тобой жили? На что? Мы бы обе навечно там застряли… И потом, тебе нужно было закончить школу, как бы я тебя забрала несовершеннолетнюю? Я старалась изо всех сил!

- Ты плохо старалась! – крикнула ей в лицо Лиза.

А потом вскочила с места, зашипела коброй, подхватила сумочку и убежала вон из квартиры.

Женя осталась стоять посредине кухни. Смотрела сестре в след и пыталась понять, что сделал не так?

До этого момента она думала, что делала для сестры всё. Первые годы жизни в большом городе она перебивалась с хлеба на воду, жила с тремя девчонками в однокомнатной квартире, потому что денег на что-то лучшее не было. Носила дешевую рвань, зато каждую копейку сестре отсылала. Себе оставляла ровно столько, чтобы выжить. Забрала Лизу, как только та закончила школу.

Она делала всё, что могла. Но для маленькой сестренки этого оказалось недостаточно. Не хватило.

Вот такая она – благодарность, сдобренная ненавистью и старыми обидами.

- Да в конце-то концов, я ее не рожала! Она не моя ответственность!

Заперев за сестрой входную дверь, Женя пошла прямиком в спальню. Вывалила половину содержимого шкафа на кровать, в поисках идеального платья, туфель.

Подумала – в логово льва лучше явиться в полной боевой готовности.

Сделала макияж, прическу, взяла сумочку под цвет и вышла из дома, который так и не стал для нее надежной крепостью.

Глава 44. Нежданная гостья

- Еще кофе, Рубен Русланович? – спросила секретарь и застыла с кофейником в руках возле его стола.

- Можно, - кивнул он, уткнувшись в ноутбук.

Как только секретарь ушла, зажужжал телефон.

Рубен открыл сообщения и увидел ежедневный отчет по самому обожаемому объекту за всю его жизнь. Не то, чтобы следил за кем-то еще… Но если бы даже и так, Женя всегда вне конкуренции.

- Эм… Какого хрена? – ругнулся он, читая информацию о том, что кто-то вскрыл ее почтовый ящик.

Тут же написал следившему за ней телохранителю: «Почему в ее подъезд не вмонтировали камеру?»

«Камера есть, - ответил тот. - Работает в штатном режиме. Но направлена на дверь, а не на почтовые ящики. Исправим оплошность, шеф!»

- Исправят они… долбоящеры.

Рубен выдохнул, снова было принялся изучать документы, как вдруг ожил рабочий телефон.

- Рубен Русланович, к вам посетитель, остановили на проходной.

- Почему остановили?

- Какая-то девушка, ее нет в списке посетителей. Отчего-то решила, что вы ее непременно примете. Вы же велели останавливать посетительниц подобного рода, верно?

О да, и это скорее была вынужденная мера.

До того, как открыл для себя клуб «Малинник», Рубен частенько сталкивался с проблемой под названием «Сюрприз, милый». Это когда барышня, с которой ты познакомился на вечеринке, в клубе или еще где, а потом сладенько ее отымел, вдруг прибывала в его офис в полнейшей уверенности, что у них любовь до гроба. Кстати, девушки частенько являлись в плащах или шубках, а под ними максимум белье. Разного он в жизни повидал.

Ни с какими особами женского пола Рубен сегодня видеться не хотел. Да и вообще никаких пассий из прошлой жизни ему не надо. Ни в шубах, ни без шуб, ни даже без белья.

- Я не принимаю, - отчеканил он. – Объясните это ей, пусть уходит.

- Пытались, она настаивает, но я скажу охране… - вещала секретарь.

Рубену стало любопытно, что за смелая девчонка, посмевшая поспорить с охраной внизу, и попросил:

- Повремени.

Быстро открыл программу, через которую можно было подключиться к любой камере в здании, переключился на проходную и застыл у экрана.

Девушка-то тоже оказалась в плаще. Ярко-красном, длинном. Ох, как бы было здорово, будь она под ним голой, но… Рубен знал – ему так не повезет. Очень вряд ли Женя явилась к нему для того, чтобы продемонстрировать свои прелести.

- Пусть ее пропустят, больше того, лично доведут до моего кабинета! Чтобы ни дай бог не потерялась! – скомандовал в трубку.

Сердце забилось в бешенном ритме, даже ладони вспотели, пока ждал появления своей самой любимой девочки. Ему уже за тридцать, а разволновался будто шестнадцатилетний подросток.

И вроде бы знал – она шла к нему, больше того, ее вели. Следил за приближением по камерам, а всё же к ее появлению оказался не готов. Едва Женя появилась в дверях, галстук вдруг стал нестерпимо давить, а пиджак жарил не хуже пуховика.

Рубен на секунду даже осип от избытка чувств.

Сегодня Женя показалась ему почему-то еще красивее, чем тогда, на дороге. Пышные волосы, идеально красивое лицо, испуганный взгляд широко раскрытых глаз. У него аж дух захватило, пока на нее смотрел.

- Т-ты как здесь? – прохрипел, с трудом откашлявшись.

- Я…

Женя замерла посредине кабинета, любуясь его просторными хоромами, панорамным окном во всю стену.

- Красиво у тебя тут… - проговорила тихонько.

Рубен ее восторгов не разделил, слишком волнительным для него оказался визит любимой девушки.

- От темы не уходи, - сам себе поразился, как строго прозвучали его слова.

Женя будто очнулась, прошла дальше.

- Ты сказал, что я могу просить у тебя что угодно… Ты был серьезен? – вдруг поинтересовалась.

- Конечно, - кивнул Рубен с хмурым выражением лица.

- Спрячь меня…

- В каком смысле?

И тут он заметил, как губы Жени затряслись.

- Я просто хочу хоть немного спокойно пожить! - чуть не плача, проговорила она. – Хоть где-то почувствовать себя в безопасности… Просто исчезнуть. Ты поможешь мне исчезнуть, Рубен? Я понимаю, я прошу о многом.

Наконец он подскочил со своего места, помчался к ней, взял за руку и спросил с чувством:

- Что случилось, Женя?

- Я беременна… - тихо шепнула она.

Рубена от этой новости будто током пробило. Он уставился на нее не верящим взглядом.

- Ты что?.. Это мой? – голос его снова внезапно осип.

- Нет, не твой. Я забеременела от Влада, - покачала головой она, и предвосхищая его вопрос, уточнила: - Это произошло еще до того, как мы с тобой… ну, ты понимаешь.

«Это что же получается? – внезапно дошло до него. – Я изнасиловал беременную девушку? Полный зашквар…»

Он уставился на Женю во все глаза, хотел сказать так много, но ничего так и не смог из себя выдавить. Зато она нашла, что сказать. Вдруг начала вываливать на него информацию об оторванном голубином крыле, пупсе, визите в клинику.

- Я думаю, это Влад меня преследует… И Лиза так думает. Моя сестра, Лиза…

- Я убью этого урода! – зарычал Рубен.

- Не надо, - быстро покачала головой Женя. – Просто спрячь меня, пожалуйста, и всё… ты ведь многое можешь, у тебя куча возможностей. Помоги мне исчезнуть!

- Я сделаю для тебя всё, что хочешь, - тут же уверил ее Рубен.

Всмотрелся в ее испуганное лицо, вспомнил недавний эфир, которым она ему душу вспорола, и решил – Жене вправду не повредит на время исчезнуть. Пусть побудет где-то, где никто и ни за что ее не обидит, где Рубен сможет обеспечить ей самую надежную защиту.

- Как насчет юга Франции, Жень? – предложил он. - У меня там вилла… Правда, в том доме давно никто не живет, место уединенное. Ты будешь в полнейшей безопасности, я тебе обещаю.

- Vive la France!* - наконец улыбнулась ему она.

Ее французское «Р» вышло так профессионально, что Рубен аж рот приоткрыл.

- Ты говоришь по-французски? – нахмурил он брови.

- Конечно, а еще по-английски и по-итальянски, - усмехнулась Женя.

И тут в его памяти всплыло, что ее основное образование – переводчик, читал ведь отчет.

«Точно! Она же у меня по всем фронтам умница».

- Vive la France, милая…

* Vive la France! - Да здравствует Франция! (перевод с французского)

Глава 45. Самое лучшее зрелище в мире

Говорят, люди могут бесконечно смотреть на огонь, воду и то, как работают другие…

У Рубена был свой список вещей, которыми мог любоваться бесконечно:

Водная гладь, когда выходишь на яхте в открытое море.

Подводный мир Карибского моря.

Вид ночного города из панорамного окна собственной квартиры.

Грудь.

Женская, естественно, и чтобы не меньше второго-третьего размера! Он любил на нее смотреть, мять ее, чувствовать, как возбужденные соски щекочут ладони, да что там, пихнуть член между двух пухлых сисек – отличный способ получить быструю и качественную разрядку.

Но всё это ни в какое сравнение не шло с его новым открытием.

Лучший вид на этой земле – спящая Женя!  Не менее возбуждающий, к слову.

Как и прошлой ночью, и ночь до того, Рубен без зазрения совести пробирался к двери гостевой спальни и любовался безмятежным сном любимой женщины. Желтый свет ночника освещал ее лицо, разметавшиеся по подушке кудри. Женя оставалась раскрытой, будто дразнила его аппетитными выпуклостями, выпирающими из шелковой ночной сорочки.

Пока готовились документы для выезда во Францию, он поселил Женю у себя в квартире. Надежнее места для нее не сыскать. Здесь она в безопасности от всех и вся… кроме него, разумеется.

Но как раз он-то ее больше ни за что и не тронет.

Пообещал себе, поклялся даже. Ни-ни.

До сих пор не верилось, что она беременна. Вот, оказывается, зачем ходила в женскую консультацию, о походе в которую ему, естественно, доложили. Рубен тогда подумал – плановый осмотр или еще что, но дорогая женщина преподнесла сюрприз.

Одним лишь фактом, что она уже была беременна в момент их столкновения на дороге, Женя умножила его чувство вины раз в двадцать.

«Мне нет оправдания…» - всё твердил он про себя.

Пусть не знал, что на самом деле насилует, пусть, по ней и близко было не видно, что беременна, пусть она даже сама об этом не знала. Какой у нее был срок? Десять дней? Это не оправдание. Этого поступка Рубен уже никогда не сможет себе простить.

Постарается как-то искупить, позаботится о Жене. Но не простит себе.

Теперь, смотря на нее спящую, такую беззащитную и милую сердцу, Рубен не мог понять, как посмел сделать ей больно. Как вообще можно хотеть сделать ей больно?

Он по-прежнему хотел ее до безумия, до боли в причинном месте. Но совсем по-другому! Не так, как взял на заднем сидении машины. Желал ласкать ее, дарить удовольствие, видеть, как менялось бы ее лицо во время контакта. Мечтал любить ее, думал об этом практически ежедневно, ежечасно. Но вся проблема заключалась в том, что она никогда не ответит ему взаимностью.

Женя не испытывала к Рубену ничего, кроме неприязни, и всему виной он сам. Да, он каким-то чудом умудрился поменять эту неприязнь на банальную вежливость. Она даже улыбалась ему временами, но подспудно всё равно чувствовал – малышка едва терпела его, когда находился в непосредственной близости. И с этим уже ничего не поделать.

Хоть голову об стену разбей, а мил ей не будешь…

Теперь, когда она беременна от другого, путь к ней тем более заказан.

С беременной вообще можно спать? Наверное, можно, люди же как-то это делают. Да, наверняка можно, но не со своим прошлым насильником.

«Удивительная она, ни на кого не похожая. Решила оставить ребенка от такого мудо… Ладно, лучше об этом не думать», - решил Рубен.

В данный период жизни Женя в нем нуждалась, и он насладится каждым моментом. Было приятно хоть что-то для нее значить, хоть ненадолго почувствовать себя нужным.

Рубен как следует позаботится о Жене, даст ей всё, что она попросит, и исчезнет из ее жизни, когда надобность в нем пропадет, как бы больно от этого ни было.

«Ты и сейчас ей сто лет в обед не сдался, если бы не проблемы с Владом», - горько усмехался он.

* * *

Женя прожила в его квартире всего ничего, но для Рубена это стало незабываемым опытом. Когда документы подготовили, он лично отвез ее в аэропорт, но даже близко не думал, что расстаться будет так тяжело.

«Мы не были вместе, я просто ей помогаю!», - убеждал он себя.

Казалось бы, чего проще – помахал рукой в зале отлета, проводил взглядом взлетающий самолет. Но вместе с Женей будто улетела часть его самого.

Возвращаться в пустую квартиру было тошно.

Раньше Рубен любил одиночество, ценил тот факт, что предоставлен сам себе, независим, свободен как птица. Теперь же хотелось выть от тоски.

Он собирался полететь с ней, проследить за тем, как устроится, хотя она и не просила. Дико хотелось еще хоть немного продлить это чувство нужности, пусть и призрачное.

Однако не стал навязываться. Кто он, как не живое напоминание того, что ее жизнь сломана. Им сломана!

Во Франции он ей не нужен, зато пригодится здесь.

Глава 46. Рубен и Лиза

Рубен нашел ее в кафе.

Очень удивился, когда ему доложили, что сестра Жени работала официанткой. Думал, она такой же блогер. Но нет. Лиза сноровисто бегала от столика к столику, разнося заказы.

Такая же гибкая, стройная, как и старшая Новикова. Глаза у сестер очень похожи - яркие, выразительные, черты лица чуть другие, но в целом… Если сделать такой же макияж и одеть – будет вылитая Женя.

Уже одной этой схожестью Лиза умудрилась вызвать в Рубене массу положительных чувств.

Дождавшись, когда младшая Новикова освободится, Рубен подошел, аккуратно попросил:

- Привет, уделишь несколько минут?

Лиза вздрогнула, оглянулась и уставилась на него круглыми глазами.

- Вы кто? – спросила гораздо резче, чем он ожидал услышать.

- Меня зовут Рубен Булатов, но я думаю, ты и так меня узнала, да, Лиза?

Его фото не сложно найти в интернете, про него и его фирму написано огромное количество статей, заметок. Да, малышка определенно была в курсе того, кто перед ней –он четко поймал в ее взгляде момент узнавания.

«Интересно, что ей обо мне говорила Женя?» - вдруг задался вопросом.

- Ч-что вы хотите? – спросила Лиза, сделав шаг назад.

Голос явно испуганный, отчего?

- Лиза, тебе нечего бояться…

Но эта фраза подействовала на младшую Новикову совершенно не так, как Рубен ожидал. Она лишь еще шире распахнула глаза, а потом попятилась назад.

- Да стой ты, не съем, - скомандовал он.

Потом подхватил под руку и чуть не насильно отвел в противоположный зал, где посетителей почти не было. Оставил охранника у двери.

Усадил за пустой столик и проговорил с чувством:

- Я просто хочу разузнать у тебя детали. Женя мне сказала, ты сообщила Владу Стахову, что сестра беременна.

- Н-но зачем вам знать детали этого дела? – она продолжала смотреть на него настороженно.

- Я хочу избавить Женю от этого ублюдка раз и навсегда. Ты поможешь мне? Объяснишь, что между вами было?

Лиза тяжело вздохнула, кивнула и рассказала ему совершенно жуткую историю, от которой у Рубена на затылке начали шевелиться волосы.

«Как можно такое придумать вообще? Трахнуть сестричку, а потом от нее же требовать, чтобы помогла помириться с невестой? Он на голову двинутый!»

Рубен внимательно оглядел Лизу.

Да, красивая девочка, милая и наверняка ласковая в койке. Но вот лично Рубену с ней спать не хотелось совершенно. Наоборот его аж передернуло от такой идеи – будто не сестричку Жени мысленно под себя положил, а собственную, хотя у него никаких сестер не было, только братья – и то троюродные, седьмая вода на киселе.

Кроме того, больно Лизе делать совершенно не хотелось, наоборот поймал себя на мысли, что хочет защитить родственницу любимой женщины, пусть и непутевую.

- Понимаю, мой поступок кажется вам гадким. Не знаю, как могла совершить такую глупость… - тем временем сокрушалась Лиза. – Вы думаете, я - тварь, да?

- Успокойся, ничего такого я не думаю, - покачал он головой.

О, Рубен точно знал, почему Лиза так делала. Она – всего лишь один из множества мотыльков, которые слетались на пламя, которое Влад так хорошо умел разжигать. Заклятый друг гордился искусством красиво ухаживать, знал правильные слова, много практиковался. Недаром Булатов так удивился, когда тот собрался жениться, не думал, что когда-нибудь решит остепениться.

- Не вини себя, Лиза. Ну спали вы, и что? Это не конец света, только впредь держись от таких придурков подальше, договорились?

Он заметил, как сестра Жени дернулась после его слов. Видно, не ожидала услышать что-то подобное. Ее глаза вдруг повлажнели, прямо как у сестры когда-то.

А потом Лиза ему улыбнулась. Без какого-либо кокетства, просто по-доброму. И поблагодарила за понимание. После спросила:

- А где сама Женя? С ней всё в порядке?

О, столько неподдельного интереса он услышал в этом вопросе, столько заботы. Видно, тошно ей без сестры.

- Я ей звонила много раз, но телефон недоступен, - продолжала Лиза.

- Я забрал Женю, - ответил Рубен.

- Что?

Только тут он сообразил, как двояко звучал его ответ, и поспешил исправиться:

- Ты не волнуйся, с ней всё в порядке. Она в безопасном месте, которое мы держим в тайне.

- Можно ей позвонить? Я очень хочу как-то с ней связаться, поговорить…

Рубен покачал головой.

- Она поменяла номер, и раз не посчитала нужным тебе позвонить, значит не хочет выходить на контакт.

- Понятно, - с трясущимися губами ответила Лиза.

И вдруг Рубену стало жаль эту потерянную девочку. Совершенно очевидно, что без сестры ей было очень одиноко.

Он понимал это чувство. Как никто другой, он теперь понимал – как это паршиво жить без Жени. Пусть она ей сестра, а ему любовь. Конечно, разные вещи, но так или иначе страдали оба.

- Лиза, тебе, может, помощь какая нужна?

- Какая? – она свела вместе свои аккуратные бровки.

- Денежная, - пожал он плечами. – На учебу, жилье…

Девушка уставилась на него долгим, изучающим взглядом, а потом затараторила будто заученное наизусть:

- За учебу у меня заплачено, живу в общежитии, а на жить сама себе заработаю. Никаких денег мне не надо, даже если будете совать, не возьму.

«О, как… У Новиковых гордость – это, похоже, семейное», - усмехнулся Рубен про себя.

- Не хочешь денег, ладно, - пожало он плечами. - Но, может, с работой помогу? Наверное, с подносом бегать не очень интересно. Ты на кого учишься?

- На маркетолога. Только я это… опыта у меня нет никакого, - развела она руками. - Так, теория только. Кто меня возьмет?

- Маркетолог, значит, - усмехнулся Рубен. – Приходи стажироваться в мой отдел маркетинга. Младших сотрудников всегда не хватает. Но учти, у нас строго, гоняют и в хвост и в гриву, выживают самые упертые и трудолюбивые. Интересно тебе это?

- Очень! – расцвела улыбкой Лиза.

Рубен кивнул:

- Адрес и остальные данные тебе пришлют.

На этом попрощался и пошел готовиться в другой встрече, тоже очень важной, хоть и гораздо менее приятной.

Глава 47. Непонятливый

— Я не понял, а что происходит? — пробурчал себе под нос Влад, разглядывая темные окна Жасмин.

Он частенько выбирался поглазеть на ее окна в надежде увидеть любимый силуэт. Старался делать это незаметно, ведь давно понял: он не единственный наблюдатель.

Рубен не оставил Жасмин в покое и приставил к ней своих людей. К слову, это было единственной причиной, почему Влад не шел на прямой контакт. Иначе давно бы подкараулил свою драгоценную девочку у подъезда и доходчиво объяснил, что бросать его себе дороже, а прятаться — совершенно неэффективная тактика.

Однако если Рубен думает, что Влад позволит ему иметь ребенка от своей любимой женщины, то он псих. Уж конечно, он не даст этому случиться… Костьми ляжет, пойдет на любые ухищрения, но убедит Жасмин сделать аборт. А после заберет ее себе…

Наверняка его девочка будет очень переживать после всех «приятностей», которые с ней скоро случатся, станет как никогда раньше уязвима, соответственно, для Влада доступна. А уж он найдет, как ее успокоить. А потом заделает ей своего ребенка и будут они жить-поживать да добра наживать.

Да, метод давления Влад выбрал не лучший — он это прекрасно осознавал. Все-таки запугивать беременную женщину — не слишком достойно. Это как давить катком щенят или топить в реке новорожденных котят. Обижать слабых…

Но это крайняя мера. В любви как на войне — все средства хороши!

У Влада таких вот средств для милой маленькой Жасмин припасено в избытке: диких, жутких, откровенно мерзких. То, что было раньше, — цветочки. Он всегда гордился своим ярким воображением.

Однако не сегодня. Слишком часто жестить тоже не следовало, ведь Влад не хотел окончательно и бесповоротно угробить психику любимой женщины. Сегодня он просто собирался полюбоваться ее силуэтом в окне. К его великому сожалению, эта ночь была далеко не первой, когда в ее окнах царствовала кромешная тьма.

«Но где Жасмин? Куда делась? Неужели пошла к этому моральному уроду? Она же его отшила. По словам Лизы отшила!»

При воспоминании о личном и таком комфортном секс-тренажере внутри сладко заныло, а в паху дернуло. Тут же захотелось подмять под себя девчонку и заставить как следует попыхтеть. Пусть бы кончила раза два-три, сладко сжала его в себе, как она это умела.

«Интересно, остыла или еще дуется? Наверняка уже изнемогает!»

Кто раз попробовал Влада-младшего, тот другого уже вряд ли захочет.

Влад набрал номер Лизы, но девчонка оказалась недоступна. Тогда он попытался написать ей, но, к своему глубочайшему удивлению, обнаружил, что она заблокировала его во всех мессенджерах.

Во всех!

Эм… что? Секс-тренажер решил проявить характер? Влад этого не допустит!

Лиза — не Жасмин, за ней верзилы Рубена не следили, так что можно спокойно заняться внушением.

И Влад поехал прямиком к общежитию, в котором жила нахалка. Однако уже на проходной обнаружил грозного стража в виде завернутой в какую-то хламиду вахтерши. Старой и страшной, как этот мир.

— Куда в женское общежитие ночью прешь? Чай не бордель! — возмутилась она резким голосом.

— Почему сразу бордель? — удивился Влад. — Просто хочу навестить подругу.

Он улыбнулся ей своей фирменной улыбкой, после которой обычно таяли все женщины — независимо от возраста.

— Ты мне зубы не скаль, — отчего-то еще больше обозлилась она. — Я таких, как ты, насквозь вижу! Наобещают такие кадры девчонкам золотые горы, а потом те ревут в три ручья… Немедленно не уйдешь, я полицию вызову!

Продираться с боем к красавице Лизе Влад оказался морально не готов.

В конце концов, на сестрах Новиковых свет клином сошелся, что ли? Есть у Влада список номеров, только звякнет, и будет ему скорая сексуальная помощь.

Не прощаясь, он выскочил из общежития. По дороге домой начал звонить бывшим подругам, но те либо трубку не брали, либо отчего-то оказывались заняты. Можно было, конечно, позвонить своему менеджеру из «Малинника», но именно в это время у Влада не было средств оплачивать их непомерные ценники.

Может быть, зря подключил Лизу к плану по возвращению Жасмин так скоро? Надо было еще повременить? Но она уже вошла во вкус «Владожизни», так сказать. Уютно устроилась, и он решил, что ради продления кайфа девчонка пойдет на что угодно. Она и шла на что угодно, пока он не попросил помощи.

«Неужели придется провести ночь одному?» — закралось в голову нехорошее подозрение.

Только вот сбыться ему было не суждено, как Влад скоро выяснил. Подойдя к своему дому, вдруг почувствовал, что за ним наблюдали. Неприятное ощущение — будто тебе сверлят затылок, и никак от этого ощущения не отделаться.

Влад привык доверять своей интуиции, поэтому не ринулся вперед, подождал, пока к подъезду подойдет пара соседей, пристроился за ними.

Однако, стоило ему сделать шаг в подъезд, как сзади выросли двое верзил, а на плечо совсем неделикатно опустилась рука одного из них. Не успел скрыться…

«Как посмели? Это элитный дом, тут же камеры!»

Но сделать он ничего не смог. Соседи уже успели войти в подъезд, и дверь захлопнулась у него перед носом — на помощь теперь не позовешь. Да и боязно было орать, когда рядом такие вот стражи.

Пока Влад судорожно соображал, как быть, его подхватили под руки и потащили к черному фургону с тонированными стеклами, впихнули внутрь.

— Вы пожалеете… — зашипел он и получил по голове удар такой силы, что в ушах зазвенело.

Влад не знал, сколько они ехали. Может, полчаса, может, жизнь. Но к концу бесконечного путешествия он уже не чувствовал кистей рук, так крепко ему их связали, чтобы не рыпался.

Остановились внезапно, а когда Влада выволокли из машины, он наконец понял, где отказался.  Его привезли прямиком к загородному дому Рубена. Ему доводилось бывать тут в гостях раньше. Он в буквальном смысле ненавидел этот помпезный особняк с трехметровым каменным забором, за которым можно жирафа спрятать, не то что какого-то человека.

Отчего-то стало так страшно, что Влад едва мог передвигать ногами, когда его выволокли из машины.

Повели не в дом, а прямиком в гараж.

Помещение оказалось пустым — не было в нем ни хозяйского «гелендвагена», ни «бентли». Зато самого Рубена Влад увидел сразу. Он сидел на стуле, невесть откуда взявшемся прямо посреди гаража. А на коленях его лежала железная цепь, слабо поблескивающая в свете ламп.

Если намотать такую цепь на кулак — получится отличный заменитель кастета. А еще ее можно с успехом использовать в качестве плети или даже… удавки.

Влад очень некстати вспомнил свою единственную уличную драку — когда идешь толпой на толпу. Ошибка юности, которую никогда не повторял. Так вот у одного из противников была похожая цепь — с двумя ручками на концах. Прямо как у скакалки, только ручки стальные. И он воочию наблюдал, как один безбашенный придурок размахнулся вот такой цепью и врезал по лицу товарища. Попал в левую скулу. У несчастного будто кусок кожи вместе с мясом с лица срезали, а из раны хлынуло столько кровищи, что казалось, будто вытечет вся.

Влад нервно сглотнул, наблюдая, как Рубен стал поигрывать цепью, тянуть в разные стороны, будто проверял прочность звеньев.

Невольно запаниковал, когда похитители пихнули его вперед.

— Зачем тебе цепь? — взревел, оказавшись в непосредственной близости. — Я не понял, какого хрена тебе вообще от меня надо?

— Надо же, какой непонятливый… — хмыкнул Рубен и встал.

Глава 48. Расплата

Рубен сидел в гостиной, опершись о подлокотники черного кожаного кресла. Изо всех сил старался успокоить рвавшийся наружу гнев.

Как не взбеситься, когда по твоей просторной и со вкусом обставленной квартире шастают в обуви целых восемь представителей власти? Строгие и угрюмые, они осматривали каждую комнату, подмечая, что и как, будто собрались опечатать имущество.

Пришлось впустить, иначе вскрыли бы дверь. С этими товарищами или по-хорошему, или «зря не захотел по-хорошему». Впрочем, Рубен не сомневался: рано или поздно явятся по его душу.

Напротив хозяина квартиры сидел не дорогой гость — полковник Стахов, дядя бывшего друга. Такой же крепкий, высокий, как племянник, только в некогда роскошной коричневой шевелюре уже виднелись проплешины и седина, а лоб испещрила тонкая сетка морщин. Вот уже несколько минут он буравил взглядом противника и показательно скрипел зубами.

Рубен всё ждал: когда заговорит?

— Из-за кого учинили разборки… — запыхтел полковник. — Из-за бабы! Скажи, Рубен, тебе баб мало? Зачем позарился на невесту моего племянника? Он мне всё рассказал.

Рубен только хмыкнул.

— Георгий Васильевич, вы не знаете своего племянника? Владу только волю дай, наплетет с три короба, а правда окажется где-то там, за бортом. Давайте расскажу, как дело было.

Рубен, опуская подробности, обрисовал ситуацию.

Полковник смерил его долгим, пронизывающим взглядом и вдруг сказал:

— Я тебя понимаю, ты не думай, свое потомство защищаешь, как-никак…

Рубен аж поперхнулся его словам, но решил не опровергать, вспомнив рассказ Лизы. Пусть лучше Стаховы думают, что ребенок от него. Ни к чему им правда, иначе в покое девчонку не оставят.

— Но ты и меня пойми, — меж тем продолжал полковник.  — У меня племянник один, а ты ему ребра переломал. Лицо-то ладно, заживет, синяки сойдут, а шрамы украшают мужчину. Но ломать Влада зачем было? Здоровье, оно одно. Пойми, нет у меня своих детей, он мне как сын.

— Хреново вы сына воспитывали, раз таким вырос, — хмыкнул Рубен.

— Но-но, ты мне тут поговори! Я терпеливый, знаешь. Но и моему терпению приходит конец. Будешь дерзить — сядешь. Выберу для тебя место особое, где, несмотря на всё бабло, жизнь будет для тебя адом. Мне только пальцем щелкнуть…

Рубен вгляделся в строгое лицо полковника, а потом покачал головой:

— Если бы вы хотели, чтобы я сел, я бы уже сидел. Но тогда и дохода от курируемого вашей супругой стартапа не стало бы. Понимаете, какое дело: без меня фирма стопроцентно развалится, о прибыли можно будет забыть.

— Не дерзи, — цокнул языком полковник. — В общем, уговор такой, я сам лично с Владом беседу проведу, забудет он про свою невесту. А ты больше не смей его и пальцем трогать. Штраф с тебя — оплата его лечения и деньги на первое время. Тебе ясно?

«А лучших девиц из „Малинника“ ему для утешения не прислать?!» — почти вылетело из его рта, но Рубен прикусил язык.

Затащив Влада в свой гараж, он изначально понимал: расплата придет. Ведь великолепно знал, кто у недруга родственники. Пошел на это осознанно, поскольку хотел так напугать эту трусливую гиену, чтобы даже думать забыл о девочке Жене и ее ребенке, чтобы икал от страха. Откупиться за это деньгами — малая кровь.

— Пришлите мне счет за лечение, — кивнул Рубен. — А на жизнь ему я ни копейки не дам, пусть крутится сам. Зато я увеличу долю вашей супруги.

Он попытался улыбнуться, но полковнику это явно не понравилось.

— Он еще и скалится. Ты мне поспорь!

— На двадцать процентов, — озвучил Рубен свое весьма щедрое предложение.

Так сложилось, что гражданская жена полковника заинтересовалась одним из стартапов. Рубен в свое время помог ей и финансово, и с организацией дела. Его компания занималась сотнями подобных проектов, для него это были семечки, но оказать услугу полковнику приятно, и вот услуга окупилась.

Георгий Васильевич вместе со своей половиной прочно сел на денежные пайки, построил дачу, а теперь перестраивал загородный дом. Новая прибавка явно его обрадовала, хотя племянника действительно любил.

— Пронесло тебя на этот раз, — хмыкнул полковник. — Но еще Влада тронешь, я лично тебя цепями отхреначу. Усек?

«Может, посчитал, что тот получил по заслугам?» — закралась в голову мысль.

Рубен кивнул.

— И бабу свою получше спрячь, чтобы по крайней мере какое-то время глаза никому не мозолила. Ясно тебе? — продолжил полковник.

Рубену было более чем ясно.

Как только гости в форме покинули городскую квартиру, он с облегчением выдохнул. Тут же позвонил домработнице, велел тщательно прибрать, чтобы и духу чужого не осталось.

Сам засел в кабинете, гипнотизируя телефон.

Да, он весьма надежно спрятал «свою бабу». О, как же сильно ему хотелось, чтобы всё, сказанное полковником, было правдой: чтобы и ребенок его, и баба… Девушка то есть. Бабы в деревнях живут, а Женю так назвать язык не поворачивался. Но решил поддержать перед дядькой Влада легенду, чтобы даже не думали разевать роток на еще не родившегося малыша. С них станется. Гнилая семейка, как он теперь видел.

Хотел бы Рубен быть там, с ней. Лично оберегать ее и защищать даже без какой-либо надежды на близость. Но лучше ему оставаться здесь — так есть хоть какой-то шанс не слететь с катушек. Он будет заниматься бизнесом, расширит дело, а Женя… Женя пусть растит ребенка.

Даже несмотря на то, что он так далеко, без защиты ее не оставил. Дал задание своим людям найти парочку профессиональных телохранителей женского пола. Коренные француженки, в прошлом сотрудницы полиции, они теперь изображали домработницу и повара для милой Жени. Так что девочка под надежным присмотром, хотя сама об этом вряд ли догадывалась.

Можно выдохнуть и расслабиться. Да вот только не получалось никак.

Ни о чем не думая, Рубен схватил телефон и принялся набирать одному ему известный номер. Услышал в трубке нежное «алло» и расплылся в улыбке. После всего он имел право ей позвонить, так?

— Алло, Рубен, — повторила Женя.

М-да, позвонить позвонил, а что сказать, не придумал.

Глава 49. Женя и Франция

— Алло, Рубен? — Женя обеспокоенно посмотрела на телефон: есть ли сигнал. — Алло?

И только после этого услышала его неуверенный голос:

— Прости, отвлекли… Как дела?

Услышать от Рубена Булатова вопрос о том, как у нее дела, Женя никак не ожидала. Тем более не ждала искренней заботы, которая ей в этом вопросе почудилась.

Захотелось взорваться восторгом: «Да обалденно у меня дела! Спасибо тебе, что у меня так обалденно идут дела! Сижу в шезлонге возле твоего огромного бассейна, греюсь на солнышке и думаю затребовать третью порцию свежевыжатого апельсинового сока. Вот так сказочно у меня дела».

Но они же вроде бы не в тех отношениях, чтобы так ярко искрить эмоциями, верно? Понятно, что человек позвонил из вежливости и совершенно не ожидал лавины ненужной информации, которую ей так хотелось на него обрушить.

— Всё хорошо, спасибо, что позвонил, — осторожно ответила она.

Даже губу прикусила, чтобы не начать воодушевленно рассказывать, какой шикарный белый «роллс-ройс» с водителем ждал ее в аэропорту. А еще какой за этим последовал шок, когда она увидела огромную виллу, расположенную на средиземноморском побережье.

Рубен поселил ее в местечке неподалеку от Аржелес-сюр-Мер — небольшого города, построенного в каталонском стиле. Женя была в восторге от прогулок по средневековым узким улочкам, с огромным удовольствием бродила и по пляжу. Даже погода и та держалась на редкость ясная и солнечная, прямо как ее настроение. Сентябрь выдался на удивление теплый.

Женя наконец почувствовала, что в прямом смысле слова сбежала от своих проблем. В этой части мира они ее точно не достанут, и она имела полное право расслабиться. В ней словно тумблер переключился, и счастливая беглянка превратилась в прошлую себя.

Во Франции даже воздух казался другим. Как и люди, и природа — всё другое. Здесь Женя будто обнулилась. Казалось, будто ужасы, преследовавшие ее последние недели, не имели к ней никакого отношения. Словно и не было ни изнасилования, ни предательства самых близких людей.

Она вдруг оказалась в раю.

Но и этого будто было мало! Рубен не только поселил ее в раю, он еще и ангелов к ней приставил.

В распоряжении скромной, совершенно не привыкшей к слугам Жени оказались водитель, домработница и повар. Все трое — коренные жители, и теперь она ежедневно наслаждалась красивейшей французской речью.

У Жени сложилось ощущение, что Рубен приказал служащим делать ее жизнь как можно более комфортной и приятной, хотя она и сказала им с самого начала, что будет сама о себе заботиться.

Стоило уйти из спальни, как постель ее застилалась свежим, идеально выглаженным бельем с ароматом лаванды. В столовой она заставала уже накрытый для нее стол, причем блюда были такими вкусными, что язык проглотишь. Каждое утро водитель спрашивал ее, не изволит ли она поехать на прогулку? Как приличная туристка, полжизни мечтавшая посетить Францию, Женя изволила.

Вся эта роскошь не стоила ей ничего ни в материальном, ни в моральном плане. Рубен не попросил за свою услугу ровным счетом... ничего. Это очень удивляло и совершенно не вписывалось в образ этого человека, по крайней мере тот образ, который находился у Жени в голове.

Здесь Женя просто могла быть собой, счастливой будущей мамочкой без материальных проблем. Это так необычно — просто жить. Раньше она всё время куда-то бежала, к чему-то стремилась, хотела подработать. А теперь можно было забыть о времени, часами гулять по пляжу, обедать на террасе, наслаждаться жизнью.

Там, в аэропорту, когда Рубен провожал Женю, он вручил ей карточку и уверенным тоном заявил:

— Здесь нет лимита. Сколько бы ты ни потратила, это для меня будет мелочью. Смело трать!

— Но как же… я не хочу быть обузой… — лепетала она, уставившись на черный пластиковый прямоугольник со значком MasterCard.

— Не хочешь быть обузой, тогда работай на меня, — вдруг предложил он.

— В смысле работай? — захлопала ресницами Женя.

— Видишь ли, я иногда устраиваю на той вилле вечеринки для особых гостей. Ты можешь следить, чтобы дом всегда был в надлежащем виде. Ты меня очень этим обяжешь, Женя. А то приглашаю людей и каждый раз гадаю, не превратила ли прислуга дом в хлев.

— О-о-о… — протянула Женя сдавленно. — Я с удовольствием буду следить за состоянием дома. А если ты соберешься нагрянуть с гостями, буду счастлива организовать для тебя вечеринку, какую захочешь. Я умею! В бытность бьюти-блогерства организовала немало светских событий. Только позвони…

На том и порешили.

Женя улетела, полная надежд на лучшую жизнь.

И вот, спустя всего нескольких дней ее пребывания во Франции, он позвонил. Слишком рано, как ей казалось.

— Я просто хотел убедиться, что у тебя всё в порядке, Женя, — проговорил Рубен хриплым и каким-то отрешенным голосом.

«А может, это вовсе не звонок вежливости?» — вдруг пришло ей в голову.

— Рубен, ты хочешь приехать сюда с друзьями и закатить вечеринку? — догадалась спросить она. — Я помню о нашей с тобой договоренности.

— Э-э-э… Да, Женя, жди гостей. Мой секретарь пришлет тебе список и остальные детали.

Глава 50. Новое решение

«Зачем я на это подписался? — вертелась в его голове одна и та же мысль даже много часов спустя после разговора с Женей. — Какая вечеринка? Какие гости? Не до того мне!»

День давно сменился ночью, а Рубен всё никак не мог забыть пусть и короткий, но очень эмоциональный насыщенный разговор. Так и крутился в постели, никак не мог уснуть. К слову, это была далеко не первая бессонная ночь.

Женя вроде даже обрадовалась его звонку. Или ему показалось? Нет, не показалось. Он четко распознал нотки радости в голосе.

«Если она была рада простому звонку, может, и личной встрече тоже обрадуется?»

Как только эта мысль закралась в его голову, ни о чем другом он уже думать не мог.

Однако издеваться над собой тоже не хотелось. Ведь Женя — персона неприкосновенная. Он будет ходить вокруг нее, изнемогать, давиться слюнями, а она… оставаться неприкосновенной.

Дело даже не в беременности. Рубен повысил свой уровень осведомленности по этому вопросу. Оказывается, женщины в положении могут активно заниматься сексом, даже хотят его — особенно во втором триместре.

Но каким образом ему склонить Женю к отношениям, Рубен до сих пор не имел ни малейшего понятия. Ведь и раньше пробовал за ней ухаживать, разве что на ушах не плясал. А попроси она, и сплясал бы! Плевать, что это физически невозможно.

Впрочем, теперь-то он понял, что Женя нужна ему не для короткого секс-марафона, а в постоянное пользование. С ней, и только с ней, он с удовольствием попробовал бы настоящие отношения. Чтобы с продолжением! Не только секс, но и всё остальное, что там прилагается: совместные завтраки, выходные, пикники на природе, поездки, общие планы. С ней он жаждал это всё пережить — очень уж стала дорога.

Эх, для себя всё решил, а вот до нее не донес. Может быть, предложи он ей классические отношения, Женя взглянула бы на него по-другому? Вон, уже даже по телефону мило щебетала.

То, что отец ребенка Влад, сильно напрягало Рубена — факт. Но…

Еще недавно он вообще был убежденным холостяком, к тому же чайлдфри. Он не хотел жениться и заводить детей. Но коль уж ребенок был, точнее будет, какая разница, чей он? Рубену плевать на биологическое продолжение своего рода.

Чужой пацан, конечно, не вызовет у него никаких теплых чувств. Но и свой вряд ли вызвал бы. Нет в нем нужного гена, никогда не хотелось нянчить на коленях слюнявого спиногрыза. Так что какая разница, свой или чужой?

Отец, например, никогда не скрывал, что Рубен не вызывал в нем никаких эмоций. Ему было глубоко параллельно, где сын и что с ним. Главное — чтобы не доставлял проблем. Единственное условие, при котором Булатов-младший получал всё, что хотел.

А мать…

А что мать? Она сбежала с богатым американцем, когда Рубену было два года. Не нравилось ей в России, видите ли. И он ее не осуждал: слышал много рассказов о том, что в девяностые на родине попросту опасались жить. Вот и усвистала, а сына бросила. Видимо, с довеском не брали. Он бы тоже уехал.

Отец рассказывал, что она была поэтессой. Маринэ Булатова, Саркисян в девичестве. Всё, что осталось у Рубена в памяти, — ее имя. В общем-то, может, и хорошо, что сбежала. Чему бы она научила Рубена? Как складывать рифмы? А без нее он получил массу гораздо более полезных навыков.

Вот няня Евлампия его любила, да. Со слезами на глазах уезжала из дома, когда Рубен повзрослел, а значит, ее услуги больше не требовались. Но ей за любовь хорошо платили, так что…

Одним словом, не все созданы, чтобы быть любящими родителями. И признать это — банальная честность перед самим собой. Рубен признал.

Что в ребенке может быть такого, чтобы его любили? Чем заслужил?

Вот Женя да, в ней масса всего, что можно любить. А писающе-какающе-кричащее создание с интеллектом инфузории-туфельки… Рубен пас.

Нет, он, конечно, постарается замаскировать перед Женей эту свою «ненормальность», как она это наверняка воспримет. Он позаботится о ребенке настолько, насколько это будет нужно. Что там может понадобиться? Деньги? Да легко, сколько угодно. А в награду получит ее, самую прекрасную в мире женщину. Само ее наличие в его жизни с лихвой компенсирует неудобства.

Ну и что, что генофонд паршивый. Мальцу ведь не обязательно знать, кто его биологический папаша, а Женя сможет вырастить из него нормального человека — в этом Рубен не сомневался. В ней много любви, открытости, доброты… в ней всего много.

С чего он решил, что ребенок — такая уж проблема? В конце концов, не прокормит, что ли? Легко прокормит. И примет, ничего в этом такого сложного. Отдал кричавший сверток на попечение профессионалу и наслаждайся общением с мамочкой.

Может быть, позже, когда ребенок вырастет и с ним можно будет вести диалог, у Рубена и проснется какая-то симпатия. А даже если не проснется… Он же без такой симпатии как-то вырос, верно?

Осталась малость — заполучить Женю.

«В конце-то концов, она живой человек, как-нибудь найду подход!» — решил он и выдохнул.

Теперь, когда он мог себе позволить наблюдать за ней, так сказать, в непосредственной близости, очаровать ее будет не так уж сложно. Верно?

Он поедет во Францию и попытается снова.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 51. Приезд Рубена

«Недолго музыка играла…» — качала Женя головой, разглядывая список дел, которые предстояло провернуть всего за неделю.

Считала себя неплохим организатором, но такого размаха мероприятие ей предстоял организовать впервые.

Семьдесят гостей! И каких…

Когда Женя получила список, чуть не поседела под краской. Хотя, может, и поседела. Партнеры Рубена по бизнесу из Москвы, Санкт-Петербурга, Пекина, русские и французские друзья, парочка актеров, три певицы и даже здешний мэр.

К счастью, секретарь Рубена, милая девочка Анжела, помогла ей с приглашениями. В течение дня они были доставлены адресатам, и на Женю посыпались ответы с согласием.

Гости, конечно, поместятся в огромной двухэтажной вилле. Можно разместить людей в гостиной, на террасе первого этажа, а также воспользоваться просторнейшей столовой и, конечно же, широким двором, который выходил прямо на пляж. Некоторых приехавших из заграницы надлежало поселить в гостевых спальнях, для других она забронировала места в отеле неподалеку.

Однако это еще не всё! Замечательные сливки общества надо не только разместить, но еще и накормить, напоить, развлечь, и чтобы со вкусом. Задачка не из простых.

Женя очень боялась ударить в грязь лицом. Впрочем, она быстро нашла общий язык с секретарем Рубена, которую тот уполномочил помогать во всем. И получила контакт местного организатора мероприятий, услугами которого уже пользовались. С ним дело пошло в разы быстрее. Оказалось даже, что в Аржелес-сюр-Мер давно ждали подобного мероприятия, а о прошлых вечеринках на вилле ходили настоящие легенды.

Сегодня Жене предстояло продегустировать десерты, решить вопрос с основным блюдом, заказать фейерверки.

Когда Рубен только высказал пожелание о вечеринке, она пыталась уточнить, какого рода вечер он хотел. И услышала загадочное:

— Удиви меня.

Это было его единственное пожелание.

И Женя решила устроить карнавал. Такое точно удивит даже пресыщенного бизнесмена, привыкшего, что всё делается по его велению.

«Кстати, мне нужно и себе не забыть заказать костюм», — охнула она.

Голова потихоньку начинала кипеть, но Женя этому даже радовалась. При такой нагрузке уж точно некогда вспоминать о бывшем женихе и его кознях. Что называется — резкие перемены в жизни. Она подхватила сумочку и поспешила на улицу, где ее уже должна была ждать машина.

Но машину, когда вышла, не застала. Впрочем, «роллс-ройс» показался во дворе всего через минуту. Оказывается, водитель ездил... в аэропорт. Встречать хозяина виллы.

— Рубен? — охнула она, когда тот выбрался из машины.

— Привет, — улыбнулся он. — Не ждала?

Прозвучало это как-то… осуждающе, что ли. Будто она и правда должна была сидеть у окошка и ждать его.

— Я думала, ты приедешь непосредственно на вечеринку. Надеюсь, ты не попросишь изменить дату?

— Нет.

— Фух, — выдохнула она.

— Я немного заработался, — пожал Рубен плечами. — Устал очень, отвлечься хочу, вот и рванул сюда. Надеюсь, ты не против соседства?

— О, конечно не против, это ведь твой дом!

— Займешь меня чем-нибудь, пока я во Франции? — вдруг спросил он.

«Так… теперь в график нужно втиснуть еще и развлечение хозяина дома…» — простонала она про себя.

Вслух же сказала совсем другое:

— Конечно! Как относишься к прогулкам по городу? Здесь очень красиво. Я съезжу ненадолго по делам, а потом составим культурную программу. Как тебе идея?

— Я весь твой, — кивнул Рубен.

Почему-то Жене почувствовался двойной подтекст в этой, казалось бы, расхожей фразе.

«Он же не рассчитывает на секс со мной? Или рассчитывает?»

Признаться, Женя ожидала такого пожелания от Рубена, когда просила его об услуге. Но после того как он так красиво себя повел, расслабилась.

Зря? Какие у него на нее планы?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 52. Вечеринка

- Женечка, милая, ты где? – спросил он в трубку, оглядывая толпу гостей.

Вилла ожила всеми цветами радуги, причем как в интерьере, так и в нарядах гостей. Повсюду были расставлены кадки с цветами, развешены золотистые фонари, гирлянды. А вокруг сновали принцессы, вампиры, оборотни, даже парочка священников, пиратов и практически каждый держал в руке бокал с искрящимся на свету шампанским. Ноздри щекотали ароматы самых разных закусок, которые официанты то и дело подносили гостям.

Во всей этой кутерьме не хватало лишь одного. Точнее одной. Жени!

Что Рубену остальные гости, если той, из-за кого всё затевалось, на вечеринке нет.

- Я… у меня тут одна проблемка, сейчас решу и спущусь, - ответила она.

И трубка разразилась короткими гудками.

Только вот на Рубена ее заявление подействовало весьма однозначно. Уловив слово «проблема», он тут же навострил уши и забеспокоился. Помчался прямиком на второй этаж к комнате своей распрекрасной девочки, громко постучал.

- Да, да? – ответила она.

- Женя, какая у тебя проблема? – спросил он обеспокоенным голосом.

И тут дверь открылась, а на пороге показалась она в белом шелковом халате.

- Ты еще не одета? – еще больше забеспокоился Рубен. – Что случилось?

- Мне прислали не тот костюм, - пожала она плечами.

- То есть, как?

Рубен шагнул в ее спальню, и Женя продемонстрировала ему лежавшее на кровати черное платье, а рядом с ним конусообразную шляпу.

«Хотела вырядиться ведьмой!» - усмехнулся он про себя.

- Так в чем проблема?

- Шутишь? – прыснула смехом Женя. – Это платье мне едва попу прикроет. Такое короткое, страх, а должно было быть до пола. Нет, я его не надену.

- Мда… - протянул он, хотя еще две минут назад наблюдал внизу дам в гораздо более откровенных костюмах. – Ты определенно это не наденешь.

Конечно, Рубен был не против, если бы она при нем одела что-то короткое. Но позволить гостям глазеть на ее голые ножки тогда как сам на них еще не успел насмотреться… А даже если бы и успел, нет, нет, и еще раз нет.

- Вот и я о чем. Ладно, выберу другое платье и просто надену маску, карнавал всё-таки, - вздохнула она и наконец заметила его черный костюм: - Ой, а ты-то почему так оделся? Я же заказала для тебя форму капитана… Не угадала с размером?

Угадала, но Рубен не стал выряжаться кем-то еще. Почему-то именно сегодня он хотел оставаться самим собой – для нее.

- В принципе так тоже неплохо, - вдруг сказала она. – Ты как агент ноль ноль семь.

- Правда? – криво улыбнулся Рубен.

- Ага, кобуру под пиджак, и точно будешь как он, - и тут Женя охнула: - Меня озарило. Я тоже буду агентом! Только девочкой. У меня как раз есть белая рубашка, брючки, пиджак.

Отчего-то Рубену очень понравилась идея быть одинаково с ней одетым.

- Будем парочкой секретных агентов, – кивнул он с довольной ухмылкой.

- Супер! – обрадовалась Женя. – Ладно, ты иди, а я переоденусь.

Рубен поспешил за дверь. Правда, далеко не ушел, прислонился спиной к стене возле ее комнаты и стал ждать. Вниз он хотел спуститься с ней и только с ней.

Он пробыл во Франции неделю.

За это время с Женей даже за руки не подержались… и вместе с тем между ними произошло так много, столько, сколько у некоторых и за год не случается. Да что там год, жизнь!

Рубен любовался Женей в бассейне, катал на яхте под парусом, возил обедать в город, бродил с ней по колоритным европейским улочкам.

Эту неделю он дышал ею, наслаждался ею, жил ею.

Женя искренне улыбалась ему, больше не отворачивалась, не избегала общения. Наоборот, болтали дни напролет. Рубену удалось установить с ней тот самый зрительный контакт - когда глаза в глаза часами и отвернуться казалось преступлением.

Почему-то именно здесь, во Франции, Женя вновь стала той самой девушкой, которую он когда-то видел в постах «Инстаграма». Яркая, позитивная, жадная до приключений и новых ощущений. А он был жадным до нее и ее эмоций.

Женя уделила Рубену массу времени несмотря на то, что активно занималась приготовлениями к вечеринке. Он хотел помочь, хотя, кажется, больше мешал. Но главное – был рядом.

Да, он даже руки ее не коснулся, но вместе с тем чувствовал себя ближе, чем если бы каждый день имел во все три отверстия.

Всё-таки правду говорят – есть она, эта пресловутая эмоциональная связь. Не миф, существует. И установить ее с Женей оказалось на редкость приятно.

- А вот и я, - сказала она, показавшись в коридоре.

Рубен оглядел ее, наряженную в белоснежную рубашку и черный костюм. Пышные кудри струились по плечам, а лицо светилось улыбкой. Почему-то в таком, вроде бы, совершенно не женственном образе она показалась ему верхом сексуальности. Сколько пуговиц на рубашке! Как соблазнительно черный шелк облегал ее бедра…

Рубен мысленно облизнулся и твердо решил: «Пришло время тебя коснуться, милая!»

Глава 52. Вечеринка (продолжение)

Он начнет с малого.

- Позволишь? – спросил Рубен, предлагая опереться на руку.

Женя кивнула, немного смутившись, и обвела рукой его локоть.

О, если бы люди могли летать, Рубен воспарил бы сразу!

Они спустились к гостям вместе.

Следующие два часа Рубен светился, как начищенный пятак, представляя знакомым и друзьям свою Женю. Те улыбались и разглядывали ее так внимательно, словно она была самой диковинной девушкой в мире. Так оно по сути и являлось, ведь ее единственную ему хотелось держать рядом двадцать четыре на семь.

Столы для ужина накрыли в столовой, благо площадь позволяла.

Однако Рубен неожиданно для себя обнаружил, что никакого праздничного ужина уже не хочет. Ему бы с Женей наедине остаться. Как вчера, позавчера и за день до этого. Она одна волновала его, только ее хотел ласкать взглядом.

«Восемь перемен блюд… - успокаивал он себя. – Будет всего-то восемь перемен блюд».

И стал считать.

Салат из овощей, морепродуктов. Закуски с красной икрой. Суп-крем с креветками, жаркое из кролика, запеченные под сырной коркой грибы, стейки из мраморной говядины, фуа-гра.  И, наконец, десерты.

Финалом ужина должны были стать фейерверки на улице.

«Отличный повод!» - тут же решил Рубен.

Он утащил Женю на крышу, благо вход для гостей сюда был закрыт.

- Тут будет лучше видно, - шепнул ей на ухо.

А оказавшись наедине уже не смог отказать себе в удовольствии накрыть рукой ее плечи…

Женя не отпрянула.

Позволила ему это крепкое, искреннее объятие, даже положила голову на мужское плечо. Рубен чуть не мурлыкал от удовольствия, ощущая ее рядом.

Грянул первый залп, и небо окрасилось в розовый, фиолетовый, голубой.

Однако Рубен был попросту неспособен восхищаться зрелищем. Всё его внимание поглощала Женя. Ее присутствие наполняло его особой, исключительно приятной энергией. Рубена будто изнутри всего покалывало, распирало от желания еще более тесной близости. Именно тесности. Чтобы между ним и любимой женщиной ни сантиметра, ни нитки. Хотелось самого плотного на свете контакта.

Он жаждал коснуться ее губами. Пусть на секунду, пусть на долю секунды… почувствовать ее, прижаться к ней телом, попробовать вкус, полнее ощутить аромат жасминовых духов.

Ни о чем не думая, Рубен повернул Женю к себе, взял за затылок а потом резко наклонился и накрыл ее рот губами.

Небо тем временем взрывалось золотым, красным, зеленым.

Секунда, ага… Две, три, десять. Он не мог заставить себя оторвать от нее губ, буквально горел изнутри желанием сделать ее своей тут же. Пронзить собой, стать единым целым.

И он сделал это – настойчиво просунул язык между ее мягких губ, прижимая к себе всё крепче.

Женя позволяла ему ласкать себя языком и губами. Не отпрянула, как он боялся. Не стала упираться в грудь руками. Но и не обняла в ответ, не вернула поцелуй, просто замерла в его объятиях.

На какую-то секунду Рубену показалось, будто не живую женщину прижимал, а тряпичную куклу. Это вмиг отрезвило.

Он прервал поцелуй также резко, как и начал.

Отстранился, вгляделся в лицо Жени, пытаясь понять, понравилось ли ей? Какие эмоции вызвало? Но всё, что увидел – лишь оторопь в широко раскрытых глазах.

Решил, что по ощущениям лучше разберется, что к чему. Снова наклонился к ней с единственным желанием завладеть сладкими губами, добиться ответного желания лаской. Но вместо нежного ротика Жени натолкнулся на ее ладонь, которую она выставила перед лицом. А после она отвернулась.

- Рубен, пожалуйста, не надо… - тихо зашептала.

Ее слова почти утонули в залпах фейерверков, но он всё же услышал.

- Женя, не отворачивайся от меня, - прохрипел глухо.

Отвел ее руку, взял ее за подбородок, заставил посмотреть в глаза и четко увидел, как ее передернуло.

Только теперь понял - она едва ли терпела его! Его присутствие, простое прикосновение руки.

- Рубен, я… - начала было она. – Дело не в тебе, просто… я не могу…

Но он перебил:

- Не утруждайся объяснениями, Женя. Они не нужны.

Рубен покачал головой, развернулся и зашагал в направлении лестницы, впервые за вечер оставив ее одну. Взаимности как не было, так и нет. Эта женщина никогда не ляжет с ним по доброй воле.

Еще никогда в жизни он не чувствовал себя более одиноким.

Глава 53. Сломанная игрушка

«Может быть, надо было прыгнуть в омут с головой? Но как это возможно в моей ситуации?» - размышляла Женя, кусая губу.

Поначалу думала – Рубен вернется. Надо просто немножко подождать, и он обязательно вернется. Ведь не ожидал же он в самом деле, что она прыгнет к нему сегодня в койку? Или как раз ожидал? Но в таком случае почему так быстро сдался?

Один поцелуй и всё… нет, она не хотела большего. Совсем не хотела! Но с Рубеном было так приятно, тепло, уютно, а главное – надежно, что ей волей-неволей мечталось продлить удовольствие.

«Всё же хорошо было – общались, веселились. И вдруг ушел!»

Видимо, хорошо было только ей, а Рубену оказалось критически мало того, что Женя могла ему предложить.

Фейерверки закончились, прошло пять минут, десять, час, но он так и не вернулся.

Женя понимала – ждет зря, но упрямые ноги не хотели идти к лестнице, будто приросли к месту, и шагу не сделать.

«Ну не могла я так сразу… Почему он даже не попытался это понять?» - возмущалась она про себя, размазывая по щекам слезы.

Спустилась вниз, когда гости начали расходиться. Прокралась в свою спальню умылась, быстренько нанесла на припухшее лицо нейтральный макияж и отправилась искать Рубена.

Они взрослые люди, могут поговорить, так?

Обошла всю виллу… Искала целый час, лишь потом догадалась спросить персонал, где же хозяин. И ей ответили – уехал в аэропорт.

Вот так просто он ее бросил.

Обессиленная и разочарованная, Женя поплелась в свою комнату. Зашла в ванную и осела прямо на пушистый коврик перед раковиной. Долго сидела, бездумно пялилась на золотистый рисунок на кафеле, вытирала слезы и ругала себя за более чем странную реакцию.

Ну поцеловал он ее, что такого? Ведь ничего плохого не сделал. Наоборот был как никто внимателен, обходителен, нежен даже. Щедр и ласков…

Любая бы на ее месте уже кувыркалась с Рубеном в шикарной хозяйской спальне, и ублажала бы его причмокивая от удовольствия. Из кожи вон лезла бы, чтобы понравиться.

Красивый, богатый, неравнодушный мужик, интересный к тому же.

Если отрезать то, что случилось между ними на той злосчастной дороге, он понравился ей. И время, проведенное с ним, понравилось тоже.

Рубен оказался совершенно не тем бездушным, самовлюбленным типом, какой предстал перед ней в начале. В нем много чего намешано: доброта, любовь к путешествиям, к морю, жажда жизни, азартность в работе.

Плюсов в Рубене оказалось предостаточно. А Женя не смогла даже позволить ему второй раз себя поцеловать. Так-то…

Чуть придавил к себе, и в мозгу тут же вспыхнули воспоминания одно другого паршивее, прямо как вспышки фейерверков, что сверкали в это время на улице. Как тумблер переключился, честное слово. Раз и Женя уже не Женя, а снова слабый цветочек Жасмин, которому жить не хотелось после той поездки на фотосессию.

Сломанный цветочек Жасмин.

Сломанная кукла…

Губы Рубена оказались на удивление нежными, но одного поцелуя ему сразу стало мало. Когда он потянулся к ней, Женя поняла – он захочет интимности сразу же. Возможно тут же потащил бы ее в спальню. А она не была к этому готова.

К тому же она беременна! С ней нужна особая осторожность. А проявил бы он ее? Женя еще и близко не настолько ему доверяла. Эта неделя была хорошей, интересной, сумасшедшей даже. Столько приключений на Женю давно не сваливалось. И всё же это была всего одна неделя. О каком доверии могла идти речь?

Если бы Рубен хотя бы попытался понять, что ей нужно больше времени для того, чтобы к нему привыкнуть… Но нет, он не из тех, кто будет ждать.

Да и чего ждать? Женя сама не знала, сможет ли вообще когда-нибудь допустить до своего тела мужчину. Даже не Рубена а просто любого мужчину, даже врача. Всерьез сомневалась, что вообще когда-нибудь сможет снова решиться заняться любовью, тем более получить от этого хоть какое-то удовольствие. Поэтому так и обрадовалась ребенку – хоть какая-то семья.

Той ночью она так и не заснула, пролежала до утра на кровати, пялясь в окно и наблюдая за тем, как за окном начало светлеть. Следующий день также провела в постели.

А через пару суток после отъезда Рубена Женя получила от него сообщение:

«Я сделаю для тебя всё, что захочешь. Ты останешься в моем доме и под моей защитой. Но думаю, нам больше не стоит общаться. Прощай Женя»

Она перечитала это сообщение не одну сотню раз и каждый раз почему-то становилось жутко обидно.

Не смогла в омут с головой.

Не дала, когда попросил, и всё, не нужна. Да и зачем она ему такая болезная? Сломанная кукла…

Богатые мальчики сломанные игрушки не чинят, они покупают себе новые.

Глава 54. Новая игрушка для богатого мальчика

Финансовый директор, Раиса Максимовна, вот уже полчаса танцевала в своем стильном красном деловом костюме возле прозрачной доски, где ее помощница старательно нарисовала красным маркером кривую доходов за прошлые полгода. Ее лазерная указка так и прыгала от одной цифры к другой, а голос гудел на весь конференц-зал.

В кабинете кроме нее находился еще десяток коллег – руководящий состав «Булат-Компани». Каждый сосредоточенно слушал, лишь Рубен делал вид, что увлечен. Он давно уловил суть, к тому же и без Раисы Максимовны мог назвать предполагаемый рост дохода на ближайшие месяцы и даже годы, если всё пойдет по разработанному им же плану.

Слушать россказни финансового директора стало критически не интересно. Впрочем, для него в последнее время ничего не было интересно.

Работа, раньше всегда захватывающая его, теперь навевала лишь скуку. А в спортзале только и хотелось, что колотить грушу.

Чего действительно желал - солнца, пляжа, Францию, голую Женю в койку… А толку-то. Ничего кроме разговоров и совместных прогулок ему от нее не светило. А Рубен не железный, ему нужен секс. У него в жизни не было такого долгого воздержания, какому подвергся после встречи с женщиной, так сильно его изменившей.

Приехав на родину, Рубен твердо решил вернуться к прежнему образу жизни и забыть к чертям всё, что связано с Женей. Целых три дня заказывал себе на ночь из «Малинника» самых разных девиц. А толку-то?

До чего дошел… Ни одна не понравилась!

Они приходили к нему все такие нарядные, надушенные, напомаженные. Но неожиданно его стало воротить от шлюх. Не хотелось в них ничего пихать, и не пихал. Отправлял обратно.

И это были отборные, качественные девочки! Не затасканные…

Стоило признать – этот период в жизни Рубена закончился. Шлюх больше не хотелось, причем аллергически.

Чувства ему, видите ли, подавай.

То, над чем раньше смеялся, случилось и с ним – неразделенная сука любовь. Сильная, яркая, изнутри выжигающая.

В народе говорят – клин клином вышибают. Не исключено, что ему стоит попробовать. Если девушки легкого поведения пустоты в душе заполнить не могут, есть ведь и нормальные женщины? Ну, чисто теоретически. Может быть, Рубену просто нужно найти другую, кто также западет в сердце? Хоть немного.

Это не так плохо – испытывать какую-то привязанность к женщине, в которую собираешься пихать самое сокровенное. Верно? Но где такую найти?

«Нигде не найду… Такую как Женя – точно нигде!»

Да, Женя – штучный экземпляр, такую днем с огнем…

Где вообще мужчины знакомятся с нормальными девушками? Такими, чтобы не на раз-два, чтобы им доверять можно было, к тому же внешностью чтобы не обижены были?

Можно, конечно, оглядеться по сторонам, но вот какое дело – сотрудников Рубен себе подбирал из позиции: «Не хочу трахнуть». Кроме секретаря в компании нет привлекательных девиц. В основном это профессионалы своего дела за тридцать-сорок, большинство семейные. А даже если и просочилась какая достойная кандидатура – разве это выход, заводить интрижки на работе?

В библиотеку ему что ли начать ходить? Смешно…

Собственно, а почему Рубен должен ограничивать себя в выборе? Когда он хочет себе авто, он же не идет и не приобретает первое попавшееся, так? Он изучает модели по интернету, ищет, чего бы душе хотелось, что в тренде. Или смотрит вживую сразу несколько моделей. Понравившееся авто берет на тест-драйв. Может вообще просто покататься неделю, а потом вернуть.

Почему бы с выбором постоянной девушки не поступить также?

Чисто теоретически это же хорошо, что у него хоть к кому-то проснулись чувства, так? Значит, он в принципе мог чувствовать, хотя раньше считал себя выше этого. Зато теперь понял – это может быть крайне приятно.

Да, с Женей не вышло. Но она не единственная девушка на голубом шаре под названием Земля.

Если подойти к вопросу рационализаторски, он может перебрать хоть тысячу женщин, хоть две, наверняка найдет такую, чтобы и внешне нравилась, и в груди при ее присутствии что-то ёкало, и поговорить было о чем.

Всё то, что получал от Жени и хотел получить, он возьмет у другой, раз уж эта повертела носом.

«Ишь ты, цаца какая, и не поцелуй ее ни разу, не может она, видите ли…»

Рубена до сих пор трясло после отказа Жени идти с ним на близкий контакт. Это подействовало на него как красная тряпка на быка – он с ней и так, и эдак, а она… не нужен и всё. И никогда не будет нужен как мужчина, от этого ему было обиднее всего.

Обидно до икоты, дрожи, обидно так, что хоть головой об стенку бейся.

Раньше только и делал, что ржал над друзьями, которые перед девчонками на задних лапах танцевали, а их за это посылали к чертям. Кто бы мог подумать, что в тридцать два побывает этой шкуре сам.

- Спасибо, - прервал он речь своего финансового директора. – Меня ждут дела, дальше без меня.

Рубен кивнул руководящему составу и направился к выходу.

Уже в стенах своего кабинета полистал телефонную книжку. Выудил номер телефона очень нужного человека, Антона Стрежевского, лучшего организатора светских мероприятий на юге России.

- Здравствуйте, Рубен Русланович! Не ожидал, не ожидал… Чем обязан?

- Ты когда-нибудь организовывал конкурсы красоты, Антон?

Глава 55. Я тебя заменю

«Заменю я тебя, милая!» - всё повторял и повторял Рубен, сидя в кресле жюри отборочного тура на конкурс «Мисс “Идеальная невеста Юга”».

Первичный отбор проводили в концертном зале местного театра. Рубен вместе с остальными двумя судьями сидел в зале, откуда ему предстояло наблюдать за участницами.

Кастинг должен был вести сам Антон Стрежевский, который с радостью взялся за этот неофициальный заказ.

Еще бы! Устроить благотворительный конкурс красоты в честь поддержки семьи и брака, да еще полностью спонсированный – это тебе не дни рождения местным олигархам закатывать. Мероприятие добавит сто очков к его репутации, а заодно развлечет. К тому же вознаграждение Рубен ему пообещал такое, что тот аж присвистнул.

Кроме себя Рубен выбрал в жюри ведущего психолога юга России, Аллу Плешеву. Его первое секретное оружие. В ее задачи входило определять, насколько соответствовали слова девушек правде. На раз видела ложь, а также была известна умением задавать каверзные вопросы, помогающие вскрыть человеческую сущность.

Третьим членом жюри стал владелец журнала «Гламурное Черное море», который взялся освещать событие в прессе. Не слишком успешный делец, зато красавец-блондин, атлет, звездная модель своего же журнала, Владимир Анкор - по совместительству второе секретное оружие Рубена.

К слову, члены жюри, как и участницы конкурса понятия не имели об истинной причине проведения этого знакового мероприятия. Ни одна живая душа не знала, кроме главного организатора, самого Антона Стрежевского. Но тот-то уж точно будет держать рот на замке особенно после озвученного бонуса в случае успешного проведения.

Рубен не хотел никаких огласок.

Всё, к чему стремился – привести свою жизнь в некое подобие порядка, успокоить душу. И он сделает это при помощи конкурса красоты. Найдет ту, которая заменит для него Женю во всём.

Хватит страдать по недостижимой мечте. Сколько еще он мог бегать за Женей? Как только ни ухаживал за ней! Что только ни дарил, ни говорил, ни делал, толку ноль.

Что же, незаменимых людей не бывает - за годы работы в собственной компании Рубен четко уяснил эту простую истину. Всегда найдется специалист достаточной квалификации, чтобы заменить предыдущего.

Вот и в личной жизни ему нужен специалист весьма определенного типа.

Требования его просты и понятны:

- привлекательная внешность, чтобы радовала глаза;

- наличие ума, чтобы было, о чем поговорить;

- общность интересов, чтобы разделить его увлечения;

- крепкие моральные устои, чтобы можно было ей довериться.

Он найдет подходящую девочку, и, если она устроит его в длительном «тест-драйве», женится.

Он не тешил себя надеждой, что претендентка сразу увидит его и без оглядки влюбится. Но он достаточно богатый мальчик, чтобы предложить новой избраннице весомый стимул быть ему верной и послушной. Такие женихи на дороге не валяются. А после того, как он распишет условия, на которых собирался строить отношения, девушке останется ответить лишь крепкое «да», любая на ее месте согласится. К тому же в условия сделки будут входить его верность и преданность тоже. Важные качества для отношений.

- Рубен Русланович, пора начинать, - проговорил организатор, пригладив и без того идеально зачесанные назад черные кудри. – Завожу группами по пять человек.

Он кивнул, и тут же почувствовал в кармане пиджака вибрацию телефона. Проверил мобильный и обнаружил оповещение из «Инстаграма».

Не удержался, сразу открыл. Так и есть, «Сумасшедшая русская путешественница» выпустила новый пост.

«Я гуляю по пляжу в куртке, в лицо дует холодный ветер, а море теплое, как так?» - писала она.

В доказательство на фото виднелась одна нога в кроссовке и джинсах, а другая с уже закатанной штаниной и погруженной в воду голой стопой. И что за чудесные ноги! Это же не ноги, это произведения искусства. Каждый пальчик и каждый ноготок. Чем Женя Богу так угодила, что ей достались такие привлекательные конечности?

То, что Женя - «Сумасшедшая русская путешественница», Рубен узнал еще во Франции. Застал ее за постингом фото в «Инстаграм», хотя и не подал вида.

В новом аккаунте не было ее селфи к его великому сожалению. Вообще ее лица ни в одном посте не увидел, будто она его скрывала, зато туда попадало всё вокруг, в том числе ее чудесные ноги.

Наверное, бывших блогеров не бывает, ей просто необходимо делиться эмоциями.

Было очень приятно представлять, что это она не посты делает, а лично ему пишет, что с ним общается, а не со своей тысячной аудиторией. Да, да, каким-то мифическим образом ее аккаунт рос как на дрожжах. Многим оказалось интересно читать заметки русской путешественницы во Франции.

Рубен никогда ничего не лайкал. Ни единого раза. Не показывал Жене, что знал о ее тайном хобби, ведь вела аккаунт инкогнито. Наблюдал за ней издалека, но просматривал все посты раз по тридцать. И каждый раз они были трогательными, забавными, цепляющими, заставляли улыбнуться или даже посмеяться.

За просмотром новых фото Рубен пропустил выход первых пяти участниц.

- Не понравились? – спросила Алла Плешева.

- Нет, - покачал он головой.

С раздражением убрал телефон, очень уж надоела одержимость, от которой никуда не денешься. Всё, что касалось Жени, ему нужно было знать тут же, сразу, моментом.

«Заменю я тебя, милая!» - в который раз себе пообещал.

* * *

- Слюну подбери, хорошая девочка, не про твою душу, - усмехнулся Рубен, глядя на своего приятеля, Данила Китова, который с интересом наблюдал за одной из пяти финалисток.

Варвара Васильева, высокая блондинка с глазами цвета ртути и длинными золотыми локонами выгодно выделялась на фоне остальных. Рубен давно заметил, если Варя в комнате, ее вообще трудно не заметить. Яркая, интересная, очень молодая, она привлекла особе внимание.

Конкурс красоты стал самым знаковым светским событием этого года и привлек к себе внимание многих. Поэтому в честь номинанток было устроено несколько праздничных вечеров, в том числе и этот – благотворительный ужин, куда собрались сливки краснодарского общества, в том числе множество приятелей Рубена. Гостей в огромном зале ресторана оказалось больше сотни.

- Ты всех конкурсанток охраняешь? – хмыкнул Данил. – Это же какой малинник…

- Если тебе нужна девочка, в «Малинник» и звони, - отрезал Рубен и пошел приветствовать остальных гостей.

Уж конечно он не хотел позволять Данилу, этому небритому медведю в безвкусном сером костюме за пять тысяч баксов, портить ягоды, которые отобрал для себя. Тот мог! Поскольку имел всё, что приглянется, в общем-то, как и сам Рубен еще недавно. А у того были на Варвару Васильеву совершенно другие планы.

Когда вечер подходил к концу, Рубен наконец решил, что пришло время использовать одно из его секретных орудий. Направился прямиком к Владимиру Анкору, одному из членов жюри. Отвел на улицу покурить и сделал предложение от которого тот не мог отказаться:

- Хочу просить об услуге, за которую твой журнал получит рекламный контракт с моей фирмой на следующий год.

И озвучил свои весьма и весьма щедрые условия.

У Анкора аж глаза заблестели, когда Рубен закончил обрисовывать плюсы такого сотрудничества. Он погладил свою стильную блондинистую бородку, повел молодецкими плечами и спросил:

- В чем заключается услуга? Ты хочешь, чтобы я помог тебе выбрать Варвару Васильеву? Я всё вижу, всё замечаю…

Рубен хмыкнул и покачал головой.

- Нет, я хочу, чтобы ты сегодня пришел в спальню Вари в отеле и предложил ей победу в конкурсе, а еще контракт с французской фирмой, которая ищет лицо для новой парфюмерной серии. Всё это при условии, что она позволит тебе отыметь ее.

- Э-э… что? – громко выдохнул Анкор.

- Если она согласится, ты ее трахнешь, - пожал плечами Рубен. – Но в конкурсе, понятное дело, не выиграет и никакого контракта не получит.

- Но подожди, зачем? Я думал, ты ей благоволишь…

- Я благоволю девочкам, которые не трахаются за деньги и имеют какие-то моральные принципы.

- А, ясно, проверка значит, - протянул Анкор. - Подожди, вопрос, так если она согласится, мне ее правда трахать?

Рубен хмыкнул и ответил:

- Ага и пожестче, чтобы запомнила, что такое хорошо и что такое плохо. Но если она тебе откажет, не вздумай что-то ей сделать, сразу уходи и больше не лезь. Позвонишь мне.

Анкор застыл на пару секунд с отвисшей челюстью, потом подобрал ее, громко сглотнул и спросил:

- Ну, я пошел?

- Иди, - пожал плечами Рубен.

Глава 55. Я тебя заменю (продолжение)

* * *

«Надо же, никогда не думал, что могу жениться на девушке с именем Варвара…» - думал Рубен, поднимаясь по лестнице на второй этаж отеля, где проживали конкурсантки.

Он лично выбирал это место, поселил девушек с комфортом в самом центре города. Лучшие апартаменты достались, конечно же, ей – солнечной малышке, Варе.

Сегодня вечером Рубен надел на голову Варвары корону и сделал ее победительницей. Самая красивая, самая отзывчивая, сообразительная, честная и преданная, больше того, семейно-ориентированная. Самая-самая…

Она прошла жесточайший отбор на роль его женщины. Визуальный, психологический, получила от психолога отличные рекомендации. Даже проверку красавцем Анкором прошла, не стала спать за деньги или просто спать. Остался последний тур, последний рубеж, и его она пройдет уже этой ночью.

Тест на совместимость, так сказать.

Завтра в честь победительницы будет устроена грандиозная вечеринка, и на эту вечеринку Рубен придет с Варей вместе, если…

Если сегодня ночью всё пройдет гладко.

Рубен не будет напирать, но честно и откровенно расскажет ей, чего хочет. А хотелось ему отношений. Искренних, теплых, крепких, и строить их с девушкой, не подходящей ему по темпераменту или чурающейся его постели, как Женя, он больше не станет. Ему нужен секс, много разного секса, а еще человеческая близость, контакт. И он планировал получить свое сполна.

В том, что Варя ответит ему согласием, не сомневался. Не раз ловил на себе ее робкие взгляды, и дрожала она качественно, стоило Рубену тронуть ее за руку. Поэтому отворял дверь в ее номер без стука, не таясь. Не зря взял внизу ключ-карту. Она не должна его стесняться, с сегодняшнего вечера границ между ними больше не будет.

Рубен даже хотел застукать ее на чем-то интимном – лежании в постели с книгой, или расчесывании длинных волос у зеркала.

Застал.

За интимным.

Вошел в номер и обомлел, увидев, как его приятель, Данил Китов, даже не сняв пиджака и лишь приспустив штаны, наяривал голую Варю у стены. Девчонка обвила его медвежий торс ногами, а шею руками и сладко постанывала в такт его движениям. Эти двое так увлеченно трахались, что поначалу даже не заметили, что они не одни.

А Рубен не собирался уходить. Сложил руки на груди, понаблюдал пару секунд, как двигалась обтянутая очередным безвкусным серым пиджаком спина приятеля, и процедил:

- Китов, ты охренел?

Дальше началась свистопляска. Приятель резко оторвался от Варвары, опустил ее ногами на пол. Голая малышка заверещала, прикрыла руками свои обалденные сиськи размером с яблоки и спряталась за спину этого небритого медведя, пока тот натягивал штаны.

Рубен покачал головой и вышел в коридор, показательно кивнув Китову, чтобы тот следовал за ним.

И тот последовал.

- Что такое, Рубен, ты зачем врываешься к девушке? – попытался он предъявить претензию.

- Ты точно охренел, - прогудел Рубен. – Любому, у кого есть мозги понятно, что эта девочка не просто конкурсантка! Я лично ей корону на голову надел, и да будет тебе известно, это я являюсь спонсором конкурса, она здесь из-за меня и для меня, мать твою…

Китов опешил, задышал часто, сжал руки в кулаки:

- Рубен, прости, я не знал, что ты на нее глаз положил…

- А если бы знал? – цокнул языком он.

- Если бы знал… - Китов замялся, начал мямлить: - У нас это… - потом подбоченился и упер в Рубена неожиданно строгий взгляд: - Серьезно у нас, я ей только что предложение сделал, и она ответила мне «да». Так что это теперь моя невеста, Булатов.

- Что? – усмехнулся Рубен, покачав головой. – Ты ее видел всего пару вечеров.

- Я за ней с самого начала конкурса наблюдал. Варя, она… Я таких девчонок вообще не встречал, понимаешь? Она необыкновенная, яркая, честная, я женюсь на ней. Вот так.

«Мда, устроил конкурс, выбрал невесту… для Китова!»

Приятель стоял с каменным выражением лица, буравил Рубена взглядом, а тот думал – дать в рожу или не дать.

Ежу ясно, всё Китов понимал. Варя, возможно, и нет, а приятель точно да, ведь Рубен уже отгонял его от этой малышки на одной из вечеринок. Поэтому тот и выглядел виноватым, сделал предложение так быстро, застолбил типа, и трахнул быстро поэтому тоже. Даже костюм не снял, бедолага, так торопился помять чужую ягоду. Считай, украл.

- Ты хоть примерно представляешь, во сколько мне обошелся конкурс? Сколько я потратил времени на отбор? – процедил Рубен, буравя приятеля взглядом.

- Если ты сильно потратился, я компенсирую, - нервно сглотнул Китов.

«Надо бы в рожу дать, охамел», - ругался про себя Рубен.

- Еще как компенсируешь, - процедил приятелю.

Однако вместо того, чтобы зарядить тому в лицо кулаком, развернулся и направился обратно, к лестнице.

Пока спускался вниз, сам себе поразился, как спокойно отреагировал на произошедшее. У него Варю из-под носа сперли, наглым образом у стены наяривали, а ему хоть бы хны. Вообще практически ничего не почувствовал, даже не разозлился особо, только потраченного времени пожалел.

Вот если бы Китов Женю наяривал, тогда да, тогда Рубен на его морде ни одного живого места не оставил бы и причинное место бы отбил. А Варю… Ну а что Варя? Красивая, умная девочка, но абсолютно ему безразличная. Как с такой строить отношения? К чему бы это привело?

Рубен снова на секунду представил Китова с Женей у стенки, и аж всего передернуло. Не вышло выбить ее из сердца клином и вряд ли выйдет, купи он себе хоть сотню Варь. Только и осталось, что лечить душу временем, раз не вышло заменить.

- Незаменимая, мать ее, сучка, Женя! Незаменимая, не моя…

Глава 56. Срочно требуется «АнтиЖенин»

— Рубен Русланович, мы не знаем, как так вышло… — пытался объясниться начальник отдела новых технологий.

— Всех вплоть до лаборантов проверили, под микроскопом просмотрели! —  вторил ему начальник службы безопасности.

— Никак не может быть в штате лазутчика… — тихо проблеяла начальница отдела кадров.

Рубен обвел взглядом эту троицу, сидевшую напротив него в конференц-зале, и процедил сквозь зубы:

— Мне никакие оправдания не интересны! Ваше блеяние до одного места. Нужны ответы! И вы ответите… Я повторяю свой вопрос: кто слил информацию по последним разработкам в United Unlimited? И вы мне скажете, кто лазутчик, найдете его, из-под земли достанете. А если нет, то работать будете дворниками на вокзале, ясно вам?..

— Но как же… но мы же… — вторили сотрудники.

Рубен почувствовал жужжание мобильного в кармане. Слушал в пол-уха сотрудников, доставая телефон, и вдруг замер, увидев, кто звонил.

Абонент по имени Женя.

Точнее, не звонила даже, просто сбросила один гудок.

«Один, сука, гудок…» — проорал Рубен про себя, еле сдерживаясь, чтобы не расшибить ни в чем не повинный смартфон об стену.

И не имело уже никакого значения то, что говорили ему сотрудники, как и служебное расследование, которое начал сегодня утром.

Рубен будто выпал из реальности, снова в прошлое провалился.

А ведь он полгода держался!

Пол гребаных года он держался от нее подальше.

Не звонил Жене, не писал, а после того злосчастного конкурса красоты запретил себе заглядывать в ее «Инстаграм». Чтобы удержаться от соблазна, удалил это приложение с телефона. Стер ее из своей жизни.

Его слово твердое: завязал — значит завязал. Однако даже курить бросить было проще, чем завязать с зависимостью по имени Женя.

Рубен жалел, страшно жалел, что не нашлось в этом мире изобретателя, который смог бы придумать средство под названием «АнтиЖенин». Чтобы принял и сразу забыл о девочке Жене, смог жить своей жизнью, наслаждаться ею.

Последние месяцы Рубен посвятил всего себя работе, параллельно изучал китайский, нарабатывал новый рынок сбыта, стал богаче почти на четверть капитала. Хотя в прошлые недели и наметился небольшой спад из-за слитой конкуренту информации о новых разработках, всё равно общая картина радовала. Очень это оказалось финансово выгодно —  заглушать работой мысли о неразделенной любви.

Думал, что попустило, полегчало, прекратил крутить в голове ее образ по тысяче раз в день.

И вот, пожалуйста: Женя бросила один гудок, а у него уже тряслись руки и пересохло в горле. Как это работает? Как?! Почему не догадался заблокировать ее номер?

Впрочем, тут же забеспокоился: «Что ей нужно? Может, что-то стряслось?»

Сердце тут же сжалось от волнения, ведь раньше она ему не звонила. Хотя… один гудок вряд ли можно назвать звонком. Вполне вероятно, набрала по ошибке и сразу сбросила, поняв, кому звонила. Версия? Версия. Конечно же, это было именно так, ведь не может быть, чтобы ее величество Евгения Новикова сама изволила набрать номер жалкого смерда, Рубена.

Вдруг телефон в его руке снова завибрировал. Женя!

«Я не буду брать трубку. Нет, ни за что не возьму!» — мелькнула в голове мысль.

И тут же он будто со стороны услышал свой грозный рык:

— Всем выйти!

Гаркнул так, что, показалось, затряслись стекла.

Подчиненные вздрогнули, и все трое резво подскочили со своих мест и побежали к выходу, как заправские спринтеры.

И пока они не вышли, Рубен гипнотизировал телефон. А тот всё звонил и звонил.

Наконец он не выдержал, всё же принял вызов, поднес трубку к уху, крепко сжав.

— Да, Женечка? —  прохрипел почти ласково, чувствуя, как кровь начинает стучать в висках.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 57. Курс на сближение

Рубен даже не был уверен, сон или явь, просто позволил себе это. Один разговор с ней, с девушкой, чей голос заставлял сердце разгоняться до двухсот ударов в минуту, а заодно отключал мозг.

- Рубен, я знаю, ты не хотел общаться. Извини, что позвонила, просто… - сказала Женя и замолчала на середине фразы.

Он тут же распознал в ее голосе какое-то беспокойство и забеспокоился сам. Крепко забеспокоился, до дрожи в голосе:

- Женя, что случилось?

- Я… меня положили на сохранение, - ответила она сдавленно.

- Сохранение чего? – еще больше заволновался он.

- Плода, конечно. В смысле ребенка. То есть, не совсем на сохранение, уже в принципе скоро конец срока, вот я и тут…

- Что случилось с ребенком? – перебил он ее резко.

- Да ничего в общем-то, - продолжила мямлить она. - Просто слабость, небольшое недомогание. Мне ведь совсем немного до родов осталось. Но ты не волнуйся, тут очень внимательные врачи, и палата хорошая. Мне нравится здешний роддом.

Ему важно и интересно было знать, как у нее дела, и тем не менее ее слова никак не объясняли причины звонка. А она ведь должна быть, разве нет? И серьезная, раз Женя решилась на разговор после полугода молчания.

«Она боится сказать? Почему медлит?»

- Женя, объясни мне толком, что случилось? Почему ты мне звонишь? – нервно спросил Рубен.

«Может быть, чересчур строго прозвучало? Какого лешего она молчит?!» - изнемогал он в ожидании.

И вдруг услышал ее испуганное:

- Просто мне очень одиноко, страшно, и… Я хотела услышать твой голос. Ты такой сильный, уверенный, а мне этого сейчас очень не хватает. Поэтому позвонила.

Рубен замер с трубкой у уха и выдохнул. Ничего не случилось, ура! С Женей всё в порядке.

А потом до него вдруг дошло: «Это насколько ей там паршиво и одиноко, что она решила позвонить именно мне! Не сестре, не подругам, а мне!»

- Другой причины у тебя нет? – уточнил он на всякий пожарный, вдруг что-то утаивает.

В трубке послышался ее нервный вздох, а потом она выдала совершенно неожиданное:

- Извини, что побеспокоила, просто надеялась на небольшую поддержку. Больше не буду звонить.

И на этом паршивка отключилась.

- Женя, ты меня не так поняла, я не имел в виду… - попытался Рубен объяснить, но трубка уже пела короткими гудками.

А ведь он просто переволновался, поэтому и разговаривал с ней так резко. Совсем не имел в виду, что ей не надо ему звонить. В жизни не чувствовал себя более косноязычным, чем во время этого телефонного разговора.

Рубен мысленно шлепнул себя по губам, будто стремился наказать за то, что общался с Женей совершенно не так, как ей было нужно. И когда она еще раз ему позвонит? Опять через полгода?

«Вообще-то у тебя тоже есть пальцы и даже телефон! Можешь и сам ее набрать», - тут же пришла в голову мысль.

Да, он хотел с ней поговорить, очень хотел… Но лично!

«Мне совершенно не до этого сейчас, - включился в голове голос здравого смысла. – У меня на работе проблемы!»

Однако следующее, что он делал – бронировал билеты во Францию. Ближайший рейс.

Всё, баста, Рубен больше не мог находиться вдали от этой женщины.

«Плевать, что она меня не хочет, - тут же решил. - Зато сейчас я нужен ей! Пусть не как любовник, а просто как человек, как друг, и я буду рядом!»

«Ходите как минимум час в день! Пятнадцать минут утром, в обед, после дневного сна, вечером», - вспоминала Женя рекомендации врача.

«Ага, походишь тут… Сам бы попробовал ходить при условии, что живот на нос наползает», - ругалась она про себя.

Женя каждый день смотрелась в зеркало и с трудом узнавала в этой круглой со всех сторон особе себя. Шарик! Арбуз. Глобус…Но, конечно же, следовала рекомендациям врача не смотря на тот факт, что ходьба ей доставляла один дискомфорт. Впрочем, на девятом месяце беременности она только и чувствовала что один сплошной дискомфорт. А еще страх. Отчаянный и абсурдный страх, что что-то пойдет не так. Давила его в себе, а он не давился, крепкий оказался, зараза такая, живучий.

Вот и сегодня, гуляя по скверу, расположенному возле роддома, Женя старательно пыталась рационализировать эмоции, успокоиться, объяснить себе, что бояться нечего, что она в надежных руках. Только это не помогало. Теплый апрельский день не радовал совершенно, а пресловутая ходьба только раздражала.

И вдруг она услышала где-то за спиной резкий оклик:

- Женя!

Ей показалось? Нет, это не может быть Рубен. Или может?

Женя еле подавила глупый порыв попытаться спрятаться за дерево, чтобы Рубен ее не увидел в этом дурацком белом сарафане, единственной вещи, которая в ее положении оставалась удобной. Но, во-первых, деревце не спрятало бы ее, слишком тонкое, во-вторых ей всё же очень хотелось увидеться с неожиданным гостем.

Пригладив собранные в хвост волосы, и отругав себя за то, что не догадалась утром хоть накрасить ресницы, Женя обернулась.

- Вот ты где! – проговорил Рубен с горящим взглядом. - Я искал тебя в палате, а тебя нет, переволновался…

- Что ты здесь делаешь? – спросила Женя сразу.

Он тоже улыбнулся ей, немного замялся, пожал плечами:

- Был неподалеку, решил заскочить…

- Неподалеку в смысле во Франции? – насторожилась Женя.

- В Европе, - пожал он плечами. – Не рада видеть?

- Очень рада! – всё-таки призналась Женя.

А потом схватила его за руку, будто боялась – сбежит. Посмотрела в глаза и еще раз повторила с чувством:

- Рубен, я очень рада тебя видеть! Ты как-то странно на меня смотришь, я похожа на пончик, да? Или нет, на арбуз… Вот! На утку, которая проглотила арбуз, я угадала?

На это он лишь усмехнулся и одарил ее каким-то особенно нежным взглядом:

- Ты прекрасна, Женя…

- Льстишь! – усмехнулась она. – Женщина не может быть прекрасной, веся столько, сколько вешу я!

- Да, покруглела, - ответил он со смешинками в глазах.

- Но-но, попрошу без уточнений, - фыркнула она с деланным раздражением.

- Можно украсть будущую мамочку из больницы на пару часов и угостить обедом в ресторане? – вдруг предложил Рубен.

- Не можно! – покачала она головой с самым серьезным выражением лица. – Нужно!

Рубен по-доброму засмеялся, предложил ей руку, и они зашагали к выходу из больничного сквера.

Именно в этот момент малышка Нонна решила, что маме пора про нее вспомнить.

Нонна – имя, которое Женя выбрала для своей будущей дочки. Это имя казалось ей настолько прекрасным, что хотелось повторять его бесконечно – певучее и очень будущей малышке подходящее.

- Ой, ой… - не удержалась Женя от комментариев того, что чувствовала внутри.

Давно заметила, если чему-то сильно радовалась, это передавалось и Нонне, и любимая дочь начинала свою зарядку – раздвигание ребер матери ножками. Эдакое распирающее больно-странное чувство, которое никак не заглушишь и не проигнорируешь.

- Что случилось? – тут же забеспокоился Рубен.

Женя вцепилась в его руку и задышала, как учили на курсах.

- Подожди минуточку, сейчас эта поганка успокоится, и пойдем… Не переживай, всё в порядке, штатная ситуация.

- Конечно, - кивнул Рубен. – А поганка – это значит, у тебя будет девочка?

- Да, девочка, - улыбнулась Женя и снова схватилась за живот. – Ой-ой, что-то она слишком усердствует…

Рубен аж побледнел, буравя ее взглядом. Женя заметила, как у него на шее задергалась венка.

- У тебя живот шевелится… - вдруг выдал он.

- Это ножка Нонны, - сообщила Женя и, не думая, взяла руку Рубена, приложила к животу: - Попробуй.

Он замер, как громом пораженный, даже не дышал, кажется, пока его теплая ладонь грела ее живот. И малышка вдруг успокоилась.

- Вроде бы всё, прошло, пойдем обедать? – спросила Женя.

И тут у нее случилась первая схватка.

Она уцепилась в руку Рубена и прошептала:

- Не пойдем мы обедать… отведи меня в палату, кажется, начинается!

Женя никогда не видела у Рубена такого обеспокоенного выражения лица. Он нервно сглотнул, весь будто окаменел, а потом повел ее внутрь роддома.

- Рубен, я понимаю, просьба моя дикая, но ты можешь побыть со мной, пожалуйста? Я боюсь… - призналась с чувством.

- Буду с тобой столько, сколько скажешь… Держи мою руку, если тебе так проще.

И Женя держала… сжимала, когда хотелось кричать. А когда не могла терпеть, кричала и еще сильнее сжимала.

«Господи, спасибо тебе за крепкие руки Рубена…»

Рубен метался по коридору из одного конца в другой. Не знал, куда себя приткнуть, пока в родильной палате происходило основное действие. Дико хотелось рвать на голове волосы, только вряд ли помогло бы. Слушать крики любимой женщины было невыносимо, она как будто умирала по другую сторону стены, а он ровным счетом ничего не мог с этим поделать.

Это не роды, это жутчайшая пытка, задуманная природой.

Рубен не понимал, зачем вообще Женя на это пошла? Почему не сделать кесарево, зачем это терпеть? Ради чего? Естественные роды лучше для ребенка? Что за бред! В то же время он никогда не думал, что в этой маленькой девчонке столько силы и терпения.

Слабая женщина? Ха-ха три раза. Именно сегодня Рубен понял, что никого сильнее Жени не встречал.

Он пережил с ней каждую секунду болезненных схваток и не понимал, как кто-то мог назвать роды чудом, а появление младенца на свет чем-то прекрасным. Малодушно жалел, что не приехал к ней, допустим, завтра или послезавтра, когда всё уже было бы кончено, и в то же время не мог и на минуту от нее отойти. Боялся, что с ней случится что-то непоправимое и старался помочь на свой лад, подбодрить словами, отвлечь шутками, рассказами про родину, сплетнями, всем, что приходило в голову. Терпел, пока она пыталась сломать его кисть своими маленькими ручками, когда сжимала во время особо острых болей.

Это было дикое зрелище и испытание. Но как же он разозлился, что врач выпроводил его вон во время «изгнания плода», как он это назвал. И в то же время был благодарен за то, что не видел искаженное болью лицо Жени.

Вдруг из-за двери раздался визг. Громкий, искренний визг младенца.

А через некоторое время из палаты всё же показался врач.

Рубен тут же подлетел к нему, спросил на французском:

— Что с ней?

— Всё в порядке, роженица произвела на свет чудесную здоровую девочку. Она сказала, вы ее друг, верно?

— Да, я могу ее видеть?

— Лучше повременить, она должна отдохнуть, а ребенка сейчас заберут в детское отделение. Но вы можете на него взглянуть. Если хотите, конечно…

Вообще-то Рубен не собирался. Однако стало интересно, кого все-таки произвела на свет божий Женя. Ради кого он провел в роддоме последние девять часов, наблюдая за страданиями любимого человека.

— Я хочу посмотреть… — уверенно проговорил Рубен.

И его отвели в специальную палату, а через несколько минут прикатили на каталке маленький белый сверток.

Медсестра показала ему ребенка, а потом зачем-то схватила его, принялась объяснять, как надо держать и уверенным движением сунула сверток Рубену. Он хотел отказаться, но банально не успел. И замер с младенцем на руках, не в силах сдвинуться с места. Душу раздирали противоречивые чувства. Удивился невесть откуда взявшемуся страху как-то навредить ребенку, сделать что-то неправильно.

Как вообще этих младенцев держат? Ему ведь раньше не доводилось.

Вгляделся в лицо девочки и цокнул языком.

«В кого ж ты такая страшненькая… В отца, наверное…»

Он помнил тот тяжелый разговор с Женей о том, мог ли это быть его ребенок. Признался ей, что в тот день намеренно оставил в ней свое семя, думая, что она на противозачаточных, как и остальные девушки из «Малинника».

Тогда Женя ему объяснила, что он не мог быть отцом по срокам, овуляция у нее была примерно за десять дней до их полового акта, а еще имел место незащищенный секс с Владом. Она точно знала дни овуляций, потому что задумывалась о малыше уже некоторое время и следила за циклом. Надеялась забеременеть от Влада сразу после свадьбы, если тот решится сделать предложение, ведь давно мечтала о ребенке.

Вот так необычно во всех смыслах сбылась мечта Жени. И Рубен держал в руках плод этой мечты.

«Нет, не моя дочь, — качал он головой, внимательно изучая лицо ребенка. — Никаких сомнений быть не может».

Красная, какая-то опухшая, с крупными чертами лица, да еще и с совершенно бездумным взглядом. Девочка куксилась, кряхтела, а потом вдруг затихла, будто уснула даже.

— Странное ты создание… — тихо прошептал он ей на русском.

В то же время Рубен не мог сказать, что держать легкую, как пушинку, Нонну было неприятно. Сам факт ее присутствия почему-то заставлял улыбаться. Ощущалось что-то странное в том, что он теперь держал на руках частичку Жени, ее прямое продолжение. Такое щекочущее изнутри чувство, ни с чем другим не сравнимое. Он раньше никогда ничего подобного не испытывал.

Ладно, бог с тем, что страшненькая, главное — здоровая.

— Позвольте? — обратилась к нему медсестра.

И как-то слишком хищно протянула руки. Рубену это очень не понравилось.

Сообразив, что она хотела забрать ребенка, почувствовал: не хочет отдавать малышку. По крайней мере не так быстро.

Попросил на французском:

— Можно, я еще минутку подержу, пожалуйста…

А все-таки как хорошо, что он приехал именно сегодня.

Глава 58. Сумасшедший

Следующую неделю Рубен жил между роддомом и своей виллой в Аржелес-сюр-Мер. Каждый день ездил навещать Женю и Нонну. Всего каких-то пятнадцать минут в день вместе, от силы полчаса, но и этого хватало для переизбытка эмоций.

Женя рассказывала ему о малышке, благодарила за то, что не бросил одну, удивлялась, зачем Рубен решил пожертвовать роддому такую большую сумму денег. И радовалась, что к ней там относились как к королеве. А ведь именно потому и пожертвовал!

Вдали от нее только тем и держался, что читал и перечитывал ее «Инстаграм».

Это оказалось нечто: в один-два присеста проглотить то, чем она жила последние полгода. Будто самый крутой фильм посмотрел или прочитал книгу под названием «Приключения любимой женщины».

Сколько эмоций, чувств, забавных и трогательных ситуаций: попробовала новое блюдо, впервые почувствовала толчок ребенка, наблюдала за свадьбой на центральной площади Аржелес-сюр-Мер и плакала.

А сколько фото! Один животик с сантиметровой лентой встречался не менее дюжины раз, то есть можно было проследить рост Нонны.

Увлекательное получилось чтиво, как ни крути. Из Жени вышла бы отличная писательница. Такое чувство, словно Рубен прикоснулся к ее лбу своим и как в фантастических фильмах обменялся с ней мыслями — ровно настолько обогатился знаниями о дорогой сердцу женщине. Теперь не представлял, как мог целых полгода держаться вдали?

Кстати, одним из основных моментов, что он вычитал в ее постах, была любовь и тоска по родине.

Женя оказалась настоящей патриоткой. Даже там, в его шикарной вилле на юге Франции, тосковала по России и сокрушалась, что не могла поехать туда даже на выходные.

«Ты поедешь, милая, я тебе обещаю!» — мысленно повторял Рубен.

И без того решил: он Женю во Франции не оставит, и точка. Заберет с собой обратно в Россию. Ее место в Краснодаре.

А он… он без нее уже попросту не сможет! Хоть режьте его, хоть четвертуйте, а Женя должна быть рядом. Всегда.

Сегодня он осторожно поговорит с ней, предложит вернуться. Скажет, что готов отдать в ее распоряжение свой дом в пригороде Краснодара. Там уютно, светло, большой сад, где можно гулять, бассейн, вся инфраструктура. К тому же он сам сможет ее навещать. Найдет для нее и в России телохранителя-домработницу, повара, няню для маленькой Нонны. Всё, что потребуется, и намного больше.

Наконец настал день, когда можно было забрать красавицу из роддома.

Рубен посоветовался с врачом, и ему сказали: ребенка можно брать в самолет в возрасте от семи дней. Сегодня малышке Нонне как раз исполнилась неделя.

«Что, прямо так и сказать? Женя, милая, возвращайся со мной в Россию? А что, вот прям так и скажу!» — тут же решил он.

Спешил к ней на всех парах, с утра выжидал, когда пора будет ехать. Разрядился ради этого в бежевый свитер из нежнейшего кашемира и брюки, даже побрился с особой тщательностью. Вдруг перепадет поцелуй в щеку? Выбрал нейтральный одеколон с нотками зеленого чая, чтобы не дай бог не раздражать нежный нос Нонны. Где-то читал, что дети чувствительны к запахам.

Добравшись до роддома, как мальчишка разнервничался. Ладони вспотели, дыхание вырывалось из груди с шумом.

«Ты еще не приехал?» — получил сообщение от Жени.

И сразу же позвонил ей:

— Привет, милая.

Очень постарался не выдать волнения, хотел сказать, что он внизу, но вдруг услышал громкий всхлип и грустный ответ:

— Привет…

— Что случилось? — Голос Рубена мгновенно сделался металлическим.

— А? Да ничего…

— Почему тогда всхлипываешь? — еще больше занервничал он.

— Да просто… Тут одну мамочку с младенцем муж на лимузине приехал встречать, машина вся цветами украшенная, сам в белом костюме, с шариками наперевес… Счастливый такой, знаешь? Мы тут несколькими палатами в окно любовались.

— А плачешь ты почему? — не понял Рубен. — Ты хочешь лимузин и шарики?

— Нет-нет, что ты, не надо мне лимузина, — раздался в трубке ее нервный смешок. — Извини, это женское, сложно объяснить, да и вряд ли стоит…

— Стоит, Женя. Объясни толком, в чем дело? Почему ты расстроена? — задал он прямой, как линейка, вопрос.

— Ну потому что я тоже хочу, чтобы меня из роддома встретил любящий муж, чтобы у Нонны был отец… — вдруг запричитала она. — Нет-нет, ты не подумай ничего плохого, пожалуйста. Я очень тебе благодарна! Спасибо, что ты здесь, что оказываешь поддержку. Я ценю, правда! Ты скоро приедешь?

— Через двадцать-тридцать минут, жди, милая, — соврал Рубен и отключился. Ясно понял: Женя хочет замуж и папу для Нонны.

Чем он не кандидат? Самый что ни на есть подходящий кандидат: готов и жаждет. Достаточно побыл другом, вполне годился для новой роли. Но почему же Женя дальше собственного носа ничего не видела? Не разглядела его интереса.

Значит, надо дать ей повод разглядеть.

Рубен редко поддавался порывам. Насколько искренним, настолько и безумным. Чтобы вот так раз — и прыгнуть с обрыва с закрытыми глазами — это не про него. Он предпочитал стелить солому везде, где только можно постелить. А вот сегодня решился.

Прыгнул.

Понял: время.

«Сейчас или… сейчас!» — крутилось в его воспаленном мозгу.

Женя — его женщина, по всем фронтам его, и он просто обязан показать, насколько хочет сделать ее своей.

Рубен пошел гулять по коридорам, даже примерно не представляя, что удастся найти. Однако довольно быстро наткнулся на ту, которая вполне могла помочью ему осуществить бредовую идею — аккуратную брюнетку в белом врачебном халате с очаровательной доброй улыбкой.

Он внимательно оглядел женщину — по комплекции она очень походила на Женю, кисти рук такие же изящные. На безымянном пальце кольцо с крупным бриллиантом формы «Принцесса». Идеальный квадрат. Камень сверкал всеми гранями. Украшение явно новое или недавно побывавшее в чистке.

«То, что надо!»

Толком не думая, Рубен подошел еще ближе к этой женщине.

— Здравствуйте, — проговорил на французском. — Не сочтите за дерзость, но... продайте мне ваше кольцо.

— Изволите шутить? — начала кокетничать с ним врач. — Прошу прощения, но это кольцо мне подарил муж на нашу годовщину свадьбы, и я ни за что его не продам. Оно дорого мне как подарок, и потом, оно стоит баснословных денег. Мой муж — успешный хирург и…

— Сто тысяч евро, — пожал плечами Рубен.

— Вы шутите? — спросила врач, округлив глаза.

Кажется, ее ресницы при этом достали до бровей.

— Совсем нет. — Рубен достал телефон, открыл приложение банка и набрал необходимую сумму. — Позволите номер вашей карты?

— Вы серьезно? Сумасшедший… —  простонала она, прикрыв руками рот.

— О да, вы это очень верно подметили, сумасшедший и есть. Поймите, я хочу сделать любимой предложение, причем прямо сейчас, и мне необходимо достойное кольцо. За ценой, как видите, не постою. Скажете номер карты? Или слишком боитесь расстроить мужа?

И тут она вдруг охнула:

— О, подождите, кажется, я вас знаю! Именно вас я видела в кабинете главврача. Вы господин Булатов, тот самый русский бизнесмен, который пожертвовал нашей клинике такую внушительную сумму. Мы все вам очень благодарны, весь коллектив и больные! Возьмите кольцо, право, если вам так нужно. Это для той самой девушки, которую вы привезли к нам на роды? О, как романтично… Мой муж поймет, не переживайте...

С этими словами женщина продиктовала ему номер карты.

С кольцом в кармане Рубен почувствовал себя гораздо увереннее.

Он прошагал в белую комнату выписки, где младенцев выдавали отцам. Просторную, украшенную шариками и цветами. Позвонил Жене, сказав, что прибыл.

Заставил себя сидеть спокойно. Ждал минут пятнадцать, пока ее вместе с младенцем на руках не привезли в кресле-каталке. Зачем кресло-каталка, так и не понял, но здесь так было принято.

В ту же секунду подскочил с места, бросился к ней.

— Привет, моя хорошая, — улыбнулся от уха до уха.

Потом подал ей руку, но вместо того, чтобы помочь подняться, сам опустился на одно колено и достал из кармана кольцо.

— Тебе нужен муж и папа для Нонны, Женя? Я здесь, готов. Выходи за меня, и я всю жизнь буду о тебе заботиться. О вас заботиться…

Ему было решительно плевать, что кроме них в комнате находилось еще с десяток человек, что он запачкает светлые брюки или опозорит себя, если любимая откажет. А она могла отказать.

На всех и всё плевать, кроме Жени.

— Я согласна, — вдруг услышал он ее шепот.

Глава 59. Страшные страхи

— Поженимся сразу, как вернемся в Россию, — объявил Рубен, едва они вернулись в Аржелес-сюр-Мер.

Женя прижала к груди Нонну и тихонько спросила:

— А когда мы едем в Россию?

— Завтра, — кивнул он, причем так уверенно, будто это было давно решено, обговорено и согласовано.

Женя почувствовала, как в груди поселилась паника.

— Как завтра? — громко охнула она.

— Если ты переживаешь по поводу сбора вещей, — ободряюще улыбнулся Рубен, — то не надо, милая. Домработница всё соберет и отправит в Россию. Ни о чем не волнуйся, отдыхай, корми Нонну. Жду тебя в столовой за ужином.

А потом он сделал то, что ей так безумно понравилось в их недавно возрожденных отношениях — обнял и звонко поцеловал в щеку. И вышел из ее спальни, оставив наедине с дочерью.

«Как же так получилось, что я согласилась выйти за него замуж?» — в который раз спрашивала себя Женя.

Ничего, как говорится, не предвещало. Друг и друг… пока не встал на одно колено с кольцом в руке. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно? Какой процент женщин получает предложение руки и сердца в роддоме?

Женя поменяла кряхтящей Нонне подгузник, завернула в свежую пеленку. Уселась с ней в кресло у окна и дала грудь, с удовольствием наблюдая, с каким аппетитом дочь принялась чмокать.

Вот у кого никаких проблем: знай себе пей молоко и в ус не дуй. Сухо, тепло, комфортно. Зато у самой Жени от волнения и переизбытка чувств в голове творился такой бардак, что и за неделю не разгрести.

Да, согласилась идти замуж. Но что еще она могла сделать в той ситуации?

Красивый заботливый мужчина, вкусно пахнущий к тому же, становится перед тобой на одно колено, когда ты держишь младенца на руках, предлагает заботиться о тебе и ребенке. И ты ответишь ему «Нет»?

— Да щас… — фыркнула она тихонько.

Ни одна нормальная женщина в такой момент не откажет. Тем более такому мужчине, как Рубен.

Женя ведь всегда о таком мечтала: чтобы романтичное предложение руки и сердца, крепкая семья, здоровый малыш.

Да, Рубена не назовешь романтиком, и дочка у нее не от него, но… но. Всё получилось красиво и хорошо, пусть он даже никакой не принц на белом коне из сказки.

Хотя, собственно, почему не принц? Если Женя чему и не поверила в его речах, так это тому, что он был в Европе, а к ней заехал просто потому, что оказался рядом. Те, кто приходит в гости просто «проезжая мимо», на роды не остаются. А он остался. И потом поддерживал, хотя ему явно надо было  Россию, поэтому так торопился. Женя пару раз слышала, как он напряженно общался с кем-то по телефону на русском, когда ее навещал.

Человек прилетел для нее и ради нее. Кольцо подарил. Ну не просто же так? Он явно серьезно настроен, хоть и не спешил ей об этом говорить.

Женя, конечно, подумала бы, что у Рубена есть на нее какой-то расчет, своя корысть. Да только что с нее взять? У Жени есть только Женя и Нонна. Вот они-то вдвоем как раз Рубену и пригодились. А он пригодился им, ей в частности.

Пусть ее согласие на его спонтанное предложение выглядело немного корыстно, ведь она его даже толком не знала. Проведенное вместе время не в счет, слишком его было мало. Но Рубен нравился ей полгода назад, не разонравился и теперь. Кроме того, с ним и только с ним она чувствовала себя спокойно, защищенно. Именно этого жаждала, когда находилась в России, именно об этом мечтала, когда тревога начала съедать и во Франции. Тем удивительнее было получить всё это от того, кто изначально стал причиной ее волнений.

Чувство защищенности — очень нужное чувство.

Жене было больно, когда он уехал. Подспудно надеялась: когда-нибудь вернется. И он не подвел.

Рубен хотел быть с ней рядом. С ней такой, какой она была в тот момент! Еще не отошедшим от родов шариком с круглыми щеками. Его не смутило даже наличие ребенка от другого мужчины. Определенно достойный кандидат в мужья. И это уже не говоря о том, что он почти девять месяцев содержал ее на своей шикарной вилле, хотя был совершенно не обязан это делать.

Достойных уважения поступков этот мужчина совершил огромную кучу. Женя оценила всё.

Отказываться от такого мужика попросту глупо.

Да и не хотела Женя отказываться. Первая мысль, когда сделал ей предложение: «Ура, Рубен не уедет, больше не исчезнет из моей жизни!»

И только после этой радостной мысли в голове закрутилась карусель страхов. Самых разных: от микроскопических до гигантских, размером с Эйфелеву башню. Как Рубен поладит с крикушей Нонной? Не слишком ли они торопятся? Вдруг разругаются в пух и прах, и Рубен выгонит Женю прямо в руки Влада? Что, если он вообще пошутил? Ведь не пошутил, правда?

Кое-как уложив Нонну в колыбель, Женя поспешила в душ, где провела целых десять блаженных минут. Больше не позволила себе нежиться под струями теплой воды, ведь предстояло еще сотворить какую-то прическу, а то волосы напоминали гнездо очень неопрятной вороны. Да и лицом тоже следовало заняться.

Наскоро обтеревшись полотенцем, Женя накинула белый пушистый халат и побежала в гардеробную выбирать наряд для ужина.

Очень хотелось быть красивой, но вариантов оказалось всего чуть. Гардероб ее на тот момент был весьма скуден, ведь из большинства вещей она попросту выросла. Новые не покупала из принципа, ведь дала себе зарок похудеть до прежних размеров.

— Хм… может быть, этот красный сарафан подойдет?

Женя достала его, повесила на спинку шкафа.

Скинула банный халат прямо на пол и застыла у зеркала, разглядывая свою изменившуюся фигуру. Живот немного спал, но всё еще был виден! И бедра увеличились в размере, и попа, и руки стали жирнее, чем прежде.

— Я слон… Как Рубен будет спать со слоном?.. — простонала она, разглядывая себя во всех деталях.

И тут ее как будто копьем насквозь проткнула мысль: а ведь им и правда придется спать!

— Ужас какой… — чуть не захныкала она.

А мозг тем временем бомбардировали новые страхи один другого ярче: «Что, если Рубен любит исключительно жесткий секс? Я не хочу жесткого секса! Я вообще никакого секса не хочу! Да и нельзя мне пока. Но согласится ли он подождать? Или не поверит, что мне нельзя, и потребует…»

Зная этого озабоченного типа, можно было предположить, что он обязательно в скорейшем времени станет ее домогаться. То-то жениться собрался сразу! Поди, просто хочет брачную ночь. Станет настаивать на доступе к телу, ведь давно ее хотел и что только ни предлагал за ночь любви, даже в окно к ней забрался в люльке пожарной машины. Может быть, только поэтому и женится?

Но ей, вообще-то, действительно нельзя после родов. Месяц-два минимум. Захочет ли Рубен ждать?

Конечно же, можно удовлетворить мужчину, не допуская его к собственным гениталиям. Женя, конечно же, это знала. Но на практике не представляла, как сможет опуститься перед Рубеном на колени и предложить ему удовлетвориться оральными ласками. Да и не хотела этого!

— Может быть, он потерпит? — спросила она у зеркала, да так жалобно, будто и правда надеялась на ответ.

Рубен и терпение — вещи несовместимые. Вдруг он откажется жениться?

«Так, а ну собралась, надела платье, намазала моську тенями, пудрой и помадой и пошла разговаривать со своим почти мужем! Человек ради тебя полмира проехал, роды с тобой принимал, а ты тут стоишь, надумываешь. Уж такую малость, как откровенный разговор, ты обязана ему обеспечить», — отругала она саму себя.

Тяжело вздохнула и пошла одеваться.

Женя давно не чувствовала себя такой красивой, как в этот момент. Красный сарафан красиво сидел на ее плечах и надежно скрывал несовершенства фигуры, будучи достаточно просторным в талии. Прическа тоже удалась на славу — кудряшка к кудряшке, да и помада нашлась в тон — нежный терракот.

Она зашла в столовую почти твердой походной и чуть не побежала обратно в спальню, заметив во главе огромного стола Рубена.

«Как-то слишком хищно он на меня поглядывает! — тут же отметила. — А вдруг и правда захочет большой и чистой любви не отходя от кассы? Мама!»

— Женя, милая, что застыла, проходи!

Рубен подскочил с места, отодвинул для нее стул рядом с собой.

Она проглотила огромный ком и медленно двинулась к нему. Подошла, еще раз сглотнула и осторожно присела на обитый бархатом стул.

— Как Нонна? — спросил Рубен, устроившись за соседним стулом.

— Спит, — пожала плечами Женя и поставила на стол трубку радио-няни.

— Давай за тобой поухаживаю, — предложил он.

С этими словами положил ей на тарелку всего по чуть-чуть. Зеленый салат, картофельную запеканку, самый нежный кусочек курицы.

— Мамочкам надо хорошо питаться, — подметил с улыбкой и принялся за еду.

Жене же кусок в горло не лез, хотя блюда божественно пахли.

Рубен заметил ее скованность, отложил вилку с ножом и спросил напрямик:

— Ты нервничаешь?

— Рубен, а почему ты вообще захотел на мне жениться? — вдруг спросила Женя.

И не просто спросила, а почти выкрикнула.

— Э-э-э… Разве ответ для тебя не очевиден? — проговорил он, глядя ей в глаза.

— Нет, не очевиден, скажи словами, пожалуйста.

— Я тебя л… — проговорил он и вдруг резко захлопнул рот, поскрипел немного зубами и всё же продолжил: — Мне не так-то просто о таком говорить, да и не привык я о таком рассуждать, но… Ты дорога мне, понимаешь? У меня есть к тебе чувства. Большие чувства. Хочу, чтобы мы были вместе. Ты и я…

— И Нонна?

— И Нонна, — подтвердил он кивком. — Именно поэтому я сделал предложение, не хочу уезжать в Россию без вас.

На последнем слове он выдохнул, почему-то выжидающе уставился на Женю и вдруг попросил:

— А теперь ты скажи.

— Что сказать?

Рубен замялся, задышал часто, будто собрался бежать марафон, а потом всё же выдал вопрос, судя по испарине на его лбу, очень его волновавший:

— У тебя есть ко мне хоть какие-то чувства?

Женя усмехнулась:

— О, у меня к тебе много самых разных чувств! Полна коробочка…

— Правда? — просиял Рубен.

Женя в жизни не видела, чтобы он так широко улыбался. Надо же.

И задала следующий по важности вопрос:

— А почему ты хочешь жениться так быстро?

— А чего тянуть? Давай распишемся и покончим с этим.

«Он точно попросит интима…» — как никогда отчетливо и ясно поняла Женя.

— Но я… — промямлила она и замолчала.

— Что у тебя на уме? — излишне резко спросил он. — Только не говори мне, что ты передумала.

— Я… Рубен, мы можем подождать пару месяцев, пожалуйста?

Она заметила, как тот напрягся, даже вена на шее запульсировала.

— Аргументируй, — коротко пробурчал он.

— Тебя не было полгода! — развела Женя руками. — И потом, я хочу к тебе привыкнуть, прежде чем ты со мной… то есть мы… ну, в общем…

— Хм... То слово, которое ты так старательно избегаешь, — это секс?

В этот самый момент она почувствовала, как ее щеки запылали таким жарким румянцем, что хоть ужин на них подогревай. Ей двадцать шесть лет, и она краснела при слове «секс». Позор…

— Да, я именно про это, Рубен. Я к этому не готова. Но я не говорю тебе нет, — поспешила она уточнить, боясь его агрессивной реакции. — Просто мне хотелось бы какое-то время пожить вместе, прежде чем…

И затихла, опустив взгляд на собственную тарелку. Оказывается, она всё еще не в силах говорить об этом треклятом слове из четырех буков.

В этот момент услышала тяжелый вздох Рубена, посмотрела ему в глаза и внутренне сжалась, заметив, каким хмурым он стал.

А потом вдруг покачал головой и сказал то, чего она никак не ожидала от него услышать:

— Женя, милая, я не рассчитываю на интим, пока ты полностью не восстановишься после родов, — покачал головой Рубен.

«Фух, — выдохнула она, причем гораздо громче, чем хотелось бы. — Казнь отсрочена… Мама дорогая, неужели я только что назвала секс казнью?»

Глава 60. Трое

Рубен решил поселить Женю не в городской квартире, где обычно обитал последние годы, а в своем трехэтажном особняке в пригороде.

Свежий воздух, просторный двор, трехметровый забор, который может защитить от чего или кого угодно, — чем не крепость для его принцессы? Крепость, где он будет ее любить и заботиться о ней. И там же сделает своей королевой. Во всех смыслах!

Поначалу думал: будет периодически оставаться ночевать в городской квартире рядом с офисом — так проще избежать соблазна, да и утром не нужно стоять в пробках. Однако после возвращения Жени в Россию ни одного раза там и не побывал. Тянуло за город как магнитом.

А как иначе? Там же она! Вселенной ему подаренная. Его дорогая женщина.

Пусть не одна, а с Пиявкой, которая никак ее не отпускала.

Многие осудили бы Рубена, назови он Нонну Пиявкой вслух, но это прозвище для «внутреннего» пользования. Только про себя. Да и как по-другому назвать малявку, которая бесконечно ревела, если Женя вдруг смела положить ее в колыбель, а не держать всё время на руках.

«Будь это моя дочь, без сомнения была бы спокойней», — всё повторял он про себя.

Там, где Женя, теперь обязательно присутствовала и Нонна. Но Рубену всё равно было до чертиков приятно находиться рядом. Чем ближе к любимой, тем лучше.

А Нонна… пусть тоже будет. Привык.

Они частенько проводили вечера в гостиной за чаем и беседой обо всем на свете, смотрели фильмы в его домашнем кинотеатре или сидели в беседке во дворе. Рубен даже взял у повара пару уроков и научился жарить колбаски-гриль. Очень это было по-семейному — вот так ужинать на открытом воздухе в саду с будущей женой и ребенком. Душевно как-то. Он в этой компании морально отдыхал.

Были моменты, когда крики Нонны изрядно раздражали. Будь она его дочкой, наверняка имела бы более приятный голосок. Но чем богаты, тому и рады, что называется.

Рубен очень ждал времени, когда можно будет выйти с Женей куда-то дальше двора, появляться на людях, устраивать приемы. Хотя морально готов был проявить терпение: ребенок — это вам не игрушки.

Особенно к девчонке не приглядывался. Лежит себе у Жени на руках или в коляске и пусть лежит, всё равно в основном спит. Что на нее смотреть? Но отмечал, какой отличной мамой стала его драгоценная невеста.

На самом деле Рубен очень ценил в Жене это качество — ответственность. В отличие от его матери, невеста взяла полную ответственность за своего ребенка. С поражающим терпением возилась с ней, бесконечно пеленала, одевала в смешные костюмы.  Даже фотосессию ей устроила — вот уж глупость. Нарядила в пачку и бусы и радовалась…

Слава богу, от него никаких телодвижений не требовалось. Всё, чего Женя от него хотела, — личное присутствие и, конечно же, материальная поддержка. Но тут-то он был только рад проявить щедрость, обеспечивал, баловал и невесту, и ее дочь вдоль и поперек.

Позаботился по полной программе. Объяснил Жене важность наличия телохранителей в доме, признался, что они окружали ее и во Франции.

— Ну не могу я тобой рисковать, — убеждал ее с чувством.

И Женя разрешила ему делать всё так, как он считал нужным.

Поэтому в доме прибавилось камер, а у входной двери теперь стояли два амбала. Россия не Франция — тут нужна наглядность. Вот с такой наглядностью никто к его любимой женщине не подойдет.

Потом нанял великолепного повара из итальянского ресторана, горничных, няню для Нонны, которая, впрочем, больше сидела без дела.

Рубен позаботился, чтобы и Женя, и Нонна оделись по последней моде, поручил это стилисту. Абсолютно не сдерживал невесту в тратах, хотя их, несмотря на полный карт-бланш, было не особенно много.

Однако в родительство морально не вкладывался.

Единственный человек, в кого он готов был вкладывать чувства, — Женя.

Всё-таки женщины — мечтательные создания и дальше собственного носа не видят. Рубен прожил с Женей в России целых два месяца, а она, кажется, до сих пор и не поняла, насколько он эмоциональный инвалид. Не требовала сюсюкать с ребенком, не нагружала ненужными знаниями о ее «достижениях» типа кряхтения, отличного аппетита и прочей ерунды, хотя ему в принципе нравилось, когда невеста с ним разговаривала. О чем угодно — лишь бы слышать ее голос и видеть улыбку. Действовало на него как гипноз.

Так и жили — Рубен любовался Женей, а Женя Нонной. Ну, и Рубеном временами.

И всё бы ничего, но… но.

Рубену очень не хватало любви. Плотской, ритмичной, регулярной. Казалось, чем ярче он показывал Жене свой интерес — дарил цветы или приглашал на поздний ужин, тем активней она от него закрывалась.

А ее тело… Максимум, что он видел, — это голая грудь, которая выдавалась Пиявке по первому требованию и почти тут же закрывалась пеленкой.

О, как он завидовал этой счастливой малышке! Сам бы с удовольствием втянул в рот грудь Жени. Молока ему не надо, но само ощущение упругой женской груди во рту слишком манило, чтобы оставаться равнодушным.

«До чего дошел! Я завидую мелкой Пиявке…» — качал он головой, когда в один из вечеров Женя при нем кормила ребенка.

А если просить ее не делать этого при нем, тогда они вообще перестанут проводить вместе время, ведь Нонна, кажется, задалась целью есть триста раз в день. Женя только и знала, что худеть, а эта всё щеки наедала. Как можно быть такой обжорой?

Рубен терпел. Скрежетал зубами, но старался не подавать виду. Однако твердо уверился в том, что будь Нонна его дочкой, наверняка была бы скромнее в притязаниях на мамину грудь.

Глава 61. Рубен и Нонна

Этот выходной начинался так же, как и все предыдущие.

Рубен с нетерпением ждал Женю в столовой, а за столом яблоку негде было упасть. Омлет, блинчики с джемом, вафли, сладкие булочки, фруктовый салат, тарталетки с красной и черной икрой. Все эти вкусности для нее, любимой, — пусть лакомится. Сам-то полжизни ограничивался яичницей с беконом и грибами, а сладкое и вовсе не любил.

Хотел пригласить Женю прогуляться, ведь на дворе июнь — самое время наслаждаться солнцем. Да и разговор предстоял серьезный: апрель сменил май, июнь тоже скоро закончится, наступит середина лета, а свадьбу так и не сыграли.

Рубен был настроен решительно: обсудить дату, место для свадебного путешествия и желательно, о-о-очень желательно назначить дату репетиции брачной ночи. В конце концов, он же человек, мужчина! Неужели она этого не понимала? Или ей настолько всё равно?

Женя, как обычно, к завтраку опоздала. И вместо того чтобы выслушать предложение Рубена, сама обратилась к нему с просьбой:

— Я с девочками договорилась идти в SPA… Всего три-четыре часика, а Нонна в последнее время стала спокойней и побудет с няней. А я так давно никуда не выходила… Рубен, можно? Ты побудешь дома это время?

— При чем тут я, если ты оставляешь ребенка с няней? — тут же напрягся он.

— Ну… когда ты рядом, мне в принципе намного спокойней… — развела руками Женя.

— Но ты-то будешь в SPA. Получается, я не буду рядом с тобой! — окончательно разозлился он, не понимая ее логики.

— Ты будешь рядом с Нонной! — выдала свой железный аргумент Женя. — Это всё, о чем прошу: чтобы ты был рядом. Не волнуйся, пожалуйста, я няне дала все инструкции, сцедила молоко. Меня не будет всего ничего. Няня возьмет ее погулять во двор, и Нонна скорее всего всё время проспит. Ты же знаешь, как она пускает пузыри на свежем воздухе…

Рубен увидел, как сильно ей хотелось пойти. Мысленно проорался, побуравил невесту грозным взглядом, а потом подумал: отдохнет девчонка с подругами, потом и поговорить с ней будет проще, вернется в хорошем настроении. Тем более первый раз о таком просила, правда давно никуда не выбиралась. И благосклонно кивнул, хотя хотелось запретить.

— Спасибо, милый! — зацвела улыбкой Женя.

Быстро впихнула в себя омлет с вафлей и уехала на закрепленной за ней машине с водителем.

Как чувствовал, что не стоило отпускать. Как чувствовал…

Примерно через полчаса после того как Женя уехала, в кабинет Рубена ворвалась няня с Нонной наперевес:

— Рубен Русланович, я дико извиняюсь, но…

— Но-но, вы что это собрались сделать? — охнул он, когда полная женщина с гулькой на голове попыталась всучить ему ребенка. — Понимаете, у меня сын дома упал. Всё серьезно! Бабушка в больницу повезла, мне срочно надо к ним!

Рубен уставился на няню непонимающим взглядом:

— Не вижу срочности. Вы же сказали, ваш сын с бабушкой…

— Да как вы не разберете, ему же мама нужна! Мама! — затараторила няня с выпученными глазами.

Рубен всё равно не проникся важностью момента. Он ведь тоже в детстве много раз падал, даже руку как-то ломал, и ничего. Мама ему была не нужна. А тут…

— Что мне с ней делать? — пробасил, всё же взяв Пиявку на руки.

— Ничего не делайте, да и Евгения Анатольевна вернется к трем. Нонну я покормила, скорее всего, она до этого времени просто проспит. Покачайте ее немного и уложите. Всё, мне надо бежать…

— Вас отвезут, если что-то будет нужно, передадите водителю, — сжалился над няней Рубен.

Проводил взглядом и посмотрел на внимательно изучавшую его взглядом Нонну. Можно было, конечно, позвонить Жене и вызвать ее домой. Но о каком хорошем настроении для серьезного разговора тогда могла идти речь? Пусть отдохнет, хоть немного расслабится со своими подругами.

— Покачать тебя, значит… Ну… И как? — спросил он Нонну, будто та могла ему ответить.

Попытался сымитировать движения Жени, но, видимо, не было у него таланта к качанию детей, потому что Нонна почти сразу разрыдалась горючими слезами. Плакала громко, пронзительно и продолжительно.

— Снежана! — тут же взревел Рубен.

Вскоре перед ним стояла домработница, строгая сорокалетняя женщина с идеально прилизанными черными волосами.

— Почему она плачет? — задал Рубен гениальный вопрос.

— Может быть, она мокрая? — спросила домработница озадаченным тоном. — Подгузник вроде бы полный... Вон, смотрите, как оттопыривается.

— Вы умеете переодевать детей? — деловито поинтересовался Рубен.

— Не то чтобы… Своих у меня нет, работа занимает всё мое время, вы же знаете, не первый год служу вашей семье.

— Ваша биография меня сейчас не волнует, — отчеканил он строго, а потом направился к выходу и скомандовал домработнице: — Пойдемте.

Придя в детскую, положил Нонну на пеленальный столик и приказал:

— Поменяйте ей подгузник.

Домработница тяжело вздохнула и потянулась к ребенку. Но как только она это сделала, Рубен заметил, что у нее очень странный маникюр: красные когти, будто звериные. Выглядели острыми, хоть и были не очень длинными. Надо же, никогда раньше не замечал это убожество.

И она этими когтями к Нонне…

— Так, стоп! — резко скомандовал он. — Сначала идите и обстригите ногти! Что это за орлиный стиль? Вы же мне ребенка поцарапаете.

— Но Рубен Русланович, это гель, его так просто не обстрижешь…

— Вы не прикоснетесь к ребенку с такими ногтями, — зацокал он языком. — Немедленно зовите кого-то другого. Горничных, повара. И чтобы завтра же сменили маникюр, а заодно прошли курсы по уходу за младенцем, иначе уволю.

Снежана явно его речью прониклась и даже будто стала ниже ростом, тихонько ответила:

— У горничных сегодня выходной. А повар... При всем уважении, Рубен Русланович, я сомневаюсь, что он сможет вам помочь.

— Я могу! — вдруг раздался у дверей голос охранника, Павла. — У меня есть дочь, приходилось переодевать.

Огромный, как скала, не в меру мускулистый и очень грозный на вид, он стал приближаться к пеленальному столику.

— Стоп! — отчеканил Рубен.

Представил, как этот дуболом трогает малышку Нонну, и аж поплохело. Вдруг что-то сломает? Там же какая сила в руках! Может, у него железная дочка, но ребенок Жени — создание нежное.

— Не надо никакой помощи. Выйдите все вон.

В самом-то деле… Он управлял огромной компанией, неужели не сможет справиться с пустяковым делом?

Дождавшись, пока персонал покинет детскую, Рубен достал подгузник, покрутил, повертел, раздел Нонну, которая в этой кутерьме даже хныкать перестала. Попытался приладить маленькую попку туда, куда нужно. Пыхтел минут десять: и так пытался натянуть это дурацкое изобретение и эдак…

«Почему в современном мире не изобрели не писающих детей?» — вдруг озарило его.

Однако, поменяв подгузник и переодев малышку в комбинезон с мишками, почувствовал за себя какую-то гордость.

А потом Нонна ему улыбнулась.

Это было так неожиданно и удивительно, что Рубен немного подвис, разглядывая симпатичный беззубый ротик. Пиявка до этого никогда не проявляла к нему никаких эмоций, а тут на тебе — улыбка.

— Ты так благодаришь? — усмехнулся с чувством.

— Ага, — вдруг тихонько выдала девочка и снова улыбнулась.

— Э-э-э… ты разговаривать умеешь? — удивился он.

— Ага, — снова повторила Нонна.

И будто бы ждала ответа!

— Ты Пиявка мелкая… — вдруг произнес он вслух.

— Ага.

Рубену так понравилось, что ребенок пошел с ним на контакт, что он тоже улыбнулся.

Нонна смотрела на него, широко раскрыв глаза, а он смотрел на нее в ответ.

И с удивлением отметил, что от страшненькой девчонки, которую он держал на руках в роддоме, почти ничего не осталось. Маленький носик, аккуратные губки, щеки большие, но по штату, как говорится, положено, к тому же это нисколько ребенка не портило. Глаза карие, умные-умные. Перед ним лежала будущая гениальная изобретательница, не иначе.

— Когда ты успела стать такой хорошенькой? — спросил он со всей серьезностью.

— Ага, — снова повторила малышка и улыбнулась.

Общение ей явно нравилось.

Рубен осторожно поднял ее и предложил:

— Пойдем, погуляем, что ли?

Женя в парк не пошла, но это не значит, что он не мог туда пойти вместе с Нонной, так? Погода солнечная. Тем более раз уж он собрался жениться на ее матери, к девочке всё равно надо будет рано или поздно привыкать. Почему бы не начать сегодня? К тому же если он скажет невесте, что гулял с мелочью, то заработает в ее глазах плюс десять очков к репутации. И, может быть, сегодня Женя позволит себя поцеловать не только в щеку?

Рубену уже было всё равно, какой у них будет контакт, хоть потереться об нее. Ему просто необходимо хоть что-то. Хоть какая-то малость.

Только он пришел в парк, занял лавочку под раскидистым деревом, как Пиявка начала противно хныкать в коляске. Тоненько так, очень ясно показывая: она недовольна.

«Ну всё, опять менять подгузник. Но почему так часто? Сколько можно писать? Какая-то невероятная жесть».

Однако стоило Рубену взять Нонну на руки, и она замолчала.

— Эй, ты просто хотела внимания, да? Как типично для женщины…

Впрочем, он не гордый, мог и на руках подержать, пока малышка не заснет. Ведь по-прежнему была легкой как пушинка. Он уложил ее животом вниз — себе в ладонь, как показывала когда-то Женя. И вдруг подошла какая-то прохожая, всплеснула руками:

— Как трогательно! Папа гуляет с дочкой… вы одно лицо!

Внутренний протест буквально задушил Рубена.

«Она же не моя, — хотел он пробурчать. — Ведь не моя же? Она совершенно на меня не похожа, ничего общего!»

А потом снова вгляделся в лицо Нонны, взял таким образом, чтобы сделать с ней селфи, долго разглядывал результат. Однако своих черт не видел. Или видел? Сам не мог сказать наверняка. Почему женщина так сказала?

Обернулся к охраннику и спросил со всей серьезностью:

— Павел, ты думаешь, она на меня похожа?

— Одно лицо, шеф! Смотрите: форма бровей, губ…

— Ты серьезно, что ли? — прорычал Рубен и резко замолчал.

Наморщил лоб и хмыкнул. Молча же уставился на охранника и почесал затылок. Снова хмыкнул. А потом позвонил куда следует, чтобы приехали и сделали забор материала для анализа ДНК.

Глава 62. Правда наружу

Часть 4. Забирая свое

Глава 62. Правда наружу

Женя спустилась в столовую к завтраку и очень удивилась, увидев, что место Рубена пустовало.

— Как же так… — поджала губы она.

Может быть, в этот раз не стал ждать, уже позавтракал и ушел? Женя вечно опаздывала из-за Нонны, ведь сначала нужно было накормить ее. Но если уже поел, почему тарелка на месте? Успей он поесть, расторопная прислуга убрала бы.

Женя разгладила подол желтого платья, села и налила себе чаю. К еде не прикоснулась — замерла в смиренном ожидании, хотя желудок урчал от голода.

Рубен всегда ее ждал, вот и она подождет. Проявить неуважение к человеку, который сделал для нее так много, — нет уж, этого она никогда не сделает.

Это тебе не луну и звезды с неба пообещать. Женя чувствовала от жениха реальную ежедневную заботу и поддержку, наслаждалась проводимым вместе временем. Он и Нонну не обижал, всегда был неизменно внимателен. Она безумно это ценила и грелась в лучах его солнца. С ним и только с ним чувствовала себя спокойной, защищенной и нужной.

А как он на нее смотрел временами… У нее дух захватывало от его взглядов, а внутри всё замирало от смеси страха, любопытства и неудовлетворенных желаний.

Рубен Булатов умел ухаживать за женщинами, что тут скажешь.

Пожалуй, это было первое утро, когда он заставил ее ждать.

«Где он? Может, что-то на работе не ладится?» — подумалось ей, когда он не явился в столовую ни через две минуты ее ожидания, ни через пять. Его отсутствие оказалось для нее очень непривычным.

Жене нужен ее ласковый Рубен… Он ей просто необходим. С ним начинался и заканчивался ее день, она уже привыкла!

Он вообще вел себя крайне странно со вчерашнего утра. После того как Женя вернулась со встречи с подругами, вручил ей Нонну и куда-то исчез. Впервые за всё время ее пребывания в его доме не приехал на ужин. Объявился только ночью. Сказал ей, чтобы до завтра его не беспокоила. И вот завтра наступило, а его всё не было.

Женя уже начала переживать и собралась ему звонить, как услышала в коридоре громкие шаги.

Рубен буквально влетел в помещение и уставился на Женю таким взглядом, что ей поплохело.

Одни раз, один единственный раз она видела его по-настоящему злым. Это случилось еще во Франции, когда они гуляли по городу. Какой-то велосипедист чуть не сбил ее. Случайно, естественно. Он остановился, чтобы извиниться, а Рубен оторвался на нем по полной программе. Женя думала, он даже набьет французу морду, но как-то сдержался.

От той сцены до сих пор по коже бегали мурашки. В страшном сне ей не снилось, чтобы Рубен хоть когда-нибудь посмотрел на нее так же, как на того велосипедиста. А вот теперь смотрел.

— Ты! — прорычал он, ткнув в нее указательным пальцем.

— Я? — неуверенно спросила она. — Что я сделала?

— Ты! — снова взревел он, подходя к столу, будто это короткое слово должно было разом всё объяснить. — Я из-за тебя мою драгоценную целых два месяца Пиявкой называл!

— Э-э-э… что? — не поняла Женя и вскочила с места.

— Нонна — моя дочь! — с чувством заявил Рубен, подойдя к ней. — Я вчера сделал анализ и только что получил результаты. Девяносто девять и девять десятых процента, Женя!

Она застыла, как громом пораженная, а в голове всё разом смешалось.

«Вау! Вот это да! Слава богу!» — кричало ее внутреннее я.

А она ведь давно это подозревала: с тех самых пор, как взяла Нонну на руки.

И тут Рубен смерил ее изучающим взглядом.

— Ты не выглядишь слишком удивленной. Почему, Женя? Немедленно отвечай!

«Да при чем тут мой вид? И почему Рубен не рад?» — охнула она про себя, чувствуя, как начали дрожать руки.

— Говори правду, Женя! — тем временем наседал он. — Ты знала, что она моя дочь, и не сказала? Какого хрена?!

«А-а-а, так вот что его взбесило!»

— Я… — Женя застыла, силясь найти слова.

А Рубен навис над ней, буравя взглядом:

— Отвечай сию же секунду!

И Женя решилась:

— Я подозревала, да… Но на самом деле она похожа на вас обоих. И у Влада, и у тебя карие глаза, темные волосы, дуги бровей как под копирку, и я сомневалась…

— У меня с этим утырком ничего общего, ясно тебе? — перебил ее Рубен. — Не смей нас сравнивать!

— Я даже не пытаюсь! — всплеснула руками Женя. — Просто я боялась, понимаешь… Я боялась, что если попрошу тебя сдать тест на отцовство, это даст тебе слишком большую надежду, и ты потом сильно разочаруешься, не захочешь быть со мной, если окажется, что Нонна от Влада. И по срокам никак не выходило, что ты можешь быть отцом…

— Нонна моя дочь! — постучал себя в грудь ладонью Рубен. — Моя, понимаешь? Да если бы я знал, что она моя, мы бы с тобой поженились еще прошлой осенью, ясно тебе? Я бы не уехал, не потерял столько времени… Ты не представляешь, сколько я пережил, Женя! В общем, так: я сегодня же позабочусь об официальном удочерении Нонны, и ты, милая моя невеста, готовься идти под венец в ближайшем будущем. Это не обсуждается, ясно? Моя дочь должна жить в браке, в нормальной семье.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ Женя часто заморгала, нервно сглотнула, сообразив, к чему он вел.

Рубен же расценил ее реакцию по-своему и процедил с издевкой:

— Переживаешь, что сразу потащу в койку? Можешь не волноваться, милая! Насильно тебя трахать я не буду. Но учти, если ты со мной не спишь, я сплю с другими, это ясно? И опция развода в нашем браке будет отключена по умолчанию.

Он развернулся и зашагал вон, не заботясь о ее реакции.

Женя обессиленно плюхнулась обратно на стул, закусила губу.

— Вот и поговорили… — тихо простонала, смахнув со щеки непрошеную слезу.

Завтракать резко расхотелось.

Женя встала и пошла обратно в детскую.

Рубен, конечно, никогда не отличался особенной деликатностью, но орал на нее впервые. И оставить такой взрыв без ответа она не могла.

Подошла к колыбельке, заглянула в личико Нонны. Та как раз открыла глаза и будто бы даже с пониманием на нее посмотрела. Женя готова была поклясться: если бы та могла говорить, в эту минуту сказала бы что-то из разряда: «Ничего, мам, прорвемся!»

— Прости, малышка, но в парк мы с тобой сегодня не пойдем. Нам нужно в другое место. Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Глава 63. Девчонки со вкусом

— Ты же будешь хорошо себя вести? — спросила Женя у Нонны, укладывая ее в небольшую красную коляску-люльку, выставленную водителем прямо на тротуар у торгового центра. — Маме очень нужно, чтобы ты хорошо себя вела.

— Ага, — улыбнулась ей Нонна.

— Вот за что ты мне нравишься, так это за то, что всегда меня понимаешь! — Женя погладила дочь по головке, полюбовалась тем, как та замечательно смотрелась в своем розовом костюмчике с утятами, и тронулась в путь.

— Я с вами, Евгения Анатолиевна, — тут же загудел Игнат, телохранитель, которого к ней приставил Рубен.

Женя поджала губы и представила, как неловко ей будет делать то, что хотела сделать, при этой горилле.

Нет-нет, она против Игната лично ничего не имела, но он же и правда на гориллу походил — такой же крупный и длиннорукий, волосы черные, усищи, борода, чересчур загорелая кожа, черные глазищи, еще и костюм всегда черный. Как на похороны собрался.

— Игнат, пожалуйста, вы могли бы подождать меня в машине?

— Никак нет, — тут же нахмурил свои шикарные черные брови он. — Если я отпущу вас одну, мне потом Рубен Русланович сделает прием под названием «Секир-башка».

И улыбнулся. Ну, то есть он наверняка посчитал это улыбкой — чуть поднял уголки губ. Это был максимум «веселости» с его стороны, который она вообще когда-либо видела.

— Ладно, — нехотя выдохнула Женя. — Но учтите, будете охранять меня сегодня с закрытыми глазами.

— Это как? — еще больше нахмурил он брови.

— Это вы сами скоро поймете.

Женя повернула коляску ко входу и зашагала прямиком на второй этаж.

Еще будучи простым бьюти-блогером, а вовсе не невестой миллионера, она всегда мечтала прогуляться по одному особенному магазину — элитнейшему бутику нижнего белья «Дикая Лилия»*, где ценники начинались чуть ли не с пятисот евро за чулок. Один. За второй наверняка попросят еще пятьсот евро, хотя, может быть, сжалятся и сделают скидку. В один евро, не больше, ведь в таких магазинах скидок не бывает. Они для тех, кто легко может позволить себе такие траты.

Когда Женя попала сюда впервые и, по глупости не посмотрев на ценник, примерила бюстик, то буквально в него влюбилась. Кружилась в нем перед зеркалом, удивляясь, как из ее скромного полуторного размера получилось это стоящее колом роскошество, о котором мечтают все мужики. Зато, когда углядела ценник, заимела острое желание бежать из примерочной, прикрыв лицо сумочкой. Ни за какие коврижки она не заплатила бы за бюстгальтер такую цену.

Теперь же деньги стали для нее понятием абстрактным, ведь в сумочке лежало целых три карточки, на которых средств хранилось больше, чем она смогла бы потратить при всем желании. Первая — ее личная, где ждали своего часа кровью и потом заработанные, пусть и небольшая сумма. Вторая — на которую Рубен ежемесячно переводил ей «зарплату» за работу организатора вечеринок, хотя по факту она устроила для него лишь одно мероприятие. Третья была выдана им по приезде в Россию со словами «ни в чем себе не отказывай, милая». И это при том, что ей ни за что не приходилось платить: еду, услуги персонала и всё, что заказывалось для нее на дом, оплачивали заранее. Женя зачастую даже цен не знала.

В общем, было на что разгуляться и прикупить элитное бельишко. А именно элитное ей сегодня и нужно, ведь вечером нельзя оплошать. Она должна предстать перед Рубеном самой красивой.

Первым ее побуждением после утреннего выступления Рубена было взять Нонну и сбежать куда глаза глядят, пусть бы обыскался. Потом вспомнила о вездесущем телохранителе и поняла: искать будет недолго. Впрочем, уже через пару минут побег и без того показался совершенно глупой и детской затеей.

А потом Женя и вовсе признала, что в недовольстве Рубена была и ее вина. Стоило решиться на тест раньше. Она обдумывала этот вариант не один десяток раз. Она могла и вовсе обойтись без самого отца, ведь для нее не составило бы проблем достать его волосок, но… Ее же одну никуда не выпускали! Через сколько бы Рубену сообщили о том, где она и что делала? Через пять минут? Девять? Одну? Последний вариант наиболее вероятен.

Но бог с ним, с отцовством. Женя ведь не дура и прекрасно понимала, что именно больше всего бесило Рубена — банальное отсутствие секса, а мужчина он темпераментный.

Честно и откровенно она не поверила, что он хотел заводить любовниц. У Рубена был миллион вариантов это сделать. С его-то возможностями! При этом он совершенно не обязан перед ней отчитываться. Но он каждый вечер возвращался домой к ней. Это о чем-то да говорило, ведь так?

Однако Рубен еще и человек слова. И обязательно сделает то, что сказал, если невеста и дальше посмеет ему отказывать.

Женя ни за что не отдаст своего мужчину каким-то там любовницам. Если понадобится, привяжет его новым лифчиком к кровати, но не отпустит в чужую постель.

— Ну что, Игнат, можно вас попросить хотя бы подождать у дверей? — съехидничала Женя, когда они поднялись на второй этаж и подошли к нужному магазину.

— Секунду, — ответил он и просканировал своим суперзрением помещение, куда она собиралась зайти с Нонной. — Здесь только один выход, вы можете войти. Я буду ждать у дверей. Если что, зовите.

Женя кивнула ему и зашла в просторное царство кружева и высоких ценников.

А самой подумалось: «Если что — это что? Вдруг на меня лифчики с трусиками нападут?»

Женя аккуратно подкатила коляску к витрине, возле которой стояла продавец-консультант.

Та смерила ее внимательным взглядом, видимо, мысленно подсчитывая, сколько стоило голубое платье и босоножки, в которых Женя явилась. Должно быть, осталась довольна, поскольку уже через пару секунд лучезарно улыбнулась новой посетительнице:

— Я могу вам помочь?

— Можете. Хочу подобрать несколько комплектов кружевного белья: красное, черное, можно бордовое. Что-то яркое, для особых случаев. Посоветуете?

— Позвольте ваш размер?

Женя по привычке ляпнула свой прошлый размер, а консультант вдруг замялась.

Девушка помедлила с ответом каких-то пару секунд, но Женя уже всё поняла.

— На слонят не шьют, да? — спросила с усмешкой.

— Какой же вы слон? — захлопала ресницами продавец-консультант. — Не наговаривайте, пожалуйста, пойдемте, я предложу варианты. Думаю, я знаю, какие модели вам подойдут, а с размером определимся по конкретным вещам.

— Варианты — это хорошо, — закивала Женя.

Нонна зачмокала соской, словно в такт ее словам, и замахала в коляске ручками. Видно, ей тоже идея понравилась.

Женя прошла в примерочную и поразилась тому, с какой скоростью консультант обставила всё свободное пространство коробками с бельем самых разнообразных моделей.

— Вы примеряйте, а я ее покатаю по магазину. Я заметила, с каким интересом она разглядывала манекены, сразу видно — девочка со вкусом, прямо как мамочка, — кивнула консультант и тут же засюсюкала с Нонной: — Пойдем, буду тебя развлекать!

Женя благодарно на нее посмотрела и решила: обязательно оставит чаевые.

«Вот он, момент икс! — плюнуло ядом внутреннее я, когда Женя стянула с себя платье. — Примерка сексуального белья на слонопотама! Кто-нибудь, вызовите службу по отлову крупных животных…»

За время беременности Женя набрала ужасно много — целых семнадцать килограммов. После родов исчезло пять, три с половиной из которых составляла Нонна. А остальные двенадцать нужно было сжигать самостоятельно. Два месяца ушло на то, чтобы скинуть еще пять, но семь-то остались!

Оно, конечно, не критично, когда ты в одежде. Но без одежды Женя не нравилась себе настолько, что хоть принимай душ в платье. Попа покруглела, бедра тоже, да и животик до сих пор торчал, как ей казалось, очень даже сильно.

«Как я вот это вот всё представлю Рубену?» — охала она, разглядывая себя в безжалостном зеркале примерочной.

Отчасти именно поэтому так затянула визит в его спальню, хотя и понимала — неизбежен.

Вчерашний поход с подругами в SPA только подлил масла в огонь.

Они не видели ее почти год… И первое, что Женя от них услышала: «Как ты поправилась!» Аргумент, что она два с половиной месяца назад родила ребенка, на них не подействовал. Еще бы, ведь только и жили, что собственной внешностью. Неужели она тоже была такой еще прошлым летом? Косметика, шмотки, фотосессии, мастер-классы, вечеринки — и так по кругу.

Хуже всего то, что Рубен наверняка помнил ее идеальной. Ведь когда у них с ним всё случилось в его гелике, Женя была в своей лучшей форме. А в каком виде предстанет перед ним теперь?

«Может, комбинацию?» — вдруг подумалось ей.

Но потом она отказалась от этой мысли, ведь наверняка Рубен захочет видеть ее обнаженной.

«Соберись, — приказала себе. — У тебя нет времени торчать тут до второго пришествия, еще в порядок себя приводить… До семи часов вечера нужно успеть свернуть горы».

Женя выдохнула и принялась распаковывать коробки с бельем.

*Название магазина «Дикая Лилия» придумано автором, все совпадения случайны.

Глава 64. Гора пришла, а Магомета всё нет

Женя любовалась собой перед огромным зеркалом в полстены в своей спальне и радовалась тому, что всё же решилась сходить в тот магазин. Под рубиновым шелковым халатом скрывался удивительной красоты красный комбидресс на тонких кружевных лямочках. В нем она чувствовала себя если не на все сто, то на девяносто уж точно. Он делал ее фигуру по-девичьи стройной, каким-то мифическим образом утягивал живот и одновременно не давил на грудь. И расстегивался интересно — парой кнопок в промежности.

С прической тоже полный порядок — локон к локону. И макияж Жене удался как нельзя лучше: из зеркала на нее смотрела настоящая модель.

Женя заранее обкормила Нонну до такой степени, что та впала в гастрономическую нирвану и уснула без соски. Продрыхнет минимум до девяти.

Семь вечера. Всё, пора. Рубен придет с минуты на минуту.

Женя схватила радионяню и пошла в спальню Рубена.

Долго и упорно пыталась устроиться на его огромной кровати, застеленной бежевым покрывалом. Хотелось предстать перед женихом в как можно более сексуальной позе. Она пробовала и лежать, и полусидеть, и выгибаться по-всякому.

— Так… полвосьмого… Рубен, милый, если ты хочешь успеть до того, как Нонна проснется, у тебя не так-то много времени! — бурчала она, глядя на декоративные настенные часы в форме полусобранного круглого пазла.

Потом всё же не выдержала, позвонила.

А он не взял трубку… Один раз, второй, третий.

Написала сообщение: «Ты где?»

И тоже никакого ответа.

«Дура ты, дура! Может быть, он уже у какой-нибудь любовницы восполняет свой глобальный недотрах…»

Эта мысль полоснула по сердцу, заставила Женю запахнуть халат плотнее и сжаться в комок в ожидании.

— Может быть, он вообще сегодня домой не явится? — застонала она в пустоту спальни.

Она так старалась, красоту наводила, через себя переступала, а он?

Да, да, именно переступала! Решиться прийти к нему в спальню для Жени было героизмом.

Почти год назад, когда с ней произошло непоправимое, она вообще думала, что больше никогда не сможет подпустить к себе мужчину. Лишь спустя многие месяцы поняла, что сильно погорячилась с таким решением. Однако то самое, мелкое запуганное существо, что родилось и жило в ней с прошлого лета, всё еще довлело, всё еще шептало на ухо: «Мужикам нельзя доверять. Они просто прикидываются милыми, а потом показывают истинные лица».

Жене пришлось задавить это существо, заткнуть ему рот и спрятать в закоулках сознания, чтобы решиться на тот шаг, который она сделала.

Сделала, потому что невыносимо было думать, что Рубен будет с кем-то еще. Представлять его губы на чужих губах, его нежные руки, сжимающие другую женщину, его страстный взгляд, направленный не на Женю. Даже предположить такое — пытка.

Однако, похоже, именно это сегодняшним вечером и происходило, наверняка он уже с другой, а Женя как дура ждала его в спальне.

— Правильно, зачем ему слон в постели…

Сама не заметила, как по щекам покатились крупные слезы.

* * *

Рубен сидел в баре возле офисного здания и пил третью по счету порцию виски.

Трудовой день будто прошел мимо него, он ходил на совещания, разбирал какие-то бумажки, встречался с людьми, но делал всё на автомате. В голове крутились утренние события. До сих пор крутились, хотя уже час как сидел напротив бармена и пытался познать смысл жизни с помощью крепкого алкоголя.

«Какого черта я вообще сразу поперся к Жене? Ведь знаю себя, психа несдержанного… Как мне теперь с ней мириться?» — всё гадал.

Догадался же ляпнуть про каких-то там любовниц.

Эх, знала бы она, что Рубен творил, пока любимая оставалась во Франции... Этот конкурс красоты и череда девчонок из «Малинника». От души бы посмеялась над ним, жалким неудачником на любовном фронте. Или, наоборот, больше никогда не заговорила. О некоторых вещах второй половине лучше не рассказывать.

Даже если бы Рубен хотел изменить ей — вряд ли смог бы: ну не стояло у него ни на кого, кроме Жени. Не стояло… И проверять это в очередной раз он не собирался. Давно для себя решил: она для него единственная.

— Ты женат? — вдруг спросил у бармена, крепкого парня, на вид примерно того же возраста.

Тот кивнул, заметно оживившись. Видно, любил послушать истории.

И тогда Рубен задал ему следующий вопрос:

— Как с супругой обычно миришься?

— Хм… — протянул тот, натирая белой салфеткой идеально чистый бокал. — Цветы покупаю, прощения прошу.

— И прощает?

— Когда как, — пожал плечами бармен.

Возможно, это именно то, что стоило сделать Рубену. Купить цветов, поехать домой и начать извиняться. Да вот только не умел он извиняться по-человечески, тем более перед женщиной. Не было у него такой практики.

«А если не простит? Наверняка надула губы по полной программе».

Ведь за все месяцы, что провели вместе, Рубен ни разу не позволял себе на нее наорать. Да и повода не было, спокойно жили. Женя в быту оказалась совершенно адекватной женщиной. Если с кем и связывать жизнь, так именно с такой, как она.

«Вдруг решит забрать Нонну и уехать к себе…» — прострелила мозг новая мысль.

Ему бы уже доложили, конечно. Да и не пустил бы он ее никуда, запретил бы покидать территорию особняка. Еще чего, не позволит он, чтобы невеста и дочь куда-то там собрались. Только разве это выход? Разве это семья, когда держишь дома насильно?

«Эх, не так надо было всё делать…» — рычал он про себя.

Если бы знал, что Женя носила его ребенка, ни за что не уехал бы тогда из Франции. Не мытьем, так катаньем добился бы ее расположения. Уже давно были бы женаты, и Женя грела бы его постель.

А все-таки хорошо, что узнал, пусть и только теперь. У него есть ребенок — и это само по себе прекрасно. Нонна — его. Его драгоценная девочка! И никакая она не пиявка, пусть ест сколько хочет, сладкая малышка. А симпатичная какая, ух! Создал же бог такую.

При воспоминании о Нонне в груди отдавало сладкой судорогой. У него есть дочь — и этого уже никто не отнимет.

Позже Рубен достал телефон, чтобы глянуть время, и обалдел. Три пропущенных от Жени, да еще и сообщение. А он не слышал, потому что после совещания забыл включить звук, — вот настолько рассеянным сегодня был.

Раз звонила, значит, ждала, так? Значит, хотела поговорить.

Его как ветром сдуло — тут же помчался домой. Впрочем, бармену щедрые чаевые оставить не забыл.

Глава 65. Душу наружу

Рубен вошел в ее спальню и сразу занервничал  — ведь оказалась пуста. И детская тоже! Точнее, Нонна на месте, а вот Жени нет. Куда делась?

Поплелся к себе, параллельно набирая номер телохранителя Жени. Если ушла, значит, Игнат с ней. Пока дозванивался, повернул в направлении собственной спальни, располагавшейся на этом же этаже, за углом.

Уже почти дошел, как в трубке раздалось звучное «да, шеф», а следом — чей-то всхлип из-за двери. Рубен нажал на сброс и вошел, а пропажа там! Вот он, недостаток большого дома  — ты ищешь человека, а он тебя ждет в твоей же комнате.

Женя восседала на его кровати в совершенно непотребном виде. В халате! Мало того, что ярко-красный, кружевной, так еще и короткий. Для разговора с ним совершенно неподходящий. Как говорить с женщиной, если все силы уходили на то, чтобы не пялиться на ее ноги?

«Ты извести меня хочешь? Это провокация такая: смотри, но не трогай? Что ей, сложно было надеть закрытое платье?»  — тут же разозлился он.

— Что ты здесь делаешь?  — спросил гораздо резче, чем требовалось.

Однако Женя на его резкий тон никак не отреагировала. Ни тебе виноватых взглядов, ни улыбок. Наоборот, возмущенно спросила:

— Ты где так долго был?

И вскочила с его кровати.

— Я?  — Рубен не привык отчитываться и в дальнейшем этого делать не собирался, да и Женя раньше не устраивала допросов.  — Какая разница?

— Есть разница!  — тут же пошла она в атаку.  — Ты был с другой?

Она спросила это резко, с надрывом, так, что Рубен сразу понял: вопрос не блажь, ей действительно важно.

— Не был,  — покачал он головой.

— Хорошо…  — громко выдохнула она, а потом вдруг выдала:  — Я не хочу, чтобы наш брак был фиктивным, Рубен!

От такого высказывания он даже немного ошалел:

— В каком смысле?

— Брак без секса и любви…  — начала размахивать руками Женя.  — Я так не смогу. Я хочу тебя любить, понимаешь? И точно не прощу, если ты пойдешь налево, я себя знаю.

— Кхм…  — у Рубена аж словарный запас закончился после таких ее признаний.

Он попытался что-то ответить, но Женя его перебила:

— Выслушай до конца, пожалуйста, и не перебивай, а то я собьюсь… Ты не думай, я ценю! Я очень ценю то, что ты так терпеливо ждал, и сожалею, что тебе пришлось ждать так долго. Ты сделал для меня больше, чем любой другой мужчина, и я вижу в тебе столько достоинств, сколько никогда не мечтала найти в одном человеке. Я очень постараюсь быть тебя достойной тоже. В общем… Пожалуйста, не надо никаких других женщин, Рубен! Вот она я. Люби меня.

С этими словами Женя скинула халат на пол и предстала перед ним в красном  кружевном комбидресе. У него от такого зрелища чуть глаза не вылезли. Она и раньше казалась ему идеальной, а теперь и подавно. Увеличившаяся грудь, плавные изгибы, идеально ровные ноги.

«Люби меня»,  — так она вроде сказала?

Рубен готов! Он жаждал полюбить ее так, чтобы верещала на весь особняк.

А потом заметил, как подрагивали ее руки, вгляделся в любимое лицо и понял, насколько она взволнована. Если он ее возьмет, это будет равно второму насилию.

Женя здесь не потому, что захотела. Он фактически вынудил ее сюда прийти своей глупой угрозой.

«Она не хочет. Не готова…»  — вдруг понял со всей ясностью.

— Жень, надень халат, пожалуйста,  — прохрипел Рубен, проклиная себя за эти слова.  — Я не хочу, чтобы у нас это было из-под палки. Давай, может, к психологу сходим, что ли? Или сексологу… Не уверен, кто отвечает за подобного рода вопросы.

И тут она вдруг снова всхлипнула. Так искренне и жалобно, что у Рубена защемило в груди. А потом повернулась, наклонилась, явив ему чудо своей филейной части, лишь немного скрытое красным кружевом, подняла с пола халат, надела и запахнула.

— Так и скажи, что не понравилась! Не такая, как тебе надо…  — проговорила сквозь слезы и попыталась выбежать из комнаты.

Рубен не дал ей убежать, схватил уже перед самым выходом, сгреб в охапку и зарычал на ухо:

— Объясни, какого черта значат твои последние слова?

— А что тут непонятного?  — завозмущалась она и даже попыталась вырваться.

Рубен отпустил ее, но едва она снова попыталась уйти, закрыл собой дверь и оперся об нее спиной, не давая и шанса на побег.

— Всё, женщина! Всё непонятно! Какая мне нужна «не такая» и с чего вдруг ты решила, что не нравишься мне?

С минуту Женя пыхтела, как паровоз, а потом всё же выдала гениальный ответ:

— Я поправилась.

— И?  — Рубен очень надеялся на продолжение.

— Что и? Разве этого недостаточно? Раньше я была ух, а сейчас не ух… Вот и не понравилась тебе без одежды. Конечно, куда мне, слонихе, до твоих идеалов…

Рубен окончательно потерял логику ее рассуждений и угрюмо спросил:

— Женя, я, по-твоему, слепой или придурок? Думаешь, не знал, как ты выглядишь, когда делал тебе предложение? Уж наверное, мне нравится твоя внешность, если я решил на тебе жениться.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍ — Ты меня голой не видел… В одежде — это другое.

Рубен громко хмыкнул:

— Если ты мне нравишься в одежде, почему вдруг должна мне не нравиться голой? Хоть одну разумную причину назови, ну?

Женя замялась, а потом тихонько забубнила:

— Ну… попа не такая, животик, бедра…

Рубен воскресил в памяти Женю в одном комбидресе, снова чуть не подавился слюной от одних лишь воспоминаний и со всей серьезностью спросил:

— Где попа не такая?

И Женя снова стянула халатик, явив ему себя почти голую:

— Ну вот же…  — полуобернулась к нему, демонстрируя круглые булочки.

Рубен закашлялся, мысленно ощупал ее всю и прохрипел:

— Ты очень красивая, Женя.

— Если правда так считаешь, тогда бери меня!  — заявила она со всей серьезностью, снова к нему обернувшись.

— Не провоцируй,  — заскрежетал он зубами.

Тогда эта паршивка снова бросила халатик на пол, а потом посмотрела на Рубена с вызовом. Будто этого ей было мало, нырнула нежными пальчиками себе в промежность, что-то там расстегнула и стянула с себя комбидрес, отшвырнула в сторону.

В последний раз Рубен видел ее голой еще тогда  — в ее квартире, когда забрался к ней через окно с помощью пожарной люльки. Тогда она кричала и ругалась, а он только и мечтал, что получить разрешение на прикосновения.

— Ну же, бери меня,  — заявила она, выставив вперед свою обалденную грудь.

«Господи, спасибо!»  — мысленно проговорил Рубен.

Прямо на пол скинув пиджак, рванул к Жене.

— Сама напросилась…  — прорычал он ей в губы и принялся целовать.

За время, что жили вместе, Рубен не раз целовал ее. В щеки, шею, даже в ушко, и в губы тоже. Но никогда так яростно и страстно, как теперь.

Он сгреб Женю в охапку и потащил к кровати. Положил на покрывало и стал срывать с себя одежду. О, его скорости позавидовал бы любой солдат.

Наконец раздевшись, он забрался в постель к Жене и тут же подмял ее под себя.

— Рубен, у меня в последний раз секс был… с тобой, больше ни с кем не спала. Пожалуйста, будь нежен…  — попросила она в перерыве между поцелуями.

Он замер, шумно вздохнул и признался в ответ:

— Жень, у меня тоже в последний раз секс был с тобой, поэтому совсем нежно никак не получится…

— О-о-о…  — простонала она ему в губы.

И вдруг сама набросилась с поцелуями, обхватила его торс ногами.

Он принялся ласкать ее как мог нежно: целовал шею и плечи, гладил грудь и животик, которого она еще недавно так стеснялась.

— Ты доверяешь мне?  — прохрипел на ухо

— Да…

Рубен почувствовал, как Женя потерлась своим сокровенным местечком о головку его члена. Уже очень влажная и, кажется, абсолютно к нему готовая. Очень медленно и осторожно он вошел в нее на всю длину и замер, переполненный желанием мгновенно кончить. Но такого он бы себе точно не простил…

— Женя, посмотри на меня, всё хорошо?

Рубен дождался, пока она распахнет глаза. За все эти месяцы, что они провели вместе, Женя ни разу не пила спиртного, но он готов был поклясться, после пары бокалов шампанского она выглядела бы именно так, как теперь под ним.

Пьяная им, его ласками, Женя потянулась к Рубену губами. Он дал ей немного привыкнуть к своему размеру, снова стал целовать ее и осторожно начал движение.

Каждый толчок был сладкой пыткой, и чем резче Рубен двигался, тем слаще ему становилось. Женя обвила его шею руками и стонала ему в губы, пока он раз за разом входил в нее.

— Ты моя, слышишь? Ты только моя…  — рычал он, всё ускоряя темп.

А Женя извивалась под ним, всё чаще дышала.

Рубен задвигался быстрее, жестче, ритмичнее и, наконец, почувствовал, как она вся сжалась под ним, содрогнулась, а через мгновение он кончил сам, отдавая ей свое семя.

Отголоски пережитого удовольствия всё еще бродили по телу. Рубен лег на бок и крепко прижал Женю к себе, зашептал ей в ухо:

— Я люблю тебя. Люблю! Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю… И я не стал бы тебе изменять, никакой другой быть не может. Спасибо, что ты здесь, со мной, что ты позволила мне это. У меня уже крышу срывало от недостатка твоей ласки.

— Мне кажется, я тоже тебя люблю…  — вдруг прошептала она тихо.

Рубен замер, оцепенел от ее слов. Еще бы, ведь это был самый первый раз, когда любимая признавалась ему в чувствах. Она! Ему!

— Женя…

Он прижал ее к себе еще крепче и всмотрелся в глаза, немного испуганные после неожиданного признания. Видимо, сама от себя не ожидала.

— Милая, я надеюсь, когда-нибудь ты мне скажешь эти слова без «кажется». Я подожду, научился ждать…

Тут он почувствовал, как снова начал возбуждаться.

Только успел подмять любимую под себя, только уперся членом в чуть припухшие половые губки, как радионяня, стоявшая на прикроватной тумбе, ожила детским плачем.

— Дьявол…

— Нечего было шляться где попало, три раза успели бы…  — фыркнула Женя.

Глава 66. Самые счастливые

Как же это удобно – проводить вечер на диване втроем.

Рубен полулежал на подушках на ручке дивана. Между ног у него устроилась Женя. Она опиралась спиной на Рубена и держала на руках объевшуюся Нонну. Девочка сладко посасывала пустышку и то и дело прикрывала глаза, готовая уснуть.

Широкий экран телевизора показывал романтическую комедию. Но с таким же успехом мог бы демонстрировать картины леса, огня или конца света. Рубен был слишком поглощен Женей, чтобы следить за фильмом. И она казалась также переполненной эмоциями, чтобы обращать внимание на экран.

- Спасибо тебе за Нонну, - горячо зашептал Рубен Жене на ухо. – Я так рад, что ты ее родила…

- В каком смысле? – Женя обернулась к нему в пол-оборота и улыбнулась. – Ты имеешь в виду, что рад, что она твоя?

- Я имею в виду именно то, что сказал. Спасибо, что ты ее родила, Женя! Любая, абсолютно любая на твоем месте побежала бы на аборт, а ты не побежала. Больше того, пришла к человеку, которого призирала, для того, чтобы ее обезопасить… Почему ты это сделала? Я так до конца и не понял, почему ты тогда пришла ко мне, попросила помощи?

- Я сама не знаю, почему… Ты так красиво за мной ухаживал, хотя и не вовремя. Но знаешь, после всего, что ты сделал, на каком-то чисто интуитивном уровне я почувствовала, что могу тебе верить, и пришла. А аборт не сделала, потому что очень давно мечтала о ребенке, - сказала Женя и снова оперлась затылком в его грудь.

Рубен видел с какой нежностью она придерживала сладко сопящую малышку левой рукой, а правой гладила покрытую темно-коричневыми волосами головку.

- А я вот не мечтал о детях, - наконец признался. - Еще недавно я вообще был чайлдфри.

- Чайлд-чего? – не поняла Женя.

- Чайлдфри – люди, которые в принципе не хотят детей.

- Но почему? – удивилась она. – Дети такие сладкие…

- Честно говоря, я думал, что вообще ничего не испытаю к Нонне. Понимаешь, любить тебя – естественно. А любить непонятное маленькое существо, не могущее даже сказать, что ему нужно, и требующее бесконечного внимания… Это сложнее. И меня до сих пор шокирует, как быстро это чувство во мне развилось. Появился новый смысл жизни, планы, перспективы. Может, путано объясняю, но суть тебе ясна, так?

- Ясна… - легко кивнула она. - Знаешь, Рубен, я думаю, ты будешь хорошим отцом. Я очень много нового разглядела в тебе за последние месяцы. Ты такой надежный, преданный, открытый, заботливый…

- Я твой.

- А я твоя! Хочу всегда быть только твоей. Так ты больше не хочешь детей? – вдруг спросила Женя.

- Хочу, - слетело с его языка даже раньше, чем успел подумать. - Я хочу, чтобы ты родила мне еще одного ребенка. Чтобы был зачат в любви. Когда Нонна подрастет, ты родишь мне еще, Женя?

- Да…

- Я люблю тебя, малышка.

Рубен обнял ее, прижался губами к ее макушке, вдохнул мятный аромат ее волос и заурчал от удовольствия.

Он никогда не думал, что сможет так сильно чувствовать. Нежность и страсть к невесте переполняли его, казалось, он дышал любовью и желанием, был окружен плотным коконом этих эмоций.

От близости любимой в домашних брюках уже давно стало тесто.

Женя определенно чувствовала его возбуждение, поскольку периодически терлась попкой о его эрегированный член.

- Доведешь… - с чувством прошептал он ей на ухо.

Думал, это хоть сколько-нибудь успокоит Женю, но нет. Нахалка еще активнее потерлась мягкими булочками об его причинное место. А потом обернулась и хитро подмигнула:

- Нонна уснула, так что я могу уложить ее и…

- Ты серьезно, что ли? – у Рубена аж челюсть отвисла.

Женя еще плотнее прижалась к нему спиной, взяла его руку, потерлась о ладонь щекой, а потом взяла в рот большой палец, лизнула и легко пососала. Так эротично это сделала, что, Рубен мгновенно представил, как она проделала бы подобное с его членом. Этого оказалось достаточно, чтобы предохранители, на которых держался всё время, начали дымиться и плавиться от дичайшего перевозбуждения.

- Пойдем укладывать Нонну! – тут же прохрипел он ей на ухо.

* * *

Рубен начал целовать Женю еще в коридоре. Только-только закрыли дверь в детскую, как он прижал ее к стене и впился губами в ее губы.

Сладкая, нежная, его… Идеальное сочетание качеств в одной женщине.

Женя сцепила руки на его шее и жарко отвечала на поцелуй, пока он исследовал ее тело руками, забравшись под майку. Провел по талии вверх, задержал ладони на груди, наслаждаясь ощущением того, как ее соски щекотали кожу.

Отчего-то когда касался именно Жени, ощущения были в двадцать раз острее. Будто кожа на руках приобретала новые способности, становилась в разы чувствительнее. Да и не только руки — он сам становился другим.

Рубен резко повернул Женю грудью к стене, схватил за талию одной рукой, другой потянул ткань ее юбки вверх. Добрался до резинки трусиков на животе и погладил кожу под ними, а потом скользнул внутрь, накрыл нежный треугольник ладонью.

— О-о-о… — вырвался из ее рта резкий вздох.

Очень хотелось взять ее прямо там, в коридоре, у стенки. Более того, чувствовал: она к этому готова. Но по-быстрому не хотелось. Он столько о ней мечтал, столько разного себе представлял… Шустрый трах у детской не удовлетворит желаний.

Рубен подхватил Женю на руки и понес в спальню, чтобы полюбить с чувством, с толком, с расстановкой. Недаром столько ждал волшебного часа, собирался насладиться каждой лаской, каждым поцелуем, получить максимум удовольствия.

Уложил на кровать, стал скидывать с себя одежду, и только тут дошло: это же он теперь каждый день может с ней спать!

«Получается, я и утром могу, и в обед, и вечером, и вообще, когда захочу… Мне срочно нужен отпуск…»

— Ты долго будешь раздеваться? — проговорила Женя и облизнула губы.

— Я смотрю, ты совсем осмелела, — усмехнулся он и забрался к ней в постель обнаженный.

Буквально содрал с нее майку и юбку, а трусики стащил зубами. Долго целовал любимое тело, уделил внимание плечам, груди, милому, чуть округлому животу Жени, который казался ему таким сексуальным.

— Пожалуйста… пожалуйста… — взмолилась она, когда он начал целовать внутреннюю сторону ее бедра.

Рубен встал возле нее на колени, схватил за ноги и закинул себе на плечи. Таким образом Женя оказалась максимально для него раскрыта, доступна. Давно мечтал, как возьмет ее в «генеральской» позе. Потерся членом о влажные губки и резко вошел, держа любимую за талию.

Новый стон и мольба:

— Пожалуйста, Рубен!

Он брал ее страстно, с азартом, крепко держал, насаживал на себя, слушая ее томные стоны. С удовольствием кончил, находясь глубоко в ней. С этой женщиной никаких преград, она вся его и только его. С шумным вздохом опустился рядом, прижал к себе ее, разомлевшую после полученного наслаждения.

О том, что заделает ей второго ребенка «не отходя от кассы», не переживал, ведь Женя предупредила, что приняла противозачаточные. Пусть Нонна немного подрастет. Два-три года, и Рубен с удовольствием сделает Жене второго ребенка.

«Так… в „классической“ позе полюбил, в „генеральской“ тоже, осталось еще… триста пятьдесят вариантов! На год хватит, а там пойду по второму кругу».

— Женя, я хочу пышную свадьбу! — вдруг заявил он неожиданно даже для себя самого.

— Собирались же просто расписаться, — охнула Женя.

— Хочу кричать о своих чувствах при сотне свидетелей, хочу праздника, конкурсов этих дурацких… Давай устроим пышную свадьбу, Женя!

— Я за! — улыбнулась она своей фирменной пьяной улыбкой.

«Интересно, всегда ли так выглядит после секса?»

— Отлично, — кивнул он. — Вот выиграем на выставке изобретений в Пекине, расквитаюсь с проектом, заключу контракт на запуск производства и можно играть свадьбу. Возьму отпуск. Поедем на медовый месяц во Францию?

— Да…

— Придешь завтра в офис? Покажу тебе наше новое изобретение. С ним мы обязательно обойдем конкурентов.

— Конечно приду! — кивнула Женя и плотнее к нему прижалась. — Ты говоришь про тот самый секретный проект, над которым работал столько месяцев?

— Да, Женечка. Мы практически закончили разработки. Новейшие технологии! Я хочу, чтобы ты мной гордилась.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 67. Лиза и Женя

— Вы не волнуйтесь, Евгения Анатольевна, — проговорила Мария, голубоглазая украинка с волосами цвета спелой пшеницы, новая няня Нонны. — Мы тут пока погуляем в сквере, идите спокойно.

Мария с Игнатом проводили Женю до дверей в здание «Булат-Компани» и пошли с коляской к скверу, прямо как самая обычная семейная парочка. Ладно, как совсем необычная семейная парочка, ведь телохранитель Жени — человек-гора, а няня — очень маленькая женщина.

Женя прошла в холл здания, направилась к лифтам, как вдруг услышала сзади до боли знакомый голос:

— Сестренка!

Обернулась и нос к носу столкнулась с Лизой. Одетая по-офисному — в белую блузку и черную юбку, да еще и со строгой прической, та выглядела весьма необычно. Не такой Женя привыкла ее видеть.

— Как ты здесь? — заохала Лиза. — Ты уже вернулась из Франции? А чего не позвонила?

— Откуда ты вообще знаешь, что я была во Франции? — спросила Женя хмуро.

— Рубен сказал… — растерялась та.

— Рубен? — удивилась Женя.

— Я звонила тебе пятьсот раз… я не шучу, пятьсот! Я тебе писала, но ты меня везде заблокировала. Ты до сих пор обижаешься, да? — спросила Лиза, скорбно на нее посмотрев.

— По-твоему, мне должно быть приятно, что ты спала с моим бывшим и полжизни меня ненавидела? — простонала Женя. Старалась говорить тише, чтобы не привлекать внимания, ведь в холле было полно народу, но не очень-то у нее получалось.

Сестра же и вовсе, кажется, никого не смущалась. Продолжила с круглыми глазами, прямо как у персонажа кота из мультфильма про огра по имени Шрек:

— Я тебе звонила, чтобы попросить прощения! Наговорила тогда лишнего, но ты же знаешь, как я к тебе отношусь! Я люблю тебя, Жень! Ты же моя родная…

«Ты же моя родная…» — как же часто Женя слышала от Лизы эти слова раньше.

«Ты же моя родная… дашь денег на туфельки?»

«Ну ты же моя родная… помоги денежкой на экзамен!»

Женя себе не покупала нужное, а Лизу обеспечивала. Так продолжалось многие годы. А потом приплыла благодарность: «Я спала с Владом», «Ты меня бросила с отцом-алкашом!» Оказывается, многие годы тянуть из себя жилы, зачастую отдавать последнее — это значит бросить.

Смертельная обида до сих пор жгла Жене сердце, до сих пор отравляла жизнь.

«А вдруг она спала не только с Владом?» — внезапно пронзила ее отвратительная догадка.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Женя строго.

— Работаю, — пожала плечами Лиза. — Рубен взял меня в отдел маркетинга.

— Если я узнаю, что у тебя с ним что-то было, не знаю, что с тобой сделаю! Я тебя за лифчик на лестнице подвешу! — зашипела она на сестру.

— Да ты че! У меня парень есть… полгода вместе живем. Как ты вообще могла предположить, что я…

— Как-то могла, — угрюмо отчеканила Женя.

— А, ну да, таким тварям, как я, не доверяют. И не прощают… Я поняла, Жень, не объясняй. А все-таки я была рада тебя видеть.

Лиза скорчила кислую мину, громко всхлипнула, развернулась и бросилась прочь, цокая каблуками по плитке.

«Актриса… какая же она актриса…» — простонала Женя про себя.

Часто-часто задышала, чтобы унять готовые прорваться слезы. Предательство Лизы до сих пор ужасно ранило. Много месяцев назад Женя запихала мысли о сестре в ящик с тяжелым амбарным замком и спрятала в чулан подсознания. Очень-очень старалась о ней не думать, ведь думать было так больно, так невыносимо больно... И вот эти мысли вырвались все разом, готовые и жаждущие снова начать пытки.

От грустных дум отвлек телефонный звонок.

— Ты где? Я тебя уже потерял, — беспокоился Рубен.

— Поднимаюсь, — ответила Женя.

Снова поспешила к лифту, нажала кнопку верхнего этажа. Вышла в роскошный холл на верхнем этаже и в который раз поразилась окружающей ее красоте: просторная приемная, мраморная плитка, красивейшие картины на стенах и секретарь с ногами длиннее Эйфелевой башни.

«Это ж надо такие отрастить…» — ругалась про себя Женя.

Она бы даже приревновала, но Рубен ведь обещал, что не станет изменять. И Женя предпочла ему поверить. Иначе как выходить замуж, если повсюду видишь подвох?

— Солнце, наконец-то ты здесь, я уже забеспокоился. — Рубен вышел ее встречать, чем, похоже, немало удивил свою модель-секретаря. — Почему такая бледная? Всё в порядке? Пойдем в кабинет.

Рубен отвел ее к себе, усадил на диван, налил воды.

— Почему ты не сказал мне, что взял к себе Лизу? — спросила она резко.

— Жень, я не мог ее вот так оставить, она казалась мне такой потерянной… Жалко стало. А тебе не сказал потому, что считал и считаю, что тебя ни к чему зря беспокоить. И никогда не побеспокою тебя зря.

— Ты знаешь, что она сделала? — начала было Женя.

Однако Рубен остановил ее:

— Да, я говорил с Лизой. Я же должен был понять, что произошло, так?

— Она призналась, что спала с Владом? Стопроцентно строила вместе с ним козни…

— Да какие козни, Жень? Маленькая глупая девчонка просто оступилась. Ты не помнишь Влада, что ли? Этот павлин кому хочешь в уши мед нальет, без вазелина залезет в задницу. Я его за это и ценил — он очень лихо вел переговоры. Он попросту взял твою Лизу в оборот, вот и всё, пытался шантажировать. Ты если не хочешь с ней общаться, не общайся, но зла не держи, девочка вроде неплохая. Работает честно, я ее на карандаше держу.

— И платишь внеурочные премии? — сузила глаза Женя.

Уж она-то великолепно знала эту сторону Рубена — щедрость к людям, которых считал близкими. Непонятно, почему включил Лизу в этот список, но это определенно было так.

— Я предлагал неоднократно, Лиза отказывалась.

— Ой ли? — фыркнула Женя.

— Я тебе врать буду, что ли? — В голосе Рубена послышались нотки раздражения.

Женя поджала губы и уставилась на жениха.

— Ты вроде бы хотел меня чем-то поразить? Поражай, я готова к новым впечатлениям.

Заметила, как у Рубена сразу загорелись глаза. Лиза мгновенно оказалась забыта.

— Пойдем, — заговорщическим тоном произнес он.

Взял под руку и повел к лифту, потом в подвал, в лабиринт коридора, мимо каких-то лабораторий.  И вот Женя оказалась в комнате, чище которой можно было посчитать разве что какую-нибудь операционную. Абсолютно белая пустая комната вмещала в себя лишь белый же стол, на котором красовался ультратонкий серебристый планшет.

— Это наш смотровой зал. Ты вот-вот увидишь первый и единственный во всем мире прототип живого экрана.

Рубен хлопнул пару раз в ладоши, свет чуть приглушился. А потом жених произнес:

— Привет, Сильвия.

И перед Женей предстало настоящее чудо…

* * *

Женя стояла возле видавшей виды многоэтажки, гладила головку спящей в слинге* Нонны и размышляла: «Что я вообще здесь делаю? Правильно ли поступаю?»

— Я пойду с вами, Евгения Анатолиевна, — прогудел Игнат, выведя ее из транса.

Она кивнула и вместе с человеком-горой двинулась к подъезду. Звонить в дверь не пришлось, прямо перед ними прошла какая-то семейная пара.

Женя знала этаж, знала номер квартиры — всё из рабочей анкеты.

Однако замерла, оказавшись перед нужной дверью, вконец оробела. Вздрогнула, когда телохранитель нажал на кнопку дверного звонка. Внутренне затряслась, когда в прихожей послышались шаги.

— Жека! — раздался вопль Лизы, когда она открыла дверь.

Сестра замерла, разглядывая ее и Нонну, потом нерешительно улыбнулась:

— Ты меня простила? Поэтому приехала? Прости меня, ну?

— Простила… — пробубнила Женя. — Я поговорила с Рубеном и… и я прошу прощения, что не прощала так долго…

— Женька! — Лиза замерла, вглядываясь в лицо сестры.

А Женя всхлипнула, вытерла со щеки непрошенную слезу, заметила, что глаза сестры тоже изрядно повлажнели.

— Дай я тебя обниму! — бросилась к ней Лиза. — Проходи, проходи… Покажешь племяшку? Хорошенькая какая…

Теплый прием сестры окончательно растопил сердце Жени, доказал, что она поступила правильно. Прощать любимых — слезное, но очень нужное дело.

*Слинг (англ. sling — перевязь), или бэби-слинг (англ. baby sling) — тканевое приспособление разных конструкций, используемое для переноски ребенка в первые месяцы жизни и до 2—3 лет.

Глава 68. Сам себе дурак

«Он притащил эту суку в Пекин!» — хотелось орать Владу во всю глотку, когда увидел Жасмин стоящей рядом с Рубеном. Эти двое даже смели держаться за руки!

Рубен нагло лапал эту суку за руку…

Как только Влад увидел парочку, тут же почувствовал во рту горький привкус, как всегда бывало, стоило вспомнить или услышать об этом ублюдке, Булатове. Хоть пачкой жевательных резинок зажевывай, а вкус никуда не девался.

Огромный зал, способный вместить в себя до тысячи человек, был поделен на секции, занятые различными фирмами. В каждой секции находилась платформа для демонстрации, а сами изобретения размещались на металлических столах — каждое по центру своей платформы.

Чего здесь только не было! Представители более пятидесяти компаний из разных стран прибыли сюда, чтобы презентовать новейшие разработки. Конкурс изобретений в Пекине — шумное и престижное событие в мире новых технологий. Участие — привилегия, доступная далеко не всем. Каждому изобретателю в душе хотелось похвастать здесь своим детищем, утереть нос конкуренту, оторвать кусок славы, дать интервью научно-популярному журналу. Конечно, такие давние конкуренты, как «Булат-Компани» и «Лосфит-Интернейшнл» также принимали участие в событии.

Отсек для изобретения фирмы «Булат-Компани» находился в дальнем конце выставочного зала, как раз напротив зоны, отведенной для «Лосфит-Интернейшнл». В этот раз конкурирующие фирмы по велению судьбы оказались еще и соседями. Поэтому Влад, вот уже несколько месяцев трудившийся в «Лосфит», мог воочию наблюдать, что делал Рубен Булатов.

Влад зорко следил за тем, как заклятый друг любезничал с Жасмин, и поверить не мог, что когда-то дружил с этим типом, любил эту женщину. Ненависть буквально плавила изнутри, застилала глаза. Каждая клетка его существа была этой ненавистью пропитана.

Вообще-то, Влад считал себя человеком со всех сторон положительным: добрый, отзывчивый, честный, когда это выгодно. Он явно не заслужил того, что эта парочка с ним сделала. Сначала двое спелись за его спиной и самозабвенно трахались в гелике Рубена, пока Влад находился в командировке, потом эта сука пыталась навешать всем лапшу на уши, что ее изнасиловали. И люди поверили! Даже шлюшка Лиза прониклась, а казалась продуманной девкой.

Если тебя насилуют, и ты беременеешь, то идешь делать аборт, так? Это всего лишь логично. Но нет, эта сука тут же побежала к своему кобелю и тот расщедрился по полной программе, обеспечил ей роскошную жизнь, теперь вот жениться собрался. Честно это?

А Владу что досталось? Месяц на больничной койке!

После того как Жасмин исчезла из России, Рубен послал за Владом своих верзил, и те притащили его в гараж пыток…

Никогда в жизни Влада не били так, как там. Ублюдок стегал его цепью! Он ему этой цепью по всему телу наставил страшных синяков, а одним особо хлестким ударом рассек щеку. Потом, будто этого мало, сломал ему ребра.

Влад никогда не думал, что Рубен может быть таким жестоким. Адская боль никогда не забудется, а оставшийся на скуле шрам также служил отличным напоминанием. Специально не убрал — уберет позже, когда месть свершится.

Влад раньше был очень наивным. Думал, после того что с ним сделал Рубен, дядя-полковник отомстит по полной программе… Но нет, тот купился с потрохами на подачки, которые Рубен ему дал. Продал собственного племянника, которого считал сыном.

Влада все предали.

Однако если дядю он простил, то этих двоих не простит никогда. Они думают, что самые умные? Ошибаются. И очень скоро это поймут.

О, с каким удовольствием он подошел бы к этим двум и перегрыз глотки… И плевать, что по залу бродят толпы народа, на всё плевать.

«Держись, держись, они свое получат», — убеждал себя Влад.

Сохранять невозмутимость становилось всё сложнее. Находясь рядом с этим ублюдком, Рубеном, Влад будто снова оказывался в том гараже. Нутро заполняла ярость, страх и лютая ненависть, и почему-то снова начинали ныть ребра — фантомные боли, черт их дери.

После того как выздоровел, сразу пошел устраиваться «Лосфит-Интернейшнл». Какой прок от мести, если Рубен не будет знать, от кого прилетело, так? А присутствие Влада в конкурирующей фирме расставит всё по своим местам. Тем более что его беспроигрышная покерная стратегия в итоге дала сбой, и он крупно проигрался. Надо же было на что-то жить… Конкуренты приняли с распростертыми объятиями.

И на этой конкретной выставке Влад хотел, чтобы Рубен кристально ясно понимал, кто станет причиной его провала.

Доказать ничего не сможет, разумеется, Влад умел за собой подчищать. И тем не менее всё поймет. Вместо «Булат-Компани» выгодный контракт получит «Лосфит-Интернейшнл». Владу же достанется жирная премия, которую он добавит к уже вырученной сумме за инсайдерскую информацию, а потом возьмет и исчезнет из России. Когда месть свершится, больше ему в этой стране будет делать нечего.

Сами Рубен и Жасмин, стоявшие в компании техников, усиленно делали вид, что не замечали старого недруга. Продолжали как ни в чем не бывало переговариваться, держаться за руки, и это бесило еще больше. А перед тем как началась демонстрация изобретения «Лосфит», Влад вдруг обратил внимание, что у бывшей увеличилась грудь.

Жасмин вырядилась в белую блузку и черные брючки — не самая открытая одежда. Тем не менее блузку сверху изрядно распирало — это было видно невооруженным взглядом.

«Он сделал ей сиськи…» — еще больше заскрежетал зубами Влад.

Представил, как Рубен наслаждался женщиной, предназначенной Владу судьбой, и скривился. Бывший друг, небось, теперь только и делал, что засаживал Жасмин между сисек, а та позволяла. А когда Влад предложил ей увеличить грудь, она страшно разозлилась! Двойные стандарты налицо. Кстати, у этой сучки не только грудь увеличилась, задница тоже подросла.

«Рубен велел сделать имплантаты и там или просто разожралась? Я бы посадил тебя на диету…»

В эту самую минуту члены жюри наконец подошли к зоне демонстрации «Лосфит-Интернейшнл», и все замерли, увидев, что подготовили изобретатели.

На столе перед жюри стоял большой экран, такой тонкий, что, казалось, вот-вот переломится. Но ощущения были обманчивы: экран изготовили из прочнейших материалов.

— Привет, Стелла, — заговорил с экраном проникновенным голосом демонстратор в черном костюме-тройке.

И огромный экран ожил. На нем появилась женщина уникальной красоты — яркая блондинка с длинными вьющимися волосами. Как в фантастических фильмах, ее лицо вдруг выглянуло из экрана во внешний мир. Этот эффект достигался при помощи особых трансляционных волн, в буквальном смысле делал происходящее на экране выпуклым, объемным, дарил новое качество восприятия.

— Леди и джентльмены, мы представляем вам единственный во всем мире объемный экран, управляемый голосом. 3D-изображение уже устарело, да и кому нравится сидеть в очках? Объемный экран — вот будущее! Со временем мы внедрим новые технологии в экраны ноутбуков, телефонов и прочих гаджетов. А наша очаровательная Стелла станет лицом нового продукта.

Улыбающемуся лицу Стеллы рукоплескали долго, но все-таки недостаточно долго, по мнению Влада. И Рубен, внимательно следивший за тем, что происходило в демонстрационном отсеке «Лосфит», что-то совсем не выглядел расстроенным, даже наоборот. Интересно, почему? Или он так умело держал лицо?

В наборе проектов, которые Влад выкрал из «Булат-Компани», объемный экран был хитом и главной разработкой, которую планировали презентовать на этой выставке. Он продал проект конкурирующей фирме, те слегка его усовершенствовали, и получилась Стелла. Самому Рубену с такой же разработкой уже, по идее, ничего не светило. Ничего, кроме обвинений в плагиате. Однако, имея на своем столе ровно такой же экран, как и у «Лосфит», он улыбался.

Следующей по очереди шла «Булат-Компани». И Влад, конечно же, не преминул оказаться рядом, в первых рядах, мечтая насладиться провалом недруга.

Думал, Рубен вообще откажется от участия, но он удивил — сам вызвался демонстрировать изобретение. Подошел к экрану-близнецу того, что жюри только что оценило. Одет был в такой же костюм-тройку, как и ведущий конкурирующей компании.

Рубен даже манеру речи скопировал, проникновенным тоном поздоровался с экраном:

— Привет, Сильвия!

И экран также ожил, а в нем показалась шатенка, удивительно похожая на Жасмин. Это сходство заметили все, поскольку начали оглядываться на стоявшую неподалеку красотку. А она давай улыбаться… Даже поклонилась жюри!

«Совсем обалдела!» — ругался про себя Влад.

Меж тем в толпе гостей послышались возгласы из разряда:

— Разве мы не видели только что подобный экран?

Однако очень скоро, несмотря на обилие зрителей в зале, воцарилась тишина. Практически гробовая!

Когда Влад снова взглянул на демонстрационный стол, здоровый экран, еще недавно стоявший в центре, исчез, а на его месте появилась небольшая серебристая коробочка, над которой возвышалась вполне живая на вид фигура Сильвии. Казалось, ее можно потрогать — настолько натурально выглядела маленькая копия Жасмин. В воздухе будто висела маленькая живая женщина.

Рубен улыбнулся удивленным зрителям и продолжил презентацию:

— То, что вы сейчас видели, лишь проекция экрана, транслируемая из этой маленькой коробки. Экраны — очень громоздкая вещь, не правда ли? Требуют много места, да и функционал устарел. Пока вы смотрели на мою замечательную невесту, Евгению, транслируемая картинка изменилась, осталась лишь Сильвия. Смотрите. Сильвия, продемонстрируй преображение!

Через наносекунду на столе вдруг снова возник большой экран с выпуклым изображением шатенки, такой натуральный, что ни у кого не возникло бы сомнений, что он настоящий. Затем он снова исчез.

— Леди и джентльмены, — продолжил Рубен, — я представляю вам прототип живого экрана. Будущее за нами. Хотите пообщаться с Сильвией?

Толпа, собравшаяся вокруг демонстрационной зоны «Булат-Компани», взорвалась аплодисментами, а Влад как-то сразу понял: не видать ему жирной премии как своих ушей.

Тут в голове что-то щелкнуло, и вспомнился момент, как они с Рубеном сидели вдвоем у Булатова дома и пили виски. Было это больше года назад.

— Это Форт-Нокс для данных, — хвастал Влад перед другом, демонстрируя флешку в форме игральной кости.

Хотел удивить, а заодно утереть нос, ведь, что ни говори, а дух соперничества между ними всегда был силен.

Похвастал и напрочь забыл. Однако Рубен не из тех, кто что-то забывает. И по идее, прежде чем выпустить Влада из здания в тот самый день, когда он украл данные, у него должны были бы отобрать и замаскированную флешку. Однако этого не сделали.

До Влада наконец дошло, почему он так просто ушел из «Будат-Компани». Получается, он украл то, что ему позволили украсть.

В памяти тут же всплыла шумиха и показательная порка сотрудников безопасности и отдела кадров, устроенная несколько месяцев назад в «Булат-Компани». Владу докладывали об этом его источники. Получается, Булатов показушничал? Специально навел шумиху, чтобы Влад убедился в успехе своего плана?

«Рубен, сука, ты меня подставил! Подставил… Ты пожалеешь, тварь! И за шрам мой, и за подставу, и за то, что украл мою невесту. Ты у меня кровавыми слезами умоешься…»

Глава 69. Без названия

— Это было вау! — шептала Женя на ухо Рубену. — Ты был там как рок-звезда!

— Займешься сегодня любовью с рок-звездой? — хмыкнул он, прижимая ее к себе на заднем сиденье лимузина.

— О, это обязательно… — Она запечатлела звонкий поцелуй на его щеке. — Только сначала срочно отвези меня к Нонне!

— Едем, едем, — кивнул Рубен, поглядывая на Женю с опасением. — Всё в порядке?

— Покормлю, и будет… — кивнула она.

Грудь уже распирало от молока, ведь провели на конкурсе гораздо больше времени, чем планировали, а она привыкла кормить малышку каждые три часа.

Обошлось без пробок, и уже через двадцать минут Женя оказалась в номере отеля, где их ждала няня с Нонной.

Рубен поцеловал дочку в лоб и повернулся к Жене.

— Корми ее, переодевайся, и пойдем ужинать.

— Ага. — Она взяла Нонну на руки, обратилась к няне, Марии: — Как малышка себя вела?

— Чудесно! — улыбнулась няня. — Немного поиграли, погуляли, а потом она спала.

— Отлично…

Женя забрала малышку в спальню, закрыла дверь, отделяя себя с Нонной от остального мира. Устроилась в мягком кресле и дала грудь.

— Говорят, ты хорошо себя вела, да? — ворковала она с ребенком. — Я по тебе скучала, милая… а ты по мне скучала?

Поцеловала покрытую мягкими коричневыми волосами головку и улыбнулась.

Всё же как прекрасно, что удалось найти няню, которая по душе и Нонне, и Жене, и даже Рубену! Вот уж кому сложно угодить, так это ему. Надо, чтобы няня и с медицинским образованием была, и опыт работы с детьми имела, и ласковой была, и внимательной. А еще лучше, чтобы говорила на английском и французском.

Женя озабоченности Рубена нянями не разделяла, просто радовалась, что Мария всех устроила. Она оказалась попросту идеальной кандидатурой. Молодая мамочка полностью доверяла этой доброй женщине. Как не доверять человеку, поделившемуся с тобой своим самым сокровенным?

Оказывается, Мария тоже имела ребенка, правда, даже родить его не успела, как малыш умер. Неудачные роды лишили ее и малыша, и возможности в дальнейшем иметь детей. По мнению Жени, худшего для любой женщины и не придумаешь, ведь она уже не могла представить себя без Нонны, не понимала, как раньше без нее жила. После той истории очень прониклась к няне, которая решила посвятить жизнь чужим детям, раз не удастся понянчить своего. Искренне любила свою крохотную воспитанницу.

Пока Женя кормила Нонну, успела немножко задремать. Это особый талант мамочек — спать так, чтобы не выпустить из рук ребенка, и она овладела им в совершенстве. Несколько блаженных минут покоя под сладкое причмокивание дочки. И вдруг ее будто окатило холодной водой. Перед глазами возникла рожа Влада, словно он стоял перед ней. Так же противно ухмылялся, как делал это сегодня в выставочном зале. При этом его шрам противно морщился.

Женя дернулась, замотала головой и очнулась от дремы, возблагодарив бога за то, что она в номере отеля, а не в лапах у Влада. Всё равно боялась этого нелюдя, хотя жених и уверял, что он и на пушечный выстрел к ней не подойдет, иначе его даже не Рубен, а собственный дядя со свету сживет.

Кроме того, за дверями наверняка бдел Игнат, который мог надавать по шее кому угодно. И всё же Женя снова дернулась, когда ручка в двери спальни задвигалась, вся подобралась, готовая к неизвестному.

Однако бояться было нечего — в спальне показалась голова Рубена.

— Жень, долго еще?

— Не знаю, — честно призналась она.

— Ладно. — Рубен зашел, с удовлетворением посмотрел на ребенка, потом обратился к Жене: — Зашел сказать, что моя помощница всё организовала, сразу по прилете в Краснодар нас ждет грандиозная вечеринка. Будем отмечать помолвку! Заодно сообщу и о результатах конкурса. Мои друзья, сотрудники, твои подружки-блогеры. Я снял целый ресторан…

— Вечеринка? — заохала Женя. — Получается, мы с корабля на бал? Может быть, повременим?

— Куда временить? У нас свадьба через неделю, — развел руками Рубен. — Или ты не хочешь праздновать помолвку? Я думал, ты будешь рада…

Женя вгляделась в лицо Рубена и заметила во взгляде «чертиков-обиженок», как она это называла.

Рубен — мужчина во всех смыслах щедрый. И за свою щедрость он ждал радости и благодарности. Если вдруг этого не получал, сразу начинал беспокоиться. Уж что-что, а волновать его попусту Женя хотела меньше всего, и нежеланием праздновать — тем более.

— Вечеринка — шикарная идея, — тут же согласилась она. — Я просто переживаю, что не успею собраться…

— О, не волнуйся, из аэропорта тебя отвезут сразу домой, переоденешься, потом в салон и ресторан.

— А Нонна?

— Побудет с Марией дома.

— Хорошо, — кивнула Женя. — Рубен, можно я Лизу позову?

— Моя помощница уже отправила ей приглашение, — кивнул жених.

* * *

— Я хорошо выгляжу или плохо? — в тридцатый раз спрашивала своего парня Лиза.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Крутилась у зеркала битый час, решая, в чем же пойти.

— Солнце мое лучистое, — хмыкнул Дима, натягивая на свой внушительный торс футболку. — Ты в любом наряде хороша. В чем проблема вообще?

Лиза оглядела свое изумрудное платье-тюльпан, поправила волосы и снова скривилась.

— Просто мы Женей только помирились, и там будут такие важные гости… Я не хочу оплошать, опозорить ее или еще что. Хочу нормально выглядеть.

— Лизок, — Дима встал у зеркала позади нее, обнял за плечи, — твоя сестра тебя любит. И ей будет плевать, в чем ты придешь, поверь.

Большой и сильный Дима почему-то всегда был уверен в том, что всё будет хорошо. Обычно он будто питал ее положительной энергией, но сегодня для успокоения ей этого оказалось мало. Отчего-то нервозность буквально съедала изнутри. Какое-то дурное предчувствие, которое Лиза никак не могла объяснить.

— Мы почти год не общались… — нервно сглотнула она. — Женя наверняка чисто из вежливости позвала, тем более что даже не она приглашение прислала, а помощница Рубена. Может, не ходить? Ну зачем я ей там, рядом со всякими именитыми гостями? Не пойду…

— Но она же приходила к тебе мириться, так? Значит, любит тебя и хочет видеть. Вы тут два часа сидели на кухне и рыдали, я зайти боялся. Помирились, всё честь по чести. Ты ее единственная родственница, в конце-то концов. Тебе надо пойти, Лиза.

Она повернулась к нему, стукнула кулачком по мускулистой груди и проворчала:

— Димка, ну вот почему ты всегда прав? Почему?

— Дар такой, — усмехнулся он. — Всё, моя леди, на выход. Ноги в каблуки и вперед, и так безбожно опаздываешь.

— Ой, — еще больше забеспокоилась Лиза, — и правда опаздываю. Можно я возьму машину? Пожа-а-алуйста.

Дима протянул ей ключи.

— Держи. Я на трамвае тогда поеду. Помнишь правила, да? Больше ста пятидесяти не гнать.

Его стандартная шутка.

Они ведь на этой почве и сошлись. Дима пригласил ее на свидание, но вместо ресторана они весь вечер катались по городу. Лиза тогда как раз училась на права и чувствовала себя на дороге уж очень неуверенно. Тогда. Теперь-то она ас!

В самый первый вечер ее восхитило, с каким терпением он объяснял совершенно очевидные вещи. Снова и снова повторял правила, ни разу не накричал. После катаний по городу выехали на трассу и гоняли до четырех утра. А потом любили друг друга там же, в машине, на заднем сиденье.

С того самого вечера так и не расставались.

Дима работал не гонщиком, конечно, а врачом-травматологом, но водил отлично, вот и научил свою девушку всяким премудростям. А еще он, по мнению Лизы, — был самым лучшим на свете мужчиной. С ним вместе в их маленькой съемной двушке на окраине города она чувствовала себя самой счастливой.

— Я бы чувствовала себя гораздо комфортнее, если бы ты пошел со мной, — в очередной раз за этот вечер закинула она удочку. — Ты точно никак не можешь поменяться?

— Прости, милая… — Дима наклонился к ней, едва коснулся губ, ведь знал, что портить Лизе макияж — себе дороже. — Никак не могу, дежурство. Но ты и без меня отлично проведешь время, я уверен. Но на свадьбу через неделю я уже отпросился, так что точно пойдем вместе.

Лиза прижалась к нему на прощание, как она это обычно делала. Почувствовала поцелуй в макушку и проводила его. Потом взяла сумочку, ключи и спустилась. На парковке ее уже ждал Жук, как они с Димой называли новенький серебристый седан, который приобрели вместе.

Жук летал по городу как на крыльях, был маленьким, юрким и очень маневренным. Лиза его обожала. Даже в час-пик добралась до ресторана в рекордные сроки для этого времени суток. Хотя опоздала, конечно, безбожно — почти на полтора часа.

«Женя меня убьет…» — простонала про себя.

Уже собиралась выходить из машины, как вдруг увидела, как сестра спускается по мраморным ступенькам. Июль, вечер, жара, а Женя шла съежившись, будто ее морозило. Обхватила себя одной рукой, второй держала у уха телефон. Лиза хотела было выйти навстречу, но не успела, потому что сестра быстро зашагала к подъехавшему черному фургону-газели. И зачем-то забралась внутрь. А потом из этой газели вдруг вылетел какой-то прямоугольный предмет, похожий на телефон, и машина тронулась вперед.

«Куда она поехала? — тут же начала гадать Лиза. — Зачем выбросила телефон? И почему ей в тридцатипятиградусную жару было холодно?»

Незадолго до того:

Женя чувствовала себя настоящей бабочкой в ярко-красном шелковом платье. Она порхала от одной группы гостей к другой, получала поздравления, улыбки, пожелания долгих лет счастья.

Рубен закатил бесподобную вечеринку. Его помощница, настоящая умница, даром что ноги длинные, отыскала отличный ресторан в центре. Двухэтажный, способный вместить в себя больше двухсот гостей, он уже почти трещал по швам от обилия людей, пришедших поздравить будущих молодоженов.

— Не устала, малышка? — шепнул ей на ухо Рубен, заметив, как Женя начала обмахивать себя ладонью.

Несмотря на обилие кондиционеров, в зале было довольно жарко. Что сказать — июль.

— Всё в порядке, — замурлыкала она. — Пойду немножко освежусь и вернусь. Побудь пока с гостями.

Женя поцеловала его в щеку и ушла в дамскую комнату — попудрить носик. Благо в этом заведении было несколько индивидуальных кабинок с раковинами, можно спокойно перевести дух.

Она вымыла руки, достала помаду, аккуратно нанесла новый слой, представила, с каким азартом Рубен ее съест, зажав где-нибудь в уголке, как он любил. Редко оставлял помаду на ее губах.

Как же хорошо всё сложилось для Жени! Как же прекрасно, что она именно с этим человеком, а не с Владом, что смогла начать ему доверять! За последние недели они с Рубеном практически превратились в сиамских близнецов, так им было хорошо и комфортно вдвоем. Втроем — так будет точнее, ведь Нонна почти постоянно присутствовала рядом.

Впереди еще годы и годы совместной жизни. Бесконечная череда счастливых вечеров, которые они проведут вместе; поездок, в которые отправятся; ласк, которые друг другу подарят. Миллионы теплых слов и улыбок, тысячи оргазмов.

От радостных мыслей Женю отвлекло бренчание телефона. Она бы проигнорировала сообщение, но оно оказалось от няни, Марии, а та просто так никогда не писала.

Женя открыла и буквально приросла к полу на своих шпильках.

С присланного фото на нее смотрела няня с разбитым в кровь лицом. У нее была рассечена скула, разбита губа, пшеничная коса растрепана, а во взгляде дикий испуг. В руках няня держала закутанную в пеленку Нонну.

А потом Жене позвонили с номера Марии.

— Привет, сука… — проговорил хриплый прокуренный голос, абсолютно ей не знакомый.

— Кто это? — ответила она едва слышно.

— Заткнись и слушай! — последовал приказ. — Если не хочешь, чтобы я пришил твою няню-идиотку, а потом не начал отрезать пальцы твоей дочери, делай, что я скажу!

Сердце Жени в буквальном смысле почти прекратило биться.

— Пожалуйста… — только и успела она вымолвить.

А грозный рык в трубке продолжился:

— Это похищение, ты, тупая свинья! Если у тебя хватит мозга сделать всё правильно, мы отпустим тебя и ребенка…

«Похищение… Они хотят денег?» — прострелила голову мысль.

— Мы заплатим! Мой жених заплатит! — почти прокричала Женя.

— За двоих заплатит больше.  Или получишь дочь-калеку. В общем, так: сейчас ты выходишь из сортира и идешь прямиком на улицу, там тебя ждет черный фургон, забираешься внутрь.

— У дверей ресторана находится мой телохранитель, он не даст мне…

— Насчет этого придурка не беспокойся. Всё, пошла. У тебя тридцать секунд. Не успеешь, я грохну няню! Держи телефон у уха и не нервируй меня, а то начну ломать кому-то пальцы…

И Женя пошла, молясь, чтобы по пути попался Рубен или кто-то еще из охраны. Когда вышла в зал, стала искать жениха взглядом, но его, как назло, не было. Почти сразу в трубке раздался дикий визг. Женский, не детский. И всё же от него ей стало физически плохо, чуть не стошнило прямо на пол.

— Евгения Анатольевна! Женя, пожалуйста! Они не шутят… — кричала Мария.

После этого крика ее начало знобить, даже зубы, кажется, застучали.

— Ни на кого не оглядывайся, — продолжала хрипеть трубка, — делай вид, что трындишь с подругой, улыбайся.

«Они следят за мной…» — с опозданием дошло до Жени, и она растянула губы в самой искусственной на свете улыбке.

— Будь послушной, и все выживут, — пообещали из трубки.

И она послушалась. Вышла на улицу, никем не задержанная и, кажется, даже не замеченная, хотя в зале было полно народа. Увидела черный фургон, подошла и шагнула внутрь.

Глава 70. (Не) животное

Жене еще никогда не было так страшно. Так неимоверно, жутко страшно.

Не за себя, нет. За маленькую нежную девочку, которую сама же произвела на свет.

Она будто не почувствовала стальной хватки похитителей, не испытала боли, когда ее швырнули на пол газели, не слышала сальных шуток и подколок двоих ублюдков, когда ее вытаскивали наружу.

Женю привезли к какому-то заброшенному ангару, находившемуся на выезде из города. Огромное, старое на вид полукруглое сооружение располагалось поодаль от основной дороги. Так сразу и не увидишь. Глухомань, куда люди давно забыли дорогу.

Она вела себя тихо и послушно. Готова была на что угодно, лишь бы не бесить похитителей, лишь бы не тронули дочку.

Позволила взять себя за руки, завести внутрь.

— Вперед, — пихнул ее в спину один из похитителей, тот, что покоренастее.

Очень скоро Женю завели внутрь. Помещение оказалось почти пустым, лишь в центре стоял квадратный стеклянный куб размером примерно с ванную комнату, какая была в ее старой, купленной в ипотеку двушке. Углы куба зачем-то обшили каким-то металлом.

Женя дико вскрикнула, заметив возле этого стеклянного куба сгорбленную фигуру Марии. Она держала на руках ребенка и беззвучно плакала. Позади нее стоял крупный бородатый мужик в черной боксерке. Он держал в руке пистолет, а услышав вопль похищенной, упер дуло няне в висок.

Когда Женя подошла, хищно осклабился.

— Будешь послушной, и все выживут, — проговорил тем же самым хриплым голосом, который Женя еще недавно слышала в трубке своего мобильного.

И вдруг сбоку раздалось легкое жужжание, а одна из стенок стеклянного куба поползла вверх. Когда она поднялась на достаточную высоту, похитители пихнули Женю внутрь.

— Дайте ребенка! — взмолилась она.

— Сначала мы кое-что сделаем… — пробасил самый высокий из похитителей.

Он шагнул к Жене в импровизированную стеклянную комнату, взял с пола цепи с широкими металлическими кандалами для ног и велел:

— Дай ногу!

— З-зачем? — застучала зубами Женя.

— Я дважды просить не буду… Станешь выпендриваться, сломаю на хрен ногу!

Очень скоро Женя оказалась скованной этими кандалами, связанными между собой толстой и очень тяжелой цепью. Они холодили ноги, и передвигаться в них показалось ей практически невозможным.

Тут бородач, удерживающий на мушке Марию, кивнул, и няня поплелась к Жене на нетвердых ногах, передала Нонну.

Почувствовав в руках тяжесть спящей малышки, Женя на какую-то секунду успокоилась. Потом заметила, что один из похитителей водит пальцами по экрану мобильного, и вдруг снова услышала уже знакомое жужжание. На этот раз стеклянная стена поползла вниз, отрезая ее от похитителей. Видимо, механизм управлялся с телефона. Вроде бы она в безопасности, а на самом деле заперта. Как мышь в клетке!

«Как же они смогли выкрасть няню с Нонной? — судорожно пыталась понять Женя. — Дом Рубена — надежнейшее место с охраной!»

— Что вы сделаете с Марией? — забеспокоилась тут же.

— Какая тебе разница, богатая стерва? — захрипел бородач.

Няня вдруг снова заплакала, утерла слезу рукой, но в этот раз как-то чересчур громко всхлипнула.

А потом Женя и вовсе заметила, что, утирая слезы, Мария задела рану на скуле, но при этом даже не поморщилась. Словно это была не рассеченная кожа, а… муляж?

— Мария? Как ты могла? — простонала Женя, вдруг сразу всё поняв.

Еще секунду назад искривленное скорбью лицо няни вдруг превратилось в злобную маску стервы. Она зашипела на Женю гадюкой:

— Балы, вечеринки, красивый жених, черная икра на завтрак… Ты к тому же родила здорового ребенка в элитном роддоме. Я не завидую, нет, но разве это честно? Тебе дано всё, а некоторым ничего! И ты при этом еще няню наняла, чтобы бока свои отлеживать. Если бы мой ребенок был жив, а не умер в той паршивой нищенской больнице, я бы его ни на минуту ни с одной няней не оставила, ясно тебе? Я бы за каждую минуту с ним удавить была готова. Ты — зажравшаяся тварь! И ты заслуживаешь всего, что с тобой случится!

В ее глазах плескалось столько ненависти, что ее буквально трясло. Их обеих трясло — Марию от ненависти, Женю от страха.

Теперь она уже была рада, что ее и няню разделяла пусть и стеклянная, но всё же перегородка. Правда, радовалась недолго.

— Эй, вы куда? — крикнула она похитителям, когда те все разом развернулись и направились к выходу.

Однако никто из них не обернулся, не сказал ни слова.

Они просто ушли.

Женю тем временем начало еще больше трясти.

Одна, в почти неподъемных кандалах, да еще и с ребенком на руках. И даже присесть негде, вокруг только бетонный пол.

«Если я разобью стекло, сильно порежусь?» — задалась вопросом Женя.

Первым делом она стащила с себя босоножки, всё равно в кандалах на каблуках было очень тяжело стоять. Потом стянула через горло красное платье, сложила его в уголочке и положила сверху спящую Нонну. Схватила босоножку и аккуратно стукнула каблуком по стеклу. Пробный, слабый удар. Стукнула сильнее, еще сильнее, но результат оказался тот же — нулевой.

— Стекло бронированное… — вдруг раздался откуда-то сзади до ужаса знакомый голос.

Жена обернулась и увидела позади стеклянной комнаты стол. На нем возвышался объемный экран, такой же, который фирма, на которую работал Влад, презентовала на конкурсе в Пекине.

Из монитора на нее смотрел уже так люто ненавидимый ею Влад Стахов.

— Ублюдок… так это ты… — прохрипела она.

— О, ты наверняка говоришь какие-то дико интересные вещи, но я тебя не услышу, — проговорил он. — Видишь ли, это запись.

— Урод! — заверещала Женя и что было силы стукнула ладонью по стеклянной стене.

Зря это сделала, только руку больно ударила.

— Я расскажу тебе одну индийскую притчу, Жасмин… — тем временем продолжал Влад. — Однажды падишах пожелал узнать, что живому существу дороже всего на свете… Придворные сказали — дети. А один мудрец ответил — жизнь. Ты сама как считаешь?

Женя глянула на спящую Нонну и для себя однозначно решила: для нее важнее дочь. Только она…

— Думаешь, дети? — продолжал ухмыляться Влад. — А я тебе докажу, что нет! Тот самый мудрец поместил в бассейн обезьяну с детенышем и пустил воду. Обезьяна очень старалась сохранить жизнь своему малышу, однако, когда начала задыхаться, встала на него, чтобы выжить. И ты встанешь… Потому что ты — мерзкая тварь. Животное. Ведь только животное не смогло бы оценить чувств, которые я к тебе питал.

«Это всё из-за того, что я его отвергла?! — охнула про себя Женя. — Что за больной ублюдок? Его никогда не отвергали?»

А Влад всё говорил:

— Я готов был сдувать с тебя пылинки… а теперь тебя уничтожу! И тебя, и твоего ублюдочного жениха. Он, конечно, тебя найдет. Но к тому времени ты уже успеешь показать ему, какая ты тварь. И он убьет тебя сам за то, что ты сделаешь. Кстати, если надеешься на то, что сможешь продержаться на поверхности воды, то нет, не сможешь. Кандалы не дадут…

Чем дольше Женя слушала этот бред сумасшедшего, тем сильнее ее колотило.

— Но не волнуйся, милая, вода наберется в контейнер не сразу, у тебя будет время попрощаться с ребенком. В самом деле, я же не нелюдь какой.

Экран вырубился, а потом зашипел искрами, будто внутри произошло короткое замыкание. Задымился даже.

Вдруг из угла стеклянной комнаты начала сочиться вода. Женя едва успела схватить Нонну, чтобы ее не намочило.

* * *

Рубен взял у проходящего мимо официанта бокал с шампанским с подноса и осмотрел зал ресторана. Что-то непозволительно долго Женя пудрила нос и красила губы. Пора было подпортить ей макияж поцелуем.

Однако фигуру в дизайнерском красном платье не увидел. Зато у входа показалась фигура того, кого видеть на своем празднике жизни Рубен совсем не хотел.

«Совсем охренел!» — зарычал он и двинулся к входу, возле которого стоял Влад Стахов собственной персоной.

— Что ты здесь забыл? — процедил Рубен сквозь зубы, подойдя ближе.

При этом изобразил полнейшее безразличие.

— Ну как же? — развел руками Влад. — Я пришел на помолвку друга! Поздравлять!

— Ты совсем с катушек съехал? Какой ты мне друг после всего?

— Я всего лишь возвращаю долг, Рубен! Почти год назад ты пришел в ресторан поздравить с помолвкой меня, и по фиг, что потом украл у меня невесту. Я посчитал, я тоже должен…

— Чего ты добиваешься? — Рубен сложил руки на груди и уставился на Влада.

— Ты забрал у меня всё, — пожал плечами Влад. — Честное имя, невесту… Но я пришел сказать, что прощаю тебя. Видишь ли, держать за пазухой злые мысли — тоже грех, я в это верю. Карма есть, каждому воздастся по заслугам. Вот и решил прийти, помириться, сказать, что уезжаю из России, проститься по-человечески.

— Прощай… — процедил Рубен и приказал стоявшим возле входа охранникам: — Выведите его отсюда!

С удовольствием посмотрел, как Влада подхватили под локти и буквально вытащили из зала. Однако сам факт его появления неприятно холодил душу.

«Где Женя?» — вдруг забеспокоился он.

Обошел весь зал, попытался ей позвонить, но абонент оказался недоступен.

«Что за черт?»

Только хотел велеть охране отыскать телохранителя Жени, Игната, как вдруг увидел его входящим в зал ресторана с заднего входа.

Рубен тут же поспешил к нему.

— Игнат, где Женя? — сразу спросил.

И только тут заметил, что взгляд этого здоровенного детины странным образом расфокусирован. Будто он не соображал, куда шел, что видел, что слышал.

— Я… э-э-э… м-м-м… — пытался он что-то сказать, как вдруг завалился вперед.

Рубен увидел, что у него разбит затылок, шея сзади испачкана кровью, как и ворот рубахи.

Телохранителя обступили любопытные гости.

— Вызовите скорую! — тут же зарычал Рубен. — Охрана! Полицию немедленно…

Тут его телефон пиликнул сообщением. Рубен открыл и обомлел, увидев Женю с Нонной в каком-то стеклянном кубе.

«Очень скоро контейнер заполнится водой, и они сдохнут! Тик-так, тик-так…» — гласила надпись на фото.

— Найдите Влада Стахова! — тут же заорал он.

Но каким-то шестым чувством понял: не найдут. Ушел…

* * *

Женя считала себя хорошей пловчихой. Но как плавать с тяжелыми кандалами? Это же нереально…

Вода постепенно начала заполнять помещение, отчего хотелось вопить в голос. Этого она, конечно, сделать не могла, не хотела пугать Нонну.

— Помогите! — пыталась она кричать, когда в ангар зашел один из ее похитителей.

Однако он проигнорировал ее крик, просто сфотографировал и ушел. Больше ни один из них не появился, сколько бы Женя ни звала.

Складывалось ощущение, что она здесь абсолютно одна. Некому прийти на помощь.

Пока вода достигала щиколоток, а потом и коленей, было еще не так жутко. Но когда она поднялась до пояса, в душе поселилась настоящая паника. Холодная, таящая в себе жуткую смерть, она неимоверно страшила.

Что же будет, когда вода достигнет груди? Шеи? Уровня губ? Носа?

Женя уже однажды тонула — давно, в глубоком детстве. Справилась со страхом воды, научилась плавать, но это ужасное, давящее чувство, когда не можешь вздохнуть, помнила до сих пор.

— Боже мой, я никогда-никогда не встану на собственного ребенка! Я лучше умру… я лучше двести раз умру! — шептала Женя, грохоча кандалами, пока перемещалась из одного угла куба в другой. Она жалела, что сняла каблуки, хотя в них было почти нереально стоять.

Милосерднее было бы пустить ей пулю в лоб. Почему подельники Влада так не сделали? Почему он так жесток?

Жене было так неимоверно страшно, что на секунду даже показалось — смерть милосерднее… Можно сесть в воду вместе с Нонной и позволить бездушной жидкости сделать свое черное дело. Но вдруг вспомнился фильм, который они с Рубеном недавно смотрели.

Пятеро отчаявшихся людей пытались прорваться сквозь туман, населенный монстрами, мечтавшими полакомиться человеческой плотью. В машине кончился бензин, и люди поняли: им не сбежать, их растерзают.

Пять человек и четыре патрона. Главный герой подарил быструю смерть всем, кроме себя. В том числе и... своему сыну. Сам же вышел в туман, чтобы монстры его растерзали, и в этот момент мгла рассеялась, появились спасатели с оружием. Если бы эта группа отчаявшихся потерпела еще чуть-чуть, они выжили бы.

«Бедный Рубен… что же с ним будет, если мы погибнем?» — подумалось ей.

Отчего-то себя ей было не жалко, а вот Нонну с Рубеном — очень.

Надежда умирает последней — так мудрые люди говорят, верно?

— Я буду стоять до последнего! — начала твердить Женя.

Когда вода доберется до шеи, она поднимет Нонну и будет держать так столько, сколько сможет. Если им суждено сегодня умереть, Женя будет первой.

* * *

— Валите… Валите уже оттуда! — шипела себе под нос Лиза, наблюдая из-за кустов за троицей дуболомов, куривших возле черной газели.

Там, у ресторана, Лиза решила следить за фургоном. Лишь подъехала к месту, куда бросили телефон Жени, подхватила его и рванула вслед за черной газелью. Сразу почувствовала: сестра в беде.

Лиза догадалась попытаться позвонить Рубену, но пока нашла его номер, телефон булькнул и в конец разрядился. Надо было давно купить новый, с нормальной батарейкой, да всё казалось не до того. А подзарядку как назло выложила, дурища.

Лиза попыталась позвонить с Жениного мобильного, но телефон оказался выключен.

«Может, вырубился из-за удара?»

Она долго нажимала на кнопку включения, всё это время преследуя черную газель. Телефон наконец включился. Однако когда попыталась активировать экран, он запросил пароль.

— Да чтоб тебя! — заорала Лиза.

И вдруг уронила уже изрядно пострадавший мобильный на пол. Попыталась поднять и чуть не выпустила газель из виду. Решила не рисковать, продолжала преследование.

Подняла телефон позже, обнаружила, что тот опять вырубился, и оставила аппарат в покое.

Тем временем газель вырулила за город и свернула на проселочную дорогу. Лиза знала — в той стороне находилось несколько заброшенных ангаров. Видела, когда они катались здесь с Димой. Они вообще много где с ним поездили, исколесили весь Краснодар и пригород.

Выждав немного, Лиза поехала следом и свернула на перекрестке в сторону лесополосы. Оставила там машину, а к ангарам пошла пешком, стараясь оставаться незамеченной. Так и пришла к месту, откуда теперь наблюдала за дуболомами.

«Куда дели сестру, суки?» — хотелось ей заорать. Но боялась, что тогда и ей несдобровать.

— Поехали, — вдруг скомандовала дуболомам блондинка.

И те загрузились в газель.

Вскоре они укатили прочь, а Лиза, не веря своему счастью, бросилась к амбару.

Влетела туда и закричала, увидев сестру по пояс в воде, стоявшую в квадратном стеклянном кубе.

— Лиза! — закричала та, а Нонна захныкала.

Лиза бросилась к сестре.

— Как ты тут? Отойди, я сейчас разобью эту штуку!

Огляделась, увидела складной стул у стола со сгоревшим монитором. У стула оказалась металлическая складная рама, в общем, он выглядел крепким. Лиза схватила его и начала бить по стеклу.

— Бронированное, что ли?

— Да! — кивнула Женя. — Позвони Рубену! Так просто стекло не разбить, я пробовала.

— Да как он успеет? — заорала Лиза. — Вода уже почти тебе по грудь… И телефон у меня сдох…

Неужели она приехала сюда лишь для того, чтобы посмотреть, как ее сестра и племянница утонут? Нет, она не допустит.

И Лиза снова начала долбить стулом об стекло.

— Не проломишь, ты теряешь время! — кричала ей Женя. — Иди за помощью!

Лиза уже и сама поняла: зря пыхтела.

— Какой у тебя пароль на телефоне? Может, включится…

— Ты подобрала мой телефон? Включи его!

Женя продиктовала пароль.

Лиза помчалась к машине. Еще никогда в жизни она так быстро не бегала!

С выпученными глазами примчалась к Жуку, открыла дверь, трясущимися руками нажала на кнопку включения. Мобильный булькнул и… включился!

— Так… пароль… — забубнила она.

Ввела четыре заветных цифры, и вдруг телефон заверещал звонком от абонента «Рубен».

— Алло! Алло! — закричала она в трубку. — Рубен, это Лиза. Они сейчас утонут! Стекло непробиваемое, я не могу его разбить! Что мне делать?!

— Не выключай телефон! — раздался его молодецкий рык.

Она бы и рада, да вдруг опять сам вырубится…

* * *

— Мы отследили звонок, шеф, — проговорил охранник.

И тогда Рубен приказал:

— Гони!

Водитель нажал на газ, и машина сорвалась с места.

— Гони так, как никогда в жизни!

— Пробки, шеф… навигатор показывает сорок минут…

— Какие в задницу сорок минут?! — зарычал Рубен. — Хоть что делай, но доставь меня к месту быстро!

Мозги Рубена заработали с такой скоростью, что любой компьютер перегорел бы от зависти.

И он начал звонить нужным людям. Друзьям в полиции, военным — всем, кто мог помочь быстро.

* * *

Павел Карлович Потрошков рулил на своей старушке-ладушке домой со стрельбища. Усталый, замученный, он мечтал о горячей ванне, рюмке водочки и тарелке борща, сваренного любимой супругой.

Но вот о чем совсем не мечтал — получить звонок от начальника:

— Где находишься? Координаты? Обзваниваем всех!

Павел назвал место.

— Срочно езжай к старым ангарам! — заорал начальник. — Оружие при тебе?

— Конечно при мне, я же со стрельбища…

— Ставь мигалку, выжимай газ и вперед! Нужно прострелить бронебойное стекло, люди тонут! Высылаю координаты!

Павел Карлович глупых вопросов задавать не стал, негоже спорить с начальством. Погладил на счастье усы, как он это обычно делал в патовых ситуациях — чисто на удачу. Раньше гладил шевелюру, да вся выпала, остались только усы.

И надавил на педаль газа.

Остановился у первого ангара и увидел на улице кудрявую шатенку в зеленом платье. Она махала руками и кричала:

— Помогите, сюда, сюда…

Павел Карлович вылетел из машины, схватил из багажника сумку с оружием и бросился внутрь.

Вошел и в первую секунду даже обмер, разглядывая чудной куб-душегубку. Откуда взялся посреди старого ангара? Чудо! В нем девка, а ей воды точнехонько по глаза. Руки вверх вытянула, ребенка держала. То и дело тянулась носом вверх, пыталась дышать.

Видно — уже задыхалась, держала ребенка из последних сил. А малышка отчаянно плакала.

— Погодь, девонька! Отойди в сторонку!

Достал ружье, со скоростью звука зарядил и выпустил залп в нижнюю часть стекла. Пошло трещинами, но устояло.

— Крепкая дрянь!

Павел Карлович сдаваться не привык — зарядил снова, выпустил еще пулю. А потом зарядил свой верный ТТ и принялся разряжать обойму в куб. Стрелял прицельно — в одну и ту же точку, чтобы пробить проклятое стекло.

Рубен больше был не Рубен.

О, он бы все отдал теперь за одну только возможность оказаться там, рядом с Женей!

«Почему не пристукнул этого гада? Почему не приставил к Жене десять охранников? Почему не уследил за Нонной?»

Тысячи этих почему с аппетитом жрали его изнутри, пока мчался на своем джипе к месту, где погибали они, самые дорогие в его жизни люди.

Других таких не будет, не делают больше таких женщин, как Женя, он проверял! А завести еще одну малышку, если вдруг лишится Нонны, он попросту не сможет. Это будет кощунство.

Если они погибнут — это всё, это конец. Жить больше будет незачем.

Машина с ревом остановилась возле амбара. Рубен выскочил наружу и помчался внутрь, даже не посмотрев на охранника с водителем, которые бежали следом.

К тому моменту, как он оказался в амбаре, у стеклянного куба уже не было одной стены, а весь пол оказался залит водой. Лиза рыдала, сидя на коленях прямо на полу, и держала в руках не шевелившуюся, сжавшуюся в комочек Нонну. А рядом лежала Женя, почему-то в одном красном белье, и тоже не двигалась. Над ней склонился лысый усатый мужик и делал ей непрямой массаж сердца.

Рубен замер, оглушенный горем.

«Опоздал! Позволил самому страшному случиться! Не спас! Не смог…»

А потом вдруг услышал детский всхлип и резкий требовательный рев.

«По крайней мере хоть одна из них жива…» — снова забилось в груди сердце.

Только тут он отмер, бросился вперед и опустился рядом с Женей на колени, принялся помогать делать искусственное дыхание.

Ее кожа была холодной, а губы синими, и это неимоверно пугало. Будто уже мертва, а он пытался реанимировать труп. Но вдруг она резко вдохнула воздух…

— Женька! — зарычал он, дал ей откашляться и сжал в объятиях.

Невероятное облегчение затопило нутро, вытесняя все остальные чувства.

Если бы позже Рубена попросили назвать самый счастливый момент в жизни, он не задумываясь ответил бы — этот.

Эпилог. Молодец!

— Ну какой же я молодец… — хвалил себя Влад, руля по трассе, ведущей в Москву.

Отмотал на купленной старым должником машине уже около пятисот километров. В столице его уже ждали.

Надежные люди обеспечат трансфер информации, которую умница Мария украла из личного ноутбука Рубена. Очень скоро все секреты его компании разлетятся по миру, буквально озолотив при этом самого Влада.

На этот раз никаких осечек, ведь Влад продумывал финальный аккорд мести заклятому другу не один месяц. Конечно, Рубен его облапошил с флешкой, но всего не предусмотрел. Не предусмотрел…

Красавица Жасмин уже наверняка забыла, как надо дышать, ведь под водой много не надышишься. А если и выжила, то уже никогда не будет прежней.

Может быть, и не нужно было так сильно заморачиваться. Чего только стоило собрать герметичный куб из бронированного стекла, а заодно подвести к нему воду… Но Влад хотел, чтобы Рубен на всю жизнь запомнил его месть. Чтобы до конца своих дней икал, его вспоминая.

Теперь можно заняться собой и своей жизнью. Достаточно он пожил ради парочки Рубен — Жасмин. Пора за бугор, в светлое будущее. Давно пора!

Тут запиликал его телефон, и Влад поморщился, увидев, кто звонил. Мог бы и догадаться избавиться от сим-карты раньше, ведь этот его тайный номер Мария знала. Впрочем, последнего телефонного разговора она достойна хотя бы за то, что обеспечила ему безбедную жизнь, предоставив секретные данные на блюдечке с голубой каемочкой.

— Влад, ты где? Ты же должен был забрать меня еще час назад… — беспокоилась она.

Да, он действительно пообещал Марии, что заберет после того, как она поможет ему разобраться с Жасмин. Он вообще много чего пообещал ей за помощь и содействие.

Говорил, что, разумеется, женится. Разумеется, разделит с ней всё, что выручит за украденные у Рубена данные. Разумеется, врал. Он безбожно ей врал.

«Круглая дура».

Неужели она и правда думала, что он свяжет жизнь с той, кто не сможет родить ему ребенка? Ребенка родить не сможет, а предать — запросто. Хозяев своих ведь предала. Гнилой плод, нехорошая женщина. А ему нужна хорошая! Вот такую он и найдет в Мексике.

Кто-то говорит, там опасно. Бесспорно, там может быть опасно, но не с теми деньжищами, которые он в скором времени получит.

— Машенька, милая, — начал Влад аккуратно. — У меня просто небольшие проблемы, но ты жди меня, ладно? Жди и, главное, с места не срывайся, я за тобой приеду! Я так люблю тебя, моя хорошая…

Пусть сидит в той съемной квартире, где они обычно трахались. Так ее гораздо быстрее найдут. Она достойна того, чтобы ее наказали. Хотя бы за собственную глупость.

— Ты точно приедешь? Я жду… — выдохнула она с облегчением.

— О, я приеду, если что, звони на этот номер.

— Спасибо, Влад, я всегда знала, что ты человек слова, ты…

На этом он повесил трубку. Ну серьезно, не слушать же ее бредни?

Несмотря на то, что ехал на скорости, отвлекся, чтобы открыть крышку телефона. Достал сим-карту и выбросил в окно. Потом потянулся в бардачок за бумажным пакетиком, где держал запасную симку. Отвлекся всего на пару секунд, а когда снова посмотрел на дорогу, заметил бегущего прямо под колеса пса.

Влад всегда отличался отменной реакцией на дороге. Его взгляд тут же метнулся вправо. Нет, туда никак, там ряд длинных груженых зерновозов. И он крутанул руль влево, да вот только в это же время по встречке на обгон вышла фура...

Секунда, и крик так навсегда и застыл в его горле.

Хоронили в закрытом гробу. Над могилой никто не плакал.

Бонус. Главное — вовремя

— Нет, ребят, вы серьезно, что ли? — визжала Лиза, чуть не подпрыгивая в своем огромном, похожем на сливочный торт свадебном платье.

Счастья в ее глазах плескалось столько, что хоть ведрами черпай.

— Дом — это мощно, — кивал не менее счастливый Дима, очень солидно выглядевший в своем первом и на данный момент единственном смокинге.

— Совсем рядом с вами? — всё продолжала охать Лиза. — Это же… там же… Да там же одни особняки!

Гости смотрели то на столик жениха с невестой, то на соседний, где восседали Женя с Рубеном.

— Всё верно, — кивнул Рубен, поправляя галстук. — Мы с Женей и Нонной дарим вам на свадьбу особняк по соседству с нами. Будем, как говорится, дружить домами!

Женя ради такого тоже встала рядом с мужем и с улыбкой поглядывала на совершенно ошарашенную сестру.

— Ура! — захлопала в ладони тамада.

Остальные гости также вскочили с мест и принялись аплодировать. Еще бы, такой щедрый дар для молодоженов. И какой актуальный, ведь квартирный вопрос всегда остается насущным.

Потом все дружно и долго кричали «Горько!», а молодые целовались, забыв о времени.

Рубен с Женей сели на свои места, и он почувствовал ее губы на своей щеке:

— Милый, ты превзошел себя! Собирались квартиру…

— Твоя сестра заслужила, — кивнул он важно.

За Женю и Нонну он бы Лизе еще сотню таких домов подарил.

Малышка сидела в отдельном кресле рядом с ними. Нарядная — в белом платье и с бантом, таким большим, что почти сравнялся по величине с кудрявой головкой. Подумать только, ей уже три года… а казалось, еще недавно была младенцем.

Свадьбу в России они так и не сыграли. После того что случилось с любимыми, Рубен увез их обратно во Францию, хотя преступную группу, помогавшую Владу осуществить задуманное, нашли на следующий же день.

В городке Аржелес-сюр-Мер Женя с Рубеном наслаждались друг другом, морем и спокойствием. Ежедневно бродили по пляжу, плавали, любовались красотами. Хотелось сбежать подальше от пережитого ужаса. Как можно дальше.

Поженились на центральной площади Аржелес-сюр-Мер, а проводил церемонию сам мер города. Этот счастливейший день они запомнили на всю жизнь.

Франция подарила им много радости, они прожили там шесть долгих месяцев. Потом всё же вернулись. Любовь к родине — сильная штука.

И вот уже два с половиной года Женя с Рубеном жили в загородном особняке, где и устроили свадьбу для Лизы. Благо, места хватало.

— Пусть живут рядом, нам не повредит хорошая компания, — улыбнулся Рубен своей супруге.

— А теперь первый танец молодых! — объявила тамада.

Рубен с Женей наблюдали за тем, как Лиза со своим возлюбленным кружились по залу.

Очень скоро закружились и сами, когда начался первый общий медленный танец.

Рубен прижимал Женю к себе и щекотал ее висок своим дыханием, ласкал щеку поцелуями.

Музыка стихла, гости стали расходиться по своим местам. Женя тоже было собралась, но Рубен удержал ее, отвел в сторонку, прижал к себе и зашептал на ухо, чтобы никто не услышал:

— Я давно тебе хотел кое-что сказать… Ты прости меня, милая!

— За что? — удивилась она.

— Ну, как за что? За то, что я тебя тогда… изнасиловал.

— Ты серьезно? — охнула Женя.

Рубен кивнул, а она вдруг улыбнулась ему самой доброй из своих улыбок, нежно сжала его ладонь и с чувством ответила:

— Я тебя давно простила! Еще когда ты меня беременную отправил во Францию.

— Правда? — удивился он. — А почему ты мне ничего не сказала?

— Ну так… ты и не спрашивал, — пожала она плечами. — Я, честно сказать, и не думала, что тебя это до сих пор гложет.

— Женька…

Рубен крепко обнял ее за плечи и жарко зашептал на ухо:

— Я тебя так сильно люблю! Иногда мне кажется, что от этой любви мое сердце к чертям расплавится.

Супруга прижалась к нему, потерлась щекой о щеку и замурлыкала на ухо:

— Как бы сильно ты меня ни любил, милый, я люблю тебя больше!

Конец

Content

Рымарь Диана Валерьевна (Не) та женщина

Диана Рымарь  (Не) та женщина

Часть 1. Неслучайная случайность. Глава 1. Заказ

Глава 2. Любитель сливок

Глава 3. Реквизит

Глава 4. Жасмин Лайф

Глава 5. Фотосессия

Глава 6. Встреча

Глава 7. То самое происшествие

Глава 8. Беглянка

Глава 9. Найти Куклу

Глава 10. Кукла желает спрятаться

Глава 11. Новые реалии жизни

Глава 12. Большая любовь Жасмин

Глава 13. Сыщик-неудачник

Глава 14. Я ее нашел!

Глава 15. Бежать

Глава 16. Ломка

Глава 17. Новая встреча.

Глава 18. Объяснения 80lvl

Глава 19. Объяснения 80lvl. Часть 2

Глава 20. Объяснения 80lvl. Часть 3

Глава 21. Что-то или кто-то?

Глава 22. Дележ

Глава 23. Прощение

Глава 24. Удачная замена

Глава 25. Сейчас я ее…

Глава 26. Заклятые друзья

Глава 27. Обольститель 80lvl

Глава 28. Лучший в школьном драмкружке.

Глава 29. Добрая девочка Лиза

Часть 2. Глава 30. Обольститель 80lvl.

Глава 31. Жалеть так жалеть

Глава 32. Варвар

Глава 32. Варвар (продолжение)

Глава 33. Кинорежиссер

Глава 34. Прямой эфир

Глава 35. В – вина.

Глава 36. Новая жизнь

Глава 37. Смелая девочка Женя

Глава 38. Любишь кататься? Люби и саночки возить

Глава 39. Почему не я?

Глава 40. Свинья

Глава 41. Серая полоса

Глава 42. Параллельная реальность

Глава 43. Секрет Лизы

Глава 44. Нежданная гостья

Глава 45. Самое лучшее зрелище в мире

Глава 46. Рубен и Лиза

Глава 47. Непонятливый

Глава 48. Расплата

Глава 49. Женя и Франция

Глава 50. Новое решение

Глава 51. Приезд Рубена

Глава 52. Вечеринка

Глава 52. Вечеринка (продолжение)

Глава 53. Сломанная игрушка

Глава 54. Новая игрушка для богатого мальчика

Глава 55. Я тебя заменю

Глава 55. Я тебя заменю (продолжение)

Глава 56. Срочно требуется «АнтиЖенин»

Глава 57. Курс на сближение

Глава 58. Сумасшедший

Глава 59. Страшные страхи

Глава 60. Трое

Глава 61. Рубен и Нонна

Глава 62. Правда наружу

Глава 62. Правда наружу

Глава 63. Девчонки со вкусом

Глава 64. Гора пришла, а Магомета всё нет

Глава 65. Душу наружу

Глава 66. Самые счастливые

Глава 67. Лиза и Женя

Глава 68. Сам себе дурак

Глава 69. Без названия

Глава 70. (Не) животное

Эпилог. Молодец!