Полиэн

Стратегемы

Полиэн и его стратегемы

Греческий писатель в Римском мире

Интерес к Полиэну как писателю II века ограничивается преимущественно тем, что его главный труд «Стратегемы» сохранил для нас фрагменты утраченных сочинений, свидетельства о военных событиях классического и особенно эллинистического периодов, большинство исторических свидетельств для которых утеряно. Рассматривая «Стратегемы» только в качестве огромного репозитория источников, исследователи относятся к этому труду как к чисто компилятивному и, таким образом, второстепенному с точки зрения развития греческой историографии. Автор «Стратегем» сам по себе, и как один из писателей эпохи Парфянских войн (161-166 гг.), и как профессиональный судебный оратор, пробивавший свою карьеру в столице империи, и как представитель греческой культурной identité, для современных историков кажется малоинтересным. Внимание к нему, за немногими исключениями, проявляют только те, кто занимается изучением античной военной теории. Именно они воздают ему заслуженную хвалу как автору, оказавшему заметное влияние на последующее развитие западной военной мысли.

В свою очередь, внимание филологов к труду Полиэна сосредоточено на изучении текстологических особенностей дошедших кодексов и анализе лексико-грамматических параметров сочинения. В праве же представлять греческую литературу в период Второй софистики «Стратегемам» обычно отказывают: Полиэна или просто пропускают в фундаментальных курсах по истории греческой литературы или, если и упоминают, то вскользь, замечая при этом, что его сочинение отличается неупорядоченностью и отсутствием настоящего аттического стиля, который считался образцом среди писателей этого времени.

Таким образом, с одной стороны, Полиэну отводится роль заурядного компилятора, в сочинении которого отсутствуют какие-либо литературные достоинства, с другой — автора «Стратегем» порицают в том, что он не был последователен в поиске исторической истины. Не слишком ли много обвинений для одного писателя, стремившегося по-своему, пусть и не всегда успешно, но представить читателям такие примеры событий прошлого, из которых можно было извлечь практическую пользу для настоящего, писателя, который посредством своего сочинения пытался достичь подобающего места в литературной и социальной иерархии своего времени.

Время односторонней оценки сочинения Полиэна прошло, и ниже мы намерены показать, что этот писатель II века, не входя в плеяду известных авторов Второй софистики, отразил в своем сочинении «Стратегемы» идеи и проблемы, волновавшие греческих интеллектуалов в эпоху Антонинов.

Полиэн: проблемы биографии и творчества

Те немногочисленные сведения о жизни Полиэна и его творчестве, которые донесла до нас позднейшая традиция, противоречивы и ненадежны. Так, византийский лексикон Суда (X век) упоминает некого Полиэна — македонского оратора, автора ныне утраченных сочинений о Фивах (Египетских) и «Тактик» в трех книгах. Этого Полиэна обычно отождествляют с автором «Стратегем», несмотря на то, что сочинение о Фивах другой византийский автор — Георгий Синкелл (конец VII — начало VIII вв.) приписывает Полиэну из Афин (Syncell. F. 1 (FGrH. Т. III.639), а «Тактики», скорее всего, невозможно ассоциировать с обещанным Полиэном трудом о парфянской кампании Луция Вера (VI, prooem.). Имя Полиэна появляется у Стобея (V век), который приписывает этому автору три фрагмента прозы, представляющих, скорее всего, эксцерпты из исчезнувшей ныне речи от имени македонского союза.

Хотя Стобей не указывает этническое происхождение этого Полиэна, целый ряд исследователей отождествляют и его с автором «Стратегем». Наконец, весьма примечательно, что Суда там же упоминает еще одного Полиэна, чья карьера настолько напоминает жизненный путь автора «Стратегем», что можно предположить смешение различных версий. Согласно Суде этот Полиэн происходил из Сард и во времена Юлия Цезаря, будучи софистом и судебным оратором, написал, кроме всего прочего, сочинение о Парфянском триумфе в трех книгах (!). Таким образом, в дошедшей до нас традиции появляются несколько писателей, носивших имя Полиэна, которых с большей или меньшей долей вероятности можно отождествить с создателем текста под названием «Стратегемы». Подобная противоречивость традиции вынуждает рассматривать ее только в качестве дополнительного материала, который может говорить как в пользу, так и против избранной интерпретации данных. Ответ на вопрос, кем же являлся создатель сочинения «Стратегемы» (или, скорее, кем он хотел бы казаться читателю), остается искать только в самом тексте. Через анализ повествования, изучение авторского дискурса, представляется возможным дать характеристику Полиэну как литературной фигуре и исторической личности.

Практически все сведения биографического характера, которые могут быть извлечены из текста, основываются на анализе предисловий писателя к своему сочинению. Исходя из некоторых авторских ремарок, делаются обычно следующие выводы: к моменту начала Парфянской войны (161-162 гг.) исторический автор (Полиэн), находясь уже в преклонных годах, все еще выступал как адвокат в имперских судах в Риме и именно там, за довольно короткий период, написал сочинение в восьми книгах о военных хитростях под названием «Стратегемы» или «Стратегика», посвятив его двум совместно правившим императорам Марку Аврелию и Луцию Веру (I, prooem. 2; II, prooem.). Эти сведения вроде бы явствуют из текста и, как правило, не подвергаются сомнению, поскольку не оказывают принципиального влияния на изложение материала в данном труде. Что касается всего остального, что Полиэн (или его литературный alter ego) говорит в предисловиях к своим книгам, вызывает определенные вопросы и может рассматриваться, во-первых, только в контексте особенностей самопрезентации греческих писателей в период Второй софистики и, во-вторых, на основе восприятия событий Парфянских войн 161-166 гг. греко-римскими писателями. Выяснение этих моментов невозможно без общей характеристики как исторической обстановки, сложившейся ко времени создания текста, так и литературной среды II века, где господствующее положение в то время занимало направление, более известное под названием «Вторая софистика».

Римская империя эпохи Антонинов и Парфянская война 161-166 гг.

Созданная предшественниками Антонинов империя достигла в царствование этой династии одной из вершин своего благосостояния. Процветание городов и упорядоченное функционирование административной системы держались на знаменитом Римском мире (Pax Romana), который, как считают некоторые исследователи, никогда не был так совершенен — ни до, ни после этой эпохи. Между тем именно в этот долгий период мира и успокоения появились признаки будущего упадка — начало разложения и гибели Римской империи. Если Антонину Пию еще удавалось сохранять мир в течение своего царствования, то им не были созданы условия, чтобы империя могла бы существовать так же и дальше, как немедленно показали события после его смерти.

События эти развернулись на восточной границе империи, где главную опасность давно представляло Парфянское царство, с агрессии которого против Армении собственно и началась Парфянская война 161-166 гг. Конечно, этот новый конфликт был лишь продолжением давнего противостояния Рима и Парфии. Когда римская армия под командованием Красса была наголову разгромлена парфянами при Каррах в 53 г. до н. э., стало ясно, что на востоке у Рима появился могущественный враг. Впрочем, впоследствии, даже несмотря на отдельные военные демарши с той и другой сторон, обе империи ориентировались скорее на создание буферной зоны, образованной зависимыми и полузависимыми царствами, чем на полномасштабные действия по расширению своих границ. Армения представляла как раз именно такой тип государства, и со времен Марка Антония политика поддержки проримских династов в этом царстве продолжалась всеми наследниками Августа вплоть до масштабных войн Траяна.

После успешной кампании на востоке в 114 году Траян провозгласил Армению римской провинцией. Он организовал систему лимесов, аннексировал Адиабену и всю территорию в бассейне Тигра и Евфрата. Хотя римлянам удалось взять даже Ктесифон (117 год), Траян был вынужден его оставить, равно как и прекратить осаду Хатры, а вскоре после он умер от болезни.

В результате очередная попытка раздвинуть империю на восток оказалась малоуспешной и уже нереалистичной для наследника Траяна — Адриана, который отказался от политики аннексии клиентских царств и продолжал укреплять систему лимесов в сирийской пустыне и верхней Месопотамии.

В царствование Адриана парфяне не проявляли какой-либо активности на западе. Когда же при Антонине Пие парфянский царь Вологез III (или IV; 147-192 гг.) попытался сменить утвержденного в 140 году на армянском престоле проримского ставленника, конфликт все равно не дошел до открытых боевых действий. Несмотря на временное затишье Антонин Пий предчувствовал назревавшую войну, и с целью организации военной экспедиции против парфян в Сирию был отправлен Луций Нераций Прокул (ob bellum Parthicum: SHA Marc, 8.6), однако поход в конце концов не состоялся. Чувствуя невыполнение своего долга по спасению государства, Пий на смертном одре в бреду гневался на каких-то царей (SHA Pius, 12,7). Это вполне могли быть цари за Евфратом, от которых он мог ожидать нападения.

Когда со смертью Антонина Пия 7 марта 161 года вся полнота власти перешла к двум императорам — Марку Аврелию и Луцию Веру (SHA Marc, 7,6), парфянский царь Вологез III, принимая решение о нападении на римские территории, рассчитывал, вероятно, на период внутренней слабости империи, наступившей в Риме, как он полагал, опираясь на традиционный опыт Аршакидов, после передачи власти при отсутствии единственного и законного наследника. Взяв инициативу в свои руки, Вологез совершил нападение на Армению и, установив контроль парфян над страной, посадил на трон Пакора, происходившего из аршакидского рода. Одновременно парфяне подготовились к военному столкновению и на границе по Евфрату, о чем свидетельствовали последующие военные действия против Сирии.

Отвечающий за надзор над Арменией каппадокийский легат, опытный галльский консуляр Марк Седаций Севериан, найдя подтверждение в позитивном ответе оракула Александра из Абонутейха, вторгся со своим войском в конце лета — начале осени 161 года в Армению. Однако этот поход оказался трагичным для римлян, ибо при Элегее легион был окружен и совершенно истреблен парфянами под руководством полководца Хосроя. Ответственный за этот провал Севериан покончил с собой. Парфяне же использовали ситуацию, чтобы двинуться на Каппадокию (Dio, LXXI,2,1; Lucían. Hist, conscr., 21; 25-26; Fronto. De Bel. Parth., 2; Fronto. Princ. Hist., 6; SHA Verus, 6,9).

Вторгшийся весной 162 года через Евфрат в Сирию, Вологез смог повергнуть в бегство наместника Л. Аттидия Корнелиана и осадить укрепленные города в восточной части провинции (Dio, LXXI, 2,1; SHA Marc, 8,6). Военное командование на востоке было передано более молодому императору Луцию Веру, который вместе с сопровождающими его опытными военачальниками отправился из Рима через Грецию и Малую Азию в Сирию. Тогда же на восточный фронт были посланы крупные подкрепления с тем, чтобы стабилизировать положение в провинции. На место Севериана в каппадокийское наместничество был назначен испытанный консуляр М. Стаций Приск Италийский, а в Сирии Корнелиана сменил в 163 году Гн. Юлий Вер, которому и была поручена организация действий войск на сирийском этапе Парфянской войны. Прибытие Вера в Антиохию растянулось на девять месяцев — он долго путешествовал через всю империю, сопровождаемый музыкантами и певцами и останавливался в известных своими развлечениями городах Азии (SHA Verus, 6,8-7,1). Устроив в 163 году свой двор в Антиохии, Вер, не выказывая особого желания отправиться на фронт военных действий, производил из своей ставки формальное руководство и принимал (видимо, по согласованию с Марком Аврелием) основные решения о ходе римских операций. Фактическая организация продвижения войск проводилась его штабом. В первую фазу — Армянскую войну, Марк Стаций Приск вторгся в 163 году в Армению, захватил и разрушил ее столицу — Артаксаты (SHA Marc, 9.1; Franto. Ad Verum Imp., 11,1,24), основав на их месте совершенно новый город Кайнеполь (Dio, LXXI, 2,3). Аршакидский царь Пакор был смещен и отправлен в Рим, а царем Армении в 164 году был коронован римский протеже Сохем из Эмесы. Титул Армянский (Armeniacus) был тогда присвоен обоим Августам.

Затем наступил следующий этап войны, преимущественно парфянский. В результате боевых операций и победы под Сурой парфяне были совершенно вытеснены из восточной части Сирии. В 165 году римские войска под командованием Гая Авидия Кассия смогли захватить несколько ключевых городов в Месопотамии: Никефорий на Евфрате, Эдессу, Нисибис, а после победы над великим царем около Дура-Европос (Dio, LXXI, 2,3) перед римлянами открылся путь к основным метрополиям парфян: Селевкии на Тигре и Ктесифону. Царский дворец Вологеза в Ктесифоне сравняли с землей, а Селевкию, открывшую ворота римлянам, отдали на разграбление и тоже разрушили (SHA Verus, 8, 3-4).

Несомненно, завоевание парфянской столицы стало для современников центральным событием побед империи на востоке. Луций Вер получил титул Парфянский (Parthicus Maximus: SHA Verus, 7,2), который должен был возвысить его над Траяном и компенсировать отсутствие у него титула pontifex maximus. Марк Аврелий принял этот же титул год спустя.

Последнюю фазу Парфянской войны составляли операции Авидия Кассия в Месопотамии и Мидии. Продвижение римлян в самое сердце Парфянской империи, особенно перед лицом быстро распространявшейся эпидемии, заставило парфянского царя просить перемирия, на которое императоры решили согласиться. Во второй половине 166 года оба Августа приняли расширенную титулатуру победителей Armeniacus Parthicus Maximus Medicus (SHA Verus, 7,2; 9). После победоносного завершения войны Авидий Кассий отвел своих солдат, страдающих от эпидемии и недостатка провианта назад в Сирию (Dio, LXXI, 2,4).

Каковы же были результаты Парфянской войны для Рима? Успешные действия римских войск способствовали упрочению (правда, недолгому) проримских позиций в Армении и укреплению системы лимесов по Евфрату; оккупация северной Месопотамии облегчила развитие торговли за пределами империи; провинция Сирия была расширена до Дура-Европос, и Луция Вера чествовали как propagator imperii. Было достигнуто также и мирное соглашение с Парфией, которое сохранялось даже тогда, когда можно было поддержать восстание Авидия Кассия против Марка Аврелия в 175 году. Однако быстрое падение Кассия и приход римских войск на восток для урегулирования дел с местными правителями вместе с послами от Вологеза III только укрепили мир, который продолжался и в царствование Коммода (180-192 гг.).

Никакие шаги, однако, не были предприняты, чтобы аннексировать Вавилонию или Месопотамию, хотя последняя и оказалась в сфере влияния Рима. Негативным последствием войны следует назвать тот ужасный и печальный факт, что римские войска способствовали распространению эпидемии (оспа, сыпной тиф или бубонная чума) в Италию и на Запад. В результате многие районы империи обезлюдели, и, возможно, эпидемия стала одним из факторов будущего упадка империи.

Литературная среда. Вторая софистика

Если событием, побудившим Полиэна к написанию сочинения о военных хитростях, стала Парфянская война, то форма, стиль и риторические топосы, взятые автором для воплощения своих идей, были почерпнуты из греческой литературной среды, в которой в этот период было распространено множество различных литературно-философских течений. Наиболее важным и известным среди них была Вторая софистика, идеи которой так или иначе повлияли на сочинения почти всех писателей этого времени.

Стоит задуматься над тем, почему представители этого направления завоевали такую популярность, что все образованные люди II-III вв. стремились попасть на их общественные выступления? Какую литературу создали софисты, если их время иногда называют новым ренессансом греческой культуры? Какие отношения складывались у софистов с римской элитой и императорами?

Дав ответы на эти и другие вопросы, мы сможем позже иначе взглянуть на Полиэна и его сочинение, начиная постепенно узнавать автора через созданный им текст.

Термин «Вторая софистика» довольно условен и был введен в обращение литературной критики знаменитым учеником не менее знаменитого софиста. Так, эта Вторая софистика, согласно Флавию Филострату («Жизнеописания софистов» III в.), начинается с Эсхина и отличается от риторики Горгия тем, что, отказавшись от анализа абстрактных тем, переходит к изучению исторических топик и характеров (VS, 480-481). Обращение к Эсхину и упоминание Горгия вместе с другими представителями Первой софистики имеет целью связать риторическое направление римского периода с классической эпохой, ибо континуитет культурной традиции всегда был предметом гордости греков.

Как известно, ораторское искусство играло важную роль в жизни древнегреческого общества. Но со времен политических трансформаций эллинистического периода в греческом риторическом образовании написание речей на вымышленные темы стало несколько большим, чем просто частью риторики. Такие речи — декламации объединили в себе панегирик и памятное обращение. Со временем эти декламации стали частью общественных представлений и ко второй половине I века выдвинулись в первый ряд культурной деятельности. Люди, устраивавшие такие представления и собиравшие огромные аудитории не только в своих родных городах, но и по всему греческому миру, приобрели беспрецедентную популярность и повысили свой общественный престиж. Статус ритора был в этот период весьма высок, а софисты, судя по замечанию Галена (14,627 Kühn), были теми из риторов, чье искусство достигло такого уровня, который позволял им делать общественные выступления. Таким образом, софисты I-II вв. являлись не настоящими философами, а этакими шоуменами древности, которые, вдохнув новую жизненную силу в мифы и историю греческого прошлого, выступали скорее соперниками популярных фигур классики.

Большинство софистов были богатыми греками из городов Греции и Малой Азии, особенно из Афин, Смирны и Эфеса. Софисты нередко путешествовали с чтением своих речей, а также, занимая административные должности, отправлялись в качестве посланцев своих провинций и городов и осуществляли благотворительную деятельность. Высокий статус и внушительные состояния открывали софистам доступ к самым верхам римского правящего класса. Близость к императорскому двору, к самому императору, позволяла им (и городам, в которых они жили) получать значительные привилегии. Некоторые были советниками и доверенными лицами императоров. Представления софистов были заполнены почитателями, а их школы посещала интеллектуальная элита греческого мира. Оставаясь тесно связанными с греческим прошлым, они тем не менее легко входили в новый космополитический мир их времени, играя значительную роль в экономической, социальной и политической жизни Римской империи.

Главный вклад представителей Второй софистики — литературный. Общеизвестно, что все они выступали как поклонники стиля и языка классических афинских писателей. Они сознательно подражали или стремились подражать самым известным прозаическим авторам V-IV вв. до н. э. — Платону, Фукидиду, Ксенофонту, Демосфену и Лисию. Поступая так, они намеренно архаизировали свою речь, которая сильно отличалась как от устных форм языка (койне), которым пользовалось большинство населения, так и от письменного — литературного языка, построенного на принципах стиля и композиции, разработанных в школах восточногреческого мира в эллинистический период (Азианизм). Представители Второй софистики рассматривали азианизм как проявление упадка, последовавшего за потерей греками независимости. Будучи строгими консерваторами, пуристами (Аттикизм), они ратовали не больше не меньше как за возврат к литературным формам и лексике аттического языка, бытовавшего на 300-400 лет ранее.

Поскольку единственный путь достижения литературного совершенства писатели Второй софистики видели только в подражании манере и идиомам классических писателей, то все их письменное наследие, включающее речи, рассуждения, трактаты, панегирики и письма, передает эту архаизирующую тенденцию стиля и содержания. Главные темы брались из мифологической традиции и исторического прошлого Эллады: фигуры хитроумного Одиссея или удачливого Александра, славная история городов — Афин или Спарты — вот что являлось наиболее популярными темами сочинений софистов. Однако даже при всем стремлении к подражанию сюжеты не механически копировались, а творчески перерабатывались — подвергались новой трактовке, новому прочтению. Уже одно это позволяет, на наш взгляд, отойти от той негативной оценки литературного наследия II века, которая до сих пор преобладает среди критиков, считающих, что не отличавшаяся ни оригинальностью, ни живостью мысли, ни искренностью чувств греческая литература II века была порождением бессильного мира уставших интеллектуалов. Выявление и акцентирование негативных (с современной точки зрения) сторон греческой литературы не дает нам ничего, чтобы понять интеллектуальную культуру II века. Оригинальность в литературе, следовавшей, как мы знаем, принципу мимесиса (подражанию), как в этот, так и в предшествующий период не рассматривалась в качестве достоинства самими греками. Определение «искренности» представляется не слишком подходящим критерием для творчества ритора или софиста. Архаизирующая тенденция стиля многих писателей II века не свидетельствует еще об умирании живости изложения. Наконец, даже несмотря на то, что вдохновителями и выразителями идей Второй софистики были преимущественно представители элитарных слоев общества, тематическое содержание их сочинений, практика достижения аудитории через общественные чтения и различного рода визуальные средства передачи позволяют предполагать, что и обычные граждане греческих городов были не пассивными свидетелями-слушателями, а полноправными участниками литературного коммуникативного процесса.

Дошедшая до нас литература имеет полное право иллюстрировать культурные устремления эпохи, в числе которых и осуществление античного идеала совмещения интеллектуальной, художественной и практической деятельности в работе одного человека. Способность этих поздних софистов завоевать одобрение слушателей как в театре, так и в суде, добиться высокого социального статуса в обществе и обратить преимущества своего положения к процветанию и украшению родных городов может служить лучшим подтверждением их популярности и власти над умами не только среди римско-греческой элиты, но и обычных граждан.

Результатом литературного и эстетического воздействия Второй софистики является и то, что в период I-III вв. практически все греческие писатели творили в духе культивировавшегося этим течением архаизма. И хотя многие из них не причисляли себя к софистам, мы, по скудным биографическим свидетельствам, можем предполагать, что в реальной жизни, в личной карьере они вели себя подобно софистам, путешествовали, выступали с речами, работали адвокатами и занимали посты на императорской службе. Нам известен целый ряд таких греческих интеллектуалов, которые соответствуют этой характеристике. Среди них, например, мы находим историков — Аппиана, получившего благодаря дружеским связям с Фронтоном место прокуратора; Арриана, сделавшего сенаторскую карьеру и достигшего консулата при Адриане, а затем ставшего правителем Каппадокии; Диона Кассия, дважды консула, правителя Африки, Далмации и Паннонии; и, наконец, Полиэна, также, возможно, добившегося под конец жизни благоволения императоров и последующей синекуры (Strat., V, prooem.). Хотя все они явно стремились преуспеть в своей карьере, именно их литературное творчество является для нас визитной карточкой эпохи софистов. Уцелевшие сочинения этих авторов свидетельствуют, что по языку и стилю, форме и содержанию они следовали тем канонам, которые были к тому времени утверждены аттикистами.

Проблемы жанра стратегем: историография, биография или коллекция примеров?

Главный вклад, сделанный софистическими писателями, представлен прозаическими сочинениями, написанными в самых различных литературных формах, среди которых для нас наиболее интересны следующие жанры, а именно историография, биография и коллекция примеров (жхра 5г(уиш: а). Литература II века, конечно, этим не ограничивается, но мы выделяем именно эти три жанра потому, что они, по нашему убеждению, послужили основой для появления другого жанра — стратегем, или собрания военных хитростей в том виде, как он представлен трудом Полиэна «Стратегемы». Конечно, утверждая это, мы предвидим вероятные возражения, потому что еще лет за 80 до Полиэна труд под названием «Стратегемы» был написан римлянином Фронтином на латинском языке. Однако, на наш взгляд, сочинение Полиэна имеет ряд особенностей, которые позволяют нам предполагать, что коллекция стратегем этого греческого автора была написана в совершенно противоположном труду Фронтина духе, а именно на основе нового жанра, соединившего в себе элементы историографии, биографии и коллекции примеров. «Стратегемы» представляют коллекцию примеров военных хитростей отдельных личностей и народностей, обладающую характеристикой всеобщей истории — ее универсальность. Кроме военных хитростей различных народов, автор конструирует и собственную стратегему, нацеленную на достижение своих личных целей, скрытую в тексте, но уловимую для искусного в софистических приемах читателя. Чтобы, однако, дать объяснение жанровой новизны сочинения Полиэна, кратко охарактеризуем три отмеченных направления.

Выбор историографии не случаен — именно она дает нам лучшие образцы софистической прозы, прекрасными примерами которой являются труды Аппиана, Арриана и Диона Кассия. Однако эти историки интересны еще и потому, что они все представляют нам новый тип всеобщей истории.

Появление всеобщих историй в греческой исторической мысли на исходе эллинизма считается достаточно характерным явлением 4. Этот тип историографии, начало которого возводят еще к Тимею из Тавромения (350-260 гг. до н. э.), появился в период консолидации во II-I вв. до н. э. мировой Римской империи, когда первым из греческих авторов, сделавшим возвышение Рима центральной темой своего сочинения, стал Полибий (200-120 гг. до н. э.)5. В дальнейшем это направление было представлено такими известными греческими авторами, как Посидоний (135-51 гг. до н. э.), Тимаген из Александрии (вторая половина I в. до н. э.), Николай Дамасский (64 г. до н. э. — начало н. э.), Страбон (64 г. до н. э. — 27 г. н. э.), Диодор (вторая половина I в. до н. э.) и Дионисий Галикарнасский (вторая половина I в. до н. э.). Созданные ими сочинения тематически охватывали историю самых различных народов и империй, которая продолжалась с возвышением Рима, а хронологически изложение доводилось до периода, почти современного их авторам. Такие требования к жанру соблюдались до начала I века, но к II веку оказалось, что данный тип историографии претерпел существенные изменения. Во-первых, мировая история превратилась в историю Римского государства. Это недвусмысленно следует из «Римских историй» Аппиана и Диона Кассия. Во-вторых, хронологический предел такой истории отодвинулся в прошлое и стал редко доходить до периода современности. Большинство греческих историков в духе утвержденных идей аттикистов стремились к созданию сочинений, походивших на образцы политической истории периода классики, и редко поэтому делали события недавнего прошлого предметом своих сочинений. Если примеры таких сочинений и встречаются, то они освещают события исключительно с римской точки зрения.

Этим двум особенностям греческой историографии II века есть свое объяснение. С одной стороны, исторические труды такого типа создавались людьми, которые уже не просто пытались понять свое место в новой политической и административной системе огромной римской империи, а они были теми, кто представлял эту самую империю, входил в имперскую администрацию и рассматривал греческие провинции неотъемлемой частью Римского мира. Для них Рим был единственным центром движения мировой истории. С другой стороны, историография как таковая согласно установленному в классический век канону (который так почитался софистами и находившимися под их влиянием писателями во II веке) должна была описывать политическую историю независимых городов и государств, а нынешнее подчиненное положение греков, включенных в огромную империю, не способствовало появлению у них стремления создавать истории такого типа.

Когда труд Полиэна относят к жанру историографии, когда его помещают среди сочинений периэгетической литературы и коллекций мифов, то ставят в один ряд с Аппианом, Курцием Руфом и Помпеем Трогом. С одной стороны, это лишний раз доказывает, что сочинение Полиэна не укладывается в традиционные рамки исторического жанра, а с другой — все-таки указывает на близость текста к историографии, которая придала «Стратегемам» универсальную перспективу.

Следующим жанром, который получил особое развитие в период I-II вв., можно назвать биографию. Хотя как таковой жанр биографии имеет долгую историю развития (первые его образцы представлены уже в «Истории» Геродота в форме микробиографий, а также известен целый биографический роман Ксенофонта «Киропедия»), только в период литературной архаизации он наконец приобретает ту форму, которая лучше всего нам известна по «Сравнительным жизнеописаниям» Плутарха. Главное отличие биографий Плутарха от предшествующих образцов классического и эллинистического периодов состоит в том, что они представляют пример биографии не литературной, а политической, которая заставляет с большим вниманием относиться к проблеме истинности описания. Именно подход к этому последнему вопросу одновременно и объединяет, и разделяет биографию и историографию. Судя по определению Плутарха, эти два жанра концептуально различаются. Так, если биографии следует сосредотачивать свое внимание на человеке и его характере, то задача истории описывать великие деяния; биография должна быть по возможности краткой и охватывать пусть не большой, но значимый в жизни индивидуума период, тогда как история нацелена на как можно более широкий охват материала; биография стремится описывать отдельные признаки, которым надлежит выразить душу человека, истории же остается воспевать значительные действия (битвы, осады, руководство огромными армиями) (Plut. Alex., 1.1-2).

Теоретически, опираясь на такое представление о жизнеописании, биограф-моралист может достаточно избранно подходить к своему материалу. Не ставя своей целью представить последовательное описание деяний отдельной личности, он может отдать предпочтение таким деталям частной жизни человека, которые, будучи тривиальными для истории, могут иметь, однако, важное значение с моральной точки зрения. Ведь главная цель такого описания заключается в том, чтобы представить моральный урок, который будет тем скорее воспринят аудиторией, если для уверенности облегчить его понимание посредством усиления некоторых наиболее выразительных сторон характера, пусть исторически они и весьма сомнительны. В результате трактовка образа может вести к его упрощению и схематизации. Желание представить пример для подражания, моральную парадигму вынуждает биографа изображать портрет личности скорее идеализированный, чем соответствующий жизненной правде.

Эта характеристика до некоторой степени может быть отнесена и к «Сравнительным жизнеописаниям» Плутарха, однако, как показывают исследования текстов, этот писатель, даже допуская порой фактические искажения в рассказе, всегда старался держаться в строгих рамках, не придумывая новые ситуации и не приписывая своим героям поведение, которое бы противоречило их характерам. Это служит ему оправданием как историку. Однако как биограф-моралист, он, следуя за Аристотелем (Arist., Poet., 1451а, 36), говорил не только то, что действительно случилось, но и то, что могло бы случиться или чему следовало бы произойти. Таким образом, он представлял читателям пример идеальной истины, с которой можно было согласиться и последовать ей или, в противоположном случае, ее отвергнуть.

Полиэн как риторически образованный человек должен был прекрасно знать литературную традицию и ориентироваться в жанровых особенностях биографии, оценивая ее двоякое отношение к проблеме истинности описания, при котором для достижения морального эффекта возможно было пренебречь реальными деталями событий. Можно предположить, что Полиэн воспользовался сочинениями Плутарха не только для изложения материала о доблестных женщинах и римлянах, но рассматривал его труды как образец искусного обращения с исторической традицией для достижения своих целей.

Наконец, третий жанр, который безусловно был воспринят Полиэном в добавление к биографии, — это коллекция примеров (παραδείγματα). Они входят в категорию дидактической литературы, к которой, по всей видимости, относились также трактаты по военному искусству, риторике, праву, сельскому хозяйству и прочим отраслям технического знания. Все они содержали не только теоретическое изложение и объяснение предмета, но претендовали также на роль практических руководств. Неизвестно, правда, насколько они в действительности были востребованы, а если пользовались спросом, то в какой мере применялись именно на практике. Есть, например, мнение, что римляне, используя греческие трактаты по военному искусству, были больше заинтересованы в теоретическом знании, а не в примерах, тогда как именно с помощью последних греки пытались доказать, что они обладают не только великой культурой, но и владеют искусством ведения войны и политики. Вместе с тем сборники таких примеров содержат не только советы практического характера, они, как историография и биография, представляют рассказы о славных деяниях знаменитых мужей прошлого и выстраивают на их основе модель идеальной личности, которой следует подражать.

Итак, мы видим, что в каждом из этих трех прозаических жанров есть элементы, которые их всех если не объединяют, то по крайней мере связывают. Выбирая форму, в которую следовало облечь свое сочинение, Полиэн выделил и соединил их таким образом, чтобы они наиболее подходили для выполнения его собственных целей. Это одновременно и универсальный охват темы, и детальность ее освещения, внимание к исторической истине и пренебрежение ее в случае необходимости, создание образца поведения полководцев или народов, которому можно следовать или отвергать в зависимости от моральных принципов читателя. В результате на свет появилось сочинение, совершенно непохожее на предшествовавший ему труд Фронтина. Не являлось оно и по-настоящему историческим сочинением, биографией или сборником примеров. Ведь если для историка вопрос достоверности повествования был в числе приоритетных, то для автора, поставившего своей целью представить такие παραδείγματα военных хитростей разных народов, которые должны были привлечь наибольшее внимание читателя, быть удивительными в своей исключительности и стать действенными в своем моральном воздействии, принцип исторической точности был не так важен. Проблема же теперь состоит, однако, в другом — если даже Полиэн и намеревался создать такое сочинение в новом по-своему жанре, то преуспел ли он на этом пути? Судя по тому труду, что мы имеем перед собой, — задача оказалась ему непосильной, и в результате первоначальный замысел оказался нарушенным — порядок следования материала менялся уже на ходу, в спешке и не был в дальнейшем исправлен. Почему это произошло — другой вопрос.

«Стратегемы»: тема и композиция

Труд Полиэна «Стратегемы» дошел до нас в незаконченном виде. Он состоит из восьми книг, каждую из которых предваряет предисловие. Исходя из некоторой внутренней несогласованности изложения, можно предполагать, что книги «публиковались» постепенно, по одной, в течение Парфянской войны. В дальнейшем сочинение не подвергалось какой-либо переработке и корректировке, так что первое впечатление от его прочтения — это ощущение хаотического нагромождения материала, который не сходится друг с другом. Однако это впечатление обманчиво, и за явными огрехами, вызванными, видимо, поспешностью в написании этого труда, проступает первоначальный замысел автора. Все-таки невозможно заподозрить Полиэна — человека, получившего хорошее риторическое образование, в полном небрежении к композиции своего труда. Судя по расположению материала, образующего эти восемь книг, согласно первоначальному авторскому замыслу каждая книга должна была охватить какую-нибудь центральную фигуру — полководца или народа, но с течением времени, по ходу написания сочинения туда вкрались многочисленные ошибки и несоответствия, которые и исказили первоначальный авторский план.

Рассматривая сочинение Полиэна в целом, мы можем представить, что данный автор намеревался создать труд, охватывавший примеры военных хитростей всех времен и народов, — составить своего рода универсальную коллекцию стратегем. Взяв в качестве отправной точки мифологическое прошлое, автор доводит изложение в первой книге до возвращения Десяти тысяч. Вторая книга начинается с главных героев IV в. до н. э. — спартанцев и фиванцев, за которыми следует описание военных хитростей дорийцев, живших в разные эпохи. После этого какой-либо хронологический порядок теряется. Третья и четвертая книги посвящены соответственно афинянам и македонянам. Следующие книги можно считать наихудшими с точки зрения организации материала. С помощью сохранившихся извлечений из Полиэна («Эксцерпты») очевидно, что пятая книга должна была освещать стратегемы из сицилийской истории, а шестая охватывать этнографический материал — стратегемы различных народов — коринфян, карфагенян и других. В двух последних книгах можно заметить стремление к некоторому упорядочению материала. Так, седьмая посвящена военным хитростям варваров иранского происхождения — мидянам, персам, скифам, восьмая же почти поровну разделена между стратегемами римлян и женщин.

По сравнению с сочинением Фронтина, где стратегемы сгруппированы по категориям, Полиэн намеренно распределил приемы таким образом, чтобы каждая книга содержала бы самый разнообразный набор хитростей. Хотя многие из них представляют собой клише, которые вставлены в текст с целью показать читателю примеры лучшего, с точки зрения морали, поведения, а также для того, чтобы доставить ему эстетическое удовольствие, все стратегемы соответствуют общей теме — использованию хитрости, предвидения и изобретательности в сложных военных ситуациях. Приводимые примеры военных хитростей показывают, что возможно не только защитить свою армию, но даже одержать победу над врагом, который превосходит тебя численностью или находится в более выгодном положении. Целый ряд стратегем иллюстрирует приемы, с помощью которых врага можно обмануть в битве, внушив ему ложное представление о планах, силе и расположении собственных войск, и, используя неожиданную атаку, совершить нападение из засады (1,14-15; 20,2; 23; 27,2; 28,1-2; 29,1-2; 30,5; 32,3; 33; 34,1; 35,1; 37; 38,4; 39,2; 40,4; 41,2; 42,2; 45,1-2; 46,1; 47,1; 49,2; 11,1,10; 12; 16-17; 23-25; 27; 2,6-7; 3,7; 14; 4,1; 5,2; 10,1; 23; 38,2; 111,1,2; 9,5-6; 18-20; 50; 53; 11,6; 13,3; IV,2,14; 3,9; 6,8; 19; 8,1; 4; 9,2; 4-5; 11,4; 12,1; 13; 15; 18,1; 19; V,2,5; 7; 9; 10,3; 5; 16,2; 4; 44,4; VI,4,2; VII,6,10; 18,2; 21,6; 27,1; 2; 28,2; 36; 39; 43; VIII,10,2; 16,1; 17; 20; 23,7; 10; 12); как провести безопасное отступление (111,9,50; 11,15; IV, 18,2; VII,8,2; 33,3); как использовать естественные ресурсы и выбрать правильный момент для нападения (1,40,7; 111,9,13; VIII, 10,3; 23,4); как переправляться через водные препятствия (11,2,1; 4,2; IV,7,12; VII,21,3); как вести осаду (VI.3; VII.6.8; 11,5; VHI,23, H); как способствовать поднятию боевого духа армии (11,1,3; 6-8; 3; 4; 8,11-12; 15; 111,9,34; IV,3,3; 9, 6; 14; 20; V,12,3; 24; 25; VII.21,7); как можно остановить вражескую конницу (11,2,9; 111,10,7; VII, 14,3); как важно продуманное поведение полководца (IV,11,2; VIII,16,6).

«Стратегемы»: подход к источникам

Ранее мы уже отмечали, что сочинение Полиэна интересно для современных исследователей не само по себе, а главным образом потому, что оно содержит различные данные о военных событиях эпохи классики и особенно эллинизма, почерпнутые этим автором II века из ныне утраченных или сохранившиеся в немногочисленных фрагментах сочинений древнегреческих историков. Именно выяснение принадлежности отдельных рассказов авторам, известным нам только по историографической традиции, и составляет большую часть работы современных исследователей над изучением источников сочинения Полиэна. Фактически такой разбор «источников» основывается на изымании из сочинения Полиэна отдельных пассажей с целью сопоставления их с первоисточником — базовым текстом, который, как правило, отсутствует или сохранился во фрагментах. Такая практика исследования, возможно, и оправдана, но только не в отношении самого Полиэна, принципы работы которого с доступными ему текстами как раз и выпускаются при подобном подходе. Происходит подмена одной исследовательской задачи другой — намерение проанализировать принципы работы Полиэна с текстами историков прошлого превращается в работу по реконструкции этих сочинений на основе материала «Стратегем», а вовсе не в опыт объяснения роли предшествующих текстов в процессе создания нового произведения. Получаемый вывод, даже при достижении определенного результата в процессе атрибутации того или иного описания отдельному историку, оказывается почти всегда негативным по отношению к Полиэну и его сочинению — лишнее напоминание всем и вся, что данный греческий автор, не внеся в греческую историографию чего-либо достойного упоминания, бездумно копировал свои источники, повторяя за ними их ошибки. При этом он умудрился еще и исказить сведения настолько, что современные комментаторы «Стратегем» поставлены перед нелегкой задачей идентификации отдельных личностей, перечисленных в тексте, с известными нам из исторической традиции царями и полководцами. Признавая всю трудность подобной работы, мы, однако, считаем такой суровый приговор труду Полиэна предвзятым и односторонним и убеждены, что единственным способом защиты этого автора от нападок критики может быть изменение исследовательской позиции при оценке роли предшествующих текстов в создании «Стратегем».

Однако к чему же пришло традиционное источниковедение в вопросе установления источников Полиэна?

Главная трудность в этом вопросе заключается, конечно, в том, что Полиэн никогда не указывал ни автора, ни сочинение, в котором он нашел ту или иную стратегему. За исключением материала, который можно сопоставить с известными текстами вроде «Истории» Геродота или Фукидида, все остальные выводы основываются только на предположениях о том, что такой-то материал мог быть взят из одного или другого автора.

Со времени опубликования критического текста «Стратегем» Вельффлина-Мельбера, а также фундаментального исследования последнего об источниках Полиэна, появилось несколько работ, авторы которых рассматривают проблему использования Полиэном предшествующих исторических текстов. К сожалению, почти все эти исследователи при изучении данного вопроса, следуя принципам традиционного источниковедения, ставят своей целью установить происхождение и соответствие отдельных книг «Стратегем» определенным первоисточникам, чтобы на этом основании затем определить надежность Полиэна как историка, и поэтому почти не затрагивают проблему значения используемых автором текстов в создании нового сочинения.

Общеизвестно, что Полиэн использовал большое количество самых разнообразных текстов. Основу его источников составляют сочинения греческих историков — Геродота, Фукидида, Ксенофонта, Эфора, Филиста, Тимея, Иеронима, Феопомпа, Филарха, Дуриса, Динона, Аристобула, Неарха, Николая Дамасского, Арриана. Помимо этого Полиэн использовал также ряд неизвестных нам сочинений — своего рода промежуточных источников.

При составлении некоторых книг, например восьмой, Полиэн определенно многое почерпнул из сочинения Плутарха «О доблестях женщин» (Mulierum virtutes), а другое крупное произведение херонейского писателя — собрание биографий «Сравнительные жизнеописания» — могло послужить ему как источник информации о римлянах. Некоторые исследователи полагают, что латинские источники были недоступны Полиэну из-за незнания языка, однако это утверждение не встречает поддержки среди других ученых, которые справедливо указывают на заявление самого Полиэна о работе адвокатом в римских судах (II, prooem). Предполагается, что Полиэн мог воспользоваться сочинениями Курция Руфа, Светония, Помпея Трога и Аппиана. Можно не сомневаться, что Полиэн был знаком и с предыдущими коллекциями военных хитростей, среди которых важное место занимают «Стратегемы» Фронтина, написанные лет на 80 раньше, однако нельзя говорить об обширном заимствовании этим греческим автором материала своего предшественника. Более того, как показывают Н. Хаммонд и Э. Уилер, есть основания предполагать, что Полиэн, включая тот или иной рассказ, известный нам также по сочинению Фронтина, не механически повторял факты, а подвергал их исправлению. Считают также, что Полиэн почти дословно воспроизводил сообщения используемых сочинений (и именно поэтому его так ценят историки), однако, не утруждая себя сверкой различных версий событий, повторял вслед за своими источниками их ошибки в хронологии и характерах.

Несмотря на определенные успехи в деле установления источников Полиэна, приходится согласиться с мнением Д. Льюиса, что за исключением атрибутации еще каких-нибудь новых пассажей существенного прогресса в этом направлении ждать не приходится. Для того же, чтобы изменить существующее положение в изучении «Стратегем» Полиэна, необходимо сменить всю парадигму исследования, ибо за выявлением чисто филологических и исторических особенностей сочинения нередко теряется сам текст и его автор. Это, в частности, происходит и потому, что исследователи, придерживаясь методов историографии «ножниц и клея», стремятся не к объяснению самобытности сочинения, а лишь выделяют из него то, чем оно обязано предшествующим текстам. Восприняв же идею интертекста, согласно которой любое произведение представляет собой не сборник цитат, фраз, пассажей, заимствованных из чужих сочинений, а пространство пересечения различных дискурсов, под влиянием которых и возникает текст как диалог автора и читателя, мы, наконец избавившись от негативизма в оценке источников Полиэна, можем рассматривать данный текст как законченный и совершенный продукт своего времени. Это, в свою очередь, позволит нам выяснить, как и почему появилось такое сочинение — «Стратегемы» Полиэна.

Концепция «Стратегем» и стратегема Полиэна

Итак, исходя из всего вышесказанного, очевидно, что характеристика «Стратегем» и личности их автора получается неоднозначной и противоречивой. Лишь на первый взгляд текст кажется ясным и не вызывает особых сомнений у критиков, привыкших оценивать это сочинение с позиций традиционной историографии. На самом же деле как жанровая принадлежность данного сочинения, так и его главные идеи до сих пор остаются неопределенными и побуждают к многочисленным вопросам.

Что же нам пока удалось выяснить по поводу сочинения Полиэна «Стратегемы»? Первым стоит отметить то, что тематические и композиционные особенности сочинения не позволяют отнести его ни к одному из известных прозаических жанров (историографии, биографии или коллекции примеров), поскольку «Стратегемы» представляют по сути новый, в чем-то даже эклектичный жанр, в рамках которого автором была предпринята попытка соединения элементов различных литературных форм, получивших свое распространение в период Второй софистики. Текст Полиэна в результате представляет собой не связное повествование, а сборник отдельных, довольно разнородных рассказов о разнообразных стратегемах, которые тематически сконцентрированы вокруг того или иного из тех многочисленных персонажей, которые собраны в восьми книгах «Стратегем». Характерной особенностью изложения материала следует признать почти полное отсутствие в рассказах авторской речи, которая, помимо небольших по объему предисловий, возникает в тексте только в форме коротких ремарок, позволяющих связывать отдельные, часто неоднородные элементы текста. Второе, что следует подчеркнуть, относится к проблеме главной идеи «Стратегем», которая вроде бы заключается лишь в том, чтобы представить примеры всех стратегем древности и таким образом дать знание императорам, как одолеть варваров на Востоке: есть некоторые основания сомневаться, что задача, которую поставил себе автор «Стратегем», ограничивается только этим. Третья характеристика «Стратегем» возникает из признания очевидного факта, что автор сочинения не смог последовательно выполнить те композиционные, тематические и концептуальные задачи, которые сам же поставил. А это, в свою очередь, лишь усложняет исследовательскую задачу по изучению труда Полиэна.

Между тем концепция «Стратегем» может быть открыта посредством анализа текста. Мы считаем, что данное сочинение могло быть написано не только для того, чтобы восхитить императоров своими знаниями и таким образом помочь им в войне против парфян, но и для того, чтобы улучшить свой социальный статус и удовлетворить ущемленное самолюбие. Предисловия автора «Стратегем» указывают на то, что этот человек, несомненно риторически образованный, считал себя явно недооцененным, поскольку был вынужден вплоть до преклонных лет трудиться только в качестве адвоката в римских судах.

Обратимся к анализу предисловий, которыми начинается каждая из восьми книг «Стратегем». К эпохе Второй софистики форма предисловия к сочинению, где автор называл свое имя, этническое происхождение и определял тему и цели своего труда, уже давно стала распространенным риторическим топосом. Что изменилось в форме предисловий к этому периоду, так это то, что греко-римские писатели стали посвящать свои произведения прямо императорам. Теперь, когда отношение и суждение одного человека стало приоритетным, авторы, желавшие упрочить свое материальное положение, изменить социальный статус и, часто уже не заботясь о будущем, старались, чтобы их сочинения были бы одобрены императором. Именно этого и старался добиться Полиэн, посвятивший свое сочинение двум совместно правившим императорам — Марку Аврелию и Луцию Веру в самом начале Парфянской войны. Автор, обращаясь к императорам, объясняет, как он, несмотря на свои преклонные года и постоянную занятость в качестве адвоката в римских судах, может реально помочь им в ведении войны против варваров на востоке (I, prooem., 2; II, prooem.). Даже при всей формальности такого посвящения все авторские высказывания в предисловиях заставляют усомниться в полной искренности намерений создателя текста. Так и Полиэн, чтобы повысить авторитет своего сочинения, следует широко практиковавшемуся многими авторами периода Второй софистики топосу анонимности и не называет ни своего имени, не дает полной информации о своем происхождении. Автор «Стратегем» говорит о себе только, что он по происхождению македонянин (ἐγὼ δὲ Μακεδὼν ἀνήρ Ι, prooem., 1), и тут же вот таким образом уточняет, почему именно ему пристало говорить о помощи императорам в военных действиях на востоке: поскольку от своих отцов он унаследовал способность побеждать персов в войне (πάτριον ἔχων τὸ κρατεῖν Περσῶν πολεμούντων δύνασθαι I, prooem., 1), то и в этой войне против парфян он может дать им знание, как побеждать врагов без риска (I, prooem., 2-3). Можно по-разному интерпретировать эту фразу. Например, Э. Уилер считает, что Полиэн лишь происходит из семьи, имеющей македонских предков (возможно, в одном из городов Малой Азии), а на самом деле все эти заявления — только маскарад, типичный для авторов эпохи Второй софистики. Несмотря на такое смелое утверждение, эта гипотеза имеет право на существование, поскольку мы знаем ряд примеров, когда авторы называли себя другими именами, чтобы повысить значимость своего сочинения. Так появились все сочинения, которые мы знаем теперь как «псевдо». Тем более среди приемов, характерных для самопрезентации греческих писателей в это время, обращение к славному эллинскому прошлому стало общим местом, позволявшим подчеркнуть свое культурное и даже военное превосходство, которое они унаследовали от ушедших в историю знаменитых афинян, спартанцев и македонян. Выступая в качестве македонянина, Полиэн попытался провести в своем сочинении и собственную стратегему, дальней целью которой было достижение благосклонности императоров.

Кроме того, о многом говорит и та поспешность, с которой Полиэн написал свое сочинение. Если первый том появился, видимо, в середине осени 161 года, то за последующие девять месяцев Полиэну удалось написать целых шесть книг (на это косвенно указывает предисловие к шестой книге), а оставшиеся две были дописаны в самом ближайшем будущем. Можно задаться вопросом, к чему нужна была такая спешка? То ли он боялся, что война может закончиться до того момента, как он завершит свое сочинение, то ли сомневался, что сможет обрести обещанную награду. Это неизвестно, и нам остается только гадать.

Одно очевидно, что в тексте «Стратегем» заложена определенная авторская «стратегема», имевшая своей целью осуществить две задачи. С одной стороны, показать императорам достойный образ для подражания, а с другой — довести до их сведения, что человек, сумевший в опасный для империи момент помочь им одолеть варваров, достоин поощрения.

Уже в начале первой книги Полиэн говорит, что выбрал из истории действия, которые должны показывать, как следует стратегу вести войну против общественных и личных врагов (I, prooem., 13). Затем, на протяжении последующих книг, приводя примеры военных хитростей и уловок воинов древности, Полиэн постепенно конструирует модель идеального стратега. Для Полиэна неважно, кем он может быть по происхождению — грек, римлянин или варвар. Важно лишь то, чтобы он соответствовал таким качествам стратега, какими обладал хитроумный Одиссей, который появляется как первый пример такого типа в сочинении Полиэна (I, prooem., 8-12). Среди подобных личностей Полиэн изображает также других великих полководцев греческого и римского прошлого — Агесилая (ΙΙ, 1;1-33) и Ификрата (ΙΙΙ,9,1-63), Александра (IV, 3, 1-32), Дионисия (V. 2. 2-23), Ганнибала (VI. 38. 1-10) и Цезаря (VIII.23.1-33). Таким образом Полиэн приглашает своих коронованных читателей последовать образцу великих полководцев прошлого.

Очень важно, что Полиэн берет все свои примеры из очень отдаленного прошлого, совершенно игнорируя события истории империи. Этот пропуск слишком бросается в глаза, чтобы быть случайным. В соответствии с представлением Полиэна о достоинствах идеального стратега его главным качеством является хитроумие. Вот почему он пытается и сам придерживаться этого правила. Понимая, что неразумно напоминать своим высокородным читателям о недавнем разгроме римлян при Элегее, он лишь намекает на это событие, представляя его в закамуфлированной форме посредством аналогии: единственная парфянская стратегема приводится как анекдот, намекающий на римское поражение при Каррах (VII,41).

Этим он предупреждает своих коронованных читателей против недооценки их восточных противников. Как он говорит, варвары находят больше удовольствия в обмане и хитростях, чем в военных делах (VII, prooem.). В то же самое время Полиэн пытается донести до императоров и послание особого рода — последуйте моему совету, и тогда вы возвыситесь над всеми своими предшественниками и встанете в один ряд со знаменитыми героями древности — Одиссеем и Александром.

Трудно сказать, достиг ли Полиэн с помощью своего сочинения исполнения мечты улучшить свое социальное положение: поскольку его сочинение дошло до нас в незаконченной форме, можно предполагать, что он умер еще до окончания конфликта на востоке (166 год), потому что его книга о парфянских войнах никогда не была написана.

В заключение можно сказать, что личные амбиции Полиэна настолько тесно переплетаются с его собственным сочинением, что мы не вправе разделять эти две определяющие характеристики, которые, дополняя друг друга, ведут нас к более глубокому пониманию автора и его текста.

Античная военная теория «Стратегемы» Полиэна

Военное дело является составной частью культуры любого народа, особенно древнего. Эволюция же военного дела жестко детерминирована общественным развитием. Когда военная система социума усложняется, возникает необходимость теоретически осмыслить накопленный опыт, передать его потомкам.

Зарождение и развитие военной науки происходит в классический период истории Греции. Однако сами эллины считали Гомера ее родоначальником и позднее обучались по нему (Xen. Symp., 4, 6; Plat. Ion, 541e; Aristoph. Ran., 1033-1042; Aen. Tact., prooem., 1; 1,1; Polyaen., I, prooem., 4-5). Развитие военной теории в первую очередь связано с процессом обучения и воспитания молодых граждан — эфебов. Предметы, которые входили в курс их обучения, варьировались у эллинов от полиса к полису, от эпохи к эпохе. Естественно, основной целью обучения граждан являлось приобретение молодым бойцом навыков сражения в качестве гоплита. Первоначально они обучались чисто практическим навыкам. Для военной подготовки афинских эфебов в середине IV в. до н. э. выбирали двух тренеров-педотрибов, а также по одному учителю гопломахии, метанию дротиков, стрельбы из лука и из катапульты (Arist. Athen, pol., 42,3). Платон в теоретической форме рекомендовал иметь на содержании у государства учителей стрельбы, метания, боя в тяжелом и легком вооружении, строевой подготовки (Plat. Leg., VII,813d-e). Таким образом, речь шла именно об обучении практическим навыкам бойца.

Непосредственное развитие военной теории связано с устным курсом военных наук. Само же военное дело рассматривалось эллинами как составная часть философии — науки, включающей различные области знаний. И, соответственно, с появлением в начале V в. до н. э. софистов — учителей, обучавших за плату, они стали преподавать наряду с прочими предметами еще и военные знания. Хотя главное место в процессе обучения уделялось философии, политике, риторике, грамматике и т. д. Военная наука тогда была чистой теорией, а ее преподаватели, судя по всему, были простыми теоретиками, оторванными от практики. Так, нам известны братья Евтидем и Дионисодор, уроженцы Хиоса, которые прибыли в Аттику из Фурий около 411 г. до н. э. Сначала они были тренерами гопломахии, а затем стали преподавать риторику и тактику. Они слыли знатоками того, что должен знать стратег: как командовать войсками, как их строить, вести и обучать (Plat. Euthyd., 273с; Xen. Mem., 111,1,1). Завлекая к себе учеников, они обещали обучить их быть настоящими стратегами (Xen. Mem., 111,1,1), однако на практике они учили лишь тактике (как подразделять, строить и двигать войска) и ни чему более. За этот схоластизм их устами Сократа высмеивает Ксенофонт (Xen. Mem., 111, 1, 5-11; ср.: Xen. Cyr., 1,6,12-14). Очевидно, подобный курс обучения проходили лишь состоятельные граждане, могущие заплатить за него. В частности, в Афинах к софистам ходили богатые молодые люди, стремившиеся быть избранными на должность стратега (Xen. Mem., 111,1,1-3).

Для знатных особ нанимали и специальных учителей военного дела. Среди последних были и практики, имевшие боевой опыт. Вероятно, таким учителем был грек Фалин, состоявший на рубеже V-IV вв. до н. э. при лидийском сатрапе Тиссаферне преподавателем «в искусстве строев и гопломахии» (Xen. An., 11,2,7). Фалин обучал самого сатрапа, а возможно, и его гвардейцев греческим премудростям: тактике, то есть способам построения и маневрам войска, искусству сражаться в тяжелом вооружении. Однако значительная часть таких учителей была только лишь теоретиками, которые обучением зарабатывали себе на жизнь. Одного такого учителя тактики высмеивает в «Киропедии» Ксенофонт Афинский (Суг., 1,6,12-15). Этот преподаватель обучал только теоретической тактике, не заботясь о прочих элементах военного дела. Сам же военный-практик Ксенофонт в этом романе указывает, что должен уметь настоящий военачальник: заботиться о припасах провианта, об обеспечении воинов всем необходимым, об их физической тренировке, о поддержании боевого духа, о наведении дисциплины и справедливой раздаче наград и наложении наказаний, о медицинском обеспечении, о разбивке лагеря в подходящих условиях местности; знать, в каких случаях лучше нападать на врага, и, наконец, умело владеть стратегией, методах ведения кампании (Cyr., 1,6,10-43).

Отметим, что «Киропедия» в значительной мере является своеобразным художественным пособием по военному делу рубежа V-IV вв. до н. э.

Письменная военная мысль родилась в Греции вместе с софистикой в V в. до н. э. Это был ответ на требование времени. В ходе греко-персидских войн (500-449 гг. до н. э.) выяснилось, что эллины имеют преимущество в тяжелой пехоте, но уступают ахеменидским войскам в стрелках и коннице. Нужно было создавать как отряды пеших лучников, так и всадников (Andocid., 111, 5; Aeschin., 11,172). Первая задача была легче: лучники в Афинах — одном из ведущих греческих полисов — уже имелись, нужно было лишь придать им большую роль. С конницей дело обстояло сложнее. Конница — это сложный род войск, где человек должен чувствовать и понимать коня, знать его возможности; всадники должны уметь взаимодействовать как между собой, так и с пехотинцами. Для создания такого сложного рода войск понадобились теоретические разработки. Первыми взялись за стиль военные-практики. Афинский гиппарх Симон (V в. до н. э.) написал первое известное нам военное сочинение о всадническом искусстве (Περὶ ἱππικη̃ς). Так, Плиний Старший прямо указывает, что Симон «первый написал о коннице» (Hist, nat., XXXIV,76). Сочинение представляло собой рекомендации по организации и содержанию конницы (Xen. De re eq., 1,1; Arr. Суп., 1,5). К сожалению, от данного трактата сохранились лишь незначительные фрагменты. Продолжил разработку этой актуальной темы знаменитый афинский историк Ксенофонт. Ему принадлежат два небольших сочинения, написанных около 367 г. до н. э.: «Об обязанностях гиппарха» (Ἱππαρχικὀς) и «О всадническом искусстве» (Περὶ ἱππικη̃ς). В первом автор дает практические рекомендации начальнику афинской конницы по организации и по действию на поле боя, а во втором даются советы всаднику, как распознавать характер животного, содержать, тренировать его, самому упражняться в езде верхом.

Таким образом, Симон и Ксенофонт — по существу, основатели античной дидактической военной традиции, предназначенной обучить командира и помочь ему в сложной ситуации. Это — первый жанр античной военной литературы, который можно назвать стратегикой (στρατηγικά) или об обязанностях стратега.

Первая половина IV в. до н. э. — эпоха постоянных войн между греками — отличалась от предыдущих периодов тем, что не только полевые сражения играли важную роль в ходе кампании, но и осады городов получили особое распространение. На эту тенденцию не могла не откликнуться и военная наука. Эней Тактик, которого обычно сопоставляют с Энеем из Флиунта, стратегом аркадского союза 367 г. до н. э. (Xen. Hell., VII,3,1), составил настоящую энциклопедию военных наук, куда входили книги о перенесении осады, о сигнальных огнях, о приготовлении к бою, о замыслах (?), о лагере, возможно, даже о морском деле. Однако из всей этой энциклопедии сохранилась лишь часть из 41 главы, в которых автор рассказывает о приемах обороны и взятии города. Таким образом, этой работой было положено начало новому жанру военной литературы, полиоркетике (πολιορκητηκά) — искусству осады и взятия укреплений.

В период эллинизма (330-30 гг. до н. э.) полиоркетика достигла необычайной высоты. Появляются не только гигантские осадные башни, но и разнообразные метательные машины, которые при осаде использовали обе сражающиеся стороны. Для объяснения конструкции последних потребовались особые описания, которые положили начало еще одному жанру античной военной литературы — механикам. Уже царь Пирр (319-272 гг. до н. э.) написал несохранившееся до наших дней произведение по осадным машинам (Athen. Poliorc, 5). Из дошедших до нас работ этого жанра укажем на наиболее ранние из них. Некий Битон посвятил свое небольшое произведение «Устройство военных аппаратов и катапульт» (Κατασκευαὶ πολεμικῶν ὀργάνων καὶ καταπαλτικῶν) пергамскому царю Атталу I (241-197 гг. до н. э.). В этом сочинении автор описывает метательные машины знаменитых греческих механиков: камнеметы Харона Магнесийского и Исидора Абидосского, осадную башню-гелеполу Посидония Афинского, самбуку Дамия Колофонского и гастрафет Зопира Тарентинского. Автор середины III в. до н. э. Филон Византийский составил обширное сочинение «Свод механики» (Μηχανικὴ σύνταξις), в котором рассматривались различные вопросы, касающиеся рычагов, строительства гаваней, конструкции метательных аппаратов и фортификационных сооружений, снабжения провиантом, полиоркетики и пневматики. Из этого произведения полностью сохранилась четвертая книга о конструкции метательных машин. Герон Александрийский (II в. — начало I в. до н. э.) оставил нам два трактата по механике: «Белопойика» (Βελοποιικά) и «Изготовление и пропорции ручной баллисты» (Χειροβαλιστρας κατασκευὴ καὶ συμμετρία). Трактаты посвящены описанию конструкций различных метательных машин, причем второй из них описывает мобильные аппараты. Завершает череду механиков эпохи эллинизма Афиней (I в. до н. э.). Его произведение «О машинах» (Περἰ μηχανημάτων) базировалось главным образом на недошедшем до нас труде Агесистрата и описывает разные осадные машины и различные приспособления (Athen. Mechan., 7-8; Ps. — Heron. (= Anon. Byz.) Poliorc, 198)2.

В эпоху эллинизма окончательно оформляются основные жанры военной литературы. В этот период греческие стратеги должны командовать огромными полиэтническими армиями, управление которыми представляло особую сложность. В ответ на требование времени появляется новый жанр военной литературы — тактики (τακτικά). В них рассматривается деление армии, организация, вооружение и маневры различных родов войск. Именно данный жанр приобретает особую популярность в этот период. Возможно, первым или, по крайней мере, одним из первых, обратился к этому жанру не кто иной, как царь Эпира Пирр. Ведь именно Пирр стоит первым в длинном списке тактиков в трактате Элиана «Теоретическая тактика» (около 110 года), а кроме того, он является самым ранним из тех авторов, время жизни которых нам хотя бы приблизительно известно (Ael. Tact., 1,2; Arr. Tact., 1,1). Сам же Пирр считал, что военное дело важнее всякого другого для царя, вероятно, поэтому он и составил сочинения на данную тему (Plut. Pyrrh., 8). Пирр славился в древности тем, что он умел искусно выбирать место для лагеря, растягивать и стягивать фронт войска (Amm., XXIV, 1,3). Он мог даже строить в одной линии отряды италиков и фалангитов (Polyb., XVIII,28,10). Возможно, царю показалось полезным изложить свои знания и опыт в отдельном трактате по тактике.

Элиан в своем сочинении упоминает целый список авторов, вероятно, эллинистического периода, писавших о тактике (Ael. Tact., 1,2) — это и царь Пирр, и его сын Александр, и неизвестные нам Клеарх, Павсаний, Эвангел, Эвполем и Ификрат, знаменитый историк Полибий, известный философ-стоик Посидоний Родосский, введение в работе некого Бриона и другие неназванные автором сочинения. Все военные произведения этих писателей не сохранились, что говорит о существенных пробелах в нашем знании античной военной теории.

В эпоху эллинизма военная письменная теория переходит от практиков в руки теоретиков, чаще всего к тем же философам, что мы видим на примере единственного сохранившегося до нас от эллинистической эпохи сочинения этого жанра — «Тактическое искусство» философа Асклепиодота (I в. до н. э.), ученика Посидония Родосского. Естественно, данное произведение в большей части посвящено македонской фаланге — основному (по крайней мере, теоретически) роду войск эпохи эллинизма. Синтез греко-македонских и восточных элементов нашел свое выражение, кроме прочего, в описании различных видов конницы, колесниц, слонов и отдельных маневров (персидский контрмарш). Сама же военная наука, попав в руки теоретиков, превратилась лишь в голую схему, в которой люди выступали, как пешки в руках шахматиста. В таком же антикварном ключе написана и «Теоретическая тактика» Элиана, посвященная императору Траяну, который для реформирования римской армии и создания нового устава обращался к эллинистическим образцам. К этому же кругу сочинений принадлежит и «Тактическое искусство» Арриана (137 год), который, будучи военным, присоединил к теоретической греко-македонской части практические сведения о тренировке современной ему римской конницы.

Особое развитие схоластическая тактика получила в период эллинизма у философов. Так, известен перипатетик Формион, который считался знатоком военного дела. Один из лучших полководцев древности Ганнибал, прослушав в 195 г. до н. э. в Эфесе лекцию этого философа, посвященную военному делу и продлившуюся несколько часов, охарактеризовал данного оратора как сумасшедшего старика (Cicer. De orat., 11,75-76). Хотя сам Ганнибал не чуждался греческой военной теории. У него перед Второй пунической войной, как сообщает Вегеций (Epit, III, prooem.), был некий лакедемонян — учитель тактики. Впрочем, Ганнибал не был первым пунийским стратегом, который использовал греческих военных специалистов, в конце IV в. до н. э. полководец Гамилькар также имел эллинского советника-тактика (Polyaen., VI,41). А в середине III в. до н. э. военный практик лакедемонянин Ксантипп был облечен даже полководческими полномочиями (Polyb., 1,32-34; Front. Strat., ΙΙ,2,11; App. Lib., 3). Позднее царь даков Дацебал был знатоком как военной теории, так и практики (Dio, LXVII,6,1). Таким образом, соседние народы, в частности, карфагеняне понимали значение военной теории и практики греков.

Стратегемы (στρατηγήματα) — «военные хитрости» — как отдельный жанр военной литературы появились достаточно поздно. Однако описания различных хитростей, уловок и приемов можно найти уже в сочинениях первых историков Греции Геродота, Фукидида и Ксенофонта. Более того, сам Полиэн справедливо находит хитроумных мужей, Сизифа и Одиссея, уже в поэмах Гомера (Hom. ΙΙ., VI, 153; Od., IX, 19-20; 406; XIX.203; 394-397; Polyaen., I, prooem., 4-5; 8). Действительно, по-видимому, сам Гомер считался зачинателем данного жанра (Paus., IV,28,6-8). Попадали отдельные стратегемы и в сборники примечательных событий, как, например, в риторическое произведение автора первой половины I века Валерия Максима «Достопамятные деяния и изречения» (VII.4). Мы здесь найдем семь стратегем из римской военной истории VII-II вв. до н. э. и рассказ о сицилийском тиране Агафокле (317-289 гг. до н. э.; Val. Max., VII.4, ext. 1).

Ясное и по-военному краткое определение стратегем дает латинский автор Секст Юлий Фронтин (около 40-103 гг.), который объясняет своим читателям значение этого греческого слова: «ловкость, примененная полководцами, которая греками именуется одним названием стратегем» (Front. Strat., I, prooem.: sollertia ducum facta, quae a Graecis una στρατηγημάτα appellatane; ср.: Valer. Max., VII,4, init.). Таким образом, под термином στρατηγημάτα древние понимали не только хитрости в современном смысле слова, но и различного рода уловки и приемы, которые применяли военачальники для поддержания морального духа армии или одержания победы.

Из античных оригинальных сочинений о военных хитростях сохранилось лишь два произведения, Фронтина и Полиэна. Естественно, данный жанр античной военной мысли не ограничивался только этими сочинениями — они просто не сохранились.

Знаменитый римский государственный деятель С. Юлий Фронтин был вследствие своих заслуг и личных качеств большим авторитетом среди римской элиты (Tac. Agr., 17), он также считался крупным специалистом по военным вопросам (Front. Strat., prooem.; Veget., 1,8; 11,3). Ведь он служил легатом легиона в Галлии, затем, будучи римским наместником Британии (74-78 гг.), вел войну с силурами в Уэльсе (Tac. Agr., 17), а позднее участвовал в германском походе Домициана (83 год). Фронтин наряду с прочими сочинениями написал две работы о военном деле: посвященную Траяну «О военной науке» (De scientia militari) и Strategemata. Видимо, первое сочинение получило даже одобрение императора (Veget., 11,3). Однако сохранилось лишь второе сочинение, «Стратегемы», которые автор составил как пособие для руководства военачальникам. Фронтин привел около 400 примеров решения разнообразных военных проблем, выписав их из различных, преимущественно латинских, источников. Естественно, что основное внимание он уделил примерам поступков знаменитых римских полководцев: Сципионам (26 примеров), Цезарю (21), Фабию (13), Помпею (12), Метеллу (11), Марию и Катону (по 10), Сулле (9) и т. д.В меньшей степени автора интересовали неримские военачальники: Ганнибал (22 стратегемы), Александр Великий (14), Филипп II и Эпаминонд (по 12), Алкивиад (8), Пирр (7) и т. д.Фронтин первоначально разделил свой труд на три книги. Первая была посвящена подготовке битвы, вторая — сражению, а третья — осадам. Впоследствии была добавлена еще и четвертая книга, посвященная нравственным категориям войска. Автор для удобства читателей разбил каждую книгу на главы, рассказывающие о конкретных боевых приемах. Фронтин, насколько нам известно, был первым латинским автором, написавшим сочинение о военных хитростях.

Впрочем, Фронтин, видимо, не был изобретателем жанра стратегем. Так, он говорит, заранее защищая себя от упреков читателей в том, что он пропустил какой-нибудь важный эпизод: «Я же позволил сам себе многое и пропустить. Все поймут, что я сделал это не без причины, кто прочитает книги других, обещавших написать то же» (Front. Strat, I, prooem.: at multa et transiré mihi ipse permisi: quod me non sine causa fecisse scient, qui aliorum libros eadem promittentium legerint). Поскольку Фронтин не называет ни имен авторов, ни названий произведений, то не совсем ясно, идет ли речь о целых трудах отдельных писателей или о частях сочинений, посвященных военным хитростям. Впрочем, первое предположение выглядит более вероятным. Кто же были эти авторы?

В античных военных трактатах называются многочисленные имена авторов, писавших на военную тему. Элиан в своей «Теоретической тактике» (Tact., 1,2 = Arr. Tact., 1,1) упоминает произведения Стратокла и Гермия, объясняющих тактику в «Илиаде» Гомера, работу Фронтина, подробное изложение стратегии Энем Тактиком и эпитому этого сочинения фессалийца Кинея, также тактики Пирра, его сына Александра, Клеарха, Павсания, Эвангела, Эвполема, Ификрата, Полибия, Посидония, Бриона и другие сочинения. Все упомянутые тут персонажи, труды которых до нас не дошли или дошли фрагментарно (Эней Тактик), писали о тактике, а не о стратегемах, включая несохранившееся сочинение Фронтина «О военной науке», о котором здесь идет речь.

Позднеримский военный теоретик Флавий Вегеций Ренат (около 386/387 г.) упоминает и латинских военных писателей, работы которых до нас не дошли: работа цензора М. Порция Катона Старшего (первая половина II в. до н. э.), медика первой половины I века Корнелия Цельса, сочинения Фронтина и префекта претория при Коммоде Таррунтена Патерна (Veget., 1,8). Однако и среди этих работ, судя по содержанию сочинения Вегеция, нет специальных трудов, посвященных стратегемам.

Еще один список военных писателей приводит автор VI века Иоанн Лаврентий Лид (Magistr., 1,49). Важнее всего он считал труды Катона и Фронтина, также он упоминает имена римлян, составивших труды по военному делу: Цельса, Патерна и Вегеция Рената, а из греческих авторов он отмечает работы Элиана, Арриана (очевидно, тактики), труды Энея Тактика, Онесандра (sic!), Патрона, полиоркетику архитектора Аполлодора из Дамаска (начало II века) и механику императора Юлиана (360-363 гг.).

В данном списке упомянут Онасандр. Он оставил нам небольшое сочинение «Обязанности стратега» (Στρατηικός) из жанра практической дидактики, которое предназначено для использования в качестве руководства и опытному полководцу, и начинающему офицеру. Работа хорошо датируется, поскольку обращена к Квинту Веранию, консулу 49 г. н. э. Словарь Суда характеризует данного автора следующим образом: «Оносандр — платонический философ; сочинения: "Тактика", "О стратегемах", "Записки о государстве Платона"» (Suid. s. v. Όνόσανδρος). Однако в этом списке работ Онасандра нет сочинения «Обязанности стратега». Возможны три варианта объяснения этого расхождения: то ли Суда просто не упомянул последнее сочинение, то ли стратегемы составляли его часть, то ли оно скрывается под наименованием стратегем или же тактики. Первое предположение выглядит неубедительным, поскольку Суда обычно дает полный список трудов или же добавляет «и другие сочинения». Немецкий военный историк Ф. Ламмерт склоняется ко второму варианту решения проблемы: стратегемы составляли часть труда «Обязанности стратега», поскольку в последнем есть много советов, которые могли быть названы стратегемами. Однако более вероятным выглядит третье предположение, ведь понятия στρατηγικά и στρατηγήματα были близки у древних, на что специально указывает Фронтин: «очень похожая форма стратегики и стратегем различается. Ведь все, что делается полководцем предусмотрительно, с пользой, благопристойно, постоянно будет считаться стратегикой, а если это лишь под видом их, то — стратегемой. Их собственная сила, базирующаяся на искусстве и ловкости, приносит пользу и когда нужно оберегаться, и когда нужно подавить врагов». (meminerint σρτατηγικῶν et στρατηγημάτων perquam similem naturam discernere, namque omnia, quae a duce provide, utiliter, magnifice, constanter fiunt, στρατηγικά habebuntur: si in specie eorum sunt, στρατηγήματα. horum propria vis in arte solletiaque posita proficit tam ubi cavendus quam opprimendus hostis sit). В работе Онасандра мы находим обилие военных хитростей и приемов, которые может применить военачальник при необходимости (Onas., 7; 10,3; 5; 7-9; 14,1-2; 20-23; 28; 31). По-видимому, из-за этого обилия стратегем сочинение Онасандра и именовалось «Стратегемами». Таким образом, у данного автора все же не было отдельного сочинения, посвященного военным хитростям.

Достаточно полный, но вместе с тем и наименее известный, список военных авторов приводится на полях кодекса X века, «Тактики» византийского императора Льва VI (886-912 гг. codex Vindobonensis philol. gr. 275. Fol. l). Тут упоминаются Арриан, Элиан, Пелопс, Онисандр, Мена, Полиэн, Сириан и Плутарх. Часть произведений названных авторов нам известна: дошедшие до нас «Тактики» Арриана и Элиана, «Обязанности стратега» Онасандра, не сохранившееся полностью произведение Сириана Магистра (конец VI в. — начало VII в.). Согласно разработкам К. Цукермана, в работу последнего автора входило не только сохранившееся под его именем сочинение о морской войне (Ναυμαχίαι), но и, исходя из содержания и стиля, анонимные в настоящее время рекомендации полководцу по риторике (так называемая Rhetorica militaris), а также сочинение «Византийского анонима VI века» (De re strategica) с приложением небольшого трактата о стрельбе из лука (De arcus usu). В списке источников «Тактики» Льва присутствует и сочинение Полиэна, однако не ясно, идет ли речь о «Стратегемах» или о несохранившейся «Тактике» (Suid. s.v. Πολύαινος). Что написали Пелопс, Мена и Плутарх, неизвестно.

Впрочем, мы можем найти упоминание автора, Написавшего сочинение именно о военных хитростях. Согласно надгробной надписи, врач Гермоген, сын Харидема, из Смирны (II век) был разносторонним автором, он написал разнообразные сочинения, в общей сложности 95 книг, среди которых были и две книги стратегем (CIG ΙΙ,3311). Никаких подробностей об этом труде не сохранилось.

Таким образом, мы видим, что среди военных писателей жанр стратегем не пользовался особой популярностью, авторов интересовала стратегия и тактика, а не сами военные хитрости как таковые. Последние просто могли входить составной частью в военные работы по стратегии (см.: Aen. Tact., 1-40; Onas., 7; 10; 14; 20-23; 28; 31; Veget., 111,26). Очевидная заслуга Фронтина, по-видимому, состояла в том, что он, будучи военным, расположил материал в максимально удобной для читателя последовательности, в соответствии с боевыми задачами, стоявшими перед полководцем (Front. Strat., I, prooem.).

Второй по времени известный нам автор «Стратегем», произведение которого дошло до нас, — это ритор и адвокат Полиэн из Македонии. Автор преподнес свое произведение императорам Марку Антонию и Луцию Веру осенью 161 года, когда они готовили парфянский поход. Поскольку работа, по мысли Полиэна, являлась наставлением полководцам, то он назвал ее «Стратегикой» (στρατηγηματικά — обязанностями полководца) и именно под этим названием она была известна более поздним авторам (Polyaen., I, prooem., 2; De incredib., 11). Однако уже сам автор именовал свое произведение в предисловиях книг и более точно «Стратегемы» (στρατηγήματα, prooem. — VIII, prooem.).

В отличие от Фронтина, расположившего свой материал по тактическим случаям, Полиэн компонует пассажи по историко-этническому признаку. В первую книгу вошли герои греческой истории с мифических времен до начала IV в. до н. э. Вторая книга рассказывает о спартанских полководцах первой половины IV в. до н. э., а третья — об афинских военачальниках этого же столетия. Следующая книга посвящена эпохе эллинизма, Филиппу II, Александру III, диадохам и эпигонам. Информацию об эллинах VIII-III вв. до н. э., главным образом, из Великой Греции мы найдем в пятой книге. О деяниях в основном греческих царей, тиранов и полководцев IV-III вв. до н. э. мы прочтем в шестой книге. В предпоследней книге говорится о стратегемах варварских народов (лидийцев, персов, фракийцев и других) как коллективных, так и индивидуальных. Восьмая книга «Стратегем» рассказывает о подвигах римлян и женщин. Тут говорится о событиях, начиная от царя Альбы-Лонги Амулия и заканчивая деяниями Цезаря и Августа. Последним по устоявшейся имперской традиции уделено особенно много места. О подвигах женщин сообщается как о коллективных, так и о личных, причем повествуется о событиях, начиная от мифологических времен до сюжетов I в. до н. э.

Как справедливо, но, по-видимому, слишком критично, подметил еще М. Круазе, у Полиэна «мы не найдем ничего оригинального, ничего критического, никакого личного опыта в военных предметах». Однако в этом-то и достоинство нашего автора: он сохранил до нас уникальную информацию многих потерянных источников. Сам стиль Полиэна во многом зависит от стиля его первоисточника, отсюда возникает и различие в военной терминологии. Полиэн пользовался практически исключительно грекоязычными авторами, начиная с Геродота и заканчивая писателями I-II вв., то есть фактически своими старшими современниками. В отличие от Фронтина, который берет свои сюжеты даже из современной ему военной практики времени императоров Веспасиана (69-79 гг.: Front. Strat., 11, 1, 17; IV, 6, 4) и Домициана (81-96 гг.: Front. Strat., 1, 1, 8; 3, 10; 11, 3,2 3; 11, 7; IV, 3, 14), Полиэн заканчивает свои военные стратегемы на 43 г. до н. э. (VIII, 24,7), прибавив, однако, еще и случай из заговора Пизона против Нерона в 65 г. (VIII, 62). Таким образом, автор нарочито избегает актуальной современности, говоря о фактах двухсотлетней давности.

Полиэн, следуя за своими источниками в изложении материала, обычно сокращает исходный текст, выбирая только то, что, на его взгляд, нужно. Иногда при этом он оставляет примечательные пассажи, которые прямо не относятся к фабуле рассказа. Так, например, он сохранил выражение солдатского юмора, высказанное фиванским стратегом Феагеном в рассказе, посвященном сестре последнего Тимоклее (VIII,40; ср.: IV,2,2).

Труд Полиэна дошел до нас в относительно хорошем состоянии: не сохранились лишь главы 26-44 шестой книги, главы 48-49 в пятой книге и конец последней главы восьмой книги (VIII,71). Таким образом, из 900 стратегем до нас дошло 833 (ср.: Polyaen., I, prooem., 13).

Если «Стратегемы» Фронтина, написанные на латыни, пользовались популярностью в Западной Европе и в период поздней античности, и в средние века, и особенно в эпоху Возрождения, то «Стратегемы» Полиэна, написанные на древнегреческом, читались и использовались авторами при составлении своих трудов на Востоке, в Византии. Так, возможно, непосредственно на тексте Полиэна или же на его сокращении базируется сочинение «Стратегии и взятия различных городов». В этом сборнике описаний различных осад, взятых из работ классических и ранневизантийских авторов, есть и два сюжета из Полиэна о битве Александра с Пором (Polyaen., IV, 3, 22) и об осаде Мегар македонским царем Антигоном II Гонатом (IV, 6, 3). Составление сборника датируется ранее начала X века. Судя же по сохранившимся произведениям, византийские авторы обычно пользовались не самой работой Полиэна, а его сокращенными переложениями.

Сохранилось пять отдельных византийских сочинений и больших частей в работах, которые зависели от труда Полиэна. Наиболее полные анонимные выдержки, сохранившиеся во флорентийском тактическом кодексе (codex Laurentianus LV-4), названы «Основы полководческих дел». О том, что это эксцерпты из нашего автора, ясно не только по содержанию, но и кодексу Parisinus gr. 2522, где в начале приписано «из Полиэна» (екто 5 уПоА, иа(уои). Это именно выдержки, поскольку эпитоматор еще более сокращает текст стратегемы, оставляя лишь сам сюжет и иногда убирая ненужные, на его взгляд, географические названия и имена собственные. «Основы», в отличие от «Стратегем» сгруппированы по тактическим ситуациям в 58 глав и насчитывают 354 стратегемы. Несохранившийся конец манускрипта содержал еще несколько военных приемов. Автор также разделил стратегемы на сухопутные и морские, первые входили в 56 глав, а вторых лишь две последние. Причем 15 стратегем в работе самого Полиэна не сохранилось, и они восстанавливаются как раз по данному сочинению. Все десять стратегем Ганнибала (Polyaen., VI, 38, 1-10), обе хитрости Гамилькара (VI, 39, l-2), одна стратегема элейцев (VI,36) и два из трех приемов спартанцев (VI, 27, l-2) мы можем восстановить по этому источнику. Однако некоторые стратегемы из-за сокращения и удаления имен и географических названий не находят параллелей в труде Полиэна, очевидно, они содержались в его несохранившейся части (Excepta Polyaeni, 18, 8; 47, 3; 56, 4; 5; 8). По мнению А. Дена, хотя установить дату составления «Основ» невозможно, однако работа, судя по близости языка к первоисточнику, была написана достаточно рано, во всяком случае, ранее середины X века, когда был составлен сам кодекс Laurentianus gr. LV-4. Ж.-А. де Фуко более уверенно датирует это сочинение примерно VI веком.

Уже на «Основах полководческих дел» базируется другое анонимное сочинение «Стратегемы древних мужей», которое сохранило только 238 приемов, которые, в свою очередь, еще более укорочены (codex Ambrosianus В-119, манускрипт составлен к первой половине XI века). А. Ден полагает, что это сочинение было написано не прямо по «Основам», а по некому несохранившемуся промежуточному трактату, который он назвал Strategemata antiquorum.

Более поздним временем (ранее первой четверти XI века) датируется другое анонимное сочинение, «Выдержки из стратегических построений», сохранившееся в многочисленных манускриптах. Эта работа достаточно пестрая по своему содержанию. Тут сначала описываются качества хорошего полководца по первой главе «Основ», затем идет текст и переложение из «Тактики» Льва VI, после чего эпитоматор возвращается к тексту «Основ», сокращая при этом число стратегем до 137, за этим следуют еще 53 параграфа рекомендаций военачальнику. Большое количество манускриптов свидетельствует о популярности этого сочинения.

Автор сочинения, озаглавленного «Стратегические наставления из деяний и стратегем древних мужей, римлян, эллинов и других», также широко использовал «Основы». Он разделил сюжеты в зависимости от военной ситуации на 27 глав. В манускрипте XIV века codex Laurentianus LXXV-6 написано и имя автора: «Собрание из тактик государя Льва, императора римлян». Хотя авторство Льва VI оспаривается учеными, но сочинение действительно было составлено в X веке. «Стратегические наставления», в свою очередь, входили в состав большого труда из 102 глав, названного «Собранием тактик» (Sylloge tacticorum), которое написал, судя по рукописной традиции, император Лев в 903-904 гг.

Пользовался стратегемами Полиэна и Никифор Уран, автор «Тактики» — последнего сохранившегося сводного компилятивного труда из 178 глав, по существу, энциклопедии военного дела (вторая половина X века). В заглавии этого сочинения в Константинопольском кодексе (codex Constantinopolitanus 36) приводится название и источники этой работы: «Тактика или же стратегия, из Арриана, Элиана, Пелопса, Полиэна, Оносандра (sic!), Алкивиада, Артаксеркса, Сириана, Ганнибала, Плутарха, Александра, Диодора, Диона, Полибия, Гераклита, Маврикия, Никифора и некоторых других, собранная с большой тщательностью магистром Никифором Ураном от многих, как было сказано у историков». Следовательно, автор использовал как сочинения историков (Полибия («Всеобщая история» и/или его же «Тактика»), Диодора, Диона), так и собственно военных писателей (Элиана, Онасандра, императора Маврикия (582-602 гг.), Сириана Магистра, императора Никифора Фоку (963-969 гг.)). В этом же списке мы находим и писателей, о которых достаточно трудно сказать что-либо определенное (Алкивиад, Артаксеркс, Ганнибал, тот же, что и в «Тактике» Льва, Пелопс). Полиэн также упомянут в этом списке. Однако, как указывает А. Ден, Никифор Уран в главах 176-178 пользовался не прямо Полиэном, а его сокращением, «Основами полководческих дел».

Последний вопрос, который следует затронуть в данной статье: использовались ли сочинения на военные темы реально для обучения военных и в их повседневной практике? В частности, М. И. Ростовцев полагает, что тактики и стратегики носили вспомогательный характер в обучении офицеров в эллинистических армиях. Впрочем, об этом у нас сведений нет. Более того, Полибий (Х 1,8,1-2), говоря об эпохе эллинизма, отмечает, что желающий стать стратегом или читает историческую литературу, или обучается у опытных людей, или постигает обязанности своим собственным опытом. Даже в императорскую эпоху обучение юношей происходило не только путем словесного получения знаний, но и путем практики, военной службы (Cicer. De imp. Pomp., 28; Plin. Epist., VIII, 14,4-5). Однако, как отметил Вегеций, военные трактаты использовались как учебники по военному делу (Veget. Ер., 111,10; ср.: Cicer. Pro M. Fonteio, 42-43). Действительно, известно, что в римскую эпоху молодые люди, которые желали приобрести познание в военном деле, изучали самостоятельно данные сочинения, чаще всего тактики. Так, Цицерон (Epist., ГХ,25,1) упоминает, что работы Пирра и Кинея (видимо, эпитома труда Энея Тактика) читают в его время (50 г. до н. э.) для приобретения познаний в военном деле. Император Александр Север (222-235 гг.) собирал на совет по военным вопросам ветеранов-практиков и ученых мужей, которые хорошо знали, как поступали в аналогичных ситуациях древние (SHA, XVIII, 16,3). Вероятно, речь идет о людях, знавших не только историю, но и военные трактаты, в частности, стратегемы, которые поэтому могли дать императору дельный совет. Император Юлиан (360-363 гг.) обучался по книгам военному делу (Liban. Orat., XVIII,38-39; 53; ср.: XII.48; XV.28). Продолжалось изучение и разработка античной военной теории и в византийский период. Наиболее почитаемым древним автором был Элиан, тактика которого, дополненная в эту эпоху, служила пищей для размышлений византийским полководцам (Leo. Tact., VI.30; VII.86; Psel. Chronogr., VII, Mich., 16; Ann. Conm. Alexiad., XV,3). Однако и труд Полиэна ценился также высоко. Так, Константин VII Багрянородный (913-959 гг.) рекомендовал своему сыну-наследнику Роману брать с собой в кампанию стратегические, механические книги, работы по военным машинам, а особенно сочинения Полиэна и Сириана Магистра (Constant. Ceremon. aul. Byz., append, ad librum I, p. 467 D)2. Итак, судя по сохранившимся свидетельствам, с учебными и отчасти практическими целями использовались, главным образом, тактики, остальные жанры были менее популярны. Вероятно, эта картина не совсем объективная, но таково состояние наших источников.

Работа над «Стратегемами» Полиэна велась при поддержке Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ), грант № 00-01 — 00298а.

А. К. Нефёдкин

Книга Первая

Следующее содержится в первой книге «Стратегем» Полиэна:

1. Дионис

2. Пан

3. Геракл

4. Тесей

5. Демофонт

6. Кресфонт

7. Кипсел

8. Элний

9. Темен

10. Прокл

11. Акуэс

12. Фессал

13. Менелай

14. Клеомен

15. Полидор

16. Ликург

17. Тиртей

18. Кодр

19. Меланф

20. Солон

21. Писистрат

22. Аристогитон

23. Поликрат

24. Гистией

25. Питтак

26. Биант

27. Гелон

28. Ферон

29. Гиерон

30. Фемистокл

31. Аристид

32. Леонид

33. Леотихид

34. Кимон

35. Миронид

36. Перикл

37. Клеон

38. Брасид

39. Алкивиад

40. Архидам

41. Гилипп

42. Гермократ

43. Этеоник

44. Лисандр

45. Агис

46. Фрасилл

47. Конон

48. Ксенофонт

(1) Победу над персами и парфянами, священнейшие цари[1] Антонин и Вер, от богов вы получите и из-за вашей доблести, и по причине храбрости римлян, с которыми всегда — и в старину, и ныне — в битвах вы привыкли побеждать врагов. Я же, муж македонянин, у которого способность побеждать несущих войну персов — в обычае отцов[2], не хочу быть бесполезным для вас при нынешних обстоятельствах. (2) Ведь если бы я был полон сил, то стал бы смелым воином, пользуясь македонским мужеством. Однако, хотя вы видите, что я достиг преклонных лет, я и сейчас не остаюсь совершенно в стороне от военной службы, а преподношу вам это вот пособие по стратегической науке — сколько у древних случалось стратегем, — и вам самим большой опыт старинных деяний, и посланным вами полемархам, или стратегам, или мириархам, или хилиархам, или гексакосиархам[3], или всем другим военачальникам, изучающим доблесть и искусство старинных побед. (3) Мужество ведь у того, кто победил, используя в сражении с врагами военную силу, а благоразумие — без боя одержать верх мастерством и хитростью[4], так что главная наука[5] искусных стратегов — добиться победы, не подвергаясь опасности. А лучше всего — в самом боевом строю замышлять хитрости, чтобы мысль о победе предрешила конец битвы. (4) Мне, по крайней мере, кажется, что это советует и Гомер[6], ведь всякий раз как он произносит в своих поэмах:

...обманом иль силою[7],

по-другому не предписывает, нежели уловками или стратегемами[8], пользоваться против врагов; если же ты в этом слабее — вот тогда стоит рискнуть военной силой.

(5) Итак, говорят, что первым среди эллинов[9] хитростью и обманом воспользовался Сизиф, сын Эола[10]; свидетельствует и Гомер:

В оном Сизиф обитал, препрославленный мудростью смертный[11].

(6) Вторым к обману обратился Автолик, сын Гермеса[12], предавшись воровству; и об этом снова свидетельствует Гомер:

...пришел посетить на Парнасе[13]

Автоликона, по матери деда (с его сыновьями),

Славного хитрым притворством и клятв нарушением, — Эрмий

Тем дарованьем его наградил...[14]

(7) Относительно того, что Протей[15] превращается во всевозможных животных и деревья, я полагаю, что он никогда не становился животными и деревьями, а Гомер сложил сказание об изменчивости его уловок как человека, способного завладеть с помощью обмана тем, чем он хочет. (8) Мы знаем, что и Одиссей хвастался мастерством обмана:

Я Одиссей, сын Лаэртов, везде изобретеньем многих

Хитростей славных и громкой молвой до небес вознесенный[16].

Герои же и победу ему приписали:

Хитрость твоя, наконец, и Приамов разрушила город[17].

И одни в одном месте, другие — в другом вновь свидетельствуют, что Илион взял Одиссей:

Словом, советом своим и искусством обманным[18].

(9) Стратегемы, которыми он пользовался против врагов, часто воспевает Гомер:

Тело свое беспощадно иссекши бичом недостойным[19],

Одиссей притворился, что перешел на сторону врагов[20]. И конь деревянный,

...Эпеоса[21] с помощью девы-Паллады созданье[22] —

(10) и это была стратегема Одиссея. Кто-нибудь справедливо сможет назвать и имя Никто, и вино, и горящую головню, и барана стратегемами против Киклопа[23], и воск, вложенный в уши друзей, и сам он, стоящий прямо привязанным к основанию мачты, — и эти хитрости он употребил против гибельного пения[24]. (11) Что же говорить о суме нищего? И о том, как он притворялся перед Эвмеем и перед Пенелопой?[25]

...так неправду за чистую правду он выдал им[26].

И конечно, и борьба с Иром[27], и перенесение в дыму оружия опьяненных юношей, и то, что он с порога натянул свой лук[28], — не это ли все были стратегемы против врагов? (12) Но этому и многому другому в достаточной мере учит Гомер. Такова и та стратегема Одиссея, которую воспевают трагики[29]. Одиссей победил Паламеда на суде ахейцев, подбросив ему в палатку варварское золото, и тот, мудрейший из эллинов, был уличен в предательстве обманом и стратегемой[30]. (13) Но относительно смысла трагедий способна научить сцена. А сколько существует деяний из истории, содержащих образцы военного искусства против врагов или против неприятелей, — их я собрал вместе, и о них упомяну, делая на память краткую запись о каждом. (Состоит же все собрание из восьми книг, девятисот стратегем, начиная с Диониса.)

1. Дионис[31]

1. Дионис, отправившись на индийцев, для того чтобы его приняли их города, не вооружил войско явным оружием, но одел его в тонкие одежды и шкуры молодых оленей. Копья были плотно покрыты плющом, тирс[32] имел острие, вместо трубы он подавал знаки кимвалами и тимпанами[33] и, давая воинам вкушать вина, битву превратил в пляску и прочие вакхические таинства[34]. Всевозможны ведь были хитрости Диониса, которыми он покорил индийцев и остальную Азию.

2. Дионис в Индии, хотя его войско не переносило раскаленного воздуха, захватил местность в Индии с тремя горными вершинами. Из этих вершин одна называется Корасибия, другая — Кондасба, третью же он сам назвал Мерон[35] в память о своем рождении. Там были многочисленные источники, густые леса, много зверей, обильные плоды, освежающие снега. Войско, живя на них, внезапно появлялось на равнине перед варварами и, бросая с возвышенности дротики, врагов с легкостью обращало в бегство[36].

3. Дионис, покорив индийцев, ведя самих индийцев и амазонок[37] в качестве союзников, вторгся в землю бактрийцев[38]; граничит с Бактрией река Саранга. Бактрийцы заняли местность за рекой, чтобы сверху напасть на переходящего реку Диониса. А он, став лагерем у реки, приказал переправляться амазонкам и вакханкам, чтобы бактрийцы, пренебрегши женскими силами, сошли с возвышенностей. Итак, одни стали переходить реку, другие — спускаться и, входя в поток, пытались их отбросить. Женщины стали отступать, пятясь назад. Бактрийцы преследовали их вплоть до высокого берега. Тогда Дионис, вместе с мужчинами придя на помощь и убив скованных течением бактрийцев, перешел реку без опасности.

2. Пан[39]

Стратегом Диониса был Пан. Он первым изобрел военный строй, дал имя фаланге[40], выстроил правое и левое крыло. Поэтому изображают Пана рогатым[41]. Но ведь он и первым наслал на врагов страх своим мастерством и умением. Было войско Диониса в глубоком лесном ущелье. Лазутчики донесли, что несметное войско врагов располагается лагерем по ту сторону ущелья. Дионис испугался, а Пан — нет, но ночью дал сигнал войску Диониса громко кричать. они подняли крик, скалы откликнулись, и впадина ущелья донесла до врагов звук гораздо большей силы. Пораженные страхом, они обратились в бегство. Мы же, чтя эту стратегему Пана, прославляем Эхо[42] как подругу Пана и называем пустые ночные страхи войск паникой[43].

3. Геракл[44]

1. Геракл, желая изгнать с Пелиона[45] род кентавров, но предпочитая не сам начать битву, а выманить их, пришел к Фолу[46]. Открыв пифос с благоухающим вином, он сам и его спутники присвоили вино себе. Соседние кентавры узнали об (этом) и, сбежавшись к пещере Фола, попытались похитить вино. Геракл, будто бы защищаясь от поступающих противоправно, убил напавших кентавров[47].

2. Геракл, побоявшись силы Эриманфского вепря[48], взял зверя хитростью. Вепрь ведь спал в ущелье, а ущелье было наполнено снегом. Геракл скинул сверху много камней, так что вепрь, рассвирепев, выскочил из укрытия и, влекомый гневом, попал в снег, увяз, кругом на него натыкаясь, и так был пойман.

3. Геракл, приплыв к Трое[49], сам сошел на берег, чтобы сражаться пешим, кормчим же приказал удерживать корабли в море на одном месте[50]. Так вот, пешие троянцы стали терпеть поражение, а конные[51] устремились к кораблям, но не захватывают суда, качающиеся в море[52]. Геракл, пустившись в преследование, на берегу убил всех, кто не мог спастись бегством по морю[53].

4. Геракл в Индии обзавелся дочерью, которую назвал Пандея. Уделив ей часть Индии, простирающуюся к югу до моря, он разделил ее подданных по 365 деревням, приказав, чтобы каждый день одна деревня уплачивала царскую подать. Это было сделано для того, чтобы уже отдавших подать царица имела союзниками, всегда зная, кто должен отдавать подать.[54]

5. Геракл, ведя войну с миниями[55] (а были минии опасны в конном сражении на равнине), не отваживаясь начать бой, пустил в ход реку. Была там река Кефис, отделяющая две горы, Парнас и Гедилий. Протекая посередине Беотии, прежде чем влиться в море, она, падая в большую пропасть, становится невидимой. Геракл, завалив эту пропасть огромными камнями, отводит реку на равнину, где находятся со своей конницей минии, и вот, когда равнина превратилась в болото, конница стала для миниев бесполезной. Геракл, одержав победу, убирает завал, и Кефис возвращается на свой прежний путь[56].

4. Тесей[57]

Тесей в битвах выстригал себе спереди голову, лишая врагов возможности ухватиться за волосы. После Тесея столько эллинов стало так стричься, что эта прическа стала называться тесеевой[58]. Особенно этой прическе подражают из эллинов абанты[59]. Свидетельствует об этом Гомер, воспевая:

...абантов, на тыле власы лишь растивших.[60]

5. Демофонт[61]

Демофонт, взяв у Диомеда[62] Палладий[63] в качестве вверенного на хранение залога, стал хранить. Когда Агамемнон[64] потребовал его назад, он отдал настоящий Палладий афинянину по имени Бузиг[65], чтобы тот доставил его в Афины. А сам, сделав другой такой же Палладий, держал его у себя в шатре. Когда Агамемнон пришел с большим отрядом, Демофонт долго защищался, вселив в своих противников уверенность, что он подвергает себя опасности за настоящий Палладий. После того как многие были ранены, сподвижники Демофонта отступили, а Агамемнон, взяв поддельный Палладий, ушел обманутым.

6. Кресфонт[66]

Кресфонт, и Темен, и сыновья Аристодема делили Пелопоннес. Было решено поделить эту землю на три части: на Спарту, Аргос, Мессению. Кресфонт, замыслив овладеть Мессенией как лучшей частью[67], высказывает такое мнение: «Вынувшие первый и второй жребии пусть возьмут Спарту или Аргос, а Мессения пусть будет уделом третьего». Они согласились и опустили свои жребии в сосуд с водой, прочие — жребии из белого камня, а Кресфонт — из белого комка земли, похожего на камень. Этот ком тут же растаял в воде. Жребии из камня, выходя, дали Аргос Темену, Спарту — сыновьям Аристодема. Так Кресфонт получил Мессению обманом, а казалось, что по воле судьбы[68].

7. Кипсел[69]

Кипсел правил Аркадией. Гераклиды отправляются походом на аркадян. Было предсказано, что если они в знак гостеприимства примут от аркадян подарки, то заключат с ними договор. Кипсел в пору сбора урожая приказал земледельцам, чтобы они, собрав плоды и положив их у дороги, удалились. Воины Гераклидов охотно этими плодами воспользовались. Кипсел, выйдя навстречу, стал призывать Гераклидов принять дары. Поскольку они отвергают эту честь, помня о предсказании, он сказал: «Но ведь войско, опередив вас, в качестве даров уже имеет от нас плоды». Таким вот образом Гераклиды, благодаря мудрости Кипсела, заключили договор с аркадянами[70].

8. Элний

Элний, царь аркадян, когда лакедемоняне осаждали Тегею[71], всех тех, кто был в расцвете лет, отослал на вершину горы, приказав в середине ночи напасть оттуда на врагов, а всем старикам и детям приказал, дождавшись того же самого времени, разжечь перед городом огромный огонь. Враги, изумленные видом этого огня, стали на него смотреть, а воины аркадян, напав с вершины, большинство из них уничтожили, многих же, взятых в плен живыми, связали. И сбылось изречение оракула:

Дам лишь Тегею тебе, что ногами истоптана в пляске,

Чтобы плясать...[72]

9. Темен[73]

Темен вместе с другими Гераклидами, желая переправиться на Рион[74] послал локров-перебежчиков сообщить пелопоннесцам, что они стоят на якоре в Навпакте[75], чтобы казалось, что собираются отплыть к Риону, но их истинное желание — отправиться к Истму[76] Пелопоннесцы, поверив, пошли к Истму. А войско во главе с Теменом спокойно завладело Рионом[77].

10. Прокл[78]

Прокл и Темен Гераклиды вели войну с Эврисфеидами[79], владеющими Спартой. Гераклиды приносили жертвы Афине за преодоление границ, а Эврисфеиды неожиданно бросились в битву. Однако Гераклиды не были захвачены врасплох, но приказывают, чтобы флейтисты, которые у них были с собой, вели их в бой. Те, дуя в свои флейты, повели, а гоплиты[80], выступая сообразно мелодии и ритму, незыблемо установили строй и победили врагов. Этот опыт научил лаконцев флейту всегда иметь стратегом в битвах. Флейта ведет, когда лаконцы идут на войну, и маршевый шаг флейта дает сражающимся. Знаю я, что и бог предсказал победу лаконцам, пока они будут сражаться вместе с флейтистами, а не против флейтистов. Этот оракул доказала битва при Левктрах[81]. Ведь при Левктрах, когда ими не предводительствовали флейтисты, лаконцы выступили против фиванцев, у которых заниматься игрой на флейте — отеческий обычай. Так что стало ясно предсказание бога, что однажды фиванцы победят лаконцев, не руководимых флейтой[82].

11. Акуэс

Акуэс, когда лакедемоняне из-за предательства ночью захватили Тегею, своим гоплитам дал пароль убивать спрашивающих пароль. Ведь аркадяне согласно приказу не спрашивали, а спартиаты, не зная ночью места, не узнавая друг друга и из-за этого спрашивая, уничтожались аркадянами.

12. Фессал[83]

Фессал, когда беотийцы, населяющие Арну[84], с фессалийцами[85] вели войну, хитростью победил, без битвы. Дождавшись безлунной и темной ночи, он приказал, чтобы воины, рассеявшись по равнине одни в одном месте, другие — в другом, на вершинах гор факелы и светильники зажигали, и поднимали, и снова опускали. Беотийцы[86], увидев явление огня, подобного кружащимся молниям, испугались, и с мольбой о защите к фессалийцам обратились[87].

13. Менелай[88]

Менелай, возвращаясь из Египта[89] и ведя с собой Елену, причалил к Родосу[90]. Поскольку Тлеполем погиб под Троей, его жена Поликсо горевала о муже. Когда кто-то принес весть, что прибыл Менелай с Еленой, она, желая отомстить этому человеку[91], побежала к кораблям со всеми родосцами, мужчинами и женщинами, взявшими огонь и камни. Менелай, удерживаемый ветром от того, чтобы вывести корабль в море, спрятал Елену в нижней части корабля, а ее наряд и диадему надел на самую красивую служанку. Родос-цы, совершенно уверенные, что это Елена, огонь и камни направили на служанку, и, получив смерть Елены как справедливое возмездие за Тлеполема, удалились. А Менелай вместе с Еленой уплыл[92].

14. Клеомен[93]

Клеомен, царь лакедемонян, воевал с аргивянами и расположился против них лагерем. У аргивян была добросовестная стража, которая наблюдала за действиями врагов. Все то, что Клеомен желал, он объявлял войску через глашатая, и те спешили выполнить точно так же. Когда лакедемоняне вооружались — те со своей стороны тоже вооружались, когда выступали против врага — те тоже выступали, когда отдыхали — тоже отдыхали. Клеомен втайне дал приказание: как только будет дан сигнал завтракать — вооружаться. Итак, он приказал; аргивяне занялись завтраком. Клеомен, приведя вооруженных лакедемонян, с легкостью невооруженных и лишенных доспехов аргивян убил[94].

15. Полидор[95]

Полидор, когда лакедемоняне с мессенцами двадцать лет воевали, притворился, что имеет несогласие с царем из другого дома, Фе-опомпом, и послал перебежчика, сообщающего, что они враждуют и собираются друг друга покинуть. Мессенцы выжидали. Феопомп снялся с лагеря и спрятал свое войско неподалеку в убежище. Увидев это, мессенцы пренебрегали силами одного Полидора и, выйдя со всем войском из города, бросились в битву. Феопомп, когда лазутчики дали знак, тайно обойдя сражающихся, захватил пустую цитадель и нападал на мессенцев сзади, а воины Полидора — спереди. Со всех сторон подвергшись нападению, мессенцы силою были взяты в плен[96].

16. Ликург[97]

1. Ликург божественным страхом заставил лакедемонян повиноваться своим законам[98]. Если он изобретал какой-либо закон[99], то, отправившись в Дельфы, спрашивал бога, будет ли тот полезен[100]. Пророчица, подкупленная деньгами, всегда возвещала, что полезен[101]. Лаконцы из-за страха перед богом повиновались законам как изречениям оракула.

2. Ликург предписал: «Против одних и тех же, о лаконцы, не ходите часто в поход, чтобы вы не научили воевать своих врагов»[102].

3. Ликург наказывал лаконцам: «Бегущих врагов не убивайте, чтобы они считали, что бежать выгоднее, чем оставаться»[103].

17. Тиртей[104]

Тиртей, когда лакедемоняне готовились к бою с мессенцами и решили победить или умереть в битве, — а чтобы каждый был узнан родными при выносе мертвых с поля боя, они написали на небольших скиталах[105] свое имя и несли их на левой руке, — желая устрашить мессенцев, когда они об этом узнают, приказал не подстерегать дезертирующих илотов. А они, так как никто их не сторожил, беспрепятственно перебежав к неприятелю, сообщили мессенцам о лаконском отчаянии. Те, устрашенные, хуже сражались и победу спустя немного времени отдали лакедемонянам[106].

18. Кодр[107]

У афинян и пелопоннесцев была война. Бог возвестил, что победят афиняне, если их царь погибнет от руки пелопоннесца[108]. Царем афинян был Кодр. Врагам, узнавшим про оракул, было дано общее предписание в битвах щадить Кодра. Он же, — а был вечер, — приняв вид сборщика хвороста и выйдя за частокол, стал рубить валежник. Как раз и пелопоннесцы вышли для сбора хвороста. Кодр завязывает с ними бой и действует таким образом, что, подняв на них серп, поранил их. Но они, успев раньше нанести удары, убили его серпами и, радуясь, удалились, будто совершив подвиг. Афиняне, запев пеан[109], — отчего бы и нет, когда оракул исполнился? — с еще большим мужеством и напором вступают в битву и перед этой битвой, послав глашатая, потребовали забрать с поля боя тело царя. Пелопоннесцы, поняв, что случилось, побежали. А афиняне, победив, установили Кодру почести героев, поскольку врагов добровольной смертью он перехитрил[110].

19. Меланф[111]

Стратегом афинян был Меланф, беотийцев — Ксанф. Они сражались из-за Мелайн: Мелайны — пограничная местность между Аттикой и Беотией. Бог возвестил:

Светлому зло причинив, черный Мелайны забрал.

Исход оракула был таков. Стратеги сражаются один на один за победу, и, когда они сошлись, Меланф сказал: «А ты поступаешь несправедливо, придя на битву не один». Ксанф обернулся, чтобы увидеть второго человека, и исподтишка был убит копьем Меланфа. Афиняне, победив стратегемой обмана, установили ежегодный праздник, который называют Апатурии[112].

20. Солон[113]

1. Афиняне и мегарцы[114] воевали долгое время за Саламин[115]. Афиняне, терпя поражение, утвердили закон: «Предлагающему плыть на Саламин ради битвы да будет смерть». Солон, не побоявшись смерти, нарушает этот закон, а нарушает так. Он притворяется безумным и, выйдя на агору, начинает петь элегию[116]; эта элегия была аресовой[117] песнью. Этими стихами он собрал афинян на битву. Они, вдохновленные Музами и Аресом, тотчас выступают в поход, все вместе распевая и поднимая боевой клич, и мегарцев побеждают силой; и вновь Саламин стал владением афинян. Солону же все весьма удивлялись: и закон он нарушил безумием, и войну выиграл музыкальным искусством[118].

2. Была война у афинян и мегарцев за Саламин. Солон отплыл к Колиаде[119]: там женщины устраивали праздник в честь Деметры у самого моря. Солон отправляет перебежчика, чтобы он сообщил мегарцам: «Если к Колиаде вы поплывете, то захватите афинских женщин, пляшущих в хороводе; но не медлите». Мегарцы верят обману. Итак, они поплыли; Солон же приказывает, чтобы женщины ушли. А безбородых юношей, наряженных в женские одежды, надевших венки и вооруженных скрытыми под одеждой кинжалами, он поставил на морском берегу играть и водить хороводы. Мегарцы, обманутые видом безбородых юношей и женской одеждой, сойдя с кораблей, попытались схватить этих будто бы женщин, а они, обнажив кинжалы, вместо женщин оказались очень даже мужчинами: врагов убили, на корабли взошли, Саламином овладели[120].

21. Писистрат[121]

1. Писистрат с Эвбеи[122] отправился походом на Аттику и, у святилища Афины Паллены напав на первых из врагов, убил всех; пройдя вперед, встретился со многими другими. Он отдал приказ увенчаться масличной ветвью и не убивать встречных, а говорить, что они заключили договор с первыми. Те же, поверив, на самом деле заключили договор и вверили Писистрату город[123]. А он, взойдя на колесницу, поставив возле себя высокую красивую женщину по имени Фия, снаряженную Палладиным вооружением, распустив слух, что сама Афина возвращает Писистрата, смело вступил в город и завладел тиранией над афинянами[124].

2. Писистрат, желая отнять у афинян оружие[125], объявил, чтобы все пришли в Анакей[126] с оружием. Они пришли. Он выступил вперед, желая держать перед народом речь, и начал говорить тихим голосом. Они, не будучи в состоянии его услышать, потребовали, чтобы он прошел вперед в пропилеи[127], чтобы все слышали. Так как он спокойно продолжал говорить, они, напрягая слух, сами приблизились, а вышедшие помощники Писистрата, молясь, снесли оружие в храм Агравлы[128]. Афиняне, оставшись безоружными, поняли тогда причину тихого голоса Писистрата, поскольку именно такой была его уловка относительно оружия[129].

3. Писистрат с Мегаклом[130] занимался государственными делами, и Мегакл стал на сторону богатых, а Писистрат — бедных. И вот однажды в народном собрании Писистрат, Мегакла во многом упрекнув и пригрозив ему, ушел, а на следующий день, изранив себя несмертельными ранами, пришел на агору, показывая это афинянам. Народ вознегодовал, что, мол, заботящийся о них за них такое претерпел, и для защиты дал ему триста стражников. Этими дубиноносцами[131] пользуясь, он сам стал тираном афинян и своим сыновьям тиранию оставил[132].

22. Аристогитон[133]

Аристогитон, пытаемый копьеносцами[134] о соучастниках своего дела, из соучастников никого не выдал, но сказал, что в нападении участвовали все друзья Гиппия. А когда Гиппий их казнил, — тогда Аристогитон открыл[135] ему свою стратегему по отношению к его друзьям.

23. Поликрат[136]

1. Поликрат Самосец, проезжая по Эллинскому морю, решил, что является стратегически верным, если он захватит и имущество друзей, чтобы, когда у него потребуют то, что он взял, он, отдавая это, имел бы их более дружественными по отношению к себе: ведь ничего не взяв, он не смог бы ничего отдать[137].

2. Поликрат, когда самосцы всем народом собрались совершать жертвоприношение в храме Геры, куда они шли в процессии с оружием, собрав как можно больше оружия по случаю праздника, приказал, чтобы его братья Силосонт и Пантагност[138] участвовали в процессии вместе со всеми. После процессии, когдэ сэмосцы собирались приносить жертвы, большая их часть сложила паноплию[139] у алтарей, обратившись к возлияниям богам и молитвам. А вооруженные приверженцы Пантагноста и Силосонта, каждый встав рядом с кем-то из участников процессии, вслед за этим всех убили. Поликрат, собрав находящихся в городе участников нападения, раньше занял самые удобные места города и принял к себе братьев и союзников, поспешно бегущих с оружием от храма. Укрепив акрополь, называемый Астипалея, пригласив к себе от Лигдамида, тирана наксосцев[140], воинов, стал вот так тираном самосцев.

24. Гистией[141]

Гистией Милетянин, живя среди персов и желая, чтобы Иония отпала от царя Дария, но не решаясь отправить письмо из-за стражи на дорогах, у верного раба остриг волосы, клеймами начертал на голове: «Гистией — Аристагору: возмути Ионию», и над клеймами дал отрасти волосам. Таким образом скрывшись от стражи, вестник пришел к морю и, остригшись, показал Аристагору клейма. А он, прочитав, возмутил Ионию[142].

25. Питтак[143]

Питтак и Фринон вступили в единоборство за Сигей. Ими было решено иметь равное оружие. Так вот, явное оружие было одинаковым. Но Питтак, скрыв за щитом сеть, накидывает ее на Фринона и, с легкостью притянув, убивает, и Сигей для лесбосцев поймал сетью. Такую же сеть и сейчас единоборцы имеют — Питтак научил[144].

26. Биант[145]

Крез Лидиец[146] готовился напасть с флотом на островитян. Биант Приенец устрашил Лидийца, сказав: «Островитяне закупают против тебя большую конницу»[147]. А он, смеясь, сказал: «О Зевс, я захвачу островитян на материке». Биант же: «Разве ты не думаешь, — сказал, — что и они молятся Зевсу, как бы им сухопутного Креза захватить на море?» Это высказывание Бианта убедило Креза больше не плыть против островов.

27. Гелон[148]

1. Гелон, сын Дейномена, сиракузянин, в войне с карфагенянином Гимильконом[149] избранный стратегом-автократором[150], блестяще выдержал борьбу. Победив, он пришел в народное собрание и дал отчет в своей неограниченной власти — в расходах, времени, оружии, конях, триерах. Во всем одобренный, он наконец снял с себя одежду и, встав посередине обнаженным, сказал: «Итак, я стою перед вами нагой, вы же вооружены, так что, если какое-либо насилие вы желаете надо мной свершить, воспользуйтесь против меня и мечом, и огнем, и камнями». Народ закричал, хваля его как лучшего стратега. Он же, выслушав, сказал: «И в другой раз такого же стратега изберите». Народ опять закричал: «Но другого такого мы не имеем». Таким вот образом призванный во второй раз быть стратегом, вместо стратега он сделался тираном сиракузян[151].

2. Гелон, тиран сицилийцев, выступая в поход против Гимилькона, царя карфагенян, приплывшего на Сицилию, не отважился вступить в бой, но приказал, чтобы Педиарх, предводитель лучников, похожий на него по виду (надев на него свою одежду тирана), вышел из лагеря и принес жертвы у алтарей, чтобы следовали за ним лучники в белой одежде, держа миртовые ветви, а луки пряча за миртовыми ветвями. Когда же они увидят, как Гимилькон точно так же выйдет и принесет жертвы, — чтобы стреляли в него. Так вот, когда это таким образом было сделано, ничего не подозревающий Гимилькон, выйдя, принес жертвы. Так что он скончался, совершая возлияния и принося жертвы, когда внезапно в него попало множество стрел[152].

3. Гелон, желая уничтожить мегарскую область, призывал туда желающих переселенцев из дорийцев, Диогнету же, правителю мегарцев, приказал доставить деньги сверх меры, а тот — своим гражданам. Они, отказавшись от уплаты этих налогов, согласились на переселение в Сиракузы, покорившись могуществу Гелона[153].

28. Ферон[154]

1. Ферон сражался с карфагенянами. Когда враги побежали, сицилийцы, вторгшиеся в лагерь, чтобы пограбить палатки, уничтожались идущими на помощь иберами[155]. Ферон, увидев это большое несчастье, послал воинов в окружение, приказав сзади поджечь палатки. Когда же поднялось большое пламя, враги, потеряв палатки, побежали к кораблям. А сицилийцы, преследуя, у кораблей очень многих уничтожили.

Ферон, сын Мильтиада[156]

2. Селинунтяне сразились с карфагенянами. Поскольку многие павшие лежали непогребенными и враги теснили, они не решались похоронить тела, но и не могли стерпеть, чтобы оставили павших без погребения[157]. Стали совещаться, что же нужно делать. Ферон обещал, что если он возьмет триста рабов, таких, которые смогут рубить лес, то, пожалуй, он, пройдя вместе с ними вперед, и тела сожжет, и кладбище для них создаст. Если же враги их одолеют, город нисколько не подвергнется опасности, если погибнет один гражданин и стоимость трехсот рабов[158]. Селинунтяне одобрили это предложение и предоставили ему тех рабов, которых он пожелал бы взять. Он же, выбрав крепких и цветущих, вывел их, имеющих серпы, и топоры, и секиры, для того, чтобы они рубили лес на костры для этих павших. Когда они вышли из города, Ферон, убедив их напасть на своих господ, глубоким вечером вернулся в город. Стражники на стенах, узнав, впустили их. Ферон, убив самих стражников и из граждан умертвив очень многих спящими, захватил город и сделался тираном селинунтян.

29. Гиерон[159]

1. Гиерон, удерживаемый врагами от переправы через реку, оставив гоплитов у переправы, приказал, чтобы всадники прошли вверх по реке с целью переправиться там, а легковооруженные — выше всадников. Враги пошли параллельно, чтобы воспрепятствовать всадникам и легковооруженным. Гиерон перевел гоплитов, потеснив немногих оставшихся из врагов, и тотчас дал сигнал легковооруженным и всадникам. Они, повернув назад, переправились, когда ранее перешедшие гоплиты теснили повернувших назад врагов.

2. Гиерон, воюя с италиотами, когда захватывал каких-либо пленных из знатных или богатых, не сразу отдавал их платящим выкуп, но, продержав много дней, разделив с ними жилище и почтив почетным местом, тогда только принимал выкуп и этих мужей отсылал. А они, возвратясь, были под подозрением у сограждан, как состоящие в дружбе с Гиероном.

30. Фемистокл[160]

1. Афинянам бог возвестил:

Остров божественный, о Саламин, сыновей своих жен ты погубишь[161].

Фемистокл, так как афиняне испугались этого изречения, сказал: «Это сыновья врагов, не то бог не назвал бы Саламин «божественным», если бы он должен был уничтожить сыновей эллинов». Это высказывание показалось афинянам внушающим смелость, и победа[162] подтвердила это толкование[163].

2. Когда бог возвестил:

Лишь деревянные стены дает Зевес Тритогенее[164], прочие афиняне предлагали укрепить акрополь, а Фемистокл — взойти на триеры, поскольку именно они являются деревянной стеной афинян. Афиняне поверили, взошли на корабли, сразились в морской битве, победили[165].

3. Фемистокл стоял с флотом у Саламина[166]. Эллины решили бежать, Фемистокл — сразиться в узком проливе. Поскольку он не убедил эллинов остаться, — а был у него евнух Сикинн, воспитатель его двоих детей, — ночью он посылает этого Сикинна к царю[167], чтобы он из благожелательности донес, что эллинское войско тайно уходит, но царь чтобы, дал морское сражение. Царь верит и дает морское сражение, и большинство его триер сокрушает узкий пролив. Эллины же невольно победили по мудрости их стратега[168].

4. Эллины, победив при Саламине, решают плыть к Геллеспонту и разрушить мост, чтобы царь не убежал. Фемистокл отговаривает их, говоря: «Царь, оставшись, новым сражением быстро сможет исправить прежнюю неудачу, ведь часто отчаяние может дать то, чего не дала храбрость». Так вот, он снова посылает гонца, чтобы другой евнух, Арсак, царю таким вот образом объявил: если он быстро не пустится в бегство, мост через Геллеспонт будет разрушен. Царь испугался и, успев раньше эллинского войска, перешел мост и быстро удалился. Фемистокл же эллинам сохранил безопасную победу[169].

5. Афиняне стали возводить вокруг города стены[170], лаконцы из зависти стали препятствовать. Обманул их Фемистокл. Способ обмана был такой: он прибыл в Спарту в качестве посла и стал отрицать перед лаконцами, что они возводят стену. «А если вы не верите, отправьте наблюдателями лучших из граждан, меня задержав». Те отправили. Фемистокл же, тайно послав гонца, поручил афинянам задержать наблюдателей до тех пор, пока не возведут стену. А после того как возведут, чтобы не раньше их отпустили, чем вернут его назад. И все это так и произошло. Была возведена стена, и вернулся Фемистокл. Были возвращены наблюдатели, укреплены Афины, хотя и против воли лакедемонян[171].

6. Фемистокл во время войны с эгинцами[172], когда афиняне собирались доход от серебряных рудников, сто талантов[173], разделить между собой, воспрепятствовал этому и убедил народ ста богатейшим мужам раздать по таланту, и, если совершенное ими понравится, считать, что это издержки государства, если не понравится, — чтобы взявшие отдали. Так и было решено. Эти сто мужей каждый сделал по одной триере, хорошей и быстрой, со всем тщанием. Афиняне охотно выполнили должное снаряжение и не только против эгинцев эти триеры использовали, но и против персов[174].

7. Фемистокл, когда ионийцы[175] сражались как союзники Ксеркса, приказал эллинам начертать на бортах кораблей: «Мужи-ионийцы, несправедливо вы поступаете, идя войной против отцов». Прочтя это, царь посчитал ионийцев не заслуживающими доверия[176].

8. Фемистокл, спасаясь бегством от афинян[177], неузнанным взойдя на корабль, направил его к Ионии. Когда корабль из-за бури был унесен к Наксосу, осаждаемому афинянами, капитану корабля, испугавшись, объявил, кто он. И если капитан не спасет его, Фемистокл пригрозил донести афинянам, что он повез его, подкупленный деньгами, а чтобы оба спаслись, никто пусть не сходит с корабля. Капитан, испугавшись, согласился не сходить и поспешил отплыть[178].

31. Аристид[179]

Аристид и Фемистокл, будучи настроенными по отношению друг к другу враждебнее всех, занимались государственными делами. Когда подходил Перс, они, взяв друг друга, вышли из города, и каждый, опустив правую руку в одно и то же место и соединив пальцы, восклицал: «Нашу вражду мы здесь оставляем, пока с Персом не закончим войну». Сказав это, подняв руки и разомкнув пальцы, как будто что-то положив, они затем засыпали яму, возвратились и всю войну были в согласии. В особенности это согласие стратегов победило варваров.

32. Леонид[180]

1. Леонид при Фермопилах, поставив войско в самом узком месте, сделал бесполезным большое количество варваров[181].

2. Леонид, желая вступить в бой и видя, как собираются грозовые тучи, сказал командирам, что не следует удивляться, когда возникают громы и молнии. Ведь причина того, что это случается, — движение звезд. Так вот, когда происходило много небесных знамений, воины Леонида, предвидя будущее, отважно преследовали врагов. А враги, испугавшись, отчаялись перед лицом опасности и из-за этого были побеждены[182].

3. Леонид, вторгшись в землю врагов, разослал ночью одних — в одно место, других — в другое и приказал, когда будет дан сигнал, рубить деревья и поджигать сельские дома. Видя это, находящиеся в городе решили, что врагов очень много, не вышли против них, но позволили им увести добычу[183].

33. Леотихид[184]

Леотихид, когда эллины сражались в морской битве при Микале, и большинство варваров было приведено в замешательство, а ионийцы держались персидской стороны скорее из страха, чем по убеждению, изменил у всех образ мыслей, придумав, что пришло известие, будто бы эллины победили персов при Платеях. Ионийцы, услышав это, отважились и присоединились к эллинам. Судьба сделала стратегему Леотихида верной, доставив эллинам победу в битве при Платеях[185]

34. Кимон[186]

1. Кимон у реки Эвримедонт побеждает сатрапов царя и, захватив много варварских судов, приказывает эллинам взойти на них, и надеть мидийские платья, и плыть на Кипр. Киприоты, обманутые варварской наружностью эллинов, этот флот принимают дружественно. А те, сойдя на берег, вдруг вместо варваров оказались эллинами и победили киприотов, используя скорее испуг врагов, чем силу[187].

2. Кимон из Сеста и Византия взял много пленников и, так как союзники этого желали, стал распределителем добычи. С одной стороны он поставил обнаженные тела[188], с другой сложил штаны, кандисы[189], гривны и все остальное подобного рода. Союзники берут наряды, афиняне — обнаженные тела. Кимон вызывает насмешки как отдавший союзникам лучшую долю. Но немного времени спустя родственники пленников, придя из Лидии и Фригии, заплатили за домочадцев большой выкуп. Тогда мудрость Кимона вызвала удивление. Афиняне, получив гораздо больше денег, весьма над союзниками насмехались[190].

35. Миронид[191]

1. Афиняне и фиванцы готовились к бою друг с другом. Миронид объявил афинянам, что, когда он даст сигнал, они должны бежать на врагов, начиная с левого крыла. Он дал сигнал, они побежали. Когда же они прошли ненамного вперед, Миронид побежал к правому крылу, крича: «Мы побеждаем на левом крыле!». Афиняне, ободренные словами победы, с еще большим воодушевлением устремляются вперед, а фиванцы, устрашенные вестью о поражении, обратились в бегство[192].

2. Миронид вел афинян на Фивы и, выйдя на равнину, приказал, чтобы они сложили оружие и осмотрелись. Пока они осматривались, он сказал: «Посмотрите на эту равнину. Если мы побежим на такой большой равнине, то, поскольку враги имеют коней, поневоле попадем в плен, когда всадники станут преследовать. А если останемся, у нас есть большие надежды на победу». Так он убедил их остаться. И Миронид с победами продвинулся вперед, вплоть до Фокиды и локров[193].

36. Перикл[194]

1. Лакедемоняне опустошали Аттику. Перикл послал триеры афинян, которые должны были опустошать побережье Лаконики, чтобы им[195] выпало больше претерпеть, чем совершить[196].

2. Перикл, являясь богатым, владел большим количеством земли. Архидам, будучи издавна ему другом и гостеприимцем, вторгся в Аттику, чтобы ее опустошать. Перикл предвидел, что, конечно, Архидам, чтя связи гостеприимства, обойдет его земли. Чтобы не попасть под подозрение у афинян, он до опустошения пришел в народное собрание и подарил государству ту землю, которой владел[197].

37. Клеон[198]

Клеон передал Сест абидосцам не в открытом бою, но скрытой уловкой. Феодор, товарищ Клеона, состоя в гарнизоне Сеста, прелюбодействовал с женщиной в его предместье. Так как сточная труба через стену была узкой, Феодор, выбив в ней один камень, ночью выходил и входил, вставляя этот камень, и скрывал это. Он рассказал Клеону о совершаемом как о шутке. А тот, выдав тайну абидосцам, в безлунную ночь подстерег у трубы, когда Феодор вынул камень и был занят прелюбодеянием, и провел воинов внутрь. Они, убив стражу, открыли изнутри ворота, впустили все свое войско и легко овладели Сестом[199].

38. Брасид[200]

1. Брасид захватил изменнически выданный ему Амфиполь и предателям приказал запереть ворота и, взяв ключи, выбросил их за стену, чтобы они защищались от врагов, даже если те будут теснить, приставив лестницы.

2. Брасид под Амфиполем был осажден на укрепленном холме сомкнувшими кольцо осады врагами. Те, опасаясь, как бы ночью он не ускользнул, стали окружать холм камнями и складывать высокую стену. Лаконцы досадовали, что Брасид не вел их в битву, но что они, окруженные, позорнейшим образом будут взяты в плен из-за голода. Сам Брасид сказал, что он знает подходящее время для битвы. Когда же большая часть холма была уже окружена стеной, а оставшаяся неукрепленной была не больше плетра[201] шириной, он объявил своим воинам, что это и есть подходящее время для битвы. Они устремляются к выходу. И, устремившись, убили многих врагов и спаслись. Ведь теснина не нанесла вреда тем, кого было меньше, а возведенная стена помогла, воспрепятствовав тому, чтобы кто-либо из врагов появился у них в тылу. Так что из-за вражеской стены большое их число стало бесполезным, а выход лаконцам сделался более безопасным[202].

3. Брасид, тайно подойдя к Амфиполю и заметив замешательство находящихся внутри, сочтя, что битва без должного размышления небезопасна, через глашатая обещал выходящим по договору афинянам безопасность, и что они могут взять свое имущество, ам-фиполитам — автономное отечество, если они станут союзниками лакедемонян. Поверив этому обещанию, афиняне ушли, амфиполиты же присоединились к лакедемонянам. А Брасид приобрел Амфиполь по соглашению[203].

4. Брасид, ночью плывя против Скионы, приказал, чтобы дружественная триера плыла впереди, а сам он следовал сзади на вспомогательном судне, чтобы, если покажется лучшее, чем вспомогательное, вражеское судно, эта триера пришла на помощь, а если равносильной окажется та триера, на которой с вражеской будет сражение, он на вспомогательном судне успеет спастись[204].

5. Брасид находился в теснине, а враги напирали на его арьергард. Он приказал, чтобы с холма доставляли лес, рубя его по очереди. Подбросив к дровам огонь, он их поджег, так что, когда поднялось большое пламя, оно помешало врагам напасть на арьергард, а сам Брасид в безопасности совершил отступление[205].

39. Никий[206]

1. Никий, подплыв ночью к Коринфии, там где находится Солигейский холм, высадив тысячу афинских гоплитов и поставив в засаду одних — в одном месте, других — в другом, отплыл. Когда забрезжила заря, он вновь открыто подплыл. Коринфяне поспешили на помощь, чтобы воспрепятствовать высадке, а находящиеся в засаде, выступив, очень многих из них уничтожили[207].

2. Никий, когда афиняне расположились лагерем у храма Зевса Олимпийского, равнину перед лагерем приказал усеять триболами[208]. Когда, же на следующий день Экфант, гиппарх[209] сиракузян, повел всадников вперед, их постигло позорное бегство, так как триболы вонзались в ноги лошадям. Многие из них не могли продвинуться вперед, но уничтожались пельтастами[210], одетыми в крепкую обувь[211].

3. Никий оставался в круговой стене с небольшим количеством воинов, в то время как прочие силы были у Tanca. Когда сиракузяне захватили передовую башню круговой стены, в которой было много срубленного леса, Никий, не будучи в состоянии защищаться, поджег этот лес. Поднявшееся высоко пламя отразило врагов. Тем временем силы из Tanca пришли на помощь[212].

4. Никий, преследуемый Гилиппом, уже настигаемый, отправил к нему посла, говоря, что выполнит все приказания и что уже нужно кого-нибудь послать для обмена клятвами. Гилипп, поверив послу, расположился лагерем и, оставив преследование, вместе с послом Никия отправил своего для заключения соглашения. Тем временем Никий, заняв более укрепленные места, снова стал вести военные действия, проведя отступление с помощью обмана посла[213].

40. Алкивиад[214]

1. Алкивиад устраивает такую проверку друзей. Он поместил изваяние человека в темную комнатку и, вводя туда каждого из друзей, показывал его как убитого человека и предлагал посодействовать, чтобы скрыть ужасное деяние. Все прочие бежали от участия в преступлении, Каллий же, сын Гиппоника[215], одобрил изваяние[216], а Алкивиад показал, что оно сделано для проверки друзей. Алкивиад посчитал Каллия верным другом, и всем был Алкивиаду Каллий.

2. Алкивиад, подплыв к враждебному городу, ночью высадил воинов и дождался дня. Так как враги не выходили, он, устроив засаду и поджегши палатки, отплыл. Находящиеся в городе, увидев, что он отплыл, осмелели и, выйдя, рассеялись по окрестностям. Сидящие в засаде, выйдя, захватили немало людей и большую добычу; Алкивиад, подплыв вновь и забрав само взятое и взявших, отплыл[217].

3. Алкивиад, когда лакедемоняне осаждали Афины, желая сделать стражу города, и Пирея[218], и Длинных стен, тянущихся до моря, бдительной, объявил, что он сам на акрополе ночью трижды поднимет светильник; тот же, кто не поднимет свой светильник в ответ, будет наказан как оставивший пост. Таким образом, все, бодрствуя, несли стражу, глядя на акрополь, чтобы, когда стратег поднимет огонь, они смогли поднять его в ответ, показывая, что, бодрствуя, они стоят на страже[219].

4. Алкивиад, плывя против Сицилии и прибыв на Керкиру, многочисленную военную силу разделил на три части, чтобы они получили больше продовольствия, по очереди причаливая к городам. Когда же он подплыл к Катане, поскольку катанцы его не приняли, отправился туда послом, желая, придя один, сказать о пользе пребывания там афинян. Когда они ему это сделать позволили и спешили в народное собрание, он приказал воинам, сломав сколько было в стенах непрочно встроенных калиток, войти внутрь. Так вот, одновременно случилось так, что Алкивиад начинает ораторствовать, а афиняне — владеть Катаной[220].

5. Алкивиад, Катану заняв, катанца, верного ему и известного сиракузянам, отправил в Сиракузы как посланца их друзей в Катане, имена которых они знали. Тот сообщил, что афиняне, оставив безоружными лагерь, ночуют в Катане, и если они на рассвете займут лагерь афинян, то смогут, заперев невооруженных в городе, с легкостью их захватить. Стратеги сиракузян поверили и приказали всем народом отправиться против Катаны, и, продвинувшись вперед, расположились лагерем у реки Симефа[221]. Алкивиад, когда заметил, что они подходят, снарядив триеры, поспешно подплыл к пустому городу сиракузян, в то время как никто не препятствовал. Захватив наружные укрепления, находившиеся у них сбоку, разграбил[222].

6. Алкивиад, отплыв из Сицилии на судебное разбирательство относительно герм и мистерий, взойдя на торговое судно, прибывает в Лакедемон и убеждает как можно скорее послать сиракузянам помощь и укрепить против афинян Декелею, чтобы они больше не получали ни дохода со своей земли, ни дохода со своих серебряных рудников, но и островитяне, увидев, что их осаждают, перейдут к неприятелю. Когда это случилось, афиняне постановили вернуть Алкивиада в отечество[223].

7. Алкивиад готовится к бою с сиракузянами. Было между войсками много высохшего папоротника. Когда поднялся очень сильный ветер, который дул афинянам в спину, а врагам — в лицо, он подхватил папоротник. Когда поднялся дым, он причинил зрению сиракузян большой вред[224].

8. Алкивиад бежал от Тирибаза. Дорога была одна. Тирибаз с поджидающим его Алкивиадом не вступал в сражение, бегущего же теснил. Алкивиад, дождавшись ночи, нарубив много дров, свалив их в кучу, поджег и пустился в бегство. Варвары, видя отблеск огня, думали, что эллины пребывают на месте. Когда же они поняли, в чем дело, устремились в погоню, но не будучи в состоянии перейти перегороженную огнем дорогу, прекратили преследование.[225]

9. Алкивиад под Кизиком послал Ферамена и Фрасибула с большим числом кораблей, чтобы они оттеснили врагов, собирающихся отступить в город. Сам же с немногими триерами стал готовиться к морскому сражению. Миндар, пренебрегши этим, вышел в море с большим числом триер. Так как они были близко, окружавшие Алкивиада сделали вид, что бегут, а окружавшие Миндара, возликовав, стали как победители их преследовать. Когда они оказались вблизи кораблей Ферамена и Фрасибула, Алкивиад, дав сигнал, повернул корабли прямо на неприятеля. Когда Миндар обратился в бегство к городу, корабли Ферамена вышли навстречу, загораживая путь, а он попытался уйти к так называемым Клерам в земле кизикийцев. Но и там войско Фарнабаза препятствовало высадке. Алкивиад, преследуя те из кораблей, которые находились в открытом море, крушил таранами, а те, которые причаливали к земле, вытаскивал, накидывая железные крючья, а высаживающихся задерживали люди Фарнабаза. В конце концов Миндар, пав, доставил Алкивиаду блистательную победу[226].

41. Архидам[227]

1. Архидам в Аркадии, собираясь на следующий день сражаться, ободрил спартиатов, соорудив ночью алтарь, и украсив его великолепным оружием, и обведя вокруг двух коней. На заре лохаги и таксиархи[228], увидев необыкновенное оружие, и следы двух коней, и сам собою появившийся алтарь, объявили, что Диоскуры придут, чтобы быть им союзниками. Воины, осмелев и преисполнившись сознанием божественного присутствия, прекрасно сражались и победили аркадян[229].

2. Архидам осаждал Коринф. Была в этом городе смута между богатыми и бедными, заключавшаяся в том, что одни желали установить олигархию, другие — совершить предательство. Узнав об этом, Архидам ослабил натиск осады: больше не подводил осадные машины, не окружал город рвом и валом, не разорял сельскую местность. Богатые, боясь, как бы он на самом деле не угодил беднякам-предателям, опередив их, послали вестника и город передали Архидаму, договорившись с ним о безопасности для самих себя[230].

3. У лакедемонян в городе произошло землетрясение, и сохранилось всего пять домов. Архидам, видя, как люди занялись спасением находившегося в домах имущества, и боясь, как бы все оставшиеся не погибли, трубой подал сигнал о нападении врагов. Лаконцы, поверив, сбежались к нему; дома обрушились, сами же они таким вот образом спаслись[231].

4. Архидам, когда аркадяне одолевали, сам уже ослабев от раны, раньше врагов предложил через вестника поднять павших, чтобы и остальные сверх того не погибли[232].

5. Архидам ночью вел воинов к Кариям. Дорога была безводная, каменистая, длинная, и воины досадовали на тяжесть пути. Архидам их подбадривал, говоря, что возможно было преодолеть путь, и призывал никак не отступать. Когда же, неожиданно напав и многих врагов убив, они захватили местность, — стали обедать, радуясь победе. Архидам спросил, когда, как они считают, они взяли город? Так как одни говорили — когда мы напали, другие — когда стали бросать копья, третьи — когда стали стрелять из луков, «Нет, — сказал он сам, — но тогда, когда длинной и безводной дорогой мы шли, ведь само желание перенести тяготы по природе означает властвовать надо всем»[233].

42. Гилипп[234]

1. Гилипп, желая стать автократором военных сил в Сиракузах, собрав стратегов сиракузян, сказал, что нужно укрепить некий холм между их городом и лагерем афинян. Так как они повиновались, ночью он сам послал перебежчика, чтобы тот сообщил врагам о задуманном. Они, узнав об этом, этот холм раньше заняли. Гилипп же стал негодовать о произошедшем как о выданных тайнах. Чтобы впоследствии этого не случилось, вожди сиракузян одному-единственному Гилиппу вручили начальствование в войне.

2. Гилипп, сам решив захватить занятый афинянами холм, из большого числа триер снарядив двадцать, стал часто упражняться. Хорошо обучив экипажи кораблей, он вывел их ночью в открытое море, приказав плыть к берегу, когда начнется день. Враги, увидев подплывающие корабли, вышли против них в море. Поскольку корабли Гилиппа обратились в бегство, афиняне поспешно стали их преследовать; а Гилипп, снарядив оставшиеся корабли, стал выводить их в море. В то самое время, когда афиняне были заняты морским сражением, пехотинцы Гилиппа, выстроившись, безо всякого труда захватили холм, выбив оттуда стражу афинян[235].

43. Гермократ[236]

1. Гермократ, когда в Сиракузах восстали (рабы) и собрался большой отряд рабов, к их предводителю Сосистрату отправил послом одного из гиппархов, Даимаха, который был ему близким другом, сообщающего от имени стратегов, что, поистине восхищаясь его планом, они всех отпускают на свободу, всех вооружают и дают равное продовольственное содержание, самого же Сосистрата объявляют соправителем и просят, чтобы он пришел посовещаться со стратегами о тех вопросах, которые имеют отношение к гоп-литскому войску. Сосистрат, поверив в дружеское расположение Даимаха, взяв с собой двадцать наиболее способных к командованию рабов, пришел к ним. Схваченные, они были заключены в оковы. Гермократ, выйдя с шестьюстами гоплитами и захватив рабов, поклялся, что с ними точно не произойдет ничего страшного, если каждый вернется к своему хозяину. Поверив, они вернулись, исключая только трехсот, которые перебежали к афинянам[237].

2. Афиняне терпят поражение в последнем морском сражении в Сицилии и ночью решили бежать. Сиракузяне, совершив жертвоприношение в честь победы, отдыхали после попойки. Гермократ, чтобы не вести в бой опьяненных и спящих людей, посылает перебежчика, чтобы он сообщил Никию: «Друзья, до настоящего времени все тебе доносящие, предупреждают, что, если ты двинешься ночью, попадешь в засаду». Никий поверил и, дождавшись зари в лагере, не двинулся. Гермократ поднял вдоволь поспавших сиракузян полными сил; раньше заняв речные броды и мосты, они совершенно уничтожили афинян[238].

44. Этеоник[239]

Этеоника Лаконца в Митилене осаждал Конон[240] Афинянин. Прибыло небольшое гребное судно, сообщая: «Калликратид, наварх[241] лакедемонян, отступает, побежденный при Аргинусах». Этеоник приказал вестникам ночью незаметно уйти и днем прибыть в Митилену, украсившись венками, с пением пеана, провозглашая победу. Этеоник стал совершать жертвоприношения за добрую весть: Конон и афинский флот потерпел поражение и бездействовал. Но сам Этеоник не бездействовал: флот отправил на Хиос, а войско вывел в Мефимну[242], дружественный город[243].

45. Лисандр[244]

1. Лисандр, пообещав своим друзьям в Милете уничтожить вместе с ними демократию, прибыл в Милет и с замышляющими переворот на словах был суров, сторонникам же демократии обещал помочь сохранить свободу. Народ, поверив Лисандру, говорящему хорошие вещи, неподготовленный, надеялся на лучшее. Друзья Лисандра по общему сигналу поднимают восстание и, напав на народ, убивают многих, и Милет оказался под властью друзей Лисандра[245].

2. При Эгоспотамах афиняне четырежды выходили в море с намерением сразиться, Лисандр Лаконец не выходил им навстречу. Они отплывают назад, радуясь, распевая пеаны. Лисандр позади посылает две триеры. Когда триерархи увидели, как афиняне высадились, в качестве сигнала поднимают медный щит[246]. Лисандр тотчас же дал сигнал к нападению, и лаконцы, приналегши на весла, нападают и захватывают недавно высадившихся афинян. Одни их них отдыхали, другие делали один — одно, другой — что-то другое, все безоружные. Лаконцы, неожиданно напав вооруженными на безоружных, построенными в боевой порядок — на непостроенных, одержали победу. Они захватывают пленных и все триеры, разве что один «Парал» спасся бегством в Афины, — единственный вестник поражения[247].

3. Лисандр советовал, что нужно обманывать детей игральными костями, а врагов — клятвами[248].

4. Лисандр одержал верх над фасосцами, среди которых было много сторонников Афин, скрывающихся из-за страха перед ла-концем. Он, собрав фасосцев в храме Геракла, сказал примирительные слова, что нужно простить скрывающихся во время переворота, и им следует быть смелыми, так как ничего страшного они не претерпят, ведь эти речи произносятся в храме и притом в городе отеческого Геракла. Скрывавшиеся из фасосцев, поверив миролюбию этих слов, выступили вперед. Лисандр, переждав несколько дней, чтобы они сделались смелее, приказал их, схваченных, убить[249].

5. Лисандр, когда лакедемоняне и союзники решили разрушить Афины, сказал, что это совсем не выгодно: ведь полис фиванцев, близко расположенный, станет слишком сильным и большим по отношению к ним. А если они овладеют Афинами через тиранов, они будут наблюдать за фиванцами вблизи и постоянно держать их в подчинении. Так как показалось, что Лисандр говорит наилучшее, он убедил не разрушать Афины[250].

46. Агис[251]

Агис, когда пелопоннесцы[252] воевали с лакедемонянами[253], во время голода предложил через один день не есть[254]. Желая устрашить врагов, он послал перебежчиков, чтобы они сообщили, что в предстоящую ночь большая помощь прибудет лаконцам[255]. Рты скоту он завязал на целый день, а в начале ночи развязал, так что голодный скот, освобожденный от уз, принявшись за траву и корм, стал подпрыгивать, и фыркать, и поднял большой шум; создавали эхо и горные утесы[256]. Агис приказал, чтобы воины, рассеявшись по разным местам, зажгли двойные и тройные огни. Пелопоннесцы, обманутые обилием крика и силой шума, — будто подходит большая помощь, — поспешно отступили[257].

47. Фрасил[258]

1. Фрасил, желая показать врагам, что он имеет мало триер, приказал своим кормчим построить корабли по два, на одном из них поднять паруса, и в связке присоединить веревками корабль без парусов к ведущему, притом что не были видны поднятые паруса (других триер). Таким вот образом половину кораблей он скрыл[259].

2. Фрасил и стратеги из его окружения угрожали византийцам[260]. Стратеги из окружения Анаксилая, из византийцев, испугавшись, как бы город не был захвачен силою, назначили время, в которое они передадут Византии, и дали заложников этого договора. Приближенные Фрасила отплыли под этими условиями в Ионию, но в эту же ночь возвратившись, овладели неохраняемым городом византийцев[261].

48. Конон[262]

1. Конон, оставленный союзниками, отправил перебежчика, чтобы он сказал врагам, что Конон собирается тайно уйти, и откуда, и в какое время. Те, сидя в засаде, стали подстерегать. Конон, как раньше узнавший о засаде, приказал союзникам отступать осторожнее; они, отступая, раньше заметив засаду, повернулись и, оставшись, до победы с ним сражались.

2. Конон убегал в море от Калликратида, имеющего вдвое больше триер, и уже был вблизи Митилены. Когда лаконские корабли во время преследования разделились, он поднял пурпурное знамя: а было именно оно для кормчих сигналом к сражению. Они, повернув корабли прямо на неприятеля, нападают на лаконские суда. Те, не выстроенные и пребывающие в беспорядке, устрашенные неожиданностью поворота, многие получили пробоины, многие затонули. А Конон всем этим приобрел победу[263].

3. Конон, будучи союзником Фарнабаза, когда Агесилай опустошал Азию, убедил Перса послать золото демагогам полисов Эллады, которые, взяв, убедят свои отечества пойти войной на лакедемонян. Подкупленные, они убедили, и началась Коринфская война; спартиаты же отозвали Агесилая из Азии[264].

4. Конон, запертый лакедемонянами в Митилене, спешит сообщить афинянам об осаде. Не будучи в состоянии остаться незамеченным осаждающими, он спустил в море два быстроходных корабля и посадил на них лучших гребцов из экипажей, сколько нужно потренировавшихся, приказав в кораблях спокойно оставаться. Когда наступил вечер, увидев, как охраняющие рассеялись по земле, — одни приводили себя в порядок, другие разжигали огонь, третьи готовили обед, — вот тогда он и отправил корабли, приказав быстро плыть в противоположные стороны, чтобы, если один и будет захвачен, другой по крайней мере сможет спастись. Оба спаслись, так как враги из-за задержки медлили преследовать[265].

5. Конон собирается вступить в морское сражение. Когда перебежчик донес, что лучшие вражеские триеры задались целью захватить корабль Конона, он, снарядив такую же триеру, как его, и украсив знаками стратега, поставил на правом крыле и приказал с нее дать сигнал всему войску. Враги, увидев это, сколько лучших кораблей имели, тотчас устремили на корабль стратега; а Конон, напав с остальным флотом, одни корабли потопил, другие стал преследовать.

49. Ксенофонт[266]

1. Ксенофонт выводил десять тысяч. Так как всадники Тиссаферна беспокоили обоз, он высказал мысль: повозки и лишнее из имущества сжечь, вместе сжечь и палатки, чтобы не пришлось эллинам, за это сражаясь, терпеть несчастья и испытывать препятствия к тому, чтобы идти дальше[267].

2. Ксенофонт, так как варвары по пути нападали, выстроив фалангу с двойным фронтом, взяв необходимый обоз в середину, отправился, поставив в арьергард всадников, метателей дротиков, пельтастов, которые отражали нападающих варваров[268].

3. Ксенофонт, так как варвары раньше заняли теснину, где необходимо было пройти эллинам, заметив с некой горы, что легко доступен холм, на котором варвары держат стражу, взяв эллинов, сколько, как он считал, будет достаточно, отправился туда, желая оказаться у тех над головой. Варвары, увидев, что враги оказываются выше, побежали, а Ксенофонт безопасно стал переводить эллинов[269].

4. Ксенофонт, пытаясь перейти реку, испытывал препятствия со стороны варваров, стоящих напротив. Выбрав из эллинов тысячу, он послал их к другому броду, а сам, идя к устью, пытался переправиться силой. Когда посланные переходят к стоящим напротив и когда они оказались у варваров над головой и нанесли им много ударов, люди Ксенофонта безопасно перешли[270].

Книга Вторая

Следующее содержится во второй книге «Стратегем» Полиэна:

1. Агесилай

2. Клеарх

3. Эпаминонд

4. Пелопид

5. Горгид

6. Деркилид

7. Алкет

8. Арксиланд

9. Исид

10. Клеандрид

11. Фаракид

12. Деифонт

13. Еврипонт

14. Эфоры

15. Гипподамант

16. Гастрон

17. Мегаклид

18. Гармост

19. Фиброн

20. Демарат

21. Гериппид

22. Исхолай

23. Мнасиппид

24. Анталкид

25. Агесиполид.

26. Сфенипп

27. Калликратид Киренец

28. Маг

29. Клеоним

30. Клеарх-тиран

31. Аристомен

32. Киней

33. Гегеторид

34. Диний

35. Никон

36. Диойт

37. Тисамен

38. Ономарх

Вам, священнейшие цари Антонин и Вер, преподношу и следующую вторую книгу «Стратегем», и самим, конечно, могущим понять, из какой истории и с каким трудом это собрав, я предоставляю вам быструю пользу; и я это делаю, не проводя досуг, но и ведя перед вами судебные дела.

1. Агесилай[271]

1. Агесилай воевал с акарнанцами и приходил к ним, когда следовало засеивать землю. Лаконцы решили запереть врагов. Агесилай считал, что акарнанцы больше будут желать мира, если у них будут плоды, за которые они будут бояться. «А если мира не будут желать, — сказал он, — то, стало быть, посеянное будет нашим»[272].

2. Лакедемоняне строились одновременно против фиванцев и афинян. Легкие[273] и пельтасты[274] были у лаконцев негодными, поэтому Агесилай решил повести на врагов всю фалангу. Хабрий[275] приказывает афинянам, а Горгид[276] фиванцам не выбегать вперед, а спокойно оставаться, выставив вперед прямые копья, а щиты приставив к колену. Агесилай, испугавшись спокойного хода битвы, отступил, полагая, что следует остерегаться полководческой силы врагов[277].

3. Агесилай еще не построил войско у Коронеи[278]. Некто пришел, сообщая ему: «Погиб Писандр[279], наварх[280] лакедемонян, побежденный Фарнабазом»[281]. Итак, чтобы отчаяние и страх никоим образом не завладели войском, Агесилай приказывает своим вестникам: «Сообщите воинам обратное: лакедемоняне побеждают на море». Одновременно и сам он вышел, украшенный венком, принес жертвы по поводу радостной вести и разослал друзьям куски от жертвенных животных[282]. Воины, слыша и видя это, еще более осмелев, с большим рвением сражались при Коронее.

4. Агесилай приказал дать проход бегущим из числа врагов[283].

5. Агесилай победил в Коронее фиванцев. Кто-то сообщил ему: «Враги сбегаются в храм». Он же приказал позволить им уйти, куда хотят, потому что опасно вступать в бой с теми, кто возобновляет его от отчаяния[284].

6. Агесилай в Азии убедил воинов презирать варваров, которых они до того времени боялись, раздев захваченных в плен персов, и выставив напоказ эллинам с одной стороны их слабые и белые от изнеженности тела, а с другой — их дорогие украшения и одежды, и то сказав полаконски: «Вот те, с которыми мы ведем борьбу, а вот то, ради чего мы воюем»[285].

7. Союзники обвиняли лакедемонян: «Самих нас служит в войске много, а вас, лаконцев, — мало». Агесилай тогда приказал, чтобы на. равнине отдельно расположились лаконцы и отдельно союзники. Разделенные таким образом, они стали сидеть. Глашатай объявил: «Пусть поднимутся гончары!». Со стороны союзников поднялось довольно много людей. «Вторыми пусть поднимутся кузнецы!» Также многие встали. «На третий раз — плотники!» Поднялось большинство. И других ремесленников и мастеров он набрал друг за другом, так что без малого поднялись все союзники, а из лакедемонян — ни одного, ведь им запрещалось заниматься каким-либо ремеслом. Таким образом, союзникам было доказано, что большую часть воинов из них составляют лаконцы[286].

8. Агесилай, когда он перешел в Азию и принялся опустошать землю царя[287], Тиссаферн[288] заключил перемирие. Перемирие было заключено на три месяца под тем условием, чтобы Тиссаферн убедил бы царя освободить эллинские города, сколько их есть в Азии, и позволил им управляться по своим законам. Эллины ждали условленного срока. Перс же, собрав многочисленный отряд, напал на эллинов. Был страх и ужас. Агесилай же с сияющим лицом, сильно обрадованный, скомандовал: «Я благодарю Тиссаферна за клятвопреступление, ведь себе самому богов он сделал врагами, а нам союзниками. Так пойдемте же смело, чтобы сразиться вместе со столь великими союзниками!». Вновь ободрились эллины словом своего полководца и, вступив в бой, победили варваров[289].

9. Агесилай, ведя войско к Сардам, разослал распространителей слухов, как бы обманывая Тиссаферна, он открыто готовится идти в Лидию[290], на самом же деле тайно направляется в Карию[291]. Это было сообщено Тиссаферну. Перс отправился охранять Карию, а лаконец напал в это время на Лидию и захватил большую добычу[292].

10. Агесилай вторгся в страну акарнанцев. Когда те бежали в горы, он не стал совершать стремительного нападения, а, разослав воинов в разные концы страны, приказал с корнем вырывать деревья. Акарнанцы, презирая его медлительность и задержку из-за деревьев, спустились с гор в города на равнине. Он же, пройдя маршем за небольшой промежуток ночи сто шестьдесят стадий, с рассветом напав на акарнанцев, находившихся на равнине, и захватив великое множество людей, скота и иного имущества, снялся с места[293].

11. Агесилай, узнав, что фиванцы охраняют проход, ведущий к Сколу[294], приказал всем посольствам от эллинских государств ждать его в Феспиях[295]. Но вместе с тем он приказал свезти туда и провиант для войска. Фиванцы, узнав об этом, выступили к дороге, ведущей на Феспии, и там сторожили. Агесилай, совершив двухдневный переход за один день и найдя дорогу на Скол пустой, прошел ее без боя[296].

12. Агесилай опустошал Фиваиду. Фиванцы заняли неприступный холм над дорогой, называемый «Старухиным сиденьем»[297], так что и войско построить против них было трудно и пройти вперед невозможно. Агесилай притворился, что ведет войско к городу фиванцев. Ведь он опустел, после того как все выступили в поход. Фиванцы, испугавшись за свой город, оставив холм, ушли в город. Агесилай же беспрепятственно перешел холм[298].

13. Агесилай после того, как в Левктрах многие из лакедемонян побросали оружие и оставили боевой строй, пожелал стать законодателем[299], чтобы большое число лаконцев не было обесчещено. Когда Агесилай был им объявлен, он не написал новых законов, но сделал так, чтобы старые законы имели силу после битвы при Левктрах[300].

14. Агесилай, когда в Спарте случилась смута, так что многие из гоплитов заняли священный холм Артемиды Иссории возле Питаны[301], а на Спарту наступали вторгшиеся беотийцы и аркадяне, и страх был великий, и смута во время войны, не испугался, но счел опасным нападать с оружием на тех, кто находился на холме, обращаться же с мольбой — унизительным. Сам же один, невооруженный, с непоколебимым и мужественным лицом подойдя к холму, сказал: «Не здесь, юноши, я вас поставил, но вот вас — на тот холм». Указав же на другой холм, сказал: «А вы уходите вон на то место и охраняйте его». Лаконцы же, так как, по их мнению, Агесилай не знал об их намерении отпасть, устыдились и послушно ушли туда, куда он им приказал, а ночью, выводя зачинщиков мятежа — двенадцать мужей, — одного в одно место, другого в другое, прекратил мятеж[302].

15. Агесилай, когда многие переходили на сторону врага, а войско пребывало в робости, чтобы убегавшие оставались незамеченными для остающихся с ним воинов, рассылая кругом по ночам своих людей, приказал собирать брошенные у постелей воинов и сисситий щиты и приносить их к нему с тем, чтобы не искать хозяина лежащего щита. Поэтому дезертировавшие еще более перестали быть заметными, поскольку не было видно их оружия[303].

16. Агесилай осаждал Фокею долгое время и не мог взять город. При этом он не мог переносить потерю времени. Но союзники фокейцев бедствовали гораздо больше. Он же, прекратив осаду, отступил, и радующиеся союзники фокейцев избавились от ушедших врагов. Тогда Агесилай возвратился и захватил город фокейцев, лишенный союзников[304].

17. Агесилай, проходя через Македонию, отправил послов к македонскому царю Аэропу[305], намереваясь заключить с ним договор о переходе через его страну. Аэроп не заключил договора, заявив, что сам выступит навстречу, и начал выстраивать конницу, узнав, что у лаконца мало всадников. Агесилай же, чтобы показалось, что он имеет всадников больше, чем есть, поставил впереди пешие отряды. Позади же, поставив в двойную фалангу всадников, сколько имел, смешал ослов, мулов и следовавших за ними коней, которые из-за старости считались пригодными возить грузы. Ехавшие на них люди, имея вооружение всадников, производили впечатление многочисленной конницы. Устрашенный Аэроп дал согласие на переход[306].

18. Агесилай расположился лагерем в Беотии. В то время как союзники боялись вступить в бой и втайне переходили в Орхомен — дружественный город, — Агесилай, незаметно отправив к орхоменцам послов, распорядился, чтобы никто без него не принимал в Орхомене союзников. Поэтому союзники, не имея того места, куда они могли бы отступить, уже не о бегстве, а о победе помышляли[307].

19. Агесилай сражался с фиванцами. Те, желая разорвать лаконскую фалангу и пройти через нее, упорно боролись, и было большое кровопролитие с обеих сторон. Агесилай приказал: «Прекратив яростную борьбу, давайте разойдемся!» Лаконцы разошлись, а фиванцы бежали в разные стороны. Агесилай напал на них с тыла и более не было убийства и тех и других, но одних лишь бегущих[308].

20. Агесилай, построив войско, увидя, что союзники действуют изменнически, отступил. Отступление проходило через горные теснины, в которых он ждал, что будут нападать беотийцы. Тогда он приказал лакедемонянам идти впереди, а союзникам двигаться в арьергарде, чтобы в случае, если враги нападут на него с тыла, союзники были бы вынуждены мужественно сражаться[309].

21. Агесилай, вторгшись в Беотию, приказал союзникам грабить и рубить деревья в этой стране. Поскольку они не решались на это, он распорядился воздержаться от разорения, однако стал переносить военный лагерь по два и по три раза в день. Ставя же по необходимости палатки, они рубили деревья в силу собственной нужды, а не ради нанесения ущерба врагам. Таким образом, вред для врагов был равный[310].

22. Агесилай, воюя в Египте вместе с Нектанебом[311], запертый в некую крепость, был осажден. В то время как египтянин не переносил осады, но считал достойным подвергнуться риску, Агесилай не слушался его, не дожидался пока крепость не была окружена со всех сторон рвом и стеною, кроме того небольшого места, которое служило отверстием и проходом в стене. Агесилай воскликнул: «Вот время боя!» и через этот проход устремился на немногих врагов, убивая их в узком месте и имея в качестве защиты окружающую стену, которая не позволяла его окружить[312].

23. Агесилай сражался с беотийцами. Победа была сомнительная, ибо ночь прекратила битву. Он же в середине ночи разослал самых надежных своих людей, приказав им распознать мертвых спартиатов, кого они могли, и, покрыв пылью, скрыть их. Они, сделав это, вернулись еще до наступления дня. Враги же, когда настал день, увидя, что лежат все трупы их собственных воинов, а тел спартиатов немного, стали унылыми и более трусливыми от мыслей, что дескать лакедемоняне имеют победу[313].

24. Агесилай, возвращаясь из Азии, проходил через Беотию. Фиванцы успели занять ущелья, через которые следовало пройти. Агесилай же, растянув фалангу, повел ее, построив по два, приказав открыто идти на город Фивы. Фиванцы, испугавшись, как бы он не занял Фивы, так как войско было вне города, оставив ущелья, поспешно в него вернулись. Агесилай же в безопасности провел войско[314].

25. Агесилай напал на Фивы. Фиванцы прорыли ров через равнину и поставили частокол: с обеих сторон частокола было два узких прохода. Агесилай, желая пройти, построив пустое каре[315], повел его к тому проходу, что был с левой стороны. Когда здесь построились все фиванцы, он, повернувшись от арьергарда ко второму проходу, не имеющему охраны, пройдя внутрь, опустошив страну, вернулся, не встретив никакого сопротивления[316].

26. Агесилай расположился лагерем вблизи Лампсака[317]. Пришли бежавшие с рудников некие эллины, сообщая, что у лампсакийцев все, кого они захватывали в плен, работают на рудниках. Войско вознегодовало и устремилось к городским стенам, чтобы разграбить город Агесилай, будучи не в состоянии помешать этому и желая спасти город, как бы выказывая сильный гнев, приказал, чтобы они (воины), побежав, вначале вырубили виноградники, ибо они принадлежат первым из лампсакийцев. Они обратились к вырубке, а он улучил момент и, послав вестников, сообщил лампсакийцам, что следует надежно стеречь город.

27. Агесилай, когда лакедемоняне и фиванцы стояли лагерем друг против друга, и посередине их разделяла река, видя, что лакедемоняне готовы перейти Эврот[318], опасаясь более многочисленных фиванцев вместе с союзниками, пустил вестников[319], будто бы есть оракул о том, что, первыми перейдя реку, они будут побеждены. Удержав таким образом лакедемонян, он, оставив немногих из союзников возле реки и командиром над ними фасосца Симмаха, приказав, чтобы, когда фиванцы перейдут реку, они бежали как можно быстрее, некоторых других скрыл в засаде в лощинах, а сам разместил воинов, приведя их в укрепленное и лесистое место. Фиванцы, увидев малочисленность тех, кто был с Симмахом, приободрившись, переправившись, преследуя бегущих, попав в засаду, были перебиты в количестве шестисот человек[320]

28. Агесилай, вторгшись в Мессению, отправил лазутчика. Когда тот сообщил, что не только мессенцы выступили из города, но и жены их, и дети, и свободные, он снялся с лагеря, так как они отказались от жизни и вследствие этого будут сражаться мужественнее[321].

29. Агесилай, когда лакедемоняне, запертые внутри Спарты фиванцами, желали не защищать себя, осажденных вместе с женами, но предпочитали, выступив наружу, делая нечто благородное, либо победить, либо умереть, удержал их, напомнив, что и мы когда-то осаждали афинян[322]. Они же сочли достойным, не выступив, самих себя всех истребить, но, разместив стражу в городе и на стенах, спасти себя, когда осаждающие со временем утомились и сами добровольно отступились от них[323].

30. Агесилай в Азии вез большую добычу, в то время как варвары нападали, стреляли из лука и метали дротики. Он же, сколько имел варваров из числа пленных, выставил их скованными и нагими перед лагерем. Нападавшие, узнав своих, прекратили стрелять[324].

31. Агесилай, тайно ночью вступив в Менду[325], держащую сторону Афин, заняв самое укрепленное место города, в то время как мендейцы были возбуждены и поспешно собрались в народное собрание, став, сказал: «Что вы шумите? Ведь половина из вас участвует в предательстве, поскольку позволили мне захватить город». Мендейцы, сочтя подозрительными друг друга, прекратили волнение.

32. Агесилай знатных и имеющих много друзей пленников отпускал без какого-либо выкупа, делая самих лишенными доверия у граждан.

33. Агесилай считал подобающим, чтобы при отправлении послов к нему посылались самые влиятельные из врагов, с которыми он будет вести переговоры о взаимных выгодах. Более всего с ними общаясь и участвуя с ними в жертвоприношениях и перемирии, возбуждал смуту в государствах из-за подозрений многих.

2. Клеарх[326]

1. Клеарх, ведя многочисленное войско, дошел до реки, местами удобопроходимой до голени, а местами глубокой по грудь. Сначала он постарался провести войско по удобопроходимому месту. Когда враги с отдаленного расстояния от реки начали метать из пращи, стрелять из луков и теснить переходящих через реку, Клеарх повел гоплитов через более глубокое место, чтобы большая часть тела была скрыта под рекой, а выступающая над водой прикрывалась щитом. Гоплиты, безопасно перейдя реку, отогнали врагов. Прочее же войско прошло беспрепятственно по удобному участку реки.

2. Клеарх после того, как пал Кир[327], отступая с эллинами, расположился лагерем в деревне, имеющей обильный провиант. Тиссаферн, направив послов, требовал, чтобы эллины оставались здесь, передав ему свое оружие. Клеарх отвечал, что принимает условия, если Тиссаферн разошлет большинство персов по деревням в надежде на перемирие. Тот же, решив, что Клеарх уступил, распустил свое войско. А Клеарх, ночью выводя эллинов, в походе опередил его на целый день и ночь, пока Тиссаферн медленно собирал отпущенных воинов[328].

3. Клеарх советовал Киру самому не подвергаться опасности, но наблюдать за битвой, ибо, сражаясь, он ни в чем важном делу не поможет, пострадав же, он погубит всех, кто вместе с ним. Фалангу эллинов он сначала повел шагом, изумляя варваров воинской дисциплиной. Когда же он должен был оказаться на расстоянии полета стрелы, приказал воинам бежать, чтобы стрелы не причинили им никакого вреда. И эллинское войско таким образом одолело персов[329].

4. Клеарх после смерти Кира, когда эллины заняли много хорошей земли, — река окружала ту землю, отделяемую очень небольшим перешейком, чтобы не являться островом, — препятствуя разбить внутри этой земли лагерь, поскольку он не убедил воинов, послал мнимого перебежчика, возвещавшего: «Царь грозит отрезать этот перешеек стеной!». Эллины, услышав это и подчинившись Клеарху, располагают лагерь вне перешейка[330].

5. Клеарх, угоняя большую добычу, подвергшись нападению на холме и обносимый частоколом врагами, когда командиры требовали идти на риск прежде, чем весь холм будет обнесен частоколом, приказал им не унывать: битва будет с немногими воинами неприятеля из-за вала. С приходом же вечера, оставив добычу, они прорвались в промежутке частокола, изрубая в узком проходе идущих навстречу врагов.

6. Клеарх, ведя добычу из Фракии[331], чтобы ему не возвращаться раньше времени в Византии[332], разбил лагерь рядом с некой фракийской горой. Когда же собирались фракийцы, он, зная, что те, пьяными, устремившись с гор, ночью нападут, приказал оставаться при оружии и часто пробуждаться, а сам, пока была темная ночь, взяв часть войска, стал появляться, ударяя оружием на фракийский манер. Они (греки), как если бы это показались враги, были готовы к бою. В это время и фракийцы появились, чтобы захватить спящих эллинов; но те, бодрствующие и вооруженные, встретив нападавших, большую часть их убили[333].

7. Клеарх после отпадения византийцев, наказанный эфорами[334], поплыл в Лампсак[335] с четырьмя кораблями и пребывал там, притворяясь пьяным и пирующим. Византийцы были осаждены фракийцами. Они отправили стратегов с тем, чтобы те попросили Клеарха о помощи. Он же, якобы будучи не в состоянии из-за пьянства встретиться с ними, на третий день вышел к ним и, утверждая, что пожалел просивших, заверил, что придет на помощь. Снарядив еще два корабля, помимо тех четырех, он поплыл в Византии и, созвав народное собрание[336], посоветовал, чтобы все всадники и гоплиты взошли на корабли с тем, чтобы напасть сзади на фракийцев и чтобы кормчие, отплыв в море, стояли на якоре, пока не увидят поданный им сигнал к битве. Таким образом, после того как все отплыли в море, Клеарх сказал стратегам, что испытывает жажду, и, увидев вблизи харчевню, войдя вместе с ними, поставив стражу, обоих внутри убил. И, закрыв харчевню и приказав харчевнику молчать, когда стратеги были убиты, а гоплиты отведены, сам, поспешно проведя своих гоплитов, захватил Византии[337].

8. Клеарх грабил Фракию и убивал многих их фракийцев. Те же отправили послов с тем, чтобы просить прекратить войну. Он же, считая мир невыгодным, приказал поварам, приготовив, повесить два или три разрубленных тела из трупов фракийцев. Если фракийцы, увидев, спросят о причине, он приказал говорить: «Клеарху готовится обед!» Послы фракийцев, увидя это, содрогнувшись, повернули обратно, ничего более не осмелившись сказать о примирении[338].

9. Клеарх, имея на равнине гоплитов, в то время как вражеские всадники теснили их и одерживали победу в конном сражении, построил войско глубиной в восемь шеренг и поставил воинов более редко, чем положено по правилу построения в каре, и приказал, чтобы они, опустив кинжал под щит, выкопали очень глубокую яму. Те выкопали ее, а он вывел гоплитов от рвов вперед на равнину. Когда же напали вражеские всадники, он приказал отступать задом до рвов. Враги, ничего не предвидя, сильно нападая конницей, попав в траншеи, падали друг на друга. Клеарховцы же убивали всадников, лежащих внизу.

10. Клеарх находился во Фракии, ночные страхи охватили войско. Он же приказал, если ночью возникнет шум, чтобы никто не поднимался на ноги; поднявшийся же будет уничтожен как враг. Этим приказанием он научил воинов презирать ночной страх, и, таким образом, они перестали вскакивать и тревожиться[339].

3. Эпаминонд[340]

1. Эпаминонда жену полюбил Фебид[341], охранявший Кадмею[342]. Она же донесла мужу о домогательстве. Эпаминонд повелел ей, чтобы она притворилась **[343] Фебида и назначила ночь, чтобы и к его друзьям привести других женщин. Так было условлено. Они же пришли и напились с людьми Фебида до опьянения. И попросили на короткое время выйти на какое-то ночное жертвоприношение и что будто бы они тотчас же вернутся. Те (друзья Фебида) вверили их привратникам, приказав тотчас же принять их обратно. Они же ушли, а у ворот были безбородые юноши, переодевшись в женские платья и взяв одну из женщин в качестве проводника по дороге внутрь дома, — она же должна была и немного поболтать с привратниками; вот таким образом войдя, они убили и самого Фебида и всех, сколько с ним тогда было[344].

2. Эпаминонд командовал фиванцами, лакедемонянами — Клеомброт[345]; была тогда битва при Левктрах; сражение же было нерешительным. Эпаминонд потребовал от фиванцев: «Подарите мне один шаг, и победа будет за нами!» Они послушались и победили. Лаконцы же отступили, и царь Клеомброт пал в той битве[346].

3. Эпаминонд при Левктрах уже вел фалангу. Феспийцы следовали с намерением изменить. Эпаминонд заметил это, но, чтобы войско не было приведено в замешательство в благоприятный момент сражения, объявил через глашатая: «Желающим из беотийцев пусть будет позволено уйти!» Феспийцы удалились со своим оружием. Эпаминонд же, воспользовавшись оставшимися гоплитами, построенными в боевой порядок и мужественными, славно победил[347].

4. Эпаминонд перешел в Пелопоннес. Неприятель, (вторгшись), расположился лагерем под Онеем[348]. Раздается гром, и страх завладевает воинами. Прорицатель велел остановиться. «Никоим образом, — сказал Эпаминонд, — ибо враги, разбив в таком месте лагерь, устрашены громом». Слова полководца вселили смелость в воинов, и они храбро последовали за ним[349].

5. Эпаминонд вторгся в Лаконику и намеревался разграбить город лакедемонян, но, изменив решение, не достигнув города, выступил в поход. Коллеги по должности[350] грозили ему судом. Он же, указав им на союзников аркадян, мессенцев, аргивян и сколько есть других пелопоннесцев[351], сказал: «Если бы мы опустошили лакедемонян, то теперь следовало бы сражаться со всеми ними; как и теперь, они воюют вместе с нами, истребляя лакедемонян, нисколько не усиливая фиванцев»[352].

6. Эпаминонд убедил фиванцев бороться с жившими[353] в Фивах лакедемонянами в гимнасиях. Они (фиванцы), легко опрокидывая их, научились презирать их и, как более мужественные, смело идя на них войной, изгнали.

7. Эпаминонд всегда выводил войско с восходом солнца, внушая представление, что он явно намерен сразиться. В Пелопоннесе же ночью, встав с места, он неожиданно напал на еще спящих лакедемонян.

8. Эпаминонд командовал фиванцами, Клеомброт — лакедемонянами и союзниками, — всего сорок тысяч воинов[354]. Фиванцы испугались массы врагов. Эпаминонд убедил их быть смелыми двумя уловками. Он устроил так, чтобы человек, не известный выступившим из города, украшенный венком и с лентами на голове, сначала явился фиванцам, возвещая: «Трофоний приказал мне сообщить фиванцам, что он дарует победу начавшим битву!»[355] После того как фиванцы ободрились и преклонились перед вмешательством бога, Эпаминонд приказал, чтобы они помолились, придя в храм Геракла. Было же и со жрецом Геракла давно оговорено ночью открыть храм, взять выставленное в храме оружие и, начистив его, положить перед богом; и чтобы он сам и служители, с ним бывшие, ушли прочь, никому ничего не сообщая. Когда же воины с командирами, войдя в святилище, увидели открытые двери, в то время как не было никого из служителей, увидели же и старое оружие, вновь вычищенное и сверкающее перед богом, они издали боевой клич и наполнились божественной отвагой, словно имея Геракла своим полководцем в битве. Таким-то вот образом удалось им, обретшим смелость, одержать победу над сорока тысячами.

9. Эпаминонд, желая вторгнуться в Лакедемон, после того, как лаконский гарнизон занял Оней, показывая, будто бы ночью собирается войти, уложил войско спать под самым Онеем. Лакедемоняне же, охраняя проход с оружием в руках, страдали, бодрствуя всю ночь. Когда же стало светать, Эпаминонд, подняв войско, напал на стражей, клонившихся ко сну, и, одолев их, легко прошел мимо[356].

10. Эпаминонд попытался ночью захватить город лакедемонян[357], оставленный гражданами. Агесилай, узнав от перебежчиков о нападении, быстро примчавшись со своим войском, раньше успев войти в город, дожидался фиванцев. Они же, напав, были с силою оттеснены лакедемонянами. Когда же, в сильной опасности впав в большую тревогу и принужденные ночью бежать, многие побросали свои щиты; Эпаминонд, видя случившееся, не желая, чтобы бросающие щиты были опозорены, возвестил через глашатая: «Никто из гоплитов пусть сам не несет щит, но пусть передаст его щитоносцам[358] или другим обозным[359]. Сами же следуйте за командиром[360], имея только копьями и кинжалами!» Таким образом, бросившие оружие в большинстве своем остались незамеченными и еще усерднее повиновались Эпаминонду в предстоящих опасностях за такое благодеяние[361].

11. Эпаминонд сражался с лакедемонянами. Поскольку битва была упорной, когда много пало с обеих сторон и ночь помешала достижению победы, каждая из сторон отступила в свой лагерь. Лакедемоняне же, расположившись по лохам и морам, эномотиям[362] и сисситиям[363], увидели массу погибших и, тем опечалившись, стали клониться ко сну. Фиванцам же Эпаминонд приказал расположиться лагерем, как каждому придется, и не искать ни своих лохов, ни отрядов[364], но, как можно быстрее пообедав, отдыхать, чтобы муж помог мужу из имеющихся припасов. Потому случилось так, что, пообедав, они поспешно легли отдыхать, и величайшим благом было то, что не заметили погибших, обедая не на обычных сисситиях, но порознь[365]. Потому, естественно, фиванцы, на следующий день построившись лучше[366], победили, а лакедемоняне из-за гибели своих были похожи на преждевременно побежденных.

12. Эпаминонд вел шесть тысяч[367] фиванцев против сорока тысяч спартиатов и их союзников. Когда граждане, естественно, боялись массы врагов, он исцелил их уныние. Была в Фивах статуя Афины, держащая копье в правой руке и имеющая щит, лежащий перед коленями. Он же, приведя ночью мастера, придал статуе другой вид и сделал богиню держащей щит за рукоятку. Когда настало время похода, он открыл все храмы, будто бы совершая жертвоприношения ради похода. Воины же, увидя переменившийся образ богини, изумились тому, что сама Афина словно бы вооружается против врагов. И много побуждал Эпаминонд воинов быть смелыми на том основании, что богиня будто бы выставила щит против неприятеля. Тем самым фиванцы ободрились и, вступив в бой, блестяще сражались и одолели гораздо более многочисленных врагов[368].

13. Эпаминонд у моста через Сперхей[369], — когда против него стояли фессалийцы, — видя, что от реки к востоку поднимается большой и густой туман, повелел каждому лоху доставить два груза срубленных деревьев — один груз зеленых деревьев, другой — высохших, и около середины ночи сухие, снизу, а зеленые, сверху положенные, поджечь. Одновременно были ночь, и туман, и дым. Воздух врагам был невидим. Эпаминонд же перевел по мосту воинов, а они вновь находились посреди равнины, так как рассеялся дым с туманом, фессалийцы узнали о переправе неприятеля[370].

14. Эпаминонд, возле Тегеи отваживаясь на борьбу с лакедемонянами, желая занять более возвышенные места, чтобы быть скрытым от врагов, приказал гиппарху[371] вместе с тысячью шестьюстами всадниками ехать верхом впереди фаланги и делать частые повороты туда и сюда[372]. Так как они подняли большое облако пыли, заслоняя себя от взоров врагов, он скрытно занял возвышенности. Спартиаты же, когда рассеялась пыль, увидев случившееся, поняли причину конных разъездов[373].

15. Эпаминонд, склоняя фиванцев к тому, чтобы напасть на самих лакедемонян, схватив самую большую змею, показал им ее и, в присутствии всех разбив голову животного, сказал: «Смотрите, что остальное тело бесполезно, когда уходит голова. Таким вот образом, когда мы разобьем (голову врагов), именно это лаконское войско[374], то прочее тело союзников будет бесполезным». Убежденные этим примером, фиванцы, смело устремившись на лаконскую фалангу, обратили ее в бегство, и масса союзников бежала.

4. Пелопид[375]

1. Пелопид осаждал города, отстоящие друг от друга на сто двадцать стадий[376]. Находясь рядом с одним из них, он распорядился, чтобы, когда он подойдет к городским стенам, четыре всадника, увенчанные венками, видимые всем, быстро прибыли, сообщая, что второй город взят. Услышав это, он выступил к тому городу, который, как казалось, был покорен, и, поджегши густой лес перед стенами, поднял много дыма, чтобы внушить неприятелям представление о том, что город горит. Они же, как это увидели, испугавшись предстоящего взятия, сдались Пелопиду. Он же, получив от тех войско, придя ко второму городу, и тот покорил, более не решавшийся сопротивляться. Таким вот образом, добившись впечатления, что один город он взял, а другой захватив, Пелопид покорил оба[377].

2. Пелопид, в Фессалии не будучи в состоянии перейти реку, когда его теснили враги, расположившись лагерем перед рекою, окружил его частоколом. Заставив воинов прекратить рубить густой лес, он посреди ночи сжег частокол. Когда огонь поднялся со всех сторон до больших размеров, враги были удержаны от преследования, а те, кто был с Пелопидом, безопасно перешли реку[378].

3. Фивы охранял лаконский гарнизон, и фрурарх был поставлен в Кадмее. Был праздник Афродиты. Женщины играли в честь богини. Мужчины находились возле них. Фрурарх решил почтить богиню. Он позвал гетер. Имея скрытый кинжал, Пелопид вошел и, убив фрурарха, освободил Фивы[379].

5. Горгид[380]

1. Горгид первым составил в Фивах священный отряд. Отряд был из трехсот любовников и возлюбленных. Ведь, любя друг друга, они никогда не побежали бы, но либо погибли бы друг ради друга, либо победили бы врагов[381].

2. Горгид, имея всадников, строил фиванцев против Фебида, имеющего пельтастов; местность же была узкой. Горгид, делая вид, что бежит от пельтастов, стал отступать лицом к врагу. Когда же враги начали налегать, он завлек их на просторное место. Там Горгид, подняв на копье шлем, дал сигнал к атаке. Когда же он на более широком месте развернул конницу, пельтасты, не выдерживая нападения всадников, без оглядки бежали в Феспии. Из них *** в бегстве[382]. Фебид тотчас же убежал следом за ними[383].

6. Деркилид[384]

Деркилид поклялся Мидию, тирану Скепсиса[385], под тем условием, чтобы тирана, вышедшего из города и побеседовавшего с Деркилидом, быстро отпустить обратно в город. И тиран вышел навстречу, Деркилид же приказал ему открыть ворота, а если нет, пригрозил убить его. Когда же, испугавшись, тиран открыл ворота, Деркилид сказал: «Теперь я отпускаю тебя в город, ибо я в этом поклялся. Что же до меня, то и я вхожу в город вместе со своими войсками»[386].

7. Алкет

Алкет Лакедемонянин, отправляясь от Гистиеи[387], желая остаться незамеченным, снарядив много кораблей, спустив в море одну триеру и сажая на нее по очереди воинов, чтобы врагам показалось, что у него имеется одно судно, тренировал экипажи всех триер[388].

8. Арксилаид

Арксилаид Лаконец, намереваясь с войском пройти внушающий подозрение путь, — то он не знал, что случится, но полагал, что может случиться, — это, словно предвидя наверняка, наперед сообщил воинам и приказал, чтобы они, готовые к бою, совершали путь, как если бы враги сидели в засаде. Когда случайно был обнаружен большой отряд, так как те не предвидели приготовления врагов, сам Арксилаид, опередив всех, напал и легко уничтожил сидевших в засаде, обманув неприятеля тем, что приготовился заранее.

9. Исид[389]

Исид Лаконец, после несчастья при Левктрах, когда фиванцы заняли гарнизоном Гифий — гавань Спарты, — взяв с собой сообщниками сотню сверстников, сделал так, чтобы они жирно умастились маслом, надели на себя оливковые венки и следовали за ним, имея под мышкой меч. Сам же он нагой отправился быстрым бегом; сверстники же обнаженными бежали вместе с ним. Когда фиванцы были обмануты наружным видом и гостеприимно приняли их, нагих и играющих, лаконцы, обнажив мечи, одних из них умертвили, а других изгнали, и сами завладели Гифием

10. Клеандрид[390]

1. Клеандрид Лаконец, ведя против Терины[391] войско по дороге в лощине, попытался тайно напасть на теринейцев. Те же, заранее узнав об этом от перебежчиков, поспешив к дороге, оказались над головою Клеандрида. Он же, когда воины были в отчаянии, приказав им не унывать, повел глашатая через войско, приказав ему восклицать: «Кто скажет условленный пароль теринейцев, того считать другом!» Теринейцы, услышав о предписании, стали подозревать, будто бы у них самих есть какие-то предатели, и сочли, что надо вернуться как можно быстрее, чтобы охранять город. Будучи совершенно обманутыми, они отступили. Клеандрид же беспрепятственно повел войско на возвышенности и, кроме того, еще и разграбив страну, безопасно удалился.

2. Клеандрид, предводительствуя фурийцами[392], победив в битве левканов[393], после победы вел фурийцев к месту битвы, показывая им, что они, сами оставшись на этом самом месте, благодаря этому победили, а враги, оказавшись далеко друг от друга, пострадали от того, что не оставались на месте, но рассеялись. Когда он излагал это фурийцам, появились левканы, имеющие гораздо большее войско. Он же вывел свое войско с широкого на узкое место, чтобы, сделав множество врагов бесполезным, поставить своих воинов (в) тесноте места в равное положение перед лицом опасности. И снова левканов победили фурийцы.

3. Клеандрид лучших из тегеатов, подозреваемых в лаконофильстве, сделал еще более подозрительными, не разграбив лишь их земли, а владения других опустошив. Тегеаты же с великим негодованием привлекли этих мужей к суду по обвинению в измене. Те же, испугавшись, что будут осуждены, приняв решение, предали город, принужденные страхом сделать ложное подозрение истинным[394]

4. Клеандрид, воюя с левканами, превосходя их в полтора раза по численности, думая, что, если его численность станет явной врагам, они отступят, не подвергая себя опасности, свел фалангу в глубину. Когда же левканы, пренебрегши ими как немногочисленными, вытянули в длину шеренги, стараясь растянуть свой строй дальше неприятельского и желая и *[395] было у них отступление, когда фаланга была развернута, он приказал эпистатам перейти в парастаты; сделав же свой строй гораздо более длинным, он стал окружать левканов с флангов[396]. Они же, будучи окруженными, поражаемые со всех сторон, все погибли, кроме немногих, которые спаслись, позорно бежав[397].

5. Клеандрид, приказывая фурийцам, бывшим в меньшем числе, не вступать в бой с массой врагов, сказал: «Где недостаточно львиной шкуры, там следует и лисью шкуру пришить».

11. Фаракид[398]

Фаракид, когда карфагеняне напали на Сиракузы, встретившись во время плавания с карфагенскими триерами и захватив девять из них, чтобы карфагеняне успокоились, когда он плыл к берегу, посадил на девять захваченных триер собственных гребцов и воинов. Карфагеняне, узнав свои корабли, не воспрепятствовали им, подплывающим к гавани сиракузян[399].

12. Деифонт[400]

Деифонт условился с дорийцами[401] вызвать аргивян[402] на сражение. Сам же, взойдя на корабли, встал на якорь под каким-то холмом, где он не был видим. Наблюдатель сообщил: «Дорийцы увозят отовсюду добычу, а аргивяне делают вылазку, оставив лагерь!» Деифонт и союзники, напав с кораблей, захватывают покинутый лагерь. Аргивяне, когда были пленены их отцы, дети и жены, передали дорийцам землю и города с тем условием, чтобы их спасти[403].

13. Еврипонт[404]

Еврипонт, царь лакедемонян, видя, что война с аркадянами[405] затягивается, замышляя произвести у них смуту, послал глашатая, возвещавшего: «Лакедемоняне перестанут воевать, если вы изгоните отягощенных преступлением!». Ими же являются те, кто убил Агиса[406]. Бывшие же виновными в убийстве и, сверх того, ожидая, что они будут преследоваться народом из-за стремления к миру, выйдя с кинжалами, закололи скольких могли. Многих же и рабов они приобрели себе в качестве союзников, обещая им свободу. Желающие же мира договорились, что, разделившись на две части, вооруженные, они, выступив, построятся в боевом порядке. Принадлежащие же к сторонникам народа, будучи побежденными, прибежав к некому участку стены и открыв ворота, впустили лакедемонян. Те же завладели благодаря смуте Мантинеей[407], которую не могли победить войной.

14. Эфоры[408]

1. Эфоры, когда был сделан донос, что Кинадон замышляет переворот, не считая, что его следует арестовывать в городе, немного ранее тайно послав в Авлон, в Лаконике, нескольких из всадников[409]; призвав Кинадона, эфоры отправили его с двумя воинами в Авлон, как бы для тайного дела[410]. Когда же они туда прибыли, посланные раньше всадники, арестовав его, подвергнув пыткам и узнав соучастников восстания, сообщили об этом эфорам. Они же, узнав тех, на кого было донесено, без замешательства убили их в отсутствие доносчика[411].

2. Эфоры, узнав, что у парфениев[412] есть условленный знак, — всякий раз, когда они намереваются начать восстание, они поднимают в центре агоры шапку, — приказали глашатаю возвестить: «Собирающиеся поднять шапку уходите с агоры!» После того как это было объявлено, соучастники восстания удержались от него, как будто бы их дело было раскрыто[413].

15. Гипподамант[414]

Гипподамант осаждался аркадянами в Прасиях[415]. Был голод. Спартиаты послали глашатая; аркадяне не позволили ему пройти внутрь. Гипподамант ответил глашатаю со стены: «Сообщи эфорам, что женщина развязывает ту женщину, связанную в храме Афины Меднодомной!»[416]. Аркадяне не поняли, а лаконцы уразумели, что Гипподамант сообщал о том, что голод ослабевает. Ибо было в храме Афины Меднодомной выставленное изображение Голода — женщина, написанная бледной, худой, со связанными сзади руками. Так что неизвестное врагам было ясным гражданам Гипподаманта[417].

16. Гастрон

Гастрон Лакедемонянин, намереваясь в Египте вступать в бой с персами, переменил паноплии и надел паноплии эллинов на египтян, а доспехи египтян на эллинов. Скрыв египтян (среди эллинов)[418], он, построив, повел вперед эллинов. Поскольку они нисколько не уступали, а пробивались вперед и смело шли на риск, Гастрон двинул в бой египтян в греческом вооружении. Персы, увидя их и подумав, что нападают эллины, бежали, нарушив свой строй[419].

17. Мегаклид[420]

Мегаклид, бежав на гору, густо поросшую лесом, будучи в осаде, выделив из войска ту часть, которая была бесполезной и более обременительной, приказал ей бежать через лес, зная, что это будет видно врагам. Они устремились на бегущих, а Мегаклид, имея годное и сильное войско, повернув от леса на противоположную дорогу, безопасно ускользнул.

18. Гармост[421]

Гармост-лакедемонянин осаждался афинянами, имея в городе провианта еще на два дня. Пришел глашатай-спартиат; афиняне не позволили ему идти внутрь стен, но дозволили говорить перед стеной то, что он желает, когда все услышат. Глашатай сказал: «Приказывают тебе лакедемоняне быть спокойным, как можно скорее ждать помощи!». Гармост же ответил: «Не очень спешите, идя на помощь, ведь у меня провианта еще на пять месяцев!». Афиняне, поскольку и зима наступала, отказавшись от длительной и зимней осады, и поспешно ушли, снявшись с лагеря.

19. Фиброн[422]

Фиброн, осаждая в Азии укрепление, убедил фрурарха[423] пойти на переговоры, поклявшись, что если они не договорятся, то обратно приведет его в крепостцу. Тот пошел и принял участие в переговорах. Стражи крепостцы в надежде на примирение пребывали в беспечном состоянии. В этот-то момент фибронцы, напав, штурмом берут укрепление. Фиброн же, отведя фрурарха обратно в крепостцу, тотчас же согласно клятвам приказал убить его внутри[424].

20. Демарат[425]

Демарат, сообщая спартиатам о походе Ксеркса, написав письмо на непокрытой воском дощечке[426], покрыл ее воском сверху, чтобы, как ненаписанное, оно было провезено через стражей.

21. Гериппид[427]

Гериппид, придя в Гераклею Трахинскую[428], созвав народное собрание, поставив вокруг гоплитов, объявил, чтобы трахинцы сели порознь. Они сели, он же велел, чтобы они передали лакедемонянам судебное разбирательство относительно того, в чем поступают несправедливо, будучи, как установлено законом в Спартиатиде, связанными[429]. Когда же, связанные гоплитами, они были выведены за ворота, то все были убиты.

22. Исхолай[430]

1. Исхолай в Эносе[431], видя рядом стоящих на якоре афинян с многочисленными кораблями, боясь, как бы ночью, подплыв с моря, они силой не отняли многие из его судов, приведя всех их к той башне, что стояла на дамбе, привязал их за мачты; более отдаленные суда он соединил канатами с более близкими так, чтобы связь между кораблями была друг через друга. Афиняне же, придя ночью, пытаясь оттащить их, не стащили с места ни одно из судов. Бывшие же в Эносе, когда стражи сообщили им об этом, выступив, преследовали афинян, одни с суши, другие с кораблей[432].

2. Исхолай на дороге, с одной стороны обрывистой и ненадежной, с другой же имеющей гору, которой владели враги, когда поднялся сильный ветер, зажег лес, так что когда сторожившие враги были преследуемы дымом и огнем, он безопасно вслед за этим по частям провел войско.

3. Исхолай, осажденный в Дрисе Хабрием[433], намеревавшимся подвести тараны, сам опередив его, обрушил часть стены, замыслив двоякое: чтобы его воинам храбро сражаться, не имея защиты от стены, врагам же, чтобы пренебрежительно относиться к подготовке осадных машин; враги же, боясь оставить без внимания добровольное окружение стеной[434], не осмелились войти в город.

4. Исхолай, когда его осаждали афинянами, узнав, что есть некоторые из стражников, которые его предают, ночью обходя караулы, приставил к каждому из стражников по одному из наемников. Сделав это, он спокойно избежал опасности предательства.

23. Мнасиппид

Мнасиппид вел небольшое число воинов. Когда же ночью напали враги, он приказал легковооруженным и трубачам, в темноте сделав обход, позади нападающих дать сигнал к нападению и метать. Враги же, как будто окруженные многочисленным войском, поспешно отступили.

24. Анталкид[435]

Анталкид, проводя время в Абидосе[436] с достаточно большим флотом, узнав, что аттические триеры, стоявшие на якоре в Тенедосе[437], боятся плыть в Византии к Ификрату, после того как кто-то сообщил, что Ификрат[438] будто бы осаждает халкедонян, являющихся друзьями, приказал отплыть к Халкедону[439] и, отойдя, расположился для засады возле Кизикской территории[440]. Те же, кто был в Тенедосе, узнав об отплытии Анталкида, поспешно попытались плыть к Ификрату. Когда же они оказались возле невидимых триер врагов, — но тайно стоящими на якоре, — Анталкид, неожиданно напав на аттические корабли, одни из них потопил, большую же часть захватил[441].

25. Агесиполид[442]

Агесиполид осаждал Мантинею вместе с союзниками, которые, хорошо относясь к мантинейцам из-за того, что лакедемоняне господствовали над Элладой, следовали за ними на войну, тайно же ночью посылали мантинейцам то, в чем они нуждались. Агесиполид, узнав о происходящем, стал выпускать много собак возле лагеря, большую же их часть — к той части, которая была возле города, чтобы никто не перебегал к неприятелю, опасаясь быть пойманным собаками[443].

26. Сфенипп[444]

Сфенипп Лаконец, притворно присужденный эфорами к штрафу, притворившись, что перебегает к тегеатам[445], когда они приняли его как имеющего причину для праведного гнева, он, подкупив правящих вместе с архонтом Аристоклом, вместе с ними во время процессии напав на него, собиравшегося приносить жертву, убил.

27. Калликратид

1. Калликратид Киренец попросил охранявшего акрополь Магне-сии принять четверых своих раненых. Когда он позволил, Калликратид, каждого вооружив панцирем, положил на носилки, передав им спаты[446] и накинув поверх хланиду[447]. Когда же несущие четверо носилок оказались внутри ворот, в то же время двадцать вооруженных юношей, убив стражников, заняли акрополь.

2. Калликратид, осаждаемый в Магнесии, когда враги подвигали к стенам тараны, сам, разрушив на непреодолимом участке стены часть башни, выждав момент смены атакующих, обошел стену и, напав с тыла, многих из них убил, немалое же число взял в плен. После же победы он восстановил стену[448].

28. Маг[449]

1. Маг, выступив в поход из Кирены, оставил из друзей тех, кто мог бы охранять город; орудия, снаряды и машины[450] запер внутри акрополя; убрал же и со стен брустверы с тем, чтобы, если кто-то задумает переворот, он имел бы открытый вход через ворота.

2. Маг, завладев Паретонием[451], приказал сигнальщикам зажигать дружеский сигнальный огонь вечером и его же опять — ранним утром. Благодаря обману сторожевых огней, он проследовал из этой земли до местности, называемой Хи[452].

29. Клеоним[453]

1. Клеоним, царь лакедемонян[454], осаждая Трезен[455], расположив вокруг большей части города метательные машины, приказал пускать снаряды, надписав на них: «Я пришел освободить ваш город». Имея же и трезенских пленников, освободил их без выкупа. Пленные же, войдя внутрь городских стен, объявили радостную весть. Эвдамид же, стратег Кратера, охраняя город, построил войско против замышляющих переворот. И пока те внутри сражались друг с другом, Клеоним, приставив лестницы, захватил город, разграбил его и поставил над ним гармоста-спартиата с гарнизоном[456].

2. Клеоним, осаждая Эдессу, когда после падения стены напали сариссофоры врагов, — а каждая сарисса была длиной в шестнадцать локтей[457], — уплотнил свою фалангу в глубину. Протостатов и их эпистатов[458] он построил без копий, приказав, если сариссофоры вступят в бой, схватить обеими руками сариссу и крепко держать ее, а следующим за ними воинам, обойдя каждого сариссофора сбоку, вести бой. Одни хватались за сариссы, таща их к себе, другие же, подходя сзади, убивали сариссофоров[459], и оказалась бесполезной длина сариссы из-за способности Клеонима[460].

30. Клеарх[461]

1. Клеарх гераклеот, желая построить акрополь, приказал наемникам тайно выйти ночью, красть, грабить, бесчинствовать и наносить раны. Возбужденные граждане призвали Клеарха помочь. Он же сказал, что не сможет иначе сдержать их отчаяние, чем если кто-нибудь не окружит их стеною. Когда гераклеоты согласились, он, обнеся стеной место в городе, устроив акрополь, не помешал тем (наемникам), себе же доставил возможность со всеми поступать несправедливо.

2. Клеарх, тиран Гераклеи, распространил весть о том, что будто бы желает удалиться вместе с копьеносцами и передать Совету трехсот государственные дела. Они же собрались в булевтерий[462] с тем, чтобы поблагодарить Клеарха и вернуть свободу. Он же, поставив вокруг булевтерия воинов, в то время как триста призывались глашатаем, по одному их арестовав, приказал всех вести на акрополь.

3. Клеарх, желая убить многих из граждан, не имея предлога, собрал их от шестнадцати до шестидесяти пяти лет в собачий зной[463], будто бы для осады города Астака[464]. Когда же он подошел близко к Астаку, то приказал гражданам в болотистом, безветренном и полном стоячей воды месте разбить лагерь, предписав заботиться о том, чтобы не появились из своей страны фракийцы. Сам же, словно бы собираясь испытывать тяготы осады вместе с наемниками, заняв высокие и тенистые места с проточной водою, разбил лагерь и до тех пор растягивал осаду, пока в летнее время болотистое и нездоровое место лагеря не сгубило граждан. Когда же все погибли, тогда он с наемниками снялся со своего лагеря, приписав эпидемии причину гибели граждан.

31. Аристомен Лакедемонянин[465]

1. Аристомен Лакедемонянин, союзник Дионисия, когда случилось незначительное бегство, видя смешавшиеся триеры, приказал своим воинам кричать: «Скорей бежать!» Враги, услышав этот крик, обратились в бегство, решив, что побеждены силой.

Аристомен Мессенец[466]

2. Аристомен, предводитель мессенцев, трижды приносивший жертвы по сто лакедемонян, однажды, получив тяжелые ранения, был взят в плен со многими другими мессенцами. Лаконцы решили всех сбросить со скалы, прочих нагими, а Аристомена из-за славы его доблести — с оружием. Прочие, упав, тот час же скончались, щит же Аристомена, притягивая воздух, легко опустил его на землю. Он, смотря на вершину и стоящие вокруг крутые скалы, не оставил надежду, но, тщательно рассматривая всю гору целиком, заметив чрезвычайно узкий проход и приходящих через него лисиц; отломав кость от лежащих трупов и схватив за хвост одну из лисиц кусаемый ею, он проходил вместе с ней теснины гор, костью отбивая и выламывая проход в горе, и ** выбежал вместе с ней. Претерпев это, он пришел к мессенцам, собирающимся вступить в битву, и, тотчас вооружившись, сам шел впереди фаланги. Лаконцы же, вновь увидев Аристомена в оружии, снова превосходящего всех в бою, снова преследующего, сброшенного на скалы, от которых еще никто никогда не спасался, все обратились в бегство, полагая, что сильнее смертной природы этот муж[467].

3. Аристомен мессенец, плененный лакедемонянами и охраняемый, когда те легли спать, прикатился к находящемуся рядом огню и, спалив веревки, убил стражей; тайно же пройдя в Спарту и пригвоздив их щиты к святилищу Афины Меднодомной[468], написал: «Аристомен от лакедемонян невредимым спасся». Это сделав, он вернулся в Мессению.

4. Аристомен мессенец, когда лакедемоняне совершали всенародное жертвоприношение Диоскурам, вместе с одним другом оба сели на белых коней и надели на головы шапки и золотые звезды. И когда уже прошла ночь, они явились на подходящем расстоянии лакедемонянам, отмечающим праздник вне города с женами и детьми. Они же, подумав, что случилось явление Диоскуров, перешли к пьянству и еще большей радости. Те же, сойдя с коней, обнажив мечи и перебив большую часть из них, поспешно ускакав, ушли[469].

32. Киней[470]

Борьба при Мантинее была равной у фиванцев и мантинейцев. Мантинейцы собирались отправить к фиванцам посла для переговоров о погребении павших воинов. Киней афинянин — брат его Деметрий погиб в битве, — сказал мантинейцам, что лучше видеть брата незахороненным, чем желать признаться врагам в поражении. Ведь и брат его мужественно погиб из-за того, чтобы не был поставлен трофей в честь победы над ним и его родиной. Мантинейцы, услышав это, отказались от переговоров[471].

33. Гегеторид[472]

Фасос[473] осаждали афиняне. Фасосцы утвердили закон: «Да будет смерть предложившему заключить мир с афинянами». Гегеторид, фасосец, видя много граждан, погибших от долгой войны и голода, накинув петлю на шею и придя в народное собрание, сказал: «Мужи-граждане, обращайтесь со мной как желаете и как вам угодно, но спасите оставшихся граждан, ценой моей смерти отменив закон». Фасосцы, это услышав, и закон тот отменили и Гегеторида оставили невредимым[474].

34. Диний[475]

Диний, сын Телесиппа, ферец, в фессалийском Кранноне[476] постоянно проводил время, охотясь на птиц, которые обитали у озер и рек. От такой жизни он перешел к тирании посредством вот какой хитрости. Краннонцы нанимали городскую стражу. Диний нанялся и до истечения трех лет очень аккуратно осуществлял охрану, так что для поздно ходивших ночи были безопаснее дней. Хвалимый всегда за эти дела, он и еще больше нанимал стражников, чтобы пользоваться большим почетом, делая стражу сильнее. Когда же город отдавал за плату десятую часть хлеба, он поставил своего младшего брата во главе сбора этой подати, чтобы отдавать ее на откуп, намного превосходя доход. Таким образом, назначив брата сборщиком десятины с земли и вверив ему многих молодых людей в полном расцвете лет, стражников крепостей и сборщиков плодов, идущих на уплату десятины, — когда был праздник так называемых Итоний[477], на котором все краннонцы забавляются, — присоединив к стражам в городе сборщиков пошлины с города и трезвых поставив над пившими, убив свыше тысячи граждан, стал тираном краннонцев.

35. Никон[478]

Никон, пират из Фер, тех, что в Пелопоннесе[479], непрерывно нападая, много вредил мессенцам. Агемах[480], стратег мессенцев, устроив на него засаду и схватив, привел в народное собрание мессенцев Никона, чтобы его пытать. Никон обещал передать им Феры, если они сохранят его невредимым. Убедив мессенцев, он выждал безлунную ночь и попросил, чтобы большинство шло на некотором отдалении, а немногие следовали за ним, подняв на себя большой груз колосьев. Подойдя к стене ко времени второй стражи, Никон подозвал охранников, назвав пароль. Когда они, узнав его голос и пароль, открыли ворота, те, кто нес груз, бросив его и обнажив мечи, убили стоявших у ворот. Те же, кто следовал позади, напав, завладели городом.

36. Диойт[481]

Диойт, стратег ахейцев, будучи не в состоянии взять город герейцев[482] открыто, захватил его тайно, подкупив большими суммами некоторых из герейцев. Последние, часто приходя к воротам и обхождением склоняя к себе тех, кому были вверены ключи от ворот, выпивая с ними, незаметно отпечатали себе баланагры[483] и передали Диойту их оттиски. Он, заготовив ключи, равные и подобные городским ключам, отправил их подкупленным герейцам, назначив им ночь, в которую они откроют ворота, а Диойт с немногими воинами войдет в город. С помощью одной стратегемы с баланаграми он обеспечил вход своим воинам, другой же стратегемой он воспользовался, уже войдя в город. Ведь после того, как герейцы, услышав о случившемся, выскочили — а многие из них хорошо знали городские места, — Диойт, испугавшись их, приказал, чтобы трубачи, разойдясь по разным частям города, дали сигнал к нападению. Герейцы, слыша из многих мест множество труб, отовсюду окруженные их звуком, решили, что все занято врагами. Они оставили город и отправили послов к Диойту, умоляя вернуть их отечество, чтобы в следующий раз покориться ахейцам[484].

37. Тисамен[485]

Тисамен, ведя войско, видел, что много птиц пролетает над одним местом. Однако он не замечал, чтобы они садились на землю, так как, боясь людей, расположившихся в том месте, не решались садиться. И, изучив местность, он напал на засевших в ней и убил ионийцев, устроивших засаду.

38. Ономарх[486]

1. Ономарх Фокидянин, осажденный беотийцами в Элатее, выведя войско и загородив ворота, поставил поочередно детей, жен, матерей и отцов, а перед ними построил гоплитов. Пелопид[487], поняв, что это приготовление от отчаяния, поскольку они были готовы погибнуть или победить, отступил, не завязав боя[488].

2. Ономарх, готовившийся к бою против македонян, занял у себя в тылу полукруглую гору и, спрятав на обеих вершинах камни и камнеметы[489], вывел войско на лежащую внизу равнину. Когда же наступающие македоняне выстрелили, фокидяне притворились, что бегут к середине горы. Македоняне уже теснили их, преследуя с мужеством и напором, те же, метая камни с вершин, сокрушали македонскую фалангу. Именно тогда Ономарх дал сигнал фокидянам повернуть и атаковать врагов. Македоняне же, когда одни атаковали их сзади, а другие метали камни, с большим трудом бежав, отступили. Говорят, что во время этого бегства царь македонян Филипп сказал: «Я не бежал, но отступил, как баран, чтобы снова произвести более сильный удар»[490].

Книга Третья

Следующее содержится в третьей книге «Стратегем» Полиэна:

1. Демосфен

2. Пахет

3. Толмид

4. Формион

5. Клисфен

6. Фриних

7. Лахар

8. Архин

9. Ификрат

10. Тимофей

11. Хабрий

12. Фокион

13. Харес

14. Харидем

15. Деметрий Фалерский

16. Филокл

Вам, священнейшие цари Антонин и Вер, преподношу и следующую третью книгу «Стратегем», с помощью которых не только сражаются, но и мирными делами занимаются, чтобы наиполезнейшим средством стала полководческая мудрость и искусство. Ибо всем правителям нужна стратегия и предусмотрительность в государственных делах, благодаря чему города достигнут того, что им нужно. Вы же, имея неограниченную власть и находясь во главе всех всегда, с полководческим умением принимаете решения, полезные для подданных, потому что и во время мира нужно упражнять ум стратегическими размышлениями, а во время войны — нужно ли что-то говорить? — ибо и так очевидно.

1. Демосфен[491]

1. Демосфен, когда Пилос[492] имел лакедемонскую охрану[493], приплыл на мыс[494]. Лакедемоняне, оставив Пилос, отправились на мыс, считая, что он там высадится, а путь был долог. И вот уже враги приближались к мысу; Демосфен же, повернув к городу, захватил лишенный людей Пилос[495].

2. Демосфен, командуя акарнанцами[496] и амфилохами[497], разбил лагерь против пелопоннесцев, так что их разделил большой овраг. Видя же, что враги значительно более многочисленны и их войско вытянуто, он поместил в засаду в глубокую и покрытую кустарником ложбину гоплитов[498] и триста легковооруженных, чтобы, после того как неприятель совершит фланговый охват их крайнего крыла, они, выйдя, оказались с тыла. Итак, враги совершили фланговый охват, воины же из засады подошли с тыла и, внезапно напав, без большого труда победили в битве[499].

2. Пахет[500]

Пахет, осаждая Нотий, призвал Гиппия, стратега Писсуфна, для переговоров выйти из крепости, обещая отпустить его живым и невредимым. Когда же тот вышел, Пахет, заключив его под стражу, приступом взял Нотий. А затем Гиппия в город живым отвел, как было гарантировано, а после этого убил копьями.

3. Толмид[501]

Толмид, когда афиняне постановили предоставить ему каталог[502] из тысячи мужей, подходя к каждому из юношей, говорил, что намерен зачислить его в свое войско, если бы тот добровольно стал воевать. И тогда записалось три тысячи добровольцев, остальные же не склонились. Толмид из непожелавших выбрал тысячу человек и заполнил пятьдесят триер[503] вместо тысячи четырьмя тысячами мужей[504].

4. Формион[505]

1. Формион, придя в землю халкидцев[506] и захватив немало богатств этой земли, прибыл на Скирос[507]. Халкидцы отправили послов с требованием прекратить грабеж; он же тайком спустил на воду вспомогательное[508] судно, как будто из Афин прибыли от народа, вызывая его срочно в Пирей[509]. А послам объяснил, что его требуют назад, сам же, выйдя в море, ночью встал на якоре у одного островка. Халкидцы, и чтобы своими делами заняться, и потому, что считали, что Формион отплыл в Афины, оставили город и страну без охраны. Он же (Формион) к оставшимся без охраны вскоре вернулся и городом завладел; и всю добычу, что была в этой стране, вывез[510].

2. Формион, имея тридцать кораблей против пятидесяти кораблей противников, выйдя в море, построил свои корабли по пять и против строя неприятелей вывел эти корабли стройными рядами. Когда же неприятели из-за чрезмерного усердия быстро разъединились и самые быстрые триеры во время движения оставили намного позади остальные, Формион, увидевший этот их беспорядок, устремил свою пятерку кораблей и вступил в бой с оказавшимися вблизи него триерами и, потопив эти, поплыл против остальных; а когда другие триерархи[511] попытались сделать то же самое, враг обратился в бегство. Войско же Формиона, преследуя беглецов и большинство из них потопив, одержало победу[512].

3. Формион, плывя около Навпакта[513] на «Параде»[514], был преследуем двумя триерами. А в это время из-за качки стояло на якоре некое грузовое судно; Формион, будучи уже застигнутым теми триерами, за него заплыл и, на более медленную из триер со стороны кормы напав, потопил ее и, повернув ко второй, легко уничтожил и эту[515].

5. Клисфен[516]

Клисфен Киру[517] осаждал. Киррейцам было предсказание, что город не будет завоеван до тех пор, пока море не коснется земли киррской[518]. Киррейцы же пренебрегли им, так как весьма далеко от моря отстояли. А Кирра касалась священной земли, доходящей до моря. Клисфен, это прорицание узнав, посвятил богу и город, и землю киррскую, чтобы вся она, жертвенным даром сделавшись, по предсказанию оракула коснулась моря. Это совершив, он завладел землей и посвятил ее богу[519].

6. Фриних[520]

Фриних, будучи стратегом на Самосее[521], предавая город и будучи готовым к тому, что это станет явным, а он неизбежно будет обвинен, сам сделав первый шаг, объявил самосцам, как намеревались поступить враги[522]. «Они намереваются напасть на неукрепленную часть Самоса не всеми из стоящих у них на якоре кораблями. Но, опередив их, мы построим укрепление». И они начали постройку укрепления. Недоброжелатели из окружения Алкивиада[523] отправили самосцам письмо, открывающее измену Фриниха. Самосцы скорее поверили этим делам Фриниха как хорошего стратега, чем письму недоброжелателей[524].

7. Лахар[525]

1. Лахар, после того как Афины были взяты Деметрием[526], надев грубую рабскую одежду, черной краской измазав лицо, неся под складками платья корзину, через маленькую калитку тайно вышел, сел на коня и, держа в руках золотые дарики[527], пустился в бегство. Тарентинские всадники[528] с большой скоростью преследуя его, не отставали. Тогда он понемногу начал бросать на дорогу дарики; и те, сходя с коней, стали собирать золото. После того как это было проделано несколько раз, погоня прервалась, и Лахар, ускакав, смог уйти к беотийцам[529].

2. Лахар, когда Фивы[530] были захвачены[531], в подземные ходы спрятавшись и через три или четыре дня вечером выйдя, пришел в Дельфы, а оттуда прибыл к Лисимаху[532].

3. Лахар, после того как враги захватили Сест[533], несколько дней провел, спрятавшись в яме, имея столь скудную пищу, чтобы только не умереть; в это время некая женщина совершала похороны умершего родственника, и он, в женском платье смешавшись со скорбящими, покрытый черным покрывалом, вышел из укрытия и с наступлением ночи прибыл в Лисимахию[534].

8. Архин[535]

Архин, когда аргивяне[536] заготовляли оружие на народные средства для всех граждан, назначенный эпимелетом[537] этих работ, выдавая каждому из граждан новое оружие, старое забирал, будто бы возвращая его богам — а именно таким образом это представлялось аргивянам. Собрав же у себя все старое оружие и вооружив им иноземцев и метеков[538], и лишенных гражданских прав, и неимущих, захватил верховную власть у аргивян.

9. Ификрат[539]

1. Ификрат на врагов вывел фалангу; некоторые из следовавших за ним воинов были нерешительными и боязливыми, и побледневшими. Видя их, Ификрат, пройдя небольшое расстояние, объявил: «Так как поход случился неожиданно, если кто-то что-то оставил, пусть вернется и, подготовившись хорошо, придет обратно!» Обрадовались те боязливые и тотчас вернулись. Ификрат же, не дожидаясь их, сказал: «Теперь, мужи, когда люди с рабской душой устранены, мы с врагами вступим в бой, чтобы мы одни и плоды доблести получили». Гораздо более уверенными стали воины и, начав бой без робких, победили[540].

2. Ификрат, обратив неприятелей в бегство, преследовал их, ведя фалангу осторожно, и, отдавая приказ, сказал: «Будучи проворными, вы остерегайтесь засад, а нападайте на отстающих из убегающих; где переправы рек, где узкие места и канавы, там более всего не следует окружать беглецов, чтобы они не были вынуждены из отчаяния сражаться[541]; преследовать вблизи укреплений невыгодно, ибо многие, оказавшись уже в пределах досягаемости снарядов[542] и понеся потери, отступали».

3. Ификрат ночью захватил вражеский город; они же (жители) сошлись на агору[543] и собрались в большом количестве. Ификрат приказал отворить ворота, предоставляя им повод к бегству, чтобы самому более безопасно господствовать над городом.

4. Ификрат вторгся во Фракию[544]. Когда его воины испугались врагов и обратились в бегство, он возвестил, что тот, кто укажет на бросившего своего осла[545] для оружия, получит талант[546] серебра, даже если он поддался панике[547]. Этим вот приказанием Ификрат усмирил чувства воинов и этим сделал их более склонными держаться своего места в строю[548].

5. Ификрат, желая пройти через середину местности, занятой врагом, послал ночью на окраины занимаемых врагом территорий трубачей, велев подать сигнал к бою. Они подали сигнал и враги устремились на эхо трубачей. Ификрат безопасно перешел середину местности, оставленной врагами пустынной[549].

6. Ификрат, потерпев поражение, с немногими своими воинами бежал в местность лесистую и густо поросшую деревьями. А так как хотел уберечься, то послал ночью в другую сторону отряд, чтобы он произвел шум. Когда враг повернул в сторону шумящего отряда, он сам другой стороной беспрепятственно ушел[550].

7. Ификрат, когда неприятели шли против него войной, продвигался три дня, оставаясь незамеченным. Изыскивая средства, чтобы укрыться, он зажег сухие дрова и на эти сухие наложил свежие; и воздух, став непрозрачным и дымным, заслонил его от глаз врагов.

8. Ификрат имел воинов больше, чем у врагов, и прорицатели[551] предсказывали хорошие знамения, но он не решался выстраиваться в боевом порядке. Так как эта отсрочка оказалась для многих неожиданной, сказал: «По моему мнению, знамения не позволили вступить в бой, ибо многочисленные имеющиеся воины ни выступить вместе, ни спеть пеан[552] не были в состоянии, когда же я призвал их наклонить копья[553], больше слышался стук зубов, чем оружия».

9. Ификрат, когда прорицатели не советовали сражаться, не сразу же поддавался, но или силы перестраивал, или позицию изменял, или местность менял и снова о том же вопрошал богов. Это он делал часто, не вверяя предприятие одному-единственному рассматриванию внутренностей животного[554].

10. Ификрат командовал, строя войско против лакедемонян. Многие призывали его, чтобы он назначил одного — хилиархом, другого — пентакосиархом, а третий стремился стать таксиархом, четвертый же — лахагом[555]. Удовлетворение просьб всех этих призывающих он отсрочил до подходящего момента. А момент таким был. Он вывел фалангу и, поставив строй, приказал тайно поднять панику[556], будто бы напали враги. Всеобщее смятение было велико: трусливые, испугавшись, убежали, отважные же вышли, готовые к сопротивлению врагу. Ификрат, рассмеявшись, признался, что сам тревогу вызвал, испытывая воинов, чтобы управляли войском способные к этому. И оставшимся непоколебимыми дал хилиархии[557] и таксиархии[558], бежавшим же приказал им подчиняться[559].

11. Ификрат, намереваясь разбить лагерь, послал некоторых из воинов найти надежное место в значительном отдалении от настоящего лагеря. Когда окружающие удивились и спросили: «Что еще ты ищешь?», Ификрат в ответ сказал: «Кто предполагал, что это будет сделано?», поучая тем самым, что на войне нужно, чтобы предосторожность была, даже когда нечего опасаться.

12. Ификрат на большой равнине выстраивал войско. Враги, во много раз превосходящие, наступали; он же позади своих воинов вырыл глубокий ров, чтобы, не имея надежды на побег, они более доблестно сражались, оставаясь в строю.

13. Ификрат, если вступал в бой с неопытными врагами, а сам имел воинов тренированных, не тотчас же начинал битву, а, оттягивая время, в этом положении сначала ослаблял врагов (как это случается с менее опытными) и тогда нападал. Если же с опытными намеревался сражаться, а сам имел воинов нетренированных, немедленно вступал в бой, в полной мере пользуясь первыми порывами своих воинов[560].

14. Ификрат, обратив в бегство врагов, оттеснил их в узкую местность; видя же, что они не имеют никакого пути для отступления, разве что победить по необходимости, сказав: «Не будем вынуждать врагов становиться доблестными», — предоставил им для бегства подходящий момент и место, чтобы потом самому безопасно победить[561].

15. Ификрат, избегая смертного приговора, представил суду юношей, имевших спрятанные кинжалы; они, показав дикастам[562] рукоятки, до такой степени их потрясли, что те, испугавшись, вынесли оправдательный приговор[563].

16. Ификрат, даже к родственнику[564] в дом отправляясь, надевал панцирь, говоря: «Я забочусь о своей защите».

17. Ификрат и в дружественной стране лагерь частоколом обносил, говоря: «Не по-полководчески это — не думать наперед»[565].

18. Ификрат, желая быть скрытым от врагов, находящихся на близком расстоянии, и безопасно отправиться в поход, какие были в том месте деревья обрубил и приладил к ним щиты, шлемы, копья. У врагов на самом деле было впечатление, что они (Ификрат с войском) пребывают на том же месте, а Ификрат со всем войском безопасно выступил.

19. Ификрат, когда имел воинов больше, чем у врагов, и желал скрыть этот факт, чтобы иметь врагов, с пренебрежением к ним (Ификрату и войску) относящихся, приказывал делать воинам одну лежанку на двоих, на ней по очереди отдыхать и оружие класть одно на другое. Если же немногих воинов имел, то, чтобы враги ими не пренебрегали, велел каждому воину делать две лежанки и быстро переходил в другое место. Когда же враги эти лежанки обнаруживали и устрашались их количеством, он, в это самое время напав, начинал бой.

20. Фиванцы замышляли напасть ночью на Афины. Ификрат, узнав об этом, отдал распоряжение афинянам, после того как он ночью подаст сигнал, собраться на агору[566]: «Неверен мне город фиванцев, и мы, спокойно выйдя и внезапно напав, без боя захватим Фивы». Это было сообщено фиванцам, и фиванцы, узнав, удержались выступать против Афин, а решили защищать свой город[567].

21. Ификрат имел немногих воинов и тех павших духом. Желая придать им смелость, он во время обеда созывает лохагов и таксиархов[568] и приказывает принести, сколько каждый имел серебра или золота, или украшений будто для того, чтобы склонить врагов к предательству, а дав предназначенное на подкуп, уже идти на врагов. Они это исполнили, а он, взяв ценности, дал пароль «Гермес Дружественный» как задуманное им относительно предателей[569], и через некоторое время повел в бой воинов. Они же, поверив, что имеют дело с предателями, стали более бесстрашными к битве.

22. Ификрат построение войска сравнивал с человеческим телом. Грудью он называл фалангу, руками — легковооруженных, ногами — конницу, головой — стратега. «Если других частей не хватает, войско хромое и увечное; если же стратег погибает, все оно, бесполезным став, гибнет».

23. Ификрат в Митилене[570] распространил слух: «Следует в скором времени подготовить много щитов, чтобы послать рабам хиосцев»[571]. Хиосцы, услышав это и испугавшись рабов, тотчас послали к нему деньги и заключили симмахию[572].

24. Ификрат подступал к Сикиону[573]. Лаконский гармост[574], рассчитывая на то, что из Лакедемона направляется помощь, велел, чтобы посланные были поставлены в засаду. И они действительно устроили засаду. Ификрат же, двигаясь к городу, засаду прошел. Какие-то юноши из города дерзко пригрозили ему: «Теперь-то ты будешь наказан». Ификрат, догадавшись, что есть кто-то, на кого они рассчитывали, тотчас же свернул с дороги на более короткое бездорожье и, отобрав самых сильных, сам внезапно напал на сидящих в засаде и всех перебил, признавая, что ошибся, не разведав заранее места. Но тем, что быстро заподозрил засаду, он наилучшим образом воспользовался, быстро напав первым на сидящих в засаде[575].

25. Ификрат намеревался вступить в бой с варварами и, желая придать своим воинам больше смелости, сказал: «Боюсь, не осведомлены варвары, что обычно я устрашаю врагов уже тем, что я Ификрат[576], но я-то позабочусь, чтобы теперь они это сами узнали и другим сообщили; только и вы поддержите меня». Когда же эти войска сошлись и кто-то сказал, что враги страшны, он ответил: «А насколько мы для них страшнее?»[577]

26. Ификрат призвал воинов, благодаря которым многочисленные и славные сражения под его предводительством были выиграны, только в том ему угодить, чтобы первыми выступить против неприятелей, зная, что, если они не ревностно это сделают, случится так, что неприятели сделают это первыми.

27. Ификрат заверял, что предоставит воинам победу, если они в тот момент, когда он поднимет сигнал[578], ободрив друг друга, сделают один шаг вперед. Наступил кульминационный момент битвы, и стратег поднял сигнал, и воины, издав боевой клич, сделали шаг вперед и врагов, потеснив, обратили в бегство.

28. Ификрат под Коринфом[579] предводительствовал афинянами, воевавшими с фиванцами. Афиняне очень спешили вступить в бой; Ификрат же, видя, что враги более многочисленны и весьма гордятся недавней победой при Левктрах[580], не вывел своих воинов, но и сказал им: «Я вас довел до такой степени отваги, что вы можете относиться к беотийцам с презрением; если же найдется кто-то из стратегов могущественнее меня, тот пусть вас и ведет». Так он удержал афинян, и они сдержали порыв искусством стратега: не бросаться вперед с поднявшимися раньше времени, но порыв свой расчетом сдерживать[581].

29. Ификрат обвинялся по суду в предательстве[582], обвиняли Аристофонт[583] и Харес[584]; обвинение же состояло в том, что будто бы у Эмбата[585] он (Ификрат), будучи в состоянии победить врага, не вступил в морское сражение[586]. Он, видя, что суд оборачивается против него, речь прерывая, как будто невзначай показал дикастам меч; они же, испугавшись, как бы вся его гетерия[587], вооружившись, не окружила дикастерий[588], единодушно все вынесли оправдательный приговор[589]. После этой победы в суде, когда кто-то обвинил его, будто бы он ввел в заблуждение дикастов, Ификрат сказал: «Хорош бы я был, если бы, воюя за афинян, за себя самого против афинян уже не смог бы постоять».

30. Ификрат, испытывая нехватку денег, склонил афинян к тому, чтобы те из построек, что выступают на городские улицы, отсечь или продать, так что владельцы таких домов внесли большие суммы денег ради того, чтобы их дома не отсекались и не были повреждены[590].

31. Ификрат после битвы каждому из захваченного раздавал в зависимости от приложенных усилий. Если же он получал дары гостеприимства от городов, то и от них распределял каждому, но не каждому отдельному воину, но по племенам[591], и лохам, и по роду оружия: всадникам — одно, гоплитам — другое, легковооруженным — третье[592]. Перед сражением, призвав к тишине, обещал отличившемуся среди гоплитов награду и ее (награду) опять же отличившемуся среди всадников или пельтастов и соответственно во всех отрядах. И во время праздников и панегиреев[593] тех, кто оказался мужественнее остальных, награждал почетными местами. Все это он предпринимал, чтобы сделать воинов более стойкими к опасностям.

32. Ификрат всевозможно упражнял своих воинов, устраивая псевдозащиты, псевдозасады, псевдопредательства, псевдоизмены, псевдонападения, псевдопаники, чтобы, если когда-то нечто подобное произойдет, они нисколько не были устрашены[594].

33. Ификрат находился около Священной горы[595]; в то время как враги расположились против него и отстояли на пять стадий и удерживали самое высокое место около моря, и путь на них по одной дороге — остальная же местность круто обрывалась в море, — он, отобрав сильных мужей, дождавшись безветренной ночи, обильно натеревшись маслом, с необходимым оружием прошел по морю, в более глубоких местах проплывая, и, обойдя стражников, высадился, оказавшись позади них, всех их перебил и провел свой отряд по узкому пути вдоль горы, и, пока еще была ночь, напав на оставшихся без охраны и неожидавших врагов, некоторых из них убил, других захватил в плен[596].

34. Ификрат, видя, что зима и холода являются подходящей порой для нападения[597], решил вывести воинов. Так как они из-за плохой одежды и холода не стремились к выступлению, он сам, надев платье скромное и по сравнению с другими более жалкое, обходя палатки, стал каждого призывать отправиться против врага. И они охотно за ним последовали, видя стратега бедно одетого и необутого, радеющего о всеобщем спасении.

35. Ификрат, если не имел возможности выдать жалованье, вел войско в местности ненаселенные и отдаленные, чтобы как можно меньше денег тратилось; если же он не был стеснен в средствах, вел их в города и местности богатые, чтобы, как можно быстрее потратив жалованье, из-за потребности в деньгах они старались бы сделать что-нибудь славное. Вообще он не позволял им пребывать в праздности, даже если не было войны, всегда что-нибудь воинам поручал: или рыть, или возводить вал[598], или срубать деревья, или переносить, или переделывать[599], желая, чтобы в свободное время они вводили какие-то усовершенствования.

36. Ификрат, разграбив Самос, приплыл на Делос[600]. Самосцы отправили послов, желая выкупить захваченное; он же, соглашаясь отдать, тайно отослав гребное судно, приказал сделать так, что оно будто бы приплыло из Афин, привезя предписание, будто афиняне приказывают ему вернуться. И он, благосклонно примирившись с самоедами, объявив триерархам отплытие, отправился на пустынный остров и оставался там на якоре ночью и днем. Самосцы, узнав, что Ификрат отплыл, поступив с ними гуманно, безбоязненно в городе находились и безбоязненно в свою страну отправились; он же, подготовившись и снова поплыв на Самос, захватил добычи намного больше прежней[601]. То же самое и Формион прежде сделал с халкидцами[602].

37. Ификрат пытался примирить воюющих лакедемонян и фиванцев; союзники фиванцев — аргивяне[603] и аркадяне[604] противодействовали этому. Тогда он некоторым из воинов приказал грабить Арголиду. Когда аргивяне стали упрекать его, он сказал, что причиной этого являются их беглецы[605]. Выступив же и будто бы поймав беглецов, он вернул аргивянам награбленное; и они, получив отнятое назад, у Ификрата как благодетеля и друга стали искать убежища и убедили фиванцев заключить мир[606].

38. Ификрат, будучи у Царя стратегом вместе с Фарнабазом[607], плыл в Египет, а так как страна эта была лишена пристаней, приказал триерархам: «Пусть у каждого будет сорок мешков!» Причаливая же, эти мешки песком наполнив, ***[608] веревки[609] протянул к каждому кораблю и таким образом вытянул их корабли на берег, гребущих веслами[610].

39. Ификрат в Эпидавре[611] немного выше моря выстроился в боевом порядке; оказавшись же около густого и тенистого леса, крикнул, чтобы сидящие в засаде поднялись. Враги, испугавшись большой засады, повернули и, с поспешностью прибежав на корабли, отступили[612].

40. Ификрат и тиран Ясон[613] в Фессалии[614] недалеко от реки, желая заключить мир[615] через посланцев, разыскали друг друга и тела обнажили[616]; и, так придя к мосту, вступили в переговоры. Когда же клятвы и жертвами нужно было подкрепить, Ификрат взошел на мост, а Ясон, взяв жертвенное животное, умерщвленное пастухом, начал приносить его в жертву у реки. И вот тогда Ификрат, спрыгнув и жертвенным ножом завладев, от убийства удержался, но принудил Ясона согласиться на то, что ему (Ификрату) было выгодно.

41. Ификрат во Фракии, когда враги против него расположились лагерем, зажег ночью лес между двух лагерей и, оставив обозы и обозных животных в лагере, когда дым сделал ночь еще непрогляднее, отступил в лесистое и тенистое место. С наступлением же дня фракийцы, придя в лагерь и не найдя никого из эллинов, бросились грабить обозы и уводить животных. Тогда Ификрат, появившись из укрытия, построенный против рассеянных, и врагов победил, и обозы спас[617].

42. Ификрат ночью, напав на некую местность, разослав в разные стороны трубачей, приказал им подать сигнал. Враги устремились в направлении звука: одни — в одну, другие — в другую сторону; он же, весьма немногих оставшихся победив, легко овладел местностью[618].

43. Ификрат был в Коринфе[619], в это время лакедемоняне подошли к городу. Он же сразу на бой не отважился, собираясь с силами, но, узнав, что около города есть весьма надежные пустынные места, предварительно заняв их, жителям города приказал направляться к нему (Ификрату). Когда все стали выходить и собираться, лакедемоняне, испугавшись этого множества, и стражи укрепленных мест, без боя, бежав, отступили.

44. Ификрат, ведя войну с абидосцами[620], будучи около Херсонеса[621], захватил некое место, начал укреплять его, будто бы опасаясь лаконца Анаксибия[622]. Абидосцы же, видя, что он строит укрепление, самоуверенно посчитали, что он боится, и, выйдя из города, оказались в сельской местности[623]. Ификрат, видя, что они в беспорядке, ночью переправил часть войска в страну абидосцев и, совершив набег на их поля[624], овладел многими пленными и большим богатством[625].

45. Ификрат был в Коринфе. Узнав, что противившиеся ему[626] намереваются ночью впустить в город наемников из Лакедемона, он собрал своих воинов и, одних из них оставив для охраны внутри города, а других выведя за ворота и поставив в строй, поспешил к тем воротам, которые отворили впускавшие врагов. Те же врагов стали вводить; а когда вошли последние из вражеского отряда, он, внезапно явившись, последовал за ними и вместе вступил в город. Оставаясь незамеченным, поскольку это случилось ночью, он многих из них перебил, а когда наступил день, захватил многих, бежавших в храмы[627].

46. Ификрат, вступив во Фракию с восемью тысячами воинов, разбил лагерь; узнав, что фракийцы ночью намереваются напасть, он, взяв воинов, вечером отступил, примерно на три стадия[628], в ущелье, способное укрыть войско. Фракийцы, напав на покинутый лагерь, стали грабить его в беспорядке, насмехаясь над тем, что эллины бежали. Ификрат, двинувшись из укрытия, многих из них перебил, а многих и в плен захватил[629].

47. Ификрат, намереваясь совершить двухдневный путь по безводной местности, приказал воинам, пообедав, наполнить меха водой и после захода солнца вел войско в течение ночи. С наступлением же дня расположился лагерем и приказал, чтобы воины поели, попили воды, и, проспав в течение дня, пообедали и, снарядившись, шли снова в течение ночи; таким образом, вместо двух дней за две ночи, отдохнувшие, они прошли путь, и однодневного запаса воды им оказалось достаточно.

48. Ификрат около Эпидавра[630] провозил большую добычу. Фрурарх[631] этой страны, лаконец, стал преследовать его, приближающегося к кораблям. Преследовавшие были на холме, Ификрат же, для защиты добычи поставив гоплитов[632] и подвижных и легковооруженных небольшими группами с разных сторон имея, ** и на лаконца напал. И когда он появился с устремившимися с разных сторон отрядами, воины Ификрата, захватив расположенную выше местность, с тыла у врагов оказались и всех их перебили[633].

49. Ификрат во Флиунте[634] двигался через узкое место. Так как враги напали на замыкавших, он, приказав воинам поспешно выйти из теснин, сам, проникнув через середину в тыл и взяв лучших из воинов, располагая достаточной силой, напал на находящихся в беспорядке врагов и многих из них перебил[635].

50. Ификрат, вторгшись во Фракию, расположился лагерем на равнине, окруженной горами и имеющей узкий выход через мост, перейдя который, фракийцы намеревались ночью напасть на его лагерь. Он же, разведя в лагере многочисленные костры, взобрался с воинами на предгорье и, засев близ моста в лесу, оставался в покое. И фракийцы, действительно перейдя мост, двинулись на костры, так как полагали, что найдут там врагов. Ификрат же, выведя воинов из леса, перейдя мост, безопасно удалился[636].

51. Ификрат предводительствовал многочисленным войском пешим и морским и при выдаче жалованья каждый месяц удерживал четвертую часть, сохраняя ее в качестве залога от каждого воина, чтобы они (воины) не покинули войско. Так, благодаря этому он всегда имел служащих и многочисленных, и небедных, имеющих четвертую часть жалованья сохраненной.

52. Ификрат, расположившись против лакедемонских союзников лагерем, ночью войско переодел, надев на воинов одежду рабов, на рабов же — одежду воинов. Одни, по-воински переодетые, ходили вдали от лагеря, подражая досугу свободных; другие же, по-рабски снаряженные, поблизости от лагеря были, как подобает, прислуживая. Враги это увидели, и — из духа состязания с неприятелем[637] — воины также, беспечно ходя вне лагеря, отдыхали, рабы же для необходимой службы оставались в лагере. В это время Ификрат поднимает сигнал[638]; ификратовы воины, быстро взяв оружие, к лагерю противников двинулись, и, когда рабы, служившие в лагере, убежали, а воины остались безоружными, первых они убили, а вторых увели в плен[639].

53. Ификрат, когда враги разбили против него лагерь и всегда в одно и то же время обедали, приказал своим воинам съесть обед до зари. Сделав это, он вступил в бой с противниками и затянул перестрелку до вечера[640]. А когда после сражения они разошлись, враги тут же приступили к ужину; он же, имея пообедавших воинов, напал на ужинающих противников, нанеся им значительный урон.

54. Ификрат проходил около Флиунта[641], в то время как его фаланга из-за больших неудобств местности была растянута, враги, напирая на арьергард, многим воинам наносили раны и многочисленную добычу захватывали. Тогда он, повернув с мужами, находившимися на фланге, приказал фаланге продвигаться быстрее; набрав мужей с правого и левого фланга, командиров и доблестных воинов приставил к ним[642]. И когда он приблизился к арьергарду, то, напав на врагов, ослабевших в преследовании и смешавших ряды из-за грабежа обозов, многих из них убил, а еще большее число увел в плен[643].

55. Ификрат был на Керкире[644], в то время как Кринипп подплывал из Сицилии с одиннадцатью экипажами; когда сигнальщики сообщили, что он (Кринипп) тайно стоит на якоре у какого-то безлюдного острова, Ификрат, приказав зажечь дружественный сигнальный огонь[645] и, ночью подплыв, захватил десять экипажей, а один ушел[646].

56. Ификрат в Аке[647], узнав, что двое из командиров были предателями, созвав лучших из своего войска, поручил им, в случае если он, вызвав обвиняемых в измене, действительно установит этот факт, схватить их, их оружие и оружие подчиненных им отрядов. И те, схватив раньше, овладели их паноплиями[648]. Ификрат же этих двух командиров, обвинив в измене, приговорил к смерти, а их воинов обнаженными[649] изгнал из лагеря[650].

57. Ификрат, когда две тысячи наемников перешли к лаконцам, к командирам отложившихся послал тайное письмо, требуя помнить об условленном времени, в которое он ожидает еще и помощь из Афин, зная, что письмо попадет к охраняющим дороги. И когда эти охраняющие доставили письмо лакедемонянам, те бросились, чтобы схватить перебежчиков; они же сами от афинян убежали, став им неверными, а от лакедемонян вынуждены были бежать, так как таковыми им теперь казались.

58. Ификрат на Хиосе[651], желая сторонников лакедемонян изобличить, приказал, чтобы некоторые из триерархов, ночью отплыв, с наступлением дня подплыли назад наподобие лакедемонян. Сторонники же лекедемонян, как увидели их, с великой радостью сбежались на пристань; он же, окружив их, схватил вышедших из города, и афинянам отослал для наказания[652].

59. Ификрат, когда из-за нехватки денег воины выказывали недовольство и требовали общего собрания, мужам, знающим персидский язык, поручил одеться в персидские платья и, когда состоится собрание, появиться и, выйдя вперед, объявить на варварском языке: «Близко к вам везущие деньги, а мы отправлены вперед известить вас об этом». Узнав это, воины распустили собрание[653].

60. Ификрат из Одрисиады свозил большую добычу; одрисы стали его преследовать большой массой. Он же, имея немногих всадников, дал им зажженные факелы и приказал устремиться на врагов. И кони одрисов, не вынося непривычного вида пламени, обратились вспять[654].

61. Ификрат, подойдя к одному городу, через реку, текущую из сельской местности через середину города, которую была необходимость перейти, переправился со своим войском вечером, чтобы грязь, поднявшаяся в реке из-за перехода большого количества людей, прошла в течение ночи и он (Ификрат) остался незамеченным в городе. И в самом деле, оставаясь незамеченным, он днем напал на горожан, его не ожидающих.

62. Ификрат во Фракии захватил в плен много одрисов. Они же (одрисы) с упорством напирали, бросая камни и метая дротики[655]; тогда он воинам первой шеренги — к каждому приставил нагого пленника со связанными сзади кожаным ремнем руками. И одрисы, не желая ранить соплеменников, прекратили бросать камни и метать дротики[656].

63. Ификрат, подплывая на ста триаконтерах[657] к Финикии[658], где было мелководное взморье, видя финикийцев, собравшихся на берегу, приказал, когда он подаст сигнал, кормчим бросить якорь со стороны кормы и сделать это причаливание в боевом порядке, а воинам, вооружившись, каждому по своему веслу в море спуститься и свое место в строю сохранять; и когда понял, что глубина моря уже подходящая, подал знак к высадке. Триаконтеры в боевом порядке начали вставать на якоря, а воины, высаживаясь в боевом порядке, двигаться вперед. И враги, напуганные их строем и отвагой, бежали. Ификратовы же воины кого-то, пустившись в погоню, убили, а кого-то захватили в плен и, собрав многочисленную добычу и снеся ее на корабли, разбили лагерь на этом побережье.

10. Тимофей[659]

1. В аттическом лагере была нехватка денег. Тимофей уговорил торговцев[660] пользоваться в качестве монеты его знаком[661], а когда они будут отправляться, он заплатит за этот оттиск, и они получат деньги. Торговцы поверили и предоставили воинам рынок за печать стратега. Когда они отправлялись, Тимофей, имея к этому времени достаточно денег, уплатил установленную сумму[662].

2. Тимофей отправлялся в поход со всем флотом. Кто-то чихнул[663]; кормчий предложил удержаться от похода; моряки триер не отваживались выступать. Тимофей, улыбнувшись, сказал: «Разве это какое-то предзнаменование случилось, если один из такого количества собравшихся чихнул?» Моряки, рассмеявшись, вышли в море[664].

3. Тимофей отдал приказание войску выйти в бой как можно скорее; вышли немногие воины; лохаг[665] говорил, что нужно и остальных подождать. Тимофей не стал дожидаться, так как, имея в полном составе ревностно желающих сражаться с врагом, считал, что вышедшие с опозданием были бы бесполезными, даже если бы присутствовали[666].

4. Афиняне и лакедемоняне сражались на море при Левкаде[667], когда у афинян стратегом был Тимофей, у лакедемонян навархом[668] — Николох[669]. Был праздник Скиры[670]. Тимофей, по случаю такого дня увенчав триеры миртом, поднял значок; выйдя в море, в сражении победил; ведь воины с благой верой сражались, полагая, что имеют бога союзником[671].

5. Тимофей, осадив какой-либо город, выделял определенную местность воинам, откуда бы они добывали пропитание; остальная же часть страны и все, что было полезно, отдавалось на откуп. И он не позволял ни какое-либо здание, ни имение разрушать, ни садовое дерево вырубать, только сами плоды брать. И следующее получалось для него, командующего: если победит, то соберет многочисленные дани, а если война затянется, то будет иметь обильное пропитание и пристанище. Более того, благодаря этому часто он добивался благосклонности у противников[672].

6. Тимофей, намереваясь дать морской бой лакедемонянам, сам эскадру из двадцати триер, со стороны кормы[673] их имея, оставил, а двадцать самых быстроходных приказал триерархам[674] выводить против вражеских кораблей и совершать частые маневры и повороты. И враги, измучившись, стали при гребле едва весла подымать, а Тимофей, отправившись с командой, полной сил, в морском сражении победил[675].

7. Тимофей, желая пройти Олинфию[676], боясь конницы олинфян, построил войско вытянутым прямоугольником, поместив в середину обозы и конницу, повозки же плотно сомкнутыми ведя, а вокруг всего этого гоплитов поставив, так что для олинфских всадников конная атака была невозможна.

8. Тимофей разбил лагерь близ Амфиполя[677]. Кто-то известил его, что вечером соберутся враги против него и, будучи во много раз превосходящими числом, на следующий день совершат нападение. Он же воинам не объявил численность врагов, чтобы не испугать; сам же, будто намереваясь напасть на врагов, немногочисленных и разрозненных, небоеспособную часть войска заранее послал вперед через труднопроходимые места, которые враги должны были меньше всего охранять. Сам же фалангу двинул, легковооруженных поставив последними; триеры же на реке Стримон[678], не имея возможности поместить на них воинов, сжег; и, все это за одну ночь проделав безопасно отступил[679].

9. Тимофей осаждал Самос, набрав наемниками семь тысяч воинов; не имея возможности выдать им жалованье, видя плодородный остров, выделил участок для фуражировки, плоды остальных участков отдав на откуп и гарантировав сборщикам безопасность; в большом количестве получив от них деньги и раздав часть жалованья, с наиболее преданными воинами город самосцев силой захватил[680].

10. Тимофей, осаждая Самос, когда многочисленные чужеземцы, прибывая, потребляли большое количество продовольствия и из-за этого был недостаток продуктов, приказал не продавать муку, ни котилы[681] оливкового масла или вина, а хлеба не более медимна[682], жидких же продуктов — максимум метрет[683], а мукомольных мельниц — ни одной не иметь или иметь в лохах[684]. Таким образом получилось, что посторонние, не имея рынка[685] предметов первой необходимости, привозили их с собой, заготовки же продовольствия предназначались одним только воинам[686].

11. Тимофей, имея сорок кораблей, желая пять из них послать вперед с припасами на много дней, но не имея возможности вы платить жалованье, отдал приказ выйти всем кораблям, имея продовольствия на три дня; а когда они причалили к какому-то острову, приказал триерархам[687] от каждой команды доставить ему двухдневное продовольствие. Передав его пяти кораблям, отправил их, имеющих теперь запас продовольствия на много дней, сам же с теми тридцатью пятью кораблями вернулся на свою стоянку[688].

12. Тимофей, намереваясь дать морской бой около Левкады[689] спартиату Николоху[690], приказал, чтобы команды большинства кораблей на берегу оставались у самого моря. Отправившись с теми двадцатью кораблями, что лучше всего плавают, поручил триерархам не приближаться к неприятельским триерам в пределах досягаемости метательных снарядов, а отклоняться и умышленно избегать сражения, чтобы измучить неприятельских гребцов. В то время как одни избегали сражения, другие остались укрытыми от зноя и напряжения, Тимофей подал сигнал и, погрузив на корабли имеющихся отдыхающих на берегу гребцов, поспешно преследуя утомившихся врагов, многие их триеры одни потопил, другие сделал непригодными для плавания[691].

13. Тимофей, победив лакедемонян в морском сражении, боясь, как бы десять лаконских кораблей, которые наварх[692] послал вперед для выведения везших хлеб судов, не напали на возвращающихся в гавань афинян, приказал триерархам к первоначальному построению не стремиться, но чтобы каждый, каковую позицию в то время занимал, ту и сохранял, чтобы, в то время как судна направляются в свои места в строю, подплывшие враги не напали на флот, потерявший строй. Построив же корабли в виде полукруга, он обратил тараны кораблей и круглую часть строя против неприятеля, поврежденные и захваченные в плен корабли сведя при этом в середину полукруга, отплыл кормой вперед[693].

14. Тимофей, воюя против халкидцев[694] вместе с Пердиккой[695], кипрский халк[696] смешав с македонской монетой, отчеканил свой денежный знак, так что старые пятидрахмовые монеты[697] имели серебра четвертую часть, остальное же — простая медь. Произведя многочисленные выплаты жалованья[698], он убедил купцов и местных жителей торговать за медь; совершая же друг с другом обмен, они ни одной такой монеты у себя не удерживали, но она снова возвращалась на выплату войскового жалованья[699].

15. Тимофей осаждал Торону[700]. Торонцы же в целях обороны построили высокие заграждения, использовав заполненные песком корзины[701]. Тимофей же, к довольно длинным приспособлениям из мачты приставив острия и прикрепив на концы мачт серпы, остриями прорывал, а серпами разрезал корзины, так что песок высыпался. Видя такое положение дел, торонцы капитулировали[702].

16. Тимофей с керкирянами и другими союзниками, сражаясь на море против лакедемонян, корабли с лучшими мореходными качествами выдвинул вперед, приказав остальным, оставаясь в боевом порядке, отдыхать. А после того, как вышедшие в море корабли сразились и враги уже весьма обессилели, он подал сигнал к наступлению отдыхавшим; и они, напав со свежими силами, обратили в бегство тех, утомленных[703].

17. Тимофей победил лакедемонян в морском сражении при Левкаде[704]. В то время как многие вражеские корабли были разбиты, имелось десять кораблей противников, не участвовавших в сражении, которых он опасался. Тимофей, отправившись на якорную стоянку, построил флот в виде полукруга выпуклостью в сторону врагов, сведя внутрь поврежденные корабли; он стал возвращаться к берегу, приказав направляться кормой вперед, чтобы его корабли, будучи обращенными носовой частью к противнику, могли легко противостоять тем десяти вражеским кораблям. И те, кто был на десяти кораблях, испугавшись такой формы построения, не напали[705].

11. Хабрий[706]

1. Хабрий воинам объявил: «Когда мы намереваемся вступить в бой, мы должны считать, что не с врагами, наделенными нечеловеческими свойствами, мы столкнемся, но с людьми, что имеют кровь и плоть и обладают той же самой сущностью, что и мы!»[707]

2. Хабрий, ведя морской бой при Наксосе[708], победил в шестнадцатый день боэдромиона[709], считая этот день благоприятным для морского сражения, так как он был первым днем мистерий[710]. Так и Фемистокл с персами сражался при Саламине[711]. Однако, что касается фемистоклова союзника, те мистерии были посвящены Иакху, те же, что касались Хабрия, — «Галаде мистай!»[712]

3. Хабрий двенадцать лакедемонских кораблей-разведчиков, стоящих на якоре и не решающихся выступить, вызвал на бой следующим образом: сам вышел с двенадцатью кораблями, соединив их по два, подняв затем паруса обоих кораблей над одним. Враги, думая, что против шести вражеских триер они имеют двенадцать, вышли в море. Хабрий, когда те прошли большую часть пути, опустив паруса и разъединив суда, вступил в бой и половину кораблей врагов захватил вместе с людьми.

4. Хабрий, отступая через узкие места, имел немногих воинов, в то время как напирал многочисленный враг, сам возглавляя колонну, поставил наиболее крепких в арьергарде, чтобы они отражали нападения врагов. Итак, никто из арьергарда не бежал, не осмеливаясь пройти мимо военачальника, поскольку это запрещено и наказуемо. При такой организации перехода он спокойно вывел войско.

5. Хабрий Тамосу[713], царю египтян, нуждавшемуся в деньгах, посоветовал приказать тем жителям своей страны, кто владеет достаточно большим состоянием, тотчас доставить ему золота и серебра, сколько каждый имеет; возврат же им этого позволяют сделать из податей, которые они каждый год платили. Так, он собрал большое количество денег, притом что никто не был обижен, но впоследствии все то, что отдали, получили назад[714].

6. Хабрий, на Селласию[715] в Лаконике напав, перейдя ночью реку[716], многочисленную добычу захватив, отправил ее вверх по реке в дружественную страну; сам же, приказав остальным воинам поесть, стал ждать до тех пор, пока в полдень не случилось то, что и произошло. Ибо лакедемоняне, узнав о происшедшем, устремились через реку на выручку, чтобы отнять добычу, и, с поспешностью пробежав двести стадий[717], ослабевшие, непостроенные, разрозненные, были не способны к битве. Он же, своих воинов, сытых и отдохнувших, выведя, без труда уничтожил большинство врагов[718].

7. Хабрий был в Египте в качестве военачальника у царя египтян[719]. В то время как царь персов пошел войной с пешей и морской силой, царь египтян, имея многочисленные корабли, испытывал нехватку в опытных экипажах. Хабрий, выбрав из египтян самых молодых столько, чтобы заполнить двести кораблей, вынув весла из триер и установив большие скамьи[720] на берегу так, чтобы они были размещены по одной, дал им весла и поставил над ними келевстов[721] из тех, что говорили на двух языках[722], за несколько дней научил их приводить судна в движение при помощи весел; и корабли, когда гребцы были обучены, укомплектовал.

8. Хабрий, когда имел новый набор (и) желал его испытать, через глашатая приказывал, чтобы хворающие сами сложили оружие. Все трусливые и притворившиеся больными сами складывали оружие, этих он в сражение не брал, а лишь в такие дела брал, когда первым захватывал какое-то укрепленное место, чтобы, по крайней мере, явившееся их множество навело на врагов страх; когда же благоприятный момент наступал, быстро их увольнял[723].

9. Хабрий, подплыв к неприятельскому городу, ночью высадил пельтастов[724]; сам же с наступлением рассвета поплыл в гавань, бывшую в некотором отдалении от города. Жители города выбежали, чтобы воспрепятствовать им высадиться с кораблей, а пельтасты, появившись из засады с тыла, одних из них убили, других захватили в плен живьем и, сев на корабли, вышли в море[725].

10. Хабрий по десять самых быстрых из пельтастов на каждый корабль посадил и ночью высадил на вражескую землю и приказал грабить эту землю. Жители же города поспешили на выручку, намереваясь одолеть грабителей, а он, увидев это, с поспешностью поплыл к городу[726]. Вышедшие же на выручку жители, увидев его прибытие, поспешили обратно, чтобы он не захватил город. Он же, на кораблях к берегу причалив, взяв пельтастов и всю добычу, которую захватил, погрузив и отчалив, удалился[727].

11. Хабрий, при Наксосе[728] намереваясь сразиться на море с Поллидом[729], приказал триерархам[730], чтобы те, в случае отсутствия за ними преимущества, тайно сняли значки со своих кораблей, будучи похожими на обозначенные значками вражеские суда. Когда это было сделано, кормчие Поллида, идя навстречу афинским кораблям, которые из-за проделанного не имели аттических значков, в колебаниях проплывали мимо. Кормчие же афинян, согласно приказанию, с имеющими значки кораблями первые вступали в бой, нанося двойные удары[731]. Эта хитрость и принесла афинянам победу[732].

12. Хабрий, ночью подплыв к Эгине[733], высадив триста человек в некое удобное место, сам проплыл мимо. Тогда жители города, выступив, с высадившимися сразились и многих из них убили, он же, в свою очередь, поспешно подплыл к городу. И граждане, испугавшись, как бы он не отрезал их от города, оставив сражение против тех трехсот, вернулись в город[734].

13. Хабрий против набегания волн над краем корабля[735] набросил с каждого борта кожаные полотнища[736] и, спустив с палубы по всей высоте ограждение, прикрепил его к оконечностям. И это препятствовало тому, чтобы корабль заливался и моряки промокали из-за волн; и экипаж, не видя набрасывающиеся волны из-за присоединения ограждения, ни с мест своих не сходил из-за страха, ни корабль не делал шатким[737].

14. Хабрий для морских плаваний и против непогод на море снабжал каждый из кораблей двумя кормилами[738] и ими и в хорошую погоду пользовался, а если же на море начиналось волнение, одно из них через оконечность к транитским[739] ручкам весел приставлял так, что его разветвления и рукояти были над палубой, так что, в то время как одно кормило защищало их, корабль имел управление[740].

15. Хабрий напал на Лаконику[741] и большую добычу захватил; когда спартиаты[742] под предводительством Агесилая[743] устремились на выручку, он (Хабрий), сведя воинов на высокий холм, обозы и пленников отведя в безопаснейшее место, расположился вокруг лагерем. Лаконцы же разбили свой лагерь на расстоянии пяти стадий[744]. Хабрий приказал разжечь ночью как можно больше огней и во вторую стражу[745] приказал оставить вьючных животных и скот, самим же удалиться на задний склон холма. И они незаметно удалились; а лаконцы, видя огонь и слыша звуки скота, считали, что афиняне остаются на месте, и после рассвета, приготовившись к сражению, получив условленный пароль[746], двинулись к холму. Когда же, оказавшись вблизи, они увидели пустой лагерь, воскликнул Агесилай: «Поистине Хабрий — доблестнейший стратег!»[747]

12. Фокион[748]

Фокион афинянам, желающим пойти войной на беотийцев, препятствовал; те же с большим порывом постановили идти войной, а Фокиона поставить стратегом. Тогда он приказал, чтобы глашатай объявил: «Пусть все афиняне в возрасте до шестидесяти лет, взяв на пять дней продовольствия, сразу же с экклесии[749] следуют за мной!» Шум был большой. И старики сильно зашумели, вскочили, начали возмущаться. Тогда Фокион сказал: «Ничего не страшитесь: ибо я, стратег восьмидесяти лет, буду с вами»[750]. Услышав это, афиняне оставили намерение воевать и изменили свое решение[751].

13. Харес[752]

1. Харес, узнав, что в войске есть лазутчики, поставив стражу с внешней стороны лагеря по периметру, приказал каждого, оказавшегося поблизости от лагеря, хватать и отпускать не раньше, чем тот скажет, кто он есть и из какого отряда. Таким вот образом случилось, что лазутчики были схвачены, так как не могли назвать ни отряда[753], ни лоха[754], ни сиссития[755], ни пароля.

2. Харес в походе во Фракии, когда была зима, видя, что воины жалеют гиматии[756] и не настроены с усердием делать то, что надлежит, велел им поменяться друг с другом гиматиями. Когда это было сделано, каждый воин, не жалея чужой одежды, с большей готовностью стал делать то, что приказывалось.

3. Харес выводил войско из Фракии; фракийцы нападали и напирали на арьергард. Он же, желая оторваться от врага и пройти безопасно, сознавая, что место подозрительное, посадив некоторых из трубачей на коней и послав вместе с ними немногих всадников, приказал подъехать к врагам как можно скорее и, оказавшись с тыла, протрубить сигнал к сражению. Они протрубили, напирающие же фракийцы, посчитав, что там засада, смешав строй и обратившись в бегство, исчезли. И Харес в безопасности вывод войска совершил.

14. Харидем[757]

Харидем, когда илионцы[758] грабили его город, схватив раба-или-онца, вышедшего за добычей, большими дарами склонил его предать город. А чтобы тот не вызвал подозрения у охраняющих ворота, дал ему увести много мелкого скота и двух или трех рабов в качестве пленников. Стражники же, добычу разделив, позволяли ему часто выходить ночью, а с ним и другим еще мужам, приносящим добычу. Харидем, вышедших с тем рабом, схватив, связал; а их гиматии надев на своих вооруженных мужей, дал им среди прочей добычи и коня, как будто бы захваченного. Стражники, чтобы впустить коня, полностью открыли ворота. Воины, устремившись вместе с конем, стражников перебили и, остальное войско впустив, взяли город; и, так что можно в шутку сказать, во второй раз был захвачен Илион, снова будучи побежденным при помощи коня[759].

15. Деметрий Фалерский[760]

Деметрий Фалерский, имея угрозу быть захваченным фракийским царем[761], спрятавшись в повозке, наполненной сеном, в соседнюю страну спасся бегством[762].

16. Филокл[763]

Филокл, стратег Птолемея[764], расположился лагерем у Кавна[765] и, подкупив деньгами ситофилаков[766], сделал их своими соучастниками. И они в городе возвестили, что будут выдавать воинам хлеб; те же, оставив охрану стен, стали для себя отмеривать хлеб. Филокл, в это самое время напав на лишенный охраны город, захватил его.

Книга Четвертая

Следующее содержится в четвертой книге «Стратегем» Полиэна:

1. Аргей

2. Филипп

3. Александр

4. Антипатр

5. Парменион

6. Антигон

7. Деметрий

8. Эвмен

9. Селевк

10. Пердикка

11. Кассандр

12. Лисимах

13. Кратер

14. Полисперхонт

15. Антиох сын Селевка

16. Антиох сын Антиоха

17. Антиох Гиеракс

18. Филипп сын Деметрия

19. Птолемей

20. Аттал

21. Персей

Вам, священнейшие цари Антонин и Вер, преподношу и следующую четвертую книгу «Стратегем», написанную мной в числе остальных книг с тем большим удовольствием, что в ней вы узнаете о славных деяниях наших предков[767], которые царствовали в Македонии.

1. Аргей[768]

Аргей был царем македонян, а Галавр — тавлантиев[769]; тавлантии выступили в поход против македонян. Из-за малочисленности своего войска Аргей приказал македонским девушкам в момент приближения неприятельской фаланги появиться на горе Эребеи[770]. Когда враги приблизились, на горе появилось большое количество девушек, которые стали спускаться, потрясая тирсами[771] вместо копий и имея на головах венки. Галавр, вследствие дальнего расстояния приняв девушек за мужчин, испугался и подал сигнал к отступлению. Побросав оружие и оставив обоз, тавлантии обратились в бегство. Аргей, победивший таким образом без боя, построил святилище Дионису-Мужеобманывающему, а девушек, которых македоняне с давних пор называли клодонами, повелел называть за подражание мужчинам мималлонами[772].

2. Филипп[773]

1. Филипп отстранил от командования тарентинца Докима за то, что он в лагере пользовался теплыми ваннами, сказав ему: «Ты, как мне кажется, совсем не знаешь обычаев македонян, у которых даже и роженица не омывается теплой водой».

2. Филипп, когда сражался при Херонее с афинянами, подавшись назад, отступил. Стратокл, стратег афинян, воскликнув: «Мы должны до тех пор не отставать от врагов, пока не загоним их в Македонию!» — продолжил следовать за македонянами. «Афиняне не умеют побеждать», — сказал Филипп и стал отходить лицом к неприятелю, сомкнув фалангу и защитившись оружием от натиска афинян. Немного спустя, заняв возвышенности, он ободрил свое войско, сделал поворот и, решительно устремившись на афинян, блестяще с ними сразился и победил[774].

3. Филипп отправился в поход против фиванцев[775]. Македонские командиры Аэроп и Дамасипп, наняв на постоялом дворе женщину, занимавшуюся игрой на псалтерии[776], привели ее в лагерь. Однако они не скрылись от Филиппа, который, проведав об их поступке, обоих командиров изгнал из пределов своего царства.

4. Филипп отправил послов во враждебный ему фракийский город[777]. Фракийцы, собрали народное собрание[778] и предложили послам выступить. И пока все жители внимательно слушали их слова, Филипп неожиданно подошел к городу и овладел им.

5. Филипп обратился с предложением к воевавшим с ним иллирийцам о перемирии, чтобы убрать тела павших в битве. Иллирийцы согласились. Когда же убирали последних погибших, Филипп вдруг подал сигнал к бою и напал на врагов, застигнув их таким образом врасплох[779].

6. Филипп в палестре боролся с панкратиастом[780] Менегетом; окружавшие же их воины стали громко требовать платы. Филипп, не имевший денег, подошел к ним весь в поту и в пыли и, улыбнувшись, сказал: «То, о чем вы говорите, соратники, справедливо, но для того-то я сейчас и готовлю себя к борьбе с варваром[781], чтобы щедро отблагодарить вас». Сказав так, он, хлопая в ладоши, пробежал через толпу воинов и бросился в бассейн; македоняне рассмеялись. Филипп же до тех пор не переставал в присутствии панкратиаста нырять и брызгать себе в лицо водой, пока утомленные воины не разошлись. Эту стратегему часто вспоминал во время пирушек сам Филипп, рассказывая, как он остроумно отклонил требование воинов.

7. Филипп при Херонее, зная, что афиняне порывисты и не приучены к военным упражнениям, а македоняне опытны и натренированы, немало затянув сражение, вскоре утомил афинян и тем самым легко одержал над ними победу[782].

8. Филипп отправился в поход на Амфиссу. Афиняне и фиванцы заняли ведущий к Амфиссе узкий горный проход, и он стал для македонян непреодолим. Однако Филипп обманул врагов, послав Антипатру[783] в Македонию письмо, содержавшее ложные сведения, в котором сообщал, что он будто бы отложил поход на Амфиссу и торопится во Фракию, так как узнал, что там — восстание. Везущий это письмо гонец проследовал через занятый неприятелем горный проход и был схвачен. Стратеги Харес и Проксен прочитали письмо и, поверив написанному в нем, удалили охрану горного прохода. Филипп же, заняв оставленную неприятелем местность, безопасно прошел через этот горный проход, победил повернувших обратно стратегов и овладел Амфиссой[784].

9. Филипп не меньшего достигал словами, чем сражениями. И, клянусь Зевсом, он более ценил то, чего добивался речами, нежели оружием, ибо в последнем случае он делил успех с воинами, а в первом случае успех принадлежал только ему[785].

10. Филипп приучал македонян перед сопряженными с опасностью военными предприятиями часто в полном вооружении проходить триста стадий, неся на себе одновременно шлемы, пельты, поножи, сариссы, а также сверх того провиант и всю утварь, которой они пользовались в своем повседневном обиходе[786].

11. Филипп, прибыв в Ларису[787], чтобы схватить некоторых из Алевадов[788] вне дома, притворился больным, рассчитывая арестовать их, когда они придут, дабы посетить больного. Боиск известил Алевадов о предстоящем нападении, и поэтому подобная хитрость не удалась[789].

12. Филипп обратился к сарнусийцам с просьбой позволить ему выступить в их народном собрании. Получив согласие, он приказал своим воинам явиться туда со спрятанными под мышкой ремнями. Как только Филипп поднял правую руку, якобы намереваясь произнести речь, — это был сигнал для его воинов, чтобы связать всех присутствующих. Так были связаны более десяти тысяч сарнусийцев, уведенных затем в Македонию[790].

13. Филипп, преследуемый фракийцами, приказал воинам, которые находились в арьергарде, когда трубач подаст сигнал к поспешному отступлению, защищаясь, оставаться на месте, а остальным поспешно отступать, чтобы, задержав тем самым преследующих их врагов, позволить собственным воинам оторваться от неприятеля.

14. Филипп, так как беотийцы охраняли пути, ведущие в Беотию[791], — а горное ущелье, по которому туда можно было проникнуть, было узким, — не устремился к нему, но, пребывая в поле зрения беотийцев, стал предавать огню местность и опустошать находившиеся поблизости города. Беотийцы же, бывшие не в состоянии равнодушно смотреть на опустошаемые города, отступили от горного ущелья. Так Филипп, повернув назад, прошел через него[792].

15. Филипп, приставив лестницы к крепостным стенам мефонян[793], велел подняться по ним многим участвовавшим в осаде города македонянам. Когда же они поднялись, он убрал лестницы, чтобы, не имея надежды на отступление, эти воины с большим рвением овладевали стенами[794].

16. Филипп вторгся в страну орбелийцев; она же изрезана ущельями и густо покрыта лесами. После же того как варвары стали прятаться в рощах и кустарниках, он выпустил в большом количестве охотничьих собак, которые, отыскав врагов, большинство из них переловили[795].

17. Филипп, у которого афиняне требовали назад Амфиполь[796], в то же самое время воюя и с иллирийцами, не отдал город, но оставил его свободным. Афиняне, однако, оказались довольны подобным результатом. Филипп же, после победы над иллирийцами приобретя большую силу, отнесся с пренебрежением к афинянам и вновь захватил Амфиполь[797].

18. Филипп осаждал фессалийский город Фаркедон; фаркедонийцы согласились сдать город. Но, как только наемники Филиппа вошли в него, они столкнулись там с засадой; ибо многие граждане с крыш домов и башен стали бросать в них камни и дротики. В ответ на эту засаду Филипп быстро использовал такую стратегему. Зная, что сзади город пуст, так как граждане собрались для засады в передней его части, он приказал македонянам подойти к городу с той стороны и приставить лестницы к крепостным стенам. Когда же македоняне взошли на них, фаркедонийцы, прекратив бой с наемниками, поспешили отразить воинов, захвативших стены. Но те, прежде чем фаркедонийцы успели вступить в сражение, уже овладели городом[798].

19. Филипп, желая приобрести Фессалию, сам открыто не воевал с фессалийцами, но, пока пеллинейцы воевали с фарсальцами и ферейцы — с лариссянами[799], а остальные разделились по враждующим сторонам, всегда приходил на помощь тем, кто его звал. Одерживая верх, он не изгонял побежденных, не отнимал оружия, не разрушал укреплений, но еще более усиливал распри или развязывал их, поддерживал слабых, более сильных ниспровергал, был другом представителям народа, демагогам оказывал услуги. Именно этими стратегемами, а не оружием Филипп завладел Фессалией[800].

20. Филипп во время продолжительной осады хорошо укрепленного места Кары, будучи не в состоянии его взять и желая безопасно уйти и сохранить осадные машины, выбрал темную ночь и приказал инженерам разбирать машины так, чтобы стук, который случится от этого, походил на тот, что бывает при их сооружении. Те же, кто находился в Карах, услышав этот стук, стали еще прочнее запирать изнутри ворота и приготовлять машины, противодействующие осадным. Филипп же, пока они были заняты этими делами, ночью со своими машинами исчез[801].

21. Филипп осаждал византийцев[802], имевших значительные силы союзников. Стремясь к тому, чтобы эти последние оставили союзное войско, он прибег к хитрости, отправив к ним перебежчиков с известием, что города их осаждены Филиппом, пославшим туда другие отряды и что эти города близки к захвату. Перебежчики об этом известили. Филипп же явным образом стал отсылать части своего войска в разные стороны, однако для создания видимости, а не на самом деле. Союзники, видя и слыша это, оставили византийцев и начали расходиться по своим отечествам[803].

22. Филипп после совершенного им набега на земли абдеритов и маронитов[804] возвращался со многими кораблями[805] и с пешим войском. Харес[806] поджидал его, находясь у Неаполя[807] с двадцатью триерами. Узнав об этом, Филипп выбрал из своих кораблей четыре самых быстроходных, посадил на них гребцов, наиболее отличавшихся по силе, искусству и мужеству, и отдал им приказание раньше всего флота выйти в море и плыть мимо Неаполя, не уклоняясь далеко от побережья. Как только Харес заметил, что эти суда плывут мимо него, он, намереваясь их захватить, тотчас двинулся им навстречу с двадцатью триерами. Но четыре легких корабля, снабженных отличными гребцами, быстро устремились в открытое море. Когда же флотилия Хареса была занята их преследованием, другие корабли Филиппа, оставшись незамеченными, безопасно проплыли мимо Неаполя; что же касается Хареса, то он так и не захватил эти четыре корабля[808].

3. Александр[809]

1. Александр замышлял склонить всех людей к расположению и даже решил всех вместо смертных, мужчин, мужей, человеков, говорящих и людей называть Александрами.

2. Александр, воюя, приказывал стратегам брить македонянам бороды, чтобы врагам нельзя было за них ухватиться[810].

3. Александр во время осады Тира[811], желая окружить стены тирийцев высоким валом, сам первым взял корзину и, наполнив ее землей, отнес в необходимое место. Когда македоняне увидели, что сам царь принялся за работу, тотчас сбросив хламиды, быстро построили вал[812].

4. Александр, осадив Тир, отправился на арабов[813]. Тирийцы, ободрившиеся его отсутствием, вышли за стены города и, напав на македонян, во многих местах стали побеждать. Тогда Парменион[814] призвал Александра обратно. Тот скоро вернулся и, найдя, что некоторые из македонских отрядов отступают, не поспешил к ним на помощь, но, устремившись к Тиру, в котором в это время не осталось воинов, штурмом овладел городом. Тирийцы, увидев, что город во власти неприятеля, тотчас сложили оружие и сдались[815].

5. Александр перед сражением с Дарием[816] приказал македонянам: «Как только вы окажетесь вблизи персов, опустившись на колени, растирайте руками землю; когда же будет подан сигнал трубой, поднявшись, отважно и стремительно нападите на неприятеля». Именно так македоняне и поступили. Персы, увидев стоящих на коленях воинов Александра, умерили свой порыв к бою и стали слабее духом. Дарий же начал славить себя и радоваться, что одержал победу, не сражаясь. Между тем по сигналу трубы македоняне поднялись с колен, стремительно бросились на врагов и, сокрушив их боевой строй, обратили в бегство[817].

6. Александр при Арбелах[818] вел последнее сражение с Дарием[819]. Многочисленный персидский отряд, обойдя македонян, принялся грабить их обоз. Парменион[820] стал советовать Александру поспешить на помощь воинам, охранявшим этот обоз. Александр же ответил: «Не следует разделять фалангу из-за действия отряда персов, но нужно сражаться с основной массой врагов; ведь, будучи побежденными, в обозе мы уже не будем иметь необходимости, победив же, и своим имуществом и неприятеля будем обладать»[821].

7. Александр покорил Азию. Македоняне стали невыносимыми и тягостными для него, поскольку они утверждали, что все, достигнутое им, является их заслугой. Он же приказал македонянам встать в полном вооружении отдельно, а против них велел выстроиться персам. Отделив таким образом одних от других, он сказал: «Македоняне, выберите себе в предводители того из командиров, кого желаете, я же буду предводительствовать персами. Если вы одержите победу, я сделаю все, что потребуете, но, если победят вас, сознавшись, что сами по себе вы ничего не можете, должны будете впредь вести себя скромно». Эта стратегема сильно подействовала на македонян, и в дальнейшем по отношению к Александру они стали более умеренными[822].

8. Александр в первом сражении с персами, видя, что македоняне уже отступают, поскакал верхом мимо рядов воинов, громко восклицая: «Еще один шаг вперед, мужи македонские! Еще один раз ударим храбро!» И вот, когда натиск стал сильным, варвары обратились в бегство. По такой причине, говорят, тогда и была одержана победа[823].

9. Александр, будучи в Индии, намеревался переправиться через Гидасп[824]. Так как индийский царь Пор[825] выстроил войско в боевом порядке на другом берегу реки, переправиться македонянам было невозможно. Видя это, Александр двинул воинов вверх по реке, но и Пор сделал то же самое; тогда Александр повел войско обратно вниз по реке, и снова Пор поступил таким же образом. Подобные движения обоих войск повторялись часто и в течение многих дней, так что индийцы стали насмехаться над трусостью врагов и перестали совершать перемещения вдоль реки, полагая, что, если македоняне за столько раз не отважились перейти Гидасп, они уже никогда на это не решатся. Тогда, по приказу Александра, его воины, весьма быстро пробежав вверх по берегу реки и погрузившись на суда, плоты и меха, набитые соломой, совершили переправу, обманув индийцев, не ожидавших от македонян такого поступка[826].

10. Александр направлялся в Индию. Поскольку македонские воины везли за собой на повозках добычу, захваченную в Персии, а также другие огромные богатства и, столь многими сокровищами уже обладая, не видели необходимости в войне с индийцами, Александр повелел сжечь вначале царские, а затем и остальные повозки. Македоняне, освободившись от бремени своих многочисленных сокровищ и вынужденные опять искать добычи, двинулись после этого на войну с большим усердием[827]

11. Александр, когда фракийцы приготовились пустить сверху на македонян большое число тяжелых повозок, приказал своим воинам, насколько будет возможно, уклоняться от них, если же последние будут настигать их, опускаясь на землю, покрывать себя щитами, чтобы несущиеся повозки проскакивали по щитам дальше. Подобная уловка, осуществленная в данном предприятии, показала фракийцам, что они напрасно приготовили свои повозки[828].

12. Александр, когда достиг Фив, скрыл от фиванцев значительную часть войска, командование над которой поручил Антипатру[829], а сам другую часть, оставленную им в поле зрения неприятеля, повел на выгодные позиции. Фиванцы вышли из города и стали мужественно сражаться с находившимися перед ними отрядами. Во время этого сражения Антипатр, выступив со скрытым войском, совершил обход и в том месте, где была полуразрушенная и незащищенная стена, проник в город, после захвата которого подал знак. Заметив это, Александр воскликнул, что он уже обладает Фивами; храбро сражавшиеся фиванцы, как только, обернувшись, увидели, что город взят, бежали[830].

13. Александр предоставил (бегущим) воинам взамен панциря полупанцирь, чтобы они, оставаясь на месте, имели защиту, поскольку были закрыты спереди, а убегая, не могли защищать спину. Никто поэтому более не бежал, опасаясь оказаться незащищенными, но всегда, оставаясь на месте, побеждали[831].

14. Александр, когда слышал от прорицателей, что жертвы оказались благоприятными, приказывал повсюду носить останки жертвенных животных и показывать воинам, чтобы те не только об этом слышали, но и видели и вследствие этого имели добрые ожидания относительно предстоящей опасности.

15. Александр, переправившись в Азию, вызвал у персов подозрение к их стратегу Мемнону[832], приказав македонянам, которые выходили на фуражировку, оставлять нетронутыми его владения[833].

16. Александр при переправе через Граник[834] сам повел македонян вправо и обошел находящихся на высотах персов с фланга; фаланга[835] же, напав на врагов, обратила их в бегство[836].

17. Александр готовился к сражению при Арбелах[837]. Дарий расположенное между войсками пространство, на котором должен был произойти бой, усеял триболами[838]. Увидев это, македонский царь, возглавлявший правый фланг, приказал македонянам следовать за ним вправо, чтобы обойти место, усеянное триболами; в свою очередь, персидский царь, пытаясь двигаться параллельно неприятелю, двинул от себя персов влево и разорвал плотное построение своей конницы. Александр, устремившись в образовавшиеся прорывы, а Парменион, действуя сходно на левом фланге, не только отклонились в сторону от триболов, но и заставили врагов обратиться в бегство[839].

18. Александр, переправившись через Тигр, узнал, что персы разоряют страну. Он послал воинов, чтобы они изо всех сил преследовали неприятеля, дабы тот, прежде всего заботясь о собственном спасении, оставил эту страну нетронутой[840].

19. Александр в Гиркании[841], услышав, что македоняне и эллины распространяют о нем дурные слухи, собрал друзей и сказал, что он желает послать домой письмо, чтобы известить родных о том, что собирается вернуться назад по прошествии трех лет; такие же письма он приказал отправить и своим друзьям к их домашним. Письма были всеми написаны. Но когда гонцы, посланные с ними, отъехали на расстояние трех станций[842], Александр, отозвав гонцов обратно, распечатал письма и узнал, что каждый из писавших о нем думал[843].

20. Александр осаждал в Индии хорошо защищенное место; устрашенные индийцы договорились с ним на счет того, чтобы выйти оттуда вместе с оружием. Выйдя, они заняли другую возвышенность и поставили охрану. Александр подступил с войском к этой возвышенности и индийцам, указывавшим на договор, сказал, что он договорился об их выходе, а не о том, чтобы их вообще отпускать[844].

21. Александр, когда Питтак, племянник Пора, устроил на дороге засаду, в месте, где было узкое ущелье, которое простиралось в длину на довольно большое расстояние, а в ширину доходило до четырех стадий, притом что выход из ущелья был совершенно узким, — сообразуясь с подобным характером местности, разделил свою конницу[845] на два отряда и, послав вперед, приказал, чтобы каждый воин следовал за ведущим налево, согласно движению, и, как только враги окажутся на правом фланге, чтобы каждый повернулся направо и затем слева располагался для боя; при этом, когда они увидят арьергард правой колонны, им было сказано нападать на врагов. Дав такой приказ, Александр сам начал строить воинов в узкую колонну, так что вид ее стал сходен со стрелкой солнечных часов. И вот, когда всадники левого отряда, увидев арьергард правого, с криком устремились в атаку, тогда подобным же образом и воины правого отряда, повернувшись налево, совершили нападение на индийцев; последние, опасаясь быть окруженными, все вместе бросились к узкому выходу из ущелья и здесь были частью уничтожены македонянами, а частью погибли, растоптанные друг другом[846].

22. Александр в сражении с Пором[847] свою конницу построил на правом фланге, половину фронтом, а остальную часть под углом, фалангу же и легковооруженных поставил на левом фланге, выстроив и здесь из воинов угол. В свою очередь, Пор, построив множество слонов, сам на главном слоне находился слева; остальных же слонов он поставил на расстоянии пятидесяти футов друг от друга вплоть до правого фланга; в то время как промежутки между животными заполнил пехотинцами, так что вид войска походил на великую крепостную стену, слоны были подобны башням, а пехота — промежуткам между башнями. Тогда Александр, приказав пехоте идти на неприятеля, сам повел свою более сильную конницу направо, желая обойти врагов с фланга. Чтобы избежать этого, Пор выступил с ним на сближение. Но так как слоны отставали, они разорвали во многих местах строй индийцев. И после того как македоняне стали врываться в разрывы, Пор был вынужден, повернувшись к фронту, вести бой. В это время те всадники, которые были с Александром, успели совершить обход и, напав на индийцев с тыла, одержали над ними полную победу (после которой Александр стал царем Индии)[848].

23. Александр, поскольку фессалийцы охраняли проход в Темпейскую долину[849], приказав обсечь крутые скалы Оссы[850] и сделать в них небольшие ступеньки, по ним вместе с македонянами, двигаясь на цыпочках, взошел на вершину и, перейдя Оссу, захватил Фессалию; фессалийцы же в это время продолжали охранять Темпейское ущелье. Еще и теперь проезжающие через проход в Темпейскую долину могут видеть скалы Оссы, превращенные в лестницу; их зовут лестницей Александра[851].

24. Александр, творя суд над македонянами или эллинами, считал нужным делать это в скромном и простом месте, над варварами же — в месте великолепном и свойственном полководцу, дабы приводить варваров в трепет и видом судилища. Действительно, творя суд над бактрийцами, гирканцами и индийцами, он совершал его в шатре, выглядевшем следующим образом. Шатер этот по величине был таковым, что вмещал сто лож; его поддерживали пятьдесят золотых столбов; натянутые сверху ткани, вызолоченные и украшенные узорами, образовывали свод шатра. Внутри его по кругу стояли первыми пятьсот персов-мелофоров[852], одетых в пурпурные и желтые одежды. За мелофорами, ближе к центру, находилось столько же лучников в разных одеждах, ибо одни из них были облечены в одежды огненного цвета, другие — темно-синего, а третьи — багряного. Перед ними стояло пятьсот македонян-аргираспидов[853] из числа наиболее рослых мужей. В середине же шатра находился золотой трон, сидя на котором Александр проводил судебные разбирательства. С обеих сторон от царя, вершившего суд, находились телохранители. Снаружи вокруг шатра стояла в готовности агема слонов[854], а также македоняне, одетые в македонские столы[855]. За ними — пятьсот сузян, облеченных в пурпур, а после, вокруг всех, десять тысяч персов, из числа персов, наиболее красивых и рослых, одетых полностью в персидский наряд, причем все они имели акинаки[856]. Таковым было судилище Александра для варваров[857].

25. Александр, следуя по безводной местности, и сам страдал от жажды, и македоняне. Воины, разведывавшие местность, обнаружив в углублении скалы немного воды, набрали ее и в шлеме принесли Александру. Он же, объявив войску, что следует радоваться, так как появилась вода, сам не стал ее пить, но у всех на виду вылил из шлема. Македоняне, подняв одобрительный крик, потребовали, чтобы он вел их вперед, будучи теперь особенно готовыми терпеливо переносить жажду из-за воздержания царя[858].

26. Александр спешил прийти к реке Тигр раньше Дария. Панический страх арьергарда распространился на все войско. Тогда царь приказал трубачу подать сигнал, что нет никакой опасности, а впереди стоящим пехотинцам — положить оружие около ног и объявить задним, чтобы и они сделали то же самое. Когда все по порядку положили оружие, они узнали причину боязни. Панический страх прекратился, и воины, подняв оружие, двинулись дальше[859].

27. Александр победил Дария при Арбелах. Фрасаорт, родственник Дария, обладая значительными персидскими силами, охранял Сузийские ворота[860]; они же представляют собой тесные и высокие горы. Варвары, метая из пращей снаряды, пуская стрелы и бросая камни, легко отражали нападавших на них македонян; так что Александр, отозвав своих воинов, повелел им в трех стадиях от того места вбивать колья для лагеря; ранее же Александру было предсказано Аполлоном, что чужеземный волк укажет ему путь против персов. И действительно, к Александру пришел пастух, одетый в звериную шкуру, который признался, что он — ликиец[861] и что в обход этих гор есть скрытая в лесных зарослях тропинка, которая известна ему одному по пастьбе скота. Александр, вспомнив предсказание, поверил пастуху. Он приказал, чтобы все войско оставалось в лагере и жгло много костров, привлекая к себе внимание персов. В свою очередь, дав Филоте[862] и Гефестиону[863] тайное приказание, чтобы они, как только увидят, что македоняне появились на вершине гор, немедленно нападали на неприятеля, сам с гипаспистами[864], одним подразделением фаланги гоплитов и со сколькими было скифскими лучниками[865], пройдя восемнадцать стадий по узкой тропинке, расположился на отдых под покровом очень густого леса. В полночь Александр, окончательно совершив обход, остановился невдалеке от спящих врагов; с наступлением же дня трубачи царя принялись подавать сигналы с вершины гор; тогда Гефестион и Филота вывели македонян за частокол и начали атаку. Персы, стесненные врагами сверху и снизу, были частью перебиты, частью сброшены со скал, а частью взяты в плен[866].

28. Александр, теснимый неприятелем, летом вел войско вдоль реки. Видя, что его воины страдают от жажды и посматривают на речной поток, и, опасаясь, чтобы они, когда будут утолять жажду, не нарушили порядок построения и не замедлили движение, приказал глашатаю возвестить: «Нам необходимо воздерживаться от воды в реке, ибо она — смертоносна». Устрашенные воины воздержались и стали двигаться быстрее. Александр же, завершив путь, разбил лагерь, и сам вместе с командирами перед всеми утолил жажду из этой реки. Воины рассмеялись, узнав причину обмана, и все безбоязненно набрали для себя оттуда воды[867].

29. Александр вторгся в страну согдийцев[868]. Она же вся — каменистая и труднопроходимая; в центре ее возвышается скала, доступная одним птицам; растущий кругом частый и густой лес делает неприступные утесы еще более неприступными. Эту скалу и занял Ариомаз с большим и сильным отрядом согдийцев; там он имел источники воды и обильные запасы хлеба. Александр, объехав верхом вокруг скалы и изучив ее природу, приказал, чтобы триста отборных юношей, которые упражнялись и приобрели умение в восхождении по кручам, будучи безоружными, взбирались с тыльной стороны через густой лес, поднимая друг друга тонкими веревками; по достижении же вершины им было приказано, развязав белые пояса, которые у них имелись, и прикрепив их к длинным шестам, выставлять их над лесом так, чтобы пояса, собранные вместе и бывшие яркими, которыми к тому же следовало постоянно потрясать, стали видны и сверху варварам и снизу македонянам. Посланные взбирались к вершине с большим трудом и, оказавшись там, с восходом солнца замахали поясами. Македоняне подняли снизу очень громкий крик; пораженный же Ариомаз, думая, будто все войско совершило восхождение и будто он уже захвачен с вершины, и себя, и скалу сдал Александру, считая божественными его могущество и удачу[869].

30. Александр, встретив отчаянное сопротивление со стороны индийского племени кафеев, поголовно их истребил и весьма укрепленный их город Сангалу до основания разрушил. Среди индийцев распространилась об Александре дурная молва, будто он ведет войну кровожадно и по-варварски. Александр же, желая изменить это мнение, другой город в Индии захватив, взял заложников и, заключив договор, подошел к третьему городу, большому и многолюдному, поставив впереди фаланги заложников — стариков, детей и женщин. Жители, узнав в них своих соплеменников и видя в этих действиях Александра проявления человеколюбия, открыли городские ворота и приняли его с маслиничными ветвями[870]. Тотчас разнесшийся о произошедшем слух убедил индийцев добровольно принимать Александра[871].

31. Александр обнаружил, что страна коссеев[872] скалистая, в ней высокие и неприступные горы, а в горах много отличных воинов; так что у него не оставалось надежды ее захватить. Тут прибыл кто-то с сообщением: «В Вавилоне умер Гефестион». Объявив всеобщий траур, Александр стал торопиться на похороны Гефестиона. Разведчики коссеев, увидев, что македоняне возвращаются, рассказали об этом соплеменникам, и те разошлись. Александр же, послав ночью конницу, овладел оставшимся без охраны проходом через горы, а затем, предприняв с остальным войском обратный путь и соединившись с всадниками, вместе с ними покорил страну коссеев. Говорят, что это предприятие облегчило скорбь Александра по Гефестиону[873].

32. Александр во дворце персидских царей[874] прочитал описание приготовлений к царскому завтраку и обеду, начертанное на медной колонне, где были и остальные установления Кира[875]. Оно имело следующее содержание: пшеничной муки чистой — четыреста артаб — индийская же артаба равняется аттическому медимну[876]; второго сорта муки — триста артаб и третьего сорта муки — еще триста артаб; всей пшеничной муки для обеда — тысяча артаб; ячменной муки самой чистой — двести артаб, второго сорта — четыреста и третьего сорта — четыреста; всего ячменной муки тысяча артаб; крупного помола муки, произведенной из полбы, — двести артаб; очень мелкого помола муки, произведенной из ячменя, как для кикеона, — десять артаб; кардамона, истолченного и мелко просеянного, — артаб; птисана — десять артаб; горчичного семени — треть артабы; баранов — четыреста, быков — сто, коней — тридцать, откормленных гусей — четыреста, горлиц — триста, разных малых птиц — шестьсот, ягнят — триста, гусят — сто, диких коз — тридцать; свежего молока — десять мареев — марей же равняется десяти аттическим хоям[877]; кислого молока, приправленного, — десять мареев; чеснока — талант[878], горького лука — половина таланта; зелени — артаба; сока сильфия — две мины[879], тмина — артаба, сильфия — талант; мирры из сладких яблок — четверть артабы; кикеона из горьких гранатовых корок — артаба; мирры из тмина — четверть артабы; черного изюма — три таланта; цветущего укропа — три мины; меланфия — треть артабы; диаринового семени — два капезия; чистого кунжута — десять артаб; молодого вина — пять мареев; вареной редьки и репы, в соленой воде приготовленной, — пять мареев; каперсов, в соленой воде приготовленных, из которых острый соус делают, — пять мареев; соли — десять артаб; эфиопского тмина — шесть капезиев — капезий же равняется аттическому хенику[880]; сухого укропа — тридцать мин; сельдереевого семени — четыре капезия; масла кунжутового — десять мареев, масла сливочного — пять мареев; масла теребинтового — пять мареев; масла акантового — пять мареев; масла из сладкого миндаля — три марея; сладкого сухого миндаля — три артабы; вина — пятьсот мареев.

Всякий раз, когда царь будет в Вавилоне или Сузах, он предоставляет половину финикового и половину виноградного вина; хвороста — двести повозок, дров — сто повозок, жидкого меда — сто четырехугольных сот по десять мин каждый четырехугольник; всякий раз, когда царь будет в Мидии, он раздает это; сафлорового семени — три артабы; шафрана — две мины; это издерживается на пир и завтрак.

Раздает же пшеничной муки чистой — пятьсот артаб; ячменной муки чистой — тысячу артаб и второго сорта — тысячу артаб; пшеничной муки тонкого помола — пятьсот артаб; крупного помола муки из ячменя — пятьсот мареев; ячменя для скота — двадцать тысяч артаб; мякины — десять тысяч повозок; соломы — пять тысяч повозок; масла кунжутового — двести мареев; винного уксуса — сто мареев; кардамона, мелко истолченного, — тридцать артаб; все это, сколько сказано, он раздает войскам; царь же за завтраком и обедом и с теми, кому раздает, столько издерживает в течение дня.

Прочитав подобное описание приготовлений к обеду, остальные македоняне удивились этому, как величайшему благу. Напротив, Александр осмеял это, как огромное бедствие, сопряженное к тому же со значительными неудобствами, так что и колонну, на которой было начертано данное описание, приказал разрушить, сказав друзьям: «Не подобает учиться царям так роскошно обедать; ведь за большой роскошью и изнеженностью обязательно следует малодушие; да и сами вы видите, как насыщенные столь обильными обедами быстро проигрывают в сражениях»[881].

4. Антипатр[882]

1. Антипатр, совершая поход в страну тетрахоритов[883], приказал, чтобы вокруг палатки зажгли сено, которое имелось для лошадей. Сено было зажжено, а трубач подал сигнал. Македоняне же стали собираться вокруг палатки, держа высоко копья. Увидев это, испуганные тетрахориты оставили занимаемое ими место; так Антипатр победил без боя[884].

2. Антипатр собирался переправиться через Сперхей[885]. Но поскольку фессалийские всадники мешали ему совершить переправу, он отвел войско в свой лагерь и приказал македонянам оставаться в полном вооружении и не распускать обоз. Фессалийцы же отправились верхом в Ламию[886] и, разойдясь по домам, принялись завтракать. Антипатр вернулся к реке и, переправив войско, прежде чем выступили фессалийцы, напал и захватил Ламию[887].

3. Антипатр в Фессалии, желая создать у врагов представление о том, что у него много всадников, собрал в большом количестве ослов и мулов и, поместив в илы, посадил на данных животных воинов с всадническим вооружением; впереди же каждой илы, в первой шеренге, он поставил настоящих всадников. Враги, видя этих последних, посчитали, что находящиеся за ними воины также являются всадниками, испугались и обратились в бегство. Подобную стратегему использовали и Агесилай против Аэропа[888] в Македонии, и Эвмен против Антигона[889] в Азии[890].

5. Парменион[891]

Парменион, посланный Александром после сражения при Иссе[892] в Дамаск[893] за багажом персов, приблизился к обозной прислуге. Когда же устрашенные варвары бросились бежать, Парменион, сообразив, что не в состоянии благополучно доставить столь большой багаж, так как везущие его варвары обратились в бегство, послал к ним три илы всадников, объявив: «Кто не возьмет собственными руками своих вьючных животных, будет убит». Варвары, испугавшись этого объявления, тотчас вернулись к вьючным животным и перевезли багаж[894].

6. Антигон[895]

1. Антигон завоевал Коринф с помощью следующей военной хитрости. Александр[896], владевший Акрокоринфом, скончался; у него была уже далеко немолодая[897] жена Никея. Антигон стал сватать ее за своего сына Деметрия[898]. Она же, обрадовавшись, дала согласие на брак с молодым человеком и царем. Было произведено пышное жертвоприношение; устроено всенародное празднество; кроме того, сам Амебей должен был петь под кифару[899]; по всем этим причинам вокруг зрелища происходила большая суматоха. Саму же Никею, гордящуюся и довольную, на украшенных по-царски носилках, несли стражники. После того как она прибыла в театр, Антигон, воздав великую благодарность кифареду и свадьбе, двинулся к Акрокоринфу и, поскольку стража была занята на всеобщем празднике и несла охрану на зрелище, он легко захватил крепость и таким образом овладел всем Коринфом, воспользовавшись свадьбой как своеобразной стратегемой[900].

2. Антигон, ведя переговоры с посольствами, всегда заранее ознакомлялся с записями архива относительно того, какие из послов раньше к нему приходили, вместе с кем и по какому делу. При встрече, припоминая каждого, он поражал всех послов тем, что он обладает столь превосходной памятью.

3. Антигон, осаждая Мегары, привел слонов. Мегарцы, поймав домашних свиней и обмазав их жидкой смолой, подожгли и отпустили. Они же, пронзительно визжа, поскольку были палимы огнем, стремглав пустились на слонов. Последние, раздразненные и придя в замешательство, один за другим обратились в бегство. Антигон впредь велел индийцам кормить свиней вместе со слонами, чтобы животные приучились переносить их вид и крик[901].

4. Антигон спас Антипатра, когда тот рисковал быть побитым камнями македонянами. Посередине месторасположения лагеря была река[902] с бурным течением, имеющая мост; с одной стороны расположились македоняне, с другой стороны — Антигон со своими верными всадниками. Первые же с сильным шумом и криком стали требовать денег, угрожая побить его камнями, если они не получат денег. Антипатр, не имея возможности дать денег, пребывал в затруднительном положении. Антигон сказал ему: «Я предоставлю тебе удобный повод для отхода». Сказав это, он, в паноплии перейдя через мост, пройдя по середине расположения фаланги в лагере, стал подходить и обращаться к каждому, давая понять, что намеревается публично выступить. Македоняне позволили ему говорить из-за уважения к его доблести и все пошли, чтобы послушать, что он хочет сказать. Когда толпа обступила его, он выступил с длинной речью в защиту Антипатра, раздавая им обещания, уговаривая и призывая их к примирению. В удобное время этого длинного выступления Антипатр, вместе с всадниками миновав мост, избежал побиения камнями со стороны воинов[903].

5. Антигон Первый, если имел мощное войско, то воевал более медлительно. С другой стороны, если он имел несильное войско, то совершал дерзкие нападения, считая, что благородная смерть предпочтительнее бесславной жизни.

6. Антигон зимовал в Каппадокии[904], в это время от него отпали три тысячи македонских гоплитов. Они, захватив укрепленные возвышенности, стали грабить Ликаонию[905], а затем и Фригию[906]. Антигон, с одной стороны, считал, что убивать их — жестоко; с другой стороны, он боялся, как бы они не присоединились к врагам, которых возглавлял Алкета[907]. И вот какую он придумал хитрость. Он послал к ним Леонида, одного из своих командиров, который якобы присоединился к их общему предприятию; они радостно приняли мужа и избрали его стратегом. Прежде всего, Леонид убедил их не присоединяться к кому-либо, так что таким образом первая опасность, по крайне мере, для Антигона была устранена; затем он свел их с возвышенностей в место, удобное для конницы, учитывая тот факт, что они были неопытны в конном деле. Там Антигон, напав на них с конницей, захватил Голкия и еще двух руководителей мятежа. Они стали молить его о собственном спасении, и он обещал отпустить их, если только они спокойно возвратятся в Македонию. На этом они условились, и мятежники удалились обратно на родину. Антигон же приказал Леониду провожать их вплоть до пределов Македонии, чтобы препроводить их безопасно в отечество[908].

7. Антигон стал тайно преследовать Аттала, Алкету, Докима[909], славных македонских стратегов, расположившихся лагерем в писидийском ущелье[910]. Однако, после того как слоны подняли шум и зафырчали, они поняли, что приближается Антигон; ведь только он использовал в войне этих животных. Алкета, взяв с собой пельтастов, поспешил захватить одну из отвесных и труднодоступных гор. Антигон же не стал преследовать Алкету; устроив засаду войску под склонами гор, он поспешил к лагерю и, застигнув всех врасплох, захватил врагов, — одних только надевавших вооружение, других же вообще безоружных. Таким образом, он, с одной стороны, воздержавшись от кровопролития, а с другой — пообещав спасение, одержал победу без битвы[911].

8. Антигона сто тридцать кораблей, которыми командовал наварх Никанор[912], вступили в морское сражение с флотом Полисперхонта, которым предводительствовал Клит[913]. Битва произошла на Геллеспонте. Никанор потерял семьдесят кораблей, поскольку его моряки испытывали большие трудности вследствие неопытности управления кораблями при встречном течении. После того как враги одержали блестящую победу, вечером прибыл Антигон и, не испугавшись поражения, приказал, чтобы моряки на остальных шестидесяти кораблях были готовы снова к морской битве ночью; он, поставив самых сильных из своих гипаспистов на каждое судно, также грозно объявил всем, что они будут убивать нежелающих сражаться. Поскольку он имел союзником находящийся поблизости Византии, он велел приплыть оттуда быстро морской команде; поставив тысячу пельтастов, легковооруженных воинов и лучников возле вражеских кораблей, он приказал им с земли бросать дротики и стрелять из лука. Это было устроено за одну ночь. Когда стало светать, находящиеся на земле стали выпускать стрелы и метать дротики; враги же, одни со сна, другие — только просыпаясь, из-за неосмотрительности получали многочисленные раны. Одни стали тянуть на суда причальные канаты, другие — вытаскивать корабельные сходни, третьи — поднимать якоря; всюду слышался крик, и всех охватило смятение. Антигон же дал сигнал шестидесяти кораблям подплыть к ним и яростно и внезапно осуществить нападение. И сразу же получилось, что, поскольку одни метали дротики и пускали стрелы с земли, а другие нападали с моря, побежденные одержали верх, а победители проиграли[914].

9. Антигон после победы в морском сражении на Геллеспонте велел кораблям плыть в Финикию, а морякам увенчать себя, кормы кораблей же украсить трофеями и убранством захваченных триер; кормчим было велено плыть по морю вблизи всех гаваней, а также приближаться ко всем городам, дабы весть о победе разнеслась по всей Азии. Финикийские корабли, стоя на якоре близ берегов Киликии[915] в гавани Россоса[916] и везя с собой большие деньги[917] Эвмена, имели над собой командование в лице наварха Сосигена[918]. Сосиген же проводил время, стоя на утесе, внимательно смотря на движение моря в ожидании попутного ветра. Находящиеся на финикийских кораблях, после того как увидели, что корабли блестяще украшены как победители, расхитив богатство, присоединились к триерам Антигона; так, последние вышли в открытое море, имея при себе множество денег и союзников. В то же самое время наварх Сосиген все еще взирал на море в ожидании попутного ветра.

10. Антигон и Эвмен сразились; победа была на равных; Эвмен послал вестника для переговоров о поднятии с поля боя тел павших[919]. Антигон, желая скрыть, что павших у него было гораздо больше, задержал вестника на столько времени, сколько потребовалось для сожжения всех тел павших. После же того как погребение закончилось, он отпустил вестника, согласившись на поднятие тел с поля брани[920].

11. Антигон решил провести зимовку в Мидии[921] в Гадамартах. Эвмен же предварительно занял дорогу на протяжении нескольких тысяч стадий и расставил повсюду на ней войска. Дорога шла по предгорью. Находящаяся внизу гладкая равнина была безводной, безлюдной и не имела никаких трав, деревьев и растений, к тому же она изобиловала горной смолой и солями; и по этой причине она была непроходима ни для животных, ни для людей. Антигон, замышляя уклониться от войск, охраняющих дорогу, решил пересечь равнину по середине. Он велел сшить большое количество кожаных мешков и наполнить их водой, приготовить продовольствия на десять дней и заготовить для коней ячменя и фуража в достаточном количестве. Все это было приготовлено; сам же он повел войско по середине безжизненной равнины, строго-настрого наказав не зажигать огонь ночью, чтобы его не заметили караулы, охраняющие предгорье. И они бы так до конца пути и оставались незамеченными, если бы повиновались приказанию Антигона. Однако некоторые из воинов вследствие холодной ночи зажгли огонь, а противники, увидев пламя огня, догадались обо всем и, спустившись на равнину, напали на арьергард и порубили замыкавших его воинов. В противном же случае исключительно из-за стратегемы Антигона все бы остались невредимыми[922].

12. Антигон, заняв в боевом порядке низко находящееся горное ущелье, после того как увидел плохое построение войска Эвмена на равнине, послал на арьергард несколько отрядов конницы и захватил значительную часть его обоза[923].

13. Антигон сразился с Эвменом при Габиене[924]. Тамошняя равнина имела сухую почву и изобиловала песком. В тот момент, когда в битве сошлись огромные войска, поднялось большое облако пыли, скрывая как друзей, так и врагов. Сражение перешло в рукопашную[925]. Заметив обоз, следовавший за воинами Эвмена, в котором находились их жены, дети, наложницы и домашняя челядь, а также золото и серебро и все остальное, что они приобрели в походе вместе с Александром, Антигон приказал отборным отрядам захватить обоз и отвести его в собственный лагерь. Они захватили обоз, поскольку противники были заняты битвой, а поднявшаяся пыль все затмевала. Когда же битва закончилась, у Антигона пало пять тысяч воинов, а у Эвмена всего лишь триста, последние, гордясь своей победой, разошлись. Когда они увидели, что обоз похищен и все домашние люди уведены в плен, то великая печаль и беспрестанный плач охватили победителей, так что большинство из них по причине сильной любви к домашним стали отправлять послов к Антигону, желая сдаться. Антигон, хотя и похитил обоз воинов Эвмена, видя, что те с трудом переносили потерю самого дорогого, объявил во всеуслышание, что готов отдать даром похищенное. Воины же по причине такого обещания сразу стали переходить на его сторону, и не только македоняне, но и огромное количество персов, которыми командовал Певкест[926]; ведь он, видя, что македоняне переходят на сторону Антигона, присоединился к ним. Наконец, столь великий переворот произошел в умонастроении воинов Эвмена, понявших свою участь, что аргираспиды, схватив Эвмена, выдали его, закованного в оковы, Антигону, последний же был провозглашен царем всей Азии.

14. Антигон, узнав, что Пифон, сатрап Мидии, набирает наемников и собирает деньги, намереваясь отложиться от него, притворился, что не верит доносившим это, говоря: «Если бы я верил, что Пифон сделает это, то я бы не приготовил для отправки к нему пять тысяч македонских гоплитов и тысячу фракийских воинов для охраны его сатрапии». Пифон, услышав это, поверил человеколюбию Антигона, быстро поспешил к нему, дабы принять обещанную военную помощь. Антигон же, приведя Пифона в расположение македонян и схватив его, в качестве отмщения за измену казнил[927].

15. Антигон почтил обильными дарами аргираспидов, которые передали ему Эвмена как узника; однако, остерегаясь их измены, он тысячу из них передал в помощь Сибиртию, сатрапу Арахосии[928], остальных же разослал для несения караульной службы в другие укрепленные и отдаленные гарнизоны, чтобы местность, где они будут служить, стала для них темницей. Вскоре о них ничего не стало слышно.

16. Антигон осаждал Родос[929] и, поручив осаду своему сыну Деметрию, объявил, что гарантирует всяческую безопасность ро-досским перебежчикам; родосским купцам и рыболовам, находившимся возле берегов Сирии, Финикии, Киликии и Памфилии[930], он также пообещал безопасность мореплавания при условии, что они не будут приставать к Родосу, дабы взять его, лишенным всяческой помощи, тем более что помощи со стороны Птолемея не было достаточно, чтобы успешно противостоять руководящему осадой Деметрию.

17. Антигон нанял за плату наемников из галатов[931], которыми командовал Кидерий, при этом заключив соглашение, что он даст каждому по золотой македонской монете и отдаст в качестве залога знатных мужей и детей от благородных родителей. Вскоре у него произошла битва с Антипатром; после того, как она завершилась, галаты стали требовать плату. Антигон расплатился с каждым воином, имеющим щит. Галаты же стали требовать денег для невооруженных, женщин и детей; ведь в договоре было сказано следующее: «Заплатить каждому из галатов». В таком случае, если получат плату принимавшие участие в битве, то выйдет тридцать талантов, а вместе с не участвовавшими в битве — сто талантов. Войско галатов отпало от Антигона и стало угрожать убить заложников. Антигон, боясь за жизнь заложников, послал к ним посла, обещая дать то, что они требуют, если они пошлют людей взять золото. Они же, радостные по причине надежды на множество денег, послали для принятия золота лучших галатов. Антигон, захватив пришедших, заявил, что он отпустит мужей не прежде, чем получит обратно своих. Галаты, сильно желая спасти своих мужей, после того как отдали заложников со стороны Антигона, получили взамен своих собственных и вместе с ними тридцать талантов[932].

18. Антигон осаждал Кассандрию[933], желая свергнуть ее тирана Аполлодора[934]. Осада длилась десять месяцев[935]. Наконец, он удалился; однако послал Аминия, главаря пиратской шайки, дабы тот вошел в дружественные отношения с Аполлодором. Аминий стал обещать Аполлодору через посольство задобрить Антигона и послать многочисленный провиант и вино, чтобы засвидетельствовать свою верность[936]. Сторонники тирана, доверяя дружбе Аминия и учитывая отсутствие Антигона, стали менее тщательно охранять стены. Аминий же заготовил лестницы, равные по длине стенам, при этом за местом, называемым Бол, лежащим близко к стенам, скрылись две тысячи воинов, а вместе с ними десять этолийских пиратов, которыми руководил Мелата. Последние при первых лучах солнца, заметив на стенах малочисленную стражу, подползли к промежутку между двумя башнями и, приставив лестницы, подали условный сигнал. Аминий с двумя тысячами воинов, поднявшись при помощи лестниц, захватил стены, и в результате оказался внутри города, а в этот момент внезапно появился и Антигон. Захватив Кассандрию, он уничтожил тиранию Аполлодора.

19. Антигон, имея меньшее количество воинов, стоял лагерем напротив врагов, возглавляемых Эвменом. Так как имели место непрерывные сношения через послов, он предварительно отдал приказание, чтобы, когда прибудет посол, вбежал воин, весь запыхавшийся и покрытый пылью с известием: «Союзники приближаются». Антигон, услышав это, подпрыгнул от радости; отослав послов и выстроив на следующий день фалангу вдвое длиннее, чем прежде, он вывел ее за вал. Услышав от послов о прибытии союзников и видя, как вытянулась в длину фаланга, имевшая при этом незначительную глубину, противники, испугавшись вступать в битву, поспешно удалились[937].

20. Антигон, намереваясь захватить Афины, умышленно заключил с ними мир на позднюю осень. Афиняне, засеяв немного хлеба, тщательно сохранили необходимый до жатвы запас. Когда же наступило время жатвы, Антигон вместе с войском вторгся в Аттику. Афиняне, с одной стороны, израсходовав запас хлеба, а с другой — будучи не в состоянии выйти на поля и пожать новый урожай, впустили Антигона в город и подчинились всем его приказаниям[938].

7. Деметрий[939]

1. Деметрий, не имея денег, насобирал вдвое больше воинов; когда же некто стал дивиться, откуда возьмется им плата, когда ее нет и для меньшего числа воинов, Деметрий сказал: «Ведь будучи более сильными, мы одолеем более слабых неприятелей и завоюем их страны, и, испугавшись множества воинов, одни принесут нам дань, другие же увенчают нас венками».

2. Деметрий, намереваясь плыть в Европу и одновременно желая скрыть, куда он пристанет, дал каждому кормчему запечатанное письмо, строго-настрого приказав: «Если мы благополучно приплывем вместе, то вы оставляете печати нетронутыми, а если же мы разделимся из-за каких-то обстоятельств, то вы, открыв письмо, плывите в указанное в письме место»[940].

3. Деметрий, желая неожиданно напасть на Сикион[941], удалился в Кенхреи[942] и там стал проводить время, постоянно предаваясь удовольствиям и роскоши. Вследствие этого сикионцы не подозревали никакого подвоха, Деметрий же отдал приказание войску наемников во главе с Диодором ночью напасть на ворота, обращенные к городу Пелена[943], а флотилии — появиться в гавани, наконец, сам он повел гоплитов к городу и в результате, напав на него со всех сторон, овладел им[944].

4. Деметрий, передав фрурарху Диодору Эфес, отплыл в Карию[945]. Диодор, воспользовавшись его отсутствием, условился с Лисимахом сдать город за пятьдесят талантов. Деметрий, узнав об этом и взяв с собой гемиолы, велел им незаметно подплыть близко к Эфесу; сам же, плывя на одном судне вместе с Никанором, отправился к гавани Эфеса. Деметрий скрылся в трюме корабля; а Никанор стал звать Диодора для беседы с ним относительно воинов, чтобы тот позволил им безопасно уйти. Диодор, подумав, что Никанор прибыл в одиночестве, поднявшись на небольшое весельное судно и отплыв на нем, был готов вести переговоры. Как только он приблизился, Деметрий, выпрыгнув из трюма корабля, потопил лодку вместе с находившимися там людьми, а выплывших схватил и таким образом, предупредив действия предателя, удержал Эфес[946].

5. Деметрий, расположившись лагерем в Аттике после захвата Эгины и Саламина[947], послал посольство к жителям Пирея, прося оружие для тысячи мужей, чтобы прийти к ним в качестве союзника против тирана Лахара. Они же, поверив, послали ему вооружение, а он, получив просимое и вооружив своих воинов, осадил оказавших ему помощь[948].

6. Деметрий захватил Пирей, не использовав всю свою флотилию; приказав большинству триер встать в засаде при Суни[949] и отобрав двадцать триер, лучших в плавании, он повелел им быстро плыть не к городу, но как бы к Саламину. Деметрий Фалерский[950], командовавший афинянами, был сторонником Кассандра; заметив с акрополя двадцать кораблей, плывущих к Саламину, он решил, что это корабли Птолемея отправляются к Коринфу. Находившиеся же на двадцати кораблях, быстро повернув суда к Пирею, осадили его; в тот же самый момент прибыл и весь остальной флот со стороны Суния; в результате, высадившись в таком множестве, они захватили башни и гавань. Глашатаи стали кричать: «Деметрий освобождает Афины», и афиняне, услышав весть об освобождении, приняли Деметрия с радостью[951].

7. Деметрий осаждал Саламин, что на Кипре, при помощи ста семидесяти триер; стратег Птолемея Менелай[952] защищал город шестьюдесятью кораблями, ожидая, что приплывет сам Птолемей вместе со ста сорока кораблями. Деметрий, понимая, что не в силах сражаться в совокупности с двумястами кораблями, обойдя мыс Саламина, скрылся в гавани под утесом, являвшим собой хорошую гавань. Когда же Птолемей, не заметив находившихся за утесом, пристал к широкому и удобному для высадки берегу и стал высаживаться, внезапно появились воины Деметрия, зашедшие с тыла. Они тотчас напали на только что причалившие египетские корабли, в результате чего была одержана стремительная победа. Птолемей немедленно обратился в бегство; Менелай же, выдвинувшись из Саламина для оказания помощи, присоединился в итоге к бегству Птолемея[953].

8. Деметрий подступил с войском к Коринфу, который предатели обещали сдать ему ночью, отворив ворота напротив возвышенной части города. Однако, боясь, как бы жители города, проведав об этом, не напали на них, отвлек их, напав с большим войском на Лехейские ворота. Воины Деметрия подняли громкий боевой клич, и все коринфяне сбежались на него. Предатели, открыв вышеупомянутые ворота, впустили неприятеля; таким образом Деметрий захватил Коринф, в то время как коринфяне защищали Лехейские ворота[954].

9. Деметрий воевал с лакедемонянами; между обоими войсками лежала аркадская гора Лиркей[955]. Македоняне пребывали в беспокойстве, не зная ничего подробного о горе. Вдруг прямо в лицо неприятелей задул сильный северный ветер. Деметрий, добыв огонь, поджег лес; пламя, обрушившись вместе с запахом и дымом на лакедемонян, заставило всех их повернуть назад. После этого воины Деметрия, напав с воодушевлением и ожесточением, одержали верх над лакедемонянами[956].

10. Деметрий отступал по очень узкой дороге; спартиаты, напав на арьергард, многих ранили. Деметрий, собрав на самом узком месте неудобной дороги большое количество повозок, поджег их. Противники не могли перейти через дорогу, объятую огнем; покуда повозки горели, Деметрий, опередив намного неприятеля, избежал преследования.

11. Деметрий, послав вестника к беотийцам, объявил им войну. Вестник отдал беотархам в Орхомене[957] письмо с объявлением войны; Деметрий же на следующий день встал лагерем при Херонее. Беотийцы были поражены, что война началась сразу с ее объявления[958].

12. Деметрий переправлялся через очень быструю реку Лик[959], которая была непреодолима для пеших воинов, а для конницы вполне проходимой. Тогда он тех всадников, которые имели самых крупных и сильных лошадей, построил тетрафалангией против течения; сильное течение реки, огибая их, становилось не таким сильным, и пешие воины без труда осуществили переправу[960].

8. Эвмен[961]

1. Эвмен, испытывавший телесный недуг и из-за этого несомый на носилках, был преследуем галатами. Поэтому его бегство осуществлялось медленно, и он, будучи почти настигнутым врагами и увидев на дороге холм, велел носильщикам положить на него носилки. Варвары, находясь вблизи и сочтя, что Эвмен никогда так не поступил бы, если бы не имел значительную помощь в виде войска, скрытого поблизости, прекратили преследование[962].

2. Эвмен, поняв, что подвластные ему аргираспиды начинают выходить из повиновения, а Антиген и Тевтам[963], которые были их стратегами, относятся к нему надменно и пренебрегают посещением его шатра, собрав всех командиров, сказал, что дважды видел сон, грозящий всем общей опасностью, если они не прислушаются к нему. Содержание сна было следующим: якобы царь Александр в центре лагеря восседал в шатре, держа в руке скипетр и занимаясь всеми делами; он велел командирам не разбирать никакие общественные и царские дела вне царского шатра и признать за таковой только шатер Александра. Македоняне воздали честь Александру и решили сообща из царских денег построить царский шатер и по-царски украшенный трон; на нем водрузить царскую диадему в виде золотого венка, подле трона положить оружие, посередине же поставить скипетр, перед троном — золотой стол, на котором бы находились горнило и золотая кадильница вкупе с ладаном и различными благовониями, а в самом шатре поставить серебряные кресла, на которых будут восседать все командиры, держа совет об общих делах. Все это так и было устроено. Эвмен же поставил свой шатер возле шатра Александра, а остальные командиры — рядом с ним. Таким образом, получилось, что Эвмен, входя в царский шатер, принимал там всех командиров, среди которых стали идти в этот шатер и стратеги аргираспидов Антиген и Тевтам, по делу — к Эвмену, а для оказания почести — к Александру.

3. Эвмен, видя, что воины в Персиде[964] склоняются к Певкесту при помощи вина и раздачи денег, и боясь, как бы тот не привлек на свою сторону все командование, выставил напоказ письмо, написанное по-сирийски, как бы от Оронта[965], сатрапа Армении, которое гласило, что Олимпиада, удалившись из Эпира вместе с сыном Александра[966], имеет теперь законное право управлять македонским царством после гибели Кассандра[967]. Македоняне, услышав об этом, оставили Певкеста, а мать же Александра и его сына с большим удовольствием и радостью провозгласили правителями.

4. Эвмен распустил войско в Персиде по деревням на зимовку; Антигон же пришел, узнав об этом. Эвмен — так как Певкеста, послав сообщение, известил его о данном факте, — велел, чтобы командиры ночью вместе со своими отроками[968], поместив огонь в сосуды, проехав верхом на конях семьдесят стадий вплоть до возвышенных и довольно отдаленных мест и расположившись на расстоянии двадцати локтей друг от друга, зажгли там в достаточном количестве дрова; кроме того, он приказал, чтобы первая ночная смена зажгла сильный огонь, вторая — поменьше, третья же — совсем небольшой, дабы создалось впечатление, что в самом деле разбит лагерь. Воины же Антигона, увидев это, сочли, что у Эвмена собрано все войско, и, не отважившись напасть, удалились по другой дороге, которая не была занята противником.

5. Эвмен стал отговаривать своих воинов, желавших разграбить обоз противников, от этого, как от неподобающего действия. Не убедив их, он сообщил неприятелям и предупредил, чтобы они охраняли обоз. Воины Эвмена, увидев усиленное охранение, воздержались от своего намерения[969].

9. Селевк[970]

1. Селевк дал сражение Антигону. Никто не мог одержать победу в битве[971]. После того как наступила ночь, оба полководца решили отложить сражение на следующий день. Воины Антигона разбили лагерь, полностью сняв оружие; Селевк же отдал приказание своим воинам отужинать в полном вооружении и лечь спать, сохраняя расположение боевого порядка. Наступило раннее утро. Воины Селевка выступили против неприятеля, вооруженные и построенные в боевой порядок, а воины Антигона, застигнутые врасплох и будучи безоружными и непостроенными, быстро отдали победу своим врагам.

2. Селевк расположил свой лагерь напротив лагеря Деметрия; Селевк был весьма доволен ходом дел, Деметрий же находился в отчаянии. Наступила ночь; Деметрий решил дать сражение противнику ночью, чтобы отчаянным, неожиданным броском достичь хоть чего-то. Воины с охотой подчинились ему, рассчитывая на неожиданность нападения, как на свою последнюю надежду. Воодушевленные таким образом, они стали вооружаться. Два юноши, этолийс-кие пельтасты Деметрия, наткнувшись на передовую стражу Селевка, пожелали, чтобы их привели как можно скорее к царю. Когда они пришли к нему, они рассказали о приготовлении к ночному сражению. Селевк, испугавшись, как бы нападение врагов не произошло раньше того, как его воины вооружатся, велел трубачам дать сигнал к бою, воинам же, вооружаясь, поднять громкий боевой клич, и чтобы каждый, имеющий палатку, зажег возле нее находящийся под рукой хворост. Деметрий же, видя войско, освещенное огнями, оглашаемое звуками труб, и слыша повсюду боевой клич, не решился напасть на подготовленное войско[972].

3. Селевк, заметив, что воины Деметрия малодушны, выбрал самых сильных из гипаспистов; выдвинув вперед восемь слонов, он обошел через узкую тропу фланг неприятеля и, скинув шлем, воскликнул: «Доколе вы будете безумствовать, терпя возле себя голодного вожака разбойников, вы, могущие служить наемными воинами богатому царю и жить в царстве, не чаемом, но настоящем». Услышав это, большинство воинов Деметрия, побросав мечи и копья, стало рукоплескать и присоединяться к Селевку.

4. Селевк осаждал крепость Сард[973], а Феодот защищал находящиеся в ней сокровища. На эту должность хранителя сокровищ его поставил Лисимах. Селевк, не будучи в состоянии взять крепость по причине ее укрепленности, публично пообещал дать сто талантов тому, кто убьет Феодота. Таким образом, у многих воинов возникло сильное желание приобрести эти сто талантов, а у Феодота поселилось недоверие к солдатам и страх перед ними. Он начал не выходить из дома, и большинство стало негодовать на это, питая к нему недоверие. После такого смятения в умах людей Феодот, предупредив дальнейшие действия в отношении себя, открыл ночью небольшие ворота и, впустив через них Селевка, выдал ему сокровища[974].

5. Селевк, когда Деметрий встал лагерем возле гор Тавра[975], боясь как бы он тайком не ушел в Сирию, послал с приказом зажечь много костров Лисия со многими македонянами на возвышенности Аманских ворот[976], через которые противник собирался пройти. Деметрий, видя, что вершины этого прохода уже заняты, повернул назад.

6. Селевк[977], спасаясь бегством в Киликию после битвы с варварами, и боясь, как бы друзья не узнали, что он бежал с немногочисленными людьми, притворился оруженосцем командира царской илы Гамактиона, надев на себя одежду, подобающую облику оруженосца. После того как вокруг него собралось много всадников и пехотинцев, облачившись в царскую одежду, он явился своим воинам[978].

10. Пердикка[979]

1. Пердикка во время войны между иллирийцами и македонянами, после того как многие македоняне были взяты в плен живыми, а остальные в надежде на выкуп стали менее отважны в битвах, объявил, — отдав приказ возвестить это по возвращении посланному на счет выкупа гонцу, — что иллирийцы не принимают выкуп, но решили убить пленников. Македоняне, оставив мысль о спасении через выкуп, стали более отважными в ратном деле, поскольку имели надежду на благополучный для себя исход только посредством победы.

2. Пердикка, испытывая затруднение в серебряных монетах в войне с халкидцами, отчеканил монеты из сплава олова и меди и ими стал расплачиваться с воинами. Купцы также принимали царские монеты; но, поскольку они не ценились за пределами Македонии, они брали взамен местные плоды.

11. Кассандр[980]

1. Кассандр в одно и то же время осаждал Саламин и дал морское сражение афинянам, победив же в морском бою, он отпустил без выкупа саламинцев, которых захватил вместе с афинянами; жители Саламина, узнав об этом, перешли на сторону Кассандра, поверив его человеколюбию[981].

2. Кассандр захватил при помощи хитрости Никанора, охранявшего Мунихию[982] и питавшего к нему личную неприязнь следующим образом. Кассандр приготовился отплыть из Аттики. Вестник, прибыв к нему, уже собравшемуся взойти на корабль, отдал письмо от македонских друзей, якобы сообщавших, что македоняне зовут его на царство по причине сильного недовольства Полисперхонтом. Узнав об этом, Кассандр стал весьма радостным и веселым и, обняв сопровождавшего его Никанора, с улыбкой сообщил: «Теперь нам нужно посоветоваться о различных делах, и давай мы распорядимся управлением по общему соображению». Говоря это, он постепенно привел Никанора в один ближайший дом, как бы для того, чтобы побеседовать о самом тайном только с ним одним. В доме же скрывался отряд гипаспистов, который, захватив Никанора, посадил его под стражу. Кассандр тотчас созвал собрание и поручил вести дело желающим обвинить Никанора. Во время обвинительного процесса он овладел Мунихиией. Поскольку Никанор наглым образом сделал много беззаконий, собрание большинством осудило его на смерть[983].

3. Кассандр, загнав Олимпиаду в Пидну[984], что в Македонии, стал осаждать город. Полисперхонт ночью послал пентеру[985] с приказом встать поблизости на якорь и через письмо велел Олимпиаде воспользоваться ею. Вестник, отправленный с письмом, был схвачен и, приведенный к Кассандру, признался в том деле, на которое его послали. Кассандр же, запечатав письмо печатью Полисперхонта[986], приказал отнести его Олимпиаде, однако не говорить, что Кассандр знает о нем. Вестник отправился к Олимпиаде, а Кассандр, захватив пентеру, спрятал ее. Олимпиада, поверив печати Полисперхонта и содержанию письма, выйдя из города ночью и не найдя пентеру, решив, что Полисперхонт обманул ее, пришла в отчаяние и в итоге сдалась сама и при этом сдала Кассандру город Пидну[987].

4. Кассандр на обратном пути из Иллирии, находясь от Эпидамна[988] на расстоянии одного дня, спрятал свое войско и, послав всадников и пехоту, поджег высокогорные селения, находившихся на границе между Иллирией и Атинтанией, которые были видны жителям Эпидамна. Те же, посчитав, что Кассандр удалился, выйдя из города, стали заниматься земледельческими работами. Кассандр, подняв скрытое войско, захватил вышедших из города в числе не меньше двух тысяч, а найдя ворота города открытыми, вошел в Эпидамн и овладел им[989].

12. Лисимах[990]

1. Лисимах, после того как автариаты[991] потеряли обоз в битве с Деметрием при Лампсаке[992], испугавшись, как бы варвары не затеяли чего-либо, потеряв все, что имели, выведя их за вал как бы для раздачи провианта, подав знак, всех их убил[993]. Их было пять тысяч человек[994].

2. Лисимах овладел Амфиполем посредством измены Андрагафа; одарив его весьма многим и ценным, Лисимах пообещал еще большее, если тот пойдет с ним в Азию, а после того как они пришли к Фракийским Воротам, он не только все, что тот тогда имел, отобрал, но и его самого, подвергнув истязаниям, убил[995].

3. Лисимах провожал к пеонам[996] в отцовское царство Аристона, сына Автолеонта[997], чтобы они, приняв царственного юношу, и его благосклонно впустили в свою область. Когда же пеоны совершали по существующему обычаю над Аристоном царское омовение на реке Астиб[998] и уже накрыли царский стол, Лисимах подал знак своим воинам вооружиться[999]. Аристон, спасаясь бегством, ускакал к дарданам[1000], а Лисимах захватил Пеонию.

13. Кратер[1001]

Кратер, когда тирийцы напали на македонян, занятых работами на валу, и после того, как произошло бегство последних под натиском противника, велел македонянам отступать. Когда же тирийцы, преследовавшие их на весьма большое расстояние, устали, он подал своим воинам знак, развернувшись, напасть на тирийцев. Тотчас преследователи обратились в бегство, а обращенные в бегство стали преследовать[1002].

14. Полисперхонт[1003]

Полисперхонт, видя, что пелопоннесцы бдительно охраняют свои границы, склонил своих воинов к решительности следующим образом. Надев аркадскую шапку, застегнувшись в двойной плащ и взяв посох, он обратился к ним: «Воины, вот таковы те, с кем мы медлим сразиться». Скинув прежнее одеяние и облачившись в паноплию, сказал им: «А вот те, кто не решается с ними воевать, — мы, одержавшие победы до сего дня во многих великих битвах». Услышав это, воины не пожелали более медлить, но потребовали, чтобы их немедленно повели в бой[1004].

15. Антиох, сын Селевка[1005]

Антиох, желая захватить Дамаск, который защищал стратег Птолемея[1006] Дион, объявил войску и всей области об отмечании персидского праздника, приказав всем своим подчиненным сделать приготовление к большому пиршеству. Поскольку Антиох со всеми и повсеместно праздновал, то и Дион, узнав о размахе празднества, ослабил бдительность охраны города. Антиох же, повелев взять сырую пищу на четыре дня, повел войско через пустыню и горные тропы и, неожиданно появившись, взял Дамаск, так как Дион не сумел оказать сопротивления внезапно явившемуся Антиоху[1007].

16. Антиох, сын Антиоха[1008]

Антиох осаждал фракийский город Кипселу[1009], имея с собой много знатных фракийцев, которыми руководили Тирис и Дромихет[1010]. Надев на них золотые ожерелья и облачив в серебряное вооружение, он повел их на битву. Жители Кипселы, увидев соотечественников и соплеменников украшенными большим количеством золота и серебра и сочтя их счастливыми людьми, поскольку они находятся в войске Антиоха, побросав оружие, присоединились к Антиоху и стали его союзниками в борьбе против врагов[1011]

17. Антиох Гиеракс[1012]

Антиох, брат Селевка, отложившись, бежал в Месопотамию, оттуда, перейдя границы Армении, был принят Арсамом[1013], поскольку тот был ему другом. Стратеги Селевка Ахей и Андромах[1014] с большим войском преследовали Антиоха. Между ними произошла большая битва. В конце концов, Антиох, раненый, ускользнул в ущелья предгорья, расположив лагерь войска в долине вблизи горных лощин и распустив при этом слух, что Антиох пал в битве. Значительной же части войска он велел занять ночью основные возвышенности предгорья. Днем воины Антиоха послали послов, командира Филитера с Крита и Дионисия из Лисимахии[1015], требуя за перемирие тело Антиоха и обещая сдаться самим вместе с оружием. Андромах сказал, что тело Антиоха еще не найдено и его ищут среди павших или среди пленных; кроме того, Андромах заявил, что он пошлет людей взять оружие и принять пленных. И вот пришли, совершенно не подготовившись к сражению, четыре тысячи мужей, отправленные только для того, чтобы взять пленных. Когда же они прибыли к горным лощинам, воины, которые ранее заняли возвышенности предгорья, напав сверху, весьма многих из них убили. Тогда Антиох, приняв царский вид, появился перед всеми, показав себя живым и победителем[1016].

18. Филипп, сын Деметрия[1017]

1. Филипп осаждал родосский город Принасс в Пере[1018]. Так как его стены были очень крепкими, он стал делать подкоп. Поскольку камень во рве оказался очень твердым и никак не поддавался инструментам для копания, Филипп на следующий день велел воинам спуститься в ров как бы для работы и покрыть его покрывалами, словно желая скрыть свое действие. Это все было видно врагам, смотрящим со стен города. Ночью же он велел, чтобы воины из какого-либо глубокого оврага, находящегося от этого места на расстоянии восьми или десяти стадий, принесли землю и сложили ее перед входом в ров. Когда возле рва выросла большая куча земли, враги, увидев это со стен, поверили в то, что под город делается подкоп. Их охватил такой страх, что они сдали Филиппу город. Позже, узнав эту хитрость, они весьма сильно оплакивали свое неразумие[1019].

2. Филипп, сын Деметрия, в войне с царем Атталом и родосцами, решив незаметно уйти по морю, послал египтянина в качестве перебежчика в лагерь противника, который сообщил неприятелю, что Филипп готовится на следующий день дать морское сражение. Ночью же Филипп зажег много костров, словно войско оставалось на месте. И поскольку воины Аттала готовились к морской битве и сняли оцепление, отвечавшее за выход кораблей Филиппа из гавани, Филипп незаметно отплыл[1020].

19. Птолемей[1021]

Птолемей, когда Пердикка[1022] близ Мемфиса[1023] переправлялся через реку, видя, что значительная часть его войска уже переправилась, собрал с окрестностей огромные стада коз, свиней и коров и приказал к ним привязать вязанки хвороста, чтобы они, волоча их, подняли сильную пыль. Так, погоняемые пастухами и, вдобавок, всадниками, животные подняли огромное облако пыли. Сам же Птолемей, взяв с собой остальных всадников, напал на противника. Те же, сочтя причиной облака пыли приход огромного войска, тотчас обратились в бегство. Большинство из них погибло в реке, а другие также в большом количестве были взяты в плен живыми.

20. Аттал[1024]

Аттал, намереваясь сразиться с галатами, имеющими огромное войско, видя, что воины боятся, и желая вдохнуть в них храбрость перед лицом опасностей битвы, приготовил для жертвоприношения жертвенное животное; при этом всем обрядом руководил халдейский жрец Судин. Вознеся молитвы и сделав возлияние, жрец рассек жертвенное животное. Царь же, растерев чернильный орешек, написал на правой руке «победа царя», сделав надпись не слева направо, но наоборот — справа налево. И когда вынули внутренности животного, он подложил руку под них, запечатлев чернильную надпись на теплой и мягкой доле печени. Жрец, рассмотрев доли печени, желчный пузырь, а также исследовав желчный проток, жертвенный стол и прочие знаки, перевернул долю печени, имеющую надпись, через которую явствовала победа царя. Он сам очень сильно обрадовался и показал это знамение множеству воинов. Те же, подойдя и прочтя надпись, исполнились отваги и подняли крик, требуя вести их на битву против варваров, и, рьяно сразившись с галатами, одержали над ними победу[1025].

21. Персей, сын Филиппа[1026]

Персей, после того как римляне для войны с ним привели слонов из Ливии и индийских от Антиоха[1027], сирийского царя, чтобы животные эти не показались коням македонян необычными и ужасными, приказал ремесленникам изготовлять деревянные фигуры, сходные видом и цветом с настоящими слонами. Но так как более всего страшен был для коней голос этих животных, Персей приказал в каждую деревянную фигуру помещать человека с трубой, который, направляя эту трубу через пасть фигуры, издавал резкий и пронзительный звук. Так македонские кони научились не обращать внимание на голос и вид слонов[1028]

Книга Пятая

Следующее содержится в пятой книге «Стратегем» Полиэна:

1. Фаларис

2. Дионисий

3. Агафокл

4. Гиппарин

5. Феокл

6. Гиппократ

7. Дафней

8. Лептин

9. Ганнон

10. Гимилькон

11. Гескон

12. Тимолеонт

13. Аристон

14. Фрасимед

15. Мегакл

16. Паммен

17. Гераклид

18. Агафострат

19. Лик

20. Менекрат

21. Афинодор

22. Диотим

23. Тинних

24. Клитарх

25. Тимарх

26. Евдоким

27. Павсистрат

28. Феогнид

29. Диокл

30. Хилей

31. Кипсел

32. Телесиник

33. Помписк

34. Никон

35. Неарх

36. Дорофей

37. Сосистрат

38. Диогнет

39. Архебий

40. Аристократ[1029]

41. Аристомах

42. Харимен

43. Каллиад

44. Мемнон

45. Филомел

46. Демокл

47. Панеций

48. Пирехм[1030]

49. Сатир[1031]

Вам священнейшие цари, Антонин и Вер, преподношу и следующую пятую книгу «Стратегем», не столько считая себя достойным похвалы за написанное, сколько для того, чтобы вы, обличенные такой властью, читали с усердием эти записки, а теперь же особенно, так как вы распоряжаетесь не только правом мира, но и распределяете дела войны, и следовательно, этой стратегемой руководствуясь для победы, если посредством них (стратегем) побеждали древние полководцы, то и вы можете изучить их. Ибо важность слов для имеющих досуг — полезное дело, а знание же дел — лучший наставник для руководящих войском, которым нужно действовать в подражание давно победившим. Итак, каким образом вы. будете подражать доблести и победам древних, укажут эти стратегемы.

1. Фаларис[1032]

1. Фаларис Акрагантец[1033], сборщик пошлин, когда граждане хотели устроить на двести талантов храм Зевса Покровителя на вершине, будто бы на скалистой и самой крепкой, и, кроме того, на самом высоком месте, как и подобает селиться богу, обещал, сделавшись руководителем работы, и нанять лучших мастеров, и лес выгодно доставить, и дать верных поручителей в деньгах. Народ поверил, что он из-за образа жизни, связанного с взиманием пошлин, имеет опыт в подобных делах. Взяв как раз общественных денег, он нанял много иностранцев, купил много пленников, свез на вершину много леса, камней, бревен, железа. Тотчас по заложении основания он послал глашатая: «Тот, кто обнаружит похищающих камень и железо с вершины, — получит столько же серебра». Народ был слишком раздражен, так как лес был похищен. Он же сказал: «Разве вы не позволите мне окружить акрополь стеной?» Граждане согласились окружить его и стену воздвигнуть. Освободив пленных и вооружив их камнями, секирами и топорами, и напав в то время, когда граждане праздновали Фесмофории[1034], он, убив многих мужчин и став господином женщин и детей, сделался тираном города акра-гантцев.

2. Фаларис, желая забрать оружие акрагантцев, приказал устроить за городом самое пышное гимнастическое состязание. Когда все граждане пришли на зрелище, он приказал копьеносцам, заперев ворота, вынести оружие из домов[1035].

3. Фаларис, когда акраганцы осаждали сиканов[1036], не будучи в состоянии взять их город, так как они заготовили много хлеба, прекратил войну и к тому же передал им хлеб из лагеря, условившись оставить ему то, что должно быть сжато в будущем[1037]. Сиканы радостно это приняли. Фаларис же убедил их стражей хлеба, подкупив серебром, разобрать крыши амбаров, чтобы хлеб, поливаемый дождем, сгнил; сжатый же он получил по договору. Вынужденные отдать то, что на поле, Фаларису, а тот же, что в городе, найдя испорченным, они вынужденно повиновались ему вследствие недостатка хлеба[1038].

4. Фаларис, к Тевту, архонту Вессы, как самого благополучного и самого большого города сиканов, послал сватающих за него (Фалариса) его (Тевта) дочь. Получив от него заверение, он, на повозки посадив безбородых воинов, одетых в платья женщин, послал их как будто бы служанок, приносящих дары девушке. Когда же они заняли ее дом, они обнажили мечи, а Фаларис, тотчас явившись, Вессой овладел.

2. Дионисий[1039]

1. Дионисия, тирана Сицилии, собравшиеся наемники хотели убить, они устремились по условному знаку, встав возле его дома. Он же вышел, надев жалкую одежду и посыпав пеплом волосы, показывая себя выданным, с тем чтобы они решили его судьбу. Наемники из-за бедственной перемены в нем, не причинив ему вреда, ушли. Дионисий немного спустя, в Леонтинах, окружив их со своим войском[1040], всех убил копьями[1041].

2. Дионисий, сын Гермократа, служил сиракузянам и был секретарем стратегов; когда в войне против карфагенян сиракузяне много раз были побеждены и обвиняли полководцев, он решился написать, что они изменники. Одни из них были схвачены для казни, а другие были изгнаны. Он же, представив дело так, что на него злоумышляют ставшие недругами из-за схваченных, и поскольку война с карфагенянами была в разгаре, испросил для себя телохранителей и, получив их от народа, сделался самым великим тираном сиракузян и обладал властью до старости, кроме того, еще и сыну ее оставил[1042].

3. Дионисий более всех старался поймать злоумышленников. Некто из иностранцев ходил вокруг города, утверждая, что только он один может научить узнавать злоумышленников. Будучи призванным в акрополь, он сказал Дионисию, что он научит его одного, чтобы искусство не было открыто всем. Когда все присутствующие были удалены, он сказал ему наедине: «Распусти слух, что научился искусству узнавать злоумышленников, и никто более не осмелится злоумышлять»[1043]. Он же, поняв умно придуманное, почтил этого человека пышными дарами, а телохранителям и воинам объявил, что научился удивительному способу узнавать злоумышленников. Они же поверили и более не осмелились злоумышлять[1044].

4. Дионисий отплыл, поставив Андрона[1045] стражем акрополя и казны. Гермократ[1046] призвал его (Андрона) вместе захватить то, что находилось в акрополе и в казне. Когда же невредимый Дионисий приплыл обратно через несколько дней, ничего не узнав от Андрона, он сказал, что он все узнал от других, однако от него желает узнать, кто же более всего старался напасть в удобное время. Он же, совершенно обманутый, выдал Гермократа. Дионисий приказал убить Андрона, потому что он тотчас ему, возвратившемуся, не донес об этом; Гермократа же заключил в тюрьму, хотя он был мужем сестры, но позднее, ради нее освободив его, отослал в Пелопоннес[1047].

5. Дионисий, условившись с предавшими Наксос, сам поздно вечером подступил к стенам, имея семь тысяч воинов; наксонцы же, заметив измену, устремились на башни. Предавшие же с башен призывали Дионисия со всей силой; он же угрожал тем, кто в крепости, что если они добровольно не отдадут город, то все они будут убиты. А тем временем по приказу Дионисия в гавань наксонцев приплыла Дионисова пентеконтера[1048], везущая флейтистов[1049], играющих на флейтах, и начальников гребцов, каждый из которых призывал одну триеру. Наксонцы же, полагая, что приплыло столько же триер, сколько начальников гребцов явилось, испугавшись, передали добровольно Дионисию город[1050].

6. Дионисий, когда Гимилькон[1051] приплыл и загородил вход в Мотийскую гавань, сам, выведя из Мотии пехоту, расположился лагерем напротив и призвал моряков и воинов не бояться и приготовиться к переправе триер через окружающую гавань возвышенность. Место было ровное и глинистое шириной в двадцать стадий[1052]. Огородив это место бревнами, воины перевели через него за один день восемьдесят триер. Гимилькон, испугавшись, как бы Дионисий, переправив флот через возвышенность, напав на карфагенян у входа в гавань и заперев их там, не уничтожил их, отплыл при попутном северном ветре. Дионисий же и Мотию, и гавань, и флот спас[1053].

7. Дионисий, осаждаемый Дионом, заняв акрополь, отправил послов к сиракузянам для переговоров. Они ответили, что если он откажется от власти, то они пришлют посольство, если же нет, то пусть будет непримиримая война. Дионисий, снова послав вестника, велел прислать к нему послов, будто бы отказываясь от власти и заключая с ними договор. Они послали и с радостью распустили охрану, будто бы власть тирана уже ослабла; он же, задержав послов, вывел воинов, с сильным натиском и криком подойдя к ограждению, используя мощный штурм, напал на сиракузян, и акрополь не отдал, и город взял.

8. Дионисий послов сиракузян, которых он задерживал, на следующий день отослал к согражданам, их же сопровождали и женщины, несущие письма к Диону и Мегаклу от сестры и жены и к другим сиракузянам, у которых жены были осаждены. Получившие эти письма, собравшиеся на собрание, требовали открыто их зачитать. Некоторые из женщин просили и умоляли не допускать, чтобы они были убиты, а примириться с Дионисием; одно же письмо снаружи было подписано: «От Гиппариона отцу»; такое имя было у сына Диона. Когда же секретарь надпись прочитал и открыл письмо, оказалось, что сын ничего не писал, а Дионисий же Диону по-дружески и по-родственному писал и во многом его заверял. Когда же об этом узнали, то Дион поссорился с сиракузянами, и уже такой веры не было, об этом-то более всего Дионисий и заботился[1054].

9. Дионисий, когда карфагеняне подходили с войском в триста тысяч, много по хоре убежищ и крепостей приготовил, приказал отходить перед карфагенянами и принять их гарнизоны. Карфагеняне очень радостно захватили укрепления без битвы и многих воинов гарнизоны, и стражу в каждом оставили. Когда же большая часть поделенной силы была рассредоточена по гарнизонам и караулам, в это время Дионисий, на оставшихся напав, победил[1055].

10. Дионисий, намереваясь покорить Гиммеру[1056], заключил дружбу с гимерянами, ближайшим же к ним городкам он объявил войну; и, встав лагерем недалеко от Гимеры, вступил в переговоры с жителями городков. Гимеряне же долго посылали его воинам провиант. Когда же с течением времени он явно ничего не предпринимал, они, заметив, что такая большая сила расположилась лагерем вблизи, перестали посылать провиант. Дионисий, посчитав это началом вражды, при недостатке необходимого, пошел на саму Гимеру и, силой атаковав, уничтожил город[1057].

11. Дионисий желал отнять жалованье у старших воинов, они же рассердились на него, как и молодые воины, так как это несправедливо, и, возможно, когда они состарятся, то тоже будут лишены жалованья. Он же, узнав о ропоте, собрав собрание, возвестил следующее: «Тех, кто моложе, на опасное место битвы ставлю, тех, кто старше, — в охрану укреплений, одинаковое жалованье назначая, ибо они прошли через испытание на верность, и усердно крепости будут охранять, и меньше работать будут». Все воины обрадовались и радостные разошлись друг от друга. Когда же толпа рассеялась и небольшими отрядами по многим крепостям была распределена, тогда он отнял жалованье у каждого из старших, более не имеющих помощи от толпы.

12. Дионисий, желая напасть на город с моря и определить верных из триерархов, но, однако, так, чтобы никто ничего не подозревал, куда он намеревается плыть, дал каждому триерарху запечатанное ненаписанное письмо, приказав, когда будет поднят сигнал к отплытию, тогда вскрыть письма и, узнав, плыть туда, куда укажут письма. Они же вышли в море, а он прежде чем дать знак, взойдя на гребное судно, объехал флот, и у каждого триерарха потребовал назад письмо. Тех, у кого он нашел печать сломанной, он как предателей приказал приговорить к смерти, прочим же дал другие письма, в которых действительно было написано, к какому городу он хотел плыть. И тайна, сохраненная таким образом, позволила ему взять город, оставленный без защиты.

13. Дионисий, желая узнать, как подданные думают и говорят о нем, приказал составить список певиц и гетер. Они думали, что состоится большое приношение одежды, он же не только не дал подарков, но каждую из гетер, пытая, допрашивал, что они слышали от любовников, живущих с ними вместе, о тирании. Таким образом, узнав злословящих, одних из них убил, а других изгнал.

14. Дионисий, отобрав оружие у граждан, когда пришло время угрозы со стороны врагов, повелел им, чтобы они выступили из города на сто стадий[1058], тогда он отдал оружие; после же битвы, прежде чем прийти в город и открыть ворота, он снова повелел им сложить паноплии[1059].

15. Дионисий, желая узнать, кто есть те, кто враждебно относится к его тирании, отплыл из Италии в тайный док, как бы покинутый своими воинами. Питавшие вражду, сбежавшись, с радостью рассказывали друг другу о неудаче тирана, Дионисий, схватив злорадствующих, убил их.

16. Дионисий, притворившись больным, распространил известие, будто бы он находится уже при смерти. Когда же многие слишком обрадовались слуху, он сам, выйдя с копьеносцами, явился всем и приказал, чтобы злорадствующие были уведены в тюрьму.

17. Дионисий возвратил из плена карфагенян за большой выкуп, а эллинов без выкупа. Карфагеняне, заподозрив эллинов из-за снисходительности тирана, выслали эллинов, которых имели наемниками. Дионисию же лучше всего было удалить от врагов эллинов[1060].

18. Дионисий, воюя с жителями Мессаны, у которых были некоторые, подозреваемые как предатели, желая внести в их среду замешательство, опустошая земли других, приказал удерживаться от земли оклеветанных. (Я знаю, что именно это и другими стратегами было сделано.) Дионисий к ним (мессанцам) послал воина, несущего подозреваемым талант золота. Мессанцы, захватив его с золотом, допросив и узнав, кому он его нес, собирались покарать сознавшихся предателей. Они же были в силе и решительно выступили против них. Произошла смута, которая позволила Дионисию овладеть Мессеной[1061].

19. Дионисий, нуждаясь в деньгах, требовал от граждан чрезвычайный налог[1062]. Когда же они говорили, что и так часто их дают, он не решился их принудить. По прошествии же небольшого времени приказал архонтам, сколько было священных пожертвований в храме Асклепия — много же было серебра и золота — их, вынеся из храма как не являющиеся священными, выставить на продажу на агоре. Сиракузяне с большим рвением покупали их так, что было собрано большое количество денег, овладев которыми, Дионисий велел объявить, что, если кто-нибудь купил какие-либо вещи храма Асклепия, тотчас же отнести в храм, чтобы вернуть богу, или же наказанием будет смерть. Они их вернули богу, а Дионисий получил деньги[1063].

20. Дионисий, взяв город, одни из граждан которого погибли, а другие разбежались; был же он большой, чтобы охраняться немногими — здесь он оставил немногочисленных стражей. Рабам же захваченных он дал в жены дочерей хозяев, чтобы они были самыми враждебными к хозяевам, для него же были верными стражами города[1064].

21. Дионисий, приплыв в Тиррению[1065] с сотней триер и кораблями, перевозящими лошадей, и придя в храм Левкотеи, захватив денег на пятьсот талантов, тотчас же отплыл. Узнав же, что воинами и моряками тайно была похищена тысяча талантов золота, а серебра — гораздо больше, прежде чем высадиться на землю, он обратился к имеющим деньги, приказав принести половину, другую же половину простив, ослушавшиеся же будут наказаны смертью. Они принесли половину, а он, взыскав с них оставшуюся половину, в качестве подарка дал им месячное продовольствие[1066].

22. Парийцы, приверженцы пифагорейского учения[1067], жили в местностях вокруг Италии. Дионисий, тиран Сицилии, через посла объявил метапонтийцам и другим италиотам о дружбе. Эвефен часто приходящим юношам и их родителям высказывал мнение никоим образом не верить тирану. Дионисий из-за этого очень рассердился так, что старался схватить его, находящегося под рукой, переезжающего из Метапонта в Регий[1068]. Когда же его схватил, то Дионисий, обвинив перед советом, показал, сколь значительные выгоды он из-за него упустил. Тот же, честно признавшись, сказал, что сделал это по справедливости, ибо они являются друзьями ему и учениками, тирана же он никогда в глаза не видел. Он же (Дионисий) осудил его на смерть. Эвефен, не испытывая никакого волнения перед Дионисием, сказал: «Я повинуюсь решениям совета, но, так как у меня есть незамужняя сестра в Парии, я желаю прежде выдать ее замуж, отплыв на родину и возвратясь в скором времени, затем умру». Когда все смеялись над этим обещанием, Дионисий удивился и спросил: «Итак, кто, действительно, представит поручительство?» Он же сказал: «Я приведу поручителя смерти» и, призвав Эвкрита, потребовал поручиться. Он же (Дионисий) весьма охотно согласился на поручительство смерти, предписав ему отправиться, чтобы в течение шести месяцев он возвратился, тот же чтобы оставался на его месте и пребывал под стражей. Это событие уже было достойно удивления, но произошло еще более удивительное. Ибо через шесть месяцев он, представив поручителя, выдав замуж сестру, вернувшись в Сицилию, передав себя, просил отпустить поручившегося. Дионисий, будучи очень удивлен добродетелью обоих, отпустил того и другого и, взяв правую руку, попросил его третьим войти в их дружбу и просил остаться с ним, разделяя имеющиеся блага. Они поняли намерение тирана и попросили, если уж он решил даровать им жизнь, то пусть им будет дозволено вернуться к обычному времяпровождению с юношами. Дионисий согласился. Это событие убедило многих из италиотов верить Дионисию.

3. Агафокл[1069]

1. Агафокл, тиран Сицилии, нарушил данные врагам клятвы и, убив пленных, с издевкой сказал друзьям: «Обедая, мы выблюем клятвы»[1070].

2. Агафокл, победив леонтийцев, послал своего стратега Динократа в город, говорившего, что на самом деле он соперничал с Дионисием и решил их спасти, как тот спас потерпевших поражение у реки Эллепор[1071] италиотов. Леонтийцы поверили и дали клятвы. Агафокл, войдя, повелел им безоружным сойтись на собрание. Стратег вопросил: «Кто думает, как и Агафокл, пусть поднимет руку». Однако Агафокл сказал: «Мне кажется, что всех нужно уничтожить». Их было десять тысяч. И, окружив их, воины всех уничтожили на собрании[1072].

3. Агафокл узнав, что высшие лица сиракузян злоумышляют против него после победы над карфагенянами, ради победных жертв пригласил пятьсот подозрительных мужей к своему домашнему очагу. Ужин для приглашенных был великолепным. Сам же он, когда те уже были пьяны, выйдя на середину, надев тарентинскую[1073] одежду шафранового цвета, играл на флейте, на кифаре, стал плясать, так что у всех от радости стоял шум и топот. В удобное время празднования он вышел с пира, как будто бы уставший и чтобы переменить одежду. Много гоплитов окружили мужской зал; тысяча, обнажив мечи, встав по двое против одного, закололи всех возлежащих[1074].

4. Агафокл, узнав, что киренец Офела[1075] отправился в поход с большими силами, услышав, что он был чадолюбивым, послал заложником к нему своего сына Гераклида, находящегося во цвете лет, дав мальчику поручение выдержать испытание в течение немногих дней. Мальчик пошел; киренец, уступив возрасту, призвал его и был занят только попечением о нем. Агафокл, неожиданно приведя сиракузян, Офелу убил и овладел всем его войском, и сына возвратил необесчещенным[1076].

5. Агафокл, желая отплыть на Карфаген, уже намереваясь вывести корабли в море, испытывал, кто готов отплыть с ним вместе, и объявил: «Я позволяю желающим себя спасти — сойти с кораблей со своим имуществом». Сошли многие. Он же всех их убил как трусливых и неверных, оставшихся же, похвалив как мужественных и верных, переправил в Ливию на шестидесяти кораблях и, вступив на землю, тотчас же сжег корабли, чтобы воины сражались более мужественно, оставив всякую мысль убежать на корабли. Используя такие стратегемы, Агафокл как самих карфагенян, так и многие города в Ливии победил[1077].

6. Агафокл потребовал у сиракузян две тысячи обученных воинов, будто бы для того, чтобы переправиться в Финикию[1078], говоря, что некоторые предатели, из находящихся там, его усердно приглашают. Сиракузяне, поверив, дали. Он же, взяв воинов, сказал, что финикийцами он долгое время доволен; устремившись на союзников, разрушил укрепления около Тавромения[1079].

7. Агафокл заключил с Гамилькаром перемирие, чтобы тот отправился в Ливию. Он же, созвав на собрание сиракузян, сказал: «Я прославлю тот день, в который увижу граждан, имеющих свободу». Сказав такое, сняв хламиду[1080] и свой меч, объявил себя частным лицом. Когда сиракузяне, ему как человеку простому и умеренному вручили управление государством, он спустя шесть дней, убив многих из граждан, изгнав же более пяти тысяч, сам захватил власть над сиракузянами[1081].

8. Агафокл, узнав, что друзья Тисарха и Антропина, и Диокла замышляют против него, призвав их, вверил им большое войско, чтобы они, подойдя к союзному городу, подвергшемуся нападению, помогли ему, и сказал: «Завтра, собравшись вместе в Тимолеонтионе с оружием и конями, мы распорядимся о походе». Они же, обрадовавшись, слушали это, так как хотели и военную силу иметь для нападения. Когда же на следующий день они пришли в Тимолеонтион, Агафокл подал знак к аресту; они (овины), получив условный знак, приверженцев Диокла, Тисарха и Антропиона, более двухсот человек, закололи. Всех же, кто пытался им помочь, и их убили не менее шестисот человек[1082].

4. Гиппарин[1083]

Гиппарин, будучи в Леонтинах, узнав, что город сиракузян оказался пустым из-за того, что граждане вместе с Каллиппом устремились в какое-то место, двинувшись из Леонтин, ночью подошел к Сиракузам и, послав некоторых в город, приказал убить охраняющих вход. Они же убили охраняющих и сломали какие-то небольшие ворота в городской стене, Гиппарин же, введя через них наемников, занял город сиракузян.

5. Феокл[1084]

1. Феокл, выведя халкидян из Эвбеи, занял город леонтийцев вместе с сикелами[1085], которые находились там как ранее живущие. Когда же Ламис, выведя колонию[1086] из Мегар, готовился напасть на город леонтийцев, то сказал, что сам не может изгнать живущих вместе с ними сикелов из-за клятв, но может ночью открыть тем (мегарянам) ворота и, войдя, они могут обойтись с сикелами как с врагами. Он открыл ворота, а мегаряне, захватив агору и акрополь, вооруженные напали на сикелов. Те же, захваченные без оружия, оставив город, бежали; мегаряне же вместо сикелов поселились вместе с халкидянами.

2. Феокл мегарян, живших вместе с халкидянами шесть месяцев, изгнал из города, сказав, что во время войны дал обет: «Если мы победим город окончательно, то принесем жертву двенадцати богам[1087] и справим процессию, украшенную оружием». Когда мегаряне ничего не подозревали, но велели принести жертвы благосклонной судьбе, халкидяне заняли у них для употребления в процессии паноплии; когда совершалось жертвоприношение, они шествовали по правилу процессии; когда вооруженные встали на агоре, Феокл приказал, чтобы глашатай объявил: «Мегаряне должны выйти из города до захода солнца». Они же, бежав просителями к алтарям, просили не преследовать их или же выслать с оружием. Феокл с халкидянами решил, что будет небезопасно отпускать такое количество вооруженных недругов. И безоружные мегаряне, изгнанные из города леонтийцев, поселились в Тротиле[1088] на одну зиму, ибо до тех пор согласились халкидяне[1089].

6. Гиппократ[1090]

Гиппократ, стараясь завладеть городом эргетинцев, имел большое количество эргетинцев наемниками; им он всегда выделял большую долю добычи и большее жалованье, слишком восхваляя их, как самых преданных, и более всего угождал им, так что он имел большое количество союзников из того города. Об этом он возвестил тем, кто в городе; они, завидуя прибыли служащих, все добровольно вышли, оставив город пустым. Гиппократ благосклонно принял мужей, той же ночью, взяв силы, повел их через Лестригонскую равнину[1091], эргетинцев поставив у моря, а другое войско на суше. Когда же эргетинцы были отрезаны от обрывистых берегов волнами, Гиппократ, выслав вперед всадников, захватил их город, бывший пустым, и приказал, чтобы глашатай объявил им войну и дал гелойцам[1092] и камаринцам[1093] условный знак убивать всех эргетинцев без страха[1094].

7. Дафней[1095]

Дафней, когда сиракузяне и италиоты выстроились против карфагенян, на правом фланге имел сиракузян, а на левом — италиотов; услышав громкий крик от левого отряда, прибежав туда, он увидел италиотов, терпящих бедствие и теснимых; возвратившись на правый фланг, радостно объявил сиракузянам, что италиоты на левом фланге побеждают и было бы хорошо, чтобы и у них оказался добрый результат. Сиракузяне поверив, что стратег говорит правду, воскликнули: «Всей душой бросимся на врагов!»; и, с готовностью атаковав, они обратили в бегство варваров.

8. Лептин[1096]

1. Лептин, узнав, что карфагеняне с той стороны Пархина приплыли и высадились на суше и всех на море поджидают и грабят, ночью выслал всадников в засаду (тайно послав некоторых, приказал им поджечь стоянки). Карфагеняне же, побежав к горящему имуществу, чтобы схватить находящееся на стоянках, наткнулись на сидящих в засаде всадников, преследуемые которыми до триер, многие были убиты[1097].

2. Лептин, возвращаясь из Лакедемона, пристал к Таренту. Когда моряки высадились, тарентинцы их, как являющихся лаконцами, не обижали, а старались схватить Лептина. Он же, сняв свое платье и взяв одежду моряка и груз дров присоединив к ним, сел на корабль и, отрубив кормовые канаты, вывел судно и, приняв подплывших моряков, отплыл, как Дионисий[1098].

9. Ганнон[1099]

Ганнон Карфагенянин, возвращаясь, плыл около Сицилии. Тиран Дионисий выслал против него немалое количество кораблей. Они же вскоре сошлись, Ганнон снял со своих кораблей паруса и враги сделали то же самое. Ганнон приказал быстро прикрепить паруса и таким образом ушел от противников, медливших и находящихся в замешательстве, и являвшихся менее опытными в морской науке[1100].

10. Гимилькон

1. Гимилькон Карфагенянин, зная пристрастия ливийцев к вину, многие глиняные сосуды с вином, испортив мандрагорой и в предместьях разместив их, удалился в город, будто бы не в состоянии противостоять теснящим его. Они же очень обрадовались, что заперли карфагенян за стенами, и, найдя глиняные сосуды с вином, опорожнили их; и тотчас были охвачены наиглубочайшим сном[1101].

2. Гимилькон Карфагенянин, ночью отправившись из Ливии в Сицилию, написав и запечатав письма, дал их кормчим, условившись, где нужно сходиться, если они разделятся в открытом море, и чтобы это не было выдано перебежчиками. Он же поднял закрытые светильники с передней стороны, чтобы враги не узнали по свету приближение флота[1102].

3. Гимилькон в Ливии старался захватить город, к которому вели две непроходимые дороги. Их охраняли ливийцы, Гимилькон же послал к ним перебежчика, сказав ему: «Одна из дорог засыпана землей, чтобы она стала удобной для прохождения, а другая окружена рвами, чтобы двигающиеся по ней не были окружены». Враги, видя такой ход дела, поверив перебежчику, устремились на засыпанную дорогу, чтобы отразить неприятеля. Он же ночью, заранее приготовленными бревнами замостив перекопанную дорогу, переправил по нему войско и захватил город, пока враги охраняли другую дорогу.

4. Гимилькон в Акраганте расположился лагерем вблизи стен. Многочисленное войско выступило из города. Он же, разделив войско, сразился одной частью, дав тайный приказ добровольно обратиться в бегство. Они же бежали, а акрагантцы, преследуя, сильно отдалились от города. Гимилькон, зажегши лес перед городскими стенами, тайно поставил в засаду оставшихся. Преследующие, увидев дым, поднимающийся от стен, подумали, что город подожжен врагами, и, повернув к городу, возвратились, тогда на них напали бежавшие прежде. Так что когда они подошли к месту засады, бывшие с Гимильконом, поднявшись, часть из них убили, других же взяли в плен[1103].

5. Гимилькон около Крония стоял лагерем против стратегов Дионисия. Когда жители Крония желали принять карфагенян, стратеги же этого не позволяли, Гимилькон, узнав об этом, весь лес, который был перед лагерем врагов (был же он большим), зажег, наблюдая, как ветер дул против врагов. Ветер нес в глаза врагам густой и едкий дым, Гимилькон же остался незамеченным, подойдя к стенам, и желавшие принять его открыли ему ворота, и он вошел внутрь, тогда как стратеги Дионисия не знали об этом[1104].

11. Гескон[1105]

Гамилькар Карфагенский — лучший (стратег) из стратегов в Ливии, успешно проведший многие войны, которому завидовали государственные деятели; оклеветанный как стремящийся к тирании, он сам был убит, а брат его, Гескон, будучи изгнан, удалился. Когда это свершилось, карфагеняне, воспользовавшись услугами других стратегов[1106] и часто терпя поражения и подвергаясь опасности быть захваченными в плен, переменили решение относительно изгнания Гескона и убийства Гамилькара. Но умершего Гамилькара уже было невозможно призвать назад. Гескона же они призвали из изгнания и назначили стратегом-автократором и передали ему недругов для наказания тем способом, каким он пожелает. Гескон же, приняв их связанными, приказал в присутствии толпы лечь животом на землю. Трижды легко наступив ногой на шею каждого, он сказал, что это является достаточным наказанием за прежнее убийство брата. Сделав это, он отпустил врагов, сказав: «Я не воздам злом за зло, но добром за зло». Поэтому и сами враги и их домашние, повиновавшись, использовали Гескона как хорошего полководца; и тотчас наступила перемена в судьбе войны, когда Гескон побеждал в сражениях благодаря благосклонности и усердию со стороны им руководимых[1107].

12. Тимолеонт[1108]

1. Тимолеонт вывел войско в Сицилию, чтобы сразиться с карфагенянами, которые прежде переправились на остров. Им (воинам) встретился мул, несущий сельдерей. Воины были напуганы приметой, потому что именно у них могилы умерших увенчивали сельдереем. Тимолеонт сказал: «А на самом деле боги предрекают нам явную победу, ибо коринфяне победивших на Истмийских играх венчают сельдереем»[1109]. Сказав это, он и себя увенчал сельдереем, и своих командиров с тем, чтобы и воины, взяв друг у друга сельдерей, смелее оказались в бою[1110].

2. Тимолеонт, осаждая тирана Мамерка, многих обманув и убив вопреки клятвам, перехитрил его. Тиран согласился передать себя Тимолеонту с условием, что он предстанет перед судом сиракузян, если Тимолеонт не будет обвинять его; он же поклялся не обвинять. С этим условием Мамерк пошел в Сиракузы, Тимолеонт, выведя его на собрание, сказал: «Я никоим образом не обвиняю, ибо я договорился с ним об этом, но я приказываю убить его как можно скорее. Ибо обманувшего многих справедливо будет и самого однажды подобным образом обмануть»[1111].

3. Тимолеонт, будучи союзником сиракузян, подойдя к некому высокому холму и поднявшись, увидел, что пять тысяч карфагенян были построены; а была холодная погода[1112], и ветер дул навстречу врагам. Созвав собрание, он объявил: «Теперь враги должны быть повержены, ибо есть предсказание, что если кто-нибудь построится на этом месте, то погибнет; внезапно надвигающаяся буря[1113] является доказательством предсказания!» Эллины, воодушевленные по большей части этими известиями, немногие победили многих[1114].

13. Аристон

1. Аристон-кормчий сопровождал одним кораблем три грузовых судна, везущих хлеб. Когда ветер утих, появилась вражеская триера. Он же, собрав три грузовых судна, проплыл вблизи от них с тем, чтобы если вражеская триера приблизится к кораблю, то она была бы поражена многими метательными снарядами теми, кто был на грузовых кораблях, если же она попытается атаковать сами грузовые суда и захватить их силой, то он, обойдя с фланга, повредит неприятельскую триеру и войдет в середину между ней и грузовыми судами.

2. Аристон, коринфский кормчий, когда воевали на море афиняне и сиракузяне и обе стороны оставались на месте, послав к архонтам, приказал перевести рынок провианта к морю. Когда же его перенесли, они, дав задний ход кормой, отступили к земле и, высадившись, сразу же стали завтракать. Афиняне, посчитав, что те побежденные удалились, сильно гордясь победой, вышли и ходили вокруг, делая все прочее и готовя то, что нужно для завтрака. Внезапно подплыли сиракузяне. Наступило замешательство, когда афиняне, не поев, ушли, те же, позавтракав, легче одержали победу[1115].

14. Фрасимед[1116]

Фрасимед, сын Филомела, влюбился в дочь Писистрата[1117], явился к ней, когда она шла в процессии. Когда братья[1118] девушки огорчились и приняли на свой счет ужасное оскорбление, Писистрат сказал: «Если мы будем наказывать любящих, то что мы будем делать с ненавидящими?» Фрасимед, в большей степени побуждаемый любовью, взяв сверстников в помощники, подкараулил девушку, совершающую жертвоприношения у моря. Они, обнажив мечи и разогнав толпу, взошли на корабль и отправились на Эгину. Гиппий же, старший из сыновей Писистрата, уничтожающий на море разбойничьи корабли (а из-за скорости гребли корабль был принят за оный), свою сестру спас и похитивших, схватив, привез назад.

Фрасимед и друзья, представ перед тираном, не умоляли о пощаде, но очень мужественно призвали его применить для них тот способ наказания, который он определит, сказав, что они пренебрегают смертью с того времени, когда решились на похищение. Писистрат был поражен благородством юношей и отдал дочь замуж за юношу Фрасимеда. Сделав это, он приобрел благосклонность и дружбу у них (юношей) более не как тиран, а как добрый отец и гуманный гражданин.

15. Мегакл

Мегакл Мессанец из Мессаны в Сицилии постоянно был противником Агафокла, сиракузского тирана, и многих сицилийцев против него настроил, а тем, кто его убьет, обещал большие дары. Агафокл, раздраженный, готовился осаждать Мессану и послал вестника потребовать выдачи Мегакла, а если он не получит его, то грозил, взяв город силой, поработить его. Мегакл не боялся смерти, но добровольно себя отдавал в залог, если он будет отправлен послом. После того как мессанцы приняли это решение на народном собрании, он, придя в лагерь Агафокла, сказал: «Я пришел к тебе в качестве посла от города и для того, чтобы быть убитым, но прежде вместе с друзьями ты выслушай относительно посольства». Агафокл собрал друзей. Мегакл при них, изложив права своей родины, наконец сказал: «Если бы мессанцы ополчились против Сиракуз, за кого, за сиракузян или за мессанцев, ты бы все делал?» У Агафокла вопрос вызвал улыбку, присутствующие друзья призвали его пощадить посла, говорящего правду; он же, прекратив войну и сохранив жизнь Мегаклу, отослал его и заключил дружбу с мессанцами[1119].

16. Паммен[1120]

1. Паммен через Фокиду[1121] вел войско в Фивы. Враги захватили так называемый Филобеот[1122], имеющий две узкие дороги, когда одна из них уже была перекрыта. Паммен, выстроив отряды колоннами и сделав войско небольшим и удобопроводимым, изобразил, что он вправо хочет оттуда уйти. Враги же, левую сторону оставив, направо побежали, чтобы препятствовать им, а он, налево спешно побежав, безопасно перевел войско[1123].

2. Паммен, имея многочисленную и боеспособную конницу, тогда как враги имели много пельтастов, немногих из своих пельтастов и легкое войско построил против главной силы врагов и приказал добровольцам бежать, чтобы оторвать пельтастов-противников от остальной фаланги. Когда это было исполнено, он, взяв всадников с другого крыла, объехав их (врагов) и окружив, победил благодаря тому, что всадники напали, а прикинувшиеся бежавшими повернули назад[1124].

3. Паммен с фиванцами, желая завладеть гаванью сикионян[1125], сам готовился напасть на суше, а по морю послал круглый корабль[1126], наполнив его гоплитами. Плывущие же причалили перед гаванью, к вечеру немногие из них, как купцы, безоружными высадились с судна, придя на агору за необходимыми съестными припасами. Паммен же, когда судно устремилось к гавани и был вечер, напал на город с большим шумом. Находящиеся же возле гавани, устремившись на шум, пытались помочь. Гоплиты же, сойдя с круглого корабля, когда никто не препятствовал, заняли гавань[1127].

4. Паммен обманул врагов, воспользовавшись противоположным приказом сигнала трубы[1128], заранее приказав своим воинам наступать по сигналу отступления, а по сигналу к наступлению — отступать. Сделав это, в обоих случаях он нанес врагам многие потери.

5. Паммен, имея небольшое войско, окруженное большим по численности количеством врагов, послал перебежчика во вражеский лагерь. Он же, узнав пароль, вернувшись, объявил его Паммену. Тот же, ночью напав на врагов, многих из них погубив, пробился сквозь них, ибо сам знал их пароль, у них же, не могущих в темноте распознать своих, было крайне затруднительное положение из-за пароля.

17. Гераклид

1. Деметрий[1129], назначив Гераклида стражем Афин, сам был близ Лидии. Стратеги афинян, тайно посоветовавшись, убедили ксенага[1130] Гиерокла, родом карийца, ночью отпереть ворота и принять аттических воинов, которые убьют Гераклида. Они договорились об этом возле Илиссы[1131], где посвятили очистительные жертвы на малых мистериях, притом что Гиппарх и Мнесидам, будучи стратегами, дали и приняли клятвы. Гиерокл же, оказавшись верным Гераклиду, объявил ему о деле. Он же содействовал, чтобы ночью они были пропущены, открыв часть ворот; и ночью вошли четыреста двадцать человек, которых вели с собой Мнесидам, Поликл, Каллисфен, Феопомп, Сатир, Онеторид, Сфенократ, Пифион; Гераклид же бросил на них две тысячи вооруженных воинов, которые всех их вошедших убили[1132].

2. Гераклид Тарентинец, архитектор, обещал Филиппу, отцу Персея[1133], что он один сожжет флот родосцев. И как раз, будучи стратегом, он ушел из дворца Филиппа, имея признаки побоев, и побежал к алтарю, взяв масличные ветви и прося у народа сострадания. Так что были и у македонян те, которым казалось, что он это претерпел несправедливо. Он же, переправившись на транспортном судне, приплыл на Родос, объявив: «Я пришел просителем о защите, обиженный из-за вас, когда препятствовал Филиппу воевать с вами, а чтобы вы поверили сказанному, я показываю письма Филиппа, написанные к критянам, в которых он уславливается идти войной против родосцев». Родосцы, поверив письмам, приняли Гераклида как могущего оказаться полезным против Филиппа, а он ночью, дождавшись попутного ветра, поджег верфи родосцев. Тринадцать корабельных помещений были уничтожены, и все триеры, которые были в них. Он же, бросив огонь, тотчас взойдя на корабль, отплыл, и, переправившись в Македонию, Гераклид был у Филиппа главным из друзей[1134].

18. Агафострат

Родосцы, воевавшие с царем Птолемеем, были около Эфеса; Хремонид, наварх Птолемея, вышел в море, чтобы вступить в морское сражение. Агафострат выстроил родосцев в линию по одному кораблю и, явно показавшись противникам, повернул передом и спустя немного времени вернулся к своей якорной стоянке. Враги же, посчитав, что они не отважились сражаться на море, сами, распевая пеаны, вернулись в гавань; Агафострат же, развернув и сомкнув флот с двух крыльев, поплыл на врагов, которые выходили на землю около темена Афродиты, и, неожиданно напав, победил[1135].

19. Лик

Лик, стратег Лисимаха, в то время как Энет, стратег Деметрия, охранял Эфес и опустошал земли соседей с помощью множества пиратов, подкупив деньгами предводителя пиратов Андрона[1136], захватил Эфес. Предводитель пиратов безоружных воинов Лика в гиматиях и трибонах[1137], связанными, как будто захваченных в плен, ввел в город и, оказавшись вблизи акрополя, приказал воспользоваться кинжалами, которые скрытыми они принесли за пазухой. Когда привратники и стражи акрополя были убиты, был дан знак для тех, кто находился с Ликом. Они, вторгшись, и Энита захватили, и Эфес заняли, и, пиратам дав плату, тотчас из города их отослали, посчитав, что их неверность прежним друзьям небезопасна для них самих[1138].

20. Менекрат[1139]

Менекрат, желая взять Саламин на Кипре, дважды атаковав крепость, был отражен, так что воины бежали на корабли; атакуя в третий раз, он поднял знак кормчим отплыть и за близлежащим мысом корабли спрятать. Воины, атаковав, снова побежали, но, так как увидели, что корабли исчезли, не имея надежды на возможность бежать, повернули назад, от отчаяния сразились и, победив, овладели Саламином.

21. Афинодор[1140]

Афинодор, один из царских стратегов, потерпев поражение от Фокиона при Атарнее[1141], взял клятву с воинов и их командиров, что они будут сражаться пока живы; и именно они снова сражались, как бы вследствие клятвы. И было видно, что победители были проигравшими, а побежденные — выигравшими.

22. Диотим[1142]

1. Диотим, сопровождая десятью триерами транспортные суда, был настигнут у Хиоса лакедемонянами, имевшими двадцать кораблей; будучи преследуемым в спокойном море, он, имея более быстрые суда, курсировал вокруг грузовых судов; не только ничего не претерпев от преследователей, но и всякий раз с кормы нападая на последние корабли, одни вместе с находящимися на них людьми захватил, а другие потопил, так что случилась неожиданность: бежавшие победили преследующих[1143].

2. Диотим, имея десять кораблей, стоял на якоре против лакедемонян, которые имели такое же количество кораблей. Они (лакедемоняне) не отваживались напасть, боясь аттического опыта[1144]. Он же, вынув весла из триер, по две соединив их друг с другом, по одному оставив паруса, отправился в море. Лакедемоняне, обнаружив пять парусов, посчитали, что имеется пять кораблей, пренебрегши ими, поплыли на них; Диотим, крепления разорвав, повернув, напал с десятью кораблями на противников и, имея аттический опыт, шесть из лакедемонских кораблей потопил, а четыре захватил вместе с людьми[1145].

3. Диотим Афинянин, наварх, намереваясь плыть в морское путешествие, тайно созвав триерархов, сказал им, что он сам выберет лучше всего плавающие[1146] из кораблей и отправится; он же это сказал, чтобы другие триерархи не отставали, так как имеют такие же триеры.

4. Диотим, приплыв ночью в землю врагов, с каждого корабля высадив много людей, спрятал их в засаде; с началом же дня он удерживал корабли, находящиеся напротив сидящих в засаде, приказав находящимся на палубах приготовиться к сражению, а гребцам по очереди то таламидские, то зигийские, то транитидские весла поднимать, а некоторые из судов к суше стараться подвести. Враги, сбежавшись, мешали высадке, когда был поднят оговоренный сигнал, появившиеся из засады многих врагов убили, а остальных обратили в бегство. Диотим же беспрепятственно совершил высадку.

23. Тинних

Тинних, когда Феодосия в Понте была осаждена соседними тиранами и подвергалась опасности быть покоренной, снял осаду. Двинувшись из Гераклеи с круглым кораблем и одной триерой, взяв воинов, сколько было возможно, и трех трубачей, и три лодки-однодеревки, каждая из которых одного человека могла выдержать, ночью подплыл; оказавшись вблизи города, он выслал лодки, посадив на каждую одного трубача, поставив их на соответствующее расстояние друг от друга, с тем чтобы, когда от триеры и с круглого судна будет дан сигнал, сигналить попеременно с расстановкой во времени, как будто бы не один трубач пришел напасть, но многие. Они засигналили, звуки труб распространились сквозь окутавший город туман; осаждавшие же посчитали, что подплывает большой флот, без всякого порядка оставив караулы, ушли. Тинних же, приплыв, Феодосию освободил от осады[1147].

24. Клитарх[1148]

Клитарх при нашествии врагов, чтобы не оказаться заключенным в стенах, вывел войско за стены, приказав запереть ворота и бросить ключи за стену, взяв которые, показал воинам. Они же, поняв, что не имеют надежды убежать в город, победили, мужественно сражаясь.

25. Тимарх

Тимарх Этолиец, высадившись в густонаселенной земле в Азии, чтобы воины не убежали от множества врагов, сжег корабли. Они же, не имея надежды на бегство, мужественно сражаясь, победили[1149].

26. Евдоким

Евдоким, видя бунтующих воинов, не имея возможности прекратить раздор, так как они уже друг на друга двинулись, гонцам-скороходам приказал возвестить, что пришли враги, чтобы рассеять частокол. Они, испугавшись, прекратили распрю, восстановив свои порядки, стали охранять частокол.

27. Павсистрат[1150]

Павсистрат, наварх родосцев, предписал численность и вооружение воинов. Когда же они пришли с прекрасным оружием, он, взяв их, повел на корабли и, всех посадив на корабли, приказал сложить оружие в определенном порядке и, чтобы никакое оружие не было вынесено, поставил стражу.

28. Феогнид

1. Феогнид, стратег афинян, увидев воинов, враждующих по поводу командования и мест, ночью приказал послать несколько всадников и легких воинов, предписав появиться как врагам на какой-либо местности, с которой более всего они будут видны. Когда они появились, Феогнид с беспокойством и тревогой призвал воинов, как будто бы враги уже появились, они заняли подобающий строй: из-за страха перед врагами они отказались соперничать друг с другом, расположившись в обычных строях. Когда же они это сделали, Феогнид признал, что враги были друзьями; он сказал: «Вы же, построившись без распри, впоследствии сохраняйте то место в строю, которое вы себе дали!»

2. Феогнид, подозревая, что в лагере находятся лазутчики, приказал, поставив стражу за частоколом, страже быть в боевой готовности, и каждому оставаться при своем оружии. Именно так случилось, что бывшие без оружия и легко выделенные как лазутчики были пойманы[1151].

29. Диокл[1152]

Диокл, стратег афинян, так как в неприятельской земле воины недисциплинированно распустились, не желая нести оружие, давал пароли один за другим. Воины, посчитав, что враги уже близко, взявшись за оружие, все в строю шли.

30. Хилей[1153]

Хилей Аркадянин, пребывая в Лакедемоне, узнав, что спартиаты задумали укрепить стенами Истм[1154], а афинян же и живущих за пределами Пелопоннеса отпустить, объявил: «Когда афиняне и другие эллины хорошо устроят свои дела относительно персов, то варвары большими переходами придут в Пелопоннес». Убежденные этой речью лаконцы, отказавшись долго пребывать на Истме, участвовали в войне вместе со всеми эллинами[1155].

31. Кипсел[1156]

Кипсел, послав самых знатных[1157] из Бакхиадов феорами в Дельфы, чтобы вопросить оракула о спасении общины коринфян, приказал им более никогда не ступать в Коринфию; и на будущее время он прочно овладел тиранией, изгнав самых благородных[1158].

32. Телесиник

1. Телесиник Коринфянин в гавани сиракузян вступил в морское сражение с афинянами. Когда же, большую часть дня сражаясь, они устали, послав маленькое суденышко в город сиракузян, приказал привести в гавань съестные припасы. Когда он увидел привезенное, то, подав сигнал, отплыл до начала морского сражения к гавани. Афиняне же и сами поспешно с удовольствием на земле стали завтракать, рассеявшись друг от друга; он же, когда воины употребили готовую еду, тотчас отправившись со многими лучниками и дротикометателями на палубах, неожиданно напав на афинян, вынужденных в беспорядке и в замешательстве совершать восхождение на корабли, атаковав их триерами с обращенными на врагов носами, и победил[1159].

2. Телесиник, когда враги завтракали по своим сигналам и все остальное делали сходным образом, приказал, чтобы его воины на лучше всего плавающих триерах, позавтракав до утра, сев на корабли, отдыхали. Когда же пришло время завтрака, он по обыкновению дал сигнал. Те же, кто был на других судах, готовили завтрак, и враги, то же самое видя, занимались приготовлением пищи. Те же из сиракузян, которые раньше взошли на корабли, выйдя на палубы, отплыв, уничтожили многие триеры врагов, когда те занимались едой.

33. Помписк

1. Помписк Аркадянин, всегда становясь лагерем, дороги, ведущие к лагерю, одни срывал, а вторые загораживал рвом, а другие же новые он прокладывал, чтобы лазутчики или нападающие ночью, падали во рвы, так как не знали о новых дорогах.

2. Помписк, так как враги с близкого расстояния наблюдали за его сигналами и приказаниями, тайно повелел воинам пользоваться явными приказами наоборот.

3. Помписк, окружив город войском, мешал врагам выйти в большую часть окрестностей, он оставил одно место и грабящим приказал удерживаться от этого места. Люди из города здесь без страха проходили. Он же от разведчиков узнал, что было много выходящих, напав, большую их часть одолел.

4. Помписк, осаждая укрепление, которое было невозможно взять, послал перебежчика, сообщившего, что, когда аркадяне послали за ним, Помписком, он оказался в затруднительном положении, как бы ему снять осаду; они же, обрадовавшись и через немногое время увидев войско отступающим, сочтя, что перебежчик говорит правду, выйдя вперед, разграбили многое из лагеря. Помписк же, повернув назад, напав, захватив их, овладел и их укреплением.

5. Помписк, чтобы быстрее поймать лазутчиков врагов, немногие входы в лагерь приготовил и поставил около них на возвышенности пилос[1160], и отправлявшимся за фуражом приказывал проходить мимо пилоса. Лазутчики, остерегаясь этих проходов, как очевидных для врага, пытаясь пробраться по окольным дорогам, быстро были пойманы.

6. Помписк послал лазутчиками людей, не знавших друг друга, чтобы они не сговорились и не принесли лживых сведений. Он же запретил им разговаривать с кем бы то ни было из находящихся в лагере, чтобы кто-либо раньше их не сообщил врагам об их намечающемся выступлении.

34. Никон

Никон Самосец, кормчий на корабле, вблизи триер врагов, стоявших на якоре, желал, проплывая, остаться незамеченным; он свой корабль выкрасил цветом вражеских триер[1161], приказав самым лучшим и самым сильным телом гребцам проплыть около самых носов вражеских триер, словно бы он является им другом. Пройдя у крайних стоящих на якоре кораблей, бегущий отплыл от испуганных и удивленных врагов. И только тогда они узнали, что он враг, когда уже невозможно было его схватить.

35. Неарх[1162]

Неарх Критянин овладел Телмессом[1163], находящимся под властью Антипатрида[1164]. Неарх приплыл в гавань. Когда же Антипатрид, являющийся его старинным другом, спустился из крепости к нему и они переговорили о некоторых делах и договорились, критянин сказал, что он хочет оставить у него пленных женщин и детей. Антипатрид позволил, пленные дети перенесли багаж женщин-певиц: в деревянных ящиках из-под флейт находились обнаженные кинжалы, в сундуках же — пельты. Как только они оказались внутри крепости, люди, ведущие женщин и детей, обнажив кинжалы, захватили крепость, и Неарх овладел Телмессом.

36. Дорофей

Дорофей Левкадиец[1165], имея один корабль, преследуемый двумя триерами, вернулся в гавань, пройдя недалеко от них вперед. Обогнув оконечность гавани, он тотчас повернул корабль; передняя из вражеских триер, преследуя Дорофея, стремительно несясь, входила в гавань. Дорофей, напав с фланга, потопил ее, другой же корабль, увидев переднюю триеру тонущей, удалился.

37. Сосистрат

Сосистрат склонил народ сиракузян постановить изгнать мужей-друзей Агафокла, содействовавших ему в тирании, вместе с домашними. Когда оказалась вне города тысяча мужей, сопровождающие их гоплиты и всадники одних, схватив, убили, а других, разбежавшихся, Сосистрат, объявив, приказал уничтожить. Сам же захватил имущество изгнанников, и, собрав воинов из эллинов и варваров и из освобожденных из каменоломен, под их охраной он управлял сиракузянами[1166].

38. Диогнет

Диогнет Афинянин, желая захватить некий город, ночью, тайно высадив воинов и посадив их в засаду, на следующий день сам открыто приплывает. Жители из города к кораблям побежали помогать, а сидящие в засаде устремились в город и легко его захватили. Диогнет, приплыв и причалив, высадившись с кораблей, захватил тех, кто пришел на помощь.

39. Архебий[1167]

Архебий, (будучи) гераклиотом, так как враги совершали непрерывные высадки, вытащив лодки рыбаков и под дном канатами соединив, сделал их неподвижными, сам вместе с некоторыми воинами сел в засаде. На дереве был наблюдателем трубач. Тот, увидев врагов, причаливающих на длинном корабле и двух триаконтерах и высадившихся, одних грабящими, а других — освобождающими от канатов лодки, дал сигнал трубой. Архебий, выведя сидящих в засаде, врагов убил, а их триаконтеры и длинный корабль отвел в гавань города.

40. Аристократ

Аристократ Афинянин, захватив лаконский корабль, обладая им, приплыл в город, союзный спартиатам, имея внутри корабля много мужей, вооруженных кинжалами. Одни приняли корабль в гавани как союзный, а другие (люди Аристократа), высадившись с корабля, напав на проходящих, десять из них убили, а двадцать пять, схватив, увезли, которых Аристократ освободил за большие деньги.

41. Аристомах

Аристомах, захватив триеры кардиян, поменяв гребцов и снабдив триеры, носами своих кораблей, играя на флейте, подплывал, таща собственные корабли, поздно причалил к берегу. Кардияне устремились из города к кораблям как к своим и победившим, аристомаховцы же, высадившись с кораблей, убили многих из кардиян[1168].

42. Харимен

Харимен Милетянин, убегая в Фаселиду, когда длинные корабли Перикла, сына Ликия, устремились за ним, надев на себя парик, пешим спасся через землю Перикла[1169].

43. Каллиад[1170]

Каллиад-кормчий, настигаемый более быстрым кораблем, постоянно удерживал руль с той стороны, с которой тот собирался атаковать, чтобы преследователь, наткнувшись на брусья[1171] против руля, не мог ударить его тараном по первым транитидам[1172].

44. Мемнон[1173]

1. Мемнон, нападая на тирана Боспора Левкона[1174], желая узнать величину вражеских городов и число их жителей, послал Архибиада Византийца на триерах послом к Левкону как бы для переговоров о дружбе и гостеприимстве. Вместе с ним он послал к нему и олинфийца кифареда Аристоника[1175], более всего пользовавшегося тогда славой среди эллинов, чтобы, когда они причалят к переправе и когда кифаред будет выступать, а жители поспешно соберутся в театре, количество людей сделалось бы ясным послу[1176].

2. Мемнон, когда враги захватили защищенные территории и не вступали в сражение, дальше отступив от укрепленных мест и построив напротив друг друга половину воинов, словно (воины) восстали против него, послал к ним (врагам) перебежчика, приказав ему сказать, что воины восстали и хотят сражаться друг с другом и из-за этого они отступили дальше, боясь вас сверху, и чтобы враги, намереваясь со своей стороны также выстроиться, вооружились. Они же (враги), из города увидев дела, подобные словам перебежчика, спустились из защищенных территорий к ним. Мемноновы же воины, увидев врагов на равнине, не друг на друга, а вместе друг с другом на них устремясь, всех их сделали пленными.

3. Харес[1177], осаждая Аристонима в Мефимне[1178], послал посольство к Мемнону, прося его не помогать Аристониму. Он же ответил, что будет помогать ему по мере сил, ибо он был и отеческим другом, и гостеприимцем, и с наступлением ночи со всеми воинами решил там оказаться. Харес, когда послы сообщили это, пренебрег этим, так как невозможно и трудно расположить здесь большое и тяжеловооруженное войско после наступления ночи. Мемнон, пройдя пять стадий, вечером посадив на суда тысячу двести воинов, дал приказ, чтобы, когда бы они ни вошли в акрополь, поднять сигнальный огонь и напасть на врагов. Когда они это сделали, нападение в темноте оказалось неожиданным, а поднятый сигнальный огонь обратил в бегство Хареса, так что Мемнон со всеми силами захватил акрополь.

4. Мемнон, имея четыре тысячи воинов, будучи на расстоянии сорока стадий от Магнесии[1179], воздвигал стену вокруг лагеря. Парменион[1180] и Аттал[1181] были в Магнесии, имея десять тысяч человек. Укрепив лагерь, Мемнон вывел их, подготовив к сражению, приблизительно на десять стадий[1182]. Когда враги сделали вылазку, Мемнон, дав сигнал к отступлению, отошел назад за стены, а враги также отступили. Затем Мемнон, снова выйдя, увидев выстроившихся против него врагов, отступил и враги отступили. И так многократно в течение дня. И наконец, когда он полагал, что они (враги), сняв оружие, были заняты приготовлением завтрака, то появился снова. Когда же они, не будучи предупреждены, завтракали, многие же были безоружными, многие же только что взяли оружие, и все не будучи построены, он, заметив их рассеянную фалангу, сам, построившись, напав, многих из них убив, а многих взяв в плен, остальных вынудил бежать в Магнесию[1183].

5. Мемнон, подойдя к кизикийцам[1184], надел на голову македонскую кавсию[1185] и сам, и командиры около него. Кизикийцы, увидев со стен прибывших, посчитали, что Калат Македонянин[1186], являющийся другом и союзником, пришел помочь, ожидали, открыв ворота. Когда же вблизи они узнали происходящее, закрыли ворота, Мемнон же, ограбив окрестность, удалился.

45. Филомел[1187]

Филомел заверил фокидян, враждующих с фиванцами и фессалийцами, что он успешно закончит войну назначенный командиром; под предлогом войны он, набрав иноземцев[1188], как победитель, бесцеремонно злоупотребляя имуществом храмов, гегемонию превратил в тиранию[1189].

46. Демокл[1190]

Демокл, отправленный послом, был обвинен другими послами, что он повредил великим делам Дионисия, он сказал разгневанному тирану: «У меня с ними возник спор о том, что после обеда они пели гимны Стесихора[1191] и Пиндара[1192], а я же — сочиненные тобой». И он повторил его гимны. Дионисий, обрадовавшись, уже не подвергал его обвинениям[1193].

47. Панеций

Панеций, когда леонтинцы воевали с мегарянами по поводу границ земли, будучи полемархом, сначала столкнул бедных граждан и пеших воинов с богатыми гражданами и всадниками, так как те (последние) имели выгоду в сражениях, а эти были обижены; затем же, положив вооружение впереди ворот, пытался посчитать и оценить оружие, а коней, передав возницам, приказал отвести на пастбище. Имея шестьсот пельтастов, вполне готовых к восстанию, он поручил их начальнику подсчет оружия, сам же, как будто бы нуждаясь в тени, под деревья удалился и убедил возничих напасть на господ. Сев на коней, они совершили набег на них и, захватив пересчитываемое оружие, неснаряженных и безоружных[1194] убили. И пельтасты поддержали убийство и, с большой поспешностью совершив набег, захватили город и провозгласили Панеция тираном. -

48. Пирехм[1195]

Праща — оружие дальнобойнее лука[1196]. Ибо случилось, что Пирехм победил, сражаясь в поединке с Эсхином, владеющим луком, а Пирехм — пращой[1197].

Книга Шестая

Следующее содержится в шестой книге «Стратегем» Полиэна:

1. Ясон

2. Александр Ферский

3. Афенокл

4. Филопемен

5. Арат

6. Пирр

7. Аполлодор

8. Египт

9. Левкон

10. Александр-фрурарх

11. Аристид Элеат

12. Александр сын Лисимаха

13. Амфиктионы

14. Самниты

15. Кампанцы

16. Карфагеняне

17. Амбракиоты

18. Фокидяне

19. Платейцы

20. Керкиряне

21. Эгестийцы

22. Локры

23. Коринфяне

24. Лампсакийцы

25. Халкедоняне

26. Этолийцы[1198]

27. Лакедемоняне

28. Мессенцы

29. Иберы

30. Гераклеоты

31. Аргивяне

32. Хиосцы

33. Амбракиоты

34. Бухетии

35. Самосцы

36. Элейцы

37. Парийцы

38. Ганнибал

39. Фессалийцы

40. Масанасса

41. Гамилькар

42. Газдрубал

43. Насамон

44. Жрец

45. Силосонт

46. Александр Фессалиец

47. Фрасибул

48. Ментор

49. Анаксагор

50. Пиндар

51. Ферон

52. Сизиф

53. Гагнон

54. Амфирет

Вам, священнейшие цари Антонин и Вер, преподношу и следующую шестую книгу «Стратегем», воздавая молитвы, и чтобы, когда вы побеждаете в войнах, описать многие и прекрасные примеры вашего мужества. Ибо со столь великой силой и счастьем, большими, чем у древних полководцев, и насколько же вы превосходите всех опытом и искусством, с которыми вы уже тесните многими войнами многих варваров, прекрасно сообразовываясь с отеческими заветами, когда были подчинены маврусии[1199], подчинены британцы[1200], поражены геты[1201]. Теперь же, выступив против персов и парфян[1202], сами вместе с богами, покажите ваше искусство, чтобы и принимая решения относительно войн, и сами, воюя с возмутившимися против вас, вы смогли одержать победу. Я же и это как достойное упоминания в надлежащее время как можно более основательно осмелюсь описать[1203]. Теперь же то, что не имеет для вас пользы, но истину из происшедшего в древности, я покажу и это на избранных примерах.

1. Ясон[1204]

1. Ясон, желая напасть на фессалийский город, когда никто не ожидал нападения, приказал вооружиться для смотра и выплаты жалованья. Они же все вооружились, имея в хорошем состоянии свои тела и оружие. Посланные же вестники, посмотрев, прибыли, сообщив, что враги вторглись в их страну, отстоя настолько, насколько отстоит город, с которым он собирался воевать. Воины же, будучи готовыми к сражению, сами сочли нужным не медлить, но идти как можно скорее. Ясон же, напав на город, неожиданно захватил его, когда никто не ожидал ни из побеждающих, ни из побежденных[1205].

2. Ясон Фессалиец, когда наемники требовали серебро, не имея его, прибежал к матери, будто бы преследуемый воинами, из которых двое или трое напали вместе с ним как преследователи. Мать, так как у нее было много денег, уплатила за него жалованье[1206].

3. Ясон, победив врага, сказал матери, что Диоскуры оказались ему совершенно очевидными союзниками, и поэтому он дал обет, победив, устроить угощение богам. Он пригласил на угощение[1207] командиров войска, лохагов и таксиархов и всех, имеющих командование. Она же, поверив, какие имела украшения, из кубков, кратеров, кушаний[1208], серебра, золота, все отослала, а он, оказавшись хозяином больших денег, вернул жалованье наемникам.

4. Ясон, захватив богатый город, получив большую и славную добычу, послал к матери, повелев прислать служанок, которые бы имели опыт и искусство в изготовлении искусно украшенных и роскошных одежд, чтобы они отобрали все прекраснейшее. Она же всех служанок, которых имела, отослала для выбора одежд. Ясон, заключив их в темницу, потребовал за них от матери выкуп.

5. Ясон, войдя к матери, надзирающей за тем, как служанки пряли шерсть на ткацких станках, с одним из братьев и, используя его как советника в необходимых делах власти, велел их удалить. Копьеносцам был приказ увести всех. Сам же, удалившись, с большой обходительностью улыбаясь матери, велел ей послать ему за служанок серебро.

6. Ясон имел брата Мериона[1209], чрезвычайно богатого, сребролюбивого, который ничего ему не давал. Однажды, когда у него родился сын, собираясь дать ему имя, созвав лучших из фессалийцев, он просил брата руководить приемом. Тот же занимался этим, а Ясон под предлогом охоты отправившись в Пагасы[1210], где жил Мерион, расположив вокруг копьеносцев, принудив управителей[1211], захватив двадцать талантов серебра, поспешно вернулся на обед и поручил брату начинать возлияние и, чтобы он был главным в выборе имени для ребенка. Когда Мерион **[1212] объявил, что у него разрушен дом, желая, чтобы имя было подходящим, дал ребенку имя Портаона[1213].

7. Ясон привел брата Полидора к городу, в котором они намеревались захватить оказавшегося там скупщика добычи. Когда же было время омовения, он пригласил брата сильно натереть свое тело и заняться гимнастическими упражнениями. Тот старался энергично растираться, а Ясон, будто бы беспокоясь из-за перстня, просил отложить его в сторону от упражнений. Полидор же, сняв перстень с руки, отдал его надежному мужу из присутствующих. С ним же именно было условлено, чтобы он бежал к жене Полидора и, дав ей перстень, взял у нее вместо него десять талантов золота. Она же, поверив перстню мужа, тотчас дала золото. Когда же вернулся взявший перстень у Полидора, тогда Ясон, занимавшийся упражнениями, их прекратил[1214].

2. Александр Ферский[1215]

1. Александр, когда Леосфен[1216] осаждал Панорм[1217], не осмеливаясь открыто сразиться на море против всех аттических кораблей, ночью на легком суденышке послал к находящимся внутри воинам, чтобы если некоторые из кораблей оставят охранение, то, чтобы они у первого сигнального огня подняли второй для тех, кто был в Магнесии, а те — для тех, кто был в Пагасах[1218]. Леосфен же послал три триеры: одну — на Самос, одну — на Фасос и одну — к Геллеспонту[1219]. Осажденные же зажгли сигнальные огни[1220], а Александр, внезапно подплыв и совершив нападение, победил в морском сражении афинян.

2. Александр после морского сражения у Пепаретоса[1221], надеясь захватить афинян, оставшихся без охраны, поскольку после победы они пребывали в беспечности, приказал тем, кто был на кораблях, поспешно подплыть к Дигме Пирея[1222] и похитить с меняльных столов деньги. Когда они подплыли, афиняне, сочтя, что это дружественные корабли, смотрели на них с высоты. Те же, сойдя с кораблей, дали сигнал к нападению и, обнажив мечи, устремились к столам. Афиняне же поспешно бросились в город, сообщая стратегам о захвате Пирея, а те (враги) отплыли, захватив деньги[1223].

3. Афенокл[1224]

Афенокл, будучи в осаде, против таранов и буравов[1225], сделав бревна из свинца, наносил удары по зубцам стен, которые, падая, сокрушали[1226] машины врагов. Они же применили искусство подвести другую машину, чтобы острие бревна поражало бревно, которое должно было вертикально падать с брустверов, не вредя никому из стоявших на земле. Враги же, снова подведя черепахи[1227] к стене, подкапывали ее, а те со стен лили расплавленный свинец, толкая его вперед в медных котлах, благодаря чему им удавалось разрушать черепаху[1228]. Враги же на черепаху с придвинутых башен лили уксус и остуживали свинец и все прочее, что горит, бросали со стен. Ведь уксус считается особенно хорошо гасящим огонь. Лучшим же препятствием для огня является натертое уксусом, поскольку огонь охватывает его очень медленно, а также подвешенная губка, пропитанная водой. Некоторые же против расплавленного свинца, поднося к осадным машинам войлок, использовали также землю и уплотненную глину[1229].

4. Филопемен[1230]

1. Филопемен не считал, что хорошему стратегу подобает идти впереди фаланги, но то среди первых, то среди последних, часто же и в середине, проезжая верхом на коне и всех воодушевляя, всегда исправлял неудачи[1231].

2. Филопемен был преследуем лакедемонянами и, когда его никак не могли настигнуть, перейдя Эврот, велел всадникам разнуздать лошадей и поить их из реки, притом что находящееся вокруг место густо поросло деревьями и было очень лесистым. Лакедемоняне же, видя большую дерзость, когда те разнуздали лошадей и поили их, подозревали, что в лесу скрывались многие союзники Филопе-мена, не осмелившись перейти реку, и повернули назад[1232].

3. Филопемен научил ахейцев вместо продолговатого щита и копья взять круглый щит и сариссу[1233], защищаться же шлемами, панцирями и поножами, упражняться же в прочном и устойчивом сражении вместо бега и действий по способу пельтастов, роскоши же и разнообразия одежд и пищи избегать и довольствоваться только необходимыми и полезными в походе вещами. Этому уча, Филопемен имел воинов, имеющих добрую славу в очень многих сражениях[1234].

5. Арат[1235]

Арат овладел Акрокоринфом[1236], имеющим гарнизон, который поместил там Антигон[1237], поставив во главе его философа Персея и стратега Архелая. Стратегема же была следующая. Были в Коринфе четверо братьев, родом сирийцев, один из которых был Диокл из числа охраняющих Акрокоринф. Трое, украв царское золото, пришли в Сикион[1238] к трапедзиту[1239] Эсию, услугами которого пользовался и Арат для совершения деловых сделок. Доставив ему золото, они разменяли его. Один из них, Эргин, многократно захаживая к нему и участвуя вместе с трапедзитом в жертвоприношениях и возлияниях, когда зашла речь об охране Акрокоринфа, признался, что видел возле крутизны боковое ущелье, где стена является низкой и легкодоступной. Трапедзит, в свою очередь, сообщил об этом Арату, а тот, с большой поспешностью склоняя к дружбе Эргина, договорился дать ему шестьдесят талантов, если благодаря ему овладеет Акрокоринфом. Эргин вместе с братьями пообещал это сделать. Было же все приготовлено для нападения. Арат же приказывает, чтобы остальное войско бодрствовало, имея при себе оружие, а сам, взяв четыреста отборных воинов, ночью подошел к стене и, приставив к низкому месту лестницы, перешел через нее. Когда же находящиеся внутри поняли это, при лунном свете произошло упорное ночное сражение, когда луна то давала сражающимся свет, то погружалась в тучи, а тьма делала сражение более внушающим страх. Наконец, одолели те, кто был с Аратом, и, когда взошло солнце, открыв ворота, впустили остальное войско. Арат же Аркесилая, захваченного в плен, отпустил, а Феофраста, не желающего примириться, умертвил. Философ же Персей, когда крепость была захвачена, бежав в Кенхреи[1240], отправился оттуда к Антигону[1241].

6. Пирр[1242]

1. Пирр, потерпев поражение от римлян, лишившись слонов, послав послов к Антигону для заключения союза и потерпев неудачу, приказал послам сообщить всем противоположное, будто бы Антигон обещает прийти на помощь с огромной силой. Так что тарентинцы и те союзники из сицилийцев и италиков, которые желали оставить Пирра, остались с ним в надежде на союз с Антигоном[1243].

2. Пирр, вторгшись в Пелопоннес, когда послы спартиатов встретились с ним возле Аркадии, принял их дружелюбно и обещал послать к спартанцам собственных сыновей, чтобы они учились ликургову способу управления государством. Послы это возвестили, Пирр же напал на Спарту, а когда спартанцы обвиняли его, что, объявляя одно, он делает другое, смеясь сказал: «Но ведь и вы не имеете обыкновения говорить наперед, намереваясь воевать. Поэтому не досадуйте, если против лаконцев я воспользовался лаконской стратегемой»[1244].

3. Пирр советовал перед войной убеждать врагов страхом, выгодой, сладкими речами, состраданием, справедливостью, законностью, соглашением, силой[1245].

7. Аполлодор[1246]

1. Аполлодор Кассандриец[1247], избегая суда, как стремящийся к тирании, выйдя в черной одежде и выведя в таком же платье жену и дочерей, прося о пощаде, передал себя для любого наказания судьям, которые, сострадая, постановили ему освобождение от обвинения. Будучи освобожденным, Аполлодор через немногое время овладел тиранией и особенно жестоко наказал оправдавших судей, отнеся спасение за счет своего умения, а не их человеколюбия.

2. Аполлодор, управляя государственными делами у кассандрийцев, все говорил и делал для того, чтобы его сочли тираноненавистником[1248]. Ибо и написал постановление против тирана Лахара[1249], чтобы он был силой уведен из земли кассандрийцев, и царя Антиоха сделал другом и союзником, поручив ему государство, и Феодоту, просящему в письме дать ему телохранителей, отказал, и учредил праздник Эвридики в честь возвращения свободы кассандрийцам, который он назвал Эвридикеей[1250], а вышедшим из цитадели воинам предоставил гражданство и дал клеры на Пелене[1251], чтобы они оставались стражами свободы. Если кто на пирах **[1252] называл ужасным, но и жалким. Таким образом, всех обманув, как бы будучи самым большим приверженцем демократии, он возмутил рабов и ремесленников из эргастериев и, схватив юного Каллимела и принеся его в жертву, передал тело повару Леонтомену. Тот, приготовляя обед, передал внутренности сообщникам. Когда они пообедали и пили кровь, смешанную с черным вином, он предоставил им тело в знак соучастия в грязном преступлении, получив знак верности для заговора, и, используя их в качестве союзников, овладел тиранией и стал тираном, кровожаднейшим и жесточайшим из всех, которые были тиранами у эллинов или у варваров.

8. Египт

Египт, посланный Мавсолом в Милет, содействуя предавшим город и отплыв, предвидя, что они злоумышляют, поспешив, раньше вступил на корабль. Злоумышленники же подстерегали в засаде вблизи от моря. Он же послал одного из своих с корабля, сказав: «Иди искать кормчего и Египта. Ведь уже нужно выходить в море». Услышав это, караулившие милетяне, удалившись от корабля, искали Египта в городе. Он же, когда пришел кормчий, обрубив канат, безопасно отплыл[1253].

9. Левкон[1254]

1. Левкон, нуждаясь в деньгах, возвестил, что намерен чеканить другую монету, и надо, чтобы каждый принес ему все имеющееся, что оказалось бы подходящим для перечеканки. Они же принесли, сколько имели, а он, поставив другой отличительный знак, отчеканил на каждой монете двойную цену так, что, когда была собрана половина, у граждан не было бы отнято никакой прибыли[1255].

2. Левкон, узнав, что против него злоумышляют друзья и многие граждане вступили в заговор, созвав всех торговцев, занял у них столько денег, сколько каждый имел, сказав, что вражеских ему недостаточно. Торговцы охотно дали ему взаймы деньги, он же, созвав их во дворец, признал заговор граждан и призвал стать его телохранителями, чтобы позаботиться о деньгах, если они его спасут. Желая спасти деньги, торговцы, взяв оружие, одни стали копьеносцами-телохранителями, а другие — стражниками правительственных зданий. Левкон же вместе с ними и самыми верными из бывших вокруг него, схватив соучастников заговора, перебил их и, надежно восстановив власть, вернул деньги[1256].

3. Левкон в войне против гераклеотов, поняв, что некоторые из триерархов предают и собираются перебежать, собрав их, сказал, что не имеет смысла слушать от них речи, которым нельзя доверять. Поскольку же поражение произошло не по воле судьбы, и они оказываются виновными в неудаче, он велел им быть спокойными, а сам назначил триерархами других. Родственникам же подозреваемых он вручил власть и попечение над процессиями, как бы будучи к ним благосклонным. Когда же прекратил войну, то сказал, что справедливо предать подозреваемых суду, чтобы не казалось, что он удалил их вопреки здравому смыслу. Когда же они пришли на суд вместе с домашними, то, расположив вокруг вооруженную силу, велел их всех перебить.

4. Левкон, когда против него выступили гераклеоты со многими кораблями и высаживались по всей стране, где хотели, видя, что его собственные воины действуют как изменники и не отражают их, первыми построил гоплитов для отражения врагов, за ними же позади — скифов и открыто объявил скифам, что, если гоплиты будут медлить и допустят высаживающихся врагов, тотчас же метать стрелы и убивать их. Узнав об этом, гоплиты мужественно помешали врагам высадиться[1257].

10. Александр-Фрурарх

Александр, фрурарх[1258] укреплений по Эолиде[1259], наняв лучших борцов из бывших в Ионии[1260], флейтистов же Ферсандра и Филоксена, а актеров — Каллипида и Никострата, объявил представление. Соответственно со славой борцов сошлись все из находившихся поблизости городов. Когда же театр был полон, то, поставив кругом воинов и варваров, с которыми он охранял укрепления, захватив всех зрителей с их женами и детьми, взяв большой выкуп, освободил их, сам же удалился, передав области Фиброну[1261].

11. Аристид Элеат

Аристид Элеат[1262] плыл с двенадцатью триерами против осаждающего Кавлонию Дионисия[1263]. Он же, поняв это, вышел навстречу, наполнив воинами пятнадцать кораблей. Аристид, повернув назад, отступил, и, когда наступила ночь, велел поднять лампады, за которыми последовали корабли Дионисия. Вскоре сняв их (лампады), они поставили другие лампады, прилаженные на большие пробки, и, повернув от света в бок, опередили, приплыв в Кавлонию, когда те, кто был с Дионисием, сбились с курса из-за блеска огней.

12. Александр, сын Лисимаха

Александр, сын Лисимаха[1264] и Амастриды[1265], желая прийти в Котиэй Фригийский[1266] и сделать это скрытно, ночью укрыл сопровождавших в одной глубокой долине возле города, а сам на рассвете, набросив фригийский двойной плащ[1267], грубый и грязный, и надев на голову войлочную шапку, взяв двух сыновей, каждому положив вязанку дров и дав за пазуху меч, вошел через ворота, будучи принят за сельчанина. Войдя же, он снял шапку, будучи же узнан, давал всем правую руку, как будто бы придя для спасения города. Те же, кто был спрятан, согласно условленному, напав через открытые ворота, захватили Котиэй[1268].

13. Амфиктионы[1269]

Амфиктионы осаждали Киру[1270] и нашли тайный подземный ход, ведущий от источника полного воды. По предложению Эврилоха, собрав в Антикире[1271] большое количество чемерицы[1272], они смешали ее с водой. Киррейцы, когда пили ее, повредили желудки и все лежали ослабленные. Амфиктионы без труда захватили город, когда враги не могли встать[1273].

14. Самниты[1274]

Самниты дали врагам клятвы и заключили мирный договор. Договорились они не делать ничего другого, кроме как вынуть один камень по окружности стены. Когда же они не сочли это чем-то важным, враги вытащили камни у основания стен, чтобы они легко рухнули на землю[1275].

15. Кампанцы[1276]

Кампанцы заключили договор с врагами, чтобы выдать им половину своего оружия, и, разрубив оружие, велели им взять половину[1277].

16. Карфагеняне

1. Карфагеняне, будучи заперты Дионисием[1278] в безводной местности, отправили послов для заключения договора, он же велел, чтобы они удалились из всей Сицилии, возместив ущерб, который причинили в последней войне. Предводители[1279] карфагенян согласились это сделать, но заявили, что они не правомочны решать сами по себе, без того, чтобы наварх дал утвердительный ответ. Просили же перенести лагерь к нему. Дионисий же позволил, хотя Лептин[1280] возражал, а карфагеняне, перенеся лагерь к Дионисию, отослали назад ничего не добившихся послов[1281].

2. Карфагеняне, опустошающие Сицилию, чтобы им из Ливии быстро подвозилось все необходимое, сделав две клепсидры, равные по величине, на каждой начертили два равных круга, имеющих одинаковую надпись. Записали же там потребность в кораблях, там, в купеческих судах, в другом месте — в золоте, снова в другом месте — в осадных машинах, затем — в хлебе, затем — в животных, а затем — в оружии, пехотинцах и всадниках. Таким образом, расписав все круги, они, одну из клепсидр оставив на Сицилии, вторую отослали в Карфаген, условившись, что если увидят у них поднятый сигнальный огонь, посмотреть, когда покажется второй сигнальный огонь и с каким кругом это согласуется. Затем, прочитав надпись, как можно скорее послать все, обозначенное с помощью букв. Этот способ карфагеняне имели как самый быстрый для подвоза всего необходимого для войны[1282].

3. Карфагеняне на купеческих кораблях и триерах отплыли в Сицилию. Дионисий, узнав, напал на них со многими кораблями. Увидев впереди флот, карфагеняне, поставив вокруг военных кораблей купеческие, один от другого на достаточном расстоянии, триеры же собрав в середине между ними, а некоторых из людей посадив на грузовые суда, отразили нападавших врагов. И, выплывая на триерах через проходы и нападая на суда Дионисия, некоторые из них потопили, вооружение же у всех сделали полностью непригодным[1283].

4. Карфагеняне, воюя с Гиероном[1284], ночью подплыв к Мессане, вблизи от города причалили под одной крепостью. В гавани стояли на якоре многие триеры и купеческие корабли, а другие охраняли у входа. Командующий карфагенян[1285], позвав триерарха лучше всего плавающего корабля, приказал ему плавать возле гавани в непосредственной близости от входа. Если же враги, преследуя, выведут корабли, то бежать в море. Триерарх подошел к входу, а кормчие напавших кораблей, решив, что это корабль-разведчик, усиленно его преследовали. Когда же они сильно оторвались, преследуя до моря, карфагеняне, поспешно приплыв в гавань с остальными судами, подожгли бывшие пустыми триеры, а из грузовых судов большую часть увели[1286].

5. Карфагеняне возле Сицилии, узнав, что римляне имеют больше кораблей, чем они, желая их отвлечь, убедили некоторых из собственных граждан стать перебежчиками. Они, придя к римскому военачальнику Гнею Корнелию[1287], обещали передать ему остров Липару, прилежащий к Сицилии. Он же, поверив, заполнив половину судов, отплыл на Липару[1288]. Карфагеняне же, отправившись, встали на якоре вблизи от римских кораблей и послали послов к Корнелию, которые, умоляя консула, договариваясь о мире и давая клятвы, упросили перейти на их судно, так как военачальник карфагенян тяжело заболел[1289], чтобы на корабле можно было бы более безопасно договориться о том, что нужно для мира. Будучи убежден ими, римлянин перешел на карфагенский корабль, ливийцы же, захватив его, напав со всеми кораблями, легко одержали победу[1290].

17. Амбракиоты[1291]

Римляне, осаждая амбракиотов, когда многие из них были ранены, а многие погибли, вырыли узкий проход, желая снизу взять город. В течение же долгого времени они скрывали это от врагов, когда же была насыпана большая насыпь, амбракиоты, поняв происходящее, и сами стали делать подкоп изнутри и, роя косой ров к краю прохода, клали по порядку тонкие медные изделия, чтобы, как только римляне на них натыкались, происходил шум. И, когда шум произошел, они, идя навстречу под землей, отбивались сариссами. Когда же в тесном и темном[1292] подземном ходе они ничего не могли сделать[1293], то, приготовив бочку, по диаметру равную подземному ходу, просверлив ее дно, вставив железную трубочку, наполнив ее тонкими перьями, бросив немного огня, приложив крышку, полную просверленных отверстий, наклонив, обратили ее на врагов, идущих с обратной стороны подземного хода. Позади же бочки приладив кожаный кузнечный мех, пустив воздух через установленную трубку, они раздули огонь так, что, когда подземный ход наполнился большим количеством едкого дыма, римляне, не вынеся его, оставили осаду под землей[1294].

18. Фокидяне

1. Фокидяне, запертые на Парнасе фессалийцами, намазав мелом себя и свое оружие и договорившись между собой удерживаться от тех, кто был намазан мелом, спустившись ночью в полнолуние, напали на врагов. Те же, так как испугались чужого и необычного явления, а некоторые же и сочтя, что нападавшие являются фессалийцами, потерпели поражение, и были найдены четыре тысячи трупов фессалийских мужей[1295].

2. Фокидяне уничтожили фессалийскую конницу. Выкопав ров против Гиамполя[1296] и наполнив его пустыми амфорами, они набросали сверху немного земли. Наткнувшись на этот ров, всадники были уничтожены своими конями[1297].

19. Платейцы[1298]

1. Платейцы взяли пленных у фиванцев. Когда же фиванцы вторглись в Платеиду, то, послав вестника, угрожали убить пленных, если они не уйдут из страны, обещали же вернуть, если они уйдут, удержавшись от опустошений. Фиванцы, поверив, ушли из страны, платейцы же убили пленных[1299].

2. Платейцы, осаждаемые лакедемонянами, ночью напали на окружающие стены. Лакедемоняне передали в Фивы военные огни, призывая к союзу. Платейцы, наоборот, вынесли из города дружественные огни, чтобы обманутых из-за различия огней фиванцев убедить воздержаться от помощи. Таким образом, будучи нерешительными из-за противоположных сигналов, фиванцы медлили прийти на помощь[1300].

3. Платейцы были осаждены лакедемонянами и фиванцами. Двести мужей платейцев, дождавшись безлунной и зимней ночи, приказали другим гражданам издать клич, нападая с противоположной стороны стены. Когда лакедемоняне извне поспешили на помощь к этому месту, те, приставив лестницы с противоположной стороны стены, перебрались через нее. Однако они повернули не на дорогу, ведущую в Афины, но на ту, которая вела в Фивы, чтобы по ней их было труднее всего преследовать. Ведь так и произошло. Лакедемоняне же преследовали через Киферон[1301], а платейцы уклонившись от фиванской дороги, вернулись в Исий[1302], а оттуда спаслись в Афины[1303].

20. Керкиряне[1304]

Афиняне отправляются в поход против керкирских изгнанников, захвативших гору Истоны[1305]. Они же выдали оружие, предоставив народу афинян решать относительно себя. Если же кто-либо из них, бежав, будет захвачен, то договор будет расторгнут со всеми. Керкиряне, опасаясь, как бы афинский народ не принял в отношении них снисходительного решения, тайно послали к некоторым, советуя бежать и предоставляя им судно, чтобы, если убедят их бежать, договор был бы нарушен. Афиняне же их как нарушивших договор выдали керкирянам, а те, захватив их, всех убили[1306].

21. Эгестийцы[1307]

Эгестийцы, нуждаясь в союзе с афинянами, обещали многие и большие деньги. Когда же были отправлены послы, чтобы посмотреть за приготовлением денег, они (эгестийцы), взяв взаймы из близлежащих городов серебро и золото, украсили храмы богов и дома частных граждан. Послы, видя богатство, известили об этом афинян, а те послали для заключения союза[1308].

22. Локры[1309]

Локры, живущие в Италии, заключая договор с сикелами[1310], положив на плечи под короткие хитоны головки чеснока и бросив землю в обувь под ноги, поклялись им твердо сохранять их государственный строй до тех пор, пока топчут эту землю и носят головы на плечах. Поверивших клятвам сикелов локры убили через день, как никогда не вступавшие на их землю и не носящие голов на плечах[1311].

23. Коринфяне

Коринфяне, посылая помощь сиракузянам, узнав, что двадцать аттических кораблей стоят на якоре, возле Навпакта карауля их[1312] для того, чтобы напасть, заполнив двадцать пять триер, встали с ними на якоре в Панорме в Ахайе напротив аттических кораблей. Пока они караулили друг друга, грузовые суда, наполненные коринфскими гоплитами, отправились от Пелопоннеса как союзники сиракузян. Афиняне же направились к стоящим против них на якоре триерам[1313].

24. Лампсакийцы[1314]

Лампсакийцы и парионейцы[1315], споря о границах земли, договорились, что, как только полетят птицы, послать друг к другу послов из обоих городов. Там же, где посланные встретятся, это и станет для тех и других границей земли. Когда они это постановили, лампсакийцы убедили некоторых из тех, кто занимался морским делом в этих местах, что, когда бы они ни увидели прибывающих парионейцев, щедро класть на огонь рыбу и совершать обильные возлияния вином, как бы принося жертву Посейдону, и приглашать их с благоговением почитать бога, заключая договоры. Рыбаки это сделали, те же, поверив рыбакам, ели и пили вместе с ними, оставив поспешность передвижения. Лампсакийцы же, поспешив, опередив их, пришли к Гермею. Он отстоит от Париона на семьдесят стадий, а от Лампсака — на двести. Столь большое количество земли присвоили посредством хитрости лампсакийцы, установив Гермий в качестве границы с парионейцами[1316].

25. Халкедоняне

Халкедоняне, воюя с византийцами, заключив перемирие на шесть дней, подготовили с каждой стороны по десять мужей, чтобы вести переговоры о мире. Они совещались три дня, четвертый же халкедоняне попросили пропустить из-за каких-то необходимых задержек. Когда византийцы согласились, они, ночью сев на корабли, внезапно напали на ничего не подозревавших византийцев, и в течение двух остальных дней была война[1317].

27. Лакедемоняне[1318]

1. Корабли афинян и лакедемонян в Азии стояли на якоре в гаванях друг против друга, будучи видны друг другу[1319]. При возможности же выйти в море они тотчас же отплыли и высадили на берег экипажи. Так они поступали в течение нескольких дней, подкарауливая друг друга. Лаконец безлунной ночью в молчании велел вывести экипажи на берег, когда же наступил день, он открыто посадил пельтастов и дал им отдых на кораблях. Афиняне, видя это, и сами поступили таким же образом. Было время завтрака. Лаконцы высадили пельтастов, и им была поручена забота о провианте. Равным образом и афиняне высадили пельтастов и занимались приготовлением завтрака. В этот момент экипажи лаконских кораблей, вернувшись, подплыли к бывшим пустыми афинским кораблям и большинство из них сокрушили, когда люди завтракали[1320].

2. Фигалейцы[1321], будучи осаждены, послав вестника, призвали аргивян к союзу. Захватив его, лаконцы, переодевшись в одежду аргивян, устремились как бы со стороны дороги, ведущей от аргивян. Увидев их и решив, что пришла подмога, фигалейцы приняли их, открыв ворота[1322].

36. Элейцы

Элейцы, подозревая Ксения, стоящего во главе города, в том, что он сочувствует аркадянам, не имели надежного доказательства. Некоторые из управлявших вместе с ним государственными делами убедили, что живший в их стране лаконец захватил в качестве раба ребенка-аркадянина. Когда же произошел суд перед архонтами, толпа помогала лаконцу, а Ксений — аркадянину. Когда же произошла смута, дело дошло до народного собрания, и там Ксений снова защищал дело аркадянина. Таким образом, народ, получив явное доказательство того, что он сочувствует аркадянам, голосованием приговорил его к смерти[1323].

38. Ганнибал[1324]

1. Ганнибал убитого на войне Флава[1325], когда нумидийцы требовали его тело и хотели изувечить, не позволил этого, но похвалил мужа как хорошего полководца и, совершив положенное для погребения, отослал в Рим, отчего и удостоился от римлян большой благосклонности[1326].

2. Ганнибал убедил своих, что мужественно погибшие на войне через немногое время оживут, и убедил говорить, что когда-нибудь благородному воину, благородно погибшему, будет то же, что предшествовало его смерти[1327].

3. Ганнибал, строя войско в боевой порядок, поставил самых лучших с обеих сторон фаланги, а более слабых — в середине выдающихся вперед за фалангу и дал приказ, что, когда враги, прорвав середину, примутся преследовать, соединить крылья[1328]. Это окружение уничтожило в сражении пятьдесят тысяч человек[1329].

4. Ганнибал, командуя при Каннах, когда равнина была песчаной, вывел фалангу, дождавшись, когда ветер дул ему в спину[1330]. Римляне, не вынося попадающего в глаза песка, обратились в бегство[1331].

5. Ганнибал в Кампании таким образом победил римлян стратегемой. Когда было ненастье, Ганнибал объявил: «Когда будет подан сигнал к битве, спите, когда же — сигнал к отступлению, то выступайте около второй стражи!». Был подан сигнал к битве. Римляне, устрашенные, взялись за оружие. Подождав долгое время, Ганнибал подал сигнал к отступлению. Римляне, страдая из-за ненастья и бессонницы, отступая, погрузились в сон, а Ганнибал, напав, перебил всех[1332].

6. Ганнибал возле Казилина[1333], когда случилась ненастная ночь, вывел войско, разделив его на части, приказав, чтобы, когда в первый раз будет подан сигнал к битве, атаковала первая часть, когда же трубачи дадут сигнал к отступлению, первые прекратили бы бой, а напала вторая часть, затем — третья и четвертая, и таким образом одержал победу[1334].

7. Ганнибал возле Гердонии Флакка, римского командующего, заманив в засаду, убил вместе со всеми, бывшими с ним, послав предателя гердонийца, который, перебежав, убедил Флакка прийти в Гердонию, как будто бы его призывают в город лучшие граждане из-за того, что не переносят жестокости карфагенян[1335].

8. Ганнибал, запертый римлянами в теснинных местах, охраняемых ими, собрав быков и зажегши факелы у них на рогах, погнал в теснины. Благодаря этому, устрашив охраняющих, он обратил их в бегство, сам же безопасно удалился[1336].

9. Сам[1337], желая выступить в поход, оставил всадников, чтобы римский командующий, видя их, не заметил выступления. Ибо они собирались легко ускакать на конях[1338].

10. Ганнибал, не сумев захватить приморский город римлян, послал к нему суда и поставил на них римский значок. Видя же значки, граждане вышли, как подобает для встречи римлян, попали в засаду и были перебиты[1339].

41. Гамилькар[1340]

1. Гамилькар, пользуясь греческим тактиком[1341], узнав, что тот сообщает все Агафоклу[1342], что он собирается делать, объявил, что, послав туда флот, хочет захватить возле Сиракуз Олимпий[1343]. Тактик, тайно послав, раскрыл это Агафоклу, Гамилькар же приказал кораблям, когда они ночью немного удалились, тотчас же вернуться как можно быстрее. Агафокл, будучи обманут, послал в Сиракузы отряд для защиты Олимпия, а сам посреди ночи атаковал нападающего Гамилькара. Тот же, имея многих, высадившихся с кораблей, напав с криком и шумом, перебил семь тысяч из воинов Агафокла[1344].

2. Гамилькар, имея множество карфагенских кораблей, создал для смотревших на это видимость, что готовится отплыть, дав задний ход[1345]. Ночью же, вернувшись, высадив войско, он перебил четыре тысячи человек, едва пробудившихся от сна, остальные же сбежались в сражение так, что, завладев многими пленными, Гамилькар тотчас же отплыл[1346].

45. Силосонт[1347]

Силосонт, сын Каллитела, казавшийся самосцам сторонником народа, был избран стратегом. Когда самосцы воевали с эолийцами и не справляли праздник в храме Геры, бывшем вблизи от города, Силосонт сказал, что стратеги не должны оставлять без внимания благочестие по отношению к божеству, так же как и особенно поразят врагов, если будут справлять отеческий праздник. Самосцы, похвалив стратега за благочестие и мужество, придя в храм Геры, расставили палатки и устроили то, что положено для праздника. Силосонт же, ночью войдя в город и призвав моряков с триер, захватил власть над самосцами.

46. Александр Фессалиец[1348]

Александр Фессалиец, собираясь сражаться на море, многим эпибатам на палубах[1349] раздал множество метательных копий[1350] и объявил, что, какой бы ни встретился корабль, метать дротики в моряков, чтобы как можно большее число из них оказались бы бесполезными.

47. Фрасибул[1351]

Фрасибул, тиран милетян, когда Алиатт[1352] осаждал Милет и собирался взять город голодом, послав вестника для переговоров до тех пор, пока не будет приготовлен корабль Афины Ассесии[1353], приказал гражданам весь хлеб, который каждый из них имел, свезти на агору и угощать лежащих на земле. Вестник, видя это, сообщил Алиатту. Он же, поскольку милетяне имели обильные запасы продовольствия, прекратил осаду[1354].

48. Ментор[1355]

Ментор, захватив Гермия[1356], написал письма управляемым им городам, приложив к письму его перстень с печатью, и велел передать дела тем, кто принесет письма. Они же, узнав перстень Гермия, не заметили подлога[1357], передав города Ментору[1358].

49. Анаксагор

Анаксагор, Кодр и Диодор, сыновья Эхеанакта, убили Гегесия, тирана эфесян[1359]. Филоксен[1360], гиппарх царя Александра в Ионии, потребовав их от эфесян, но не получив, введя в город гарнизон и захватив этих троих мужей, закованных в цепи, послал в крепость в Сардах. Они же, долго терпя несчастья, освободились, когда друг послал им напильник, с помощью которого, они распилили оковы и, поменявшись одеждами с рабами, посреди ночи выйдя из тюрьмы как рабы и связав веревки и разрезанные в длину гиматии, спустились со стен. Диодор же, упав с высоты, тотчас же повредив обе ноги и захваченный лидийцами, которых послал Александр, был отправлен, чтобы быть преданным суду. Когда Александр умер в Вавилоне, он (Диодор) был отослан Пердиккой в Эфес, чтобы быть осужденным в соответствии с законами. Анаксагор же и Кодр, пробравшись в Афины, спаслись, услышав же о смерти Александра и вернувшись в Эфес, они спасли и брата Диодора[1361].

50. Пиндар[1362]

Когда Крез Лидиец[1363] осаждал Эфес, после того как одна из башен, названная предательской, упала и ужас захвата был уже перед глазами, Пиндар, бывший тираном города, посоветовал эфесянам соединить веревки от ворот и стен с колоннами храма Артемиды, как бы вручая город богине. Крез, почитая богиню, пощадил город как приношение и заключил с эфесянами договор о свободе.

51. Ферон[1364]

Ферон Акрагантец, имея тайно подготовленных копьеносцев, не имея же достаточно денег для уплаты жалованья, когда в городе был воздвигнут великолепный храм Афине и когда он утаил деньги на работы, убедил сделать всеобщую ссуду на храм и взять достойных доверия поручителей и определить срок, назначенный законом, в который будет сооружен храм. Сочли, что он говорит правильно, и город, поверив, дал на это дело подряд. Подряд взял Горгий, сын Ферона. Когда же он захватил серебро города, то не нанял ни строителей, ни каменотесов, ни других ремесленников, но из данного городом дал жалованье копьеносцам, и акрагантяне за собственные деньги оказались под тиранией Ферона[1365].

52. Сизиф[1366]

Сизиф, когда Автолик часто крал его коров, припаивал к копытам коров свинец, на котором в качестве отличительной приметы отчеканил надпись «Автолик украл». Автолик[1367] же ночью отогнал коров, а Сизиф днем показал соседям-земледельцам следы коров, обвиняя Автолика в воровстве.

53. Гагнон[1368]

Гагнон вывел аттическую колонию, желая заселить так называемые Девять путей на Стримоне[1369]. Ведь было афинянам и такое изречение оракула:

Зачем заселить вы хотите храма многоногую землю афинян сыны?

Вам же будет трудно вдали от богов.

Разве не сказано богом, что прежде чем уйдете от Трои,

Peca[1370] тростинку найдя на отеческой пашне,

Спрячьте свято, и вы бы вспахали и пашню, и славу.

Воспользовавшись этим оракулом бога, стратег Гагнон послал в Трою мужей, которые ночью, выкопав тело Peca, взяли кости и, положив останки в пурпурную хламиду, отвезли их на Стримон. Варвары же, владевшие землей, препятствовали им перейти реку. Гагнон же, заключив договор на три дня, отослал варваров и, посреди ночи перейдя Стримон вместе с войском, закопал кости Peca возле реки и, окружив рвом укрепленное место, укреплял его стеной при луне, днем же не работали. И вся работа была завершена за три ночи. Когда же варвары, придя через три дня, увидели стену уже достроенной, они воззвали к Гагнону как к нарушившему договор, он же сказал, что не совершил никакой несправедливости. Ибо договор был заключен на три дня, а не на три ночи. Таким образом, Гагнон, заселив Девять путей, назвал город Амфиполем[1371].

54. Амфирет[1372]

Амфирет Аканфиец[1373], захваченный разбойниками, будучи отведен в оковах на Лемнос[1374], охранялся, так как разбойники надеялись на большой выкуп. Он же, удерживаясь от еды, выпил сурик, смешанный с соленой морской водой. Когда же его прослабило, разбойники, сочтя, что у него произошло кровотечение, освободили его от оков, чтобы он не умер от болезни, и они не лишились бы выкупа. Он же, будучи освобожден, ночью тайно бежав, взойдя на рыбацкое судно, спасся в Аканф.

Книга Седьмая

Следующее содержится в седьмой книге «Стратегем» Полиэна:

1. Дейок

2. Алиатт

3. Псамметих

4. Амасис

5. Мидас

6. Кир

7. Гарпаг

8. Крез

9. Камбиз

10. Ойбар

11. Дарий

12. Сирак

13. Зопир

14. Оронт

15. Ксеркс

16. Артаксеркс

17. Ох

18. Тиссаферн

19. Фарнабаз

20. Глос

21. Датам

22. Косинг

23. Мавсол

24. Богес

25. Дромихет

26. Ариобарзан

27. Автофрадат

28. Арсам

29. Митридат

30. Мемпсис

31. Керсоблепт

32. Севт

33. Артабаз

34. Арианд

35. Бренн

36. Мигдоний

37. Перисад

38. Севт

39. Сейл

40. Оборз

41. Сурена

42. Кельты

43. Фракийцы

44. Скифы

45. Персы Персиянки

46. Тавры

47. Троянки

48. Салматиянки

49. Тирренянки

50. Кельтиянки

Вам, священнейшие цари Антонин и Вер, преподношу и следующую седьмую книгу «Стратегем», из нее вы можете узнать, что и представления варваров не совсем чужды полководческому искусству, но и у тех практикуется и хитрость, и коварство, и обман. Так что вы и себе самим на войне и военачальникам, посылаемым вами, можете прямо предписать не презирать их, как неразумных и простодушных, но, напротив, в не меньшей степени остерегаться, так как коварство, неверность и обман — это то, чем варварское войско прославлено более, чем оружием. Самой же лучшей защитой и преградой пусть будет недоверие к ним, к которому силу оружия мы присоединим; и о более остроумной хитрости против них мы позаботимся, прежде изучив их представления из стратегем.

1. Дейок[1375]

Дейок Мидянин взял власть над мидянами[1376] следующим образом. Мидяне были кочевниками, государства не имели, управляя без закона и права, угоняя и грабя друг друга[1377]. Дейок судил соседей и учил их справедливости. Они радовались судье, и вскоре молва о нем распространилась среди мидян, и они сбегались к нему, как к справедливому судье. Когда же он, славой расположив всех к себе, сам сломал ночью двери и разбил ограждение из камней, днем объявил мидянам, что это из-за них он претерпел и подвергся смертельной опасности потому, что судил их[1378]. Народ был возмущен и ради его безопасности[1379] постановил поселить его в самом укрепленном месте на вершине Агбатан[1380]; а телохранителей пусть он сам выберет; содержание на питание он назначил им из имущества святилищ. При таком обстоятельстве, получив стражу и постоянно принимая в нее вновь прибывших, из судьи он стал царем.

2. Алиатт[1381]

1. Алиатт, когда выступили против него киммерийцы[1382], имеющие тела необыкновенные и звероподобные, вывел в сражение вместе с прочими силами и самых сильных собак, которые, приблизившись к варварам, как зверей, многих из них убили, остальных же вынудили позорно бежать[1383].

2. Алиатт, желая лишить колофонцев[1384], имеющих большое конное войско, коней, заключил союз с ними и всегда уделял всадникам, вследствие их службы, большое внимание. И, наконец, в Сардах[1385] он приготовил для них великолепное угощение и назначил двойное жалованье; всадники, имея лагерь вне города, коней передав конюхам, вступили в город, спешно побежали за двойным жалованьем; Алиатт, закрыв крепостные ворота, поставив вокруг своих гоплитов, убил всех всадников, а коней их своим гоплитам отдал.

3. Псамметих[1386]

Псамметих сверг Теменфа, царя Египта. Бог Амон[1387] Теменфу, спрашивающему о царской власти, предсказал бояться петухов. Псамметих же, имея при себе карийца[1388] Пигрета, узнал от него, что карийцы первые надевали на шлемы гребни, понял смысл пророчества и, многих карийцев наняв, повел их на Мемфис[1389], и около храма Исиды[1390], на расстоянии пяти стадий от царского дворца вступив в сражение, победил врагов. От тех карийцев некий район Мемфиса прозвался Каромемфийским.

4. Амасис[1391]

Амасис в войне с арабами позади египтян поставил статуи богов, наиболее у них почитаемых, чтобы таким образом они бы мужественнее перенесли опасность, считая, что боги являются свидетелями того, что, не выдержав нападения врагов, они не осмелятся их выдать.

5. Мидас[1392]

Мидас, притворившись, что участвует в религиозном празднике великих богов, ночью вывел фригийцев, имеющих спрятанные кинжалы, с флейтами, и тимпанами[1393], и кимвалами[1394]. Горожане вышли из домов на зрелище, они же, ударяя в тимпаны и кимвалы, убили зрителей, завладев же их открытыми домами, они провозгласили Мидаса тираном.

6. Кир[1395]

1. Кир, ополчившись против мидян, трижды был побежден. Когда жены и дети персов были в Пасагардах[1396], в том месте он вступил в четвертое сражение. Персы снова побежали. Но поскольку они увидели детей и жен, страдая за них, повернули назад и, беспорядочно преследующих мидян обратив в бегство, одержали такую великую победу, что Киру более не нужно было другого сражения с ним[1397].

2. Кир во время перемирия с Крезом отвел войско. А когда наступила ночь, он, быстро повернув на Сарды, привел войско и, напав на неохраняемые крепостные стены, приставляя к ним лестницы, захватили Сарды[1398].

3. Кир захватил Сарды; Крез удерживал акрополь[1399], дожидаясь помощи из Эллады. Кир, близких родственников, удерживающих с Крезом акрополь, связав, приказал послу объявить приказ осажденным, что, если они отдадут акрополь[1400], он вернет их близких невредимыми[1401], если же они решат не отдавать, то он всех повесит. Осажденные же отдали акрополь ради спасения близких, не полагаясь на тщетные надежды Креза на эллинов.

4. Кир после пленения Креза, когда лидийцы опять восстали, сам отправившись в Вавилон, послал Мазара Мидянина, поручив, чтобы, когда он завладеет страной, отнять у них оружие и коней и заставить их носить женское платье, и еще не учиться ни стрелять из лука, ни ездить верхом, а всем ткать и перебирать струны, — такими занятиями, как кажется, решив изнежить их души. Без сомнения, лидийцы, быв прежде самыми воинственными из варваров, стали самыми неспособными к войне[1402].

5. Кир, осаждая Вавилон, после того как отвел каналы от Евфрата, текущего через город, отвел войско как можно дальше. Вавилоняне полагая, что он отказался от осады города, ослабили силу стражи. Кир же, повернув реку и поспешно поведя войско по месту первоначального русла, тайно провел воинов и овладел Вавилоном[1403].

6. Кир готовился к бою с Крезом. У лидийцев были многочисленные всадники, и Крез очень гордился ими. Чтобы нейтрализовать конницу Креза, Кир поставил впереди своих гоплитов много верблюдов; конь же избегает как вида, так и запаха верблюда. Кони, тотчас побежав, унесли лидийцев так, что победа была у Кира, и даже до сражения[1404].

7. Кир убедил персов отпасть от мидян следующим образом. Он указал им бесплодную и поросшую тернием землю и предложил ее возделать. Они все вместе с большим трудом возделали. Он приказал, чтобы на следующий день они, помывшись, пришли. Когда же они пришли, он выставил перед ними щедрое угощение и после пира спросил у них, который из двух дней лучше. Они же признались, что сегодняшний день настолько лучше вчерашнего, насколько счастье лучше несчастья. «Итак, — сказал Кир, — вы будете иметь блага счастья, если вы освободитесь от рабства мидян». Персы не медля отпали от них и, поставив царем Кира, и самих мидян разбили, и правили остальной Азией[1405].

8. Кир осаждал Вавилон; вавилоняне, имея хлеб на много лет, смеялись над осадой. Кир, через середину Евфрата прорыв проточные каналы, в соседнее болото его направил. Вавилоняне, не имя возможности пить воду, немедленно сами сдались Киру[1406].

9. Кир, потерпев поражение от мидян, убежал в Пасагарды. Так как многие персы дезертировали, он сказал им: «Завтра к нам прибудут союзники, сто тысяч человек, от врагов мидян, но для встречи союзников пусть каждый из вас принесет вязанку дров». Они принесли, дезертиры же сообщили об этом мидянам. Когда же наступила ночь, Кир приказывает каждому зажечь свою вязанку. Мидяне, увидев, как горели многочисленные огни, поверив, что пришли союзники, бежали[1407].

10. Кир, осаждая Сарды, приставив к городским стенам много больших равных по размеру бревен, имеющих чучела, одетые в персидскую одежду и имеющие колчаны за спиной и луки в руках, ночью подвел их, выступающими над стенами крепости. Сам же, когда начался день, напал с другой стороны города. Войско же Креза, отражая атаки Кира, когда некоторые из них, обернувшись, увидели вдали изображения над крепостью, закричали. Всех охватил страх, как будто бы верх стен уже был занят персами, и, открыв ворота, они побежали каждый в разные стороны. Кир же силой взял Сарды[1408].

7. Гарпаг

Гарпаг, тайно посылая письмо Киру, разрезал зайца и, спрятав внутрь письмо, тотчас снова зашил и надел на посланного охотничьи льняные одежды, чтобы он был незамечен стражами дорог[1409].

8. Крез[1410]

1. Крез, поскольку эллинские союзники медлили, самых сильных и рослых лидийцев снарядил эллинским оружием; войны же Кира были устрашены необычностью эллинского вооружения. Однако и стук копий, ударяемых о щиты, пугал коней персов, к тому же блеск покрытых медью щитов слепил персидских коней[1411], так что побежденный Кир на три месяца вынужден был заключить мир с Крезом.

2. Крез, побежденный Киром около Каппадокии[1412], решив тайно бежать, приказал воинам принести много дров. Итак, когда наступила ночь, навалив их на бывшую узкой дорогу, сам войско тайно выводил с большой поспешностью, самых же быстрых всадников он оставил, чтобы, когда наступит утро, поджечь дрова. Крез же бегом продвигался вперед[1413], а Кир от преследования огнем был удержан[1414].

9. Камбиз[1415]

Камбиз осаждал Пелузий[1416]. Египтяне мужественно сопротивлялись, закрыв проходы в Египет, и, собрав много орудий, пускали катапультами стрелы[1417], камни и горящие головни. Камбиз всех животных, которым египтяне поклонялись: собак, овец, кошек, ибисов поставил впереди своего войска. Египтяне же перестали стрелять из-за страха поранить какое-либо из священных животных. Таким образом, Камбиз, взяв Пелузий, вошел в Египет[1418].

10. Ойбар

Семь сатрапов[1419], включая Дария, убив магов, правящих персами, совещались о верховной власти. Они решили выехать верхом на конях из города: «Чей конь раньше заржет, именно тот и будет царем». Ойбар, конюх Дария, узнав о решении, привел коня Дария за день до этого в ранее предназначенное место и, поставив рядом кобылицу, отпустил самца. Сделав это, отвел коня обратно. На следующий день Дарий подъехал с другими сатрапами. Его же конь, узнав место знакомства, почувствовав что-то любовное, первым заржал. Сатрапы, соскочив, поклонились Дарию и поставили его царем персов[1420].

11. Дарий[1421]

1. Дарий строился против скифов. Заяц пробежал перед скифской фалангой. Скифы стали преследовать зайца. Дарий же сказал: «Знаменательно, что скифы бегут: насколько они нас презирают, что, бросив персов, преследуют зайца». И дав сигнал именно к отступлению, он решил отходить[1422].

2. Дарий, намереваясь ночью напасть на магов вместе с семью персами, посоветовал, чтобы в темноте можно было узнать друг друга, вперед перевернуть узел на тиаре, который сжимает тиару сзади головы, чтобы вместе с тем у тиары был знак для опознания спереди[1423].

3. Дарий первый наложил подати на народы, а чтобы они не были раздражены, не сам их установил, но поручил назначить их сатрапам. Сам же предписал, чтобы из установленных больших податей половину дарить подданным. Они же довольные, что собирается половина податей, уступили, как бы уже получив от царя великое благодеяние[1424].

4. Дарий, идя на скифов, не был в состоянии разбить скифов и не имел достаточно провианта. Было обсуждение вопроса об отступлении. Итак, чтобы остаться незаметным для скифов, он позволил оставить лагерь, как есть, на месте — в нем были многочисленные раненые, ослы, мулы, собаки, но также повелел, чтобы ночью горело много огней. Скифы, видя именно это, слыша беспокойство животных и видя неснятые шатры, полагали, что персы остаются на месте. А те, таким образом, давно уже бежали[1425]. Скифы же, наконец заметив бегство, стали преследовать, но захватить их уже не было возможности[1426].

5. Дарий осаждал Халкедон. Халкедоняне, благодаря крепости стен и запасу продовольствия, совсем не боясь, не заботились об осаде. Дарий не повел войско к стенам, но не разорял и окрестную территорию, а притворяясь, что ожидает большую подмогу, хранил спокойствие. Пока же халкедоняне охрэняли стены, от холма, называемого Афасием, отстоящего от города на расстоянии пятнадцати стадий[1427], персы начали копать подземный ход. Когда же они, копая, узнали агору, догадавшись по корням оливковых деревьев, которые росли около агоры, они, дождавшись ночи, прорыв проход наверх, поднялись на агору, и город без сражения силой взяли, тогда как халкедоняне охраняли стены[1428].

6. Дарий воевал с саками, разделенными на три части. Одну часть он победил. Когда десять тысяч саков были взяты живыми, то платья, убор и оружие он надел на персов и повел их на вторую часть саков, по закону дружбы спокойно идя. Саки же обманутые, внешним видом платья и оружий, совершенно дружелюбно выйдя навстречу, как своих, их приветствовали. Персы же, ибо у них был приказ, всех убили и, отправившись к третьей части саков, без боя их победили, ибо они даже не стали сопротивляться, так как две части ранее уже были побеждены[1429].

7. Дарий, когда египтяне, не переносившие жестокости сатрапа Арианда, из-за этого отпали, сам идя через Аравийскую пустыню, отправился в Мемфис. Случилось же так, что египтяне оплакивали оказавшегося потерянным Аписа в те дни. Дарий объявил, что приведшему Аписа выдаст сто талантов золота, они же, дивясь его благочестию, с отпавшими не общались, но сами себя Дарию передали[1430].

12. Сирак[1431]

Дарий пошел походом на саков. Цари саков Сакесфар, Хомарг, Фамир[1432] стали советоваться в пустынном месте о сложившихся обстоятельствах. Один человек, коневод Сирак, подошел к ним, вызвавшись истребить войско персов, если они поклянутся, что детям его и потомкам дадут жилье и деньги. Они поклялись, он же, вынув кинжал, отрезал себе нос и уши и другие части тела ужасно изувечил и, перебежав к Дарию, сказал, что претерпел это от царей саков. Дарий поверил величине несчастья, Сирак же, призвав бессмертный огонь и священную воду, сказал: «Я постараюсь отомстить им с помощью персов. Вот способ: саки намереваются отправиться следующей ночью. Если же мы по более короткой дороге раньше достигнем места, к которому они отправляются, то поймаем их всех словно в западню. Я же, будучи коневодом и имея полное представление обо всей земле, буду указывать дорогу; мы возьмем с собой хлеба и питья на семь дней». Он же указывал дорогу, ведя воинов в течение семи дней и заведя их в глубь безводной пустыни, и, когда кончились вода и хлеб, хилиарх[1433] Раносбат сказал: «Что тебя заставило обмануть такого великого царя и такое множество персов и завести их в безводную страну, в которой мы не видим ни птицы, ни зверя, и нет возможности ни идти вперед, ни вернуться?» Он же, рукоплескал и громко смеясь, сказал: «Я победил, ведь решив спасти саков, моих сограждан, я жаждой и голодом погубил персов». Тотчас же хилиарх отсек голову Сираку, Дарий же, поднявшись на высокий холм, надев на скипетр кандис[1434] и тиару[1435], и обвязав царскую диадему, воткнул в землю и — ведь был уже восход солнца — полился Аполлону[1436], чтобы, если воможно спасти персов, пусть он пошлет им воду с небес. Бог услышал, и внезапно пошел сильный дождь. Наполнив водой[1437] кожаные меха и сосуды, персы были спасены, выйдя к реке Бактр[1438], будучи благодарными богу за спасение, ведь из-за обмана коневода они бы все погибли. Подражая этому коневоду, позднее и Зопир, изувечив лицо, совершенно обманув вавилонян, покорил их[1439].

13. Зопир

Дарий, осаждая Вавилон, долгое время не был в состоянии взять город. Зопир, сатрап Дария, изувечив лицо, перебежал к неприятелю, как бы пострадав по вине Дария. Вавилоняне верят ему при виде его несчастья и вверяют Зопиру город для обороны. Ночью же он открыл ворота. А Дарий, взяв Вавилон, именно так изрек: «Но даже двадцати Вавилонов мне не хотелось бы взять, лишь бы не видеть так пострадавшего Зопира»[1440].

14. Оронт[1441]

1. Царь Артаксеркс приказал Оронту: «Тирибаза, сатрапа Кипра, приведи ко мне заключенным!». Оронт, ибо боялся Тирибаза, схватил этого человека хитростью. Вот эта хитрость: был дом, под которым была глубокая яма. Сверху над ямой стояла неубранная, но покрытая пестрыми покрывалами кровать. Он позвал Тирибаза, как будто бы переговорить о тайных вещах. Тирибаз входит и садится и через кровать падает в яму, и, будучи схваченным, посылается связанным к царю[1442].

2. Оронт, изменив Царю, воевал с царскими полководцами и, убежав на холм Тмола[1443], окружил его частоколом. Когда враги расположились лагерем против него, он приказал воинам особенно укреплять частокол и подходы и ставить караулы, чтобы это было видно врагам. Сам же ночью, взяв отборных всадников, отправился по дороге к Сардам и похитил провиант, отправленный врагам, и отнял большую добычу у сардийцев и, послав вестника, объявил это находящимся за частоколом и приказал им на следующий день напасть на врагов. Они же, осмелев, выступили, а Оронт, появившись в тылу врагов, одних убив, а других взяв в плен живыми, безопасно удалился.

3. Оронт в Кимах выстроился против Автофрадата, имевшего десять тысяч всадников, сам же имея десять тысяч гоплитов-эллинов. Вначале же он приказал эллинам повернуться и знать, что равнина столь велика, показывая им, что никто, оставив строй, не убежит от всадников. Когда же они, вступив в бой, встали, сомкнув ряды, а всадники не могли проскакать через фалангу, и из-за этого повернули назад, Оронт приказал эллинам, если всадники снова попытаются напасть, выступить вперед только на три шага. Они же выступили, а всадники, сочтя, что те нападают, повернув, бежали.

4. Оронт, потеряв многих из союзников, которых убил Автофрадат в засаде, распустил слухи, что наемники были близко так, чтобы это было сообщено и Автофрадату. Ночью самых сильных из варваров он снарядил эллинским оружием и с занимавшимся рассветом поставил их между другими эллинами, приставив переводчиков, говорящих на двух языках, чтобы приказания, данные эллинам, они объясняли варварам. Автофрадат, узнав эллинское оружие, полагая, что пришли наемники, о которых он слышал, вступить в бой не решаясь, сняв лагерь, бежал.

15. Ксеркс[1444]

1. Ксеркс, предпринимая поход на Элладу, многие народы собирал[1445], распустив слухи, что предводители эллинов согласились на предательство Эллады[1446]. Итак, они, думая, что не для битвы, но за явной выгодой призываются, собирались с большей готовностью. Многие же из варваров и по собственному желанию вместе сражались.

2. Ксеркс, когда эллинских лазутчиков поймали в лагере, никого из них не наказал, а приказал, обведя их кругом, показать всю силу. Когда они ее увидели, он сказал: «Итак, удалитесь и эллинам сообщите, сколько мной показанного вы видели»[1447].

3. Ксеркс стоял на якоре около Абидоса[1448]. Эллинские хлебовозные корабли, проплывающие мимо, были захвачены варварами. Персы думали потопить грузовые суда с их людьми, Ксеркс же, напротив, говорил: «Куда вы плывете?» Когда они ответили, что в Элладу, он сказал: «И мы туда, так что хлеб, везущийся эллинам, — наш. Удалитесь же». Спасшиеся сообщили об этом эллинам и привели их в неменьшее изумление[1449].

4. Ксеркс в Фермопилах[1450], когда пали многие из варваров, скрывая множество трупов, приказал родственникам павших посреди ночи предать земле своих близких.

5. Ксеркс в Фермопилах из-за тесноты прохода между гор многих персов лишился; когда муж Эфиальт Трахинианец указал узкий проход вокруг гор, он послал двадцать тысяч мужей, которые обойдя, оказавшись в тылу у эллинов, убили всех, кого привел с собой Леонид[1451].

16. Артаксеркс[1452]

1. Артаксеркс для ареста Тиссаферна послал Тифравста, увозящего два письма, одно к самому Тиссафену о войне против эллинов, поручая ему все дела, другое же к Ариэю, чтобы он вместе с Тифравстом арестовал его. Ариэй же, прочитав письмо в Колоссах во Фригии, призвал Тиссаферна, будто бы им вместе нужно было посовещаться и о прочих делах и об эллинах. Он же, ни о чем не подозревая, оставил лагерь в Сардах, сам, придя с тремястами отборными аркадянами и милетянами, остановился у Ариэя; уже около купальни, имея акинак[1453] оставил его. Ариэй же с помощью слуг, схватив его и заключив в крытую повозку, избил его, затем передал Тифравсту, чтобы он вез свергнутого. Он же вплоть до Келен[1454] заключенного вез, здесь же, отрубив ему голову, отправил ее царю. Царь же послал ее матери Парисатиде, которая более всего старалась отомстить Тиссаферну за смерть Кира. Она же, так же как и все матери или жены эллинов, бывших с Киром, сильно ликовала, когда Тиссаферн получил наказание за обман эллинов[1455].

2. Артаксеркс, разжигая войну между эллинами, всегда присоединялся к побежденным, ибо всегда уравновешивая побеждаемую сторону, он сокрушал силу побеждающего.

17. Ох[1456]

Ох, когда его отец, Артексеркс, умер, видя, что отец, будучи живым, был грозным с подданными, а после смерти его сам он будет презираемым, с евнухами, с постельничьими, и с хилиархом договорившись, скрыл смерть отца в течение десяти месяцев; и в это время рассылая царское подтверждение, от имени отца приказал провозгласить Оха царем. Когда же все провозгласили и повиновались ему, тогда он признался в смерти отца и объявил в царстве траур по законам персов.

18. Тиссаферн[1457]

1. Тиссаферн заключал договор с Клеархом, усадив возле себя наложниц; он сказал, что хочет заключить такие же договоры и с остальными вождями. Пришли остальные: Проксен Беотиец, Менон Фессалиец, Агис Аркадянин, Сократ Ахеец; за ними следовали двадцать лохагов, двести воинов. Тиссаферн, заключив в оковы вождей, отослал к царю, других же всех сам убил[1458].

2. Тиссаферн хотел вторгнуться в Милет и вернуть в Милет изгнанников. Будучи же неготовым, он сделал это намерение известным всем, как будто бы тотчас собираясь действовать так, что и милетяне свезли то, что было на полях, в город. Подготовившись, он притворился, что распускает войско, и отослал его на небольшое расстояние. Милетяне, видя распущенное войско, изменив намерения, вернулись в поля, он же, по сигналу армию собрав, быстро покорил всех милетян, рассеянных вне города[1459].

19. Фарнабаз[1460]

Фарнабаз написал против Лисандра[1461] лакедемонянам; они же из Азии его отозвали, послав скиталу[1462]. Лисандр просит Фарнабаза другое человеколюбивое письмо написать ради него. Фарнабаз, заверив его, явно написал письмо, какое Лисандр просил, тайно же он другое имел написанным, на нем он поставил печать, подменив листы, никак не отличающиеся по внешнему виду, дает ему тайно написанное. Лисандр, вернувшись в Лакедемон отдал написанное по обыкновению эфорам, они же, прочитав, показали ему письмо, объявив, что ни в каком оправдании он не нуждается, принеся написанное против себя[1463].

20. Глос[1464]

Глос был на Кипре. Когда находящиеся при нем эллины писали к находящимся в Ионии против него, он, желая найти виновных, спустил на море триеру[1465] и дал гребцам подорожные и приказал плыть в Ионию. Тогда как кормчий нарочно откладывал отплытие, многие большое количество писем дали гребцам. Они отправились и в небольшом отдалении от города причалили, он же, придя пешком к триере, приказал гребцам все письма принести ему, в которых написанное против него найдя, тотчас же допросив, всех их казнил.

21. Датам[1466]

1. Датам, так как у него была потребована воинами плата за многие месяцы, на собрание их собрав, сказал, что он имеет много денег в месте, отстоящем на расстоянии трех дней пути: «И как можно скорее именно к нему мы поспешим». Воины поверили и последовали за ним. Будучи на расстоянии одного дня пути до места, он приказал, чтобы они остались на месте для отдыха. Взяв с собой свое окружение и верблюдов, и мулов и придя в храм, украшенный местным богатством, взял тридцать талантов[1467] серебра, их на верблюдах и мулах перевез в лагерь, но наполнив немногие сосуды, многие же сосуды приготовив, подобно наполненным. А когда некоторые из наполненных он показал воинам, они стали надеяться, что они имеют деньги, он же сказал, что нужно прийти в Амис[1468], чтобы чеканить деньги — а ведь Амис был на расстоянии многих дней пути и место весьма холодное. Именно на целую зиму воины успокоились, не требуя жалованье.

2. Датам, злоумышляя против синопцев, имеющих флот, а сам он, имея недостаток в кораблестроителях и плотниках, находясь с ними в дружеских отношениях, обещал, осадив Сесам[1469], им передать его, который они считали более всего враждебным. Синопцы поверили и просили, что если он нуждается в чем-либо для войны, то он может взять у них. Он же сказал, что ни в чем другом не нуждается, имея великолепное снабжение, деньги и людей, кроме как в мастерах, делающих стенобитные машины и черепахи, которые весьма полезны осаждавшим. Синопцы послали ему всех военных мастеров и строителей. Он же, мастерство их использовав, многие корабли и машины приготовив против Сесама, осадил Синопу[1470].

3. Датам, перейдя Евфрат, воевал с Великим Царем. Тот же подходил с большими силами, но, не имея достаточно провианта, шел медленнее. Датам, пройдя большой путь вверх по реке, связав повозки по две, две другие приставил к ним и под кузовами снизу прибил доски, чтобы колеса не вязли в иле реки. Он приказал, чтобы самые сильные люди, волоча позади себя самые лучшие из упряжек, переправились с помощью каната. Затем он ввел составленные повозки в реку, притом что переправляемые повозки толкали сзади, а спереди подтягивали, прикрепив большими канатами, и, набросив сверху жерди и бревна, он перешел реку вместе со своими силами, и пришел на это место на десять дней раньше, чем Царь дошел до реки[1471].

4. Датам узнав, что против него злоумышляют собственные воины, на равнине Аспенда, намереваясь сразиться с врагами, другого одел в свою паноплию, сам же, подвергаясь опасности, сражался в другой. Нападавшие же не узнали его, будучи обмануты внешним видом[1472].

5. Датам, осаждая Синопу, получил написанное от царя с запрещением осаждать; прочитав, он пал ниц перед письмом и принес жертву, как будто получив от царя великую и благую весть; и ночью взойдя на корабль, отплыл.

6. Датам, убегая от преследовавшего его Автофрадата, подошел близко к реке; он притворился, что, уклонившись от переправы, он разбивает лагерь, самые большие и высокие шатры поставив спереди, запретив разгружать обозы позади, но приказав воинам не снимать с себя оружие. Враги, увидев шатры, и сами приготовились, и обозы разгрузили, и коней отпустили на пастбище, и приступили к приготовлению обеда. Датам, и сам готовый и имея снаряженное войско, перешел реку. Враги свое рассеянное войско утром стали созывать, и собирали, и выстраивали, и коней снаряжали, и за оружие брались, — Датам и его окружение уже ушли.

7. Датам сражался с врагами. В критический момент сражения гиппарх, взяв всадников с левого крыла, перебежал к противникам. Датам, объезжая пехотинцев, изумленных изменой, приказывал, чтобы вся фаланга оставалась спокойной, так как и всадники все вместе нападут в надлежащий момент, который он сам определит. Пехотинцы поверили и поспешили предупредить всадников в победе, и они, сами все яростно бросившись на врагов, победили; а после победы узнали об измене всадников.

22. Косинг[1473]

Народы фракийские — кебрении и сикебои. В обычае у них было иметь вождями жрецов Геры. Косинг был им жрецом и вождем. Фракийцы не повиновались ему. Косинг собрал много больших[1474] деревянных лестниц и поднял, соединив их вместе друг с другом, говоря, что способен взойти на небо и донести Гере о фракийцах как о непослушных. Те же, так как именно фракийцы безрассудны и неразумны, испугавшись, что вождь взойдет на небо[1475], умоляли и клялись, что будут выполнять все его приказания.

23. Мавсол[1476]

1. Мавсол, царь Карий, желал получить от друзей деньги и, не решаясь явно просить, притворился: «Царь отнимает у меня власть». И созвав друзей, выложил перед ними драгоценности, золото, серебро, одежды и многое такое, как будто он посылает все это царю, за то, чтобы он не был лишен наследственной власти. Друзья верят Мавсолу, говорящему это, и в тот же день неизмеримо большее количество денег ему присылают.

2. Мавсол, желая взять укрепленный город Латм, притворялся, что находится в дружеских отношениях с латиницами. Он отдал им заложников, которых, воюя, взял Гидрией; он же телохранителями имел латмийцев, как единственно верных; с готовностью помогал им во всем, чего они желали. И, расположив их, с крайним благоговением попросил у них триста стражников, идя в Пигелы, как бы боясь Герофита Эфесского. Они же (латмийцы) тотчас, отобрав, послали триста человек. Мавсол, взяв их и имея другие силы, прошел мимо Латма, двигаясь на Пигелы. Они же, все выйдя из города, сбежались на зрелище проходившего войска. Многочисленная же, заранее подготовленная засада Мавсола ночью захватила пустой город, когда ворота были открыты, и Мавсол, повернув, вошел вместе со всем войском и сделался властелином Латма[1477].

24. Богес[1478]

Богес управлял Эйоном на Стримоне властью, данной ему Великим Царем. Эллины осаждали Эйон, Богес же долгое время противостоял осаде. А так как он изнемогал, не в состоянии удержать вверенную царем землю, чтобы враги не могли продвинуться к городу, он поджег его[1479], так что он сам, и жена его, и дети, и город — все вместе сгорели.

25. Дромихет[1480]

Дромихет — царь фракийцев, Лисимах — македонян. Македонянин отправился в поход на Фракию. Фракиец обманул македонянина. Его стратег Севт[1481] перебежал к Лисимаху, оправдался перед ним и, доказав, что он верен ему, в гиблых местах забросил македонян, где они страдали от голода и жажды. Дромихет, напав, и самого Лисимаха, и всех, кто был с ним, уничтожил. Погибших лисимаховцев было сто тысяч человек.

26. Ариобарзан[1482]

Ариобарзан, владея Адрамитием, осаждался Автофрадатом и на суше, и на море. Ариобарзан же, желая привезти съестные припасы и воинов и будучи удерживаемым осаждавшими, приказывает охранявшему лежащий впереди остров Птелеунту, притвориться, что он сдает его[1483] Автофрадату. Тот верит начальнику гарнизона и посылает флот, чтобы он взял укрепление; Ариобарзан же, пока корабли плыли к острову, успел привезти множество съестных припасов и союзников.

27. Автофрадат[1484]

1. Автофрадат, желая напасть на писидян, видя узкий и охраняемый проход, привел войско и снова отвел назад на девяносто стадий. Пришла ночь. Охранявшие писидяне совещались, думая, что враги ушли насовсем, он же, взяв быстрейших из легковооруженных и из гоплитов, очень быстро пробежал, прошел теснину и опустошил землю писидян[1485].

2. Автофрадат, когда эфесяне стали напротив лагерем, видя многочисленных болтающих и прохаживающихся, пригласил их архонтов[1486] прийти и переговорить об общих выгодах. Они пришли и переговорили, командиры же всадников и гоплитов задолго до этого имели приказание, когда архонты будут вести переговоры, напасть на непостроенных и беспечных эфесян. И многие из эфесян одни погибли, другие, оставшиеся в живых, пленены.

3. Автофрадат, желая ввести в сражение наемников, распустил слухи, будто ради подсчета предпринимает поход, чтобы непришед-ших и невооруженных лишить жалованья. Воины поспешно все вооружились и выступили. В действительности дело было не в смотре количества, но в приготовлении к войне, устрашающем противников большой численностью.

28. Арсам[1487]

1. Арсам осаждал баркейцев[1488]. Он заключил договор о примирении с отправленными к нему послами и дал правую руку[1489] по персидскому обычаю; и, сняв осаду, просил баркейцев, чтобы они вместе с царем участвовали в походе на Элладу и послали ему колесницы в помощь. Они же послали архонтов для совещания с ним о союзе. Арсам, приготовив великолепное пиршество, угощал архонтов и предлагал всем баркейцам щедрые съестные припасы. Когда же они вышли на агору, он дал персам знак; персы же с кинжалами, захватив ворота и вторгшись, разграбили город, убив пытавшихся сопротивляться[1490].

2. Арсам, отпав от царя, владея Великой Фригией, намеревался вступить в сражение с теми, кто от царя к нему идет. Гиппарх всадников условился с врагами, когда они пойдут вперед, перейдет к ним. Арсам узнал об измене и, ночью к палатке придя, пытал гиппарха. Когда же он признался, оружие и одежды всадников он надел на других, наиболее верных, а снаряжением гиппарха вооружил другого гиппарха, и еще приказал им, когда они заметят сигнал, данный от противников, перейти на сторону врага, проскакав же мимо и миновав их фалангу, повернув в тыл врага, совершить нападение. Когда же они так условились, эти напали с тыла, с противоположной же стороны Арсам повел войско; враги же, нарушив строй, побежали, и большая часть их в бегстве была убита.

29. Митридат[1491]

1. Митридату царь приказал: «Восставшего Датама убей или приведи!». Митридат притворился, что и сам он восстал на царя, однако же Датам сказал, что не поверит до тех пор, пока он не опустошил бы многое, принадлежащее царю. И он действительно многое опустошил: он разрушил до основания крепости царя, сжег до тла деревни, разграбил подати, угнал добычу. Датам подумал, что тот в самом деле является врагом царю. Именно тогда они оба встретились без оружия для переговоров о необходимом для них. Митридат в том месте ночью заранее приготовил много кинжалов, спрятав один в одном, другой в другом месте, и положил на них знак. Разговаривая, он водил его (Датама), медленно прохаживаясь. Когда же разговор был исчерпан, Датам, попрощавшись, уходил. Митридат, один из кинжалов быстро схватив и спрятав под левой рукой, подозвал Датама к себе, будто бы забыв сказать что-то нужное; он посоветовал подошедшему особенно укрепиться на той горе. Таким образом, Датама, смотревшего вдаль на гору, Митридат, ударив кинжалом, убил[1492].

2. Митридат, убежав в город в Пафлагонии[1493], чтобы опередить на как можно большее расстояние преследовавших его врагов, все, что было в домах: пожитки и одежду — выбросил вон, и ночью сам тайно убежал. Преследовавшие, ворвавшись в этот город и видя валяющуюся одежду, устремились на добычу; командиров же, приказывавших преследовать, они не слушали, считая, что явную пользу нехорошо упустить. Митридат же, покрыв большую часть пути, отдалившись, ушел[1494].

30. Мемпсис

Мемпсис, воюя с Ариббеем[1495], чтобы не быть заключенным в стенах, все вынес за стены и перед городом выставил женщин, детей, имущество, а ворота крепости заложил. Ариббей был напуган их приготовлением, от отчаяния и что они будут сражаться до смерти, отвел войско.

31. Керсоблепт[1496]

Керсоблепт, когда его родственники восстали, припрятали много денег; он, примирившись с ними, поставил их начальниками городов, поссорив друг с другом. Когда же по прошествии времени они послали за припрятанными деньгами, схватив их, выгнал из городов и сам получил деньги[1497].

32. Севт

Севт, гиппарх[1498] Керсоблепта, при недостатке денег приказал каждому из земледельцев засеять землю на пять медимнов[1499] для него. Они засеяли; земледельцев было очень много. Когда же хлеба народилось очень много, он, привезя его к морю, уступил за плату, таким образом он быстро собрал Керсоблепту большие деньги[1500].

33. Артабаз[1501]

1. Артабазу, осаждавшему Потидею[1502], Тимоксен[1503] Скионский сдал город. Оба условились, что, привязав короткую записку к стреле, выстрелят в некоторое условленное место, чтобы снова получить оттуда письмо[1504].

2. Артабаз, подозревая, что Паммен[1505] договорился с врагами, призвал его, как будто бы для того, чтобы раздать дары и отмерить воинам хлеб. Пришедшего в лагерь, арестовав, Артабаз передал своим братьям Оксифру и Дибикту[1506].

3. Артабаз, сын Фарнака, убегая из Платей, пришел в Фессалию. Когда же фессалийцы спрашивали его о сражении, опасаясь признаться в поражении, сказал, что он торопится во Фракию, выполняя тайные поручения царя, победивший же Мардоний подходит и сам сообщит обстоятельства победы. Артабаз, благодаря обману о победе, прошел Фессалию, фессалийцы же только теперь узнали о поражении персов[1507].

34. Арианд[1508]

Арианд, осаждая город баркейцев, ночью вырыл яму, настелив тонкие бревна и насыпав немного земли, днем пригласил баркейцев для перемирия, и, став вместе с заключавшими договор над скрытой ямой, он поклялся, что до тех пор, пока земля так останется, договоренности будут сохраняться. Баркейцы после клятв открыли ворота. Приближенные Арианда, разрыв яму, взяли город, так как уже не осталось земли, на которой они поклялись.

35. Бренн[1509]

1. Бренн, царь галатов[1510], желая убедить их предпринять поход на Элладу, собрал народное собрание из мужчин и женщин и вывел пленных эллинов, самых низкорослых и самых слабых, с остриженными головами, одетых в испачканные грубые плащи, и поставил возле них галатов, самых высокорослых и самых благообразных, имеющих галатское вооружение. Сделав это, он сказал: «Мы, такие высокорослые и столь значительные, будем воевать с людьми до такой степени слабыми и маленькими». Таким образом, галаты презрев эллинов, были убеждены идти на Элладу.

2. Бренн, ведя галатов в Элладу, увидев в Дельфах золотые статуи, призвав к себе пленных дельфийцев, через переводчика спросил их, является ли золото объемным у пожертвованных статуй. Когда же они сказали: «Внутри них медь, а снаружи на них наложен тонкий слой золота», он угрожал всем смертью, если они скажут то же самое перед другими, но, напротив, приказал говорить, что они, статуи, выкованы из целого золота. И, пригласив некоторых командиров внутрь, спросил пленных о том же самом. Когда же по приказанию они сказали, что все является золотом, он повелел им объявить народу, чтобы они сражались мужественнее, дабы они могли получать самые большие доли золота.

36. Мигдоний[1511]

Мигдоний, мучимый голодом, так как его осадили враги, навалив очень большие кучи земли и камней на агоре[1512] и намазав кругом глиной, набросал на одни — пшеницу, на другие — ячмень и, откормив самых больших мулов, самых тучных отпустил за городские стены. Враги их захватили. Он же, послав вестника, попросил прислать к нему заключающих договор относительно выкупных денег. Вестники пришли; с ними Мигдоний на агоре договаривался. Они же, видя большие кучи пшеницы и ячменя, и слуг, и прочих в разных местах[1513], желающих получить для себя меру хлеба, возвратясь к врагам, известили их об этом. Вестники, также видя и тучность мулов, и приготовление продовольственных припасов, поверили в изобилие; и так как враги не смогли бы долгое время взять город, то они снялись с лагеря.

37. Перисад[1514]

Перисад, царь Понта, в одном платье выстраивал воинов, в другом же он был, когда подвергался опасности со стороны врагов, а в третьем, когда была причина для бегства, убегал. Ибо, выстраивая войско, он желал быть видным всем, подвергаясь опасности — никому из врагов не быть видным[1515], убегая же — ни своими, ни чужими не быть узнанным.

38. Севт[1516]

Севт, так как афиняне опустошали прибрежные области возле Херсонеса, тайно наняв себе две тысячи легковооруженных гетов[1517], приказал, вторгшись, как врагам сжигать хору и стрелять в тех, кто на стенах. Афиняне, видя такое и посчитав гетов врагами фракийцев на основании их действий, не опасаясь, сойдя с кораблей, подошли к городским стенам. Севт вышел из-за городских стен навстречу афинянам, а геты будто бы желали вместе с ними построиться; когда же геты оказались позади, напали сзади на врагов; с одной стороны — фракийцы, а с другой — геты, всех их убили[1518].

39. Сейл[1519]

Сейл, желая убить три тысячи восставших персов, сослался на то, что Селевк[1520] посредством письма сильно грозит ему, сам же, использовав союз с ними, хотел опередить его в этом. Он приказал им явиться в деревню, называемую Ранда, будто бы для того, чтобы они провели совещание. Они, поверив, пришли, он же, ибо было глубокое болото и впадина под деревней, спрятав там триста всадников из македонян и фракийцев и три тысячи гоплитов, приказал, когда они увидят, что медную пельту[1521] подняли, выбежав, всех собравшихся уничтожить. Пельта была поднята, они же, выбежав, три тысячи персов убили.

40. Оборз[1522]

Оборз, поняв, что три тысячи человек, живущих[1523] в Персиде, злоумышляют против него, отослал двух начальников дорог, которые отвели их в некое место в Персиде, которое называется Комаст[1524], там были плотно застроенные деревни; много людей и много дворов. Когда же каждый в отдельный двор был отведен, притом что сильная стража окружила деревню, то каждый из домохозяев, своего постояльца очень сильно напоив допьяна, убил, тела же трех тысяч, будучи погребены в течение ночи, были скрыты.

41. Сурена[1525]

Сурена, командующий парфянами, к Крассу, отступающему после крупного поражения и пытавшемуся идти через более высокие горы, опасаясь отчаянного сражения, отправил посла, чтобы он сказал: «Великий Царь заключает дружбу с тобой; показав римлянам мужество, он ныне желает показать человеколюбие». Красе, подозревая хитрость, не принял это предложение. Воины, удрученные и уставшие, принудили его, бряцая оружием, поверить варвару. Красе невольно шел пешком. Сурена же, будучи благосклонным, предоставил ему златоуздечного коня и попросил сесть на него. Сначала он сел на коня, а потом варварский конюх уколом заставил коня бежать, чтобы он занес Красса в толпу парфян. Октавий, один из командиров Красса, поняв обман, взялся за уздечку, а после того другой из хилиархов, Петроний; случилось так, что Октавий, обнажив меч, убивает конюха, а кто-то другой из парфян — Октавия, Эксатр Парфянин — Красса; он, отрубив его голову и правую руку, принес их к Великому царю парфян Гироду[1526]. А случилось, что царь в ту пору угощался и во время пирушки слушал Ясона Траллиана, трагического актера, представлявшего «Вакханок» Еврипида. Трагический актер пел как раз следующие стихи[1527]:

Мы несем с гор криворогую, недавно убитую в дом достойную добычу.

Несущие же голову Красса царю ее поднесли. Вслед за этим появился громкий крик и многочисленные рукоплескания, так что Экзатр, вскочив, сказал: «Эти стихи более подобает петь мне, чем трагику!» Царь обрадовался, почтил его дарами, коими было принято[1528], а трагику Ясону дал талант[1529].

42. Кельты

Кельты пошли походом на автариатов, и была долгая война. Кельты в пищу и вино подмешали ядовитые травы и, оставив их в палатках, сами ночью бежали, автариаты же, поверив, что они, испугавшись, тайно ушли, захватили палатки, и вином, и пищей беспрепятственно воспользовались, и тотчас, ослабев из-за сильного поноса, слегли. Кельты же, подойдя, убивали лежащих[1530].

43. Фракийцы[1531]

Фракийцы, сразившись с беотийцами возле озера Копаида[1532], будучи побежденными, убежав на Геликон[1533], заключили договор с беотийцами на несколько дней, в которые они решили удалиться; беотийцы же, ободрившись победой и поверив договору, Афине Итонии совершая жертвоприношения, праздновали победу. Фракийцы, пока те совершают жертвоприношения и празднуют, к безоружным ночью приступив, многих убили, а многих взяли живыми. Когда же беотийцы обвинили 'их, что они нарушили договор, фракийцы отвечали, что никаким образом договор не был нарушен, ибо днем условия договоров связывают дни, относительно же ночей никакого договора с ними заключено не было.

44. Скифы

1. Скифы, намереваясь сразиться с трибаллами[1534], объявили земледельцам и коневодам, чтобы, когда они увидят их, сходящихся с врагами, показали издали табуны скачущих коней. Они явились, а трибаллы, большое количество людей и коней увидев вдали, из-за поднявшегося облака пыли и раздавшегося крика посчитали, что верхние скифы союзниками идут к ним, испугавшись, убежали[1535].

2. Скифы опустошали набегами Азию. Скифянки от рабов родили детей. Рабы возвратившихся хозяев не приняли. Началась война. Рабы, вооружившись, отрядами выступила навстречу. Один скиф, опасаясь отчаянного боя, посоветовал оружие и луки отбросить, а угрожая плетьми, идти на рабов. Они, угрожая плетьми, напали, те же, не перенеся способ обращения, свойственный рабству, тотчас быстро убежали[1536].

45. Персы

1. Персы при Микале[1537], имея подозрительными самосцев и милетян, приказали им охранять вершины Микалы, на словах, как знающие эту местность, а в действительности, чтобы они, присутствуя, не погубили и других ионийцев.

Персиянки

2. Персы сражались с мидянами. Кир командовал персами. Ойбар, сатрап Кира, обратился в бегство, и сколькими персами он командовал, все побежали вместе с сатрапом. Именно тогда персиянки, выйдя навстречу бегущим, задрав вверх короткие хитоны, сказали: «Куда вы бежите? Или вы снова стараетесь войти туда, откуда вы вышли?» Речь женщин пристыдила персов, и они, вернувшись к битве, обратили в бегство мидян[1538].

46. Тавры[1539]

Тавры, скифский народ, всегда, намереваясь приготовиться к бою, вскапывают позади себя дороги и, сделав их непроходимыми, таким образом сражаются, чтобы, не имея возможности бежать, победить или погибнуть.

47. Троянки

Пелленцы[1540], отплыв из Трои, пристали к Флегре[1541]. Плененные троянки, когда эллины сошли на землю, не перенеся скитания, сожгли корабли. Анфия, сестра Приама[1542], уговорила пленниц сделать это; эллины же, имея недостаток судов, захватили место, ныне называемое Скионой, и, основав город, вместо Флегры назвали его Палленой[1543].

48. Салматиянки

Ганнибал в Иберии осаждал большой город Салматиду; и он заключил договор, взяв триста талантов серебра и триста заложников, чтобы снять осаду. Когда же салматяне не отдали условленного, Ганнибал, повернув, отправил воинов, чтобы они разграбили город. Варвары просят, чтобы им было позволено выйти в одном плаще вместе с женами, оружие же, деньги и рабов оставить. Жены, спрятав за пазухами мечи, вышли вместе с мужьями. Воины же Ганнибала грабили город, а жены, закричав, передали мечи мужьям, некоторые же, и сами обнажив мечи, вместе с мужьями напали на грабящих город, так что одних убили, других же обратили в бегство, и, собравшись все вместе, они пробились из города.

Ганнибал, удивившись мужеству женщин, передал через них их мужьям и родину, и имущество[1544].

49. Тирренянки[1545]

Из тирренов некоторые, поселившиеся на Лемносе и Имбросе[1546], изгнанные оттуда афинянами[1547], пребыв на Тенар[1548], помогли спартиатам в Плотской войне[1549]. Получив права гражданства и эпигамию[1550], ни в правительстве, ни в совете не принимая участия, возбудили к себе подозрение как замышлявшие переворот и, будучи схваченными, охранялись лакедемонянами. Жены же заключенных, придя к тюрьме, упросили стражников пропустить их, чтобы увидеться и поговорить с мужьями. Когда же они вошли, то переодели платья. И мужья, одев платья жен и покрывшись ими, с наступлением вечера вышли, жены же, одев платья мужей, оставались внутри, чтобы претерпеть все, что угодно, спасая мужей. Поэтому и мужья позаботились о женах, но и сами захватили Тайгет и склонили к восстанию илотов, так что лаконцы, испугавшись, отправили послов для переговоров и, примирившись, отдали им жен, дали же и деньги, и корабли и отослали тирренов как переселенцев лакедемонян[1551].

50. Кельтиянки

У кельтов была междоусобица. Когда они уже снарядились на войну, жены их, став в середину построения, стали посредниками в обвинениях и решили, чтобы мужья сделались друзьями, заключили соглашения и по хуторам, и по городам[1552]. Если когда-нибудь снова кельты будут совещаться о войне и о мире или обо всех прочих общих делах друг с другом или с союзниками, то пусть каждое дело решается по определению женщин. В действительности в условиях с Ганнибалом было записано, что когда кельты призовут карфагенян, то начальникам и стратегам карфагенян быть судьями, а если карфагеняне призовут кельтов — судить женам кельтов[1553].

Книга Восьмая

Следующее содержится в восьмой книге «Стратегем» Полиэна:

1. Амулий

2. Нумитор

3. Ромул

4. Нума

5. Тулл

6. Тарквиний

7. Камилл

8. Муций

9. Сулла

10. Марий

11. Марцелл

12. Атилий

13. Гай

14. Фабий

15. Квинт

16. Сципион

17. Катон

18. Давн

19. Тит

20. Гай

21. Пинарий

22. Серторий

23. Цезарь

24. Август

25. Римляне

26. Семирамида

27. Родогуна

28. Томирис

29. Нитетис

30. Филотида

31. Клелия

32. Порция

33. Телесилла

34. Хелонида

35. Пиэрия

36. Поликрита

37. Лампсака

38. Аретафила

39. Камма

40. Тимоклея

41. Эриксо

42. Пифополида

43. Хрисамена

44. Поликлея

45. Леэна

46. Фемисто

47. Феретима

48. Аксиотея

49. Архидамида

50. Лаодика

51. Феано

52. Деидамия

53. Артемисия

54. Мания

55. Тиргатао

56. Амага

57. Арсиноя

58. Кратесиполида

59. Жрица

60. Кинна

61. Миста

62. Эпихарида

63. Милетянка

64. Мелосянки

65. Фокидянки

66. Хиосянки

67. Фасиянки

68. Арголидянки

69. Акарнанянки

70. Киренянки

71. Лаконянки

Вам, священнейшие цари Антонин и Вер, преподношу и следующую восьмую книгу «Стратегем»; чтобы сохранить порядок, который я выдерживал, молюсь, чтобы у вас вместе с воинской доблестью произошел благополучный исход войн[1554]; для себя же прошу от вас справедливого приговора, поскольку, имея образ жизни и слог, приспособленный к делам судебным, забочусь о том, чтобы описать то, что было бы полезно вам самим и римскому государству, и эллинам из того, как мы воевали и как жили в мире. Ибо в войне есть само упражнение в победе[1555], в мире же — воспитание духа, получающее бессмертную славу от вашего правления.

1. Амулий

Амулий и Нумитор — братья[1556]. Младший, Амулий, путем насилия[1557] стал царем Альбы. Он заключил под стражу брата Нумитора, дочь же его Сильвию, чтобы от нее не было детей, мстителей за беззаконие Амулия, назначил жрицей Гестии, так как был закон весталкам вечно быть девственными[1558].

2. Нумитор[1559]

Рем и Ромул, дети Ареса и Сильвии[1560], напали на Амулия. Шум с крепости доносился до города. Нумитор, видя происходящее, сказал согражданам: «Произошло вторжение врагов. Амулий же, предав город, бежал, но мы, вооружившись, соберемся на агоре». Они стали вооружаться и собираться. Рем же и Ромул, убив Амулия, спустились с акрополя и возвестили собравшимся гражданам, что они есть те, кто справедливо отомстил за нанесенную деду обиду. Народ же, похвалив совершенное, передал царство Нумитору[1561].

3. Ромул[1562]

1. Ромул, когда у римлян не было женщин, возвестил по соседним городам, что будет проводить за общественный счет праздник Посейдона Всадника и конные состязания с величайшими наградами[1563]. Многие же из этих городов сошлись на представление: мужчины, женщины и девушки всех возрастов[1564]. Ромул отдал приказ не трогать мужчин и женщин, но захватывать только девушек, однако и их не для насилия, но для брака. Этот брак стал для римлян началом рождения детей[1565].

2. Ромул, находясь примерно в десяти стадиях от города фиденатов[1566], расположился лагерем. Ночью же, выведя войско за частокол и поставив половину центурий[1567] во фронте, а остальных построив в колонны и тайно сообщив командирам, что следует делать, сам с немногими проворными, несущими секиры, подошел к стенам, приказав, чтобы остальное войско подстерегало поблизости в резерве. Когда уже стало светать, он велел им выламывать ворота. Когда же фиденаты были обеспокоены неожиданной дерзостью, открыли ворота и напали на врагов, то римляне беспорядочно отступили; фиденаты же, видя тех, кто был во фронте, и не заметив тех, кто был сзади, презрев тех, кого они видели, сильно наступали, думая их одолеть. Когда же они прошли дальше, то командиры римлян присоединили центурии, стоящие в колоннах к тем, которые стояли на фронте, и приказали присоединиться к ним, так чтобы враги не заметили. Когда это произошло, бегущие по фронту обошли построенные в колонны центурии и оказались обращенными лицом к преследователям, и все вместе, поднявшись, с криком обрушились на врагов, свежие на утомленных. После них же вступили в бой и те, кто, казалось, обратился в бегство, и, уничтожив фиденатов, обратившихся в бегство, овладели их городом[1568].

4. Нума[1569]

Нума, желая обратить римлян от войны и убийства к миру и законам, удалившись из города на священный участок Нимф[1570], оставаясь здесь один, вернулся через несколько дней, получив от Нимф волю богов, на которую ссылался, чтобы ввести законы. Римляне были этим убеждены, и все те праздники, жертвоприношения, таинства и священнодействия, которые существуют и по сей день, все это Нума учредил согласно законам Нимф. Мне же кажется, что он стал соперником Миносу и Ликургу, ибо и они законы, один от Зевса, другой же от Аполлона, или получив, или говоря, что получили, убедили ими пользоваться, один — критян, а другой — лаконцев[1571].

5. Тулл[1572]

Тулл правил, когда римляне приготовились к бою против фиденатов. Предав римлян, альбанцы, оставив левое крыло, отступили на холм. Всадник, поспешно подскакав к Туллу, сообщил о предательстве, а он сильно воскликнул: «Но и ты сохраняй свое место в строю. Альбанцы же отправились, чтобы окружить врагов по моему приказу!». Услышав это, римляне громко издали боевой клич. От фиденатов же не укрылась радость кричащих, они поспешно и быстро обратились в бегство, испугавшись, как бы не быть окруженными альбанцами[1573].

6. Тарквиний[1574]

Тарквиний, в течение долгого времени осаждая Габии[1575], когда не мог их захватить, послал в качестве перебежчика самого младшего из своих сыновей, Секста, избив его плетьми. Они же, видя его сильно измученное ударами тело, приняли его, обещающего совершить многое великое против отца, из чего многое совершив, он вошел к ним в доверие. Он грабил римлян, обращал их в бегство, захватывал пленных, победил во многих сражениях, так что габийцы, восхищенные, назначили его стратегом-автократором. Он же, тайно послав гонца, спросил отца, что тот прикажет ему делать. Тарквиний же, так как встретился ему гуляющим по саду, сбивающим самые высокие маки, сказал вестнику: «Сообщи моему сыну сделать то же самое». Гонец передал это, а Секст, перебив самых выдающихся из габийцев, таким образом с помощью козней доведя Габии до бедности и слабости, передал их город римлянам[1576].

7. Камилл[1577]

1. Камилл воевал с фалерийцами. Когда воспитатель детей фале-рийцев, выведя их за пределы стен, будто бы для занятий гимнастикой, передал римлянам, Камилл, сочтя нечестивым предательство учителя, приказал со связанными сзади руками обвести его вокруг стены, а детям поручил отвести предателя к их отцам. Фалерийцы же учителя убили после мучений. Восхищаясь же благочестием и справедливостью Камилла, сдались ему без боя. Камилл же тех, кого долгое время не мог покорить, подчинил стратегемой благочестия[1578].

2. Кельты под предводительством царя Бренна, силой захватив Рим, удерживали его в течение семи месяцев. Камилл, собрав римлян, которые были за пределами города, изгнал кельтов и восстановил город. Кельты же через тринадцать лет осмелившись снова напасть на Рим, расположились лагерем возле реки Анио, совсем немного отстоящей от города. Камилл, будучи в пятый раз избран диктатором и приняв командование, против мечей кельтов, которыми они, нанося удары, разрубали головы, велел изготовить вместо медных цельножелезные и гладкие шлемы[1579], чтобы мечи либо соскальзывали, либо ломались. На щитах же по периметру приделывали медные пластины, поскольку деревянная часть не защищала от ударов. Воинов он научил пользоваться в рукопашном бою большими копьями и, подставляя самих себя мечам врагов, принимать удары сверху. Ведь клинок кельтов, будучи мягким и плохо заточенным, быстро сгибался, а их мечи получали зазубрины и были бесполезными для сражения. И именно таким образом легко побежденные[1580], многие из них пали в бою, а остальные обратились в бегство[1581].

8. Муций[1582]

Тиррены воевали с римлянами. Царем тирренов был Порсина[1583], у римлян правил Попликола, будучи консулом в третий раз[1584]. Муций, римский муж, наилучший в военном деле, желая убить Порсину, пришел в тирренский лагерь, одев тирренскую одежду и говоря по-тирренски. Подойдя к судейскому возвышению и не зная, кто был царем Порсиной, того, кто из присутствующих видом казался наиболее похожим на царя, обнажив меч, убил. Будучи схвачен, сознался, кто он есть. Порсина же приносил богам жертвы за спасение, а Муций, когда на жертвеннике был огонь, держал правую руку и, пока рука обгорала, повернулся к Порсине, разговаривая с ним со светлым и не изменившимся лицом. Когда же Порсина восхитился его доблестью, Муций сказал: «Никоим образом не удивляйся. Ведь триста римлян, имея такое же мужество, как у меня, бродят в твоем лагере, дожидаясь возможности тебя убить». Порсина, поверив сказанному и испугавшись, прекратил войну с римлянами[1585].

9. Сулла[1586]

1. Сулла в Союзнической войне, когда его воины умертвили претория и легата Альбина[1587] камнями и палками, не преследовал их, но простил убийц, сказав, что этим они сделаются более усердными к войне, будучи вынуждены из-за большого прегрешения оправдаться большей доблестью[1588]. Поэтому и в сражениях они бились намного доблестнее, чтобы было предано забвению беззаконие в отношении Альбина[1589].

2. Сулла сражался против стратега Митридата Архелая возле Орхомена[1590]. Видя же, что римляне терпят поражение и бегут, он сам, соскочив с коня и схватив значок, бросился сквозь бегущих на врагов, крича: «Мне же здесь, о римляне, будет прекрасный конец, вы же спрашивающим вас, где вы предали Суллу, не забудьте сказать: при Орхомене!». Устыдившись этой речи, римляне повернулись и, смело бросившись в бой, обратили врагов в бегство[1591].

10. Марий[1592]

1. Марий, когда вторглись в Италию кимвры и тевтоны, люди дикие, огромные, необычные для взора, имеющие звероподобный голос, в течение долгого времени не вступал в сражение, но препятствовал, чтобы войны, покидая пределы лагеря, бросались в бой, держа их на отдалении, чтобы, видя врагов, они приучались выдерживать их наружность, переносить голос и чтобы сделать их вид привычным. Таким именно образом воины, избавившись от ужаса перед варварами, стали их презирать и сами призывали Мария вывести их в бой. Сразившись со ста тысячами врагов, они одних перебили, а других захватили живыми[1593].

2. Марий, намереваясь сразиться с тевтонами и кимврами на неровной местности, лежащей у подножия горы, приказал, чтобы ночью Марцелл, ведя три тысячи гоплитов, перейдя через неприступные горы. оказался в тылу у врагов. Когда же вступил в сражение, он дал приказ воинам с холмов тихо сойти на равнину, чтобы враги, думая, что они бегут, попытались преследовать и, таким образом, попали бы на ровную местность. Когда же они сошли, то спереди те, кто был с Марией, а с тыла — те, кто был с Марцеллом, вступив в бой, перебили врагов и одержали славнейшую победу[1594].

3. Марий, сразившись с кимврами, двинувшимися с мест, где была зима, убедился, что они могут переносить холод и снег, а жару и солнце — не могут. Был уже август. Марий с тыла от врагов выбрал место сражения. Варвары же, развернувшись, имея спереди солнце, сияющее прямо в лицо, не перенося его сияния, сильно вспотев от жары, с тяжелым дыханием, выставили перед лицами щиты, не вынося блеска солнца, а римляне перебили их, раня их лишенные защиты тела. Погибли из варваров сто двадцать тысяч, в плен же были взяты шестьдесят тысяч[1595].

11. Марцелл[1596]

Марцелл, осаждая Сиракузы и потерпев поражение от машин Архимеда, никак не осмеливался штурмовать стены и предоставил дело осады времени. Через долгое время, захватив в плен спартиата Дамиппа, отплывшего из Сиракуз, узнал от него, что есть башня с частью стены, нерадиво охраняемая осажденными, которая может принять некоторое количество воинов, а стена — такая, что на нее можно взойти[1597]. Марцелл, приготовив лестницы, соразмерные ее высоте, когда сиракузяне справляли праздник Артемиды и были заняты пьянством и забавами, занял башню и заполнил вооруженными окружающие ее стены, и до рассвета, разрушив Гексапилы[1598], овладел городом. Воины, мужественно сражаясь, требовали грабежа города. Марцелл же не позволил этого и велел обогащаться разве только от рабов и денег, но воздерживаться от храмов и свободных людей[1599].

12. Атилий[1600]

Атилий, захваченный карфагенянами, поклялся им, что если будет отпущен, то убедит, чтобы сенат прекратил войну, а если не убедит[1601], то вернется к ним назад. Прибыв же в Рим, наоборот, убедил сенат тотчас же и тем более воевать с карфагенянами, поскольку они истощились[1602], и сообщил тайны об их слабости и то, каким образом их можно победить. Когда же сенат призывал его остаться и убеждал, что данная принудительно клятва считается не имеющей силы закона, когда его обнимали дети, жена, друзья и родственники, он, однако, не потерпел, чтобы клятва была нарушена; отплыв же к карфагенянам, сообщил им о своей стратегеме и о решении римлян. Те же, посадив его в железную клетку, долгое время мучая, убили после пыток[1603].

13. Гай

Гай отдал приказ тем, кто был в лагере, оставаться при оружии. Когда же увидел, что в летнюю жару его сын вывел к протекающей поблизости реке страдающего от жажды коня, велел отрубить ему голову, как не подчинившемуся приказу. Этим делом он научил воинов никогда не ослушиваться приказа[1604].

14. Фабий[1605]

1. Фабий, в войне с Ганнибалом не вступающий в сражение, был плохо принят в сенате. Когда же сын призывал его снять с себя бесславие, то поручил ему отдельную часть фаланги[1606]. Когда же ни тот ни другой не были достаточно сильны, то сказал: «Видишь, что нехорошо, сражаясь, рисковать целым[1607]. Ибо часто целая фаланга не предпринимала попытки сражения, по частям же, как показывает опыт[1608], она может быть побеждена. Поэтому я советую не сражаться, но следовать за врагом, удерживаясь у подошв гор и отступая от городов». Сказав и сделав это, он тогда был сочтен робким, позднее же, когда погибли многие армии других, римляне тотчас же прибегли к Фабию и его стратегии, так что он и диктатором был назначен и прозван Максимом. Означало же это Величайший[1609].

2. Фабий был прозван Величайшим, Сципион — Великим. Сципион завидовал славе Фабия, так что даже сказал: «Почему же ты, только сохранивший войско, прозван Величайшим, а я, сразившийся в бою и победивший Ганнибала, только Великим?». Фабий ответил: «Но ведь если бы я не сохранил тебе воинов, ты бы не имел тех, с кем бы ты, сражаясь, одержал победу»[1610].

3. Фабий захватил город тарентинцев, когда Ганнибал был их союзником, хитростью и искусством. У Фабия был воин-тарентинец, у которого была в Таренте красавица-сестра. Ее полюбил бруттий, которому Ганнибал доверил охранять стены. Узнав это, Фабий отослал воина-тарентинца к сестре, он же, через нее сделав бруттия другом, — убедил его быть расположенным к римлянам так, что, заключив дружбу, бруттий указал, с какой стороны следует атаковать стены. Фабий, приставив лестницы и взойдя на стены, силой захватил город. При этом он особенно был достоин удивления у всех, победив стратегемой, ведь Ганнибал по большей части сам побеждал военным искусством и хитростями[1611].

15. Квинт

Квинт Фабий, сам уже состарившись, желая, чтобы его сын был избран военачальником, просил у римлян никоим образом уже не давать ему власть, чтобы он не был вынужден в глубокой старости отправляться на войну. Римляне же, сочтя, что дела города будут лучше, если с ним будет Фабий, постановили, чтобы сын был магистратом. Фабий же не поехал с ним, чтобы не отнимать у сына значения власти[1612].

16. Сципион[1613]

1. Сципион в Иберии, узнав, что вражеское войско голодным выступило к сражению, тянул время, выводя и строя свою фалангу. Около же седьмого часа[1614], сразившись с уже мучимыми голодом и жаждой, он легко одолел врагов[1615].

2. Сципион изгнал из лагеря блудниц, приказав им удалиться в справляющий праздник город[1616]. Велел же удалить ложа, столы, кубки и наряды — все, кроме горшка для варки, небольшого вертела и чаши для питья; иметь вес серебряного же кубка не более двух котил[1617]; не иметь ничего для мытья, а поскольку те, кто их растирал, нужны для растирания вьючных животных. На завтрак велел есть просто нежареную пищу, на обед же приносить и мясо, жареное или вареное[1618]. Тогой же пользоваться галльской, толстой и шерстяной[1619]. И первым прикрепил на застежке черное верхнее платье[1620], а к командирам обратился, возлежа на подстилке из соломы, листьев и тростника, сказав, что оплакивает расточительность и изнеженность войска[1621].

3. Сципион, видя воина, сооружающего частокол, сказал: «Мне кажется, что ты обижен, соратник». Когда же тот ответил: «Нисколько», то сказал: «Естественно, ведь надежду на спасение имеешь в дереве, а не в мече»[1622].

4. Сципион, видя воина, очень заботящегося об украшении щита[1623], сказал: «Позор, что римский воин более доверяет левой руке, чем правой»[1624].

5. Сципион, приведенный в смущение народом, сказал: «Меня не устрашил ни крик[1625] вооруженных воинов, ни ропот случайно собравшихся людей, для которых, я вижу, Италия — мачеха, а не мать». Этими словами они были усмирены и прекратили роптать[1626].

6. Сципион, взяв копьем город Ойнуссу в Иберии[1627], когда грабившие привели девушку удивительной красоты, разыскав ее отца, охотно вернул ему дочь. Тем же, кто принес от него дары, он еще и добавил, сказав, что отдает их в приданое девушке. Которых же и других женщин из знатных семей или дочерей, или детей, бывших в цветущем возрасте, они захватывали, он приставил к ним двух мудрейших из римских старейшин, чтобы они заботились и оказывали помощь пленным в соответствии с их достоинством[1628]. Умеренность Сципиона сделала многие иберийские города по доброй воле дружественными и союзными римлянам.

7. Сципион Софака, царь масесилйев[1629], сделав союзником, переправился в Сицилию. Газдрубал, имея дочь, девушку удивительной красоты, обещал отдать ее Софаку, отпавшему от дружбы с римлянами[1630]. Тот же, женившись на девушке, склонился к карфагенянам и тотчас же написал Сципиону, запрещая высаживаться в Ливии. Сципион, видя, что ргимляне очень заботятся о союзе с Софаком, а если узнают, что он отпал к врагам, то не осмелятся переправиться в Ливию, собрав их народное собрание, переделал наоборот письмо Софака, как будто бы тот призывает римлян в Ливию и удивляется, что и теперь они медлят и что надо не прекращать с ним дружбу во время самого ее расцвета[1631]. Сказав это, он внушил римлянам страстное желание и мужество. Они же тотчас назначили день, в который следовало отплыть[1632].

8. Сципион, захватив трех карфагенских лазутчиков, хотя римский закон повелевал убивать вражеских лазутчиков, не сделал этого, но приказал им обойти все войско. Они же, видя одних римлян метающими стрелы, других — дротики, третьих — прыгающими, четвертых — чинящими оружие, некоторых же — затачивающими мечи, снова были подведены к Сципиону. Он же, угостив их завтраком, сказал: «Передайте то, что увидели, пославшему вас». Они же, вернувшись к Ганнибалу и другим карфагенянам и сообщив это, устрашили их и приготовлениями римлян, и величием духа Сципиона[1633].

17. Порций[1634]

Порций Катон вторгся в Иберию. Из всех городов пришли старейшины, вверяя себя ему и римлянам. Он же поручил им в назначенное время привести заложников. Когда же они привели, то дал двум мужам от каждого города по письму, приказав, чтобы все вернулись в один и тот же день, чтобы прочитать их гражданам. Когда же послы вернулись, то обнаружили написанное: «Сегодня сройте до основания стены». Поэтому каждый город не имел возможности послать за помощью к ближайшим городам, каждый боялся, что, если подчинятся другие, они единственные, не повиновавшись, будут разграблены. Таким образом, все иберы в один и тот же день срыли стены.

18. Давн[1635]

Давн, когда Диомед умер в Италии, устроив погребальное состязание, в первый день провел триумфальное шествие[1636] вооруженных эллинов, а во второй — варваров; и приказал варварам пользоваться оружием эллинов. Они же, пользуясь оружием варваров, погибли от собственного оружия.

19. Тит

Тита, захватив в плен, Клеоним требовал в качестве выкупа два города, Эпидамн и Аполлонию. Отец Тита не дал их, но повелел ему спастись. Тит, изготовив свое изображение, положил его, как будто бы он спал в доме, сам же, взойдя на легкий корабль, тайно бежал, стражники же охраняли изображение[1637].

20. Гай[1638]

Гай у Тиндариды, когда карфагеняне стояли на якоре с восьмьюдесятью кораблями, а он сам, имея двести триер, притом что враги не выступали против него из-за множества кораблей, убрал у ста из них мачты, а у остальных распустив паруса и посредством их спрятав остальные, отплыл, прикрепив остальные канатами. Карфагеняне же, сочтя, что корабли равны по численности казавшимся видимыми парусам, осмелев, устремились навстречу опасности. Гай, сразившись со многими против немногих, легко одержал победу[1639].

21. Пинарий[1640]

Пинарий-фрурарх, когда эннейцы отошли от союза с римлянами и требовали ключи от ворот, сказал: «Если весь народ завтра, собравшись на народное собрание, это постановит, то я подчинюсь постановлению». Они на следующий день собрались в театре, Пинарий же ночью поставил под акрополем многих воинов, чтобы те находились в засаде на возвышении, других же расположил вокруг в театре и в проходах дожидаться сигнала. Эннейцы, собравшись, приняли решение об отпадении. Когда же фрурарх подал знак, воины — одни, пустив сверху снаряды, а другие, напав по проходам и обнажив мечи изрубили народ так, что люди кучей падали друг на друга, все, кроме немногих, которые спустились со стен или же скрылись, вырвавшись по подземным ходам[1641].

22. Серторий[1642]

Серторий в Иберии, получив в дар от охотников молодую белую лань, кормил ее и сделал ручной, так что она всюду сопровождала его идущего, восходила вместе с ним, поднимающимся на ораторское возвышение, и раскрывала уста вершащему суд. Он же убедил варваров, что животное действительно является священным животным Артемиды и богиня через нее предсказывает ему все, что должно свершиться, и является союзником в войнах. То же, что он тайно узнавал от разведчиков, скрывая это, заявлял, будто бы узнавал от богини через лань, а именно о нападениях врагов, засадах, внезапных набегах. Он говорил, что вестником этого имеет лань. Когда же он надеялся на победы над врагами, то, говоря, что и это узнает от богини через лань, поражал умы варваров, и они падали перед ним ниц и все прибегали к нему, как к имеющему ниспосланную божеством силу[1643].

23. Цезарь[1644]

1. Цезарь, плывя к Никомеду[1645], возле Малеи[1646] был захвачен киликийскими разбойниками. Они потребовали большой выкуп, а он обещал его в двойном размере. Они прибыли в Милет и причалили у стен. Цезарь послал раба, милетца Эпикрата, к милетянам, прося ссудить ему деньги. Те тотчас же послали. Эпикрат, имея приказ от Цезаря, после сбора денег принес большое угощение и гидрию, полную мечей, и вино, смешанное с мандрагорой. Цезарь, отсчитав разбойникам двойной выкуп, предложил им угощение, они же, сильно обрадовавшись огромному количеству денег, спокойно отправились пировать и, выпив разбавленное вино, уснули. Цезарь, приказав убить уснувших, тотчас же вернул деньги милетянам[1647].

2. Цезарь в Галлии подошел к Альпам. Ему сообщили, что войска горных варваров охраняют проходы. Он же остерегался природы Альп. Вниз с гор текли многие реки и там находилось[1648] много болот. От них, когда начиналось утро, (и при солнечном свете) поднимались многие испарения. В это время Цезарь, взяв половину войска, окружил гору. Варвары, притом что туман закрывал им видимость, ничего не замечая, успокоились, он же, оказавшись над головами врагов, издал боевой клич. Половина, находящаяся внизу, ответила криком, и горы, повсюду наполнившись шумом, повергли варваров в беспомощный ужас. Они, тотчас бежав, исчезли, а Цезарь без боя перешел Альпы[1649].

3. Цезарь воевал с гельветами. Это — часть галлов[1650]. Против римлян выступили триста тысяч, из которых двести были способны носить оружие. Цезарь постоянно отступал в течение целого дня, варвары же, еще более осмелев от этого, преследовали его. Когда же они собирались перейти реку Родан, то Цезарь расположился лагерем неподалеку от них. Когда же варвары с большим трудом переходили суровую реку (не все, но тридцать тысяч из них), а на следующий день собирались перейти остальные, перешедшие же, устав, отдыхали возле холмов, Цезарь, появившись ночью, перебил всех, не имевших возможности отступить из-за реки[1651].

4. Цезарь, когда германцы, придя, не осмеливались вступить в сражение, так как узнал, что бывшие у них прорицатели предсказывали удерживаться от сражения до молодой луны, тотчас повел свое войско против неохотно сражающихся из-за предсказания и, воспользовавшись наилучшим временем, блистательно победил германцев[1652].

5. Цезарь в Британии пытался переправиться через большую реку. Царь британцев Кассивеллаун удерживал ее со многими всадниками и колесницами. Говорят, у Цезаря был огромнейший слон, животное, которое ранее британцы не видели. Защитив его железной чешуей, поставив на спине[1653] огромную башню и расположив лучников и пращников, он велел ввести его в реку. Британцы же были устрашены, видя ранее невиданного и удивительного зверя. Что же касается лошадей, то что следует описать? Так же, как и у эллинов, когда они видели даже невооруженного слона, лошади бежали. Слона же, несущего на себе башню и покрытого вооружением, с которого пускали[1654] стрелы и снаряды, не выдержали даже и вида. Британцы же бежали со своими конями и колесницами, а римляне беспрепятственно перешли реку, испугав врагов одним животным[1655].

6. Цезарь, узнав, что Цицерон[1656], осажденный галлами, уже изнемог, послал воина (бросить дротик), приказав ночью перебросить через стену письмо, прикрепленное к острию. Он же бросил дротик, а защитники стены, обнаружив, вручили письмо Цицерону. Было прочитано: «Цезарь — Цицерону — мужаться. Жди помощи». Через немногое время появился дым и облако пыли, когда Цезарь опустошал страну; так что, тотчас же сняв осаду, он не только спас Цицерона, но и отразил осаждающих[1657].

7. Цезарь, имея семь тысяч человек, воевал с галлами. Желая заслужить славу, поскольку имел меньшую численность войска, он велел возвести[1658] очень узкое укрепление, а сам, захватив покрытое густыми деревьями возвышенное место, укрылся в нем со многими воинами. Немногие всадники выступили вперед за пределы укрепления, вызывая на бой варваров. Те же, видя немногочисленность всадников, подошли к укреплению. Одни из них засыпали рвы, другие же ломали частокол. В это время был дан знак трубой и тотчас же из укрепления на галлов устремились пехотинцы неприятеля, а с возвышенности в тыл ударили всадники вместе с самим Цезарем, так что ворвавшись в гущу варваров, они перебили более многочисленных[1659].

8. Цезарь осаждал галльскую крепость. Когда варвары держались в течение долгого времени, разразился невероятно сильный дождь, так что те, кто оставался как охрана стен или в качестве стражи, оставили одни — свои посты, а другие — брустверы. Цезарь же тогда приказал вооружаться и тотчас же подошел к стенам, и, захватив их, находящиеся без охраны, легко перебравшись через них, разрушил крепость[1660].

9. Цезарь отправился в поход на город Герговию, самый большой в Галлии[1661]. Против него расположился лагерем царь галлов Верцингеторикс. Посреди были судоходная река и труднопроходимый брод. Цезарь с возвышенного места в течение многих дней выводил войско параллельно неприятелю. Варвары презирали его как не-осмеливающегося перейти реку. Он же ночью спрятал два легиона в глубоких лесах, которые, пока галлы сторожили тех, кто был возле Цезаря, вверху по реке, где сохранилась старая часть моста, имеющая вбитые сваи, а сверху — разобранный настил, сами, срубив деревья из леса, поспешно достроили мост и переправились. Галлы же, пораженные внезапностью переправы, бежали, а Цезарь вместе с остальными, перейдя реку по сделанному на скорую руку мосту, был более страшен для галлов[1662].

10. Цезарь осаждал город Герговию, сильный стенами и укрепленнейший природой. Ибо был этот город имеющим укрепленный холм и гладкие вершины[1663]. С левой стороны к холму примыкали низкие и густые леса, а с правой — он был обрывистым, имеющим узкий проход, со стороны которого герговийцы охраняли большим отрядом. Цезарь, вооружив из своих воинов наиболее трудолюбивых и способных к перенесению неудобств, ночью укрыл их в лесах, приказав иметь короткие дротики и соответствующие кинжалы, чтобы они не возвышались над лежащими на земле деревьями. Однако они не шли прямо, но пробирались, приседая на корточках. Когда же началось утро, медленно пробираясь через лес, они подошли к холму слева. Цезарь же подводил войско с правой стороны, отвлекая на себя варваров. Галлы же устремились, чтобы отразить нападавших открыто, а скрыто вышедшие из леса овладели холмом.

11. Цезарь осаждал Алезию, город в Галлии. В нем собрались двести пятьдесят тысяч годных для войны галлов. Он же ночью, отобрав три тысячи гоплитов и всех всадников, велел, чтобы эта часть отступала с флангов с обеих сторон, а на следующий день около второго часа появившись в тылу у врагов, приступила к делу. Сам же, когда начался день, выводил войско на битву, так что варвары, будучи смелыми из-за своей численности, принимали их со смехом. Когда же появившиеся с тыла издали клич и, окружая, поражали потерявших надежду бежать, галлы были приведены в замешательство. И тогда, считается, что произошло самое большое избиение галлов[1664].

12. Цезарь, желая захватить Диррахий, укрепленный Помпеем, сам имел немногих всадников, а у противников их было огромное множество. Однако он обратил в бегство многих, использовав военное искусство. Приказав немногим всадникам атаковать, он поставил перед ними четыре когорты пеших, приказав не делать ничего другого, кроме как поднимать ногами пыль, насколько они могли больше. Поднялось же огромное облако и создало у врагов представление великого множества всадников, так что они, тотчас же испугавшись, бежали[1665].

13. Цезарь отступал с войском по узкой дороге. Слева было болото, справа — море, а сзади наседали враги. Их он отражал нападениями и поворотами назад[1666], с моря же флот Помпея, подплывая, забрасывал его стрелами и наносил раны метательными снарядами. Цезарь же приказал воинам перехватить щиты из левой руки в правую. Так получилось, что снаряды оказывались бесполезными для тех, кто стрелял со стороны моря[1667].

14. Цезарь и Помпей в Фессалии: один — Помпей избегал сражения, имея обилие всего необходимого, а другой — Цезарь спешил решить дела сражением***. Цезарь побуждал врагов сниматься с лагеря, занимаясь фуражировкой[1668], и продвигал когорты. Люди же Помпея, презирая их как бегущих от страха, не сдерживали себя, но тотчас же вскочили, заставив Помпея начинать. Когда же, отступив, Цезарь увлек их на равнину, тогда, повернув назад, славно сразившись, победил[1669].

15. Цезарь, когда воины устроили мятеж и осаждали его просьбами освободить их от военной службы, выйдя к толпе с мужественным и смелым лицом, сказал: «Что вы хотите, о соратники?» Они же закричали в ответ: «Быть отпущенными со службы!», а он, перебивая их, сказал: «В добрый час! Я прошу вас, граждане, не бунтовать». Они же, услышав обращение «граждане» вместо «воины», были раздражены и тотчас же изменили образ мысли и снова закричали: «Но мы больше хотим именоваться соратниками, чем гражданами». Рассмеявшись, Цезарь сказал: «Итак, мы будем сражаться вместе»[1670].

16. Цезарь, вступив в сражение против Помпея-младшего, видя своих воинов бегущими, тотчас же сойдя с коня, воскликнул: «О соратники, не постыдитесь бежать, оставив меня в руках врагов!» Устыдившись такой речи, бегущие снова устремились в сражение[1671].

17. Цезарь приказывал воинам всегда быть готовыми, как будто собираясь и в праздник, и в проливной дождь, и ночью, и днем внезапно вывести войско, и поэтому он никогда не говорил наперед ни об обстоятельствах, ни о дне[1672].

18. Цезарь совершал походы с большой скоростью, чтобы не быть удерживаемым теми, кто запаздывает.

19. Цезарь, если видел, что воины обеспокоены, когда у врагов сила казалась большей, чем у него, не только не отрицал этого, но еще и, прибавляя большую важность и преувеличивая, подбадривал, что против более многочисленных следует сражаться более мужественно[1673].

20. Цезарь приказывал воинам иметь оружие, богато украшенное серебром и золотом, более всего ради украшения, но не в меньшей степени, чтобы и воины имели очень дорогое для того, чтобы за него сражаться.

21. Цезарь проступки воинов замечал не все и не наказывал провинившихся соразмерно их вине, считая сознание вины способным породить мужество. Если же кто-либо бунтовал или оставлял боевой порядок, этого он не оставлял безнаказанным[1674].

22. Цезарь называл воинов «соратниками», равенством обращения делая их более ревностными в сражениях[1675].

23. Цезарь, узнав, что в Галлии перебиты фаланги его воинов, поклялся остричься не ранее чем он, выступив на врага, отомстит за погибших. Этим он снискал себе у всех величайшую любовь[1676].

24. Цезарь во время голода раздавал воинам хлеб, приготовленный из травы. Помпеи же, воюя против него, случайно обнаруженный один такой хлеб спрятал, не желая показывать своим воинам воздержанность врагов[1677].

25. Цезарь располагался в боевом порядке против Помпея возле Фарсала. Видя же, что многие из врагов молодые и красивые, очень заботятся о красоте и надменны, приказал своим воинам не направлять копья и пилумы[1678] на тела врагов, но на сами лица. Те же, боясь, что красота лица будет обезображена, повернувшись, бежали[1679].

26. Воины Цезаря возле Диррахия, потерпев поражение, сами передали себя, чтобы подвергнуться децимации. Цезарь же как бы и не думал об их наказании, но и уговаривая, склонил их исправить поражение. Они же в остальных сражениях, постоянно будучи готовыми к бою, победили намного более многочисленных противников[1680].

27. Цезарь, когда Помпей объявил вражду и тем, кто ни к кому не присоединился, напротив, возвестил, что они будут считаться друзьями наравне с теми, кто будет сражаться вместе с ним[1681].

28. Цезарь был в Иберии при Илерде. Когда было заключено перемирие, враги, напав, убили многих из воинов, застав их врасплох. Сам же он тех из них, которых застал в лагере, отпустил невредимыми и за это заслужил от врагов большую благосклонность[1682].

29. Цезарь при Фарсале победил Помпея. Увидев, что его собственные воины неумеренно пользуются победой, он воскликнул: «Щадите граждан!»[1683].

30. Цезарь, счастливо завершив все войны, каждому из своих воинов поручил спасти одного из врагов, кого он хотел. Таким образом, вернув из изгнания всех сражавшихся против него римлян, он сделал тех, кто был в городе, исключительно благосклонными по отношению к нему[1684].

31. Цезарь изображения Помпея и Суллы, из-за враждебности поврежденные толпой, сам восстановил и заслужил огромную любовь у римлян[1685].

32. Цезарь, когда жрец, приносящий жертву, сказал: «Жертвы дают дурные предзнаменования», ответил, что они могут быть лучше, если он захочет, и, таким образом, придал мужество воинам[1686].

33. Цезарь, обнаружив жертвенное животное без сердца, сказал: «Ну и что удивительного, если бессловесное животное не имеет сердца?» Воины, услышав это, приободрились[1687].

24. Август[1688]

1. Август покинувших строй в сражениях не всех убивал, но совершал децимацию[1689]

2. Август тем, кто из трусости оставил строй, вместо пшеницы велел отмерять ячмень[1690].

3. Август тем, кто чем-либо провинился в лагере, приказывал стоять перед палаткой полководца неопоясанными, а также бывало, что и носить кирпичи в течение целого дня[1691].

4. Август приказывал своим военачальникам особенно думать о безопасности и часто повторял: «Поспешай медленно!» и «Ведь лучше полководец осторожный, чем дерзкий»[1692].

5. Август отличающимся мужеством давал огромные дары серебра и золота.

6. Август говорил, что те, кто без пользы бросается в опасности, ничем не отличается от тех, кто ловит рыбу золотыми крючками[1693].

7. Август в войне против Кассия и Брута хотел переправиться через Адриатическое море. Мурций, командующий флотом неприятеля, встав на якоре на маленьком острове возле Брундизия, явно пытался ему помешать. Август обманул Мурция: как бы намереваясь сразиться с ним на море, он построил триеры с правой стороны Адриатического моря возле Италии, чтобы плыть, будто бы подплывая к островку, а сам наполнил грузовые корабли башнями и метательными орудиями. Мурций же, обманутый подготовкой морского сражения, отступил в море, так как лучше сражаться на просторе, чем в узком проходе. Август же не принял сражения, но ввел корабли в гавань на островке. Когда же Мурций, не имея другой стоянки, был принужден ветрами отправиться в Феспротиду, Август, безопасно переплыв Адриатическое море, причалил в Македонии[1694].

25. Римляне

1. Римляне, когда кельты захватили Рим, заключили с ними договор, чтобы платить подать и подготовить открытые настежь ворота и пригодную для обработки землю. Кельты же расположились возле них лагерем, а римляне послали им как друзьям много подарков и большое количество вина. Варвары по кельтской природе, склонной к выпивке, черпая много вина, свалились от опьянения. Римляне же, придя, всех перебили. Чтобы же казалось, будто все совершается согласно договору, они подготовили открытые ворота на неприступной скале[1695].

2. Бывшие с Энеем троянцы, бежав, причалили к Италии и встали на якоре возле устья реки Тибра. Троянцы блуждали по стране, а их женщины держали совет. Троянка Рома выступила в собрании со словами: «До каких пор мы будем скитаться? До каких пор будем плавать? Давайте сожжем суда и поставим мужей перед необходимостью поселиться на этой земле». Сказав это, она первой поднесла огонь к кораблям, а после нее и остальные троянки. Троянцы же, лишившись кораблей, поселились в Италии[1696].

3. Римляне изгнали Кориолана[1697]. Он же, бежав, пришел к тирренам, обещая им победу над римлянами. Тиррены поверили и назначили его полководцем, он же, победив во многих сражениях, стремился закончить войну, силой захватив свой город. Матери римлян — предводительствовала же ими Ветурия, мать Кориолана, — выйдя из города, идя навстречу вооруженным врагам и припав к ногам Кориолана, простирали масличные ветви. Главным же в их просьбе было: «Если ты решил захватить город, то прежде убей свою мать и всех матерей римлян!» Кориолан испытал страдания, зарыдал и снялся с лагеря. Возвращение домой]было благочестивым, но гибельным для полководца[1698], ведь тиррены постановили покарать его смертью как предавшего явную победу.

26. Семирамида[1699]

Семирамида, купаясь, услышала об отпадении сирийцев и тотчас же необутая, не заплетя волосы, выступила на врага. На ее стеле было написано следующее: «Природа сделала меня женщиной, я же деяниями оказалась ничем не хуже доблестных мужей. Царствуя вместе с Нином[1700], я достигла на востоке реки Инамамы[1701], несущей к югу ладан и благовонное масло, на севере же — земель саков и согдов[1702]. Моря прежде никто из ассирийцев не видел, я же видела четыре, к которым нельзя далее приблизиться[1703]. Ведь кто осмелится их обойти? Я заставила реки течь, куда я хотела, я также задумала, где им соединиться. Я научила засеивать неплодородную землю, ибо соединила ее своими реками. Я установила непроходимые стены. Неприступные скалы железом укрепила, прорубила для моих колесниц дороги, по которым прежде не проходили звери. И в этих делах у меня проходило очень много времени, в которое я делала приятное себе и друзьям».

27. Родогуна[1704]

Родогуна, моясь, распустила волосы. Пришел некто, возвещая: «Восстал подчиненный народ!». Она же, не смыв с волос грязь, но как имела их повязанными, села на коня и вывела войско и поклялась не прежде смыть с волос грязь, пока не победит восставших[1705]. И долгое время воюя, она одержала победу. После победы она вымылась и отмыла волосы. У персидских царей есть царская печать, имеющая изображение Родогуны, подвязывающей волосы.

28. Томирис[1706]

Томирис, когда Кир пошел на нее походом, притворилась, что сдается врагам. Она бежала из массагетского лагеря, пришла в персидский и захватила в своем лагере много вина, еды и жертвенных животных, которыми персы беспрепятственно воспользовались и обильно угощались всю ночь как победители. Когда же после обилия вина и еды они легли спать, Томирис, придя, убила лежащих неподвижно персов вместе с самим Киром.

29. Нитетис[1707]

Кир, царь персов, у Амасиса, царя Египта, попросил в жены одну из дочерей. Он же Нитетис, дочь царя Априя, свергнув которого правил сам, послал как свою. Нитетис, притворившись, в течение долгого времени жила с Киром как дочь Амасиса. Когда же стала матерью многих детей и расположила мужа к любви, то призналась, что отцом ее является Априй, а господином — Амасис. «Если, однако, Амасис умрет, то сын его Псамметих воздаст добром». Кир поверил. Однако и Кир погиб до похода, сын же его Камбис, поверив матери, отправился в поход и приобрел власть над египтянами для рода Априя[1708].

30. Филотида

На римлян пошли походом латины, имея предводителем Постумия[1709], и потребовали для брака их дочерей, подобно тому, как сами римляне похитили дочерей сабинян, чтобы этим установить мир. Римляне испугались войны, но не терпели, чтобы были отданы их дочери. Тогда Филотида, служанка, очень красивая внешностью, посоветовала украсить ее и других служанок всем, что придает изящество внешности, и послать к врагам под видом дочерей, договорившись, что, когда враги, получив их, будут отдыхать, ночью зажечь сигнальный огонь. Латины возлегли с девушками, она же зажгла сигнальный огонь, а римляне, напав на латинов, перебили их спящих.

31. Клелия

Римляне, воюя с тирренами, заключив договор, дали им в качестве заложниц девушек, дочерей знатнейших мужей. Заложницы же подошли к реке Тибру, чтобы вымыться. Одна из них, Кле-лия, склонила всех обвязать хитониски вокруг голов и переплыть речной поток, непроходимый из-за глубоких водоворотов. Когда же они переплыли, римляне удивились их доблести и мужеству, но, сохраняя верность договору, отослали их к тирренам. Порсина, царь тирренов, расспросил девушек, кто из них та, которая уговорила это сделать. Клелия, опередив других, призналась. Порсина, изумившись мужеству девушки, подарил ей великолепно украшенного коня и, похвалив всех девушек, отослал к римлянам[1710].

32. Порция

Порция, дочь Катона, жена Брута, подозревая, что ее муж Брут злоумышляет против Цезаря, кинжалом для стрижки волос разрезала себе бедро, показав выносливость тела и душевное самообладание. Тогда Брут доверил ей тайну. Она же сама принесла мужу короткие хитоны, а внутри хитонов — меч. Брут, подойдя, напав вместе с сообщниками, убил Цезаря. Когда же вместе с Кассием сразившись в Македонии против Августа и когда случилось поражение, Брут покончил с собой, Порция вначале пыталась умертвить себя голодом. Когда же не было домашних и родственников, она велела принести пылающий жертвенник, как бы собираясь насыпать пшеницу, и, схватив руками много угольков, втолкнула их в рот и запила, успев это сделать прежде, чем кто-либо из присутствующих мог ей помочь. Так умерла Порция, рожденная дочерью претора[1711] мужественной перед смертью и любящей своего мужа[1712].

33. Телесилла

Клеомен, царь спартанцев, перебив в сражении семь тысяч семьсот семьдесят семь аргосских мужей, подступил к Аргосу, чтобы силой захватить город. Танцовщица Телесилла, вооружив аргивянок, вывела их в сражение. Они же, вооруженные, встав на брустверы и со всех сторон защищая стены, отразили Клеомена, второго же царя, Демарата[1713], оттеснили и спасли город, который подвергался опасности быть захваченным. Эту стратегему женщин аргивяне чтут и по сей день, в первый день месяца Гермия[1714], одевая женщин в мужские хитоны и хламиды, а мужчин — в женские пеплосы.

34. Хелонида

Хелонида, дочь Клеада, жена Феопомпа[1715], узнав, что ее муж содержится в плену у аркадян, добровольно пришла к врагам. Удивившись ее любви к мужу, аркадяне позволили, чтобы она пришла в тюрьму. Она же, передав мужу свою одежду, а сама взяв его, убедила его тайно уйти, а сама осталась вместо него у врагов. Феопомп, спасенный стратегемой женщины, и сам похитил жрицу Артемиды, с торжественной процессией шествующую в Феней[1716]. Тегеаты, желая ее вернуть, отдали ему Хелониду[1717].

35. Пиэрия

Ионийцы в Милете, восстав против сыновей Нелея[1718], отступили в Миунт[1719] и там вели войну. Война же велась не без договора, но по праздникам у них были мирные отношения. Пиэрия, дочь прославленного мужа Пифея, когда у милетян был праздник, который они называют Нелеидами, пришла в Милет. Самый могущественный из сыновей Нелея по имени Фригий, влюбившись в Пиэрию, спросил, что было бы ей особенно приятно. Она же сказала: «Если бы мне было разрешено часто и со многими туда ходить». Фригий признал, что граждане нуждаются в мире и дружбе, и прекратил войну. И достойная славы любовь Фригия и Пиэрии установила мир вместо войны.

36. Поликрита

Милетяне воевали с наксосцами. Эрифрейцы[1720] сражались в союзе с милетянами. Диогнет, стратег эрифрейцев, захватил у наксосцев большую добычу, а также — многих женщин и девушек, среди которых была и Поликрита. Полюбив ее, он жил с ней не как с пленницей, но как с законной женой. Был в лагере милетян старинный праздник, и все предались винопитию и радости. Поликрита попросила Диогнета позволить ей послать часть жертвенных лепешек братьям. Когда он ей это позволил, она положила в лепешку свинцовую табличку, поручив тому, кто ее передаст, сказать братьям, чтобы только они ели со стола сестры. Братья же, обнаружив табличку и разогнув ее, обнаружили: «Ночью нападайте на врагов, из-за праздника пьяных, спящих и оставшихся без охраны». Узнав это, стратеги ночью напали и одолели врагов. Диогнета же Поликрита попросила в качестве дара у граждан[1721].

37. Лампсака

Фокейцы под предводительством Фокса сражались вместе с царем бебриков Мандроном, подвергшимся нападению со стороны соседних варваров. Мандрон убедил фокейцев поселиться в качестве колонистов, заняв часть земли и города. Когда же, часто побеждая в сражениях, они завладели большой добычей, то стали ненавистны бебрикам, так что, когда Мандрон отсутствовал, они кознями и хитростью задумали уничтожить эллинов. Девушка Лампсака, дочь Мандрона, узнав о злом умысле, попыталась его отвратить. Когда же не убедила своих, то тайно объявила эллинам то, что было задумано против них. Они же, приготовив славную жертву за пределами стен, зовут варваров в предместье города. Те же, сев за столы, пировали, а фокейцы, разделившись на две части, одни захватили стены, а другие — перебили пирующих и сами завладели городом. Лампсаке они оказали огромные почести и в честь нее назвали город Лампсаком[1722].

38. Аретафила

Никократ, тиран киренцев, и многое другое ужасное сделал согражданам и, собственноручно убив и жреца Аполлона Меланиппа, женился на его вдове, красавице Аретафиле. Она же позаботилась, чтобы отомстить тирану за родину и мужа. Вначале она задумала его отравить[1723]. Будучи же схвачена, она сказала, что готовила не яд, а любовный напиток, чтобы муж ее любил[1724]. Мать тирана решила пытать Аретафилу. Мучимая долгими и жестокими пытками, она обещала, что больше не будет прибегать к любовному напитку[1725]. Тиран освободил ее как не совершившую никакого преступления, продолжал с ней жить и долго ее лечил как несправедливо замученную. Она же, имея дочь, выдающуюся молодостью и красотой, отдала ее брату тирана юноше Лаандру. Тот же, охваченный любовью, попросил у брата разрешения жениться на девушке. Лаандр женился и, повинуясь матери девушки, был убежден ею освободить город. Подкупив Дафниса, постельничего тирана, с его помощью он умертвил Никократа[1726].

39. Камма

Среди тетрархов в Галатии[1727] были Синорикс и Синат[1728]. У Сината была жена Камма, прославленнейшая красотой тела и доблестью души. Ибо она была и жрицей Артемиды, которую особенно почитают галаты, и всегда была пышно и величественно украшена в торжественных процессиях и жертвоприношениях. В нее влюбился Синорикс. Не надеясь ни уговорить ее, ни взять силой, пока был жив муж, он коварно умертвил Сината, а через немногое время посватался к Камме. Она же очень долгое время противилась, когда же домашние и друзья настаивали и сильно ей угождали, притворилась, что соглашается, и поставила условие: «Пусть Синорикс придет в храм Артемиды[1729], и мы перед богиней заключим договор о браке». Пришел Синорикс и с ним все, кто были самыми выдающимися у галатов, мужчины и женщины. Она же, приняв его весьма благосклонно, подвела к алтарю, возлила вино из золотой фиалы и часть выпила сама, а часть велела выпить (ему). Он же, взяв питье как жених от невесты, радостно его выпил. Питье же было смешано с медом и приправлено зельем. Камма же, как казалось, смягченная, издала ликующий клич и сделала земной поклон перед богиней, сказав: «Милость я вижу для себя, о многочтимая Артемида, что ты даешь мне возможность в твоем храме совершить правосудие за мужа, неправедно убитого из-за меня!» Сказав это, она тотчас же умерла, и жених умер вместе с ней у алтаря богини.

40. Тимоклея

Тимоклея Фиванка — сестра Феагена, сражавшегося против Филиппа при Херонее, который и ему, прокричавшему: «Доколе преследуешь?», ответил: «До Македонии!»[1730] Когда он погиб, у него осталась сестра. Александр разрушил Фивы до основания. Когда одни — одно, а другие — другое разрушали в городе, домТимоклеи захватил гиппарх-фракиец. Этот фракиец после обеда позвал Тимоклею в спальню и пожелал не только ее, но и золото и серебро, если она имела где-нибудь спрятанным, и заставлял и в этом ее признаться. Она же сказала, что имеет большое количество украшений из золота и серебра в ожерельях, браслетах, кубках и монетах, но, когда город был взят, бросила все в безводный колодец. Фракиец поверил, она же отвела его в сад дома, где был колодец, и велела спуститься. Он же, спустившись, разыскивал золото и серебро, она же сверху вместе со служанками навалила на него множество камней и каменных обломков и засыпала варвара. Македоняне, схватив ее, привели к царю Александру. Она же призналась, что защищала себя от будто бы нарушившего закон и пытавшегося применить насилие фракийца. Александр, изумившись, отпустил ее на свободу и воздал все приличествующие ее происхождению понести[1731].

41. Эриксо

Лаарх, царь киренцев, поставленный, чтобы охранять власть Батта, сына Аркесилая, вместо царя стал тираном, совершая всевозможные беззакония против граждан. Матерью сына Батта была Эриксо, мудрая и справедливейшая женщина[1732]. Влюбившись в нее, к ней посватался Лаарх, она же попросила, чтобы он поговорил с братьями. Когда те достаточно откладывали, Эриксо послала служанку, сообщившую, что пока братья противятся, но если у них будет встреча и сожительство, то братья согласятся, чтобы произошла свадьба[1733]. Он принял это радостно и ночью без копьеносцев пришел к Эриксо и, зайдя в одну комнату[1734], наткнулся на Полиарха, старшего из братьев Эрикео, устроившего внутри засаду, и двух юношей, вооруженных мечами, пораженный которыми он погиб. Приведя же Батта, они объявили его царем и вернули киренцам отеческий строй.

42. Пифополида

Пифей[1735], разыскивая золотые рудники, велел всем гражданам искать руду, копать и промывать золото, но ничего другого не делать ни на земле, ни на море. Все устали, не имея урожая и не делая чего-либо другого из полезного для жизни. Жены их обратились с мольбой к жене Пифея Пифополиде. Она же приказала, чтобы они ушли и приободрились, а сама, позвав золотых дел мастеров, велела изготовить золотых рыб, жертвенные лепешки, спелые плоды, закуски, всевозможную пищу из золота. Пифей приехал из путешествия и попросил обед. Жена поставила перед ним золотой стол, на котором не было ничего съедобного, но все золотое и похожее на еду. Пифей, похвалив искусство подражания, попросил есть, она же принесла ему другое, тоже сделанное из золота и сходное со съестным, а затем — снова. Когда же он рассердился и признался, что голоден, Пифополида сказала: «Но ведь ты разрушил все земледелие и ремесло. Ты приказывал выкапывать бесполезное золото, нисколько не полезное людям, если у них нет плодов, годных для посева и выращивания урожая». Будучи научен мудростью женщины, Пифей прекратил работу рудников и позволил гражданам обратиться к земледелию и другим ремеслам[1736]

43. Хрисамена

Когда ионийские колонисты, прибыв в Азию[1737], поселились в Эрифрах[1738], с ними начал войну Кноп из рода Кодридов[1739]. Бог повелел ему взять в качестве предводителя у фессалийцев жрицу Энодии[1740]. Он же послал послов к фессалийцам и объявил оракул бога, а те послали ему жрицу бога Хрисамену. Она, будучи сведуща в изготовлении зельев, взяв из стада самого большого и самого красивого быка, позолотила ему рога и украсила тело венками и вышитыми золотом пурпурными покрывалами, а после еды, подмешав возбуждающее зелье, дала ему съесть. Зелье и самого быка привело в бешенство и заставило впасть в экзальтацию вкусивших его мясо. Враги расположились лагерем против них, а она, поставив на глазах у врагов алтарь и все необходимое для жертвоприношения, велела привести быка. Бык же, обезумев от зелья и бешенства, вскочил и побежал с сильным ревом. Враги, видя быка с золотыми рогами, обвитого венками и несущегося на их лагерь от жертвенника противников, сочли это хорошим признаком и счастливым предзнаменованием и, собравшись, совершили жертвоприношение богам, и каждый охотно попробовал от мяса, получив по жребию часть как знак божества и божественного жертвоприношения. Тотчас же все войско лишилось рассудка от бешенства и безумия. Все, вскочив, придя в дурное состояние, подпрыгивая, оставили охранение. Видя это, Хрисамена велела, чтобы Кноп поспешно вооружил войско и напал на врагов, не способных защищаться. Таким образом, Кноп, уничтожив всех, овладел городом эрифрейцев, большим и процветающим[1741].

44. Поликлея

На беотийцев, которые в древности населяли Фессалию, пошел походом Эат, сын Федиппа, у которого была сестра Поликлея, оба из рода Гераклидов. Было предсказание, что править будет тот, кто из этого рода первым, перейдя Ахелой, вступит на вражескую землю. Войско собиралось перейти реку, Поликлея же, перевязав ногу, сказав, что поранила лодыжку, попросила брата Эата перенести ее через реку. Он же, ничего не подозревая, но желая услужить сестре, передал щит оруженосцам, а Поликлею, совершив молитву, охотно перенес через реку. Она же, оказавшись возле берега, поспев раньше, вышла и, повернувшись к брату, сказала: «Моя награда — царство, согласно предсказанию бога. Ведь я первой из всех вступила на землю». Эат, поняв обман, не рассердился, оценив же образ мыслей девушки, женился на ней, и, царствуя вместе, они родили сына Фессала, от которого и город[1742] назвали Фессалией[1743].

45. Леэна

Почему Аристогитон и Гармодий напали на тиранов, знает любой из эллинов[1744]. Была ведь у Аристогитона подруга по имени Леэна. Гиппий, схватив Леэну, пытал ее, чтобы она выдала соучастников заговора. Она же очень многое такое выдержала, побежденная же пытками, чтобы не проговориться, сама откусила себе язык. Афиняне, желая почтить гетеру, не поставили ее статую на Акрополе, но установили, изготовив животное, медную львицу[1745]. Если кто придет на Акрополь, то увидит в Пропилеях[1746] медную львицу, не имеющую языка, в память об этой истории[1747].

46. Фемисто

Фемисто, дочь Критона, сына Ойанта. Ее полюбил сын тирана Фрикодема[1748] Филон. Тиран требовал девушку для брака. Отец отказал. Тиран, схватив сыновей Критона, на глазах отца и матери бросил их голодным зверям, отобрав девушку, стал устраивать свадьбу. Фемисто, притворившись по необходимости, принесла меч под коротким хитоном и заснувшего в спальне жениха, наклонив его шею, легко пронзила так, что убиваемый даже не издал ни звука. Все это тайно совершив ночью, выйдя затем к морю и найдя легкое суденышко, дождавшись благоприятного ветра и отвязав канат, одна отправившись, отплыла в Гелику, город Ахайи[1749], где был священный храм Посейдона[1750]. К нему прибежала искать убежища как просительница. Фрикодем второго из сыновей, брата убитого, Гераконта, послал, чтобы потребовать девушку у геликей-цев. Те же выдали ее, когда же они отплыли, то сильный северный ветер прибил лодку к Риону в Ахайе, где им, причалившим к берегу, показались две гемиолии[1751] акарнанцев, враждебно настроенных по отношению к тирану, которые, привязав лодку, отвели ее в Акарнанию[1752]. Народ акарнанцев, узнав о совершившемся, пожалел девушку и, связав Гераконта, передал его ей. Тиран посылает к ней за сыном, она же обещала тогда вернуть сына, если тот вернет родителей, фрикодем, поверив, отослал к ней родителей, акарнанцы же, тем не менее, сильно пытая Гераконта, убили его. Фрикодема же спустя немного дней убили граждане. Жители же Гелики вскоре пострадали и сами и их город, когда произошло землетрясение[1753], а море вышло из берегов. Они сочли[1754], что случился гнев Посейдона, поскольку они выдали врагам просящую у него убежища девушку.

47. Феретима

Аркесилай, сын Батта, царя киренцев, свергнутый восстанием народа, был лишен власти[1755]. Мать же его Феретима, отплыв к царю Саламина на Кипре Эвельфонту, обратилась с мольбой, прося о союзе. Киприот оставил просьбу без внимания, до тех пор пока Аркесилай, имея в изобилии греческих союзников, вернувшись, захватив власть и сурово наказав нарушителей, был убит соседними баркейцами[1756]. Феретима не отчаялась от ужаса[1757], но, бежав к сатрапу Египта Арианду и предложив Камбизу некоторые благодеяния, собрав большие пешие и морские силы и напав на киренцев, стала неодолимой, так что и совершила правосудие за сына и вернула власть своему роду[1758].

48. Аксиотея

Аксиотея, жена Никокла, царя киприотов, когда многие пришли от царя Египта Птолемея, чтобы свергнуть его власть, и когда Никокл повесился, а его братья закололи себя, сама соперничала с погибшими в доблести. Созвав их сестер, матерей и жен, она уговорила их, что не остается более ничего, достойного их рода. Они же, убежденные ею, прочно закрыли ворота гинекея и, вскочив на крышу, когда сбежалось множество граждан, закололи детей, которых несли на руках. Огонь же поднялся над кровлями, одни закалывали себя мечами, другие же погибали, неустрашимо бросаясь в пламя. Аксиотея же была наилучшей предводительницей в этих ужасах. Ибо когда увидела, что все доблестно погибли, тогда и сама, установив меч, пронзив себя, бросилась в пламя, чтобы враги не завладели даже ее мертвым телом[1759].

49. Архидамида

Пирр Эпирот пошел войной на Лакедемон[1760]. Когда перед городом произошло большое сражение, лаконцы, отступив, решили переправить на Крит детей и женщин, самим же подвергаться опасности вплоть до победы или смерти. Архидамида, дочь царя Клеада[1761], ответила на это решение, что для лаконянок прекрасно умереть вместе с мужами или жить вместе с ними. И тогда они разделили между собой дела войны: насыпали вал, копали рвы, приносили оружие, точили копья, лечили раненых, так что и лаконцы, видя мужество женщин, стали более смелыми в борьбе и отразили Пирра.

50. Лаодика

Антиох, прозванный Богом, женился на Лаодике, сестре от того же отца, от которой у него родился сын Селевк[1762]. Второй раз он женился на Беренике, дочери царя Птолемея[1763], оставив от которой маленького сына[1764], умер, назначив наследником власти Селевка. Лаодика добилась, чтобы был убит ребенок, рожденный[1765] от Береники. Береника вышла к народу просительницей, прося сострадания и защиты от властей. Убившие же ребенка, привели к народу другого, очень похожего на него, как будто бы это был тот, поставив вокруг него царскую стражу. Беренике же приставили стражу из галатских наемников и дали место, наиболее укрепленное из царских укрепленных мест, и принесли клятвы, и заключили договоры. Когда с Береникой сожительствовал врач Аристарх и убедил ее согласиться на это, она поверила, а они, использовав в качестве стратегемы клятву, тотчас напав, убили Беренику. Женщины же, бывшие при ней в качестве щитоносцев, многие погибли. Панариста же, Мания и Гефосина, тайно предав земле тело Береники, выбрали вместо нее другую, как будто бы она еще жива и они лечат ее рану. И до такой степени они убедили подданных, что пришел получивший от них послание Птолемей, отец убитой, и, разослав послания от имени убитого ребенка и погибшей Береники, как бы еще живущих, он овладел землями от Тавра до Индии без войны и сражения, воспользовавшись стратегемой Панаристы[1766].

51. Феано

Феано, мать Павсания, когда Павсаний, уличенный в том, что предался персам[1767], бежал в качестве просителя в храм Афины Меднодомной[1768] (откуда не было права забирать молящегося), сама, придя раньше других, положила у дверей кирпич. Лаконцы, удивившись ее мужеству, а равно и мудрости, каждый приложил кирпич к дверям, так что произошли две вещи: и то, что молящегося не оторвали от алтаря, и то, что уничтожили предателя, загородив его стеной[1769].

52. Деидамия

Деидамия, дочь Пирра[1770], захватив Амбракию, решив наказать Птолемея, хитростью убившего Пирра, когда эпироты послали послов, постановила вести с ними войну за его наследство и почести предков. Получив клятвы, она была обманута, ибо некоторые из эпиротов, договорившись, послали Нестора из числа телохранителей Александра, чтобы ее убить. Он же возвратился обратно, устыдившись и будучи устрашен. Она же бежала в храм Артемиды Предводительницы, а Милон[1771], обвиненный в том[1772], что убил свою мать Филотеру, устремился на нее вооруженный. Она же воскликнула: «Убивший мать после убийства совершает убийство!»[1773] Ее, крикнувшую только это, Милон убил на священном участке бога.

53. Артемисия[1774]

1. Артемисия при Саламине сражалась на стороне Ксеркса. Эллины преследовали уже бегущих персов. Она же, уже почти захваченная, поручила эпибатам[1775] убрать с корабля персидские значки, а кормчему — напасть на проплывающий персидский корабль. Эллины, видя это и думая, что это один из союзнических кораблей, оставив ее, обратились против других. Артемисия же, избежав угрожающей ей опасности, ушла, отплыв в Карию[1776].

2. Артемисия, дочь Лигдамида, потопила союзный калиндийский корабль и триерарха Дамасифима[1777]. Царь послал ей в награду за храбрость греческую паноплию, а наверху флота — веретено и нити[1778].

3. Артемисия, снаряжая большие корабли, имела не только варварские, но и эллинские значки. Если она преследовала эллинский корабль, то поднимала варварский значок, если же ее преследовал эллинский корабль, то поднимала эллинский, чтобы преследователи удерживались от нападения на нее, как от нападения на эллинский корабль[1779].

4. Артемисия напала на Латм[1780], спрятав вооруженную силу, сама же вместе с евнухами, женщинами, флейтистами и тимпанис-тами удалилась в рощу Матери Богов, отстоящую от города на семь стадий, справляя праздник. Когда же латмийцы вышли, увидели ее благочестие и удивились, то спрятанные в засаде, поднявшись, захватили город, победив флейтами и тимпанами там, где не победили оружием[1781].

5. Артемисия, царствовавшая над Карией, вместе с царем Ксерксом сражалась против эллинов, так что царь дал ей и отличия за морское сражение у Саламина. И царь, видя, что в этих обстоятельствах[1782] морского сражения, что она мужественно сражается, а мужчины — робко, воскликнул: «О Зевс, ты сделал мужей женщинами, а женщин — мужами!»[1783]

54. Мания

Мания, жена Зенида[1784], архонта городов вокруг Дардана[1785], когда муж умер от болезни, сама взяла власть, имея союзником Фарнабаза[1786]. Сама же отправлялась в сражения на крытой повозке, отдавала приказы сражающимся и строила боевые порядки, и награды за победы по заслугам распределяла между воинами. Ни один враг не победил ее, Мидий же, взяв в жены ее дочь, казавшийся верным благодаря родству, тайно проникнув к ней, умертвил ее[1787]

55. Тиргатао

Тиргатао Меотянка[1788], была выдана замуж за Гекатея, царя синдов, которые обитают немного выше Боспора[1789]. Этого Гекатея, лишившегося власти, восстановил Сатир тиран Боспора и дал ему для брака свою дочь, потребовав убить прежнюю жену. Он же, сильно любя меотянку, не осмелился ее убить, но, заключив в укрепленную крепость, велел, чтобы она пребывала под стражей. Тиргатао же тайно бежала от стражников. Когда люди Гекатея и Сатира разыскивали ее с огромным усердием, ибо боялись, как бы она не подвигла меотов к войне, — то не могли найти, так как меотянка, передвигаясь по безлюдным и скалистым дорогам, днем скрываясь в лесах, а по ночам идя по дороге, наконец, пришла к так называемым иксоматам[1790], где были дворцы ее родственников. Отца она застала уже умершим, живя же с тем, кто унаследовал власть, подвигла иксоматов к войне. И подчинила многие из воинственных народов вокруг Меотиды, особенно же опустошила набегами Синдику Гекатея и разоряла владения Сатира, так что оба, послав масличные ветви, обитые белой шерстью и дав в заложники сына Сатира, Метродора, умоляли дать им мир. Она же заключила его, однако они, заключив договор, не соблюдали клятв, так как Сатир убедил двоих друзей, пришедших к нему с мольбой о защите, злоумышлять против нее. Они бежали, а Сатир требовал их выдачи. Тиргатао же, почитая закон об убежище, часто писала ему, требуя прощения молящим о защите. Те же напали на нее: один будто бы чтобы поговорить с ней о важных делах, а другой, в это время выхватив меч, но потерпел неудачу в своем замысле, так как ее пояс принял на себя удар[1791]. Копьеносцы, сбежавшись, пытали обоих, те же признали злой умысел, подобающий тирану. Тиргатао тотчас же предприняла войну, убив заложника и наполнив страну всеми ужасами грабежа и убийства, до тех пор пока сам Сатир не умер, впав в отчаяние, сын же его Горгипп, унаследовав власть, сам, придя в качестве просителя и дав ей величайшие дары, не прекратил войну[1792].

56. Амага

Амага, жена Медосакка, царя сарматов, простирающихся до Пон-тийского побережья, видя, что муж погряз в роскоши и пьянстве, сама часто вершила суд, сама же поставила и стражей страны, отражала набеги врагов и сражалась вместе с местными жителями, которым наносили обиду. И слава ее была блистательной среди всех скифов, так что и херсонеситы, живущие на Таврике, терпя бедствия от царя находившихся поблизости скифов, попросили у нее права стать союзниками. Она же вначале написала скифам, приказав удерживаться от нападений на Херсонес, когда Скиф это презрел, то, взяв сто двадцать человек наиболее сильных душой и телом, дав каждому по три коня, за одну ночь и один день проскакала тысячу двести стадий и, внезапно появившись перед царским дворцом, перебила всех, бывших перед воротами, а когда скифы были приведены в замешательство как бы неожиданным ужасом и считали, что пришли не столько, сколько они видели, но что их было гораздо больше, чем пришедших, Амага с теми, которых она имела, устремившись на дворец и напав на Скифа, и убив бывших вместе с ним родственников и друзей, вернула землю херсонеситам, сыну же убитого вручила царство, повелев править справедливо и удерживаться от нападений на живущих по соседству эллинов и варваров, видя кончину своего отца[1793].

57. Арсиноя[1794]

Арсиноя, когда умер ее муж Лисимах, а в Эфесе было большое волнение и сторонники Селевка[1795] разрушали стены и открывали ворота, положила в царские носилки служанку, надев на нее царское платье, и расставила вокруг многих из гипаспистов[1796], сама же, набросив рубище и надев запачканную маску, одна вышла в другую дверь и, бежав, на корабле отплыла. Менекрат, один из командиров, припав к носилкам, пронзил рабыню, думая, что убивает Арсиною[1797].

58. Кратесиполида[1798]

Кратесиполида, желая передать Птолемею Акрокоринф[1799], охраняемый наемниками, которые часто убеждали ее заботиться, чтобы это место охранялось, похвалив их как мужественных и верных, сказала, однако, что из Сикиона приглашены союзники, которые бы более надежно несли охрану вместе с ними. Открыто же она послала к сикионцам, а тайно — к Птолемею, и пришедших от него ночью воинов приняла как союзников, пришедших из Сикиона. Птолемей же захватил Акрокоринф без сопротивления охраняв-

59. Жрица[1800]

Этолийцы отправились в поход против пелленцев. Перед Пелленой есть высокий холм напротив акрополя, сойдя с которого, пелленцы вооружались. Жрица Афины, согласно некоему обычаю, имея в тот день паноплию и шлем с тройным султаном, самая красивая и величественная из девушек, взирала с Акрополя на множество вооруженных граждан. Этолийцы, видя вооруженную девушку, сошедшую с храма Афины, сочтя, что сама Афина пришла к пелленцам в качестве союзницы, повернули назад. Пелленцы же, преследуя, перебили немало этолийцев[1801].

60. Кинна[1802]

Кинна, дочь Филиппа, упражнялась в военном деле, предводительствовала войсками и сражалась с врагами. И сражаясь против иллирийцев, она, нанеся их царице[1803] смертельный удар в шею, сбросила ее с коня и перебила многих из обращенных в бегство иллирийцев. Выданная же замуж за Аминту, сына Пердикки[1804], и быстро его лишившись, она не стала пытаться вторично выходить замуж[1805], но, имея от Аминты одну дочь, Эвридику, и ее упражняла в военном деле. Когда Александр умер в Вавилоне, а диадохи изменили образ правления, она осмелилась перейти Стримон, а когда Антипатр этому препятствовал, то, оттеснив препятствующих, перешла реку и, победив выходящих навстречу, перешла Геллеспонт, горя желанием вступить в бой с войском македонян. Когда Алкета с войском выступил навстречу, македоняне, видя дочь Филиппа и сестру Александра, устыдившись, изменили свой замысел. Она же, браня Алкету за неблагодарность, не была устрашена ни множеством мужей, ни подготовкой оружия, но благородно вступила в сражение, предпочитая скорее погибнуть, чем увидеть род Филиппа, потерявшим власть.

61. Миста

Миста, жена Селевка по прозвищу Каллиник[1806], потерпевшего поражение возле Анкиры от галатов, захваченная врагами, сменив царскую одежду и одев лохмотья беднейшей рабыни, была продана среди пленных[1807]. Отвезенная же на Родос вместе с другими рабами, она открыла, кто она есть. Родосцы же, вернув купившему серебро в качестве выкупа и сильно заботясь о ней, отослали в Антиохию.

62. Эпихарида

Пизон и Сенека составили заговор против Нерона. Был у Сенеки брат Мела, который имел подругу Эпихариду. Эту Эпихариду Нерон как соучастницу тайного деяния жестоко пытал, она же все отрицала, никого не выдав. Нерон же велел пытать ее снова. После трех дней пыток Эпихариду везли в носилках, она же, распустив пояс, повесилась в самих носилках. Носильщики, оказзвшись возле пытавших, положив носилки, велели ей выходить. Тогда же было найдено ее мертвое тело, и тиран сильно досадовал, как бы будучи побежденным гетерой[1808].

63. Милетянка

В Милете девушек охватило безумное несчастье, ибо очень многие из них без какой-либо причины внезапно стали вешаться. Женщина-милетянка посоветовала пронести повесившихся обнаженными через агору. Таким образом, она силой удержала девушек, собиравшихся покончить с собой, ибо, не вынеся позора после смерти и процессии через агору, они удерживались от петли[1809].

64. Мелиянки

Мелосцы[1810] колонизировали Карию, имея предводителем Нимфея. Карийцы, населяющие Криасс, составив заговор против мелосцев, позвали их на общественный праздник. Карийская девушка, полюбив Нимфея, раскрыла злой умысел. Он же сказал карийцам, что у эллинов есть обычай идти на обед вместе с женщинами. Карийцы же велели вести и женщин, мелосцы же сами идут без оружия в одних гиматиях, а женщины, каждая спрятав на груди меч, сели каждая возле своего мужа. Когда во время пиршества они поняли замысел карийцев, то женщины все вместе разорвали на груди платье[1811], а мужчины, схватив мечи, напали на варваров и, умертвив всех, заселили их город и землю[1812].

65. Фокидянки

У фокидян и фессалийцев была непримиримая война[1813], так что и фессалийцы приняли постановление, чтобы не щадить никого из находящихся в цветущем возрасте, детей же и женщин обращать в рабство. Когда фокидяне намеревались броситься в сражение, фокидянки постановили: «Мы отправимся в большой лес. Если же узнаем, что наши мужья потерпели поражение, то сами вместе с детьми принесем огонь и сгорим, поджегши лес». Это решение женщин заставило фокидян более мужественно сражаться и победить в сражении[1814].

66. Хиосянки

У хиосцев была война с эрифрейцами[1815] из-за Левконии[1816]. Хиосцы, не будучи в состоянии противостоять врагам, постановили уйти, заключив договор, чтобы каждый имел по одной хлене[1817] и одному гиматию. Хиосские женщины негодовали, что, оставив оружие, отправятся в изгнание обнаженными[1818]. Когда же те дали клятву, женщины договорились никоим образом не оставлять оружия, но сказать, что у них есть обычай называть хленой копье, а хитоном — щит[1819]. Хиосцы были убеждены женщинами и, унеся оружие, стали страшны эрифрейцам.

67. Фасиянки

Фасосцы, будучи осаждены, желая противопоставить врагам машины внутри стен, нуждались в канатах, которыми имели обыкновение связывать машины. Фасиянки остригли головы, а женские волосы стали канатами для осадных машин[1820].

68. Арголидянки

Пирр Эпирот вторгся в Аргос, когда его призвал аргивянин Аристей. Аргивяне же сбежались на агору с оружием, а их женщины, схватив куски черепицы и бросая их сверху на эпиротов, заставили их отступить, так что и Пирр, самый ужасный из полководцев, сам погиб, когда на его голову упала глиняная черепица. Арголидянки же заслужили величайшую славу среди эллинов, когда воинствен-нейший Пирр был поражен не мужами, но женщинами Арголиды[1821].

69. Акарнанянки

Когда этолийцы долгое время воевали с акарнанцами[1822] и, наконец, из-за предательства вошли в город, мужчины храбро выстроились в боевой порядок против неожиданной опасности, а женщины, взобравшись на крыши, бросая, одни — камни, другие — глиняные черепицы, перебили многих из неприятелей. Мужчин же, уступавших и терпящих поражение, они, то ободряя, то браня, то умоляя, вернули обратно в сражение. Когда же затем, мужественно сражаясь, они погибли, то женщины так обхватили тела мужей, братьев или отцов, что их, обнимавших, враги, не сумев оторвать, перебили вместе с мужчинами[1823].

70. Киренянки

С киренцами воевал Птолемей. Они же, пригласив командиром Ликопа из Этолии[1824], вручили ему руководство всеми делами[1825]. В сражениях киренцы сражались впереди, а их женщины ставили частоколы, копали рвы, подносили снаряды, приносили камни, лечили раны, готовили пищу. Когда же мужчины потерпели поражение, а Ликоп переменил дела в сторону единовластия, они так злословили над монархом, что он, рассерженный, многих из них убил, добровольно смотря на резню[1826].

71. Лаконянки

Дочери лакедемонян вышли замуж за миниев, происходящих от аргонавтов. Они же, сделав единое государство, также стремились к царской власти. Им же препятствовали спартиаты, а дочери ****[1827].

Комментарии

Книга первая

Первая книга «Стратегем» Полиэна по включенным в нее историческим периодам является самой обширной; Полиэн начинает с мифологических времен и доводит повествование до конца V в. до н. э. Если попытаться расположить стратегемы в хронологическом порядке, что не всегда соблюдается Полиэном, картина греческой истории, представленная в данной книге, будет выглядеть так. Вначале автор повествует о деяниях богов — Диониса и Пана, затем переходит к временам героическим, описывая некоторые из подвигов Геракла и Тесея. Не мог Полиэн не коснуться и событий Троянской войны (1193-1183 гг. до н. э.), изложенных в поэмах Гомера «Илиада» и «Одиссея», а также в троянском цикле — это стратегемы Демофонта и Менелая. Спустя три поколения после Троянской войны, по преданию, происходит еще одно событие чрезвычайной важности — возвращение в Пелопоннес потомков Геракла, изгнанных оттуда царем Эврисфеем, которое отождествляется с приходом в Грецию дорийских племен. У Полиэна это довольно обширный блок стратегем: сюда относятся Кресфонт, Кипсел, Темен, Прокл и Кодр.

Следующий раздел охватывает историю ранней Спарты, начиная с законодательства Ликурга, обустроившего это государство. (Впрочем, если следовать логике Полиэна, о делах, так или иначе связанных с Пелопоннесом и Спартой — или местом действия, или действующим лицом, — должны повествовать стратегемы, начиная с Кресфонта и заканчивая Тиртеем, исключая разве что Фессала.) Борьба Спарты с Тегеей представлена стратегемами Элния и Акуэса, период Мессенских войн (VIII-VII вв. до н. э.) — Полидора и Тиртея. Хронологически этот блок должен заканчиваться рассказом о царе Клеомене, после чего Полиэн переходит к повествованию о другой области Греции — Аттике.

Аттическая тема начинается с военной хитрости последнего афинского царя Кодра, защитившего свою страну во время прихода Гераклидов, и Меланфа, приобретшего для Афин спорную территорию. Далее в четкой хронологической последовательности описываются вполне исторические события, датируемые концом архаической эпохи (VIII-VI вв. до н. э.) — деяния афинского законодателя Солона, последовавшая за ней тирания Писистрата, а также заговор Гармодия и Аристогитона, убивших одного из сыновей этого тирана.

Тему тирании продолжают Поликрат с острова Самос и Гистией из Милета, хотя последний хронологически относится уже к другой эпохе, классической (500-336 гг. до н. э.). Ранняя тирания на Сицилии представлена. стратегемами Гелона, Ферона и Гиерона.

Классическая эпоха начинается с греко-персидских войн (500-449 гг. до н. э.), во время которых эллинам удалось отстоять свою независимость перед лицом огромных сил Персидской державы. К этому времени относятся стратегемы Фемистокла, Аристида, Леонида и Леотихида. Борьбе с персами всю свою жизнь посвятил и Кимон. Однако мир в Элладе был недолгим: в 431 г. до н. э. начинается Пелопоннесская война между Афинским и Пелопоннесским союзами, закончившаяся в 404 г. до н. э. поражением Афин. Большинство оставшихся стратегем относится к событиям этого времени.

Так, первый период, войны (так называемая Архидамова война 431 — 421 гг. до н. э., во время которой спартанцы совершали регулярные опустошения территории Аттики, тогда как афиняне отсиживались за городскими стенами, полагаясь более на флот, чем на сухопутную армию) представлен рассказами о Перикле, Клеоне и Брасиде. Деятельность Никия относится как к этому периоду, так и к неудачной Сицилийской экспедиции 415-413 гг. до н. э., закончившейся разгромом афинского войска. Тогда же проявил себя и Алкивиад, бежавший из Сицилии в Спарту и посоветовавший спартанцам занять Декелею, небольшой населенный пункт на границе Аттики, и держать под контролем всю афинскую территорию. Совет был принят, и второй период Пелопоннесской войны получил название Декелейской войны (413-404 гг. до н. э.). Сюда относятся события, связанные с именами спартанца Лисандра и афинянина Конона. За пределами Пелопоннесской войны лежит повествование о Ксенофонте: он участвовал в знаменитом походе десяти тысяч греков, прошедших в 401 г. до н. э. через огромную территорию персидской державы.

Первая книга Полиэна охватывает широкий спектр военного развития древних греков. О микенском периоде эллины имели весьма слабое представление, они его знали хуже, чем мы сейчас. Именно поэтому у Полиэна действуют не колесницы, а всадники (I, 3, 3; 5). Лучше была известна эпоха Темных веков, в основном благодаря поэмам Гомера. Много места Полиэн уделяет в первой книге эпохе архаики (VIII-VI вв. до н. э.). В этот период происходит развитие фаланги тяжеловооруженных воинов-гоплитов, которая к VI в. до н. э. вытесняет с поля боя всадников и верховых пехотинцев. В V в. до н. э. греки столкнулись с Персией, армия которой была сильна своими пешими стрелками и всадниками. Это заставило эллинов сформировать свои отряды лучников и усилить конницу. В период Пелопоннесской войны, когда в армию стали привлекать более широкие слои населения и когда война стала более маневренной, гоплиты теряют часть элементов защитного вооружения, исключая щит и простой вид шлема. Подробнее о военном деле данных эпох см.: Pritchett W. К. The Greek State at War. Vol. I-V. Berkeley-Los Angelos, 1971-1991; Greenhalgh P. A. L. Early Greek Warfare: Horsemen and Chariots in the Homeric and Archaic Ages. Cambridge, 1973; Ducrey P. Guerre et guerriers dans Grece antique. Fribourg, 1985; Hanson V. D. The Western Way of War: Infantry Battle in Classical Greece. London, 1989.

Книга вторая

Данную книгу Полиэна можно условно назвать спартанской. Ее главные действующие лица — эта спартанские цари, военачальники и просто командиры, которые действуют в основном в первой половине IV в. до н. э. (гл. 1, 2, 6, 7, 9, 15, 16, 18, 19, 21, 22, 24, 25). Это был один из самых драматических периодов в истории Греции, ознаменованный кризисом полиса. Для этого времени были характерны борьба различных греческих государств за лидерство в Элладе, социальная нестабильность, распространение наемничества, вовлечение Персии в греческие дела. Эти факторы как нельзя ярче отразились в стратегемах, посвященным царю Агесилаю (гл. 1) — видному политическому деятелю этой эпохи, фигура которого является, по существу, центральной в данной книге и которому посвящено самое большое количество стратегем (33 пассажа). В его биографии мы и находим отражение основных событий эпохи.

После победы в Пелопоннесской войне (404 г. до н. э.) Спарта установила в Элладе свою гегемонию. Став царем, Агесилай уже в 396 г. до н. э. отправился в поход против персов в Малую Азию (гл. 1, 6; 8-9; 16; 26). Формально целью похода было освобождение греческих городов на малоазийском побережье от персидского господства, фактически же — подчинение их спартанскому влиянию. В 394 г. до н. э. в Греции не без помощи персов образовалась антиспартанская коалиция в составе Афин, Коринфа, Фив и Аргоса, что привело к началу Коринфской войны (394-386 гг. до н. э.). Агесилай опять находится в центре событий, он возвращается из Малой Азии в Грецию (гл. 1, 17; 24; 30; 33), где он одержал решительную победу над войсками коалиции в битве при Коронее в Беотии (гл. 1, 3; 5; 19; 23). Дальнейшие боевые действия были сосредоточены главным образом вокруг Коринфа. В 390 г. до н. э. Агесилай напал на этот город, но блестящая победа, одержанная афинским отрядом под командованием Ификрата над спартанцами, вынудила его отступить.

Положение Спарты, лишившейся военного флота и терпящей неудачи на суше, стало очень шатким; ей грозило поражение в войне. Но это не входило в планы Персии, которая стремилась сохранить в Греции выгодный для себя баланс сил. Поэтому, когда Спарта пошла на сближение с Персией, последняя оказала ей поддержку в деле заключения Анталкидова, или Царского мира, положившего конец Коринфской войне (386 г. до н. э.). Условия мира, согласованные со спартанским посольством, были продиктованы Персией всем прочим греческим государствам. Греческие города Малой Азии, за некоторым исключением, оставались под властью персидского царя, а в балканской Греции распускались все военно-политические союзы, прежде всего Беотийский. Единственной выигравшей от этого мира стороной из числа греческих государств оказалась Спарта, которая за счет персидской дипломатии добилась ослабления своих врагов и на некоторое время достигла в Греции лидирующего положения. Это позволило ей, в частности, в 382 г. до н. э. захватить Фивы и установить там олигархический режим.

Однако гегемония Спарты оказалась непрочной. Уже в 379 г. до н. э. спартанский гарнизон был изгнан из Фив, которые вновь обрели независимость и воссоздали распущенный Беотийский союз. (гл. 3, 1; 6; 4, 3) Этот союз фактически превратился в единое государство, а граждане всех вошедших в него городов могли участвовать в общебеотийском народном собрании, собиравшемся в Фивах и избирающем предводителей союза, беотархов.

В 378 г. до н. э. в нарушение Анталкидова мира в Афинах был создан II Афинский морской союз, а в 376 г. до н. э. афинянин Хабрий разбил спартанский флот у Наксоса. В 371 г. до н. э. в Спарте состоялся обще-греческий мирный конгресс с участием персидских послов. На нем была предпринята попытка возродить дух Анталкидова мира, но кончилась она неудачей. Достигнутое соглашение сохраняло существующее положение дел. Раздражение Агесилая вызвала независимая позиция фиванского лидера Эпаминонда, не желавшего идти на поводу у Спарты. В результате Фивам была объявлена война.

В 370-х гг. Агесилай руководит военными действиями спартанцев против Фив (гл. 1,2; 11; 12; 25; 5, 2). Последовавшее в 371 г. до н. э. вторжение спартанцев в Беотию обернулось для них грандиозным поражением в битве при Левктрах. В ней погиб один из спартанских царей, Клеомброт. Победа была одержана фиванцами благодаря применению новой военной тактики Эпаминонда (гл. 1, 13; 3, 2-3; 8-9; 12). По гегемонии Спарты в Греции был нанесен сокрушительный удар, возглавляемый ею Пелопоннесский союз распался, подвластные Спарте области, — Аркадия и Мессения, — провозгласили свою независимость. Перед самой Спартой нависла угроза иноземного вторжения.

В 370 г. до н. э. Эпаминонд со своей армией вступил в Пелопоннес (гл. 3, 4-5). Впервые за более чем 600 лет враг вступил в Лаконику (Plut. Ages., 31). Опустошая страну, он вплотную подошел к городу Спарте. Агесилай, заняв ключевые позиции в городе, не дал выманить себя на открытую битву (гл. 1, 15; 27; 29). Этим он спас положение. Эпаминонд, не имея достаточных сил и средств для долгого пребывания во вражеской стране, вынужден был отступить. Спасенная от полного разгрома, Спарта потеряла свое былое могущество. Крах политического могущества и общий кризис вызвали волнения в стране, вылившиеся в организацию мятежей и заговоров (гл. 1, 14).

После успешных походов Эпаминонда в Пелопоннес в Греции наступил период фиванской гегемонии. Полиэн рассказывает о трех главнейших персонажах этой эпохи: Эпаминонде (гл. 3), Пелопиде (гл. 4) и Горгиде (гл. 5), особенно подробно о первом (15 стратегем). Однако против Фив как сильнейшего греческого государства немедленно стали объединяться другие эллинские полисы. Стремление Фив стать лидирующей силой в Греции вызвало раздражение со стороны их главного союзника Афин, которые пошли на сближение с побежденной Спартой. Против усилившихся Фив также выступили отдельные города Ахайи, Аркадии и Элиды. Так постепенно складывалась антифиванская коалиция. В 362 г. до н. э. произошло очередное вторжение Эпаминонда в Пелопоннес (гл. 3, 10; 14; 9). Войска противников сошлись в знаменитой битве при Мантинее (гл. 32), расположенной в Аркадии. В сражении фиванцы снова одержали победу, но Эпаминонд был смертельно ранен и умер на поле битвы. Его гибель не позволила фиванцам воспользоваться плодами победы и вскоре они лишились всякого влияния за пределами Беотии. Однако Спарта, оправившись от поражений, так и не смогла восстановить прежнюю мощь и вернуть утраченное лидерство.

В период спартанской гегемонии армия Лакедемона была образцом для остальных греков, хотя она основывалась на традиционных архаичных принципах гоплитской фаланги и фронтальной атаке, в которой спартанцы были особенно сильны. Однако новые тенденции пробивали себе брешь и в стене лаконского консерватизма: появляются продромы, которые выполняют функции пельтастов, воинов с вооружением средней тяжести, шире используется конница. Организация беотийской армии, противницы Спарты, также была консервативна и базировалась на принципах глубоко построенной фаланги, главную роль в которой играл регулярный Священный отряд фиванцев. Однако Беотия традиционно была сильна своей конницей, которую для успешных действий против вражеских всадников часто смешивали со специальными пехотинцами-гамиппами. Сила же беотийской армии заключалась в способных военачальниках (главным образом, в Эпаминонде), которые смогли перейти к новой тактике, к неравномерному распределению воинов в строю и выдвижении ударного фланга вперед. Подробнее о военном деле этой эпохи см.: Stein H. С. Das Kriegswesen der Spartaner. Nach den Quellen dargestellt. Konitz, 1863; Stehfen H. De Spartanorum re militari. Dissertatio inauguralis philologica. Gryphiswaldiae, 1881; Salmon P. L'Armee federale des Beotiens // L'Antiquite classique. T. 22. 1953. P. 347-360; Anderson J. K. Military Theory and Practice in the Age of Xenophon. Berkeley-Los Angeles, 1970; Lazenby J. F. The Spartan Army. Warminster, 1985; Sekunda N. V. The Ancient Greeks (Elite Series 7). London, 1986; idem. The Spartan Army (Elite Series 66). Oxford, 1998.

Спартанские сюжеты первой половины IV в. до н. э. в этой книге Полиэна логически переходят на другие темы из лаконской истории: переселение дорийцев (гл. 12), вытеснение ими ахейцев, которые, в свою очередь, идут на территорию Ахайи (гл. 37), стратегема родоначальника одной из двух спартанских царских династий Еврипонта (гл. 13), война с мессенцами, показанная посредством образа предводителя последних Аристомена (гл. 31, 2-4), деятельность должностных лиц, эфоров, на благо государства (гл. 14).

К теме спартанской истории примыкают и сюжеты, связанные с деятельностью лаконских полководцев на службе у иностранных государств или монархов (гл. 11, 20, 17, 29, 31, 1).

Не осталась в стороне во второй книге и, очевидно, любимая Полиэном тема — тема тирании. Тут в основном, описываются неблаговидные поступки по захвату и удержания власти (гл. 30, 34). Хотя данные сюжеты во второй книге представлены намного беднее, чем в других книгах «Стратегем».

Отдельной небольшой темой в книге являются деяния военачальников в эпоху эллинизма, в частности, в III в. до н. э. (гл. 27-29, 36). Эта тема, в свою очередь, объединяется со спартанской тематикой фигурой кондотьера Клеонима (гл. 29).

Таким образом, центральной темой книги являются события, посвященные Спарте, а среди них, в свою очередь, надо выделить стратегемы, посвященные Агесилаю. Большинство других сюжетов в книге идейно связано с основной темой (А. И. Климин, А. К. Нефёдкин).

Книга третья

Третья книга «Стратегем» посвящена, главным образом, деяниям афинских полководцев первой половины IV в. до н. э. — времени существования второго Афинского морского союза. Свою первую морскую империю — первый Афинский морской союз Афины утратили после Пелопоннесской войны (404 г. до н. э.). В то время как Спарта собирала дань с бывших афинских союзников, главной идеей внешней политики Афин этого времени стало восстановление афинской морской державы. Первая попытка восстановления афинской морской державы — это время командования Конона, использовавшего в целях борьбы со Спартой силы персов. Эстафета была подхвачена Фрасибулом, а потом Ификратом, Тимофеем и Хабрием, добившимися целого ряда славных побед, завершившихся в начале 377 г. до н. э. обращением Афин ко всем противникам спартанской гегемонии с предложением объединиться в союз. Со своей стороны, афиняне (в отличие от ситуации в первом Союзе) обещали не вмешиваться во внутренние дела союзников и не требовать денежных платежей, кроме взносов, назначенных союзным советом. Афины претендовали на военное командование и заведование казной. И в 377 г. до н. э. второй Афинский морской союз был создан. От первого Союза он отличался также и более скромными размерами. Во времена расцвета в состав второго Союза (или третьего, как считают те, которые выделяют военные экспедиции Конона и Фрасибула в качестве отдельного этапа) входило около 70 государств: Фивы, города Эвбеи, греческие города Фракийского побережья, острова центра Эгейского моря и некоторые приморские области на западе Балканского полуострова. Вербовка членов производилась в добровольно-принудительном порядке афинской военной эскадрой. Знаменитые битвы времени второго Афинского морского союза — главным образом, битвы с лакедемонянами и их союзниками (в состав старейшей греческой симмахии — Пелопоннесского союза, основанного ок. 550 г. до н. э., входили государства Пелопоннеса, кроме Ахайи, Аргоса и Коринфа, а также Мегары и Эгина) — связаны с именами великих афинских полководцев, военные хитрости которых описаны в этой книге «Стратегем» (Ификрат — гл.9, Тимофей — гл.10, Хабий — гл.11, Харес — гл.13, Харидем — гл.14), которых Корнелий Непот называет «последним поколением победоносных афинских полководцев» (Nep., 13, 4) и на веку которых началась и закончилась история этого Союза. В 354 г. до н. э. истощенные военными издержками афиняне вынуждены были принять ультиматум персидского царя Артаксеркса III Оха, вступившего на престол в 358 г. до н. э., и отозвать свои корабли от берегов Азии. Удерживать союзников стало невозможно, и они стали отпадать один за другим, пока не остались лишь Эвбея и мелкие острова Эгейского моря. Так идея великой державы рухнула, и весь греческий мир вступил в последний период своей свободной истории перед подчинением македонским правителям.

Что касается войска того времени, то на смену традиционному гражданскому ополчению, действовавшему еще во время Пелопоннесской войны, приходит новый военный институт — наемничество. После Пелопоннесской войны в большом количестве появились люди, свыкшиеся уже с военным образом жизни и готовые зарабатывать на жизнь войной. Они отправлялись на службу к тому или иному полководцу. Наемничество было известно и в более ранние времена (так, в VII в. до н. э. Архилох отправился на остров Фасос в качестве наемника). Однако в IV в. до н. э. это явление становится массовым. В. качестве наемников многие греки сражались у персов. В Греции же, напротив, во время Коринфской войны (394-387 гг. до н. э.) афиняне обратились к помощи наемников, и афинский гарнизон в Коринфе состоял не из граждан-ополченцев, а из наемных воинов. Те афинские полководцы первой половины IV в. до н. э., о которых пойдет речь в этой книге, — Тимофей, Хабрий, Ификрат, Харес — прославились прежде всего, как командиры наемников. Они, став благодаря этому независимой силой (ср.: Demosth., XIII, 22), вмешиваются в политические дела различных государств (так, например, афинский полководец Харет (гл. 13) в 356 г. до н. э. во время Союзнической войны, не получая средств на жалованье для своих воинов, вместо того чтобы идти против Хиоса, Родоса и Византия, как ему было поручено, отправился помогать сатрапу Фригии Артабазу). Кроме того, на рубеже V-IV вв. до н. э. открываются новые способы ведения войны, как это продемонстрировала морская экспедиция Фрасибула. Флот афинского стратега занимался настоящим грабежом, самостоятельно добывая средства на свое существование; вождь и подчиненные ему командиры имели возможность удерживать у себя значительную часть добычи и чувствовали себя весьма независимыми. В Афинах посыпались обвинения в лихоимстве в адрес Фрасибула и его командиров, поэтому они были отстранены от должности и призваны к ответу; лишь гибель Фрасибула во время очередного грабительского рейда весной 389 г. до н. э. избавила его от участи подсудимого. О наемниках этой эпохи см.: Маринович Л. П. Греческое наемничество IV в. до н. э. и кризис полиса. М., 1975.

Книга четвёртая

Четвертая книга сочинения Полиэна заключает в себе стратегемы, имеющие отношение к историческим персонажам, так или иначе связанным с Македонским царством: в ней содержатся стратегемы как собственно царей Македонии, так и македонских полководцев, а также тех правителей, державы которых образовались на обломках мировой империи Александра Македонского. Если древнейший период истории Македонии, ознаменованный становлением государственности македонян, здесь представлен Аргеем (VII в. до н. э.), одним из первых македонских царей (гл. 1), то указанные Полиэном стратегемы Пердикки III (ок. 365-359 гг. до н. э.) относятся ко времени, когда Македония уже представляла собой значительную силу на севере Балканского полуострова, хотя пока еще и не столь мощную, как немногим позднее (гл. 10). Большое место в сочинении Полиэна уделено Филиппу II (359-336 гг. до н. э.), выдающемуся македонскому царю, при котором Македония достигла небывалого в своей истории внутреннего и внешнего могущества: укрепив свое царство изнутри благодаря проведенным реформам, Филипп в то же самое время подчинил или сделал зависимыми от Македонии ее северных соседей, а также в ходе упорной борьбы заставил республики Греции признать над собой верховенство македонской монархии, поставив таким образом предел греческой свободе (гл. 2). Однако самый значительный блок стратегем, представленный в этой части труда Полиэна, связан с гениальным сыном Филиппа II, великим царем-завоевателем — Александром Македонским (336-323 гг. до н. э.), в результате знаменитых походов которого древневосточный мир, объединенный в Персидском царстве, пал под натиском македонской армии, а на месте империи Ахеменидов была создана мировая держава, подобной которой человечество еще не знало; с походами Александра началась новая эпоха в истории античности — эпоха эллинизма (334-31 гг. до н. э.) (гл. 3). К периоду эпохи эллинизма, так называемому периоду диадохов (323-281 гг. до н. э.), наступившему вслед за смертью великого македонского царя и отмеченному ожесточенной борьбой, которую вели между собой полководцы Александра за наследство своего бывшего монарха, относятся приводимые Полиэном стратегемы Антигона I Одноглазого (гл. 6, — 4-16, 19), Деметрия Полиоркета (гл. 7), Эвмена Кардийского (гл. 8, 2-5), Селевка I Никатора (гл. 9, 1-5), Кассандра (гл. 11), Лисимаха (гл. 12), Полисперхонта (гл. 14) и Птолемея I Лага (гл. 19). В свою очередь, следующий период эпохи эллинизма, период так называемых эпигонов (281-31 гг. до н. э.), когда на руинах державы Александра окончательно сложился ряд более или менее крупных государственных единиц, территориальных монархий, в течение достаточно длительного времени определявших собой политическую реальность во всем этом обширном. регионе, представлен у Полиэна именами таких исторических деятелей, как Антигон II Гонат (гл. 6, 1-3, 17-18, 20), Эвмен II Пергамский (гл. 8, 1), Селевк II Каллиник (гл. 9, 6), Антиох I Сотер (гл. 15), Антиох II Теос (гл. 16), Антиох Гиеракс (гл. 17), Филипп V (гл. 18), Аттал I Сотер (гл. 20) и Персей (гл. 21). При этом находящаяся в заключении стратегема последнего напрямую связана с событиями, приведшими к крушению Македонского царства (168 г. до н. э.), которое первым из эллинистических государств было вынуждено подчиниться новой могучей силе античного мира — Риму.

Еще в классическую эпоху греческой истории в Македонии, как и в соседней Фессалии, на поле боя господствовали всадники. Это приблизительно соответствовало уровню развития военного дела в Греции эпохи архаики. Заслуга Филиппа II состояла в том, что он, используя греческих военных специалистов, создал в Македонии регулярную армию. Основу ее составляла знаменитая македонская фаланга (гл. 2, 10); главной атакующей силой являлась тяжеловооруженная конница гетайров; немаловажную роль играли также щитоносцы-гипасписты, пехотинцы, представлявшие собой гвардию македонского царя. Принципы, заложенные Филиппом, развил его сын и преемник Александр Македонский, который довел до совершенства взаимодействие разных родов войск на поле боя (в частности, гл.3, 22). При этом весьма важно то, что уже на втором этапе азиатского похода Александра в его армию были включены восточные контингенты (гл. 3, 24) — это ознаменовало собой начало эпохи эллинизма в военном деле. Диадохи, а затем эпигоны имели весьма сложную военную структуру, состоявшую из греко-македонских элементов (военные поселенцы, гвардейские части, милиция полисов) и элементов восточных (поместная конница, отряды мегаристов, слонов, серпоносных колесниц, провинциальная милиция). Однако эта сложная и во многом рыхлая система, встретившись с римской военной организацией, не выдержала столкновения и в конце концов потерпела крах. Литературу об армии Филиппа II и Александра Македонского см. в прим. 20 и 69. Подробно об эллинистических армиях см.: Launey M. Recherches sur les armees hellenistiques. T. I-II. Paris, 1949-1950; Bar-Kochva B. The Seleucid Army: Organisation and Tactics in the Great Campaigns. Cambridge, 1976; Head D. The Armies of Macedonien and Punie Wars, 359 ВС to 146 ВС. Goring-by-Sea, 1982.

Книга пятая

Главной темой пятой книги «Стратегем» является тирания на Сицилии. Книга представляет собой ценный литературный источник по возникновению тирании в греческих колониях в Сицилии, начиная с Панеция из Леонтин (гл. 47), пришедшего к власти в 608 г. до н. э. и заканчивая Сосистратом из Сиракуз (гл. 37) в Сиракузской державе. Прежде всего, речь идет о двух тиранах Сиракуз V-IV вв. до н. э. — отце и сыне Дионисиях (гл. 2). Полиэн рассказывает о внутриполитической обстановке, приведшей к власти Дионисия Старшего (гл. 2), его окружении (гл. 7, 46), о внешних врагах, с которыми сталкивались Сиракузы, прежде всего, повествуется о войнах с Карфагеном (всего их было четыре). Дионисий Старший принимал участие в Первой и Второй Карфагенской войне. В связи с этим Полиэн дает нам ценные сведения о противниках Дионисия — военачальниках карфагенской армии (гл. 9, 10, 11). Аналогичные сведения можно почерпнуть о другом сиракузском тиране — Агафокле (гл. 3, 15, 37). На примере тирании в Сицилии можно выявить причины возникновения такого государственного устройства. Во-первых, тирания возникла в колониях, которые не обладали крепостью полисного устройства, во-вторых, колонисты постоянно испытывали давление со стороны местных племен. В своем правлении тираны опирались на бедные слои населения и боролись с властью олигархов, однако только затем, чтобы править единолично, иногда проявляли себя со всей жестокостью (гл. 1). Еще одной характерной чертой тирании в Сицилии, было использование наемников, прежде всего, для личной охраны и поддержания власти тирана.

Помимо сицилийских тиранов, Полиэн рассказывает и об афинских (гл. 14, 45), но приводит слишком мало сведений, дающих представление скорее о личностных качествах, чем о правлении.

Касаясь Понтийского (Черноморского) региона, Полиэн продолжает тему тирании в рассказе об осаде Феодосии боспорцами (гл. 23).

В данной книге основными военными сюжетами являются сицилийские и карфагенские. Эвбейские колонисты во второй половине VIII в. до н. э. принесли с собой на Сицилию господство всадников в политической и военной сфере (гл. 47). Дополнительный импульс развитие конницы получило от благоприятных природных условий. Конница оставалась сильной у сицилийских греков и в V-IV вв. до н. э. Наряду со всадниками, значительно большую роль в армии, нежели у материковых эллинов, у сицилийцев играли легковооруженные воины, а островное положение заставляло их заботиться о флоте. Карфагеняне были постоянными противниками греков на Сицилии, куда они посылали многочисленные экспедиционные армии. В последних большую роль играли не только собственно пунийские силы, но и наемники, которых не жалели и бросали в самое пекло. Карфагеняне вплоть до первой половины III в. до н. э. не имели развитой конницы, функции которой исполняли колесницы. В этот же период они стали применять и боевых слонов, употребление которых они, по-видимому, заимствовали от Пирра. Пехота, тяжелая и легкая, была также достаточно многочисленной и приспособленной к сражениям на сицилийской территории. Об армиях см.: Gsell S. Histoire ancienne de l'Afrique du Nord. T. II. Paris, 1928. P. 363-412; Parke H. W. Greek Mercenary Soldiers from the Earliest Times to the Battle of Ipsus. Oxford, 1933. P. 63-72; Griffith G. T. Mercenaries of the Hellenistic World. Cambridge, 1935. P. 207-211; Connolly P. Greece and Rome at War. London, 1998. P. 148-152; Head D. Armies of the Macedonian and Punic Wars 359 ВС to 146 ВС. Goring-by-Sea, 1982. P. 12, 33-36, 54-55.

Книга шестая

В шестой книге Полиэна особое значение имеет тема греческой тирании как ранней (гл. 45, 47, 50, 51), так и позднегреческой (IV в. до н. э.) (гл. 1, 2, 9, 12, 46) и эллинистической (гл. 7, 49); причем для автора характерна крайне негативная позиция в отношении тиранов, образы которых используются им для демонстрации крайней жестокости и беспринципности. Значительное место занимают образы греческих политиков и полководцев эллинистического времени Арата, Филопемена и Пирра (гл. 4, 5, 6, 46). Часть сюжетов взята из истории греческой колонизации (гл. 22, 24, 25, 45, 53), а также — из истории Пелопоннесской войны (гл. 19, 20, 21, 23, 27). В книге широко представлена и карфагенская тема (гл. 38, 41). Наряду с описанием военных хитростей, политических интриг и переворотов, можно найти описание технических новшеств (например гл.3, 17), а также — занимательные приключенческие рассказы (гл. 8, 52, 54). Рассказы Полиэна в значительной степени основаны на традиции Диодора и Плутарха, а также — Павсания и Юстина. Некоторые сюжеты взяты из Геродота, достаточно многие — из Фукидида и Полибия. Некоторые рассказы Полиэна явно нетрадиционны и показывают использование автором другой, возможно, даже неизвестной нам традиции.

В данной книге «Стратегем» Полиэн представляет нам довольно пестрый набор сведений о военном деле различных регионов и периодов, из которых следует выделить фессалийскую и эллинистическую греческую тему. В Фессалии, которая отставала по своему развитию от основных греческих областей, еще в IV в. до н. э. на поле боя господствовала аристократическая конница, тогда как гоплиты и пельтасты, хотя и были более многочисленными, но составляли вспомогательные войска. В III в. до н. э. эллины все более воспринимали вооружение кельтского типа: большой вытянутый щит и преимущественно метательное копье, которые сменили у гоплитов их традиционное оружие: круглый щит и колющее копье. Однако и этот набор оружия сменялся в последней трети III в. до н. э. на передовое для эллинов того времени вооружение македонской фаланги (гл. 4, 3). Конница в этот период также становится атакующей по фессалийско-македонскому образцу. Существуют и еще более распространяются нетипичные для греков рода войск: «скифы» — конные лучники, тарентинцы — конные дротикометатели. Об армиях этого периода см.: Griffith G. Т. The Mercenaries of the Hellenistic World. Cambridge, 1935; Head D. Armies of the Macedonian and Punic Wars 359 ВС to 146 ВС. Goring-by-Sea, 1982. P. 8-11, 19-20, 45-50; Speidel М. P. The Rise of the Mercenaries in the Third Century // Tyche. Vol. 2. 1987. P. 191-201.

Книга седьмая

Седьмая книга «Стратегем» Полиэна посвящена восточным народам: персам, мидянам, лидийцам, египтянам и другим. Центральное место в ней занимает рассказ о возникновении и расцвете одной из величайших держав в истории древнего мира — Ахеменидской империи, названной так по имени родоначальника царского дома — Ахемена. В начале своего повествования Полиэн дает исторические сведения о народах, впоследствии вошедших в Ахеменидскую державу (гл. 1, 2, 3). Просуществовав более двух веков, Персидская держава оказала огромное влияние на исторические судьбы народов Передней Азии и северо-восточной Африки. Придя к власти в 558 г. до н. э., основатель державы Кир II, уже в 553 г. до н. э. начал проводить активную внешнюю политику: освобождение персов от власти Мидии и покорение последней (гл. 6) укрепило позиции персидского государства. Усиление нового государства обеспокоило ее западных соседей, которые создали антиперсидскую коалицию. Однако из-за внутренних противоречий им не удалось осуществить согласованного выступления, и активные действия против персов предпринял только лидийский царь Крез (гл. 8), но он потерпел поражение. Подчинив почти всю Малую Азию, Кир выступил против Вавилона (гл. 6), Сирии, Палестины, Финикии, но позднее, в 530 г. до н. э., в походе против массагетов Кир погиб. Камбиз продолжил захватническую политику своего отца и покорил Египет (гл. 8), основав XXVII династию фараонов. После загадочной смерти Камбиза к власти в Персии пришел представитель младшей ветви рода Ахеменидов — Дарий (гл. 10). К этому времени народы, покоренные Киром и Камбизом, восстали и Дарию пришлось их снова покорять. Им были предприняты походы на Вавилон в 522 г. до н. э. (гл. 13), он воевал с сакскими племенами (гл. 11, 12), усмирял недовольство в Египте (гл. 11), однако предпринятый им поход против скифов (гл. 11) не увенчался успехом. После смерти Дария в 486 г. до н. э. к власти в Персии приходит Ксеркс, который возглавил поход в Элладу (гл. 15). Ко второй четверти IV в. до н. э. персидская империя ослабла.

Центральным сюжетом книги является мятеж сатрапов, вошедших в историю, как «Великое восстание сатрапов» (367-359 гг. до н. э.). Рассказывая об этом знаменательном событии, Полиэн упоминает почти всех его участников (гл. 14, 21, 23, 26, 27, 29). Восстание удалось подавить, однако оно выявило противоречия между сатрапами, желавшими отложиться от державы Ахеменидов, и Царем царей, которые изнутри подтачивали государство персов.

Иными темами, затронутыми Полиэном, является жизнь фракийских племен (гл. 22, 25, 31, 32, 43), Боспорского царства (гл. 36), а также события, участие в которых принимали не отдельные исторические личности, а целые народы (гл. 41-50).

Как уже отмечалось, центральный сюжет седьмой, варварской, книги «Стратегем» Полиэна — персы Ахеменидской эпохи и их военное дело. Империя имела сложную военную структуру. Царь царей располагал большой гвардией, ядром которых являлся отряд «бессмертных» и конница «царских родственников». Сатрапы являлись руководителями военных сил, которые набирались в их провинциях: поместная конница, племенные ополчения, отряды серпоносных колесниц. Кроме того, у наместников были и свои гвардии, состоявшие в V-IV вв. до н. э., в западных сатрапиях, главным образом из греческих наемников. Флот поставляли прибрежные народы: финикийцы, киприоты, греки Малой Азии и т. д.Армия империи достигала по античным меркам гигантских размеров и была, в целом, плохо организована и спаяна, каждый воевал со своей тактикой и национальным вооружением. Персидская пехота строилась в линию, прикрытую спереди большими плетеными щитами, из-за которых лучники (основной вид пехоты) вели интенсивный огонь. Конница стояла на флангах и была атакующим родом войск. Всадники имели на вооружении лук и метательные копья. Подробнее о персидской армии Ахеменидской эпохи см.: Bittner S. Tracht und Bewaffnung des persischen Heeres zur Zeit der Achaimeniden. Munchen, 1985; Head D. The Achaemenid Persian Army. Stockport, 1992; Sekunda N. V. The Persian Army 560-330 ВС. London, 1992.

Вторым народом, представителям которого уделено большое внимание в данной книге, являются фракийцы. Фракийцы выступали на войну племенным ополчением, которое было вооружено традиционным оружием: кожаным щитом-пельтой и легкими копьями или дротиками. Такое оружие имели как пехотинцы, так и всадники. Тактика их была соответствующей: атака — метание — отступление, в целом, — изматывание врага своими налетами. Эти ополченцы были хорошо приспособлены действовать на пересеченной территории, однако и на ровной местности они могли образовывать определенный строй и успешно отбиваться даже от всадников. Подробнее см.: Фол А. Тракийско военно изкуство. София, 1969. С. 34-64; Best J. G. P. Thracian Peltasts and Their Influence on Greek Warfare. Groningen, 1969; Warry J. Histoire des guerres de l'Antiquite. Bruxelles, 1981. P. 50-51.

Книга восьмая

Интересна подборка рассказов Полиэна в данной книге. Значительная часть ее посвящена женским образам (гл. 25-71). Из римских персонажей большое значение имеют правители, связанные с основанием Рима, эпохой царей и ранней Республики: Амулий и Нумитор (гл. 1, 2), Ромул (гл. 3), Нума Помпилий (гл. 4), Тулл Гостилий (гл. 5), Тарквиний Гордый (гл. 6), Муций Сцевола (гл. 8). С ней же связаны и главы о Филотиде и Клелии (гл. 30, 31), а также — главы 7 и 25. Из более позднего периода Полиэн обращается к образам крупнейших полководцев эпохи Пунических войн (гл. 11, 12, 14, 15, 16, 20, 21), особенно подробно останавливаясь на полководческой деятельности Фабия Максима (гл. 14) и Сципиона Старшего (гл. 16), а также — эпохи гражданской войны: Мария (гл. 10), Суллы (гл. 9), Сертория (гл. 22) и особенно — Юлия Цезаря, которому посвящена самая большая глава книги (гл. 23). Имеются главы, посвященные Августу (гл. 24) и дочери Катона, Порции (гл. 32). Из войн Рима Полиэна особенно интересуют тема войн с этрусками (гл. 3, 7, 8, 25), кельтами (гл. 7, 23, 25) и германцами (гл. 10, 23, 24). Довольно значительно присутствие персидской и парфянской тематики (гл. 27, 29, 42, 47, 53, 54). С историей кочевников связаны истории скифской царицы Томирис (гл. 28), цариц Амаги (гл. 56) и Тиргатао (гл. 55), последние — одни из самых больших в книге. Полиэн также посвящает главы образам легендарных цариц древности — Семирамиды (гл. 26), Родогуны (гл. 27) и Нитетис (гл. 29). Многие важные исторические события в этой части труда Полиэн объясняет именно ролью выдающихся женщин (например, гл.25, 29, 33, 35, 37, 38, 41, 44, 45, 49, 50, 55, 56, 64, 68). Значительное число сюжетов, связанных именно с женскими образами, отражает историю колонизации Малой Азии (гл. 35, 36, 37, 43, 63, 64, 66) и Кирены (гл. 38, 41, 47, 70). Несколько сюжетов взяты из классической греческой истории (гл. 45, 51, 53, 59), а также — из эллинистической эпохи, особенно связанные с Пирром (гл. 49, 52, 68) и Птолемеем I (гл. 48, 58). Из эллинистической истории многие сюжеты посвящены времени диадохов (гл. 48, 52, 57, 58, 60) и позднего эллинизма (гл. 39, 50, 61).

Другая тема, интересующая Полиэна, — тема борьбы с тиранией (гл. 1, 2, 38, 39, 41, 45, 46, 55, 62), причем здесь можно найти очень яркие образы, подобные образам Аретафилы (гл. 38), Каммы (гл. 39), Леэны (гл. 45), Эпихариды (гл. 62). В книге присутствуют разного рода приключения, чудесные спасения, победы, связанные с доблестью женщин. Во многом рассказы Полиэна составлены в духе традиции Плутарха, на которую и опирается Полиэн. Традиция Плутарха в значительной степени отражает и выбор персонажей Полиэном. Вместе с тем у Полиэна имеются и другие источники: ряд сюжетов взят у Геродота, Диодора, Полибия, некоторые из них перекликаются с сообщениями Аппиана и Юстина. В римской части сюжеты Полиэна основаны на традиции, идущей от Цезаря, Тита Ливия, Плутарха и Аппиана, а также — Светония Транквилла. Некоторые сюжеты Полиэна нестандартны, что может указывать на другие неизвестные нам источники или переработку традиции.

В данной книге Полиэна перед нами проходит значительная часть военной истории Древнего Рима. Здесь мы видим военное дело раннего Рима с его центуриатной военной организацией (гл. 3, 2); эпоху манипу-лярной тактики, время реформирования Г. Марием армии и переход к новой организации войска; легионы Цезаря и создание регулярной армии в эпоху принципата Августа. Подробнее о римской армии этих эпох см.: Токмаков В. Н. Военная организация Рима ранней республики (VI-IV вв. до н. э.). М., 1998; Parker H. M. D. Roman Legions. Oxford, 1928; Har-mand J. L'Armee et le soldat a Rome de 107 a 50 avant notre ere. Paris, 1967; Webster G. The Roman Imperial Army of the First and Second Centuries A. D. London 1969; Keppie L. Making of the Roman Army, from Republic to Empire. Totowa, 1984; Le Bohec Y. L'armee romaine sous le haut-empire. Paris, 1989; Goldsworthy A. K. The Roman Army at War 100 ВС — AD 200. Oxford, 1996.

Приложение: Анонимное сочинение «Находчивые и мужественные в военных делах женщины»

Введение

К восьмой книге «Стратегем» Полиэна логически примыкает анонимное сочинение, озаглавленное в манускрипте «Находчивые и мужественные в военных делах женщины». Эта схожесть произведений заметна как по сюжетам, так и по методам работы обоих авторов. Кроме того, сочинение анонима и восьмая книга «Стратегем» объединены общими героями, а точнее, героинями: Семирамидой (Polyaen., VIII, 26), Родогуной (VIII, 27), Томирис (VIII, 28) и Феретимой (VIII, 47).

Все пассажи анонима объединены общей темой, женских деяний. В выборе темы и отборе материала автор стоит ближе к работам Плутарха из корпуса «Моралий», чем к авторам пестрых записок, таким как Элиан, Авл Геллий, Афиней и другие. Причем поступки женщин, с нашей точки зрения, в значительной степени являются хитроумными и неожиданными, а не мужественными. К первой категории мы можем отнести деяния сакской царицы Зарины, вавилонянки и египтянки Нитокрис, спартанки Аргеи, лидянки Лиды, киреянки Феретимы, милетянки Фаргелии, тогда как мужественными женщинами можно посчитать ассириянку Семирамиду, финикиянку Эллису, персиянок Атоссу и Родогуну, массагетку Томирис, галикарнассийку Артемисию и галатку Ономарис. Автор отобрал для своей работы только женщин, которые или сами правили (Семирамида, Зарина, обе Нитокрис, Атосса, Родогуна, Фаргелия, Томирис, Артемисия), или были матерями или сестрами монархов (Аргея, Элисса, Лида, Феретима), за исключением Ономарис, которая, однако, принадлежала к знатным галатам. Причем из 14 сюжетов только четыре основаны на греческом материале (§ 5; 10; 11; 13). Видимо, это не случайно, поскольку в литературе о примечательных деяниях женщин можно было найти больше восточного, нежели эллинского материала. Причем автор отображает именно греческую, а не восточную письменную традицию. В случае х Семирамидой, Атоссой и Родогуной — это греческие легенды, основанные на восточном материале и восходящие, возможно, к традиции логографов, либо полуисторический материал, который в большей степени можно ассоциировать с определенными историческими персонажами (обе Нитокрис, Элисса), или же исторические личности Востока, показанные через призму греческого восприятия (Зарина, Лида, Томирис). При этом эллинский материал менее мифологичен и более конкретен — лишь спартанка Аргея относится к легендарным временам, тогда как Фаргелия и Артемисия — исторические личности.

Как справедливо отметил А. Вестерман, можно лишь гадать, из какого первоисточника наш автор почерпнул весь блок своей информации. Иногда в качестве такового рассматривают сочинение некоего Артемона из Магнесии, озаглавленное «Рассказы о совершенном по доблести женщинами». Однако данное предположение является чисто гипотетически, поскольку это сочинение не сохранилось. О самом Артемоне нам известно только по сообщению Фотия (Bibl., 161, 103а), который говорит, что ученик неоплатоника Ямвлиха Сопатр из Апамеи (вторая половина III в.) использовал во второй книге своих «Пестрых выписок» извлечения из сочинения Артемона. И это все. С другой стороны, обратим внимание на то, что аноним обычно (кроме двух случаев) называет свои источники. Это, скорее, свидетельствует о том, что он ими пользовался непосредственно. Однако в это предположение не укладывается пассаж, посвященный Артемисии, царице Галикарнасса. Переложение свидетельства Геродота о ней заставляет задуматься о методах работы анонима. Обычно он берет компактные куски текста своего источника и вкратце излагает их. Однако в данном параграфе (13) скомбинированы свидетельства двух находящихся далеко друг от друга пассажей Геродота. В первом предложении параграфа 13 перечисляются жители подвластных Артемисии островов Коса и Нисироса, но забыт остров Калидна (= Hdt., VII, 99). Второе предложение с похвалой Ксеркса взято уже из восьмой книги «Отца истории» (Hdt., VIII, 88). Причем у Геродота нет упоминания царских даров, а изречение Ксеркса о мужестве Артемисии и неудачах финикийцев стоит в обратном порядке (Hdt., VIII, 88: «Мужчины стали у меня женщинами, а женщины — мужчинами»). Более того, сам Геродот нигде не упоминает, что Артемисия сражалась против царя, наоборот, он подчеркивает, что она у него была одной из лучших (Hdt., VII, 99; VIII, 68-69; 101-103; 107). А греки даже получили приказ захватить Артемисию живой, пленившему же ее причиталась большая награда (Hdt., VIII, 93). У Геродота упоминается лишь то, что в ходе Саламинского сражения преследуемый противником корабль Артемисии то ли случайно, то ли умышленно потопил флагманский корабль калиндян из царского флота (Hdt., VIII, 87). Позднее в греческой традиции это действие было обобщено и признано, что так Артемисия поступала в бою не раз, меняя при этом опознавательные значки на корабле с персидских на греческие и наоборот (Polyaen., VIII, 53, 1; 3; ср.: Hdt., VIH, 88). Подобные расхождения между анонимом и Геродотом заставляют подумать о том, что наш автор не прямо использовал текст Геродота, а был какой-то промежуточный источник, который ссылался на «Отца истории». В противном случае можно было посчитать, что сообщение о дарах Ксеркса взято из несохранившейся части «Истории», однако, скорее всего, Геродот не окончил свое сочинение. Тогда, возможно, аноним писал данный параграф по памяти и смешал тут свидетельства Геродота с сообщением из другого источника. Вместе с тем, за исключением данного пассажа, автор, по-видимому, сам непосредственно использовал названные им источники.

Авторский отбор материала обусловлен источниками. В качестве таковых аноним указывает на греческих писателей классической эпохи (V — первая половина IV вв. до н. э.): Геродот, Гелланик, Ктесий и философ Эсхин, а также эллинистического времени: Тимей, Ксенофил и Менекл. В двух случаях автор не упоминает своего источника (§ 11; 14). Это могло произойти то ли из-за невнимательности, то ли по вине переписчика, который просто это пропустил. В одном случае, в § 11, посвященном Фаргелии, имеется указание на существующую традицию «говорят» (φασίν). Свидетельство же о начале кельтского переселения через Дунай (§ 14) взято нашим автором, вероятно, из какого-то греческого источника эллинистической эпохи. Причем это сведение уникально.

Немного можно сказать и о методах работы нашего автора. Он максимально сжимает информацию своего источника, его не интересуют подробности, сохраняется лишь канва событий. При этом, как и у Полиэна, сквозь эпитомирование можно заметить стиль первоисточника. Однако при этом аноним несколько перерабатывает свой материал. Так, он не сохраняет ионический диалект Геродота. Свои рассказы автор размещал в определенной последовательности. Этот ряд не был ориентирован на выписки из одного автора, вслед за которым шли сюжеты из другого. Так, извлечения из особенно часто цитируемого анонимом Геродота (5 случаев из 14) стоят и ближе к началу, и к концу сочинения (§ 3-5; 12-13). Порядок сюжетов можно назвать псевдоисторическим, от более древней, по мнению автора, героини к более поздней. При приведении пассажа аноним придерживался определенного плана. Сначала идет представление женщины: имя, этническая принадлежность, социальный статус, тут же дается ссылка на источник (два раза она поставлена в конце, § 2; 10), потом излагаются обстоятельства и само деяние. Если автор источника менее известен, то есть не такой крупный историк, как Геродот, Гелланик, Ктесий или Тимей, то аноним считает нужным сказать, кто это, указав на произведение, написанное этим автором (в случае с Ксенофилом и Менеклом) или же на род занятий автора, как он делает в случае с Эсхином, отмечается, что он — философ, а не знаменитый оратор. Все это говорит о том, что аноним имел определенный литературный опыт и знал как удобнее донести до читателя материал.

Личность анонима установить по данному сочинению невозможно, поскольку в нем нет ни обычного для античных писателей вступления, говорящего о задачах работы, ни заключения, подводящего итог. Видимо, для автора родным языком был греческий, поскольку каких-то сюжетов, основанных на информации латинских писателей, мы у него не найдем. Вся работа напоминает простые выписки, которые автор сделал на выбранную тему. Такой стиль работы был особенно популярен в эпоху римской империи, во II-IV вв. н. э., когда накопилось большое количество произведений и, чтобы с ними было удобнее ознакомиться, делали различного рода сокращения и выписки. На поздний характер нашего автора указывают написания чисел не словами, а цифрами, а также употребления названия галаты, а не кельты (§ 14). Хотя наименование Γαλάται встречается уже у Аристотеля, но оно становится распространенным позднее, в эпоху римской экспансии (Polyb., I, 6, 2; II, 15, 8-9; 19, 2; etc.). Как справедливо заметила Д. Джера, трактат мог быть написан самое раннее в конце II-I вв. до н. э. М. Вельман даже полагает, что эта работа была составлена с учебными целями в византийский период.

Следует сказать несколько слов о переводе. Имена части персонажей в тексте можно переводить и исходя из именительного падежа — Нитокрис, Томирис, Ономарис и, согласно генетиву, — Никотрида, Томирида, Ономарида. Переводчик будет использовать первый вариант, следуя за традицией перевода Геродота — одного из основных источников анонима — Г. А. Стратановским. Кроме того, в переводе мы даем авторские транскрипции имен (Заринея, египтянка Никотрис, Родогина, Алиат), тогда как в комментариях и вступительной статье используются общеупотребительные транскрипции имен (Зарина, Родогуна, Алиатт).

Данный перевод, насколько мне известно, является первым переводом этого анонимного произведения с древнегреческого на русский язык. Он сделан по изданию: ΠΑΡΑΔΟΞΟΓΡΑΦΟΙ. Scriptores rerum mirabilium Graeci / Edidit A. Westermann. Brunsvigae-Londini, 1839. P. 213-218.

Аноним

Находчивые и мужественные в военных делах женщины

1. Семирамида. Как говорит Ктесий[1828], она — дочь Деркето, сирийской богини, и некого сирийца, которую воспитал Сима, являвшийся слугой царя Нина[1829]. Выданная же замуж за Оннея, некоего царского правителя, она имела двух сыновей. Захватив же Бактры вместе с мужем, ее узнал Нин и, будучи уже стариком, женился на ней. Она же родила от него сына Ниния. После же смерти Нина она отовсюду обнесла Вавилон стеной из кирпича и асфальта и обустроила храм Бела. Когда же на нее стал злоумышлять сын Ниний, она скончалась, прожив 60 лет, процарствовав 42 года[1830].

2. Заринея. Она после кончины своего первого мужа и брата Кидрея, царя саков, была выдана замуж за Мермера, династа страны парфиев. Когда же царь персов[1831] ополчился на него, она воевала, была ранена и бежала; преследуемая же Стриангеем[1832], она умолила его и была спасена. Немного позднее ее муж, взяв его (Стриангея) в плен, хотел убить, а она просила спасти его, но не убедила, тогда она, освободив некоторых из плененных, убила с ними Мермера и, передав страну персу, заключила с ним дружбу, как рассказывает Ктесий[1833].

3. Нитокрис — царица Египта, о которой рассказывает Геродот, — после того, как ее брат был погублен египтянами, созвала наиболее виновных и, когда они пировали в одном длинном доме, она через некий канал навела на них реку, а сама бросилась в некую комнату, наполненную пеплом[1834].

4. Нитокрис-вавилонянка. Она сделалась царицей, — говорит Геродот, — более мудрой, чем Семирамида, ибо и мост соорудила через реку в городе, и озеро вырыла, и набережную облицевала камнем, и течение реки в нее повернула для замедления нападения врагов[1835]. И могилу себе, — говорит Геродот, — на воротах сделала, обманув Дария, который, думая найти серебро и открыв гробницу, нашел не его, а надпись, обличающую его большую ненасытность и корыстолюбие[1836].

5. Аргея, возводящая свой род к Полинику. Геродот говорит, что она родила мальчиков-близнецов и после кончины своего мужа Аристодема, царя лакедемонян, не желала сказать, кто из новорожденных старше, желая равно обоим принять царскую власть, однако тотчас же оказалось ясным, что старшего она первым обмывала и кормила[1837].

6. Фиоссо. Она, — говорит Тимей[1838], — на языке финикийцев звалась Элиссой; она была сестрой Пигмалиона, царя тирийцев; ею, — говорит, — Карфаген в Ливии был основан. Ибо после того, как муж ее был погублен Пигмалионом, она, сложив добро на суда, с некоторыми из граждан бежала и, много настрадавшись, была принесена в Ливию, и была прозвана ливийцами по-местному Дидоной из-за долгого своего скитания. Основав же вышеназванный город, когда царь ливийцев желал на ней жениться, а она отказывалась, но граждане все вмести принуждали, она, сославшись на исполнение некоего таинства для освобождения от клятв, огромный костер приготовила и зажгла вблизи дома, сама же из жилища метнулась в костер[1839].

7. Атосса[1840]. Она, воспитанная своим отцом Ариаспом, как мужчина, — говорит Гелланик[1841], — наследовала царскую власть. Скрывая женские мысли, она первой придумала носить тиару, первой же — и штаны и услуги евнухов, и посредством книг давать ответы. Подчинив же многие народы, она стала во всех делах самой воинственной и мужественной[1842].

8. Родогина, царица персов, — как говорит Эсхин-философ[1843], — величайшим сделала царство персов. Ибо она, — говорит, — сделалась мужественной и устрашающей в делах настолько, что, когда она ухаживала за волосами, услышав, что восстали некоторые из народов, бросила полуоконченным заплетение волос и не прежде заплела их, чем заставила подчиниться вышеназванные народы. Поэтому и сопоставлено с ней золотое изображение, имеющее половину волос на голове переплетенными, а половину — распущенными[1844].

9. Лида. Она, — говорит Ксенофил, написавший «Лидийские истории»[1845], — была женой и сестрой Алиатея, предка Креза. Ее сын Алиат, наследовав царство отца, сделался страшно заносчивым, так, что и гиматиями достойных мужей превосходил, и презирал многих. Она же, насколько могла, сдерживала сына, а презираемым воздавала и добрыми словами, и делами. Обращаясь. же с сыном со всем радушием, она обратила его к большой любви к себе. Посчитав же, что он ее любит достаточно сильно, она, сославшись на болезнь, удерживалась от хлеба и от всего остального, он же, находясь рядом с ней и также голодая, настолько переменился, что он стал, — говорит Ксенофил, — справедливейшим и праведнейшим[1846].

10. Феретима, жена Батта. Она, после кончины своего сына, сама обманом держала власть в Кирене и, поставив царем внука, противников своего сына Аркесилая отправила по морю в Египет. Прибыв туда, она всех их убила, уговорив сделать это имеющего тогда власть в Египте Арианда. Взяв же силы от царя, она сурово покарала киренцев и, возвратившись в Египет, скончалась[1847], как рассказывает Менекл, написавший «Ливийские истории»[1848].

11. Фаргелия-милетянка. Она, — говорят, — когда Антиох царствовал над фессалийцами, придя в Фессалию, вышла замуж за Антиоха и после его смерти царствовала над Фессалией 30 лет, и царя персов, когда он ополчился на Элладу, она приняла и проводила, вовсе не потерпев ущерба[1849].

12. Томирис, царица массагетов. Она, как рассказывает Геродот, имела сына, когда Кир объявил ей непримиримую войну; сперва она советовала Киру оставаться в своих владениях в мире, а если все же он пожелает воевать, то пусть, отойдя от ее земли на расстояние трех дней, примет ее с войском или в ее землю войдет тем же образом. После того как он вторгся в ее страну, победил в битве и взял ее сына живым в плен, она, послав послов, опять советовала ему, удовлетворившись победой и возвратив ей сына, вернуться в свою страну. Он же не послушался; когда она узнала, что ее сын покончил с собой, подошла со всем войском и не только победила, но и, разыскав самого павшего царя, обесчестила его ради мертвого сына[1850].

13. Артемисия-галикарнассийка, дочь Лигдамида, как говорит Геродот. Она, правившая галикарнассцами, косцами, нисирийцами, из-за собственного мужества ополчилась на Перса. Восхищаясь ее делами и мыслями, — говорит Геродот, — Перс воскликнул, что женщины у него стали мужчинами, а мужчины — женщинами. Поэтому и после морского сражения он послал Артемисии паноплию, а стратегам финикийцев — нити и веретена, почитая ее доблесть знаками мужества, а их изнеженность позоря занятиями женщин[1851].

14. Ономарис, одна из именитых галаток; когда ее единоплеменники были мучимы неплодородием и стремились бежать из страны, предавая себя во власть желающему уйти, однако ни один из мужчин не хотел возглавить переселение и сложить все свое имущество в середину[1852], их, будучи в числе около *[1853] она, переправившись через Истр и победив местных жителей в сражении, царствовала над этой землей[1854].

Карты

Примечания

1

Обращение «священнейшие цари» (ίερώτατοι βασιλεϊς), которое Полиэн употребляет в предисловии ко всем восьми книгам «Стратегем», редко встречается в литературе и почти не употребляется в документах. Мы крайне редко находим его в исторической литературе. Если ίερώτατοι является очень почтительным обращением к руководителям государства, то βασιλεύς — это, скорее, титул, который встречается в официальных документах с I в. в восточных провинциях империи, где по традиции так именовали правителей. Использование титула βασιλεύς у авторов особенно часто с III в. Плутарх обычно предпочитает αύτοκράτωρ, также это предпочтение оказывает и Дион Кассий. У Геродиана, наоборот, титул βασιλεύς встречается намного чаще других. Для обозначения власти также используется слово βασιλεία. Постепенно после III в. титул βασιλεύς начинает превращаться чуть ли не в основной. Наоборот, латинское rex избегают употреблять вплоть до III в. и его очень часто используют с негативным оттенком (например, у Тацита, реже у Светония). Этот оттенок утрачивается только к IVV вв., впрочем даже в это время предпочитают употреблять другие титулы (dominus, imperator и даже характерный для более раннего времени princeps (греч. δεσπότης). Ср.: Егоров А. Б. Проблемы титулатуры римских императоров / / ВДИ. 1988. № 2. С. 161-173. (А. Б. Егоров)

2

Имеются в виду победы Александра Македонского.

3

Перечисляются по убывающей военные должности, которые, по-видимому, соотносятся с римской военной терминологией: полемарх (πολέμαρχος) — военачальник, стратег (στρατηγόσ) — легат, мириарх (μυρμαρχος — десятитысячник) — вероятно, легат легиона, хилиарх (χτλίαρίαρχος — тысячник) — военный трибун, гексакосиарх (έξακοσίαρχος, — шестисотник) — вероятно, префект когорты. См.: Mason H. J. Greek Terms for Roman Institutes. A Lexicon and Analysis. Toronto, 1974. P. 76 (полемарх), 86, 155, 162 (стратег), 59 (мириарх), 99 (хилиарх), 43 (гексакосиарх). Термины «мириарх» и «гексакосиарх» встречаются только у Полиэна.

4

В подлиннике — τέχνη καί δόλω.

5

В подлиннике — σοφία.

6

Отрывки из «Илиады» приведены в переводе Н. И. Гнедича, из «Одиссеи» — в переводе В. А. Жуковского.

7

Hom. Od., IX, 406.

8

В подлиннике — τέχναις καί στρατηγήμασι.

9

Эллины — самоназвание древних греков, происходящее от имени Эллина, сына Девкалиона и Пирры, который в греческих легендах выступает в роли родоначальника всего народа. Его сыновья — Дор, Эол и Ксуф — считались предками главных греческих племен (дорийцев, эолийцев, ахейцев, ионийцев).

10

Сизиф — основатель Коринфа, по одной из версий — отец Одиссея. Ему удалось заключить в оковы бога смерти Танатоса, пришедшего забрать его в Аид. Позднее он хитростью добился того, что его отпустили из подземного царства на землю. За свои мошенничества был осужден судьями мертвых вкатывать на вершину горы огромный камень, который неизменно срывался вниз, не достигнув цели.

11

Hom. II., VI, 153.

12

Автолик считался непревзойденным похитителем скота, поскольку Гермес научил его менять облик украденных животных. Будучи соседом Сизифа, крал его скот, пока тот не вырезал на нижней стороне копыт животных свою монограмму, после чего Автолик и был уличен. Он был отцом Антиклеи, матери Одиссея. См.: Грейвс Р. Мифы Древней Греции. М., 1992. С. 169-171.

13

Парнас — гора в Средней Греции, на границе Фокиды и Локриды. Речь идет об Одиссее.

14

Hom. Od., XIX, 394-397.

15

Протей — морское божество, старец, обладавший даром превращения.

16

Hom. Od., IX, 19-20.

17

Hom. Od., XXII, 230.

18

Пер. Г. А. Стратановского. Первая часть стиха — βουλή καί μύθοισι — из «Илиады» (IV, 323), однако полностью такой строфы в гомеровских поэмах нет. Она встречается у Страбона (I, 2, 4; XIII, 1, 41), который также приписывает ее Гомеру.

19

Hom. Od., IV, 244.

20

Это было сделано для того, чтобы похитить Палладий, древнее изображение Афины, святыню Трои, которое было необходимо грекам, чтобы овладеть этим городом. Ср.: Polyaen., I, 5 и прим. 63.

21

Эпей (Эпеос), сын Панопея — умелый кулачный боец и искусный ремесленник, создатель деревянного коня, с помощью которого взяли Трою.

22

Hom. Od., VIII, 493.

23

Перечислены уловки, которыми Одиссей смог одолеть киклопа Полифема, сына Посейдона, одноглазого великана, взявшего в плен Одиссея с его спутниками во время их странствий. Опоив киклопа вином, Одиссей горящей головней выколол ему глаз, а затем сумел выбраться из пещеры, охраняемой хозяином, держась снизу за шерсть барана, когда стадо выходило на пастбище. А поскольку при знакомстве с Полифемом Одиссей назвался именем Никто, киклоп так и не смог объяснить своим сородичам, кто его оскорбил. См.: Hom. Od., IX, 106 sqq.

24

Имеется в виду пение сирен, птиц с женскими головами, которые волшебным пением заманивали мореплавателей к своему острову, где они разбивались о скалы и гибли. Чтобы услышать их пение и остаться в живых, Одиссей залепил уши своих друзей воском, а сам приказал привязать себя к мачте, чтобы таким образом избегнуть соблазна броситься в море. См.: Hom. Od., XII, 150 sqq.

25

Эвмей — свинопас Одиссея, его верный слуга. Пенелопа — жена Одиссея, ждавшая его 20 лет. Вернувшись на Итаку, Одиссей не сразу открылся им, но, готовя месть женихам Пенелопы, принуждавшим ее выбрать себе нового мужа, некоторое время пребывал в образе нищего, в которого превратила его Афина. См.: Hom. Od., XIII, 425 sqq.

26

Hom. Od., XIX, 203.

27

Ир — итакийский нищий, которого прозвали так женихи Пенелопы, поскольку он, как Ирида у богов, был у них на посылках. Между ним и Одиссеем в образе нищего женихи устроили шуточный бой, поскольку Ир попытался прогнать Одиссея, когда тот пришел во дворец, видя в нем своего конкурента. См.: Hom. Od., XVIII, 1-110.

28

Здесь описаны приемы, которыми Одиссей победил многочисленных женихов Пенелопы. Он приказал своему сыну Телемаху унести из пиршественной залы, где те сидели, все оружие женихов, висевшее на стенах, а затем расстрелял их, вооруженных мечами, из лука, стоя у дверей и не давая им выйти. См.: Hom. Od., XXII, 1-330.

29

По-видимому, имеются в виду не дошедшие до нас одноименные трагедии Эсхила, Софокла и Еврипида «Паламед».

30

Паламед, сын царя Навплия с острова Эвбеи, славился своей мудростью. По некоторым версиям мифа, он изобрел буквы, меры длины и веса, счет времени по годам, месяцам и дням, а также игру в кости. Одиссей, решив расправиться с Паламедом, обвинил его в измене, подбросив к нему в шатер мешок золота и подложное письмо от троянского царя Приама, после чего Паламед был побит камнями. См.: Грейвс Р. Мифы… С. 490-494.

31

Дионис (Вакх), сын Зевса и Семелы — бог виноградарства и виноделия. Став взрослым, он отправился странствовать по всему свету, даруя принявшим его народам виноградную лозу и устанавливая свой культ. Его спутниками были козлоногие сатиры и менады (вакханки), во время дионисийских оргий впадавшие в экстаз. См.: Грейвс Р. Мифы… С. 38-42; 72-82. О развитии образа Диониса в античной литературе см.: Захарова А. В. Нонн Панополитанский / / Нонн Панополитанский. Деяния Диониса / Пер. Ю. А. Голубца. СПб., 1997. С. XIVXXI.

32

Тирс — атрибут самого Диониса и его спутников — увитый плющом жезл с навершием в виде сосновой шишки. Ср.: Nonn. Dionys., XIV, 224 sqq.; XVII, 15-22.

33

Кимвал — ударный инструмент, состоящий из двух металлических тарелок. Тимпан — музыкальный инструмент, напоминающий барабан с широким ободом, на который с двух сторон натягивалась кожа.

34

Об одеянии войска Диониса и о том, что встреча с врагами часто заканчивалась без битвы, ср.: Nonn. Dionys., XIV, 130 sqq.; 285 sqq.; XVII, 100 sqq.

35

όμηρός, — бедро. После гибели Семелы Зевс зашил недоношенного Диониса в свое бедро, и в положенный срок он благополучно появился на свет.

36

О пребывании Диониса в Индии упоминают Арриан (Anab., VI, 1) и особенно подробно Нонн (Nonn. Dionys., XIV, 228-437; XV, 1-168; XVII; ХХII-ХХIII; XXIV, 1-122; XXVIIXXIX).

37

Амазонки — женщины-воительницы. На пути в Индию оказали Дионису сопротивление, но были им покорены. См.: Косвен М. О. Амазонки: История легенды // СЭ. 1947. № 2. С. 33-59.

38

Бактрия занимала в древности территорию современного северного Афганистана, южную часть Таджикистана и Узбекистана. На юге ее ограничивали горные хребты Гиндукуша, по ее территории протекала Амударья. Бактрия, крупнейшая страна, расположенная на крайнем востоке, в представлении греков была столь же сказочно богата, как и Индия.

39

Пан — сын Гермеса, жил в сельской Аркадии, опекая стада и помогая охотникам в поисках добычи. Его изображали с рожками, бородой, хвостом и козлиными копытами. В целом он был добродушен и ленив, любил послеобеденный сон и мстил всем, кто мешал ему спать, издавая при этом жуткие крики из глубины пещер. См.: Грейвс Р. Мифы… С. 71-73.

40

Фаланга — тесно сомкнутое линейное воинское построение, состоящее из нескольких шеренг тяжелой пехоты. Подробнее о происхождении фланги из отечественных работ см.: Блаватский В. Д. Дорийская фаланга и ее происхождение // Новое в советской археологии. М., 1965. С. 225-229; Андреев Ю. В. Кто изобрел греческую фалангу? // ПАВ. № 7. 1993. С. 36-42; Нефёдкин А. К. Основные этапы формирования фаланги гоплитов: военный аспект проблемы / / ВДИ. 2002. № 1 (в печати).

41

τό κέρας — 1) рог, 2) крыло войска (греческая армия не имела центра и флангов, а делилась на два крыла); κερασφόρος — рогатый.

42

Эхо — нимфа, голос которой мог лишь повторять чужие слова. Была так наказана за то, что отвлекала Геру длинными разговорами, позволив скрыться горным нимфам, любовницам Зевса. Полюбив Нарцисса, была им отвергнута и, уединившись в горных ущельях, исчезла, но голос ее продолжал звучать. См.: Грейвс Р. Мифы… С. 220.

43

О паническом страхе ср.: Polyaen., II, 2, 10; III, 9, 4; 1Ó и прим. 70.

44

Геракл — греческий герой, сын Зевса и Алкмены, удостоенный бессмертия за свои подвиги, совершенные на службе у царя Микен Эврисфея. См.: Грейвс Р. Мифы… С. 336-428.

45

Пелион — гора в Фессалии (северная Греция).

46

Фол — один из кентавров, полулюдей — полуконей. В его пещере находился сосуд с вином, принадлежащий всем кентаврам.

47

Ср. подобный рассказ у Диодора (IV, 12, 3).

48

Эриманфский вепрь — свирепый, огромных размеров зверь, обитавший на склонах горы Эриманф в Аркадии и опустошавший окрестные земли.

49

Троянцы, иначе — илионцы, подданные царей Лаомедонта и Приама. По наиболее распространенной точке зрения, понятия Троя — троянцы и Илион — илионцы тождественны, но существует и другой подход, согласно которому первая группа понятий относилась ко всей стране, а вторая — только к городу. Археологи установили, что поселение на территории Трои возникло еще в III тыс. до н. э. За свою долгую историю город неоднократно дотла опустошали, но всякий раз со временем его отстраивали, хотя и, может быть, с новым составом населения. Добавим, что Троя существовала и в исторические времена, пользуясь покровительством римских императоров (считалось, что троянцы были прародителями римского народа; см., например: Verg. Aen., passim; Strab., XIII, 1, 27; Tac. Ann., IV, 55, 2; Just., XXXI, 8, 1-3). Наибольшего расцвета и великолепия Троя достигла в середине II тыс. до н. э. (Троя VI), в XIII в. до н. э. (после Лаомедонтовой войны?) город клонился к упадку. См.: Biegen С. W. Troy. Vol. I-IV. Princeton, 1950-1958; idem. Troy and the Trojans. New York, 1963.

50

Кроме двенадцати подвигов на службе у царя Эврисфея, составивших своего рода канон в греческой мифологии (победа над Эриманфским вепрем, поход в страну амазонок и т. д.), Гераклу приписывали еще целый ряд не менее замечательных свершений — спасение Прометея, поединок с кентавром Нессом и др. (краткий перечень можно найти у Гигина (Fab., 31)), описание некоторых из деяний этой группы см. в настоящем сборнике (Polyaen., I, 3, 1; 4; 5). Сюжет рассматриваемой стратегемы восходит к представлениям греков о том, что за два поколения до воспетой Гомером Троянской войны состоялся другой поход на Илион, который традиция связывала с беспримерной деятельностью Геракла (Hom. П., V, 640-642; 648-651; Plat. Legg., III, 685с; Apollod., II, 5, 9; 6, 4; Diod., IV, 32; Hyg. Fab., 31; Strab., XIII, 1, 32; Paus., VIII, 36, 6). Мифологическое объяснение причин этой, скажем так, Первой троянской войны, выглядит следующим образом: Геракл одержал победу над чудовищем, терроризировавшим жителей Трои, однако царь города Лаомедонт отказался вознаградить героя и, согласно одной из версий мифа, даже пытался погубить как его самого, так и его спутников. При первом же удобном случае Геракл отправился войной на страну неблагодарного обидчика. Войско Лаомедонта было разбито, город взят ахейцами, а царь и члены его семьи убиты. Из всей династии уцелел один только младший сын царя Подарк, которого с тех пор стали называть Приамом (греческие мифографы связывали происхождение нового, нам более известного имени этого троянского династа с легендарными обстоятельствами его спасения — по преданию, сестра мальчика выкупила его у победителей, следовательно, он был «купленный», по-гречески πριάμενος;, отсюда, якобы, возникла форма личного имени Приам — Πριάμενος. Приам сумел возродить и возвысить Трою до такой степени, что в царствование Агамемнона ради достижения победы ахейцам пришлось мобилизовать ресурсы всей Греции (по мнению некоторых ученых, огромные жертвы, возложенные на алтарь победы в этой войне предопределили упадок ахейских государств, которые затем стали легкой добычей пришедших с севера завоевателей, вероятно, дорийцев). Интересно, что археологические материалы, действительно, позволяют говорить о двух войнах с Троей. Выяснилось, что примерно за полвека до гибели Приамовой Трои (Трои VIIa по археологической периодизации), город уже подвергался разрушению, которое могло быть результатом первого нашествия ахейцев (не исключено, впрочем, что Троя пострадала от стихийного бедствия), но вскоре был восстановлен (деятельность Приама?), чтобы затем, в промежутке между 1260 и 1180 гг. до н. э., испытать новое еще более катастрофическое опустошение.

51

Нет никаких данных, которые подтверждали бы наличие у ахейцев, а равно и у других жителей Эгейского бассейна, конных войск во II тыс. до н. э. Не подлежит сомнению, что под ίππεϊς у Полиэна следует видеть колесничих, существование которых хорошо засвидетельствовано разными видами источников (ср. например: описание батальных сцен у Гомера). См.: Нефедкин А. К. Боевые колесницы и колесничие древних греков (ХУЫ вв. до н. э.). СПб., 2001. С. 110-218.

52

Традиция оценивала силу ахейского флота не одинаково. В эпосе упоминаются шесть боевых кораблей (Hom. П., V, 640-642), но позднее в ахейской эскадре насчитывали 18 единиц (Аро 11 ос 1., II, 6, 4; Бюс!., IV, 32, 2).

53

Для понимания замысла ахейского военачальника (или, правильнее сказать, той тактической идеи, которую нам предлагает Полиэн) необходимо принять во внимание специфику театра военных действий — ахейцы сражались в чужой стране, достичь которой они могли, только переплыв Эгейское море. Но перевозка лошадей морским путем и тогда, и много позже являлась делом весьма нелегким. Как правило, удавалось переправить лишь ограниченное количество животных, которое далеко не в полной мере соответствовало нуждам ведения войны. Троянцы сражались в собственной стране и, конечно, имели столько лошадей, сколько это было необходимо (кстати, эпос называет троянцев ίππόδαμοι, т. е. «укротители коней», а их царю Лаомедонту мифы приписывали обладание прекрасными конями, даром верховного бога Зевса (Hom. П., V, 263-266; 640; 650-651; ср.: Apollod., II, 5, 9); видимо, страна троянцев, расположенная в плодородной, а также хорошо орошаемой местности, являлась крупным коневодческим центром, и, добавим, археологические материалы вполне это подтверждают — в Троаде для II тыс. до н. э. засвидетельствовано разведение большого количества лошадей). Из этого можно заключить, что троянцы обладали значительным превосходством в колесничных войсках (под конницей в рассматриваемой стратегеме следует подразумевать колесничные войска, см. прим. 51). Ахейцы позволили колесницам неприятеля прорваться к берегу, где стояли корабли, сами же всей силой атаковали оставшуюся в одиночестве пехоту троянцев и разбили ее. Корабли, безусловно, выполняли роль отвлекающего фактора: они были «качающиеся в море», т. е. стояли на удалении от берега так, чтобы пробившиеся троянцы не могли их захватить; заметим, что по другой версии, сохраненной Диодором (IV, 32, 3), при эскадре было оставлено сильное прикрытие, которое, приняв бой (отвлекающий?), отвело корабли в море. В результате этой первой фазы сражения победоносные ахейцы оказались глубоко в тылу у вышедших к берегу подвижных частей троянцев и, повернувшись, нанесли главным силам Лаомедонта, обращенным к морю, следовательно, в противоположную от нападения сторону, сокрушительный удар.

54

Миф о Геракле в Индии представлен в греческой традиции довольно слабо. Подобно мифу о индийском походе Диониса (см.: Polyaen., I, 1), он начал складываться, видимо, очень поздно, во всяком случае, не ранее конца VI в. до н. э., т. е. времени, когда благодаря объединению под властью персидских царей всех земель, расположенных на пространстве от Эгейского моря до р. Инд, впервые открылись относительно благоприятные возможности для установления контактов между Грецией и Индией. Роль катализатора, способствовавшего развитию мифа, сыграл, вероятно, поход в Индию Александра Македонского, который стимулировал рост интереса греков к далекой восточной стране; можно предположить, что определенное значение имели также и идеологические мотивы — миф, надо полагать, был призван обслуживать честолюбивые претензии двора Александра (ср.: Arr. Anab., V, 3, 1-4; 26, 5). Привлекает к себе внимание образ Пандии, или Пандеи. Первоначально ее отцом называли царя богов Зевса (Hom. Hymn., XXXII, 14-15; см. также: Hyg. Fab., prooem., 28; ср.: Аполлодор, автор II в. до н. э., среди детей Геракла дочь по имени Пандея еще не упоминает — Apollod., II, 7, 8). Афиняне справляли в честь Пандии особый праздник (см.: Phot. s. v. Πάνδια), как-то связанный с фазами Луны. Последнее обстоятельство мы находим весьма важным для объяснения значения и структуры мифа. Скорее всего, здесь мы сталкиваемся с любопытным примером синтеза определенных мифологических воззрений, самостоятельно сформировавшихся в двух традициях — греческой и индийской. Дело в том, что матерью Пандеи, по представлениям греков, являлась богиня ночного светила Луна. Между тем индийцы верили, будто их страной некогда правили солнечная и лунная династии, культ которых, несомненно, был связан с календарным циклом. С учетом этого указание в мифе на 365 податных округов едва ли может быть случайностью — ведь лунный год состоит примерно из 354 дней, а солнечный насчитывает около 365 дней (греческие авторы в сообщениях об Индии приводят и другие статистические данные, которые по своим значениям близки к астрономическим: так, согласно Геродоту, подвластные персидскому царю районы Индии вносили не более не менее как 360 талантов дани (III, 94), а Мегасфен информирует нас о том, что в индийском племени мандиев насчитывалось 300 деревень (Plin. N. H., VII, 29)). Непосредственным импульсом для развития мифологической конструкции Пандея — Индия послужило, вероятно, сходство греческого теонима с индийским этнонимом (панды см.: Plin. N. H., VI, 76), которое греками было воспринято как указание на родство между их носителями; подобным же образом мифологические фигуры Перса, сына Персея соединяли с персами, а Мида, сына Медеи — с мидянами. Своеобразие ситуации с Пандеей, пожалуй, заключается лишь в том, что роль основателя государства здесь была отведена женщине — момент вполне объяснимый, если учесть непривычное для греков высокое социальное положение представительниц «слабого» пола в пандийском обществе (Solin., 52, 6-17). Добавим, что сама идея о платящих царю подать налогооблагаемых единицах в Индии находит соответствие в общинной организации индийского общества, которая могла стать известной грекам, довольно часто посещавшим страну со времени походов Александра (ср.: Strab., XV, 1, 46).

55

Этническая принадлежность миниев остается не вполне ясной. Все же можно полагать, что они принадлежали к числу греческих племен или, во всяком случае, были им родственны. Гомер упоминает миниев среди ахейских ополчений, отправившихся под Трою (Hom. П., II, 511-512) — момент немаловажный, поскольку, например, мирмидоняне и их вождь Ахилл, величайший герой Троянской войны, в этот перечень не попали, но были помещены поэтом в отдельный список ополчений Пеласгического Аргоса (подробнее об этом см.: Миминошвили Р. С. Пелазги и «Илиада» (из истории греческих литературных взаимосвязей). Тбилиси, 1960).е (Фессалия) и Орхомене (Беотия). В конце II тыс. до н. э. минии заселили о. Лемнос, приняли участие в колонизации малоазийской Ионии (Hdt., I, 145; Paus., VII, 2, 3; 3, 6), а позднее основали шесть городов на юго-западе Пелопоннеса (Hdt., IV, 148). Богатство, а также высокий уровень культуры, достигнутый миниями, нашли отражение в греческом эпосе и мифологии. Так, Гомер отмечает исключительное благосостояние Орхомена и сравнивает его сокровища с богатствами египетских Фив (Hom. П., II, 605; IX, 381). О необычайном богатстве миниев, царь которых, по преданию, едва ли не первым из всех людей начал строить сокровищницы, рассказывает и Павсаний (IX, 36, 4-5). Этот же писатель с восхищением описывает гробницу Минин, эпонимного героя племени — сооружение удивительной архитектуры, которому, по мнению Павсания, не было равных ни в Элладе, ни в других странах (Paus., IX, 38, 2-3). Археологические исследования вполне подтверждают восторженные оценки древности — в Орхомене был обнаружен великолепный дворец середины II тыс. до н. э., украшенный бесценными произведениями искусства, а также купольная гробница этого же времени. См.: Schliemann Н. Orchomenos. Leipzig, 1881; Bulle Н., Kunze E. Orchomenos. Bd. I-III. München, 1907-1934.

56

Во второй половине II тыс. до н. э. между Орхоменом и беотийскими Фивами обострилось соперничество за господство в Средней Греции. Некоторое время верх брали орхоменцы, и Фивы, согласно мифам, даже уплачивали им ежегодную дань (Apollod., И, 4, 11; Diod., IV, 10, 3; Strab., IX, 2, 40; Paus., IX, 37, 2). Перелом в развитии конфликта традиция связывала с именем прославленного героя Эллады Геракла, который являлся уроженцем Фив. Возмужав, Геракл организовал сопротивление владычеству Орхомена. Решающее сражение произошло на берегах реки Кефис, между горами Парнас и Гедилий (на границе Беотии с Фокидой). Ополчение беотийцев возглавил Геракл, силами миниев командовал царь Орхомена Эргин. Войска Эргина потерпели сокрушительное поражение. О дальнейших событиях мифы рассказывают не одинаково (по одной версии, Эргин пал в бою, а Орхомен был немедленно разрушен, по другой, — Эргин заключил мир с победителем и правил в родном городе до глубокой старости, так что минии позднее даже участвовали в походе под Трою), но в оценке результата борьбы традиция сходится, а именно: в конце концов, Орхомен перестал существовать, а его территорией завладели беотийцы (согласно Страбону (IX, 2, 29), это случилось уже после ухода беотийцев из Арны (см.: Polyaen., I, 12 и прим. 84)). Текст Полиэна неизбежно воскрешает в памяти описание двенадцати подвигов Геракла — складывается впечатление, что герой в одиночку одолел врагов, запрудив реку огромными камнями. Сразу отметим, что в древности существовала совершенно иная трактовка событий (Diod., IV, 10, 5): фиванский военачальник добился успеха благодаря умело выбранной позиции — он дал сражение на узком пространстве, зажатом между двумя горными цепями, ширина которого не превышала пяти стадий (ок. 900 м, описание местности, где согласно сказаниям произошла битва, см. у Страбона (IX, 3, 16)), что позволило нейтрализовать численное преимущество миниев. Разгром минийского войска, безусловно, произвел на греков сильное впечатление. Память об этом событии жила в веках и сохранилась до нашего времени благодаря сочинениям многих авторов (Apollod., II, 4, 11; Diod., IV, 10, 2-6; Strab., IX, 2, 40; Paus., IX, 37, 2). Кроме Полиэна об изменении русла Кефиса нам сообщает также Павсаний (IX, 38, 6-7). Можно предположить, что основой для предания о затоплении минийской конницы с помощью отведенного течения реки послужили особенности геологического строения Беотии. В результате частых землетрясений реки (в том числе и Кефис) могли неоднократно менять свои русла и даже совершенно исчезать под землей, чтобы затем при следующем колебании почвы вновь появиться на поверхности, но нередко с новым руслом (подробнее об этом см.: Strab., IX, 2, 16-17). Происходили резкие колебания уровня вод, как например, однажды уже в исторические времена это случилось с Кефисом — вода в реке значительно поднялась, а затем, видимо, при следующем толчке недр, около города Коп открылся подземный канал, принявший поток реки (Strab., IX, 2, 18). Возможно, минийское войско стало жертвой разыгравшейся стихии, когда в результате тектонических сдвигов путь Кефису в море (перед участком, где он уходил под землю) оказался на какое-то время закрыт и вода стремительно залила приречное пространство. Пример подобного вмешательства водной стихии в человеческие дела дает эллинистическая истории — в день битвы между претендентами на власть в Сирии гигантская волна, возникшая, очевидно, в результате моретрясения, обрушилась на побережье между Тиром и Птолемаидой, смыв при этом одну из противоборствующих армий (Strab., XVI, 2, 26; Athen., VIII, 333b-d). Впрочем, для того, чтобы изменить ход войны, участие стихии не обязательно должно было принять столь неординарный характер — довольно было лишь разлива Кефиса, чтобы театр боевых действий превратился в болото и стал непригодным для использования конницы (под этой последней, безусловно, следует подразумевать колесничные войска, см. прим. 51). В период спада военной активности такое подтопление, вероятно, не имело слишком уж большого значения, но накануне решающей битвы оно могло привести войско? ударную силу которого составляли боевые средства на конной тяге, к катастрофе.

57

Тесей — аттический герой, сын афинского царя Эгея. Из его подвигов наиболее известна победа над Минотавром, освободившая Афины от дани людьми критскому царю Миносу. Став царем Афин, Тесей принял участие в походе аргонавтов, участвовал в битве с кентаврами, в походе против амазонок, откуда привез их царицу Антиопу, от которой родился Ипполит. Кроме того, Тесей провел реформы, способствовавшие объединению страны (так называемый «тесеев синойкизм»), за что почитался основателем государства (ср.: Plut. Thes., 24-25). См.: Грейвс Р. Мифы… С. 246-279.

58

Ср.: Plut. Thes., 5.

59

Абанты — народ, населявший остров Эвбею в героические времена.

60

Hom. Il., II, 542.

61

Демофонт — сын Тесея и Федры, сестры критского царя Девкалиона, которую Тесей взял в жены, оставив амазонку Антиопу. Демофонт, наряду со своим братом Акамантом и Менесфеем, ставшим правителем Афин после смерти Тесея, представлял афинян под Троей, где и происходит действие рассказа.

62

Диомед — сын Тидея, царь Аргоса, герой Троянской войны.

63

Палладий (Παλλάδιον) — кумир, упавший, по преданию, с неба и найденный Илом, основателем Трои, родоначальником династии местных царей (гомеровский Приам считался его внуком). Троянцы хранили Палладий в специально построенном для этой цели храме и почитали его как одну из главнейших своих святынь. Ахейцы вывезли кумир в Грецию (по одной версии, Диомед и Одиссей выкрали его во время Троянской войны (Hom. Od., IV, 240-260; Apollod. Epit., V, 10; 13; Verg. Aen., II, 163-175), по другой — кумир был захвачен при взятии города (см. например: Hyg. Fab., 116)). О дальнейшей судьбе Палладия нас информирует Плутарх, по сведениям которого кумир некоторое время находился в Аргосе, а затем, вновь похищенный, оказался в Спарте, где его окружили исключительным почетом (Plut. Quaest. Graec, 48). Рассказ, излагаемый нашим автором, вносит в традицию о Палладии совершенно особый аспект (он, несомненно, развивает афинскую версию событий; ср.: Paus., I, 28, 9) — выходит, что в Пелопоннес попала всего лишь копия, подлинник же был доставлен в Афины. Впрочем, согласно некоторым источникам, кумир, находившийся в Греции, изначально мог быть ненастоящим; дело в том, что по одной из легенд, предок царя Приама Дардан, желая обеспечить неприкосновенность святыни, приказал снять с него несколько экземпляров (Dion. Hal. Ant. Rom., I, 68-69; Conon. frg., 34). Следовательно, трофей, захваченный ахейцами в Трое, мог быть повторением кумира. В исторические времена различные города Греции и Италии претендовали на честь обладания священной реликвией (Strab., VI, 1, 14; Ovid. Fast., VI, 424, 433-456; Plin. Nat. Hist., VII, frg. 141) — скорее всего, речь идет о поздних подделках, но нельзя исключать и того, что в данном случае мы имеем подтверждение предания о предусмотрительности первых владельцев Палладия. Кумир представлял собой скульптурное изображение женской фигуры около одного метра высотой с эгидой на груди, копьем в правой руке и ткацкими инструментами — в левой. Уже в древности изображение связывали с богиней Афиной (ср.: Афина Паллада), хотя Аполлодор, который, видимо, подробно исследовал данный вопрос, предлагал несколько иную трактовку — по его мнению, кумир являлся приблизительным воспроизведением образа Палладии, дочери речного бога Тритона, которая, по мифу, вместе с юной Афиной упражнялась в военном искусстве и безвременно погибла (Apollod., III, 12, 3).

64

Агамемнон — сын Атрея, царь Микен. Предводитель греческого войска под Троей.

65

По-видимому, имеется в виду афинский герой Бузиг, родоначальник рода Бузигов. По преданию, он первым из афинян воспользовался пахотной упряжкой (ср.: Schol. ad Aesch., II, 78).

66

Кресфонт, Темен, Аристодем и его сыновья Прокл и Эврисфен являются потомками Геракла, которых чаще обозначают общим названием Гераклиды. После смерти Геракла Эврисфей, царь Микен, которому знаменитый герой служил по воле богов, изгнал Гераклидов из Пелопоннеса. Они нашли прибежище в Афинах у Тесея и одержали победу над Эврисфеем, вторгшимся в Аттику. Гераклиды желали вернуться в Пелопоннес, однако, как и было предсказано, это произошло только через три поколения после их изгнания. Возвращение Гераклидов отождествляют с вторжением в Грецию дорийских племен (конец II тыс. до н. э.).

67

Мессения была одной из плодороднейших областей Пелопоннеса.

68

Ср. Apollod., II, 8, 2; Paus., IV, 3, 3 sqq.

69

Кипсел, сын Эпита, царь Аркадии (области в центральной части Пелопоннеса), правил во времена возвращения Гераклидов. Павсаний отмечает, что на дочери Кипсела Меропе был женат Кресфонт (см. о нем главу 6 и прим. 66), причем именно этим браком аркадский правитель обезопасил и себя, и свой народ от опасности вторжения (Paus., IV, 3, 6 sqq.; VIII, 5, 6; 29, 5).

70

Параллельные свидетельства см.: P-W № 295; F L 67. Этим оракулом объясняется, почему аркадяне не были подчинены Гераклидами и заключили с ними договор. Это и ряд других, связанных с Гераклидами прорицаний, по мнению Г. Парка, основывались на фольклорных мотивах и объясняли позднейшую этногеографию Пелопоннеса (Parke Н. W., Wormell D. Е. W. The Delphic Oracle. Vol. I. Oxford, 1956. P. 57; ср.: Fontenrose J. The Delphic Oracle: Its Responses and Operations with a Catalogue of Responses. BerkeleyLos Angeles, 1978. P. 100-103).

71

Тегея — город на юго-востоке Аркадии.

72

Перевод Г. А. Стратановского. Геродот (I, 66), который и приводит этот оракул, подробно излагает историю с осадой Тегеи. После установления законов Ликурга (см. главу 16, 1 и прим. 97-100) спартанцы вскоре достигли процветания и, не довольствуясь миром, решили завоевать Аркадию. Об исходе этого дела они вопросили Дельфийский оракул и получили такой ответ:

73

См. главу 6 и прим. 66.

74

Рион — название мыса в Ахайе на южном берегу Коринфского залива.

75

Навпакт — город в Локриде Озольской, на северном берегу Коринфского залива. Различают Локриду Озольскую, располагавшуюся в Средней Греции между Этолией, Фокидой, Доридой и Коринфским заливом, и Опунтскую, занимавшую побережье Эвбейского залива. Здесь речь идет о локрах озольских — одном из греческих племен.

76

Истм — перешеек, соединяющий Среднюю Грецию и Пелопоннес, шириной в самом узком месте около 6 км.

77

Гераклиды во главе дорийского войска неоднократно пытались пробиться в Пелопоннес, но всякий раз они терпели в этом предприятии неудачу, а их вожди Гилл и Аристомах погибли. По совету жителя Этолии Оксила Темен изменил направление удара — вместо традиционного сухопутного маршрута вторжения через узкий и хорошо укрепленный Истм (в XII в. до н. э. поперек перешейка были возведены сильные укрепления, частично сохранившиеся до нашего времени), он решил двинуться в обход, имея в виду пересечь Коринфский залив около мыса Рион, т. е. там, где берега Пелопоннеса и Средней Греции ближе всего сходятся друг с другом. Однако перегруппировка сил и строительство флота для переправы потребовали, несомненно, значительного времени. Из греческих преданий можно заключить, что дорийцы, не будучи опытными мореходами, столкнулись с трудностями при постройке судов, а длительное пребывание в исходной точке вторжения под Навпактом вызвало острую нехватку продовольствия (Apollod., II, 8, 3). Затянувшиеся приготовления, конечно, не могли остаться незамеченными для защитников Пелопоннеса (любопытно, что тексты линейного письма Б из Пилоса, ахейского центра на юго-западе Пелопоннеса, содержат указания на переброску отрядов и подготовку к морским операциям где-то на северо-западных рубежах полуострова). Следовательно, успех дорийского нападения во многом зависел от того, в какой мере удастся отвлечь внимание ахейцев от Риона. Согласно Полиэну, инициатором хитрости с дезинформацией был сам Темен, заславший локров к противнику. Но такой серьезный историк, как Полибий (XII, 12а), Темена совершенно не упоминает, а главную роль склонен отводить скорее самим локрам, которые, обязавшись предупредить пелопоннесцев на тот случай, если захватчики двинутся вместо Истма к Риону, не только не исполнили союзнического долга, но, наоборот, дали ложный сигнал факелами, будто бы дорийцы идут в сторону Истма, и тем самым ввели обороняющихся в заблуждение (отсюда возникла поговорка о нарушителях соглашения: «локры с договором»). Поступок локров в этой драматической ситуации объяснить нетрудно: если Пелопоннес ахейцы пока удерживали в своих руках, то Локрида уже находилась в зоне досягаемости войск Гераклидов, и это обстоятельство, конечно, должно было влиять на поведение ее жителей в дорийско-ахейском противостоянии. Добавим, что локры по своему происхождению были, кажется, родственны дорийцам более, нежели ахейцам и этот момент, надо полагать, также сыграл не последнюю роль при выработке их позиции в конфликте. Кроме того, с захватом Пелопоннеса и уходом на его территорию дорийцев локры избавлялись от присутствия воинственных пришельцев, так что остается удивляться не столько находчивости Гераклидов, сколько непрозорливости ахейских военачальников, рискнувших положиться на сведения, источнику которых едва ли можно было доверять.

78

Прокл, сын Аристодема, согласно традиции, стал родоначальником младшей династии лакедемонских царей (так называемых Еврипонтидов). Евсевий сообщает, что Прокл царствовал в Спарте 49 лет (Diod., VII, frg., 8, 4). Поскольку нам известна легендарная дата прихода к власти Эврисфена (Euseb. Chron., И, р. 58-59 Schoene), а Прокл якобы начал править одновременно с этим последним, то можно предположить, что интересующий нас династ царствовал в период около 1101-1052 гг. до н. э. Любопытно, что Эврисфен, брат Прокла, в данной стратегеме не упоминается, хотя согласно мифу им обоим выпал жребий править Спартой, которой они вместе и овладели (Apollod., II, 8, 4; Euseb. Chron., II, р. 58-59 Schoene). Возможно, источник Полиэна изображает события в свете, который отвечал пожеланиям представителей младшей династии: хотя братья, а затем их преемники вместе правили Спартой, отношения между ними всегда оставались напряженными. Добавим, что родство Еврипонтидов с Проклом нельзя считать вполне очевидным (см. прим. 251 к Polyaen., I, 46).еальностью. В связи с этим обращают внимание на противопоставление династий как младшей и старшей (см. явно неубедительное толкование данного обстоятельства у Геродота: Hdt., VI, 52), на нескончаемую вражду между их представителями (даже усыпальницы Агиадов и Еврипонтидов находились в удаленных друг от друга районах города спартанцев). Разгадка, возможно, кроется в том, что дорийцы овладели Спартой не сразу и не вместе, но первоначально в стране утвердилось племя, возглавляемое родом Эврисфена, а затем вторглась новая группа дорийских завоевателей, под предводительством Прокла. При таком понимании смысл рассматриваемой стратегемы кардинально меняется — здесь, следовательно, повествуется не о борьбе дорийцев с ахейцами, но о конфликте между двумя в разное время появившимися волнами захватчиков — более древней, которая группировалась вокруг преемников Эврисфена, и более поздней, управляемой родом Прокла (см., например: Chrimes К. М. Т. Ancient Sparta. New York, 1952. P. 338; Huxley G. L. Early Sparta. London, 1962. P. 16-17).

79

Эврисфеиды — потомки Эврисфея. См. главу 6 и прим. 66.

80

Гоплит — тяжеловооруженный пеший воин, обычно сражавшийся в сомкнутом строю (фаланге). Главным оружием греческого гоплита было копье и большой круглый щит. Остальные виды оружия были не обязательны. О вооружении гоплита см.: Anderson J. К. Hoplite Weapons and Offensive Arms / / Hoplite: The Classical Greek Battle Experience / Ed. by V. D. Hanson. London — New York, 1991. P. 15-37.

81

В битве при Левктрах (Беотия) в 371 г. до н. э. фиванское войско под командованием Эпаминонда нанесло поражение считавшейся до этого непобедимой армии Спарты и положило конец спартанской гегемонии в Греции, начавшейся после поражения Афин в Пелопоннесской войне в 404 г. до н. э. См.: Polyaen., II, 1, 13; 3, 2-3; 8-9; 12 и. прим. 30, 75-76, 84-85, 97, 98; Chrimes К. М. Т. Ancient Sparta, New York, 1952. P. 338.

82

Фукидид подтверждает сведения Полиэна о том, что флейта в спартанском войске использовалась именно для создания ритма движения, а не с религиозными целями (Thuc, V, 70. О значении флейты в спартанском войске также см.: Nie. Damasc. frg., 103, 15 (FGrH); Plut. Lye, 22; Aul. Gel., I, 11). Г. Парк, комментируя этот оракул, полагает, что здесь спартанский обычай вступать в сражение под звуки флейты связывается с увлечением фиванцев игрой на флейте, а само предсказание составлено post factum. Дж. Фонтенроуз в примечании к пассажу отмечает, что все фиванцы обучались играть на этом музыкальном инструменте (P-W № 255; F Q 206). Видимо, Полиэн в своем рассуждении о данном оракуле исходил из того, что в битве при Левктрах, когда спартанцы стали перестраиваться, их атаковали фиванцы; во время перестроения флейта у лаконцев, по-видимому, не играла, она звучала лишь при атаке; фиванцы же просто увлекались игрой на данном инструменте. (А. К. Нефёдкин)

83

Фессал — в греческой мифологии упоминается несколько лиц с таким именем. Уже в древности возникли споры о том, кого из них надо считать эпонимом Фессалии (Diod., IV, 55, 3; Strab., IX, 5, 23). Любопытно, что согласно одному из сказаний Фессал не участвует в покорении страны, названной его именем — он является лишь родоначальником победоносного воителя Антифа (Apollod. Epit., VI, 15; 15b; Strab., IX, 5, 23). Данная версия заслуживает особого внимания, поскольку действия фессалийцев в ней представлены как решительная военная акция, что находит соответствие в содержании комментируемой стратегемы. В прочих сказаниях, наоборот, делается акцент на мирном характере проникновения фессалийцев, обусловленном родством их эпонимного героя с местными династами (особенно ярко невоенный аспект выражен в предании о Фессале, сыне Ясона. См.: Diod., IV, 55, 2). Необходимо учитывать, однако, специфику наших источников: древнефессалийские предания как таковые не сохранились, и в нашем распоряжении имеются только краткие обобщения их содержания, выполненные авторами значительно более позднего времени (Аполлодор, Страбон и другие). За немногословностью таких «отчетов» можно предполагать самые различные повороты мифологического сюжета. Так, утверждение Фессала, подкрепляемое родственными связями, отнюдь не исключало возможность конфронтации в той или иной форме, с другой стороны, текст Полиэна указывает на то, что проникновение фессалийцев в конечном счете произошло без кровопролития. Следовательно, нам нелегко определить, какому именно сказанию мы должны отдать предпочтение. См. также: Polyaen., VIII, 44.

84

Арна — древнее название Фессалии. Согласно традиции, возникло по имени Арны, матери Беота, эпонимного героя беотийцев (Diod., IV, 67, 6). Существовал в Фессалии и город, называвшийся Арна. Кроме того, беотийский полис Херонёя в старину также именовался Арной (Paus., IX, 40, 5), что свидетельствует о распространенности и значимости данного топонима в культуре и мифологии беотийцев.

85

Фессалийцы — ветвь греческого народа, родственная эпиротам. В этногенезе фессалийцев, вероятно, приняли участие негреческие компоненты (не случайно одна из легенд связывала с деятельностью Фессала, племенного эпонима фессалийцев, обустройство святилища Зевса в Додоне, история которого уходила в догреческое прошлое Эгеиды. См.: Strab., VII, 7, 10; IX, 2, 4; Hyg. Fab., 225). Во II тыс. до н. э. фессалийцы населяли бедные и гористые районы на северо-западе Греции. Их экономический уклад отличался архаическими чертами (заметим, в частности, что археологи до сих пор не обнаружили в этом регионе каких-либо признаков урбанизации, современных микенским центрам). Уступая своим соседям по уровню экономического и культурного развития, фессалийцы, вместе с тем превосходили их воинственностью и представляли для них значительную угрозу. См.: Wase A., Thompson М. S. Prehistoric Thessaly. Cambridge, 1912.

86

Беотийцы — под названием Βοιωτοί известна группа племен, в исторические времена населявшая область между Аттикой и Фокидой (наиболее значительный центр — город Фивы). Говорили на эолийском диалекте греческого языка. Во II тыс. до н. э. часть беотийцев заняла территорию, позднее известную как Фессалия. В конце II тыс. до н. э. среди греческих племен усилились миграционные процессы, порожденные, видимо, ростом населения и связанной с этим нехваткой сельскохозяйственных угодий. Начало им положило движение фессалийцев из северо-западной Греции в районы расселения беотийцев — именно эти события нашли отражение в легенде, излагаемой Полиэном. Беотийцы, вынужденные сняться со своих мест, в свою очередь, оказали давление на другие племена, в том числе на дорийцев, которые, устремившись на юг, сокрушили, согласно традиции, прославленные ахейские твердыни — Тиринф и Микены. По данным Фукидида, нападение фессалийцев состоялось через 60 лет после окончания Троянской войны, а вторжение дорийцев в Пелопоннес — еще через 20 (Thuc, I, 12, 2; ср.: Hdt., VII, 176; Plut. Cimon., 1). Заметим, что Эратосфен, знаменитый греческий ученый III в. до н. э., относил падение Трои к 1184/3 г. до н. э. (в пересчете на наше летосчисление). Следовательно, мы можем датировать столкновение фессалийцев с беотийцами 1124/3 г. до н. э. Однако предложенная дата — одна из возможных и не более; дело в том, что наряду с эратосфеновой хронологией Троянской войны, у греков бытовали и другие оценки времени этого события, которые существенно (в пределах нескольких десятилетий) отличались от взглядов Эратосфена.

87

Хитрость, сходную с той, которую описывает Полиэн, придумали фокидяне (кстати, испробовали они эту свою хитрость на фессалийцах; ведь последние, одолев жителей Арны, стали досаждать фокидянам, которые жили несколько южнее). В полнолуние фокидяне покрасили тела 500 воинов, составлявших отборный отряд, а также их оружие мелом, отчего они стали совершенно белыми. Фессалийцы, решив, что имеют дело с колдовством, не сумели оказать сопротивление и были полностью разгромлены (Hdt., VIII, 27; Paus., X, 1, 11; ср.: Polyaen., VI, 18, 1).

88

Менелай — младший сын Атрея, брат Агамемнона, супруг Елены, получивший от ее отца Тиндарея царский престол в Спарте.

89

Согласно Гомеру после завершения Троянской войны Менелай и Елена долгие годы вынуждены были скитаться вдали от родины, так как боги препятствовали их возвращению домой (Od., IV, 81-85, 125-131, 227-229, 351-586). На восьмой год странствий супруги достигли Египта. Здесь Менелай сумел умилостивить обитателей Олимпа, которые позволили, наконец, ему и его спутникам отправиться к берегам отечества. Позднее тема Египта в мифологической биографии Менелая и Елены получила несколько иное решение. Так, согласно Гесиоду и Стесихору, спартанская царица все десять лет Троянской войны находилась в Египте на попечении фараона Протея, Парис же владел лишь ее призраком; Менелай нашел Елену в Египте на обратном пути при возвращении из-под Трои (данной версией воспользовался Еврипид при подготовке трагедии «Елена»). Геродот рационализировал эту новую редакцию мифа, убрав из нее все сверхъестественное: не бог Гермес похитил Елену и передал ее Протею, а сам Парис, отнесенный бурей к египетским берегам, уступил прекрасную гречанку египетскому царю; не было никакого призрака в Трое, но ахейцы, осадившие город, отказывались верить троянцам, что Елены среди них нет; овладев Троей, ахейцы убедились в искренности объяснений защитников, и Менелай отправился в Египет, где нашел свою законную супругу (Hdt., II, 112-120).

90

Родос — остров в юго-восточной части Эгейского моря у берегов Малой Азии. Греческий эпос ничего не сообщает о пребывании Менелая и Елены на этом острове. Соответствующее сказание появилось, надо думать, в эллинистическую эпоху, когда предания отдельных регионов Греции сделались широко известными и возникла необходимость сгладить обнаружившиеся в них противоречия. В нашем случае следовало увязать общепринятую легендарную традицию о судьбе Менелая и Елены (царь с царицей вернулись в Спарту, счастливо правили и после смерти удостоились божественных почестей) со старинным родосским мифом, одним из главнейших моментов которого явилось насильственное умерщвление Елены (позднее греки явно не понимали содержание этого акта, объясняя его местью царицы Поликсо — мол, Тлеполем, муж этой последней и правитель Родоса, нашел свою смерть под Троей в войне, разгоревшейся из-за Елены; о подлинном значении казни см. прим. 92). Плодом усилий по сведению воедино этих двух столь несхожих традиций стало рождение нескольких вариантов мифа. В версии, которой придерживается Полиэн, визит Менелая и Елены приурочен ко времени их переезда из Египта. При этом Менелай демонстрирует достойную хвалы смекалку, ради описания которой наш автор и включил легенду в свое произведение.

91

Поликсо желала отомстить Менелаю как мужу Елены, из-за которой началась Троянская война, где нашли свой конец многие греческие воины, в том числе и ее муж Тлеполем, сын Геракла, который после невольного убийства своего родственника Ликимния бежал на Родос, где и поселился. Позднее Тлеполем отплыл под Трою с флотом из девяти родосских кораблей и там погиб.

92

На Родосе с незапамятных времен существовал культ богини Елены. Ученые неодинаково толкуют сущность и функции этого божества, но вероятнее всего оно отвечало за произрастание растений (весьма прозрачный намек можно видеть в эпитете Елены Родосской — Дендритис, т. е. «Древесная». Периодически, при наступлении соответствующего сезона ипостась этой богини (некогда — человек, олицетворявший ее, позднее — символическое изображение) подлежала ритуальной казни, необходимой для возобновления природных сил. Рассказ, который сообщает нам Полиэн, уже очень далеко отошел от истинного понимания родосского мифа, но в параллельных версиях предания (см., напр.: Paus., III, 19, 9-10) сохранилось больше откликов с архаичной религиозной практикой и благодаря этому мы знаем, что Елена на Родосе сводила счеты с жизнью, или ее убивали, причем способ смерти (повешание на дереве) лишний раз указывает на первоначальную связь между образом Елены и миром флоры. Предшественники Полиэна, явно не знакомые с подлинным древним значением мифа и скрывавшихся за ним культовых действий, совершенно исказили их истинное содержание, поскольку Елена вместо того, чтобы подвергнуться ритуальной смерти, волей мифографов оказалась отстраненной от исполнения своей религиозной обязанности. Соответственно миф из священного предания превратился в историю с приключенческим сюжетом. Но, заметим, античные авторы не без основания видели в родосском предании эпизод из мифологической биографии Елены Спартанской. Дело в том, что образы Елены в Спарте и на Родосе восходят, насколько можно судить, к единому источнику — богине растительности Елене, культ которой был распространен, кажется, по всей южной Эгеиде, не исключая и Спарту (лучшее свидетельство о почитании Елены в древнейшей Спарте как божества флоры — Theoer., XVIII, 1-6, 24-25, 43-48; о связи Елены с растительным миром см.: Клейн Л. С. Бесплотные герои. СПб., 1994. С. 33-37: другие трактовки образа Елены см., напр.: Skutsch О. Helen, her Name and Nature // JHS. Vol! 107. 1987, p. 188-193). Но с течением времени в религиозно-мифологической традиции Родоса и Спарты накопилось немало различий. В частности, для культа Елены Спартанской особенное значение приобрела тема похищения и возвращения назад царицы — священной правительницы народа, между тем как на Родосе наибольшую актуальность приобрела процедура смерти и воскрешения богини.

93

Клеомен I, сын Анаксандрида, спартанский царь, правил около 520-490 гг. до н. э. В 510 г. до н. э. после падения тирании Писистратидов в Афинах предпринял безуспешную попытку вмешательства во внутренние дела этого государства. Отказался послать военную помощь и поддержать восстание ионийских греков против персов (ок. 500 г. до н. э.) (ср.: Hdt., V, 39; 41-42; 48-51; 64; 70 sqq.). О нем см.: Lenschau Th. König Kleomenes I. von Sparta // Klio. Bd. 31. 1938. S. 412-429.

94

Борьба Клеомена с Аргосом более подробно описана Геродотом (VI, 75-84). Клеомен получил оракул, что завоюет Аргос, и отправился на него походом: это произошло, по свидетельству Павсания (III, 4, 1), сразу по вступлении Клеомена на престол. Зная об этом оракуле, аргосцы стали подражать всем действиям неприятелей, однако были захвачены врасплох с помощью описанной выше уловки. Впрочем, большая их часть скрылась в священной роще героя Аргоса, сына Зевса, откуда Клеомен попытался их выманить, а затем поджег рощу и уничтожил ее. Узнав, какому божеству была посвящена эта роща, Клеомен вернулся в Спарту, решив, что пророчество сбылось и захватить весь Аргос ему не удастся. Ср.: Paus., II, 20, 8; III, 4, 1 sqq.

95

Полидор, сын Алкамена — спартанский царь из династии Агиадов, полководец и реформатор. Время правления относится приблизительно ко второй половине VIII в. до н. э. Вместе с Феопомпом, царем из дома Еврипонтидов (в Спарте одновременно правили две династии — Агиадов и Еврипонтидов; см. прим. 78, 251), стяжал лавры победителя в Первой Мессенской войне, которая завершилась покорением Мессении. Получил известность фразой, пояснявшей цели этого конфликта: «Иду на неразделенную часть земли» (Plut. Apopth. Lac, 63, 2) — заявление царя было ответом на упрек, что он воюет с единоплеменниками (мессенцы, как и спартанцы, принадлежали к дорийской ветви греческого народа); говоря так, Полидор имел в виду, что война идет ради захвата сельскохозяйственных угодий. Кроме того, Полидор и Феопомп отличились на ниве государственного строительства (Plut. Lye, 6). В дальнейшем Полидор пал жертвой внутренней борьбы, охватившей спартанское общество (о распре нам сообщает Тиртей: Arist. Pol., V, 6, 2 (1306b-1307a); некоторые ученые полагают, что эта смута вызвала к жизни многочисленные реформы, вошедшие в историю под названием Ликургова законодательства. См. напр.: Jones А. Н. М. Sparta. Oxford, 1967, p. 12, 33; Forrest W. G. A History of Sparta. London, 1962, p. 55-67). Царь, кажется, был склонен держать сторону рядовых граждан и добился распределения среди них 3000 или даже 4500 новых земельных наделов (вероятно, из земельного фонда разгромленной Мессении), но навлек на себя враждебность знати и был убит неким Полемархом, чье имя или прозвище, возникшее, надо думать, по характеру исполняемых им функций, указывает на принадлежность убийцы к кругам военно-аристократической элиты (Plut. Lye, 8; Paus., III, 3, 1-3; анализ традиции о Полидоре см.: Marasco G. La leggenda di Polidoro e la ridistribuzione di terre di Licurgo nella propaganda Spartane del III secolo // Prometheus. T. IV. 1978, p. 115-127).

96

До конца VI в. до н. э. спартанские законы не препятствовали царям осуществлять совместные походы (запретительные меры появились лишь около 508 г. до н. э., после того как разногласия царей однажды повлекли за собой крупный внешнеполитический провал. См.: Hdt., V, 75). Полидор и Феопомп на протяжении долгой, тянувшейся двадцать лет, Первой Мессенской войны провели, согласно преданиям, немало совместных кампаний. С другой стороны, устойчивая взаимная неприязнь двух параллельно царствующих домов, без сомнения, имела место и в их времена. Но спартанская традиция, на которую опирается Полиэн, кажется, несколько преувеличивает результативность хитрости, построенной на сочетании этих двух факторов (практика общих походов при непростых отношениях между правящими домами Спарты). Причиной тому, может быть, стало желание более четко обозначить перед читателем преимущества осуществленной лакедемонянами ловушки. Во всяком случае Павсаний, который собрал значительное число легенд о спартано-мессенских войнах (материалы этого автора, впрочем, отражают преимущественно мессенскую традицию), отмечает, что генеральная битва на двадцатом году войны отнюдь не окончилась немедленно взятием укрепленной горы Итомы, последнего оплота мессенцев (Полиэн, видимо, имеет его в виду, когда пишет о цитадели), но, напротив, мессенцы, лишившись значительной части войска и большинства военачальников, продолжали героическую оборону на продолжении пяти месяцев (Paus., IV, 13, 5-6).

97

Ликург — знаменитый спартанский законодатель, заложивший, согласно античной традиции, основы государственного строя классической Спарты. Относительно личности Ликурга, времени его жизни, а также содержания осуществленных им реформ уже в древности не было единства мнений. Так, Геродот (I, 65) и следовавший ему Павсаний (III, 2, 3) считали прославленного законодателя дядей и опекуном царя Леобота из династии Агиадов, но Аристотель (Pol., II, 7, 1 (1271b)), а также некоторые другие писатели устанавливали аналогичное положение реформатора к царю Хариллу, представителю династии Еврипонтидов (см. например: Strab., X, 4, 18-19; Just., III, 2, 5). Полный хаос царил и в хронологии — различные авторы помещали Лигурга в широком временном диапазоне, от эпохи возвращения Гераклидов (так, кажется, рассуждал Ксенофонт (Lacón, polit., 10, 8)) до первой половины VIII в. до н. э. (Plut. Lye, 1). Историк Тимей попытался снять многочисленные противоречия, возникшие вокруг образа реформатора с помощью приема, который иногда использовался в позднеантичной науке для сведения воедино трудносовместимых показаний традиции, а именно он предположил, что в разное время у спартанцев могло быть два Ликурга (Plut. Lye, 1). Сверх того, по мнению одних, Ликург создал целиком весь общественно-политический строй Спарты, другие же считали, что порядки, установленные реформатором, в дальнейшем подвергались некоторой корректировке (Hdt., I, 65; Plut. Lye, 1). В антиковедении XIX в. сформировалось весьма авторитетное направление, сторонники которого отказывались видеть в смутной фигуре спартанского законодателя историческое лицо и объявляли Ликурга древнелаконским божеством, связанным с культом солнца (предположительная этимология имени Ликурга — «творец света»). Надо заметить, что данная постановка вопроса имеет надежную опору в источниках, — согласно Геродоту, Ликурга сравнивали с богом (I, 65), в Спарте ему выстроили святилище и совершали в его честь мероприятия религиозного характера (Hdt., I, 66; Strab., VIII, 5, 5; Plut. Lye, 31; Paus., III, 16, 6). После раскопок, проведенных в начале XX века на территории города спартанцев, ряд ученых выступил в поддержку новой идеи, которая отчасти развивала предыдущую и заключалась в следующем — образ Ликурга, действительно, всецело принадлежит к области мифов, а реформы, которые традиция ему приписывала, были осуществлены в VI в. до н. э., может быть, при эфоре Хилоне (в связи с этим небезынтересно отметить, что наиболее ранние наши источники по государственному устройству спартанцев — Пиндар и Гелланик — совершенно не упоминают Ликурга). Вопрос о Ликурге и нововведениях, которые с ним связывают, остаются не вполне выясненными до настоящего времени. Хотя уже очевидно, что многие особенности так называемого ликургова строя Спарты, такие как совместные обеды граждан (сисситии) и общественное воспитание мальчиков, имеют очень древнее происхождение; если их и коснулась деятельность реформатора, то, вероятно, это были не более чем меры, направленные на приспособление глубоко архаичных норм к конкретным социально-политическим условиям, сложившимся в Спарте после завоевании Мессении (VIIIVII вв. до н. э.).

98

Законы Ликурга традиционно обозначались словом «ретра» (ρήτρα), которое наряду со значением «закон, постановление», имело значение — «речь, право речи» (возможно, намек на устный характер законодательства, так как реформатор, согласно легенде, воспрепятствовал записи своих предписаний. См.: Plut. Lye, 13). В данной стратегеме приведены ретры, которые раскрывают некоторые принципы военной политики Спарты.

99

Древние авторы подчеркивают, что Ликург, прежде чем осуществить реформы в Спарте, основательно познакомился с принципами государственного устройства на о. Крит (Hdt., I, 65; Arist. Pol., II, 9, 5-1274a 25); Strab., X, 4, 18-19; Plut. Lyc, 4). Хотя фигура легендарного законодателя спартанцев, возможно, не имеет прямого отношения к реальной истории (см. прим. 97), представление о том, что критяне сыграли важную роль в становлении приписываемых Ликургу порядков, видимо, не лишено оснований. Открытия, сделанные в конце XIXXX вв., показали, что критяне архаической поры заметно превосходили жителей континентальной Греции по уровню своей политической культуры, и в этом смысле они вполне могли оказать позитивное влияние на развитие спартанского общества. Так, в городе Гортина (северная часть центрального Крита) обнаружены самые ранние во всем Эгейском бассейне кодексы законов, которые регулировали гражданские, имущественные и уголовные правоотношения (Иосилиани Л. Г. Гортинские законы. Текст, перевод с комментарием и словарем. Тбилиси, 1966). А в городах Дрерос и Лато выявлены первые в Греции образцы полисной архитектуры — около общегосударственных культовых сооружений открыты городские площади с рядами сидений — очевидно, место заседаний народного собрания, руководящего органа греческого города-государства в классическую эпоху. Наконец, здесь же найден самый древний в Греции декрет, вырезанный в камне, причем преамбула декрета содержит формулу («следующее угодно полису» αδ έFαδε πόλι), которая предвосхищала практику оформления государственных документов, принятую, у греков в более позднее время (явно не случайно Крит в Древней Греции имел репутацию страны с прекрасным законодательством, а его мифического царя Миноса считали мудрым правителем). С учетом сходства путей политогенеза, а также единства многих черт социального строя в Спарте и на Крите (в обоих случаях государство возникло в результате завоевания коренного населения, общей особенностью их социального строя было противопоставление граждан неполноправным и угнетенным местным жителям), возможность обогащения спартанского опыта государственного строительства критскими достижениями выглядит весьма вероятной. Добавим, что восприятие спартанцами некоторых критских обычаев могло облегчить племенное родство — как те, так и другие принадлежали к дорийскому племени (кстати, о. Крит расположен напротив Пелопоннеса, так что географический фактор также как будто способствовал развитию контактов между жителями двух регионов).

100

В античности высказывались различные суждения о роли Дельф в спартанском законодательстве (Hdt., I, 64). Уже Тиртей (см. прим. 104) связывал принятие спартанских законов с Аполлоном и его оракулом в Дельфах (Tyrt. ар. Plut. Lye, 6 = frg. 3b Diehl; Tyrt. ap. Diod., VII, 12, 5 = frg. 3a Diehl). Последующая традиция упоминает об обращении в Дельфы Ликурга. В то время как Плутарх говорит о том, что Ликург получил свои ретры от Аполлона, Ксенофонт сообщает, что бог только утвердил предложенное законодателем (Xen. Lac. pol., 8, 5; Plut. Lye, 6; ср.: Arist. frg. 536 Rose3; также см.: P-W № 21, 216-219; F Q 7-9).

101

Из античной традиции нам известны немногочисленные случаи подкупа дельфийской пророчицы (пифии). Самая скандальная попытка получить оракул подобным образом была предпринята спартанским царем Клеоменом I (Hdt., VI, 66). Следует заметить, что большинство подобных примеров традиция связывает с политическими деятелями Лакедемона. Возможно, это послужило источником утверждения Полиэна в отношении Ликурга. У более ранних авторов сведений об этом нет.

102

102 Ср.: Plut. Lye, 12; Ages., 26.

103

Ср.: Plut. Lye, 12; 22.

104

Тиртей, согласно античной традиции, был хромым учителем, которого афиняне послали на помощь спартанцам, когда те находились в тяжелом положении во время Второй Мессенской войны (вторая половина VII в. до н. э.). Спартанцам было прорицание из Дельф призвать к себе в качестве советника мужа-афинянина. Не желая помогать спартанцам, но и боясь гнева божества, афиняне в насмешку отправили Тиртея, но он поднял боевой дух спартанцев своими элегиями и привел их к победе (Paus., IV, 15, 6).

105

Скитала (у Полиэна — уменьшительное: σκυταλίς) — спартанское изобретение для шифровки депеш. Его описание дает Плутарх (Plut. Lys., 19). На палку определенного диаметра наматывали ремень и писали на нем послание в поперечном направлении, после чего снимали ремень с палки и отправляли по назначению. Прочесть послание можно было, лишь обладая палкой указанного диаметра, которая хранилась у военачальников.

106

Илоты были потомками древнейших жителей Лаконики, обращенных в рабство завоевателями-дорийцами. После завоевания Мессении ее жители также стали илотами. Они являлись государственными рабами, прикрепленными к определенным земельным участкам и доставлявшим с них доход своим хозяевам. После поражения в битве у «Могилы кабана» спартанцы, вследствие серьезных потерь, призвали в войско илотов (Paus., IV, 16, 6). Битва, о которой рассказывает Полиэн, вероятно, является сражением у «Большого рва», произошедшим на третий год войны, в котором, согласно Павсанию (IV, 17), мессенцы проиграли из-за предательства аркадян.

107

Кодр, сын Меланфа — царь Афин, правивший, согласно традиции, около 1090-1069 гг. до н. э. (Euseb. Chron., II, p. 58-61; впрочем, текст Паросской хроники содержит указание на более ранние даты, см.: Магт. Par., 27; ср.: Euseb. Chron., I, p. 216). Род Кодра происходил из Мессении и принадлежал к боковой линии царствовавшей там династии Нелеидов (Apollod., И, 7, 3; Paus., II, 18, 8). Его отец, вынужденный оставить родину из-за нашествия дорийцев при так называемом возвращении Гераклидов, нашел убежище в Афинах. Здесь Меланф оттеснил от власти Фимета, последнего представителя тесеевой династии и стал царем вместо него. Сначала Меланф, а затем его сын и преемник Кодр вступили в брак с афинянками (Paus., VII, 2, 3), так что династия быстро утратила свой «чужеземный» характер и вполне адаптировалась на новой родине. О деятельности Меланфа традиция сообщает, что он позволил укрыться в Аттике многочисленному племени ионян, лишившихся своего отечества в результате развернувшихся тогда сложных этнических перемещений в Пелопоннесе — данный шаг способствовал укреплению обороноспособности афинского государства в то неспокойное время (Paus., VII, 1, 9). Центральным событием правления Кодра легенды называют его подвиг в войне с дорийцами, которые, утвердившись в Южной Греции, попытались распространить свое владычество и на Аттику (Hdt, V, 76; Plat., Symp., 208d; Lyc. Leocr., 84-87; Arist. Pol., V, 8, 5 (1310b); Strab., IX, 1, 7; XIV, 2, 5; Veil., I, 2; Paus., I, 39, 4; VII, 25, 2; VIII, 52, 1; Just., II, 6, 16-21; Euseb. Chron., II, p. 60-61). Позднее афиняне показывали место на р. Илисс (около Афин), где, по их мнению, Кодр был сражен захватчиками (Paus., I, 19, 5). Кодру наследовал его сын Медонт, потомки которого (Медонтиды) якобы правили Аттикой на протяжении нескольких веков, сначала пожизненнно, а в дальнейшем — в качестве срочных магистратов по 10 лет каждый. В исторические времена к потомкам рода Кодра и Медонта причисляли реформатора Солона, тирана Писистрата и философа Платона (Hdt., V, 65; Diog. Laèrt., I, 2, 53; III, 1; Plut. Sol., 1).

108

Условие победы, выраженное в «божественном» вещании, нельзя считать чем-то случайным или произвольным. Оно вполне отвечало древнейшим представлениям греков (да и не только их — подобные представления бытовали у многих народов на определенном этапе общественной эволюции) о роли царской власти, которые имеют мало общего с более поздней монархической идеей эллинизма, с восточной деспотией или с европейским абсолютизмом (хотя генетически все три названные идеологические конструкции так или иначе восходят к первой). Типичное для этих последних доведенное до крайности противопоставление монарха как субъекта власти подданным — объекту власти существовало не всегда и некогда отношения царя с народом носили совершенно иной характер — царь фактически являлся ответственным посредником между своим народом и богами. Если жизнь общества складывалась неблагоприятно, то правление царя могло быть признано неугодным богам. В таких случаях царь подлежал суду и даже мог быть казнен (в исторические времена видоизмененный реликт этой практики встречается у спартанцев, чей общественный строй сохранил особенно много архаичных черт (ср.: Plut. Agis, 11. См. также прим. 230). При неприятельском нашествии царь или родственник, готовый его заменить, должен был принести себя в качестве искупительной жертвы ради спасения народа. О подобных акциях неоднократно рассказывают греческие мифы (Менекей, сын Креонта, умер за спасение Фив, Ифигению, дочь царя Агамемнона принесли в жертву за успех Троянской войны и т. д.). Интересно, что случай такого самопожертвования (впрочем, данное определение для рассматриваемого явления может быть применено лишь с известной долей условности) засвидетельствован и в исторические времена: перед нашествием персов в 480 г. до н. э. оракул возвестил спартанскому царю Леониду, что в предстоящей войне либо падет царь, либо суждено погибнуть его стране (Hdt., VII, 220; Plut. Pelop., 21; Just., II, 11, 8; ср.: Polyaen., I, 32) — Леонид предпочел умереть и отдал свою жизнь в сражении при Фермопилах. Об оракуле, упоминаемом Полиэном, см.: P-W № 215; F L 49.

109

Пеан — 1) благодарственная культовая песнь в честь Аполлона, 2) боевой гимн перед сражением и победный — после. См.: прим. 66 к Polyaen., III, 9, 8.

110

Ср.: Lyc. Leocr., 86-87.

111

Весь этот рассказ построен на игре слов. Имя Меланф (Μέλανθος) происходит от слова μέλας — черный. Отсюда же и название Мелайны (Μελαιναί). Имя Ксанф (Ξάνθος) означает «светлый, светло-русый». Подобный рассказ приводит и Фронтин (Strat., II, 5, 41), где Ксанф назван царем беотийцев. Возможно, упомянутый здесь Меланф — это отец Кодра, о котором пишет Павсаний (II, 18, 9): «… Меланф… получил царскую власть, отняв ее у Фимета, сына Оксинта; Фимет царствовал в Афинах последним из рода Тесея» (пер. С. П. Кондратьева).

112

Апатурии (Άπατούρια) — праздник, справлявшийся в 20х числах месяца пианопсион (конец октября — начало ноября), был на самом деле праздником религиозной связи фратрий в честь Зевса и Афины. На третий день праздника в списки фратрий вносились дети граждан. Полиэн ошибочно производит название праздника от слова άπάτη — обман (ср.: Harpocr. s. v. Άπατούρια; см.: Латышев В. В. Очерк греческих древностей. T. II. СПб., 1997. С. 133). Впрочем, Г. Парк полагает, что этот легендарный оракул объяснял эпитет Диониса Меланега, который появился во время поединка за спиной Ксанфа и на которого указал Меланф. Возможно, именно этому богу и был посвящен праздник Апатурий в Афинах (P-W. № 214; Vol. I. Р. 331-332; ср.: F L 48).

113

Солон (ок. 640-560 гг. до н. э.) — афинский законодатель и поэт. Принадлежал к старинному роду. Завоевал расположение сограждан умелой агитацией за войну с соседними Мегарами за остров Саламин. Затем был избран посредником между простым народом и знатью для разрешения острых социальных противоречий. В 594 г. до н. э. провел законы, заложившие основу афинской демократии: запретил долговое рабство, провел ряд законов по защите частной собственности и регулированию рынка. В политическом плане возродил роль народного собрания, создал Совет четырехсот, ввел народный суд — гелиэю. Провел реформу гражданского состава, разделив граждан на четыре имущественных класса и предоставив им участие в государственном управлении согласно их положению. Компромиссный характер реформ Солона навлек на него недовольство и богатых, и бедных. Солон добровольно сложил с себя полномочия, после чего в стране возникла смута, приведшая в 561/0 г. до н. э. к установлению тирании Писистрата. Солон входил в число Семи греческих мудрецов. См.: Суриков И. Е. Из истории греческой аристократии позднеархаической и раннеклассической эпох: род Алкмеонидов в политической жизни Афин VIIV вв. до н. э. М., 2000. С. 133-140; Masaracchia A. Solone. Firenze, 1958.

114

Мегары — дорийский полис в районе Истма.

115

Саламин — остров в Сароническом заливе, между восточным побережьем Аттики и южным побережьем Мегар. Из-за своего положения, выгодного для судоходства и торговли, долгое время был объектом спора между Афинами и Мегарами, но на рубеже VIIVI вв. до н. э., о чем и идет речь в этой стратегеме, остров захватили афиняне. См.: French А. Solon and the Megarian Question // JHS. Vol. 77. 1957. P. 238 ff.

116

Элегия — лирическое стихотворение наставительного содержания, заключающее в себе побуждения и призывы к важному действию, размышления, афоризмы и т. п. Элегии пелись на пирах и народных сходках. Подробнее см.: Тройский И. М. История античной литературы. М., 1988. С. 76-77.

117

Т. е. военной.

118

Ср.: Plut. Sol., 8; Just., II, 7. Приведем один из сохранившихся отрывков этой элегии:

119

Колиада — мыс в Аттике у афинской гавани Фалер с храмом Афродиты, обращенный к Саламину.

120

Ср.: Plut. Sol., 8; Aen. Tact., 4, 8; Just., II, 8.

121

Писистрат (ок. 600-527 гг. до н. э.) — афинский тиран с 561/0 г. до н. э. Инсценировав покушение на себя, добился, чтобы ему назначили стражу, и с ее помощью захватил власть. Однако его противники вскоре объединились и изгнали Писистрата. Вернулся он около 552/1 г. до н. э. с помощью уловки с женщиной, переодетой Афиной Палладой. Около 545 г. до н. э. был изгнан вторично и, вернувшись с помощью военной силы (битва у святилища Афины Паллены) ок. 535 г. до н. э., правил до своей смерти в 527 г. до н. э. См. о нем: Berve H. Die Tyrannis bei den Griechen. München, 1967. Bd. I. S. 41-63; Bd. II. S. 539-554.

122

Эвбея — большой вытянутый в длину остров у восточного побережья Средней Греции, отделенный от нее узким проливом Еврип. Писистрат находился там в изгнании в городе Эретрия и оттуда вторгся в Аттику (Hdt., I, 61-62).

123

Т. е. Афины.

124

Ср.: Hdt., I, 60; 62; Aristot. Ath. pol., 14, 3.

125

В Афинах, как и в других греческих полисах, граждане составляли ополчение и хранили оружие дома. Разоружение народа — одна из антидемократических мер, которую проводили почти все тираны. Ср., например, рассказ Геродота о приходе к власти Поликрата (Hdt., III, 39-46). Об афинской армии этого периода см.: Тумане X. Военная организация греков в архаическую эпоху (Афины VIIIVI вв. до н. э.) / / Античное общество. Проблемы политической истории / Под ред. Э. Д. Фролова. СПб., 1997. С. 6-19.

126

Анакей (Άνάκειος) — храм Диоскуров, Кастора и Полидевка, у северного подножия Акрополя, большая ограда которого служила иногда для сбора войска.

127

Пропилеи (προπύλαιον — сооружение, расположенное перед воротами) — преддверие, монументальный вход в святилище, позднее — и в сооружения некультового характера. Наиболее известны Пропилеи афинского Акрополя.

128

Агравла (Άγραυλος или Άγλαυρος) была одной из дочерей Кекропа, мифического царя Афин. Получив вместе со своими сестрами на хранение от Афины ларец со спрятанным в нем Эрихтонием, сыном Геи, получеловеком — полузмеем, она, не вняв запрету, открыла ларец, после чего от ужаса бросилась вниз с Акрополя (Apollod., III, 14, 6). Однако по другой версии мифа, Агравла бросилась со скалы во исполнение предсказания оракула, когда на Афины напали враги, и принесла победу родному городу. Поэтому афиняне, впервые взявшие в руки оружие, приходят в храм Агравлы, расположенный рядом с храмом Диоскуров, и приносят в нем клятвы посвятить жизнь процветанию родного города (Plut. Alcib., 15). Ср.: Латышев В. В. Очерк… T. II С. 142-143; 201; Грейвс Р. Мифы… С. 68-69.

129

Ср.: Aristot. Ath. pol., 15, 4.

130

Мегакл из знатного афинского рода Алкмеонидов, возглавляя так называемых паралиев (жителей прибрежной области Аттики, добивавшихся, по выражению Аристотеля (Ath. pol., 13, 4-5), «среднего образа правления»), был противником Писистрата, стоявшего во главе бедняков-диакриев, живших в горной части Аттики (ср.: Hdt., I, 59). Данные события относятся к смуте в Афинах после реформ Солона. Подробнее об этом см.: Зельин К. К. Борьба политических группировок в Аттике в VI в. до н. э. М., 1964. С. 7-40.

131

Телохранители Писистрата были вооружены дубинами, экзотическим для греков оружием, откуда и получили свое название. Ср.: Aristot. Ath. pol., 14, 1.

132

Ср.: Aristot. Ath. pol., 14, 1; Plut. Sol., 30.

133

Аристогитон, выходец из знатного афинского рода, вместе с Гармодием составил заговор с целью убийства сыновей Писистрата Гиппарха и Гиппия. Во время Панафинейского праздника 514 г. до н. э. они осуществили свой замысел в отношении Гиппарха, Гиппию же удалось спастись. Гармодий был убит сразу, Аристогитон был схвачен, подвергнут пыткам и казнен. С V в. до н. э. за ними закрепилась слава тираноубийц и борцов за свободу, возник культ тираноубийц. Ср.: Thuc, VI, 56-58; Aristot. Ath. pol., 18.

134

Копьеносцы (δορυφόροι) — обычное название гвардии тирана. См.: Александров М. А. Наемники на службе у тиранов в архаическую эпоху (VIIIVI вв. до н. э.) // Античный полис. Проблемы социально-политической организации и идеологии античного общества / Под ред. Э. Д. Фролова. СПб., 1995. С. 28-40.

135

Принимаем чтение И. Райске: έδήλωσεν.

136

Поликрат — тиран острова Самос с 538 г. до н. э., установил тиранию, пользуясь недовольством народа засильем знати. Большой флот позволял ему совершать пиратские набеги на острова Эгейского моря и побережье Малой Азии. Современники и потомки восхищались размахом строительства Поликрата и пышностью его двора, при котором находились такие люди искусства, как поэты Анакреонт и Ивик. Погиб в 522 г. до н. э. от руки персидского сатрапа Оройта. Ср. о нем: Hdt., III, 39-46, 54, 56-57, 120-126, см. также: Berve H. Die Tyrannis… Bd. I. S. 107-116; Bd. II. S. 582-588.

137

Cp. Hdt., III, 39.

138

По свидетельству Геродота (III, 39), Поликрат сперва разделил власть на Самосе со своими братьями, однако затем Пантагноста убил, а младшего Силосонта изгнал, став единоличным правителем острова.

139

Паноплия (πανοπλία) — полное вооружение гоплита, включавшее щит, шлем, панцирь, поножи, меч и копье. О греческом вооружении и его развитии подробнее см.: Snodgrass А. М. Early Greek Armour and Weapons. Edinburg, 1964; idem. Arms and Armour of the Greeks. London, 1967.

140

Лигдамид — тиран острова Наксос (крупнейший остров Киклад, в центре Эгейского моря), получивший власть с помощью Писистрата (ср.: Hdt., I, 61; 64). См. о нем: Berve H. Die Tyrannis… Bd. I. S.78; Bd. H. S. 564.

141

Гистией — тиран Милета, одного из греческих городов в Ионии (западное побережье Малой Азии), с 40-30 гг. VI в. до н. э. находившихся под властью Персии. В 514 г. до н. э. сопровождал персидского царя Дария в походе против скифов и не дал грекам разрушить мост через Геллеспонт, за что заслужил особую милость царя. Однако вскоре был отозван царем в Сузы (где он и находился во время, описанное в данной стратегеме), и тираном Милета стал его зять Аристагор, в 500 г. до н. э. начавший Ионийское восстание, закончившееся разрушением Милета в 494 г. до н. э. и послужившее началом греко-персидских войн. Ср.: Hdt., V, 11; 23-25, см. также: Berve H. Die Tyrannis… Bd. I. S. 102 ff.; Bd. II. S. 579 ff.

142

Ср.: Hdt., V, 35; Aen. Tact., 31, 28. О сюжете подробнее см.: Foucault J. A., de. Histiée de Milet et l’esclave tatoué // REG. T. 80. 1967. P. 181-186; Manville P. B. Aristagoras and Histiaios: The Leadership Struggle in the Ionian Revolt // CQ. Vol. 27. 1977, p. 80-91.

143

Питтак — правитель Митилены на острове Лесбос, избранный законодателем в процессе борьбы народа и знати в 580 г. до н. э. Законодательная деятельность Питтака заложила основы государства в Митилене. Он причислялся к Семи греческим мудрецам. Описанный Полиэном эпизод относится ко времени около 600 г. до н. э., когда Сигей (полис у входа в Геллеспонт, на азиатской стороне) подвергся нападению афинских колонистов во главе с олимпиоником Фриноном.

144

Ср.: Diog. Laert., I, 74; Plut. De Herod, mal., 15; Festus s. v. retiarius. Сеть — обычное охотничье приспособление у греков, но ее употребление в бою — исключительный случай. Вероятно, слова Полиэна о том, что сетью пользуются «еще и сейчас», относятся к боям гладиаторов. Среди гладиаторов были ретиарии, вооруженные трезубцем и сетью, которые обычно сражались с мирмиллонами, вооруженными мечом и щитом. См.: Хефлинг Г. Римляне, рабы, гладиаторы / Пер. с нем. Е. В. Ляпустиной. М., 1992. С. 42-44.

145

Биант (ок. 590-530 гг. до н. э.), родом из Приены (города на побережье Малой Азии, севернее Милета) — один из Семи греческих мудрецов. См.: Diog. Laert., I, 82-88.

146

Крез (правил в 560 — 547 гг. до н. э.) — последний лидийский царь. См.: Polyaen., VII, 8 и прим. 36.

147

Геродот (I, 27), у которого содержится этот рассказ, поясняет, что островитяне собрались с помощью многочисленной конницы отправиться в поход на Сарды, столицу Креза.

148

Гелон — тиран сицилийского города Гелы (491/0 — ок. 485 гг. до н. э.), а затем — Сиракуз (485 — 478 гг. до н. э.). При нем город достиг небывалого могущества: Гелон расширил гражданскую общину, принимая жителей других городов и наемников, создал мощное войско, давшее отпор вторгшемуся на Сицилию Карфагену в битве при Гимере в 480 г. до н. э., что сохранило независимость западных греков от Карфагенской державы. См.: Berve Н. Die Tyrannis… Bd. I. S. 140-147; Bd. II. S. 598-603.

149

По свидетельству Геродота (VII, 165-167), карфагенским полководцем в этой войне был Гамилькар. Также см.: Циркин Ю. Б. Карфаген и его культура. М., 1986. С. 45.

150

Стратег-автократор — полководец, наделенный неограниченными полномочиями.

151

События 485 г. до н. э. Ср.: Diod., XI, 26, 5; Aelian. Hist, var., VI, 11.

152

Ср.: Hdt., VII, 167; Diod., XI, 21; Высокий M. Ф. «Эллинской вольности став помощью в славной борьбе» (битва при Гимере в 480 г. до н. э.) / / Античность и средневековье Европы. Вып. 3. Пермь, 1996. С. 94-100.

153

Речь идет о Мегарах Гиблейских, колонии дорийского полиса Мегары (об основании колонии и ее судьбе ср.: Thuc, VI, 3-5). Располагаясь между Сиракузами и Леонтинами, Мегары Гиблейские не могли расширять свою территорию за счет более сильных соседей, хотя имеется свидетельство о войне между ними и Леонтинами, закончившейся, очевидно, не в пользу Мегар (Polyaen., V, 47). Описываемые здесь события относятся ко времени около 482 г. до н. э., когда Гелон, расширяя свои владения на Сицилии, подчинил Мегары. По-видимому, данный пассаж Полиэна следует понимать в том смысле, что жители Мегар должны были или откупиться от притязаний Гелона, или переселиться по его требованию в Сиракузы. Поскольку назначенная им сумма оказалась чрезмерной, они выбрали последнее. По свидетельству Геродота (VII, 156), которое расходится с данным сообщением Полиэна, Гелон пошел на Мегары войной, состоятельных граждан переселил в Сиракузы, а простых мегарян, не причастных к войне, продал в рабство. О Мегарах Гиблейских ср.: Пальцева Л. А. Из истории архаической Греции: Мегары и Мегарские колонии. СПб., 1999. С. 133-139.

154

Ферон — тиран сицилийского города Акраганта (489-473 гг. до н. э.). Дочь Ферона Дамарета была женой Гелона. В 476 г. до н. э. стал олимпиоником, одержав победу на скачках. В союзе с Гелоном Ферон участвовал в войне с Карфагеном, эпизод которой (битва при Гимере в 480 г. до н. э.) и описан в данной стратегеме. См.: Berve Н. Die Tyrannis… Bd. I. S. 132-136; Bd. II. S. 595-597.

155

Иберы — племена, населявшие Пиренейский полуостров, в данном случае — наемники Карфагена. Об этих племенах см.: Nicolini G. The Ancient Spaniards. London, 1974.

156

Ферон, сын Мильтиада — тиран города Селинунта (колонии Мегар Гиблейских, расположенной на западе Сицилии), захвативший власть в своем городе во время войны с карфагенянами во второй половине VI в. до н. э. См.: Berve Н. Die Tyrannis… Bd. I. S. 136-137; Bd. II. S. 597.

157

По греческим представлениям, душа человека, оставшегося без погребения, не могла переправиться в царство мертвых и найти упокоение, поэтому после битвы греки заключали соглашение о выносе мертвых с поля боя. Вспомним, что после битвы при Аргинусских островах (406 г. до н. э.) стратегов-победителей судили и казнили, обвинив в том, что они оставили непогребенными тела граждан, которых невозможно было поднять из-за шторма (ср.: Xen. Hell., I, 7, 2; 34).

158

В подлиннике άνδραπόδων — «человеконогих».

159

Гиерон, брат Гелона, с 485 г. до н. э. — тиран Гелы, после смерти Гелона в 478 г. становится тираном Сиракуз. При нем тирания достигла расцвета. Обладая значительными средствами, Гиерон вел большое строительство, при его дворе некоторое время жили поэты Симонид, Пиндар, Вакхилид. Во время своего правления вел военные действия в южной Италии, распространяя на нее влияние Сиракуз. В 474 г. до н. э. близ Кум его флот нанес поражение этрускам, что обезопасило греческие колонии Кампании. Умер в 466 г. до н. э. См.: Berve Н. Die Tyrannis… Bd. I. S. 147-152; Bd. II. S. 603-607.

160

Фемистокл (ок. 524-459 гг. до н. э.) — афинский полководец и политический деятель, архонт 493/2 г. до н. э. Выступая за усиление морского могущества Афин, в 483/2 г. до н. э., во время войны с Эгиной, внес предложение об использовании доходов с серебряных рудников для строительства триер, создав афинский флот, равного которому в то время не было в Элладе. Тем самым он поднял значение низших слоев афинского гражданства, составлявшего экипажи кораблей. Фемистокл превратил Афины в морскую державу, укрепил Пирей, создав в нем военную гавань. Фукидид (I, 138, 3) отмечает чрезвычайную одаренность Фемистокла, его природный ум, позволявший ему быстро разбираться в текущем моменте и находить правильные решения. См.: Davies J. P. Athenian Propertied Families. 600-300 B. C. Oxford, 1971. P. 112-121; Podlecki A. J. The Life of Themistocles: A Critical Survey of the Literary and Archaeological Evidence. Montreal, 1975; Lenardon R. J. The Saga of Themistocles. London, 1978.

161

Пер. Г. А. Стратановского. См.: Hdt., VII, 141. Эта строфа, а также приведенная ниже (I, 30, 2) — отрывки из прорицания, данного в Дельфах афинянам, вопросившим Аполлона, что нужно делать ввиду приближающегося нашествия варваров под предводительством персидского царя Ксеркса (480 г. до н. э.). Здесь Полиэн приводит две главные мысли этого изречения: предсказывается победа при острове Саламин и указывается на необходимость именно морского сражения на триерах, «деревянных стенах» афинян.

162

Имеется в виду победа над персами в морской битве у Саламина в 480 г. до н. э. См.: Green P. Year of Salamis. London, 1970.

163

Ср. Hdt., VII, 142-143; Plut. Them., 10. Об этом и о следующем оракуле подробнее см.: P-W № 95; F Q 147; а также: Elayi J. Deux oracles de Delphes: Les réponses de la Pythia à Clisthène de Sycion, et aux Athéniens avant Salamine // REG. T. 92. 1979. P. 224-230.

164

Пер. Г. A. Стратановского. См.: Hdt., VII, 141. Тритогенея — эпитет богини Афины, покровительницы Афин, которая, по одной из версий мифа, была рождена на берегу озера Тритон в Ливии.

165

Ср.: Hdt., VII, 141-143; Plut. Them., 10; Nep., 2, 2; 7. О морской программе Фемистокла см.: Строгецкий В. М. Морская программа Фемистокла и возникновение триерархии / / Античный мир. Проблемы истории и культуры. Сборник научных статей к 65-летию со дня рожд. проф. Э. Д. Фролова. СПб., 1998. С. 69-83; Labarbe J. La loi navale de Thémistocle. Paris, 1957.

166

Речь идет о Саламинской битве 480 г. до н. э. Греческий флот располагался у острова Саламин, Ксеркс уже занял Афины, и грекам предстоял выбор: принять битву при Саламине или отступить к Истму, где было собрано пелопоннесское войско. Пелопоннесцы во главе со спартанцами высказывались за последнее, афиняне, мегарцы и эгинцы — за морское сражение у Саламина. Стремясь склонить спартанцев к битве, поскольку маневренные греческие суда в узком проливе имели преимущество над более неповоротливыми кораблями противника, Фемистокл и совершил описанную здесь хитрость.

167

Т. е. Ксерксу.

168

Ср.: Hdt., VIII, 75; Plut. Them., 1-2; Diod., XI, 17; Nep., 2, 4; 3; Just., II, 12, 18; Front. Strat, II, 2, 14. Также см.: Welzhofer H. Die Seeschlacht bei Salamis. Leipzig, 1892.

169

Ср.: Hdt., VIII, 108-110; Plut. Them., 16; Diod., XI, 19; Nep., 2, 5; Just., II, 13, 5; Front. Strat., II, 6, 8.

170

После отступления персов из Греции афиняне принялись за восстановление своего разрушенного города. Чтобы обезопасить себя с суши от возможных нападений, было принято решение окружить Афины стеной, укрепить Пирей, сделав город неприступной крепостью. Спартанцы, боясь возвышения Афин, пытались препятствовать строительству, объясняя это тем, что в случае повторного нападения варваров укрепленный город может стать их опорным пунктом в Греции. Фемистокл, придумав данную хитрость, дал возможность афинянам довести до конца задуманное дело.

171

Thuc, I, 90 sqq.; Plut. Them., 19; Diod., XI, 39 sqq.; Nep., 2, 6 sqq.; Just., II, 15; Front. Strat., I, 1, 10.

172

Война с Эгиной продолжалась с 488 по 481 г. до н. э. (Hdt., VII, 145; V, 89). Эгина, обладая сильным флотом, одерживала победы на море, блокировала побережье Аттики и наносила ущерб афинской торговле (Hdt., VI, 88-93).

173

Аттический талант содержал около 26 кг серебра.

174

Ср.: Hdt., VII, 144; Aristot. Ath. pol., 22, 7.

175

Ионийцы — жители греческих городов Малой Азии, вынужденные последовать за персидским царем против Эллады, выходцами из которой были их предки.

176

Hdt., VIII, 22; Plut. Them., 9; Just., II, 12, 3.

177

Фемистокл, изгнанный из Афин остракизмом в 472/1 г. до н. э., отправился в Аргос. В Спарте в это время шел процесс над Павсанием, спартанским главнокомандующим союзным войском во время греко-персидских войн, обвиненным в изменнических сношениях с персидским царем (Thuc, I, 128 sqq.). В это дело оказался замешанным и Фемистокл, которого спартанцы потребовали подвергнуть наказанию. Фемистокл бежал в Азию к Великому царю, у которого до конца жизни пользовался значительным влиянием.

178

Наксос, который осаждали афиняне (ок. 470 г. до н. э.), входил в Первый афинский морской союз и восстал, недовольный господством афинян (ср.: Thuc, I, 98-99). Город был взят и лишен независимости. Ср.: Thuc, I, 137; Plut. Them., 25; Nep., 2, 8; 6.

179

Аристид (ок. 520-467 г., до н. э.) — афинский политический деятель, соперник Фемистокла, архонт 489/8 г. до н. э. Слыл образцом справедливости и неподкупности. В отличие от Фемистокла, с которым постоянно враждовал, стремился к увеличению сухопутного войска и выступал против строительства флота. Народ выбрал программу Фемистокла, и Аристид был изгнан остракизмом в 483/2 г. до н. э., однако возвращен вместе с другими изгнанниками при приближении персов в 480 г. до н. э. Примирившись с Фемистоклом, Аристид вместе с ним участвовал в борьбе с варварами (о вражде Аристида и Фемистокла см.: Plut. Arist., 3). См.: Бузескул В. П. История афинской демократии. СПб., 1909. С. 105 слл.; Строгецкий В. М. Внутриполитическая борьба в Афинах в период греко-персидских войн (Фемистокл и Аристид) / / Социальная борьба и политическая идеология в античном мире / Под. ред Э. Д. Фролова. Л., 1989. С. 39-59; Davies J. P. Athenian Propertied Families. P. 48-52.

180

Леонид I (490-480 гг. до н. э.) — спартанский царь из рода Агиадов, сын Анаксандрида, сводный брат Клеомена I. Сделался царем после смерти двух старших братьев, Клеомена и Дориэя (Hdt., VII, 205). В 480 г. до н. э. с тремястами спартанцами и союзниками защищал от полчищ Ксеркса Фермопилы, узкий горный проход в Фессалии, являвшийся «воротами» в Среднюю Грецию. Преодолеть сопротивление защитников персам не удалось, однако, воспользовавшись предательством, они обошли греков и ударили им в тыл. Все защитники Фермопил во главе с царем пали, однако не покинули своих позиций (Hdt., VII, 219 sqq.).

181

Ср. — : Diod., XI, 6, 4.

182

Данные взгляды созвучны популярным в то время воззрениям милетской школы натурфилософии (Фалес, Анаксимандр, Анаксимен), которая отстаивала обусловленность космоса чувственно воспринимаемыми стихиями и деперсонифицировала богов. К сожалению, историческая достоверность приводимого здесь факта не бесспорна. Утверждение Полиэна о том, что Леонид рационально в духе ионийских натурфилософов истолковывал небесные явления, представляется хотя и возможным, однако маловероятным: Спарта на рубеже VIV вв. до н. э. жила изолированно, стараясь поменьше общаться с иностранцами (лакедемоняне ограничивали въезд чужеземцев в свою страну, и сами без надобности не выезжали за границу, см.: Xen. Lac. Pol., 14, 3; Plut. Lye, 27), так что условий для знакомства Леонида с учением ионийских мудрецов в сущности было мало. Если и предположить, что Леонид все же усвоил современную ему философию, едва ли он рискнул бы привлечь ее идеи для воодушевления воинов — многие спартанцы в рассматриваемое время оставались очень набожными людьми, и подобное толкование атмосферных явлений могло вызвать непонимание, а то и обвинение царя в неуважении к богам. Ср. сообщение Геродота (VI, 76) о поступках современника и сводного брата Леонида, царя Клеомена I в походе против аргивян (большинство ученых датируют это событие около 494 г. до н. э.). Клеомен подошел с войском к реке Эрасин в Арголиде, однако знамения оказались неблагоприятными для переправы. Как же поступил спартанский царь? Клеомен сначала похвалил бога реки за то, что он не выдает врагам своих земляков, т. е. аргивян, затем отвел армию назад и предпринял новый поход, вторгшись в Арголиду по морю, в обход злополучной реки.

183

Подвиг, совершенный Леонидом в битве при Фермопилах, можно сказать, приковал к себе внимание современников и потомков (ср.: Polyaen., I, 32, 1), отодвинув другие деяния этого Агиада в тень настолько, что сведений о его царствовании практически не сохранилось. Один из немногих случаев, когда интерес древнего автора к Леониду выходит за рамки нескольких памятных дней в сентябре 480 г. до н. э., — труд Полиэна. Описываемая здесь операция в сущности является набегом на неприятельскую территорию с грабительскими целями. Следует отметить, что до конца V в. до н. э. спартанцы избегали накапливать в своей стране материальные богатства, так как опасались, что вместе с ними в общество придут раздоры, а воины, видя роскошь, с меньшим рвением станут нести тяжелую службу (Xen. Lac. pol., 5, 2-4; Plut. Lye, 9; 10; 13). Однако в начале V в. до н. э. спартанское государство, кажется, находилось в затруднительном положении, а его граждане несли значительные убытки (ср.: информацию Плутарха (Apophth. Lacón., 45, 8) о пирате, опустошавшем Лаконику) и правительство, возможно, сочло полезным возместить понесенный урон за счет противника. Кроме того, были зависимые от Спарты города периэков и их жители в отличие от спартиатов занимались ремесленной деятельностью, менее враждебно относились к созданию богатств и могли побуждать своих спартанских владык к подобным мероприятиям. а престол Клеомен I нанес Аргосу, давнему сопернику Спарты, страшное поражение, которое сопровождалось истреблением почти всего боеспособного населения этого полиса (Hdt., VI, 77-81; VII, 148; Plut. Mul. vir., 4 (Moral., 245 d); Paus., II, 20, 8; Polyaen., VIII, 33). Следовательно, можно полагать, что в течение длительного времени, последовавшего за этой катастрофой, Аргос не располагал полевой армией, способной померяться силами со спартанцами. Тогда в чем же дело? Объяснение мы находим в характере побед, одержанных Спартой, — противники потерпели неудачу, но не были сломлены и в результате на рубеже VIV вв. до н. э. Спарта оказалась в кольце врагов. Так, хотя армия Аргоса погибла, но свой город аргивяне отстояли (Plut. Mul. vir., 4 (Moral., 245 d-e); Paus., II, 20, 9-10; Polyaen., VIII, 33), и война их с лаконцами не утихала на протяжении всего царствования Леонида вплоть до 480 г. до н. э. (Hdt., VII, 148-149). Аркадия, кажется, никогда вполне не складывала оружие (еще Клеомен I, однажды поссорившись с согражданами, без труда поднял на Спарту жителей этой страны, см.: Hdt., VI, 74), а едва миновала угроза персидского нашествия, как между спартанцами и аркадянами завязались военные действия, вылившиеся в ожесточенную битву при Дипее (Hdt., IX, 35; Isoer., VI, 99). Вдобавок Спарта систематически с архаической поры до эллинистических времен участвовала в конфликтах на Крите (например, см. для архаики: Paus., II, 21, 3; в IV в. до н. э. — Diod., XVII, 48, 2; Curt., IV, 1, 40; 8, 15; Arr. Anab., II, 13, 6; в III в. до н. э. — Plut. Pyrrh., 26-30; Paus., I, 13, 4-6; III, 6, 3), причем в начале III в. до н. э. сама Спарта едва не была завоевана Пирром в тот момент, когда ее царь Арей совершал подвиги на Крите. Кто знает, может быть, и в правление Леонида спартанцы вмешивались в критские дела. Наконец, существует авторитетное направление в антиковедении, возникшее еще в XIX в., согласно которому в начале V в. до н. э. поднялась на борьбу против спартанского владычества и многие годы мужественно сражалась Мессения. Среди многих аргументов, приводимых в пользу данного предположения, отметим те, которые непосредственно опираются на письменную традицию: 1) около 500 г. до н. э. мессенцы упомянуты наряду с аргивянами и аркадянами как противники Спарты (Hdt., V, 49); 2) по версии Платона (Legg., III, 698d-e), в 490 г. до н. э. именно война в Мессении могла помешать всей спартанской армии явиться своевременно на Марафонскую равнину и помочь афинянам одолеть персов — только 2000 спартанцев прибыли к месту сражения уже после того, как битва была выиграна греками (Hdt., VI, 120); 3) вразрез с общепринятой версией о трех спартано-мессенских войнах (в VIII, VII и середине V в. до н. э.) Страбон (VIII, 4, 10) передает малоизвестную традицию о четырех конфликтах; не отголоски ли событий начала V в. до н. э. нашли отражение в подготовленной греческим географом сводке войн между Спартой и Мессенией? Кроме названных, можно указать и другие аргументы — известно, что тиран Регия Анаксилай приютил побежденных мессенских повстанцев (Paus., IV, 23, 6-9), между тем он правил в первые десятилетия V в. до н. э. (Hdt., VI, 23; VII, 165; Thuc, VI, 4, 6; Diod., XI, 48); Павсаний (IV, 24, 2-3) связывает Аристомена, вождя мессенского восстания с семьей родосца Дамагета, деятелем, который жил, всего вероятнее, на рубеже VIV вв. до н. э. и т.  д.В совокупности эти факты позволяют предположить, что и в Мессении у спартанцев было немало хлопот. Короче говоря, складывается впечатление, что Спарта времени Леонида вынуждена была воевать сразу на нескольких фронтах. Видимо, в тот момент, когда основная масса непобедимой спартанской пехоты сражалась на одном из многочисленных театров военных действий, Леонид и предпринял с наличными очень ограниченными силами свой набег на другом направлении. Конкретную цель нападения наш автор не указывает, но поскольку Мессения, которая, как мы выше показали, в рассматриваемый период, возможно, вела осободительную войну, наверное, еще не успела обзавестись городским центром (Полиэн упоминает лбАдс), а Аргос, оставшийся без полевой армии, едва ли мог вынудить Леонида прибегнуть к описываемой Полиэном стратегеме, то, надо полагать, жертвой рейда был какой-либо аркадский город.

184

Леотихид, сын Менара, — спартанский царь (491-469 гг. до н. э.), предводительствовал греческим флотом в битве при Микале (мыс в Малой Азии напротив острова Самос), где в 479 г. до н. э. атакой с суши и моря была уничтожена персидская база и сожжен персидский флот. По стечению обстоятельств, в тот же день греки под началом Павсания одержали победу в битве при Платеях (Беотия), где были окончательно разбиты войска персидского военачальника Мардония.

185

Ср.: Hdt., IX, 100; Diod., XI, 35. Подробнее см.: McDougall I. The Persian Ships at Mycale / / Owls for Athens: Essays on Classical Subjects Presented to Sir K. Dover. Oxford, 1990. P. 143-149. О битве при Платеях см.: Wright H. В. The Campaign of Plataea (September, 479 В. C). New Haven, 1904.

186

Кимон, сын победителя при Марафоне Мильтиада (ок. 510-449 гг. до н. э.), лаконофил и истинный аристократ, считал главным делом своей жизни войну с персами, которую он и вел до самой смерти. В 476 г. до н. э. Кимон разбил персов во Фракии и взял город Эйону на реке Стримон, к 469/8 г. относится его знаменитая битва на реке Эвримедонт в Памфлии, где был уничтожен персидский флот, а затем в сухопутном сражении — и армия. К его победам над персами относится также победа над персидским флотом у Кипра и овладение некоторыми городами на этом острове, где Кимон и умер. См.: Бузескул В. П. История афинской демократии. С. 116; Davies J. P. Athenian Propertied Families. P. 239-312.

187

Ср.: Diod., XI, 61.

188

Т. е. людей. В подлиннике — γυμνά τά σώματα σώματα.

189

Кандис (κάνδυς) — верхняя одежда у знатных персов. Она представляла собой кафтан, который носили накинутым на плечи, а в рукава одевали только в присутствии царя. См.: Bittner S. Tracht und Bewaffnung

190

Ср.: Plut. Gm., 9; см. также: Polyaen., II, 1, 6 и прим. 15.

191

Миронид — афинский военачальник, командир афинян в битве при Платеях (479 г. до н. э.), полководец во время Первой, или Малой Пелопоннесской войны между Пелопоннесским и Афинским союзами (457-445 гг. до н. э.). В 457/6 г. до н. э. одержал победу над фиванцами — союзниками спартанцев — в битве при Энофитах (селение в Беотии), о которой и идет речь в данных стратегемах. После этого с Афинами заключили союз Беотия и Фокиду и Локрида Опунская. Тем самым было восстановлено афинское влияние, утраченное было после поражения в битве при Танагре от войска пелопоннесцев под командованием спартанского царя Никомеда (457 г. до н. э.), который предпринял поход в Среднюю Грецию для вмешательства в распрю между жителями Дориды и фокейцами, а также вступил в союз с враждебными Афинам Фивами, за чем и последовала битва при Танагре. После поражения Афин было заключено перемирие со Спартой на 4 месяца, что и позволило Мирониду взять реванш (ср.: Thuc, I, 108; Diod., XI, 81-83). См. также: Erenberg V. Myronides // RE. Bd. XVI. Hbbd. 31 (1933). Sp. 1131-1133.

192

Ср.: Front. Strat., II, 4, 11.

193

Ср.: Front. Strat., IV, 7, 21.

194

Перикл (ок. 495-429 гг. до н. э.) — один из наиболее выдающихся государственных деятелей и военачальников Афин. Соратник и преемник Эфиальта, Перикл был лидером демократической партии. С 443 по 430 гг. до н. э. он бессменно занимает пост стратега и фактически руководит афинской политикой. На период его правления приходится расцвет Афин, которые становятся гегемоном могучей морской державы. При нем также складывается основная система афинской демократии: средние и беднейшие слои граждан допускаются к высшим государственным должностям, вводится система оплаты должностей. Перикл умер от чумы в 429 г. до н. э. во время осады Афин спартанцами. См.: Бузескул В. П. Перикл (историко-критический этюд). Харьков, 1889; Schachermeyr F. Perikles. Stuttgart, 1969; Châtelet F. Périclès et son siècle. Paris, 1990.

195

T. е. лакедемонянам.

196

Описываемые события относятся к началу Пелопоннесской войны (431-404 гг. до н. э.) между Афинской морской державой и Пелопоннесским союзом во главе со Спартой. В этой войне Перикл делал ставку на мощь афинского флота, превосходившего флот Пелопоннесского союза, и городские стены, избегая открытого боя на суше. Ср.: Thuc, I, 143; Plut. Perici., 34; Diod., XII, 42, 7; Just., Ili, 7, 5; Front. Strat., I, 3, 9. Стратегия Перикла живо обсуждается в научной литературе, см.: Westlake H. D. Sea—Bourne Raids in Periclean Strategy // CQ. Vol. 39. 1945. P. 75-84; Wet В. X., de. The SoCalled Defensive Policy of Pericles / / Acta Classica. Vol. 1969. P. 103-119; Holladay A. J. Athenian Strategy in Archedamian War // Historia. Bd. 27. 1978. P. 399-427; Spence I. G. Pericles and the Defence of Attika during the Peloponnesian War // JHS. Vol. 110. 1990. P. 91-109.

197

Речь идет о первом вторжении пелопоннесского войска во главе со спартанским царем Архидамом в Аттику (430 г. до н. э.). По имени этого царя первый период Пелопоннесской войны (431-421 гг. до н. э.), когда спартанцы опустошали Аттику, а афиняне отсиживались за стенами города, называется Архидамовой войной. Ср.: Thuc, II, 13; Plut. Perici, 33; Just., III, 7, 8.

198

Клеон (ум. в 422 г. до н. э.) — афинский политический деятель, лидер партии радикальных демократов. Был простого происхождения и являлся богатым владельцем кожевенной мастерской. После смерти Перикла стал наиболее влиятельным политиком в Афинах, требуя форсировать ход военных действий. В 425 г. до н. э. захватил стратегически важный остров Сфактерия близ Пилоса (западное побережье Пелопоннеса). Погиб, командуя неудачным для афинян походом на город Амфиполь во Фракии.

199

Неясно, о чем именно идет речь в данном месте: Клеон возглавлял войска лишь дважды, в походах на Сфактерию и под Амфиполь. Абидос, как и Сеет, принадлежал к Афинскому морскому союзу и перешел на сторону Спарты только в 411 г. до н. э., тогда как Клеон погиб в 422 г. до н. э.

200

Брасид, спартанский полководец, в 424 г. до н. э. руководил вторжением в северные области Эгеиды, захватил Амфиполь и золотые рудники в Пангее, склонил к переходу на свою сторону несколько союзных афинянам городов во Фракии.

201

Плетр составляет около 30 м.

202

Сражение под Амфиполем произошло весной 422 г. до н. э. Брасид наголову разгромил афинскую армию Клеона, однако, лично возглавив атаку, был смертельно ранен. Согласно описанию Фукидида (V, 7, 4-10; 11), афиняне не осаждали Амфиполь, они только подступили к городу, когда Брасид произвел удачную вылазку из-за городских укреплений и обратил их в бегство. Поэтому непонятно, о какой стене, выстроенной врагами Брасида под Амфиполем, говорит Полиэн. Ср.: Front. Strat., I, 5, 23.

203

Брасид занял Амфиполь в 424 г. до н. э. по соглашению с его гражданами. Ср.: Thuc, VII, 83.

204

После потери Амфиполя афиняне пошли на мирные переговоры со Спартой, было заключено перемирие, однако практически в тот же день находившийся во Фракии городок Скиона перешел на сторону пелопоннесцев. Брасид поспешил занять его, что помешало дальнейшему развитию мирного процесса. Впоследствии по условиям Никиева мира 421 г. до н. э. Скиона была отдана на милость афинян. Ср.: Thuc, IV, 120.

205

Вероятно, описываемые события падают на 423 г. до н. э., когда Брасид, пользуясь годичным перемирием, выступил совместно с македонским царем Пердиккой I в поход против Аррабея, царя Линкестиды. Эта область Верхней Македонии издревле имела свой царский род, номинально подчинявшийся в этот период роду Аргеадов, который формально имел верховную власть над всей Македонией. Однако цари Линкестиды периодически выступали против владычества македонских царей. Из-за внезапного отступления армии Пердикки Брасиду пришлось отходить оттуда с боями (ср.: Thuc, IV, 83; 124-127).

206

Никий (ок. 469-413 гг. до н. э.) — афинский военачальник и политический деятель, после смерти Перикла возглавил умеренно-консервативное крыло афинской демократии. Никий являлся арендатором серебряных рудников в Лаврии и был одним из самых богатых людей в Афинах. Находясь с 428 г. до н. э. в должности стратега, выступал за прекращение Пелопоннесской войны на приемлемых для Афин условиях, чего и добился в 421 г. до н. э. после смерти Клеона, заключив Никиев мир, продолжавшийся до 415 г. до н. э.

207

Описываемые события относятся к лету 425 г. до н. э., вскоре после взятия Клеоном острова Сфактерия. Описание Полиэна не вполне точно. Согласно Фукидиду (IV, 42-44), Никий действительно произвел высадку у Истма, близ Солигейского холма, однако коринфяне получили известие из Аргоса о приближении афинской эскадры и заранее стянули войска к Истму. В результате произошло тяжелое сражение, продолжавшееся с переменным успехом, пока афиняне, бросив в бой конницу, не оттеснили врагов на вершину холма, где те и закрепились. Приближение коринфских подкреплений заставило Никия покинуть поле боя прежде, чем он успел собрать тела всех погибших воинов. Ср.: Thuc, IV, 42-44.

208

Трибол (τρίβολος) — железный или бронзовый шарик диаметром ок. 2 см, с четырьмя шипами длиной около 5 см. Шипы располагались так, что, как бы ни бросали трибол, один из шипов всегда торчал вверх. Это приспособление предназначалось для задержания вражеской конницы. Ср.: Polyaen., IV, 3, 17, а также см.: Reinach A. Tribulus // DS. T. IV. Pt. 1 (1909). Р. 416-417.

209

Гиппарх — начальник конницы.

210

Пельтасты — пехотинцы с легкими покрытыми кожей щитами, вооруженные легкими копьями или дротиками. См.: Polyaen., II, 1, 2 и прим. 4.

211

Описываемые события относятся к так называемой Сицилийской экспедиции, предпринятой афинянами в 415 г. до н. э. В 416 г. до н. э. на Сицилии разгорелась война: дорийский полис Селинунт напал на союзную Афинам Эгесту, которая обратилась за помощью к афинянам. В Афинах идея похода на Сицилию встретила горячую поддержку. Никий выступал против этого предприятия, но был вынужден принять в нем участие, а после бегства Алкивиада и возглавить афинскую армию. Афиняне сражались на Сицилии с 415 по 413 г. до н. э. и в итоге потерпели сокрушительное поражение, во многом из-за нерешительности Никия.

212

В 414 г. до н. э. Никий осадил Сиракузы — крупнейший город Сицилии, попытавшись блокировать его с моря и с суши. Для блокады с суши началось строительство двойной круговой стены, охватывавшей город полукольцом. Стена строилась с обоих концов, и сиракузяне предпринимали отчаянные попытки помешать этому. Одной из таких попыток была описанная Полиэном атака сиракузян в сторону Эпипол — господствующей над городом с запада возвышенности, где был разрыв в осадных укреплениях. В ходе этой атаки погиб Ламах — заместитель Никия, но сам он, благодаря описанной уловке, сумел продержаться до подхода подкреплений из Tanca — базы афинского флота, расположенной севернее Сиракуз. Ср.: Thuc, VI, 102, 2; Plut. Nie, 16.

213

Описанный эпизод относится к самому концу сицилийских событий. После прибытия на помощь к сиракузянам пелопоннесских войск во главе со спартанцем Гилиппом и ряда тяжелых поражений афинян, в том числе и разгрома афинского флота, остатки афинской армии попытались отступить, но сиракузяне преследовали их по пятам, и несколько отрядов вынуждены были сдаться. Видя безвыходность положения, Никий попытался добиться для своей армии почетных условий капитуляции: возмещение сиракузянам военных расходов в обмен на предоставление свободного выхода для воинов, но эти условия были отвергнуты. Тогда Никий сделал попытку прорваться, но при переходе через реку Ассинар Гилипп атаковал его и вынудил сдаться. Позже пленные афиняне были проданы в рабство, а их стратеги — Никий и Демосфен — казнены. Таким образом, данные Полиэна расходятся с освещением событий у Фукидида. Ср.: Thuc, VII, 83-84.

214

Алкивиад (ок. 450-404 гг. до н. э.) — один из наиболее выдающихся государственных и военных деятелей Афин. Он был воспитанником Перикла и учеником Сократа. Алкивиад начал как один из лидеров демократической партии, но затем, стремясь лишь к личному первенству, не раз переходил из одной партии в другую. В 415 г. до н. э. Алкивиад был одним из стратегов, возглавивших афинское войско в походе на Сицилию, однако его отозвали в Афины для судебного разбирательства по поводу произошедшего накануне отплытия эскадры осквернения герм. Алкивиад бежал в Спарту и был заочно осужден афинянами на смерть. В Афины он смог вернуться только летом 407 г. до н. э., оказав своему государству ряд важных услуг: он разбил спартанцев в сражениях при Киноссемате (на Геллеспонте), Абидосе и Кизике (410 г. до н. э.), захватил Халкедон и Византии (409 г. до н. э.), что обеспечивало Афинам беспрепятственный подвоз хлеба через проливы. После своего возвращения Алкивиад пользовался в Афинах огромной популярностью и был назначен стратегом-автократором, однако после поражения у мыса Нотия (в котором, впрочем, сам Алкивиад не был повинен) его отстранили от должности. Алкивиад удалился во Фракию, где у него было подготовлено убежище, а после поражения афинян в битве при Эгоспотамах в 405 г. до н. э. направился к персидскому сатрапу Фарнабазу в Малую Азию, где и был убит его людьми. Об Алкивиаде см.: Фролов Э. Д. Греческие тираны (IV в. до н. э.). Л., 1972. С. 15-35; Babelon J. Alcibiade, 450-404 avant J. — C. Paris, 1935; Ellis W. M. Alcibiades. London — New York, 1989.

215

Каллий, сын Гиппоника (ок. 450-367 гг. до н. э.), происходил из жреческого рода Кериков. Эта семья, в которой традиционно чередовались два имени, Каллий и Гиппоник, имела в Афинах большое политическое влияние начиная с VI в. до н. э. и вплоть до эллинистического периода.

216

И дело, с ним связанное.

217

Фронтин (Strat., III, 11, 3) пишет о подобной стратегеме Алкивиада, направленной против жителей Византия. Однако более надежные источники (Xen. Hell., I, 3, 18 sqq.; Diod., XIII, 66 sqq.; Plut. Alcib., 31), описывая осаду и капитуляцию Византия (409 г. до н. э.), дают совсем иной, нежели у Полиэна, ход событий (кстати, и сам Полиэн приводит верное описание падения Византия (I, 47, 2)). Поэтому нам не представляется возможным точно идентифицировать и датировать этот пассаж Полиэна.

218

Пирей — афинский порт на Сароническом заливе, связанный с Афинами двумя Длинными стенами (ок. 6 км), построенными при Перикле.

219

Здесь содержится ошибка: в продолжение Пелопоннесской войны лакедемоняне несколько раз осаждали Афины, однако во время ее начального периода — Архидамовой войны 431-421 гг. до н. э. — Алкивиаду еще не было 30 лет, возраста, необходимого для занятия должности стратега. Стратегом он стал только в 421 г. до н. э. Во время Декелейской войны 413-408 гг. до н. э. Алкивиад был в изгнании. Вернувшись в 408 г. до н. э. в Афины, Алкивиад обезопасил Аттику от набегов пелопоннесцев, но сам не задержался там и, будучи назначен стратегом-автократором, отплыл с флотом на Самос. Во время осады Афин спартанцами 404 г. до н. э. Алкивиад находился в Персии, где и был убит. Ср.: Front. Strat., III, 12, 1.

220

В 415 г. до н. э. афиняне предприняли военную экспедицию на Сицилию, главным вдохновителем которой был Алкивиад. Население сицилийских городов, в том числе и Катаны, отнеслось к прибытию афинской армии настороженно. По версии Фукидида (VI, 51), когда Алкивиад и другие стратеги были приглашены для выступления перед гражданами Катаны, афинские воины нашли незапертую калитку в стене и отправились в город за покупками, что вызвало панику у сторонников Сиракуз и способствовало переходу города на сторону афинян. Ср.: Thuc, VI, 42, 51; Diod., XIII, 4, 4; Front. Strat., III, 2, 6.

221

Симеф — река в области Леонтин, на северо-запад от Сиракуз, долина которой была одной из самых плодородных на Сицилии.

222

Описанный Полиэном эпизод действительно имел место в 415 г. до н. э., но автором данной военной хитрости был не Алкивиад, уже отозванный в тот момент в Афины, а Никий. Ср.: Thuc, VI, 64 sqq.; Diod., XIII, 6, 2; Front. Strat., III, 6, 6.

223

Накануне отправления Сицилийской экспедиции в Афинах произошло осквернение герм — каменных столбов с изображением Гермеса, что повергло в шок весь город. Начавшееся судебное разбирательство выявило ряд других преступлений против религии (в частности, профанацию Элевсинских мистерий), в которые оказался замешан и Алкивиад. Он был вынужден отправиться в поход до суда, и разбирательство происходило в его отсутствие. Когда же стратег был вызван из Катаны в Афины для суда, он, предвидя дурной для себя исход, предпочел бежать к спартанцам, которым дал дельный совет занять афинскую пограничную крепость Декелею. Однако после этого он не был возвращен в отечество, а напротив — заочно приговорен к смерти и вернулся только в 407 г. до н. э., одержав ряд важных для Афин побед.

224

Как уже отмечалось, Алкивиад был отозван и не успел принять участия в активных военных действиях против Сиракуз. Относительно данной стратегемы у нас имеются пояснения (Excerpta Polyaeni, 22, 2), что находящийся между войсками папоротник (по другой версии — сухой лес) был подожжен, отчего и возник дым.

225

Вероятно, этот эпизод относится к 410 г. до н. э., к моменту накануне битвы при Кизике. Согласно Ксенофонту, Алкивиад прибыл в Геллеспонт всего на одной триере для встречи с Тиссаферном — сатрапом Лидии, с которым находился в дружеских отношениях. Тиссаферн же арестовал его и поместил в темницу в Сардах, откуда Алкивиаду, спустя месяц, удалось бежать в Клазомены и затем вернуться к афинскому флоту (Xen. Hell., I, 1, 9-10). Полиэн путает здесь Тиссаферна с Тирибазом, занявшим место сатрапа Лидии только в 388 г. спустя много лет после гибели Алкивиада.

226

Описываемые события относятся к 410 г. до н. э. Данное описание битвы при Кизике сильно расходится с рассказом Ксенофонта (Hell., I, 15). По версии Ксенофонта, Алкивиад соединился накануне с афинскими стратегами Фераменом и Фрасибулом и, имея 86 кораблей против 60 лаконских, сумел, благодаря дождю, застать врасплох флот спартанского командующего Миндара, отрезав его от гавани Кизика. Спартанцы выстроились на берегу под прикрытием своих кораблей, но были атакованы с моря, а также с суши обошедшим их отрядом Алкивиада. Миндар погиб, спартанцы бежали, а весь их флот достался афинянам. Что касается персидского сатрапа Фарнабаза, то он в то время был союзником Спарты. Ср.: Diod… XIII, 50; Front. Strat., II, 5, 44.

227

Архидам — имя нескольких спартанских царей из династии Еврипонтидов. В данной главе Полиэн соединяет двух из них. ем не менее, как в Спарте, так и в Афинах верх взяла «военная» партия. Началась Вторая, или Великая Пелопоннесская война, начальный период которой по имени командующего объединенной армией Спарты и ее союзников царя Архидама II уже в древности стали называть Архидамовой войной. Характер стратегии, избранной на этом этапе воюющими сторонами, определялся особенностями их военного потенциала. Афиняне имели неоспоримое превосходство в морских силах (около 300 боевых кораблей: Thuc, II, 13, 7), зато спартанцы располагали мощной сухопутной группировкой (ср.: первое вторжение в Аттику весной 431 г. до н. э. Архидам II предпринял, имея 60 000 только тяжеловооруженных воинов — гоплитов, между тем афиняне могли противопоставить ему не более 16 000 воинов равного класса. См.: Thuc, II, 13, 6; 31, 2; Plut. Pericl., 33). Каждый год Архидам II опустошал владения афинян и их друзей, но, как он и предвидел, эти нападения не принесли решительного успеха, поскольку афиняне заблаговременно превратили свой город в сильнейший укрепленный район и благополучно пережидали в нем осаду. А громадные денежные сбережения, накопленные за несколько десятилетий, позволяли им затянуть войну на длительный срок, пренебрегая опустошением сельской местности. Более того, с помощью своего могучего флота афиняне без помех разоряли приморские области Спарты и дружественных ей государств. Архидам II умер, когда исход войны был еще далеко не ясен, так что его сыну и преемнику Агису II пришлось большую часть своего царствования провести в нелегкой борьбе с афинской державой. Только в 404 г. до н. э. спартанцы, наконец, одержали победу (успех, впрочем, оказался непрочным — очень скоро Спарта не только утратила плоды этой победы, но — в конце правления Агесилая, брата Агиса И, — вовсе потеряла положение ведущей державы в греческом мире и даже лишилась большинства своих более ранних завоеваний, в том числе Мессении, которая в 369 г. до н. э. обрела свободу). Подробнее о Архидамовой войне см.: Brunt P. A. Spartan Policy and Strategy in the Archidamian War / / Phoenix. Vol. 19. 1965. P. 255-280; Kagan D. The Archidamian War. Ithaca, 1974. артанцев, наголову разбитым у местечка Левктры войсками фиванского полководца Эпаминонда. В 367 г. до н. э. Архидам выиграл большое сражение у объединенной армии аркадских городов («бесслезная битва», так как спартанцы в этом бою не понесли потерь). В 362 г. до н. э. с горстью воинов он геройски оборонял Спарту от прорвавшихся полчищ фиванцев. Правление Архидама III прошло в упорной, но безуспешной борьбе за возрождение спартанского могущества, расшатанного неудачами, постигшими Спарту в последние годы жизни его отца, Агесилая II. Архидам III способствовал началу так называемой III Священной войны (ср.: Diod., XVI, 24, 1-2), конфликту вокруг религиозного города-государства в Дельфах. При этом традиционную дружбу спартанцы предпочли выгодам текущей политики: если во времена Архидама II они с оружием в руках защищали жителей Дельф от фокидян (см.: Thuc, I, 112, 5; Plut. Cimon., 17; Perici., 21), то теперь спартанцы приняли сторону последних, главным образом потому, что союз с ними позволял спартанцам надеяться взять верх над фиванцами (отчасти этот расчет оправдал себя: Священная война надолго приковала к фокейскому фронту значительные силы фиванцев, что несколько облегчило военное положение Спарты в Пелопоннесе и даже позволило перейти ей в контрнаступление. См.: Polyb., XVIII, 14, 6; Diod., XVI, 39; Paus., IV, 28, 1). Военные действия длительное время шли с переменным успехом до тех пор, пока в события не вмешался Филипп Македонский, использовавший распрю между греками в собственных великодержавных интересах — Фокида была разгромлена, но вслед за тем жертвами агрессии стали Фивы, Афины и целый ряд других государств. Хотя Спарта не препятствовала захватническим планам Македонии, это не уберегло ее от столкновения с Филиппом, который добивался подчинения всей Греции. Очень скоро Спарте пришлось подчиниться диктату и, несмотря на отдельные успехи, сопутствовавшие спартанскому оружию (Paus., III, 24, 6), принять крайне тяжелые условия капитуляции, включавшие отказ от большинства пограничных областей (Polyb., IX, 28, 7; XVIII, 14, 7-8; Strab., VIII, 4, 6; Liv., XXXVIII, 34; Tac. Ann., IV, 43; Paus., II, 20, 1). Можно полагать, что ультиматум Филиппа и последовавшая за этим скоротечная война не застали Архидама III на родине. Незадолго до роковой битвы при Херонее, которая сделала Филиппа вершителем судеб Греции и развязала ему руки в отношении Спарты, Архидам III двинулся в Италию — здесь он пытался оказать помощь тарентинцам, выходцам из Спарты, теснимым местными племенами (это были луканы и мессапии). Более того, существует предание, согласно которому победа Филиппа при Херонее и сражение Архидама III с мессапиями под Мандорием (Plut. Agis, 3; вероятно, Мандурия — город в области саллентинов к юго-востоку от Тарента; ср.: Liv., XXVII, 15, 4; Plin. N. H., II, 226) произошли в один и тот же день, седьмого числа месяца метагитниона — август или сентябрь 338 г. до н. э. (Diod., XVI, 63, 1-2; 88, 3-4; Plut. Camill., 19). Архидам III и его воины пали в бою, что, без сомнения, усугубило положение Спарты накануне поединка с Македонией. Заметим, что Плутарх в «Моралиях», кажется, предлагает несколько иную последовательность событий: Архидам III сначала отбивался от Филиппа и, видимо, уже затем отправился в Италию (Apophth. Lacón., 20, 1; 4).

228

Лохаг — командир лоха, спартанского военного подразделения, состоявшего из восьми шеренг по 448 человек в каждой. Лох, в свою очередь, делился на четыре пентакостии, пентакостий — на четыре эномотии (ср.: Thuc, V, 68). Таксиарх — командир отряда гоплитов. Подробнее см.: Lazenby J. Hoplite Warfare / / Warfare in the Ancient World / Ed. by J. Hackett. New York — Oxford — Sydney, 1989. P. 63-64.

229

Историю, положенную в основу данной стратегемы, сообщает также Фронтин (Strat., I, 11, 9). К сожалению, ни Фронтин, ни Полиэн не уточняют время описываемых событий. Наиболее вероятными можно считать следующие предположения: 1) наши авторы рассказывают об Архидаме II и упоминают эпизод, предшествовавший сражению при Дипее, где спартанцы одолели коалицию аркадских городов (дело состоялось, видимо, между 473-470 гг. до н. э. См.: Meyer E. Geschichte des Altretums. Bd. III. Stuttgart, 1901. S. 515; основные источники: Hdt., IX, 35; Isoer., VI, 99; Paus., III, 11, 7); 2) речь идет об Архидаме III и сюжет стратегемы построен на обстоятельствах кампании 367 г. до н. э. Мы склоняемся к последнему варианту по следующим причинам: во-первых, источники не связывают отчетливо победу при Дипее с деятельностью Архидама II, и привязка фигуры царя к данному событию является конструкцией Нового времени, основанной на косвенных данных; во-вторых, необходимо учитывать, что на рубеже 70-60х гг. V в. до н. э. Спарта находилась в зените своего могущества — ее армия в этот период достигла, вероятно, наивысшей за всю историю страны численности (около 8000 гоплитов, см.: Hdt.,редставлениям спартанцев, когда один из царей уходил в поход, вместе с ним отправлялся и один из Диоскуров (Hdt., V, 75). Насколько крепкой и непосредственной была вера в божественных близнецов, показывает инцидент, случившийся незадолго до начала Мессенских войн (VIII в. до н. э.) — при совершении религиозной церемонии, посвященной Диоскурам, появились два соответствующим образом одетых мессенца на конях — спартанцы решили, что это сами Диоскуры явились на свой праздник и стали воздавать им подобающие почести (Paus., IV, 27, 1-3; Polyaen., II, 31, 4). Впрочем, трюк, проделанный Архидамом (а мы полагаем, что это был Архидам III) для воодушевления воинов, свидетельствует о том, что к IV в. до н. э. в правящих кругах Спарты древняя вера уже ослабела (характерно, что во время III Священной войны Архидам III не погнушался принять корыстное участие в дележе средств, пожертвованных верующими богу Аполлону в Дельфах. См.: Diod., XVI, 24; Paus., III, 10, 3-4).

230

Плутарх упоминает об осаде Коринфа Архидамом II (Apophth. Lacón., 19, 5). Однако характер данного сообщения позволяет усомниться в точности нашего источника: рассказ историка представляет собой анекдот, сюжет которого сам же автор в других случаях связывает уже не с Архидамом II, а с Лисандром (Apophth. Lacón., 54, 9; Apophth. reg. et imp., 59, 4). Добавим, что в правление Архидама II Коринф практически постоянно поддерживал со Спартой союзные отношения и предпринимать против него враждебные действия причин, как будто, не было. Единственное, притом крайне сомнительное, указание на иное положение вещей содержится в перечне кампаний, которые провела Спарта между 479 и 457 гг. до н. э. (Hdt., IX, 35) — в текстах при обозначении пункта, где сражались спартанцы с мессенцами, вместо ожидаемого «Итома» (твердыня мессенцев) можно увидить Ίσθμώ или Ίσθμώ — Ίσθμός (Истм) — перешеек, контролируемый коринфянами, однако данное чтение является, видимо, результатом ошибки, вкравшейся в рукописную традицию (можно предположить, впрочем, что перед нами единственное в сохранившихся античных произведениях упоминание малоизвестного мессенского топонима, одноименного с названием перешейка около Коринфа). Дружественные связи между двумя государствами расстроились, и, как следствие, Коринф подвергся осаде спартанских войск значительно позднее, во время так называемой Коринфской войны (395-387 гг. до н. э.), спустя примерно 33 года после смерти Архидама II. Царь Агесилай, сын Архидама II, в этот момент воевал с персами в Малой Азии, его наследник, будущий царь Архидам III (годы правления: ок. 360-338 гг. до н. э.) родился на рубеже V-IV вв. до н. э. и к 395 г. до н. э. был еще маленьким мальчиком. Так случилось, что и в другой династии (Агиады) ситуация с «кадрами» для вождения войск оказалась неблагополучной — в 395 г. до н. э. опытный царь Павсаний был осужден и ушел в изгнание (цари в Спарте не были самодержцами — государство могло их судить, что довольно часто и бывало. Ср.: Hdt., VI, 72; 82; Thuc, II, 21, 1; V, 6, 3; 63, 2-4; Plut. Agis, 11; 19. О низвержении Павсания см.: Xen. Hell., III, 5, 25; Just., VI, 4, 7), а наследовавший ему сын Агесиполид также еще был слишком юн. Поэтому спартанское правительство вручило командование родственнику и опекуну Агесиполида Аристодему, который в 394 г. до н. э. сумел одержать важную победу, позволившую обезопасить Пелопоннес от вторжения антиспартанской коалиции и сосредоточить военные действия вокруг Коринфа (Xen. Hell., IV, 2, 9-23). Позднее Коринф осаждал царь Агесилай, срочно отозванный из Малой Азии. Причем известно, что в 390 г. до н. э. он маневрировал около города с таким расчетом, чтобы посеять среди защитников взаимное недоверие; впрочем, поставленной цели Агесилай не достиг — хотя коринфяне, раздираемые внутренней борьбой, в самом деле стали относиться друг к другу с большим подозрением, но оборону города удалось укрепить благодаря присылке союзного Коринфу афинского гарнизона (Xen., Hell., IV, 5, 3).

231

Катастрофическое землетрясение, разрушившее Спарту, произошло в 465 г. до н. э., на четвертом году царствования Архидама II (Plut. Cimon., 16; по сообщению Диодора, в Спарте тогда погибли более 20 000 человек; см.: Diod., XI, 63, 2). Приказ царя не был только уловкой, вызванной желанием избежать новых жертв под городскими руинами. Спартанцы, действительно, подвергались военной опасности и хладнокровное руководство со стороны нерастерявшегося Архидама II уже в древности заслужило высокую оценку. Угроза исходила изнутри государства: в социальном отношении Спарта представляла собой многоступенчатую кастовую систему, на вершине ее находился привилегированный коллектив граждан-спартиатов (так называемых гомеев, т. е. «равных»), им противостояли огромные массы эксплуатируемых периэков и илотов (последних было, по крайней мере, в пять раз больше, нежели гомеев. См.: Hdt., IX, 28-29). Известие о несчастии, постигшем гомеев, как благоразумно предположил Архидам II, могло послужить сигналом для мощного восстания. Так и случилось, илоты попытались использовать смятение в Спарте для расправы с ненавистными поработителями, однако благодаря мерам, своевременно предпринятым Архидамом II, спартиаты встретили нападение организованно и отразили его (Diod., XI, 63-64).

232

Описываемый эпизод относится к событиям, происходившим в 364 г. до н. э. Спартанцы под командованием Архидама III захватили аркадский город Кромн и разместили в нем свой гарнизон (вся операция была задумана с целью отвлечь внимание активизировавшихся аркадян от Элиды, одного из немногих государств, которое в этот период было союзником Спарты и в рассматриваемое время несло от аркадян большой урон). Аркадяне, не мешкая, отправились в поход и, осадив Кромн, стали его отвоевывать (см.: Polyaen., II, 15 и прим. 147). Архидам III, спешно вернувшись, попытался оттянуть главные силы неприятеля от окруженного города, а когда это не удалось, атаковал их. Завязалось упорное сражение, в котором сам царь был ранен, но прорвать блокаду вокруг Кромна спартанцы не смогли (позже, предприняв новый поход, они ненадолго пробились в Кромн и вывели оттуда часть осажденных, однако много воинов при этом попало в плен, город же аркадяне отбили). Полиэн, кажется, излишне драматизирует положение, в котором очутилось войско Архидама III под Кромном. Сражение, действительно, было остановлено перед контратакой аркадян, тем не менее армии Архидама III едва ли грозило в этом бою истребление (вообще говоря, греки редко довершали победу тотальным уничтожением врага и преследование отступающих обычно продолжалось недолго): аркадяне ограничивались активной обороной, имея целью не допустить прорыв царского войска в блокированный город. Предложение о мире (кстати, аркадяне встретили его с большим воодушевлением, что показывает их неуверенность в прочности достигнутого тактического успеха), вероятно, возникло по другой причине. Священным долгом каждого греческого военачальника было похоронить своих павших (ср.: афинские стратеги были казнены в 406 г. до н. э. только за то, что не смогли предать земле тела всех погибших сограждан: Xen. Hell., I, 7). Победитель мог сделать это беспрепятственно, но побежденному требовалось согласие противника, который контролировал местность, где состоялось сражение. Так как поле боя осталось за аркадянами, спартанцам, которые отступили в свой лагерь, чтобы подобрать трупы воинов, пришлось просить о перемирии. Тем самым, согласно обычаям греков, спартанцы признали себя побежденными, а аркадяне получили право поставить трофей (победный памятник на месте битвы). Интересно, что Полиэн следует антиспартанской версии этого события и объявляет инициатором позорного для Спарты соглашения царя Архидама III (ср.: Just., VI, 6, 8-10). Между тем, Ксенофонт, писавший в духе, благоприятном для Спарты и династии Еврипонтидов, в частности, представляет дело иначе — царь после ранения выбыл из строя и уже не руководил боем, что же касается перемирия, ответственность за него историк возлагает на некоего спартанского ветерана, не упоминаемого по имени (Xen. Hell., VII, 4, 25).

233

Карий — первоначально город в Аркадии, на границе со Спартой. Позднее. спартанцы подчинили Карий (Павсаний рассматривает его как город лаконский, хотя и указывает на его аркадскую принадлежность: Paus., III, 10, 7; IV, 16, 9; VIII, 45, 1), хотя точно неизвестно, когда это произошло: так, в 419 г. до н. э. лакедемоняне предприняли поход против Карий, но возвратились из-за неблагоприятных предзнаменований (Thuc, V, 55, 3). Описанные Полиэном события относятся ко времени после битвы при Левктрах (371 г. до н. э.), положившей конец спартанской гегемонии в Греции. Спарта лишилась своего влияния и своих владений в Пелопоннесе, но предпринимала попытки восстановить их, примером чего и является успешный поход Архидама в 367 г. до н. э. Отметим, что спартанцы не вполне полагались на свои силы: в их армии был контингент, присланный сиракузским правителем Дионисием I (ср.: Xen. Hell., VII, 1, 28-30; 32; Plut. Ages., 33).

234

Гилипп, сын Клеандрида, — спартанский полководец, стоял во главе отряда, посланного в 414 г. до н. э. из Пелопоннеса на помощь осажденным афинянами Сиракузам. Гилипп набрал в Сицилии армию и с ней прибыл в Сиракузы. Ему удалось войти в город, еще не до конца окруженный афинянами, и успешно возглавить его оборону. Отбив у афинян господствовавшую над окрестностями возвышенность Эпиполы, стал строить стену перпендикулярно афинским укреплениям, дабы помешать им завершить возведение круговой стены вокруг Сиракуз (Thuc, VII, 1-6). Гилипп действовал так успешно, что в конечном итоге принудил афинян к капитуляции.

235

Здесь говорится о захвате мыса Племмирий (413 г. до н. э.). Этот мыс находился южнее города и, выдаваясь в море, господствовал над входом в Большую гавань Сиракуз (Thuc, VII, 4). У афинян там был укрепленный лагерь. Гилипп вступил с афинянами в морское сражение и, пока оно шло, захватил укрепления на Племмирий. Так он сорвал попытки блокировать город с моря и сильно затруднил снабжение афинского войска. Ср.: Thuc, VII, 22-24.

236

Гермократ, сын Гермона, — один из наиболее влиятельных сиракузских политиков конца V в. до н. э. Во время афинской осады руководил обороной Сиракуз, сперва в качестве одного из трех стратегов-автократоров, а затем вместе с Гилиппом. После разгрома афинян настоял на отправке военной эскадры в Эгеиду на помощь пелопоннесским союзникам, которую сам и возглавил в 412 г. до н. э. Однако из-за интриг своих врагов он был отрешен от должности и заочно изгнан. Погиб в 407 г. до н. э. в уличном бою в Сиракузах, пытаясь силой вернуться в отечество. О нем см. подробнее: Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. Л., 1979. С. 36-45.

237

По-видимому, эти события падают на 414 г. до н. э., когда Гермократ занимал в Сиракузах должность стратега-автократора. Ср.: Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. С. 38, прим. 12.

238

Ср.: Thuc, VII, 73; Plut. Nie, 26; Diod., XI, 18, 3; Front. Strat., II, 9, 7.

239

Этеоник — спартанский полководец, осаждал афинский флот стратега Конона, запертый в городе Митилена на острове Лесбос. Посланная на выручку афинская эскадра разгромила основные силы пелопоннесского флота в битве при Аргинусских островах (406 г. до н. э.), что заставило Этеоника снять осаду. (Xen. Hell., I, 6, 19-38). В данной главе Полиэн допустил ошибку, спутав осаждающего и осажденного.

240

О Кононе см. главу 48 и прим. 262-265.

241

Наварх — командующий флотом у спартанцев, избирался на год без права вторичного избрания и во время исполнения своей должности пользовался огромной властью. Упомянутый здесь Калликратид сменил на этом посту Лисандра (см. главу 45).

242

Мефимна — город на севере о. Лесбос.

243

Ср.: Xen. Hell., I, 6, 36.

244

Лисандр — спартанский наварх, выдающийся полководец и политик. Отличался честолюбием и жестокостью. Приняв командование после поражения спартанцев при Кизике, Лисандр смог на персидские деньги создать большой флот и успешно действовал против афинян. Именно ему принадлежит честь окончательной победы над Афинами. Лисандр поддерживал олигархические режимы во всей Греции и во всех покоренных городах сажал марионеточные олигархические правительства — декархии. Некоторое время он был самым влиятельным человеком в Греции, что вызвало зависть по отношению к нему в самой Спарте. В результате Лисандр был смещен и долго оставался не у дел. В 395  г.Лисандр погиб в Беотии, когда его отряд попал в засаду фиванцев у города Галиарта. См.: Печатнова Л. Г. Лисандр и спартанский полис //Из истории античного общества. Горький, 1988. С. 11-25; она же. Лисандр и Пелопоннесская война / / Государство, политика и идеология в античном мире / Под ред. Э. Д. Фролова. Л., 1990. С. 60-77.

245

После поражения спартанцев при Аргинусских островах и гибели наварха Калликратида Лисандр, по просьбе союзников, вновь был поставлен во главе флота. Он собирал силы в Малой Азии. На этот период (ок. 405 г. до н. э.) приходится описанный переворот в Милете. Ср.: Plut. Lys., 8.

246

О сигнальном щите ср.: Polyaen., III, 9, 27 и прим. 92. Щит служил для дачи сигнала также и после Марафонской битвы, когда предатели в Афинах с его помощью дали знак персам. (Hdt., VI, 115; 124).

247

Речь идет о битве при Эгоспотамах у побережья Геллеспонта летом 405 г. до н. э. В этой битве афинский флот был уничтожен, что повлекло за собой немедленный распад Афинской морской державы и практически завершило Пелопоннесскую войну. Из ловушки сумели вырваться всего 9 афинских кораблей. «Парал» принес весть о поражении в Афины, а остальные 8 триер во главе с Кононом ушли на Кипр. Ср.: Plut. Lys., 11; Xen. Hell., II, 1, 28; Front. Strat., II, 1, 18.

248

Ср.: Plut. Lys., 8; Aelian. Hist, var., VII, 12.

249

Избиение демократов на Фасосе произошло вскоре после капитуляции Афин в 404 г. до н. э. Ср.: Nep., 6, 2.

250

После победы при Эгоспотамах (405 г. до н. э.) пелопоннесское войско осадило Афины с суши и с моря и голодом принудило их сдаться. После этого было устроено собрание союзников, на котором коринфяне и фиванцы требовали полного уничтожения Афин. Лисандр воспротивился этому. В итоге спартанцы заключили мир с Афинами на условиях срытия Длинных стен и укреплений Пирея, выдачи военного флота, возвращения изгнанников и вступления в Пелопоннесский союз. При поддержке Лисандра в Афинах утвердился режим Тридцати тиранов, опиравшийся на спартанский гарнизон. Ср.: Xen. Hell., II, 2, 10 sqq.

251

Агис — в разное время Лакедемоном правили четыре царя с таким именем. Полиэн, несомненно, рассказывает о самом раннем из них, Агисе I. В пользу такой идентификации можно указать на характерное противопоставление лакедемонян пелопоннесцам, странное для более позднего времени, когда дорийцы Лакедемона уже давно считались пелопоннесцами, но совершенно уместное при описании событий, относившихся к рубежу III тыс. до н. э. — в этот период дорийцы были недавними пришельцами, вторгшимися в Пелопоннес из Северной Греции. Агис I, сын Эврисфена, второй представитель старшей династии лакедемонских царей; правил около одного года, согласно Евсевию, в 1059 г. до н. э. (Euseb., Chron., II, р. 60-61 Schoene; ср.: Diod. VII, frg., 8, 3). О безвременной кончине Агиса сообщает наш автор (Polyaen., И, 13). Кратковременность царствования не помешала этому Гераклиду оставить заметный след в истории Лакедемона, так что позднее его даже считали подлинным основателем династии и государства, отводя Эврисфену значительно более скромную роль (Strab., VIII, 5, 4-5; в антиковедении, заметим, издавна существует предположение о том, что в текст наших источников вкралась ошибка и Агис правил не год, но значительно дольше). Отсюда Агиады — общее название царей из рода Эврисфена и Агиса. Стоит заметить, что за переименованием династии (Эврисфениды теперь назывались Агиадами), возможно, скрывался факт смены царствующего дома, представление же о родстве Агиса с Эврисфеном могло возникнуть позднее (объединение Агиадов с Гераклидами способствовало укреплению авторитета династии). Аналогичные изменения родового имени (смена династии?) наблюдаются у дорийцев почти повсеместно — младшая линия лакедемонских царей — Проклиды/Еврипонтиды, в Мессении преемники царя Кресфонта — Эпитиды, по имени Эпита, сына (?) Кресфонта, в Коринфе — Бакхиады, представители рода Бакхиса, потомка (?) первоначального основателя династии коринфских царей Алета.

252

Пелопоннесцы — здесь: ахейцы, владевшие Лакедемоном до прихода дорийцев (ср.: Apollod., II, 8, 2-3: Πελοποννήσιοι (пелопоннесцы) — ахейцы, боровшиеся против Гераклидов; см. также: Polyaen., I, 9).

253

С покорением отдельных областей Пелопоннеса локальные группы завоевателей, кроме общеплеменного этнонима (дорийцы), принимали и новые, соответствовавшие названию той страны, хозяевами которой они становились (в Аргосе — аргивяне, в Мессении — мессенцы и т. д.). Полиэн называет воинов Агиса лакедемонянами и лаконцами, видимо, на том основании, что поколением раньше (при Эврисфене и Прокле (см.: Polyaen., I, 10 и прим. 78)) они уже захватили часть страны и, следовательно, могли считаться ее обитателями.

254

Ср. сообщение традиции о голоде, охватившем дорийцев накануне вторжения в Пелопоннес (Apollod., II, 8, 3). Информацию Полиэна о голоде, поразившем лакедемонян, можно рассматривать как дополнительное основание для идентификации Агиса в стратегеме с сыном или, во всяком случае, преемником Эврисфена (см. прим. 251). История Спарты в правление Агиса II (ок. 427-400 гг. до н. э.), Агиса III (ок. 338-331 гг. до н. э.) и Агиса IV (ок. 245-241 гг. до н. э.) нам достаточно хорошо известна — ни о каком голоде источники не сообщают. Следовательно, остается Агис I, фигура смутная, от эпохи царствования которого сведений почти не сохранилось.

255

Хотя позднее дорийцы Пелопоннеса постоянно враждовали между собой, первоначально, пока местные жители не были вполне подчинены, между дорийскими общинами, несомненно, существовали некие отношения сотрудничества (ср.: Plat. Legg., III, 684 a-b). Так, мы знаем, что Гераклиды из различных центров Пелопоннеса оказали единодушную поддержку Эпиту, сыну Кресфонта, при его возвращении в Стениклар — столицу Мессении (Paus., IV, 3, 8; ср.: Isoer., VI, 23), а Темен принял участие в борьбе Прокла с Эврисфеидами в Лакедемоне (Polyaen., I, 10). Отметим также совместное использование дорийцами Спарты и Мессении пограничного святилища Артемиды Лимнатиды (Strab., VIII, 4, 9; Paus., IV, 4, 2) и сверх того напомним характерный предлог, который спартанцы выдвинули для нападения на жителей Кинурии: те обижали аргивян (Paus., III, 2, 2).

256

До вторжения в Пелопоннес дорийцы жили в горных анклавах на севере Греции. В этот период дорийские племена вели кочевой или полукочевой образ жизни, их основным занятием было скотоводство. Перейдя в Пелопоннес, они, видимо, пригнали с собой и скот, свое главное богатство, а также символ традиционного уклада. Из текста стратегемы можно заключить, что при Агисе эти пришельцы с северных гор еще не перешли прочно к оседлости, но перемещались по стране со всем своим скарбом и скотом, чем, видимо, и объясняется обилие последнего в лагере. Другие трактовки малоубедительны — конницы как таковой не существовало, воинский обоз едва ли мог быть столь значительным, чтобы для него потребовалось большое количество упряжных животных — действие происходит в эпоху чрезвычайной скудости, да и численность дорийского войска была невелика (Исократ говорит о двух тысячах спартанцев в эпоху т. н. Возвращения Гераклидов, см.: Isoer., XII, 255; чересчур доверяться автору, работавшему спустя много веков после дорийского нашествия, не обязательно, тем не менее малочисленность завоевателей подтверждается археологическими данными, которые не позволяют говорить о появлении в Греции этого времени крупных масс нового населения. Ср.: по мнению К. О. Мюллера, общая численность дорийского войска, пришедшего в Пелопоннес, составляла около 20 000 человек, что также не очень много (Müller К. О. Geschichten Hellenischer Stämme und Städte. Bd. II. Die Dorier. Breslau, 1844. S. 77)). Остается принять, что это был скот (как приведенный с севера, так и захваченный у побежденных), с помощью которого дорийцы тянули свое имущество, женщин и детей.

257

С победой Гераклидов над великим царем ахейцев Тисаменом (см.: Polyaen., II, 37) борьба за Лакедемон отнюдь не закончилась. Ахейцы продолжали удерживать южные и отчасти центральные области страны. Власть же первых преемников Прокла и Эврисфена, видимо, не распространялась далее верховьев Еврота. Дальнейшее продвижение дорийцев приняло характер серии локальных столкновений, перемежавшихся с длительными затишьями. Последние общины ахейцев (Амиклы, Гелос) капитулировали лишь в VIII в. до н. э. Полиэн описывает эпизод (ближе нам неизвестный) из истории войн, продолжавшихся, таким образом, несколько столетий. О силе сопротивления ахейцев и относительной непрочности положения дорийцев можно судить по тому, что лакедемонянам трудно было одержать победу самостоятельно и им приходилось распространять слухи о приближающейся подмоге (ср. прим. 255).

258

Фрасил (правильнее — Фрасилл) — афинский стратег. В 409 г. до н. э. отправился с флотом в Малую Азию для покорения отложившихся от Афин ионийских городов. Там он провел несколько успешных военных операций, но потерпел поражение при попытке захватить Эфес. Затем он направился в Геллеспонт, где соединился с флотом Алкивиада. Весной 408 г. до н. э. Фрасил фактически руководил осадой Колофона. Город афиняне так и не взяли, но сатрап Фарнабаз заплатил по договору 20 талантов за прекращение осады. Осенью 408 г. до н. э. Фрасил возвратился в Афины. Казнен после процесса по обвинению стратегов-победителей при Аргинусских островах (Xen. Hell., I, 7, 29-32). О Фрасиле см.: Schwann W. Thrasyllos. 2 // RE. Bd. VI. Hbbd. 11 (1936). Sp. 578-581.

259

Ср. Excerpta Polyaeni, 57, 9: «Когда кто-либо, опасаясь кораблей врагов, все же хочет вызвать их на бой, ему нужно притвориться, что он имеет незначительное число кораблей, таким вот образом: по два из кораблей соединив, поставить один парус и вполовину от вражеских принять вид, чтобы те, осмелев и выйдя в море, но найдя вдвое больше кораблей, с легкостью были побеждены».

260

Имеются в виду жители Византия, расположенного на европейской стороне у входа в Боспор.

261

Осада Византия афинянами происходила летом 408 г. до н. э. Согласно Ксенофонту (Hell., I, 3, 14-20), руководил ею не Фрасил, а Алкивиад, хотя Фрасил, вероятно, участвовал в осаде. По сообщению Ксенофонта, командовавший в Византии спартанский гармост Клеарх переправился на азиатский берег Геллеспонта для переговоров с Фарнабазом, сатрапом Геллеспонтской Фригии, у которого он надеялся получить деньги на уплату воинам и собрать боевые корабли. В отсутствие Клеарха византийские военачальники ночью открыли ворота афинским войскам. Ср.: Xen. Hell., I, 3, 18 sq.; Diod., XIII, 66 sq.; Plut. Alcib., 31.

262

Конон — выдающийся афинский полководец, выдвинулся в конце Пелопоннесской войны. Во время разгрома афинян при Эгоспотамах в 405 г. до н. э. сумел прорваться и увести эскадру из 8 афинских кораблей на Кипр к царю Эвагору. После падения Афин остался на Кипре и завязал оттуда отношения с персидским царем. Когда началась война между Персией и Спартой, Конон вместе с персидским сатрапом Геллеспонтской Фригии Фарнабазом (о нем см.: Polyaen., VII, 19 и прим. 86) возглавил персидский флот. В 394 г. до н. э. он одержал победу при Книде, положившую конец спартанскому морскому могуществу. Весной 393 г. до н. э. Конон прибыл в Афины и, пользуясь персидскими субсидиями, восстановил Длинные стены и укрепления Пирея, разрушенные Лисандром. В 392 г. до н. э. спартанский посол Анталкид прибыл ко двору сатрапа Тирибаза для заключения союза с персами. Союз тогда заключен не был, однако следствием этих переговоров было то, что Тирибаз пригласил Конона в Сарды и захватил его в плен. Конону удалось бежать, но он более не принимал участия в войне и умер на Кипре, вероятно, около 389 г. до н. э.

263

Эпизод относится к 406 г. до н. э. Описание Полиэна неточно: по свидетельству Ксенофонта (Hell., I, 6, 15-19), спартанский наварх Калликратид отрезал эскадру Конона от афинской базы на острове Самос и загнал его в гавань Митилены на острове Лесбос. У самого входа в гавань произошло сражение, в котором Конон потерял 30 кораблей, остальные 40 удалось вытащить на сушу под защиту крепости. В дальнейшем спартанцы осаждали его вплоть до подхода флота из Афин, разгромившего Калликратида в битве при Аргинусах (ср. главу 44 и прим. 239). Ср.: Diod., XIII, 77.

264

Ср.: Diod., XIV, 81, 4-6; 82, 2; 83, 1; 86, 6. О спартанских вторжениях в Малую Азию во главе с Агесилаем см.: Polyaen., II, 1, 6; 8; 9; 26; 30 и прим. 15, 22, 47, 54.

265

Ср.: Xen. Hell., I, 6, 20.

266

Ксенофонт (ок. 445-355 гг. до н. э.) — афинянин, историк и писатель. Был поклонник Спарты, входил в кружок Сократа. В качестве наемника принял в 401 г. до н. э. участие в походе Кира Младшего, претендента на персидский престол, против Артаксеркса II (о нем см.: Polyaen., VII, 68 и прим. 78). Когда Кир погиб, а его персидские сторонники примирились с царем, небольшой греческий отряд оказался в глубине огромного персидского царства, и Ксенофонт играл видную роль в знаменитом отступлении десяти тысяч греческих воинов из окрестностей Вавилона через Курдистан и горы Армении к Трапезунду. К этому времени (401 г. до н. э.) относятся все приведенные здесь стратегемы Полиэна. После этого похода Ксенофонт сблизился с руководителем спартанской политики царем Агесилаем и в 394 г. до н. э. участвовал на стороне Спарты в Коронейской битве с фиванцами, союзниками Афин. Осужденный в Афинах за измену родине, жил в изгнании около Олимпии, занимаясь литературными трудами. В 370 г. до н. э. переселился в Коринф, где и умер. Подробнее о нем см.: Фролов Э. Д. Жизнь и деятельность Ксенофонта // Ученые записки ЛГУ. № 251. Сер. ист. наук. Вып. 28. 1958. С. 41-74; Anderson J. К. Xenophon. London, 1974.

267

Данный эпизод относится к моменту вскоре после того, как сатрап Тиссаферн обманом заманил в ловушку и перебил командиров греческих наемников. После этого эллины избрали новое командование. В числе новых командиров был и Ксенофонт, предложивший уничтожить лишний груз перед началом отступления армии наемников из-под Вавилона, где они в то время располагались. Ср.: Xen. Anab., III, 2, 27. 251.

268

Отступая на север, наемники двигались по восточному берегу Тигра. Вскоре после перехода реки Запат (одного из притоков Тигра) они подверглись нападению персидской легкой пехоты и конницы. Стреляя из луков и пращей, персы наносили ущерб арьергарду греков, оставаясь вне досягаемости критских лучников и метателей дротиков, имевшихся в войске наемников, и легко уходили от преследования греческих гоплитов и пельтастов. Тогда по предложению Ксенофонта был сформирован отряд из 200 пращников и 50 всадников для отражения атак неприятеля. Ср.: Xen. Anab., III, 3, 16 sq.

269

Следуя вдоль Тигра, греки миновали развалины городов Ларисы и Меспилы, двигаясь в сторону области кардухов, неподвластного персам народа, населявшего гористую область западного Курдистана. В один из ночных переходов варвары, обогнав греков, захватили вершину горы, через которую проходил спуск на равнину. Ксенофонт с помощью описанной здесь хитрости очистил путь эллинам. Ср.: Xen. Anab., III, 4, 37 sq.

270

Греческие наемники остановились на берегу притока Тигра Кентрита, отделявшего только что пройденную ими область кардухов от западной Армении, управляемой зятем царя Артаксеркса Оронтом. Войско Оронта пыталось помешать грекам переправиться. Основная масса греков под началом спартанца Хирисофа, их главнокомандующего, начала переходить реку через обнаруженный накануне брод, а Ксенофонт в это время повел в обход легковооруженных воинов. Этот маневр заставил варваров, опасавшихся окружения, отступить и позволил Хирисофу стремительной атакой занять господствующие над рекой высоты и даже захватить часть вражеского обоза. Ср.: Xen. Anab., IV, 3, 20 sq.; Front. Strat., I, 4, 10. 251.

271

Агесилай — спартанский царь (годы правления: 399-360 гг. до н. э.), младший сын царя Архидама II. В ранней молодости нашел себе покровителя в лице знаменитого спартанского полководца Лисандра (Polyaen., I, 45 и прим. 244). После смерти Архидама царем Спарты стал старший брат Агесилая Агис. Когда тот скончался, встал вопрос о престолонаследии. Противники Агесилая выдвинули кандидатуру Леотихида, сына Агиса. Однако решающую роль сыграла поддержка Лисандром Агесилая. Леотихиду было отказано в праве на престол на том основании, что он будто бы является незаконнорожденным сыном Агиса (Xen. Hell., III, 3, 1-4; Plut. Ages., 3; Lys. 22; Paus., III, 8, 7-10). Став царем, Агесилай в 396 г. до н. э. отправился в поход против персов в Малую Азию. Формально целью похода было освобождение греческих городов на малоазийском побережье от персидского господства, фактически же — подчинение их спартанскому влиянию. Агесилаю удалось победить персов в битве при Сардах в 395 г. до н. э. (Xen. Hell., III, 4, 23; Diod., XIV, 80; Plut. Ages., 10). Главную роль в походе играл Лисандр, который за счет этой экспедиции стремился еще более усилить свое политическое и военное значение, возросшее за время Пелопоннесской войны. Возникшие трения с Агесилаем подталкивали его к организации государственного переворота в Спарте, однако гибель Лисандра в битве при Галиарте в Беотии в 395 г. до н. э. прервала эти планы (Xen. Hell., III, 5, 17-20; Plut. Lys., 24-29). В 394 г. до н. э. в Греции не без помощи персов образовалась антиспартанская коалиция в составе Афинам, Коринфа, Фив и Аргоса, что привело к началу Коринфской войны. Агесилай вынужден был вернуться из Малой Азии. В это время спартанский флот был разбит у малоазийского побережья при Книде (Diod., XIV, 84, 3-4). Однако Агесилай вынужден был уйти из Малой Азии, переправиться в Грецию. В том же году он одержал решительную победу над войсками коалиции в битве при Коронее, в Беотии (Xen. Hell., IV, 3, 15-20; Plut. Ages., 15-18). Дальнейшие боевые действия были сосредоточены главным образом вокруг Коринфа. В 390 г. до н. э. Агесилай напал на этот город, но блестящая победа, одержанная афинским отрядом под командованием Ификрата над спартанцами, вынудила его отступить (Xen. Hell., IV, 5, 12-18; Plut. Ages., 21-22). Позднее, откликнувшись на просьбу союзников Спарты ахейцев, он в 389-388 гг. до н. э. повел военные действия против акарнанцев, заставив их заключить союзный договор. В 378-377 гг. Агесилай руководит военными действиями спартанцев против все более усиливающихся Фив. Возвращаясь из второй экспедиции против Фив, Агесилай тяжело заболел и не участвовал в политических событиях несколько лет. В 370 г. до н. э. Эпаминонд со своей армией вступил в Пелопоннес. Опустошая Лаконику, он вплотную подошел к городу Спарте. Агесилай, заняв ключевые позиции при обороне города, не позволил выманить спартанцев на открытую битву. Этим он спас положение. Затем на некоторое время Агесилай из-за своего преклонного возраста не участвовал в походах. Однако в 362 г. до н. э. пошел на помощь мантинейцам, но в это время Эпаминонд вторгся в Спарту и чуть не захватил город, но отступил из-за ожесточенного сопротивления спартанцев во главе с пришедшим на помощь Агесилаем. После гибели своего главного врага Эпаминонда в 361 г. до н. э. Агесилай вместе с афинским полководцем Хабрием отправился на службу в Египет по приглашению фараона Taxa, восставшего против персов. В Египте Агесилай командовал греческими наемниками, участвовал в ряде походов, в том числе в Финикию. Перейдя во время междоусобной войны на сторону нового фараона Нектанеба II, он содействовал его победе (Plut. Ages., 36-39). Возвращаясь из Египта в Спарту, Агесилай умер в возрасте 84 лет в так называемой Менелаевой гавани в Ливии, к западу от Египта. По словам Плутарха, он «свыше тридцати лет, вплоть до битвы при Левктрах, был наиболее влиятельным и могущественным человеком в Лакедемоне и считался как бы предводителем и царем всей Греции» (Ages., 40;  пер.К. П. Лампсакова). Об Агесилае см.: Carledge P. Agesilaos and the Crisis of Sparta. London, 1987; Hamilton Ch. D. Agesilaos and the Failure of Spartan Hegemony. Ithaca, 1991.

272

Эти события относятся к 391 г. до н. э., то есть ко времени Коринфской войны. Поход был предпринят в ответ на враждебные действия акарнанцев (живших на западе Средней Греции) против ахейцев — союзников Спарты. О событиях сообщают Ксенофонт (Hell., IV, 6, 13) и Плутарх (Ages., 22).

273

Легкие (здесь: κούφοι — вероятно, здесь имеются в виду легковооруженные, а не гоплиты с облегченным снаряжением.

274

Пельтасты — воины, вооруженные легким щитом — пельтой и одним или двумя легкими метательными копьями. Пельта имела полукруглую форму, была деревянной или плетеной, обтянутой кожей. Первоначально пельтастами были соседние с греками фракийцы. В Греции они были распространены афинским полководцем Ификратом около 390 г. до н. э. Пельтасты занимали промежуточное положение между тяжеловооруженными (гоплитами) и легковооруженными воинами. См.: Best J. G. P. Thracian Peltasts and their Influence on Greek Warfare. Groningen, 1969.

275

Хабрий — афинский полководец (умер в 356 г. до н. э.), своими победами содействовавший расширению Второго афинского морского союза. Во время вторжения Агесилая в Беотию в 378 г. до н. э. выступил на помощь Фивам. В это время Хабрий был стратегом вместе с Тимофеем и Каллистратом. О нем см.: Polyaen., III, 11 и прим. 220.

276

Горгид — соратник Эпаминонда и Пелопида. См.: Polyaen., II, 5 и прим. 110.

277

Эпизод относится к 378 г. до н. э., упоминается Диодором (XV, 32, 4) и Непотом (12, 1). Военное столкновение произошло во время вторжения Агесилая в Беотию, предпринятого в ответ на свержение в Фивах проспартанского режима. В качестве союзника Фив в этой войне выступили Афины, тогда как союзниками спартанцев были аркадяне, элейцы, сикионцы, коринфяне, мегарцы, фокидяне, локры и другие. Также см.: Demosth., XX, 76. (Л. Д. Бондарь, А. И. Климин)

278

Коронея — город в северо-западной Беотии, у которого в ходе Коринфской войны в 394 г. до н. э. состоялась битва Агесилая с войсками антиспартанской коалиции (Афины, Фивы и их союзники). Об этой битве сообщают Ксенофонт, сам участвовавший в ней, (Hell., IV, 3, 15-20), Диодор (XIV, 84) и Плутарх (Ages., 15-18). Битва закончилась победой Агесилая. Эпизод, рассказанный в данном параграфе, представлен у Ксенофонта (Hell., IV, 3, 13-14) и Плутарха (Ages., 17).

279

Писандр — командовал спартанским флотом у берегов Малой Азии в 394 г. до н. э. Был родственником Агесилая.

280

Наварх — командующий спартанским флотом. Избирался на один год без права вторичного избрания. В период исполнения своих полномочий пользовался огромной властью, которую Аристотель даже сравнивает с царской (Arist. Pol., II, 6, 22).

281

Фарнабаз — персидский сатрап Геллеспонтийской Фригии; осуществлял общее командование персидским флотом во время битвы при Книде. О нем см.: Polyaen., VII, 19 и прим. 86. Речь в стратегеме идет о морском сражении при Книде (394 г. до н. э.). Спартанский флот под командованием Писандра столкнулся с персидским флотом, одним из командиров которого был афинский полководец Конон (Polyaen., I, 48 и прим. 262). Флот спартанцев, численно уступавший противнику, потерпел поражение, а сам Писандр героически погиб, сражаясь на корабле (Xen. Hell., IV, 3, 10-13; Diod., XIV, 83, 4-7).

282

Существовал обычай, по которому совершивший жертвоприношение угощал своих друзей мясом жертвенных животных.

283

Вероятно, этот эпизод относится к концу битвы при Коронее и перекликается с сюжетом следующего параграфа. Бежавшие с поля боя неприятельские воины,.около 80 человек, укрылись в храме. Агесилай, исполненный богобоязненных и благородных чувств, приказал их отпустить (Xen. Hell., IV, 3, 20; Plut. Ages., 19). Ср.: Plut. Apophth. Lacón., 5, 12.

284

После битвы при Коронеи (394 г. до н. э.) часть обратившихся в бегство беотийцев убежала в храм Афины Итонийской. Агесилай не решился нарушить право убежища и не причинил беотийцам вреда, разрешив им уйти (Xen. Hell., IV, 3, 20; Plut. Ages., 19; Paus., III, 9, 13). См. прим. 13.

285

Эпизод относится ко времени войны Агесилая с Персией, к 395 г. до н. э. Находясь в Эфесе, Агесилай организовал смотр греческого войска, во время которого он и предпринял эту пропагандистскую акцию. Ксенофонт пишет: «Полагая также, что презрение к силе врага побудит воинов охотнее и храбрее бросаться в бой, он приказал глашатаям на публичных аукционах продавать пойманных при набегах на вражескую территорию варваров голыми. Воины увидели, что кожа их бела, так как они никогда не раздевались, что они изнежены и не привыкли к тяжелой работе, так как они всегда совершали передвижение на повозках» (Hell., IV, 4, 19;  пер.С. Я. Лурье). Плутарх добавляет: «По приказанию Агесилая торговцы добычей продавали пленников обнаженными. Одежду покупали охотно, но над пленными, чьи нагие тела были белыми и рыхлыми из-за изнеженного образа жизни, все насмехались, считая их бесполезными для работы, не имеющими никакой цены» (Ages., 9;  пер.К. П. Лампсакова). Ср.: Plut. Apophth. Lacón., 2, 13; Front. Strat., I, 11, 17; Athen., XII, 550e.

286

Подобный образ жизни лакедемонян был узаконен реформами легендарного Ликурга (см.: Polyaen., I, 16 и прим. 97). По закону спартанцы не имели права заниматься ремеслом и торговлей, то есть такой деятельностью, которая может приносить прибыль. Соблюдение гражданской добродетели и доблестная военная служба были их главными и единственными обязанностями (Plut. Lye, 9, 24; Ages., 26; Apophth. Lacón., 2, 72).

287

Территория, подвластная персидскому царю; в данном случае области Малой Азии.

288

Тиссаферн — персидский сатрап Лидии. Был в Сардах примерно с 413 г. до н. э. Во время Пелопоннесской войны поддерживал спартанцев. В 401 г. до н. э. сражался против восставшего Кира Младшего. Был приговорен к смерти в 395 г. до н. э., потерпев поражение от Агесилая II. Подробнее о Тиссаферне см.: Polyaen., VII, 18 и прим. 83.

289

О клятвопреступлении Тиссаферна, упоминаемом в данной стратегеме, сообщает также Ксенофонт (Ages., 1, 10; Hell., III, 4, 5; ср.: Nep. Ages., 2-3).

290

Во время вторжения в Лидию в 395 г. до н. э. Агесилай в битве при Сардах нанес поражение персам. В результате персидский царь Артаксеркс II приказал казнить Тиссаферна, обвинив его в этой неудаче. Одновременно начались переговоры с Агесилаем о прекращении боевых действий (Xen. Hell., III, 4, 25-26). О битве при Сардах и о связанных с ней событиях см.: Anderson J. К. The Battle of Sardis in 395 B. C. // California Studies in Classical Antiquity. Vol. 4. 1974. P. 27-53; Gray V. The Two Different Approaches to the Battle of Sardis / / Ibidem. Vol. 12. 1980. P. 183-200; DeVoto J. G. Agesilaos and Tessaphernes near Sardis in 395 В. C. // Hermes. Bd. 116. 1988, p. 41-53.

291

Кария — область на юго-западном побережье Малой Азии со столицей в Галикарнасе. Имела стратегическое значение благодаря тому, что в ней находилась база персидского флота. К тому же в Карий располагалась резиденция Тиссаферна.

292

В 395 г. до н. э. Агесилай продолжал боевые действия против Тиссаферна. Об «обмане» последнего Агесилаем говорит Ксенофонт (Hell., IV, 3, 20-21; ср.: Nep. Ages., 3; Front. Strat., I, 8, 12; Plut. Ages., 9-10). Чуть раньше, в 396 г. до н. э., Агесилай также поступил подобным образом, когда вопреки ожиданиям Тиссаферна вторгся не в Карию, а во Фригию (Xen. Hell., III, 4, 12; Plut. Ages., 10).

293

Эпизод имел место во время похода Агесилая в Акарнанию в 391 г. до н. э. (см. об этом походе: Polyaen., II, 1, 1 и прим. 2). Ср. сообщение Ксенофонта (Hell., IV, 6, 5-6).

294

Скол — селение в скалах у подножия горы Киферон в Беотии, расположеное вдоль реки Асоп. В этот период входило в фиванскую область (Strab., IX, 2, 23-24).

295

Феспии — город в Беотии у горы Геликон. Об этом городе см.: Roesch P. Thespies et la confédération béotienne. Paris, 1965.

296

События относятся к походу спартанского войска во главе с Агесилаем на Фивы в 377 г. до н. э. Сообщение Ксенофонта (Hell., V, 4, 47-49) более подробно. Агесилай заранее приказал полемарху из Феспий занять господствующие высоты над Кифероном, поэтому он благополучно проник на Платейскую равнину. Фиванцы же защищали проход из Феспий в их область. Прибыв в Феспии и побыв там один день, Агесилай двинулся по дороге на Эрифры (город в фиванской области) и за один день форсированным маршем прошел двухдневный переход, после чего неожиданно ворвался в Скол, а затем предал разграблению территорию к востоку от Фив.

297

В рукописи F: «Сидение Реи» (Ρέας έδος), Весселинг исправляет на «Старухино сидение» — греч.: Γραίας έδος (см.: Xen. Hell., V, 4, 49-50) — холм вблизи от Фив и Танагры (Steph. Byz. s. v. Távaypa). Грайя («старуха») — одно из имен героини — основательницы Танагры.

298

Рассказывая о кампаниях Агесилая в Беотии, Полиэн описывает две большие кампании. Первая из них — военные действия в 394 г. до н. э., когда спартанский царь возвращался в Грецию после персидской кампании 396-394 гг. до н. э., а вторая — вторжение в Беотию в 378-377 г. до н. э. после демократического переворота в Фивах. В данном случае речь идет о событиях второго похода, когда Агесилай сделал попытку захватить Фивы (387 г. до н. э.; ср.: Xen. Hell., V, 4, 49-50).

299

«пожелал стать законодателем» — греч. Ήξίωσεν άποδειχθήναι νομοθέτης. По словам Аристотеля, царская власть в Лакедемоне представляла собой наследственную и пожизненную стратегию (Arist. Polit., III, 10, 1), и (особенно после усиления эфората) она по преимуществу ограничивалась функциями военного командования (Xen. Lac. pol., 13, 15). Цари также могли выступать с законодательной инициативой перед собранием-апеллой, но указание Полиэна, возможно, также говорит о значительном ослаблении власти царей за счет усиления герусии и особенно эфората. Подробнее о власти спартанских царей см.: Печатнова Л. Г. Формирование спартанского государства (VIIIVI вв. до н. э.). СПб., 1998. С. 57-59. Примечательно, что царем не был и сам знаменитый спартанский законодатель Ликург. Ср.: Plut. Ages., 30; Apophth. Lacón., 2, 30.

300

События 371 г. до н. э. после поражения при Левктрах. Бросить оружие, и особенно щит, считалось у греков (а особенно у спартанцев) большим позором.

301

Храм Артемиды Иссории находился в укрепленном населенном пункте Иссории, части Питан, в Спарте (см.: Plut. Ages., 32). Как отмечает Павсаний (III, 14, 2), эта ипостась Артемиды сопоставлялось с Артемидой Лимнией (Владыницей вод).

302

События 370/69 г. до н. э., так называемый Первый поход Эпаминонда в Пелопоннес, приведший к распаду Пелопоннесского союза и отпадению Мессении, а также — основанию Мегалополя и образованию Аркадского союза. На сторону фиванцев перешли многие другие пелопоннесские союзники и даже некоторые периэкские города (см.: Diod., XV, 72; Paus., VIII, 27). Именно в это время фиванская армия подошла к Спарте и была с трудом отражена Агесилаем. См.: Plut. Ages., 32; Nep., 17, 6.

303

События похода Эпаминонда на Пелопоннес в 369 г. до н. э. Ср.: Plut. Ages., 32.

304

Фокея — ионийский торговый город на западном побережье Малой Азии. События персидского похода Агесилая 396-394 гг. до н. э. В результате этой кампании Агесилаю удалось дойти до столицы Лидии, Сард, и нанести персам ряд серьезных поражений. В 394 г. до н. э. Агесилай был отозван спартанскими властями из-за начавшейся Коринфской войны (395-387 гг. до н. э.). См.: Front. Strat., III, 11, 2.

305

Аэроп, о котором здесь говорится, по-видимому, являлся сыном царя Македонии Пердикки II и был вначале регентом при малолетнем царе Оресте (400/399-398/7 гг. до н. э.), а после его смерти стал царем Македонии (398/7-394 гг. до н. э.). С разрешения или без разрешения, Аэропа Спарта, ввязавшаяся в войну с Персией, использовала для продвижения своих войск путь через Македонию. Когда началась Коринфская война, Аэроп явно обнаружил симпатии к антиспартанскому блоку, попытавшись, как это следует из настоящей стратегемы, задержать армию Агесилая, возвращавшуюся из Азии, но был обманут и заключил со Спартой договор; после этого Агесилай перешел во враждебную в тот момент для Спарты Фессалию, где добился успеха (событие 394 г. до н. э.). Что касается Аэропа, то он в том же году умер от болезни, а вслед за его смертью в Македонии началась ожесточенная борьба за власть между членами царского дома.

306

События 394 г. до н. э., когда Агесилай возвращался в Грецию, спеша на так называемую Коринфскую войну. Ср.: Polyaen., IV, 4, 3.

307

Орхомен — крупный город в северо-восточной Беотии на берегу Копаидского озера. Будучи одним из крупнейших центров Беотии, Орхомен по традиции был оппозиционен Фивам и в 364/3 г. до н. э. был разрушен фиванцами. События, вероятно, относятся к 394 г. до н. э., времени Коринфской войны, в которой Фивы наряду с Афинами, Аргосом и Коринфом были участниками антиспартанской коалиции. Речь, видимо, идет о возвращении Агесилая в Пелопоннес через Беотию, когда спартанцы еще рассчитывали на помощь своих традиционных союзников, беотийцев. См. также далее: Front. Strat., I, 11, 5; Polyaen., II, 1, 24.

308

Видимо, речь идет о битве при Коронее в 394 г. до н. э., подробно описанной Ксенофонтом (Hell., IV, 3). См. также: § 3-5; ср.: Front. Strat., II, 6, 6.

309

События кампании 394 г. до н. э.

310

Вторжение Агесилая в Беотию в 377 г. до н. э. Имеется интересная ассоциация с действиями спартанцев во время первого периода Пелопоннесской войны (431-404 гг. до н. э.), особенно в 431-425 гг. до н. э. (так называемая «Архидамова война»).

311

Нектанеб II (360-343 гг. до н. э.) — последний представитель XXX египетской династии, пришедшей к власти при поддержке Агесилая. В 354 г. до н. э. Нектанеб II поддержал антиперсидское восстание в Сирии, Финикии, на Кипре и в Малой Азии, опираясь также на значительную помощь греческих государств и наемников. В 344-343 гг. до н. э., после подчинения Кипра и Сирии, персидский царь Артаксеркс III Ох (359-338 гг. до н. э., см.: Polyaen., VII, 17 и прим. 82) предпринял крупный поход в Египет, занял Пелузий и Бубастис и вынудил Нектанеба оставить Мемфис и остальные города Нижнего Египта и бежать в Эфиопию.

312

Речь идет о событиях 361/0 г. до н. э. Египет фактически отделился от Персии уже при Нектанебе I (380-363 гг. до н. э.), основавшем последнюю, ХХХ династию. Сын Нектанеба I Tax, собрав, согласно традиции, 80000 египтян, 10000 греческих наемников и флот из 200 кораблей, которым командовал афинский полководец Хабрий, готовился к вторжению в Сирию и войне с Персией. На помощь Таху был послан Агесилай с 1000 спартанских воинов. Недовольство египтян и конфликт с Агесилаем привели к восстанию против Taxa во главе с его двоюродным братом, Нектанебом II, после чего Tax бежал в Сузы и просил помощи у персидского царя. В Менде против Нектанеба выступил еще один претендент на египетский престол (имя его точно не известно), которому удалось окружить Нектанеба и который был побежден благодаря Агесилаю. Именно этот эпизод и рассказывает Полиэн. См.: Diod., XV, 93; Plut. Ages., 39; Apophth. reg. et imp., 60, 11; Apophth. Lacón., 2, 78.

313

События 394 г. до н. э.

314

События 394 г. до н. э., или же 377 г. до н. э. Ср.: Front. Strat., I, 4, 3.

315

Греч.: κοίλον πλινθίον; κοίλον — «пустое, выпуклое, впалое», πλινθίον — основное значение — «небольшой кирпич, четырехугольное тело», в военной терминологии — «каре».

316

Вторжение Агесилая в Беотию в 378-377 г. до н. э.

317

Лампсак — город в Троаде в Малой Азии у Геллеспонта. События персидского похода 394 г. до н. э.

318

Эврот — главная река Лаконики, протекала недалеко от Спарты.

319

Греч. λογοποίος — основное значение — «баснописец, сочинитель новостей», также имеет значение «вестник, вестовщик». Использование Полиэном этого слова, в отличие от обычного обозначения вестника (κήρυξ), показывает, что эти люди были посланы, чтобы сообщить заведомо ложные сведения.

320

Речь идет о первом походе Эпаминонда в Пелопоннес в 370/69 г. до н. э. См.: глава 14 данной книги и прим. Ср.: Diod., XV, 65; Front. Strat., I, 10, 3.

321

События относятся ко времени после похода Эпаминонда в 370/ 69 г. до н. э. Результатом Первой (742-724 гг. до н. э.) и Второй (685-668 гг. до н. э.) Мессенских войн было превращение большей части мессенцев в илотов, а также уничтожение и выселение значительной части жителей страны. Положение мессенских илотов значительно ухудшилось после Третьей Мессенской войны 464 г. до н. э. Одним из главных результатов похода Эпаминонда в Пелопоннес стало установление независимости Мессении от Спарты и основание города Мессены на месте древней Итомы и объединение вокруг него мессенцев, живших в самой стране и за ее пределами (см.: Diod., XV, 66; Strab., VIII, 4, 1; Paus., IV, 26-27; см. также: Мищенко Ф. Г. Федеративная Эллада и Полибий // Полибий. Всеобщая история / Пер. Ф. Г. Мищенко. T. I. СПб., 1994. С. 60-61; Печатнова Л. Г. Формирование спартанского государства… С. 16-18). После ухода Эпаминонда спартанцы делают попытки восстановить свое господство в Мессении вплоть до своего поражения в битве при Мантинее (362 г. до н. э.).

322

Имеется в виду осада Афин спартанцами и их союзниками в конце Пелопоннесской войны, в 404 г. до н. э.

323

События 369 г. до н. э. (см. ранее: Polyaen., II, 1, 14; 27).

324

События 396 г. до н. э. Военные действия Агесилая в Малой Азии. Ср.: Front. Strat., I, 4, 2.

325

Менда — греческий город на полуострове Паллена (Пеллена) на востоке Халкидики. События относятся к началу Коринфской войны, к 394 г. до н. э., ко времени возвращения Агесилая в Грецию.

326

Клеарх — спартиат, родился около 450 г. до н. э. Впервые на арене войны появляется в 412 г. до н. э. в Декелее. В этом году по решению союзного совета направляется к Геллеспонту, а весной 4l 1 г. до н. э. идет к Византию и вынуждает этот город отпасть от Афинского союза. В последующее время, по сообщению Диодора (XIII, 40, 6), связан с Фарнабазом. В битве при Кизике (410 г. до н. э.) он командовал частью сухопутных войск, но потерпел поражение от афинских полководцев Фрасибула и Ферамена (ср.: Polyaen., I, 40, 9); таким образом, в это время он находился в Греции. Отсюда вновь отправляется к Византию, куда прибывает весной 409 г. до н. э. и противостоит захвату Византия Афинами в 408 г. до н. э. Клеарх отправляется к Фарнабазу, чтобы попросить у него денег, но в это время пятеро византийских граждан предают город, и афиняне его захватывают (Xen. Hell., I, 3, 15-22; Polyaen., I, 40, 2). Позднее Клеарх сражается при Аргинусах (406 г. до н. э.). Вновь имя Клеарха начинает звучать в 403 г. до н. э., когда византийцы просят у Спарты полководца для борьбы с фракийцами, а также решения имеющихся гражданских разногласий в городе. Эфоры посылают Клеарха, однако он не оправдывает ожиданий, проводя в городе политику запугивания. После не имевших успеха предостережений эфоры посылают против Клеарха войско под предводительством Пантоида, чтобы совладать с Клеархом силой. Он в начале 402 г. до н. э. спасается бегством к Киру Младшему (см.: прим. 57 к стратегеме II, 2, 2). Кир принимает его, посвящает в свои планы и передает ему значительную денежную сумму, чтобы оплатить войско, с которым Клеарх повел войну с фракийцами в защиту городов на Геллеспонте (стратегемы II, 2, 6-10). Концом карьеры и жизненного пути Клеарха стало участие в походе Кира против своего брата Артаксеркса (стратегемы II, 2, 2-4 и прим. 58-60).

327

Кир Младший, сын Дария II, брат Артаксеркса II — наместник царя в Лидии, Великой Фригии и Кападокии. Погиб в 401 г. до н. э. в битве при Кунаксе, когда пошел против своего брата, чтобы завладеть троном. См.: Cousin G. Kyros le Jeune en Asie mineure (Printemps 408 — Juillet 401 avant JésusChrist). Paris, 1905.

328

Эта стратегема Полиэна касается крупного события конца V в. до н. э. похода персидского сатрапа Кира Младшего против своего брата Артаксеркса II Мнемона (404-359 гг. до н. э.). Когда в 404 г. до н. э. умер отец Кира и Артаксеркса Дарий II, на престол вступил Артаксеркс, Киру же досталась сатрапия Лидия и руководство местными войсками. Тогда Кир стал тайно готовиться к походу против своего брата, чтобы отнять у него престол. Этот поход был не обычным дворцовым переворотом, но завершением многолетнего противостояния влиятельной группы при персидском дворе, сложившейся еще при жизни Дария, выступающей против традиционной персидской политики. Кир выступил в поход в 401 г. до н. э. и пригласил к себе на службу большое число греческих наемников, которые в то время пребывали не у дел в связи с установившимся в Греции миром. В этом походе участвовал и молодой знатный афинянин Ксенофонт — будущий историк, описавший этот поход в своем «Анабасисе» (см.: Poiyaen., I, 49 и прим. 266). Столкновение между армиями Кира и Артаксеркса произошло у местечка Кунаксы близ Вавилона. Во время этого сражения Клеарх возглавлял правый фланг войска царевича, где стояли греки. В этом сражении Кир был убит, и продолжать поход не имело смысла. Греки оказались в тяжелом положении в глубине Азии; обратный поход греческого войска — целая эпопея (см.: Xen. An., II, 2 sqq.). Клеарх был предводителем выходивших из Персии греков. Свою роль в судьбе греческого войска сыграл и Тиссаферн. Когда греки стали вести с персами переговоры, прося разрешения вернуться на родину, Тиссаферн пригласил к себе в лагерь для переговоров пять греческих полководцев, 20 офицеров и 200 солдат, однако схватил их, заключил в оковы и казнил. В числе казненных был и Клеарх. Тогда, как утверждает Ксенофонт, полемизируя с другими авторами, его выбрали главным предводителем, в целях аргументации этого написав IIIVII книги «Анабасиса» (см.: Poiyaen., I, 49). О событиях см.: Rane P. A. The Military Situation in the Western Asia on the Eve of Cunaxa // AJPh. Vol. 101. 1980. № 1. P. 79-96.

329

401 г. до H. э. (см. выше прим. 56). История подтвердила правоту такого мнения. Битва с войском Артаксеркса шла поначалу успешно для Кира, победа склонялась на его сторону, однако исход похода решило неожиданное событие. Кир сам пошел в бой впереди своей конной гвардии, стараясь непременно убить Артаксеркса, который, останься он в живых, был бы опасен для Кира, даже если тому удалось бы захватить престол. Потому, увидев брата, Кир бросился на него, однако гвардейцы царя отреагировали быстрее, и убитым оказался Кир. Теперь весь поход терял смысл. Ср.: Plut. Artax., 8; Diod., XIV, 23.

330

События 401 г. до н. э. (см.: прим. 58 к стратегеме II, 2, 2). Ср.: Xen. An., II, 14, 14-25.

331

Фракия (современная Болгария) — область на юго-востоке Балканского полуострова, простиравшаяся от Карпат до Эгейского моря и от Черного моря до реки Аксий (Вардар), которая служила границей с Македонией. Начиная с бронзового века, Фракию населяли многочисленные фракийские племена. С VIII в. до н. э. на побережье Эгейского моря греки начинают основывать колонии, поддерживая с фракийскими племенами оживленные связи. Фракийцы в глазах греков отличались особой дикостью (Just., XV, 5, 15). См.: Hodinott R. The Thracians. London, 1981.

332

Византии (позднее Константинополь, Истанбул, ныне Стамбул) — город на берегу Боспора Фракийского, игравший в древности большую торговую, политическую и стратегическую роль. Византии был основан в 660 г. до н. э. как колония Мегар; с конца VI в. до н. э. до 478  г.До н. э. находился под персидским господством; с середины V в. до н. э. входил в состав Афинского морского союза, трижды из него выходя; с 378 г. до н. э. является членом Второго Афинского морского союза; выдерживает осаду Филиппа II и сохраняет независимость; в I в. до н. э. входит в состав Римской империи, где играет большую роль. В 330 г. переименовывается в Константинополь и становится столицей Византийской империи вплоть до завоевания ее турками в 1453 г., когда город переименовывается в Истанбул.

333

События 403 г. до н. э., когда Клеарх был направлен в Византии по просьбе жителей этого города для ведения борьбы с фракийцами (см.: прим. 56 к Polyaen., II, 2, 1).

334

Эфоры (греч. Εφοροι — «наблюдатели») — пять высших должностных лиц в Спарте, избиравшихся сроком на один год всеми полноправными спартиатами. Эфоры представляли консервативную силу этого полиса. С середины VI в. до н. э. эфоры обладали широкими полномочиями в управлении, надзоре и судопроизводстве. Один из эфоров — эфор-эпоним — давал имя году. Подробнее см. далее: Polyaen., II, 14 и прим. 138.

335

Лампсак — греческий город на азиатском берегу Геллеспонта (Дарданелл). См. также: Polyaen., VIII, 37 и прим. 169.

336

Народное собрание граждан полиса — экклесия. Также см.: Polyaen., III, 12 и прим. 260.

337

События 403 г. до н. э. (см.: прим. 63 к стратегеме II, 2, 6; ср.: Diod., XIV, 12). Хотя эта стратегема может принадлежать также времени первого отпадения Византия от Афинского союза.

338

События 402-401 гг. до н. э. — времени ведения Клеархом малой войны с фракийцами на Геллеспонте. Ср.: Front. Strat., III, 5, 1.

339

См.: прим. 68 к предыдущей стратегеме II, 2, 8.

340

Эпаминонд (ок. 418-362 гг. до н. э.) — крупнейший фиванский полководец и политический деятель, с именем которого связано крушение спартанской гегемонии и установления сравнительно короткой эпохи возвышения Фив. Принадлежа к фиванскому аристократическому роду, Эпаминонд до сорокалетнего возраста целиком посвящал себя умственному и физическому развитию, находясь в стороне от политической деятельности, был последователем пифагореизма. В перевороте 379 г. до н. э., свергнувшем олигархию и восстановившем демократию в Фивах, он не участвовал, но тут же примкнул к демократам и стал вместе с Пелопидом фактическим руководителем воссозданного после роспуска (в 385 г. до н. э.) Беотийского союза; также проводил реорганизацию армии, превратив ее в сильнейшую в Греции. Полководческий талант Эпаминонда обнаружился в битве при Левктрах в 371 г. до н. э., когда при главной роли «Священного отряда» во главе с его другом Пелопидом, он наголову разгромил спартанцев (Xen. Hell., VI, 4, 1-15; Diod., XV, 55; Plut. Ages., 28; Pelop., 23). С этих пор влияние Эпаминонда в Фивах неуклонно растет, он занимает должность беотарха. Четыре раза он вторгался в Пелопоннес. Уже первый пелопоннесский поход Эпаминонда (в 370-369 гг. до н. э., вместе с Пелопидом) привел к распаду Пелопоннесского союза, к образованию независимого мессенского государства и Аркадского союза. Завершением этого похода была попытка беотийцев занять Спарту. В 369 и 366 гг. до н. э. Эпаминонд во главе сильной армии, при помощи своих союзников, мессенцев, аркадян, элейцев и других, вторгается в Пелопоннес, получив поддержку демократических сил. В 368-367 гг. до н. э. он командовал армией во время похода против ферского тирана Александра, пытавшегося установить гегемонию в Фессалии, и сыграл большую роль в освобождении страны из-под его власти. Усиление Фив привело к образованию сильной антибеотийской коалиции в которую вошли Спарта, Афины, Элида и ряд пелопоннесских городов. В 362 г. до н. э. Эпаминонд появляется вновь в Пелопоннесе, пытаясь помочь своим союзникам в Аркадии, Мессении и Аргосе. В ожесточенной битве при Мантинее Эпаминонд одержал победу, однако гибель полководца не позволила ее закрепить. Эта битва оказалась последней победой фиванцев над Спартой. В ней фиванская армия понесла большие потери, так что Эпаминонд даже советовал своим согражданам заключить со спартанцами мир. Сам полководец был смертельно ранен в битве и, успокоенный вестью о победе, приказал вынуть из раны острие копья, после чего умер (Xen. Hell., VII, 5, 16-25; Plut. Ages., 34-35). (абзац) Военные успехи Эпаминонда определялись его полководческим талантом и боевыми качествами его армии. До Эпаминонда фаланга для боя выстраивалась в одну линию, при равномерном распределении сил по фронту. В битве при Левктрах Эпаминод располагал менее многочисленным, чем спартанцы, войском. При фронтальной атаке фиванцы могли быть окружены более длинной спартанской фалангой. Поэтому Эпаминонд отказался от равномерного распределения своих сил по фронту, сосредоточив ударную колонну («Священный отряд» Пелопида) на левом фланге, на направлении главного удара, и так называемой косой атакой, при которой ударный фланг был выдвинут вперед, добился полной победы. В битве при Мантинее Эпаминонд усовершенствовал новую тактику, организовав тесное взаимодействие атакующей колонны с конницей и легкой пехотой. Военное искусство Эпаминонда оказало влияние на будущего македонского царя Филиппа II, который некоторое время находился в Фивах в качестве заложника. (абзац) Давая достаточно подробный обзор полководческой и политической деятельности Эпаминонда, Полиэн показывает его ключевую роль в войнах периода фиванской гегемонии. Его обзор посвящен освобождению Кадмеи и изгнанию спартанского гарнизона (§ 1), битве при Левктрах (§ 2, 3, 8, 12) и походам в Пелопоннес (§ 4, 5, 7, 9, 10, 14) и в Фессалию (§ 13). Об Эпаминонде и его тактике см.: Дельбрюк Г. История военного искусства в рамках политической истории / Пер. с нем. T. I. СПб., 1994. С. 129-134; Разин Е. А. История военного искусства. T. I. СПб., 1994. С. 187-192; Fortina M. Epaminonda. Torino, 1958; Cawkwell G. L. Epameinondas and Thebes // CQ. Voi. 66. 1972. P. 254-278 (A. Б. Егоров, A. И. Климин).

341

Фебид — спартанский военачальник. Согласно заключенному в 387 г. до н. э. Анталкидову миру Спарта и Персия гарантировали автономию греческих городов. Вместе с тем были запрещены все греческие союзы, кроме Пелопоннесского, а Спарта становилась гарантом мира в Греции. В 382 г. до н. э. спартанский военачальник Фебид выступил против городов Халкидики, пытавшихся объединиться в союз, поскольку Спарта объявила это нарушением запрета и направила против них войска. На обратном пути Фебид вмешался в борьбу между демократами и олигархами, в Фивах и помог последним прийти к власти. В Фивах было установлено олигархическое правительство во главе с Архием и Леонтидом, а в Кадмее был поставлен спартанский гарнизон. Захват Кадмеи вызвал недовольство во всей Греции, включая и многих сторонников Спарты, однако он был поддержан спартанским правительством. Часть фиванских демократов была казнена, другие (в том числе Пелопид) были вынуждены бежать и нашли убежище в Афинах.

342

Кадмея — сильно укрепленный фиванский акрополь, названный так в честь древнегреческого героя Кадма, который, согласно традиции, был основателем Фив.

343

Лакуна в тексте. И. Мельбер добавляет: «что любит».

344

Подробно о захвате Кадмеи сообщает Плутарх в биографии Пелопида (Pelop., 11). Согласно Плутарху переворот был организован фиванскими демократами, проживающими в Афинах. В конце 379 г. до н. э. семь заговорщиков-фиванцев во главе с Пелопидом тайно прибыли в Фивы и соединились со своими сторонниками. Дальнейший рассказ Полиэна примерно соответствует традиции Плутарха с некоторыми существенными различиями. Плутарх не сообщает об увлечении Фебида женой Эпаминонда и показывает, что организатором заговора был Пелопид. Эпаминонд в заговоре не участвовал, но сочувствовал перевороту, присоединился к демократам после их победы и стал одним из лидеров новой фиванской демократии. Кроме того, другие источники (в том числе и Плутарх) не сообщают об уничтожении спартанского гарнизона. Речь идет только об убийстве фиванских олигархов, после чего спартанцы покинули Кадмею. Победившие демократы отменили олигархические установления и передали власть общебеотийскому народному собранию и избираемому им совету из семи беотархов, имеющих военное командование и руководство исполнительной властью. После этого происходят демократические перевороты в других беотийских городах и возрождение Беотийского союза.

345

Клеомброт — спартанский царь из рода Агиадов, правивший с 380 по 371 гг. до н. э. совместно с происходящим из рода Еврипонтидов Агесилаем (399-360 гг. до н. э.), которому посвящена первая часть этой книги Полиэна. Командовал спартанской армией в битве при Левктрах (371 г. до н. э.).

346

Левктры — город в Беотии в 11 км к юго-западу от Фив. Именно тут 5 августа 371 г. до н. э. разыгралось знаменитое сражение между спартанской армией царя Клеомброта (10000 пехоты, 1000 всадников) и фиванцами под руководством Эпаминонда (6000 пехоты и 1500 всадников). В армии царя спартанцы занимали почетный правый фланг, слева находились союзники. Армия была построена глубиной до 12 шеренг. Эпаминонд, вопреки традиции, построил ударный отряд глубиной более 50 шеренг (Священный отряд Пелопида) на левом крыле против спартанцев, поставив остальную линию войск в восемь шеренг. Атака ударного крыла Эпаминонда решила исход сражения. Спартанская фаланга была прорвана. В сражении Клеомброт погиб. См.: Buckler J. Epameinondas and the Embolon / / Phoenix. Vol. 39. 1985. № 2. P. 134-143; Tuplin C. J. The Leuctra Campaign // Klio. Bd. 69. 1987. P. 84-93; Hanson V. D. Epameinondas, the Battle of Leuctra (371 ВС), and the «Revolution» in the Greek Battle Tactics // Classical Antiquity. Vol. 7. 1988. P. 180 ff. (А. Б. Егоров, А. И. Климин).

347

Событие накануне битвы при Левктрах (371 г. до н. э.). Ср.: Paus., IX, 13, 8.

348

Оней (Ονειον) — гора вблизи Коринфа.

349

События одного из пелопоннесских походов Эпаминонда (370/69 или 366 г. до н. э.). Изречение Эпаминонда также приводится Плутархом (Plut. Apophth. reg. et imp., 70, 9).

350

«Товарищи по должности» — греч. Οίσυάρχοντε. Имеется в виду коллегия беотархов.

351

Аргивяне и аркадяне были до битвы при Левктрах членами Пелопоннесского союза, жители Мессении находились на положении илотов и отчасти — периэков.

352

Поход Эпаминонда 370/69 г. до н. э., несколько раз упоминаемый в разделе об Агесилае (см.: Polyaen., II, 1, 1; 14; 27; 29). Интересно, что версия Полиэна в данном случае несколько отличается от его же версии в разделе об Агесилае. В последнем автор показывает, что спартанский царь спас город от захвата неприятелем, а в части, посвященной Эпаминонду, — что сам фиванский полководец не ставил своей задачей захват Спарты, стремясь сохранить ее в качестве противовеса другим пелопоннесским городам и объединениям.

353

Греч, οίέπιδημοϋσι — от глагола έπιδημέω, который может означать как «пребывать в своем отечестве, в своей стране», так и, наоборот, обозначать иностранца, поселившегося в чужой стране. В данном случае речь идет о спартиатах, проживавших в Фивах, т. е., скорее всего, о воинах спартанского гарнизона, стоящего в Кадмее с 382 по 379 гг. до н. э.

354

Сражение при Левктрах в 371 г. до н. э. Численность спартанцев обычно определяется примерно в 11000 человек, что, впрочем, было очень значительным количеством и почти вдвое превосходило фиванцев. Вместе с тем численность, приведенная Полиэном, становится более понятной, если учесть наличие в спартанской армии большого количества вспомогательных служб из илотов и периэков. Ср.: Diod., XV, 53-54.

355

Трофоний — беотийский герой, по преданию, прославленный строитель, сын царя Орхомена Эргина или, по другой версии, Аполлона. Святилище героя, о котором тут идет речь, находилось в священной роще в Лебадии, городе на севере Беотии. Тут и давались прорицания (Paus., IX, 37, 4-6; 39, 3-4). Накануне битвы при Левктрах Эпаминонд послал в это святилище вопросить о победе, на что оракул приказал взять из храма щит мессенского героя Аристомена (см.: Polyaen., II, 31, 2-4 и прим. 196) и украсить им трофей еще до битвы, что и было исполнено (Paus., IV, 32, 5-6).

356

События похода в Пелопоннес в 369 г. до н. э. См. также § 4; ср.: Xen. Hell., VII, 1, 15-18; Diod., XV, 68; Front. Strat., II, 5, 26.

357

Имеется в виду Спарта.

358

«щитоносцами» — греч. ύπασπιταί. До превращения в специальный термин в македонской армии слово обозначало оруженосцев, носивших щит и обслуживающих гоплитов.

359

«другим обозным» — греч. Τοίς άκλούθοίς. άκλούθοί — от глагола άκολουθέω — «следовать, идти за кем-либо», т. е. «сопутствующие, следующие за кем-либо, обозные, нестроевые».

360

Греч. Τόν ήγημώνα. В данном случае более целесообразна общая форма «командир, предводитель», в отличие от более конкретного στρατηγός — «полководец».

361

События последнего похода Эпаминонда в Пелопоннес в 362 г. до н. э., завершившиеся сражением при Мантинее. Ср.: Front. Strat., III, 11, 5.

362

Эномотия (греч. ένομοτία — букв, «отряд воинов, связанных между собой клятвой», см. Hesych. s.v.) — небольшое подразделение спартанской армии, составляющее 25 человек, две эномотии составляли пентекостерию («отряд из 50 человек»), а две пентекостерии — лох (λόχος), отряд из 100 человек (могло быть несколько больше или меньше). Четыре и более лохов составляли мору (μόρα, μοίρα), численность которой достигала примерно 400, а иногда 900 и даже 1000 воинов. Вся армия спартиатов состояла из шести мор, каждой из которых командовал полемарх, достигая примерно 6000-7000 человек. Кроме того, в спартанской армии были дополнительные подразделения, например, состоящий из отборных воинов скиритский лох (600 человек). После Пелопоннесской войны спартиаты уже в значительной степени составляли офицерский корпус и элитные подразделения, тогда как значительную часть армии составляли периэки, неодамоды, мофаки и даже освобожденные илоты.

363

Сисситии, или фидитии (греч. συσσιτίαι) — букв, «совместное питание» или «общий стол» — небольшие объединения спартиатов по 15-20 человек. Сисситии объединяли спартиатов и, в известной степени, были основными микроструктурами спартанского общества, его основными возрастными, военными, социальными и политическими объединениями. Члены сисситии питались совместно, делали равные взносы, во время войны жили в одной палатке. В менее жесткой форме система сисситии была характерна и для других греческих государств, особенно дорийских. Подробнее см.: Печатнова Л. Г. Формирование спартанского государства… С. 47-48.

364

«отрядов» — греч. τάξεις — общее обозначение военного отряда, могло обозначать почти любое подразделение не только спартанской, но и афинской, беотийской и других армий греческих полисов. Слово λόχος может не только играть роль terminus technicus, обозначая отряд в 100 человек, но и быть более общим понятием такого рода подразделения (например, «Священный лох» беотийцев состоял из 300 отборных воинов). См.: Polyaen:, III, 9, 31 и прим. 106.

365

«не на обычных сисситиях, но порознь» — греч. Ούκ έν οίκείοις συσσιτίοις, άλλά σποράδην. Сообщение Полиэна является одним из свидетельств того, что подобные объединения были характерны также и для беотийской армии.

366

Греч. γενναιότροι — букв.: «благороднее, сильнее, превосходнее».

367

Греч. έξακισχίλιοι — «шесть тысяч» — восстановление П. Маасвика из Диодора (XV, 52). Судя по соотношению численности войск, речь идет о битве при Левктрах (см. § 8), причем в случае с беотийцами учитывается только армия, участвующая в сражении, а в отношении спартанцев — все войско с обслуживающим персоналом.

368

События накануне битвы при Левктрах (371 г. до н. э.). Ср.: Front. Strat., I, 11, 16.

369

Сперхей — река в Фессалии, берущая начало на Тимфесте (Пинд), протекающая по равнине Малинды между Отрием и Этой, впадает в Ламийский залив.

370

Эпаминонд дважды участвовал в походах в Фессалию, в 368/7 и 367/6 гг. до н. э., причем в данном случае под фессалийцами имеются в виду войска ферского тирана Александра и его союзники, тогда как значительная часть фессалийцев поддержала беотийцев. В 368/7 г. до н. э. после захвата Александром Ферским Пелопида и Исмения в Фессалию было послано войско из 8000 гоплитов и 600 всадников во главе с Клеоменом и Гипатом. Фессалийцы, сопровождавшие беотийцев, покинули их, а к Александру прибыли подкрепления из афинян и других союзников. В условиях трудностей со снабжением беотийцы начали отступление, а ферский тиран преследовал их с конницей. Беотийцев спасла находчивость Эпаминонда, который участвовал в походе как простой воин, но по воле солдат был избран главнокомандующим (Diod., XV, 75, 3 sqq.; Plut. Pelop., 28-29; Nep., 15, 7). В 367/6 г. до н. э. Эпаминонд был послан с войском в Фессалию уже в качестве главнокомандующего и добился освобождения Пелопида и Исмения (Diod., XV, 75, 2; Plut. Pelop., 29; Nep., 16, 5; 2). У Полиэна речь, вероятно, идет о событиях первого похода. О походах Эпаминонда в Фессалию см.: Фролов Э. Д. Греческие тираны (IV в. до н. э.). Л., 1972. С. 112-113.

371

Гиппарх — начальник конницы, у беотийцев — военный магистрат.

372

«повороты туда и сюда (в одну и другую сторону)» — греч. τάς άναστροφάς τήδε κάκείσε.

373

События 362 г. до н. э., последнего похода Эпаминонда в Пелопоннес. См. также: Front., II, 2, 12. События предшествовали сражению при Мантинее. «Конных разъездов» — греч. προϊππασίας — букв, «езды верхом, впереди».

374

Греч, то Λακωνικόν может обозначать «лакедемонское государство», а также «лакедемонское войско». Вероятно, речь идет о моральной подготовке фиванской армии перед сражением при Левктрах.

375

Пелопид (ок. 410-364 гг. до н. э.) — видный полководец и политической деятель эпохи фиванской гегемонии, лидер демократов, соратник и друг Эпаминонда. Происходил из знатного и богатого фиванского рода. Когда в 382 г. до н. э. олигархи при помощи Спарты захватили власть в Фивах, Пелопид вместе с другими демократами бежал в Афины. Отсюда он вместе с товарищами отправился в 379 г. до н. э. в Фивы, тайком пробрался в город и, перебив олигархов, восстановил демократию (Plut. Pelop., 8-12). После этого был избран полемархом. В вызванной переворотом войне со Спартой Пелопид отличился в битвах при Танагре (377 г. до н. э.), Тегире (376 г. до н. э.) и Левктрах (371 г. до н. э.). в последнем сражении ключевую роль сыграл возглавляемый им Священный отряд (Xen. Hell., VI, 4, 1-15; Diod., XV, 55; Plut. Pelop., 23; см.: DeVoto J. Pelopidas and Kleombrotos at Leuktra / / Ancient History Bulletin. Vol. 3. 1984. P. 115-118). После возвращения в Фивы в 369 г. до н. э. военная деятельность Пелопида была в основном связана с Фессалией. В 369/8 г. до н. э. в ответ на обращение ряда фессалийских городов, прежде всего Лариссы, управляемой родом Алевадов (Diod., XV, 61, 2), он был послан с войсками в Фессалию против Александра Ферского. Урегулировав династический спор в Македонии, Пелопид после неудачных переговоров начал освобождение страны от ферского тирана, воссоздавая (или начав воссоздавать) Фессалийский союз. В 367/6 г. до н. э. Пелопид и другой предводитель фиванцев, Исмений, были захвачены тираном во время переговоров и находились в плену вплоть до похода Эпаминонда в 367/6 г. до н. э. В 364 г. до н. э. по просьбе фессалийцев он снова был послан в Фессалию с семитысячным войском. После того как войско фиванцев отложило поход из-за солнечного затмения (13 июля 364 г. до н. э.), Пелопид с передовыми отрядами двинулся к Ферам и разбил Александра в битве при Киноскефалах, в которой погиб и сам, пытаясь лично поразить тирана (Plut. Pelop., 28-31; Diod., XV, 71-80; Nep., 16, 5; подробно о походах Пелопида в Фессалию см.: Фролов Э. Д. Греческие тираны… С. 110-115). У Полиэна § 1-2 связаны с фессалийскими кампаниями Пелопида, а § 3 посвящен демократическому перевороту 379 г. до н. э. (А. Б. Егоров, А. И. Климин)

376

120 стадий — более 20 км. См.: прим. 231 к Polyaen., III, 11, 6.

377

Событие, вероятно относящееся к первому походу Пелопида в Фессалию в 369/8 гг. до н. э. Ср.: Front. Strat., III, 8, 2.

378

Событие 368-364 гг. до н. э., связанное с фессалийскми походами Пелопида. Ср.: Front. Strat., I, 5, 2

379

Стратегема относятся к перевороту 379 г. до н. э. и представляет собой версию, отличную от Polyaen., И, 3, 1 и более близкую Плутарху (Pelop., 11).

380

Горгид — фиванский полководец, соратник знаменитых беотийских стратегов Эпаминонда и Пелопида. Уже ранее 382 г. до н. э. занимал должность гиппарха. В 379 г. до н. э. участвовал в освобождении Фив от тирании и спартанского гарнизона в Кадмее. В том же году был избран беотрархом вместе с Пелопидом, Мелоном, Хароном и другими. Вероятно, находясь в этой должности он и создал знаменитый Священный отряд. Также был гиппархом. Подробнее о нем см.: Swoboda. Gorgjdas // RE. Bd. VII. Hbbd. 14 (1912). Sp. 1619-1620.

381

Сексуальная сторона отношений между воинами, обычно между юношей и мужчиной, хотя и была значима, но не являлась доминирующей. Одновременно, очевидно, даже более важной была этическая, воспитательная, сторона данной любви. Ведь любящий мужчина должен был подавать пример и «вдохновлять» любимого юношу на добрые дела (Thuc, VI, 54; Theocrit., 12; Plut. Alcib., 4; Pelop., 19; Eros, 17, 4-9 = Moral., 760e-f; Ael. Var. hist., XII, 12). Более того, чисто гомосексуальные отношения рассматривались даже спартанцами с негативной точки зрения (Xen. Lac. pol., 2, 13; Symp., 8, 23; 35; Plut. Instit. Lacón., 7 = Moral., 237b-c; Max. Туг., XXVI, 8). Впрочем, в Беотии и Элиде они были узаконены (Xen. Lac. pol., 2, 12; Symp., 8, 34; Plat. Symp., 182b). Из-за подобного мировоззрения возник обычай ставить любовников в один отряд. Данный обычай зафиксирован в IV в. до н. э. среди элейцев и фиванцев / беотийцев (Xen. Symp., 8, 34). По крайней мере, иногда он встречается и у спартанцев (Xen. Hell., IV, 8, 39; ср.: Xen. Symp., 8, 35). Беотийский полководец Паммен (см.: Polyaen., V, 16 и прим. 94) выступал апологетом такого строя, считая его наиболее стойким и нерушимым (Plut. Plut. Eros, 17, 10 = Moral., 761a; Pelop., 18; Symp., 618d). Из соединений такого типа нам известна структура фиванского отборного «Священного отряда», воссозданного Горгидом в 379/8 г. до н. э. Это подразделение состояло из трехсот человек, ста пятидесяти пар любовников (Plut. Pelop., 18-19; Athen., XIII, 602а). Несколько ранее, во время битвы при Делии (424 г. до н. э.), воины этого отряда носили названия «возничих» и «колесничих»: ήνίοχοι и παραβάται (Diod., XII, 70, 1). Дж. К. Андерсон предполагает, что эти названия бойцы получили из-за того, что они ездили к полю боя на колесницах (Anderson J. К. Military Theory and Practice in the Age of Xenophon. BerkeleyLos Angeles, 1970. P. 311, n. 35). Однако возможен и другой вариант объяснение этого названия — сексуальный: возничим называли более старшего и опытного любовника, а его партнера называли парабатом — колесничим, буквально: «стоящим рядом» (ср. сопоставление Плутарха пары любовников с упряжкой-бигой: Plut. Pelop., 19; ср.: Eros, 16, 17 = Moral., 759d-e). Подробнее см.: Нефёдкин А. К. Нагота греческого воина: героика или реальность? / / Проблемы античной истории. Сборник научных статей / Под ред. Э. Д. Фролова. СПб., 2003 (в печати).

382

Порча текста, в манускрипте F: «от них бежали». На полях кодекса 5 читаем: «От них одни пали, а другие убиты». Э. Вельффлин дополняет: «одни были взяты в плен живьем, а другие убиты».

383

Данный эпизод относится к походу фиванцев на Феспии в Беотии в 378 г. до н. э. В это время фиванские демократы, свергнувшие тиранию и изгнавшие лаконский гарнизон, сближались с афинянами, тогда как олигархические беотийские полисы ориентировались на Спарту. После похода Агесилая на Фивы в Феспиях остался гарнизон во главе со спартанским начальником гарнизона (гармостом) Фебидом, откуда совершались набеги на фиванскую хору. Против Фебида выступило фиванское ополчение. Гармост, выйдя навстречу врагу из Феспий, атаковал фиванцев пельтастами, которые опирались на идущих позади гоплитов. Фиванцы отступили, но пельтасты их преследовали до тех пор, пока отступающие не попали в ущелье и не повернули назад, в отчаянии атаковав всадниками разрозненный строй преследователей (Xen. Hell., V, 4, 42-46). Именно к этому эпизоду, видимо, и относится сообщение Полиэна, который, однако, сообщает, что Горгид отступал преднамеренно, выманивая пельтастов врага на равнину, где могла развернуться фиванская конница. Согласно Ксенофонту (Hell., V, 4, 45), во время атаки конницы фиванцев погиб Фебид и еще несколько воинов, после чего пельтасты бежали, увлекая за собой вторую линию из феспийских гоплитов. О событиях см.: Кутергин В. Ф. Беотийский союз в 379-335 гг. до н. э. Саранск, 1991. С. 28-47.

384

Деркилид — спартанский военачальник из круга Лисандра, лаконский гармост Абидоса в 411 г. до н. э., был на этой должности и в 407 г. до н. э. (Thuc, VIII, 61, 1; 62, 1; Xen. Hell., III, 1, 9). Славился как ловкий и изобретательный человек, за что носил прозвище Сизифа (Xen. Hell., III, 1, 8; Athen., XI, 500с; см.: Polyaen., I, prooem., 5 и прим. 10). Возглавлял спартанскую армию в Малой Азии в 399-396 гг. до н. э., затем эту же должность занимал царь Агесилай (см.: Polyaen., I, 1 и прим. 1). Наряду с военными, выполнял и дипломатические поручения.

385

Мидий — правитель Скепсиса и Гергифа — греческих городов в Троаде. Недовольный тем, что его теща Мания (ср.: Polyaen., VIII, 54 и прим. 231) правила городами Троады под протекторатом сатрапа Геллеспонтийской Фригии Фарнабаза, задушил ее. Из всех городов, контролируемых Манией, Мидию подчинились только Скепсис и Гергиф. Во время бесперспективных переговоров Мидия с Фарнабазом о власти в Эолиду прибыл Деркилид (399 г. до н. э.), который объявил свободу греческим городам. Мидий, будучи в шатком положении, сдал ему Скепсис. Затем спартанское войско в сопровождении правителя подошло к Гергифу и Деркилид велел Мидию приказать открыть ворота, что и было сделано. Вероятно, об этом эпизоде и повествует Полиэн. Однако Ксенофонт, подробно описывающий эти события, не упоминает об убийстве Мидия. Он лишь отмечает, что Деркилид намеривался отправить Мидия в отцовский дом в Скепсисе (Xen. Hell., III, 1, 10-28). См также.: Берве Г. Тираны Греции / Пер. с нем. О. Е. Рывкиной. Ростов-на-Дону, 1997. С. 384.

386

Описанная стратегема связана с кампанией спартанцев против персов в 399 г. до н. э. Спартано-персидский союз, сложившийся в ходе Пелопоннесской войны, начинает разрушаться почти сразу после ее окончания и особенно — после поддержки спартанцами Кира Младшего в его борьбе за престол с царем Артаксерксом II (401-400 гг. до н. э.; поход 10000 греков). Откликнувшись на просьбу ионийцев помочь им против персов, спартанцы посылают зимой 400/399 г. до н. э. войско во главе с Фиброном в Азию, к которому присоединилась афинские всадники, а затем наемники Ксенофонта и ополчения местных греческих полисов. Фиброн подчинил ряд городов, но в конце лета 399 г. до н. э. он был сменен на своем посту Деркилидом. Последний провел захват городов в Троаде, подчиняющихся сатрапу Фарнабазу (см.: Polyaen., VII, 19 и прим. 86). К этому времени и относится описываемая стратегема (Xen. Hell., III, 1, 8 sqq).

387

Гистиея, или Орей — город на севере острова Эвбея (Strab., X, 1, 3-4).

388

Событие относится к 377 г. до н. э., ко времени борьбы Спарты с Фивами, упразднившими тиранию и изгнавшими спартанский гарнизон. Гегемон Эллады Лакедемон был наступающей стороной. Хотя войско Агесилая на зиму ушло из Беотии, фиванцы испытывали недостаток в продовольствии, поскольку в течение двух лет не снимали с полей хлеб. Они послали два корабля в Пагасы (Фессалия) на закупку хлеба. Поскольку путь по морю проходил около северной оконечности Эвбеи, то корабли с хлебом и триэры перехватил на обратном пути командир спартанского гарнизона Гистиеи Алкет. Для этого он тайно снарядил три триэры. Чтобы фиванские корабли не боялись его, он представлял противнику всего лишь одну триеру, о чем и идет речь в стратегеме. Хитрость удалась, и он захватил и транспортные суда, и военные корабли противника. При этом в плен было взято более 300 человек, которые, впрочем, воспользовавшись беззаботностью Алкета, склонили горожан к отпадению от Спарты (см.: Xen. Hell., V, 4, 56-57; Front. Strat., IV, 7, 19).

389

Исид (Исад) был сыном знатного спартанца, военачальника Фебида, захватившего Фивы в 382 г. до н. э. (см.: Polyaen., II, 3, 1; 5, 2). В 362 г. до н. э., о котором повествует данный пассаж, ему еще не было 20 лет и он не достиг призывного возраста. Исид, согласно Плутарху (Ages., 34, 8-11) и Элиану (Var. hist., VI, 3), в разгар боя в Спарте в 362 г. до н. э., бросился на воинов Эпаминонда и нанес им значительный урон. Он выбежал из гимнасия, поэтому и был умащен маслом. Только Полиэн сообщает, что Исид отбил от врагов Гифий. Эфоры за этот подвиг увенчали юношу, но в то же время наложили штраф в 1000 драхм, поскольку он сражался без щита. Подробнее об этом эпизоде см.: Нефёдкин А. К. Нагота греческого воина (в печати), также см.: Sundwall. Esidas / / RE. Bd. IX. Hbbd. 18 (1916). Sp. 2059.

390

Клеандрид — спартанский военачальник, отец знаменитого полководца Гилиппа (см.: Polyaen., I, 42 и прим. 234). В 446 г. до н. э. был военным советником при молодом царе Плистоанакте во время его вторжения в Аттику. Однако был подкуплен Периклом и отвел войска, за что был приговорен к смертной казни и бежал из Спарты (Plut. Perici., 22). После 444 г. до н. э., когда афиняне и другие греки основали Фурии, он возглавляет войско этого полиса. Он воюет с городом Тириной (§ 1), луканами (§ 2; 4) и даже с Тарентом из-за Сиритиды (Strab., VI, 1, 14). Год его смерти неизвестен. См.: Lenschau Th. Kleandridas 1 // RE. Hbbd. 21 (1921). Sp. 556-557.

391

Терина — город на западном побережье Бруттия — самой юго-западной области Италии (Strab., VI, 1, 5).

392

Фурии — афинская колония, основанная в 444/3 гг. до н. э. около бывшего Сибариса у побережья Тарентийского залива на самом юге Италии. Уже вскоре после своего основания фурийцы стали воевать с местными жителями — луканами, которые позднее подчинили город, а затем он был освобожден тарентинцами (Strab., VI, 1, 3). См.: Строгецкий В. М. Политика Афин в западном Средиземноморье в середине V в. до н. э. и проблема основания Фурий / / Город и государство в античном мире. Проблемы исторического развития / Отв. ред. Э. Д. Фролов. Л., 1987. С. 55-79.

393

Левканы (Λευκανοί) — луканы — союз италийских племен, населявших Луканию, область в юго-западной Италии между Тирренским морем и Тарентийским заливом (залив Таранто).

394

Стратегема повествует о событиях, когда Клеандрид еще не был изгнан из Спарты. Событие датируется И. Мельбером периодом ранее 445 г. до н. э.

395

Порча рукописи. Данный пассаж восстанавливается различно. Смысл такой: «желая запереть им отступление».

396

В тексте употреблены военные термины: эпистат (έπιστάτης) — в данном случае, воин, стоящий в глубине фаланги, парастат (παραστάτης) — воин, стоящий рядом с другим. Таким образом, смысл маневра Клеандрида заключался в том, что сначала он, увеличивая количество воинов в ряду, представил противнику меньшую длину фронта и, соответственно, как бы меньшее число войска, а затем, приказав воинам выйти из глубины и встать радом со стоящими впереди, он увеличил длину фронта. О терминах см.: Asclep. Tact., 2, 4; Ael. Tact., 6, 2; Arr. Tact., 7; см. также: Polyaen., II, 29, 2 и прим. 188.

397

Эту же стратегему приводит Фронтин (Strat., II, 3, 12), но менее подробно.

398

Фаракид — спартанский военачальник, оказавший поддержку Дионисию I во время осады Сиракуз карфагенянами в 397 г. до н. э.

399

События произошли во время Второй карфагенской войны (398-392 тг. до н. э.) между Сиракузами, возглавляемыми Дионисием I, и карфагенянами. Летом 398 г. до и. э. Дионисий с большими силами (80000 пехоты и 3000 всадников) вторгся в карфагенскую провинцию на Сицилии и занял крепость Мотию, а также присоединил Эрике и ряд других городов. В 397 г. до н. э., после высадки карфагенской армии Гимилькона в Панорме, Дионисий был вынужден отступить к Сиракузам, а после поражения в морском сражении у Катаны был осажден в городе. В Сиракузах начались волнения, и правителю удалось успокоить их благодаря поддержке наемников и недавно прибывшего в город спартанского эмиссара Фаракида (Diod., XIV, 62, 1-70, 3). К боевым действиям, последовавшим после прибытия Фаракида, и относится данная стратегема. Летом 396 г. до н. э., в результате удачной вылазки Дионисий взял штурмом карфагенские укрепленные форты и уничтожил большую часть флота, а карфагенский военачальник Гимилькон был вынужден капитулировать. Подробнее см.: Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. Л., 1979. С. 73-75.

400

Деифонт, сын Антимаха, правнука Геракла, женатый на Гирнефо — дочери Гераклида Темена из Аргоса (см.: Polyaen., I, 6 и прим. 66). При дворе своего тестя Деифонт становится влиятельным полководцем, что вызывает протест сыновей Темена, и те, замыслив погубить отца, подослали к нему убийц. Раненный ими, он вскоре умирает. Войско передало власть Деифонту и Гирнефо. Когда заговор братьев был раскрыт, им пришлось уйти в изгнание. Тем не менее, в дальнейшем власть перешла в руки Кейса, старшего сына Темена. Деифонт и Гирнефо с частью своего войска ушли к Эпидавру, правитель которого Питирей уступил им страну без боя, а сам удалился в Афины. Позднее при попытке братьев вернуть сестру в Аргос, Гирнефо погибла. Деифонт же остался править в Эпидавре. В предании о конфликте, разгоревшемся между Деифонтом и сыновьями Темена, вероятно, нашли отражения события, связанные с преодолением древней традиции, наследования по женской линии и торжеством нового порядка, предусматривавшего преемственность от отца к сыну. По мнению Э. Майера, рассказ о Деифонте и Гирнефо имеет под собой историческое зерно, о чем свидетельствует факт существования в Аргосе филы гирнафиев, которая последней была добавлена к уже имевшимся трем филам. Микенские надписи II в. упоминают также и филу деифонтиев (Meyer Е. Geschichte des Altertums. Bd. II. Stuttgart, 1893. S. 270-271; также см.: Wagner. Deiphontes // RE. Bd. IV (1901). Sp. 2406-2408). Добавим, что предание о конфликте между сыновьями и зятем Темена, возможно, отражает процессы, связанные с изживанием обычая передачи власти по женской линии и утверждением порядка престолонаследия от отца к сыну (Курилов А. Г. Предание об аргосской царевне эпохи Темных веков / / Вестник СПбГУ. Серия 2. 2000. Вып. 1 (№ 2). С. 104-109). (Л. Д. Бондарь, А. Г. Курилов)

401

Дорийцы — одно из четырех основных древнегреческих племен. Дорийцы переселились в Грецию в ходе так называемого дорийского завоевания — последней фазы переселения народов, в последние века II тыс. до н. э. охватило бассейн Средиземного моря. Предполагают, что в процессе этого передвижения дорийские племена были вытеснены из мест расселения в северо-балканском регионе. Затем они поселились, согласно античным данным, в Дориде — области в Средней Греции. Следует ли говорить о постепенном проникновении дорийских племен или о вооруженном захвате этих территорий, однозначного ответа пока нет. В конце II — начале I тыс. до н. э. Пелопоннес, остров Крит, южные острова Эгейского моря и юг Малой Азии были заселены дорийцами. Дорийское завоевание нашло отражение в сказании о возвращении Гераклидов (согласно античной традиции: 1104/3 г. до н. э.).

402

Аргивяне — жители Аргоса, города в Арголиде на Пелопоннесе. Гомер под аргивянами понимал греков вообще. Аргос был населен во II тыс. до н. э., ахейцами, являясь микенской крепостью, а затем появляется в легендах как значительный дорийский центр.

403

В данной стратегеме Деифонт выступает в качестве союзника дорийцев, помогая им завладеть Аргосом во время возвращения Гераклидов. Согласно более распространенной в древности версии о покорении Аргоса дорийцами во главе последних стоял Темен (Strab., VIII, 8, 5; X, 4, 18; Apollod., II, 8, 2-5; Paus., II, 38, 1).

404

Еврипонт — лакедемонский царь эпоним Еврипонтидов (Hdt., VIII, 131; Plut. Lys., 24). Согласно древнейшей генеалогии у Геродота и Эфора (Strab., VIII, 5, 5), Еврипонт — сын Прокла, а более поздние генеалогии его отцом называют Сооса. См.: Kirchner J. Eurypon / / RE. Bd. VI (1909). Sp. 1344.

405

Аркадяне — жители Аркадии, горной области на Центральном Пелопоннесе. В конце II тысячелетия до н. э. «ахейских» аркадян вытеснили в Аркадию дорийцы. Около 550 г. до н. э. Аркадия попала под гегемонию лакедемонян и вошла в Пелопоннесский союз.

406

Агис, сын Еврисфена — спартанский царь, правивший один год, согласно античной традиции, 1059 г. до н. э. Имя Агиса, как и Еврипонта, стало эпонимом. Одним из влиятельных политических институтов Спарты классического времени был институт царской власти. В Спарте правили два царя, один из них принадлежал роду Агиадов, другой — Еврипонтидов. См. также: Polyaen., I, 46 и прим. 251.

407

Мантинея — один из крупнейших городов Аркадии, ближе к ее восточной границе с Арголидой.

408

Эфоры (от έφοράω — «наблюдать») названы так, поскольку одной из их функций являлось наблюдение за звездами: пять высших должностных лиц в Спарте, избираемых на год всеми полноправными спартиатами. Эфорат был утвержден в 754 г. до н. э. Усиление власти эфоров отмечено с середины VI в. до н. э. Они обладали большими полномочиями, будучи как бы главными блюстителями нравов. Члены коллегии следили за воспитанием подрастающего поколения и поведением граждан старших возрастов. В их подчинении находились ряд особых корпораций, входивших в состав административного аппарата государства, в том числе — корпус из 300 «всадников». Эфоры также обладали правом законодательной инициативы, а в отношениях с царями являлись представителями интересов всего полиса (Xen. Lac. pol., 15, 7). В классическое время и особенно к концу V в. до н. э., они обладали, по сути дела, всей полнотой исполнительной и гражданской власти, контролируя даже спартанских царей (Arist. Polit., II, 6, 14 = 1270b). Подробнее см.: Андреев Ю. В. Спарта как тип полиса // Античная Греция. Т. 1. М., 1983. С. 206-208; Печатнова Л. Г. Формирование спартанского государства… С. 57-61.

409

О полицейских функциях спартанских «всадников», пеших воинов, составлявших на войне гвардию спартанского царя, см.: Андреев Ю. В. Спартанские «всадники» / / ВДИ. 1969. № 4. С. 24-36.

410

Согласно Ксенофонту (Hell., III, 3, 8) Кинадон был послан в Авлон (местность к югу от Спарты) с 6-7 гражданами младших призывных возрастов с целью привести к эфорам некоторых из авлонитов и илотов.

411

Основной источник о заговоре Кинадона в 399 г. до н. э. — это рассказ Ксенофонта (Hell., III, 3, 4-11). Заговор был организован неким Кинадоном, возможно, обедневшим спартанским аристократом, с целью свержения «общины равных». Круг и цели участников заговора можно восстановить более или менее приблизительно. Согласно Ксенофонту, в заговор были вовлечены «немногие надежные люди», хотя Кинадон считал своими союзниками всех, кроме верхушки «общины равных» (Xen. Hell., III, 3, 6). Среди руководителей заговора были прорицатель Тисамен и его брат. Другими участниками могли быть разорившиеся и лишенные прав спартиаты и представители неполноправных граждан: неодамоды, мофаки и гипомейоны. Заговор был раскрыт в результате доноса и ликвидирован путем «контрзаговора» эфоров, описанного Полиэном в данной стратегеме. Рассказ последнего в целом соответствует информации Ксенофонта. Подробный разбор истории заговора Кинадона, традиции о нем и связанных с ним проблемах см.: Печатнова Л. Г. Кризис спартанского полиса (конец V — начало IV в. до н. э.). СПб., 1998. С. 4-12.

412

Парфении — неполноправная часть гражданского населения Спарты, согласно версии античных авторов, — незаконные дети спартанских граждан (Strab., VI, 3, 3), иногда отождествляются с мофаками. Другие исследователи, наоборот, считают парфениев потомками древнего додорийского населения Лаконики. Подробный обзор источников и историографии о парфениях, различных версий об их происхождении и политической роли см.: Печатнова Л. Г. Спартанские парфении / / Античный мир: проблемы истории и культуры. Сборник научных статей к 65-летию со дня рождения проф. Э. Д. Фролова. СПб., 1998. С. 172-186.

413

У Страбона (VI, 3, 3) эпизод с восстанием парфениев дан в связи с основанием Тарента, который основали выселенные из Спарты парфении в 706 г. до н. э. Эта версия восходит к историку V в. до н. э. Антиоху Сиракузскому и Эфору (Strab., VI, 3, 3). Традицию об основании Тарента также передает и Аристотель (Pol., V, 6, 1).

414

Гипподамант — спартанский командир IV в. до н. э. Погиб в бою в возрасте более 80 лет (Plut. Apophth. Lacón., 41). О данном малоизвестном персонаже см.: Lenschau Th. Hippodamos 2 // RE. Bd. VIII. Hbbd. 16 (1913). Sp. 1731.

415

Прасии — город в Арголиде. Однако, согласно другой версии, Гипподамант был осажден в аркадском городе Кромн (Athen., X, 452а).

416

Один из самых почитаемых храмов в Спарте, крыша которого и статуя Афины была из меди (бронзы). Подробнее о храме и его рельефах см.: Paus., III, 17, 3-4.

417

Событие относится к 364 г. до н. э., когда в Пелопоннесе, перед битвой при Мантинее, шла упорная борьба профиванских демократических и проспартанских олигархических группировок. Элейцы, потерпев поражение от аркадян, призвали на помощь спартанцев, справедливо считая, что их противникам будет сложно воевать на два фронта. Лакедемоняне, во главе с царем Архидамом II вторгшись в Аркадию, захватили на юге этой области город Кромн, где был поставлен гарнизон. К Кромну пришло аркадское ополчение, которое обнесло его оградой и стало осаждать. Вероятно, к периоду этой осады и относится данная стратегема Полиэна. Архидам выступил против осаждающих. Он попытался их отвлечь от штурма и провел неудачную попытку деблокировать город. Царь во время этой операции был ранен и, в знак признания своего поражения, попросил у союзников тела своих убитых. Мир также был заключен (Xen. Hell., VII, 4, 20-25; Just., VI, 6, 6-8). Также см.: Polyaen., I, 41, 4 и прим. 232. (абзац) Несколько иную версию событий, описанных в стратегеме, мы находим у Афинея (X, 452а-Ь), со ссылкой на «Греческую историю» Каллисфена: «Когда аркадяне осаждали Кромн (городок, находящийся вблизи Мегалополя), Гипподам Лаконец, один из осажденных, ободрил вестника, пришедшего к ним от лакедемонян, показав свое положение загадкой: сообщить матери развязать через десять дней ту женщину, которая была связана в храме Аполлона, но чтобы она более не была развязана, если они придут. И показание ясно обнаружилось этим свидетельством, ибо она в храме Аполлона у трона Аполлона является имеющим женский вид Голодом, изображенным живописью. Итак, всем стало ясно, что осажденные способны продержаться еще десять дней из-за голода. Итак, лаконцы, поняв сказанное, помогли из-за всех сил находящимся в Кромне». Таким образом, сообщение Афинея, вероятно, более близкое к истине, чем пассаж Полиэна, отличается от последнего не только местом действия, но и самим храмом, где находилось изображение Голода.

418

«среди эллинов» — греч. έντοίς Έλλησι. И. Мельбер убирает эту вставку, т. к. с ее сохранением получается, что египтяне были скрыты среди греческого войска, тогда как замысел полководца заключался в том, что он повел вперед считавшиеся лучшими по качеству и вооружению греческие войска под видом египтян. Персы, видимо, не ожидавшие такого решительного наступления этих «египетских» войск, пришли в полное смятение, увидев, что «лучшие» войска, т. е. греки, еще не участвовали в сражении.

419

Как сообщается у Фронтина (Strat., И, 3, 13), эта хитрость была предпринята спартанцем Гастроном, поскольку он знал, «что греческий солдат крепче египетского, и персы больше боятся его» (пер. А. Б. Рановича). Может быть, эта стратегема принадлежит событиям середины IV в. до н. э., когда египтяне во главе с фараоном Нектанебом II восстали против персидского владычества. Судя по всему, кроме данных сообщений Полиэна и Фронтина, других сведений о Гастроне не имеется. См.: Kirchner J. Gastron // RE. Bd. VII (1912). Sp. 854.

420

Об этом персонаже мы не имеем каких-либо определенных сведений. Известен Мегаклид — толкователь Гомера, живший во второй половине IV в. до н. э., а также Мегаклид — противник Исократа во время процесса об антидосисе. О Мегаклиде-военачальнике других сведений, как кажется, нет.

421

Гармост — первоначально должностные лица, ежегодно посылаемые в периэкские города для наблюдения за состоянием дел и поддержанием порядка. Гармосты упоминаются уже в архаический период, но распространение системы относится ко времени Пелопоннесской войны (особенно в период после 413 г. до н. э.) и к последующему времени до битвы при Левктрах (371 г. до н. э.), когда гармосты стали командирами спартанских гарнизонов и военными администраторами в подвластных городах (подробнее о гармостах см.: Печатнова Л. Г. Кризис спартанского полиса. С. 53-60). Полиэн не называет ни имени гармоста, ни города, где он находился. Предположительным временем может быть конец Пелопоннесской войны либо период военных действий между Афинами и Спартой в 379-371 гг. до н. э.

422

Фиброн — спартанский военачальник, один из гармостов и приближенных Лисандра. С 400 г. до н. э. командовал спартанской армией в Малой Азии, действующей против персов. Событиям этой войны и посвящена данная стратегема (399 г. до н. э.). С 396 г. до н. э. его сменил царь Агесилай, кампания которого была прервана Коринфской войной в 395 г. до н. э. О действиях Фиброна в Малой Азии см.: Xen. Hell., III, 4, 1; Plut. Ages., 6.

423

Фрурарх (φρούραρχος) — начальник гарнизона, крепости.

424

Полиэн имеет в виду то, что Фиброн «выполнил» клятву, вернув фрурарха в крепость, тогда как другие его действия клятва не оговаривала.

425

Демарат — спартанский царь из рода Еврипонтидов (ок. 515-491 гг. до н. э.), правивший совместно с Клеоменом I (ок. 520-490 гг. до н. э.) из рода Аргеадов. В результате внутриполитической борьбы был отстранен от власти эфорами как незаконнорожденный, после чего бежал ко двору персидского царя и принял участие в походе Ксеркса на Греции в 480 г. до н. э., в качестве вознаграждения получил от персидского владыки Пергам. Вместе с тем источники сообщают и о сочувствии и тайной помощи Демарата своим соотечественникам (Hdt., VII, 239; Just., II, 10, 13).

426

Дощечка (πτύξ) — деревянная дощечка, покрытая воском, была у греков и позднее у римлян материалом для письма. Обычно текст писали на воске, а в данном случае смысл тайнописи заключается в том, что текст был нацарапан на самой дощечке и сверху покрыт воском, так что дощечка казалось неиспользованной.

427

Гериппид — спартанский полководец и политический деятель начала IV в. до н. э., исполнявший различные дипломатические поручения. Одной из его первых миссий являлось прекращение волнений среди жителей Гераклеи в 399 г. до н. э., в результате чего недовольные были убиты. Этому и посвящена настоящая стратегема Полиэна. Затем он провел кампанию против соседних этейцев, которые выселились в Фессалию (Diod., XIV, 38, 4-5). Гериппид активно участвовал в походе царя Агесилая против персов в Малую Азии. В 396 г. до н. э. он был послом этого царя; наряду с двумя другими знатными спартиатами, Гериппид заключил договор с Тиссаферном о перемирии. В начале следующего года он был назначен главой коллегии из 30 спартанцев, прикомандированных к Агесилаю, а последний, в свою очередь, назначил его командиром бывших наемников Кира (Xen. Hell., III, 4, 20). Гериппид командовал отрядом, ночью напавшим на лагерь Фарнабаза и разгромившим его (Xen. Hell., IV, 1, 20-28). Он был вместе с двумя другими спартанцами судьей, проводившим смотр войска Агесилая (Xen. Hell., IV, 1, 8). По возвращении спартанцев из Азии в Грецию, в битве при Коронее (394 г. до н. э.) командовал теми же греческими наемниками Кира, которые первыми атаковали врага (Xen. Ages., 2, 10-11). Позднее какое-то время руководил спартанским флотом в Коринфском заливе (Xen. Hell., IV, 8, 11). Подробнее об этом персонаже см.: Lensch.au Th. Herippidas // RE. Bd. VIII. Hbbd. 15 (1912). Sp. 684-685.

428

Гераклея Трахинская — город, основанный в 426 г. до н. э. спартанцами в Трахинии (одна из областей Малиды) по просьбе местных жителей, которых теснили соседи-этейцы. Колония занимала стратегическое положение и позволяла быстро переправлять войска на Эвбею и во Фракию (Thuc, III, 92; Strab., IX, 3, 13).

429

«как установлено законом в Спартиатиде, связанными». Возможно двоякое понимание греч. δεθέντας от δέω — «связывать, заключать в оковы» и, вместе с тем, «связываться» в переносном смысле, «связываться словом, обязательством». В данной фразе возможны оба варианта перевода, в следующей же речь идет о том, что трахиняне были связаны в буквальном смысле слова. При понимании слова в первой фразе в переносном смысле может возникать известная игра слов.

430

Исхолай — спартанский командир, активный участник Коринфской войны. Сражался против афинян на фракийском побережье, а также защищал со спартанским гарнизоном селение Эон в Скиритиде от аркадян, союзников фиванцев. В этом бою он и пал в 369 г. до н. э. (Xen. Hell., VI, 5, 24; 26). См.: Sundwall. Ischolaos // RE. Bd. IX. Hbbd. 18 (1916). Sp. 2058.

431

Энос (Эн) — колония кумейцев в устье реки Герб во Фракии (Strab., VII, frg. 51а).

432

События 376-374 гг. до н. э. во Фракии. Военные действия между Афинами и Спартой начались фактически одновременно с демократическим переворотом в Фивах в 379 г. до н. э., нападением лаконского полководца Сфодрия на Афины (378 г. до н. э.) и заключением антиспартанского союза Афин и Фив. В 378/7 г. до н. э. Афины воссоздали свой морской союз, в 376-375 гг. до н. э. афиняне одержали морские победы у Наксоса (376 г. до н. э.) и у побережья Акарнании. Афинский полководец Хабрий действует во Фракии в 376-374 гг. до н. э. (§ 3; ср.: § 4, который, по-видимому, относится к этому же времени). В 374 г. до н. э. между Афинами и Спартой был заключен мир, однако военные действия продолжались до 371 г. до н. э.

433

Хабрий — афинский полководец, деятельность которого приходится на 70-50 гг. до н. э. Подробнее о нем см.: Polyaen., III, 11 и прим. 220. В данном случае речь идет об операциях Хабрия во Фракии, расширяющегося зону афинского влияния в этом регионе в 374-373 гг. до н. э.

434

Имеется в виду, что враги боялись, что могут быть отрезаны сооружением стены за их спиной, если войдут в город.

435

Анталкид — спартанский военачальник, активно участвовавший в Коринфской войне в 395-387 гг. до н. э., с именем которого связано заключение Анталкидова (или Царского) мира между греками, при персидских гарантиях в 386 г. до н. э.

436

Абидос — милетская колония и опорный пункт на азиатском берегу Геллеспонта (Дарданелл) напротив Сеста.

437

Тенедос — остров на северо-востоке Эгейского моря недалеко от входа в Геллеспонт.

438

Ификрат — крупный афинский военачальник, деятельность которого приходится на 90-50 гг. IV в. до н. э. Был активным участником Коринфской войны. Подробнее см.: Polyaen., III, 9 и прим. 53.

439

Халкедон (Калхедон) — мегарская колония в устье реки Халкедон на азиатском берегу у входа в пролив Боспор, находящаяся напротив Византия.

440

Кизик — милетская колония на южном, азиатском берегу Пропонтиды (Мраморного моря). См.: прим. 158 и Polyaen., V, 44, 5.

441

События относятся к Коринфской войне между Спартой и коалицией, в которую входили Афины, Аргос, Фивы и Коринф, в частности, к борьбе спартанцев и афинян за Геллеспонт в 387 г. до н. э., незадолго до заключения Анталкидова мира. Анталкид, вернувшись с конгресса в Сузах, принял командование над спартанским флотом, базировавшимся в Абидосе. Афинский полководец Фрасибул с восьмью триерами стремился соединиться с остальным аттическим флотом, но двенадцать кораблей Анталкида подстерегли неприятельские триеры в засаде и, неожиданно напав, на них, все захватили в плен (Xen. Hell., V, 1, 25-28).

442

Агесиполид — спартанский царь из рода Аргиадов. Стал царем в 393 г. до н. э. после своего отца царя Павсания. В 388 или 387 гг. до н. э. возглавлял поход на Аргос, подойдя к самым стенам города. В 385 г. до н. э. взял Мантинею в Аркадии. Позднее возглавлял поход на Олинф, взял приступом Торону. В этом походе он и умер от лихорадки в 380 г. до н. э. Его коллегой по царствованию был знаменитый царь Агесилай (см.: Polyaen., II, 1 и прим. 1). Подробнее биографию Агисиполида см.: Niese. Agesipolis // RE. Bd. I (1894). Sp. 805-806.

443

Данные события относятся к 385 г. до н. э. После Анталкидова мира (386 г. до н. э.), положившего конец Коринфской войне, спартанцы решили наказать своих недобросовестных союзников мантинейцев. Разбив последних в полевом сражении, они стали осаждать Мантинею. Полис был сдан лишь только после того, как враг перекрыл устье реки, которая выйдя из берегов, затопила город и размыла укрепления (Xen. Hell., V, 2, 1-7; Diod.,’ XV, 5, 1-3; Paus., VIII, 8, 7). Именно ко времени этой осады и относится данный эпизод. Собак, судя по всему, выпускали не просто бегать перед лагерем, но они шли вместе с патрулями на дежурство по определенной очередности (ср.: Forster E. S. Dogs in Ancient Warfare / / Greece and Rome. Vol. 10. № 30. 1941. P. 114). Нельзя исключить и того, что для этого были привлечены обозные собаки. Полиэн рассказывает о находчивости Агесиполида как о стратегеме, следовательно, подобная практика не была еще широко распространена.

444

Судя по всему, кроме данного сообщения Полиэна, других сведений об этом человеке нет. См.: Obst. Sthenippos // RE. 2R. Hbbd. 6 (1929). Sp. 2479.

445

См.: прим. 71 к Polyaen., I, 8. После продолжительных войн со Спартой аркадский город Тегея стал членом Пелопоннесского союза (550-371 гг. до н. э).

446

Спата — длинный и широкий двулезвийный меч.

447

Хланида — легкая накидка, преимущественно женская одежда.

448

Калликратид из Кирены — вероятно, египетский военачальник, который захватил Магнесию на Сипиле и снял осаду врагов. Речь идет о войнах Лагидов и Селевкидов, в частности, об анатолийском театре боевых действий. Из-за плохой сохранности источников мы весьма смутно представляем себе хронологию и последовательность событий. И. Г. Дройзен относит данные стратегемы ко времени египетской экспансии на побережье Малой Азии при Птолемее II Филадельфе (285-246 гг. до н. э.). И. Мельбер датирует эти события 258-248 гг. до н. э., тогда как Хайхельхайм полагает, что военные действия могли происходить и при Птолемее II, и при Птолемее III Эвергете (246-221 гг. до н. э.). См.: Дройзен И. Г. История эллинизма / Пер. с франц. Т. III. СПб., 1999. С. 135, 422, прим. 46; Heichelheim. Kallikratidas. 3 // RE. Suppl. V (1931). Sp. 386.

449

Маг — представитель правящего дома Лагидов, сын Береники, будущей супруги Птолемея I, и незнатного македонянина Филиппа, приемный сын Птолемея I. Около 300 г. до н. э. Маг подчинил Киренаику Египетскому царству после короткого периода независимости, последовавшего после смерти правителя Офеллы в 312 г. до н. э. и восстания киренцев в 305 г. до н. э. После смерти своего приемного отца (283 г. до н. э.), он разорвал отношения с Птолемеем II и в 279-274 гг. до н. э. попытался вторгнуться в Египет, чему и посвящены обе стратегемы Полиэна, одна из которых говорит о мерах предосторожности при отправлении Мага в поход, а вторая — о его продвижении вперед. Однако из-за восстания мармаридов Маг должен был вернуться обратно. В 274 г. до н. э. Маг провозгласил себя царем, воспользовавшись Первой сирийской войной, а кроме того, женился на Апаме, дочери Антиоха I, что повысило его международный престиж. Лишь около 260 г. до н. э. киренский царь помирился с Птолемеем и, по-видимому, стал вассальным правителем Египта. Маг правил до своей смерти, последовавшей в 250 г. до н. э. Только в 246 г. до н. э. Киренаика опять вошла в царство Птолемеев. Подробнее см.: Geyer. Magas 2 // RE. Bd. XIV. Hbbd. 27 (1928). Sp. 293-297; Laronde A. Cyrène et la Libye hellénistique. Libykai historiai de l’époque républicaine au principat d’Auguste. Paris, 1987. P. 361, 379-380, 487.

450

У Полиэна: όργανα δέ καί βέλη μηχανήματα.

451

Паретоний — приморский город в Ливии на западном пограничье Египта, который Маг захватил во время войны и, судя по всему, впоследствии удерживал за собой (Strab., XVII, 1, 14).

452

Хи (Со) — местность на египетском берегу Средиземного моря, к востоку от Тапосириса в северо-западной Дельте в одном дне пути на запад от Александрии (Procop. De aedific, VI, 1, 12). Как остроумно замечает Сете, свое наименование это место, как и дельта Нила, могло получить от рельефа территории, напоминавшего греческую букву хи, X (Sethe. Chi // RE. Bd. III. Hbbd. 6 (1899). Sp. 2274).

453

Клеоним — спартанский военачальник, предводитель наемных отрядов. Происходил из рода Агиадов, второй сын спартанского царя Клеомена П. Однако Клеоним не вступил на трон, вследствие негативой позиции геронтов, не доверявших его нравственным качествам; вместо него стал править его племянник Арей (Plut. Pyrrh., 26; Paus., III, 6, 2-3). В 304 г. до н. э. Клеоним прибыл с 5000 наемников на помощь Таренту в его борьбе с луканами. Луканы были разгромлены, мир с ним заключен. С помощью последних он подчинил греческий город Метапонт. Затем следует серия пиратских набегов в Адриатике: захват острова Керкиры (302 г. до н. э.), набег на саллентийцев в Южной Калабрии и даже на территорию Патавии (ср.: Polyaen., VIII, 19). В 299 г. до н. э. он был изгнан с Керкиры, по-видимому, Агафоклом. Затем в 293 г. до н. э. выступает союзником беотийцев против Деметрия. В качестве военачальника спартанских войск воспрепятствовал мессенцам двинуться к Фермопилам для защиты Греции от галатов в 279 г. до н. э. Позднее Спарта выступает врагом усиливающейся Македонии при царе Антигоне II Гонате, посылая помощь осажденной македонянами Кассандрии и, в свою очередь, осаждая македонский гарнизон в Трезене. Во главе осаждавших стоял Клеоним (§ 1). Около 275 г. до н. э. он в Спарте женится и становится одним из наиболее влиятельных политиков. Позднее, по-видимому, состоял на службе у Пирра в его борьбе с македонянами (274 г. до н. э. (§ 2)). В 272 г. до н. э., находясь в разладе с властями Спарты, призывает на свой родной город Пирра, видимо, в надежде занять царский трон. После этого Клеоним исчезает со страниц истории. См.: Lenschau Th. Kleonymos. 3 // RE. Hbbd. 21 (1921). Sp. 730-732; Walbank F. W. From the Battle of Ipsus to the Death of Antigon Doson / / Hammond N. G.L., Walbank F. W. A History of Macedonia. Vol. III. Oxford, 1988. P. 207, 219-220, 262-263, 274.

454

Клеоним не был царем Спарты, но в это время он являлся одним из самых влиятельных людей в государстве.

455

Трезен — город в восточной Арголиде.

456

Событие, по-видимому, датируется 278 г. до н. э., временем борьбы Спарты с македонской гегемонией на Пелопоннесе. В Трезене находился македонский гарнизон во главе с Эвдамидом, который подчинялся стратегу Эллады Кратеру, родному брату Антигона II (см.: Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. III. С. 87). Эта же стратегема, без упоминании имени Эвдамида, содержится и у Фронтина (III, 6, 7).

457

Сариссофоры (σαρισοφόροι) — солдаты македонской фаланги, вооруженные длиной пикой–сариссой. Подобное использование воинов с сариссами во время осадных действий не является единичным случаем. Уже в 321 г. до н. э. Птолемей, обороняя укрепление от слонов Пердикки, выбил глаз животному и ранил карнака именно сариссой (Diod., XVIII, 34). В 198 г. до н. э. во время II Македонской войны македоняне обороняли брешь в стене фессалийского города Атрака от римлян таким же образом, как это описано в данной стратегеме (Liv., XXXII, 17, 6-15). У того же Полиэна описывается случай применения амбракиотами сарисс в бою внутри подкопа в 189 г. до н. э. (VI, 17; ср.: Polyb., XXI, 28, 11). Видимо, именно во время осад использовали пики максимальной длины в 16 локтей (7,1 м), тогда как для полевых боев применялась более короткая сарисса в 14 локтей (5,8 м). По-видимому, лишь согласно эллинистическим военным «уставам», в III в. до н. э. фалангитам полагалась сарисса длиной 16 локтей, а на практике она была слишком длинна и тяжела. Поэтому обычно воины использовали сариссу длиной в 14 локтей (Polyb., XVIII, 29, 2; Ael. Tact., 14, 1; ср.: Asclep. Tact., 5, 1; Arr. Tact., 12, 6). Подробнее о проблеме см.: Manti P. The Sarissa of the Macedonian Infantry // Ancient World. Vol. 23. 1992. № 2. P. 31-42.

458

Тут употреблены военные термины: протостат (πρωτοστάτης) — воин первой шеренги фаланги, обычно командир ряда, и эпистат (έπιστάτης) — воин второй шеренги, по существу, заместитель первого, который должен вступить на место командира при ранении или гибели последнего. См.: Asclep. Tact., 2, 2; Ael. Tact., 5, 4; Arr. Tact., 6, 4.

459

Последнее предложение в стратегеме вызывает определенные сложности. Возможны два варианта перевода. Греческий текст: οί μέν έλάβοντο τών σαρισών (οί δέ) άνθέλκοντας, οί δε κατόπιν παρελθόντες άνείλον τούς σαρισοφόρους, καί άχρηστον ήλέγχθη τό σαρίσης μέγεθος τή Κλεονύμου δεινότητι. Перевод: «Одни хватались за сариссы, таща их к себе, другие же, подходя сзади, убивали сариссофоров, и бесполезной оказалась величина сариссы из-за способности Клеонима». Если сохранить убранное издателем греческого текста οί δε, то получается: «Одни хватались за сариссы, (другие же), таща их к себе, а третьи, подходя сзади, убивали сариссофоров, и бесполезной оказалась величина сариссы из-за способности Клеонима». Первый вариант более приемлем, во-первых, потому, что с сохранением οί δε нет согласования с έλάβοντο («хватались») и άνθέλκοντας («таща к себе»), которое согласуется с παρελθόντες («подходя»); а во-вторых, потому, что ранее речь идет только о двух шеренгах воинов, простатах и эпистатах.

460

И. Г. Дройзен полагает, что события относятся ко времени военных действий Пирра против македонского царя Антигона II (274 г. до н. э.), когда была захвачена Эдесса — город в Нижней Македонии. Именно Клеоним захватил для Пирра этот город (Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. III. С. 89-90; ср.: Walbank F. W. From the Battle of Ipsus to the Death of Antigon Doson. P. 262).

461

Клеарх — тиран Гераклеи Понтийской, греческого полиса на побережье Вифинии, в 364/3-352/1 гг. до н. э. Приход Клеарха к власти был связан с обострением социальных противоречий в Гераклеи, активным движением демоса и выступлением коренного населения мариандинов, а также продолжающейся борьбой с Боспорским царством и стремлением Митридата, сына персидского сатрапа Геллеспонтийской Фригии Ариобарзана, сделать Гераклею свои доменом. Будучи изгнан из города и состоя при Митридате в качестве одного из командиров наемных войск, Клеарх был призван на помощь гераклейскими олигархами (ср.: § 1). Договорившись с Митридатом и получив от него воинов, Клеарх вошел в Гераклею и добился соглашения между борющимися группировками, после чего призвал Митридата, чтобы вручить ему город, однако задержал его вместе со свитой и выпустил лишь после выкупа. Захватив власть, Клеарх разгромил олигархический Совет трехсот (§ 2) и добился назначения себя стратегом-автократором (364/3 г. до н. э.). Правление Клеарха сопровождалось жестокими репрессиями против аристократов (§ 3), жестким политическим контролем над городом и созданием собственного культа. В 352/1 г. до н. э. он пал от руки своего родственника Киона, убежденного противника тирании. С 352 г. до н. э. в Гераклее правили родственники и потомки Клеарха: вначале его брат Сатир (352/1-345 гг. до н. э.), а затем сыновья, Тимофей (345-337 гг. до н. э.) и Дионисий (337-305/4 гг. до н. э.), после смерти которого его вдова Амастрида передала Гераклею Лисимаху (288/7 г. до н. э.). Основу античной исторической традиции о Клеархе составляет сочинение Мемнона Гераклейского (Memn., IXX, 1, 1; также см.: Aen. Tact., 12, 5; Diod., XV, 81, 5; Just., XVI, 4, 4 sqq.). Подробнее о тирании Клеарха см.: Фролов Э. Д. Младшая тирания / / Античная Греция. Т. 2. М., 1983. С. 150-154; он же. Рождение греческого полиса. Л., 1988. С. 219-224.

462

Булевтерий — место заседания городского совета (βουλή).

463

«в собачий зной» — буквальный перевод с греческого: έν τοϊς κυνικοϊς καύμασιν. Интересно, что русское идиоматическое выражение наоборот говорит о «собачьем холоде».

464

Астак — мегарская колония на северо-востоке Пропонтиды (Мраморное море) возле современного города Измита, недалеко от Византия и Халкедона.

465

Аристомен — возможно, спартанский военачальник на службе у сиракузского тирана Дионисия I (правил ок. 405-367 гг. до н. э. См.: Polyaen., V, 2 и прим. 11).

466

Аристомен — предводитель мессенцев во время II Мессенской войны (середина или вторая половина VII в. до н. э.; по хронологии Павсания (IV, 15, 2) — 685-665 гг. до н. э., а по Евсевию — начало войны — 636 г. до н. э.). Восстание мессенцев началось в Андании, к восставшим присоединились аргивяне, элейцы, аркадяне, жители Пилоса, Метона и других мессенских городов западного побережья. После первых побед, мессенцы были разбиты спартанцами на девятый год войны в сражении у Большого рва. Затем война длилась еще 11 лет, после чего оставшиеся в живых мессенцы ушли в Аркадию и другие области Греции. Оставшиеся на месте жители стали илотами. Именно эта война стоит у истоков спартанской илотии. См.: Печатнова Л. Г. Формирование спартанского государства С. 12-13. Подробнее об этом герое см.: Schoeffer V., von. Aristomenes. 1 //RE. Bd. II (1896). Sp. 947-948.

467

Ср. с подобной историей о спасении Аристомена, приводимой Павсанием (IV, 18, 5-7), где при падении в ущелье Кеад его поддержал не щит, а орел.

468

Об этом храме в Спарте см. прим. 146 к Polyaen., II, 15.

469

Ср.: Paus., IV, 27, 1-3.

470

Киней — афинский воин, известный только из данного пассажа. См.: Stählen. Kineas 8 // RE. Bd. XI. Hbbd. 21 (1921). Sp. 476.

471

В битве при Мантинее (362 г. до н. э.) фиванский стратег Эпаминонд с союзниками сражался против коалиционной армии противников (спартанцев, афинян, элейцев, ахейцев, мантинейцев и других аркадян). Битва, существу, закончилась вничью, обе стороны поставили трофей и обе стороны выдали трупы противников неприятеля для погребения (Xen. Hell., VII, 5, 26). По греческим военным обычаям победителем считался тот, кто установил трофей и выдал противнику трупы павших врагов для погребения (Just., VI, 6, 10; подробнее см.: bonis R. Guerre et religion en Grèce à l’époque Classic. Recherches sur les rites, les deux, l’idéologie de la victoire. Paris, 1979. P. 129-146). Вероятно, эпизод, приводимый Полиэном, относится к событиям, последовавшим сразу после битвы.

472

Судя по всему, кроме данного сообщения Полиэна, других сведений об этой персоналии нет. См.: Sundwall. Hegetorides. 2 //RE. Bd. VII (1912). Sp. 2614.

473

Фасос — остров на севере Эгейского моря у фракийского побережья. На севере острова паросцы в 700 г. до н. э. основали город-порт с одноименным названием. В эпоху греко-персидских войн (500-449 гг. до н. э.) Фасос попадает под власть Персии (492-478 гг. до н. э.), а будучи освобожденным, становится членом Афинского морского союза, и Афины вытесняют его с восточных рынков. В ответ на это Фасос выходит из Союза (в 466-465 г. до н. э.), но вскоре вынужден опять вступить в него. В 410 г. до н. э. Фасос окончательно вышел из Союза, став яблоком раздора между Афинами и Спартой.

474

Настоящая стратегема Полиэна, вероятно, описывает возвращение Фасоса в Афинский морской союз в 463/2 г. до н. э. (ср.: Curtius E. Griechische Geschichte. Bd. II. Berlin, 1867. S. 142 ff.).

475

Диний, сын Телесиппа, был тираном Краннона в середине IV в. до н. э. О характере его власти ничего не известно. Его тирания пала в 352 г. до н. э. См.: Берве Г. Греческие тираны. С. 365.

476

Феры и Краннон — важнейшие города Пеласгиотиды, области на юго-востоке Фессалии в Северной Греции.

477

Итоний — вероятно, речь идет о празднике Афины Итонии, который засвидетельствован, кроме данного упоминания у Полиэна для острова Аморгос. Отсюда происходит название месяца, существовавшего в Ламии (десятый месяц года, начинавшегося здесь от зимнего солнцестояния), в различных частях Фессалии (первый месяц), в Тавромене (седьмой месяц).

478

Известен Никон — знаменитый предводитель пиратов, пойманный Публием Сервилием Ватией Исавриком (консулом 79 г. до н. э.) во время войны с киликийскими пиратами в 78-74 гг. до н. э. (см.: Ziehbart E. Beiträge zur Geschichte des Seeraubs und Seehandels im alten Griechenland. Hamburg, 1929. S. 34 f.). Однако не исключено, что в этой стратегеме Полиэна речь идет о другом персонаже. Интересная параллель с данным сюжетом имеется у Павсания (IV, 16, 8) в рассказе о ночном нападении на Фары (Феры) во время Второй Мессенской войны (первая половина VII в. до н. э.).

479

Феры (чаще Фары) — приморский город на юго-востоке Мессении, на берегу Мессенского залива на юге Пелопоннеса, в источниках часто называется лаконским городом (Paus., IV, 30, 2; 31, 1). См.: Schmidt J. Pherai. 3 // RE. 2 R. Hbbd. 38 (1938). Sp. 1982.

480

Как кажется, в античной традиции сохранилось только данное упоминание имени Агемаха — стратега мессенцев. См.: Kirchner J. Agemachos // RE. Bd. II (1894). Sp. 771.

481

Диойт — ахейский стратег, время деятельности которого можно установить по событиям, связанным с Гереей. Интересно, что Полибий, рассказывая в сохранившийся части труда об образовании Ахейского союза и его расширении, не упоминает имени Диойта. См.: Kichner. Dioitas // RE. Bd. V (1905). Sp. 791.

482

Герея — город в Аркадии на правом берегу реки Алфей, недалеко от границы Элиды.

483

Баланагра (βαλανάγρα) — крюк, посредством которого вынималась дверная затычка или железный гвоздь (βάλανος), то есть это, собственно говоря, ключ. Βάλανος вкладывался через отверстие запора (μοχλός) в отверстие косяка (βαλανοδόκη), когда хотели запереть дверь или ворота.

484

Событие, вероятно, произошло в 236 г. до н. э., примерно в то время, под которым Полибий сообщает о присоединении к союзу ряда аркадских городов, в том числе и находящегося недалеко Мегалополя (Polyb., II, 44, 5). Полибий также сообщает о занятии Гереи Антигоном Досоном в 222 г. до н. э., когда город находился под контролем спартанского царя Клеомена (Polyb., II, 54), возможно, захваченного им одновременно с Мегалополем (Polyb., II, 48). Данную стратегему ср.: Aen. Tact., 18, 8. См.: Сизов С. К. Ахейский союз. М., 1989. С. 43-44, 141, прим. 14.

485

Согласно Фронтину (Strat., I, 2, 8), описывающему аналогичную стратегему, Тисамен был сыном Ореста. Следовательно, речь идет о героическом царе Аргоса и Спарты, внуке Агамемнона. Событие относится к эпохе великого переселения народов в конце II тыс. до н. э. Дорийцы, возглавляемые Гераклидами, вытеснили ахейцев, живших в Арголиде и Лаконике. Последние, во главе с Тисаменом, последовали на север Пелопоннеса к ионийцам и попросили у них разрешения поселиться вместе. Ионийцы не только отказали им, но и выступили на них в поход. Решающую битву ахейцы выиграли, но Тисамен был убит. Впрочем страна (будущая Ахайя) была захвачена, а ионийцы изгнаны в Аттику. Очевидно, ко времени этого похода, еще до генерального сражения, и относится данная стратегема. Согласно Фронтину, ионийцы заняли горы, устроив засаду, однако Темен, заметив ее, обошел ионийцев. См.: Apollod., II, 8, 2-3; Epit., 6, 28; Strab., VIII, 5, 5; 7, 1; Paus., II, 18, 6-8; 28, 1; VII, 1, 7-8.

486

Ономарх — фокидский полководец и политический деятель IV в. до н. э., сын Эвфикрата (по другой версии, брат Филомела (о нем см.: Polyaen., V, 45, прим. 161)) и, соответственно, сын Феотима). Отличившийся как искусный военачальник еще в 70е гг. IV в. до н. э., во время военных столкновений между фокидянами и фиванцами, Ономарх особенно проявил себя в событиях III Священной войны против Фокиды (356-346 гг. до н. э.). В 356 г. до н. э. в числе других влиятельных фокидян он был обвинен Советом дельфийской амфиктионии в святотатстве (в запашке земли, посвященной Аполлону) и приговорен к большому штрафу. Возглавив вместе с Филомелом движение протеста, Ономарх вскоре был официально признан одним из лидером Фокидского государства, ставшего теперь на путь откровенной конфронтации с амфиктионами: вслед за избранием в стратеги-автократоры Филомела, убедившего своих сограждан не подчиняться требованиям амфиктионов, Ономарх был назначен его соправителем, выполнявшим при нем роль заместителя. Решительно поддерживавшему Филомела во всех его начинаниях Ономарху суждено было, однако, не долго находится на вторых ролях: после гибели фокидского вождя в битве при Неоне в 355/4 г. до н. э. он встал во главе мятежной Фокиды, будучи теперь уже сам избранным стратегом-автократором. Жестоко расправившись с возникшей было оппозицией и доведя численность фокидской армии до 20 000 человек (за счет использования не только конфискованного имущества своих внутренних противников, но и в еще большем объеме, чем прежде, сокровищ Дельфийского храма), Ономарх перешел в активное наступление против коалиции общин–амфиктионов. После многих одержанных им побед, которые могли создать впечатление, что Ономарх прочно установил собственный контроль над значительными территориями Средней и Северной Греции, а Фокидское государство сделал могущественнейшей державой Эллады, он был полностью разбит македонским царем Филиппом II (о нем см.: Polyaen., IV, 2 и прим. 7-42) на Крокусовом поле в Фессалии в 353/2 г. до н. э. Эта битва оказалась для Ономарха последней: здесь он погиб, а его труп, по приказу победителя был распят на кресте. О фокидских правителях, в том числе и об Ономархе, особенно см.: Фролов Э. Д. Греческие тираны… С. 127 слл.

487

О фиванском полководце Пелопиде см. в главе 4 данной книги и в прим. 105-109.

488

Осада беотийскими (фиванскими) войсками Элатеи, умело обороняемой фокидянами под руководством Ономарха, следует связывать с вторжением фиванцев в Фокиду в 374 г. до н. э.

489

В «Извлечении из Полиэна» (Excerpta Polyaeni, 36, 3) читаем: «пеших и камнеметные машины». Следовательно, речь могла идти как о пеших экипажах камнеметов, так и просто о метателях, которые производили стрельбу наряду с машинами. Второй вариант предпочтительнее, учитывая дальнейшее изменение «камней» на «пеших» в «Извлечении». Итак, согласно Полиэну, Ономарх разбил Филиппа II, используя ложное отступление и заманив македонян под огонь камнеметов. По мнению Э. Марсдена, это были небольшие неторсиновые машины, похожие на гастрофеты (Marsden E. W. Greek and Roman Artillery: Historical Development. Oxford, 1969. P. 49-50). Стратегема Полиэна — это одно из самых ранних свидетельств об употреблении полевой артиллерии в материковой Греции. Позднее ее употреблял Александр Македонский (Arr. An., I, 8, 8; IV, 4, 4; см.: Keyser Р. Т. The Use of Artillery by Philip II and Alexaner the Great // The Ancient World. Vol. 25. 1994. P. 27-59). Использовались переносные катапульты и в эллинистический период (Polyb., XI, 12, 4). Однако в Риме еще при Цезаре не применялись мобильные метательные машины (возможно, исключая один эпизод — бой с белловаками: Hirt. В.G., VIII, 14, 5). Артиллерия на поле боя распространилась лишь в императорский период. Обычно метательные машины устанавливали позади строя тяжеловооруженной пехоты (Arr. Ас, 19; 25; Veget., II, 25), который прикрывал свою артиллерию от нападения врагов. О дальности стрельбы можно привести следующие данные. По опытам адъютанта Наполеона III, Ж. — Б. Вершера де Реффи, наибольшая дальнобойность катапульты со стрелой 1,2 м — 340 м, тогда как дальность стрельбы реконструированной баллисты II в. до н. э., остатки которой найдены в Ампуриас (Каталония), со стрелой 70, 7 см — 305 м против ветра. Данные подобных опытов приводит и С. Рейнак: «… онагр бросал снаряды на 150-160 м… большая баллиста — стрелы длиной в 1,3 м и весом 85 гр… на 310 м, а наибольшие, весом 780 гр, — на 150 м. Небольшая баллиста бросала копья на 160 м» (Harmand J. L’Armée et le soldat à Rome de 107 à 50 avant notre ère. Paris, 1967. P. 94).

490

Это сражение произошло в Фессалии в 354/3 г. до н. э, События здесь развивались в данный момент следующим образом. Македонский царь Филипп II (о нем см.: Polyaen., IV, 2 и прим. 7-42), приглашенный свободными фессалийцами для поддержки их в борьбе с тираном Фер Ликофроном, по приходе в Фессалию добился решительного перевеса над последним. Оказавшись в отчаянном положении, Ликофрон обратился за помощью к Ономарху, стоявшему в то время во главе Фокидского государства, который немедленно прислал к нему своего брата Фаилла с семитысячным отрядом. В столкновении с Филиппом Фаилл потерпел поражение, и тогда уже сам Ономарх прибыл в Фессалию со всем фо–кидским войском. В двух сражениях он разбил объединенные силы фес–салийцев и македонян, после чего Филипп, понесший большие потери, был вынужден уйти обратно в Македонию (Diod., XVI, 35, 1 sq.). К какому из этих двух сражений, упоминаемых Диодором, относится рассказ Полиэна, не вполне ясно (возможно, что к последнему).

491

Демосфен, сын Алкисфена из дема Афидна — афинский полководец во время Пелопоннесской войны. Как сообщает Плутарх, его матери (как и о матерях многих знатных полководцев V в. до н. э., Фокиона например (см.:  гл.12), уже во времена автора было ничего не известно (Plut. Alcib., 1). В качестве стратега появляется в первый раз в 427/6 г. до н. э. (Thuc, III, 91, 1). Был участником Сицилийского похода; казнен после неудачного завершения экспедиции и взятия в плен в Сиракузах в 413 г. до н. э… О нем см.: Swoboda Н. Demosthenes. 5 // RE. Bd. V (1905). Sp. 162-169.

492

Пилос — город на западном побережье Мессении (области на юго-западе Пелопоннеса); в микенскую эпоху — владения Нестора.

493

В Codex Florentinus это место выглядит как Πύλου Λακωνικής φρουράν έχούσης вместо Πύλου Λακωνιήν φρουράν έχούσης как это предлагается И. Мельбером, в связи с чем Пилос приобретает эпитет «лакедемонский», что, быть может, не совсем корректно, поскольку Пилос был не спартанским городом, а членом (вместе со всей Мессенией) Пелопоннесского союза — старейшей греческой симмахии во главе со Спартой, основанной ок. 550 г. до н. э., в которую ко времени Пелопоннесской войны входили государства почти всего Пелопоннеса (кроме давнишнего противника Спарты — Аргоса и державшихся нейтралитета городов Ахайи), а также целый ряд областей Средней Греции и западные коринфские колонии. Этот Союз противостоял объединенным силам афинян и их союзников (острова Эгейского моря, города малоазийского побережья, часть Фессалии, Платеи, Навпакт, Акарнания и другие).

494

Вероятно, имеется в виду южный мыс в Мессении Акрит.

495

Событие датируется 425 г. до н. э., временем первого этапа Пелопоннесской войны — Архидамовой войны — так называемой Пилосской экспедицией. Демосфен решил использовать бывшие тогда волнения среди илотов и уговорил стратегов, стоявших во главе флота, отправившегося вокруг Пелопоннеса на Керкиру и в Сицилию, захватить Пилос, откуда легко можно было поднимать восстания мессенских илотов. Спартанцы, в свою очередь, направили большие силы против Пилоса и заняли лежащий против Пилоса остров Сфактерию, который и стал очередным местом крупного противостояния афинских и спартанских сил, закончившегося занятием этого острова афинянами (осень 425 г. до н. э.). См.: Wilson J. В. Pylos 425 В. С. Warminster, 1979.

496

Акарнания — западная прибрежная область Средней Греции между Амбракийским заливом (современный Артрийский залив) и Коринфским заливом (современный Калидонический залив), омываемая Ионическим морем. Акарнания с ее открытым западным побережьем и расположенные в непосредственной близости от нее острова Итака, Кефаления и Левкада имели важное стратегическое значение. В 342 г. до н. э. Акарнания заключила союз с Афинами против Спарты, в 27 г. до н. э. была включена в состав римской сенаторской провинции Ахайя.

497

Амфилохия — область южного Эпира у западного побережья Амбракийского залива.

498

Структура афинского войска см.: прим. 106.

499

Это — одна из битв Пелопоннесской войны (времени Архидамовой войны, датируется 426 г. до н. э.) около города Ольпы (город амфилохов на берегу Амбракийского залива) между соединенными силами пелопоннесцев и ампракиотов, с одной стороны, и афинян и акарнанов и амфилохов — с другой (Thuc, III, 107).

500

Пахет, сын Эпикура — афинский полководец в начале Пелопоннесской войны (в 428/7 г. до н. э. и, вероятно, уже в 429/8 г. до н. э.), завоеватель Милета в 427 г. до н. э., Лесбоса, привлеченный к суду и в ожидании обвинительного приговора покончивший с собой (заколов себя мечом: Plut. Nic, 6) прямо в суде, на возвышении для ораторов (Plut. Arist., 26), в 427 г. до н. э. О нем см.: Meyer Е. Geschichte des Altertums. Bd. IV. Stuttgart, 1893. S. 343 ff.; Beloch K. J. Griechische Geschichte. Bd. И. Tl. 1. BerlinLeipzig, 1931. S. 317 ff.; Lenschau Th. Paches //RE 2R. Bd. XVIII. Tl. 2 (1942). Sp. 2066-2068.

501

Толмид, сын Толмея, — афинский полководец V в. до н. э., ставший инициатором неудачного военного похода против отложившейся от Афин, проспартански настроенной Беотии (вопреки предлагаемой Периклом политики дипломатии) и павший в битве при Коронее (Беотия) в 447/6 г. до н. э. (после чего Беотия для Афин была потеряна). О нем см.: Meyer E. Geschichte des Altertums. Bd. III. S. 619 f.; Beloch K. J. Griechische Geschichte. Bd. II. Tl. 1. S. 179 f.; Berve H. Das Alexanderreich aus prosopog–raphischer Grundlage. Bd. II. München, 1926. S. 280; Stauffenberg. Tolmi–des // RE. 2 R. Hbbd. 12 (1937). Sp. 1681-1683.

502

Κατάλογος — так назывался учетный список граждан для отбывания той или иной повинности.

503

Триера — боевой корабль греков с тремя рядами весел; подробнее см.: прим. 253 настоящей книги.

504

Событие 456 г. до н. э.; ср.: Diod., XI, 84. В то время сфера влияния Афинского и Пелопоннесского союзов была следующей: афиняне хозяйничали в Эгейском море и Северном Причерноморье, в то время как сфера интересов Пелопоннесского союза лежала к западу от Балканского полуострова. Афиняне сделали попытку проникнуть на западные рынки еще при Фемистокле. Продолжил эту политику Перикл. Афиняне владели уже двумя гаванями в Коринфском заливе — Пегами в Мегариде и Навпактом в Этолии. Пеликлу удалось также склонить на сторону Афин жителей небольших городов Акарнании, а затем амфилохов, живших в Эпире, открыв тем самым блестящие перспективы для афинской торговли с Италией и Сицилией. Однако Перикл решил завоевать влияние на западе материка Греции и вооруженной силой, воспользовавшись мастерством Толмида, который отправился на запад материка в объезд вокруг Пелопоннеса, имея большой отряд гоплитов (456-455 гг. до н. э.). Ему удалось одержать ряд побед. Итогом этой политики стало заключение афинянами союза с Эгестой (Сегестой) в Сицилии в 454-453 гг. до н. э., и таким образом Афины впервые вошли в соприкосновение с Великой Грецией.

505

Формион, сын Асопия, из дема Пэания — афинский полководец, адмирал, участник Пелопоннесской войны; содействовал Периклу, в частности в его политике усиления влияния Афин в Сицилии и Южной Италии в 40х гг. V в. до н. э. Одно из его знаменитых деяний — победа при Навпакте (см.: прим. 29 к стратегеме Полиэна III, 4, 3). Вскоре после этого события Формион, очевидно, умирает; летом 428 г. до н. э. Формиона уже не было в живых (Thuc, III, 7, 1). Его могила находилась рядом с могилой Перикла по дороге к Академии (Paus., I, 29, 3). О нем см.: Meyer Е. Geschichte des Altertums. Bd. IV. S. 82; 288; 341 f.; Lenschau Th. Phormion. 4 // RE. 2 R. Hbbd. 39 (1941). Sp. 537-539.

506

Халкидика — полуостров между Термейским и Стримонским заливами, колонизованный выходцами из Халкиды Эвбейской; здесь следует понимать Халкидскую федерацию с центром в  г.Олинф.

507

Скирос — остров к северо-востоку от Эвбеи.

508

’Уллрепкоу — вспомогательное или гребное судно, то есть не имеющее парусного оснащения, вестовое.

509

Пирей — аттический приморский город в деме Пирей филы Гип–потонтиды, служивший портом для Афин.

510

Событие 432 г. до н. э. Об этом же см.: Front. Strat., III, 11, 1. Действия афинского войска с Формионом во главе в Халкидике и Боттике, которые тот опустошил, захватив даже несколько городов (Thuc, I, 65), явились одним из мотивов вражды между афинянами и пелопоннесцами накануне Пелопоннесской войны.

511

Триерарх — исполнитель одного из видов общественных повинностей богатейших афинских граждан — триерархии (введенной морским законом Фемистокла 483/2 г. до н. э.), обязанности по содержанию и обслуживанию государственных военных судов на собственные средства. Получая от государства остов корабля и съемные корабельные снасти, триерарх обязан был привести судно в боевую готовность и поддерживать его в этом состоянии. Во время походов триерарх выходил в море в качестве командира своего корабля. См.: Бондарь Л. Д. Общественные повинности (литургии) в Афинах V-IV вв. до н. э.: Автореферат дисс… канд. ист. наук. СПб., 1997. С. 16 сл.; Строгецкий В. М. Морская программа Фемистокла и возникновение триерархии / / Античный мир. Сборник научных статей / Ред. И. Я. Фроянов. СПб., 1998. С. 80 сл.

512

Фукидид сообщает, что 30 кораблей Формион имел в битве, защищавшей интересы обратившихся к афинянам амфилохов и акарнанов против напавших на амфилохский Аргос амбракийцев; в этой битве Формион одержал победу и отбил Аргос (после этого впервые был заключен союз афинян с акарнанами). Сражение это произошло в конце лета 430 г. до н. э. (Thuc, И, 68). Однако тот же Фукидид сообщает и о другом сражении, описание которого напоминает представленное Полиэном, однако Фукидид называет другие цифры и другие подробности. Речь идет о сражении с эскадрой коринфян и других городов Пелопоннесского союза с афинскими сторожевыми кораблями, стоявшими в Навпакте под начальством Формиона, числом 20. Союзники вышли в Криссейский залив, не думая сражаться, поскольку не предполагали, что афиняне осмелятся вступить в бой с их 47 кораблями. Однако, заметив афинскую эскадру, они были вынуждены принять бой в середине залива. Тогда союзнические корабли выстроились кругом носами наружу, поместив свои малые и быстроходные корабли в центре, чтобы те могли в случае необходимости быстро оказать помощь. Формион же стал выжидать удобного для боя момента. И когда подул ветер и корабли противника (и без того уже сбившиеся в кучу) стали сталкиваться друг с другом под напором ветра и терять боевой порядок, тогда-то Формион и отдал приказ к бою и обратил корабли в бегство (Thuc, II, 83-84). Это событие произошло в следующем — 429 г. до н. э.

513

Навпакт — приморский город в Локриде Озольской, ныне Лепанто.

514

«Парал» — один из трех государственных кораблей в Афинах, которые употреблялись для снаряжения сакральных или государственных экспедиций.

515

Это событие 429 г. до н. э. произошло после боя на море афинского флота под предводительством Формиона и пелопоннесского (в Крисейском заливе), описание которого имеется у Фукидида (Thuc, II, 86-90). Тогда пелопоннесцам удалось уничтожить часть афинского флота. Одиннадцать же передних кораблей, как сообщает Фукидид, сумели уйти, и десять из них добрались до Навпакта. Один же отстал. Его стало преследовать левкадское судно, которое и потопил этот отставший афинский корабль тем способом, что описан у Полиэна. Как видно, в отличие от Полиэна, Фукидид говорит об одном преследовавшем судне (а не о двух триерах), не говоря при этом ничего о том, что это было за судно и кто его вел. Данное событие, как указывает Фукидид, стало поворотным пунктом в сражении, после чего афиняне, перехватив инициативу, заставили пело–поннесцев обратиться в бегство. Это было последнее летнее сражение этого года.

516

Клисфен (ок. 600-565 гг. до н. э.) — тиран Сикиона. Согласно Аристотелю (Pol., V, 10, 3), он сменил Мирона вследствие дворцового переворота. Правил 31 год до своей смерти (Nicol. Damass., frg. 61). Принимал участие в Первой Священной войне и на захваченную добычу построил в Сикионе стою (Paus., II, 9, 6). Аристотель (Pol., V, 9, 21) говорит о его военной дееспособности и умелой, не вредящей гражданам внешней политике. Провел реформу культа; также реформировал систему разделения граждан на филы, уничтожив при этом все преимущество родовой знати. Политическое устройство, введенное Клисфеном, продержалось еще 60 лет после его смерти, вероятно, до свержения тирании (ок. 500 г. до н. э.). О нем см.: Beloch К. J. Griechische Geschichte. Bd. I. Tl. 2. S. 285; Kahrstedt U. Kleisthenes. 1 // RE. Hbbd. 21 (1921). Sp. 619-620; Берве Г. Тираны Греции / Пер. О. Е. Рыбкиной. Ростов–на–Дону, 1997, С. 39-46.

517

Кирра — город на юге Фокиды.

518

Павсаний приводит текст этого оракула, данного Пифией, после того как амфиктионы решили начать войну против жителей Кирры и обратились в Дельфы, вопрошая бога о победе: Только тогда вы возьмете высокую города башню, // Волны, когда катясь из глубокопучинного моря, // Волею Амфитриды с очами темной лазури // Станут биться, дробясь о берег святого участка // (Paus., X, 37, 4;  пер.С. П. Кондратьева; ср.: P-W № 18; F Q 11).

519

Это события 590 г. до н. э. — так называемой Первой Священной войны (604-594 (?) гг. до н. э.), разгоревшейся вокруг Дельфийского оракула. Война между Дельфийской амфиктионией (союза государств, объединившихся вокруг святилища для его защиты; кроме Дельфийской, — известны и другие амфиктионии, среди которых наряду с Дельфийской была известна и крупная Делосская амфиктиония) и фокидского города Кирры, который выказывал небрежение к оракулу. Среди других святотатственных поступков по отношению к Аполлону жители Кирры позволили себе отрезать часть земли, посвященной богу (Paus., X, 37, 4). Если верить Павсанию, начальником войска амфиктионы поставили действительно Клисфена; Плутарх же называет Алкмеона (как это указано, по его словам, в дельфийских документах) (Plut. Sol., 11). Захватив Кирру, амфиктионы произвели расправу над жителями города во имя бога. Кирра с тех пор стала гаванью Дельф. Как утверждают Плутарх и Павсаний, хитрости этой Клисфена научил Солон, вызванный из Афин в качестве советника. Солон придумал и другую хитрость по отношению к жителям Кирры, отравив воду протекавшей по городу реки Плейсты. корнями чемерицы, которая является сильным слабительным средством, из-за чего охранники города вынуждены были часто отлучаться (Paus., X, 37, 4). См. также: Polyaen., VI, 13 и прим. 72-76.

520

Фриних, сын Стратонида, из дема Дирады филы Леонтиды — афинский государственный деятель и военачальник второй половины V в. до н. э., политический противник Алкивиада. Глава (наряду с оратором Антифонтом) олигархического Совета четырехсот (411 г. до н. э.). О нем см.: Meyer Е. Geschichte des Altertums. Bd. IV. S. 561; 566; 576 ff.; •Beloch К. J. Griechische Geschichte. Bd. II. Tl. l.’S. 279; 282; Lenschau Th. Phrynichos. 3 // RE. 2 R. Hbbd. 39 (1941). Sp. 907-911.

521

Самос — плодородный остров у западного побережья Малой Азии, населенный ионийцами. После свержения персидского владычества Самос вступил в Афинский морской союз. Однако самосцы стремились к независимости и в 441-439 гг. до н. э. восстали против Афин, после чего Перикл захватил остров.

522

То есть пелопоннесцы.

523

См.: прим. 214 к книге I, 40.

524

Это событие, предшествовавшее олигархическому перевороту 411 г. до н. э., касается противостояния Фриниха и Алкивиада. Оно подробно описано Фукидидом. Алкивиад, спасаясь от обвинения, выдвинутого против него на афинском суде по поводу опрокинутых герм (после неудачи Сицилийской экспедиции, полководцем которой он был), бежал в Спарту и встал на ее сторону. Однако Алкивиад желал возвратиться на родину и решил использовать для этой цели давних врагов греков — персов. Он завел дружбу с сатрапом Лидии Тиссаферном и стал вести переговоры с влиятельными людьми в войске, которое стояло у Самоса (союзники афинян), напоминая о себе главарям афинской олигархической партии и давая им понять, что он готов вернуться на родину, предоставляя им дружбу с Тиссаферном, и готов вместе с ними управлять государством на основе олигархии, а не охлократии, которая его изгнала. Это антидемократическое брожение и началось в войске под Самосом. В то время как другим этот план казался легко выполнимым, у Фриниха (который был тогда стратегом) этот план не вызвал сочувствия. Фриних обличал Алкивиада, что ему важно лишь вернуться на родину и получить власть, и потому не одобрял этого плана. Однако предложение Алкивиада было все же принято заговорщиками. Теперь Фриних, опасаясь, как бы Алкивиад, возвратившись, не стал мстить ему как своему противнику, прибегнул к описанной уловке (см.: Thuc, VIII, 50-51).

525

Лахар — фиванец, захвативший власть над Афинами. Его появление на политической арене приходится на первые годы III в. до н. э., когда Афины пытались встать на ноги после битвы при Ипсе (301 г. до н. э.). Тогда Лахар был вождем демократии, и Кассандр пытался привести его к власти в качестве своего ставленника. Установление тирании удалось, однако, лишь после смерти Кассандра — в 296/5 г. до н. э., в месяце гамелеоне. См.: Kahrstedt U. Lachares. 1 //RE. Hbbd. 23 (1924). Sp. 332; Берве Г. Тираны Греции. С. 475-478.

526

То есть Деметрием Полиоркетом; см.: прим. 173 к книге IV, 7. Вскоре после установления тирании Лахара его атаковал Деметрий Полиоркет, Афины были осаждены и пали весной 294 г. до н. э. (ср.: Plut. Dem., 33; Polyaen., IV, 7, 5; Paus., I, 25, 7). После этого Лахар, вероятно, имел жизнь, полную приключений (ср.: Polyaen., III, 7, 2; 3; IV, 7, 2).

527

Дарик, или дариев статер, — персидская золотая монета, первоначально чеканившаяся с изображением Дария, сына Гитаспа, и приравнивавшаяся к 20 аттическим драхмам серебром.

528

Тарентинские всадники — род легкой конницы, появившийся у эллинистических правителей в конце IV в. до н. э. Первоначально это были наемники из Тарента — дорийского города в Южной Италии. См.: Asclep. Tact., 1, 3; Ael. Tact., 2, 13; Arr. Tact., 4, 6; Martin A. Les cavaliers athéniens. Paris, 1886. P. 419-421.

529

Беотия — наряду с соседней Аттикой наиболее значительная область Средней Греции: славилась развитым сельским хозяйством. Ведущую роль играли Фивы, которые после победы над спартанцами в 371 г. до н. э. при Левктрах временно распространили свое влияние на всю Грецию.

530

См.: прим. 43.

531

Фивы были также захвачены Деметрием Полиоркетом (см.: прим. 173 к книге IV, 7) в 292 г. до н. э.

532

Лисимах — уроженец города Пеллы в Фессалии, полководец Александра Македонского, погиб в сражении с Селевком в 281 г. до н. э. Использовал ли как-то Лисимах Лахара, неизвестно. См.: Polyaen., IV, 12 и прим. 224.

533

Сест — город на геллеспонтском побережье Херсонеса Фракийского.

534

Лисимахия — название двух городов, основанных Лисимахом: в Херсонесе Фракийском и в южной Этолии; здесь очевидно, имеется в виду первый. После гибели Лисимаха под Курупедионом (281 г. до н. э.) Селевк (см.: прим. 204 к Polyaen., IV, 9) перешел Геллеспонт, и Лахар был вынужден вновь бежать. Немного позже, в 279 г. до н. э., он появился в Кассандрии. Последнее, что о нем известно, что он был оттуда выдворен по приказу будущего тирана этого города Аполлодора.

535

Архин — тиран Аргоса, возможно, во время Хремонидовой войны 266-263 гг. до н. э. См.: Kirchner J. Archinos. 3 // RE. Bd. II (1896). Sp. 541. По мнению Г. Берве, Архин правил в VI в. до н. э. (Берве Г. Тираны Греции. С. 49).

536

Аргивяне — жители Арголиды, области в северо-восточном Пелопоннесе. См.: Polyaen., II, 12 и прим. 132.

537

Эпимелет — попечитель, руководитель, ответственное лицо.

538

Метеки — чужеземцы, лично свободные, но не имеющие гражданских прав в полисе.

539

Ификрат, сын Тимофея (Paus., IX, 14, 6) — афинский полководец первой половины IV в. до н. э. О ранних годах его жизни ничего не известно. Как сообщает Плутарх: «Ификрат слыл сыном сапожника, и все его презирали». «Гармодий, потомок древнего Гармодия, попрекал его безродностью. Ификрат ответил: «Мой род на мне начинается, твой на тебе кончается» (Plut. Apophth. reg. et. imp. 44, 5;  пер.M. Л. Гаспарова). И хотя свой первый подвиг, прославивший его, он совершил, захватив в плен и унеся на свою триеру вражеского воина (Plut. Apophth. Reg. Et imp., 44, 1), громкого имени он добился в 90х гг. IV в. до н. э. под Коринфом (см.: Polyaen., III, 9, 10; 43; 45; 49). И, как замечает H. Н. Тру–хина, поскольку Ификрат должен был стать командиром наемников под Коринфом в возрасте не моложе 30 лет, то можно предполагать, что его рождение относится к 20м гг. V в. до н. э. (см.: Корнелий Непот. О знаменитых иноземных полководцах / Пер. и комм. H. Н. Трухиной. М., 1992. С. 48). В 390 г. до н. э. Ификрат отличился в своем знаменитейшем бою, когда под Коринфом разбил спартанскую мору (состоявшую из 600 гоплитов). Мора выступила из захваченной к тому времени спартанцами гавани Коринфа Лехея (которой попеременно овладевала то одна, то другая армия), чтобы сопроводить в походе домой ополчение лаконского города Амиклы. И в этот момент по ней ударил из Коринфа Ификрат; погибла треть моры (Xen. Hell., IV, 5, 11-18; Nep., 11, 2). Ификрат прославился «как мастер военного дела. По своим достоинствам командира он занимал одно из первых мест среди современников и не уступал в славе никому из предшественников… Никогда не допускал он ошибки, ведущей к поражению, замыслы его всегда увенчивались победой, и был он настолько изобретателен, что ввел в военное дело много и улучшений, и новшеств» (Nep., 11, 1;  пер.H. Н. Трухиной). Одно из введенных им новшеств — реформа войска, предпринятая им в ходе боев под Коринфом. Как пишет Непот: «Именно он изменил оружие пехотинцев: до него солдаты употребляли очень большие щиты, небольшие копья и короткие мечи, он же, напротив, ввел вместо пармы пельту (по ней впоследствии пехотинцев стали называть пельтастами, которых ранее называли гоплитами), облегчив воинов в походах и сражениях, увеличил вдвое размер копья и удлинил мечи; а еще он ввел новые панцири и вместо плетеных и медных дал льняные. После той перемены солдаты стали боеспособнее, поскольку, сняв с них лишний груз, он дал им не менее надежное и легкое снаряжение» (Nep., 11, 1;  пер.H. Н. Трухиной с изменениями А. К. Нефёдкина). Эти воины использовались то в фаланге, как гоплиты, то в рассыпном строю, как легковооруженные. С течением времени, благодаря реформе Ификрата, пельтасты потеснили и гоплитов, и легковооруженных (Diod., XV, 44). В том же 390 г. до н. э. Ификрат, поссорившись с вождями коринфских демократов, покидает театр военных действий; на смену ему приходит молодой полководец Хабрий (см.:  гл.11). Сразу после Коринфа Ификрат должен был быть на службе у фракийского царя Котиса (см.: Polyaen., III, 9, 41; 46; 50; 60; 62; ср.: Front. Strat., I, 5, 24; I, 6, 3; II, 12, 4; Is., II, 6). В 374/3 г. до н. э. он выступает на стороне персидского царя Артаксеркса вместе с Фарнабазом против Египта (Polyaen., III, 9, 38). В 373 г. до н. э. после процесса над Тимофеем (см.: прим. 160) занимает его место и отправляется на Керкиру (Polyaen., III, 9, 30; 39; 48; 55). В качестве стратега 370/69 г. до н. э. поддерживает Спарту в ее столкновении с фиванцами (Polyaen., III, 9, 20; 28; 37). В 368 г. до н. э., ведя эскадру на осаду Амфиполя, вмешивается во внутримакедонские дела, когда царица Эвридика с ее двумя сыновьями Пердиккой и Филиппом (будущим отцом Александра Великого) обращается к нему за помощью в устранении претендента на престол — родственника царского дома Павсания (Nep., 11,3; Aisch., II, 27). В 365 г. до н. э., замещенный Тимофеем (см.: прим. 193 к главе III, 10, 8), отправляется назад во Фракию и сражается с Котисом против Афин, уклоняясь от прямых столкновений. Однако порывает с фракийцами, возвращается в Афины, примиряется с Тимофеем и в 357/6 г. до н. э. становится стратегом Афин в Союзнической войне (357-355 гг. до н. э.). В 356 г. до н. э. не отваживается на сражение у Эмбата и обвиняется в предательстве Харетом и Аристофонтом (см.: Polyaen., III, 9, 29). Ификрат выигрывает этот процесс 354 г. до н. э. (Polyaen., III, 9, 15; 29), но вскоре после него умирает. Подробнее см.: Kahrstedt U. Iphikrates. 1 // RE Bd. IX. Hbbd. 18 (1916). Sp. 2019-2021.

540

Ср.: стратегемы Тимофея (III, 10, 3) и Хабрия (III, 11, 8).

541

То есть сражаться с отчаяньем из-за безвыходности ситуации. Ср.: III, 9, 14.

542

То есть метательных снарядов: дротик, стрела, копье, камень и т. д., следовательно, на близком расстоянии, менее 100 м.

543

Агора — площадь для проведения собраний, игравшая в греческих городах роль центра городской общественной жизни; по краям площади обычно размещались общественные и культовые здания, а также торговые лавки.

544

Фракия — страна на севере Балканского полуострова (современная Болгария); традиционно считалась страной дикой (ср.: Just., XV, 5, 15), находящейся вне сферы греческой культуры. Об Ификрате во Фракии см.: прим. 168.

545

… όνον так предлагает читать И. Мельбер; есть и другие чтения: νόμον (закон, установлениеCodex Florentius), ίππον (коня — Aen. Tact., 27). Более состоятельные воины в походах пользовались ослами, на которых перевозили свое оружие; если воин бросал осла, то таким образом бросал и свое оружие.

546

Талант — самая крупная единица массы и денежно–счетная единица в Греции. В Аттике талант равнялся 26,2 кг; 1 талант = 60 мин = 6000 драхм.

547

См.: прим. 70

548

Ср.: Xen. Anab., II, 2, 20.

549

Вероятно, враги занимали теснину в гористой местности, препятствуя проходу Ификрата. Ср.: Polyeaen., III, 9, 6; 42.

550

Ср.: Polyaen., III, 9, 5; 42.

551

Здесь именно гадатели по внутренностям животных; см.: прим. 68.

552

Пеан — песня, появившаяся еще в долитературный период, исполняемая хором в сопровождении кифары. Название ее происходит от прозвища бога Аполлона Пеана («помощника в беде»), которому изначально посвящались эти пения. Позже появились пеаны, обращенные к другим богам и даже к людям. Пеаны пелись в качестве искупления, в битве, при праздновании победы, а также на праздниках частного характера. «Спеть пеан», значит «обратиться к богу за помощью». Также см.: прим. 109 к книге I, 18.

553

То есть приготовиться к бою и направить копья на врага. Обычно гоплиты держали копье верхним хватом в поднятой и согнутой в локте правой руке, при этом старались попасть копьем в горло врага, то есть в незащищенное, находящееся между шлемом и щитом, место.

554

Гадание по внутренностям животных (или гиероскопия: от греческого ίερά — жертва, σκοπέω — «наблюдаю») — одно из разновидностей специальных жертвоприношений у греков. В жертву приносилось какое–либо животное (со всеми соответствующими этому мероприятию условностями), при этом главное внимание обращалось на исследование его внутренностей с целью вывести из тех или других признаков предсказание относительно исхода задуманного предприятия (например, поврежденные органы указывали на то, что жертва не благоприятствует начинанию); искусство гиероскопии было очень сложным, содержавшим массу нюансов, тонкости которого были известны только людям, специально им занимавшимся. Этот род гаданий был весьма распространен у греков (и у римлян), особенно во время войны. Вместе с эпохой античности он утратил свою популярность, однако след таких традиций до сих пор можно встретить у крестьян Баварии; когда они режут свинью, то обязательно обращают внимание на селезенку: перевернутая селезенка предвещает и другую крутую перемену в семье — смерть родственника. Одним из вариантов гадания по внутренностям — гадание по костям, след этой традиции сохранился в современной английской идиоматике, в выражении «читать по лопаточной кости» (то есть «предсказывать»).

555

О структуре афинского войска см.: прим. 106.

556

Πανικόν — букв.: «принадлежащий Пану», то есть «панический, панический страх, тревога», поскольку внезапный страх приписывали действию бога Пана — бога–защитника пастухов и мелкого рогатого скота, лесного демона. Пан считался сыном Гермеса, происходящим из Аркадии; изображался в виде получеловека с ногами козла, часто с козлиной бородой и рогами. Его опасались в тишине полуденного зноя или во время полуденного сна. Панический ужас Пан, по традиции, наслал, например, на персов перед битвой при Марафоне в 490 г. до н. э. См.: прим. 39 к книге I, 2.

557

Хилиархия — должность хилиарха (см.: прим. 106).

558

Таксиархия — должность таксиарха (см.: прим. 106).

559

Это событие — организация наемного войска против лакедемонян — может принадлежать началу командования Ификрата под Коринфом (см.: прим. 141).

560

Ср.: Leo Tact., XX, 167.

561

Ср.: Polyaen., III, 9, 2.

562

Дикасты — судьи; о значении термина см.: прим. 103.

563

О знаменитом судебном процессе над Ификратом 354 г. до н. э. см.: прим. 100. Ср.: Polyaen., III, 9, 29.

564

Κηδετής — может быть, тесть, но может быть, и какой–либо другой родственник мужского пола: зять, шурин, отчим. Тестем Ификрата был фракийский правитель Котис (см.: прим. 168), на дочери которого Ификрат женился во время многолетней службы у этого царя в 80 — начале 70х гг. IV в. до н. э. В конце 60х гг. он помогал тестю воевать против Афин. Солдатский характер Ификрата весьма подходил к нравам фракийского племени. На знаменитом судебном процессе 356 г. до н. э. (см.: Polyaen., III, 9, 15; 29) Ификрата окружала свита, вероятно, из фракийцев. От дочери Котиса у Ификрата был сын Менесфей, и, как передает Непот, когда этого Менесфея «однажды спросили, кого он больше почитает, мать или отца, тот ответил: мать». В ответ на возникшее удивление он ответил: «…Я сужу по заслугам; ведь отец, насколько это от него зависело, родил меня фракийцем, а мать, напротив, — афинянином» (Nep., И, 3;  пер.H. Н. Трухиной).

565

О такой стратегии Ификрата рассказывает и Плутарх (Apophth. reg. et imp., 44, 2): «Располагаясь станом в земле союзной и дружеской, он заботливо окружал его и рвом и тыном. А на вопрос: «Чего ты боишься?» он ответил: «Нет хуже, чем когда полководец говорит: «Этого я не ожидал!» (пер. М. Л. Гаспарова).

566

См.: прим. 57.

567

Вероятно, события относятся к тому времени, когда Ификрат, будучи стратегом 370/69 г. до н. э., пришел на помощь спартанцам в их борьбе с фиванским полководцем Эпаминондом (см.: прим. 95 к стратегеме III, 9, 28).

568

Лохаги и таксиархи — см.: прим. 106.

569

Гермес — сын Зевса и Майи, родившийся в пещере; посланец богов, исполняющий их волю; покровитель красноречия — поэтому ему предназначались языки жертвенных животных; покровитель гимнастических состязаний молодежи, торговли, а следовательно, хитрости, ловкости и богатства; также покровитель обмана и воровства, утренних и вечерних сумерек, путешествий, дорог и перекрестков; изобретатель лиры и сиринги, алфавита и цифр, мер и весов, астрономии и музыки; он приносит людям ниспосылаемые Зевсом сновидения и уводит в царство теней души усопших; с ним отождествляли впоследствии римского Меркурия. Таким образом, этот пароль мог отражать хитрую выдумку Ификрата.

570

Митилена — главный город острова Лесбос, на его юго-восточном побережье; родина тирана–мудреца Питтака (см.: Polyaen., I, 25 и прим. 143), Алкея и Сапфо.

571

Хиос — остров у берегов Ионии с главным городом того же названия, с которым Ификрат воевал. См.: прим. 168.

572

Симмахия, или боевой союз, — союзнический договор между греческими полисами, заключавшийся либо только в целях обороны (эпимахия), либо также и для нападения. Эти договоры предполагали, что союзники обязуются иметь одних и тех же врагов и друзей. Часто симмахии заключались при гегемонии какого–либо полиса (как Афинский морской союз, Пелопоннесский союз).

573

Сикион — город в северо-восточной части Пелопоннеса, главный город Сикионии. Во время Коринфской войны (395-387 гг. до н. э.) — место сосредоточения спартанских сил.

574

Гармост — спартанский правитель в городах и на островах, находившихся под гегемонией Лакедемона. См.: Polyaen., II, 18 и прим. 151.

575

Событие 391 г. до н. э.

576

Ср.: передаваемое Плутархом: «Строясь против варваров он (Ификрат — Л. Б.) сказал, что опасается, вдруг им незнакомо имя Ификрата, которого так боятся все остальные враги» (Plut. Apophth. reg. et imp., 44, 3;  пер.M. Л. Гаспарова).

577

Вероятно, это события времени пребывания Ификрата на службе у персидского царя Артаксеркса в его походе на Египет в 374/3 гг. до н. э. (см.: прим. 124 к стратегеме Полиэна III, 9, 38).

578

В качестве сигнала использовалась обычно пельта (легкий щит), поднятая на копье, или шлем, некое полотнище и т.  д.Объяснение системы сигналов см. у Онасандра в «Обязанностях стратега»: Onas., 26. Ср.: Polyaen., I, 45, 2.

579

Коринф — главный центр области, занимавшей большую часть Коринфского перешейка и прилегающую часть Пелопоннеса. Во время Коринфской войны (394-387 гг. до н. э.) — место сосредоточения афинских союзнических сил.

580

Битва при Левктрах — 371 г. до н. э. — принадлежит времени наступления фиванского полководца и государственного деятеля Эпами–монда на Спарту. В этой битве победу одержал Эпаминонд. См.: Polyaen., II, 1, 13 и прим. 30.

581

В качестве стратега 370/69 г. до н. э. Ификрат стоит на стороне Спарты во время наступления на Спарту фиванского полководца Эпаминонда. Правда, афиняне выступили в поход, когда фиванские союзники начали уже покидать Лаконику. Роль афинян сводилась к тому, чтобы отрезать Эпаминонду дорогу домой через Истм, но Ификрат не справился с этой задачей; заняв второстепенный путь, он оставил открытым лучший проход близ Кинхрей и упустил фиванцев без боя (ср.: Xen. Hell., VI, 5, 44 sq.; Diod., XV, 63, 2; Nep., 11,2; Paus., IX, 14, 6).

582

Προδοσίας δίκην έφευγεν: все судебные дела по форме процесса разделялись у греков на два рода: γραφή и δίκη. Γραφή назывался такой процесс, где было затронуто государство: непосредственно или в лице отдельного его члена; δίκη называлось судебное дело, возникавшее вследствие нарушения чьих–либо частных интересов. Интересно, что, вопреки ожиданию, процесс Ификрата по обвинению в предательстве назван δίκη. Однако понятия о процессе государственном и частном не были строго разграничены и во многих случаях от истца зависело начать тот или другой род процесса.

583

Аристофонт — выдающийся афинский политический деятель, будущий противник Филиппа Македонского; умер в 30х гг. IV в. до и. э.

584

О Харесе см.:  гл.13 настоящей книги.

585

Эмбат — пролив между городом Эрифры в Малой Азии и островом Хиос.

586

В 356 г. до н. э. у берегов Хиоса Харет в бурю затеял битву. Ификрат (а вместе с ним и Тимофей) отказались принять участие в этом бою, за что и подверглись обвинению афинского демоса. Ификрат оправдался, как утверждает традиция (в том числе и Полиэн), не без помощи своих ветеранов; Тимофей же был приговорен к штрафу и удалился в изгнание см.: прим. 173). Вскоре после этого суда, увенчавшего славную жизнь, Ификрат умер. Ср.: Schaefer A. Demosthenes una seine Zeit. Bd. I. 2. Aufl. Leipzig, 1885-1886. S. 149 f., Anm. 1.

587

Έταιρία — общество, товарищество, содружество; гетериями назывались также политические организации и союзы (часто тайные).

588

Дикастерий — здание суда. См. также прим. 103.

589

Главным судебным учреждением в Афинах в классический период была гелиея — суд присяжных, которые назывались гелиасты, или дикасты. В V в. до н. э., в эпоху наибольшего политического расцвета Афин, когда приходилось разбирать массу не только афинских, но и союзнических дел, гелиея состояла из 6000 человек. Позднее (уже в эпоху Аристотеля) число гелиастов было, вероятно, меньше. Весь состав суда делился на 10 палат (дикастерий), каждая из которых рассматривала самостоятельные дела; при разборе особо важных дел 2-3 палаты могли объединяться. Дикасты избирались ежегодно по жребию из граждан не моложе 30 лет. Избираться на эту должность можно было несколько раз, что вело к накоплению опыта ведения судебных дел, повышало профессионализм и компетентность гелиастов. Перед вступлением в должность дикасты давали клятву судить по законам и постановлениям народа и совета, выслушивать одинаково обвинителя и обвиняемого. Афинский суд был состязательным с привлечением свидетелей и документальных доказательств. Обе стороны в своих речах прибегали ко всем средствам, чтобы привлечь на свою сторону судей, не щадили друг друга; приводили на суд стариков–родителей, жен и детей, которые пытались воздействовать мольбами и рыданиями, и т.  д.По окончании судоговорения происходила закрытая подача голосов дикастами, без предварительного совещания их между собой, посредством разных камешков (белых или цельных — для оправдания, черных или просверленных — для обвинения), которые опускались, соответственно, в обвинительный или оправдательный сосуд. При равенстве голосов подсудимый оправдывался; если же обвинитель не получал на свою сторону даже пятой части голосов (как это и случилось, по словам Полиэна, в деле с Ификратом), то в государственных процессах обвинитель платил штраф в 1000 драхм и терял право подавать подобные жалобы в будущем, в частных же делах в таких случаях истец платил ответчику штраф — эпобелию.

590

Эта стратегема принадлежит, вероятно, времени финансовой подготовки похода Ификрата на Керкиру (см.: прим. 160 к стратегеме Полиэна III, 9, 55) — 373/2 г. до н. э. Ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 5.

591

Вероятно, имеются в виду отдельные отряды, состоявшие из наемников какой–либо страны. Так, скажем, фракийцы использовались как пельтасты; также были отряды иллирийцев и т. п. Возможно также, что речь идет о союзном коалиционном войске, состоявшем из жителей разных областей.

592

В подчинении Ификрата находились самые разнообразные рода войск, которыми он умело командовал. «Один оратор, — сообщает Плутарх, — вопрошал его в собрании: «Чем ты хвалишься? Кто ты? конник, гоплит, лучник, пельтаст?» — «Отнюдь, — ответил Ификрат, — но умею ими всеми распоряжаться» (Plut. Apophth. reg. et imp., 44, 6;  пер.M. Л. Гаспарова с изменением). (абзац) Структура афинского войска этого времени представляла собой следующее. Главную силу сухопутного войска составляла пехота, численностью и количеством подразделений превосходившая конницу. Она делилась на тяжелую (гоплиты, к раннему оборонительному вооружению которых принадлежали шлем, панцирь, поножи, большой круглый щит, а к наступательному — длинное копье и меч) и легкую (метатели без доспехов); среднее между ними положение занимали пельтасты (с короткими копьями или дротиками, мечами и легкими щитами (πέλτη — пельта: от малоупотребительного πέλλα — «кожа», поскольку щиты делались из кожи и имели полукруглую форму; отсюда само название «пельтаст»). Устройством и усовершенствованием этого рода пехоты афиняне обязаны как раз реформе Ификрата, который перенял этот род войск у фракийцев. Со времен Клисфена (508-500 гг. до н. э.) к войску было применено введенное им деление граждан на 10 фил, в соответствии с которым пехота (и конница) делилась на 10 отрядов (τάξεις или φυλαί), во главе которых стояли таксиархи. Каждый отряд делился на лохи (с лохагами во главе); те, в стою очередь, подразделялись на тысячи (во главе с тысячником, или хилиархом), пятисотенные отряды (во главе с пентакосиархом), сотни (во главе с гекатонтархами, сотниками), десятки и пятерки. Назначение низших командиров осуществлялось самими стратегами. Таксиархи в ополчении избирались голосованием путем поднятия рук; в наемническом войске (как видим в случае с Ификратом) должны были быть уже должностью назначаемой.

593

Έν… ταϊς έορταϊς καί πανηγύρεσιν. В греческом календаре было довольно много дней, посвященных тому или иному божеству — праздничных дней, которые и назывались έορταί. В историческое время количество праздников было значительно; не все они совершались одинаково торжественно, однако многие из них сопровождались состязаниями, играми, забавами. В связи с этим слово έορταί стало употребляться также для обозначения забав вообще. Панегирей (πανήγυρις) — всенародное празднество, большое собрание народа. Речи на таком, как правило, торжественном, праздничном собрании назывались панегириками; и поскольку эти речи носили, в большинстве своем, хвалебный и поощрительный характер, с римского времени слово «панегирик» стало употребляться как название хвалебных речей и стихов.

594

О тренировке Ификратом своего войска рассказывает также Непот: «Под Коринфом он командовал войском с великой строгостью, так что никогда еще в Греции не было более умелой и более послушной приказам вождя армии, и приучил солдат к тому, что после сигнала полководца «к бою», они, независимо от командира, строились в таком порядке, как будто каждого ставил на место опытнейший военачальник» (Nep., 11, 2;  пер.Н. Н. Трухиной).

595

Священная гора — гора на Херсонесе Фракийском.

596

389/8 г. до н. э. См.: прим. 168. Эта же стратегема приводится Фронтином (I, 4, 7) с некоторыми подробностями. Так, Фронтин сообщает, что это было столкновение с лакедемонянами под предводительством Анаксибия на Геллеспонте возле Абидоса. Ночь, по словам Фронтина, была выбрана не безветренная (как у Полиэна: άνηνεμία), а холодная, дабы не внушить подозрений.

597

Как правило, греки зимой не воевали.

598

Ταφρεύειν: копать ров, окружать рвом, окопами, валом.

599

Μετασκευάζειν: перевооружать, переделывать.

600

Делос (совр. Дилос) — небольшой остров в Эгейском море в центре Кикладского архипелага. Наряду с Дельфами был известен благодаря культу Аполлона; являлся ранним центром греческой островной амфиктионии (см.: прим. 33). После освобождения от персидского господства в 478-477 гг. до н. э. стал финансовым центром первого Афинского морского союза. Господство афинян здесь длилось до 314 г. до н. э., после чего Делос попал под македонское влияние.

601

По предположению У. Карштедта, это событие должно было непосредственно предшествовать отправлению Ификрата на помощь спартанцам, когда он был стратегом 370/69 г. до н. э. (см.: прим. 95 к стратегеме Полиэна III, 9, 28; Kahrstedt U. Iphikrates. 1 // RE. Bd. IX. Hbbd. 18 (1916). Sp. 2021).

602

См.: Polyaen., III, 4, 1.

603

Аргивяне — жители Аргоса (см.: прим. 50). На протяжении многих столетий Аргос являлся основным противником Спарты.

604

Аркадия — горная область в центральной части Пелопоннеса. Ок. 550 г. до н. э. Аркадия попала под спартанскую гегемонию. После поражения при Левктре в 371 г. до н. э. был образован союз городов, в который вошли, помимо прочих, Мегалополь, Мантинея, Тегея и Орхомен. С 250 г. до н. э. аркадские города принадлежали Ахейскому союзу. С 146 г. до н. э. Аркадия попала под римское господство.

605

Φυγάς: беглец, перебежчик, изменник.

606

Вероятно, события относятся ко времени, когда Ификрат в качестве стратега 370/69 г. до н. э. пришел на помощь спартанцам в их борьбе с фиванцами (см.: прим. 95 к стратегеме Полиэна III, 9, 28). Таким образом, вероятно, Ификрат хотел заручиться союзнической поддержкой аргивян.

607

Фарнабаз — персидский сатрап в Малой Азии. Несмотря на непродолжительный контакт с афиняном Алкивиадом, он поддерживал спартанцев. В 395 г. до н. э. как главнокомандующий персидским войском в Малой Азии доверил афинскому изгнаннику Конону командование своим флотом. См.: Polyaen., VII, 19 и прим. 86.

608

Лакуну заполняет К. Л. Рот по тексту «Тактики» императора Льва VI (XX, 196): «веревками привязав».

609

Κεφαλίδς — веревки, ср.: Leo Tact., XX, 160. См.: TLG, s. v. κεφαλίς.

610

«Когда Артаксеркс решил воевать с египетским царем, — передает Непот, — то попросил у афинян в полководцы Ификрата, дабы поставить его во главе наемного войска численностью в 12 тыс. бойцов» (Nep., 11, 2;  пер.H. Н. Трухиной). В этот поход Ификрат отправился с Фарнабазом в 374 г. до н. э. При этом персидское войско столкнулось с мощными укреплениями, возведенными Хабрием.

611

Эпидавр — город в Арголиде (см.: прим. 50) — главный центр культа Асклепия.

612

Направляясь на Керкиру в 372 г. до н. э. (см.: прим. 160), Ификрат по пути оказывается у Эпидавра, где имеет успех (ср. также: Polyaen., III, 9, 48); натренировав свое войско (Xen. Hell., VI, 2, 27 sq.), огибает по морю Пелопоннес, покорив по дороге Кефалению, и оказывается на Керкире.

613

Ясон — тиран Фер. Будучи тагом (верховным вождем) Фессалийского союза, к 372 г. до н. э. объединил под своей властью всю Фессалию, и это по существу монархическое государство стало играть важную роль в политической жизни Греции. Видимо, Ясон планировал поход против персов, но в 370 г. до н. э. он был убит в результате заговора аристократов. С этого времени в Фессалии утвердилась власть аристократии. О нем см.: Polyaen., VI, 1 и примечания 7-17.

614

Фессалия — самая обширная страна на северо-востоке Греции, плодородная равнина, окруженная со всех сторон горами, в древности через нее проходили пути проникавших в Грецию различных племен, отсюда частое упоминание Фессалии в легендах и мифах. Фессалия в общем поддерживала добрые отношения с Афинами. Вследствие разногласий в фессалийских полисах в период с 369 по 358 гг. до н. э. власть над областью захватил Александр, тиран Фер, а с 352 г. до н. э. Фессалия находилась под протекторатом Македонии. После битвы при Киноскефалах (197 г. до н. э.) она попала под власть Рима, а с 27 г. до н. э. входила в состав провинции Ахайя. См.: Polyaen., I, 12 и прим. 83-85.

615

Букв.: «совершить жертвенные возлияния», что было обычно при заключении мира.

616

Видимо, сняли защитное вооружение и плащи.

617

Об этом же событии (390-388 гг. до н. э.; см.: прим. 168) рассказывает Фронтин (Front. Strat., I, 5, 24; II, 12, 4), приводя, правда, несколько иное содержание этой стратегемы. Ификрат был вынужден прибегать к хитрости из-за неравноценного стратегического положения двух войск: неприятель занимал возвышение, он же — низину. Тогда Ификрат (не поджигая лес, как это сказано у Полиэна) разжег в лагере множество огней (создавая, вероятно, видимость присутствия), а сам с большей частью войска вышел оттуда, дал неприятелю пройти в лагерь и оказался таким образом в более выгодной позиции, как бы поменявшись местами с врагом, что и позволило ему не только перебить их тыл, то и захватить лагерь. См. также: Polyaen., III, 9, 46; 50.

618

Ср.: Polyaen., III, 9, 5; 6.

619

Ксенофонт сообщает, что из страха перед лакедемонянами жители Коринфа призвали к себе в город Ификрата с большей частью его пельтастов. По словам того же Ксенофонта, это произошло в тот год, когда справлялись Истмийские игры (Xen. Hell., IV, 5, 1-3), то есть, вероятно, в 390 г. до н. э. См. также: прим. 141.

620

Абидос — греческий город в Троаде на Геллеспонте, напротив  г. Сеста.

621

Херсонес Фракийский — ныне полуостров Галлиполи.

622

Анаксибий — командующий спартанским флотом, павший в бою против Ификрата в 388 г. до н. э.

623

Здесь прослеживается структура греческого полиса, который, кроме самого городского поселения — собственно города, или полиса (πόλις), включал и сельскую окраину — хору (χώρα), или землю.

624

Άγρός — поле, деревня (в противоположность городу πόλις).

625

Вероятно, этот эпизод — параллельное место со стратегемой Фронтина (II, 5, 42), описывающий события 389-388 гг. до н. э.; ср.: Xen. Hell., IV, 8, 37 sq. Фронтин сообщает о столкновении Ификрата с лакедемонянами под предводительством Анаксибия, которых тот вел пешим порядком. Ификрат высадил с кораблей сильный отряд, оставив его в засаде, сами же корабли продолжали плыть по воде на виду, создавая впечатление, что на них находится все войско. Эта хитрость позволила Ификрату застать войско неприятеля врасплох, напав на них с тыла. Поэтому тому же событию должна принадлежать и стратегема Полиэна III, 9, 33 и Фронтина I, 4, 7. Датировка этого события временем командования Ификрата в районе Геллеспонта невозможна вследствие упоминания имени Анаксибия, погибшего в 388 г. до н. э. И. Мельбер относит это событие к 372 г. до н. э.

626

Несмотря на то, что Коринф состоял в антиспартанской коалиции, далеко не все граждане Коринфа имели антиспартанские настроения. Весьма сильной была и проспартанская партия. О довольно жестком противостоянии этих партий красноречиво рассказывает Ксенофонт, упоминая и случай добровольного принятия проспартанской партией Коринфа отряда лакедемонян, правда не внутрь городских стен, но внутрь стен, тянущихся к Лехейской гавани (Xen. Hell., IV, 4, 1 sqq.; 393 г. до н. э.).

627

Речь идет о событиях так называемой Коринфской войны — войны Спарты и ее союзников с появившимся к тому времени антиспартанским блоком греческих городов, зачинщиками которого выступили Афины и Фивы, к ним присоединился Коринф и заклятый враг спарты Аргос (позднее к этому союзу примкнула вся Эвбея, левкадийцы, акарнанцы, амбракийцы и жители фракийской Халкидики) (см.: Diod., XIV, 82; ср.: Xen. Hell., IV, 2, 17). Так, в 394 г. до н. э. сложилась антиспартанская коринфская лига с общесоюзным советом, заседавшим в Коринфе под охраной союзнических войск. Спартанцы же сосредоточили свои силы у соседнего Сикиона, и в Северном Пелопоннесе началась серия малых боев, получивших название Коринфской войны (394-387 гг. до н. э.). Обе стороны разоряли вражеские области, захватывали второстепенные города и крепости. В этой войне афинское войско играло едва ли не главную роль. Афинский гарнизон в Коринфе, состоявший из наемных воинов, возглавлял Ификрат.

628

Ок. 550 м.

629

Ср.: Polyaen., III, 9, 41; 50.

630

См.: прим. 125.

631

Фрурарх — начальник гарнизона.

632

Κούφοι — по-видимому, речь идет о гоплитах, имеющих более легкое вооружение и представляющих более молодые призывные возраста (ср.: Arr. An., V, 21, 2; VI, 17, 6; 18, 5).

633

События 372 г. до н. э. (ср.: Polyaen., III, 9, 39 с прим. 126). Ср.: Excerpta Polyaeni, 19, 2.

634

Флиунт — область на северо-востоке Пелопоннеса с главным одноименным городом.

635

События 393/2 гг. до н. э. (Коринфская война — см.: прим. 141). О нападении Ификрата на Флиунтскую область Ксенофонт рассказывает следующее: «…Ификрат вторгся в Флиунтскую область и засел со всем своим войском в засаду, выслав небольшой отряд грабить страну. Когда горожане вышли на помощь сельчанам, ничего не подозревая, он напал на них из засады и перебил огромное число их, наведя на них такую панику, что они решили призвать к себе лакедемонян и поручили им охранять город и крепость, несмотря на то, что они прежде ни за что не хотели впустить лакедемонян в крепость» (Xen. Hell., IV, 4, 15;  пер.С. Я. Лурье; ср.: Diod., XIV, 91, 3).

636

Ср.: Polyaen., III, 9, 41; 46; 50.

637

Не случайно у Полиэна появляется упоминание о состязании. Состязательный, или агонический, дух — одна из характернейших черт греческой культуры; неудержимое стремление к любым состязаниям почти во всех сферах общественной жизни. См.: Андреев Ю. В. Цена свободы и гармонии. СПб., 1999. С. 168-198.

638

См.: прим. 92.

639

Это событие И. Мельбер относит к 393/2 гг. до н. э. Так или иначе событие это принадлежит войне со спартанцами — Коринфской войне 394-387 гг. до н. э. Ср.: Front. Strat., II, 1, 6 (который называет в качестве врагов собственно лакедемонян): «В один из дней он выслал для этих работ (сбор фуража и топлива — Л. Б.) одетых воинами рабов и маркитантов, а солдат оставил. Когда враги разошлись по тем же делам, он штурмовал их лагерь и легко перебил или захватил в плен прибежавших отовсюду на тревогу безоружных солдат с вязанками» (пер. А. Б. Рановича).

640

Аналогичная стратегема имеется у Фронтина (Strat., II, 1, 5). В частности, о затягивании боя он говорит: «…вывел войска и задержал неприятеля так, чтобы не дать ему возможности ни сразиться, ни отойти» (пер. А. Б. Рановича). Вероятно, смысл стратегемы состоит в том, что Ификрат не дал возможности войску неприятеля принять дневную пищу. В тексте употреблен термин τό άριστον — второй плотный завтрак, в отличие от первого (άκρατισός), более легкого и от ужина (δείπνον). Ср. англ. breakfast, lunch и dinner.

641

См.: прим. 148.

642

Фронтин (I, 6, 3) так передает это место: «Он приказал когортам разделиться и стать с обеих сторон, а остальным — подтянуться и пойти быстрее, и когда весь отряд проходил, он задерживал всех наиболее отборных воинов» (пер. А. Б. Рановича).

643

События 393/2 г. до н. э. Ср.: прим. 149. Подобную стратегему Ификрата упоминает и Фронтин (I, 6, 3), говоря, правда, что описываемые события произошли во Фракии.

644

Керкира (совр. о. Корфу) — остров Ионического моря, к северо-западу от материковой Греции, у побережья Эпира. Сначала был колонизован жителями Эретрии (о. Эвбея); в VII в. до н. э. его захватили коринфяне. Керкира была важным промежуточным пунктом в торговле греков Эгеиды с западным Средиземноморьем. Во время описываемых событий Керкира обладала вторым (после афинского) по мощности флотом.

645

У греков существовала хорошо разработанная система передачи информации при помощи сигнальных огней (πυρσοί, φρυκτοί, πυρσευταί, φρυκτωροί). Существует предположение, что эта система была перенята греками у персов, что ряду исследователей кажется, однако, сомнительным (см., например: Droysen H. Heerwesen und Kriegsführung der Griechen // Lehrbuch der griechischen Antiquitäten / Hrg. K. F. Hermann. Bd. II. Abt. 2. Freiburg, 1889. S. 263, Anm. 3). Древнейшее упоминание о сигнальных огнях — рассказ Геродота о битве при Артемисии (Hdt., VII, 183). Ко времени Пелопоннесской войны у греков сложились уже различия между огнями дружественными (своими) и враждебными (πυρσοί φίλοι, πυρσοί πολέμιοι). В первом случае факелы были просто подняты вверх; во втором случае — ими двигали взад и вперед (Schol. ad. Thuc, III, 22; ср.: Polyaen., II, 28, 2). В позднее время существовала сложная система передачи информации при помощи огней, разработанная у Энея Тактика и подробно описанная у Полибия (X, 43-47).

646

Событие 373/2 г. до н. э. Ификрат, проведший вдали от Афин значительное количество лет (Фракия, Египет), вернулся в Афины в самом конце афино–спартанской войны и занял ведущее место среди афинских стратегов. Осенью 373 г. до н. э. Ификрат (в союзе с лидером военной партии Каллистратом) привлекает к суду Тимофея — главного его соперника в славе, который в то время стоял во главе афинских сил на западе (см.: прим. 178). В результате процесса Тимофея смещают, а Ификрат занимает его место, он набирает нужное число моряков и отплывает на помощь Керкире, взяв с собою в качестве помощников Каллистрата и Хабрия (372 г. до н. э.). Однако керкиряне еще до его появления разбили спартанцев своими силами, и Ификрату не пришлось сражаться со спартанцами. Однако блестяще организованное войско стратега произвело впечатление на народы Ионийского моря, Ификрат упрочил приобретения Тимофея на западе. Походом Ификрата завершилась семилетняя война Афин и Спарты. В 371 г. до н. э. эти государства примирились. Ср.: Xen. Hell., VI, 2, 33 sq.; Diod., XV, 47.

647

Такое чтение в Codex Florentinus, в Codex Monacensis и Codices Darmariani предлагается Νάκή; в конъюнктуре П. Маасвика (1690 г.) — Θράκή; однако то же передает и Диодор (XV, 41).

648

Паноплия — полное вооружение гоплита: щит, шлем, броня, поножи, меч и копье. См. прим. 139 к Polyaen., I, 23, 2.

649

Γυμνούς не стоит понимать буквально «голых», но следует понять как «без доспехов», то есть их паноплии были забраны.

650

375/74 г. до н. э.

651

См.: прим. 85.

652

В 390/89 г. до н. э. Ификрат воевал с жителями о. Хиос (ср.: Polyaen., III, 9, 23). Описание этого события см. также у Фронтина (Strat., IV, 7, 23).

653

Этот эпизод, очевидно, освещает события службы Ификрата у персидского царя Артаксеркса в 374/3 г. до н. э. (см.: прим. 122).

654

С фракийским царством одрисов, сложившимся в середине V в. до н. э., афиняне издавна поддерживали дружеские отношения. Афинские полководцы (Алкивиад, Фрасибул) заключили союзы с царем одрисов Медоком (или Амадоком), а также Севтом, его воспитанником. Однако на рубеже 90-80 гг. IV в. до н. э. Севт выступил против своего воспитателя и, опираясь на греческих наемников, бывших ему друзьями, захватил власть. В 80х гг. IV в. до н. э. (после гибели Фрасибула) реставрация Афинского морского союза приостановилась. Пользуясь небольшими эскадрами, спартанцы опустошали побережье Аттики с Эгины и тревожили афинян на Геллеспонте из Абидоса (который находился на азиатской части пролива). Что касается Ификрата, то до Анталкидова мира (387 г. до н. э.) он командовал в районе проливов, на границе с Одрисским царством и успешно противостоял спартанцам в районе Геллеспонта, применяя тактику засад и стычек, освоенную им под Коринфом. Он остался там и после 387 г. до н. э., поступив на службу к Севту, а с 384 г. до н. э. — к Котису, его преемнику, правившему до 360 гг. до н. э.).

655

…βάλλοντες καί άκοντίζοντες.

656

События 387 г. до н. э. См.: прим. 168.

657

Триаконтера — тридцативесельный корабль, меньший по сравнению с триерой.

658

Финикия — страна, именуемая на местном наречии Канаан (Ханаан). Часть сирийского побережья у подножия гор Носсар, заселенная в древние времена финикийцами — одной из народностей семитской языковой группы. Финикия долгое время находилась под чужеземным владычеством: египтян, ассирийцев, вавилонян, персов, Александра Македонского, Птолемеев, Селевкидов и, наконец, римлян (с 63 г. до н. э.). События стратегемы относятся к походу Фарнабаза против Египта в 373 г. до н. э.

659

Тимофей — сын знаменитого Конона, победителя при Книде. Это была благородная и состоятельная семья; имена Конон и Тимофей чередовались в ней, переходя от отца к сыну. До нас дошли: посвятительный дар в храм от имени отца Конона — Тимофея старшего (IG, I, ed. min., 615), подножия статуй Конона и Тимофея, воздвигнутых в их честь (Syll, 2 ed., 85), надпись, в которой указывается, что сын Тимофея — Конон Младший — был триерархом (IG, II, 804). Тимофей родился около 411 г. до н. э., получил блестящее образование, в юности был учеником Исократа, посещал Академию Платона (Ael. Var. hist., И, 10, 18). Как наследник славы и крупного состояния отца (Демосфен называет Тимофея в числе самых состоятельных граждан Афин: Demosth., XXVII, 7; XXIX, 59) Тимофей пользовался огромным влиянием. Был одним из основателей второго Афинского морского союза и во главе его воевал против Спарты. После начала войны, вспыхнувшей между членами союза (Союзническая война 357-355 гг. до н. э.), в 356 г. до н. э., был несправедливо обвинен в том, что будто бы его подкупили союзники, и приговорен судом к штрафу в 100 талантов, которого не смог уплатить, а потому был вынужден покинуть Афины; умер в изгнании на о. Эвбея в 354 г. до н. э. В этой главе упомянуты важнейшие военные деяния Тимофея, пояснения к которым можно найти в комментарии. Хронологический порядок прокомментированных событий выглядит следующим образом: прим. 178, 194, 193. Подробнее см.: Klee К. Timotheos. 3 // RE. 2 R. Hbbd. 12 (1937). Sp. 1324-1329.

660

Έμπορος — купец, ведущий преимущественно заморскую и оптовую торговлю (в отличие от κάπηλος).

661

Вероятно, денежным знаком — своей монетой, то есть той, о которой речь идет в стратегеме III, 10, 14, а не каким-то знаком с печатью Тимофея, как то трактуют некоторые переводчики.

662

События 364 г. до н. э. Ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 24; Boeckh A. Die Staatshaushaltung der Athener. Berlin, 1886. S. 365, 692. О затруднительном денежном положении флота Тимофея говорит также Исократ (XV, 109) (правда, здесь речь идет о более ранних событиях — см.: прим. 178): «Отправив его вокруг Пелопоннеса, государство выделило ему только 13 талантов и дало флот из 50 триер; несмотря на это, он взял Керкиру — город, владеющий 80 триерами». Там же (XV, 120): «(Соучастники его похода) знают, что он уже с самого начала войны находится в крайней нужде, так как он ничего не взял у города». Это место показывает, что наемники, даже если речь шла о государственных интересах, содержались часто за счет военачальника. Ср. также: стратегемы III, 10, 9; 10; 11; 14, свидетельствующие о финансовых трудностях в войске Тимофея.

663

Чихание у греков и римлян, как и у многих народов, было одним из предзнаменований, наполненным своим смыслом, и различные его виды были даже систематизированы (см.: Reiss E. Omen // RE. 2R. Hbbd. 35 (1939). Sp. 350-378). Чихнувшему человеку желали счастья (у римлян — salutare). Известно, что император Тиберий настаивал на таком пожелании, даже когда находился в повозке (Plin. N. Н., XXVIII, 23). Чихание, услышанное с правой стороны, расценивалось как счастливое предзнаменование, с левой — дурное. Если чихнули во время еды, следовало унести блюдо (Plin. N. H., XXVIII, 26). Если кто чихнул, обуваясь, тому нужно было вернуться в постель. Вообще, объяснения чихания были связаны с представлением, что естественные отверстия тела открывают путь для входа и выхода духов и демонов. Вероятно, считали, что с чиханием душа оставляет тело.

664

Фронтин (Strat., I, 12, И), также описывающий этот эпизод 375 г. до н. э., сообщает что это был морской поход против керкирцев. Речь идет о событиях, связанных с возрождением Афинского морского союза, сопровождавшихся многочисленными сражениями во имя расширения сферы влияния Союза. Главные события на театре военных действий развернулись в 376-375 гг. до н. э. Прежде всего, Афины должны были сразиться за господство в Эгейском море, где проявился стратегический талант Хабрия (см.:  гл.11). В 375 г. до н. э. афиняне провели ряд военных кампаний по расширению сферы своего влияния на западе и севере. Именно на западе в морских сражениях в Ионийском море впервые зазвучало имя Тимофея, благодаря которому к Афинскому морскому союзу были присоединены города Акарнании, остров Кефалления (самый крупный остров Ионического моря, лежащий около о. Итака) и Керкира (Polyaen., III, 10, 2; 16), также на сторону Афин был привлечен эпирский царь Алкет и фессалийский тиран Ясон (см.: прим. 127). Спартанская эскадра, преследовавшая Тимофея, потерпела поражение у акарнанского берега близ Ализии (сражение при Ализии, или при Левкаде — см.: Polyaen., III, 10, 4; 6; 12; 13; 17; см. также: Xen. Hell., V, 4, 62-66; Diod., XV, 36, 5). В том же году Хабрий раздвинул границы Афинского морского союза на севере. Именно после этих побед Тимофея и Хабрия второй Афинский морской союз стал реальной политической силой. Вообще Тимофей считался среди полководцев удачливым, и Плутарх рассказывает, что завистники написали картину, на которой был изображен спящий Тимофей, которому Удача ловит сетью города. На что Тимофей сказал: «Если столько городов я беру во сне, то сколько же, по–вашему, возьму, когда проснусь?» (Apophth. reg. et imp., 45, 1;  пер.M. Л. Гаспарова). После успехов Тимофея и Хабрия существование Второго Афинского морского союза стало неоспоримой реальностью.

665

См.: прим. 106.

666

Такую же позицию занимал и Ификрат; ср.: Polyaen., III, 9, 1; III, 11, 8.

667

Левкада — остров в Ионическом море с одноименным городом у северного побережья Акарнании; в VII в. до н. э. был заселен коринфянами. Именно этот остров известный немецкий археолог и антиковед Вильгельм Дерпфельд отождествлял (ошибочно) с описанным в «Одиссее» Гомера островом Итака.

668

Наварх в Спарте со времен Пелопоннесской войны (431-404 гг. до н. э.) — командующий флотом, имевший заместителя — эпистолевса; в Афинах начальники военных кораблей именовались триерархами, но в V в. до н. э. навархами назывались капитаны одного из трех принадлежавших государству кораблей («Саламин», «Парал», «Аммоний» — см.: прим. 28).

669

В Codex Florentinus предлагается читать не Николох, а Никомах, однако о спартанском навархе Николохе сообщается у Ксенофонта (Hell., V, 1,6; V, 4, 65-66). Говоря о Николохе, Ксенофонт добавляет, что это был очень храбрый муж, вступив в бой с 55 кораблями против 60 кораблей Тимофея (что произошло после подчинения Керкиры). Однако Николох потерпел поражение, и Тимофей поставил трофей в Ализии (город в Акарнании). Однако после получения подмоги в виде шести амбракийских триер Николох вновь подплыл к Ализии, где находился Тимофей, и так как тот не вышел ему навстречу, также поставил трофей на одном из близлежащих островов.

670

Место не совсем понятное (имеющее, к тому же, разночтения: Codex Monacensis — έορτή σκίρρα, Codex Florentinus — έορτής κεϊρα, Codices Darmaniani — έορτής κειρός, a Э. Вельффлин — έορτή Σκίρα). Дело в том, что источники дают два названия праздника: Скипа и Скирофория. В нашем распоряжении есть некоторые сведения о празднике Скирофория. Праздновался он 12го числа месяца скирофориона (июнь–июль), получившего свое название от имени этого праздника. Относительно божества, которому был посвящен этот день, нет четких сведений. Источники называют нам Деметру и Кору. Это косвенно подтверждает и данная стратегема Полиэна. Полиэн упоминает о мирте как о праздничном украшении. Что касается этого растения, то оно было чрезвычайно популярно в культах самых разных богов: прежде всего, Афродиты, также Диониса (отсюда в миртовые венки любили наряжаться во времена пиршеств), Гермеса; миртовыми венками украшали себя во время Панафиней; а также мирт применялся в многочисленных культах самых разнообразных божеств (см.: Кагаров Е. Культ фетишей, растений и животных в Древней Греции. СПб., 1913. С. 31 и слл.; Steier. Myrtos // RE. 2 R. Bd. XVI. Hbbd. 31 (1933). Sp. 1171-1183). Кроме того, ряд источников говорит нам об употреблении мирта во время Элевсинских мистерий (Schol. ad Soph. Oed. Col. 681; Aristoph. Ran., 330 et Schol. и ряд надписей). Таким образом, и праздник Скирофория мог быть также посвящен этим элевсинским божествам. С другой стороны, одним из обрядов этого праздника была торжественная процессия с Акрополя в местность, называвшуюся Скирон (по названию белой известковой почвы в этой местности — γή σκιράς, с чем связывают и название этого праздника) и находившуюся по дороге на Элевсин. Другие источники выводят название этого праздника от слова σκίρον — так назывался большой белый зонт, или балдахин, который в это время держали над жрецами Афины Паллады и Посейдона Эрехтея; так в связи со Скирофорией появляются еще два божества. Вероятно, вслед за рядом исследователей стоит предположить, что праздник Скирофория был связан с земледельческими божествами, где произошло слияние этих земледельческих культов: Деметры и Коры и архаического сельскохозяйственного культа Афины. Следует, однако, отметить, что наши сведения об этом празднике весьма скудны. (абзац) Но можно ли считать два названия: Скира и Скирофория, — обозначением одного праздника? Несмотря на то, что есть мнение, относящее праздник Скира к месяцу пианепсиону (октябрь–ноябрь) и связывающее его с пианепсиями — праздником варки бобов в честь Аполлона и Афины (κύαμος (или πύανος) — боб), — подавляющее большинство исследователей (А. Моммзен, Л. Дойбнер, В. Латышев и др.) склонны ставить знак равенства между праздниками Скира и Скирофория (А. Моммзен добавляет в этот эквивалентный ряд также Фесмофории, которые, хотя и имели много сходных черт со Скирофорией, являлись, судя по всему, отдельным праздником (Mommsen A. Feste der Stadt Athen im Altertum. Leipzig, 1898. S. 309)). Кроме того, упоминание Полиэном этого праздника в контексте битвы при Левкаде, которая, как известно, произошла в конце года, также подводит к этой мысли: ведь месяц скирофорион был последним месяцем аттического календаря. О празднике Скирофория см.: Mommsen A. Feste der Stadt Athen im Altertum. S. 309 f.; Piister. Skira // RE. 2 R. Bd. III. Hbbd. 5 (1927). Sp. 530-533; Deubner L. Attische Feste. Berlin, 1932. S. 40 ff.; Латышев В. В. Очерк греческих древностей. Ч. 2. СПб., 19972. С. 143.

671

Сражение при Левкаде (или при Ализии) — 375 г. до н. э. (см.: прим. 178).

672

365 г. до н. э. Ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 24; Schaefer A. Demosthenes… Bd. I. S. 87; Boeckh A. Staatshaushaltung… Bd. I. S. 365. Об особой военной этике Тимофея сообщает также Ксенофонт, рассказывая о покорении Тимофеем Керкиры (см.: прим. 178): «Он никого не порабощал, не удалял в изгнание и не изменял государственного устройства; поэтому ему удалось расположить к себе города, находящиеся в этих местах» (Xen. Hell., V, 4, 64;  пер.С. Я. Лурье).

673

То есть в тылу.

674

См.: прим. 25.

675

375 г. до н. э. — битва при Левкаде (см.: прим. 178); ср.: Polyaen., III, 10, 12; 16 и прим. 178. Такую же стратегему описывает Фронтин (Strat., II, 5, 47).

676

Олинфия — область Олинфа, города в Халкидике, разрушенного Филиппом II Македонским в 348 г. до н. э. Олинф — глава Халкидской лиги, которая в 375 г. до н. э. вошла в Афинский морской союз, однако в 368 г. до н. э. Лига принимает сторону осажденного Афинами Амфиполя (см.: прим. 193). Тимофею, воюющему там с 364 г. до н. э., не удалось взять Олинф, но удалось оторвать от его союза Торону (см.: прим. 214) и Потидею.

677

Амфиполь — греческий город на побережье Фракии на восточном берегу реки Стримон. См.: Polyaen., VI, 53 и прим. 174.

678

Стримон — см.: прим. 191; и Polyaen., VI, 53 и прим. 172.

679

События 364 г. до н. э. (Schol. ad Aeschin., II, 31). Это события последнего периода завоеваний Афинского государства. На севере, начиная с 368 г. до н. э., афиняне осаждали Амфиполь. В то время под Амфиполем (а также на Геллеспонте) командовал Ификрат (см.:  гл.9), не имев, однако, существенного успеха. В 364 г. до н. э. под Амфмполь направляется Тимофей после службы у Ариобарзана (366-365 гг. до н. э.) (см.: прим. 194). И там вновь столкнулись интересы этих двух полководцев. Первое столкновение относится к 373 г. до н. э., когда Тимофей в очередной раз должен был вести корабли на запад, чтобы освободить Керкиру от осады спартанцев. Афинская казна была истощена, и укомплектовать войско из уроженцев Аттики оказалось невозможным. В связи с этим Тимофей пытается добыть средства в Македонии и завербовать добровольцев на островах Эгейского моря, на что уходит весь год. Это дало возможность Ификрату вместе с лидером военной партии Каллистратом привлечь Тимофея к суду, обвинив его в плохом командовании, а также в нарушении мира со Спартой (когда в 374 г. была предпринята попытка такого мира, сорвавшаяся из-за самовольной помощи Тимофея демократическим островам Закинфа; мир, после семилетней войны, был подписан в 371 г. до н. э.). Тимофей был смещен, а Ификрат поставлен на его место. А в 364 г. до н. э. Тимофей, в свою очередь, был послан на место Ификрата и вступил в борьбу с Котисом (фракийским царем в 382-358 гг. до н. э.), стремившимся изгнать афинян из Сеста (см.: прим. 194). В ответ на это Ификрат принял сторону Котиса, бывшего ему тестем, и командовал флотилией одрисов, уклоняясь, однако, от прямого нападения на афинские укрепления. Так, у Фракии столкнулась военная доблесть двух афинских полководцев.

680

Ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 24. Осада Самоса связана с деятельностью Тимофея на службе у фригийского сатрапа Ариобарзана, поднявшего восстание против своего повелителя, которое было сначала замаскировано под видом борьбы с другими сатрапами, и афиняне послали к нему на помощь Тимофея, сделав в своей псефисме оговорку: «С тем условием, чтобы он не нарушал мирного договора с царем» (то есть Анталкидова мира 387 г. до н. э. — Л. Б.; Demosth., XV, 9;  пер.С. И. Радцига). Однако Ариобарзан явно отложился от царя, а царские войска заняли остров Самос. Тогда Тимофей, повторив тактику своего отца Конона, направил силы персов на защиту афинских интересов: он изгнал гарнизон великого царя с острова Самос (после десятимесячной осады; 365 г. до н. э.), заселив его афинскими колонистами, и подарил Афинам уступленные ему сатрапом Сеет и Критоту — бывшие афинские колонии на Херсонесе Фракийском (ср. также: Nep., 13, 1), за что был награжден многочисленными почестями (ср.: Dem, XXIII, 202). До нас дошло записанное Плутархом изречение Тимофея о Самосской войне. Когда один стратег похвалялся своей раной, то Тимофей сказал в ответ: «А мне так было только стыдно, когда в Самосской войне недалеко от меня упал камень из катапульты» (Apophth. reg. et imp. 45, 2;  пер.M. Л. Гаспарова).

681

Котила — мера жидкостей и сыпучих тел, равняется 0,274 л.

682

Медимн — аттическая мера сыпучих тел = 6 гектеев = 48 хеников = 52,53 л.

683

Метрет — аттическая мера жидкостей, содержащая 12 хоев или 144 котилы = 39,5 л.

684

…έν τοϊς λόχοις — это место не очень понятно; издатели предлагают разное прочтение этого места. Вышеуказанное предложено Э. Вельффлином, встречаются также следующие формулировки: «на холмах» (λόφοις) (Codex Florentinus, Codex Monacensis), «по одной в лохах» (Н. Райске). И. Мельбер в своем комментарии к этому месту ссылается на имеющееся у Псевдо—Аристотеля сообщение (Oec, II, 24): «Итак, таксиархи и лохаги, покупая на рынке все, распределяли между воинами». Вероятно, здесь идет речь о том, что каждому отдельному воину накладывался запрет иметь жернова; полагались одни жернова на лох. Ср.: Front. Strat., IV, 1, 6.

685

То есть, не имея возможности покупать.

686

События 365 г. до н. э.; см.: прим. 194. Ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 24.

687

См.: прим. 25.

688

Ср.: стратегемы Polyaen., III, 10, 1 (и прим. 176); 9; 10; 14, рассказывающие о затруднительном денежном положении. В отличие от других эпизодов, здесь речь идет, очевидно, о западном походе Тимофея (375 г. до н. э.), когда он командовал флотом.

689

См.: прим. 181.

690

См.: прим. 183.

691

События 375 г. до н. э. См.: прим. 178. Ср.: у Полиэна стратегемы III, 10, 6; 16. Ср.: Front. Strat., II, 5, 47.

692

См.: прим. 182.

693

Очевидно, что описывается та же ситуация, что в стратегеме III, 10, 17, где речь идет о сражении при Левкаде — 375 г. до н. э.

694

См.: прим. 20.

695

О македонском царе Пердикке III см.: прим. 213 к книге IV, 10.

696

Χαλκός — медная монета; аттический халк, например, равнялся ⅛ обола = ¹/₄₈ драхмы. Вообще денежное хозяйство с введением монет в качестве мерила стоимости распространилось в Греции с конца VII в. до н. э.; в каждом городе монеты постепенно приобрели фиксированный размер (постепенно утвердилась круглая дисковая форма) и определенное изображение с двух сторон. В греческих полисах право чеканить собственную монету считалось свидетельством их независимого положения. Отсюда появление в обращении большого количества монет разных видов и различного веса. Изображения на них означали, что тот, кто выпустил их, то есть государство, гарантирует чистоту и вес металла, а значит, и полноценность изготовленного из него денежного знака. Греческие монеты изготавливались главным образом из серебра, реже — из меди, бронзы (с V в. до н. э.), электрона (в основном на начальном этапе); золотые монеты стали более распространены в эпоху эллинизма.

697

Драхма — греческая весовая и денежная единица. Вначале употреблялась на Пелопоннесе. Масса афинской серебряной драхмы составляла 4,36 г. (1 драхма = 6 оболам). Основной монетой Афин была тетрадрахма, то есть 4 драхмы; были и пятидрахмовые монеты. Во времена Солона 5 драхм стоял бык. При Перикле (в третьей четверти V в. до н. э.) прожиточный минимум семьи составлял ⅓ драхмы в день.

698

Этими деньгами.

699

События северного похода Тимофея 364 г. до н. э. (см.: прим. 193). Вероятно, следует предположить, что источник Полиэна ошибается в вопросе о том, каким путем деньги возвращались к Тимофею. От купцов в войско деньги могли попасть лишь в том случае, если их потом меняли на полноценные монеты, как это и говорится в первой стратегеме. Ср.: Ps. — Arist. Оес, И, 24.

700

Торона — город на юго-западном берегу полуострова Ситония в Халкидике.

701

Φορμός — циновка, корзина, рогожа.

702

События 364 г. до н. э… См.: прим. 193.

703

События 375 г. до н. э. (см.: прим. 178) (см. также: Xen. Hell., V, 4, 63; Diod., XV, 36; Nep., 13, 2). Договор с Керкирой дошел до нас в аттической надписи (IG, II, 49). Также мы располагаем официальным списком союзников Афин (IG, II, 17), где встречаем Керкиру, акарнанцев, пронцев на Кефаллении (прочие города Кефаллении присоединились позже — в 373 г. до н. э.), царя молоссов Алкету и его сына Неоптолема. Ср.: Front. Strat., II, 5, 47.

704

Сражение при Левкаде (375 г. до н. э.) — см.: прим. 178.

705

Ср.: стратегему III, 10, 13.

706

Хабрий, сын Ктесиппа, — афинский стратег первой половины IV в. до н. э. Как отмечает Н. Н. Трухина, «во всех отношениях стоит как бы между знатным Тимофеем и безродным Ификратом». Был дружен с Фоки оном (см.:  гл.12), происходившем из незнатной, но благородной и почтенной семьи. С другой стороны, он был связан с демократами, начав свою военную карьеру во флоте Фрасибула (морская экспедиция 390-389 гг. до н. э.) (см.: Корнелий Непот. О знаменитых иноземных полководцах. С. 50). В 372 г. до н. э. участвовал в западном походе Ификрата и Каллистрата, куда те были направлены после смещения Тимофея. В конце 390-388 гг. до н. э. Хабрий заменил Ификрата под Коринфом, где командовал армией наемников. Он прославился в целом ряде военных походов (см.: Nep., 12, 2 с прим. H. H. Трухиной: Корнелий Непот. О знаменитых иноземных полководцах. С. 50). Погиб во время Союзнической войны (357-355 гг. до н. э.) при осаде острова Хиос в 356 г. до н. э. Деяния и заслуги Хабрия подробно представлены в XX речи Демосфена (см. также: Demosth., XXIII). Подробнее см.: Kirchner J. Chabrias. 1 / / RE. Bd. III (1899). Sp. 2017-2021). Кроме описанных в данной главе, Полиэн упоминает и другое сражение, в котором предводительствовал Хабрий; см.: Polyaen., II, 1, 2 с прим. 7.

707

Среди других высказываний Хабрия известны следующие, передаваемые Плутархом: «…Лучший полководец тот, кто лучше всех знает дела врагов» или: «Стадо оленей во главе со львом страшнее, чем стадо львов во главе с оленем» (Plut. Apophth. reg. et imp., 46, 1; 3;  пер.M. Л. Гас–парова).

708

Наксос — самый крупный из Кикладских островов. Сражение при Наксосе — 376 г. до н. э. — одно из главных деяний Хабрия, благодаря которому, наряду с северным походом 375 г. до н. э., Хабрий может считаться главным восстановителем Афинского морского союза. Главные события в создании Союза развернулись в 376-375 гг. до н. э. Прежде всего, афинский флот должен был выдержать жестокий бой за господство в Эгейском море против спартанской эскадры. Наксос и некоторые другие Кикладские острова, недовольные объединительной политикой Афин, переметнулись на сторону Спарты. 16 боэдромиона (сентября) 376 г. до н. э. Хабрий наголову разбил островных греков при Наксосе, закрепив их принадлежность к Афинскому морскому союзу. Это сражение подробно описано у Диодора (Diod., XV, 34, 3-6, 35; см. также: Xen. Hell., V, 4, 63; Demosth., XX, 77). Согласно Диодору, у Хабрия было 83 корабля, у лакедемонян — 65. Потери афинян составили 18 кораблей, спартанцев — 32, из них 24 были потоплены, 8 взяты в плен вместе с командами (Демосфен говорит, что были захвачены 49 триер). По словам Плутарха, «это была первая морская битва, которую афиняне после взятия их города выиграли, сражаясь против греков собственными силами, без всякой поддержки…» (Plut. Phoc, 6;  пер.С. П. Маркиша). В память об этой битве в Афинах был учрежден ежегодный праздник; Хабрий получил в награду золотой венок (ср.: Demosth., XXIV, 180), почетную статую и освобождение от налогов для себя и потомков (ср.: Demosth., XX).

709

Боэдромион — третий месяц аттического календаря, соответствующий второй половине сентября и первой половине октября, в этом месяце справлялся праздник Боэдромии — в честь Аполлона как помощника в битвах.

710

Мистерии (таинства) — обряды эзотерических религиозных обществ. Только посвященные (мисты) имели право присутствовать при дроменах (ритуальных действиях). Из–за закрытого характера этих групп и запрета разглашать информацию о них мы практически не имеем сведений об их составе, а также о том, как совершались обряды. Считалось, что мистам, прошедшим посвящение в мистерии, гарантировалось нравственное очищение, духовное возрождение и блаженство в загробной жизни. Последний период расцвета мистерий — время правления Юлиана Отступника. О мистериях см.: Deubner L. Attische Feste. Berlin, 1932.

711

О Фемистокле см.: Polyaen., I, 30. О мистериях перед Саламинским сражением в 480 г. до н. э. см.: Hdt., VIII, 65.

712

Иакх (Ίακχος, также Ίαχχος, Ίαχος, Ίάοκχος) — культово–мистическое имя элевсинского мужского божества, вероятно, Диониса (подробнее см.: Сергеева С. Н. Мужское божество плодородия в элевсинском культе // Вестник СПбГУ. Серия 2. Вып. 4. СПб., 1995. С. 92-95). В месяце боэдромионе в течение 10 дней, с 16 по 25 число, справлялись Великие Элевсинские мистерии — таинства в честь Деметры, Коры (Персефоны) и Иакха. 20 число этого месяца называлось «Шествие (или дорога) Иакха», когда мисты (μύσται) двигались с возгласами Ίακχ, ώ Ίακχε (Arist. Ran., 316) по дороге из Афин в Элевсин; именно это событие упоминается в связи с именем Фемистокла. Это шествие знаменовало собой перенесение праздника из Афин в Элевсин (см.: Mommsen A. Feste der Stadt Athen in Altertum. Leipzig, 1898. S. 224). До этого события в самих Афинах также происходили праздничные церемонии. Один из дней назывался άλαδε μύσται (Hesych. s. v. άλαδε μύσται; или άλαδε έλασις (IG. II, 847, 20) — установленный призыв руководителя отправляться на морское побережье для ритуального очищения в море (слово άλαδε встречается в качестве наречия со значением «в море»; см.: TLG, s. v. άλαδε). Датировка этого дня 16 числом боэдромиона базируется, главным образом, именно на данном сообщении Полиэна. Об Элевсинских мистериях см.: Mommsen A. Feste der Stadt Athen… Passim; Deubner L. Attische Feste. S. 69 ff.; Лауэнштайн Д. Элевсинские мистерии / Пер. H. Федоровой. M., 1996).

713

Известен Тамус — мифологический царь Верхнего Египта. Царь описываемого времени с таким именем не упоминается; имеется царь Tax. Кроме того, известен Тамос, родом из Мемфиса, служивший у персов, а затем перешедший к египетскому царю (см.: Miller J. Tamos / / RE. 2 R. Hbbd. 8 (1932). Sp. 2149). Вероятно, в источнике Полиэна имелась какая-то ошибка относительно этого имени. О службе Хабрия у царя Taxa, а также о датировке см.: прим. 233.

714

События 360/59 г. до н. э.; ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 25. См.: Will E. Chabrias et les finances de Tachôs // REA. T. 62. 1960. P. 225-275.

715

Селласия — город в центральной части Лаконики около границы с Аркадией.

716

Селласия находилась на правом берегу реки Ойнус (современная Келефина) на плато высотой 831 м.

717

Стадий — мера длины, равная 600 футам. Греко–римский стадий — 176,6 м; олимпийский — 192, 28 м, дельфийский — 177,55 м (новогреческий — 1000 м); впоследствии так стало называться место, где проводились соревнования по бегу (и другие спортивные состязания), то есть стадион. 200 стадий = 35,32 км.

718

Вероятно, эпизод из событий 391 г. до н. э. В конце богатого событиями 391 г. до н. э. (Коринфская война 395-387 гг. до н. э.) Агесилай распускает союзническое войско, а лакедемонян отводит домой, возобновляя активные военные действия в 390 г. до н. э. (см., например: Xen. Hell., IV, 4-5). Описанные события как раз могли происходить в этот промежуток времени.

719

Известны факты пребывания Хабрия на службе у египетских царей. После окончания Коринфской войны (387 г. до н. э.) Хабрий в качестве вольного наемника служил в Египте у царя Тахориса и Нектанеба I (386-380 гг. до н. э.), прославившись строительством фортификационных сооружений в Дельте. Однако в конце 380 — начале 379 г. до н. э. он был отозван афинянами по требованию персидского царя — врага египтян и в то время союзника афинян и сразу же получил стратегию на 379/8 г. до н. э. Вторично был на службе египетского царя — Taxa, во время вторжения последнего в Сирию в 360/59 г. до н. э. (см. также: Diod., XV, 29; 92). Именно тогда он и командовал флотом, а сухопутными силами — Агесилай (об Агесилае см.: прим. 257) (Nep., 12, 2). Таким образом, данные события относятся именно к этому периоду времени — 360/59 г. до н. э. Покинул Египет после низвержения Taxa, в то время как Агесилай перешел на службу к узурпатору Нектанебу.

720

ξύλα μακρά παραβαλών — букв.: «бревна (доски) большие набросав».

721

Келевст (κελευστής) — командир гребцов, по команде которого они гребли.

722

Греческом и египетском. Так как греки не учили иностранных языков, то Хабрию был нужен переводчик.

723

В оригинале: έποίει αύτούς άπομίσθους. Буквально: «делал их лишенными жалованья», то есть, нужно полагать, именно уволенными.

724

См.: прим. 106.

725

События 388 г. до н. э. См.: прим. 248.

726

См.: прим. 137.

727

388 г. до н. э. См.: прим. 248.

728

Событие 376 г. до н. э.; см.: прим. 222.

729

Поллид — спартанец, вероятно, из известной в Спарте семьи. Впервые в качестве наварха появляется в 400 г. до н. э. В 376 г. до н. э. стоял во главе спартанского флота, насчитывавшего 60 триер, который был, однако, побежден в описываемой битве при Наксосе. Это поражение, видимо, не имело для него последствий, поскольку через три года он вновь появляется во главе спартанской эскадры в 10 кораблей (см.: Schaefer H. Pollis. 1 // RE. 2 R. Hbbd. 32 (1952). Sp. 1415-1417).

730

См.: прим. 25.

731

Διττάς έμβολάς: вероятно, с двух сторон.

732

См.: прим. 222.

733

Эгина — остров в Сароническом заливе между Аттикой и Арголидой.

734

Об отношениях между Афинами и Эгиной подробно рассказывает Ксенофонт, говоря, что до «открытой морской войны» (речь идет о Коринфской войне 395-387 гг. до н. э. — первом после 404 г. до н. э. открытом столкновении Афин со Спартой) у эгейцев и афинян были оживленные межгосударственные отношения. Однако на Эгине появляются спартанцы и позволяют (с согласия эфоров) всем желающим совершать грабительские набеги на Аттику. Хабрий, отправляясь на помощь Евагору (властителю Саламина и ряда других городов на Кипре, союзнику афинян, против которого начал военные действия персидский царь) на Кипр, высадился на Эгине и, применив военную хитрость (отличающуюся в деталях от описанной у Полиэна), разбил спартанцев (Xen. Hell., V, 1, 1-13). Это событие датируется 388 г. до н. э. Стратегемы III, 11, 9; 10; 12 весьма похожи, что позволяет считать их описанием одного и того же события. Полиэн же, пользуясь источниками, имевшими различия в описании деталей, представил эти события совершенно различными. Другое, не менее возможное, объяснение сводится к тому, что подобные хитрости были приемом, неоднократно применявшимся Хабрием в различных ситуациях, о чем свидетельствует и стратегема Фронтина (которая единодушно считается издателями параллельным местом к данным стратегемам Полиэна), весьма похожая на стратегемы Полиэна, с одной стороны, но существенно отличающаяся в деталях и аргументации ее применения — с другой. Вот эта стратегема: «Афинянин Хабрий не мог проникнуть в гавань Самоса, так как ему препятствовал неприятельский морской пост. Тогда он приказал нескольким кораблям пройти мимо гавани, рассчитывая, что стоявшие на страже станут их преследовать; отвлекши их при помощи этой хитрости, он с остальным флотом достиг гавани без помех» (Front. Strat., I, 4, 14;  пер.А. Б. Рановича).

735

Оконечность на носу или на корме, не занятая гребцами.

736

Δέρρις — так называлась кожа, применяемая для защиты от метательных снарядов (ср.: δέρμα — кожа).

737

Может быть, речь идет о событиях 360/59 г. до н. э., когда Хабрий, как известно, командовал флотом у египетского царя Taxa (см.: прим. 233). Однако это не единственный случай, когда Хабрий возглавлял морские силы: знаменитая битва при Наксосе (см.: прим. 222) в 376 г. до н. э.; а также битва у Хиоса 356 г. до н. э., во время которой Хабрий и погиб. Хотя вопрос о том, был ли в это время Хабрий стратегом или триерархом, — спорный; скорее всего, он командовал флотом вместе с Харетом. После гибели Хабрия афиняне снарядили в середине лета вторую эскадру во главе с Тимофеем и Ификратом.

738

Πηδάλιον — кормовое весло; выражение πηδάλιον κρεμάσσαι буквально, «повесить кормило», также означало «оставить жизнь морехода».

739

Транит (θανίτης, от θράνος — сиденье, скамья) — гребец самого верхнего из трех рядов триеры. Триера — простое по конструкции, маневренное гребное судно с тремя рядами весел. Длина триеры составляла 40-50 м, ширина — 5 м. В команде триеры были гребцы, матросы и воины. До сих пор неясно, были ли одновременно задействованы все три ряда весел и на каждого гребца приходилось по одному веслу или на трех гребцов приходилось по одному веслу. У транитов были самые длинные весла, и их работа была поэтому ответственнее и труднее работы гребцов двух других рядов: месонеев — гребцов среднего ряда (μεσόνεοι, от μεσός — находящийся в середине, ναύς — корабль) и таламаков — гребцов нижнего ряда (θαλάμαξ, от θάλαος — спальня, а также нижняя часть корабля), у которых были самые короткие весла и оплачивались которые хуже других. См.: Morrison J. S., Coates J. F. The Athenian Triremes. London, 1986.

740

См.: прим. 251.

741

Лаконика — область в юго-западной части Пелопоннеса с главным городом Спартой.

742

Спартиатами назывались полноправные граждане Спарты; кроме спартиатов, население Спарты включало илотов (подчиненное население, которое в качестве государственных рабов было прикреплено к определенным земельным наделам и должно было отдавать спартиатам часть дохода в виде арендной платы; иногда их привлекали к военной службе как легковооруженных; это был полностью бесправный, подвергаемый крайне жестокому обращению слой населения), периэков (порабощенная спартанцами группа лаконского населения, которая, хотя и сохраняла личную свободу, все же на протяжении всей истории Спарты не принимала участия в Народном Собрании или управлении государством) и рабов.

743

Агесилай — имя ряда спартанских царей (в Спарте правили два царя; военное командование было царской прерогативой, а власть царя во время военного похода как военачальника была неограниченной). Здесь речь идет об Агесилае II (444 — ок. 360 гг. до н. э.), взошедшем на царский престол в 399 г. до н. э., который был продолжателем державной политики Лисандра, направленной на укрепление гегемонии Спарты среди греческих государств, а также по отношению к Персии, в связи с чем начал войну против персов (396-394 гг. до н. э.), дошел до Сард и обеспечил автономию ионическим приморским городам. В 394 г. до н. э. одержал победу над враждебным Спарте и финансируемым персами союзом, в который входили Фивы, Афины, Коринф и Аргос (Коринфская война). В дальнейшем добился роспуска враждебных Спарте союзов. Ксенофонт, друживший с Агесилаем в своем произведении «Агесилай» изобразил его как образец правителя. См. также большую главу о нем у Полиэна (II, 1).

744

5 стадий = 883 м. См. прим. 231.

745

Обычай выставлять ночную стражу (vigiliae) хорошо засвидетельствован у римлян (Polyb., VI, 35-37). Ночная стража делилась, как правило, на четыре смены, хотя могло назначаться и другое количество смен, например, три (Poll., I, 70). Номера смены являлись для римлян показателем ночного времени; смена второй стражи должна соответствовать середине ночи. Может быть, упоминание Полиэном ночных смен является отражением именно римской традиции указывать таким образом время ночи (ср.: комментарии В. Г. Блюме в немецком переводе Полиэна: Polyän. Kriegslisten / Übers, von W. H. Blume. Bd. II. Stuttgardt, 1837. S. 114, Anm. 2). Однако нельзя исключать, что традиция ночной стражи (αἱ νυκτεριναὶ φυλακαί) существовала уже у греков, особенно что касается времени эллинизма (Aen. Tact., 18, 22; Diod., XIX, 38; Nep., 18, 9; Arr. Anab., V, 24, 2).

746

Речь идет о пароле, по которому в бою отличали своих от чужих (ср.: Polyaen., I, 11).

747

Возможно, событие 391 г. до н. э. См.: прим. 232.

748

Фокион (402-318 гг. до н. э.), сын Фока, — афинский полководец и политический деятель, сторонник промакедонской партии и противник Демосфена. После поражения под Херонеей (338 г. до н. э.) и Аморгосом (322 г. до н. э.) вел переговоры с Македонией и возглавлял тимократи–ческое правление в Афинах в период македонского владычества. Казнен в 318 г. до н. э. См.: Berve H. Das Alexanderreich… Bd. II. S. 402-403; Lenschau Th. Phokion. 2 // RE. 2 R. Hbbd. 39 (1941). Sp. 458-473.

749

Экклесия — народное собрание в Афинах, в котором все полноправные граждане имели право голоса. В классических Афинах экклесия имела широкие политические права: выборность должностных лиц, контроль за исполнением ими своих обязанностей, вопросы войны и мира, высшая законодательная власть, компетенция в отношении государственных процессов и право высылки. Таким образом, экклесия обладала верховной властью.

750

Если ориентироваться на указание возраста, это событие должно было произойти около 322 г. до н. э.

751

У Фокиона была и другая стратегема, которая включена в «Excerpta Polyaeni» (26, 2): Фокиона спросили, когда он советует афинянам пойти войной, он ответил: «Когда увижу, что молодые желают сохранить строй, богатые же — оказывать услуги городу, а ораторы — не расхищать казну». Э. Вельффлин предлагает перенести содержание этой стратегемы прямо из текста Плутарха. Эту речь, согласно Плутарху, Фокион произнес в ответ на намерения Леосфена (афинский военачальник во время Ламийской войны, погиб в бою с Антипатром в 322 г. до н. э.). Тот, желая после смерти Александра Македонского поднять антимакедонское восстание и начать войну, втягивал в нее (как утверждает Плутарх, силой) афинян. Фокион противодействовал этому, приводя, среди прочего, и вышеуказанные аргументы (Plut. Phoc, 23). Между тем война была все же начата. Так называемая Ламийская, или Леосфенова, война 323-322 гг. до н. э., одна из войн 20х гг. IV в. до н. э., разразившихся после смерти Александра Македонского. После гибели Леосфена в 322 г. до н. э. Фокион продолжал свою политику, направленную против войны с македонянами и их союзниками беотийцами, и сумел остановить афинян описанным у Полиэна способом (см. также: Plut. Phoc, 24). Что касается событий Ламийской войны, то афиняне (еще под предводительством Леосфена) добились ряда побед на театре военных действий, осадили Македонского наместника Антипатра в крепости Ламия (Фессалия). Однако после поражения в морской битве у Аморгоса (322 г. до н. э.; уже после гибели Леосфена) Афины утратили свою независимость и подпали под контроль Македонии.

752

Харес (Харет), сын Теохара — знаменитый афинский стратег 50-40 гг. IV в. до н. э. Родился, вероятно, не позднее 395 г. до н. э., так как уже в 367/6 гг. до н. э. упоминается в качестве стратега (Xen. Hell., VII, 2, 18 sqq.; Diod., XV, 75, 3). В 357 г. до н. э. отвоевал Херсонес Фракийский у царя Керсоблепта, наследника Котиса. В 355 г. до н. э., после суда над Тимофеем и Ификратом, стал единственным начальником флота; в поисках денег нанялся к фригийскому сатрапу Артабазу — сатрапу Фригии, (см.: Polyaen., VII, 17). Успехи Хареса на этой службе рассорили афинян с Персией и стали причиной ультиматума Артаксеркса, следствием которого стал распад Афинского морского союза (Харес же был отозван афинянами). Античная традиция характеризует Хареса как жестокого, алчного и беспринципного демагога. Отзыв о нем Тимофея: «Не стратегом ему быть, а подстилки носить за стратегами!» (Plut. Apophth. reg. et imp., 45, 3;  пер. M. Л. Гаспарова). Как сообщает Непот, Хареса выставили против Филиппа Македонского, когда Тимофей отошел от должностей (Nep., 13, 3). Против Хареса много раз поднимались процессы за нецелесообразное растрачивание средств (см., например: Aeschin., II, 71; Demosth., XIX, 332). О последних годах его жизни ничего не известно. Последний раз он появляется на Тенаре (Лаконика) в качестве стратега наемного войска (Ps. — Plut. Vit. X or., 848е). Умер в 324/3 гг. до н. э. О нем см.: Schaefer А. Demosthenes… Bd. III. S. 183, 307; Kirchner J. Chares. 3 // RE. Bd. III (1899). Sp. 2125-2128; Berve H. Das Alexanderreich… Bd. II. S. 403-404.

753

Τάγμα — отряд, воинская часть неопределенной численности.

754

Λόχος — отряд весьма различной численности. См.: Нефедкин А. К. Развитие древнегреческого лоха / / Рага bellum. Военно–историческое обозрение. 1998. № 5. С. 24-31.

755

Сисситий (συσσίτιον) — помещение для общих трапез; компании сотрапезников во время военных походов составляли мелкие воинские подразделения, жившие в одной палатке.

756

Гиматий — верхняя одежда в форме плаща для мужчин и женщин, которая изготовлялась чаще всего из шерстяной ткани (а также из льняной). Часто была окрашена и украшена. У мужчин гиматий застегивался под правой рукой. В римскую эпоху в грекоязычных областях так называлась также и тога.

757

Харидем из Орея (город на о. Эвбея) — известный полководец, командир наемников, состоявший сначала на службе у афинян, позднее у фракийского царя Котиса и затем Керсоблепта. Демосфен сообщает о том, что «Котис… находился с Ификратом в таких же родственных отношениях, как Керсоблепт с Харидемом» (Demosth., XXXIII, 129;  пер.В. Г. Боруховича), употребляя термин κηδεστής — «свойственник» (зять, шурин); Ификрат был зятем Котиса (Nep., 11, 3); Харидем же, вероятно, мог быть женат на сестре Керсоблепта. После разгрома его Филиппом перешел на службу в качестве наемного полководца к афинянам, которые предоставили ему гражданские права (Plut. Phoc, 16-17; Demosth., XXIII). Единомышленник Демосфена. В 335 г. до н. э. Александр потребовал его выдачи, он бежал в Персию к Дарию III который его казнил в 333 г. до н. э. по обвинению в измене. О нем см.: Kirchner J. Charidemos. 5 // RE. Bd. III (1899). Sp. 2135-2138; Berve H. Das Alexenderreich… Bd. II. S. 406-407.

758

Илионцы — жители Илиона, или Трои (главного города Троады, области на северо-западе Малой Азии), города, описанного в поэмах Гомера. При этом, топоним «Илион» (Ίλιος, реже — Ίλιον), вероятно, более поздний по отношению к Трое (Τροία): название жителей этого города илийцами (или илионцами, то есть жителями Илиона) зафиксировано у Страбона, до этого упоминаются лишь троянцы (то есть жители города Трои). Подробнее см.: Клейн Л. С. Анатомия «Илиады». СПб., 1998. С. 21 и сл. В упоминаемое время Илион — греческая эолийская колония близ древней Трои со святилищем Афины Илионской, получившим особенное значение в эпоху эллинизма и Римской империи.

759

Событие относится к так называемому «Великому восстанию сатрапов» (см.: Polyaen., VII, 14, 4 и прим. 69). После службы у Тимофея (см.: Polyaen., III, 10 и прим. 173) Харидем прибыл со своими наемниками к Ментору и Мемнону в Геллеспонтийскую Фригию, сатрап которой Артабаз (Polyaen., VII, 33 и прим. 128, 133) был в плену у Автофрадата. Однако Харидем неожиданно захватил Скепсис и Кибрен, а затем с помощью раба–предателя и 30 переодетых воинов захватил Илион (ок. 359 г. до н. э.). Затем он, осажденный вернувшимся Артабазом, вынужден был уйти (Demosth., XXIII, 154-159). Плутарх, рассуждая о превратностях судьбы, также вспоминает этот сюжет, уточняя, что это третье взятие города, связанное с конем (первый раз Илион был взят Гераклом из-за коней Лаомедонта, который пообещал Гераклу в награду за помощь упряжку чудесных коней, но не исполнил обещания (ср.: Plut. Nie, 1), второй раз — Агамемноном, третий — Харидемом, опять–таки потому, что в воротах оказался конь и жители не сумели быстро запереть город (Plut. Sert., 1)). Ср.: Aen. Tact., 24, 3 sq. См.: Schaefer A. Demosthenes… Bd. I. S. 137, Anm. 4.

760

Деметрий Фалерский (ок. 360-283 гг. до н. э.), сын Фанострата, из дема Фалер — афинский государственный деятель, философ и писатель, сторонник Македонского царства, противник демократов. По поручению Кассандра (см.: Polyaen., IV, 11 и прим. 213) в 317-307 гг. до н. э. управлял Афинами, проведя там ряд преобразований. В 307 г. до н. э. был изгнан Деметрием Полиоркетом (см.: Polyaen., IV, 7 и прим. 172), впоследствии приобрел доверие Птолемея I и стал его советником. Деметрием написано 45 сочинений, сохранившихся во фрагментах, риторической, филологической, философской, исторической и политической направленности, в том числе отчет об управлении Афинами. Также см.: Polyaen., IV, 7, 6 и прим. 184; Хабихт X. Афины. История города в эллинистическую эпоху / Пер. Ю. Г. Виноградова. М., 1999. С. 58-71; Bayer Е. Demetrius Phalerius der Athener. Stuttgart — Berlin, 1942.

761

Фракия — см.: прим. 58. Под «фракийским царем» Полиэна, вероятно, следует понимать Лисимаха (см.: Polyaen., IV, 12 и прим. 223), который в это время был правителем Фракии.

762

И. Мельбер датирует это событие 292 г. до н. э. Ср.: Дройзен И. Г. История эллинизма / Пер. с фр. И. Шелгунова. Т. 2. СПб, 1997. С. 259 и сл.

763

Это сообщение Полиэна, судя по всему, единственное упоминание имени Филокла в литературных источниках (есть эпиграфические памя–ники, называющие это имя). Вероятнее всего, как полагает Т. Оммоль этот Филокл тот же самый, что в делосской надписи: «Царь сидонцев (Сидон — город в Финикии — Л. Б.) Филокл, сын Аполлодора (Syll., I, 237, п. 1; Homolle T. La confédération des Cyclades au 3е siècle av. J. С. // BCH. Vol. IV. 1880. P. 327 sqq.). См. также: Scheibert J. Philokles, Sohn des Apollodoros, König der Sidonier / / Historia. Bd. 19. 1970. Hf. 3. S. 337-351 (с библиографией).

764

Датировка этого события вызывает трудности, и нельзя сказать с достоверностью, о каком Птолемее идет речь: Птолемее I или Птолемее II. Вероятнее всего, это Птолемей I Филадельф (правил в 283-246 гг. до н. э.). Источники этого времени называют также в качестве соправителя Птолемея Филадельфа в 267-259 гг. до н. э. и другого Птолемея — сына Птолемея и сына сына Птолемея. О нем см.: Volkman H. Ptolemaios. 20 // RE. 2 R. Hbbd. 46 (1959). Sp. 1666-1667.

765

Кавн — один из важнейших портовых городов Карий, родина художника Протогена. Кавном действительно овладел Птолемей II Филадельф во время Первой Сирийской войны (274-271 гг. до н. э.) — противостояния Птолемея II и Антиоха I. В период следующей военной кампании, Хремонидовой войны — войны коалиции греческих полисов против Македонии (267-262 гг. до н. э.), Кавн был уступлен Птолемеем Родосу за известную плату. Об этих событиях см.: Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма / Пер. Э. Д. Фролова. М., 1982. С. 153; Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. 2. С. 370, прим. 43.

766

Σιτοφύλακες — инспекторы по хлебной торговле.

767

Данными словами Полиэн указывает на свое македонское происхождение.

768

Аргей, согласно списку македонских царей, который приводит Геродот, являлся вторым царем Македонии после Пердикки I, основателя правившей здесь династии Аргеадов, по преданию, выходца из Аргоса, потомка Темена (см.: Polyaen., И, 37 и прим. 215), Гераклида (отсюда возведение родословной Аргеадов к Гераклу). Геродот говорит о шести македонских царях, находившихся у власти до Александра I, и называет в их числе Пердикку, Аргея, Филиппа, Аэропа, Алкету и Аминту (VII, 139). С этим сообщением Геродота согласуется сообщение Фукидида, который, учитывая последующих правителей — Александра I и Пердикку II, говорит о восьми македонских царях (II, 100, 2). По иной версии, в частности, нашедшей свое отражение в списке македонских царей, данном в «Хронике» Евсевия Кесарийского, основателем династии был Каран, за которым следовали Кен, Тиримма, Пердикка I и пятым — Аргей. Поскольку ни Геродот, ни Фукидид не указывают точной даты утверждения в Македонии династии Аргеадов, а годы правления македонских царей в «Хронике» Евсевия Кесарийского ненадежны, об этом приходится судить лишь приблизительно. Согласно К. Ю. Белоху, подобное событие имело место в начале VII в. до н. э., если исходить из его расчетов, Пердикка I должен был править около 675 г. до н. э., Аргей же — около 642 г. до н. э. (Beloch К. J. Griechische Geschichte. 2 Auil. Bd. III. Abt. 2. BerlinLeipzig, 1922. S. 62). В свою очередь, H. Хэммонд относит начало правления данной династии ко времени около 650 г. до н. э. и полагает, что Пердикка I царствовал около 653 г. до н. э., а Аргей — около 623 г. до н. э. (Hammond N. G. L., Griffith G. Т. A History of Macedonia. Voi. II. Oxford, 1979. P. 4). Ввиду того, что подсчеты Н. Хэммонда нам представляются наиболее убедительными, связанную с Аргеем стратегему Полиэна мы склонны датировать временем около 623 г. до н. э.

769

Тавлантии — иллирийское племя; тавлантии населяли юго-западную часть Иллирии.

770

Эребея — место в Македонии.

771

Тирс — палка, увитая плющом, листьями винограда и увенчанная сосновой шишкой; жезл Диониса и его спутников.

772

Клодоны и мималлоны — так назывались македонские женщины, причастные к оргиям Диониса и орфическим мистериям. Вероятно, название клодоны являлось более древним, чем название мималлоны. Последнее название (μιμάλλονες), вопреки объяснению его Полиэном (διά τήν μίμησιν τών άνδρών), следует считать, как и первое (κλώδωνες), не греческого происхождения.

773

Филипп II (383/2-336 гг. до н. э.), сын македонского царя Аминты III и Эвридики, после гибели в 359 г. до н. э. своего старшего брата, царя Пердикки III — регент при его малолетнем сыне Аминте, с 357/6 по 336 г. до н. э. — царь Македонии. В правление Филиппа — выдающегося государственного деятеля, искусного полководца и ловкого дипломата — Македония превратилась в ведущую державу на Балканском полуострове. Подобный результат в значительной степени был обусловлен осуществленными Филиппом реформами, затронувшими систему государственного управления, финансово–экономическую и военную сферы. Проведенная им еще в начале правления военная реформа завершилась созданием мощной македонской армии, опираясь на которую Филипп смог в дальнейшем осуществлять активную внешнюю политику. Отбив нападения своих северных соседей (иллирийцев, пеонов, фракийцев), Филипп вскоре сам перешел против них в наступление, в конце концов не только подчинив себе (в той или иной степени) большую часть этих племен, но и значительно расширив за счет их территорий границы Македонского царства. Постепенно, в борьбе с Афинами, Филипп установил свое господство практически над всеми греческими городами, расположенными на побережье Македонии, Западной Фракии и на Халкидике. Так, помимо прочих, он взял в 357 г. до н. э. Амфиполь, в 356 г. до н. э. — Потидею и Пидну, в 355/4 г. до н. э. — Мефону, в 348 г. до н. э. разрушил Олинф, главный город Хал–кидского союза. Одновременно Филипп начал вмешиваться и в дела собственно Греции. Приглашенный фессалийцами для оказания им поддержки в борьбе с тиранами Фер, он появился в Фессалии, где через несколько лет, вслед за победой на Крокусовом поле (353/2 г. до н. э.), уничтожил ферскую тиранию, после чего, будучи избранным главой Фессалийского союза, поставил Фессалию под свой протекторат. В то же самое время принимая активное участие (с 353 г. до н. э.) в III Священной войне против Фокиды, Филипп вместе с фессалийцами и беотийцами добился в 346 г. до н. э. падения фокидской тирании, что в конечном счете позволило ему занять руководящее положение в Дельфийской амфиктионии. Новые военные и политические успехи Филиппа, а именно распространение его влияния на Эпир, освоение и преобразование Фракии в настоящую македонскую провинцию, откровенное вмешательство в конфликты на Эвбее и в Пелопоннесе и, в довершение ко всему, его попытки поставить под свой контроль Черноморские проливы (поход, правда, в итоге неудачный, против Перинфа и Византия в 340/39 г. до н. э.) заставили Афины разорвать заключенный ранее с Филиппом мир (так называемый Филократов мир 346 г. до н. э.) и начать боевые действия. Развязанная в том же 340 г. до н. э. IV Священная война против Амфиссы привела Филиппа в Среднюю Грецию, где он вступил в вооруженное столкновение с войсками образованной к тому моменту антимакедонской коалиции во главе с Афинами и Фивами. Спор был решен в роковом для греков сражении при Херонее (338 г. до н. э.), результатом которого явилось окончательное утверждение македонского верховенства в Греции. На созванном по инициативе Филиппа всегреческом конгрессе в Коринфе (338/7 г. до н. э.) было создано новое военно–политическое единство, Коринфский союз, членами которого стали все греческие государства (за исключением Спарты и, вероятно, Эпира), а главой, гегемоном, — македонский царь. На следующей же сессии конгресса была объявлена война против Персии. Однако в самый разгар приготовлений к походу в Азию Филипп был изменнически убит на свадьбе своей дочери в Македонии в 336 г. до н. э. О царствовании Филиппа особенно см.: Ellis J. R. Philip II and’ Macedonian Imperialism. London, 1976; Cawkwell G. Philip of Macedón. London, 1978; Hammond N. G. L., Griffith G. T. A History of Macedonia. Vol. II. P. 203ff.

774

Сражение при Херонее, результатом которого явилось установление в Элладе македонского господства, состоялось 7 метагитниона (либо 2 августа, либо 1 сентября) 338 г. до н. э. Противниками Филиппа Полиэн здесь называет только афинян (см. также: IV, 2, 7), однако известно, что кроме них в этом сражении принимали участие войска Беотийского союза во главе с Фивами и контингента других греческих государств — участников антимакедонской коалиции. Правда, в другом месте (VIII, 40) у Полиэна указываются и фиванцы (фраза, аналогичная той, которую в данной стратегеме произносит стратег афинян Стратокл, вкладывается в уста фиванского стратега Феагена). Возможно, Полиэн говорит об афинянах, поскольку именно они находились в строю союзников напротив фланга, которым командовал Филипп (Diod., XVI, 86). Поражение греков при Херонее было полным. На поле боя остались лежать убитыми свыше одной тысячи афинских граждан, и около двух тысяч афинян оказались в плену. Часть беотийского ополчения также попала в плен, а среди многочисленных погибших находился знаменитый «священный отряд», который во главе с фиванским стратегом Феагеном целиком пал в битве. Большие потери понесли и формирования других союзников по коалиции. Что же касается упоминаемого Полиэном Стратокла, то о нем говорит также и Эсхин (III, 143). С другой стороны, всю ответственность за поражение при Херонее афиняне возложили на своего стратега Лисикла, который, по обвинению оратора Ликурга, был привлечен к суду и казнен (Diod., XVI, 88). О сражении при Херонее, кроме прочего, см.: Hammond N. G. L. The Victory of Macedón at Chaeronea / / Studies in Greek History. A Companion Volume to A History of Greece to 322 В. C. Oxford, 1973. P. 534 ff.

775

Фиванцы являлись союзниками Филиппа вплоть до 339 г. до н. э., когда они, перейдя на сторону Афин, заняли откровенно враждебную позицию в отношении македонского царя. Говоря о походе Филиппа против фиванцев, Полиэн, по всей видимости, не совсем точен. Очевидно, он имеет в виду военные действия, которые вел Филипп в 339-338 гг. до н. э. против войск антимакедноской коалиции во главе с Фивами и Афинами. Однако не исключено, что таким образом Полиэн говорит (единственный из древних писателей) о событиях, наступивших сразу после Херонейской битвы, указывая тем самым на продвижение Филиппа с войском от Херонеи к Фивам. Но поскольку другие античные авторы сообщают о том, что Филипп довольно долго оставался в собственном лагере у Херонеи, празднуя там победу и одновременно улаживая свои отношения с побежденными греческими государствами (Demosth., XVIII, 287; Theopomp. FGrH 115 F 236; Plut. Quaest. conv., VII, 10, 2, p. 715 с), его поход против фиванцев в данный момент кажется все же сомнительным.

776

Псалтерий — струнный музыкальный инструмент.

777

Начавшиеся в 356 г. до н. э. походы Филиппа во Фракию продолжались в 352 и 346 г. до н. э., но особенно длительной была серия походов 342-339 гг. до н. э., результатом которых явилось подчинение значительной части Фракии македонскому царю. Скорее всего, настоящая стратетема Полиэна относится именно к событиям 342-339 гг. до н. э., когда действия Филиппа во Фракии были наиболее активными.

778

В подобном сообщении Полиэна, по всей видимости, следует видеть отражение реального, но единичного и в целом уже не характерного для фракийцев явления — созыва народного собрания (Златковская Т. Д. Возникновение государства у фракийцев (VIIV вв. до н. э.). М., 1971. С. 244 слл.).

779

Филипп лично предпринимал походы против иллирийцев в 358 и 345/4 г. до н. э. (в 356 г. до н. э. на борьбу с иллирийцами был отправлен Парменион — об этой исторической фигуре см. прим. 125). К какой из указанных дат относится стратегема Полиэна, неясно.

780

Панкратиаст — человек, занимавшийся панкратионом, особым видом спортивного единоборства с соединением элементов борьбы и кулачного боя.

781

Имеется в виду персидский царь. Поскольку война против Персии была официально объявлена на Коринфском конгрессе, по-видимому, на втором его заседании, проходившем в 337 г. до н. э., и притом, что убийство Филиппа произошло в 336 г. до н. э., рассказываемая Полиэном стратегема может быть датирована временем между этими двумя событиями.

782

Ср.: Front. Strat., II, 1, 9; Just., IX, 3, 9. О битве при Херонее см. прим. 8.

783

Об Антипатре см. прим. 116.

784

Этот поход относится к 338 г. до н. э. и связан с событиями IV Священной войны, объявленной против Амфиссы (город в Западной Локриде), которая в 340 г. до н. э. была обвинена Советом амфиктионов в святотатстве (см.: Polyaen., VI, 13 и прим. 72). Филипп, на которого Совет амфиктионов возложил задачу покарать мятежную Амфиссу, воспользовавшись столь удобным поводом для появления с войском в Средней Греции, вторгся в Фокиду, где неожиданно занял находившуюся на границе с Беотией крепость Элатею. Несмотря на все последующие старания Филиппа привлечь на свою сторону Беотийский союз, возглавлявшие его Фивы вступили в альянс с враждебными македонскому царю Афинами. Вскоре после этого совместное беотийско–афинское войско появилось в Фокиде, угрожая Филиппу. Одновременно с продвижением в Фокиду союзники послали для охраны подходов к Амфиссе отдельные воинские контингенты под руководством Проксена и Хареса, соответственно фиван–ского и афинского стратегов. Именно по этим отрядам Филипп в 338 г. до н. э. и нанес свой первый сокрушительный удар, не только разбив данные формирования, но и захватив Амфиссу, которую он, хотя и подверг суровому наказанию, но, судя по всему, не разрушил. Настоящую военную хитрость Полиэна ср.: Front. Strat., I, 4, 13.

785

Ср.: Diod., XVI, 95, 3.

786

Речь здесь идет о постоянной тренировке Филиппом своих войск, о чем также упоминает Диодор (XVI, 3). Уже в это время действовал принцип, ясно сформулированный А. В. Суворовым: «Тяжело в ученье — легко в бою». Филипп (а позднее Александр) во многом рассчитывал на быстрое и, следовательно, неожиданное появление своих войск перед противником. Неожиданное — всегда пугает врага. В связи с этим Филипп сократил обоз, упразднив повозки и оставив по одному обозному для всадника и также по обозному на десять пехотинцев (Front. Strat., IV, 1, 6). В пассаже Полиэна говорится о тренинге македонской пехоты, фалангитов, которые и были вооружены сариссами. Конница, состоявшая тогда из родовой знати, здесь не упоминается. Чтобы сформировать фалангу, Филиппу было необходимо обучить своих пехотинцев движениям в строю, синхронному действию, чего они, очевидно, ранее не делали, сражаясь по типу пельтастов. Вместе с тем эта фаланга должна была проходить маршем 300 стадий (ок. 54 км). Если мы сравним такой переход с обычным переходом армии с обозом, то это почти в два раза больше: к примеру, войско Десяти тысяч греков проходило в среднем 30 км. (Xen. Anab., I, 2, 5; 10; 13; 19; 4, 4; 6; 10; 5, 1; 5, 1; 5; 7, 1; 14). При этом македонский фалангит нес на себе оружие и провиант, а также, как указывает Фронтин, муку на тридцать дней. Если принимать в расчет, что походная колонна войск в начале XIX в. в среднем проходила чуть более 4 км/ч, то марш в форсированном переходе Филиппа должен был занимать около 12 часов в день, тогда как при Наполеоне I это время занимало 8 часов. Вероятно, подобные марши проводились накануне кампаний. Об этих сюжетах из последних работ, в частности, см.: Lloyd А. В. Philip II and Alexander the Great: The Mouling of Macedon’s Army // Battle in Antiquity / Ed. by A. B. Lloyd. Chippenham, 1996. P. 169ff. (абзац) Полиэн, единственный из античных авторов, который подробно описывает вооружение македонских фалангитов во время царствования Филиппа II. Согласно этому описанию, они вооружены шлемами, щитами–пельтами, поножами и сариссами. Ни панцирей, ни мечей Полиэн не упоминает. В середине IV в. до н. э. пехотинцы обычно использовали колоколовидный шлем — пилос, фригийский с изогнутой вперед тульей и аттический вид шлема. Поножи македонян защищали колена и сверху скреплялись двумя ремешками, одним у щиколотки, другим — под коленом. Защитное вооружение изготовлялось из бронзы, железо в то время только начинало входить в обиход среди этого типа оружия. Характерным наступательным оружием македонского фалангита была сарисса — копье северобалканского типа, которое, судя по всему, во времена Филиппа еще не достигло своей максимальной классической длины в 5-7 м. Неясно, почему Полиэн называет щит фалангита пельтой, поскольку, согласно другим источникам (письменным и изобразительным), они были вооружены гоплитским щитом. Может быть, это объясняется тем, что щит не имел металлической обшивки и был меньше размером. Из недавних исследований подробнее о вышесказанном см.: Markle М. М. (III) Macedonian Arms and Tactics under Alexander the Great // Studies in the History of Art. Vol. X. Washington, 1982. P. 86 ff.; Manti P. A. The Macedonian Sarissa, Again // The Ancient World. Vol. 25. 1994. P. 77 ff. Ср., кроме того, содержание настоящего прим. с прим. 69. Об армии Филиппа II в целом см. также: Hammond N. G. L„ Griffith G. Т. A History of Macedonia. Vol. II. P. 405 ff.; Hammond N. G. L. The Macedonian State: Origins, Institutions, History. Oxford, 1992. P. 100ff. (А. К. Нефёдкин)

787

Ларисса — город в Фессалии.

788

Алевады — могущественный аристократический род в Фессалии (в Лариссе).

789

Еще около 350 г. до н. э. в Лариссе была установлена тирания Сима, одного из Алевадов (ранее Сим был инициатором приглашения Филиппа в Фессалию). Однако этот режим вызвал сильное недовольство со стороны части Алевадов, причем дело в данном конфликте подчас доходило до кровавых эксцессов. В конце концов, противники Сима обратились за помощью к Филиппу, который, по-видимому, в 344/3 г. до н. э. изгнал его вместе с ближайшими приверженцами из Лариссы. Как раз с последними событиями, судя по всему, и связана данная стратегема. См.: Фролов Э. Д. Греческие тираны (IV в. до н. э.). Л., 1972. С. 125.

790

Взятие Филиппом Сарнуса, города в Иллирии (Steph. Byz. s.v. Σαρνούς), по всей видимости, относится к 345/4 г. до н. э.

791

По поводу датировки см. прим. 11.

792

События, надо полагать, относятся к военным действиям, которые в 339-338 гг. до н. э. вел Филипп против возглавляемых Фивами и Афинами войск антимакедонской коалиции. См. прим. 9.

793

Мефона — греческий город на побережье Македонии.

794

Осада и взятие храбро защищавшийся Мефоны падают на 355/4 г. до н. э. Рассказ Полезна выглядит так, что Мефона была взята именно после этого штурма. Однако, по всей видимости, данный штурм окончился неудачей, так как нет причин сомневаться в достоверности сообщения Диодора, что Мефона капитулировала на условиях (Филипп позволил мефонцам уйти из города, имея при себе каждому один гиматий) (Diod., XVI, 34, 4).

795

Согласно Геродоту, гора Орбел располагалась на территории, населенной пеонами (V, 16), с которыми, очевидно, и следует отождествлять орбелийцев Полиэна. События, описанные в стратегеме, судя по всему, относятся к 356/5 г. до н. э.

796

Амфиполь — греческий город на фракийском побережье, в устье реки Стримон, основан афинянами. См.: Polyaen., V, 53 и прим. 174.

797

Амфиполь, освободившись от власти Афин к концу Пелопоннесской войны, отказался вступить во II Афинский морской союз. Попытки афинян захватить город были неудачны. Македонский царь Пердикка III, недовольный стремлением Афин утвердиться в Амфиполе, прислал ему в помощь около 362 г. до н. э. воинские контингенты. Эти последние и были в 359 г. до н. э. выведены оттуда Филиппом, который, заключив с Афинами военный союз, уверил их в том, что отказывается от каких–либо притязаний на Амфиполь. Однако в 357 г. до н. э., обеспечив северные границы своего государства, Филипп осадил Амфиполь. Осажденные послали в Афины посольство с просьбой о помощи, обещая перейти под власть Афин. Но афиняне не оказали помощи городу, полагаясь на заверения Филиппа отдать им Амфиполь после того, как он его захватит. Город был взят македонским царем, который, однако, не выполнил своих обещаний. Это послужило началом первой войны Афин с Филиппом (по 346 г. до н. э.).

798

Захват Филиппом Фаркедона, по-видимому, следует датировать 356 г. до н. э. Фаркедонийцы, оказавшие сопротивление македонскому царю, подверглись изгнанию (еще в 319 г. до н. э. в эдикте, изданном Полисперхонтом от имени Филиппа III Арридея, этим фаркедонийцам запрещалось возвращаться на родинуDiod., XVIII, 56, 5; о Полисперхонте см. прим. 237).

799

Пелинней, Фарсал, Феры, Ларисса — города в Фессалии.

800

В этой стратегеме Полиэну удалось довольно точно охарактеризовать политику Филиппа в Фессалии. До начала его вмешательства в фессалийские дела ситуация в Фессалии сложилась следующим образом. После смерти в 370 г. до н. э. тирана Фер Ясона, который сумел консолидировать Фессалию под своей властью, страна погрузилась в междоусобную борьбу. Стержнем этой борьбы являлось противостояние с одной стороны Фер, где продолжали править потомки Ясона, и с другой — свободных фессалийцев, не желавших подчиняться ферским тиранам. К этому примешивались и чисто локальные конфликты, время от времени возникавшие между отдельными городами. Не имея достаточных сил для борьбы с тиранами Фер, фессалийцы были вынуждены нередко обращаться к посторонней помощи. По всей видимости, в 357/6 г. до н. э. с подобной просьбой они обратились и к Филиппу (по инициативе Алевадов из Лариссы), который прибыл с войском в Фессалию и нанес первое поражение отрядам ферских тиранов. Последовавшие затем неоднократные вторжения Филиппа в Фессалию завершились, в конце концов, его решительным успехом. В 353/2 г. до н. э. на Крокусовом поле он наголову разбил прибывшие на помощь ферским тиранам войска фокидян, результатом чего явилось падение тирании в Ферах. Вся Фессалия была теперь объединена в один радикально реорганизованный союз, пожизненным главой которого был провозглашен Филипп. После же проведенных им в 344/3 г. до н. э. организационных мероприятий, еще более усиливших его влияние в Фессалии, эта греческая область окончательно попала в зависимость от Филиппа…

801

Месторасположение Кар неизвестно. Неясно также и время описанных здесь событий.

802

Византии — греческий город на фракийском берегу Боспора.

803

Осада Византия, окончившаяся для Филиппа неудачей, приходится на 340/39 г. до н. э. В значительной степени подобный исход осады был обусловлен активной помощью, которую предоставили тогда Византию — Афины, Хиос, Кос, Родос, а также персы (Diod., XVI, 77, 2; Plut. Dem., 17; Phoc, 14). Об уходе от византийцев союзных войск, кроме данного указания Полиэна, больше нигде не сообщается. Напротив, известно, что воинские контингента указанных государств помогали византийцам вплоть до снятия Филиппом осады с Византия. К тому же совершенно непонятно, как Филипп мог угрожать государствам, которые явно находились вне поля его досягаемости. Ср.: Front. Strat., I, 4, 13.

804

Абдеры и Маронея — греческие города на фракийском побережье.

805

Судя по всему, упоминаемые здесь многочисленные корабли Филиппа следует считать в основном транспортными, так как к этому времени македонский царь еще не обладал сколько–нибудь сильным военным флотом. Если даже у Филиппа в данном случае и имелось несколько военных кораблей, то они явно количественно и качественно уступали двадцати триерам Хареса. О македонском флоте при Филиппе, в частности, см.: Hauben H. Philippe II, fondateur de la marine macédonienne / / Ancient Society. T. VI. 1975. P. 51 ss.

806

О Харесе см. прим. 266 к книге III, 13.

807

Неаполь — греческий город на фракийском побережье.

808

События относятся к 353 г. до н. э. Абдеры и Маронея, испытавшие тогда на себе нападение Филиппа, являлись союзниками Афин. Также афинским союзником был в тот момент и Неаполь.

809

Александр III Македонский (356-13. VI. 323 гг. до н. э.), сын македонского царя Филиппа II и Олимпиады, один из величайших завоевателей древности, в результате походов которого на месте Персидской империи была создана новая мировая держава, большая по своей территории, чем ее предшественница. Воспитанный Аристотелем, Александр вступил на престол Македонии после убийства Филиппа в 336 г. до н. э. Тогда же он совершил поход в Грецию, где прекратил волнения, вызванные смертью Филиппа, и был утвержден главой Коринфского союза с чрезвычайными полномочиями для ведения войны против Персии. Затем Александр отправился с войском во Фракию и Иллирию, где успешно подавил антимакедонское движение среди северных племен, после чего, появившись в 335 г. до н. э. в Греции, сурово расправился с восставшими Фивами. Весной 334 г. до н. э. Александр во главе македонской армии и союзных греческих контингентов начал войну с Персией. Первая победа над персами, одержанная в сражении у реки Граник (334 г. до н. э.), позволила Александру сравнительно легко распространить свою власть практически на всю территорию Малой Азии. Вслед за второй победой при Иссе в Киликии (333 г. до н. э.) Александр завоевал Финикию (где после семимесячной осады разрушил город Тир), Палестину и Египет, а затем отправился в Месопотамию. Третья, решающая победа над персами при Гавгамелах (Арбелах) (331 г. до н. э.) открыла ему дорогу на Вавилон, Сузы и Персеполь, который Александр подверг сильному разорению и разрушению: Находясь в 330 г. до н. э. в Экбатанах, он отпустил на родину союзные греческие контингента, после чего выступил на покорение Бактрии и Согдианы, которое завершил с большим трудом лишь в 328 г. до н. э. В 327 г. до н. э. Александр отправился в Индию, где при реке Гидасп победил в крупном сражении войска индийского царя Пора (326 г. до н. э.), вслед за чем поставил под свой контроль территорию северо-восточной Индии. Нежелание македонской армии продолжать поход заставило Александра повернуть обратно. Он прошел вниз по реке Инд и с частью войска через пустынную Гедросию, потом через Карманию и Перейду возвратился в Вавилон. Здесь в разгар приготовлений к новой экспедиции (в Аравию) Александр умер. Вскоре после его смерти воздвигнутое им грандиозное сооружение — мировая держава, простиравшаяся от вод Адриатики до Индийского Пятиречья, — распалось. Литература об Александре огромна, отметим лишь: Berve H. Das Alexanderreich auf prosopographischer Grundlage. Bd. I-II. München, 1926; Tarn W. W. Alexander the Great. Vol. I-II. Cambridge, 1948-1950; Bosworth A. B. Conquest and Empire. The Reign of Alexander the Great. Cambridge, 1988.

810

Ср.: Plut. Thes., 5; Apophth. reg. et imp., 26, 10; Synesius, p. 79 с (Petav.); то же самое передает Арсений (Viol, apophth. Alex., p. 98 (Walz.)).

811

Тир — в тот момент крупнейший из финикийских городов, находился частью на материке (Старый Тир), частью на острове (Новый Тир).

812

Осада Тира (Нового Тира), продолжавшаяся в течение семи месяцев, началась в конце 333 г. до н. э. и закончилась в 332 г. до н. э. Полиэн неточен, говоря о намерении Александра окружить тирийские станы валом. Однако земляные работы тогда действительно велись. Чтобы подвести осадные машины к стенам расположенной на острове части Тира, Александр приказал строить с материка дамбу. По этой дамбе, строительство которой заняло весьма длительное время (не как вал Полиэна, сооруженный в короткий срок), к стенам города были подведены осадные машины. Одновременно к стенам Тира подводились и осадные машины, располагавшиеся на кораблях.

813

Имеются в виду арабы, жившие в Ливанских горах. Причиной похода Александра против арабов были их нападения на македонских воинов, заготовлявших в горах Ливана лес. Поход этот продолжался десять дней, в течение которых Александр, как сообщает Арриан, одни племена покорил, а с другими сумел договориться (Anab., II, 20, 4 sq.; см. также: Plut. Alex., 24; Curt., IV, 3, 1).

814

О Парменионе см. прим. 125.

815

Описанное здесь взятие Тира совершенно не согласуется с описанием данного события у других античных авторов. Вообще об осаде Тира см.: Diod., XVII, 40-48; Arr. Anab., II, 16-24; Plut. Alex., 24 sq.; Curt., IV, 2-4. Из современных работ, в частности, см.: Romane J. P. Alexander’s Siege of Tyre // The Ancient World. Vol. 16. 1987. P. 76ff.

816

Дарий III по прозвищу Кодоман — персидский царь с 336 по 330 г. до н. э., представитель боковой линии Ахеменидов, до того как был посажен на трон евнухом Багоем, являлся сатрапом Армении. Дарию суждено было стать последним царем Персидской державы, рухнувшей под ударами македонской армии. Он был предательски убит в возрасте пятидесяти лет сатрапом Бактрии Бессом.

817

О каком из двух сражений Александра с Дарием (при Иссе или при Гавгамелах) идет речь, неясно.

818

Арбелы — город в Вавилонии.

819

Сражение при Арбелах, или при Гавгамелах (по селению в непосредственной близости от места битвы), решившее судьбу Персидской державы, состоялось 1 октября 331 г. до н. э. (дата известна точно, так как за одиннадцать дней до того произошло лунное затмение).

820

В этом сражении Парменион осуществлял командование левым флангом. О Парменионе см. прим. 125.

821

О том, что всадникам, находившемся на правом крыле войска персов, удалось пробиться к македонскому обозу сообщают и другие античные авторы. О событиях на левом фланге македонян см.: Diod., XVII, 59, 5-8; 60, 5-8; Arr. Anab., III, 14, 4-6; 15, 1-3; Plut. Alex., 32 sq.; Curt, IV, 15, 5-13; 18-20; 16, 1-7. Текст стратегемы Полиэна ср.: Plut. Alex., 32; Curt., IV, 15, 7. Вообще о битве при Арбелах, помимо прочих работ, см.: Marsden E. W. The Campaign of Gaugamela. Liverpool, 1964.

822

Появление недовольства в среде македонян было вызвано мероприятиями Александра, связанными с его так называемой «политикой слияния народов» (стала особенно активно проводиться после сражения при Арбелах) (об этой политике — в проблемном аспекте, в частности, см.: Маринович Л. П. Александр Македонский и становление эллинизма / / Эллинизм: экономика, политика, культура. М., 1990. С. 89 слл.). Серьезные столкновения на этой почве между Александром и некоторыми представителями македонской знати, а также приближенными лицами греческого происхождения имели место еще до индийского похода (процесс Филоты (330 г. до н. э.), убийство таких военачальников, как Парменион (330 г. до н. э.) и Клит (328 г. до н. э.), заговор Гермолая и трагический конец историографа и философа Каллисфена (327 г. до н. э.)). После же возвращения из Индии недовольство подобной политикой Александра послужило в конечном счете причиной вспыхнувшего в Описе (город на реке Тигр) мятежа в македонской армии, с которым Александру удалось справиться с большим трудом (324 г. до н. э.). Настоящая стратегема Полиэна как раз, очевидно, и относится к последним событиям. Ср.: Diod., XVII, 109; Arr. Anab. VII, 8-11; Plut. Alex., 71; Curt., X, 2-4, 3; Just., XII, 11 sq.

823

Первое сражение Александра с персами состоялось в 334 г. до н. э. при Гранике (река в Малой Азии). Если Полиэн здесь действительно имеет в виду данное сражение, то тогда это его описание существенно расходится с его описанием сражения при Гранике в другом месте (IV, 3, 16).

824

Гидасп — река в северо-восточной части Индии (совр. Джелум).

825

Пор (Пуарава) — могущественный индийский царь, под властью которого находилась территория между Гидаспом и Акесином (соврем. Ченаб).

826

Переправа через Гидасп, состоявшаяся непосредственно перед сражением с Пором, приходится на 326 г. до н. э. Ср.: Arr. Anab., V, 9-13; Plut. Alex., 60; Curt., VIII, 13; также ср.: Front. Strat., I, 4, 9.

827

Сходную историю рассказывает Плутарх (Alex., 57), относя ее, как и Полиэн, к началу индийского похода (326 г. до н. э.). Ср.: Curt., VI, 6, 14-17, где данный эпизод помещается перед походом Александра в Бактрию.

828

События относятся к 336 г. до н. э., когда Александр, только что вступивший на македонский престол, отправился в поход против фракийцев и иллирийцев, восставших после известия о смерти Филиппа II. Арриан, сообщающий о том же случае, что и Полиэн в данной стратегеме, уточняет, что подобное столкновение (первое в ряду последующих) произошло в узком проходе, ведущем через гору Гем (Anab., I, 1, 5-13).

829

Об Антипатре см, прим. 116.

830

Униженные после сражение при Херонее, Фивы подняли восстание против македонского владычества, когда Александр совершал поход во Фракию и Иллирию. Взятие и последующее разрушение Александром Фив падает на 335 г. до н. э. То, что рассказывает здесь Полиэн, не согласуется с сообщениями по данному поводу других античных авторов. Нигде не засвидетельствовано и участие Антипатра в кампании под стенами Фив. Если бы Антипатр в Македонии присоединился к войску Александра, то, надо полагать, едва ли Арриан оставил бы этот факт без упоминания. О взятии Фив см.: Diod., XVII, 11-13; Arr. Anab., I, 7, 7-8, 8; Plut. Alex., 11.

831

Рассказ весьма сомнительного свойства.

832

О Мемноне см. прим. 147 к книге V, 44.

833

Кампания Александра в Малой Азии относится к 334 г. до н. э. Несмотря на различные предположения исследователей, установить точно, где располагались владения Мемнона, не представляется возможным (по-видимому, где-то в Троаде).

834

См. прим. 57.

835

Основную массу македонской пехоты составляли педзетайры (πεζέταιροι — «пешие друзья») — тяжеловооруженные пехотинцы–фалангиты в войске Филиппа II и Александра Македонского. На завоевание Азии Александр отправился с шестью полками, таксисами, педзетайров (по 1500 человек каждый таксис, в свою очередь, делившийся на три отряда, лоха). По-видимому, столько же таксисов было оставлено в Македонии с Антипатром. Во главе каждого полка педзетайров стоял отдельный командир, таксиарх, по имени которого и назывался тот или иной таксис. Особый пост командующего, осуществлявшего общее руководство полками педзетайров, в войске Александра отсутствовал. Таксиархи непосредственно подчинялись македонскому царю, а в конкретных случаях специально назначенному им командиру. В основе формирования отрядов педзетайров, набираемых преимущественно из среды македонского крестьянства, лежал территориальный принцип. Известно, например, что таксис Кена был из Элимиотиды, таксис Пердикки из Орестиды, таксис Мелеагра из Линкестиды, таксис Полисперхонта из Тимфеи. Еще в битве при Гавгамелах (331 г. до н. э.) участвовало шесть полков педзетайров. Впоследствии их число увеличилось, но, по-видимому, не более чем на один таксис. В бою педзетайры составляли знаменитую македонскую фалангу, базовым построением которой было шестнадцать шеренг. По характеру своего вооружения фалангиты–педзетайры представляли собой гоплитов. Они были вооружены сариссой, мечом, круглым щитом, шлемом, панцирем и поножами. Длина сариссы при Филиппе II и Александре служит предметом научной дискуссии, однако, как представляется, в это время она еще не достигла своей максимальной классической длины в 5-7 м. Меч был прямым. Щит являлся типичным гоплитским, с внешним бронзовым покрытием, внутри с двумя ручками, ременной у края и металлической в центре. Бронзовые, или реже, железные шлемы были различных типов: колоколовидные «пилосы», аттические с округлой тульей, фракийские с тульей, сведенной в небольшой гребешок, и фригийские с загнутым вперед верхом. Поножи из бронзы были высокими; они скреплялись двумя ремешками, одним у щиколотки, другим под коленом. Интересно отметить, что в эллинистических государствах продолжали использовать фалангу по образцу Александра (App. Syr., 32), причем еще в начале 70х гг. н. э. в Коммагене имелись вооруженные по–македонски пехотинцы (Jos. Bel. Jud., V, 460 (V, 11, 3). Подробнее об армии Александра, в том числе и о фалангитах–педзетайрах, см.: Tarn W. W. Alexander the Great. Vol. II. P. 135 ft.; из более новых работ: Sekunda N. V. Army of Alexander the Great (Men–at–Arms Series, 148). London, 1984. См. также библиографию, указанную в прим. 20. (А. К. Нефёдкин, М. М. Холод)

836

Победа Александра над персами при Гранике имела место в 334 г. до н. э. (уже отмечалось в прим. 57). Это сражение было в основном конным, тяжелая македонская пехота приняла в нем участие только в самом конце, действуя против греческих наемников Мемнона (о нем см. прим. 147 к книге V, 44). Что касается флангового маневра, о котором говорит Полиэн, то из других источников об этом ничего не известно. Описание битвы ср.: Diod., XVII, 19-21; Arr. Anab., I, 14-16; Plut. Alex., 16. Из исследований здесь, в частности, отметим: Hammond N. G. L. The Battle of Granicus River // JHS. 1980. Vol. 100. P. 73 ff.

837

См. прим. 53.

838

Триболы — шарики с четырьмя остриями, из которых одно всегда торчало вверх; такие шарики рассыпались для задержки неприятельской конницы. См.: Polyaen., I, 39, 2 и прим. 208.

839

События 331 г. до н. э. См. прим. 52-55. По поводу данной стратегемы ср.: Curt., IV, 13, 36; 15, 1-16, 7.

840

Александр перешел Тигр в 331 г. до н. э.

841

Гиркания — область в Азии у южного берега Каспийского моря.

842

Имеются в виду станции, располагавшиеся на персидских царских дорогах. На этих станциях, находившихся друг от друга на расстоянии приблизительно 30 км, меняли лошадей (Дандамаев М. А., Луконин В. Г. Культура и экономика Древнего Ирана. М., 1980. С. 119).

843

В Гиркании Александр находился в 330 г. до н. э. Подобная стратегема, подтверждаемая сообщениями других древних авторов, является одним из свидетельств возрастающего недовольства в македонской армии действиями Александра. См. прим. 56. Ср.: Diod., XVII, 80; Curt., VII, 2, 36-38; Just., XII, 5.

844

Подобная история, события которой датируются 327 г. до н. э., известна и из других источников. По Арриану, место, осаждавшееся Александром, называлось Массагами и являлось центральным городом в земле индийского племени ассакенов. После упорного сопротивления, оказанного македонянам под стенами Массаг, защищавшие город индийские наемники вступили с Александром в переговоры. Обрадовавшись этому, Александр поспешил договориться с ними о переходе на македонскую службу. По заключении договора индийцы вышли из города с оружием и расположились на холме поблизости от македонского лагеря. Ночью, однако, они раскаялись в своем намерении и решили бежать, не желая сражаться против своих соплеменников. Когда Александр узнал об этом, он окружил холм и, взяв индийских наемников в клещи, всех перебил. Вслед за этим македоняне без труда овладели Массагами: сил для обороны город больше уже не имел (Anab., IV, 27, 2-4). Ср.: Diod., XVII, 84; Plut. Alex., 59.

845

Основное ядро, находившейся под началом Александра конницы, составляли гетайры (έταιροι — «друзья») — тяжеловооруженные всадники в македонском войске. Первоначально гетайры представляли собой свиту царя Македонии из крупной нижнемакедонской землевладельческой аристократии и в полном смысле слова оправдывали свое название — «друзья». Со временем в число гетайров стали привлекаться представители средней нижнемакедонской знати, получавшие за службу персонально от царя земельные наделы. Из них был создан отдельный отряд тяжелой кавалерии, личная конная гвардия македонского царя, так называемая «царская ила гетайров». Ее непосредственной задачей была защита царя на поле боя. Резкое увеличение количества гетайров приходится на время Филиппа II. Окончательное объединение им Македонии в единое централизованное государство привело в ряды гетайров верхнемакедонскую аристократию, а обширные завоевания на севере Балканского полуострова дали возможность македонскому царю активно использовать практику наделения большого числа средней и мелкой аристократии крупными земельными участками на территориях, присоединенных к царству. Тем самым Филипп II смог значительно увеличить количество тяжеловооруженных всадников в своем войске и сделать из них мощный кавалерийский корпус. На покорение Азии сын Филиппа II Александр отправился с восьмью эскадронами, илами, гетайров (по 200 человек каждая). Помимо этих восьми ил некоторое число гетайров было оставлено на родине среди других войск и прибывало к македонскому царю на Восток позже в качестве пополнений. В число эскадронов входила и «царская ила» (300 человек), которая занимала особое положение среди других отрядов гетайров, представляя собой конную лейб–гвардию македонского царя, так называемую агему гетайров. В основе формирования эскадронов лежал территориальный принцип. В них объединялись гетайры, обладающие пожалованными царем земельными участками в том или ином районе Македонского царства. Известны, в частности, эскадроны из Аполлонии, Амфиполя, Боттиеи, Антема и др. Во время восточных походов Александра Македонского организация корпуса гетайров подверглась значительным изменениям. Находясь в Сузах (331 г. до н. э.), Александр разделил каждую конную илу на два отряда, лоха, и дал каждому из них своего собственного командира, лохага. В Дрангиане, казнив Филоту, сына Пармениона (330 г. до н. э.), осуществлявшего общее командование формированиями гетайров, Александр разделил все эскадроны на две равные гиппархии, поставив во главе их Гефестиона и Клита Черного. В гиппархию последнего вошла «царская ила». После убийства Клита Черного в Мараканде (328 г. до н. э.) македонский царь, не назначив никого на его пост, лично возглавил гиппархию погибшего. Перед походом в Индию (326 г. до н. э.) Александр поделил гетайров на пять гиппархии. Первые четыре гиппархии под руководством Гефестиона, Пердикки, Кратера, Кена (после его смерти — Клита Белого) включали в себя по 300 гетайров. К ним были добавлены в качестве вспомогательных отряды иранских всадников (по 700 человек в каждую гиппархию). Пятая гиппархия Деметрия, за исключением небольшого македонского ядра, почти целиком состояла из иранцев. Александр отделил от названных гиппархии «царскую илу», агему гетайров и впредь сам осуществлял командование ею. По возвращении из Индии (324 г. до н. э.) начавшаяся реорганизация македонского войска затронула также кавалерию. К службе к ней стали широко привлекаться крупные азиатские, в первую очередь персидские, контингента. В агему гетайров были включены отдельные персидские вельможи, например, родственники Роксаны, жены Александра. Оставшиеся на службе у македонского царя гетайры были объединены в один отряд, хилиархию (1000 человек) и поставлены под командование Гефестиона. Вскоре после смерти Александра о гетайрах, как особом, действующем совместно, кавалерийском соединении, больше в источниках не упоминается (при этом упоминаемые Аппианом (Syr., 32) гетайры Антиоха III, принимавшие участие в битве при Магнесии (190 г. до н. э.), представляют собой кавалерию уже иного качества). Гетайры были вооружены длинным копьем с двумя наконечниками (одним основным наконечником, и другим — вспомогательным, находившимся с обратного конца копья) и прямым мечом. Их защитное вооружение состояло из льняного панциря с двойными птеригами и бронзового шлема либо фригийского, либо беотийского типа; поножи и щит у гетайров отсутствовали.

846

Это событие имело место незадолго до переправы Александра через Гидасп в 326 г. до н. э. Интересно отметить, что данный пассаж Полиэна изобилует военной терминологией.

847

О Поре см. прим. 59.

848

Битва при Гидаспе с индийском царем Пором состоялась в 326 г. до н. э. Эта битва была последним крупным сражением, которое выиграл Александр. Ход битвы при Гидаспе, описанный здесь Полиэном, ср.: Diod., XVII, 87-89, 3; Arr. Anab., V, 15, 3-19, 3; Plut. Alex., 60; Curt., VII, 14. Вообще об этом сражении из более новых исследований см.: Devine А. М. The Battle of the Hydaspes: A Tactical and SourceCritical Study // The Ancient World. Vol. 16. 1987. P. 91 ff.

849

Темпейская долина — долина в Фессалии вдоль реки Пеней, между горами Олимпом и Оссой.

850

Осса — гора на границе Фессалии и Македонии.

851

Подобная стратегема Полиэна относится к 336 г. до н. э., когда Александр направлялся в Грецию, чтобы успокоить начавшиеся там волнения после смерти Филиппа II. Диодор, в отличие от Полиэна, не говорит о каких–либо попытках фессалийцев оказать тогда сопротивление Александру, но сообщает, что, когда Александр добивался от греческих государств признания его гегемоном Коринфского союза, фессалийцы, убежденные им, признали его первыми (XVII, 4, 1) (судя по всему, в этот же самый момент Александр был выбран главой Фессалийского союза).

852

Мелофоры — «носящие яблоко». Известно, что это были телохранители персидского царя; нижние концы их копий были украшены золотыми или серебряными шарами. Об этих воинах упоминает и Диодор, говоря, что они были вооружены копьями, конец которых напоминал по своей форме айву (XVII, 59, 3). В Персеполе сохранились изображения таких царских телохранителей, вооруженных луками, колчанами, щитами и короткими мечами; все они имеют при себе также копья с шарами на наконечниках. См.: Bittner S. Tracht und Bewaffnung des persischen Heeres zur Zeit der Achaimeniden. München, 1985. S. 154-157.

853

Об аргираспидах см. прим. 98.

854

То есть отряд, состоящий из отборных слонов.

855

Стола (στολή) — общее обозначение верхней одежды. Для македонян это обычно короткий плащ–хламида, берет–кавсия и сандалии–крепиды (ср.: Front. Strat., III, 2, 11; Plut. Anton., 54; Athen., XII, 539 f.). (А. К. Нефёдкин)

856

Акинак — короткий иранский меч (прямой). См.: Polyaen., VII, 16, 1 и прим. 79. I

857

Описание, данное здесь, представляет собой довольно яркое свидетельство внедрения при дворе Александра (в последние годы его правления) пышного персидского церемониала. Ср.: Ael. Var. hist., IX, 3; Athen., XII, 539 (у Афинея в связи с этим есть ссылка на Филарха).

858

События или 330, или 325 г. до н. э. Ср.: Arr. Anab., VI, 26, 3; Plut. Alex., 42; Curt., VII, 5, 10-13; также ср.: Front. Strat., I, 7, 7. To же самое, что и Полиэн, передает Арсений (Viol. Apophth. Alex., p. 98 (Walz.)).

859

Появление Александра у Тигра приходится на 331 г. до н. э. Ср.: Curt., IV, 12, 14-17.

860

Сузийские ворота: — узкий горный проход, ведущий из земли уксиев, племени обитавшего на восточных границах Сузианы, в Перейду; другое название — Персидские ворота.

861

По–гречески волк — λύκος, ликиец же — Λύκιος. Об оракуле см.: P-W № 271; F Q 217. Этот ликиец знал персидский и греческий языки, поскольку его отец был ликийцем, а мать — персиянкой. Он был взят в плен персами и был, по всей видимости, рабом–военнопленным (курташ).

862

Филота (ок. 360-330 гг. до н. э.), старший сын Пармениона (о Парменионе см. прим. 125). В течение долгих лет Филота оставался близким другом Александра. Во время восточных походов он занимал видное положение в его армии, осуществляя командование македонской конницей. Помимо постоянного участия в основных военных акциях, Филота нередко выполнял и отдельные военные поручения Александра. Когда в столице Дрангианы Фраде был раскрыт заговор против македонского царя (330 г. до н. э.), Филота был обвинен как соучастник заговора, предан войсковому суду македонян и этим же судом приговорен к смерти.

863

Гефестион (ок. 356-324 гг. до н. э.), сын Аминтора, ближайший друг и сподвижник Александра. Гефестион принимал активное участие в восточных походах. Уже в самом начале азиатской кампании он с успехом выполнял многочисленные задания Александра. Со времени же сражения при Гавгамелах Гефестион почти везде появляется на ответственных постах и становится одним из первых македонских полководцев. Гефестион всецело поддерживал Александра во всех его начинаниях. В свою очередь, Александр баловал и возвышал своего лучшего друга, оказывая ему самые высокие почести. Для него он создал должность хилиарха, подымавшую его до уровня первого лица в государстве после царя. Эта должность оставалась за Гефестионом пожизненно и не была никем замещена даже после его смерти. Гефестион умер в конце 324 г. до н. э. в Экбатанах от внезапно настигнувшей его там болезни.

864

Гипасписты (ὑπασπισταί — «щитоносцы») — пешие гвардейцы в македонском войске. Возникли из пешей свиты македонских царей. Их непосредственной обязанностью была охрана царя на поле боя и в мирное время. Ко времени Александра гипасписты представляли собой особое вооруженное формирование элитной македонской тяжеловооруженной пехоты (3000 человек). Гипасписты делились на три подразделения, хилиархии (по 1000 человек в каждой). В их число входила «царская хилиархия», так называемая агема гипаспистов, которая являлась пешей лейб–гвардией царя Македонии. Принцип набора в ряды гипаспистов неясен. Возможно, ими становились особо отличившиеся, специально отобранные царем пехотинцы. В начале восточных походов Александра Македонского общее руководство подразделениями гипаспистов осуществлял Никанор, сын Пармениона. Кто занимал этот пост после его кончины (331 г. до н. э.) до индийской кампании (326-325 гг. до н. э.), неизвестно. В битве с Пором на реке Гидасп (326 г. до н. э.) гипаспистами командовал Селевк, сын Антиоха. Гипасписты были вооружены прямым мечом и копьем, длина которого, видимо, соответствовала длине копья греческого гоплита (2,2 м), хотя не исключено и то, что они были вооружены сариссой. Их защитное вооружение состояло из льняного панциря с двойными птеригами, круглого гоплитского щита, высоких поножен, бронзового шлема фригийского типа, предположительно окрашенного в синий цвет. Гипасписты, по-видимому, имели и другое название — аргираспиды (άργυράσπιδες — «среброщитые») (под таким названием известны в более позднее время). После смерти Александра они принимали активное участие в борьбе диадохов. Сражаясь под командованием Эвмена в битве при Габиене (316 г. до н. э.), аргираспиды, после того как противник захватил их обоз, выдали своего полководца Антигону Одноглазому. Последний, памятуя о предательстве, расселил их по отдельным гарнизонам в Арахосии, у восточных границ своих владений.

865

Поскольку скифских контингентов в армии Александра не имелось, возможно, под упоминаемыми здесь «скифскими лучниками» следует подразумевать стрелков, упомянутых у Арриана в соответствующем пассаже (Anab., III, 18, 5).

866

События имели место в 330 г. до н. э. Всю эту историю ср.: Diod., XVII, 68; Arr. Anab., III, 18, 2-9; Plut. Alex., 37; Curt., V, 3, 16-4. Полиэн здесь неверно называет участником событий Фрасаорта, так как все остальные авторы указывают Ариобарзана, сатрапа Персиды.

867

Дата данного события неясна.

868

Согдиана — область в Средней Азии, в междуречье Окса (совр. Амударья), отделявшего ее от Бактрии, и Яксарта (совр. Сырдарья); была населена иранским народом согдийцев.

869

О взятии Александром скалы–крепости в Согдиане (327 г. до н. э.) (эта скала располагалась в пределах области Кашкадарьи) рассказывает также Курций. У Курция Ариомаз Полиэна назван Аримазом (VII, 11), Арриан называет эту скалу «Согдийской» и упоминает о том, что согдиец–аристократ Оксиарт оставил здесь своих родственников, в том числе свою дочь Роксану, будущую жену Александра (Anab., IV, 18, 14-19). О так называемых «крылатых воинах» в армии Александра см.: Kaiita S. «Winged Soldiers* — a Special Unit in the Army of Alexander the Great? / / Pod Znakami Aresa I Marsa / Pod red. Ed. Dabrowy. Krakow, 1995. P. 21 sqq.

870

Маслиничная ветвь служила символом мольбы.

871

Покорение Сангалы и других близких к этому городу индийских городов произошло после переправы Александра через реку Гидраот (совр. Рави) в 326 г. до н. э. Данную стратегему ср.: Diod., XVII, 91; Àrr., Anab., V, 22-24; Curt., IX, 1, 14-23.

872

Коссеи — воинственное племя, населявшее южную горную часть Мидии (горы Загрос); до момента описываемых событий коссеи оставались фактически независимыми.

873

О походе против коссеев (324 г. до н. э.), последнем военном предприятии Александра, сообщают и другие источники, ср.: Diod., XVII, 11, 4-6; Агг. Anab., VII, 15, 1-3; Plut. Alex., 72. В отличие от Полиэна, эти древние авторы отмечают, что данный поход состоялся уже после смерти Гефестиона в Экбатанах, хотя и до его погребения в Вавилоне. О Гефестионе см. прим. 97.

874

Скорее всего, речь идет о персепольском дворце, поскольку другие царские резиденции — в Сузах, Вавилоне и в Мидии (в Экбатанах) — в настоящем пассаже упоминаются отдельно.

875

Кир II Старший — персидский царь (558-530 гг. до н. э.), основатель династии Ахеменидов. В его царствование Персия стала доминирующим государством в Азии. См.: Polyaen., VII, 6 и прим. 21.

876

Аттический медимн — мера сыпучих тел (52,51 л).

877

Аттический хой — мера объема жидких тел (3,28 л).

878

Аттический талант — мера массы (26,2 кг).

879

Аттическая мина — мера массы (436,6 г).

880

Аттический хеник — мера сыпучих тел (1,1 л).

881

Данный рассказ ср.: Athen., IV, 145. Указанные в рассказе продукты персидский царь, очевидно, получал каждый день независимо от места своего пребывания (ср.: Hdt., I, 188). Естественно, такое количество разнообразных продуктов было рассчитано на многие тысячи людей. Так, историки Динон и Ктесий говорят о 15000 человек как об участниках подобных царских пиров (Athen., IV, 146с). Подробнее см.: Briant Р. Histoire de l’empire perse de Cyrus à Alexandre (Achaemenid History X). Vol. I-II. Leiden, 1996, p. 297-304, 947.

882

Антипатр (398-319 гг. до н. э.), сын Иолая, видный македонский государственный деятель и полководец времени царствования Филиппа II и Александра Македонского, в последние годы жизни участник борьбы диадохов. Начавший свою политическую карьеру еще при Пердикке III, Антипатр был одним из самых близких соратников Филиппа, который активно использовал его полководческие и, прежде всего, административные и дипломатические способности. После убийства Филиппа Антипатр решительно поддержал Александра при его восшествии на македонский престол. Эту преданность Александр высоко оценил. Отправившись в Азию, он назначил Антипатра наместником Македонии и своим заместителем в Греции. Во время восточных походов Александра Антипатр добросовестно выполнял возложенные на него обязанности. Он успокоил волнения во Фракии (331 г. до н. э.) и одержал победу в войне со Спартой и ее греческими союзниками (битва у Мегалополя в Пелопоннесе в 331/30 г. до н. э.). В 323 г. до н. э. Александр отдал приказ Антипатру передать свои полномочия Кратеру, посланному в тот момент в Македонию, и прибыть с новыми пополнениями в Вавилон. Однако этот приказ, вследствие скорой смерти Александра, не был осуществлен Антипатром. Начавшаяся в Греции в 323 г. до н. э. война против македонского владычества (так называемая Ламийская война), с которой Антипатру пришлось столкнуться, вначале складывалась для него неудачно. После понесенного им поражения он даже был вынужден запереться в Ламии (город в Фессалии) и там выдерживать осаду греческих войск. Однако прибывшие с Востока на помощь Антипатру македонские контингента, прежде всего те, которые привел Кратер, изменили ход военных действий и в конце концов привели к поражению греков в 322 г. до н. э. В 321 г. до н. э. Антипатр вместе с Кратером отправился в Азию. Утвержденный в Трипарадисе (город в Сирии), на совещании бывших полководцев Александра, регентом при царях Филиппе III Арридее и Александре IV, Антипатр вернулся в Македонию, где в 319 г. до н. э. умер. Об Антипатре, в частности, см.: Baynham Е. J. Antipater: Manager of Kings / / Ventures into Greek History / Ed. by I. Worthington. Oxford, 1994. P. 331 ff.

883

Тетрахориты — племя во Фракии; другое название — бессы, а также — тетракомы.

884

События, судя по всему, относятся к 331 г. до н. э., когда Антипатр замирял волнения во Фракии.

885

Сперхей — река в Фессалии.

886

Ламия — город в Фессалии.

887

Занятие Ламии Антипатром произошло в 323 г. до н. э. Здесь он был осажден греческими войсками. По осаде в Ламии Антипатра война, которую в это время вели греки против македонского господства, получила название Ламийской (323-322 гг. до н. э.). Фессалийцы, наряду с афинянами и этолийцами, являлись в данной войне основными противниками Антипатра (лояльным к Македонии оставался в Фессалии только Пелинней).

888

Об Агесилае см. прим. 1 к книге II, 1; также и об использованной Агесилаем стратегеме проти| Аэропа см. прим. 35 к книге И, 1, 17.

889

Об Эвмене и Антигоне см. соответственно прим. 194 и 129.

890

Настоящая стратегема, как и предыдущая, связана с событиями Ламийской войны.

891

Парменион (ок. 400-330 гг. до н. э.), сын Филоты, один из лучших македонских полководцев при Филиппе II и Александре Македонском. Входя в число ближайших соратников Филиппа, Парменион с успехом выполнял его многочисленные военные задания. После убийства Филиппа Парменион решительно поддержал Александра при его восшествии на престол Македонии. Во время восточных походов Парменион занимал высшее положение в офицерском корпусе Александра. Он участвовал во всех основных битвах Александра с персами, всякий раз осуществляя командование левым флангом македонской армии. Кроме совместных с Александром военных операций Парменион постоянно выполнял и отдельные поручения македонского царя. Несмотря на все более усиливающиеся разногласия с Александром Парменион до конца оставался верным своему монарху. После казни его сына Филоты, обвиненного в заговоре против Александра, Парменион по приказу царя был убит в 330 г. до н. э. в Экбатанах.

892

Состоявшееся в 333 г. до н. э. сражение при Иссе (в Киликии) было второй крупной битвой, в которой Александр одержал верх над персами.

893

Дамаск — город в Сирии, крупнейший, экономический и политический центр данного региона.

894

О том, что Парменион был отправлен Александром в Дамаск для захвата богатств, которые были оставлены там персами перед битвой при Иссе, сообщают и другие античные авторы. Ср.: Arr. Anab., II, 11, 10; Plut. Alex., 24; Curt., III; 12, 27-13; 14, 4.

895

Антигон I Одноглазый (382-301 гг. до н. э.), основатель династии Антигонидов, сын некоего Филиппа, происходил из знатного македонского дома  г.Пеллы. Принимал участие в военных кампаниях Филиппа И. В 340 г. до н. э. Антигон женился на Стратонике, от которой имел сыновей Деметрия I Полиоркета, будущего македонского царя (294-288/7 гг. до н. э.), и Филиппа. Вместе с Александром Антигон отправился в поход против персов (334 г. до н. э.). В 333 г. до н. э. он был назначен сатрапом Великой Фригии, и в этой должности оставался вплоть до смерти Александра (323 г. до н. э.). Возможно, с 331 г. до н. э. Антигон стал управлять также сатрапиями Памфилией и Ликией. После смерти Александра Македонского в Вавилоне произошло перераспределение сатрапий; за Антигоном была сохранена Великая Фригия. В 321 г. до н. э. на совещании в Трипарадисе Антигон провозглашается стратегом Азии и получает вдобавок к своей прежней сатрапии Ликию, а также Ликаонию и Памфилию. В 320 г. до н. э. Антигон, выступая на стороне «партии» Антипатра, воюет с Эвменом и разбивает его в оркинской области; в этом же году в Писидии он одерживает победу над приверженцами Пердикки. После смерти Антипатра в 319 г. до н. э., захватив Лидию и Геллеспонтскую Фригию и выступив против регента Полисперхонта, Антигон заключает союз с Кассандрой и Птолемеем. В 318-317 гг. до н. э. он с переменным успехом воюет с Эвменом. В 316 г. до н. э. Антигон вступил в битву с Эвменом при Габиене, в результате которой Эвмен был выдан ему своими воинами; в это же время Антигон изгоняет Селевка из Вавилонии. В 315-311 гг. до н. э. Антигон, стремящийся восстановить единую империю Александра, ведет войну против коалиции, состоящей из Лисимаха, Кассандра, Птолемея и Селевка. В 312 г. до н. э. сын Антигона Деметрий Полиоркет был разбит Птолемеем в битве при Газе, в результате чего Селевк возвратился в Вавилон. В 311 г. до н. э. был заключен мир между Антигоном, Птолемеем, Кассандром и Лисимахом (без Селевка). В 306 г. до н. э. Антигон вместе со своим сыном принимают царский титул; в это же время Антигон совершает неудачный поход против Египта. 302 г. до н. э. был ознаменован успешной военной кампанией Антигона против Лисимаха. В 301 г. до н. э. в битве при Ипсе (Великая Фригия) коалиция из Птолемея, Кассандра, Лисимаха и Селевка наносит решающее поражение Антигону и Деметрию. В этой битве, отчаянно сражаясь, Антигон погиб. Подробнее об Антигоне см.: Billows R. A. Antigonos the One—Eyed and the Creation of the Hellenistic State. BerkeleyLos Angeles, 1990. (абзац) В статегемах шестой главы, посвященной по большей части Антигону I, фигурирует также и Антигон II Гонат, военные хитрости которого описываются, в следующих стратегемах: 1, 2, 3, 17, 18 и 20. (абзац) Антигон II Гонат (319-239 гг. до н. э.), македонский царь (277/6-239 гг. до н. э.), внук Антигона I и сын Деметрия Полиоркета и Филы. По-видимому, получил прозвище Гонат из-за своего места рождения —  г. Тонны. Антигон II вел войны против кельтов, Пирра, царя Эпира и Птолемея II и III, а также греческих государств, стремясь утвердить в Элладе свое политическое верховенство. Весьма примечательно увлечение Антигона философией — в молодости он был учеником знаменитого стоика Зенона из Китая. Об Антигоне II см.: Tarn W. W. Antigonos Gonatas. Oxford, 1913; Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма / Пер. Э. Д. Фролова. М„ 1982. С. 171-199.

896

Александр — сын Кратера, сводного брата Антигона II. Александр, будучи наместником Антигона, отложился от него в 252 г. до н. э. Смерть Александра от яда в 245 г. до н. э., по слухам, была на совести Антигона.

897

В 244 г. до н. э. ей было около 35 лет, а Деметрию около 30.

898

Деметрий II, сын Антигона II, будущий царь Македонии (239-229 гг. до н. э.).

899

Амебей — знаменитый кифаред, отличавшийся особой целомудренностью (Ael. Var. hist., III, 30).

900

События относятся к 244 г. до н. э. и описывают борьбу Антигона II с Ахейским союзом за обладание Коринфом. Ср.: Plut. Arat., 17.

901

Осада Мегар происходила около 266-264 гг. до н. э. во время так называемой Хремонидовой войны (267-261 гг. до н. э.) (война Антигона с Афинами, Спартой и Птолемеем II). В Мегарах находился гарнизон Антигона, состоящий из наемников, которые подняли мятеж, подавленный с большим трудом. Ср.: Ael. Nat. an., XI, 14; Athen., XIII, 606.

902

Река Оронт.

903

Данные события имели место в 321 г. до н. э. в Трипарадисе (Северная Сирия). Антипатр, явившись к Антигону, столкнулся с требованием денег со стороны его солдат. Эти деньги были обещаны им еще Александром, и Антипатр, находясь в затруднительном положении, воспользовался услугой Антигона — при помощи хилиарха Селевка он переправился на противоположный берег Оронта. Однако дело закончилось в пользу Антипатра, который был назначен регентом. Ср.: Diod., XVIII, 39, 3.

904

Каппадокия — область в восточной части Малой Азии.

905

Ликаония — область в центре Малой Азии.

906

Фригия — область в Малой Азии; Фригия делилась на Малую Фригию, включающую Троаду — на южном побережье Геллеспонта и Пропонтиды — и Большую Фригию — в глубине западной части Малой Азии.

907

Алкета, брат Пердикки, вел войну с Антигоном в Малой Азии, однако разбитый в сражении, был вынужден покончить жизнь самоубийством (319 г. до н. э.).

908

События относятся к зиме 320/19 г. до н. э. Антигон в это время вел войну со сторонниками убитого в 321 г. до н. э. регента Пердикки, — с его братом Алкетой и с Эвменом.

909

Аттал и Доким — приверженцы «партии» Пердикки, воевали вместе Алкетой против Антигона.

910

Писидия — горная область в южной части Малой Азии. События, описываемые Полиэном в седьмой стратегеме, более подробно излагаются у Диодора (XVIII, 44). Диодор описывает ход сражения следующим образом: Алкета, узнав о приближении врагов и атаковав фалангой конницу Антигона, занял одну высокую гору, после этого Антигон, в свою очередь, захватил склоны близлежащих гор. Сравнению пассажей Полиэна и Диодора посвящена статья Р. Энгеля: Engel. R. Die Überlieferung der Schlacht bei Kretopolis // Historia. Bd. 21. 1972. Ht. 3. S. 501-507.

911

События того же самого 319 г. до н. э., имеющие отношение к борьбе Антигона с Алкетой и его сторонниками.

912

Никанор — наварх флота Кассандра, который был послан в помощь Антигону. Смерть Никанора описывается у Полиэна в стратегемах Кассандра (IV, 11, 2).

913

Клит Белый — один из сподвижников Александра Македонского, после смерти которого получил в управление Лидию. Клит принадлежал к «партии», поддержавшей регентство Полисперхонта, и участвовал в военных действиях против Антигона. После описанного морского сражения Клит, спасаясь бегством, попал в руки Лисимаха, который приказал его умертвить. Очень любопытно сравнить описание морского сражения при Геллеспонте Полиэна с описанием Диодора (XVIII, 72). У последнего нет вообще упоминания о пельтастах, а из легковооруженных воинов упоминаются только лучники; кроме того, Никанор, по Диодору, потерял лишь семнадцать кораблей (у Полиэна — семьдесят). Анализ хода битвы см.: Engel R. Polyáns Strategem IV, 6, 8 zur «Seeschlacht am Hellespont* / / Klio. Bd. 55. 1973. S. 141-145.

914

Описываемые события произошли в 318 г. до н. э. во время войны Антигона с Полисперхонтом, начавшейся после того как Антигон, не признав его полномочий регента, выступил против него в коалиции с Кассандрой и Птолемеем.

915

Киликия — область на юго-восточном побережье Малой Азии.

916

Россос — порт в Киликии.

917

В 318 г. до н. э. Эвмен, напав на союзника Антигона Птолемея, захватил многие финикийские города, вслед за чем приказал погрузить на корабли захваченные им прежде царские сокровища.

918

Сосиген — наварх Эвмена.

919

Поднять первым трупы с поля боя у греков означало, что поле боя находится под его контролем, и он выиграл битву.

920

В 317 г. до н. э. Полиэн здесь не совсем точен: Антигон решил неожиданно напасть на Эвмена, зимовавшего в Габиене.

921

Мидия — область в Азии, граничащая с Персидой и Арменией.

922

Зима 317/6 г. до н. э. События непосредственно предшествуют битве при Габиене. По Плутарху (Eumen, 15), Антигон успешно миновал весь путь. Ср.: Nep., 18, 8; Plut. Eumen., 15 sq.

923

Событие 316 г. до н. э., по-видимому, незадолго до решающей битвы при Габиене.

924

Габиена — область, лежащая к северу от реки Паситигир, левого притока Эвлея, впадающего в Персидский залив близ устья Тигра и Евфрата.

925

У Антигона было 22000 пехоты, 9000 всадников и 65 слонов, у Эвмена — 36000 пехоты, 6500 всадников и 114 слонов. Ср.: Diod., XIX, 42; Plut. Eumen., 16.

926

Певкест — сатрап Персиды при Александре и после его смерти, союзник Эвмена.

927

События после битвы при Габиене. Пифон был союзником Эвмена. Ср.: Diod., XIX, 46.

928

Арахосия — область, располагавшаяся на территории нынешнего Афганистана. Ср.: Diod., XIX, 48; Plut. Eumen., 19.

929

Знаменитая осада города Родос (союзника Птолемея I) происходила в 305-304 гг. до н. э. и закончилась перемирием после многократных безуспешных попыток штурма со стороны Деметрия.

930

Памфилия — область в южной части Малой Азии, лежащая между Ликией и Киликией.

931

Галаты — кельты, жители Галатии, области в центре Малой Азии. См.: Polyaen., VII, 35, 1 и прим. 119.

932

В 279-278 гг. до н. э. Антигон II Гонат сражался с племянником Кассандра Антипатром, занимавшим в 279 г. до н. э. царский престол в Македонии.

933

Кассандрия — бывшая Потидея, находившаяся на Халкидике.

934

Аполлодор — тиран Кассандрии, поддерживаемый Антиохом I, к 277 г. до н. э. лишился его помощи, чем не преминул воспользоваться Антигон, пытавшийся восстановить гегемонию Македонии в Греции.

935

Осада Кассандрии Антигоном Гонатом происходила 277/6 г. до н. э.

936

Т. е. Аминий содействовал доставке провианта в крепость.

937

Данная стратегема относится к войне Антигона с Эвменом в 318/7 г. до н. э.

938

События 263 г. до н. э. во время Хремонидовой войны (267-261 гг. до н. э.), в которой Антигон Гонат воевал со Спартой, Афинами и Египтом. Ср.: Front. Strat., III, 4, 2.

939

Деметрий I Полиоркет («Осаждатель городов») (337/6-287 гг. до н. э.), царь Македонии (294-288/7 гг. до н. э.). Деметрий был сыном Антигона I Одноглазого и Стратоники. Уже в 333 г. до н. э. он переправился вместе со своей матерью в Азию, где рос при дворе сатрапии своего отца (Великой Фригии). В 321 г. до и. э. Деметрий женился на бывшей жене Кратера и дочери Антипатра Филе, от которой имел двоих детей: сына Антигона Гоната, будущего царя Македонии (277/6-239 гг. до н. э.) и дочь Стратонику. С 314 г. до н. э. он становится полноправным участником в войне диадохов, выступая на стороне своего отца Антигона вплоть до его смерти в 301 г. до н. э. В 312 г. до н. э. Деметрий был разбит Птолемеем в битве при Газе. В 310 г. до н. э. он ведет успешные боевые действия в Киликии. В 307 г. до н. э. Деметрий под лозунгом «освобождения греков» завоевывает значительную часть Греции и торжественно вступает в Афины. В 306 г. до н. э. Деметрий выиграл морское сражение у Птолемея при Саламине (Кипрском), в результате чего был завоеван Кипр, важный в стратегическом отношении остров. В этом же году Деметрий вместе со своим отцом принимает царский титул. В 305/4 г. до н. э. целый год Деметрий осаждает остров Родос, однако, не добившись успеха, заключает перемирие. В 304-301 гг. до н. э. Деметрий в войне против Кассандра добивается значительных успехов в Греции: взятие Коринфа, Аргоса, Эпидавра и других греческих городов. В 302 г. до н. э. Деметрий, созвав панэллинский конгресс в Коринфе и создав лигу «свободных» греческих государств, становится главнокомандующим этого союза. В 301 г. до н. э. вместе с Антигоном Деметрий терпит сокрушительное поражение в битве при Ипсе. В результате этой битвы у Деметрия остались только острова Эгейского моря, Коринф, Кипр, Милет, Эфес, Тир и Сидон, однако большая часть его владений (в том числе и Афины) была потеряна. В 298/7 г. до н. э. после смерти Кассандра началась четырехлетняя война Деметрия за власть над Грецией, увенчавшаяся в итоге в 295 г. до н. э. взятием Афин. В 294 г. до н. э. Деметрий завладевает македонским престолом, который удерживает вплоть до 288/7 г. до н. э. В 288/7 г. до н. э. Лисимах и Пирр вторгаются в Македонию, в результате чего Деметрий теряет Македонию. Тогда же году, пытаясь закрепиться в Азии и потерпев неудачу, Деметрий сдался Селевку (286 г. до н. э.), который заключил его под стражу в сирийском городе Амапее, где Деметрий содержался на протяжении трех лет в качестве почетного пленника. В 283 г. до н. э. Деметрий умер в заточении. Подробнее о Деметрий см.: Manni Е. Demetrio Poliorcète. Roma, 1952; Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. С. 87-119.

940

По-видимому, в этой стратегеме описывается ситуация, возникшая после битвы при Ипсе (301 г. до н. э.), в которой были разбиты Антигон Одноглазый и его сын Деметрий.

941

Сикион — город на северо-востоке Пелопоннеса.

942

Кенхреи — гавань Коринфа.

943

Пеллена — город в Ахайе.

944

Сикион в это время (303 г. до н. э.) находился под властью Птолемея, представителем которого в городе был стратег Филипп; взятие Сикиона Деметрием ознаменовало распространение его власти почти на всю Грецию. Ср.: Diod., XX, 102, 2.

945

Кария — область на юго-западе Малой Азии.

946

События 301 г. до н. э. сразу после битвы при Ипсе. Деметрий, спасаясь бегством, пытается собрать своих приверженцев, чтобы переправиться с ними в Европу.

947

Деметрий после смерти Кассандра (297 г. до н. э.) достиг значительных успехов в Греции. Взяв Эгину и Саламин в 296 г. до н. э., он выступил против афинского тирана Лахара (о Лахаре см.: прим. 52 к Polyaen., VI, 7, 1).

948

Бегство Лахара и капитуляция Афин произошли весной 295 г. до н. э.

949

Суний — мыс на юго-восточной оконечности Аттики.

950

Деметрий Фалерский (ок. 360-283 гг. до н. э.) — известный политический деятель эпохи диадохов. С 317 по 307 гг. до н. э. управлял Афинами по поручению Кассандра. В 307 г. до н. э. был изгнан Деметрием Полиоркетом, после чего стал советником Птолемея I. Помимо политической деятельности Деметрий Фалерский отличался завидной ученостью и написал многочисленные сочинения по риторике, филологии, философии и т.  д.См.: Polyaen., III, 15 и прим. 273.

951

Здесь описывается взятие Афин Деметрием в 307 г. до н. э. Ср.: Diod., XX, 45, 2; Plut. Demetr., 8.

952

Менелай был сыном Лага и Арсинои и братом Птолемея I.

953

События 306 г. до н. э. — знаменитая морская победа Деметрия над Птолемеем. Ср.: Diod., XX, 50-51; Plut. Demetr., 16.

954

Захват Коринфа произошел в 303 г. до н. э. Лехей являлся гаванью Коринфа. Полиэн немного искажает ситуацию: полководец Кассандра Препелай удалился из Коринфа, и город попросил у Деметрия гарнизон. Ср.: Diod., XX, 103, 1.

955

Лиркей — гора в Аркадии, области в центре Пелопоннеса.

956

В 295/4 г. до н. э. после взятия Афин Деметрий решил предпринять экспедицию против Спарты, не находившейся под его властью, однако поход оказался неудачным, и он был вынужден отступить. Полиэн описывает эту экспедицию также в одиннадцатой стратегеме.

957

Орхомен — город в Беотии.

958

292 г. до н. э. — захват Деметрием Беотии.

959

Лик — река во Фригии.

960

События 287 г. до н. э. Деметрий после раздела Македонии Пирром и Лисимахом пытался безуспешно закрепиться в Малой Азии.

961

Эвмен (362-316 гг. до н. э.), родом из Кардии, возможно, знатного происхождения, один из сподвижников Александра. При Филиппе II занимал должность секретаря (писца). В течение всего правления Александра заведовал его канцелярией. После смерти Александра (323 г. до н. э.) Эвмен получил при распределении сатрапий Каппадокию и Пафлагонию и стал сторонником Пердикки. В 322 г. до н. э. Эвмен успешно воюет с царем Каппадокии Ариаратом, которого, в конце концов, берет в плен. Выступая на стороне Пердикки, Эвмен в 321 г. до н. э. разбивает наголову в Каппадокии войска Кратера и Неоптолема, в результате чего оба полководца погибают на поле боя. После гибели Пердикки и соглашения в Трипарадисе (321 г. до н. э.) Эвмен, не признав нового перераспределения сатрапий, на протяжении почти двух лет воюет с Антигоном, выступавшим на стороне Антипатра, а после смерти последнего в 319 г. до н. э. Эвмен выступает на стороне регента Полисперхонта и Олимпиады и, получив от них звание «Стратега Азии», заключает с ними общее соглашение о войне против Птолемея, Антигона и Кассандра. После временных побед «партии» Полисперхонта и Олимпиады над «партией» Кассандра, Антигона и др. в 317 г. до н. э. Кассандр завоевывает Афины, а Эвмен ведет войну в Азии с Антигоном, кульминацией которой стала битва при Габиене (316 г. до н. э.). В результате этой битвы Эвмен был выдан Антигону аргираспидами, которыми он командовал с 319 г. до н. э., и по решению Антигона и его окружения был умерщвлен. Подробнее об Эвмене см.: Vezin A. Eumenes von Cardia. Münster, 1907.

962

Данную стратегему следует отнести к Эвмену II, пергамскому царю (197-159 гг. до н. э.), который прославился своими победами над галатами.

963

Антиген и Тевтам — командиры аргираспидов. Ср.: Diod., XVIII, 60; Nep., 18, 7; Plut. Eumen., 13.

964

Персида — область Ирана (сейчас Фарс), наместником которой был Певкест.

965

Оронт был другом Певкеста.

966

На самом деле, только Олимпиада возвратилась в Македонию.

967

События 317 г. до н. э. Между Эвменом и Певкестом происходила борьба за командование. Ср.: Diod., XIX, 23.

968

В данном случае под «своими отроками» (μετά ίδίων παίδων) имеются в виду мальчики — слуги командиров, которые представляли собой аналог царских пажей (Hammond N. G. L. Royal Pages, Personal Pages, and Boys Trained in the Macedonian Manner during Period of the Temenid Monarchy //Historia. Bd. 39. 1990. Hf. 3. P. 270). Сами события относятся к зиме 317/6 гг. до н. э. Ср.: Diod., XIX, 38; Nep., 18, 8.

969

Точная дата событий неизвестна; вероятно, они произошли около 320 г. до н. э. Ср.: Plut. Eumen., 9.

970

Селевк (ок. 358-281 гг. до н. э.), сподвижник Александра Македонского, один из диадохов, основатель династии Селевкидов. Селевк, сын Филиппа и Лаодики, занимал довольно высокое положение в войске Филиппа II, был участником похода Александра в Азию, командовал царскими гипаспистами и особо отличился в битве при Гидаспе (326 г. до н. э.). Однако Селевк сумел проявить себя только после смерти Александра. На совете в Вавилоне (323 г. до н. э.) Селевку не досталось никакой сатрапии, но взамен этого он получил должность хилиарха. В 323-321 гг. до н. э. Селевк — сторонник «партии» Пердикки. В 321 г. до н. э. он участвует в походе на Египет против Птолемея; во время этой экспедиции Селевк устраивает вместе с Антигеном заговор против Пердикки, в результате которого последний погибает. При распределении сатрапий в Трипарадисе (321 г. до н. э.) Селевк получает Вавилонию. В 321-317 гг. до н. э. Селевк является союзником Антигона, который назначает его (помимо Вавилонии) сатрапом Сузианы. После разгрома Эвмена в битве при Габиене (316 г. до н. э.) между Антигоном и Селевком начался разлад и Селевк был вынужден покинуть Вавилон. В 315 г. до н. э. Селевк примыкает к коалиции Птолемея, Кассандра и Лисимаха, созданной против Антигона. В 312 г. до н. э. Селевк и Птолемей в битве при Газе одерживают крупную победу над сыном Антигона Деметрием Полиоркетом; в этом же году Селевк возвращается в Вавилонию. В мирном договоре коалиции с Антигоном Селевк не был упомянут, однако фактически за ним сохранились его прежние сатрапии. В 311-301 гг. до н. э. Селевк распространяет свою власть на Армению, Парфию, Перейду, Бактрию, Согдиану, Арахосию. (абзац) В 305 г. до н. э. Селевк принимает царский титул. В 301 г. до н. э. он участвует в битве при Ипсе, в результате которой к нему отходит северная часть Сирии. В 290е гг. до н. э. Селевк — союзник Деметрия Полиоркета, однако в 287 г. до н. э. заключает против него союз с Птолемеем и Лисимахом; в 286 г. до н. э. Деметрий попадает в заточение к Селевку. После этого начинается война двух бывших союзников — Селевка и Лисимаха, окончившаяся гибелью Лисимаха в битве при Курупедионе (281 г. до н. э.). По итогам битвы Селевк получил малоазийские владения Лисимаха. Провозглашенный своим войском царем Македонии, Селевк двинулся во Фракию, но на пути был предательски убит Птолемеем Керавном (280 г. до н. э.). О Птолемее Керавне см. прим. 253. Подробнее о Селевке см.: Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. С. 59-87.

971

Данная битва произошла около 312-311 гг. до н. э. См.: Winnicki К. Militäroperationen von Ptolemaios I und Seleukos I. in Syria in der Jahren 312-311 v. Chr. II // Ancient Society. Vol. 22. 1991/ P. 147-201.

972

Во второй, третьей и пятой стратегемах описываются отчаянные попытки Деметрия удержаться в Малой Азии в 286 г. до н. э., которые закончились его пленением. Ср.: Plut. Demetr., 49.

973

Сарды — столица Лидии.

974

Эпизод войны между Селевком и Лисимахом (282-281 гг, до н. э.), закончившейся гибелью Лисимаха в битве при Курупедионе.

975

Тавр — горная цепь, тянущаяся параллельно южному побережью Малой Азии вплоть до Армении.

976

Аманские ворота — ущелье на пути из Киликии в Коммагену. Ср.: Plut. Demetr., 49.

977

Данная стратегема посвящена Селевку II Каллинику, царю Селевкидской державы (246-225 гг. до н. э.), сыну Антиоха II Теоса и Лаодики. Он, кроме прочих войн, вел безуспешно многочисленные войны со своим братом Антиохом Гиераксом.

978

События происходили в 243-239 гг. до н. э.

979

Пердикка III, македонский царь (365-359 гг. до н. э.), сын Аминты III и Эвридики, брат Филиппа II. Пердикка вел во время своего царствования войны против Халкидского союза и иллирийцев, в битве с последними он и погиб в 359 г. до н. э. О царствовании Пердикки III см.: Hammond N. G. L., Griffith G. T. A History of Macedonia. Vol. II. P. 180 ff. Ср.: Polyaen., III, 10, 14; VIII, 60 и прим. 248.

980

Кассандр (ок. 335-298/7 гг. до н. э.), один из диадохов, правитель Македонии (316-298/7 гг. до н. э.; титул царя принял в 305 г. до н. э.). Кассандр был сыном Антипатра, который в 321 г. до н. э. стал регентом при царях Александре IV и Филиппе III Арридее (после гибели регента Пердикки). Однако Антипатр перед своей смертью (319 г. до н. э.) назначил регентом не Кассандра, а старого и опытного полководца Полисперхонта. В войне с Полисперхонтом за обладание Грецией (319-317 гг. до н. э.) Кассандр добивается решительных успехов, подчиняет себе Афины, где назначает правителем Деметрия Фалерского. К 316 г. до н. э. власть Кассандра распространяется почти на всю Грецию, а также Македонию. В этом же году по приказу Кассандра была убита мать Александра Македонского — Олимпиада, а Роксана и ее сын (Александр IV) отправлены в заточение. В 315-311 гг. до н. э. Кассандр участвует вместе Птолемеем, Лисимахом и Селевком в войне против Антигона и Деметрия. (абзац) В 311 /10 г. до н. э. Роксана и ее сын были убиты по указанию Кассандра. В 307 г. до н. э. Деметрий завоевывает Афины, после чего возобновляется война Кассандра за Грецию (307-301 гг. до н. э.). Участвуя в коалиции против Деметрия и Антигона, Кассандр после битве при Ипсе (301 г. до н. э.) становится бесспорным владыкой практически всей Греции. В 298/7 г. до н. э. Кассандр умирает от болезни, оставив власть над Македонией своим сыновьям — Филиппу (правил в 297 г. до н. э.), Антипатру (297-294 гг. до н. э.) и Александру (297-294 гг. до н. э.). Подробнее о Кассандре см.: Fortina М. Cassandra, re di Macedonia. Torino, 1965.

981

318 г. до н. э. Военные действия Кассандра против Полисперхонта.

982

Мунихия — холм в Пирее (гавани Афин), имевший стратегическое значение.

983

Никанор после морской победы на Геллеспонте (318 г. до н. э.) над флотом Клита пытался вмешаться в борьбу диадохов, считая себя, по крайней мере, равным Кассандру и Антигону, которым он подчинялся. Ср.: Diod. XVIII, 75.

984

Пидна — этот греческий город на побережье Македонии был инкорпорирован в состав Македонского царства Филиппом II в 355/4 г. до н. э.

985

Пентера — корабль с пятью рядами весел.

986

Царица Олимпиада, мать Александра III; Эвмен и Певкест составляли «партию» Полисперхонта, которая признавала последнего в качестве регента. Ср.: Diod., XIX, 50; Just., XIV, 6, 5.

987

События 316 г. до н. э. После захвата Олимпиады Кассандр приказал ее казнить.

988

Эпидамн — греческий город на побережье в Иллирии. Упоминаемая ниже область Атинтания находилась в северном Эпире.

989

314 г. до н. э. Поход Кассандра (после его утверждения в Греции) в Иллирию, имевшего целью распространить свою власть на этот регион. Ср.: Just., XV, 2

990

Лисимах (ок. 360-381 гг. до н. э.), один из диадохов, правитель Фракии (323-281 гг. до н. э.), впоследствии — также царь Македонии (288/7-281 гг. до н. э.). Лисимах, по-видимому, был сыном одного из придворных Филиппа II — Агафокла. Вопрос о его немакедонским происхождении является предметом оживленной научной дискуссии. Во время похода Александра в Азию Лисимах становится телохранителем македонского царя. После его смерти (323 г. до н. э.) Лисимах получает в управление Фракию; по соглашению в Трипарадисе (321 г. до н. э.) сохраняет ее за собой. Лисимах совершает многочисленные походы против фракийцев. В 315-311 гг. до н. э. он участвует в войне коалиции Птолемея, Селевка и Кассандра против Антигона и Деметрия. В 305 г. до н. э. Лисимах, владея Фракией, принимает царский титул. В 301 г. до н. э. он совместно с Птолемеем, Селевком и Кассандрой наносит поражение Антигону в битве при Ипсе (301 г. до н. э.), после которой практически вся Малая Азия становится зависимой от Лисимаха. В 288/7 г. до н. э. Пирр, царь Эпира, и Лисимах производят раздел Македонии, последовавший за предательством, которое совершило македонское войско в отношении Деметрия. В 287 г. до н. э. Лисимах, разбив войско Пирра, становится единоличным царем Македонии. В 281 г. до н. э. Лисимах погибает, получив смертельную рану в битве с Селевком при Курупедионе. Подробнее о Лисимахе см.: Franco С. Il regno di Lisimacho. Pisa, 1993.

991

Автариаты — племя, населявшее центральную часть Иллирии; отличались особенной воинственностью и бесстрашием; интересно отметить, что они никогда не оставляли в живых своих воинов, обессилевших в бою (Nie. Dam. FGrH 90 F 115). Об иллирийцах см.: Stipcevic A. The Illyrians — History and Culture. Park Ridge, 1974.

992

Лампсак — малоазийский греческий город вблизи Геллеспонта.

993

Часть (2000) автариатов перешла на сторону Антигона.

994

Битва Деметрия и Лисимаха при Лампсаке произошла в 302 г. до н. э. и закончилась поражением Лисимаха.

995

События 288/7 г. до н. э. Лисимах вторгся в Македонию, и Деметрий был принужден вести войну на два фронта — с ним и Пирром, что, в конце концов, привело к разделу Македонии между Лисимахом и Пирром.

996

Пеоны (пеонийцы) — племя, обитавшее в юго-западной Фракии, на северной границе Македонии. См.: Merker I. L. The Ancient Kingdom of Paionia // Balkan Studies. Vol. VI. 1965. P. 35 ff.

997

Царь Пеонии Автолеонт был союзником Лисимаха в его войне с Деметрием и Пирром за обладание Македонией. После кончины Автолеонта в 284 г. до н. э. Лисимах отправляется в Пеонию, чтобы восстановить его сына на царском престоле.

998

Астиб — река в Пеонии.

999

Лисимах отдал приказ убить Аристона.

1000

Дарданы — иллирийское племя, населявшее юго-восточную часть Иллирии, район верхнего течения реки Южной Моравы.

1001

Кратер (? — 321 гг. до н. э.), сын Александра и Аристопатры, знатный македонянин из области Орестиды, один из выдающихся полководцев Александра Македонского, принадлежал к числу его преданных друзей. В начале похода Александра в Азию руководил таксисом педзетайров и в этой должности участвовал в битве при Гранике. В битве при Иссе командовал пехотой левого фланга при общем руководстве Пармениона левым крылом. Участвовал в осаде Тира. В битве при Гавгамелах (331 г. до н. э.) он сражался со своим таксисом на левом крыле фаланги педзетайров, являясь командующим всей пехотой левого фланга. Кратер также принимал участие в преследовании разбитого Дария III, в среднеазиатской кампании и в индийском походе. В 324 г. до н. э. ему было поручено управление Европой вместо Антипатра. Вслед за смертью Александра (323 г. до н. э.), обладая титулом «попечителя Македонии», Кратер вместе с Антипатром и Пердиккой составляли тройку главных правителей Александрова царства. В 321 г. до н. э. Кратер, выступая на стороне Антипатра против Пердикки, погибает в Каппадокии в сражении с Эвменом.

1002

События 332 г. до н. э. при осаде Тира Александром Македонским.

1003

Полисперхонт (385-ок. 303 гг. до н. э.), родом из Тимфеи, военачальник Александра Македонского, командир таксиса фаланги; участвовал в битвах при Иссе (333 г. до н. э.) и Гавгамелах (331 г. до н. э.). В 319 г. до н. э. был назначен умирающим Антипатром имперским регентом, однако его не признали Антигон, Кассандр, Лисимах, а затем и Кассандр. В 319 г. до н. э. Полисперхонт дарует «свободу» греческим городам, а в следующем году производит суд над олигархами в Афинах и заключает союз с Олимпиадой. В 317/6 г. до н. э. он, преданный своими войсками, был вытеснен из Македонии Кассандром. Впоследствии Полисперхонт участвовал в союзе с Кассандром в убийстве Геракла, сына Александра Македонского от Барсины (309 г. до н. э.). О жизни Полисперхонта в последние годы известно крайне мало.

1004

В 318 г. до н. э. Полисперхонт предпринял неудачную попытку завоевать Пелопоннес.

1005

Антиох I Сотер (323-261 гг. до н. э.), царь Селевкидской державы (281-261 гг. до н. э.), сын Селевка I и Апамы. Антиох уже встречается в битве при Ипсе (301 г. до н. э.), в которой он командовал конницей. Антиох I вел войну против египетского царя Птолемея II (I Сирийская война, 274-271 гг. до н. э.), которая закончилась присоединением к державе Селевкидов Северной Сирии. Прославился своим отражением агрессии кельтов (галатов), вторгшихся в Малую Азию (278 г. до н. э.), за что и получил прозвище Сотер (Спаситель). Об Антиохе I и II, Антиохе Гиераксе см.: Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. С. 139-219.

1006

Птолемей II Филадельф (Любящий сестру) (308-246 гг. до н. э.), царь Египта (с 285 г. до н. э. вместе с Птолемеем I, в 283-246 гг. до н. э. — единолично). Птолемей вел многочисленные войны с Антигоном Гонатом и Антиохом I и П.

1007

События, произошедшие в так называемую I Сирийскую войну (274-271 гг. до н. э.) между Птолемеем II и Антиохом I, в которой Птолемей II потерпел поражение. Взятие Дамаска Антиохом было одним из ключевых моментов в этой войне.

1008

Антиох II Теос (278-246 гг. до н. э.), царь Селевкидской державы (261-246 гг. до н. э.), сын Антиоха I и Стратоники. Во время своего царствования противодействовал египетской экспансии в Малой Азии, ведя войну с Птолемеем II (так называемая II Сирийская война, 260-253 гг. до н. э.). Антиох II в союзе с Антигоном II Гонатом не смог победить Птолемея, заключившего в 255 г. до н. э. сепаратный мир с Антигоном. В 253 г. до н. э. Птолемей заключил с Антиохом мирное соглашение и отдал ему в жены свою дочь Беренику.

1009

Кипсела — город во Фракии.

1010

Эпизод из II Сирийской войны (260-253 гг. до н. э.) между Птолемеем II и Антиохом II (в союзе с Антигоном Гонатом). Антиох II пытался распространить свою власть на Европу.

1011

Т. е. против македонского царя Антигона II Гоната и египетского царя Птолемея II.

1012

Антиох Гиеракс (Коршун), сын Антиоха II и Лаодики, брат Селевка И. Он, будучи формально соправителем своего старшего брата Селевка И, создал на территории Анатолии фактически независимое государство, которым с 242 по 228/7 гг. до н. э. управлял из Сард. Попытки Селевка восстановить контроль над Малой Азией закончились провалом. Антиох Гиеракс погиб в 228/7 г. до н. э. в войне с Селевком III (225-223 гг. до н. э.), преемником Селевка II, и пергамским царем Атталом I (241 — 197 гг. до н. э.).

1013

Арсам (Аршам) — царь (князь) Великой Армении, данник Селевка II. Приблизительно в 40е гг. III в. до н. э. Арсам выступает против власти Селевкидов и добивается независимости для Армении. Столицей независимой Армении стал Аршамашат — город, построенный самим Арсамом.

1014

Андромах был сыном Ахея.

1015

Лисимахия — название двух городов, основанных Лисимахом — на Херсонесе Фракийском и в южной Этолии; о какой из них здесь идет речь, непонятно.

1016

235 г. до н. э. Эпизод борьбы Селевка II и Антиоха Гиеракса.

1017

Филипп V (237-179 гг. до н. э.), македонский царь (221-179 гг. до н. э.), сын Деметрия II. В 216 г. до н. э. Филипп заключил союз против Рима с Ганнибалом; Филипп вел войну против римлян и Аттала I (I Македонская война, 215-205 гг. до н. э.) и пытался в союзе с Антиохом III завоевать Египет (203-201 гг. до н. э.); в 197 г. до н. э. он был разбит Титом Фламинином в битве при Киноскефалах, что явилось концом македонской гегемонии над Грецией (II Македонская война, 200-197 гг. до н. э.). О Филиппе V см.: Walbank F. W. Philip V of Macedón. Cambridge, 1940; Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. С. 248-273.

1018

Принасс — город в Малой Азии (в Карий). Перея — владения Родоса на материке.

1019

События 201 г. до н. э. Филипп вел войну против пергамского царя Аттала и родосцев. Ср.: Polyb., XVI, 11; Front. Strat., III, 8, 1.

1020

События того же 201 г. до н. э.

1021

Птолемей I Сотер (ок. 367/6-283 гг. до н. э.), один из диадохов, основатель династии Птолемеев, правитель Египта (323-283 гг. до н. э., с 305 г. до н. э. — с царским титулом). Птолемей, сын Лага и Арсинои, знатного происхождения, выходец из области Эордеи. В походе Александра Птолемей встречается впервые в битве при Иссе (333 г. до н. э.). В 330 г. до н. э. после гибели Филоты назначен царским телохранителем. В 329-326 гг. до н. э. активно участвует в военных действиях: экспедиция против Бесса, поход в Согдиану, индийская кампания. Во время свадебных торжеств в Сузах (324 г. до н. э.) Птолемей женится на дочери Артабаза Артакаме (или Апаме). После смерти Александра он получает в управление Египет. В 322 г. до н. э. присоединяет к своему владению Кирену, а год спустя выходит победителем в борьбе с имперским регентом Пердиккой, отправившимся против него в поход. По договору в Трипарадисе сохраняет за собой Египет, к которому немного спустя силой присоединяет Сирию. В 317 г. до н. э. Птолемей женится на своей сводной сестре Беренике. С 315 по 311 гг. до н. э. он активно сражается на стороне Селевка, Кассандра и Лисимаха против Антигона и Деметрия. В 312 г. до н. э. в битве при Газе Птолемей вместе с Селевком побеждает Деметрия. В 308 г. до н. э. Птолемей предпринимает успешную экспедицию (против Деметрия) в Грецию, где занимает гарнизонами (до 302 г. до н. э.) Коринф, Сикион и Мегару. В 306 г. до н. э. Деметрий наносит сокрушительное поражение флоту Птолемея в сражении при Саламине на Кипре, в результате чего для египетского правителя был потерян Кипр и господство на море. В 301 г. до н. э. Птолемей участвует в военных действиях в составе коалиции против Антигона; положительный исход кампании (битва при Ипсе) почти полностью восстановил былое могущество Птолемея. В 283 г. до н. э. Птолемей умирает. У Птолемея от второй жены Эвридики, дочери Анти–патра, был сын Птолемей Керавн (Гром), предательски убивший Селевка в 280 г. до н. э., а от третьей жены Береники — Птолемей II Филадельф, которому Птолемей и передал царскую власть в Египте. О Птолемее I см.: Seibert J. Untersuchungen zur Geschichte Ptolemaios’ I. München, 1969; Бенгтсон Г. Правители эпохи эллинизма. С. 29-59.

1022

Пердикка (ок. 365-321 гг. до н. э.), один из сподвижников Александра, родом из Орестиды, сын Оронта. Пердикка впервые появляется на сцене в качестве командира таксиса педзетайтров, набранных из области Орестиды, во время похода Александра против трибаллов (335 г. до н. э.). Руководя своим таксисом, Пердикка участвует в битвах при Гранике (334 г. до н. э.) и при Иссе (333 г. до н. э.). Самостоятельное командование он получает в 332 г. до н. э., действуя совместно с Кратером при осаде Тира. В битве при Гавгамелах (331 г. до н. э.) Пердикка руководит своим таксисом в центре войска македонян. В 330 г. до н. э. Пердикка назначается телохранителем Александра. В индийском походе (326 г. до н. э.) вместе с Гефестионом возглавляет отдельную часть армии (возможно, пехоту) и активно помогает Александру в битве при Гидаспе уже в качестве гиппарха. Во время свадебных торжеств в Сузах (324 г. до н. э.) Пердикка женится на дочери Атропата, сатрапа Мидии. После смерти Гефестиона (324 г. до н. э.) назначается на должность хилиарха и выдвигается в число первых лиц государства. После смерти Александра (323 г. до н. э.) Пердикка становится наместником империи и регентом (при слабоумном Филиппе III Арридее, а вскоре — и при малолетнем Александре IV). В 321 г. до н. э. в походе против — Птолемея, которому и посвящена данная стратегема, Пердикка погибает в результате заговора Селевка и Антигена. Ср.: Front. Strat., IV, 7, 20.

1023

Мемфис — город в Верхнем Египте.

1024

Аттал I Сотер (268-197 гг. до н. э.), пергамский царь (241-197 гг. до н. э.). В 228/7 г. до н. э. Аттал разгромил войско Антиоха Гиеракса. Он также вел постоянные войны с Антиохом III за обладание Малой Азией. В I Македонской войне (215-205 гг. до н. э.) он был союзником Рима. В 201 г. до н. э. Аттал в союзе с родосцами одержал блистательную победу над Филиппом V в морском сражении при Хиосе. Во II Македонской войне (200-197 гг. до н. э.), как и в первой, Аттал выступал на стороне Рима. Об Аттале I см.: Климов О. Ю. Царство Пергам: Очерк социально–политической истории. Мурманск, 1998. С. 18-28.

1025

Аттал часто вел войны против галатов. Данный эпизод датируется около 239-236 гг. до н. э. Ср.: Front. Strat., I, 11, 15.

1026

Персей (213/2-165 гг. до н. э.), сын македонского царя Филиппа V и Поликратии, последний царь Македонии, из династии Антигонидов, правил с 179 по 168 г. до н. э. С самого начала своего правления Персей стал готовиться к борьбе с Римом. Продолжив политику своего отца по восстановлению подорванных римлянами внутренних сил Македонии, он в то же время развил бурную дипломатическую активность, имевшую явный антиримский характер. В 171 г. до н. э. римляне объявили Персею войну (III Македонская война). После первых успехов (в союзе с Иллирией) Персей потерпел сокрушительное поражение в битве при Пидне (168 г. до н. э.). Ему удалось сначала бежать, но потом он был вынужден отдать себя в руки римлян. Персей умер в плену в Италии в 165 г. до н. э. О Персее, в частности, см.: Meloni Р. Perseo e la fine della monarchia macedone. Roma, 1953.

1027

Имеется в виду царь Селевкидской державы Антиох IV Эпифар (175-164 гг. до н. э.).

1028

События относятся к III Македонской войне (171-168 гг. до н. э.) Ср.: Ampel., 16; Zonara, IX, 22.

1029

Вероятно, Полиэн включил в свою книгу два рассказа, посвященных Аристократу, но до нас дошел только один.

1030

Рассказ о Пирехме не сохранился в основном тексте, но сохранился в Excerpta Polyaeni, 11,2.

1031

Информация о Сатире, включенном в книгу Полиэна, не дошла, может быть, было несколько параграфов. В рукописи F2 напротив имен Пирехма и Сатира написано «не имеется».

1032

Фаларис — тиран Акраганта (ок. 570-554 гг. до н. э.), сын Леодама с о. Кос. Он покорил Камик, захватил хитростью другие города и основал на расположенном восточнее Акраганта мысе Экномий два укрепленных замка, получивших его имя. Гимерийцы выбрали Фалариса военачальником и просили его помощи в борьбе с проникшими с запада острова карфагенянами. Однако в историю он вошел, прежде всего, как самый беззаконный и жестокий правитель. Известно, что он приказывал бросать своих врагов в раскаленное брюхо бронзового быка. Человеческие стоны создавали впечатление, что бык ревет. Возможно, после поражения от карфагенского полководца Малха (560-550е гг. до н. э.) Фаларис был вынужден ввести в городе культ Баал—Хаммона с человеческими жертвоприношениями, откуда и произошла данная легенда (Высоцкий М. Ф. Бык Фалариса Акрагантского: истоки происхождения легенды / / Проблемы истории, филологии, культуры. № 3. М. — Магнитогорск, 1996. Ч. 1. С. 47-52). Злодеяния тирана более всего восстановили акрагантцев против Фалариса. Тем не менее он оставался правителем в течение шестнадцати лет. Однако затем он сам, его мать и ближайшее–приближайшее окружение пали жертвой всеобщей ненависти после того, как Телемаху со своей родней — Эмменидами — удалось свергнуть власть Фалариса. См.: Берве Г. Тираны Греции / Пер. с нем. Ростов–на–Дону, 1997. С. 164-167.

1033

Акрагант — город, основанный около 583 г. до н. э. гелойцами на западе Сицилии (совр. Гиргент).

1034

Фесмофории — праздник в честь Деметры и Персефоны, отмечался осенью в посевную пору женщинами. Во время Фесмофории совершались ритуалы, которые будто бы способствовали плодовитости человека и плодородию природы.

1035

Первый и второй пассажи, повествуют о способах захвата и удержания власти Фаларисом. Возможно, что второй пассаж описывает хитрость, с помощью которой Фаларис предотвратил возмущение акрагантцев.

1036

Сиканы — племена, населявшие Сицилию, вытесненные греками и карфагенянами в глубь острова.

1037

«будет сжато в будущем» — греч. τόν θερίζεσθαι μέλλοντα «то, что должно было быть сжато в будущем; то, что намеревались сжать в будущем».

1038

Третий пассаж повествует о военных действиях с сиканами в Сицилии (см.: Front. Strat., III, 4, 6).

1039

Пассажи повествуют о двух Дионисиях: о Дионисии Старшем и Дионисии Младшем, сыне первого — тиранах Сиракуз. Дионисий Старший (405-367 гг. до н. э.), родившийся в 431/0 г. до н. э., происходил из уважаемой сиракузской семьи. По-видимому, он рано потерял отца, которого звали Гермократ, а воспитывался он при отчиме Гелориде. Стремясь отличиться в политике, он сначала старался держаться какого–либо сильного покровителя, и, очевидно, это привело его к участию в отчаянном предприятии Гермократа и в уличной схватке в 407 г. до н. э., где он был ранен. Путч не удался и, чтобы спасти Дионисия от суда, родственники объявили его погибшим.

1040

«окружив их со своим войском» — букв.: «поставив вокруг них свое войско».

1041

Первый пассаж относится к 396 г. до н. э., ко времени войны Дионисия Старшего с Карфагеном. После удачных военных действий, которые начались вторжением Дионисия на территорию Карфагена, когда он дошел с войском до западной оконечности Сицилии и даже подчинил себе островной  г.Мотию, в войне наступил перелом. Карфаген сумел отвоевать Мотию и ряд других городов. К тому же Дионисий испытывал затруднения в снабжении армии. Видимо, этим и было вызвано недовольство наемников. См.: Diod., XIV, 78.

1042

Второй пассаж относится к событиям, предшествующим тому, как Дионисий Старший стал тираном, и датируется 405 г. до н. э. Вначале Дионисий выступал как вождь демоса против богатых. В Геле, которая была недостаточно защищена наемниками, существовавшее социальное напряжение привело к тяжелым конфликтам. Дионисий, посланный в Гелу с отрядом в 2000 пехотинцев и 400 всадников для защиты от нападения Карфагена, по просьбе гелойцев встал на сторону простого народа, конфисковал имущество богатых, а их самих казнил. Вырученные деньги пошли на оплату наемникам. Таким образом, вернувшись в Сиракузы, он имел высокий авторитет среди народа и большое, верное ему войско. Перед народом он обвинил своих состратегов в том, что они пренебрегают выплатой жалованья наемникам и подкуплены карфагенянами. Народ принял решение: прежде чем враг выступит против Сиракуз, сосредоточить верховное командование в одних руках и назначить Дионисия стратегом–автократом. Когда Дионисий объявил, что ночью на него было совершено нападение, ему была выделена охрана из простых людей в количестве шестисот человек, которую он самовольно увеличил до тысячи (подробнее см.: Diod., XIII, 94; Берве Г. Тираны Греции. С. 276). Однако стоит отметить, что, возможно, расправы над стратегами и не было (Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. IV в. до н. э. Л., 1979. С. 54).

1043

Ср.: Plut. Apophth. reg. et imp., 20, 8; Stob. Flor., III, 42.

1044

Андрон — стратег из сицилийского города Тавромений (Kirchner. Andron // RE. Bd. I (1894). Sp. 2159).

1045

Гермократ — руководитель аристократической партии в Сиракузах, сын Гермона, выдающийся сиракузский политик и полководец V в. до н. э. См.: Lenschau Th. Hermokrates / / RE. Bd. VIII. Hbbd. 16 (1913). Sp. 883-887.

1046

Четвертый пассаж относится ко времени правления Дионисия Младшего (367-357, 346-344. гг. до н. э.), сына Дионисия Старшего. Переход власти к Дионисию Младшему оказался безболезненным, наемники высказались в его поддержку. Неподготовленный своим отцом к жесткому диктаторскому правлению и не обладая ни талантом полководца, ни энергией своего отца, он понимал, что сможет управлять, только смягчив суровость тирании. Он начал свое правление со снижения на три года военного налога, выпустил три тысячи заключенных, видимо, осужденных за долги. Будучи неопытным в государственных делах, он прислушивался к советам Диона, своего шурина, который был на десять лет старше его. По совету последнего в Сиракузы прибыл Платон, при Дионисии Младшем были историк Поликрат из Менды, который писал историю тирании Дионисия Младшего, диалектик Поликсен, трагик Каркин и кифаред Стратоник. Сам правитель, как и его отец, занимался литературой.

1047

Пентеконтера — пятидесятивесельный корабль, по двадцать пять с каждой стороны.

1048

Флейтисты входили в экипаж триеры и своей игрой задавали ритм гребцам.

1049

Пятый пассаж повествует о взятии Дионисием Старшим сицилийского города Наксос (основан ок. 734 г. до н. э.). В 403 г. до н. э. он разрушил этот город (Strab., VI, 2, 2; Diod. XIV, 15, 2).

1050

Гимилькон — карфагенский полководец, сражался в Сицилии; в 406-405 гг. до н. э. покорил греческие города Агригент и Гелу.

1051

Двадцать стадий — около 3,5 км. См.: прим. 231 к Polyaen., III, 11, 6.

1052

В шестом пассаже речь идет об отражении нападения на Мотию, которая в 397 г. до н. э. была под властью Сиракуз, а в 396 г. до н. э. Карфаген отвоевал ее, так что событие можно датировать 397 г. до н. э. См.: Diod., XIV, 49-51.

1053

Седьмой и восьмой пассажи датируются 357 г. до н. э. Речь в них идет о столкновении между Дионом и Дионисием Младшим. Последний не обладал твердостью характера своего отца, а его авторитет был крайне низок. В этой ситуации ему даже пришлось разоружить граждан, прибегнуть к ссылкам и тюремному заключению. Дело дошло до восстания. В это время, в конце лета 357 г. до н. э., Дион высадился на западном побережье Сицилии при поддержке карфагенян всего с шестьюстами человек, но, когда он вошел в Сиракузы, его армия уже насчитывала две тысячи человек. Сам Дионисий, находясь далеко от столицы, поспешил вернуться; только через семь дней смог высадиться в Ортигии (остров напротив Сиракуз, который имел несколько гаваней, большая из которых на 80 триер). За это время Дион уже успел провозгласить Сицилию свободной от тирании. После того как Дионисию не удалось встретиться с Дионом, он согласился отказаться от власти, но не в пользу Диона. Когда послы сиракузян находились у Дионисия, его наемники ворвались в Сиракузы и почти захватили город, войска же Диона оказывали сопротивление. Дионисий хотел всячески дискредитировать Диона и предпринял уловку, описанную в § 8. Письма, якобы написанные женщинами из дома тирана и сыном Диона Гиппарионом, на самом деле принадлежали Дионисию и вконец запутали народ, который потребовал у Диона их оглашения. В письме Дионисий напоминал о щедро оплаченных услугах, которые Дион оказывал его отцу, а также обвинял его в стремлении не освободить народ, а установить свою тиранию. Народ насторожился против Диона. Этого и хотел добиться Дионисий. См.: Diod., XVI, 11, 3; Just., XXI, 2; Plut. Dion., 30-31.

1054

Девятый пассаж рассказывает о войне Дионисия Старшего с Карфагеном и относится к 396 г. до н. э. См.: Front. Strat., I, 8, 11.

1055

Гимера (совр. Бонфорнелло) — греческий город на севере Сицилии основан занклейцами из Мил (Strab., VI, 2, 6).

1056

Десятый пассаж повествует о взятии Гимеры Дионисием около 394 г. до н. э., и является эпизодом Второй войны с Карфагеном. По мирному договору 405 г. до н. э. Гимера перешла в сферу влияния карфагенян (Берве Г. Тираны Греции. С. 286; Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия С. 76). Также см.: Front. Strat., III, 4, 3; 4; Diod., XIV, 108.

1057

100 стадий — около 17,5 км. См.: прим. 231 к Polyaen., III, 11, 6.

1058

Четырнадцатый пассаж, возможно, повествует о Дионисии Младшем и недовольстве народа, когда тирану пришлось разоружить граждан, и датируется 357 г. до н. э.

1059

В семнадцатом пассаже речь идет о Дионисии Старшем.

1060

Восемнадцатый пассаж повествует о взятии Дионисием Старшим Мессены, которая вместе с Регием в 399 г. до н. э. начала поход против тирана. В 397-396 гг. до н. э. Дионисий занял город (Берве Г. Тираны Греции. С. 288).

1061

«чрезвычайный налог» — греч. είσφορά.

1062

Речь идет о Дионисии Старшем. Ср.: Ps. — Aristot. Oec, II, 21; Plut. Apophth. reg et imp., 20, 5.

1063

Ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 21; Diod., XV, 14.

1064

Тиррения (Этрурия) — область в Италии между Тибром и горами севернее Арно.

1065

Двадцать первый пассаж повествует о морской экспедиции Дионисия Старшего вдоль западного побережья Италии на север в 384 г. до н. э. Поход был направлен против врагов западных эллинов — этрусков. Дионисий с большим флотом вторгся в Тирренское море, высадившись в гавани этрусского города Агиллы, разграбил находившийся там храм Левкотеи. Похищенная добыча (примерно в 1500 талантов) была использована Дионисием для подготовки к новой войне с карфагенянами. См.: Ps. — Aristot. Оес, II, 2, 20; Diod., XV, 14, 3-4; Strab., V, 2, 8.

1066

Основатель пифагорейского учения — Пифагор (ок. 580-500 гг. до н. э. У сначала жил на острове Самос, но в зрелом возрасте переехал в Италию и поселился в  г.Кротоне. Последователи Пифагора объединились в пифагорейский союз, имевший свои отделения в ряде городов южной Италии. Пифагорейская школа, получившая особенно большое влияние в IV в. до н. э., внесла ценный вклад в развитие математики и астрономии. Пифагорейцы пришли к выводу о том, что количественные отношения являются сущностью вещей. О заслугах пифагорейцев в развитии геометрии свидетельствует сформулированная ими теорема о сумме углов треугольника, а также известная «Пифагорова теорема»; хотя последняя может быть заимствована у восточных народов. Значительный интерес представляют занятия пифагорейцев теорией музыки, архитектуры и скульптуры. Им принадлежит объяснение высоты тона звучащей струны ее длиной; много ценного для теории изобразительных искусств дали занятия пифагорейцев «золотым делением» (выяснением правильных количественных соотношений частей зданий, скульптурных фигур). Пифагорейцы учили, что движение небесных тел подчиняется известным математическим соотношениям, образуя «гармонию сфер». Учение Пифагора о бессмертии души носило идеалистический характер. Так, пифагорейцы считали, что душа бессмертна и может переселяться не только в человеческое тело, но и в животных. Пифагор разработал учение о «порядке», под которым в применении к общественной жизни понимал власть аристократов, древнегреческую демократию, и власть тиранов он рассматривал как нарушение порядка. Подробнее см.: Жмудь Л. Я. Пифагор и его школа. Л., 1990.

1067

Метапонт — греческий город на юге Италии (совр. Toppe ди Мари).

1068

Агафокл — тиран Сиракуз (360-289 гг. до н. э.). Отец Агафокла Каркин происходил из Регия. Регий — греческий город на Италийском берегу Мессинского пролива. Он был изгнан из родного города и обосновался в Сицилии. В детстве Агафокл воспитывался в доме своего дяди по материнской линии Гераклида. Когда полководец из Коринфа Тимолеонт прибыл в Сицилию для борьбы с Дионисием и карфагенянами, Каркин перешел на его сторону. Агафокл отличился в ряде сражений и возглавил сначала небольшой отряд, а затем и крупное воинское соединение, после нескольких лет войны с Акрагантом он был уже хилиархом. Женившись на богатой вдове и получив огромное состояние, Агафокл вступил в борьбу с партией олигархов в Сиракузах. В ходе этой борьбы его несколько раз изгоняли из Сиракуз. В ответ на многочисленные просьбы народа вернуться, он сказал, что будет править единолично, не желая отвечать за ошибки соправителей. Став неограниченным властителем (316-315 гг. до н. э.), Агафокл привел в порядок городские законы, построил мощный флот и создал боеспособную армию, но был при этом жестоким тираном; воевал с Карфагеном. См.: Берве Г. Тираны Греции. С. 543-563.

1069

Первый пассаж относится ко времени после 305 г. до н. э.

1070

Река Эллепор — река в Брутии (Южная Италия), на которой Дионисий в 387 г. до н. э. разбил италиотов (Диодор (XIV, 104) ошибочно называет Έλωρος. Ранее большинством исследователей река отождествлялась с ручьем Галлипар в Нижней Италии. См.: Hülsen. Elleporus // RE. Bd. V. Hbbd. 10 (1905). Sp. 2436.

1071

Второй пассаж повествует о событиях 305 г. до н. э. — о времени успешных военных действий Агафокла в Сицилии после ряда поражений. Агафокл заключил договор с карфагенянами. Внутриполитическая обстановка в Сицилии осложнялась столкновениями между Агафоклом и Динократом, вокруг которого объединились бежавшие из Сиракуз олигархи. Подчиняя власти Сиракуз сицилийские города, Агафокл жестоко обращался с эмигрантами, что явилось причиной военных столкновений между Агафоклом и его бывшим другом Динократом. Динократ разгромил армию Агафокла у реки Гимера. Во время решающей битвы с леонтийцами на сторону Агафокла перешли около двух тысяч противников, даже Динократ перешел к нему на службу, сдав города, которые он оборонял. Леонтины продолжали сопротивляться. То, каким образом было сломлено сопротивление, и повествуется в данном пассаже. Ср.: Diod., XX, 90, 2.

1072

Тарент — город в южной Италии, спартанская колония.

1073

Третий пассаж датируется 307 г. до н. э., ко времени окончания карфагенской кампании, когда родственники изгнанных олигархов готовили свержение Агафокла. См.: Diod., XX, 63.

1074

Офелла (Офела) — сын Силена, знатного македонянина из Пеллы, участвовал в восточном походе Александра Македонского, после его смерти находился в птолемеевском Египте. В конце 322 г. до н. э. был послан Птолемеем в Кирену для борьбы с Фиброном, после победы над ним заключил договор с Киреной. Занимал должность стратега Птолемея в Ливии. В 312 г. до н. э. объявил себя царем. Агафокл призвал его на помощь против карфагенян в 309 г. до н. э.; он прибыл к Агафоклу, пройдя через пустыню с 10000 пехоты, 600 всадниками и 100 колесницами (Diod, XX, 41, 1). Между Агафоклом и Офеллой возникли противоречия. В 308 г. до н. э. Агафокл убил Офеллу, а его войско присоединил к своему. Кирена же вернулась под власть Птолемея (Berve Н. Ophelias 1 //RE. Bd. XVIII. Hbbd. 35 (1939). Sp. 632-635).

1075

Четвертый пассаж датируется 308 г. до н. э. и описывает африканскую кампанию Агафокла против карфагенян. Ср.: Just., XXII, 7.

1076

Пятый пассаж повествует о начале похода Агафокла в Африку в 310 г. до н. э. Стоит отметить, что описываемая предосторожность была оправданна. Динократ вместе с карфагенянами нанес Агафоклу сокрушительное поражение на реке Гимера. Вскоре Агафоклу пришлось оставить все, что он захватил, он оказался в безвыходном положении, в осажденных карфагенянами Сиракузах. Карфагенский флот блокировал город с моря, войска карфагенян и изгнанников — с суши. Собрав несколько тысяч смельчаков, проверенных на верность, Агафокл на шестидесяти кораблях прорвался через блокаду и неожиданно направился в Африку. Он захватил владения карфагенян, и осаждавшим пришлось снять блокаду Сиракуз. Ср.: Diod, XX, 4, 5.

1077

Финикия — западная часть Сицилии, где находились финикийские колонии.

1078

Тавромений — сикульско–греческий город в Сицилии южнее Мессены по стороне Мессенского пролива.

1079

Хламида — мужской короткий плащ, преимущественно для верховой езды, одевается поверх хитона.

1080

Седьмой пассаж датируется 317 г. до н. э. — временем установления власти Агафокла. Агафокл заключил договор с карфагенским полководцем Гамилькаром. По этому договору Гераклея и Селинунт на юге и Гимера на севере относятся к пунической области, а прочие греческие города в качестве автономных общин должны были образовать симмахию под гегемонией Сиракуз. Ср.: Diod., XIX, 9; Just., XXII, 2.

1081

Восьмой пассаж датируется 317 г. до н. э. и повествует о борьбе Агафокла с олигархами и об их изгнании. Ср.: Diod., XIX, 6, 4.

1082

Гиппарин — сиракузский стратег, против которого было выдвинуто обвинение в предательстве Дионисием Старшим. Был приверженцем учения Платона..;

1083

Леонтины — греческий город, часть сиракузских владений в восточной Сицилии, основан в 728 г. до н. э.

1084

Сикелы (сикулы) — племена, жившие в центре и на востоке Сицилии. См.: Polyaen., VI, 22 и прим. 112.

1085

Колония — греч. άποίκια — «отселение».

1086

Двенадцать богов — имеется в виду пантеон Олимпийских богов: Аполлон, Apec, Артемида, Афина, Афродита, Гера, Гермес, Гестия, Гефест, Деметра, Зевс, Посейдон. См.: Carpenter Т. Н. Art and Myth in Ancient Greece. London, 1996. P. 70-71.

1087

Тротил — колония, которую основал Ламис — вождь мегарских колонистов, лежит к востоку от Леонтин, затем было выбрано другое место для поселения. Тротил был не первым поселением, которое основал Ламис. Вытесненные из Леонтин, мегаряне провели в Тротиле год. См.: Ziegler К. Trotilon // RE. Bd. VII. Hbbd. 13 (1939). Sp. 699-700.

1088

Описываемые события в обоих пассажах относятся ко времени колонизации и датируются 729 г. до н. э. Первоначально колонии носили земледельческий характер, такими же были и колонии, основанные эвбейской Халкидой (Thuc, VI, 4). Ср.: Высокий М. Ф. К вопросу о греческой колонизации Сицилии / / Античность: политика и культура. Казань, 1998. С. 13-17.

1089

Гиппократ — тиран Гелы в начале V в. до н. э., пришел к власти благодаря убийству тирана Клеандра братом Гиппократа Сабиллом. Памятуя о гибели Клеандра, окружил себя лейб–гвардией, одновременно установил хорошие отношения со всеми олигархами. В своих войсках он использовал знатных всадников, а в пехоте — не городские отряды, а собственные сформированные из наемников. Как никакая другая тирания, правление Гиппократа характеризовалось далеко идущими захватническими планами. Экспансивное продвижение Гиппократа началось с завоевания сикульских поселений в глубине гелойской территории, обладание которыми давало ему возможность дальнейшего продвижения на север. Сначала он подчинил себе Каллиполь и Наксос вблизи Этны, затем Занклу и Леонтины. В 492/1 гг. до н. э. он осадил Сиракузы. Полностью блокировать город не удалось, и при посредничестве Коринфа за выдачу пленных сиракузян он получил область Камарины, которую снова заселили гелойцы. См.: Берве Г. Тираны Греции. С. 174-177.

1090

Лестригонская равнина — место проживания мифического туземного народа Лестригонов. Находилась в области Леонтии.

1091

Гелойцы — жители Гелы — колонии, основанной в VII в. до н. э. родосцами и критянами.

1092

Камаринцы — жители греческой колонии Камарина, которая находилась на побережье южнее Гелы, союзники Гиппократа.

1093

Взятие Эргетиона относится к 492 г. до н. э., к последним годам жизни Гиппократа. В конце жизни Гиппократ решил покорить сикульские города. Взяв Эргетион, он направился к Гибле, ныне Патерно, где нашел свою смерть в 491/490 г. до н. э. См.: Берве Г. Тираны Греции. С. 175, 177.

1094

Дафней — лидер консервативной группировки в Сиракузской республике. События относятся к 406 г. до н. э., ко времени военных действий сиракузян против карфагенян (I Карфагенская война). Когда Дионисий пришел к власти и стал единоличным правителем государства, то провел через суд решение о казни лидеров двух крупных оппозиционных группировок в Сиракузах. Возможно, это было продолжением суда над стратегами–предателями», ср.: Diod, XIII, 87.

1095

Лептин — брат сиракузского тирана Дионисия Старшего, участвовал во II Карфагенской войне 398-396 гг. до н. э., которую вели Сиракузы и Карфаген.

1096

В первом пассаже речь идет о начале войны, когда карфагеняне высадились со стороны мыса Пархин (южная оконечность Сицилии) в 397/6 г. до н. э. Ср.: Front. Strat., II, 5, 11.

1097

Второй пассаж, так же как и первый, относится ко времени правления Дионисия Старшего. Тарентийцы хотели схватить Лептина, так как испытывали враждебные чувства к тирании.

1098

Ганнон — командующий пунийской армией. См.: Front. Strat., III, 16, 3.

1099

Речь да пассаже идет о Четвертой войне Карфагена с Дионисием (368-367 гг. до н. э.). Инициатором войны был Дионисий. Определенный отпечаток на ход войны наложила внутренняя борьба в Карфагене. Знатный карфагенянин Суниат из-за ненависти к командующему пунической армией Ганнону сообщил в письме Дионисию Старшему о прибытии карфагенского войска и о медлительности его командира (Just., XX, 5, 12-13). Неудивительно, что сиракузяне были удивлены, зная из письма Суниата о медлительности Ганнона и столкнувшись с противоположными действиями последнего. Говоря об итогах войны, нужно сказать, что Дионисий Старший умер, а его сын Дионисий Младший заключил договор с победившими карфагенянами, по которому восстанавливался существовавший до войны status quo (см.: Diod., XV, 73; XVI, 5; Just., XX, 5, 10-14; Plut. Dion., 6, 14, a также: Циркин Ю. Б. Карфаген и его культура. М.,Л 987. С. 56-57). Позднее Ганнон снова появляется в Сицилии, воюя в союзе с Гикетом (соперник Дионисия) против Дионисия и Тимолеонта. Ганнон не смог воспрепятствовать высадке последнего в Сицилии и был отозван. Командующим армией был назначен Магон, который потерпел поражение от Тимолеонта. Ганнон решил отомстить тем, кто его отстранил, и поднял мятеж, который не удался. Ганнон был схвачен и после жестоких мучений был убит со всеми своими родственниками (Just., XXI, 4, 1-8). Только один сын Ганнона Гескон избежал смерти, но был изгнан из Карфагена (Diod., XVI, 81).

1100

Первый и третий пассажи рассказывают о войне Гимилькона с восставшими ливийцами. Ливийцы подошли к стенам Карфагена, заняв его предместья. Лишь с помощью хитрости, если верить Полиэну, карфагенскому полководцу удалось подавить это восстание. Если учитывать, что в 396 г. до н. э. Гимилькон покончил жизнь самоубийством, то, скорее всего, событие могло произойти между 405 и 398 гг. до н. э. См.: Front. Strat. И, 5, 12; III, 9, 9; Циркин Ю. Б. Карфаген… С. 57.

1101

Второй пассаж также см.: Front. Strat., I, 1, 2; Diod., XIV, 55. Возможно рассказывается о том, как карфагенский флот подошел к Сицилии. В результате военных действий карфагеняне осадили Сиракузы и только эпидемия среди воинов карфагенской армии спасла город.

1102

Четвертый и пятый пассажи датируются 406 г. до н. э. и повествуют о военных операциях карфагенян в Сицилии. В результате был заключен договор, по которому Акрагант, Гимера и Гела должны были платить Карфагену дань. О четвертом пассаже также см.: Front. Strat., III, 10, 5.

1103

Гескон — сын Ганнона и брат Гимилькона, после их смерти был изгнан из Карфагена (Циркин Ю. Б. Карфаген… С. 61).

1104

Под другими стратегами имеются в виду Гасдрубал и Гамилькар.

1105

События, описываемые в стратегеме, относятся к 339 г. до н. э. В это время Тимолеонт захватил Энтеллу и подошел к Лилибею. Армия под командованием Гасдрубала и Гамилькара была разбита на реке Кримисс, пало 7000 наемников и 3000 карфагенян. Возможно, цифры и преувеличены, но поражение карфагенян было серьезным. И в этих условиях правительству пришлось обратиться к сыну Ганнона Гескону. Он не только был возвращен из изгнания, но и назначен командующим с неограниченными полномочиями. Он вступил в союз с Гикетом, соперником Дионисия Младшего на пост правителя Сиракуз, и тираном Катаны Мамерком, союзники разбили отдельные отряды Тимолеонта. В 339 г. до н. э. был заключен мир с Тимолеонтом, по которому Карфаген отказывался от союза с сицилийскими тиранами, но зато сохранял свои старые владения к западу от реки Галик (Diod., XVI, 73, 78-82; Plut. Tim., 25-30). После этих событий семья Ганнонидов надолго остается одной из ведущих в Карфагене.

1106

Тимолеонт (ок. 411-337 гг. до н. э.) — коринфский политический деятель и полководец, руководитель борьбы греческих городов в Сицилии против Дионисия Старшего и карфагенян; около 370 г. до н. э. стал тираном Коринфа на несколько месяцев, убив своего брата Тимофана. В 344 г. до н. э. аристократическая партия Сиракуз обратилась к властям Коринфа, своей метрополии, за помощью против тирана Дионисия Младшего. Тимолеонт был назначен начальником армии. Он высадился с войском в Тавромении (совр. Таормина) и столкнулся с Дионисием Младшим и Гикетом, тираном города Леонтины, которые договорились с карфагенянами о поддержке.

1107

Истмийские игры — проводились в сосновой роще на Истмийском перешейке. С 583 г. до н. э. — весной в первый и третий годы олимпиады. Истмийские игры включали бега на колесницах и скачки, состязание атлетов (бег, борьба), музыкантов (флейтистов, кифаредов) и поэтов. Наградой являлись венки из сосновых ветвей или свежего сельдерея.

1108

В 343 г. до н. э. Тимолеонт сталкивается с карфагенским войском у реки Кримис, о событиях накануне битвы рассказывается в первом пассаже (ср.: Diod., XVI, 79; Plut, Timol., 26; Conviv., V, 3).

1109

Второй пассаж датируется около 338 г. до н. э. Мамерк, тиран из Катаны, заключил союз с карфагенянами для борьбы против Тимолеонта, но в битве под Мессаной был разбит армией Тимолеонта, несмотря на поддержку карфагенян. Он нашел приют у Гиппона в Мессене. Тимолеонт подошел к стенам этого города; когда Гиппон решился бежать, то был пойман и казнен. Мамерк сдался при условии, что его выдадут народному суду сиракузян, надеясь произвести впечатление своей проникновенной речью. Граждане не пожелали его слушать, когда же он в отчаянии попытался покончить жизнь самоубийством, то был схвачен и, видимо, по желанию Тимолеонта, был распят на кресте (см.: Plut. Timol., 34; Берве Г. Тираны Греции. С. 347-348).

1110

«холодная погода» — букв.: «зимнее состояние, положение».

1111

«буря» — греч. χειμών — имеет значение «зима» и «буря», что связано с тем, что в Греции зимы были обычно дождливыми и бурными.

1112

Третий пассаж также следует датировать 343 г. до н. э., в нем рассказывается о битве на реке Кримис.

1113

Аристон — коринфский кормчий, сын Пиррихма, участник войны с афинянами на Сицилии в 413 г. до н. э.

1114

Второй пассаж относится к 413 г. до н. э. Речь идет о Сицилийской экспедиции афинян, в которой коринфяне выступили на стороне сиракузян. Афинскому флоту удалось войти в гавань Сиракуз около 415 г. до н. э. Началась осада Сиракуз, но сиракузяне попросили помощи у Спарты, которая прислала корабли под командованием Гилиппа, в том числе и коринфские. Афиняне послали в Сицилию две эскадры: одну из десяти кораблей под начальством стратега Евримендота, другую (в марте 413 г. до н. э.) из шестидесяти афинских кораблей и пяти хиосских. Но даже после прибытия афинской эскадры Гилипп захватил занятый афинянами мыс Племмирий и нанес полное поражение стратегу Демосфену (июль 413 г. до н. э.). Последний хотел прекратить кампанию; через несколько недель войско село на корабли, это произошло 27 августа 413 г. до н. э. Но случилось полное лунное затмение, что считалось плохим предзнаменованием, и отъезд пришлось отложить на месяц. Но еще до истечения этого месяца сиракузянам удалось одержать полную победу над афинским флотом, а каким образом это удалось сделать, и повествует § 2. Демосфен был казнен, воины были посланы в каменоломни, где большая их часть погибла. Такое поражение было настоящей катастрофой для Афин. Главным ее следствием был начавшийся распад Афинской державы и вмешательство Персии в греческие дела. См.: Thuc, VII, 39-40; Plut. Nie, 20; 25.

1115

Фрасимед — афинянин, зять тирана Писистрата. Событие, описанное Полиэном, относится к 528 г. до н. э. Ср.: Plut. Apophth. reg et imp. 50, 3.: у Плутарха зять — Писистрата именуется Фрасибул.

1116

Писистрат — афинский тиран, умер в 527 г. до н. э., с перерывами правил с 560 по 527 гг. до н. э. Он прославился в войне с Мегарами за остров Саламин. При Писистрате Афины стали контролировать Геллеспонт; он провел обширные строительные работы: при нем были возведены на акрополе храм Афины Паллады, храм Аполлона Пифийского, святилище Деметры в Элевсине, продолжалось строительство гавани Пирей. См.: Polyaen., I, 21 и прим. 121.

1117

Гиппий и Гиппарх — сыновья тирана Писистрата. У него был еще один сын от афинянки, Фессал, и дочь. Наряду с этой супругой у Писистрата была еще одна, побочная жена, Тимонасса. Она подарила мужу двух сыновей Эгесистрата и Иофона (Берве Г. Тираны Греции. С. 65). Имя дочери Писистрата до нас не дошло.

1118

События относятся к 315 г. до н. э. и повествуют о противостоянии Мегакла Мессанского и тирана Сиракуз Агафокла. Ср.: Diod., XÏX, 65.

1119

Паммен — фиванский полководец и государственный деятель, друг Филиппа II и сторонник Эпаминонда в военной и политической сфере. С тысячью воинов охранял строительство нового города Мегалополя в Аркадии от нападения спартанцев (Paus., VIII, 27, 2). После смерти Эпаминонда в 361 г. до н. э. стал главным фиванским полководцем. Вероятно, он возглавил в 361 г. до н. э. поход 3000 пехотинцев и 300 всадников на помощь мегалополитанцам (Diod., XV, 94). В 356 г. до н. э. он пришел на помощь восставшему сатрапу Фригии Артабазу с 5000 наемников, где дважды сражался с войском персидского царя (Diod. XVI, 34; Front. Strat., II, 2, 3). Когда он был у Артабаза, то попал под подозрение в возможном ведении тайных переговоров с врагом и был заключен под стражу. Однако вскоре мы находим его (352-351 гг. до н. э.) у Филиппа II в Маронее. Позднее он вернулся домой в Фивы и участвовал в войне с фокидянами (Lenschau Th. Pammenes 1 // RE. Hbbd. 36 (1949). Sp. 298-299).

1120

Фокида — область в Средней Греции, граничила с Доридой, Локридами Эпикнемидской и Озольской, Беотией и Коринфским заливом.

1121

Филобеот — холм в Фокиде.

1122

События относятся к 354 г. до н. э., к событиям III Священной войны.

1123

Второй пассаж повествует о сражении Паммена с царскими войсками Артаксеркса III на стороне Артабаза в 353 г. до н. э. Ср.: Diod., XVI, 34; Front. Strat., II, 3, 3.

1124

Сикион — главный город в Сикионии, стратегически важный пункт на северо-востоке Пелопоннеса.

1125

«круглый корабль» — круглый или закругленный с передней части корабль. Такие корабли были купеческими и отличались от военных кораблей, бывших продолговатыми и имевших заостренный нос.

1126

Третий пассаж повествует о взятии Памменом Сикиона в 369 г. до н. э. во время второго похода Эпаминонда в Пелопоннес. См.: Front. Strat., III, 2, 10.

1127

«противоположным приказом» — букв.: «противоположным правилом».

1128

Деметрий Полиоркет (336-283 гг. до н. э.) — правил 306-386 гг. до н. э. с перерывами, сын Антигона I Монофтальма (Одноглазого) — полководца Александра Македонского. О нем см.: Polyaen., IV, 7 и прим. 173.

1129

Ксенаг — командир наемников.

1130

Илисса — река в Аттике, протекает также и по территории Афин (Strab., IX, 1, 24).

1131

События стратегемы относятся к 295 г. до н. э. В Афинах возник заговор с целью прогнать оставленный Деметрием гарнизон в Пирее и восстановить свободу. Заговорщики вступили в сношение с одним из начальников гарнизона карийцем Гиероклом и условились, что ночью он откроет ворота и впустит их; всем руководили стратеги Афин Гиппарх и Мнесидам. Но Гиерокл сообщил весь план начальнику Гераклиду, который приказал встретить их двум тысячам вооруженных воинов, и большая часть их была перебита. Деметрий воспользовался этим, чтобы поступить с Афинами так, как этого требовали его интересы; ему были выданы те, кто говорил против него в народном собрании. Наконец, Деметрий поместил македонский гарнизон в самом городе. (Paus., I, 29, 7; Дройзен И. Г. История эллинизма / Пер. с фр. Т. И. СПб., 1997. С. 275).

1132

Филипп V (238-179 гг. до н. э.) — сын Деметрия II и фтиянки. Царь Македонии в 220-179 гг. до н. э. В результате II Македонской войны он потерпел поражение от Рима в битве при Киноскефалах. Филиппу был оставлен трон, но он лишился своих владений вне Македонии. О нем см.: Polyaen., IV, 18 и прим. 251.

1133

Пассаж повествует о событиях 201 г. до н. э., предшествующих II Македонской войне (200-197 гг. до н. э.). В 204 г. до н. э. царь Египта Птолемей IV/ Филопатор умер, оставив престол своему малолетнему сыну Птолемею V Эпифану. Египет был ослаблен, и этим воспользовались царь Македонии Филипп V и царь Сирии Антиох III, заключив в 203-202 гг. до н. э. тайный союз, и начали военные действия против Египта. Филипп V в союзе с царем Вифинии Прусием начал захватывать не столько египетские владения, сколько независимые города Эгейского моря, Геллеспонта и Боспора. Эти захваты сопровождались разрушениями и продажей жителей в рабство, что вызвало негодование эллинского мира. Особенно были возмущены родосцы, не желавшие, чтобы проливы попали в руки Македонии. Они объявили Филиппу войну, привлекши на свою сторону Византии, Хиос и другие общины. Они же втянули в войну и Рим. См.: Polyb., XIII, 3-5; Diod. frg., XXVIII, 2.

1134

Рассказ повествует о событиях 246-239 гг. до н. э. о III Сирийской войне. Более точная датировка затруднена из-за недостаточности сведений. В период войны между Птолемеем III Эврегетом и Селевком II Каллиником мелкие государства Азии и Европы желали сохранить свою независимость, основанную на бывшем доселе соперничестве великих держав. Поэтому они всеми силами старались противодействовать египетскому преобладанию и стремились помочь Селевку восстановить свое царство. К этим государствам относились Смирна, Гераклея Понтийская, Византии, острова Хиос и Лесбос. Однако в сложившихся условиях сильнее всего были затронуты торговые интересы острова Родос, поэтому родосцы более всех были заинтересованы в победе Селевка. Во время войны с Птолемеем родосцы находились вблизи Эфеса. О столкновении флотов Агафострата и Хремонида и идет речь. Подробнее см.: Дройзен И. Г. История эллинизма / Пер. с фр. Т. III. СПб., 1999. С. 164-165.

1135

Полиэн называет предводителя пиратов Андроном. Фронтин же приводит имя Мандрон (Front. Strat., III, 3, 7).

1136

Трибон — старый изношенный плащ, который обертывался вокруг тела; часто этим словом обозначали простые грубые плащи спартанского типа.

1137

События относятся к 287 г. до н. э. Речь идет о военных действиях сына Лисимаха Агафокла и Деметрия I Полиоркета. Военные действия происходили в Малой Азии. Деметрий, не решаясь выступить навстречу Агафоклу, отступил во Фригию. Эфес, который удерживал в своих руках при помощи пиратов полководец Деметрий Энет, был в результате измены взят стратегом Лисимаха Ликом. См.: Front., Strat., III, 3, 7; Дройзен И. Г. История эллинизма. T. II. С. 288.

1138

Возможно, этот Менекрат является тем же персонажем, что и в стратегеме VIII, 57, где Менекрат из Эфеса выступает главой восставших после гибели Лисимаха (281 г. до н. э.). См.: Gobel. Menekrates. 6 // RE. Bd. XV. Hbbd. 29 (1931). Sp. 798.

1139

Афинодор — афинянин, вероятно, из семьи клерухов с Имброса, глава наемников на персидской службе в 360 г. до н. э., затем полководец у фракийского князя Беризада (Перисада). После смерти последнего управлял делами его сыновей (356 г. до н. э.). Затем опять перешел к персам и сражался у Атарнея против Фокиона, о чем и идет речь у Полиэна, так как афиняне поддерживали восставших сатрапов (353 г. до н. э.). В 334 г. до н. э. был захвачен в Сардах Александром Македонским, но по ходатайству Фокиона был освобожден (Plut. Phoc, 18). См.: Judeich.

1140

Athenodoros. 2 // RE. Bd II. Hbbd. 4 (1896). Sp. 2043.

1141

Атарней — город на берегу Эолии против острова Лесбос.

1142

Диотим — афинский наварх последней четверти V в. до н. э.

1143

Первый пассаж повествует о событиях 411 г. до н. э. Спартанцам удалось захватить Византии и Халкедон, а спартанский полководец Агександрид захватил Эвбею. Таким образом, афиняне лишились основных пунктов, из которых к ним поступал хлеб. Заметим, что Хиос также уже контролировала Спарта. Диотим, возможно, сопровождал транспортные суда именно с хлебом.

1144

«аттического опыта» — букв.: «когда присутствовало аттическое знание».

1145

Второй пассаж повествует о событиях, относящихся ко времени Пелопоннесской войны, около 412 г. до н. э. После крупной неудачи афинского флота в Сицилии разгорелась борьба за привлечение на свою сторону ионийских городов. Враждебные афинянам партии на Эвбее, Лесбосе, Хиосе и в городах Ионии отправили свои посольства в Спарту с просьбой о военной поддержке. Энергичными мерами афинянам удалось предотвратить прибытие спартанской помощи к хиосцам: шедшая к Хиосу эскадра была разбита афинским флотом, а уцелевшие суда пришлось вытащить на берег близ Коринфа. Возможно, об этой битве и идет речь. Правда, пришедшему сюда флоту спартанцев удалось произвести на Хиосе переворот, после которого Хиос перешел на сторону Спарты (см.: Лурье С. Я. История Греции. СПб., 1993. С. 447).

1146

Т. е. весла гребцов нижнего, среднего и верхнего яруса. См.: прим. 253 к Polyaen., III, 11, 14.

1147

Война Боспора против Феодосии началась при Сатире I, который погиб при осаде этого города (389/8 г. до н. э.). Феодосия окончательно была покорена Левконом I, весьма вероятно незадолго до 370 г. до н. э. Война с Феодосией привела Боспор к военным столкновениям с Гераклеей, ее метрополией, которая, видимо, неоднократно посылала свой флот на помощь феодосийцам (см.: Блаватский В. Д. Очерки военного дела в античных государствах Северного Причерноморья. М., 1954. С. 67). Небольшие силы Тинниха свидетельствуют о быстром нападении Сатира I, так что Тинних не успел собрать достаточные силы. После этого гераклейцы опять послали контингент, частично из наемников на 40 кораблях (Ps. — Arist. Oec, II, 2, 8). Падение Феодосии давало возможность распространению боспорской экспансии на запад. Война гераклейцев с Левконом I отражена также в стратегеме VI, 9, 4 (см.: Mielczarek М. The Army of the Bosporan Kingdom. Tódz, 1999. P. 58-59). В. Ф. Гайдукевич полагает, что Гераклея вела две войны с Боспором: одну против Сатира I, а другую против его сына Левкона I, что в конечном счете привело к захвату Феодосии Боспором (Гайдукевич В. Ф. Боспорское царство. М. — Л., 1949. С. 58-59, 498, прим. 53). Подробнее о датировке войны см.: Сапрыкин С. Ю. Гераклея Понтийская и Херсонес Таврический. Взаимоотношения метрополии и колонии в VIV вв. до н. э. М. — Л., 1986. С. 72-73.

1148

Клитарх — возможно, этот персонаж Полиэна является тираном Эретрии, посаженным Филиппом II в 342 г. до н. э., см.: Kroll W. Kleitarchos. 1 // RE. Bd. XV. Hbbd 21 (1921). Sp. 622.

1149

Речь в пассаже идет о событиях 260/59 г. до н. э. Побочный сын египетского царя Птолемея II Филадельфа Птолемей отпал от своего отца. Он призвал на помощь этолийца Тимарха, который высадился на побережье южнее города и начал борьбу за Милет. Комендант города, поставленный Птолемеем II, при этом погиб. Надев его македонские одежды, Тимарх сумел обеспечить себе доступ в гавань, по-видимому, на Самосе. Отсюда ему удалось захватить Милет, в котором он правил, как тиран, в течение двух лет (259-258 гг. до н. э.). Подробнее см.: Берве Г. Тираны Греции. С. 524.

1150

Павсистрат — родосский наварх. Он являлся союзником римлян в Сирийской войне против Антиоха III. Стратегема относится к 191 г. до н. э. О событиях войны с участием Павсистрата см.: Liv., XXXVI, 45, 5; XXXVII, 9, 5.

1151

Похожий случай описывает и Фронтин (Strat., IV, 1, 8), рассказывая о стратегеме афинянина Феагена, шедшего через Мегару. Ср.: похожий случай с Ификратом (Polyaen., III, 9, 10).

1152

Диокл — афинский стратег. Вероятно, речь идет о полководце в 357-356 гг. до н. э., который вел военные действия с фиванцами на Эвбее (Demosth., XXI, 174). Примерно в то же время упоминается как триерарх. См.: Kirchner. Diokles. 14 // RE. Bd. V. Hbbd. 9 (1903). Sp. 793.

1153

Хилей из Тегеи — единомышленник Фемистокла в борьбе с персами, убедивший спартанцев продолжить войну в 479 г. до н. э. См.: Hdt., IX, 9-10; Plut. Them., 6.

1154

Истм — Коринфский перешеек, соединяющий полуостров Пелопоннес со Средней Грецией. Таким образом, спартанцы, построив стену, хотели отделить Пелопоннес от воюющей с Персией Греции.

1155

События в рассказе относятся ко времени греко-персидских войн, точнее к 479 г. до н. э. В Спарте после Саламинской победы на некоторое время взяла верх миролюбивая группировка. Через Истм была сооружена стена, благодаря чему нападение персов с суши стало невозможным. Персидского флота, разгромленного при Саламине, также уже не существовало в Элладе. Такое поведение Спарты не могло не усилить пацифистских настроений в Афинах. Член афинского совета Ликид даже выступил с предложением договориться с персами, что вызвало возмущение афинян. В Спарту было направлено афинское посольство. Только возможность того, что Афины могут встать на сторону Персии, побудила Спарту перейти к решительным действиям. Действительно, в случае если бы Персия получила афинский флот больший, чем флоты всех остальных греков вместе взятых, положение Спарты стало бы безнадежным. Всенародное спартанское ополчение двинулось из Пелопоннеса, соединилось с ополчениями других пелопоннесских городов, а по прибытии в Аттику — с афинянами и платейцами (Hdt., IX, 9; Plut. Them., 6).

1156

Кипсел — тиран Коринфа, правил тридцать лет, умер своей смертью (657-627 гг. до н. э.). Жизнь Кипсела окутана многими легендарными историями. В частности, родители Кипсела получили предсказание оракула о том, что их сын будет править Коринфом. Его мать была дочерью бакхиада Амфиона, представителя знатного рода, правившего в Коринфе, а отец Ээтион вел свою родословную от лапифов, мифического племени, победившего кентавров. Бакхиады, получив аналогичное предсказание, не желали, чтобы Коринфом правил сын не бакхиада. Когда Бакхиады подослали убийц, мать спрятала его в ларец (по-гречески κυψέλη). Отсюда и имя коринфского тирана. Скорее всего, сначала он занимал должность военачальника-полемарха. Уменьшая осужденным денежный штраф на причитающуюся ему сумму, он снискал популярность в народе. Можно предположить, что во время переворота за ним стояли не только аристократы, не принадлежавшие к роду Бакхиадов, но и благодарные оштрафованные (см.: Берве Г. Тираны Греции. С. 24-26). Кипсел организовал группу своих друзей — гетерию. После прихода к власти он казнил часть врагов, а другую — выслал. Многие из Бакхиадов бежали в Кирену, Спарту, Милет, Македонию и Дельфы. Полиэн пишет, что затем Кипсел овладел тиранией, однако в источниках не сохранилось сведений об оформлении тирании в Коринфе. Видимо, на первом этапе управление происходило в силу авторитета, а превращение авторитарной власти в тиранию следует отнести ко времени правления сына Кипсела, Периандра. Кипсел был талантливым правителем и честолюбивым человеком. Когда перераспределение земель бакхиадов не могло удовлетворить потребности в земле неблагородных слоев, на которых он опирался, Кипсел организовал колонизацию. Он пытался снискать благосклонность Зевса в Олимпии и Аполлона в Дельфах. Одному он пожертвовал золотую статую, а другому, через оракула, воодушевившего его на свержение Бакхиадов, — бронзовое пальмовое дерево. См.: Hdt., V, 92; Nie. Damasc. frg., 57.

1157

Феор — одно из значений: священный посол для вопрошения оракула или приношения жертв или даров какому-либо богу.

1158

События данного пассажа датируются первыми годами правления Кипсела 657-655 гг. до н. э. и рассказывают об изгнании Бакхиадов. Однако акценты смещены. Исходя из исторических фактов, знатные феоры происходили из рода Бакхиадов, которых Кипсел выслал и они вряд ли по собственной воле желали бы вернуться и разделить участь казненных сородичей.

1159

Идет речь в этой и следующей стратегемах о событиях осады афинянами Сиракуз в 413 г. до и. э. См.: Polyaen., V, 13, 2 и прим. 82.

1160

Пилос — шлем, характерный для конца V-IV вв. до н. э., в виде остроконечной шапки. Поднятие щита или шлема на копье служило сигналом к началу действия именно в V-IV вв. до н. э. Возможно, как раз этим временем и можно датировать деятельность Помписка.

1161

«свой корабль выкрасил цветом вражеских триер» — букв.: «краску своего корабля использовав сходную с вражескими триерами».

1162

Неарх — сын Ардротима из Латона на Крите. Родился около 360 г. до н. э. Его отец переехал в Амфиополь, находящийся тогда под властью Филиппа II. Неарх был другом детства Александра Македонского. В 334 г. до н. э. назначен Александром правителем Ликии и Памфилии. В 329-328 гг. до н. э. привел царю 3500 солдат в Зариаспы. Затем занимал командные должности, начальствовал над флотом, посланным Александром из Индии в Месопотамию. Случай с Антипатридом относится к 323 г. до н. э. Возможно, что Неарх тогда находился на службе у Антигона. Время его смерти неизвестно. См.: Berve Н. Nearchos 3 // RE. Bd. XVI. Hbbd. 32 (1935). Sp. 2132-2135; Badián E. Nearchus the Cretan // Yale Classic Studies. Vol. 24. 1975. P. 147-170.

1163

Телмесс — город Ликии, области на юго-западе Малой Азии.

1164

Антипатрид — македонянин, вероятно, один из гетайров Александра, позднее правитель Телмесса, боровшийся с Неархом (Kirchner. Antipatrides // RE. Bd. I. (1894). Sp. 2501). О его деяниях как владыки города ничего неизвестно (см.: Берве Г. Тираны Греции. С. 515).

1165

Левкада — город и одноименный остров в Акарнании, которая граничит с Этолией и лежит на побережье Ионийского моря. Как пишет Страбон, первоначально Левкада была полуостровом, но коринфские колонисты, посланные Кипселом и Торгом, прорыли перешеек полуострова и превратили Левкаду в остров. Название происходит либо от имени брата Пенелопы — Левкадия, который вместе со своим отцом правил в этих местах, либо от названия скалы, находящейся на полуострове, — Левката (Strab. X, 2, 9).

1166

И. Мельбер считает, что событие, описываемое в пассаже, относится к 317 г. до н. э. В этом случае речь идет о Сосистрате, возглавлявшем олигархическую группировку в Сиракузах, против которой Агафокл (см.: прим. 40 к настоящей книге) вел борьбу, обвиняя Сосистрата в стремлении к тирании. Тем временем те, на кого нападал Агафокл, вернувшись из Кротона, захватили всю полноту власти. Агафокл же переоценил поддержку демоса, и при таких обстоятельствах он не мог оставаться в Сиракузах, не говоря уже о. политической деятельности. Однако, видимо, прав Г. Берве, который считает, что речь идет о другом Сосистрате — внуке и тезке этого противника Агафокла. В этом случае пассаж можно датировать 279-278 гг. до н. э. Неизвестно, каким образом Сосистрат достиг тирании над Акрагантом. Но, будучи сиракузянином по происхождению, Сосистрат хотел, чтобы его родной город принадлежал его семье. Удобный случай представился, когда некто, имя которого до нас не дошло, сверг правившего девять лет в Сиракузах Гикета и, опираясь на старых союзников Агафокла, стремился захватить власть над городом, тогда как большинство граждан относилось к нему враждебно. Сосистрату удалось использовать напряженное положение в Сиракузах и склонить большинство народа к изгнанию сторонников Агафокла, особенно тех, кто некогда помог врагу его деда прийти к власти. Около тысячи человек были выведены из города, и большинство из них было убито сопровождавшими их гоплитами и всадниками (о чем и повествует Полиэн). Однако вскоре «борец» с тиранией показал свое истинное лицо. Он захватил имущество изгнанных и на эти средства завербовал греческих и варварских наемников и даже освободил осужденных из каменоломен. Опираясь на это войско, Сосистрат захватил власть над Сиракузами и стал править как тиран (Берве Г. Тираны Греции. С. 566-567).

1167

Архебий — командующий армией в Гераклее. Упоминается только в данном пассаже у Полиэна. См.: Kirchner. Archebios. 3 // RE. Bd. II (1896). Sp. 437. С помощью данной стратегемы Архебий захватил вражеский боевой корабль, возможно, триеру и две триаконтеры — небольших судов с 30 веслами.

1168

В Пелопоннесской войне (431-404 гг. до н. э.) Кардия — город на полуострове Херсонес Фракийский — была опорным пунктом афинской армии. По-видимому, в отрывке идет речь об одном из эпизодов войны. См.: Oberhummer. Kardia // RE. Bd. X. Hbbd. 20 (1919). Sp. 1932.

1169

В первой половине IV в. до н. э. Фаселида (греческий полис на юго-западе Малой Азии) в борьбе между правителем Карий Мавсолом и Периклом, царем ликийского города Лимира (ок. 380-362 гг. до н. э.), была на стороне первого. Харимен, преследуемый Периклом, бежал в Фаселиду и, поменяв одежду, спасся, пройдя через область Перикла.

1170

Каллиад принимал участие в битве при Аргинусских островах (острова, лежащие между островом Лесбос и Малой Азией) в 406 г. до н. э., в которой афиняне нанесли поражение пелопоннесскому флоту.

1171

Έπωτίθεα — брусья, выдававшиеся подобно ушам с обеих сторон передней части военного корабля. Служили для отражения удара неприятельского корабля и для нанесения удара со своей стороны, иногда для укрепления якоря.

1172

Транитиды — весла транитов — гребцов, сидящих на верхней скамье триеры. См.: Polyaen., III, 11, 14 и прим. 253.

1173

Мемнон (ок. 380-333 гг. до н. э.) — известный греческий военачальник второй половины IV в. до н. э., уроженец Родоса. Еще в молодости Мемнон оказался связанным родственными узами с сатрапом Фригии Артабазом, вступившим в брак с его сестрой, а затем выдавшим за него замуж свою дочь Барсину. После окончившегося неудачей мятежа, который поднял Артабаз в 356 г. до н. э. против персидского царя Артаксеркса III Оха, Мемнон со своим старшим братом Ментором и Артабазом бежал в 352 г. до н. э. к царю Македонии Филиппу П. Спустя некоторое время Мемнон, как и его брат Ментор, стал вести жизнь наемника. Стремительное возвышение Ментора, который, оказавшись на персидской службе, достиг влиятельного положения в окружении Артаксеркса III Оха, позволило Артабазу и Мемнону получить в 345 г. до н. э. прощение царя Персии. Мемнон вернулся в Малую Азию, где служил под началом своего брата, которому к тому моменту было поручено осуществлять верховное командование персидскими войсками в данном регионе. После смерти Ментора (ок. 336 г. до н. э.) Мемнон зарекомендовал себя как искусный военачальник в борьбе с высадившимся в Малой Азии в 336 г. до н. э. македонским экспедиционным корпусом, сведя к 334 г. до н. э. практически на нет все первоначальные завоевания македонян на малоазийском побережье (§ 4-5). На персидском военном совете в  г.Зелее, состоявшемся вслед за высадкой в Малой Азии в 334 г. до н. э. армии Александра Македонского, Мемнон предложил избегать фронтального столкновения с противником, отступать, разоряя страну, чтобы лишить македонян возможности пополнять продовольствие, и одновременно перенести войну на Балканский полуостров, объединившись с врагами Македонии в Греции. Эти предложения, однако, были отвергнуты персидскими сатрапами, которые решили тогда дать открытый бой македонским войскам. После поражения персов при реке Граник Мемнон попытался оборонять малоазийские города от армии Александра, оказав особенно упорное сопротивление македонянам в борьбе за столицу Карий — Галикарнасс. Осознав спустя время невозможность дальнейшей обороны Галикарнасса, Мемнон, назначенный к тому моменту главнокомандующим над персидскими силами в районе азиатского побережья, переправился на остров Кос. Весной 333 г. до н. э. — Мемнон, располагая большим флотом и значительным войском из греческих наемников, начал в тылу у македонской армии боевые действия на море. Он захватил остров Хиос и большую часть острова Лесбос, кроме Митилены, при осаде которой Мемнон неожиданно заболел и умер (М. М. Холод).

1174

Левкон I (390/89-351/0 гг. до н. э.) — боспорский царь из династии Спартокидов. Подробнее см.: Polyaen., VI, 9 и прим. 57.

1175

Аристоник (ранее 360-328 гг. до н. э.) был учителем музыки и товарищем Филиппа II. Позднее участвовал в восточном походе Александра, и погиб в стычке с массагетами под Зариаспами. Он происходил из Олинфа — греческого города на полуострове Халкидика. Об Аристонике см.: Berve Н. Das Alexanderreich aus prosopographischer Grundlage. Bd. II. München, 1926. S. 58.

1176

Нападение на Левкона датируется ранее 353-351/50 гг. до н. э., до смерти Левкона I и, по-видимому, является последним этапом войны между Гераклеей Понтийской и Боспором из-за Феодосии (Молев Е. А. Политическая история Боспора. VIIV вв. до н. э. Нижний Новгород, 1997. С. 76-77). Существует и другое предположение, что события относятся к периоду между 366/5 и 353/2 гг. до н. э., когда Мемнон был на персидской службе и соответственно выполнял поручения царя, гаранта мира в эллинском мире (Завойкин А. А. Афины — Боспор — Гераклея Понтийская (от Перикла до Клеарха) / / Межгосударственные отношения и дипломатия в античности / Отв. ред. О. Л. Габенко. Ч. I. Казань, 2000. С. 266). Также см.: Polyaen., VI, 9, 3-4 и прим. 60.

1177

Харес — афинский стратег. О нем см.: Polyaen., III, 13 и прим. 260.

1178

Упоминаемый в рассказе Полиэна тиран Мефимны Аристоним обычно идентифицируется с Аристоником Арриана и Курция (Arr. Anab., III, 2, 4; Curt., IV, 5, 9; 8-11; Kaerst J. Aristonikos 13 // RE. Bd. II (1895). Sp. 961). Попытка Г. Берве (вслед за Г. Писториусом) оспорить данный взгляд едва ли может быть признана удачной. Вместе с тем Г. Берве, как представляется, совершенно резонно относит описываемые Полиэном события не к 333 г. до н. э., а к более раннему времени (340 г. до н. э.) (Berve Н. Das Alexanderreich… Bd. II. S. 68; idem. Die Tyrannis bei den Griechen. München, 1967. Bd. I. S. 337; Bd. II. S. 690; ср.: Pistorius H. Beitäge zur Geschichte von Lesbos im 4. Jahrhundert v. Chr. (Diss.). Jena, 1913. S. 59f; по поводу датировки, однако, см.: Дройзен И. Г. История… Т. I. С. 113 сл.; 352, прим. 2; Маринович Л. П. Греки и Александр Македонский. М., 1993. С. 173). О дальнейшей судьбе Аристоника известно в связи с начальным этапом похода Александра Македонского на восток: он был поддержан персами во время их контрнаступательных операций в Эгеиде (333-332 гг. до н. э.), а после захвата Лесбоса македонянами был схвачен и доставлен в Египет к Александру. Последний отослал тирана обратно в Мефимну на суд народа, где он был казнен (сброшен с городской стены) (Curt., IV, 8, 11). Ш. М. Холод).

1179

Магнесия — здесь, скорее всего, имеется в виду Магнесия та, что располагалась у горы Сипил (Badián E. Alexander the Great and the Greeks of Asia / / Ancient Society and Institutions: Studies Presented to V. Ehrenberg. New York, 1967. P. 63, n. 20) (Ai. M. Холод).

1180

Парменион — знаменитый полководец Филиппа II и Александра III. Подробнее см.: Polyaen., IV, 5 и прим. 125.

1181

Аттал — полководец Филиппа II, дядя и опекун Клеопатры, которая стала женой Филиппа II, в связи с чем Аттал продвинулся на службе. Вместе с Парменионом Аттал был отправлен в 336 г. до н. э. во главе экспедиционного корпуса в Азию. После смерти Филиппа II, находясь в неприязненных отношениях с Александром, Аттал был убит по приказу македонского царя в Малой Азии. Об Аттале см.: Berve H. Das Alexanderreich… Bd. II. S. 182.

1182

Около 10 стадий — примерно 2 км. См.: прим. 231 к Polyaen., III, 11, 6.

1183

Пассаж относится к 335 г. до н. э. и описывает битву при Магнесии. В 336 г. до н. э. шли приготовления к войне с персами, были созваны контингента союзных государств, в Азию было послано десятитысячное македонское войско под командованием Пармениона и Аттала, чтобы занять позиции по ту сторону Геллеспонта, освободить эллинские города и открыть дорогу большому союзному войску. Под македонский контроль попали греческие города побережья вплоть до Эфеса. Однако персидские войска во главе с Мемноном перешли в наступление (335 г. до н. э.) и к 334 г. до н. э. отбили у македонян все города за исключением Абидоса и, возможно, Ретия. К событиям контрнаступления Мемнона и относится данная стратегема. См.: Badián E. Alexander the Great… P. 37 ff.

1184

Кизик — колония Милета, основан около 756 г. до н. э. на южном побережье Пропонтиды (Мраморное море). Кизик был выстроен на острове, отделенном от близлежащего материка только мелким проливом, он был окружен крепостными стенами и снабжен верфями на 200 триер. Тот, кто владел этим городом, занимал господствующую позицию над Пропонтидой, азиатским берегом до Ламсака и входом в Геллеспонт. Для македонского корпуса в Азии было весьма важно, чтобы этот город не был на стороне персов. В 335 г. до н. э. Кизик поддерживал македонян, а Мемнон хотел его захватить. Во главе 5000 греческих наемников он выступил из Западной Вифинии и быстрым переходом подошел к городу. Ему едва не удалось овладеть городом, так как ворота не были закрыты. Жители думали, что видят войско македонянина Калата. Когда город не удалось взять, Мемнон опустошил земли вокруг Кизика и ушел в Эолиду. Ср.: Diod., XVII, 7.

1185

Кавсия (καυσία) — македонская шапка типа широкого берета. См.: Fredricksmeyer E. A. The Kausia: Macedonian or Indian // Ventures into Greek History / Ed. I. Worthington. Oxford, 1994. P. 136-158.

1186

Калат — сын Гарпала, из рода элимейских князей, в это время командовал частью экспедиционного корпуса. С 334 г. до н. э. — сатрап Геллеспонтской Фригии.

1187

Филомел — сын Феотима, родом из фокидского города Ледона (Paus., X, 2, 2; 33, 2). Был одним из самых богатых и знатных людей в Фокиде. Филомел несомненно был человеком честолюбивым, отличался неукротимой энергией и дерзкой смелостью. Филомел пришел к власти по воле народа; на всеобщем собрании фокидян он был избран стратегом-автократом на весь срок предстоящего чрезвычайного положения: он был предводителем в Священной войне (356-346 гг. до н. э.). В пассаже идет речь о военных столкновениях между фокидянами и фиванцами. И те и другие входили в Дельфийскую амфиктионию — религиозно-политический союз греческих общин и городов, жители которых жили близко к святилищу (см.: Polyaen., VI, 13 и прим. 72); они были старыми врагами и только ждали удобного случая, чтобы начать войну. По предложению фиванцев, совет амфиктйонов наложил огромный штраф на крупнейших политических деятелей Фокиды, обвинив их в кощунстве и оскорблении Дельфийского храма. Уплотнить требуемую сумму было невозможно, и Фокиду ждала война со всеми членами амфиктионии. Придя к власти в 356 г. до и. э., Филомел энергично занялся приготовлением к войне. Прежде всего, необходимо было найти союзников. С этой целью Филомел направился в Спарту, где начал тайные переговоры с царем Архидамом. Архидам с радостью согласился, ибо желал отомстить фиванцам за прошлые неудачи Спарты. Вернувшись домой, Филомел привел на службу около тысячи наиболее физически сильных фокидян. Он захватил Дельфы в 356 г. до н. э. неожиданно для членов амфиктионии. Только локры выступили немедленно на защиту святилища, но были встречены Филомелом и наголову разбиты. Фокидян поддержали Спарта и Афины, а на стороне Фив были Фессалия и Локрида. Он получил доступ к казне храма, но на первых порах не воспользовался ею, а обложил дельфийских богачей налогом; имущество рода Фракидов было конфисковано, а сами они изгнаны. Филомел вынужден был взять заем из казны храма, чтобы нанять наемников. С помощью этого войска он нанес ряд поражений локрам и фессалийцам, но в битве с беотийцами в 354 г. до н. э. он потерпел поражение и погиб (см.: Фролов Э. Д. Греческие тираны. Л., 1972. С. 134-144).

1188

Лакуну в тексте заполняет Э. Вельффлин из Диодора (XVI, 27, 1): «по пророчеству».

1189

Некоторые исследователи считают, что Филомел не был тираном: деньги, взятые из казны Дельфийского храма, тратились на благо фокидян, более того, он обещал дать отчет перед всей Грецией (Берве Г. Тираны Греции. С. 367). Филомел был избранным военачальником, а наемники состояли на службе фокидян, а не Филомела.

1190

Демокл — посол Дионисия II Младшего, тирана Сиракуз.

1191

Стесихор — греческий лирический поэт, живший в начале VI в. до н. э. и проведший большую часть своей жизни в Гимере на Сицилии. Стесихор — это псевдоним, а настоящее имя поэта Тисий. Он написал такие поэмы, как: «Охота на Вепря», «Орестея», «Герион», «Эрифила», «Падение Трои». Стесихор использовал также сюжеты из сицилийского фольклора. Из его сочинений до нас дошли только фрагменты.

1192

Пиндар (ок. 518 — ок. 438 гг. до н. э.) — греческий лирический поэт, родившийся в Беотии, происходил из аристократического рода. В античности было известно семнадцать книг лирики Пиндара, из которых, не считая фрагментов, до нас дошли только четыре книги «Од», написанные в традиционном жанре хвалебных песен, исполняемых хором.

1193

Пассаж относится к 367-344 гг. до н. э., ко времени правления Дионисия II. Ср.: Athen., VI, 250а.

1194

«неснаряженных и безоружных» — греч.: γυμνούς καί άόπλους — оба слова в военной терминологии означают «безоружных». Различие состоит в том, что γυμνοί (основное значение «обнаженные») означает «не имеющий оборонительного оружия» (щитов и доспехов), а άόπλοι имея и такое значение, предполагает и отсутствие наступательного оружия (мечей, копий и др.). См.: Sturtevant E. H. ΓΥΜΝΟΣ and nudus // AJPh. Vol. 33. 1912. № 3. P. 324-329.

1195

Событие, описываемое в стратегеме, относится к 608 г. до н. э. и было первым захватом власти таким образом, поэтому и запечатлелось в памяти потомков. Панеций был первым сицилийским тираном. Леонтины конца VII в. до н. э. представляют собой город с типичной аристократической организацией. Руководят полисом «богатые и всадники», а им противопоставляют народные массы, служившие в пешем войске, но обделенные в дележе добычи. В полисе явно назревает противостояние различных социальных групп, да и на внешнеполитическом фронте у Леонтии осложнения (Леонтины ведут войну с соседним дорийским городом Мегарами Гиблейскими). По-видимому, Панеций происходил из аристократической семьи и пожелал изменить интересам своего сословия ради личного возвышения. Будучи командующим армией, он пользовался популярностью среди народа и ему удалось столкнуть народ с аристократами. Из текста следует, что у него были помощники: пельтасты и возничие. Первые были воинами с легкими щитами, а вторые — были слугами аристократов-всадников. Кем конкретно в социальном плане были эти люди, сказать сложно: или они были бедняками, связанными какими-то узами со своими хозяевами, и были одной с ними этнической принадлежности или же принадлежали к местному населению. Что касается титула тирана, то вряд ли Панеций принял такой титул. Это не позволило бы ему выглядеть перед простым народом защитником его интересов. Подробнее см.: Фролов Э. Д. У истоков сицилийской тирании (выступление Панэтия в Леонтинах) / / Западное Средиземноморье в первом тысячелетии до н. э. Л., 1984. С. 98-119; он же. Рождение греческого полиса. Л., 1988. С. 173-178.

1196

Контекст стратегемы следующий: Оксил, потомок Этола, изгнанный из Элей в Этолию и давший этой стране свое имя, показал Темену и Гераклидам дорогу при возвращении в Пелопоннес, разделил среди них часть страны, принадлежащей врагам, и давал советы относительно ее завоевания. В благодарность за это он получил право вернуться в страну предков, в Элиду. В Элиде он столкнулся с войском эпеев, силы были равны и по обычаю греков исход боя решили определить поединком, в котором сошлись Пирехм — этолиец и эпей Эсхин (по данным Полиэна, а по мнению Страбона — Дегмен) (Strab., VIII, 3, 33; ср.: Paus., V, 4, 2).

1197

О праще см.: Скобелев Д. А. Техника стрельбы из пращи и способы ее держания / / Para bellum. Военно-исторический журнал. № 9. 2000. С. 49-62; он же. Праща: происхождение, устройство, материалы / / Там же. № 10. 2000. С. 53-60. Пассаж не сохранился у Полиэна и взят из Excerpta Polyaeni, 11. Сюжет из прошлого греков взят из несохранившейся истории Эфора и повествует о событии конца II тыс. до н. э.

1198

В тексте книги — лакуна между главами 26 «Этолийцы» и 44 «Жрец». Она частично восполнена из флорентийского кодекса Excerpta Polyaeni: «Лакедемоняне» (27), «Элейцы» (36) и «Ганнибал» (38). В главе 34, «Бухетии», речь шла о жителях городка Бухетий в Феспротии на западе Эпира основанного элейцами (Strab., VII, 7, 5).

1199

Маврусии (мавры) — независимые мавретанские племена, жившие к югу от римских провинций Африки, Мавретании Тингитаны и Мавретании Цезарейской. Согласно Птолемею, южные границы римских провинций доходили примерно до гор Атлас. Согласно Плинию (Plin. NH, IV, 30), римские границы доходили до р. Нигер и границ Эфиопии. Кампании против мавров усилились ко времени Антонина Пия (SHA. Pius., 5). О войне с ними при Марке Аврелии также упоминают «Писатели истории Августов» (SHA. Marc. Aur., 21, 1; Sev., 2), причем, судя по этим сообщениям, их вторжение достигло Бетики и Лузитании. Можно также отметить некоторое расхождение между сообщениями Полиэна и Элия Спартиана, когда последний датирует событие временем после Парфянской войны (161-164 гг. н. э.), возможно, вскоре после нее. Известным ориентиром может служить квестура Септимия Севера (род. в 146 г. н. э. и занял должность через несколько лет после своего восемнадцатилетия. — SHA. Sev., 2). См. также: Моммзен Т. История Рима / Пер. с нем. Т. V. СПб., 1995. С. 467.

1200

О войне с независимыми от Рима каледонскими племенами см. также: Paus., VIII, 43, 4; SHA. Marc. Aur., 8, 7. Из других источников также следует, что кампания была очень значительной, представляя собой первую попытку варваров прорвать вал Антонина. См. также: Моммзен Т. История Рима. Т. V. С. 133.

1201

Геты (у римлян обычно «даки») — фракийский племенной союз в среднем течении Дуная. В 107 г. после походов Траяна были окончательно подчинены римлянами. Греческие и римские авторы также называли гетами различные фракийские, дунайские и даже германские племена, атаковавшие дунайские провинции римлян, и, возможно, речь идет о нашествиях маркоманнов и лангобардов в первые годы правления императоров (161-162 гг. н. э. — Petr. Patr. frg., 6, 7; ср.: Dio, LXXI, 3, 11). См.: Моммзен Т. История Рима. Т. V. С. 160-161.

1202

Большая война с Парфией началась в 161 г. н. э., т. е. с самого начала правления императоров. Сопоставление этих указаний позволяет датировать время написания этой книги (161 г. н. э.). Возможно, однако, что речь идет не о начале войны, а об отъезде на нее императоров (Луций Вер прибыл в Антиохию в 162 г. н. э., а Марк Аврелий провожал его до Капуи) (SHA. Marc. Aur., 8; Xiph., 252).

1203

«осмелюсь описать» — возможно, указание на намерение Полиэна написать исторический труд, посвященный современным ему событиям.

1204

Ясон Ферский, тиран фессалийского города Фер и таг Фессалии. Выступление Ясона на политическую арену относится к рубежу 80-70х гг. IV в. до н. э. К середине 370х гг. до н. э. Ясон стал одним из самых могущественных правителей Фессалии, а к 374 г. до н. э. объединил ее под своей властью, став тагом Фессалии, после чего претендовал на гегемонию в Греции. Вероятно, в 370 г. до н. э. был убит в результате заговора. Подробный обзор политической деятельности Ясона и структуры его державы, а также источников и историографии по истории правления Ясона см.: Фролов Э. Д. Греческие тираны (IV в. до н. э.). Л., 1972. С. 84-106; Westlake Н. D. Thessaly in the Fourth Century В. С. London, 1935.

1205

Рассказ Полиэна может относиться к событиям, связанным с присоединением к Фессалийскому союзу Фарсала в 374 г. до н. э. (Фролов Э. Д. Греческие тираны… (с. 87-88, 91-92).

1206

Ясон имел одну из самых сильных наемных армий в Греции, согласно Ксенофонту, к 374 г. до н. э. у него было шеститысячное наемное войско (Xen. Hell., VI, 1, 5-6; 15). Возможно, сообщение Полиэна относится примерно к этому времени. По мнению Э. Д. Фролова (Греческие тираны… С. 102), в основе этого и последующих рассказов Полиэна могут лежать реальные факты. Кроме сообщения Полиэна, о матери Ясона ничего неизвестно.

1207

Букв, «посадил (уложил) за угощение». Фраза отражает обычай греков (и особенно римлян) возлежать за столом во время пиршества.

1208

«кушаний» — в тексте τραπεζών. Также возможен перевод «столов».

1209

Один из трех братьев Ясона, о котором почти ничего неизвестно. Возможно, Мерион умер до смерти Ясона. Более известны другие сыновья Ясона, Тисифон, Ликофрон, Пифолай и дочь Феба.

1210

Пагасы — морская гавань в Фессалии вблизи от Фер у побережья Пагасейского залива (между Фессалией и Эвбеей). Залив находился под контролем Ясона уже с 380 г. до н. э. и имел огромное значение для транспортировки хлеба из Фессалии (ср.: Xen. Hell., V, 4, 56 sqq.).

1211

«Управителей» — греч. τούς οίκονόμυς.

1212

Лакуна в тексте. Комментаторы, в частности Э. Вельффлин, добавляют ως Ίάσων или Ίάσων γάρ — «когда Ясон», «ибо Ясон».

1213

Портаон (Πορθάον) — видимо, «говорящее имя» от πορθέω — «разрушать». Другие источники также не упоминают Портаона.

1214

Полидор — брат Ясона и его преемник вместе с другим братом Полифроном (Xen. Hell., VI, 4, 33; Diod., XV, 60, 5), отец Александра Ферского (см. следующее прим.). Возможно, был причастен к заговору против Ясона. Неожиданно умер во сне вскоре после смерти Ясона (Xen. Hell., VI, 4, 33), возможно, от руки Полифрона.

1215

Александр Ферский, сын Полидора, племянник Ясона. Правил в Ферах с 369 по 358 гг. до н. э. Активно боролся с фиванцами, возглавляемыми Пелопидом и Эпаминондом. В 358 г. до н. э. стал жертвой дворцового заговора. Вошел в греческую традицию как один из жесточайших тиранов. Подробный обзор правления Александра Ферского, источников и историографии см.: Фролов Э. Д. Греческие тираны… С. 107-118.

1216

Леосфен — афинский полководец, один из активных участников Ламийской войны 323-322 гг. до н. э. против Македонии. Рассказанное Полиэном событие, впрочем, относится к более раннему времени, осени 361 г., когда Александр после неудачи в борьбе с фиванским полководцем Эпаминондом, порвал с Афинами, ранее бывшими его союзником, создал небольшой флот и занялся морским разбоем, от чего особенно страдали Афины и их союзники. Осенью 362 г. до н. э. тиран завладел островом Тенос (Diod., XV, 95, 1-3), а в 361 г. до н. э. ограбил ряд Кикладских островов и высадил десант на острове Пепаретос (Пепарефос). На помощь Пепаретосу была послана эскадра Леосфена, который блокировал воинов Александра в районе Панорма, однако Александру удалось разбить Леосфена и даже захватить шесть триер и 500 человек, после чего Леосфен был отозван и заменен Харесом. Кроме сообщения Полиэна, имеется и сообщение Диодора (XV, 95, 1-3), который датирует сообщение годом архонта Никофема, что соответствует 361-360 гг. до н. э. См.: Фролов Э. Д. Греческие тираны С. 116.

1217

Панорм — гавань на острове Пепаретос к северу от Эвбеи, недалеко от мыса Артемисий.

1218

Магнесия, — вероятно, здесь — город недалеко от Пепаретоса, а не Магнесия на Меандре. Пагасы — см. выше: Polyaen., VI, 1, 6 и прим. 13.

1219

Самос — большой остров около Малоазийской Ионии. Фасос — остров в северной части Фракийского моря (или залива) у побережья Македонии. Геллеспонт — сейчас Дарданеллы.

1220

Греч. τούς πύρσους. См. также: Polyaen., III, 9, 55 и прим. 159; VI, 16, 2.

1221

Имеется в виду сражение, описанное в предыдущем параграфе.

1222

Дигма (букв, «рынок») — часть Пирея — порта Афин в Сароническом заливе, один из главных центров торговли в Греции.

1223

События, вероятно, произошли сразу после сражения у Пепаретоса (361 г. до н. э.). См.: Xen. Hell. VI, 4, 35; Demosth., L, 4.

1224

Афенокл — неизвестное лицо, упоминаемое только у Полиэна. Из военных и политических деятелей с этим именем известен предводитель аттической колонии в Амис (Strab., XII, 3, 14), но, вероятно, это — разные лица (Cohn L. Athenokles // RE. Bd. II (1896). Sp. 2049). В рукописи есть также вариант Ἀγαθοκλῆς (рукопись F 1), и тогда речь может идти о знаменитом сиракузском тиране (см. прим. 145 к VI, 41). Судя по описанию машин, речь идет о IV в. до н. э. или о периоде эллинизма. Сходное описание сооружения см.: Aen. Tact., 37 sqq. Также интересно, что очень похожее осадное сооружение описано и у Цезаря при описании осады Массилии (Caes. В. С, II, 9-11).

1225

Специальные приспособления, предназначенные для проделывания дыр в стенах.

1226

Букв.: «которыми, падающими сокрушая».

1227

Греч. χελώη, лат. testudo — «черепаха», прикрытие, образуемое из щитов, поднятых над головой, а также — крытая галерея, которую подводили к вражеской стене, о которой тут и идет речь.

1228

Букв.: «получалось так, что черепаха разрушалась».

1229

Ср. также описание из Excerpta Polyaeni, 56, 6: «Льющийся расплавленный свинец может разрушить черепаху, гасит же его уксус. Но и всякий вид огня одолевает уксус. Хорошо же и класть на черепахи влажную глину или привешивать вокруг губки, пропитанные уксусом».

1230

Филопемен из Мегалополя (253-183 гг. до и. э.) — знаменитый стратег Ахейского союза, преемник Арата, один из создателей военного могущества ахейцев. После смерти Арата Сикионского в 213 г. до н. э. фактически возглавлял Ахейский союз, участвовал в битве при Селассии (222 г. до н. э.), а с 213 г. фактически постоянно командовал военными силами союза. Вел многочисленные войны с этолийцами и особенно со спартанскими тиранами, Маханидом и Набисом (с 208 по 192 гг. до н. э.), проводил гибкую политику в отношении римлян. В 183 г. до н. э. попал в плен к мессенцам и был ими отравлен. Биография Филопемена имеется у Плутарха. Сведения о нем имеются во фрагментах Х-ХХШ книг Полибия и книгах Ливия (кн. XXXIXXXV). О нем см.: Errington R. M. Philopoemen. Oxford, 1969.

1231

См.: Polyb., X, 24, где дана точно такая же характеристика Филопемена.

1232

Рассказ Полиэна может иметь отношение к войне Филопемена против Набиса в 192 г. до н. э. (Liv. XXXV, 28-30).

1233

Продолговатый щит — греч. θυρεος (латинское — scutum) — большой продолговатый щит; круглый щит — греч. άσπίς — круглый щит традиционного греческого типа диаметром около 1 м. Сарисса — длинное копье, достигавшее в период эллинизма до 7 м в длину, находившееся на вооружении македонской фаланги.

1234

О значительных преобразованиях в военном деле, фактически приведших к замене эллинистического войска тяжеловооруженными гоплитами, вооруженными по-македонски, см. также: Polyb., X, 24; XI, 13; ср.: Plut. Philop., 9; Paus., VIII, 50.

1235

Арат Сикионский (271-213 г. до н. э.) — крупный политический деятель и стратег Ахейского союза. В 255 г. освободил от тирании Сикион, присоединив его к Ахейскому союзу. После 245 г. до н. э. Арат стал фактическим руководителем Ахейского союза, в 243 г. до н. э. присоединил к союзу Коринф, вел борьбу против македонской гегемонии, с 227 по 221 гг. до н. э. руководил ахейцами в Клеоменовой войне против Спарты, с 220 по 217 гг. до н. э. — в войне с этолийцами. В результате деятельности Арата гегемония Ахейского союза распространилась почти на весь Пелопоннес. Деятельность Арата подробно описана Полибием и Плутархом. О нем см.: Walbank F. Aratus of Sicyon. Oxford, 1933.

1236

Акрокоринф — цитадель Коринфа.

1237

Антигон II Гонат — македонский царь (276-239 гг. до н. э.). Во время правления Антигона Гоната Македония становится. одной из сильнейших эллинистических держав, претендующей на гегемонию в эллинистическом мире. См.: Polyaen., IV, 6, 1-3; 17; 18 и прим. 129.

1238

Сикион — крупный город на северо-востоке Пелопоннеса, родина Арата.

1239

Трапедзиты (от τρπεζα — «меняльный стол») — греческие менялы и банкиры. Трапедзиты брали на хранение деньги и ценные вещи, посредничали в заемных сделках, давали в долг под проценты, участвовали в кредитовании морской торговли и занимались другими денежными и кредитными операциями. Очень подробные сведения о деятельности трапедзитов дают афинские ораторы (Демосфен, Исей, Лисий, Эсхин), а также Ксенофонт. См.: Глускина Л. М. О некоторых аспектах кредитно-денежных отношений в Аттике IV в. до н. э. (афинские трапедзиты) / / ВДИ. 1970. № 3. С. 17-43; она же. Проблемы социально-экономической истории Афин IV в. до н. э. Л., 1975. С. 71-100.

1240

Кенхреи — восточная гавань Коринфа у Саронического залива.

1241

Взятие Коринфа Аратом и присоединение его к союзу относятся к 243 г. до н. э. Подробный рассказ о взятии Акрокоринфа см.: Plut. Arat., 18 sqq.

1242

Пирр (319-272 гг. до н. э., с 306 г. до н. э. — царь Эпира), с 295 г. до н. э. активно участвовал в войне диадохов, преемников Александра Великого. Поддерживал Деметрия Полиоркета против Кассандра и Лисимаха. В 289-288 гг. до н. э. занял Македонию, а затем — Фессалию (287 г. до н. э.). Будучи изгнан из Македонии Лисимахом, получил приглашение от возглавляемого Тарентом союза греческих городов и ранней весной 280 г. до н. э. начал войну с римлянами (280-275 гг. до н. э.), мечтая о создании великой державы, включавшей Южную Италию и Сицилию, на которые он претендовал как зять сиракузского тирана Агафокла. Летом 280 г. до н. э. Пирр одержал победу над римлянами при Гераклее, а затем — при Аускуле, причем обе победы были во многом одержаны благодаря использованию Пирром боевых слонов. В условиях затянувшейся войны с Римом получил предложение от сицилийских городов возглавить их союз в войне с Карфагеном (278 г. до н. э.). После первых успехов в 278-277 гг. до н. э. занял почти всю Сицилию, однако в 276 г. до н. э. начал терять свои позиции из-за затянувшейся осады Лилибея, недовольства греческих союзников и наступления карфагенян. Во время сицилийской экспедиции Пирра (278-277 гг. до н. э.) римляне восстановили господство над союзными Пирру луканами, самнитами и бруттиями и вели активное наступление на греческие города. Весной 275 г. до н. э. Пирр был вынужден вернуться в Италию, а осенью 275 г. до н. э. потерпел поражение при Беневенте от консула Мания Курия Дентата, после чего был вынужден оставить Италию. После возвращения начал военные действия против Антигона. II Гоната, на время добился успеха в Македонии, а с 273 г. до н. э. выступил против Спарты и других пелопоннесских городов, поддержавших Антигона. В 272 г. до н. э. погиб во время осады Аргоса. Биография Пирра была написана Плутархом. Пирр был одним из крупнейших военачальников эллинистического времени, являясь также крупным теоретиком военного искусства. Полиэн описывает несколько эпизодов, связанных с Пирром, его последнюю попытку удержаться в Италии после поражения при Беневенте (§ 1) и конфликт Пирра со Спартой (§ 2), приведя также одно из общих высказываний Пирра. К теме Пирра Полиэн также обращается в VIII книге, рассказывая о его гибели (Polyaen., VIII, 68). См.: Schubert R. Geschichte des Pyrrhos. Königsberg, 1894; Leveque P. Pyrrhos. Paris, 1957; Garoufalias P. Pyrrhus, King of Epirus / English translation. London, 1979.

1243

Антигон — царь Македонии Антигон II Гонат (см.: Polyaen., IV, 6 и прим. 129). В стратегеме имеются в виду события после сражения при Беневенте в 275 г. до н. э. (Just., XXV, 3, 1; Paus., I, 13, 1). Вскоре после этого Пирр покинул Италию.

1244

События 272 г. до н. э. Ср.: Plut. Pyrrh., 26, 10; см. также: Polyaen, VIII, 68 и прим. 268.

1245

Фраза достаточно многозначна: «страхом, выгодой, сладкими речами, состраданием, справедливостью, законностью, соглашением». Возможно, в данном контексте имееются в виду «видимость справедливости и законности». Последнее слово по–гречески обозначает «полезное, подобающее, приличествующее, выгодное». Смысл фразы, видимо, и заключается в передаче различных тонкостей терминологического обозначения. Ср.: Front. Strat., II, 6, 10.

1246

Аполлодор — тиран Кассандрии в Македонии. После гибели Ли–симаха при Курупедионе, Кассандрия находилась под властью вдовы последнего Арсинои и внуков, Филиппа и Лисимаха. В 279 г. до н. э. они были убиты занявшим город Птолемеем Керавном, погибшим в бою против кельтов. Именно в этих условиях безвластия в Македонии происходит установление тирании Аполлодора, о которой сообщают Полиэн и Диодор (XXII, 5-6). Вероятно, опиравшийся на кельтских наемников и в то же время на поддержку демоса режим Аполлодора просуществовал до победы Антигона Гоната над галатами при Лисимахии (277 г. до н. э.) и взятия им Кассандрии после десятимесячной осады (276 г. до н. э.). После этого Аполлодор был, по-видимому, казнен. См.: Дройзен И. Г. История эллинизма / Пер. с фр. Т. II. СПб., 1997. С. 300, 304, 306; Берве Г. Тираны Греции / Пер. с нем. Ростов–на–Дону, 1997. С. 481-482; Bengtson Н. Griechische Geschichte. München, 1960. S. 379-380; 391-392.

1247

Кассандрия (позже — Фессалоника) — город, основанный в 319 г. до и. э. сыном Антипатра Кассандрой на месте разрушенной Потидеи на полуострове Паллена (Пеллена). В Кассандрию были переселены остатки населения Олинфа, Потидеи и других греческих городов Халкидики, разрушенных в ходе войн Филиппа II в 50-40 гг. IV в. до н. э. (см.: Diod., XIX, 51; Strab., VII, frg. 25; Liv., XLIV, 10-11). По версиям более поздних авторов (Jul. Imp. Orat., III, 107; Const. Porph. Therm., 2), город был основан самим Филиппом II (Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. 2. С. 114, 338, прим. 103, 104, где также даны интересные подробности об основании братом Кассандра Алексархом (или Анаксархом) города Уранополя на вершине горы Афон). Название Фессалоники город получил в честь Фессалоники, дочери Филиппа II и жены Кассандра.

1248

«для того, чтобы его сочли тираноненавистником» — букв.: «так, из чего был сочтен, что является тираноненавистником».

1249

Лахар — афинский тиран (298 или 297-295 гг. до н. э.), свергнутый Деметрием Полиоркетом (см.: Polyaen., III, 7 и прим. 39). Постановление Аполлодора относится к 279 г. до н. э. См.: Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. II. С. 266-267, 306, 364.

1250

Эвридика — дочь Киннаны, дочери Филиппа II, супруга Филиппа III Арридея. (О Киннане см. также: Polyaen, VIII, 60 и прим. 247). Свобода (έλευθερία) Кассандрии была дана городу Кассандром, видимо, от имени Эвридики и Филиппа III Арридея, когда Кассандр действовал как эпимелет на их службе и только после их гибели (316 г. до и. э.) стал оформлять собственную царскую власть (Bengtson Н. Griechische Geschichte. 1960. S. 362-363). Эта «свобода» (в эллинистическом смысле слова) скорее обозначала расширенное городское самоуправление и, видимо, сохранялась до смерти Кассандра (298 г. до н. э.) и при его преемниках, претерпев существенное ограничение при Лисимахе (с 286 по 281 гг. до н. э.). Аполлодор, признавая власть Антиоха I (281-261 гг. до н. э.), политика которого отличалась либеральным отношением к городам, тем более что его усилия были отвлечены галатской угрозой, фактически объявил независимость города, при этом сохраняя и македонскую традицию (учреждая или восстанавливая праздник в честь Эвридики).

1251

Пеллена (Паллена) — полуостров на Халкидике между Фермским и Торонским заливами.

1252

В тексте — лакуна, в которой, вероятно, приводятся рассуждения об участии тирана.

1253

История, рассказанная Полиэном, относится ко времени правления карийского династа Мавсола (377-353 гг. до н. э.). В это время Кария выходит из подчинения Персии, после чего, имея сильный флот, карийский династ стремится завоевать города и острова, входящие во II Афинский союз. Осенью 357 г. до н. э. началась так называемая Союзническая война (357-355 гг. до н. э.), итогом которой стал распад Афинского союза. Эпизод с Милетом, также входившим в союз, видимо, связан с этими событиями.

1254

Левкон I — правитель Боспорского царства в 389-349 гг. до н. э. Во время правления Левкона происходит объединение греческих полисов по берегам Боспора Киммерийского и установление власти Спартокидов над негреческими племенами Азиатского Боспора (синды, меоты, торевты и др.), а также — экономический подъем страны и усиление власти боспорских правителей. См.: Виноградов Ю. Г. Полис в Северном Причерноморье / / Античная Греция. Т. I. М., 1983. С. 407-419; Молев Е. А. Политическая история Боспора. VIIV вв. до н. э. Нижний Новгород, 1997. С. 74-83.

1255

Ранее считалось, что эта стратегема посвящена хитрости Левкона II (ок. 230-200 гг. до н. э.) и связана с чеканкой новой царской медной монеты (см.: Шелов Д. Б. Денежная реформа Левкона II / / ВДИ. 1953. № 1. С. 31 и слл.; Молев Е. А. Боспор в период эллинизма. Нижний Новгород, 1994. С. 69-72). Впрочем, сейчас от этого мнения следует отказаться и полагать, что стратегема посвящена Левкону I.

1256

Сообщения Полиэна, вероятно, отражают факт значительного расширения хлебной торговли Боспора при Левконе I с полисами Греции и, прежде всего, с Афинами, а также — с изменением боспорской монетной системы, прежде всего, чеканкой статеров (Абрамзон М. Г. Хлебная торговля и ее символы на античных монетах // Торговля и торговец в античном мире. М., 1997. С. 79-80). На это же время приходится более активное проникновение боспорской валюты на греческие рынки. Сообщение Полиэна о заговоре и роли торговцев в его подавлении также, в известной мере, отражает эти процессы. Появление знатных и богатых семей, ставших опорой Спартокидов, подтверждаются и эпиграфическими данными (Виноградов Ю. Г. Полис в Северном Причерноморье. С. 414).

1257

События, рассказанные Полиэном в § 3-4, связаны с войной между Боспором и Гераклеей Понтийской из-за Феодосии, происходившей при Левконе I между 389 и 364 гг. до н. э. Экспансия боспорского правителя Сатира I и присоединение к Боспору Фанагории (ранее 400 г. до н. э.) и Синдикской гавани привели к войне с Феодосией, которая, возможно, даже сама объявила войну. Правитель Синдики Готал выступал на стороне Сатира, однако он был свергнут Тиргатао, которая начала активные боевые действия против боспорцев (см.: Polyaen., VIII, 55), выступив, таким образом, на стороне Феодосии. После заключения мира с меотами война с Феодосией продолжается и к ней на помощь приходит Гераклея Понтийская. Так, гераклейский наварх Тинних (Polyaen., V, 23) на какое-то время деблокировал город, когда основные боспорские силы еще были в Синдике. Однако осада не была снята окончательно, и во время нее Сатир умер. Новый правитель Левкон I продолжал осаду, а его брат Горгипп добился окончательного мира с Тиргатао. Наконец, осажденные вынуждены были пойти на переговоры, и Феодосия вошла в состав Боспорского царства, но война с гераклеотами продолжалась еще несколько лет, и они производили десанты на хору, описанные в данной стратегеме. Левкон отражал эти набеги с помощью гоплитов и союзных скифов. К этой войне относятся и действия Мемнона по разведыванию ситуации на Боспоре, но последовал ли за этим набег, не ясно (Polyaen., V, 44, 1). Конец войне, возможно, положила полоса смут в Гераклее, начавшихся в 364 г. до н. э., которые привели к власти тирана Клеарха (см.: Polyaen., II, 30, 1; а также подробнее: Молев Е. А. Боспор в период эллинизма. С. 67-77; Завойкин А. А. Афины — Боспор — Гераклея Понтийская (от Перикла до Клеарха) / / Межгосударственные отношения и дипломатия в античности / Отв. ред. О. Л. Габенко. Ч. I. Казань, 2000. С. 266-267; Burstein S. М. The War between Heraclea Pontica and Leucon I of Bosporus // Historia. Bd. 23. 1974. P. 401-416; Mielczarek M. The Army of the Bosporan Kingdom / Translated by N. V. Sekunda. Lodz, 1999. P. 58-59).

1258

Фрурарх — начальник гарнизона.

1259

Эолида — область в северо-западной части Малой Азии, населенная эолийцами, с островами Лесбос и Тенедос.

1260

Иония — область, населенная ионийцами на западном побережье Малой Азии к западу от Лидии и северу от Карий с островами Хиос и Самос. Центрами Ионии были двенадцать городов: Эфес, Милет, Колофон, Фокея и др.

1261

Фиброн — спартанский полководец, командующий войсками в Малой Азии до прибытия туда Агесилая. События, описанные в стратегеме, относятся к 399 г. до н. э., связаны с кампанией спартанцев против персов в Малой Азии. См. также: Polyaen., II, 19 и прим. 152.

1262

Элея — город в южной Италии возле Посидонии, бывшей в VI в. до н. э. центром философской школы и родиной Парменида.

1263

Дионисий I — правитель Сиракуз (405-367 гг. до н. э.) и создатель сильного государства в Сицилии. События, описанные Полиэном, вероятно, связаны с осадой Кавлонии, входящей в союз южноиталийских городов, в 388 г. до н. э. (Diod., XIV, 103-106; Dion. Hal., XX, 7, 2; подробнее об осаде Кавлонии см.: Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. Л., 1979. С. 78-79). В конечном счете Кавлония была захвачена сиракузским правителем. Полиэн посвящает Дионисию большую главу в кн. V, 2.

1264

Лисимах — один из сподвижников Александра Македонского, царь Фракии (с 305 по 281 гг. до н. э.). Подробнее см.: Polyaen., IV, 12 и прим. 224.

1265

Амастрида — супруга Лисимаха, персиянка, на которой он был женат еще со времени свадьбы в Сузах в 324 г. до н. э.

1266

Город во Фригии, области в центральной части Малой Азии (Strab., XII, 8, 12).

1267

«Диплойда» (двойной плащ) — букв.: «дважды сложенный» — особый покрой греческого плаща.

1268

События относятся к 281 г. до н. э. к кампании Лисимаха против Селевка I. Александр бежал к Селевку незадолго до битвы при Курупедионе. Эпизод с Котиэем произошел в то время, когда Селевк занял Сарды, греческие приморские города переходили на его сторону, а Лисимах отступил во Фригию Геллеспонтийскую, где и произошло сражение. Бегство Александра произошло после гибели его брата Агафокла, убитого по приказу Лисимаха. Вероятно, во время данного эпизода Александр уже был на стороне Селевка. После победы последнего Александр похоронил тело отца в Лисимахии (Дройзен И. Г. История эллинизма, Т. 2. С. 297-298, 372, прим. 63. См. также: Polyaen., VIII, 57).

1269

Амфиктионы (от άμφικτίονες — «вокруг живущие») — участники Пилейско–дельфийской амфиктионии. Среди различных форм межплеменных и межгосударственных объединений амфиктионии были одной из древнейших. Важнейшей чертой, отличавшей этот тип союза от прочих, являлось наличие общего религиозного центра, который находился на попечении амфиктионов и в котором во время специальных собраний осуществлялись совместные обряды. Вопросы о времени возникновения данного союза, первоначальном составе его членов и целях создания являются чрезвычайно дискуссионными, так как античные свидетельства фрагментарны и относятся к позднему периоду. События I Священной войны впервые представляют этот союз в связи с конкретными историческими событиями, однако он, очевидно, существовал до начала войны. По античным преданиям, возникновение этого объединения относилось к доисторическим временам. По словам афинского оратора IV в. до н. э. Эсхина (II, 16), древний союз состоял из 12 племен, каждое из которых имело по два голоса независимо от своей силы и могущества. С учетом явно позднейших изменений, зафиксированных источниками IV в. до н. э., к союзу можно причислить фессалийцев, фокидян, дорийцев, ионийцев, перребов, долопов, беотийцев, локров, фтиотийских ахейцев, магнетов, энианов и малейцев. Тот факт, что в состав амфиктионии входили не полисы, а племена, позволяет отнести ее образование к дополисному периоду IXVIII вв. до н. э. Наличие двух центров было специфической чертой этого объединения. Более древним центром было святилище Де–метры в Антеле близ Фермопил, Дельфы же вошли в состав союза позднее, когда его структура в главных чертах уже сложилась. Даже когда святилище Аполлона стало единственным значимым центром союза, в терминологии сохранялась прежняя связь с Антелой и Фермопилами: представители участников объединения именовались пилагорами, а собрания амфиктионов независимо от места их проведения назывались пилеи. Они проводились два раза в год, весной и осенью. Важнейшими институтами союза был совет амфиктионов — синедрион, который составляли представители племен — гиеромнемоны. Кроме того, на заседания амфиктионов направлялись и пилагоры, — видимо, представители отдельных полисов, прежде всего, ведущих в политическом отношении. Данное религиозное объединение, известное лучше других амфиктионии, по свидетельствам античных авторов, было самым значимым из них и играло важную роль в политической жизни Эллады. Из новейших исследований см.: Tausend К. Amphiktyonie und Symmachie: Formen zwischenstaatlicher Beziehungen im archaichen Griechenland. Stuttgart, 1992. S. 37-47; Lefevre F. L’ Amphictionie pyleo–del–phique: histoire et institutions. Paris, 1998; Sänchez P. L’ Amphictionie des Pyles et de Delphes: Recherches sur son rôle historique, des origines au IIe siècle de notre ère. Stuttgart, 2001. (0. ß. Кулишова)

1270

Кирра или, согласно другим античным авторам, Криса, — процветавший город в Фокиде, находившийся недалеко от Дельф.

1271

Антикира — город в Фокиде у Крисейского залива. Название буквально значит: «Против Кирры».

1272

Примечательно, что чемерица также использовалась как лекарство от душевных болезней (ср.: Strab., IX, 3, 3).

1273

Причиной I Священной (Крисейской) войны (ок. 595 — ок. 586 гг. до н. э.) источники единодушно считают нечестие крисейцев по отношению к Дельфийскому святилищу. Среди участников похода на Крису были фессалийцы, афиняне и сикионцы. По одной античной версии, командовал объединенными силами будущий победитель на Пифийских играх фессалиец Эврилох, согласно другой версии, во главе войска стоял тиран Сикиона Клисфен (см.: Polyaen., III, 5 и прим. 30). Афинская традиция среди наиболее активных участников осады называет законодателя Солона, который был командиром афинского контингента (Aeschyn., III, 107 sqq.) или же советником главнокомандующего (Paus., X, 37, 6). В данном случае, по-видимому, предпочтительнее версия Плутарха (Solon., 11), который оспаривает это мнение и ссылается на дельфийскую хронику, называющую руководителем военной силы Афин не Солона, а Алкмеона. Поскольку город продолжал оказывать упорное сопротивление, то для завершения осады Солон (у Полиэна — командующий Эврилох) предложил отвести русло канала реки Плейста, по которому город снабжался водой. Однако осажденные продолжали сопротивляться, используя дождевую и колодезную воду. Тогда Солон (или, по другой версии, некий врач с острова Кос) велел набросать в воду корней чемерицы и пустить канал по прежнему руслу. В результате этого у осажденных начались кишечные отравления (Paus., X, 37, 7) и они вынуждены были покинуть свои посты. Воспользовавшись ситуацией, амфиктионы взяли Крису. В честь этой победы были учреждены Пифийские состязания, проводившиеся в Дельфах один раз в четыре года. Традицию об этой войне см.: Aeschyn., III, 107 sqq.; Diod., IX, 16; Strab., IX, 3, 4; Front. Strat., III, 7, 6; Paus., II, 9, 6; X, 37, 5 sqq.; Plut. Sol., 11; Polyaen., III, 5. См. также: Глускина Л. M. Дельфы в период Первой Священной войны // ВДИ. 1951. № 2. С. 213-221; Forrest W. G. G. The First Sacred War // BCH. T. 80. 1956. P. 31-51; Tausend К. Die Koalitionen im I Heiligen Krieg / / Rivista Storica dell’ Antichità. T. 16. 1986. S. 49-66; Davies J. K. The Tradition about the First Sacred War // Greek Historiography / Ed. by S. Hornblower. Oxford, 1994. P. 193-212. (О. В. Кулишова)

1274

Самниты — большой племенной союз в центральной Италии, объединивший группу небольших племен (кавдины, гирпины, пентры и др.). По языку и культуре принадлежали к оскско–умбрской группе. Нагорье, которое они заселяли, получило в честь них название Самнитского. В V в. до н. э. начали наступление на Кампанию, в 445 г. до н. э. взяли Капую, в 428 г. до н. э. — Кумы, постепенно смешавшись с жителями Кампании. В 343 г. до н. э. начались войны самнитов с Римом (I Самнитская война — 343-341 гг. до н. э.; II Самнитская война — 328-304 гг. до н. э.; III Самнитсткая война — 298-290 г. до н. э.), в результате которых были подчинены римлянами и получили статус союзников. Во время войн с Пирром (280-272 гг. до н. э.) и II Пунической войны (после битвы при Каннах в 216 г. до н. э. и почти до конца пребывания Ганнибала в Италии) оказывали помощь Пирру и Ганнибалу. В III в. до н. э. Рим захватил значительную часть Самния и основал ряд колоний, оставив самнитам небольшую территорию с их центром  г.Бовианом. В 91-89 гг. до н. э. самниты были одной из главных сил повстанцев в Союзнической войне, причем их сопротивление не прекращалось до 82 г. до н. э. Поражение привело к разгрому самнитов и почти полному истреблению их армиями Суллы. Остатки самнитов, как и другие италики, получили римское гражданство. Подробнее об истории самнитов см.: Salmon E. Т. Samnium and the Samnites. Cambridge, 1967.

1275

Эпизод Полиэна не совсем ясен, т. к. его нет ни у Ливия (основной источник по Самнитским войнам), ни в традиции Полибия и Ливия о II Пунической войне, ни в источниках по истории Союзнической войны (Аппиан, Плутарх, Веллей Патеркул, Флор).

1276

Кампанцы — жители Кампанской равнины, одной из плодороднейших равнин Италии. Кампания привлекала к себе различные италийские и неиталийские народы. Древнейшее население — авзоны (оски). С VIII в. до н. э. была колонизирована греками (крупнейшие колонии — Кумы, Путеолы, Посидония, Неаполь и др.), с VI в. до н. э. захвачена этрусками, основавшими Капую, Теан и др. города. В V-IV вв. до н. э. идет активная колонизация Кампании самнитами, в результате чего появилось смешанное население, именуемое в источниках кампанцами. Кампания была захвачена Римом в ходе I Самнитской войны (343-341 гг. до н. э.) и Латинской войны (340-336 гг. до н. э.), что было закреплено в последующих Самнитских войнах. После завоевания получают римское гражданство, вначале без права голоса (sine suffragio), а потом и полное (cum suffragio). В 216 г. до н. э. ряд городов Кампании, в т. ч. Капуя, присоединились к Ганнибалу. В 211  г.Капуя была вторично завоевана Римом.

1277

Говоря об оружии, Полиэн, видимо, имеет в виду щиты. Сам эпизод, описанный у Полиэна, не ясен, в других источниках его нет.

1278

Дионисий I — правитель Сиракуз (см. Polyaen., VI, 11 и прим. 66). В период между 405 и 367 гг. до н. э. между Дионисием и карфагенянами произошли четыре войны (406-405; 398-392; 382-374 и 368-367 гг. до н. э.), в результате которых под власть Дионисия перешла значительная часть Сицилии. Войны велись с переменным успехом, когда в критической ситуации поочередно оказывались обе стороны.

1279

«Предводители» — греч. προβουλοι — букв.: «принимающие предварительное решение». Слово может означать сенаторов (т. е. членов карфагенской герусии или Совета 104), но в данном случае, возможно, более предпочтителен общий вариант «предводители».

1280

Лептин — брат Дионисия, активно участвовал в войнах Дионисия, в течение длительного времени был навархом, погиб в сражении при Кронии (вероятно, недалеко от Панорма) незадолго до окончания III Карфагенской войны в 374 г. до н. э. Речь в стратегеме, судя по всему, идет о событиях именно этой войны (382-374 гг. до н. э.), когда после поражения карфагенян при Кабалах, настолько серьезного, что Дионисий требовал от них полностью очистить Сицилию, карфагеняне, использовав перемирие, сумели исправить положение и одержать победу при Кронии (Diod., XV, 15-17; Polyaen., V, 8, 1-2; 10, 5). См.: Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. С. 81-82.

1281

Возможно, смысл стратегемы заключался в том, что под навархом они имели в виду самого сиракузского правителя. Дионисий обычно не называл себя навархом, имея титул стратега-автократора или архонта Сицилии, а титул наварха имели его высокопоставленные подчиненные, например, братья Лептин и Феарид. О титулатуре Дионисия см.: Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. С. 87-88; 108-109; 148-149.

1282

Система сигнальных огней, вероятно, создавалась на протяжении долгого времени. Полибий (X, 43-47) дает ее описание, рассказывая о действиях Филиппа V против этолийцев в 211-208 гг. до н. э., отмечая, что она была усовершенствована Энеем Тактиком, современником Ксенофонта, и существовала до него. Можно также сопоставить пассаж Полибия (X, 43, 7-8) и историю, рассказанную Полиэном об Александре Ферском (Polyaen., VI, 2, 1), где сведения о сигнальных огнях даны в рассказе о событиях Пелопонесской войны). В более простом виде система существовала, вероятно, уже в глубокой древности. Полиэн помещает данный рассказ между событиями 397 и 383 гг. до н. э.

1283

Возможно, эпизод относится к победе карфагенян в морском сражении у Катаны в 397 г. до н. э. (Diod., XIV, 54-61), после чего Дионисий, не сумев остановить наступление карфагенян, был вынужден отступить в Сиракузы, а карфагеняне начали осаду города. См.: Фролов Э. Д. Сицилийская держава Дионисия. С. 74.

1284

Гиерон II (ок. 306-214 гг. до н. э.) — правитель Сиракуз с 275/4 г. до н. э. После победы над мамертинцами (269 г. до н. э.) принял титул царя. В двух первых Пунических войнах — сторонник Рима. См.: Berve Н. König Hieron П. München, 1959.

1285

Командующий карфагенской армией обозначается здесь и в последующем параграфе как стратег, что является греческим обозначением военачальника. Точный титул карфагенского полководца не совсем ясен. Командира гарнизона в Мессане звали Ганнон. Под Тиндаридой командовал Гамилькар, командовавший левым крылом при Экноме в 256 г. до н. э.

1286

События могут быть связаны с началом I Пунической войны (264 г. до н. э.), хотя Полибий об этом не упоминает (см.: Polyb., I, 11-12). Маневр, примененный карфагенянами, сходен с маневром, описанным Полибием, который они применили против римлян у Тиндариды в 257 г. до н. э. (Polyb., I, 25-27), впрочем сражение все же закончилось победой римлян.

1287

Консул 260 г. до н. э. Гней Корнелий Сципион Азина.

1288

Липарские, или Эолийские острова — группа островов к северу от Сицилии недалеко от мыса Мил и Тиндариды. Город Липары находился на самом большом острове, собственно и носившем название Липарского (ср.: Polyb., I, 21; Liv. Epit., 117).

1289

Карфагенского военачальника, действовавшего при Липарах, звали Боодес, о нем и идет речь в стратегеме. Полибий (I, 21, 6-7) называет его геронтом, т. е. членом герусии (карфагенского сената). Всем же пунийским флотом руководил Ганнибал, один из главных военачальников карфагенян на первом этапе I Пунической войны. В 264 г. до н. э. он командовал карфагенянами при Акраганте, а в 256 г. до н. э. возглавлял правое крыло карфагенского флота при Экноме.

1290

Рассказ Полиэна, вероятно, ближе к несохранившемуся рассказу Ливия, т. к. Полибий упоминает только о том, что карфагеняне заперли флот римлян в гавани Липар, не сообщая (в отличие от Ливия) о захвате консула во время переговоров и о том, что предложение о передаче острова изначально исходило от карфагенян, а не от жителей Липар.

1291

Амбракия (совр. Арта) — город в Эпире на северном побережье Амбракийского залива (на западе средней Греции), был резиденцией Пирра Эпирского.

1292

«Темном подземном ходе» — букв.: «имеющем темноту».

1293

«Ничего не могли сделать» — букв.: «ничего значительного не достигли».

1294

Речь идет об осаде Амбракии в 189 г. до н. э. римлянами во время римско-этолийской войны в 191-189 гг. до н. э. Сам эпизод подробно описан Полибием и Ливием (Polyb., XXI, 27-28; Liv., XXXVIII, 7, 4-13; Zonara, IX, 21). Сходное описание осадных приемов встречается и ранее у Энея Тактика (Аеп. Tact., 37).

1295

Событие датируются временем после 510 г. до н. э. По поводу этой войны Плутарх (Muí. virt., 2) рассказывает, что фессалийцы сначала подчинили фокидян и поставили тиранов в их города, однако фокидяне, восстав, убили их. Фессалийцы в отместку закидали камнями 250 фокидских заложников и вторглись через Локриду в Фокиду. Война началась с поражения знаменитой фессалийской конницы под Гиамполем, описанного у Полиэна в следующей стратегеме (II, 18, 2). Затем фессалийцы, собрав новое войско, опять перешли в наступление и разгромили отборный отряд противника. Узнав о поражении, фокидяне решили победить или умереть. Они собрали имущество и семьи в лесу с тем, чтобы после поражения умертвить жен и детей, а имущество сжечь. Это подняло дух воинов, и в битве фокидяне одержали победу (см.: Polyaen., VIII, 65 и прим. 261). Позже фессалийцы опять были разбиты фокидянами с помощью хитрости, упомянутой в данной стратегеме, которую придумал прорицатель Теллий из Элей. В ночном нападении на фессалийцев участвовало 600 гоплитов. См.: Hdt., VIII, 27-28; Paus., X, 1.

1296

Гиамполь — город в Фокиде был основан догреческими гиантами, изгнанными из Беотии. Он лежит у города Абы, на дороге из Фессалии в долину реки Кефис.

1297

События той же войны, что и в предыдущей стратегеме: 480е гг. до н. э. Источником двух фокидских стратегем, по мнению И. Мельбера, был Геродот (соответственно: Hdt., VIII, 27 и 28). Ср.: Paus., X, 1, 3.

1298

Платеи — жители небольшого беотийского города, союзники афинян.

1299

События весны 431 г. до н. э. — начала Пелопоннесской войны. Это вторжение было первым неудачным нападением небольших сил фиванцев на Платеи. После этого летом 431 г. до н. э. началось первое крупное вторжение пелопонессцев на территорию Аттики (Архидамова война). См.: Thuc, II, 5.

1300

События осады Платей спартанцами и фиванцами в 429-428 гг. до н. э. во время Пелопоннесской войны. См.: Thuc, III, 22-24.

1301

Киферон — горный хребет, отделяющий Аттику от Беотии.

1302

Исий — беотийский город у подножия Киферона на границе с Аттикой.

1303

Данное событие — окончание осады Платей в 427 г. до н. э., завершившееся их взятием спартано-фиванской армией. См.: Thuc, III, 22-24.

1304

Керкира (совр. Корфу) — остров в Ионическом море к северо-западу от материковой Греции у побережья Феспротиды и Хаонии, входивших в состав Эпира. Был колонизирован жителями Эретрии (о. Эвбея), в VII в. до н. э. захвачен коринфянами. Керкира была важным промежуточным пунктом в торговле Эгеиды с западным Средиземноморьем.

1305

Истона — гора на Керкире. Не совсем ясно, что имеет в виду Полиэн, т. к. в других источниках она не упоминается.

1306

События, происшедшие в ходе Пелопоннесской войны в 425 г. до н. э. Бывшая союзница афинян Керкира имела особое значение для сохранения афинских позиций на западном побережье Греции и торговых путей в Италию, а, кроме того, имела третий по силе флот в Греции после Афин и Коринфа. Именно с этим связана ее особая роль в событиях развязывания и начала войны (с середины 30х гг. IV в. до н. э.): ожесточенная борьба демократов и олигархов в 427 г. до н. э., закончившаяся победой первых, и забота афинян о сохранении этого контроля. См.: Thuc, IV, 46 sqq.

1307

Эгеста (лат. Segesta) — небольшой город элимов в Сицилии возле Селинунта на юго-западном побережье Сицилии.

1308

События второго периода Пелопоннесской войны. В 416 г. до н. э. Эгеста обратилась за помощью к Афинам против своего соседа, дорийского города Селинунта, поддерживаемого Сиракузами. Это обращение стало предлогом для афинской экспедиции в Сицилию в 415-413 гг. до н. э., закончившейся поражением афинян и ставшей одним из крупнейших событий Пелопоннесской войны. См.: Thuc, VI, 46; Diod., XII, 83.

1309

Локры — жители Локр Эпизефирских (у мыса Зефирий), города в южной Италии вблизи от Регия и Мессанского пролива, основанного локрами из Локриды Озольской в Средней Греции на северном побережье Коринфского залива и локрами из Локриды Эпикнемидской и Опунтийской на берегу Эвбейского пролива.

1310

Сикелы (сикулы) вместе с сиканами и элимами — догреческое и дофиникийское туземное население Сицилии. Сикулы также населяли в древнейшие времена области южной Италии, Лация и Кампании, постепенно были оттеснены греческими и финикийскими колонистами в центральные гористые области Сицилии.

1311

Полибий сообщает, что сикулы были изгнаны, а смысл обмана заключался в том, что локры легко выбросили землю из сандалий и скинули головки лука. Смысл действия локров с землей связан, видимо, с тем, что в момент заключения договора локры будто бы стояли не на земле сикулов. См.: Polyb., XII, 6. События стратегемы относятся к началу VII в. до н. э. (683 г. до н. э.).

1312

Навпакт — укрепленный портовый город в Локриде Озольской у входа в Коринфский залив.

1313

События 414 г. до н. э., связанные с сицилийской экспедицией афинян и осадой афинянами Сиракуз. Будучи метрополией Сиракуз и союзником Спарты, Коринф вместе со Спартой участвовал в военной кампании против афинян. См.: Thuc, VII, 17.

1314

Лампсак — греческий город в Троаде у Геллеспонта, основанный в 654 г. до н. э. См. также: Polyaen., VIII, 37.

1315

Парион — милетская колония у входа в Геллеспонт. Основана выходцами из Пароса и Эрифр в конце VIII в. до н. э. (ориентировочно — 709 г. до н. э.).

1316

События, вероятно, относятся к раннему периоду истории Лампсака (VII — начало VI вв. до н. э.) и, вероятно, взяты из сочинения Харона Лампсакийского («Хроника Лампсака»).

1317

О каком именно событии в истории взаимоотношений Халкедона (Калкедона) и Византии идет речь, не совсем ясно. Основание Византии относится примерно к 660-657 гг. до н. э. Халкедон появляется раньше, в 685 г. до н. э. или немного позже. (О Византии и Халкедоне см.: Пальцева Л. А. Из истории архаической Греции: Мегары и мегарские колонии. СПб., 1999. С. 163-172; 175-191). Более вероятно, что это столкновение относится к ранней эпохе, видимо, к VIIVI вв. до н. э., до персидского завоевания и вступления в Афинский морской союз.

1318

§ 27, 36, 38, 41 взяты из Excerpta Polyaeni из флорентийского кодекса, они отсутствовали в рукописи Полиэна и вставлены в нее согласно оглавлению. Стратегемы начинаются с он, что обозначает введение пересказа текста или даже цитату.

1319

Фраза довольно трудно переводима на русский язык с сохранением литературного содержания — букв.: «стояли на якоре друг против друга в гаванях (на якорях), видимые друг другу».

1320

Судя по всему, события 405 г. до н. э. — битва при Эгоспотамах, в результате которой спартанский командующий Лисандр одержал полную победу над афинским флотом. Лисандр внезапно атаковал афинский флот, занявший позицию возле Херсонеса Фракийского в устье р. Эгоспотамы. Спартанцы напали, когда афинские корабли стояли без экипажей, находившихся на берегу, и захватили их, почти не встретив сопротивления. Афиняне лишились своего флота, после чего судьба Пелопоннесской войны была решена (см.: Xen. Hell., II, 28; Diod., XII, 76, 6; Plut. Lys., 9).

1321

Фигалия (или Фигалея) — город в юго-западной Аркадии.

1322

Возможно, речь идет о событиях 494 г. до н. э., когда аргосцы потерпели поражение от Спарты, в связи с чем Геродот сообщает о восстании рабов в Аргосе (Hdt., VI, 83).

1323

Не ясно, о каком событии в истории Элиды идет речь. Стратегема, возможно, относится к первой четверти IV в. до н. э., когда Элида была союзницей Спарты.

1324

Ганнибал Баркид, сын Гамилькара Барки (247/6-183 гг. до н. э.) — выдающийся карфагенский полководец, один из крупнейших военачальников античной древности. С 237 г. до н. э. был в армии Гамилькара в Испании, где находился по 221 г. до н. э., вначале при отце, а затем после его гибели (229/8 гг. до н. э.), при зяте Гамилькара, Газдрубале, с молодых лет активно участвуя в военных действиях. После гибели Газдрубала в 221 г. до н. э. стал главнокомандующим карфагенской армией в Испании, приступив к активной подготовке к войне с Римом. В 219-218 гг. до н. э. после долгой осады взял иберийский город Сагунт, что стало предлогом для II Пунической войны. Военный план Ганнибала заключался в наступлении против римлян в Италии, расколе италийского союза и разгроме армий врага, используя тактическое превосходство карфагенян и особенно их преимущество в коннице. Дополнительным звеном в плане Ганнибала было создание широкой антиримской коалиции (галлы, италийские союзники, сицилийские города, Македония). Из-за господства римлян на море Ганнибал принял решение о переходе в Италию через Пиренеи и Альпы. Оставив значительные силы в Испании и Африке, в апреле-мае 218 г. до н. э. Ганнибал вышел из Нового Карфагена с армией в 50 000 пехоты и 9000 всадников. Перейдя Пиренеи, Ганнибал подошел к Родану, а затем, переправившись через него, совершил знаменитый переход через Альпы, и в конце сентября 218 г. до н. э. оказался в Италии. Потеряв значительную часть войск (у Ганнибала осталось 20 000 пехоты и 6000 всадников), карфагенский полководец выполнил свою главную задачу, начав войну в Италии против римлян. Одержав победу над конницей консула П. Корнелия Сципиона при Тицине (ноябрь 218 г. до н. э.), он разбил объединенные силы консулов П. Корнелия Сципиона и Г. Семпрония Лонга при Треббии (декабрь 218 г. до н. э.), результатом чего было закрепление Ганнибала в Цизальпинской Галлии. В 217 г. до н. э. он перешел Апеннины и вторгся в Этрурию, совершив тяжелейший переход через болотистую равнину реки Арно, а затем разбив у Тразименского озера тридцатитысячную армию консула Г. Фламиния. После этой битвы Ганнибал двинулся на юг Италии, прошел через Пицен и оказался в Апулии. Назначенный диктатором Кв. Фабий Максим изменил стратегию, избегая больших сражений и проводя политику измора врага, что, однако, вызвало протест как в сенате, так и в народном собрании. В 216 г. до н. э. Ганнибал одержал свою крупнейшую победу при Каннах, где, имея 40 000 пехоты и 9000 конницы, разбил огромную римскую армию обоих консулов М. Теренция Варрона и Л. Эмилия Павла (80000 пехоты и 6000 конницы). Разгром при Каннах привел к уничтожению примерно 1/3 римских военных ресурсов и к переходу на сторону Карфагена значительной части римских союзников. Второй период войны отмечен постепенным отступлением Ганнибала в условиях мобилизации римских ресурсов и изменения стратегии. С 215 по 208 гг. до н. э. римляне мобилизовывали от 14 до 25 легионов, тем самым значительно превосходя силы противника. В 215-213 гг. до н. э. римские полководцы развернули наступление в Кампании, Самнии и в Апулии, а в 212-211 гг. до н. э. сосредоточили основные усилия вокруг Капуи. Впрочем, и в этот период Ганнибал наносит врагам серьезные поражения (в 212 и 209 гг. до н. э. — при Гердонии в 212 г. до н. э., неудачи римлян в Лукании и под Капуей). В 211 г. до н. э. Ганнибал, стремясь снять осаду с Капуи, предпринял демонстративный поход на Рим. Он подошел к городу и некоторое время стоял около него. Несмотря на вызванную этим панику, римляне не сняли блокады с Капуи, после чего Ганнибал отступил. К 210 г. до н. э. римляне добиваются перелома в войне, оттеснив врага на юг Италии и одержав победу в Сицилии. В 209 г. до н. э. Ганнибал потерял Тарент и отступил в Бруттий. После поражений в Испании, окончания II Македонской войны и разгрома Газдрубала при Метавре (207 г. до н. э.) Ганнибал фактически утратил перспективу войны в Италии. Военные действия Сципиона в Африке (204-203 гг. до н. э.) и наступление римлян в Италии вынудили Ганнибала вернуться в Африку (203 г. до н. э.). В 202 г. до н. э. он был разбит Сципионом при Заме. После мирного договора 201 г. до н. э. и утраты Карфагеном статуса великой державы Ганнибал оставался в Карфагене. В 195 г. до н. э. в качестве суффета он пытался провести ряд демократических реформ (обновление Совета 104, восстановление финансов и другие). Недовольство противников в Карфагене повлекло жалобы в Рим и требования римлян выдать полководца. В 195 г. до н. э. Ганнибал покинул Карфаген и отправился к селевкидскому царю Антиоху III. Был главным военным советником царя в Сирийской войне (191-189 гг. до н. э.), а после поражения Антиоха бежал к вифинскому царю в Прусию. Когда римляне потребовали его выдачи, покончил с собой (183 г. до н. э.). Ганнибал вошел в историю как один из крупнейших полководцев древности, а многие его предприятия (переход через Альпы и Этрурию, сражения при Треббии, Тразименском озере и особенно Каннах) стали важнейшими событиями в истории античного военного искусства. Подробно о биографии, источниках, историографии см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. М., 1976; Dodge Th. A. Hannibal. Boston, 1891; O’Connor Morris W. Hannibal. New York, 1897; Egelhaaf G. Hannibal. Stuttgart, 1922; Lazenby J. F. Hannibal’s War. Warminster, 1978.

1325

He совсем ясно, о ком идет речь. И. Мельбер предлагает вариант Φλάκκον (когномен рода Фульвиев Флакков), однако тогда неясно, о каком Фульвии Флакке идет речь. Возможно, Полиэн имеет в виду погибшего в 209 г. до н. э. при Гердонии проконсула Гн. Фульвия Центумала (Liv., XXVII, 1; App. Hann. 13). Если принять поправку Э. Вельффлина Φλαύον (Флава), речь может идти о военном трибуне Децимии (или Децидии) Флаве (Liv., XXVII, 14; Plut. Marc, 26), впрочем, Ливии не сообщает о его гибели, говоря о нем только в связи с боями у Канузия в том же 209 г. до и. э. Еще один вариант корректуры (вариант Лютербрахера) — Παύλον, и тогда речь может идти о консуле 216 г. до н. э. Л. Эмилии Павле, павшем при Каннах.

1326

История, рассказанная Полиэном, достаточно сходна с историей гибели известного полководца Марка Клавдия Марцелла в 207 г. до н. э. (Liv., XXVIII, 28; Cic. de Sen., 75; Plut. Marc, 20).

1327

Сообщение Полиэна, похоже, уникально. Впрочем, это представление свойственно многим народам.

1328

Сообщение Полиэна относится к сражению при Каннах. Речь идет о знаменитом построении карфагенской армии (Polyb., III, 113-114; Liv., XXII, 46; Front. Strat., II, 2, 7; Plut. Fab., 16; App. Hann., 17; 24; Eutr., III, 10; Oros., IV, 16, 2).

1329

Полиэн приводит цифру потерь римлян в соответствии с цифрой Плутарха. Цифры потерь римлян у разных авторов различны, от 35000 человек (Eutr., III, 12) до 70000 (Polyb., III, 117, 3). Подробно см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 137-139; о самой битве см.: Fried F. Über die Schlacht bei Canna. Leipzig, 1898; Cornelius F. Cannae. Das militärische und literarische Problem. Leipzig, 1932.

1330

«когда ветер дул ему в спину» — букв.: «схватив (получив) ветер со спины».

1331

Об этом тактическом приеме Ганнибала сообщают Аппиан (Hann., 20) и Плутарх (Fab., 16), а также — Фронтин (Strat., II, 2, 7).

1332

Время события не совсем ясно, возможно, оно относится ко времени военных действий Ганнибала против Кв. Фабия Максима (июнь-декабрь 217 г. до н. э.). Упоминаний об этом эпизоде в других источниках нет, равно как и при описании военных действий в Кампании в 214-210 гг. до н. э. Слово «ненастье» — греч. χειμών — основное значение «зима» — может обозначать также «буря, дождливая погода». Второе значение в данном контексте более вероятно, тем более что события могли происходить не зимой в собственном смысле слова. Если относить события к 217 г. до н. э., то есть некоторое сходство с действиями Ганнибала у Гереония против Минуция Руфа (Polyb., III, 104-105; Liv., XXII, 28-30). Есть ассоциации с описанием битвы при Треббии (Polyb., III, 71-74; Liv., XXI, 54-55; 58, 11; App. Hann., 6-7). Первое сражение происходило ближе к концу 217 г. до н. э., второе — в день зимнего солнцестояния (22 декабря 218 г. до н. э.).

1333

Казилин — город на р. Вольтурн, возле Капуи.

1334

Вероятно, речь идет об операциях у Казилина в 217 г. до н. э. (Liv., XXII, 16; Front. Strat., II, 5, 25; Zonara, IV, 3). Ливии описывает сражение более кратко, чем Полиэн, и, согласно его сообщению, действия Ганнибала к успеху не привели.

1335

Сражение у Гердонии, небольшого города возле Капуи, в 209 г. до н. э. (App. Hann., 48; Liv., XXVII, 1). Римским командующим, погибшим при Гердонии, был проконсул Гн. Фульвий Центумал, консул 211 г. до н. э. (см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 254). Полиэн, возможно, отождествляет его с Кв. Фульвием Флакком — одним из наиболее значительных военачальников римлян времен II Пунической войны и консулом 237, 224, 212 и 209 гг. до н. э., который, однако, не был убит во время войны. Такое отождествление тем более возможно, что Фульвий Центумалы и Фульвий Флакки были ветвями одного рода. Ср. также: Polyaen, VI, 38, 1 и прим. 128.

1336

Знаменитая история прорыва Ганнибала из ловушки, устроенной ему Фабием Максимом под Казилином в 217 г. до н. э. (см.: Pplyb., III, 93; Liv., XXVII, 17-18; Plut. Fab., 16).

1337

«Сам» — речь также идет о Ганнибале.

1338

Судя по сообщению Зонары (VIII, 25), событие относится примерно к тому же времени, что и предыдущее.

1339

Сообщение не совсем ясно. Возможно, рассказ Полиэна связан с захватом Ганнибалом Тарента в 212 г. до н. э. (Liv., XXV, 27), хотя другие источники об этом не упоминают. Не исключена возможность, что речь идет о другом Ганнибале, начальнике флота у Ганнибала Баркида, который упоминается Полибием и Ливией в связи с прокарфагенским переворотом Гиппократа и Эпикида в 215 г. до н. э. в Сиракузах (Liv., XXIV, 6; Polyb., VII, 3). Впрочем, в подробном описании Ливией переворота в Сиракузах (Liv., XXIV, 21-22), а также — занятия им приморских городов, Регия, Локр и Кротона (Liv., XXIV, 1-3), этого эпизода также нет.

1340

Гамилькар — карфагенский полководец, воевавший против Агафокла и командовавший армией, осаждавшей Сиракузы в 311-310 гг. до н. э. Об этой осаде Сиракуз см. также: Diod., XX, 5; 15-16; 29-30. Причем в рассказах Диодора и Полиэна можно заметить значительные расхождения. По Диодору, Гамилькар попал в плен к сиракузянам и был казнен (310 г. до н. э.).

1341

Греч. τακτικος («тактик», «военный специалист»).

1342

Агафокл (360-289 гг. до н. э.) — тиран Сиракуз в 317-289 гг. до н. э. В 316 г. до н. э. захватил власть в Сиракузах, жестоко подавляя оппозицию. В 313 г. до н. э. начал военные действия против Карфагена, которые длились до 306 г. до н. э. Наиболее значительными событиями войны были осада Сиракуз карфагенянами в 311-310 гг. до н. э. и африканская экспедиция Агафокла в 310-306 г. до н. э. В 307 г. до н. э. Агафокл захватил Утику и создал угрозу самому Карфагену, однако восстание подвластных Агафоклу сицилийских городов и контрнаступление карфагенян вынудили его прекратить наступление и вернуться в Сицилию. По мирному договору 305 г. до н. э. значительная часть Сицилии перешла под власть Агафокла, который объявил себя «царем Сицилии» и частично восстановил державу Дионисия. В 300 г. до н. э. вел военные действия в Южной Италии. Подробнее о войне Сиракуз с Карфагеном см.: Diod., XIX, 106-110; XX, 3-18; 29-34; 38-44; 54-72. Полиэн посвящает Агафоклу специальную главу (Polyaen., V, 3).

1343

Олимпий — место возле Сиракуз (ср.: Polyaen., I, 39, 2).

1344

События 311/0 г. до н. э. Военные действия начались в 312 г. до н. э. нападением Агафокла на Мессану. В 311 г. до н. э. карфагеняне послали войско в Сицилию. Агафокл потерпел поражение и был вынужден отступить в Сиракузы, после чего и начинается осада города карфагенянами (Diod., XIX, 107-110). В 310 г. до н. э. осада завершилась поражением карфагенян и пленением Гамилькара, тогда как Агафокл, во многом для того, чтобы добиться снятия осады, переправился в Африку, начав военные действия против Карфагена, продлившиеся до 306 г. до н. э. Об осаде Сиракуз см.: Diod., XX, 5, 15-16; 29-30.

1345

«Дав задний ход» — букв.: «двигаясь кормой». Это выражение есть и у Диодора (XX, 6, 3).

1346

Судя по упоминанию событий в связи с Гамилькаром, они относятся к осаде Сиракуз в 311-310 гг. до н. э. Из описанных Диодором морских сражений этой войны (XX, 4; 6; 16; 29; 32-33; 41; 61) наибольшее сходство имеется со сражением у побережья Африки в 308 г. до н. э., в котором, впрочем, победили сиракузяне, а Гамилькар уже не мог принимать в нем участие (Diod., XX, 61).

1347

О Силосонте, сыне Каллитела, упоминает только Полиэн. Также известно о Силосонте, брате знаменитого Поликрата Самосского (Hdt., III, 39; 139 sqq; Ael. Var. hist., IV, 5; Polyaen., I, 23, 2; Strab., XIV, 1, 16-17), правившем на острове после Поликрата, и пришедшем к власти при помощи персов. Не совсем ясно, одно ли это лицо (Fiehn. Syloson / / RE. 2 R. Hbbd. 7. (1931). Sp. 1071). Г. Берве датирует захват власти Силосонтом примерно 560 г. до н. э., при нем же был возведен грандиозный храм Геры (Берве Г. Тираны Греции. С. 137).

1348

Александр Фессалиец — имеется в виду правитель Фессалии в 369-358 гг. до н. э. См.: Polyaen., VI, 2 и прим. 18.

1349

«Эпибатам на палубах» — греч. ἑπιβάται — морские солдаты.

1350

Σαύνιον — метательное копье с большим наконечником.

1351

Фрасибул — тиран Милета, правивший в конце VII в. до н. э. (с 616 г. до н. э.). Установил тиранию в Милете, использовав полномочия притана, поддерживал связи с тираном Коринфа Периандром и боролся с привилегиями милетской знати. Вел войну против Лидии (Hdt., I, 117). О Фрасибуле см. также: Hdt., I, 20; V, 92; Борухович В. Г. Архаический Милет (проблемы социально-политической истории) / / Проблемы политической истории античного общества. Л., 1985. С. 23-24.

1352

Алиатт — царь Лидии (605-560 гг. до н. э.). Отец знаменитого Креза. В период правления Алиатта Лидия достигла значительного экономического и политического расцвета. В 590-585 гг. до н. э. вел войну против индийцев. Пытался подчинить греческие города малоазийского побережья. Ко времени правления Алиатта относится одно из самых точно определяемых событий раннегреческой истории, битва между лидийцами и мидийским царем Киаксаром 28 мая 585 г. до н. э. См.: Polyaen., VII, 2 и прим. 7.

1353

Афина Ассесия — букв.: «Афина Спешащая».

1354

Подробнее эпизод описан у Геродота. Геродот сообщает о десятилетней осаде Милета в период правления Фрасибула. Лидийцы вторгались в земли милетян и уничтожали урожай, оставляя в неприкосновенности дома (Hdt., I, 117). Учитывая эту тактику, милетяне показали Алиатту обилие продовольствия. Мир милетян с лидийцами был заключен около 600 г. до н. э. См.: Hdt., I, 21 sqq., ср.: Front. Strat., III, 15, 16. Подробный обзор этого эпизода Геродота см.: Андреев Ю. В. Историческая специфика греческой урбанизации // Город и государство в античном мире. Л., 1987. С. 21-22.

1355

Ментор — родосец, старший брат Мемнона, командир греческих наемников. Прибыл вместе с Мемноном на службу к сатрапу Геллеспонтийской Фригии Артабазу. Став его зятем и получив в управление несколько городов в Троаде, Ментор играл важную роль при дворе сатрапа. После подавления восстания Артабаза против царя Артаксеркса III Ментор с родственниками бежал ко двору Филиппа II (352 г. до н. э.). Затем поступил на службу к восставшим египтянам, после чего вернулся к персам. Спасши жизнь евнуху Багою, правой руке царя, он оказался под его покровительством, входит в круг ближайших соратников царя, добивается прощения для Артабаза и Мемнона (345 г. до н. э.). В 344-342 гг. до н. э. был одним из военачальников, стоявших во главе царских войск во время восстановления господства персов над Египтом. Руководил военными силами Артаксеркса на западе Малой Азии, где поддерживал и устанавливал царскую власть. К этому периоду и относится стратегема (342/1 г. до н. э.). Неожиданно умер ок. 336 г. до н. э. Также см. биографию Мемнона: Polyaen., V, 44 и прим. 147.

1356

Гермий — правитель вифинского города Атарнея, во владения которого входили крепость Acca и побережье Адрамиттийского залива возле о. Лесбос. Захватил власть ранее 350 г. до н. э. и правил независимо. Был казнен по приказу Артаксеркса III. Племянница Гермия, ставшая его приемной дочерью, стала женой Аристотеля, учеником которого был Гермий (Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. 1. С. 40; Берве Г. Тираны Греции. С. 411-414).

1357

«Не заметили подлога» — видимо, предполагается, что получившие письма поняли обман, но предпочли этого не раскрывать.

1358

Событие датируется 340 г. до и. э. Ср.: Diod., XVI, 52, 5.

1359

Гегесий — правитель Эфеса во время Восточного похода Александра. В упомянутом у Полиэна Гегесий, судя по всему, следует видеть одного из уцелевших в устроенной эфесянами в 334 г. до н. э. бойне олигархов, которые правили в городе, вызвав ненависть народа своим террором. Хотя Полиэн называет Гегесия тираном, это маловероятно, учитывая общую политику Александра, поддержавшего демократию. В других малоазийских греческих полисах тирании не было. О тирании Гегесия см. также: Холод M. М. Малоазийские греческие полисы и Александр Македонский в 334 г. до н. э. // Античный мир. СПб., 1998. С. 195.

1360

Впервые в истории восточных походов Александра Македонского имя Филоксен появляется весной 331 г. до н. э. Арриан, говоря об отданных в это время Александром распоряжениях, связанных с административными вопросами, сообщает также о его распоряжениях, касающихся и реорганизации финансового управления, а именно о том, что Александр в данный момент поставил для сбора налога (фороса) в Финикии Койрана из Верой, а в «Азии, по сю сторону Тавра» — Филоксена, ответственных ранее (очевидно, временно) за центральную казну (Anab., III, 6, 4). В современной научной литературе с этим Филоксеном Арриана обычно идентифицируется Филоксен, упоминаемый в нашей традиции по поводу других, несколько более поздних событий соответствующего времени, также имеющих отношение к Малой Азии. При этом в положении и действиях данного Филоксена исследователи, как правило, усматривают наличие македонского политического контроля над греческими полисами малоазийского побережья. Помимо настоящего упоминания у Полиэна, Павсаний говорит, что бежавший на Родос раб Гарпала, распоряжавшийся его сокровищами, был арестован «македонянином Филоксеном» (без указания занимаемой им должности), который незадолго до того требовал от афинян выдачи самого Гарпала (Paus., II, 33, 4; об обращении Филоксена в Афины, также без указания занимаемой им должности, упоминает в свою очередь ГиперидContra Dem., p. 6 Jens. 2) (события 324 г. до н. э.). К тому же некоторые ученые склонны считать, что именно Филоксен был ответствен за арест четырех человек (хотя он и не упоминается в связи с этим) — софиста Эхекратида из Мефимны, Афинодора из Имброса и двух братьев — Демарата и Спартона с Родоса, содержавшихся в тюрьме в Сардах и освобожденных Александром по просьбе Фокиона, о чем рассказывают Плутарх (Phoc, 18) и Элиан (Var. hist., I, 25) (точная дата события неясна). Вместе с тем Филоксен фигурирует у Плутарха несколько раз (правда, в связи с историей, не имеющей отношения к нашему сюжету; ср.: Athen., I, 22d), причем Плутарх описывает его позицию по-разному, в одном месте называя Филоксена «гипархом побережья» (De Alex. fort. p. 33a), в другом — «стратегом дел, имеющих отношение к морю» (Alex., 22; более расширенный вариант последнего содержится еще в одном месте, где говорится о Филоксене в связи с его обращением в Афины по поводу выдачи Гарпала (De vit. pud., p. 531a)) (точная дата события неясна). Кроме того, ряд ученых находит нужным идентифицировать этого Филоксена с Филоксеном, который в самом конце жизни Александра являлся сатрапом Карий (Ps. — Aristot. Oec, II, 31; Arr. Anab., VI, 23, 1; 24, 1) (событие 324/3 г. до н. э.), a также с тем, который после смерти македонского царя, когда в 321 г. до н. э. Пердикка (см.: Polyaen., IV, 19 и прим. 256) шел походом на Египет, был назначен сатрапом Киликии (Агг. Suce, frg. 24, 11-13; frg 1, 34 Roos; Just., XIII, б, 16). По поводу положения, занимаемого Филоксеном в Малой Азии, и его функций в научной литературе не существует единого мнения, см., в частности: Bengtson H. ΦΙΛΟΞΕΝΟΣ Ο ΜΑΚΕΔΩΝ. Ein Beitrag zur Verwaltungsgeschichte Ioniens insdesondere im Alexanderreich // Philologus. Bd. 92,1937. S. 126 ff.; Badián E. Alexander the Great and the Greeks of Asia / / Ancient Society and Institutions. Studies Presented to V. Ehrenberg. Oxford, 1966. P. 54 ff. (M. M. Холод)

1361

События датируются 323 г. до н. э. В ноябре 324  г.Филоксен еще находился в Сардах, занимаясь делом Гарпала, а затем прибыл в Вавилон незадолго до смерти Александра в начале 323 г. до н. э. Не исключено, что события могли быть связаны с волнениями в греческих городах в связи с делом Гарпала и началом Ламийской войны 323/2 гг. до н. э. См.: Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. 2. С. 320.

1362

Элиан (Var. hist., III, 26) сообщает, что эфесский правитель Пиндар (следует отличать от поэта Пиндара, жившего в Беотии в 522/518-446 гг. до н. э.) был внуком Алиатта, приходился племянником Крезу. Отличаясь жестокостью, был изгнан по требованию лидийского царя. Подробнее о Пиндаре Эфесском см.: Лаптева М. Ю. Смута в архаической Ионии / / Социальная борьба и политическая идеология в античном мире. Л., 1989. С. 32.

1363

Крез — царь Лидии (560-547 гг. до н. э.), известный своим могуществом и богатством. Продолжая политику предшественников, Гигеса (685-652 гг. до н. э.), Ардиса (651-613 гг. до н. э.) и Алиатта (605-560 гг. до н. э.), предпринял завоевание ионийских городов на побережье Малой Азии. Крезу удалось подчинить своей власти и установить своеобразный протекторат над малоазийскими городами. Полиэн довольно точно указывает на «договор о свободе». Осада Эфеса относится ко второй половине 550х гг. до н. э. В 547 г. до н. э. Лидийское царство перестало существовать, будучи завоевано Киром. О Крезе см.: Polyaen., VII, 8 и прим. 36.

1364

Ферон (540/530-472 гг. до и. э.) — тиран Акраганта (489-472 гг. до н. э.), зять сиракузского правителя Гелона. Благодаря знатному происхождению и любви народа стал властителем города. Присоединил к своим владениям Гимеру. Вместе с Гелоном участвовал в кампании против карфагенян в 480 г. до н. э. и в битве при Гимере, бывшей, по античному преданию, в один и тот же день с Саламинским сражением. Заботился о своей спортивной славе и украшении города. См.: Берве Г. Тираны Греции. С. 167-171.

1365

Событие относится к приходу к власти Ферона в 489 г. до н. э. История, рассказанная Полиэном о Фероне, сходна с историями о других тиранах (Фаларисе Акрагантском, тиране VIIVI в. до н. э. Агафокле). См.: Фролов Э. Д. Рождение греческого полиса. Л., 1988. С. 192-193.

1366

Сизиф — имеется в виду царь и, возможно, основатель Коринфа. Согласно мифу, Сизиф сумел хитростью заковать в цепи бога смерти Танатоса и добиться возвращения из подземного царства, за что был наказан тем, что должен был вкатывать на гору тяжелый камень, который, достигнув вершины, катился вниз («сизифов труд»). См.: Hyg. Fab., 201; Polyaen., I, prooem. и прим. 10.

1367

Автолик — сын бога Гермеса. История о краже коров, возможно, восходит к гомеровским гимнам (гимн «Гермес»), где сам Гермес крадет коров у Аполлона. В древнеиталийской мифологии имеется довольно сходная история о краже коров у Геракла местным пастухом (или божеством) Каком (см.: Liv., I, 7). Об Автолике см.: Polyaen., I, Prooem, 6 и прим. 12.

1368

Гагнон, сын Никия из Стейрии, — афинский полководец и политический деятель второй половины V в. до н. э. Был стратегом в 440-439 гг. до н. э. В 440 г. до н. э. был послан на Самос. В 437 г. до н. э. основал Амфиполь, о чем и идет речь в данной стратегеме. В 431-430 гг. до н. э. руководил афинским флотом, посланным в Потидею, а в следующем году действовал во Фракии (Thuc, II, 95, 3). В 413 г. до н. э. состоял в коллегии пробулов. См.: Sundwall. Hagnon. 2 // RE. Bd. VII (1917). Sp. 2208-2209.

1369

Стримон (болгарская Струма) — река в античной Фракии, начинающаяся в городе Витоша (древний Скомий) и впадающая в Эгейское море. По Стримону в классическую эпоху проходила граница между Македонией и Фракией. О «Девяти путях» см.: Hdt., VII, 114.

1370

Pec — фракийский царь, помогавший троянцам во время Троянской войны. Согласно преданию, Рес владел волшебными конями, от которых зависела судьба Трои. По этому преданию, Троя стала бы неприступной, если бы кони отведали корма и воды с троянских пастбищ. Одиссей и Диомед похитили коней Peca и убили самого царя. Во Фракии Рес почитался как полубог. Судьба Peca легла в основу знаменитой трагедии IV в. до н. э., приписываемой Еврипиду.

1371

Амфиполь находился на полуострове, образуемом р. Стримон. Само название города состоит из предлога ацф((«около, вокруг») и 7ióA.iq («город»). См.: Thuc, IV, 102.

1372

Персонаж неизвестен. Известен Амфирет, политический деятель из древней истории Милета (видимо, конец VIII в. до н. э.), составивший заговор против милетского царя Леодаманта, который был убит его детьми, о чем сообщает Николай Дамаскский (FHG. 90. F. 52-53), но, скорее всего, речь идет о другом персонаже. Мотивы истории Амфирета могли быть навеяны распространенными во времена Полиэна приключенческими романами.

1373

Аканф — греческий город в восточной части полуострова Халкидика на побережье Стримонского залива на полуострове Акта, на оконечности которого находился  г. Афон.

1374

Лемнос — остров в северной части Эгейского моря.

1375

Дейок был вождем одного из индийских племен. Потребности самообороны против ассирийских войск содействовали оформлению в Мидии племенного союза. Согласно преданию, сохранившемуся у Геродота (I, 96-98; 101), именно он был объединителем племен, который под именем Дайаукку упоминается и в ассирийских анналах в конце VIII г. до н. э. Дейок царствовал 53 года, и его сменил сын Фраорта (Hdt., I, 102).

1376

Мидяне — иранский народ северо-западной части Иранского нагорья и южной части Азербайджана. Впервые упоминается в ассирийских источниках в IX в. до н. э. Мидяне — народ индоевропейского происхождения, родственный персам, часть племен вела кочевой образ жизни, занимались скотоводством, главным образом, коневодством. Они считались отличными наездниками и славились знаменитыми Нисейскими конями. Тот же Геродот пишет, что число мидийских племен было шесть: бусы, паретакены, струхаты, аризанты, будии, маги (Hdt., I, 101).

1377

«угоняя и грабя друг друга» — букв.: «уводя и унося друг у друга».

1378

«что это из-за них он претерпел и подвергся смертельной опасности потому, что судил их» — букв, «что это из-за них претерпев и подвергшись опасности умереть потому, что их судил».

1379

«ради его безопасности постановил» — букв.: «постановил ему безопасность тела».

1380

Экбатаны (у Полиэна — Άγβατάνοι Агбатаны) — столица Мидии, получившая свое название от горы Экбатан, находящейся близ современного Хамадана. События относятся к началу правления Дейока, возможно, к 708 г. до н. э.

1381

Алиатт — царь Лидии, был отцом Креза (Hdt., I, 6, 74; VIII, 35), сыном Садиатта. Одиннадцать лет (623-611 гг. до н. э.) он вел войну с Милетом, однако город он так и не взял. Более удачным для него оказалась осада Смирны, ему удалось взять и разрушить город; также была завоевана Фригия. Алиатт царствовал 57 лет и умер около 545 г. до н. э. (Hdt., I, 25). Могила Алиатта в Лидии была одной из достопримечательностей. Подле нее находилось Гигесово озеро, которое никогда не пересыхало (Hdt., I, 93).

1382

Киммерийцы — древнейшие племена, населявшие Северное Причерноморье и в данное время являвшиеся грозой всей Малой Азии. Наиболее ранние достоверные сведения о них содержатся в ассирийских клинописных текстах конца VIII в. до н. э. Подробнее см.: Иванчик А. И. Киммерийцы. Древневосточные цивилизации и степные кочевники в VIIIVII вв. до и. э. М., 1996.

1383

События решающей битвы с киммерийцами, произошедшей около 610 г. до н. э., привели к свержению их господства в Малой Азии. Ср.: Иванчик А. И. Воины-псы. Мужские союзы и скифские вторжения в Переднюю Азию // СЭ. 1988. № 5. С. 38-48.

1384

Колофонцы — греки-ионийцы. В архаические времена Колофон славился своей конницей (Strab., XIV, 1, 28). См.: Worley L, J. Hippeis. The Cavalry of Ancient Greece. Boulder — San Francisco — Oxford, 1994. P. 36.

1385

Сарды — столица лидийского царства (совр. деревня Сарт в Турции). Сарды лежали в долине реки Герм на пересечении торговых путей из внутренних областей Малой Азии к побережью Эгейского моря. В 546 г. до н. э. в результате сражения и победы персидского царя Кира II город стал столицей одноименной сатрапии Персидской империи. В 334 г. до н. э. город был захвачен Александром Македонским, в III — начале II вв. до н. э. город вошел в царство Селевкидов, в 189-133 гг, до н. э. принадлежал Пергамскому царству, а в 133 г. до н. э. Сарды были присоединены к владениям Рима. В 1402 г. город был разрушен войсками Тамерлана.

1386

Псамметих — имеется в виду Псамметих I (Уахибра), египетский фараон, основатель XXVI династии (663-610 гг. до н. э.), получившей название Саисской, потому что религиозной и политической столицей стал город Саис. При нем была восстановлена независимость Египта и ликвидирована раздробленность страны, начался период экономического и нолитического расцвета Египта. В 610 г. до н. э. Псамметих I умер и власть перешла к Нехо II. См.: Spalinger A. Psammetichus, King of Egypt // Journal of the American Research Center in Egypt. Vol. 15. 1978. P. 49-57.

1387

Бог Амон (Амон—Ра) — в древнеегипетской религии бог Солнца, которому постепенно стали приписывать роль верховного бога Египта, покровителя царя и царской власти. К нему за советом обращались по важным государственным делам, желая узнать судьбу. См.: Рак И. В. Мифы Древнего Египта. СПб., 1993. С. 135-136.

1388

Кариец — уроженец Карий — области на юго-западе Малой Азии (часть совр. Турции). Согласно античной традиции, карийцы изобрели гребни на шлемах (Hdt., I, 171). См.: Snodgrass A. M. Carian Armourers. The Grouth of Tradition // JHS. Vol. 84. 1964. P. 107-118.

1389

Мемфис — город в Верхнем Египте, развалины которого находятся близ Каира. В III тыс. до н. э. в период Древнего царства был столицей Египта. С возвышением Фив (ок. 2000 г. до н. э.) значение Мемфиса упало, но он сохранил свое значение как экономический и культурный центр страны.

1390

Исида — происхождение образа неизвестно. По-видимому, первоначально считалась богиней неба и его олицетворением, на что указывает существующая на протяжении всей истории Древнего Египта традиция изображать Исиду в головном уборе с рогами Небесной коровы и солнечного диска и почитание Исиды, как богини ветра. Культ Исиды в образе супруги Осириса был распространен по всему Египту и был чрезвычайно популярен. Исида почиталась как богиня супружеской верности, семейного очага, любви, материнства, покровительница рожениц, богиня магии, колдовства, плодородия и воды. Культ Исиды распространился в античном мире в IV в. до н. э. Храм Исиды был построен в Пирее, а во II в. до н. э. — на острове Делос. См.: Рак И. В. Мифы… С. 92-123.

1391

Амасис — греческая форма имени египетских фараонов — Яхмос II царствовал 44 года (569-525 гг. до н. э.). При нем наступил наибольший экономический подъем Египта, но во внешнеполитической ситуации Египет сталкивается с рядом проблем. Египет вел войну с Вавилоном; к середине правления Амасиса Египет потерял своих союзников, а в 525 г. до н. э. страна была захвачена персами. После смерти Амасиса его труп подвергся оскорблению. Когда Камбис вошел в Саис, он приказал выбросить труп из гробницы, рвать волосы и стегать труп мечом, а потом предал его огню (Hdt., III, 16). Таким образом он хотел уничтожить саму память о нем.

1392

Мидас (конец VIII — начало VII вв. до н. э.) — царь Фригии (центр Малой Азии). При Мидасе, сыне Гордия, в конце VIII в. до н. э. Фригийское государство стало серьезным противником Ассирийской державы. Молва о богатстве Мидаса породила легенду, согласно которой бог Дионис дал Мидасу способность превращать своим прикосновением предметы в золото. Но, когда в золото стала превращаться и пища, Мидас вымолил освобождение от рокового дара. Существовала также легенда об ослиных ушах, которыми Аполлон наделил Мидаса за то, что в музыкальном состязании Аполлона с Марсием (или Паном) невежественный и самоуверенный Мидас отдал предпочтение Марсию. Согласно легенде, Мидас прятал уши под тюрбаном, но все же молва об этом разнеслась по свету. Выражение «уши Мидаса» стало нарицательным для обозначения невежества, которое нельзя скрыть.

1393

Тимпан — род ручных литавр, ударный музыкальный инструмент.

1394

Кимвал — ударный инструмент, состоящий из двух металлических тарелок; атрибут оргиастических культов у греков и римлян.

1395

Кир — древнеперсидский царь Кир II (558-530 гг. до н. э.) — основатель династии Ахеменидов. В 553 г. до н. э. возглавил восстание персов против мидян. В 538 г. до н. э. захватил Вавилон и присоединил Вавилонское царство к Персии. Он отпустил из «Вавилонского плена» иудеев, восстановил Иерусалим. После 550 г. до н. э. Лидийское государство Креза начало войну с Персидской державой, и в 546 г. до н. э. было ею разгромлено. Персидская армия взяла Сарды и захватила царя Креза. Лидия была присоединена к Персидской державе. В августе 530 г. до н. э. Кир был убит в сражении с массагетами. Подробнее о жизни Кира II см.: Xen. Cyr., passim; Hdt. I, 75; 95; 107-118; 122; Ben—Gurion D. Cyrus, King of Persia / / Acta Iranica. Collection fondée à l’occasion du 2500e anniversaire de fondation de l’Empire perse par Cyrus le Grand. Vol. I. Leiden, 1974. P. 127-134.

1396

Пасаргады — один из главнейших городов древней Персии близ Персеполя, царская резиденция первых царей династии Ахеменидов. Позднее в Пасаргадах была сооружена гробница Кира (Strab., XV, 3, 7).

1397

Первый пассаж относится к 550 г. до н. э. и повествует о последней битве Кира с мидянами, во главе которых стоял царь Астиаг (ок. 585/4-550 гг. до н. э.). Полиэн упоминает три битвы, в которых Кир терпел поражение, пока в четвертой он не оказался победителем. Однако, согласно Страбону (XV, 3, 8), Кир одержал решающую победу в третьей битве. Подробнее см.: Пьянков И. В. Борьба Кира II с Астиагом по данным античных авторов / / ВДИ. 1971. № 5. С. 16-37.

1398

Второй и третий пассажи повествуют о взятии Киром Сард в 547 г. до н. э. Осада Сард продолжалась четырнадцать дней. Перед Киром стояла задача взять город как можно скорее, так как долгая осада была бы невозможной по двум причинам: во-первых, Крез послал вестников в Спарту, Вавилон и Египет с просьбой о помощи, на которую откликнулись спартиаты и только падение Сард остановило их. Во-вторых, долгая осада истощила бы силы его армии, не располагавшей большими запасами продовольствия. Кир обещал царскую награду тому, кто первый взойдет на укрепление. Все стены Сард были тщательно охраняемы, кроме одного места, отвесного и потому неприступного. Воин Кира Гиреада накануне заметил, как один из лидийцев спускался со стены за своим скатившимся шлемом и ночью беспрепятственно взошел на стену, а уже по его следам поднялись и другие персы (Hdt., I, 84).

1399

Акрополь — возвышенная и укрепленная часть древних городов, служил защитой и убежищем для жителей от неприятеля, часто место первоначального поселения.

1400

«если они отдадут акрополь» — букв.: «им, отдавшим акрополь».

1401

Σομα переводится: «тело». Если употребить это значение, то получится, что Кир обещал вернуть тела родственников. В таком случае теряется смысл условий Кира. Таким образом, следует переводить, как «невредимые»; от σαος (σως) — невредимый, неповрежденный, целый, здравый.

1402

Пассаж датируется 538 г. до н. э. и рассказывает о восстании покоренных лидийцев. В 547 г. до н. э. Лидийское царство было покорено Киром и как независимое перестало существовать. Когда Кир отбыл в Экбатаны, жители Сард во главе с Пактием, которому была доверена охрана царской казны, подняли восстание. Они осадили персидский гарнизон в акрополе Сард и уговорили приморские греческие города прислать отряды на помощь. Когда Кир узнал о восстании, он, как сообщает Геродот (I, 155), обратился к находившемуся в его свите Крезу (Кир захватил Креза, но оставил его в живых и возил с собой как советчика) с угрозой продать всех лидийцев в рабство. Но Крез попросил Кира не разрушать Сарды и пощадить жителей, наказав зачинщика восстания Пактия, лидийцам же — запретить носить оружие, чтобы они больше не могли бунтовать против персов. Кир послал войско для подавления мятежа под командованием Мазара, также — было приказано разоружить лидийцев и обратить в рабство жителей греческих городов, оказавших помощь восставшим. Пактий, узнав о приближении персидского войска, бежал со своими приверженцами. На этом восстание закончилось. См.: Дандамаев М. А. Политическая история Ахеменидской державы. М., 1985. С. 25.

1403

Пятый пассаж повествует о взятии Вавилона Киром и относится к 529 г. до н. э. Существуют различные версии взятия города: «Вавилонская хроника» сообщает, что Вавилон был взят без боя, а согласно Геродоту (I, 188-191), вавилоняне готовились к осаде, но так как город был очень хорошо укреплен, то жители могли позволить себе предаваться веселью на празднике и не обращать внимание на персов (Hdt., I, 191; Front. Strat., III, 7, 3).

1404

Шестой пассаж относится ко времени, предшествующему взятию Сард, и датируется 547 г. до н. э. Битва, описываемая Полиэном, произошла на равнине перед Сардами. Военная хитрость, подсказанная Киру его полководцем Гарпагом, впоследствии применялась и другими. Действительно, кони боятся верблюдов и бесятся при их виде. См.: Нефёдкин А. К. Развитие тактики персидской конницы Ахеменидов / / Древние и средневековые цивилизации и варварский мир. Ставрополь, 1999. С. 21, 29, прим. 6. О битве подробнее см.: Hdt., I, 80; Front. Strat., II, 4, 12.

1405

Седьмой пассаж датируется 558 г. до н. э. и рассказывает о том, как Кир захватил престол (Hdt. I, 126; Just. I, 6, 4; Front. Strat., I, 11, 19). Кир, как и его отец Камбиз I, находился в зависимости от мидийского царя Астиага.

1406

Восьмой пассаж, как и пятый, повествует об осаде Киром Вавилона (Hdt., I, 190).

1407

Девятый пассаж рассказывает об одной из битв Кира с Астиагом, вероятно, о последней.

1408

Десятый пассаж так же, как и второй, и третий, повествует об осаде и взятии Сард.

1409

Данный пассаж относится ко времени восстания Кира II против Астиага, начало которого датируется 553 г. до н. э. Согласно Геродоту (I, 123-128) и Юстину (I, 5, 16), знатный мидиец Гарпаг, которому Астиаг нанес жестокую обиду, решил ему отомстить и замыслил против него заговор. Он привлек на свою сторону индийскую знать, которая была недовольна жестоким правлением Астиага, и затем подговорил династа Персии Кира поднять восстание. Что касается родовой знати, то, как считают И. М. Дьяконов (История Мидии от древнейших времен до конца IV в. до н. э. М. — Л., 1956. С. 415 и сл.) и И. Алиев (История Мидии. Баку, 1960. С. 252), она боролась с Астиагом, стремившимся создать сильное централизованное государство. Недовольных возглавил Гарпаг, потомки которого объясняли его измену неоправданной жестокостью Астиага. Информацию о восстании Кира Геродот мог получить от потомков Гарпага. Поскольку Кир находился в Персии, а дорога туда охранялась мидянами, Гарпаг нашел хитроумный способ переправить письмо Киру, в котором он обещал Киру поддержку знатных мидян и свой переход на его сторону в случае начала восстания (Hdt., I, 123-128; Just, I, 5, 10). Письмо было послано с доверенным слугой, который выдавал себя за охотника.

1410

Крез — последний царь Лидии (560-546 гг. до н. э.), сын Алиатта, вел активную борьбу с греческими городами в Малой Азии за выход к морю. За исключением Милета, все они оказались под властью Лидии и должны были платить определенную дань. Крез поддерживал отношения с греками и пользовался поддержкой дельфийского жречества. В 547 г. до н. э. Лидия подверглась нападению персов и после поражения Креза в битве с Киром в долине реки Герма и в сражении у Сард и четырнадцатидневной осады Сард, Лидия была покорена персами, а Крез попал в руки к Киру. Крез не был казнен, но Кир оставил его живым, чтобы повсюду возить с собой и советоваться по различным вопросам. Крез считался одним из богатейших людей древности, и его имя стало нарицательным.

1411

«слепил персидских коней» — букв.: «отвращал взор персидских коней».

1412

Каппадокия — область в восточной части центра Малой Азии, с VI в. до н. э. Каппадокия вошла в состав персидского государства Ахеменидов.

1413

«бегом продвигался вперед» — греч.: τη φυγή προέλαβε.

1414

Оба пассажа относятся ко времени начала войны Лидии с Персией (547 г. до н. э.). Об этом сохранился подробный рассказ у Геродота (I, 69-91). Когда Мидия была захвачена персами и затем последовали новые стремительные успехи Кира, Крез начал готовиться к войне с Персией. Около 549 г. до н. э. был заключен союз между Лидией и Египтом. Прежде чем приступить к активным действиям, Крез послал гонцов с дарами в храм Аполлона в Дельфах, в святилище Амона в Ливии и в другие храмы. На вопрос, стоит ли лидийцам начать войну с Киром, Дельфийский оракул дал двусмысленный ответ, что Крез сокрушит великое царство, если перейдет реку Галис (восточная граница Лидии). Итак, инициатива войны принадлежала Крезу.

1415

Камбиз — древнеперсидский царь из династии Ахеменидов (530-522 гг. до н. э.), сын Кира и его соправитель до 530 г. до н. э. Принимал участие вместе с Киром в походе против Египта, после смерти своего отца он продолжил завоевание страны самостоятельно. В результате победы персов в битвах при Пелузии и при Мемфисе (525 г. до н. э.) Египет был завоеван. Однако поход Камбиза против Эфиопии оказался неудачным. В 523-522 гг. до н. э. против Камбиза был поднят мятеж, который вынудил его вернуться домой. По дороге из Египта в Персию Камбиз погиб. См.: Präsek J. Kambyses (Der alte Orient. Bd. 14. Hf. 2). Leipzig, 1913.

1416

Пелузий (совр. Тинех) — греческое название древнеегипетского города на восточном Пелусийском рукаве дельты Нила, в 2 км от Средиземного моря и в 40 км от совр. Порт—Саида. Возник около III тыс. до н. э. и был главной крепостью на северо-восточной границе Египта.

1417

«пускали катапультами стрелы, камни и горящие головни» — букв.: «пустили метающие стрелы катапульты, камни и огонь».

1418

Пассаж относится к 525 г. до н. э., ко времени битвы при Пелузий (Hdt., III, 1) во время похода Камбиза на Египет. Как говорит Геродот, вместе с Камбизом против Египта пошли «все покоренные им народы». Сухопутная армия персов получила поддержку со стороны финикийского флота (Дандамаев М. А. Политическая история… С. 56-57). Войско было собрано в Палестине, а’ флот был сосредоточен в Акко. Как сообщает Геродот (III, 7-8; 88), Камбиз послал вестника к царю арабов, прося предоставить безопасный проход через пустыню. Царь согласился и заключил союз с Камбизом, более того, он пригнал верблюдов, навьюченных мехами с водой. Армия Камбиза благополучно добралась до Пелузия, позднее, в V в. до н. э., персидская армия пользовалась морским путем в обход Синайской пустыни, но при Камбизе персы были еще мало знакомы с морем, чтобы выбрать этот более удобный путь. Начальник египетского флота Уджагорресент. перешел на сторону Камбиза, командир греческих и карийских наемников, рассорившись с египтянами, также перешел к персам. Он доставил ценные сведения о военных приготовлениях египтян и указал, как обойти укрепления, находившиеся на пути персидского войска. Битва у Пелузия была кровопролитной, в которой обе стороны понесли тяжелые потери. Военная уловка, описанная Полиэном, по мнению М. А. Дандамаева (Политическая история… С. 58), носит анекдотический характер. Однако так или иначе, но битва при Пелузий окончилась победой персов. Остатки египетского войска и наемников беспорядочно бежали в Мемфис. К лету 525 г. до н. э. уже весь Египет был в руках персов, а к августу 525 г. до н. э. Камбиз был официально признан фараоном. Он основал XXVII династию фараонов.

1419

Сатрап (греч. σατράπης; от мидийского «хшатрапаван» — «хранитель области») — правитель провинции в. Мидии, а позднее в Персии при династии Ахеменидов (558-330 гг. до н. э.), в державе Александра Македонского и в царстве Селевкидов (IVI вв. до н. э.), в Парфянском царстве (250-226 гг. до н. э.) и Сасанидской Персии (226-651 гг. до н. э.). Сатрап подчинялся царю и считался его наместником, обладал всей полнотой административной и судебной власти, имел право чеканить серебряную монету, возглавлял местное ополчение и контингента военных поселенцев. См.: Lehmann—Haupt С. В. Satrap / / RE. 2 R. Hbbd. 3 (1921). Sp. 82-188.

1420

Пассаж рассказывает об избрании Дария царем в 552 г. до н. э. см.: Hdt., III, 85-86; Just., I, 10, 3-10). Геродот называет и имена знатных персов, свергших узурпатора мага Гаутаму и его брата: Отан, Аспафин, Гобрий, Интафрен, Мегабиз, Гидарн, Дарий (Hdt., III, 70). В основе сообщения о хитрости с конем, вероятно, лежал способ гадания персов по поведению коня, неизвестный грекам. См.: Gschnitzer F. Die sieben Perser und das Königtum des Dareios. Heidelberg, 1977; Bickerman E. J., Tadmor H. Darius I, Pseudo—Smerdis, and the Magi // Athenaeum. N. S. № 55. 1978. P. 239-261; Könhken A. Der listige Oibares: Dareios audstiege zur Grosskönig / / Rheinisches Museum. Bd. 133. 1990. Hf. 2. S. 115-137.

1421

Дарий I (550-486 гг. до н. э.) правил в 522-486 гг. до н. э., сын Гистапса, персидский царь из династии Ахеменидов. После смерти Камбиза персидским престолом завладел мидийский маг Гаумата, выдававший себя за младшего сына Кира — Смердиса. Он правил страной через своего брата, а сам не показывался на глаза. Об этом узнали знатные персы и решили отстранить от власти самозванца. После удачного переворота встал вопрос о том, кому из семи заговорщиков стать царем — им стал Дарий I. То, каким образом это ему удалось, рассказывает предыдущая стратегема об Ойбаре. Пока персы восстанавливали царскую власть, народы, завоеванные Киром и Камбизом, освободились, и Дарию пришлось их снова завоевывать. Он опять покорил Вавилон, Мидию, Египет и другие области, и затем — часть Индии. Он разделил огромную державу, простиравшуюся от Инда до пустынь Африки и европейских берегов Средиземного моря, на территориальные сатрапии. Новой столицей государства стали Сузы. После наведения порядка в Персии Дарий решил подчинить скифов. См.: Mayer Е. König Darius I. — Meister der Politik. Stuttgart—Berlin, 19232. Junge P. J. Darius I. König der Perser. Leipzig, 1944.

1422

Первый пассаж относится ко времени Скифского похода Дария, которое точно не установлено. М. А. Дандамаев относит его ко времени между 516 и 512 гг. до н. э., возможно, 513 г. до н. э. (Дандамаев М. А. Политическая история… С. 109). Дарий, подойдя к Дунаю, построил понтонный мост из судов, и, перейдя его, армия начала продвигаться по южнорусским степям. Мост должны были охранять ионийцы, входившие в армию Дария, в течение шестидесяти дней. Если после окончания этого срока армия не вернется, ионийцы должны были разрушить мост и вернуться домой. Скифы не вступали в открытое сражение с армией противника и применяли тактику выжженной земли: засыпали источники, уводили скот, сжигали траву; они заманивали армию Дария в глубь страны. Тем временем скифы, обойдя персов, подошли к мосту и обратились к ионийцам с призывом вернуться домой, выждав положенные шестьдесят дней. После долгих обсуждений вожди ионийцев решили дождаться Дария, но для отвода глаз начали разбирать мост со стороны скифов. Через некоторое время персидское войско, не имея достаточно продовольствия, измученное долгими переходами и вынужденное отступить, подошло к мосту и благополучно перешло во Фракию. Так закончился Скифский поход Дария. Об эпизоде с зайцем сообщает Геродот (IV, 134), который и является источником Полиэна. О походе см.: Черненко Е. В. Скифо-персидская война. Киев, 1984; Balcer J. М. Darius’ Scytnian Expedition // CP. Vol… 76. 1972. P. 99-132.

1423

Второй пассаж повествует о перевороте в Персии и свержении магов и датируется 522 г. до н. э. (см. прим. 46).

1424

Третий пассаж повествует о разделе на сатрапии и наложении податей. Во времена Кира и Камбиза регулярных податей не существовало, но подданные приносили подарки (Hdt., III, 89-94). Теперь вся территория империи была разделена на 20 сатрапий. См.: Junge Р. J. Satrapie und Natio: Reichsverwaltung uhd Reichspolitik im Staate Dareios’ I / / Klio Bd. 34. 1942. S. 1-55.

1425

«давно уже бежали» — букв.: «были уже давно убежавшими».

1426

Четвертый пассаж так же, как и первый, повествует о Скифском походе Дария, о его отступлении. См.: Мишулин А. В. О военном искусстве скифов // Исторический журнал. 1943. № 8-9. Струве В. В. Дарий I и скифы Причерноморья // ВДИ. 1949. № 4. С. 15-28.

1427

15 стадий — приблизительно 3 км. См.: прим. 231 к Polyaen., III, 11, 6.

1428

Пассаж можно датировать 511 г. до н. э., когда после завершения Скифского похода Дарий оставил своего полководца Мегабаза покорять области Геллеспонта и Фракии, а сам отправился в Сузы. Прежде чем покинуть Сузы, Дарий I — назначил своего брата Артафрена сатрапом Лидии с полномочиями общего надзора над городами ионийских греков. Византии, Халкедон и другие города были взяты; таким образом, в его руках оказалась хлебная торговля через проливы (Olmstead А. Т. History of the Persian Empire. ChicagoLondon, 1948. P. 150). Однако не исключено, что описывается подавление Ионийского восстания в 493 г. до н. э. См.: Olmstead А. Т. History… Р. 157.

1429

Шестой пассаж повествует о войне Дария с саками — ираноязычными скотоводческими племенами, населявшими территорию современного Казахстана и Таджикистана. Часть племен саков Дарий покорил в 519 г. до н. э. Саки платили дань и поставляли воинов в армию Дария. Главная сила саков состояла в коннице. Подробнее о саках см.: Литвинский Б. А. Древние кочевники «Крыши мира». М., 1972.

1430

Седьмой пассаж повествует об усмирении восстания египтян. События, скорее всего, можно датировать 518 г. до н. э., когда Дарий отправился в Египет и прибыл в Мемфис. Египтяне оплакивали умершего Аписа (священный бык, которого египтяне обожествляли) 31 августа 518 г. до н. э. Дарий дал сто талантов золота на приобретение нового Аписа. Из самого отрывка не совсем ясно, умер ли Апис или просто потерялся, но если учитывать, что Апис умер в 518 г. до н. э. и в это же время в Египте был Дарий, то речь идет о смерти. Но существует мнение, что Дарий присутствовал в Египте с 519 по 515 гг. до н. э. (Дандамаев М. А. Политическая история… С. 105; Briant P. Histoire de l’empire perse de Cyrus à Alexandre. Vol. I-II. Leiden, 1996. P. 421, 495-496, 915), тогда, возможно, что Апис просто потерялся. Кстати, как пишет Диодор (I, 95, 4-5), Дарий изучал у египетских жрецов теологию и подражал фараонам, поэтому египтяне относились к нему с большим почтением.

1431

Сирак — имя героя может быть восстановлено как Sirak, исходя из скифского *sir — («тянуть», «течь»), и интерпретировано как «скачущий (на коне) иноходью», «скачущий плавно» или «идущий величаво». В Ольвии засвидетельствовано имя Σίραχος. В. И. Абаев сопоставляет это имя с осетинским sirag — «танцующий плавно», «идущий иноходью», исходя из реконструируемой скифской глагольной основы *sir — «танцевать плавно», «идти иноходью» (о лошади) (Абаев В. И. Скифо-сарматские наречия / / Основы иранского языкознания. Древнеиранские языки. М., 1979. С. 303). (А. А. Амбарцумян)

1432

Отметим, что имена сакских царей этимологизируются из скифо-сакских и древнеиранских языков. По предположению В. И. Абаева, имя царя Сакесфара может быть соотнесено с осетинским sag+æfsaer («имеющий оленью челюсть») (Абаев В. И. Скифо-сарматские наречия. С. 301). И. Мельбер принимает чтение Хемстерха имени второго царя — Аморг (Άμόργης), выводимое им из фрагмента Ктесия (frg., 3), где упоминается этот царь саков, воюющий с Киром II. В архетипе, в кодексе F, тут стояло имя Хомарг (Όμάργης). Этимология имени связана с древнеперсидским названием племени Sakä Haumawargä, которое переводят как «саки, почитающие хаому», и, значит, «Почитающий хаому» (священный галлюцинагенный напиток индоариев (аналог древнеиндийской соме), который пили при богослужениях. Он состоял из эфедры и других трав, смешанных с молоком). Последнее имя Фамир (Θάμυρις), возможно, связано с древнеиранским *taxmavira — «смелый, храбрый мужчина» (А. А. Амбарцумян).

1433

Хилиарх — «тысячник», второе после царя лицо в персидской иерархии. Junge P. J. Hazarapatis // Klio. Bd. 33. 1940. P. 13-33.

1434

Кандис — верхний кафтан у персов, который носили внакидку поверх рубахи. См.: Linders Т. The Kandys.in Greek and Persian / / Opusula Athenensia. Vol. 15. 1984. P. 107-114.

1435

Тиара — традиционный персидский головной убор в виде башлыка.

1436

В Ахеменидскую эпоху еще не было канонизированных текстов молитв, и Дарий мог импровизировать в своем обращении к Аполлону, в котором в данном случае следует видеть Ахура—Мазду. Данную молитву можно сопоставить с сохранившейся древнейшей авестийской молитвой Хушбам — молитвой благому рассвету, посвященную восходу солнца, в которой произносятся славословие Ахура—Мазде; говорится о его борьбе со злым Анхра—Манью; высказываются пожелания победы над демоном зла Аэшмой, обладающим кровавым копьем; говорится о войне с мазанскими даевами и варениями (и те и другие обычно рассматриваются как автохтонные племена, с которыми столкнулись иранские армии). В молитве упоминается множество божеств, в том числе и Тиштрия (звезда Сириус), божество вод и дождя. (А. А. Амбарцумян)

1437

«наполнив водой» — букв.: «наполнив им» (наполнив дождем), имеется в виду, конечно, «наполнив дождевой водой».

1438

Бактр — река в Бактрии, современная Балх в одноименной провинции Северного Афганистана. На этой реке стоял исторический центр Бактрии, город Бактры. Другое более древнее название реки и города — Зариаспа (в переводе с североиранских диалектов: «златоконная» или, по мнению Й. Маркварта, «златоводная») (Strab., XI, 11, 2). О взятии этого города Семирамидой см.: Anón. De muí. virt., 1 и прим. 3. (А. А. Амбарцумян)

1439

Событие относится ко времени похода Дария на саков-тиграхауда около 519 г. до н. э. (Об этом походе см.: Дандамаев М. А. Поход Дария против скифского племени тиграхауда / / Краткие сообщения Института народов Азии АН СССР. № 61. 1963. С. 175-187). Стратегема хорошо показывает культовые функции царя как посредника между богами и людьми. Вполне возможно, что сюжет с увечьем носит легендарный характер, он также присутствует в рассказе о Зопире в следующей стратегеме. В первом случае, с помощью увечья Сирака, армия Дария попала в ловушку, а в случае с увечьем Зопира Дарий смог взять Вавилон в 521 г. до н. э. Возможно, перед нами остатки сакского героического эпоса (Струве В. В. Этюды по истории Северного Причерноморья, Кавказа и Средней Азии. Д., 1968. С. 51, 53.

1440

Эпизод описывает осаду Вавилона армией Дария I во время восстания вавилонян в 521 г. до н. э. Об этом пишет Геродот (III, 150-160), указывая, что Вавилон был осаждаем в течение двадцати месяцев, это было восстание Навуходоносора I, который был разгромлен 27 ноября 521 г. до н. э. персом Виндафарной — один из семи персов, помогавших Дарию I прийти к власти (см.: Дандамаев М. А. Политическая история… С. 94). Однако не исключено, что Геродот объединил данные о восстаниях вавилонян в один рассказ. Ср.: Front. Strat., III, 3, 4; Plut. Apophth. reg. et imp., 2, 4.

1441

Оронт — политический деятель персидской империи, потомок одного из семи персов, Гидарна, убившего Гаумату; зять Артаксеркса II, сатрап Армении (ок. 401 г. до н. э.), учавствовал в боевых действиях против киприатов (380е гг. до н. э.); затем был правителем Мисии и участвовал в «Великом восстании «сатрапов»»; позднее участвовал в восстании Артабаза (см.: Polyaen., VII, 33 и прим. 133), после подавления которого сдался на милость победителя.

1442

Пассаж относится ко времени войны Артаксеркса II (см. прим. 78) с правителем Кипра Эвагором, союзником последнего был Египет, пославший на Кипр флот из 60 кораблей. В 382 г. до н. э. Тирибаз завершил приготовления к походу против Кипра. В 381 г. до н. э. у города Китион произошла битва с египетским флотом, в которой персы одержали победу. В то время как египтяне испытывали затруднения с выплатой жалованья, Тирибаз получал от царя новые пополнения войском. Для персов все складывалось удачно, однако вскоре произошли важные события. Оронт пожаловался Артаксерксу, что Тирибаз ведет войну вяло и собирается отложиться. Артаксеркс приказал арестовать его и привести в Сузы. Ср.: Diod., XV, 8, 3. (абзац) Второй, третий и четвертый пассажи относятся к событиям, вошедшим в историю как «Великое восстание сатрапов» (367-359 гг. до н. э.; вторая и третья стратегемы -.события ранее 362-361 гг. до н. э.). К 367 г. до н. э. относится опасное для персидского царя возвышение Датама, который первоначально пользовался благосклонностью Артаксеркса II. Однако Датам узнал, что его недруги при дворе плетут интриги против него. Оставив армию в Магнесии, он сам отправился в свою сатрапию Каппадокию, а затем подавил мятеж в Пафлагонии. Слабость Персии и мятежи против центральной власти ослабили империю и дали возможность отделиться местным народам. В подавлении одного из мятежей погиб сын Датама Арсидей, другому сыну Сесаму, или Сиссиму, было приказано атаковать Синопу. Сесам перебежал к царю и сообщил ему первым доказательство того, что его отец действительно восстал против него. Автофрадату, сатрапу Лидии, было поручено подавить восстание. Неготовый собрать свое войско вовремя, чтобы захватить леса в Киликии, Датам занял удобную позицию, дабы блокировать любые опасные для него передвижения войск. Автофрадат вынужден был предложить перемирие на условии, которое будет передано царю через посланника, и вынужден был отступить. Сатрап Фригии, Ариобарзан, был на подозрении при дворе из-за двойственных действий в отношении Афин и Спарты во время подготовки проекта «Царского мира» в 368 г. до н. э. Ариобарзану было поручено царем передать свою сатрапию сыну Фарнабаза, Артабазу, в наследство. Противясь такому приказанию, он присоединился к мятежу Датама. Спарта, готовясь к противостоянию с Артаксерксом, нашла союзника в лице египтянина Тахоса и устанавливала связи с восставшими сатрапами, а также послала Агесилая к Ариобарзану, номинально как посла, а в действительности как командующего наемниками. Афины послали 30 кораблей и 8000 наемников с Тимофеем со специальными инструкциями не нарушать договор с царем. К этому времени Автофрадат изгнал Ариобарзана с большей части его сатрапии и осадил его и с суши, и с моря в Адрамиттии. Ариобарзан приказал своему командиру гарнизона Птелеонту притвориться изменником; когда же царский флот ожидал их капитуляции, Ариобарзан провел в город продовольствие и наемников, необходимых для обороны. По прибытии Агесилая Автофрадат отошел, а правитель Карий, Мавсол, не только не уничтожил его корабли, но и дал денег Агесилаю, который после долгой осады взял Фокею. Тем временем с помощью наемников, возглавляемых Мемноном, Артабаз захватил Троаду. Восстание одного сатрапа за другим угрожало не только целостности империи, но и безопасности самого царя. В 363 г. до н. э. к восстанию присоединился даже зять царя Оронт. После того как он стал во главе восставших, положение Артаксеркса было почти безвыходным. Мятеж расширялся и охватил даже финикийские города. Верный царю Автофрадат, сатрап Лидии, оказавшись изолированным, предпочел перейти на сторону восставших. Коалицию также поддерживали писидийцы и ликийцы, а Египет в это время вернул себе независимость. Однако личные интересы сатрапов превалировали над общими. Преданный своими египетскими союзниками Оронт заключил мир и сдал восставших. За это он был вознагражден возвращением своей сатрапии, к которой он присоединил Эгейское побережье. Грозившая империи опасность исчезла так же неожиданно, как и возникла. Ариобарзан был предан своим собственным сыном Митридатом и был замучен до смерти. На Датама было совершено покушение его же солдатом, и он вынужден был бежать, переодевшись в одежду простого воина. Однако это не спасло его от смерти, и после нескольких подобных покушений он был убит Митридатом во время совещания о дальнейших действиях восставших. Его сын Сесама унаследовал сатрапию своего отца. Подробнее о восстании сатрапов см.: Olmstead А. Т. History Р. 411-422; Briant P. Histoire… Vol. I. P. 675-694.

1443

Тмол — холм, возвышавшийся над Сардами (Strab., XIII, 4, 5).

1444

Ксеркс — сын Дария I из династии Ахеменидов (486-465 гг. до н. э.) — продолжал политику своего отца по борьбе с греками. Все пассажи Полиэна относятся к его походу на Грецию (480-479 гг. до н. э.), в результате которых персидское войско было разгромлено. См.: Mayrhofer M. Xerxes, König der König. Wien, 1970. О вторжении Ксеркса в Грецию см.: Grundy G. В. The Great Persian War and Its Preliminaries. New York, 1901; Hignett C. Xerxes Invasion of Greece. Oxford, 1963.

1445

Весьма интересны данные о численности многонациональной армии Ксеркса. Согласно Геродоту (VII, 20, 21, 25, 138, 239), были предприняты небывалые приготовления; все сатрапии от Египта до Индии послали свои контингенты. По данным того же Геродота (VII, 184-186), в армии Ксеркса насчитывалось морского войска — 517610, пехоты — 1700000, конницы — 80000, арабы верхом на верблюдах и ливийские колесницы — 20000, итак, всего — 2317610, не считая прислуги, кораблей со съестными припасами и с находившимися на них людьми. Однако современные исследователи считают эту цифру абсурдной и называют реальную цифру в 100000 человек (подробнее см.: Дельбрюк Г. История военного искусства в рамках политической истории / Пер. с нем. Т. 1 СПб., 1994. С. 36 с илл.).

1446

Что касается слухов о предательстве эллинов, то они не были лишены оснований (Hdt., VII, 138).

1447

Второй пассаж относится ко времени начала греко-персидских войн, к 480 г. до н. э. См.: Hdt., VII, 146; Plut. Apophth. reg. et imp., 4, 3.

1448

Абидос — город на малоазийском берегу Троады, в самом узком месте пролива Геллеспонт, напротив города Сеста, расположенного на другом берегу пролива.

1449

Для переправы армии на Геллеспонте у греческого города Абидос было сооружено два понтонных моста длиной 1360 м. Описанную беседу Ксеркса приводит Геродот (VII, 147).

1450

Фермопилы — горный проход из Малиды в Локриду Эпикнемидскую.

1451

Четвертый и пятый пассажи повествуют о Фермопильской битве. Фермопильский проход обороняли союзные греческие войска, среди которых были и 300 спартанцев под командованием царя Леонида (см.: Polyaen., I, 32 и прим. 180). После того как в двухдневных боях обе стороны понесли большие потери, персы обошли греков по горным тропам. Леонид, отпустив основную часть войска и оставшись с 300 спартанцами для обороны прохода, героически погиб (Hdt., VII, 201 sqq.).

1452

Артаксеркс II вступил на престол в 404 г. до н. э., а умер в 358 г. до н. э. — персидский царь из династии Ахеменидов, был одним из сыновей Дария II и именовался Арсаком, которому после воцарения было дано имя Артаксеркса II в честь его деда Артаксеркса I.

1453

Акинак — короткий прямой двулезвийный персидский меч длиной 30-40 см, носили его на поясе справа; известен как оружие у ираноязычных народов с VII в. до н. э.

1454

Келены — город во Фригии, находится на одноименном холме.

1455

Первый пассаж относится к 395 г. до н. э., ко времени, когда Артаксеркс II приговорил к смерти сатрапа Лидии Тиссаферна (см.: Polyaen., V, 18 и прим. 83). Такое решение было принято царем из-за подозрения, что Тиссаферн вел двойную игру с целью предать интересы Персии. Ариэй за свою услугу в награду получил в управление Карию, а Тифравст занял место Тиссаферна (Diod. XIV, 80).

1456

Ох — персидский царь Артаксеркс III Ох (359-338 гг. до н. э.) — один из сыновей Артаксеркса П. Артаксеркс II не любил Оха и назначил своим преемником одного из своих сыновей от наложницы, Ариаспа. Ох стал пугать Ариаспа, что отец подозревает его в соучастии в заговоре и собирается его казнить. Доведенный до отчаяния Ариасп кончил жизнь самоубийством. Таким образом, устранив соперника, Ох в 359 г. до н. э. после смерти отца вступил на престол и принял имя Артаксеркса III. Ох, став царем, истребил всех своих близких, боясь заговора. Он был человеком железной воли и крепко держал бразды правления в своих руках. В 356 г. до н. э. он велел наместникам Малой Азии распустить наемные войска. В 349 г. до н. э. против Персии восстали финикийские города. Согласно Диодору (XVI, 43-51), Ох взял город Сидон и истребил более 40 000 жителей; сопротивление финикийских городов было сломлено. К 344 г. до н. э. Финикия была объединена с Киликией в одну сатрапию. В 342 г. до н. э. Египет потерял свою независимость и снова стал персидской сатрапией. Артаксеркс III стал основателем XXXI последней династии фараонов. В 338 г. до н. э. в результате заговора он был отравлен своим личным врачом и похоронен в Персеполе.

1457

Тиссаферн — сатрап Дария II в Лидии, был крупным государственным деятелем и выдающимся дипломатом, оказавшим заметное влияние на ход Пелопоннесской войны (431-404 гг. до н. э.). Несмотря на то, что его брат участвовал в заговоре против Дария II и был казнен, Тиссаферну удалось сохранить свое положение. В ходе Пелопоннесской войны Дарий II решил прекратить балансирование между Афиной и Спартой и поддержать лакедемонян. Тиссаферн был отстранен от должности сатрапа Лидии, но за ним была сохранена Кария. Казнен в 395 г. до н. э. по обвинению в измене. См.: Westlake Н. D. Decline and Fall of Tissaphernes // Historia. Bd. 30. 1981. P. 257-279.

1458

Первый пассаж относится к событиям, последовавшим за битвой 3 сентября 401 г. до н. э. у деревни Кунаксы, в 90 км от Вавилона, между претендентом на персидский престол Киром Младшим и царем Артаксерксом II, в котором принимал участие и Тиссаферн на стороне царя. Греческие наемники принимали участие на стороне Кира, ими командовал спартанец Клеарх (см.: Polyaen., II, 2 и прим. 56). Во время сражения, ослушавшись приказа Кира разбить центр противника, Клеарх остался на правом фланге и преследовал войско Тиссаферна. Однако битва была проиграна, потому что Кир погиб и войско осталось без руководителя. После сражения Тиссаферн сам и через послов уговаривал Клеарха сдать оружие. Было заключено соглашение, по которому эллины не должны были заниматься грабежом, а покупать продовольствие, а Тиссаферн поможет им вернуться в Элладу. Хитрый Тиссаферн пригласил Клеарха на обед для переговоров со своими стратегами и лохагами. Когда эллины дошли до ставки Тиссаферна, лохаги были убиты, а стратеги арестованы. Позднее их отвели к царю и отрубили головы. Лишь одному тяжелораненному лохагу удалось спастись, добраться до своих и сообщить о случившемся (Xen. Anab., II, 5, 31).

1459

Второй пассаж повествует о взятии Милета после окончания Пелопоннесской войны. Милет перешел под власть персов в 399 г. до н. э.

1460

Фарнабаз (ок. 440 г. до н. э. — 370 г. до н. э.), сын Фарнака — персидский сатрап Геллеспонтской Фригии при Дарий II и Артаксерксе II. Опытный и коварный политик, Фарнабаз в конце Пелопоннесской войны сначала оказывал помощь Спарте в ее борьбе с Афинами, а затем, когда Спарта добилась успехов, стал поддерживать Афины. После окончания Пелопоннесской войны в 397 г. до и. э. началась война между Спартой и Персией. Воюя со спартанским царем Агесилаем, Тиссаферн начал терпеть поражение и заключил перемирие на три месяца в 396 г. до н. э. Он потребовал помощи у Фарнабаза. Фарнабаз настаивал на том, что с греками надо сразиться в открытом бою, а Тассаферн не привык к такому роду действия. Оба полководца враждебно относились друг к другу, и Фарнабаз послал к царю жалобу на бездействия Тиссаферна. Осенью 395 г. до н. э. Агесилай начал опустошать владения Фарнабаза. Вскоре по просьбе Фарнабаза произошла встреча с Агесилаем. Перс жаловался на опустошение его земель спартанцами и напомнил Агесилаю о том, что он в прошлом помогал спартиатам. В 385-383 гг. до н. э. Фарнабаз принимал участие в походе против Египта, который оказался неудачным, в 379 г. до н. э. Фарнабаз совместно с афинским полководцем Ификратом снова выступил против Египта, но из-за наступившего половодья персы отступили с большими потерями, так и не покорив Египет. В 387 г. до н. э. Фарнабаз был смещен с поста сатрапа Фригии.

1461

Лисандр (умер 395 г. до н. э.) — спартанский военачальник и флотоводец последнего периода Пелопоннесской войны. Подробнее о нем см.: Polyaen., I, 45 и прим. 244.

1462

Спартанская скитала — тайная шифрованная депеша. Для тайной переписки спартанцы использовали следующий способ: наворачивали плотно ремень на палку и на ремне в поперечном направлении писали депешу, затем снимали ремень и отсылали его; получивший навертывал полученный ремень на палку такой же величины и читал депешу. См. также: Polyaen., I, 17 и прим. 105.

1463

Данный пассаж относится ко времени Пелопоннесской войны, 403 г. до н. э. После смещения Тиссаферна с должности лидийского сатрапа ионийские города оставались еще в его власти. Но вскоре Лисандр стал их захватывать, затем он стал грабить области Фарнабаза. Последний пожаловался лакедемонянам на эти действия, напомнив, какую помощь он оказал Спарте в борьбе с Афинами. Лисандр был отстранен от командования и получил предписание вернуться на родину. Он просил Фарнабаза написать в Спарту письмо с заверениями, что не причинил ему никакого ущерба. Исходя из вышенаписанного, становится ясно, с чем был связан обман Лисандра Фарнабазом. Подробнее см.: Дандамаев М. А. Политическая история… С. 202-203. Ср.: Plut. Lys., 19 sq.; Nep„ 6, 4.

1464

Глос — персидский командир флота, участвовал в военных действиях на Кипре, подавил восстание против персов царя этого острова Эвагора. Ему удалось усмирить наемников, служивших в армии персов, из-за задержки жалованья. К тому времени, 385 г. до н. э., он уже был зятем Тирибаза.

1465

Триера — основной тип греческих военных кораблей. Первые триеры появились в конце VIII в. до н. э. и уже во время греко-персидских войн составляли основную часть флота. Триера была длиной 40-50 м и шириной 2,5 м, двигалось судно с помощью весел, располагавшихся в три ряда с каждой стороны, и парусов. Главным оружием триер был таран.

1466

Датам — сын карийца и скифянки. Его отец погиб во время подавления восстания племени кадусиев, и Датаму пришлось завершить подавление мятежа. Унаследовав сатрапию своего отца, часть Киликии, которая лежит за Каппадокией, Датаму удалось расширить свои владения за счет соседних земель. Около 378 г. до н. э. он стал наместником ряда областей Каппадокии и подавил мятеж пафлагонского князя Отиса. Датам был назначен начальником телохранителей царя Артаксеркса II. У царя вызывали одобрение действия Датама, и он послал ему в награду большое войско, однако с весны 373 г. до н. э. Датам начал открыто проявлять непокорность, а с 367 г. до н. э. Датам вышел из повиновения царю и возглавил «Великое восстание сатрапов». О Датаме см.: Sekunda N. V. Some Notes on the Life of Datâmes // Iran. Vol. 26. 1988. P. 35-53.

1467

Талант — античная весовая и денежно-весовая мера. Аттический талант соответствовал 26,2 кг, эгинский — 36,2 кг.

1468

Амис — греческий торговый город в Малой Азии (в Понтийском царстве на побережье Понта Эвксинского). Ср.: Ps. — Arist. Oec, II, 25.

1469

Сесам — поселение в Пафлагонии (Strab., XII, 3, 10).

1470

Второй и пятый пассажи посвящены попыткам взять город Синопу (греческий город на Понте). Осада Синопы относится к 70м гг. IV в. до н. э., когда Датам, сатрап Каппадокии, решив расширить свои владения, ограничивающиеся внутренним плоскогорьем, захватил часть Пафлагонии и осадил город. Синопцы обратились с жалобой к Артаксерксу II на Датама. Царь приказал снять осаду, однако позднее Датам все-таки взял Синопу.

1471

Третий и седьмой пассажи относятся к 362 г. до н. э., когда Датам вышел из повиновения персидскому царю Артаксерксу II, воевал с ним в течение 374-360 гг. до н. э., к нему присоединились и другие сатрапы, это событие вошло в историю как «Великое восстание сатрапов». В третьей стратегеме Датам показан двинувшимся на Вавилонию с целью низложить Артаксеркса II.

1472

Четвертый пассаж относится к окончанию восстания сатрапов, когда было решено уничтожить Датама с помощью его же воинов. Дипломаты возбуждали воинов против него самого, и им это удалось, Датам был убит в 359 г. до н. э. (Nep., 14, 9).

1473

Косинг — фракийский полководец и жрец культа богини, которую Полиэн называет греческим наименованием Гера. Возможно, это была фракийская богиня Бендида, культ которой также сближался греками с Артемидой и Кибелой (Гиндин Л. А., Цимбурский В. Л. Гомер и история Восточного Средиземноморья. М., 1996. С. 200-202). Косинг посредством данной хитрости привел к послушанию племена кебрениев (живших около реки Арисб) и сикебоев (у Страбона (XIII, 1, 21) — скейские фракийцы, жившие у реки Скей). Источник этой анекдотической истории у Полиэна не ясен. Время действия относится к периоду до образования государства одрисов в V в. до н. э. См.: Miller J. Kosing / / RE. Bd. XI. Hbbd. 22 (1922). Sp. 1481; Фол A. История на българските земли в древноста. Ч. 1. София, 1981. С. 122.

1474

«много больших» — букв.: «многие и большие».

1475

«что вождь взойдет на небо» — букв.: «вхождения вождя на небо».

1476

Мавсол, сын Гекатомна, — карийский царь и персидский сатрап, правил с 377 по 353 гг. до н. э. При Мавсоле греческая культура была широко распространена в карийских городах. Он перенес столицу Карий из Миласы в Галикарнасс. С его именем связано сооружение в Галикарнассе известной гробницы карийской династии и одноименного храма, названного его именем. Отсюда и происхождение слова «мавзолей». Последний считался одним из семи чудес света. В результате подавления мятежа сатрапов в Персии в середине IV в. до н. э. Мавсол один остался безнаказанным, так как ни в одном мятеже открыто не участвовал, хотя и вынашивал планы стать совершенно независимым правителем и расширял свои владения при любом удобном случае, в частности ему удалось захватить остров Родос. В 353 г. до н. э. Мавсол умер и власть перешла к его жене и сестре Артемисии. См.: Homblower S. Mausolus. Oxford, 1982.

1477

О втором пассаже подробнее см.: Polyaen., VIII, 53, 4 и прим. 228.

1478

Ксеркс высоко ценил Богеса — наместника города Эйона, находящегося в устье реки Стримон во Фракии. Богес был осажден в городе афинянами под командованием Кимона, сына Мильтиада в 476 г. до н. э. Когда закончилось все продовольствие и не было больше возможности выдерживать осаду, Богес приказал умертвить жену и детей и бросить их в костер, все золото и серебро, какое было в крепости, он сбросил в Стримон, потом и сам бросился в огонь. Богес мог заключить договор с неприятелем и выйти из города, но он не сделал этого, так как царю могло показаться, что он струсил (Hdt., VII, 107; Plut. Cim., 7).

1479

«поджег его» — букв.: «принес городу огонь».

1480

106 Дромихет — царь гетов, одного из северных фракийских племен, в начале III в. до н. э. Полиэн пишет о смерти Лисимаха, однако он погиб в битве при Курупедионе (281 г. до н. э.). Неизвестно, каким источником пользовался Полиэн, но, по другим данным, Дромихет выступил с речью на собрании воинов, решавших судьбу плененного Лисимаха, и убедил их отпустить последнего (Дройзен И. Г. История эллинизма / Пер. с фр. Т. 2. СПб., 1997. С. 276; Златковская Т. Д. Возникновение государства у фракийцев. М., 1971. С. 221).

1481

Корректура П. Маасвика (1690 г.): «Севт» Σεύθης, В рукописи: αίθείς. Об этом персонаже более ничего не известно, см.: Swoboda H. Seuthes. 5 // RE. Hbbd. 18 (1916). Sp. 2023.

1482

Ариобарзан — сатрап Геллеспонтийской Фригии. Он открыто перешел на сторону восставшего Датама. События относятся ко времени «Великого восстания сатрапов» и его подавления Автофрадатом (ок. 364 г. до н. э.). См.: Olmstead А. Т. History… Р. 413.

1483

«сдает его, сдается» — греч.: προδίδομι. Может означать как то, что Птелеунт сдался Автофрадату, так и то, что он сдает остров.

1484

Автофрадат в 392 г. до н. э. был назначен сатрапом Лидии (до него наместником был Тирибаз). П. Бриан предполагает, что вторая стратегема относится к другому Автофрадату, полководцу Дария III, который вел военные действия в Эгеиде в 332 г. до н. э. (Briant P. Histoire… Vol. I. P. 850).

1485

Первый пассаж повествует о том, как Автофрадат участвовал в подавлении «Восстания сатрапов» и их союзников писидян после того, как отпал от коалиции и перешел на сторону царя Артаксеркса II; ср.: Front. Strat., I, 4, 5.

1486

Архонт (греч. άρχων) — по-видимому, представитель городских магистратов Эфеса.

1487

Арсам — сатрап Египта, сын или внук Дария I. П. Бриан полагает, что речь в стратегемах идет о двух разных лицах, а во второй стратегеме Полиэн, возможно, путает его с Датамом (ср.: Diod., XV, 91, 2-6; Briant P. Histoire… Vol. И. P. 994-995).

1488

Баркейцы — жители греческого полиса Барки, находившегося в Киренаике. В 513-512 гг. до н. э. город попал под власть Персии вместе с остальными городами этой области.

1489

«дал правую руку» — букв.: «послал правую руку». Обычный греческий знак приветствия и примирения.

1490

И. Мельбер датирует этот пассаж 450 г. до н. э., однако Ф. Шаму полагает, что этот Арсам был сыном Дария I, и он осаждал Барку около 483 г. до н. э. (Hdt., VII, 69). Баркейцы не хотели идти в армию Ксеркса, которую он готовил для похода на Грецию (см.: Chamoux F. Cyrène sous la monarchie des Battiades. Paris, 1953. P. 164-165).

1491

Митридат — сын Ариобарзана, предал своего отца во время подавления «Великого восстания сатрапов».

1492

Первый пассаж повествует о событиях 360-359 гг. до н. э., когда царь Артаксеркс II приказал Митридату покончить с восстанием Датама. См.: Nep., 14, 10-11.

1493

Пафлагония — древняя область на северном побережье Малой Азии, к западу от реки Галис (совр. Кызыл—Ирмак в Турции). С VI в. до н. э. Пафлагония входила в состав Лидийского царства, а затем — в Персидскую империю, в эллинистическое время — в состав Вифинии и Понта, затем была захвачена Римом.

1494

В данной стратегеме, фабула которой в такой интерпретации не встречается в других, дошедших до нас источниках, речь может идти сразу о нескольких людях, носивших имя Митридат, но наиболее вероятен Митридат, сын Ариобарзана, который упоминается в предыдущей стратегеме. Это, впрочем, не исключает, что героем этого пассажа может быть другой Митридат — Ктист, который бежал от Антигона, заподозрившего его в измене. Предупрежденный сыном Антигона, Деметрием, Митридат бежал в Понт (302 г. до н. э.), где вскоре основывает свое царство (App. Mithr., 9; Plut. Dem., 4). Путь этого Митридата во время бегства пролегал, скорее всего, через Пафлагонию, где во время погони, организованной Антигоном, и мог произойти данный случай. Кроме того, известно, что после поражения в битве при Кабире (72 г. до н. э.) Митридат VI Евпатор, преследуемый врагами, разбросал золото на дороге, по которой отступал, чем задержал начавших его собирать римлян (App. Mithr., 82; Plut. Luc, 17). Хотя данный пассаж и имеет некоторое сходство со сценой, описанной Полиэном, следует категорически отвести кандидатуру Евпатора. Во-первых, источники прямо указывают, что Евпатор был разбит у города Кабиры, т. е. в пределах Понта, а не в Пафлагонии. Во-вторых, он разбросал золото, а не вещи. В-третьих, происходило это событие в поле, а не в городе, как это указано у Полиэна. Впрочем, данная стратегема в принципе может не подразумевать какого-то конкретного Митридата, представляя читателю какой-то объединенный образ восточного властителя. Ведь в своих стратегемах Фронтин подобную же хитрость приписывает сирийскому царю Трифону (Front. Strat., II, 13, 2) (Я. Л. Гуленков).

1495

У Полиэна (кодекс F) стоит Άρραβαίος, у Диодора (XVIII, 3; 26; 39; 51 etc.) его имя пишется Άρραβαίος, а у Юстина (XIII, 4, 6) — Arridaeus — из этого видно, что порча имени была уже в древних манускриптах. Ариббей — сатрап Геллеспонтской Фригии, после смерти Антипатра понял, какая опасность грозит его владениям со стороны Антигона Одноглазого, для которого сатрапия Ариббея была более всех важна, так как открывала путь в Европу. Поскольку Кизик занимал стратегически важную позицию, то Ариббей решил овладеть городом, хотя тот и был свободным. Неожиданно напав, он взял в плен многих кизикийцев, живших за городом, и потребовал, чтобы Кизик принял в качестве гарнизона часть его войска. Кизикийцы отказались, но, будучи неготовыми к войне и желая выиграть время, послали для переговоров с Ариббеем делегацию. Переговоры шли около суток, и за это время кизикийцы сумели сообщить о своем положении через гонцов в Византии, из которого получили помощь в виде войск и вооружения. Горожане заняли позиции на стенах, раздав оружие даже рабам. На следующий день было предпринято несколько штурмов, которые кизикийцы успешно отразили. Ариббей понес значительные потери и был вынужден отступить (319 г. до н. э.). Антигон узнал о нападении на город, поспешил на помощь кизикийцам, сам желая прибрать к рукам столь важную гавань Пропонтиды. Но, узнав, что Кизик сам добыл себе помощь, ограничился поздравлением города. Однако теперь у него были развязаны руки в отношении Ариббея, которому он приказал сложить с себя полномочия сатрапа. (Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. 2. С. 94-95).

1496

Керсоблепт — фракийский царь, приемник Котиса I из Одрисской династии (середина — вторая половина IV в. до н. э.). Стал царем после убийства Котиса в 359 г. до н. э., будучи еще несовершеннолетним. Он перенес столицу в город Кипселу на юге Фракии. При Керсоблепте наблюдается определенный экономический упадок, происходит распад Одрисского царства. Два претендента на престол — Берисад и Амадок — объединили свои усилия и нашли поддержку у Афин. В этих условиях Керсоблепт был вынужден согласиться на то, чтобы общая власть была разделена между тремя царями, и заключил соответствующий договор в 358 г. до н. э. При заключении договора с Афинами три царя представляют единое государство, внутри же государства они правили самостоятельно (Златковская Т. Д. Возникновение государства… С. 224-225; Данов X. М. Древняя Фракия. Исследования по истории болгарских земель восточной и эгейской Фракии с конца IX до конца III вв. до н. э. София, 1969. С. 84; Фол А. История на българските земли. Ч. 1. С. 138-140).

1497

Сюжет относится к 358 г. до н. э., когда Керсоблепт только вступил на престол и должен был обезопасить свое правление от возможных претендентов на власть. Надо отметить, что, даже когда власть в Одрисском государстве была сильной (при предшественниках Керсоблепта), наряду с царем в политической жизни страны большим влиянием пользовались так называемые «парадинасты» («побочные князья») — вожди некоторых наиболее сильных фракийских племен. Нередко парадинасты были близкими родственниками царя, и тем опаснее они были для него. В некоторых случаях они выступали претендентами на престол (Данов X. М. История Фракии. С. 70).

1498

Гипарх (ϋπαρχος) в отличие от гиппарха (ϊππρχος) — начальника конницы — областной правитель, наместник.

1499

Медимн — мера сыпучих тел у древних греков, равнялся 51,84 литра.

1500

Сюжет относится к периоду после 359 г. до н. э. Данный рассказ дает представление о характере взимания налогов с фракийского населения. Его можно было взимать натурой, а затем продавать в соседних греческих городах. Подобные операции предпринимал Севт I. Фракийские цари в некоторых случаях получали заранее фиксированный доход с части земли, а не часть урожая, которую нельзя было заранее установить. Ср.: Рз. — АшЫ. Оес, II, 27.

1501

Пассажи, первый и третий, относятся к 480-479 гг. до н. э., пассаж второй — к 353 г. до н. э. и повествуют о разных исторических личностях, хотя оба они были сатрапами Фригии, тезками Артабазами, первый — был предком второго.

1502

Потидея — греческий город в Халкидике на западе Палленского полуострова, основана в 600 г. до н. э., как торговая колония Коринфа.

1503

Тимоксен — ближе не известен. В Codex Monacensis стоит Συκιωνίος, в рукописи F — «Скионский» (Σκιωναίος). Скиона — греческий город на Халкидике.

1504

В первом и третьем пассажах речь идет о Артабазе, сыне Фарнака. В 479 г. до н. э. в тылу у персов во Фракии вспыхнуло восстание. Персидский полководец Артабаз, сопровождавший Ксеркса во время отступления из Греции, предотвратил распространение мятежа и осадил Потидею. После трех месяцев безуспешной осады Артабаз вынужден был отступиться и отправиться со своим войском в Фессалию на помощь Мардонию (см.: Дандамаев М. А. Политическая история… С. 161). Полиэн же пишет, что Потидея была сдана. Что касается переписки Артабаза и Тимоксена, то она была обнаружена благодаря тому, что Артабаз при выстреле промахнулся и попал в потидейца. Однако изобличенного в измене Тимоксена было решено не наказывать, чтобы не предавать дело огласке ради жителей Скиона, прослывших бы в таком случае изменниками (Hdt., VIII, 128).

1505

Паммен — фиванский стратег. См.: Polyaen., V, 16 и прим. 94.

1506

Второй пассаж посвящен Артабазу — сыну Фарнабаза и Апамы, который стал ок. 363-362 гг. до н. э. сатрапом Геллеспонтийской Фригии. Когда в 353 г. до н. э. царь велел наместникам Малой Азии, которые давно вели себя как самостоятельные правители, распустить войско, Артабаз поднял мятеж, к нему присоединился Оронт — наместник Мисии. С помощью Афин и Фив, предоставивших наемников, они нанесли ряд поражений Артаксерксу III, но затем и сам был разбит и бежал к царю Македонии — Филиппу II. В 345 г. до н. э. зять Артабаза Ментор добился у Артаксеркса III прощения для него, и он вернулся в Персию. Впоследствии принимал участие в войне с македонянами.

1507

Третий пассаж рассказывает о поражении персов в битве при Платеях (греческий город в южной Беотии на границе с Аттикой). 26 сентября 479 г. до н. э. произошло сражение между войсками двадцати четырех полисов во главе с Афинами и Спартой, с одной стороны, и персидским войском под командованием Мардония, с другой. В ночь на 26 сентября греки начали отход к Платеям. Утром персы посчитали, что те отступили и атаковали арьергард, состоявший из спартанцев. Спартанцы отбросили нападавших, а затем с помощью подоспевших союзников опрокинули армию персов. Мардоний был смертельно ранен, а персы беспорядочно бежали к Геллеспонту. Артабаз, не желая вызвать гнев фессалийцев, бывших на стороне персов, и подвергать себя опасности, вследствие позорного поражения, вынужден был пойти на обман, подставив под удар Мардония. Эти события также описаны у Геродота (Hdt., VIII, 128; IX, 89).

1508

Арианд — сатрап Египта и Ливии. Согласно Геродоту (V, 200; 204), при Арианде персы осадили Барку, требуя выдачи виновных в смерти царя Кирены Аркесилая (ок. 513 г. до н. э.); но так как вину взяли на себя все баркейцы, то требование было отвергнуто. Барка была в осаде девять мясяцев. Персы начали подкоп под стену, и город был сдан с условием, что персы не будут его разрушать, но баркейцы были обращены в рабство и уведены в Персию.

1509

Бренн — предводитель кельтов, предпринявших поход в Грецию в 379-378 гг. до н. э.

1510

Галаты — часть кельтов будущие жители Галатии — в центральной части Малой Азии между течением рек Сангарий (совр. Сакарья) и Галис (совр. Кызыл—Ирмак). Кельты выступили в поход, разделившись на три отряда, Бренн был предводителем одного из них. Всего войска было 152 000 пехотинцев и 20000 всадников (Paus., X, 19, 9). Греция с ужасом услышала о приближении варваров. Эллины решили выступить к Фермопилам, но когда собирающееся войско греков достигло 30000, было получено известие, что галаты уже в области Фтиотиды. Часть отряда кельтов совершила опустошительный набег на Этолию, где учинила массовые убийства и неслыханные зверства. Этолийцы, узнав о том, что делается у них дома, покинули войска и вернулись. Таким образом, были ослаблены силы греков, охранявших Фермопильский проход. Между тем главные силы кельтов все еще стояли перед Фермопилами; наконец гераклиоты и энианцы, чтобы избавить свои земли от варваров, предложили показать им путь через Эту. Видя себя окруженными со всех сторон, эллины вынуждены были рассеяться. Теперь Бренн, привлекаемый богатством Дельфийского храма, отправился в Дельфы. Основные кельтские силы обошли Парнас и направились к святилищу в Дельфах, которое опустошили. Однако на обратном пути их подстерегала опасность: у подступов к святилищу греческие войска атаковали кельтов, нагруженных золотом и отяжелевших от вина. К тому же они лишились своей конницы, которая заблудилась в горах. Для защиты своей святыни греки призвали на помощь богов. По мнению античных авторов (Strab., IV, 1, 13), сам Аполлон встал на защиту своего храма. Кельты, были устрашены, что против них сражаются не только люди, но и боги, отступили (Nachtergael G. Les Galates en Grèce et les Soteria de Delthos. Bruxelles, 1977).

1511

Мигдоний — ближе неизвестен.

1512

Первоначально агорой назывался рынок, а позднее и место народного собрания.

1513

«других в разных местах» — букв.: «одних — в одних, других — в других местах».

1514

Перисад I (347/6-310/9 гг. до н. э.) — боспорский царь из династии Спартокидов. Его царствование началось восстанием племен. Он вел войны со скифами, проводил дружественную политику по отношению к грекам, в частности, к Афинам. При нем Боспорское царство достигло апогея развития. См.: Молев Е. А. Политическая история Боспора VIIV вв. до н. э. Нижний Новгород, 1997. С. 85-87.

1515

«никому из врагов не быть видным» — букв.: «никому из врагов не ясный (явный)», т. е. чтобы никто из врагов не мог определить, что это он.

1516

Севт I (424-405 гг. до н. э.), сын Спартока, царь одрисов, сменивший на троне своего дядю Ситалка, который был в дружественных отношениях с Афинами; Севт же стал врагом афинян. При нем царство одрисов достигло апогея могущества (Thuc, I, 97). См.: Swoboda H. Seuthes. 1 // RE. Hbbd. 18 (1916). Sp. 2019-2020.

1517

Геты — северофракийские племена, родственные дакам, жившие около Дуная (Hdt., IV, 93; V, 3). Согласно Фукидиду (II, 95, 2), геты были конными лучниками. Также см.: Фол А. Тракийско военно изкуство. София, 1969. С. 26.

1518

Обычно пассаж относят ко времени Пелопоннесской войны, примерно к 411 г. до н. э., когда афиняне потеряли Абидос, Византии, Халкедон, Перинф, Кизик и были отрезаны от проливов. В это время одрисы, перешедшие на сторону спартанцев, стали разорять Херсонес Фракийский (Фол А. История на българските земли. Ч. 1. С. 131). Впрочем, Г. Свобода не согласен с такой датировкой событий. Он считает, что речь идет о Севте II и данные события датируются незадолго до Царского (Анталкидова) мира в 386 г. до н. э. (Swoboda H. Seuthes. 2 // RE. Hbbd. 18 (1916). Sp. 2021).

1519

Сейл — ближе неизвестен.

1520

Селевк — какой из Селевков имеется в виду, сказать затруднительно. Наряду с традиционной точкой зрения, сопоставляющей данный персонаж с Селевком I (312-280 гг. до н. э.), его рассматривают как второго царя с этим именем (Селевк II Каллиник, 246-225 гг. до н. э.). К этой же эпохе относится и следующий рассказ (VIII, 40). См.: Wolski J. L’Effondrement de la domination des Séleucides en Iran an IIP siècle av. J. — C. // Bulletin international de l’Académie Polonaise des Sciences et des Lettres. Classe de philologie-classe d’histoire et de philosophie. № supplémentaire 5. 1947. P. 54-55.

1521

Пельта — небольшой щит, который греки в данном случае поднимали в знак того, что идет битва.

1522

Оборз — видимо, селевкидский гипарх Персиды, ближе неизвестен (Lenschau Th. Oborzos // RE. Hbbd. 34 (1937). Sp. 1739).

1523

«поселенцев» — κατοίκοι. Возможен перевод специальным военным термином, обозначающим военных колонистов, — «катойки».

1524

Комаст — местность в Персиде, известная только из Полиэна. См.: Herrmann. Komastos // RE. Hbbd. 21 (1921). Sp. 1132.

1525

Сурена — титул второго после царя — представителя рода у Аршакидов (ср.: Zosim., III, 15, 5; Mois. Choren., II, 69; 71; Faust. Byz., IV, 37). Полководец, разбивший армию Красса, был вскоре после своей победы казнен из-за зависти царя Орода. О нем подробнее см.: Karras—Klapproth. M. Prosopograpaphische Studien zur Geschichte des Partherreiches auf der Grunlage antiker literaturischer Überlieferung. Bonn, 1988. S. 165-171.

1526

Гирод — Ород II (58/7-38 гг. до н. э.) — сын Фраата III, царь Парфии. С его именем связано поражение армии Красса и последовавшее затем состояние войны с Римом, продолжавшееся вплоть до его смерти… О нем подробнее см.: Karras—Klapproth M. Prosopographische Studien S. 104-109.

1527

Стихи взяты из трагедии Еврипида «Вакханки», согласно которой бог Дионис, учредив свой культ в Азии, приходит в Грецию и узнает, что его двоюродный брат по матери царь Пенфей вместе со своей матерью Агавой противятся установлению его культа. Дионис хочет наказать своих смертных родственников. Правда, прежде он пытается убедить Пенфея. Но так как его усилия не возымели действия, то он затуманивает сознание Агавы, которая растерзала своего сына. Приведенные слова произносит Агава, дочь Кадма, после убийства сына (стихи 1170-1173; перевод И. Ф. Анненского).

1528

«Было принято» — букв.: «было установлено предками, старинным, отеческим».

1529

Пассаж повествует о событиях, последовавших после поражения римлян, возглавляемых Крассом, со стороны парфянской конницы в 53 г. до н. э. Битва произошла среди песчаной пустыни в шести милях к югу от Kapp (Харан). Двенадцать римских когорт были окружены и осыпаны стрелами. Для того чтобы атака не переросла в окружение, сын Красса, Публий, с отборным корпусом, состоявшим из всадников, стрелков и легионеров, перешел в наступление. Парфяне отступили, преследуемые Публием, когда же последний, увлекшись погоней, окончательно потерял из виду основные силы, тяжелая конница парфян сдержала натиск и окружила римлян со всех сторон, большая часть которых была перебита, а оставшиеся 500 были пленены. Под давлением войска Красе вступил в переговоры, во время которых он был заколот, а его голова была доставлена Ороду II, когда тот был при дворе армянского царя. Остаткам римского войска удалось добраться до Сирии. Лишь внутренние волнения в самой Парфии вынудили парфянские войска отойти за реку Евфрат. Со времени похода Красса парфянский вопрос будет играть главную роль во внешней политике Рима. См.: Plut. Crass., 23-33; Dio Cass., XL, 26-33. Подробнее о битве при Каррах см.: Бокщанин А. Г. Битва при Каррах // ВДИ. 1949. № 4. С. 45 с илл.; Никоноров В. П. К вопросу о парфянской тактике (на примере битвы при Каррах) // Военное дело и средневековая археология Центральной Азии. Кемерово, 1995. С. 53-61; Smith Р. Die Schlacht bei Carrhae // Historische Zeitschrift. Bd. 115. 1916. S. 248-258.

1530

События можно датировать IV в. до н. э. Речь идет об одной из войн кельтов с иллирийцами-автариатами, жившими на территории Сербии.

1531

Согласно греческому преданию, передаваемому Эфором, до беотийцев на территории Беотии жили фракийцы, которых и изгнали из страны беотийцы. Фракийцы же потом были вытеснены к Парнасу (Strab., IX, 2, 3-4). Следовательно, это событие может быть датировано временем великого переселения народов в конце II тыс. до н. э. От хитрости, описанной в стратегеме, произошло выражение «Фракийская уловка».

1532

Озеро Копаида — Копаидское, или Галиотское озеро в центре Беотии.

1533

Геликон — гора в Беотии.

1534

Трибаллы — северофракийское племя, жившее на правом берегу среднего течения Дуная. Они отличались особой воинственностью. Николай Дамасский (frg., 116 FHG) рассказывает об их боевом порядке: в первой линии стоят слабые бойцы, во второй — опытные, в третьей — всадники, а в четвертой — женщины. Таким образом, первая линия должна была принять на себя удар и, насколько возможно, ослабить противника, вторая линия вступала в бой, если первая потерпела поражения, всадники же довершали дело, тогда как женщины препятствовали возможности воинам бежать. А. Фол сопоставляет этот строй с тремя линиями римского манипулярного легиона (Фол А. Тракийско военно изкуство. С. 60).

1535

События датируются временем царствования Атея (середина IV в. до н. э.); они происходили в Малой Скифии, в Добрудже. Ср.: Front. Strat., II, 4, 19.

1536

Скифы в погоне за киммерийцами вторглись в Азию и около 630 г. до н. э. завладели Мидией и властвовали там 28 лет (Hdt., I, 15; 103-106; IV, 1; 12) и около 603 г. до н. э. они, вытесненные мидянами, ушли обратно в Скифию (Hdt., IV, 1; 3; 4; ср.: Just., III, 5, 1 sq.).

1537

Битва при мысе Микале датируется 479 г. до н. э. Речь идет об эпизоде греко-персидских войн. Выстроившись в боевом порядке у мыса Микале, эллинские военачальники обратились к малоазийским грекам, находившимся в персидском лагере, с призывом перейти на их сторону. Призыв был рассчитан на то, что если ионийцы и не изменят персам, то все равно вызовут у них подозрения. Действительно, персы разоружили самосцев, а милетян удалили из боя, направив их для прикрытия проходов к вершине горы Микале; см.: Hdt… IX, 99. Подробнее см.: Boffo L. Gli Ioni a Micale / / Rendiconti di Istituto Lombardo. Accademia di Scienze e Lettere. Classe di Lettere. Voi. 111. Milano, 1969. P. 15-26.

1538

События 550 г. до н. э., времени борьбы Кира II с мидийским царем Астиагом. В битве при Парсагадах мидяне и их союзники штурмовали холм, на котором оборонялись персы. Последние не выдержали натиска врага и бежали, но были пристыжены своими женами указанным в стратегеме образом, после чего персы перешли в наступление и сбили врага со скалы. См.: Polyaen., VII, 6, 1 и прим.; ср.: Nicol. Damasc. frg. 12, 42-44 (FHG. T. 3. P. 406); Plut. Alex., 69; Just., I, 6, 12; De virt. mul., 5.

1539

Тавры — древние, известные по античным источникам племена, населявшие южную часть Крыма, получившую от них название Таврики. Они населяли территорию от Керкинитиды (Евпатории) до Сурового (Керченского) полуострова (Hdt., V, 99-100, 102-103, 119; Strab., VII, 4, 2; 4-5). Таврам удалось отстоять свою независимость в борьбе с Херсонесом и Боспорским царством, но в конце II в. до н. э. они попали под власть Понтийского царства. Согласно античной традиции, тавры отличались крайней дикостью и жестокостью.

1540

Пелленцы — жители города Пеллены на севере Пелопоннесса (Ахайя).

1541

Флегра — древнее название Паллены В. Македонии.

1542

Приам — троянский царь, один из персонажей героического греческого эпоса.

1543

Речь идет о полуисторическом полумифическом событии — возвращении эллинов после окончания Троянской войны (по эратосфеновой датировке: 1193-1183 гг. до н. э.).

1544

События относятся к 220 г. до н. э., когда Ганнибал завоевал город испанского племени вакцеев Салмантику (совр. Саламанка), перед походом на Италию во II Пуническую войну. Ср.: Plut. De virt. mul., 10.

1545

Тиррены — греческое название этрусков, в данном случае синоним пеласгов — догреческих обитателей Греции и островов (Plut. De virt. mul., 8).

1546

Лемнос и Имброс — острова в северной части Эгейского моря.

1547

Остров Лемнос захватил для афинян тиран Херсонеса Фракийского Мильтиад II в 493 г. до н. э. (Hdt., VI, 136; 140). Однако в пассаже Полиэна, видимо, афинян нужно рассматривать как пеласгов, выгнавших с Лемноса потомков аргонавтов (минийцев), которые похитили афинских женщин из Браврона, а потом убили их и их потомство (Hdt., IV, 145; ср.: VI, 138).

1548

Тенар — мыс на юго-западе Лаконики. Однако, согласно Геродоту (IV, 145), приплывшие высадились на хребте Тайгет, в таком случае Тенар можно рассматривать как продолжение этой горной цепи.

1549

Вероятно, имеется в виду война спартанцев с жителями лаконского приморского города Гелос. После покорения города спартанцы осудили жителей на особый вид рабства, а рабы по наименованию города были названы илотами Εϊλωτες (см.: Polyaen., 1, 17 и прим. 106). Согласно Страбону (VIII, 5, 4), передающему сведения Эфора, эта война происходила во время правления Агиса I (середина XI в. до н. э.), тогда как Павсаний (III, 2, 7) приписывает разрушение города эпохе царя Алкамена (начало XI в. до н. э.).

1550

«обоюдного брака» (έπιγαμία — «эпигамия») — право, по которому граждане двух государств могли заключать между собой браки. Тиррены были женаты на спартанках, а своих женщин отдали в жены лаконцам.

1551

Согласно Плутарху (De virt. muí., 8), изложению которого в стратегеме следует Полиэн, тиррены отплыли во главе с тремя лакедемонянами и обосновались на Мелосе, а большая их часть — в Ликтосе на севере Крита. Геродот (IV, 147-148) же рассказывает, что дядя спартанских царей Фера, выводя колонию, взял с собой не только спартанцев, но и часть минийцев (= Тирренов) и поселился с ними на острове, получившем его имя. Основная же часть минийцев захватила страну кавконов и парореатов (позднее район расселения последних назывался Трифилия — область между Элидой и Мессенией). Анализ рассказов об этом сюжете см.: Malkin I. Myth and Territory in the Spartan Mediterranean. Cambridge, 1994. P. 76-78 (автор отмечает, что в рассказе Плутарха произошло смешение различных традиций, а сами события следует датировать VIII в. до н. э.). Ср.: Polyaen., VIII, 71 и прим. 274.

1552

Согласно Плутарху (De virt. muí., 6), женщины помирили враждующие стороны еще до вторжения кельтов в Италию, т. е. до начала IV в. до н. э. О кельтах см.: Powell Т. G. Е. The Celts. London, 19802.

1553

По-видимому, речь идет о периоде, когда Ганнибал застал кельтов на юге Галлии во время своего похода из Испании через Альпы в Италию и они помогали ему пополнить потери, понесенные во время перехода (219 г. до н. э.). Согласно Плутарху (De virt. muí., 6), карфагенские судьи находились в Испании.

1554

«Благополучный исход войн» — см. прим. 2-5 к кн. VI.

1555

«есть само упражнение в победе» — см. прим. 2-5 к кн. VI.

1556

Нумитор и Амулий — сыновья царя Проки, потомка Энея, царствовавшего в метрополии Рима — Альба—Лонге, персонажи предания о Ромуле. Согласно традиции, старший брат Нумитор был свергнут младшим Амулием. Последний убил сына Нумитора и сделал его дочь Рею Сильвию весталкой, обрекая ее на безбрачие. Нарушив запрет, Рея Сильвия родила близнецов, Ромула и Рема, которые свергли Амулия и вернули царство старшему брату. Подробнее см.: Polyaen., VIII, 3 и прим. 9.

1557

«путем насилия» — букв.: «принудив силой».

1558

Гестия — римская Веста. Полиэн передает традиционную версию об основании Рима. См.: Liv., I, 6; Plut. Rom., 3-4. Как будет видно из последующего текста (гл. 25), автор приводит и другие версии об основании города.

1559

О Нумиторе см. прим. 3 и 9.

1560

Согласно основной традиции, Ромул и Рем были детьми Реи Сильвии, тайно рожденными ею от бога Марса (греч. Apec).

1561

Полиэн кратко передает заключительную часть истории захвата Ромулом и Ремом власти в Альба—Лонге, подробно изложенную Ливием, Дионисием Галикарнасским и Плутархом (Liv., I, 5-6; Plut. Rom., 3-4; Dion Hal., I, 74 sqq.).

1562

Ромул — первый царь Рима, его легендарный основатель (традиционные годы правления: 753-717 гг. до н. э.). Согласно легенде, сын бога Марса и дочери Нумитора Реи Сильвии. По приказу Амулия вместе с братом-близнецом Ремом был брошен в корзине в Тибр и потом спасен царским пастухом Фаустулом. Позднее Ромул и Рем свергли Амулия, вернули царство Нумитору и основали город Рим на месте своего чудесного спасения. С Ромулом также связана легенда о вскормившей его волчице, ставшей символом города. Римская традиция приписывает Ромулу основание поселения на Палатинском холме, учреждение основных городских институтов и ряд военных успехов. Он создал три трибы и тридцать курий, основал сенат из ста человек, учредил институт патрициев, три всаднические центурии и римское ополчение (legio). Античные авторы, прежде всего Т. Ливии, Плутарх и Дионисий Галикарнасский, сообщают о военных и политических успехах Ромула (синойкизм с сабинами, захват небольших городов — Ценины, Антемны и Крустумин, взятие Фиден и победа на Вейями). На протяжении значительной части своего правления Ромул правил совместно с сабинским царем Титом Тацием. По легенде, Ромул был взят живым на небо во время военного смотра на Козьем болоте, другая версия приписывает его убийство патрициям. Римляне также отождествляли его с богом Квирином. Предание о Ромуле было очень популярно в римской историографии и художественной литературе, начиная от Катона и Варрона и заканчивая авторами IVV вв. н. э. (Аврелий Виктор и Макробий). Наиболее полно легенду о Ромуле рассказывают Дионисий Галикарнасский и Плутарх. Эта легенда является предметом дискуссии в научной литературе. Многие исследователи считают Ромула легендарным героем-эпонимом, отмечают наличие других легенд об основании Рима, а также сравнительно позднее появление традиции и наличие распространенных в мифологии древних народов мотивов (например, сходство с преданием о Саргоне Аккадском, Моисее, Персее и о других персонажах). Отмечается также возможное этрусское происхождение имени Ромула. Другие исследователи указывают на устойчивость традиции, ее достаточно раннее появление (не позже V в, до н. э.) и связь с древнеримской ономастикой. Подробный обзор преданий о Ромуле и происхождении Рима в античной литературе, а также историографии о раннем Риме см.: Маяк И. Л. Рим первых царей. М., 1983. С. 55-75, 97-110. С Ромулом связаны три первые главы восьмой книги Полиэна: в  гл.1 он рассказывает о захвате власти Амулием, в  гл.2 — о его свержении, в  гл.2, 3 — о победе Ромула над Фиденами.

1563

Нептун—Всадник — одна из ипостасей почитаемого в Риме бога Нептуна. Культ греческого Посейдона и римского Нептуна был тесно связан с культом коня, бывшего священным животным морского бога. Ливии пишет, что похищение сабинянок произошло во время Консуалий (Liv., I, 9, 6), праздника в честь бога Конса, божества убранных и спрятанных на зиму плодов земли. Консуалий праздновались в декабре. Позднее Консуалий были связаны с конными бегами, а через них — с Нептуном. В последнем обстоятельстве, возможно, сказалось этрусское влияние, т. к. Нептун был отцом Галеза, основателя Вей. См.: Штаерман E. М. Социальные основы религии Древнего Рима. М., 1987. С. 46, 63, 131.

1564

«мужчины, женщины и девушки всех возрастов» — букв.: «всевозможный род мужчин, женщин, девушек».

1565

Римская традиция относит правление Ромула к 753-717 гг. до н. э., причем, данное событие — похищение сабинянок — произошло в самом начале правления. Ср.: Liv., I, 9; Plut. Romul., 14.

1566

10 стадий — менее 1,8 км. См.: прим. 231 к Polyaen., III, 11, 6. Фидены — этрусский город примерно в 9 км от Рима.

1567

«Центурий» — греч. λόχος. О военной организации раннего Рима см.: Токмаков В. Н. Военная организация Рима Ранней республики (VIIV вв. до н. э.). М., 1998. С. 4’4-82.

1568

О взятии Ромулом Фиден см.: Liv., I, 14; Front. Strat., II, 5, 1. Описание сражения у Полиэна, видимо, восходит к Ливию. Традиция о захвате Ромулом Фиден часто считается анахронизмом, т. к. окончательное завоевание произошло значительно позже, в 435, а затем в 426 г. до н. э. (Liv., IV, 20-21; 31-34). С другой стороны, она вполне возможна, если учитывать существенный упадок римского господства в Лациуме и Этрурии после свержения царей.

1569

Нума — Нума Помпилий, второй царь Рима (традиционные даты правления — 715-672 гг. до н. э.). Согласно традиции, был уроженцем сабинского города Кур, приглашенным римлянами на царство после таинственного исчезновения Ромула и годичного междуцарствия. Если Ромул признается основателем государственных институтов Рима, то Нума столь же единодушно считается основателем древнейших римских религиозных институтов. Традиция связывает с Нумой деление года на 12 месяцев (ранее существовал десятимесячный годичный цикл; подробнее об этой реформе см.: Бикерман Э. Хронология древнего мира. М., 1976. С. 39-41), строительство храма Януса, учреждение ряда основных жреческих коллегий (фламинов, понтификов, салиев, а иногда и весталок), а также — установление всеобщего мира, длившегося на протяжении всего его 43-летнего правления (Liv., I, 19-21). С Нумой римляне также связывали создание основ божественного права (fas) и принятие ряда законов, прежде всего, в области семейного права, а также — разделение между гражданами земель, завоеванных Ромулом, и учреждение главных ремесленных коллегий (Liv., I, 19-21). Согласно традиции, Нума был учеником знаменитого философа Пифагора, что, впрочем, оспаривалось уже древними. Образ Нумы, видимо, в наибольшей степени связан с характерным для многих народов образом царя-жреца, окруженного множеством табу и бывшего олицетворением природы и римского верховного бога Юпитера. Возможно, что учреждение Нумой должности фламина Юпитера (flamen Dialis; см.: Liv., I, 20) и было перенесением этих функций царя на другое лицо, что стало важным преобразованием римской царской власти. Образ Нумы был очень популярен во времена Антонина Пия и особенно — Марка Аврелия, в отношении которого даже имелась традиция о его происхождении от этого царя (Eutr., VIII, 8-9). Подробный обзор традиции о Нуме см.: Маяк И. Л. Рим первых царей. С. 111, 176-179, 204, 216-218. Небольшой отрывок у Полиэна можно сравнить с текстом Ливия (Liv., I, 19-21).

1570

Нимфы у римлян также отождествлялись с Каменами и Музами. В этой роще Нума встречался со своей божественной супругой Эгерией. Ср.: Liv., I, 21. О культе Нумы и Эгерии см.: Штаерман Е. М. Социальные основы религии… С. 160-161.

1571

Минос — в греческой традиции — царь Крита, живший до Троянской войны, сын Зевса и Европы, выдающийся законодатель и один из создателей древнейшего права. С Миносом связан ряд важнейших греческих мифов (миф о Дедале и Икаре, Тесее и Минотавре и др.). По греческим представлениям, Минос вместе с братьями, Эаком и Радамантом, вершат правосудие в загробном царстве. По имени Миноса, цивилизация древнего Крита названа «минойской». Ликург — полулегендарный спартанский законодатель, создатель «Большой Ретры», живший, согласно традиции, в конце X — начале IX вв. до н. э. (см.: Polyaen., I, 16 и прим. 97-103). Сопоставление Нумы и Ликурга были особенно популярны в древности, о чем свидетельствуют и биографии обоих законодателей у Плутарха.

1572

Тулл Гостилий — третий царь Рима (традиционные годы правления: 672-640 гг. до н. э.). Римская традиция, прежде всего, связывает с его именем подчинение метрополии Рима Альба—Лонги. С этими событиями связана легенда о поединке трех пар братьев, римлян Горациев и альбанцев Куриациев, после которого Альба—Лонга была вынуждена подчиниться Риму (Liv., I, 23-26). Эпизод с изменой альбанцев во главе с диктатором Меттием Фуфецием, о котором и рассказывает Полиэн, привел к разрушению Альба—Лонги, переселению ее жителей в Рим и принятию ряда альбанских родов (Юлии, Сервилии, Квинкции, Гегании, Куриации, Клелии и другие) в число римских патрициев. Присоединение Альба—Лонги привело к увеличению римской общины, заселению холма Целия и, возможно, к увеличению сената. Согласно традиции, Тулл также вел успешные войны с сабинянами и этрусками (см.: Liv., I, 26-31). По преданию, он погиб от удара молнии.

1573

Эпизод, рассказанный Полиэном, является завершением истории покорения Альбы—Лонги третьим царем Рима Туллом Гостилием. Альбанцы — жители метрополии Рима Альбы—Лонги, бывшие союзниками Рима в войне с Фиденами. Согласно Ливию, фиденатов поддерживал сильнейший город Южной Этрурии, Вейи. См.: Liv., I, 27; Dion. Hal., III, 24; Front. Strat., II, 7, 1.

1574

Тарквиний Гордый (Суперб) — седьмой, последний, царь Рима, один из трех так называемых этрусских царей (традиционные годы правления: 534-510 гг. до н. э.). Согласно преданию, сын пятого царя Тарквиния Приска, женившийся на дочери шестого царя Сервия Туллия и пришедший к власти в результате убийства своего предшественника. В римской традиции образ Тарквиния предстает как образ тирана, правящего без воли сената и народа, создавшего вооруженную охрану и проводящего репрессии против знати. Вместе с тем традиция — сообщает о ряде военных и политических успехов царя (установление гегемонии Рима в Лациуме, взятие Суэссы—Пометии, Габий, успешные действия против этрусков и эквов, а также значительное строительство, в том числе завершение строительства храма Юпитера Капитолийского). Тарквиний был свергнут в результате восстания, которое возглавили Юний Брут и Публий Валерий Попликола, приведшего к установлению в Риме республиканского строя. С этим переворотом также связана легенда о Лукреции. История последних царей вызвала появление проблемы так называемого этрусского завоевания Рима, которое привело к усилению позиций этрусков в Италии, расширению влияния этрусской культуры, активному развитию римской экономики, градостроительства, ремесла и культуры, а также к значительным социальным преобразованиям (в том числе преобразования Тарквиния Приска и реформы Сервия Туллия). Вместе с тем традиция о Тарквиниях может служить подтверждением конфликта между этрусскими завоевателями и основным латино-сабинским населением Лациума, результатом которого стала ликвидация этрусского господства.

1575

Габии — латинский город примерно в 18 км к востоку от Рима.

1576

См.: Liv., I, 53-54; Dion. Hal. IV, 63; Front. Strat., I, 1, 4; zönara, VII, 10.

1577

Марк Фурий Камилл — знаменитый полководец рубежа V-IV вв. до н. э., один из главных героев раннереспубликанской истории, с именем которого римляне связывали ряд своих крупных военных успехов, приведших к превращению Рима в сильное центральноиталийское государство: взятие Вей (396 г. до н. э.), отражение галльского нашествия (390 г. до н. э.), последующие войны с эквами, вольсками и латинами в 380-370е гг. до н. э. и важные военные преобразования.

1578

На основании Ливия событие датируется 394 г. до н. э. О сдаче Камиллу этрусского города Фалерий см.: Liv., V, 26-27; Dion. Hal., XIII, 1 sq.; Plut. Camill., 10; Front. Strat., IV, 4, 1; Dio, frg., 24, 2 (Zonara, VII, 22).

1579

Сообщение Полиэна отражает важные преобразования, которые произошли в римской армии в начале IV в. до н. э., включавшие усовершенствование шлема и щита, изменение принципа построения легионов (от цензового принципа к возрастному) и, возможно, начало введения манипулярной системы, появление которой часто относят уже ко времени Самнитских войн. Эти преобразования достаточно условно называют «военной реформой Камилла». С Камиллом же связывают и применение подкопа, а также — улучшение римской осадной техники. См. также: Plut. Camill., 40.

1580

Согласно Ливию, сражение у реки Анио произошло в последний год борьбы вокруг законов Лициния—Секстия (367 г. до н. э.). Ливии также указывает на пятую диктатуру Камилла. Между Полиэном и Ливием имеется расхождение в датировке сражения у р. Анио, т. к. на основании Ливия, между захватом Рима галлами (390 г. до н. э.) и сражением у р. Анио прошло 23 года. Река Анио впадает в Тибр возле города Антемны в 3 км от Рима. Согласно Ливию, битва произошла на мосту, причем, вероятнее всего, это было на Тибуртинской дороге в 5-7 км от города. У Ливия имеется ссылка на историка рубежа III вв. до н. э. Квинта Клавдия Квадригария, автора «Анналов», как раз начинавшихся с галльского нашествия. См.: Plut. Camill., 40; Liv., V, 49; VI, 42.

1581

Букв.: «бежали, обратившись в бегство».

1582

Муций Сцевола («Левша») — легендарный герой войны с Порсеной, историю которого Полиэн рассказывает в соответствии с сообщениями Ливия и Плутарха. Ливии также сообщает о получении им в награду поля за Тибром, названного Муциевыми лугами. Больше о нем ничего не известно. Многие исследователи полагают, что легенда могла возникнуть позже, т. к. род Муциев появляется в списках высших магистратов (консулов и преторов) на рубеже Ш-П вв. до н. э. Некоторые его представители (консул 133 г. до н. э. Кв. Муций Сцевола и его сын, консул 95 г. до н. э., носивший то же имя) были великими понтификами, выдающимися правоведами и знатоками римских древностей, а первый из них около 130 г. до н. э. издал текст понтификальных анналов («Великие анналы»).

1583

Тиррены (тирсены) — этруски. Порсина (варианты имени — ПорсиннаПорсина или Порсена) был царем этрусского города Клузия, одного из самых крупных городов Этрурии.

1584

Публий Валерий Попликола — один из основателей римской республики, консул 509, 508, 507 и 504 гг. до и. э. Согласно Ливию, война с Порсеной приходится на 508 г. до н. э., по Полиэну — на 507 г. до н. э.

1585

См.: Liv., И, 12; Plut. Public, 17; Zonara, VII, 12.

1586

Луций Корнелий Сулла (132-78 гг. до н. э.) — выдающийся римский полководец и политический деятель эпохи гражданских войн. Происходил из знатной, но обедневшей ветви рода Корнелиев Руфинов—Сулл. В 107 г. до н. э. прибыл в армию Мария в качестве квестора и отличился во время Югуртинской войны, в 106 г. до н. э. вел переговоры с мавретанским царем Бокхом, добившись выдачи Югурты римлянам. После войны начал сближение с оптиматами. В 104-101 гг. до н. э. был легатом Мария, а затем — Квинта Лутация Катула в войне с кимврами и тевтонами, возможно, будучи в 102-101 гг. до н. э. реальным руководителем кампании Катула. В 93 г. до н. э. был претором, в 92 — пропретором Киликии. В 90-89 гг. до н. э. был легатом в Союзнической войне. В 90 г. до н. э. спас от поражения армию Гая Порция Катона и взял Эзернию, фактически приняв командование против самнитов и луканов. В 89 г. до н. э. разгромил самнитов и методично опустошил Самний. Успехи в Союзнической войне привели к тому, что Сулла стал консулом 88 г. до н. э. и лидером оптиматов. Конфликт с Марием из-за командования в Митридатовой войне привел к проведению Марием и его союзником, народным трибуном Сульпицием Руфом, своих законопроектов, что стало причиной совершенного Суллой военного переворота. Захватив Рим и проведя некоторые консервативные реформы (отмена законов Сульпиция; возможно — реформа центуриатных комиций и пополнение сената), выступил против Митридата. Начав кампанию высадкой в Греции (весна 87 г. до н. э.), Сулла осадил союзные Митридату Афины, которые были взяты после длительной осады в марте 86 г. до н. э. После взятия Афин разбил понтийского полководца Архелая при Херонее в Беотии, а затем (осенью 86 г. до н. э.) снова одержал победу над войсками Митридата при Орхомене. Зимой 86-85 гг. до н. э. Сулла находился в Фессалии, после чего переправился в Малую Азию, причем наступление Суллы сопровождалось наступлением марианской армии Фимбрии в Пропонтиде и успешными действиями флота Суллы во главе с Луцием Лицинием Лукуллом. В августа 85 г. до н. э. Сулла заключил в  г.Дардане мир с Митридатом и начал подготовку к гражданской войне против марианского правительства. На провинцию Азия была наложена контрибуция в 20000 талантов. После длительной подготовки в 83 г. до н. э. Сулла высадился в Брундизии, начав гражданскую войну 83-82 гг. до н. э., отличавшуюся особой жестокостью и кровопролитием. В 83 г. до н. э. Сулла занял Южную Италию, одержав победу у Канузия и добившись сдачи в Кампании армии консула Сципиона. В 83 г. до н. э., разбив марианцев у Сакрипорта в Лации и осадив в Пренесте бывшего консулом Мария-младшего, Сулла и его легаты, Метелл и Помпей, разгромили второго консула Папирия Карбона в Этрурии. Завершающим сражением войны стала битва у Коллинских ворот Рима (ноябрь 82 г. до н. э.), после чего капитулировал и Пренесте. Победа Суллы сопровождалась жестокими расправами над марианцами, а также — многими городами и сельскими жителями Италии и опустошением целых районов (Самний, Лукания, Кампания, Этрурия), после чего последовало уничтожение политических противников, известное как проскрипции. В 81 г. до н. э. Сулла стал диктатором для устройства государственных дел (rei publicae constituendae), видимо, на неопределенный срок, а в 80 г. до н. э. стал консулом. Во время диктатуры Сулла провел ряд консервативных законов, имевших целью восстановление и усиление господства оптиматов и сената (пополнение сената, возвращение сенаторам судебной власти и увеличение числа судебных комиссий, ограничение власти трибунов, отмена цензуры, ограничение власти магистратов и увеличение их числа). Среди его мероприятий было также наделение землей многочисленных ветеранов (около 120 000 человек), проводимое за счет массовых конфискаций. В 79 г. до н. э. Сулла снял с себя власть и прожил в своем поместье до смерти в 78 г. до н. э. При негативной или, по крайней мере, сдержанной оценке Суллы в античной традиции (Саллюстий, Цицерон, Аппиан, Плутарх), она относится к нему как к выдающемуся полководцу. Полиэн посвящает Сулле небольшой, но достаточно характерный раздел. Так, § 2 посвящен решительному эпизоду во время сражения при Орхомене, а § 1 связан с историей, происшедшей во время Союзнической войны. Исследователи Нового и Новейшего времени видели в деятельности Суллы как стремление к консервативной реставрации (наиболее определенно эта концепция выражена Т. Моммзеном), так и создание системы военной диктатуры с опорой на армию, «личную партию» и методы террора (К. Фрелих, Ж. Каркопино), а также сочетания этих двух тенденций (Хр. Мейер, С. Л. Утченко). Об оценках Суллы в историографии см., например: Моммзен Т. История Рима / Пер с нем. T. II. СПб, 1994. С. 349-351; Утченко С. Л. Кризис и падение Римской республики. М., 1965. С. 181, 194-197; Froelich К. Cornelii 386 // RE. Bd. IV (1901). Sp. 1551-1556, 1564-1565; Carcopino J. Sulla ou l’Empire maniquée. Paris, 1931; Meier Ch. Res publica amissa Wiesbaden. 1966. S. 227-228, 237, 256-262; Gabba E. Mario e Siila // ANRW. Tl. I. 1975. S. 795-805.

1587

Авл Постумий Альбин — участник Союзнической войны 90-88 гг. до н. э. и легат Суллы (см.: Plut. Sulla, 6; Liv. Epit., 75).

1588

Букв.: «как вынужденные из-за большого прегрешения оправдаться через большую доблесть».

1589

Событие, описанное Полиэном, относится к 89 г. до н. э., причем Ливии дает несколько иную версию причины убийства Альбина, указывая, что войско подозревало его в измене. Хотя эпизод достаточно спорен, он вполне типичен для достаточно циничного стиля отношений Суллы с армией и обстановки времени Союзнической и гражданской войны 83-82 гг. до н. э.

1590

Орхомен — город в Беотии возле Копаидского озера. Сражение при Орхомене (осень 86 г. до н. э.) было вторым крупным сражением I Митридатовой войны и привело к изгнанию Митридата из Греции.

1591

Эпизод, рассказанный Полиэном, см.: Plut. Sulla, 21; Front. Strat., II, 8, 12; App. Mithr., 49.

1592

Гай Марий (157-87 гг. до н. э.) — выдающийся римский полководец рубежа III вв. до н. э. Родился в Арпине в небогатой, видимо, всаднической семье. В 134-133 гг. до н. э. служил под Нуманцией под командованием Сципиона Эмилиана. Будучи «новым человеком» среди римской знати, Марий выдвигался как военачальник и сторонник популяров, используя при этом и методы традиционной аристократической политики. В 119 г. до н. э. в качестве народного трибуна предложил новый судебный закон, в 115 г. до н. э. стал претором, в 114 г. до н. э. — пропретором Дальней Испании. В 109 г. до н. э. был легатом Квинта Цецилия Метелла в Югуртинской войне и проявил себя как крупный военачальник, после чего выступил с критикой действий Метелла, и при поддержке популяров, всадников и плебса стал консулом 107 г. до н. э. и командующим в войне с Югуртой. В 106 г. до н. э. завершил войну захватом самого Югурты. Победа Мария в Африке и начавшееся уже в 113 г. до н. э. нашествие германских племен кимвров и тевтонов, к которому в значительном количестве присоединились и галлы, и поражения римских войск привели к усилению движения популяров и выдвижению Мария. В 105 г. до н. э. римляне потерпели тяжелое поражение при Араузионе, после чего, в 104 г. до н. э., Марий стал консулом, а затем регулярно переизбирался на этой должности (103, 102 и 101 гг. до н. э.). В 102 г. до н. э. Марий разбил тевтонов при Аквах Секстиевых, а в 101 г. до н. э. — армии Мария и Катула одержали победу при Верцеллах, завершив эту тяжелейшую войну. Во время Югуртинской и Кимврской войн Марий проводит важные военные преобразования, часто именуемые «военной реформой Мария», смысл которых сводился к постепенному переходу к добровольному принципу комплектования армии, в том числе — за счет пролетариев и италиков, что вело к профессионализации армии и развитию принципа военной корпоративности. Перемены также касались развития когортной тактики, совершенствования вооружения и развития военной и осадной техники. При достаточно разных взглядах на реформу в научной литературе исследователи в общем сходятся в том, что преобразования Мария заложили основу для становления армии принципата (см., например: Утченко С. Л. Кризис и падение… С. 175-198; Игнатенко А. В. Древний Рим (от военной демократии к военной диктатуре). Свердловск. 1988. С. 111-112; Gabba E. Mario e Silla. Р. 764-780). Одновременно с военными преобразованиями, происходит создание вокруг Мария сильной группировки аристократов и «новых людей», бывших выходцев из всадничества и муниципальной знати, которую поддерживали средние слои общества, а также — значительные массы городского и сельского плебса. Эта новая партия популяров оттеснила консервативную аристократию в период войн с германцами и провела ряд демократических преобразований. В 100 г. до н. э., снова став консулом, Марий в союзе с народными трибунами, Сатурнином и Главцией, пытался провести аграрный закон о наделении землей ветеранов и неимущих граждан, а также некоторые другие преобразования, однако сопротивление оптиматов привело к поражению марианцев, потере Марием его политического влияния и характерной для 90х гг. I в. до н. э. стабилизации положения оптиматов. В 90-88 гг. до н. э. Марий был легатом в Союзнической войне. В 88 г. до н. э. при поддержке народного трибуна Сульпиция Руфа он делает попытку получить командование в Митридатовой войне и добиться равного распределения союзников по всем 35 трибам, что привело к военному перевороту Суллы и изгнанию Мария. В 87 г. до н. э. вместе с Цинной и другими противниками оптиматов после длительной осады Марий занял Рим, обороняемый оптиматами и сулланцами. Захват Рима сопровождался репрессиями против политических противников. В 86 г. до н. э. был в седьмой раз избран консулом (вместе с Цинной), но умер в самом начале года. Если политическая деятельность Мария в целом и особенно его роль в гражданской войне подвергалась очень неоднозначным оценкам как в римской традиции, так и в исследовательской литературе (см., напр.: Моммзен Т. История Рима. Т. III. СПб., 1995. С. 182-183; Sherwin—White A. Violence in the Roman Politics // JRS. Vol. 4. 1956. P. 2-5; von Octegham J. Caius Marius. Bruxelles, 1964; Fran К. T. Marius and the Roman Nobility // CJ. Vol. 50. 1965. P. 149-152; Gabba E. Mario e Silla. S. 778-783), то он остался в памяти римлян как победитель германцев, и именно этому посвящает свой раздел Полиэн, в основном следуя рассказу Плутарха. Выбор этого сюжета связан также и с тем, что он был центральным в жизни и политической деятельности Мария.

1593

Эпизод предшествовал сражению при Аквах Секстиевых в 102 г. до н. э., о котором и идет речь в § 1 и 2. Ср.: Plut. Mar., 16.

1594

Подробнее о сражении при Аквах Секстиевых летом 102 г. до н. э. см.: Plut. Mar., 20; Flor., III, 3, 10. Другие авторы дают такие же или большие цифры потерь. Согласно Плутарху (Маг., 21) погибло 100000 германцев, согласно Ливию — 200 000, а 90 000 попали в плен (Liv. Epit., 68).

1595

Сражение при Верцеллах с кимврами в 101 г. до н. э. (Plut. Mar., 26-27; Liv. Epit., 68; Flor., III, 3, 11-21; Veli., II, 12). Эпизод, рассказанный Полиэном, ср.: Plut. Mar., 26. Согласно Плутарху, германцы потеряли в сражении около 100000 человек (Plut. Mar., 26), согласно Орозию (V, 16, 66), погибли 60000 германцев и 60000 были взяты в плен, по Веллею Патеркулу (ΙΙ, 12), всего было 100000 убитых и пленных. Ливии (Epit., 68) сообщает о гибели 140000 и пленении 60000 германцев. Данные о потерях, если речь идет о воинах, явно завышены, хотя, возможно, они становятся более близкими к реальности, если учитывать, что происходило перемещение всего населения германских племен.

1596

Марк Клавдий Марцелл — крупный римский полководец времен II Пунической войны, консул 222, 215, 214, 210 и 208 гг. до н. э. В 222 г. до н. э. одержал победу над инсубрами. После поражения римлян при Каннах (216 г. до н. э.) наряду с Кв. Фабием Максимом и Кв. Фульвием Флакком был одним из ведущих римских военачальников в войне с Ганнибалом. В 216 г. до н. э. отразил наступление карфагенян на Нолу. В 215-214 гг. до н. э. успешно действовал против Ганнибала в Кампании. После вступления Сиракуз и других городов Сицилии в войну с Римом (214 г. до н. э.) командовал римской армией, осаждающей Сиракузы (214-212 гг. до н. э.). Важнейшим успехом Марцелла было взятие этого города, подчинение большей части Сицилии (именно эти события описывает Полиэн). После этого он продолжил военные действия в Италии. В 210-208 гг. до н. э. результативно действовал против карфагенян в Кампании и Самнии. В 208 г. до н. э. погиб в бою с нумидийскими всадниками у Петелийского холма на пути из Тарента в Локры. В отличие от более осторожного, склонного к стратегии измора Фабия Максима, Марцелл был сторонником активных наступательных действий. Подробно о его военных операциях см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. М., 1976. С. 160-167, 180-185, 194-203, 204-265.

1597

Дамипп — спартанец, посланный из Сиракуз в Македонию и попавший в плен к римлянам. Полибий не упоминает, что о башне сообщил Дамипп и сообщает, что обнаружение неохраняемого участка стен было заслугой самих римлян (Polyb., VIH, 37). См. также: Liv., XXV, 23, где речь идет о наблюдении самих римлян во время переговоров с Дамиппом. Фронтин пишет о перебежчике Сосистрате (Front. Strat., III, 3, 2). См.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 218-219.

1598

Гексапил («Шестивратье») — северные (или северо-западные) ворота Сиракуз, через которые осаждающие попали в городские районы Эпиполы и Тиха, откуда атаковали основные укрепленные районы города, Ахрадину и остров Ортигию. Гексапилами также называли прилегающий район города. Бои за эти районы шли еще достаточно долго. См.: Polyb., VIII, 37; Liv., XXV, 25-34; Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 221-224.

1599

Осада Сиракуз Марком Клавдием Марцеллом в 214-212 гг. до н. э. Рассказ Полиэна относится к окончанию осады в 212 г. до н. э. Знаменитый физик, математик и астроном Архимед (ок. 287-212 гг. до н. э.) был создателем высокосовершенной для античного мира техники, использованной при обороне Сиракуз (подробнее об участии Архимеда в обороне Сиракуз см.: Лурье С. Я. Архимед. М. — Л., 1945. С. 179-230; Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 199-201, 218-219). Рассказ Полиэна больше всего совпадает с рассказом Плутарха (Маге, 18 sqq.). Ливии, наоборот, сообщает о разграблении города (Liv., XXV, 31). Приказ, упомянутый Полиэном, ассоциируется с приказом при взятии Тарента Фабием Максимом в 209 г. до н. э. (Liv., XXVII, 16).

1600

Марк Атилий Регул — римский военачальник времени I Пунической войны, консул 267 и 256 гг. до н. э. В 256 г. вместе с консулом Л. Манлием Вульсоном командовал римским флотом в сражении при Экноме. После победы они высадились в Африке. По приказу из Рима флот и большая часть войска вернулись в Италию, а Регул с 15000 пехоты, 5000 всадников и 40 кораблями остался в Африке. Расположившись у Тунета, он отрезал Карфаген от подвоза продовольствия и потребовал полной капитуляции города. Карфагеняне, собрав большие силы под командованием спартанца Ксантиппа, разбили противника на равнине реки Баград. Из римской армии спаслись 2000, а 500 человек вместе с Регулом попали в плен. Подробно кампанию Регула описывает Полибий (I, 26-36). О гибели римского полководца в плену и рассказывает Полиэн (см.: Liv. Ер., 18). Судя по Ливию, события произошли до 254 г. до н. э.

1601

«если не убедит» — буквальный перевод (μή πείσας — «не убедив») «не передает условности ситуации».

1602

«Поскольку они истощились» — букв.: «как с истощившимися».

1603

См.: Liv. Epit., 18; App. Pun., 4; Dio., frg. 43, 26 sqq.; Zonara, VIII, 16.

1604

О каком из римских полководцев идет речь, неясно, т. к. в других источниках такого рассказа нет. Вероятно, рассказывая этот эпизод, Полиэн в несколько измененном виде передает историю Тита Манлия Торквата, консула 340 г. до н. э. (Liv., VIII, 7-8). Расположение рассказа между историями Регула и Фабия может предполагать, что он относится ко времени Пунических войн, что, однако, менее вероятно.

1605

Квинт Фабий Максим Веррукоз — консул 233, 228, 215, 214 и 209 гг. до н. э., один из крупнейших римских военачальников во II Пунической войне. Происходил из знатнейшего римского патрицианского рода Фабиев. Участвовал в кампаниях против галлов и лигуров, ко времени начала II Пунической войны был одним из лидеров римского сената. В 219 г. до н. э. — один из участников посольства к Ганнибалу и в Карфаген, целью которого было урегулирование конфликта вокруг Сагунта. Согласно традиции, именно Фабий по поручению сената совершил акт объявления войны Карфагену. В 217 г. до н. э. после поражения римлян при Тразименском озере был назначен диктатором и вел военные действия в Кампании и Самнии. Избегая больших сражений, Фабий сумел сохранить армию, остановить наступление карфагенян на Рим и наметить новую «стратегию измора», основанную на численном превосходстве римлян и постепенном изматывании противника. За свои действия получил прозвище Кунктатор («Медлитель»). Наиболее значительными событиями кампании Фабия были военные действия у Арп, успех римлян у Казилина и операции у Гереония, когда римляне сумели избежать поражения. Хотя тактика Фабия была единственно возможной в создавшихся условиях, потери времени и ресурсов, а также — разорение Ганнибалом италийской территории привели к тому, что римляне вернулись к попытке дать сражение Ганнибалу, результатом чего стало сокрушительное поражение при Каннах (2 августа 216 г. до н. э.). После Канн Фабий почти постоянно (обычно в качестве консула или проконсула) командовал римскими армиями в Кампании, Апулии и Самнии. В 215 г. до н. э. он добился успеха в Самнии, в 213 г. до н. э. взял Арпы, фактически восстановив римское господство в северной Апулии, в 211 г. до н. э. в качестве фактического лидера сената добился решения не снимать осаду Капуи во время похода Ганнибала на Рим. В 209 г. до н. э. занял Тарент. В 205 г. до н. э. Фабий выступил против африканского похода Сципиона, предлагая вначале добиться победы в Италии. Умер в 203 г. до н. э. Римская традиция (Полибий, Ливии и Плутарх) считала Фабия полководцем, спасшим римлян в самые критические моменты войны. Эта же традиция отражена Полиэном (§ 2), который также рассказывает о его действиях во время диктатуры 217 г. до н. э. (§ 1) и взятии Тарента (§ 3). С Фабием также связана  гл.15 «Квинт». См. также примечания к конкретным параграфам. Подробнее о полководческой деятельности Фабия см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 69, 72-74, 112-128, 181, 184-185, 205-206, 258-260, 274-275.

1606

В других источниках речь идет не о сыне Фабия, а о начальнике конницы Марке Минуции Руфе (Polyb., III, 103-104; Liv., XXII, 12; 24-27; 28-30; Plut. Fab., 8). Образ Фабия как спасителя Рима был создан еще поэтом Квинтом Эннием. См.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 120-124 (с подробным анализом традиции о диктатуре Фабия).

1607

«нехорошо, сражаясь, рисковать целым» — букв.: «нехорошо, сразившись рисковать целым (относительно целого)». Предложенный вариант перевода несколько сильнее передает мысль о невозможности вступать в сражение в условиях разделения армий.

1608

«как показывает опыт» — букв.: «опыт не скрывает».

1609

«Величайший» — греч. Μέγιστος, лат. Maximus. См.: Polyb., III, 87, 6.

1610

«Сражаясь» — греч. συμβαλών κατά στόμα «в строю, в открытом сражении».

1611

Взятие Тарента — 209 г. до н. э. См.: Liv., XXVII, 15; Plut. Fab., 21; Арр. Hannib., 49; Zonara, IX, 8.

1612

Квинт Фабий Максим — консул 214 г. до и. э. В 213 г. до н. э. знаменитый диктатор находился при армии сына в качестве легата (Liv., XXIV, 44-45). Эпизод не упоминается другими авторами. Не исключено, что рассказ Полиэна связан с другой парой Фабиев, консулом 292 г. до н. э. Кв. Фабием Гургитом и его отцом, знаменитым победителем в Самнитских войнах, консулом 322, 310, 308 и 297 гг. до н. э. Квинтом Фабием Руллианом, см.: Liv. Epit., 11.

1613

В рассказах о Сципионе, по объему одних из самых больших в восьмой книге, Полиэн соединяет эпизоды из жизни двух знаменитых Сципионов — Сципиона Старшего и Сципиона Младшего. Первый из них, Публий Корнелий Сципион Африканский Старший (236-183 гг. до н. э.), сын консула 218 г. до н. э. Публия Корнелия Сципиона, командовавшего римской армией при Тицине и Треббии, а затем возглавлявшего римские войска в Испании вплоть до своей гибели в 212 г. до н. э. В 210 г. до н. э. Сципион был назначен командующим римской армией в Испании и начал военные действия взятием Нового Карфагена, после чего в 209-205 гг. до н. э. полностью вытеснил из Испании карфагенян, которыми командовали братья Ганнибала — Газдрубал и Магон. В 205 г. до н. э. Сципион стал консулом, а в 204 г. до н. э. высадился в Африке с армией примерно в 35000 человек. Усилив свои войска конницей нумидийского царя Масиниссы, Сципион разбил карфагенские войска Газдрубала, сына Гисгона, и его союзника нумидийца Сифакса (или Софака). Победы Сципиона в Африке и отсутствие перспективы войны в Италии вынудили карфагенское правительство отдать приказ Ганнибалу покинуть Италию. В 202 г. до н. э. Сципион разбил Ганнибала при Заме, после чего был заключен мирный договор 201 г. до н. э., фактически ликвидировавший Карфаген как великую державу. После II Пунической войны Сципион был принцепсом сената (с 199 по 184 гг. до н. э.) и одним из руководителей римской внешней и внутренней политики, когда руководство государством фактически было сосредоточено в руках Сципионов и связанных с ним семей. С именем Сципиона и его круга римляне связывали как победу в войне с Ганнибалом, так и успехи в войнах 200-185 гг. до н. э. (победы во II Македонской, Сирийской и других войнах), создавшие основу римской территориальной державы, а также — сравнительно либеральную завоевательную политику, сопровождавшуюся сохранением системы вассальных царств и свободных общин и контрастирующую с более жестокими методами управления, характерными для последующего периода (60-30е гг. II в. до н. э.). В 199 г. до н. э. Сципион был цензором, а в 194 г. до н. э. — консулом. В 190 г. до н. э. Сципион фактически командовал римской армией в войне против Антиоха III в качестве легата своего брата, консула 190 г. до н. э. Луция Корнелия Сципиона. В 187 га затем — в 185-184 гг. до н. э. начались процессы против Сципионов, которые, возможно, и ускорили его смерть (183 г. до н. э.). В рассказе Полиэна о Сципионе Старшем речь идет в § 1, 6, 7, 8, где автор касается некоторых ключевых эпизодов полководческой деятельности Сципиона. Так, в § 6 показан эпизод из кампании Сципиона в Испании, возможно, даже связанный со взятием Нового Карфагена (у Полиэна речь идет о другом городе), и политика по отношению к испанским городам и племенам, которая во многом привела к успеху в войне. Кампании в Испании посвящен и § 1. В § 7 речь идет о событиях в 205-204 гг. до н. э., связанных с дебатами в Риме вокруг начала кампании в Африке, а в § 8 — о событиях накануне битвы при Заме. Полиэн, вслед за Полибием и Ливием, создает образ благородного, гуманного полководца, который во многом ассоциируется с образом Александра Македонского. Подробнее о военной и политической деятельности Сципиона Старшего см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 243-248; 255-257; 260-262; 270-304; Ковалев С. И. История Рима. Л., 1986. С. 244-254; 262-273. (абзац) Публий Корнелий Сципион Эмилиан (Сципион Африканский Младший) (185-129 гг. до н. э.), сын Луция Эмилия Павла, победителя македонян при Пидне (168 г. до н. э.), усыновленный Публием Корнелием Сципионом, сыном Сципиона Старшего. В 149-148 гг. до н. э. в качестве военного трибуна отличался при осаде Карфагена, после чего, в 147 г. до н. э., был избран консулом и стал командующим римской армией, осаждающей город. Под командованием Сципиона произошли основные события осады Карфагена (147-146 гг. до н. э.): разгром карфагенской полевой армии, захват Магалии (Мегары), а также — штурм Старого города (весна 146 г. до н. э.; подробно см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 342-351). В 142 г. до н. э. был цензором. В 40е гг. II в. до н. э. вокруг Сципиона образовывается круг крупных политических деятелей (Г. Лелий, Кв. Элий Туберон, Л. Фурий Фил и другие) и представителей греческой интеллигенции (Панэтий, Полибий), обеспокоенных положением армии, военными потерями римлян и растущим социальным и политическим кризисом и выступавших за умеренные реформы, идеи которых во многом отразились позднее в диалогах и речах Цицерона (в частности, в диалоге «О государстве»). В это же время круг Сципионов выступил с инициативой аграрного закона, который, однако, был снят из-за сильного сопротивления крупных посессоров и консервативной части сената. В 142 г. до н. э. Сципион был цензором, а в 130е гг. до н. э. при поддержке его круга проводятся законы, вводящие тайное голосование в римских комициях. В 134 г. до н. э. после поражения армии Гостилия Манцина под Нуманцией (в 137 г. до н. э.), был послан в качестве командующего, а в 133 г. до н. э. заставил город капитулировать. После возвращения в 132 г. до н. э. выступил против Тиберия Гракха и деятельности аграрной комиссии, сочтя их слишком радикальными. В 129 г. до н. э. добился прекращения деятельности аграрной комиссии, после чего умер при загадочных обстоятельствах. (Подробнее о политической деятельности круга Сципиона см.: Заборовский Я. Ю. Очерки по истории аграрных отношений в Римской республике. Львов, 1985. С. 92-113), У Полиэна к Сципиону Младшему относятся § 2, 3, 4 и 5. В трех из них (§ 2, 3, 4) речь идет о наведении порядка в римской армии во время осады Нуманции (см. прим. к главам). Аналогичные меры проводились Сципионом и под Карфагеном (App. Lib., 115-117; см.: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 347).

1614

«Седьмой час» — примерно соответствует нашему полудню (Бикерман Э. Хронология древнего мира. М., 1976. С. 12).

1615

Речь идет о сражении при Илипе (206 г. до н. э.) против Газдрубала, сына Гисгона, и Магона Баркида, брата Ганнибала, фактически завершившеи кампанию Сципиона в Испании, после чего в 205 г. до н. э. Магон оставил Испанию. Согласно Полибию и Ливию, обе армии выжидали несколько дней, после чего на рассвете Сципион начал атаку. См. также: Polyb., XI, 21-22; ср.: Liv., XXVIII, 14; Front. Strat., II, 1, 1.

1616

Событие связано с осадой Нуманции Сципионом Младшим в 134 г. до н. э. См.: Liv. Epit., 57; Plut. Apophth. reg. et imp., 81, 16; App., Iber., 85; Front. Strat., IV, 1, 1.

1617

Котила — «кубок, небольшая чаша», мера веса, соответствующая 7,5 унции. Римская унция — 27,3 г. (1/12 фунта). Общий вес двух котил — 409,5 г.

1618

Легкие завтраки с нежареной пищей были старой древнеиталийской традицией; «на обед же приносить» — букв.: «чтобы обедающие приносили (добавляли)».

1619

«Тогой» — греч. ίματίω — слово, которое может обозначать как плащ, так и тогу. Сообщение не совсем ясно, т. к. до завоевания Галлии Цезарем тога в этой стране не была распространена. Особые галльские тоги появились только в эпоху империи, а специальный тип галльской тоги, видимо, сложился ко II в. н. э. Сообщение может быть несколько яснее, если речь идет о галльском плаще, sagulum. Черная тога была у римлян знаком траура (toga pulla), т. к. обычно тога была белой. Цветные тоги входили в обиход уже в императорское время.

1620

Верхнее платье — греч. σισύρα — толстое косматое верхнее платье, плащ, бурка. Об одежде и питании римлян см.: Кнабе Г. С. Древний Рим — история и повседневность. М., 1986. С. 85-122.

1621

Подстилка из тростника, соломы и листьев (греч. στίβας) также была символом спартанского образа жизни.

1622

Событие также относится к кампании Сципиона Младшего против Нуманции (133 г. до н. э.). См. также: Plut. Apophth. reg. et imp.81, 19; ср.: Liv. Epit., 57.

1623

«украшении щита» — букв.: «об украшенном щите», «о щите, долженствующем быть украшенным».

1624

Это высказывание также относится к нумантинской осаде. См.: Front. Strat., IV, 1, 5; Plut. Apoph. reg. et imp. 81, 18; Liv. Epit., 57; Ael. Var. Hist., XI, 9, 5.

1625

«крик» — греч. άλαλαγμός — слово может обозначать как просто «крик, шум», так и конкретно «боевой клич».

1626

Фраза была произнесена Сципионом Младшим в связи с дебатами вокруг гракханских законов после убийства Тиберия Гракха в 133 г. до н. э. См.: Val. Max., VI, 2, 4; Veil., II, 4; Plut. Apophth. reg. et imp., 81, 22; Aur. Vict. De vir. III., 49.

1627

Ойнусса (лат. Onusa) — город в северной Испании.

1628

Согласно Полибию и Ливию, эпизод произошел во время взятия Сципионом Старшим Нового Карфагена в 209 г. до н. э. (Polyb., XI, 10; Liv., XXVI, 49; Front. Strat., II, 11, 5; Dio, frg. 57, 43 sqq.; см. также: Val. Max., VI, 2, 4,; Aur. Vict. De vir. III., 58; о событиях периода см.: Jumpertz M. Der römisch-karthagische Krieg in Spanien, 211-206. Berlin, 1892).

1629

Масесилии (масесулии, масесилы, масесилии) — союз западнонумидийских племен, населявших западную часть Нумидии. Позднее область масесилиев была территорией римской провинции Цезарейской Мавретании. См.: Liv., XXVII, 17.

1630

Подробнее о царе Сифаксе (Софаке) см.: Liv., XXXVIII, 17-18. Сифакс был женат на Софонисбе, дочери карфагенского полководца Газдрубала, и в конечном счете выступил на стороне карфагенян.

1631

«надо не прекращать с ним дружбу во время самого ее расцвета» — букв.: «не освобождаться от его дружбы во время ее самого расцвета».

1632

Ливии датирует события 204 г. до н. э. Относительно дебатов в римском сенате по поводу высадки римлян в Африке см. также: Кораблев И. Ш. Ганнибал. С. 277-278, 281, 289. О событиях см.: Liv., XXIX, 23-24; Front. Strat., II, 7, 4; Zonara, IX, 22. 204 г. до н. э.

1633

Описанные события произошли накануне сражения при Заме в 202 г. до н. э. См.: Polyb., XV, 5; Liv., XXX, 29, 1; Арр. Pun., 39.

1634

Марк Порций Катон (Катон Старший) (234-149 гг. до и. э.) — видный римский политический деятель. Происходил из Тускула из незнатного рода Порциев, будучи «новым человеком» в среде римской аристократии. В молодости участвовал во II Пунической войне, фактически пройдя ее с начала до конца. В 204 г. до н. э. участвовал в африканском походе Сципиона Старшего, в 203 г. до н. э. был квестором Сицилии. Участие в войне стало началом его политической карьеры: в 199 г. до н. э. стал эдилом, в 198 г. до н. э. — претором, в 195 г., будучи консулом, подавил восстание в испанских владениях Рима, после чего Кельтиберия окончательно стала римской провинцией Ближняя Испания (Hispania citerior). В 191 г. до н. э. в качестве легата консула Мания Ацилия Глабриона сыграл решающую роль в сражении против Антиоха III при Фермопилах, с 191-190 гг. до н. э. стал лидером антисципионовской оппозиции. В 184 г. до н. э. Катон был цензором, отличаясь жесткой последовательностью в борьбе с роскошью и коррупцией и лишил должности многих сенаторов и всадников, после чего вплоть до своей смерти был одним из лидеров римского сената. Для политической позиции Катона характерны жесткий консерватизм и борьба против эллинизации римского общества в сочетании с курсом на развитие италийской экономики (особенно — сельского хозяйства), а также — торговли и денежно-ростовщических отношений. В провинциальной политике Катон в целом был сторонником жесткого курса на подчинение завоеванных территорий, что, в частности, выразилось в политике римлян в Испании, Македонии и Греции в 70-50е гг. II в. до н. э. и особенно — в действиях Катона в 153-149 гг. до н. э., когда он был одним из инициаторов разрушения Карфагена и развязывания III Пунической войны (149-146 гг. до н. э.). В римскую традицию Катон вошел как воплощение римских добродетелей и консерватизма. Катон также известен как оратор и писатель. Его перу принадлежат историческое сочинение «Начала» (Origines) в семи книгах, посвященное истории Рима и Италии с древнейших времен до конца жизни автора, и трактат «О сельском хозяйстве» (De agri cultura), дошедший до нас целиком и дающий много сведений о римской экономике II в. до н. э. Труды Катона были первыми произведениями латинской прозы. Биографии Катона написаны Плутархом и Корнелием Непотом. Эпизод у Полиэна относится к испанской кампании 195 г. до н. э., подробное описание которой дано у Ливия (Liv., XXXIV, 18-22). О данном эпизоде см.: Plut. Cat. Maior, 10; Front. Strat., I, 1, 1; Aur. Vict. De vir. III., 47; Zonara, IX, 17. О Катоне и его произведениях см. также: Катон Марк Порций. О земледелии / Пер. M. Е. Сергеенко. М-Л., 1950. С. 87-123; Kienast D. Cato der Zensor. Heidelberg, 1954.

1635

Давн — легендарный эпонимный царь давниев (апулов) времен Троянской войны. По античному преданию, на его дочери Евиппе был женат Диомед, знаменитый герой, возвратившийся с Троянской войны. Диомед развернул обширную деятельность на юге Италии. Диомед был похоронен на одном из островов, получивших позднее название Диомедовых (Strab., V, 1, 9; VI, 3, 9). А. Корайс исправил чтение заглавия основной рукописи F с «Фавна» на «Давн». Ведь Фавн — древнеиталийский бог плодородия, сын Пика, отец Латина, царя Аборигинов. Подробнее о Фавне см.: Aur. Vict. Origo gentis Romae, 4-5.

1636

«Триумфальное шествие» — греч. no

1637

История не совсем ясна, и ее действующих лиц определить трудно. Клеоним — возможно, спартанский полководец, воевавший в 303 г. до н. э. на стороне Тарента против луканов (о нем см.: Polyaen, II, 29 и прим. 183). Персонаж, названный Титом, неясен. История явно носит черты романической традиции, соединяющей различные исторические персонажи, очень популярной как раз во времена Полиэна.

1638

Гай Атилий Регул — вероятно, брат консула 256 г. до н. э. Марка Атилия Регула, о котором говорится в  гл.12, консул 257 г. до н. э.

1639

Событие относится к сражению при Тиндариде в 257 г. до н. э. во время I Пунической войны. После первого морского сражения у мыса Милы на северном побережье Сицилии (260 г. до н. э.) римляне начали наступление на море, а карфагеняне отступили к Лилибею и Дрепане на западе острова. В 258 г. до н. э. римляне заняли Камарину и Энну и приступили к осаде Липар, а также совершили первые экспедиции против Сардинии и Корсики. События у Тиндариды были вызваны попыткой карфагенского флота помочь осажденным Липарам. Сражение описано Полибием (I, 25), причем рассказ Полиэна оказывается даже более подробным, чем рассказ Полибия. Согласно Полибию, римский командующий выступил вперед с десятью кораблями, которые были атакованы карфагенским флотом, и почти все погибли, а сам консул с трудом ушел от противника. Тем не менее, эти корабли вовлекли карфагенский флот в сражение, закончившееся победой римлян. В эпитоме Ливия есть упоминание о поражении в морской битве карфагенского полководца Ганнибала (Liv. Epit., 17). О дальнейших событиях войны см.: Polyaen., VIII, 12 и прим. 47.

1640

Пинарий — командир гарнизона (фрурарх) Энны — большого великолепно укрепленного города в центре Сицилии. Пинарий упоминается только в связи с этими событиями. Наиболее подробный рассказ см.: Liv., XXIV, 37-39; ср.: Front. Strat., IV, 7, 22. Ливии дает и имя Пинария — Луций.

1641

События, рассказанные Полиэном, относятся к кампании Марка Клавдия Марцелла в Сицилии в 212 г. до н. э. после первого неудачного штурма Сиракуз, когда сицилийские города начали отпадать от римлян. См.: Liv., XXIV, 37-39; Front. Strat., IV, 7, 22.

1642

Квинт Серторий — знаменитый римский полководец. Родился в 123 г. до н. э. в Нурсии во всаднической семье. В 105-102 гг. до н. э. участвовал в войне с кимврами и тевтонами, с 98 г. до н. э. — в кампаниях Тита Дидия в Испании, в 90 г. до н. э. был квестором Цизальпийской Галлии. В 87 г. до н. э. Серторий — один из руководителей марианцев во время осады Рима, в 83 г. до н. э. действовал против сулланцев в Этрурии, после чего был отправлен наместником в Ближнюю Испанию. В 81 г. до н. э. был вытеснен оттуда сулланцами, но уже в 80 г. до н. э. возглавил крупное восстание, объединив силы местных племен и марианских эмигрантов и создав из последних органы управления по типу римских (сенат и магистраты/преторы и квесторы). В 79-77 гг. до н. э. Серторий занял испанские провинции (Ближнюю и Дальнюю Испании) и вынудил римские власти выслать против него сильную армию Кв. Цецилия Метелла Пия. В 76 г. до н. э. на помощь последнему прибыла новая армия Гнея Помпея. Решающие сражения приходятся на 76-74 гг. до н. э. (операции у Лаврона (76 г. до н. э.), сражения при Сукроне (75 г. до н. э.) и Сегунтии (74 г. до н. э.)). В 74 г. до н. э. заключил союз с Митридатом VI, начавшим войну с Римом. В 74-73 гг. до н. э. правительственные войска усилили наступление, что привело к распаду союза между римскими сторонниками Сертория и местным населением. В 72 г. до н. э. погиб в результате заговора своего окружения, а в 71 г. до н. э. восстание было подавлено Помпеем. Особенностью политики Сертория было активное привлечение к восстанию местных племен, составивших большую часть его армии, расширение их прав, активная романизация (предоставление римского гражданства, устройство школы в  г.Оске для детей местной знати) и, наконец, использование местных обычаев и традиций, что и проявилось в истории белой лани, подробно рассказанной Плутархом (Sert., 11), Авлом Геллием (XV, 22), Плинием Старшим (NH., VIII, 32) и Валерием Максимом (I, 2, 4). Подробно о восстании Сертория см.: Циркин Ю. Б. Движения Сертория / / Социальная борьба и политическая идеология в античном мире. Л., 1989. С. 144-162; он же, Древняя Испания. М., 2000. С. 183-190.

1643

Греч. δαιμονιωτέραν — «ниспосланную божеством, сверхъестественную, божественную».

1644

Гай Юлий Цезарь (102 или 100-44 гг. до н. э.) — выдающийся римский полководец и политический деятель, основатель Римской империи. Принадлежа к древнейшему патрицианскому римскому роду Юлиев, ведущему свое происхождение от сына Энея Аскания—Юла, Ромула, и богини Венеры, Юлии были одним из знатнейших родов Рима. В ранней молодости Цезарь был тесно связан с партией Мария, его тетка, Юлия, была женой Мария, а сам он в 83 г. до н. э. женился на дочери Цинны Корнелии, что обеспечивало ему видное место среди лидеров марианской партии. После победы Суллы в гражданской войне 83-82 гг. до н. э. и сулланской диктатуры 81-80 гг. до н. э., во время которой он едва не погиб, Цезарь был вынужден начать политическую деятельность как лидер разгромленной марианской партии. Начав военную карьеру в провинции Азия, отличился при взятии Митилены на Лесбосе, сохранявшей верность Митридату. В 78 г. до н. э. участвовал в походе П. Сервилия против исавров. Начал политическую карьеру, вернувшись в Рим после смерти Суллы (78 г. до н. э.). В 77-76 гг. до н. э. участвовал в судебных процессах против видных сулланцев и защищал права проскрибированных, в 74 г. до н. э. участвовал во II Митридатовой войне. В 68 г. до н. э. стал квестором, в 67 г. до н. э. поддержал законопроект о передаче Помпею чрезвычайных полномочий в войне с киликийскими пиратами. В 66 г. до н. э. стал эдилом. Для этого периода характерно выдвижение Цезаря в качестве лидера римских популяров и его сближение с Крассом и отчасти — с Помпеем. В 63 г. до н. э. он был избран великим понтификом. В 62 г. до н. э. стал претором, а в 61 г. до н. э. — пропретором Дальней Испании. После возвращения из Испании вступил в союз с Помпеем и Крассом («первый триумвират»), объединивший различные антисенатские силы. В 59 г. до н. э. стал консулом и провел ряд важных законов (аграрный закон, утверждение распоряжений Помпея на Востоке, закон о вымогательствах и др.). Став после консульства одним из ведущих политиков Рима, Цезарь получил в качестве проконсула провинции Цизальпийскую Галлию, Нарбонскую Галлию и Иллирик с правом вести войну в Галлии. На 58-51 гг. до н. э. приходятся знаменитые Галльские войны Цезаря, вызванные как стремлением Рима к политической и экономической экспансии, так и обострившейся угрозой со стороны галльских и особенно — германских племен. В 58 г. до н. э. разгромил сильное племя гельветов, переселившееся из районов современной Швейцарии, и германского царя племени свевов Ариовиста, возглавившего крупное германское вторжение в Галлию, что привело к подчинению Цезарю племен южной и центральной Галлии. В 57 г. до н. э. подчинил сильный союз бельгских племен, населявших области между Рейном и Сеной, в 56 г. до н. э. завершил покорение Галлии (наиболее крупными были кампании против населявших современную Бретань венетов и в Аквитании). В 55 г. до н. э. Цезарь отразил вторжение германских племен узипетов и тенктеров, дважды переходил Рейн (в 55 и 53 гг. до н. э.), а в 54-53 гг. до н. э. совершил два похода в Британию, что на время привело к номинальному подчинению южной части острова. Кульминацией Галльских войн стали подавление восстания бельгских племен в 53 г. до н. э. и общегалльского восстания Верцингеторикса в 52 г. до н. э. На 51-50 гг. до н. э. приходится завершение покорения Галлии. Галльские войны привели к покорению Римом огромной территории (совр. Франция, Бельгия, Нидерланды, Люксембург и Швейцария), населенной галльскими народами, и включению их в состав Римской империи. За время Галльских войн в Риме происходит постепенный распад триумвирата, ставший реальным после гибели Красса в 53 г. до н. э. и консолидации оптиматов и помпеянцев во главе с Помпеем, особенно усилившейся в 52-50 гг. до н. э., что привело к конфликту, завершившемуся гражданской войной 49-45 гг. до н. э. В 49 г. до н. э. Цезарь фактически без серьезных военных столкновений занял Италию, а затем заставил капитулировать помпеянские силы в Испании (лето 49 г. до н. э.), вначале одержав победу при Илерде, добившись сдачи противника без сражения, а затем приняв капитуляцию легионов Варрона в Дальней Испании. В 48 г. до н. э. Цезарь переправился в Грецию, где после неудачной осады Диррахия разбил Помпея в решающем сражении при Фарсале (9 августа 48 г. до н. э.). Преследуя Помпея, Цезарь оказался в Александрии, где после длительной обороны одержал победу над армией египетского царя Птолемея XIII Диониса, а затем разбил при Зеле сына Митридата VI Фарнака (47 г. до н. э.) и восстановил контроль над положением в Италии и Риме. Остатки помпеянцев, поддержанных нумидийским царем Юбой, были разбиты в ходе африканской кампании 46 г. до н. э. в сражении при Тапсе, а затем в 45 г. до н. э. при Мунде в Испании. (абзац) В ходе войны постепенно формируется власть Цезаря. С 58 г. до н. э. он был проконсулом Галлии, в 48 г. до н. э. консулом, после Фарсала получил диктатуру на неопределенный срок. В 46 г. до н. э. его диктатура стала годичной и была установлена на 10 лет вперед, а после битвы при Мунде Цезарь стал пожизненным диктатором (dictator perpetuus). Имея наряду с этим ряд других важных магистратских функций (регулярное занятие консульства, цензорские полномочия, трибунская власть, ряд других почетных прав и привилегий, в том числе и титул императора), он сконцентрировал в своих руках фактически всю полноту власти в республике. В марте 44 г. до н. э. Цезарь погиб в результате заговора. (абзац) Военные победы Цезаря и разгром основных противников Рима, консолидация власти, создание сильной армии и поддержавшей его политической группировки, реформа государственных органов Римской республики, а также — правовые реформы (законы о насилии и о вымогательствах, муниципальный закон) и значительное оживление экономики в результате внешне- и внутриполитической стабилизации, военной добычи, восстановления торговых связей и центров (Карфаген, Коринф), правовых и экономических преобразований, крупных строительных программ удержали Римскую державу от перспективы распада и экономического краха и привели к экономическому, политическому и культурному подъему эпохи ранней Империи 1-Й вв. Если политическая деятельность Цезаря получила различные оценки как в античной традиции, так и в новой и новейшей историографии (см., например, обзор источников и историографии в монографии: Утченко С. Л. Юлий Цезарь. М., 1976. С. 3-40), то его деятельность полководца, в общем, всегда оценивалась очень высоко, и античная традиция достаточно единодушно считала его наряду с Александром Македонским, величайшим полководцем своего времени, что и объясняет то особое место, которое уделяет ему Полиэн. Полиэн останавливается на ряде ключевых моментов деятельности Цезаря: его кампании против гельветов в 58 г. до н. э. (§ 23, 2-3), войне против Ариовиста (§ 4), британском походе 54 г. до н. э. (§ 5), подавлении галльского восстания в 53 г. до н. э. (§ 6) и 52 г. до н. э. (§ 7-12 — сражения при Герговии и Алезии, главные события войны). Говоря о гражданской войне, Полиэн останавливается на победе при Илерде в Испании (§ 28), операциях при Диррахии (§ 12-13, 24, 26) и Фарсале (§ 14, 25, 28), сражении при Мунде (§ 16). Кроме того, Полиэн делает попытку (как иногда и в случае с другими полководцами) показать эпизоды, раскрывающие секрет особой популярности Цезаря в армии (§ 15-24). В других случаях встречается смешение различных эпизодов войн Цезаря или соединение их с вымышленными деталями. Из других авторов особенно много совпадений со Светонием, Аппианом и Фронтином.

1645

Никомед IV Филопатор (ок. 94-74 гг. до н. э.) — царь Вифинии. Был союзником Рима и после смерти завещал царство Риму, что стало предлогом для III Митридатовой войны (75-63 гг. до н. э.).

1646

Мыс Малея находился возле Милета.

1647

История, рассказанная Полиэном, произошла, вероятно, в 78 или 76 гг. до н. э. и подробно рассказана Светонием и Плутархом (Suet. Div. lui., 3-4; Plut. Caes., 2-3). Согласно Плутарху, Цезарь плыл на Родос, чтобы брать уроки красноречия у знаменитого оратора Аполлония Молона. По Плутарху, событие предшествует восстанию Лепида (78 г. до н. э.), согласно Светонию, это произошло после восстания. Поездка Цезаря к Никомеду произошла, видимо, в 78 г. до н. э. и предшествовала осаде Митилены на Лесбосе. Рассказ Полиэна во многом отличается от рассказа Светония и Плутарха, что может предполагать наличие другого источника или его измененный вариант, связанный с мотивами приключенческих романов II в. О возможной датировке событий см. также: Утченко С. Л. Юлий Цезарь. С. 46-47.

1648

«находилось» — букв.: «углублялось, было глубоким».

1649

Вероятно, событие относится к 58 г. до н. э., когда Цезарь шел на помощь Лабиену во время кампании против гельветов (Caes. В. G., I, 10). Сам Цезарь упоминает об этом очень кратко, и вывод о времени события можно сделать только на основании того, что эпизод предшествует рассказу о гельветской кампании. Имеется также ассоциация с сообщением Цезаря о кампании Сервия Гальбы против альпийских племен в 56 г. до н. э. (Caes. В. G., III, 1, 6), а также — с описанием перехода Ганнибала через Альпы у Полибия и Ливия (Liv., XXI, 33; Polyb., III, 51).

1650

Гельветы — галльский союз племен, населявших большую часть современной Швейцарии. Первоначально занимали территорию между р. Майн, Неккаром и Альпами. В 58 г. до н. э. гельветы начали переселение в глубь Галлии, что привело к ответным мерам римлян, ставшим началом Галльских войн Цезаря.

1651

Речь идет о первом сражении в ходе гельветской кампании 58 г. до н. э., когда Цезарь атаковал гельветов во время переправы через реку Арар (Саона), происшедшей уже после неудачной попытки гельветов форсировать Родан (Caes. В. G., I, 8). Через реку переправились три из четырех гельветских пагов, а нападению подвергся четвертый, тигуринский паг. Таким образом, согласно основной традиции, нападению подверглась та часть, которая не успела перейти реку, что в значительной степени меняет общую картину кампании, показывая более решительный план Цезаря. Цезарь определяет численность гельветов в 263000 человек, вместе с союзниками — 368000, число вооруженных — в 92000 человек (Caes. В. G., I, 29) (см.: Caes. В. G., I, 1-6; а также: App. Celt., 15; Plut. Caes., 18; Dio, XXXVIII, 32).

1652

Согласно Цезарю, сражение произошло на следующий день после новолуния, тогда как до новолуния германцам удалось удерживаться от сражения. Речь идет о кампании против Ариовиста в 58 г. до н. э. и событиях, предшествующих сражению при Вензотионе. Цезарь также сообщает об обычае германцев не сражаться до новолуния. См. также: Caes. В. G., I, 50; Front. Strat., II, 1, 16; Plut. Caes., 18; Dio, XXXVIII, 32.

1653

«на его спине» — букв.: «на нем».

1654

«с которого пускали» — букв.: «извергающего».

1655

Ср.: Caes. В. G., V, 18. Речь идет о переходе римлян через Темзу (Тамесис) в 54 г. до н. э. У Цезаря эпизода со слоном нет, равно как и упоминания об использовании слонов в ходе Галльских войн. Есть ассоциации с рассказом Полибия и Ливия (Polyb., III, 14, 8; Liv., XXV, 5, 11) о сражении Ганнибала с испанскими племенами при переправе через р. Таг (220 г. до н. э.), когда Ганнибал в более широких масштабах использовал сходную тактику.

1656

Квинт Туллий Цицерон — брат знаменитого оратора. Во время Галльских войн, в частности, в 54-53 гг. до н. э., он был легатом Цезаря.

1657

События, описанные Полиэном, связаны с осадой галлами лагеря Квинта Цицерона во время галльского восстания зимой 54 г. до н. э. См.: Caes. В. G., V, 44-49; Dio, XL, 9.

1658

«возвести» — букв.: «укрепить стенами, строить крепость, окружать стеной».

1659

Речь идет о продолжении того же сражения, когда Цезарь, подойдя на помощь Цицерону, отвлек на себя галлов и одержал победу с помощью описанного маневра. См.: Caes. В. G., V, 49-51; Front. Strat., III, 17, 6.

1660

Эпизод осады Аварика во время Галльского восстания 52 г. до н. э. рассказан Полиэном несколько по-иному, нежели у Цезаря. Согласно Цезарю, галлы не оставили охранения стен вообще, а победа римлян была во многом обеспечена благодаря превосходству римских осадных сооружений. См.: Caes. В. G., VIII, 27-28; Front. Strat., III, 17, 6.

1661

Герговия (город в горах Оверни, южнее Клермон—Феррана) — центр галльского племенного союза арвернов. (О галльских городах Бибракте, Герговии, Алезии, Аварике и др. см.: Широкова Н. С. Древние кельты на рубеже старой и новой эры. Л., 1989. С. 111-143; она же. Города в римской Галлии / / Античное общество (проблемы политической истории). СПб., 1997. С. 129-132).

1662

Событие, описанное в стратегеме, представляет собой описание кампании 52 г. до н. э., связанной с осадой Герговии. См.: Caes. В. G., VII, 36-52, где описана вся кампания против Герговии. Эпизоды, описанные в § 9 и 10 Полиэна см.: Caes. В. G., VII, 36; 45-46, а также: Dio, XL, 34, 3. Между § 9 Полиэна и описанием Цезаря имеются различия. Есть также сходство с описанием операций Лабиена против паризиев в 52 г. до н. э. (Caes. В. G., VII, 60-62).

1663

Буквально: «ибо был город, имеющий укрепленный холм и гладкие вершины (с гладкими вершинами)». У Полиэна не совсем ясно, идет ли речь о штурме самой Герговии или (как у Цезаря) о штурме галльских лагерей перед городом.

1664

Наиболее полное описание осады Алезии см.: Caes. В. G., VII, 77-78. Общий ход ее вкратце таков. Верцингеторикс отступил в Алезию (совр. Ализ Сент—Рен), где был осажден Цезарем. Римляне создали две полосы укреплений: внутреннюю — против крепости (длина ок. 17 км) и внешнюю — против ожидаемого подхода галльского ополчения на помощь Верцингеториксу (длина ок. 20 км). К Алезии подошло общегалльское ополчение во главе с Веркассивеллауном, Коммием, Эпоредоригом и Виридомаром, которое сделало несколько попыток прорвать блокаду Алезии. Два штурма укреплений Цезаря, сопровождаемые вылазками из Алезии, были отбиты. Во время третьего, последнего, штурма Алезии, направленного на северную часть укреплений, возникла реальная опасность прорыва римских оборонительных линий, однако Цезарь и Лабиен, собрав 40 когорт и кавалерию, атаковали галлов с тыла и фланга, что привело к разгрому ополчения, а затем и сдаче Верцингеторикса. Описание Полиэна отражает конец осады Алезии (Caes. В. G., VII, 83-88; Plut. Caes., 25). Цезарь сообщает, что галльское ополчение насчитывало 250000 пехоты и 8000 конницы, а 80000 находились в Алезии (Caes. В. G., VII, 76-77), возможно, эта первая цифра и была взята Полиэном. Плутарх приводит еще большие цифры: 300000 в ополчении и 170000 — в городе (Plut. Caes., 27). Современные исследователи оценивают численность осажденных примерно в 20000 человек, а ополчение — в 50000-70000 (иногда больше, приближаясь к цифре античных авторов). У Цезаря было 10 легионов (40000-45000 человек). Сражение при Алезии решило судьбу Галльских войн.

1665

Полиэн несколько своеобразно описывает здесь знаменитый маневр Цезаря во время Фарсальского сражения 9 августа 48 г. до н. э. (Caes. В. G., III, 89; 92-94; Plut. Caes., 44-45; App. В. С, II, 76). Описывая военные действия вокруг Диррахия, Цезарь этого эпизода не упоминает. (О Фарсальском сражении см. также § 14). Согласно Полиэну, пехотинцы были поставлены перед конницей, тогда как на самом деле они находились сзади (Caes. В. G., III, 89; 92-94; Plut. Caes., 44-45; App. В. С, II, 76). Полиэн упоминает о четырех когортах, согласно Цезарю и другим источникам, их было шесть. Слово λόχος в данном случае обозначает когорту.

1666

«нападениями и поворотами назад» — греч. έπιδρομαίς καί άναστροφίς — имеет значение внезапного нападения, видимо, с поспешным отступлением; άναστροφη) — поворот назад, возобновление атаки.

1667

Судя по всему, эти события могли произойти при отступлении Цезаря от Диррахия к Аполлонии в 48 г. до н. э. См.: Caes. В. G., III, 75-77; Dio, XLI, 50.

1668

Σιτολογία — «сбор припасов, фуражировка».’

1669

48 г. до н. э. — действия накануне Фарсальского сражения. См.: Caes. В. G., III, 85.

1670

Изложение Полиэна, похоже, ближе всего к изложению Светония. События произошли в конце 47 г. до н. э. накануне кампании в Африке. См.: Front. Strat., IV, 5, 2; Suet. Div. lui., 70; App. В. С, II, 93; Plut. Caes., 51.

1671

Эпизод, связанный со сражением при Мунде в Испании 17 марта 45 г. до н. э., ср.: Veli., II, 55; Front. Strat., IV, 5, 2; Suet. Div. lui., 70; App. В. С, И, 93; Plut. Caes., 56; Flor., IV, 2, 77-87. Описание сражения см.: Bell. Hisp., 28-31. Сам Цезарь считал битву при Мунде одним из своих самых тяжелых сражений.

1672

Suet. Div. lui., 65.

1673

См.: Suet. Div. lui., 66. Упоминание Полиэна связано с речью Цезаря по поводу численности войск нумидийского царя Юбы во время африканской кампании 46 г. до н. э. Известие о подходе Юбы вызвало сильную панику, и Цезарю пришлось нейтрализовывать ее таким достаточно остроумным способом. Возможно, именно об этом эпизоде говорится и в Bell. Air., 48-49, где, правда, нет упоминания о речи Цезаря, а говорится, что паника улеглась, когда римляне увидели нумидийские войска.

1674

Suet. Div. lui., 67.

1675

Suet. Div. lui., 67.

1676

Речь идет о клятве Цезаря после гибели 15 когорт Титурия Сабина и Аурункулея Котты зимой 54-53 гг. до н. э. (Suet. Div. luí., 67). См. также: § 6-8 и прим. 104-107.

1677

События, связанные с военными действиями против Помпея при Диррахии в 48 г. до н. э. Страдая от нехватки хлеба, воины Цезаря стали заменять его неким видом корнеплода (chara), возможно, дикой капусты, смешивая его с молоком, что приводило в ужас помпеянцев (Caes. В. G., III, 48; Suet. Div. lui, 67-68; App. В. С, II, 61).

1678

Пилум — римское копье особого типа, измененное в ходе военной реформы Мария в конце II в. до н. э. Особенностью пилума был длинный наконечник. Пилум обладал особой ударной силой и использовался, прежде всего, как метательное копье. Обычное копье именовалось hasta. У Полиэна в данном пассаже — τάς λόγχς καί τούς ύσσούς. Первое соответствует hasta и является, кроме того, общим обозначением копья, второе соответствует латинскому pilum. О пилуме см.: Reinach A. — J. Pilum // DS. T. IV Pt. 1 (1906). P. 481-484; Schulten A. Pilum // RE. Bd. XX. Hbbd. 40 (1950). Sp. 1333-1369.

1679

Об этом приказе Цезаря сообщают Аппиан (В. С, II, 76), Плутарх (Caes., 44; Pomp., 71) и Флор (IV, 2, 53). Сам Цезарь о нем не упоминает. Интересно, что традиция о приказе связана с наличием известного литературного образа, согласно которому конница Помпея состояла из молодых аристократов, заботившихся о своей внешности. Подробные сведения о составе конницы противника дает сам Цезарь (В. G., III, 4), согласно которому, она состояла из контингентов вассальных царей, а также — рабов и пастухов Помпея.

1680

О предложении солдат подвергнуться децимации (казни по жребию каждого десятого воина) и отказе Цезаря сообщает и Аппиан. Сам Цезарь об этом не упоминает, но в его армии децимация не применялась. См.: Caes. В. С, III, 74; App. В. С, II, 63.

1681

См.: Suet. Div. lui., 75. Политика милосердия Цезаря (dementia Caesaris) во время гражданской войны выражалась в постоянном стремлении к мирным переговорам, в освобождении пленных, общем заявлении, что будет считать союзниками тех, кто не присоединился к Помпею и общей амнистии помпеянцам после своей победы. Сведения основываются на собственных письмах Цезаря, найденных среди переписки Цицерона (см.: Cic. ad Att., IX, 7с, 16), сведениях самого Цезаря и других авторов. Попытки мирных переговоров (Cic. ad Att., VII, 14, 1; 15; Fam., XVI, 12; Caes. В. С, I, 32; 75-77; III, 10-11; Veil., II, 51), массовый отпуск военнопленных под Корфинием (Caes. В. G., I, 23; App. В. С, II, 38; Plut. Caes., 35; Suet Div. lui., 34); под Илердой в 49 г. до н. э. (Caes. В. G., 1, 76-77; Liv. Epit., ПО; App. В. С, II, 32-43; Plut. Caes., 36; Flor., IV, 2, 26-27; Dio., XLI, 22-23); после Фарсала в 48 г. до н. э. (Veli., II, 52; Flor., IV, 2; 51-52; Suet. Div. lui., 34, 5; App. В. С, II, 80-81; Plut. Caes., 16; Brut., 6; Dio., XLI, 62); общее возвращение изгнанников в конце войны (Veil., II, 56; App. В. С, II, 107; Plut. Caes., 58; Dio, XLIII, 50, говорится о компенсации женам погибших); восстановление разрушенных Суллой городов (Dio., XLIII, 50); реабилитация сулланских проскриптов (Caes. В. G., III, 1; Plut. Caes., 37). О dementia Caesaris см. также, напр.: Collins J. H. Caesar as a Political Propagandist // ANRW. Tl. I. Bd. 1. 1972. Р. 942-963; Raditsa L. Julius Caesar and his Writings // ANRW. Tl. I. Bd. 3. 1975. P. 444-456; Утченко С. Л. Юлий Цезарь. С. 190, 218-219, 317-318.

1682

События кампании 49 г. до н. э. в Испании (см.: Caes. В. G., I, 75-77). Операции против помпеянских военачальников Афрания и Петрея при Илерде незадолго до окончательной капитуляции помпеянцев.

1683

См.: Suet. Div. lui., 75; Flor., IV, 2, 53.

1684

См.: Suet. Div. lui., 75; App. В. С. II, 107; Veil., II, 56; Flor., IV, 2, 90. Общая амнистия противникам включала также возвращение многим из них мест в сенате, магистратур и постов в армии и провинциях.

1685

События 45 г. до н. э. См.: Suet. Div. lui., 75; Plut. Caes., 57; Dio., XLII, 18.

1686

См.: Suet. Div. lui., 77.

1687

Фраза, сказанная накануне битвы при Мунде в 45 г. до н. э., в которой Цезарь разбил остатки помпеянцев (Suet. Div. lui., 77; ср.: App. В. С, II, 116).

1688

Август — Гай Юлий Цезарь Октавиан Август (63 г. до н. э. — 14 г. н. э.) — первый император Рима и основатель Римской империи, внучатый племянник Юлия Цезаря, сын Гая Октавия и Атии, дочери сестры Цезаря Юлии. В 44 г. до н. э. по завещанию Цезаря стал главным наследником его имущества, что позволило ему претендовать и на власть. Октавиан принимает имя Цезаря (Гай Юлий Цезарь Октавиан) и высаживается в Брундизии, будучи поддержан многими сторонниками и ветеранами Цезаря. После сложной политической борьбы и начала военных действий Антония против Децима Брута находился в ранге проперетора в армии консулов 43 г. до н. э. Гирция и Пансы, выступившей на помощь осажденной Мутине. В апреле 43 г. до н. э. после поражения Антония в двух сражениях при Мутине, отступлении его в Галлию и гибели консулов стал командующим правительственными войсками, а затем — консулом в 43 г. до н. э. Успех Октавиана способствовал консолидации цезарианцев, и в ноябре 43 г. до н. э. Октавиан, Антоний и Лепид заключили соглашение, известное как второй триумвират. 27 ноября 43 г. до н. э. все трое были объявлены триумвирами для устройства государственных дел (triumviri rei publtcae constituendae) с неограниченными полномочиями. После расправы над политическими противниками в результате проскрипций, в 42 г. до н. э. триумвиры начали войну против укрепившихся в восточных провинциях Брута и Кассия, завершившуюся сражениями при Филиппах и разгромом республиканцев (сентябрь — октябрь 42 г. до н. э.). После победы власть над восточными провинциями и Галлией перешла к Антонию, Испания и Нумидия перешли под власть Октавиана, а Африка досталась Лепиду, тогда как Италия оставалась в совместном управлении. Дальнейшая политическая борьба уже ведется между триумвирами. В 40 г. до н. э. в результате большого восстания в Италии против Октавиана, известного как Перузийская война, Октавиан установил фактический контроль над Италией, после чего по Брундизийскому договору (40 г. до н. э.) произошел новый раздел провинций, поставивший западные провинции под власть Октавиана, а восточные — под власть Антония. В 37 г. до н. э. триумвират был продлен на 5 лет. В 38-36 гг. до н. э. Октавиан вел войну против Секста Помпея, сына Помпея Магна, закончившуюся морскими победами при Милах и Навлохе (36 г. до н. э.) и занятием Сицилии Октавианом. В 33 г. до н. э. начинается война Октавиана и Антония, завершившаяся морской битвой при Акции (31 г. до н. э.), завоеванием римлянами Египта (30 г. до н. э.) и гибелью Антония и Клеопатры. После окончания гражданских войн начинается длительное единоличное правление Октавиана Августа (30 г. до н. э. — 14 г. н. э.), результатом которого было создание императорской власти, реорганизация управленческого аппарата, выразившаяся в сохранении и частичном изменении традиционных республиканских структур (сенат, народное собрание, магистратуры) и сочетании их с новыми структурами имперской власти (префекты, кураторы, прокураторы и др.). Прекращение гражданских войн, установление стабильной системы обороны, экономическая, политическая и религиозная стабилизация, улучшение финансовой деятельности государства и сбалансированная провинциальная политика, фактически продолжившая политику Цезаря, проводимую, однако, более осторожными и замедленными методами, массовое строительство городов и дорог привели к экономическому оживлению и выходу общества из длительного кризиса, что обеспечило расцвет Империи I-II вв. до н. э. Время Августа стало й временем значительного культурного подъема, проявившегося в техническом прогрессе, градостроительстве, расцвете культуры и искусства, особенно характерном для Италии, но охватившем и большинство провинций Римской державы. Политика Августа в отношении армии отмечена переходом от военной диктатуры к гражданскому обществу, что выразилось в массовом сокращении армии, невероятно увеличившейся во время гражданских войн (с 50-60 до 25 легионов), и постановке ее под гражданский контроль, а также — в усилении военной дисциплины. Вместе с тем армия при Августе остается достаточно сильной (около 300 000 человек) и более профессиональной; а более мирная (по сравнению с эпохой республики) внешняя политика отмечена значительными завоеваниями (завершение завоевания Галлии и Испании, завоевание Мезии, Паннонии и других дунайских провинций, военные походы в Германию и др.), значительно увеличившими территорию Империи. Сам Август, принимавший личное участие в гражданских и некоторых внешних войнах, не был, в отличие от Цезаря, крупным военачальником, будучи в большей степени крупным администратором и политиком гражданского стиля, тогда как реальное военное командование обычно осуществляли его военачальники (Агриппа, Тиберий, Германик и др.). Эти особенности отношения Августа с армией в известной мере отражены у Полиэна в нескольких характерных эпизодах, основанных на биографии Августа у Светония — § 1-5. Еще один рассказ Полиэна связан с военными действиями 42 г. до н. э. во время кампании Антония и Октавиана против Брута и Кассия. Из наиболее подробных монографических исследований об Августе см.: Машкин Н. А. Принципат Августа. М. — Л., 1949; Шифман И. Ш. Цезарь Август. Л., 1990; Межерицкий Я. Ю. Республиканская монархия: Метаморфозы идеологии и политики императора Августа. М., 1998.

1689

См.: Suet. Div. Aug., 24; R. g., 25; App. В. С, V, 131. Сообщение относится, вероятно, также и к расправам над побежденными после битв при Филиппах в 42 г. до н. э. (см.: Suet. Div. Aug., 16, 1-2; Plut. Brut., 50; 53; App. В. С, IV, 135-136; Dio., XL VII, 49) и после войны с Секстом Помпеем в 36 г. до н. э. (R. g., 25; App. В. С, V, 131; Dio., XLIX, 12). Впрочем, данных о проведении Августом именно децимации (т. е. казни каждого десятого воина) нет.

1690

Suet. Div. Aug., 24.

1691

См.: Suet. Div. Aug., 24.

1692

См.: Suet. Div. Aug., 25. Знаменитая фраза Августа «Festina lente» — «Поспешай медленно!»

1693

См.: Suet. Div. Aug., 25.

1694

Событие 42 г. до н. э. времени подготовки переправы армии триумвиров М. Антония и Октавиана в Македонию. Рассказ Полиэна короче подробного описания Аппиана. Согласно Аппиану, события происходили следующим образом. Триумвиры переправили в Македонию восемь легионов во главе с Децидием и Норбаном. Находясь в Ликии, Брут ожидал подхода Кассия из Ионии. Военачальник республиканцев Л. Стей Мурк, который должен был препятствовать соединению флота триумвиров с флотом царицы Египта Клеопатры, узнал, что последний был поврежден бурей. После этого он пытался атаковать Брундизий, где находился Антоний. После неудач Антоний вызвал на помощь Октавиана, действовавшего в это время в Сицилии против С. Помпея. С подходом Октавиана Мурк был вынужден отступить из-за угрозы окружения, после чего триумвиры смогли начать переправу. Отличие в рассказах Аппиана и Полиэна состоит в том, что описанные действия у второго автора совершал Октавиан, а у первого — Антоний, который не мог осуществить прорыв из-за действий Мурка, вынужденного отступить лишь при подходе Августа. У Полиэна Мурк назван Мурцием (Мобркюс). См.: App. В. С, IV, 82; 86-87.

1695

Ср.: App. Celt. frg. 7. Эпизод не совсем ясен, т. к. в других источниках, сообщающих об осаде галлами Рима в 390 г. до н. э., таких сведений нет. Наиболее подробно об этой осаде см.: Liv., V, 40-50. Вместе с тем сообщение Полиэна очень сходно с сообщением Ливия о походе галльского отряда на Ардею, где находилась часть римлян, которая вместе с Камиллом бежала туда после взятия Рима галлами во время обороны Капитолия (Liv., V, 44-50). Возможно, в рассказе Полиэна соединены сообщения об этом нападении (Ливии просто пишет о нападении римлян на спящих галлов) и сообщение о том, что римляне после осады Капитолия выплатили галлам 1000 фунтов золота, после чего назначенный диктатором Камилл, собрав рассеявшиеся римские отряды,, подошел к городу, аннулировал условия мира и вступил в сражение с галлами, вернув утраченный выкуп (Liv., V, 48-49). Можно отметить и отсутствие упоминания у других авторов такой детали, как открытые ворота на скале.

1696

Полиэн приводит версию об основании Рима, имеющую содержание, отличное от основной версии. О разных версиях относительно основателей города см.: Plut. Rom., 1-3. Полиэн, однако, достаточно осторожно не пишет об основании Ромой самого Рима. По одной из версий, Рома была дочерью Левкарии и Итала, сына Телефа, мифического родоначальника италийцев, или дочерью Геракла (Plut. Rom., 2); (ср.: Plut. Rom., 1; De virt. mul., 1; Quaest. Rom., 6; Dion. Hal., I, 72). Детальный разбор версий античных авторов и традиции об основании Рима в историографии см.: Маяк И. Л. Рим первых царей. С. 53-74.

1697

Гай (или Гней) Марций Кориолан — римский патриций, отличившийся в войне с вольсками и получивший почетное прозвище за мужество при взятии Кориол (494 г. до н. э.) (Liv., II, 33). В 491 г. до н. э. выступил против требования плебеев о снижении цен на хлеб, требуя взамен отмены народного трибуната. Ответом было привлечение к суду самого Кориолана по требованию трибунов и его бегство в условиях неизбежного осуждения даже несмотря на защиту со стороны патрициев. Будучи обвинен народными трибунами, бежал к вольскам и возглавил их поход на Рим. После бегства Кориолан был осужден заочно. Подробное описание событий содержится в биографии Плутарха, в изложении Ливия (II, 39-40) и Дионисия Галикарнасского (VIII, 48); см. также: Dio, frg., 18. Особенностью рассказа Полиэна является то, что он называет противниками Рима не вольсков, а этрусков, что отличается от основной традиции. Согласно Ливию, поход Кориолана приходится на 488/7 г. до н. э. Традиция о походе отражает как ранний этап борьбы патрициев и плебеев и попытку патрициев отменить учрежденный в 494 г. до н. э. народный трибунат, так и первое крупное столкновение римлян с горными племенами вольсков, которые на рубеже VIV вв. до н. э. спустились с Апеннинских гор на Латинскую равнину (область к югу от Альбанских гор и районы Велитр и Антия) на соединение с другим противником Рима, эквами. На протяжении всего V и первой половины IV вв. до н. э. вольски и эквы были одним из главных противников Рима. Биография Кориолана имеется у Плутарха.

1698

Греческое название полководца сгтростпуос; по-латински обозначалось dux или praetor. Какому наименованию военачальника у этрусков это соответствовало, неясно, возможно, zilach или purtna.

1699

Прообразом Семирамиды, видимо, является царица Шаммурамат, правившая в качестве регентши при своем сыне Адад—Нерари III (811-781 гг. до н. э.).

1700

Нин — легендарный ассирийский царь, считавшийся основателем Ниневии — древнего города Ассирии, ставшего столицей Ассирийского царства в правление Синаххериба (705-681 гг. до н. э.). Семирамида и Нин стали персонажами ассирийских и вавилонских легенд, собирательными образами и своего рода культурными героями Ассирии и Вавилонии. В греческой историографии традиция о Семирамиде начинается с Геродота и Ктесия, современника похода 10000, бывшего придворным врачом Артаксеркса II. Геродот о Нине не упоминает, и традиция о нем начинается также с Ктесия. Наиболее подробное в греческой историографии изложение традиции о Нине и Семирамиде имеется у Диодора (Diod., II, 1-20). Интересно, что в поздние эпохи Нин и Семирамида также считались основателями Вавилона (Veil., I, 6). Согласно Веллею Патеркулу, Нин и Семирамида жили за 2770 лет до его собственного времени (31 г. н. э.), т. е. в римское время начало Вавилонского (или Ассиро—Вавилонского) царства относили примерно к III тыс. до н. э., примерно к тому времени, к которому относят и списки правителей вавилонских городов (Бикерман Э. Хронология древнего мира. С. 77-80; 179-188). В Библии Вавилон впервые упоминается в связи с Нимродом, правнуком Ноя, а основателем Ниневии назван Ассур (Бытие, I, 10, 9-11; Паралипоменон, I, 1, 10). Иосиф Флавий пишет об Ассуре, сыне Сима, сына Ноя, который был основателем города Нина (Jos. Ant., I, 6, 4). С именем Семирамиды также связано создание «висячих садов» в Вавилоне, которые исследователи относят ко времени вавилонского царя Навуходоносора II (607-562 гг. до н. э.). В I в. до н. э. был также написан роман о владыках Ассирии, Нине и Семирамиде. См.: Pettinato G. Semiramide. Milan, 1985.

1701

В другой рукописи кодексов MP имеется вариант Гауущ. Возможно, под Инамамой имеется в виду Ганг. Ср.: Iomanes (Plin. NH, VI, 29).

1702

Саки — восточноиранские среднеазиатские племена, которые греки причисляли к скифам, жили вдоль течения Яксарта (Сыр—Дарья); согды — иранский народ, населявший междуречье Яксарта и Окса (Аму—Дарья). Восточная граница Ассирии достигала, впрочем, примерно границ современного Ирана, и, таким образом, в сообщении Полиэна скорее отразилась традиция о персидских завоеваниях. См.: Polyaen, VII, 11; 6 и прим. 55.

1703

Под четырьмя морями, вероятно, имеются в виду Черное море, Персидский залив, Средиземное и Каспийское моря. Историческую основу имеет и сообщение о победе над сирийцами, т. к. в правление Шаммурамат и Адад—Нерари III ассирийцы вернули практически потерянную в это время Сирию и удержали державу от распада.

1704

Известны несколько царевен с этим именем — мать Дария I и бабушка Ксеркса; дочь Артаксеркса II Мнемона и дочь парфянского царя Митридата I (ок. 170-139 гг. до н. э.) и сестра Фраата II (ок. 139-129 гг. до н. э.); см.: App. Syr., 67, 68; Just., XXXVIII, 7, 9; 9, 3). Вероятно, речь идет о парфянской царевне. Также см.: Anon. De muí. virt., 8 и прим. 17.

1705

«после того, как победит восставших» — букв.: «если не одержит победу над восставшими».

1706

Томирис — царица иранского кочевого племени массагетов, населявших области Закаспия и Приаралья в районе Аму—Дарьи, с именем которой связаны поход создателя персидской державы Кира II против массагетов и его гибель. Наиболее подробно поход описан у Геродота (см.: Hdt., I, 201 sqq.). См. также: Ctes. Pers., 6-9; Diod., II, 44; Just., I, 8, 2; III, 37, 3; Anon. De virt. Muí., 12 и прим. 23 (в настоящем издании).

1707

Завоевание Египта персами — 525 г. до н. э. Легенда о рождении Камбиза от брака Кира с египетской царевной Нитетис была создана, чтобы придать законный характер персидскому завоеванию Египта. Речь идет о последних представителях Саисской династии: Априи (589-570 гг. до н. э.), Амасисе (570-526 гг. до н. э.) и Псамметихе III (526-525 гг. до н.’э.).

1708

«поверив» — букв.: «был убежден».

1709

Постумий — предводитель латинов, упоминается в связи с войнами Ромула. Интересно, что Ливии об этой истории не упоминает. См.: Plut. Rom., 29; Camiti., 33. О Ромуле см.: Polyaen., VIII, 3 прим. 9.

1710

Легенду о Клелии также передают Вергилий, Ювенал и Флор (Verg., Aen., VIII, 654; luven. Sat., VIII, 265; Flor., I, 10, 7). События датируются, согласно традиции, 507 г. до н. э. См.: Liv., II, 13; Dion. Hal., V, 32; Plut. Pubi., 19; De virt. mul., 14. О Порсене см.: Polyaen., VIII, 8 прим. 30.

1711

Греческое στρατηγική можно понимать как «воинственная», однако обычно это означает «искусная в командовании войском, стратегическая», что в данном случае непонятно, т. к. Порция в военных действиях не участвовала. Как уже отмечалось, термин сттратпуос в римском словоупотреблении обозначал претора. Порция была дочерью Марка Порция Катона Утического, последней магистратурой которого была претура (54 г. до н. э.). Брут также был преторием (44 г. до н. э.). Видимо, в этом смысле и можно понимать слово («дочь», возможно, «жена претора»), хотя в отношении женщин обозначение ранга редко. На ранг отца, возможно, указывает γενομένη («рожденная»).

1712

Историю дочери Катона Утического и жены Брута Порции Полиэн рассказывает в соответствии с сообщением Плутарха (Brut., 53). Имеется также упоминание у Аппиана (В. С, IV, 135) и Диона Кассия (XLIV, 13). Вероятно, сообщение восходит к Николаю Дамасскому. Событие относится к 42 г. до н. э., времени после сражения при Филиппах.

1713

Спартанские цари Клеомен I (520-490 гг. до н. э.) и Демарат (ок. 515-491 гг. до н. э.). Речь идет о событиях 494 г. до н. э., связанных с борьбой спартанцев против аргивян. См. также: Polyaen., I, 14 и прим. 94. Также см.: Paus., II, 20, 8; Plut. De virt. muí., 4.

1714

Месяц гермий в классическом афинском календаре отсутствовал. Встречается в Эпидаврском календаре как четвертый месяц года (январь — февраль). Год у афинян начинался с гекатомбеона (июль-август), в этолийском календаре гермий был седьмым месяцем — соответственно — март — апрель. См.: Бикерман Э. Хронология древнего мира. С. 16-17.

1715

Речь идет о спартанском царе Феопомпе (VIII в. до н. э.), авторе поправки к ретре Ликурга и современнике I Мессенской войны. Подробнее см.: Fiehn. Theopompos. 3 // RE. 2 R… Bd. V (1934). Sp. 2173.

1716

Феней — город в Аркадии, позднее — Фония, недалеко от Тегеи.

1717

В стратегеме рассказывается история войны спартанцев с аркадским городом Тегеей (в юго-восточной Аркадии). Предположительная датировкаVIII в. до н. э.

1718

Нелей — отец знаменитого Нестора, царя Пилоса, участника Троянской войны. Считался родоначальником царской династии Нелеидов, правивших в Милете с древнейших времен до конца VIII в. до н. э. О падении царской власти подробный рассказ передают Николай Дамасский (frg., 52-53 FHG. Т. III) и мифограф Конон (Con. Narr., 38; Phot. Bibl., 186, 139b-140a). Павсаний сообщает, что в Милете показывали могилу Нелея (Paus., VII, 2, 6). Если понимать под «сыновьями Нелея» пилосцев, то речь в данном пассаже идет о столкновении между выходцами из двух различных государств, принявших участие в заселении Милета. Первую волну переселенцев в Милет составили жители Пилоса, вторую — ионийцы; Веллей Патеркул называет предводителем ионийских эмигрантов самого Иона — мифического родоначальника этого греческого племени (Veil. II, 4). Полиэн, таким образом, рассказывает о слиянии пилосцев и ионийцев в единую общину (ср.: Plut. De virt. muí., 16; Aristaenet. Epist., I, 15; подробнее см.: Борухович В. Г. Архаический Милет (проблемы социально-политической истории) / / Проблемы политической истории античного общества. Л., 1985. С. 9-11, 16). Однако в «сыновьях Нелея» можно увидеть и представителей правящего рода Нелеидов, и понимать войну как гражданскую, как столкновение между старой аристократией и нарождающейся новой (А. Б. Егоров, А. П. Кулакова).

1719

Миунт — город возле Милета вблизи от устья Меандра.

1720

Эрифры — город на Ионийском побережьи Анатолии. западнее Смирны, напротив Хиоса.

1721

Дать этому событию какую-либо определенную хронологическую привязку не представляется возможным: вся ранняя история Ионии заполнена постоянными локальными конфликтами, причем отношения войны и союза между ионийскими полисами не были стабильны. Войны с Наксосом представляли довольно стабильное направление во внешней политике Милета: именно неудачный поход милетян против Наксоса стал прологом греко-персидских войн (Hdt., V, 28). Отношения же милетян с Эрифрами были довольно изменчивы. Так, Геродот (I, 18) говорит, что во время войны между Милетом и лидийским царем Алиаттом (конец VII — начало VI вв. до н. э.) поддержку милетянам оказали только хиосцы в благодарность за помощь, оказанную некогда Милетом Хиосу в войне с Эрифрами. У Полиэна же жители Эрифр выступают в качестве союзников милетян. Таким образом, сообщение Полиэна можно отнести либо к VI в. до н. э., либо к гораздо более раннему времени — начальному периоду существования ионийских поселений (X-VIII вв. до н. э.). Сообщение Полиэна наряду с сообщениями Парфения (Narrât, amat., 9) и Плутарха (De virt. muí., 17) является основным наиболее подробным сообщением об этом событии (А. П. Кулакова).

1722

Лампсак — город в Мизии у Геллеспонта, основан в 654 г. до н. э. О правлении Фокса в Лампсаке см. также упоминание Аристотеля (Polit., V, 10).

1723

«задумала его отравить» — букв.: «злоумышляла ядами (лекарствами, зельями)».

1724

«чтобы муж ее любил» — букв.: «чтобы иметь любящего ее мужа».

1725

«любовному напитку» — греч. φίλτον — слово имеет довольно широкий диапазон значений: «любовный напиток, колдовство, чары».

1726

Согласно Плутарху (De virt. muí., 19), Аретафила была женой именитого киренца Федима, после казни которого Никократ взял ее себе в жены. После убийства Никократа Лаандр (Леандр) стал сам править как тиран. Тогда Аретафила, пользовавшаяся влиянием на правителя, вовлекла его в войну с ливийцами, в которой тиран был взят в плен и передан киренцам. Последние зашили его в мешок и бросили в море. После этого Аретафила, отказавшись стоять у руля власти, стала заниматься женскими делами. Указание Плутарха на времена Митридата (Митридата VI Евпатора) позволяет датировать события. Они происходили в период между 96 г. до н. э. (передача Риму Кирены по завещанию Птолемея Апиона) и 74 г. до н. э. (превращение Кирены в римскую провинцию). Г. Берве датирует тиранию братьев 93-92 гг. до н. э. или, по другому предположению, между 88 и 81 гг. до н. э. (Берве Г. Тираны Греции / Пер с нем. Ростов-на-Дону, 1997. С. 532).

1727

Галатия — область в центральной части Малой Азии в районе Анкиры. Жители Галатии делились на три кельтских племени: трокмов, толистоагов (толистобогов) и тектосагов. Правителей Галатии греки обычно именовали тетрархами.

1728

Синорикс — тетрарх кельтского племени толистоагов, жившего в области Пессинунта, возможно — отец Дейотара, создавшего в 64-39 гг. до н. э. сильное Галатское царство и бывшего современником Цезаря и Августа. В одной из надписей отец Дейотара назван Домориксом (CIA, III, 544). См.: Plut. De virt. muí., 20.

1729

Артемида — имеется в виду Кибела (Великая Мать богов), почитаемая в Малой Азии, центром культа которой был Пессинунт во Фригии.

1730

По сообщению Плутарха (De virt. muí., 24; Alex., 12), это было в начале сражения при Херонее (338 г. до н. э.), когда македоняне отступали. Эпизод не совсем ясен. По другим источникам ход сражения таков. Войско греков на правом фланге имело фиванский Священный отряд, на левом находились афиняне, в центре — остальные греки. В армии македонян правым флангом командовал Филипп II, а левым — царевич Александр. Александр атаковал фиванцев, а Филипп отступал перед афинянами. Когда Александр победил (или побеждал) на своем фланге, Филипп тоже перешел в наступление. Союзники были разбиты (Diod., XVI, 86; Front. Strat., II, 1, 9; Polyaen, IV, 2, 2). Согласно другой стратегеме Полиэна (IV, 2, 2), подобное восклицание принадлежало афинянину Стратоклу. Возможно, эпизод, описываемый Полиэном в рассматриваемой стратегеме, произошел в начале битвы на правом фланге союзников. Источник аналогичного сообщения Плутарха — Аристобул (Plut. Non posse sua vit., 10).

1731

События 335 г. до н. э., связанные с взятием Фив Александром Македонским. См.: Plut. De virt. muí., 24.

1732

Батт, сын Аркесилая, — Батт II. Сыном Эриксо был Батт III Хромой (середина VI в. до н. э.); см.: Hdt., IV, 160-161; Nie. Dam. frg. 52; Plut. De virt. mul., 25). Возможно, события связаны со значительным протоком переселенцев, гражданскими междоусобицами и борьбой за ограничение персидской власти. В этой связи может находиться и приглашение Демонакта, деление населения Кирены на три филы, стремление новых переселенцев обрести права, одинаковые с потомками первых колонистов, усиление роли народного собрания (Arist. Pol., IV, 3, 9; V, 2, 9-10) и ограничение монархии, восстановление «отеческого строя». См.: Яйленко В. П. Архаическая Греция / / Античная Греция (проблемы развития полиса). T. I. М., 1983. С. 177-180. См. также: Polyaen., IV, 3, 8; VIII, 47.

1733

«чтобы произошла свадьба» — букв.: «чтобы произошло начало брака».

1734

«одну комнату» — букв.: «некую комнату, спальню».

1735

Пифей — богатый лидиец, жил в первой половине V в. до н. э. (см.: Hdt., VII, 27-29; 38-39).

1736

См.: Plut. De virt. mul., 25.

1737

Интересно начало стратегемы: «Когда ионийские колонисты, прибыв в Азию,…» — букв.: «Когда ионийское переселение дошло до Азии».

1738

По другим версиям, Эрифры были основаны критянами. Об этом городе см. Polyaen., VIII, 36 и прим. 167.

1739

Кодриды — потомки Кодра, последнего царя Афин, согласно преданию, правившего в конце XII в. до н. э. (см.: Veil., I, 2), сыновьями которого были Медонт и Нелей. Согласно Страбону, Кноп был незаконным сыном Кодра (Strab., XIV, 1, 1). О Кодре также см.: Polyaen, I, 18 и прим. 107.

1740

Энодия — эпитет Гекаты. Кроме функций божества подземного царства, луны и покровительницы колдовства, Геката считалась богиней дорог и особенно — перекрестков, в этом качестве имея эпитет Энодия (от ένόδιος — «придорожный, находящийся у дороги»).

1741

Рассказ Полиэна о Хрисамене дает сведения о предании об основании Эрифр (см. также: Polyaen., VIII, 36 и прим. 168). Согласно традиции, которой следует Полиэн, Эрифры были основаны ионийцами (Strab., XIV, 1, 1; Veil., I, 2), причем основателем называют их родоначальника Иона. По сообщению Веллея Патеркула, ионийцы основали Эрифры, выйдя из Афин. Имеются также версии об основании города критянами. Наконец, согласно Страбону, основателем Эрифр был сам Кноп.

1742

Применение Полиэном слова πολις («город, город-государство, гражданская община») по отношению к Фессалии звучит непривычно.

1743

Легенда о Поликлее дает одну из версий похода Гераклидов, завоевания Фессалии и появления названия области. По наиболее распространенной версии, герой-эпоним Фессал был предводителем мирмидонян и феспротов, пришедших в долину Пенея спустя 50 лет после Троянской войны (Троянская война по хронологии Эратосфена — 1193-1183 гг. до н. э. Hdt., VIII, 176; Thuc, I, 2, 3; 13, 3; Veil., I, 3; Plin. NH, IV, 28). По сообщению Аполлодора и Страбона (Apollod. Myth. Bibl. Epit., VI, 156; Strab., IX, 5, 3), Фессалия получила название от Антифа, сына Фессала и внука Геракла, который назвал ее в честь своего отца. Согласно этим авторам, Антиф напал на пеласгов, населявших эту область, выйдя из Феспротских Эфир. Наконец, имеется версия, идущая от Гомера (П., II, 677), что Фессал был сыном Геракла и Халкиопы (Астиохи) и царем острова Коса (ср.: Diod., V, 54). В версии Полиэна при сохранении основной идеи предания о происхождении Фессала от Геракла, оно относится к более позднему поколению Гераклидов. Коренное население, именуемое в традиции пеласгами, названо у него беотийцами, возможно, по причине их эолийского происхождения (эолийцы уже находились здесь примерно с начала II тыс. до н. э.).

1744

Фраза «знает любой из эллинов» — букв.: «никто из эллинов не не знает» может указывать на то, что версия была достаточно хорошо известна. Это подчеркивается и началом следующего предложения — букв.: «была же», «конечно была».

1745

Имя героини Λέαινα — «Львица».

1746

Пропилеи — парадный вход на Акрополь, построенный архитектором Мнесиклом в 437-431 гг. до н. э. На самом Акрополе было воздвигнуто скульптурное изображение Гармодия и Аристогитона (скульптор конца VI в. до н. э. Антенор). Подробно о статуе см.: Сидорова Н. А. Греческое искусство / / Античная Греция. Т. 2. М., 1983. С. 330-331. После захвата Афин персами в 480 г. до н. э. статуя была унесена в качестве трофея и восстановлена Критием и Несиотом.

1747

Полиэн дает версию заговора против сыновей афинского тирана Писистрата (560-527 гг. до н. э.), Гиппия и Гиппарха в 514 г. до н. э., несколько отличающуюся от версий Геродота и Аристотеля, не упоминающих о Леэне. Согласно основной традиции, младший сын Гиппарх (иногда речь идет о третьем сыне Фессале) был убит афинскими аристократами Гармодием и Аристогитоном во время торжественной процессии, а заговорщики были схвачены и казнены. Подробную подборку источников о заговоре против Писистратидов см.: Аристотель. Афинская политая: Государственное устройство афинян / Пер. прим. С. И. Радцига. M., 19372. Сообщение Полиэна может быть интересным дополнением к традиции или попыткой объяснить изображение на Акрополе.

1748

Короткая тирания Фрикодема в Эанфие в Локриде Озольской существовала незадолго до 373 г. до н. э. и была уничтожена самими гражданами (Diod., XV, 48, 1).

1749

Гелика — город в Ахайе недалеко от Эгиона. Strab., VIII, 7, 2; Boite. Helike // RE. Bd. XIII. (1927). Sp. 1202.

1750

Знаменитый храм Посейдона Геликония, особо почитаемый ионийцами (Paus., VII, 24, 5).

1751

Гемиолия — преимущественно гребное судно с полуторным рядом весел, обычно употребляемое пиратами.

1752

Акарнания — западная прибрежная область центральной Греции между Амбракийским (совр. Артрийский) и Коринфским заливами, омываемая Ионическим морем. Фрикодем воевал с морскими разбойниками, а через них — с акарнанцами.

1753

«произошло землетрясение» — букв.: «когда сотряслась земля».

1754

«они сочли» — букв.: «было сочтено, угодно».

1755

Аркесилай III — сын Ватта III Хромого, царь Кирены (даты правления: ранее 525 — после 522 гг. до н. э.).

1756

Барка — греческий город, находящийся вблизи от Кирены. Исправление И. Мельбера: Βαρκαίων, в рукописи F: βαρβάρων — «варваров».

1757

«от ужаса» — букв.: «в соответствии с ужасом, соответственно с ужасом».

1758

Рассказанный Полиэном эпизод связан с подчинением Кирены Камбизу после завоевания им Египта в 525 г. до н. э. Подробное изложение событий см.: Hdt., IV, 162-167.

1759

События 310 г. до н. э. Имеется в виду захват Кипра Птолемеем I Сотером, основателем династии Птолемеев, во время его борьбы против Антигона Одноглазого и его сына Деметрия. В 311 г. до н. э. борющиеся за наследство Александра диадохи — Антигон, Птолемей, Лисимах и Кассандр — заключили мирный договор, разделивший державу Александра. По этому договору Антигон получал власть над азиатскими владениями Александра, Птолемей — над Египтом, Лисимах — над Фракией, а Кассандр — господство над Македонией до совершеннолетия сына Александра и Роксаны. Мир также гарантировал свободу греческих государств и стал важным этапом в фактическом и правовом оформлении раздела державы Александра. Несколько позже к договору присоединился Селевк, получивший области к востоку от Евфрата. Впрочем, уже в 310 г. до н. э. начались военные действия между Антигоном и Птолемеем в Эгеиде и на малоазийском побережье. По сообщению Диодора (XX, 21), царь кипрского города Пафоса Никокл заключил союз с Антигоном, что вызвало вторжение армии Птолемея во главе с Аргеем и Калликратом. Дальнейшее изложение Полиэна полностью совпадает с сообщением Диодора. По мнению некоторых исследователей, речь идет о царе Саламина Никокреонте, который ранее, в 315 г. до н. э., встал на сторону Птолемея и был его главным союзником среди кипрских правителей. См.: Дройзен И. Г. История эллинизма / Пер. с фр. Т. 2. СПб., 1997. С. 188, 348, прим. 12 (также подробно рассмотрена политическая система раннеэллинистического Кипра и традиция о Никокле).

1760

События 272 г. до н. э., связанные с последними военными кампаниями Пирра Эпирского в Пелопоннесе. См.: Plut. Pyrrh., 27; Just., XXV, 4, 6.

1761

В рукописи «Клеада» (Κλεάδα), корректура — Κλεομένους, «Клеомена».

1762

Антиох — Антиох II Теос, правитель Селевкидского царства с 261 по 246 гг. до н. э. (Polyaen., IV, 16 и прим. 242), его сын Селевк — Селевк II Каллиник (правил с 246 по 225 гг. до н. э. см.: Polyaen., IV, 9, 6 и прим. 211). Антиох и Лаодика были детьми Антиоха I Сотера (281-261 гг. до н. э.; см.: Polyaen., IV, 15 и прим. 239) и внуками основателя Селевкидского царства Селевка I Никатора.

1763

Птолемей — Птолемей II Филадельф (282-246 гг. до н. э.). См.: Polyaen., IV, 15 и прим. 240.

1764

«маленького сына» — букв.: «неговорящего».

1765

«рожденный» — греч. ύποτρεφόμενον — букв.: «взращенный, вскормленный», с оттенком «взращенный внутри (себя)», «тайно взращенный».

1766

Ср.: Just., XXVII, 1. Речь идет о событиях III Сирийской войны («Войны Лаодики» — 246-241 гг. до н. э.). В 253 г. до н. э. закончилась II Сирийская война (260-253 гг. до н. э.). В 252 г. до н. э. Антиох II женился на Беренике, дочери Птолемея II, и развелся с первой женой, Лаодикой, что стало причиной новой опасной войны. После смерти Антиоха II в 246 г. до н. э. по завещанию наследником был оставлен старший сын Лаодики, Селевк II. Береника, защищая права сына, нашла союзника в брате, Птолемее III Эвергете (246-222 гг. до н. э.). В результате конфликта между сторонниками Береники и Лаодики (которому и посвящен рассказ Полиэна) Береника и ее сын были убиты в Антиохии, после чего Птолемей с армией вторгся в Переднюю Азию, дойдя до Евфрата. Хотя завоевания в Передней Азии были вскоре потеряны (начало 245 г. до н. э.), по миру 241 г. до н. э. Птолемей получил Селевкию в Пиерии и ряд территорий во Фракии, а в державе Селевкидов начался внешне- и внутриполитический кризис (см.: Bengtson Н. Griechische Geschichte. S. 397-398). Об успехах Птолемея III см. также OGIS I, 54 («Надпись из Адулиса». О надписи см.: Источниковедение Древней Греции (эпоха эллинизма). М., 1982. С. 175. М., 1982. С. 175). Сам Птолемей III был женат на другой Беренике, дочери киренского правителя Мага (см.: Polyaen., II, 28 и прим. 179), с которой связана легенда о волосах Береники, чему посвящены стихи Каллимаха и Катулла.

1767

«предался персам» — греч. μηδίζω — специальный глагол, фигурировавший даже в юридическом обиходе, означавший предательство и приверженность персам, которых греки часто называли мидийцами. См.: Graf D. Medism: The Origin and Significance of the Term // JHS. Vol. 104. 1984. P. 15-30.

1768

Афина Меднодомная — один из образов богини Афины, особенно почитаемый в Спарте. О культе Афины в Спарте см.: Dummler F. Athena / / RE. Bd. II (1896). Sp. 1985.

1769

Спартанский регент Павсаний командовал объединенной греческой армией в битве при Платеях в 479 г. до н. э. Был отстранен от власти в 467-466 гг. до н. э. по обвинению в тайных сношениях с персами и подстрекательствах к восстанию илотов. О гибели Павсания см.: Hdt., I, 134, 1-3; Diod., XI, 45 — у Диодора есть упоминание о матери Павсания; Thuc, I, 134, 4; Nep., 5. Подробный обзор политической деятельности Павсания, источников и историографии см.: Строгецкий В. М. Политическая борьба в Спарте в 70е годы V в. до н. э. (дело Павсания) // Проблемы античной государственности. Л., 1982. С. 60-85; особенно — С. 75-79. Автор датирует гибель Павсания временем от 472 до 467-466 гг. до н. э., скорее склоняясь к последней дате. См.: Diod., XI, 45; Nep., 6.

1770

Деидамия — дочь Эакида, царя Эпира, сестра Пирра. Была помолвлена с Деметрием Полиоркетом (Diod., XIX, 35, 5; Plut. Demetr., 25; 30, 53; Pyrrh., 4; Just., XIV, 6, 3).

1771

Милон — возможно, стратег Пирра, воевавший с ним в Италии см.: Just., XXV, 3, 6; Plut. Pyrrh., 33fí.

1772

αίτίαν έχων — может означать как «виновный», так и «обвиненный».

1773

Полиэн приводит стих Еврипида (Orest., 1587).

1774

Артемисия — царица главного города Карий Галикарнасса, находившегося под властью персов. Будучи союзником персидского царя Ксеркса, участвовала в походе на Грецию в 480 г. до н. э., когда карийский флот под началом Артемисии входил в состав персидского флота. В § 1, 2, 3 и 5 речь идет об участии Артемисии в морском сражении у Саламина (см.: Hdt., VIII, 87-88). В § 4 речь идет о другой Артемисии, жене карийского правителя Мавсола, правившей после его смерти (353-350 гг. до н. э.). См. также: Anón. De virt. Muí., 13 и прим. 24; Weil R. Artèmise, ou le monde à l’envers / / Recueil Plassart. Paris, 1976. P. 215-224.

1775

Эпибаты — воины, сражавшиеся на судах.

1776

Эпизод был связан с битвой при Саламине в 480 г. до н. э., в котором Артемисия, будучи царицей Галикарнасса, участвовала на стороне персов. См.: Hdt., VIII, 87.

1777

Дамасифим — царь города Калинда на границе Карий.

1778

Факт также связан с битвой при Саламине. См.: Hdt., VIII, 87; ср.: Anon. De mulier. virt., 13.

1779

Вероятно, также связано с Саламинской битвой. Ср. с § 1, где о событии говорится как о единичном факте.

1780

Латм — городок около Милета, позднее — Гераклея «под Латмом» (Strab., XIV, 1, 8; ср.: Polyaen., VII, 23, 2).

1781

Речь идет о другой Артемисии, жене и сестре правителя Карий Мавсола, правившей после его смерти. Событие датируется 353-350 гг. до н. э. С именем этой Артемисии связано завершение строительства усыпальницы Мавсола, Мавзолея, начатое еще при его жизни, а также — ораторское состязание, в котором участвовал историк Феопомп. Ср.: Polyaen., VII, 23, 2 и прим. 102.

1782

Έν τώ καιρώ — «в обстоятельствах, при удобном случае, в надлежащее время». Может означать просто «во время».

1783

См.: Hdt., VIII, 88; Just., II, 12.

1784

Династ Дардана Зенид правил частью Троады, находясь под юрисдикцией персидского сатрапа Геллеспонтийской Фригии Фарнабаза. После его смерти его жена, ставшая с согласия сатрапа правительницей, захватила с греческими наемниками несколько греческих городов, однако была убита в 399 г. до н. э. своим зятем Мидием. См.: Берве Г. Тираны Греции. С. 384.

1785

Дардан — город в Троаде у подножия горы Ида. Жители Дардана считались потомками троянцев. Дарданский союз городов, видимо, появляется во времена Александра Македонского, однако сообщение Полиэна указывает на наличие сходного союза уже на рубеже V-IV вв. до н. э., когда Мания подчинила себе окрестные города.

1786

«имея союзником Фарнабаза» — букв.: «пользуясь союзником (союзом) Фарнабаза».

1787

Событие относится к 399 г. до н. э. См.: Xen. Hell., III, 1, 10 sqq.; ср.: Polyaen., II, 6 и прим. 114-116.

1788

Меоты — автохтонные земледельческие племена, жившие на восточном берегу Азовского (в древности — Меотийского) моря к северу от Кубани.

1789

Синды — племена, проживавшие по побережью Меотиды к югу от Кубани, часть меотов, по крайней мере, родственны им (например, см.: Крушкол Ю. С. К вопросу об этногенезе синдов / / Античное общество. Труды конференции по изучению проблем античности. М., 1967. С. 156-161)7

1790

Иксоматы (иксибаты, язаматы) — сарматское племя на восточном берегу Меотиды. Об этом этносе см.: Виноградов В. Б. Сарматы Северного Кавказа. Грозный, 1963. С. 144-145; ср.: Каменецкий И. С. О язаматах / / Проблемы скифской археологии. М., 1971. С. 165-170 (считает их меотами).

1791

Вероятно, Тиргатао носила боевой пояс с металлическим набором (Устинова В. А. К вопросу о присоединении Синдики к Боспорскому царству // ВДИ. 1966. № 4. С. 132; ср.: Черненко 6. В. Сюфсью бойов 1 пояси // Археолопя. № 16. 1964. С. 27 слл.).

1792

Придание о Тиргатао представляет собой уникальную информацию Полиэна. Возможно, автор передает местную версию предания, которую мог узнать во время войн с языгами. Сообщение отражает наступление боспорцев на Синдику в начале IV в. до н. э. В стратегеме упоминается Сатир I, царь Боспора (403/2-390/389 гг. до н. э.), отец Левкона I. Сюжет рассказа можно представить таким образом. Гекатей, местный правитель Синдики, был лишен власти, по-видимому, антибоспорскими силами, но был восстановлен Сатиром, давшим ему в жены свою дочь для закрепления союза. Однако прежняя жена Гекатея Тиргатао подняла восстание и стала опустошать набегами Синдику и владения боспорцев. Следы разорений городищ этого времени обнаружены и археологически. По свидетельству Диодора (XII, 36, 1), борьба за Синдику кончилась в пользу Боспора. Поскольку наследником Сатира был Левкои, то упоминаемый Полиэном Горгипп в качестве боспорского царя, по-видимому, правил в азиатской части Боспора, а после его смерти всю власть принял Левкон, который окончательно подчинил синдов. По мнению М. И. Ростовцева, эти события относятся к более позднему времени, после 284 г. до н. э., времени активного наступления сарматов. Однако большинство современных исследователей не придерживаются этой точки зрения (Ростовцев М. И. Амага и Тиргатао // 300. Т. XXXII. 1915. С. 58-77; Устинова В. А. К вопросу о присоединении Синдики С. 128-136; ср.: Анфимова Н. В. Меоты и их взаимоотношения с Боспором в эпоху Спартокидов / / Античное общество. Труды конференции по изучению проблем античности. М., 1967. С. 129-130).

1793

События, излагаемые Полиэном в связи с преданием об Амаге (от древнеиранского amäkä (ж. р.) — «сильная», «могущая»), вероятно, датируются временем около 179 г. до н. э. Место начального действия — территория царства Медосакка — М. И. Ростовцев (Амаге и Тиргатао. С. 58) определяет как область между Днепром и рекой Молочной. Исследователи связывают события с общим мирным соглашением 179 г. до н. э., завершившим войну понтийского царя Фарнака I с его малоазийскими соседями, Эвменом II Пергамским, Прусием II Вифинским и Ариаратом IV Каппадокийским (Polyb., XXV, 2), в которое были также включены припонтийские полисы Гераклея Понтийская, Месембрия и Херсонес Таврический. В это же время заключаются договоры Фарнака I с Херсонесом Таврическим и Одессом (IOSPE. I, 402; IGBR. I, 40), показывающие также и опасения херсонеситов перед наступлением варваров. В договоре также упоминается вождь сарматов Гатал, что показывает попытку использовать сарматов против наступающих скифов (Доманский Я. В., Фролов Э. Д. Основные этапы развития межполисных отношений в Средиземноморье в дорийскую эпоху (VIIII вв. до н. э.) / / Античное общество. Проблемы политической истории. СПб., 1997. С. 184-186; ср.: Пальцева Л. А. Херсонес Таврический в V-I вв. до н. э. Л., 1988. С. 29).

1794

Арсиноя — Арсиноя II Филадельфия, дочь Птолемея I Сотера (323-283 гг. до н. э.).

1795

Селевк — Селевк I Никатор, основатель державы Селевкидов (см.: Polyaen, IV, 9 и прим. 203).

1796

Гипасписты — отборные пехотные части в армии Александра Македонского, диадохов и эпигонов. В армии Александра имелись две категории тяжеловооруженной пехоты — фалангиты и гипасписты, а также — организованные позднее отборные части аргираспидов («серебряные щиты»). См.: Milns R. D. The Hypaspistes of Alexander III — Some Problems // Historia. Bd. 20. 1971. Hf. 2-3. P. 186-195; Hammond N. G. L. The Various Guards of Philip II and Alexander III / / Historia. Bd. 40. 1991. Hf. 4. P. 396-397.

1797

События, описанные Полиэном, вероятно, произошли сразу после сражения при Курупедионе между Селевком и Лисимахом (281 г. до н. э.), в котором погиб Лисимах (Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. 2. СПб., 1997. С. 297-299, 300, 304). Из Эфеса Арсиноя бежала в Кассандрию, а затем, после захвата города Птолемеем Керавном — в Египет, к своему брату Птолемею II Филадельфу.

1798

Кратесиполида — вдова Александра Эпирского.

1799

Акрокоринф — цитадель Коринфа.

1800

События связаны с военными действиями между Птолемеем I Сотером и Антигоном и его сыном Деметрием Полиоркетом (см.: Polyaen., IV, 7 и прим. 172). После возобновления военных действий в 310 г. до н. э. (см. прим. 206 к VIII, 48), в 309 г. до н. э. Птолемей неудачно осаждал Галикарнасс, а в 308 г. до н. э. высадился в Греции у Коринфского перешейка и занял находившиеся в руках Кратесиполиды Коринф и Сикион, поставив в них гарнизоны. Помимо действий против Антигона, эта операция была направлена против Кассандра, устранившего сына Александра и Роксаны (Александра IV) (310 г. до н. э.) и стремившегося к контролю над Грецией. Подробности захвата Коринфа сообщает только Полиэн, тогда как Диодор сообщает только о самом факте (см.: Diod., XX, 37).

1801

Вероятно, местное предание (Plut. Arat., 32). Событие относится к 241 г. до н. э., к победе стратега ахейцев Арата над этолийцами при Пеллене (город в Ахайе). История с жрицей Афины также интересно ассоциируется с историей захвата власти Писистратом, рассказанной Аристотелем в «Афинской политии» (Arist. Athen, pol., 19).

1802

Кинна — другой вариант имени: Кинана, Киннана (Diod., XIX, 62). Киннана была дочерью Филиппа II Македонского, отца Александра, от иллириянки Авдаты. Сражение с иллирийцами относится к 344/3 г. до н. э. После смерти Александра (323 г. до н. э.) царем был выбран Филипп III Арридей, который должен был править совместно с будущим ребенком Роксаны от Александра, если он будет мальчиком. Перидикка, в должности хилиарха, получил надзор за Азией, Антипатр был стратегом Европы, а Кратеру как хранителю царства поручалось командование армией в Азии. В это время Киннана предложила руку своей дочери Эвридики Филиппу Арридею. Будучи во враждебных отношениях как с Антипатром, так и с Пердиккой, который поддерживал сестру Александра, Клеопатру, Киннана с небольшим войском вышла из Македонии к берегам Стримона, где ее пытался задержать Антипатр. Она прорвала линию обороны и затем переправила войско через Геллеспонт, после чего Пердикка направил против нее армию во главе со своим братом Алкетой. При встрече войск она была убита по приказу Алкеты в 322 г. до н. э. Гибель Киннаны вызвала недовольство македонян, которое удалось успокоить только браком Эвридики и Арридея. Они правили вместе вплоть до их гибели в борьбе с Олимпиадой, матерью Александра (316 г. до н. э.). Киннана впоследствии была похорэнена Кассандрой на родовом кладбище Аргеадов в окрестностях Эг. Наряду с Диодором (XIX, 52) Полиэн является основным сохранившимся источником по данному сюжету, отразившим борьбу за власть между различными ветвями македонского правящего дома. См.: Дройзен И. Г. История эллинизма. Т. 2. С. 46-47; Bengtson H. Griechische Geschichte. S. 360-363; Berve H. Das Alexanderreich aus prosopographischer Grundlage. Bd. II. München, 1926. S. 229.

1803

«их царице» — букв.: «царствующей над ними».

1804

Имеется в виду Аминта, сын Пердикки III (365-359 гг. до н. э.). Пердикка III, брат Филиппа II, в 359 г. до н. э. пал в битве с иллирийцами, после чего Филипп остался в качестве опекуна своего племянника Аминты, а затем, в 357/6 гг. до н. э., сам был избран царем македонским народным собранием (Polyaen., IV, 10 и прим. 212). Его следует отличать от Пердикки, ставшего регентом после смерти Александра и бывшего одним из диадохов. Аминта был убит в 336 г. до н. э. по приказу Александра как один из претендентов на македонский престол.

1805

«не стала пытаться вторично выходить замуж» — букв.: «не выдержала (не потерпела) испытывать замужество дважды». Видимо, не считая никого другого знатнее себя и Аминты.

1806

Селевк II Каллиник (246-225 гг. до н. э.) — правитель Селевкидского царства. Подробнее о нем см.: Polyaen., IV, 9, 6 и прим. 211.

1807

Поражение при Анкире от галатов — 239 г. до н. э. Ср.: Athen., XIII, 593е.

1808

События 65 г. н. э., связанные с так называемым заговором Пизона против Нерона. Эпихарида была выдана Волузием Прокулом, офицером Мизенского флота, которого она пыталась вовлечь в заговор. Версия Полиэна отличается от версии Тацита, который сообщает, что Нерон не установил связей знаменитого философа с заговорщиками и воспользовался заговором для того, чтобы с ним расправиться (Tac. Ann., XV, 60). Дион Кассий называет Сенеку в числе злоумышленников (Xiph., 170). Светоний также ничего не сообщает о причастности Сенеки к заговору (Suet. Nero, 35). В заговоре участвовали родственники и друзья философа (Сенецион и поэт Лукан), его имя также называли на допросах, возможно, некоторые заговорщики хотели сделать его императором (Tac. Ann., XV, 56, 65). Подробно о заговоре Пизона см.: Tac. Ann., XV, 48-67; Suet. Nero, 35). Примечательно, что Тацит, кстати, не упоминающий о связи между Эпихаридой и Мелой и сообщающий, что Эпихарида стала участницей заговора «неясно, каким образом» (incertum, quonam modo sciscitata — Tac. Ann., XV, 51), отмечает ее мужество, контрастирующее с поведением большинства заговорщиков, и то, что она умерла, никого не выдав (Tac. Ann., XV, 57).

1809

Плутарх объясняет причину безумия заражением воздуха. Действительно, климат южноионийских городов, располагавшихся на берегах Меандра, нельзя назвать здоровым (Plut. De virt. muí., 11; ср.: Aul. Gell., XV, 10). Активная илообразующая деятельность этой крупной реки привела к тому, что руины Милета, в античный период лежавшего на морском побережье, сегодня находятся почти в двадцати километрах от моря. Современная дельта Меандра представляет собой заболоченную местность, лишенную постоянного населения из-за нездорового климата (Roebuck С. Ionian Trade and Colonization. New York, 1959. P. 10-11; Bean G. Aegean Turkey. An Archaeological Guide. London, 1966. P. 218-220). Однако процесс заболачивания начался еще в древности: Приену, бывшую изначально приморским городом, иловые отложения Меандра превратили в поселение, удаленное от моря (Strab., XII, 8, 17), а жители Миунта в конце концов оказались вынуждены покинуть свой город и переселиться в Милет, после того как морской залив, на берегу которого располагался Миунт, превратился в болото, «из которого поднялась туча комаров» (Paus., VI, 5, 2). (А. П. Кулакова)

1810

Мелос — остров в юго-западной части Кикладского архипелага.

1811

«на груди платье» — греч. τούς κολπούς — грудные складки на платье, выпуклость на груди от подпоясанного платья.

1812

События, вероятно, связаны с ионийской колонизацией XIX вв. до н. э. (традиционная датировка) и, видимо, примерно совпадают с основанием основных ионийских городов в Малой Азии. Прослеживается явная ассоциация с историей, рассказанной Геродотом о македонянах и персах (Hat., V, 22). Сведения Полиэна — достаточно интересная информация, вероятно, опирающаяся на местные источники. У Плутарха говорится, что карийцы сначала предоставили место для поселения мелосцев, а позже составили заговор. Упоминается и имя девушки — Кафена (Plut. De virt. muí., 7).

1813

«непримиримый» — греч. άσπονδος — не допускающий никакого перемирия, не допускающий договора. Наиболее жесткая форма войны в греческом праве.

1814

События относятся к битве у Клеон близ Гиамполя (480е гг. до н. э.). Плутарх (De virt. muí., 2) упоминает и некоторые другие подробности. Сначала свести девушек в лес предложил фокейский архонт Даифант, а уже затем женщины утвердили это решение. После поражения передового отряда фокейцы решаются на отчаянную битву, в которой пехотой командовал Даифант, а конницей — амброзиец Рой. Жены, дети и сокровища во время битвы находились, по сообщению Павсания (X, 1, 5-7), на костре под охраной 30 мужчин. От этого события пошло выражение «фокейское отчаяние». События войны см.: Hdt., VIII, 27-28; Paus., X, 13; Polyaen., VI, 18 и прим. 98.

1815

Об Эрифрах см. прим. 167 к VIII, 36.

1816

Время события не совсем ясно, но, возможно, сообщение Полиэна также является частью предания об ионийской колонизации. Согласно Плутарху, Левконея была совместной колонией эрифрейцев с хиосцами, отнятой у коронейцев (Plut. De virt. muí., 11). В любом случае событие предшествовало персидскому завоеванию Хиоса в 547 г. до н. э. См. также: Plut. De virt. muí., 3.

1817

Χλαίνα — хлена — архаический плащ типа гиматия, состоявший из четырехугольного куска ткани (Aristot. frg., 500 Rose).

1818

Γύμνοί — «обнаженные», также имеет значение «быть незащищенным, безоружным».

1819

Вероятно, здесь игра слов, построенная на созвучии τό ξυστον («древко копья, копье») и ξυστίς (длинное парадное платье). Слово χιτών, обычно обозначающее нательную одежду, уже у Гомера использовалось в значении «панцирь».

1820

Вероятно, событие связано с восстанием фасосцев в 464-462 гг. до н. э., подавленным Кимоном. Рассказ Полиэна ассоциируется с рассказом об обороне Карфагена в 149-146 гг. до н. э. (App. Lib., 93; Strab., XVII, 3, 15; Oros., IV, 23, 4).

1821

События связаны с гибелью Пирра во время уличных боев в Аргосе в 272 г. до н. э. После оставления Италии в 275 г. до н. э. Пирр вернулся в Эпир и начал борьбу против занявшего македонский престол в 278 г. до н. э. Антигона Гоната, в 274 г. до н. э. он на время добился успеха в Македонии, а в 273 г. до н. э. выступил против Спарты, а затем — Аргоса, бывших союзниками Антигона. Ср.: Plut. Pyrrh., 34; Paus., I, 1, 37; Just., XXV, 5, 1; также см.: Polyaen., VI, 6 и прим. 45. Подробнее о ситуации в Пелопоннесе во время похода Пирра см.: Сизов С. К. Тирании в Пелопоннесе в эллинистическое время (279-229 гг. до н. э.) / / Социальная борьба и политическая идеология в античном мире. Л., 1989. С. 78-80.

1822

Акарнанцы — жители Акарнании, области в центральной Греции между Амбракийским (совр. Артрийский) и Коринфским заливами, в большинстве своем входившие в состав Этолийского союза.

1823

Эпизод не совсем ясен. Возможно, речь идет о событиях 211 г. до н. э. (Liv., XXVI, 24-26), происходивших во время I Македонской войны (215-205 гг. до н. э.) между Римом и его греческими союзниками и македонским царем Филиппом V и его союзниками. В 211 г. до н. э. этолийцы поддерживали римлян, а этолийский стратег Скопас готовился к войне с отпавшими от союза акарнанцами. Согласно Ливию (XXVI, 25, 9-17), массовое воодушевление акарнанцев и мобилизация ими всех их сил, а также — подход Филиппа V заставили этолийцев отступить. Возможно, также, что описание Полиэна связано с общей традицией о постоянных грабежах этолийцев. См.: Мищенко Ф. Г. Федеративная Эллада и Полибий // Полибий. Всеобщая история. Т. 1. СПб., 1994. С. 74-75, 86.

1824

Ликоп — этолиец, предводитель киренцев в войне с Птолемеем. Похоже, что, кроме Полиэна, упоминаний о нем нет. См.: Obst. Lycopas // RE. Bd. XIII (1927). Sp. 2313.

1825

«руководство всеми делами» — греч. προστασία τών κοινών — термин, имеющий также и юридическое значение, означающее общее руководство (попечение) всеми (общими) делами. Термин применялся по отношению к римским императорам.

1826

Событие довольно сложно датировать. Независимость Кирены была признана Птолемеем II после 274 г. до н. э. с воцарением Мага Киренского. В 246 г. до н. э. Птолемей III женился на его дочери Беренике. События могли произойти после этого времени при Птолемее III или, скорее, при Птолемее IV (221-204 гг. до н. э.) с началом ослабления Египта и египетских восстаний. Возможно, речь идет о восстании 221 г. до н. э. (Polyb., V, 50). Не исключены также ассоциации с периодом правления Птолемея VIII Эвергета Фискона (145-116 гг. до н. э.). См.: Laronde A. Cyrène et la Libye hellénistique. Paris, 1987. P. 204; 487. Г. Берве (Тираны Греции. С. 531) датирует это событие 163/2 г. до н. э.

1827

Минин — потомки аргонавтов, изгнанные пеласгами с Лесбоса. Они высадились на Тайгете и после переговоров со спартанцами были приняты в общину последних, распределены по филам и получили земельные наделы, при этом выдав своих женщин замуж за спартанцев и взяв себе в жены спартиаток. Позднее за стремление к царской власти миниев решили казнить и посадили в тюрьму. Их жены, спартанки, придя к мужьям на свидание, поменялись с ними одеждой и тем самым спасли их от казни (Hdt., IV, 145-146; ср.: Polyaen., VII, 49 и прим. 171-177).

1828

Ктесий Книдский — один из основных наших источников легенды об ассирийской царице Семирамиде. Ктесий в 415/4-398/7 гг. до н. э. был в плену у персов, во время которого он исполнял обязанности придворного врача царя Артаксеркса II Мнемона (Пьянков И. В. Средняя Азия в известиях античного историка Ктесия. Душанбе, 1975. С. 11). Основным произведением Ктесия была недошедшая до нас «Персика» в 23 книгах. В первых шести книгах речь шла о доахеменидском периоде истории Передней Азии, об Ассирии и Мидии, откуда и взят данный фрагмент.

1829

В рукописи — Σιμόεντος Хеерен, согласно Диодору (ΙΙ, 4, 6), справедливо исправляет чтение на Σίμμα όντος.

1830

Согласно греческой традиции, легенда о Семирамиде выглядит следующим образом. Царь Нин в течение 17 лет покорил все земли от Средиземного моря до Индии. Он построил новую столицу, назвав ее в свою честь Ниневией. Семирамида была дочерью сирийской богини Деркето, наполовину женщины, наполовину рыбы. Мать, устыдившись рожденной ею от простого смертного, бросила дочь в каменистую и пустынную местность около Асколона. Затем ее кормили голубки крошками, а позднее нашел и воспитал царский пастух Симма, у которого не было детей и который назвал ее «Семирамидой», что «посирийски» значит «голубка» (Diod, II, 4, 6). Ее взял в жены сирийский правитель и первенствующий в царском совете Оннес. У них было двое детей, Гиапат и Гидасп. Семирамида, прибыв к своему мужу, находящемуся в походе и осаждавшему с Нином Бактры, вместе с воинами взобралась на плохо охраняемый акрополь врага и тем самым заставила бактрийцев сдаться. Нин, пораженный ее отвагой, взял ее в жены, а бывший муж с горя покончил с собой. У них родился сын Ниний. После смерти Нина Семирамида приняла власть. Она предприняла обширную строительную деятельность, выстроила новую столицу Вавилон со стенами, храмом Бела (Мардука), мостами и висящими садами, ставшими у греков одним из семи чудес света. Она покорила Египет, Эфиопию и Ливию, но была разбита индийцами. Ниний, недовольный тем, что его лишили царского престола, составил против нее заговор. Узнав о последнем, Семирамида добровольно передала власть сыну, а сама, превратившись в голубку, улетела. С тех пор у ассирийцев голубку почитают как бога (см.: НаЧ., I, 184; Юша., II, 1, 4-20, 5; БггаЬ., II, 1, 31; Tzetz. Chiliad., IX, 502-604; XII, 907-933). Подробнее о легенде см.: Садаев Д. Ч. История древней Ассирии. М., 1979. С. 91-93; Дандамаева М. М. Легенда о трех ассирийских владыках / / ВДИ. 1995. № 4. С 15-16. (абзац) Образ легендарной Семирамиды, как полагает М. М. Дандамаева, был сформирован в греческой среде логографами (Дандамаева М. М. Легенда… С. 14-33). Он практически ничего не имеет общего со своим историческим прототипом, ассирийской царицей Саммурамат, женой Шамши—Адада V, по-видимому, правившей пять лет в качестве ренгиши при своем малолетнем сыне Ададнерари III (810-783 гг. до н. э.). В этот период основными направлениями внешней политики Ассирии были сиро-палестинское, индийское, урартское и вавилонское. Если походы Шамши—Адада в Левант были успешны (805-802 гг. до н. э.), то на северном направлении, в связи с усилением Урарту, положение было менее благоприятным. Тут Урарту постепенно теснило позиции Ассирии. Походы на мидян были более успешны. В целом Ассирия находилась на пороге внутри- и внешнеполитического кризиса первой половины VIII в. до н. э.

1831

Отметим, что мидяне у анонима названы персами. Обычно, наоборот, мидянами античные авторы называли персов эпохи Ахеменидов, позднее парфян и Сасанидов. См.: Пьянков И. В. Средняя Азия… С. 184.

1832

В рукописи τού Άγγαίου, исправление Хеерена.

1833

События относятся ко времени правления мидийского царя Киаксара (625-585 гг. до н. э.), во время которого покоренные парфяне отложились от мидян и передали свою область и столицу сакам. Другие перипетии этой войны кратко сообщаются в пересказе Диодором (II, 34, 1-5) «Персики» Ктесия. Произошло множество битв, после которых был заключен мир, согласно которому сохранялся status quo, но бывшие противники отныне становились друзьями и союзниками. Диодор (II, 32, 3-5) также отдельно излагает историю царицы саков Зарины, которая покорила окрестные народы, а после смерти ей поставили пирамиду с золотой статуей на вершине, оказывая почести большие, нежели предкам. История мидийского полководца Стриангея и Зарины не упомянута Диодором, но она упоминается в других источниках. Так, ритор I в. н. э. Деметрий (De eloc, 213) сообщает, что Стриангей сбросил в схватке молодую сакскую женщину (= Зарину) с коня и, пораженный ее красотой, дал ей возможность спастись. Стриангей полюбил царицу. После заключения мира и гибели ее мужа, получив отказ, не мог долее жить и покончил с собой, написав упрекающее письмо Зарине (ср.: Nic. Damasc. frg., 12 (FHG. Vol. III. P. 364-365); Tzetz. Chiliad., XII, 895-898). Подробнее об эпохе см.: Дьяконов И. М. История Мидии от древнейших времен до конца IV в. до н. э. М. — Л., 1956. С. 316-322. Впрочем, в этой монографии эпизод с Зариной и Стриангеем не упоминается.

1834

Данный пассаж вкратце пересказывает информацию «Истории» Геродота (II, 100), полученную им от египетских жрецов. У «Отца истории» мы можем найти некоторые подробности: брат Нитокрис был фараоном, а пир она устроила по поводу открытия того покоя, который и был залит водой. Согласно царскому списку египетского жреца и историка Манефона (III в. до н. э.), царица Никотрида правила в конце VI династии (2423-2263 гг. до н. э.). В Туринском папирусе (frg. 43) находим, что после краткого правления фараона Меренра II на престоле находилась царица Никотрида (Нитакра). При VI династии усиливается номовая знать, и после времени ее правления единый Египет распадается, наступает Первый переходный период. Если в пассаже нашего автора есть историческое зерно, то оно, по-видимому, относится к периоду борьбы царской власти с сепаратными тенденциями египетских номархов. В египетских источниках, как отмечает М. Пипер, этой легенды о царице не сохранилось (Pieper M. Nitokris 2 / / RE. Hbbd. 33 (1936). Sp. 773-774). Подробней о событиях этого периода см.: Перепелкин Ю. Я. Старое царство // История древнего Востока / Под ред. Г. М. Бонгард—Левина. T. I. Ч. 2. М., 1988. С. 374-377.

1835

Пассаж резюмируют три главы из рассказа Геродота (I, 185-187) о царице Нитокрис, матери последнего царя Вавилона Лабинета (= Набониду), царство которого захватил Кир II. Вероятно, прототипом Нитокрис являлась мать Набонида (556-539 гг. до н. э.) Аддагуни, которая была жрицей бога Луны Сина в Харране, затем, после захвата этого города мидянами (609 г. до н. э.), она с сыном бежала в Вавилон. Аддагуни пользовалась большим влиянием на сына. Согласно Геродоту, строительные мероприятия проводились царицей с целью затруднить проникновение в страну все более усилившихся мидян (= персам). Широкая строительная деятельность в Вавилоне, приписанная Нитокрис, на самом деле производилась еще во время Навуходоносора II (605-562 гг. до н. э.). Подробнее см.: Дандамаев М. А., Виноградов И. В. Нововавилонская держава и поздний Египет / / История древнего мира. Кн. 2. M., 19893. С. 117-120; Дандамаева М. М. Легенда… С. 23; Rolling W. Nitokris von Babylon // Beiträge zur Alten Geschichte und deken Nachleben: Festschrigt für Franz Altheim zum 6. 10. 1968 / Hrg. von R. Stiehl, H. E. Stier. Bd. I. Berlin, 1969. C. 128-135..

1836

По сообщению «Отца истории» (Hdt., I, 187) гробница царицы находилась над воротами города. Тут была надпись, рекомендующая вавилонским царям воспользоваться при нужде средствами, находящимися в гробнице. Дарий I мог войти в гробницу, после того как он захватил восставший Вавилон в 522 г. до н. э. Однако, вскрыв гробницу, он, по словам Геродота (I, 187), обнаружил тут надпись: «Если бы ты не был столь жадным, то не разорял бы гробниц покойников» (перевод Г. А. Стратановского). Дж. Диллери предполагает, что история о гробнице Нитокрис была рассказана халдеями Геродоту, а он обработал ее исходя из своих представлений об иранских религиозных взглядах; в целом пассаж, по мнению исследователя, неисторичен (Dillery J. Darius and the Tomb of Nitocris (Hrd. 1. 183)) // CP. Vol. 87. 1992. P. 30-38.

1837

Опять эпитомирование Геродота (VI, 52), приводящего спартанский вариант предания о происхождении власти двух царей в Лакедемоне. Дорийцы пришли в Лаконику при Аристодеме, праправнуке Геракла, который и стал первым царем Спарты. Супруга царя, Аргея, праправнучка Полиника, родила ему двух сыновей-близнецов, Еврисфена и Прокла. Вскоре после их рождения царь занемог и умер. Вдова не назвала, кто из сыновей старший, желая, чтобы они оба царствовали. Находясь в растерянности, спартанцы отправили послов в Дельфы вопросить пифию, что делать. Бог повелел им поставить царем обоих, но старшему оказывать большие почести. По совету мессенца Панита, с целью узнать, кто из новорожденных старший, спартанцы подсмотрели, кого из младенцев царица обмывала и кормила первым, он и оказался старшим (Еврисфен). Согласно же общегреческой традиции Аристодем погиб еще до прихода в Пелопоннес (Paus., III, 1, 6; сюжет см.: Apollod. Bibl., II, 8, 2-4; Paus., III, 1, 5-9; IV, 3, 3-6). По имени сына Еврисфена Агиса был назван один спартанский царский род Агиады, а от внука Прокла Еврипонта другой род получил наименования Еврипонтиды (Paus., III, 2, 1; 7, 1). Согласно античной традиции, дорийцы пришли в Пелопоннес в 1104/3 г. до н. э. Однако, судя по современным данным, спартанское государство оформилось лишь к концу IX в. до н. э. О происхождении и функциях царской власти в Спарте см.: Шмидт Р. В. Спарта. Беотия. Фессалия. Крит / / История древнего мира. T. II. Древняя Греция. Ч. I. М., 1936. С. 227.

1838

Тимей (возможно, 345/340-260 гг. до н. э.) происходил из сицилийского города Тавромений, но прожил большую часть жизни в Афинах. Он являлся одним из наиболее известных греческих историков, основной несохранившийся труд которого в 38 книгах был посвящен истории Сицилии. См.: Кошеленко Г. А. Греция и Македония эллинистической эпохи / / Источниковедение Древней Греции (эпоха эллинизма) / Под ред. В. И. Кузищина. М., 1982. С. 69-70.

1839

У Тимея, хорошо знавшего финикийский материал, впервые встречается легенда о Дидоне. Элисса, дочь тирийского царя, бежав из родного города вместе со своими сторонниками, основала в Ливии Карфаген — «Карт—Хадашт» (Новый город). Существуют две даты основания Карфагена 814/3 и 825-823 гг. до н. э. Первая дата принадлежит Тимею, а вторая — Менандру Эфесскому, сведения которого были основаны на тирийских хрониках (Jos. Contra Ар., 1, 18; ср.: Just., XVIII, 6, 9; Solin., 27, 10; Serv. ad Verg. Aen., I, 12). Ю. Б. Циркин так объясняет расхождения в датах: в 825 г. до н. э. Дидона бежала из Тира, через два года она прибыла на место и основала город; 814/3 гг. до н. э. — год гибели Дидоны и установления республики или же год освящения храма (Циркин Ю. Б. Карфаген и его культура. М., 1987. С. 25-26). Ливийское имя Дидона (Δειδώ) встречается на монетах и мозаике. Поскольку царь ливийцев и граждане принуждали Дидону выйти замуж, то она, под предлогом проведения жертвоприношений, бросилась в костер. Катон в речи к сенату (Solili., 27, 10) называет и имя ливийского царя — Япон (Iapon). Вергилиева версия новеллы о Дидоне и Энее встречается лишь позднее у Гней Невия (III в. до н. э.). Подробнее см.: Rossbach О. Dido // RE. Bd. V (1903). Sp. 426-433.

1840

В рукописи — Литтуса (Λύττουσα), исправление текста Штурца.

1841

Гелланик из Мителены на Лесбосе (V в. до н. э.) — последний представитель логографов, написавший многочисленные сочинения. Нам известны свыше 30 наименований его произведений, мифологических, этнографических и летописных.

1842

Атосса — легендарная царица, придумавшая использование евнухов и гадание по книгам. Сопоставить эту правительницу с другими персонажами истории представляет значительные трудности. Так звали покровительницу Зороастра, жену и сестру царя Виштаспы; отцом ее был Аурватаспа, который, согласно поздним персидским легендам, правил в Балхе. Однако она не наделена никакими воинственными чертами. Климент Александрийский указывает на Атоссу как на царицу персов (FGrH. Ti. I. 1923. № 4. F. 17b. S. 149). Этим же именем звалась дочь Кира, супруга Дария I и мать Ксеркса, которая обладала большим влиянием при дворе (Hdt., VII, 3). Иногда древние сопоставляли Атоссу с Семирамидой, как это делал автор рубежа эр Конон (FGrH. Tl. I. 1923. № 26. F. 1. IX. S. 193). См.: Gauer F. Atossa 4 // RE. Bd. II. Hbbd. 4 (1896). Sp. 2134; Дандамаева M. M. Легенда… С. 20-22.

1843

Эсхин (первая половина IV в. до н. э.) — сын колбасника Лисания из аттического дема Сфетта (Plat. Apolog., ЗЗе; Diog. Laert, II, 60). Он был учеником Сократа и написал семь диалогов, посвященных сократовской философии (Diog. Laert., И, 61). Подробнее см.: Natorp. Aischines 14 // RE. Bd. I (1894). Sp. 1048-1050.

1844

Легендарный персонаж с персидским именем. Родогуну в греческом искусстве обычно изображали с наполовину причесанной головой. Филострат (Imag., II, 5) описывает картину, где представлена Родогуна, царица персов, рядом со своей лошадью после победы над восставшими армянами. Ее сложно сопоставить с другими известными нам персидскими женщинами с этим именем, в частности, с матерью Дария I (Suid., Harpacr. s. v. Ροδογούνη). Сообщение Полиэна об этой правительнице (VIII, 27) несколько отличается в деталях от пассажа анонима. Так, у автора «Стратегем» волосы царица не заплетала, а мыла. См.: ’Plaumann. Ροδογούνη) / / RE. 2 R. Hbbd. 1 (1914). Sp. 956-957.

1845

Как указывает А. Румпф, данный фрагмент единственный сохранившийся от творчества Ксенофила, историка периода эллинизма. См.: Rumpf A. Xenophilos 7 // RE. 2 R. Bd. IX. Hbbd. 18 (1967). Sp. 1566-1567.

1846

Отцом Алиатта и дедом Креза был, как указывает Геродот (I, 16), лидийский царь Садиатт. Даты правления Алиатта, согласно Геродоту (Hdt., I, 16; 26-25), 617-560 гг. до н. э. При этом царе Лидия достигла наивысшего могущества: он изгнал киммерийцев из Анатолии (Polyaen., VII, 2, 1), установил границу с мидянами по реке Галис, подчинил Смирну, однако неудачно воевал с греками из Клазомен и Милета. О перемене в характере Алиатта говорит и Николай Дамасский (frg., 64. FHG. Vol. III. P. 396): «Алиатт, сын Садиатта, царь лидийцев, пока он был молодым, был заносчивым и необузданным, но, став мужчиной, — благоразумнейшим и справедливейшим». См.: Meyer Е. Alyattes / / RE. Bd. I. Hbbd. 2 (1894). Sp. 1707-1708.

1847

Феретима — жена Ватта III Хромого, мать Аркесилая III (ранее 533 — после 522 гг. до н. э.), царей из правящего в Кирене рода Баттиадов. Геродот также подробно рассказывает о борьбе аристократии и монархии в Кирене во второй половине VI в. до н. э. (Hdt., IV, 162-167; 200-205). При Аркесилае III в Кирене возникли внутренние смуты, в результате которых царь бежал в соседний город Барку, где и был убит своими политическими противниками. Феретима в это время занимала в Кирене почетное положение и даже заседала в совете. Узнав о гибели сына в Барке, она прибыла в Египет и получила военные силы от сатрапа Арианда. В это время в Кирене царем стал ее внук Батт IV Красивый. Войско Арианда взяло Барку штурмом после семимесячной осады (ок. 515 г. до н. э.; см.: Polyaen., VII, 34). Главные виновники убийства Аркесилая были казнены, а остальные, кроме невиновных в убийстве, обращены в рабство и угнаны в Египет. Возвращаясь, персы предприняли неудачную попытку захватить Кирену, после чего ушли в Египет. Феретима прибыла туда же. Менекл сообщает некоторые подробности о репрессиях, которые проводила Феретима по отношению к своим политическим противникам. Ср.: Polyaen., VIII, 47. См.: Chamoux F. Cyrène sous la monarchie des Battiades. Paris, 1952. P. 144-168.

1848

Менекл (вторая половина II в. до н. э.) — историк из Барки, автор «Ливийских историй», рассказывающих о событиях в Киренаике и в Кирене, от ее основания. См.: Hanslik. Menekles 1 // RE. Bd. XV. Hbbd. 29 (1931). Sp. 796.

1849

Автор составил данный пассаж исходя из исторической традиции, а не по какому-то конкретному источнику. Фаргелия — гетера из Милета, известная за ум и красоту (первая четверть V в. до н. э.). Она завязывала отношения с влиятельными греками и привлекала их на сторону персов. Фаргелия, по преданию, была четырнадцать раз замужем, одним из мужей которой был правитель Фессалии Антиох. Фессалия была на стороне персов во время похода Ксеркса на Грецию (480-479 гг. до н. э.). Фаргелию, по преданию, убил один аргивянин, ранее посаженный ею в тюрьму. Для жены Перикла, Аспазии, она была образцом для подражания (Plut. Perici., 24). См.: Athen., XIII, 608 f; Philost. Epist., 73; Hesych., Suid., Phot. s. v. Θαργηλία; также см.: Fiehn. Thargelia 2 // RE. 2R. Bd. V. Hbbd. 11 (1934). Sp. 1304.

1850

Опять эпитомирование нашим автором рассказа Геродота, на сей раз рассказа о смерти Кира II Великого (Hdt., I, 205-214). Повествование «Отца истории» более подробно. Кир предложил вдове массагетского царя, царице Томирис, выйти за него замуж, но она отказала. При постройке персами мостов через Аму—Дарью Томирис прислала послов и предложила Киру войну «по правилам»: не мешать противнику переправляться через реку. Царица, по соглашению, отступила от реки. Кир переправился, прошел вперед на один переход, а затем, оставив лагерь и часть воинов, отступил. Часть войска массагетов, захватив лагерь и наевшись и опьянев от захваченных яств и питья, улеглась спать. Ночью явились персы и всех перебили или взяли в плен. Среди пленных был и сын Томирис Спаргапис. Царица предложила Киру отпустить сына и уйти, в противном случае она обещала напоить его ненасытность кровью, но он не обратил внимания на эту угрозу. В плену царевич покончил с собой. После этого массагеты перешли в наступление и разбили в сражении персидское войско. Почти все персы пали и среди них Кир. Царица велела отыскать труп Кира, отрубить ему голову и бросить ее в мех, наполненный человеческой кровью, в исполнение своего обещания напоить его кровью в отмщение за сына (ср.: Lucian. Charon., 13; Polyaen., VII, 28). (абзац) Кир II (558-530 гг. до н. э.), создатель державы Ахеменидов, покорив Среднюю Азию, решил обезопасить свою империю от набегов кочевников, подчинив область массагетов между Каспийским и Аральским морями. Он перешел на правый берег Аму—Дарьи, тогда как массагеты отступили. Во время генерального сражения массагеты использовали тактику ложного отступления, заманив персов в теснину, а затем, повернув фронт, неожиданно атаковали (Front. Strat., II, 5, 5; Just., I, 8, 10-11; Oros., III, 7, 4-5; Jord. Get., 61-62; ср.: с мнением о том, что скифы побеждают бегством: Plat. Laches, 191a-b; Plut. Crass., 24; Pompon. Porfyrion. Schol. ad Horat. Carm., I, 35, 9; Schol. ad Ael. Arist., 46; Lyban. Epist., 192). Кир потерпел поражение в сражении в начале августа 530 г. до н. э. (см.: Пьянков И. В. К вопросу о маршруте похода Кира II на массагетов / / ВДИ. 1964. № 3. С. 115-130). Однако, по другой, возможно персидской, версии о гибели Кира, передаваемой Ктесием (Phot. Bibl., 72, 37а), царь был ранен в печень индийцем в битве персов с дербиками — народом на юго-восточном побережье Каспийского моря — и союзниками последних, индийцами, и умер на третий день. Тело царя было выкуплено у противников. Кир прожил 70 лет, процарствовав 29 из них (Hdt., I, 214; Cicer. De divin., I, 23,. 46). Подробнее см.: Дандамаев М. А. Политическая история ахеменидской державы. М., 1985. С. 53-54.

1851

И снова пересказ двух пассажей Геродота (VII, 99; VIII, 88). Артемисия, дочь и наследница тирана Галикарнасса Лигдамида, привела в армию Ксеркса (480 г. до н. э.) пять кораблей из своего города. Кроме того, она командовала кораблями с подвластных ей соседних островов Коса, Нисироса и Калидны. Не понятно, почему автор считает, что она воевала против персов. Именно так следует понимать выражение анонима έπεστράτευσε τώ Πέρση (о необычности данного словоупотребления см.: Gera D. Warrior Women. The Anonymous Tractatus de Mulieribus. Leiden, 1997. P. 206, n. 7). Из рассказа Геродота нельзя сделать такой вывод. Вероятно, в более поздней традиции уже Артемисия сражалась при Саламине (480 г. до н. э.) то за греков, то за персов (Polyaen., VIH, 53, 1; 3). По более древней традиции, передаваемой Геродотом, Артемисия проявила доблесть в Саламинском сражении (Hdt., VII, 99; Plut. Them., 14; Paus., III, 11, 3; Tzetz. Chiliad., XII, 955-964). Так, согласно Геродоту (VIII, 88), Ксеркс, увидев с возвышения, как сражается Артемисия, восклицает: «Мужчины стали у меня женщинами, а женщины — мужчинами» (ср.: Polyaen., VIII, 53, 5). Греки даже назначили за поимку Артемисии награду (Hdt., VIII, 93). Финикийских навархов, которые жаловались на вредные действия ионян при Саламине, царь казнил (Hdt., VIII, 90). Факт преподнесения значимых подарков финикийцам и Артемисии Геродот не упоминает (ср.: Hdt., IV, 162). Полиэн (VIII, 53, 2), со своей стороны, упоминает, что лишь наварху флота царь послал нити и веретено. См. Stengel. Artemisia 2 // RE. Bd. II. Hbbd. 4 (1896). Sp. 1441; Munson R. V Artemisia in Herodotus // Classical Antiquty. Vol. 7. 1988. № 1. P. 98-102 Gera D. Warrior Women. P. 205-218.

1852

Сделать общественным достоянием. Ср.: Nie. Damasc. frg., 10’ (FHG. Vol. III).

1853

Число в рукописи пропущено (Хеерен).

1854

Аноним является единственным нашим информантом об Ономарис Источник его сведений неизвестен. Как считает Д. Джера, имя автора просто попало в лакуну или же пассаж написан, согласно устной традиции (Gera D. Warrior Women. P. 219). Однако на это нет никаких указаний в тексте, и он, скорее всего, составлен по какому-то письменному источнику. Женщина у кельтов занимала высокое положение и, очевидно, Ономарис пользовалась большим влиянием на соплеменников, возможно, будучи жрицей (ср.: Polyaen., VII, 50). Также не ясно, о переходе через какую часть Дуная (Истра) идет речь. Ведь уже Геродот (II, 33; IV, 49) знает, что Истр течет с далекого запада, из страны кельтов (ср.: Tac. Germ., 1). Как отмечает Ю. К. Колосовская, кельты подошли к Дунаю около 400 г. до н. э., первое же нападение кельтов на иллирийцев ардиев (запад Боснии и Герцоговины) произошло примерно в 360 г. до н. э. (Колосовская Ю. К. Кельты, иллирийцы, фракийцы на Дунае в V-I вв. (до н. э.) / / История Европы. Т. I. М., 1988. С. 504), а на автариатов — около 350 г. до н. э. (Тачева М. История на българските земли в древността. Ч. 2. София, 1987. С. 247). Д. Джера предполагает, что речь, в частности, идет о скордисках (Gera D. Warrior Women. P. 219). Отметим, что текст указывает на неурожай как на причину переселения кельтов. Подробнее см.: Gera D. Warrior Women. P. 219-224.

Content

Полиэн
Стратегемы

Полиэн и его стратегемы

Греческий писатель в Римском мире

Полиэн: проблемы биографии и творчества

Римская империя эпохи Антонинов и Парфянская война 161-166 гг.

Литературная среда. Вторая софистика

Проблемы жанра стратегем: историография, биография или коллекция примеров?

«Стратегемы»: тема и композиция

«Стратегемы»: подход к источникам

Концепция «Стратегем» и стратегема Полиэна

Античная военная теория «Стратегемы» Полиэна

Книга Первая

1. Дионис

2. Пан

3. Геракл

4. Тесей

5. Демофонт

6. Кресфонт

7. Кипсел

8. Элний

9. Темен

10. Прокл

11. Акуэс

12. Фессал

13. Менелай

14. Клеомен

15. Полидор

16. Ликург

17. Тиртей

18. Кодр

19. Меланф

20. Солон

21. Писистрат

22. Аристогитон

23. Поликрат

24. Гистией

25. Питтак

26. Биант

27. Гелон

28. Ферон

29. Гиерон

30. Фемистокл

31. Аристид

32. Леонид

33. Леотихид

34. Кимон

35. Миронид

36. Перикл

37. Клеон

38. Брасид

39. Никий

40. Алкивиад

41. Архидам

42. Гилипп

43. Гермократ

44. Этеоник

45. Лисандр

46. Агис

47. Фрасил

48. Конон

49. Ксенофонт

Книга Вторая

1. Агесилай

2. Клеарх

3. Эпаминонд

4. Пелопид

5. Горгид

6. Деркилид

7. Алкет

8. Арксилаид

9. Исид

10. Клеандрид

11. Фаракид

12. Деифонт

13. Еврипонт

14. Эфоры

15. Гипподамант

16. Гастрон

17. Мегаклид

18. Гармост

19. Фиброн

20. Демарат

21. Гериппид

22. Исхолай

23. Мнасиппид

24. Анталкид

25. Агесиполид

26. Сфенипп

27. Калликратид

28. Маг

29. Клеоним

30. Клеарх

31. Аристомен Лакедемонянин

32. Киней

33. Гегеторид

34. Диний

35. Никон

36. Диойт

37. Тисамен

38. Ономарх

Книга Третья

1. Демосфен

2. Пахет

3. Толмид

4. Формион

5. Клисфен

6. Фриних

7. Лахар

8. Архин

9. Ификрат

10. Тимофей

11. Хабрий

12. Фокион

13. Харес

14. Харидем

15. Деметрий Фалерский

16. Филокл

Книга Четвертая

1. Аргей

2. Филипп

3. Александр

4. Антипатр

5. Парменион

6. Антигон

7. Деметрий

8. Эвмен

9. Селевк

10. Пердикка

11. Кассандр

12. Лисимах

13. Кратер

14. Полисперхонт

15. Антиох, сын Селевка

16. Антиох, сын Антиоха

17. Антиох Гиеракс

18. Филипп, сын Деметрия

19. Птолемей

20. Аттал

21. Персей, сын Филиппа

Книга Пятая

1. Фаларис

2. Дионисий

3. Агафокл

4. Гиппарин

5. Феокл

6. Гиппократ

7. Дафней

8. Лептин

9. Ганнон

10. Гимилькон

11. Гескон

12. Тимолеонт

13. Аристон

14. Фрасимед

15. Мегакл

16. Паммен

17. Гераклид

18. Агафострат

19. Лик

20. Менекрат

21. Афинодор

22. Диотим

23. Тинних

24. Клитарх

25. Тимарх

26. Евдоким

27. Павсистрат

28. Феогнид

29. Диокл

30. Хилей

31. Кипсел

32. Телесиник

33. Помписк

34. Никон

35. Неарх

36. Дорофей

37. Сосистрат

38. Диогнет

39. Архебий

40. Аристократ

41. Аристомах

42. Харимен

43. Каллиад

44. Мемнон

45. Филомел

46. Демокл

47. Панеций

48. Пирехм

Книга Шестая

1. Ясон

2. Александр Ферский

3. Афенокл

4. Филопемен

5. Арат

6. Пирр

7. Аполлодор

8. Египт

9. Левкон

10. Александр-Фрурарх

11. Аристид Элеат

12. Александр, сын Лисимаха

13. Амфиктионы

14. Самниты

15. Кампанцы

16. Карфагеняне

17. Амбракиоты

18. Фокидяне

19. Платейцы

20. Керкиряне

21. Эгестийцы

22. Локры

23. Коринфяне

24. Лампсакийцы

25. Халкедоняне

27. Лакедемоняне

36. Элейцы

38. Ганнибал

41. Гамилькар

45. Силосонт

46. Александр Фессалиец

47. Фрасибул

48. Ментор

49. Анаксагор

50. Пиндар

51. Ферон

52. Сизиф

53. Гагнон

54. Амфирет

Книга Седьмая

1. Дейок

2. Алиатт

3. Псамметих

4. Амасис

5. Мидас

6. Кир

7. Гарпаг

8. Крез

9. Камбиз

10. Ойбар

11. Дарий

12. Сирак

13. Зопир

14. Оронт

15. Ксеркс

16. Артаксеркс

17. Ох

18. Тиссаферн

19. Фарнабаз

20. Глос

21. Датам

22. Косинг

23. Мавсол

24. Богес

25. Дромихет

26. Ариобарзан

27. Автофрадат

28. Арсам

29. Митридат

30. Мемпсис

31. Керсоблепт

32. Севт

33. Артабаз

34. Арианд

35. Бренн

36. Мигдоний

37. Перисад

38. Севт

39. Сейл

40. Оборз

41. Сурена

42. Кельты

43. Фракийцы

44. Скифы

45. Персы

46. Тавры

47. Троянки

48. Салматиянки

49. Тирренянки

50. Кельтиянки

Книга Восьмая

1. Амулий

2. Нумитор

3. Ромул

4. Нума

5. Тулл

6. Тарквиний

7. Камилл

8. Муций

9. Сулла

10. Марий

11. Марцелл

12. Атилий

13. Гай

14. Фабий

15. Квинт

16. Сципион

17. Порций

18. Давн

19. Тит

20. Гай

21. Пинарий

22. Серторий

23. Цезарь

24. Август

25. Римляне

26. Семирамида

27. Родогуна

28. Томирис

29. Нитетис

30. Филотида

31. Клелия

32. Порция

33. Телесилла

34. Хелонида

35. Пиэрия

36. Поликрита

37. Лампсака

38. Аретафила

39. Камма

40. Тимоклея

41. Эриксо

42. Пифополида

43. Хрисамена

44. Поликлея

45. Леэна

46. Фемисто

47. Феретима

48. Аксиотея

49. Архидамида

50. Лаодика

51. Феано

52. Деидамия

53. Артемисия

54. Мания

55. Тиргатао

56. Амага

57. Арсиноя

58. Кратесиполида

59. Жрица

60. Кинна

61. Миста

62. Эпихарида

63. Милетянка

64. Мелиянки

65. Фокидянки

66. Хиосянки

67. Фасиянки

68. Арголидянки

69. Акарнанянки

70. Киренянки

71. Лаконянки

Комментарии

Книга первая

Книга вторая

Книга третья

Книга четвёртая

Книга пятая

Книга шестая

Книга седьмая

Книга восьмая

Приложение: Анонимное сочинение «Находчивые и мужественные в военных делах женщины»

Введение

Аноним Находчивые и мужественные в военных делах женщины

Карты

Примечания