Гуйда Елена

Бесприданницы. Шарлотта

Глава 1

- Если кто-то спросит, то я плохо себя чувствую и не могу никого видеть. Вряд ли кому-то взбредет в голову проверять, действительно ли я болею, – поправив прическу и платье, давала я указания Анне.

Сестра поджала губы, но все равно напомнила:

- В замке собралось столько народу, что яблоку упасть негде. И если тебя заметят, то… сама понимаешь, чем это обернется для нашей семьи, – предупредила Анна. – Не думаю, что кто-то явится проверять, действительно ли ты в постели, но если тебя увидят... А если, не дай боги, примут за служанку... Пьяные воины могут сделать что угодно. Сама знаешь.

Да уж. Гулянки, устраиваемые отцом, нередко имели не самые лучшие последствия. И мы уже привыкли к тому, что женщинам с наступлением темноты лучше не высовываться из своих комнат. Но сегодня был исключительный случай.

- Прекрати жути наводить. Ты мне уже начинаешь напоминать нашу Ребекку, – поморщилась я, накинув плащ. – Мне необходимо встретиться с лордом Ионом и обсудить условия нашего с ним союза. Если не сейчас, то даже боюсь представить когда. Да и лучше времени не придумаешь – король здесь, и вдвоем мы сможем попробовать убедить его благословить этот союз.

- Бекка не одобрила бы… – вздохнула Анна.

- Она сейчас занята своими семейными делами. Маленький сын требует много внимания, ее затея с мылом отнимает массу сил. Я уже молчу про обучение юной Аморы. Думаешь, стоит ее еще и нашими проблемами тревожить?

- Лучше бы их не создавать, – проворчала Анна, но больше возмущаться не стала.

И правильно. Я все равно не отступлюсь.

В первую очередь потому, что старалась я не только ради себя, а для нее тоже. И как ни противно признавать – и ради нашего отца. Хотя он вряд ли оценит наши усилия и жертвы. После того, как он спустил все, что получил от союза Ребекки, разговоры о грядущей свадьбе с каким-нибудь богатым лордом заводились все чаще. И почему-то лорды с каждым разом становились все старше и богаче, но все дальше от столицы.

Увы, меня это не устраивало, а отец и не пытался выслушать свое чадо, слушая только собственные доводы. А ведь у меня был куда более далекоидущий план, который позволил бы нам не побираться, как нищим, а ставить условия на равных.

И вообще, я хотела любви. А где ее искать, как не в столице, при дворе?

И договор с лордом Ионом был лучшим способом попасть в столицу.

Моя план был прост – помолвка с лордом дала бы ему пропуск во дворец, а мне средства, чтобы появиться там не как нищенка. И под защитой влиятельного мужчины. Не то чтобы я боялась – пусть и не самая сильная из сестер, но все же и я хранительница силы древних. Но как-то за мужским плечом спокойней.

- Я ненадолго. Ты даже главу дочитать не успеешь, – улыбнулась я, накидывая капюшон на голову и выскальзывая в коридор.

Звуки веселья разносились по Ньеркелу так, словно гулянья происходили не в общем зале, а по всему замку. Я даже немного засомневалась в правильности своей затеи. Но знак подан, и лорд Ион будет ждать меня в саду у дальней западной стены. Там нас точно никто не увидит и не подслушает. Туда, судя по нескошенным сорнякам, и слуги не заходят в последнее время.

Сердце едва не выпрыгивало из груди от малейшего шороха, пока я быстро спускалась по ступеням к западному выходу. Им уже сто лет никто не пользовался, и мне пришлось еще днем повозиться со старым ржавым замком, чтобы вечером проскользнуть незамеченной.

И теперь, открывая жалобно и явно недовольно проскрипевшую дверь, я втайне порадовалась, что все мои недавние усилия не прошли даром. Надо бы еще как-то смазать петли, чтобы они не оглашали на весь замок, что дверь изволили открыть.

Ночная прохлада приняла меня с распростертыми объятьями, укутав в чуть сыроватый после дождя, но теплый воздух. Наперебой пели цикады, в зарослях мелькали светлячки, а мягкие туфли в одно мгновение промокли от росы. Этого я не предусмотрела. Да и что бы я могла сделать? Мои привычные, уже порядком истоптанные туфли заменить нечем.

Над Ньеркелом зависла огромная в это время года полная луна. Сегодня она не была мне союзницей. Под ее бдительным оком я рисковала попасться и быть опозоренной. Но не заставишь же луну потухнуть. Ребекка могла бы, наверное. Она сильнее. А я… Моя магия такая непредсказуемая... как, впрочем, и я сама. Порой у меня не получалось и лучину зажечь. А бывало и иначе – недавно я, сама того не желая, на две недели лишила голоса горничную, посмевшую обсуждать за спиной бывшую леди Ньеркела, а ныне – леди Северного предела. И Анне пришлось повозиться, прежде чем снять немоту девушки.

Дорожка к уговоренному месту встречи заросла травой. А потому и подол платья быстро намок и стал неподъемно тяжелым. Все-таки нужно заняться и этой частью сада. Хоть и редко посещаемой, но весьма красивой.

Обогнув небольшой искусственный пруд, под возмущения пары заблудившихся лягушек я все же прыгнула в ту самую альтанку, где меня по договоренности обязан был ждать мой пока еще неофициальный жених.

Темно – хоть глаз выколи. И только теперь мне стало не по себе. Ведь не только нас не подслушают, в случае чего. Тут кричи не кричи, меня тоже вряд ли кто-то услышит.

- Лорд? Вы здесь? – почему-то шепотом поинтересовалась я у темноты, сделав осторожный шаг внутрь. – Милорд…

Но ответа не последовало. Может, он вообще не нашел это место? Или забыл обо мне?

Я уже развернулась и хотела уйти, но вдруг меня крепко обхватили за талию, зажав рот, и буквально втолкнули назад в беседку. Да так, что я даже пискнуть не успела.

От неожиданности я не просто растерялась, а остолбенела, что ли. Лорд Ион, конечно, мой жених. В недалеком будущем, очень надеюсь. Но не настолько он покорил мое сердце, чтобы позволять себе… такое.

- Я заждался, – признался мужчина шепотом, в котором я даже спьяну своего жениха не заподозрила бы. – Не получалось улизнуть раньше?

Ответ ему явно не требовался, потому что, едва убрав руку от моих губ, он развернул меня, как куклу, и закрыл мне рот поцелуем.

Удивительно нежные мужские губы смяли мои, подчиняя, вынуждая раскрыться. Скорее от неожиданности я открыла рот, и он тут же этим воспользовался, углубив поцелуй, лаская мой язык своим. Стыдно признаться, но от этого поцелуя у меня пошла кругом голова.

Дыхание перехватило от запаха леса и костра. Сердце оборвалось и полетело куда-то вниз, словно с отвесной скалы. Ноги стали ватными, как у тряпичной куклы, и отказывались меня держать. А по коже побежали мурашки. Невероятные и неизведанные доселе ощущения выбили землю из-под ног.

Наверное, я оказалась в состоянии глубочайшего шока, раз не оттолкнула мужчину сразу же. Мое тело действовало вразрез с разумом, и чтобы прийти в себя, понадобилось несколько мгновений и неизвестный шорох в кустах.

Я резко оттолкнула мужчину, когда его рука по-свойски легла мне на грудь, ощутимо ее сжав. Все равно что скалу сдвинуть пыталась. Но по крайней мере, он разорвал поцелуй и не пытался снова лезть ко мне со своими… похотливыми желаниями. И я даже сделала шаг назад, увеличив расстояние между нами. Осознание происходящего ударило наотмашь, и стало откровенно страшно. Это кто, и что он здесь делает?

- Я буду кричать! – сразу перешла к угрозам, но эффект от них производился так себе, учитывая, как дрожал и осип мой собственный голос. Так и мышь не прогонишь со стола. – Вы хоть понимаете, что только что сделали и чем для вас это чревато?

А вот это уже получилось как должно – весомо и с некоторой долей угрозы. Но он все равно молчал. Даже извиниться не пытался. Если перепутал меня со своей любовницей, то мог бы попросить прощения и удалиться. Надеюсь, что свидетелей моего грехопадения в этой части сада не нашлось, урона чести дома Ньер не будет, а мы оба забудем этот прискорбный инцидент. Но он продолжал молча стоять, отчего мне становилось еще более страшно.

- Вам лучше покинуть это место сейчас же, – оглядываясь по сторонам, посоветовала я мужчине.

Мощная фигура незнакомца загораживала проход, и проскользнуть мимо у меня точно не получится. Только уговаривать его и осталось. Вот только как? Мне он вообще кажется немым и глухим. Как этот человек вообще здесь оказался? Мужчины из свит прибывших гостей дальше кухни не идут. Ну, до сеновала еще... Но точно не назначают свиданий в самом дальнем конце сада.

- Возможно, вы не понимаете, кто перед вами. Мой жених – лорд Ион, и сейчас он спешит сюда. И когда он придет, вам придется ответить за ваше ужасное поведение, – сложно говорить с человеком, когда не видишь его лица и даже не понимаешь, слышит ли он тебя вообще.

- Значит, невеста лорда Иона, – низкий голос с легкой хрипотцой заставил меня вздрогнуть и сделать ещё один шаг назад. Больно холодно и угрожающе прозвучала эта короткая фраза. У него что, личные счеты с моим женихом? Не лучшая новость. – Разве приличной, воспитанной леди разрешено шататься в полночь непонятно где?

Не разрешено. Даже запрещено! Но другого выхода у меня не было. Необходимость встречи с лордом толкнула меня на этот решительный и, кажется, губительный шаг. Но ему-то какое дело?

- Проблемы приличия и воспитания леди вас, господин, никак не касаются. Вы, полагаю, тоже далеко не приличиями руководствовались, когда вместо приветствия лезли ко мне…

- Скажите еще, что вам не понравилось! – хмыкнул он, оборвав меня на полуслове.

Хорошо, что в альтанке было темно и незнакомец не видел, как побагровело от негодования и стыда мое лицо. Повторных поползновений в мою сторону он не делал, отчего я заметно осмелела.

- Вы вообще что себе позволяете? – пропыхтела я, негодуя больше оттого, что он был прав. От этого постыдного поцелуя у меня голова кругом пошла. Вот только ему этого от меня не услышать никогда.

- Если затрудняетесь с ответом – можем повторить, миледи, – насмехался он, сделав какое-то текуче-плавное движение и снова попытавшись оказаться рядом.

Но теперь я была уже готова и в очередной раз резко шагнула назад, запутавшись, правда, в мокрых юбках и едва не хлопнувшись на широкую скамью. И снова растеряв с трудом собранные крупицы храбрости. Попыталась почувствовать магию, но та уже привычно меня подвела, не откликнувшись совсем. Что толку с этого дара? Только одни тайны, проблемы и слишком пристальное внимание короля. А на деле даже защитить саму себя не могу. Только авторитетом рода и положением и приходится пользоваться.

- Вы покинете это место, если не желаете лишиться головы, – с трудом наскребая остатки уверенности в собственных силах и благоприятном для меня исходе, перешла я к угрозам. Где же носит этого демонового сына, которого я имела неосторожность выбрать себе в женихи?

- Я уже ее лишился. С первого поцелуя. Так что невелика потеря, – продолжал издеваться незнакомец, зажимая меня в угол и окончательно вгоняя в паническое состояния.

Боги, угораздило же вляпаться, как любит говорить Эннет. И мне стало по-настоящему страшно. Ведь он здесь со мной что угодно сделать может. И никто не услышит моих криков о помощи.

О, боги, обещаю десяток серебром на храм, если эта моя авантюра закончится без кошмарных последствий.

- Миледи, – где-то не очень далеко раздался голос моего жениха. – Вы куда запропастились?!

Но прежде, чем я успела выкрикнуть ответ, незнакомец резко отпрянул и буквально выпорхнул из альтанки. Свет огромной полной луны выхватил тень в черных одеждах, взбирающуюся по лозе на внешней стене. Как паук по паутине – быстро и выверяя каждое движение. Я на какое-то мгновение даже залюбовалась мастерством этого человека.

Вот и хорошо, что сам ушел. Обошлось без скандала. Объясняться с женихом у меня сил не было. Да еще и неизвестно, как бы он на все это отреагировал, что бы себе напридумывал. А мне это сейчас меньше всего нужно было.

Я взволновано облизала пересохшие губы, ощутив солоноватый привкус такого неожиданного, украденного моего первого поцелуя. И сердце предательски пропустило удар. С чего бы, спрашивается?

Шарли, возьми себя в руки. У тебя дела, вообще-то!

- Я здесь, милорд! – откликнулась, выглянув из альтанки и отыскав фигуру жениха взглядом.

- Наконец-то, – с явным облегчением вздохнул лорд. – Думал, что до утра вас не найду.

Угу. И тогда невеста у вас была бы с небольшим изъяном. И вообще, может, и не было бы уже. Кто знает, что в голове у этого незнакомца.

Я передернула плечами. Все позади – и прекрасно. Теперь дела.

Знала бы я тогда, что та ночь и встреча с незнакомцем – только начало моей не самой простой истории.

Глава 2

- Хотя бы притворись, что ты гостеприимная хозяйка, Шарли, - прошипела Анна, низко склонившись над тарелкой, чтобы скрыть сам факт разговора. – На тебя уже и король косится. Что говорить про отца.

Я подобралась, бросив быстрый взгляд на его величество. Проклятье, действительно косится. Надо же было так задуматься, чтобы совсем потерять связь с реальностью.

- Что вчера такого случилось, что сегодня ты сама не своя? – шепотом поинтересовалась Анна, подавшись ко мне.

- Неважно спала, - отмахнулась я, продолжая бесцельно размазывать еду по тарелке, выбирая наугад кусочки овощей и проглатывая их, совершенно не чувствуя вкуса.

Анне я не соврала. Уснуть не получалось чуть не до самого рассвета. Я ворочалась в постели, снова и снова переживая недавние события. И это был отнюдь не чинный разговор с предполагаемым женихом. С ним у нас было взаимовыгодное соглашение, по которому я давала ему возможность породниться с самим королем, а он обеспечивал меня. Правда, он еще не знал, что выходить за него замуж я не планировала. Он мне был совершенно не интресен, как мужчина, и связывать с ним дальнейшую жизнь было бы глупо. Через полгода, когда удастся завязать нужные знакомства, наладить торговлю между Ньеркелом и столицей, а может и другими королевствами, я смогу со спокойной душой избавить лорда Иона от обязательств. К тому времени он, если подойдет к делу с умом, тоже сможет наладить свои дела.

В чем я, признаться, сомневалась.

Лорд Ион не пытался даже заполучить мое расположение, как будущей супруги, не скрывал своего пристрастия к вину, дешевым продажным женщинам и странным жестоким забавам. Как же поразительно и отвратительно он напоминал мне нашего отца. И пугал меня не меньше. Так что я даже рада, что как женщина не вызывала у него ни капли интереса. При других обстоятельствах, я бы предпочла кого бы то ни было другого. Но, увы, замену ему найти было не так просто. Мало кого интересует роль жениха бесприданницы, за которую еще и придется заплатить звонкой монетой.

К моему стыду, мысли мои витали не вокруг состоявшегося разговора и плана дальнейших действий. Всю ночь меня преследовал незнакомец, его руки на моей талии, губы на моих губах. Я снова и снова переживала эти несколько мгновений помутнения рассудка. Меня бросало в жар и дыхание перехватывало. Простыни казались раскаленными сковородками, а перины, словно набиты иглами. И я вертелась, путаясь в одеяле и не находя себе места на широкой кровати.

Сон сморил меня с первыми лучами солнца. Да и то, сном это назвать крайне тяжело.

Но уже утром у меня были другие, куда более приземленные вопросы, на которые не мешало бы поискать ответы.

Кто он такой, вообще? Что делал в дальней альтанке? Ждал любовницу? Если он из свиты какого-нибудь лорда или лира, то почему бежал, вскарабкиваясь по стене? Если шпон или наемник, то как вообще пробрался в защищенный Ньеркел, полный стражников и воинов? Да ещё и свидание назначил.

Нужно было бы рассказать кому-нибудь про эту встречу. Отцу, для начала, как хозяину замка. Но как? Что сказать? Что я шаталась ночью по саду, ища встречи с мужчиной, которого еще и женихом не назвали? Он убьет меня на месте, и рта раскрыть не успею. Лор Ион тоже, очень вряд ли обрадуется новости, что прежде, чем он появился в саду, я оставалась наедине с другим мужчиной. Любви то он ко мне не питал, но связываться с опороченной бесприданницей тоже вряд ли пожелает. На его репутации и так пятен больше, чем можно себе позволить порядочному лорду.

Оставалось молчать. Может, обойдется, как-нибудь.

- Лорд Ион, мы слышали, что в ваших землях с недавних пор орудуют разбойники, - я затаилась, прислушиваясь к словам короля. У нашего монарха был удивительный талант – даже не повышая голоса, он умудрялся говорить так, что его слышали все в зале. – Что вы об этом можете сказать?

Кенет Ион поднялся на ноги, вытянувшись в струнку. Его невысокий рост и щуплое телосложение не добавляло ему значимости и веса среди лордов других земель, но зато в наследство ему достались богатые угодья и полные сокровищницы. Так говорят, по крайней мере. Большую часть, конечно, вывезли в столицу, когда погиб последний наследник лорда Ренделна. Именно покойный отец моего жениха лорд Фридрих Ион, сражавшийся тогда с кочевыми грунами на западе, и принес эту ужасную весть. Как и новость о победе. В награду за отвоеванный у кочевников запад он и получил осиротевшее лордство Ренднерел. Но, как говорят, даренное королями, королями и может быть отобранно. Потому, унаследовавший от отца земли год назад, Кенет панически боялся, что наследство уплывет из его рук. Хоть, как по мне, бояться здесь совершенно нечего. Вот если бы объявился наследник… Но лорд Фридрих лично видел, как вождь кочевников проткнул ему грудь копьем.

Впрочем, указывать Иону я не планировала. Пусть сам решает, чего ему бояться.

- Ничего не произошло такого, чтобы вам стоило обращать на это внимание, ваше величество, - комкая салфетку в руках и покрываясь крупным бисером пота на лбу, промямлил мой будущий жених. Я едва удержалась, чтобы не поморщиться. Как ему удается управлять землями и лирами, если он собственным голосом управлять не способен. – Я выслал отряды, чтобы прочесать лес. Совсем скоро разбойники будут доставлены на ваш суд.

К концу своей скомканной речи лорд Ион все же смог совладать с голосом, и у меня немного отлегло от сердца. Кто-то за столами все равно хмыкнул, даже рассмеялся, но под тяжелым взглядом короля умолкли все.

- Очень на это надеемся, - обронил король. – Земли нашего с вам королевства обязаны быть безопасными для простых людей, торговцев, путников.

- Я слышал, что эти разбойники не нападают на чернь, - подал голос лир Семергейл из подвластных лорду Иону земель. – Их интересуют рыбки пожирнее. Потому опасаться стоит в первую очередь тем, кому есть что терять.

- Мы дадим лорду Иону время с этим разобраться. Полагаем, что он справиться с горстью деревенских, решивших искать удачи на дорогах нашего королевства.

Кенет клятвенно пообещал решить проблему быстро, раскланялся и опустился на стул, не скрывая облегчения и запивая страх крепким элем.

В Ньеркеле тоже были не самые безопасные дороги. Виной тому отцовское неумение распоряжаться деньгами, желание вытрясти из и без того бедных крестьян побольше, и непонятное пристастие к жестоким наказаниям. Как можно наказывать человека за то, что он более и голоден? . И почему-то у меня были подозрения, что и в Ренднереле проблемы были схожие. Но, меня никто не спрашивал, потому свои соображения можно смело оставить при себе.

В нашем мире вообще у женщин не принято спрашивать ничего. А если и интересуются их мнением, то только для видимости.

Завтрак закончился на веселой ноте. Лир Себастьян, один из немногих друзей отца, кого я всегда рада была видеть в нашем доме, рассказал несколько веселых историй, разрядив повисшее напряжение.

- Вы целовались? Да?! Потому ты такая странная? – дождавшись, когда обеденный зал покинут все, кроме пары слуг, шепотом поинтересовалась Анна.

Ее вопрос прозвучал, как удар под дых.

- С кем? – осипшим голосом спросила я. Сердце пропустило удар, а пальцы похолодели. Может, Анна проследила за мной? Слышала же я какой-то подозрительный шорох в саду.

- С Кенетом, конечно, - поморщилась Анна, чуть повысив голос.

- Тише ты, - прошипела я, окинув взглядом слуг. Пусть за звоном посуды, которую они быстро убирали со столов, вряд ли слышали хоть что-то, но всем известно – ничего не порождает больше слухов, чем недослушанный обрывок чужого разговора. – Ничего такого между нами не было. Мы просто обсудили наши дальнейшие действия. Сегодня он снова попытает счастья, попросив короля о разрешении на помолвку.

- Думаешь, что монарх позволит?

- Боюсь загадывать, Анна. Мне эта помолвка необходима, как воздух. Если все получится, как я думаю, то ты уже не будешь бесприданницей рода Ньер. Сможешь выйти замуж нормально, а не как мы с Ребеккой.

- Ребекка счастлива в браке. Нейт с нее пылинки сдувает. За ее мыло дерутся все столичные модницы. А Роберт прекрасный и здоровый ребенок. Разве не такого же ты хотела?

- Да. Вот только, помнишь, как все начиналось? Ее вытолкали замуж за мужчину, которого она до свадьбы в глаза не видела. Ей просто повезло с супругом. Нам может так уже и не повезет.

- В любом случае, я замуж вообще не планирую выходить. Это не для меня, - поморщилась Анна, потеряв интерес к разговорам о жизни семейной.

- Будто у нас кто-то спрашивать будет. Лучше сейчас бери судьбу в руки и начни переговоры о будущем замужестве м каким-нибудь достойным лордом. Хоть присмотрись к подходящим кандидатурам. А то все решат за тебя и без тебя.

Анна поморщилась, хотела возразить, но на пороге зала появился сухонький лысый мужчина в маленьких очках.

- Леди Шарлотта, вас желает видеть его величество, - торжественно произнес он, так, что его голос отбился от сводов зала и обрушился на меня, как снежная лавина.

Внутри что-то оборвалось от страха. Я тщательно готовилась к возможной встрече, сама хотела просить аудиенции, но оказалась не готова, когда король сам позвал меня к себе.

- Пожелай мне удачи, Анна. Она мне просто необходима, - попросила я, прежде, чем вздернуть подбородок и двинуться навстречу своей судьбе.

Глава 3

Король предпочитал занимать отцовский кабинет в свои нечастые визиты. Как по мне, лучше бы оставался в покоях, которые я велела ему подготовить. Там хоть не воняло так дешевым вином и не мнее дешевыми шлюхами.

Отец не любил впускать в свой кабинет слуг, потому пыль на массивных стеллажах уже улежалась и покрывала все толстым слоем – книги, статуэтки, песочные часы, которые я так любила в детстве. Часами могла сидеть на диване и смотреть как сыплется песок из колбы в колбу. Ребекка говорила, что это было тем единственным, что меня могло удержать на одном месте.

Да и к отцу в кабинет только ради них и приходила. А после того, как застала его с очередной любовницей за тем самым занятием, о котором юной леди знать вообще не положено, старалась обходить стороной это помещение и даже крыло, в котором оно расположено. Сейчас я стояла и пыталась вспомнить, когда в последний раз посещала отцовский кабинет и не могла вспомнить. Лучше он с тех пор не стал. Добавилось пятно на кресле, видимо, винное. Протерлась оббивка дивана, и пора бы отполировать мебель. Но мне категорически не хотелось сюда возвращаться после того, как его величество покинет Ньеркел.

Не понимаю, чем королю так приглянулось это мрачное место, что каждый свой визит он проводил все свое время либо здесь, либо на конюшнях, либо в оружейной. Казалось бы, пируй, но монарх не жаловал праздное веселье и предпочитал дела даже в увеселительных поездках. По сути визитов в наш родовой замок было два за все наше знакомство: первый на свадьбу Ребекки, второй – вот. Признаться, я не совсем понимала, что стало причиной его внимания. Знаменательных событий не намечалось. Разрешение на брак он мог мне и так дать. Как и отказать. Но почтить нас вниманием и даже визитом…

Король Креор явно не просто так в Ньеркеле. Ему что-то нужно от нашей семьи. Вот только что?

- Ваше величество, - прикрыв за собой дверь, низко поклонилась я. – Мне передали, что вы желали меня видеть.

Король поднял взгляд, оторвавшись от какой-то бумаги и улыбнулся. А мне стало не по себе. Какой-то эта улыька была ненастоящей. Словно его величество не умел улыбаться в принципе, и сейчас изобразил то, что умел и как умел. Жутковато выглядело.

Да и сам монарх был далек от идеала мужчины – невысокий, коренастый, немного лысоватый, что не могла спрятать даже корона. Стального цвета глаза, казалось, могли замораживать на месте. Видимо потому и улыбка на его лице смотрелась, как бальное платье на боевом коне.

- Да, дорогая, проходи и присаживайся. Вина? В Ньеркеле ужасные виноградники и вина, соответственно, ничем не лучше, - взяв в руки кувшин, король собственноручно наполнил свой кубок и замер, ожидая моего решения.

Было искушение согласиться. Когда-нибудь я смогла бы рассказывать своим детям, что меня угощал вином сам король, собственноручно наполняя кубок. Но пить в компании с таким опасным мужчиной было бы верхом безрассудства. Пока мне непонятны были цели короля. Именно это радушие и настораживало, а может и пугало меня.

- Благодарю, ваше величество, но я не люблю хмельные напитки. Они слишком дурманят разум, а я предпочитаю ясный ум и трезвую голову, - мягко отказалась я, но на диван все же присела.

Слишком уж дрожали у меня поджилки, чтобы стоять и не выдать волнения.

- Жаль, - хмыкнул венценосный дядюшка, поставив кувшин на стол и взяв в руки кубок. – Вино снимает напряжение и сближает людей.

Ну да. Я бы с радостью сблизилась с братом моей покойной матери, но как-то потом, когда пойму, что за цели он преследует.

- В другой раз обязательно составлю вам компанию, ваше величество. Сегодня у меня еще слишком много дел. Честь быть хозяйкой такого огромного замка, еще и ответственность. Особенно, когда в доме такие высокие гости.

А казна пуста, из еды – овощи и дичь, а погреб давно забыл, что такое хороший эль и уже тем более – вино. На самом деле, мне стоит благодарить Ребекку, за то, что было чем встречать гостей. Еще будучи беременной, она гостила в родном замке, рассказывала о делах в Северном пределе. И привезла подарки - ткани, ее знаменитое мыло, драгоценности, которые велела спрятать до обручения, а лучше даже до свадьбы. Она то прекрасно знала нрав нашего отца. Среди подарков были эль и вино. Эль отменный, а вот вино, как успел заметить его величество – отвратительное: кислое и терпкое. Правда, в нашей ситуации, и за такое стоит благодарить. Ну и за то, что отец поверил мне на слово и не стал проверять действительно ли опустели винные погреба.

А еще Ребекка сказала, что позаботилась о том, чтобы наша магия не стала нашим проклятьем и мы могли жить нормальной жизнью. Правда, не вдавалась в подробности, как бы мы не старались их узнать. Сказала только, что верит в то, что мы с умом сможем распорядиться этой возможностью.

- Да. У вас с сестрой куда больше схожести, чем вы думаете.

- Обе не любим вино?

- Обе с легкостью отказываете королям, - поправил меня монарх. – И идете к своей цели, несмотря ни на что.

Вот он и наступил - мой час. Король явно меня позвал не вина распивать и о жизни болтать.

- Если речь о помолвке, ваше величество, то я тверда в своих намерениях. Мы с лордом Ионом давно влюблены друг в друга и не представляем жизнь друг без друга. К тому же он родовит, богат и совершенно не уронит моей чести этим союзом.

- Я мог бы подыскать тебе жениха при дворе, Шарли, - внимательно выслушав мою тираду, предложил его величество. - К чему такая необдуманная спешка.

К тому, что вы, как и отец, будете следовать исключительно своим выгодам, используя меня как товар, за который можно выторговать нечто ценное. А жить с навязанным мужем придется мне. Ложиться с ним в постель и рожать детей тоже мне. И мне хотелось, чтобы сердце выпрыгивало из груди, когда я только думала о муже. Как накануне с тем незнакомцем. И одно только воспоминание заставило сердце сбиться с ритма, а дыхание перехватило. Кровь прилила к щекам. К чему я вообще о нем вспомнила? Это было единственное недоразумение. И точно не с ним мне сравнивать отношения с будущим супругом.

- Ты прекрасна, когда краснеешь. «И очень похожа на мать», —неожиданно заметил король. – Ребекка унаследовала ее характер. Ты – красоту. Когда увидел тебя впервые, даже остолбенел от неожиданности. Словно увидел ее в твоем возрасте. Тебе говорили?

- Да, - кивнула я. – Но и з уст ее родного брата это слушать вдвойне приятно. Я не помню ее почти.

- Во дворце есть много портретов нашей дражайшей сестрицы. Я дам тебе свою защиту, Шарли. Ты сможешь обвыкнуться, присмотреться.

Конечно, от таких предложений не отказываются. Но мне не хотелось быть должной королю. К тому же, не говорить же ему, что Ньеркел обнищал настолько, что его хозяйка не способна пошить себе несколько платьев, чтобы появиться при дворе. А просить короля – сама глупая затея, которая только могла бы прийти мне в голову. Не о платьях просят монархов.

- И я обязательно погощу при дворе сразу же после помолвки, ваше величество. Признаюсь вам, мне невыносима сама мысль о долгой разлуке с лордом Ионом.

- Что-то не похоже, что вы сгорали от любви, леди. Я наблюдал за вами несколько дней, но пылких чувств не заметил.

Проклятье!

- Это делает мне честь. Нам приходится скрывать глубину наших чувств. Если лорд Ньер узнает о том, что лорд Ион покорил мое сердце и я ответила ему взаимностью, то мне несдобровать. Он не приемлет никаких отношений между женщиной и мужчиной вне брака, - что не мешает ему заниматься демон знает чем с проститутками просто на этом столе. Давнее воспоминание так живо всплыло в памяти, что я подавилась словами и покраснела. – Даже если это всего лишь любовные послания. Он не простит меня. Да и будущему зятю не спустит позора, если решит, что таков имел место.

Я досадливо поджала губы и опустила взгляд. Эта картина обычно могла разжалобить кого угодно. Хотелось бы верить, что и короли поддаются на такие маленькие женские хитрости.

- Да уж… - спустя несколько ударов сердца вздохнул король, и я прикусила внутреннюю сторону щеки от волнения. – Раз ты так решила… Я обещал твоей сестре поддерживать и тебя и Анну, как бы не решили вы распорядиться своим будущим. И очень надеюсь, что ты еще одумаешься и присмотришь более… значимого супруга. Но пока я дам согласие на помолвку. И официально приглашаю вас к осени погостить в нашей столичной резиденции. Полагаю, столичная жизнь внесет коррективы в твои стремления, Шарли.

Я едва не подпрыгнула на месте от счастья. Все шло именно так, как я и хотела.

- Благодарю вас, ваше величество. И с радостью приму ваше приглашение.

Глава 4

Карета подпрыгивала неровной лесной дороге. Тяжелый влажный воздух едва получалось вдохнуть. Быть грозе. И даже лес не дарил столько нужной сейчас прохлады. Погода под стать настроению.

Позади остался Ньеркел: все привычное и родное, знакомое мне с самого детства. И пусть воспоминаний было больше плохих, чем хороших, в груди все равно тоскливо ныло, а в носу щипало. Я пыталась спрятать грусть от расставания, погрузившись в историю бедной сироты, которую используют родственники в своих корыстных целях, но буквы то разбегались, то расплывались перед глазами. Потому эту затею я быстро оставила, предпочитая книге однообразный пейзаж.

Скоропостижное почти бегство лорда Иона оставило в замке уйму поводов для смешков и легкое раздражение. Только ленивый не указал на то, что покинул Ньеркел он слишком уж быстро, едва монарх дал разрешение на брак. Я удостоилась смешков и косых взглядов, несмотря на то, что причиной лорд указал необходимость срочного возвращение в свои земли из-за разгулявшейся шайки разбойников. Но кто упустит повод посудачить? Жены лиров, придворные дамы из свиты короля, вздыхавшие о безнадежности юных леди из провинции и обещавшие помочь мне с новым гардеробом, на деле шептались за моей спиной, а в воздухе витало емкое “бесприданница”.

Тем не менее, я вежливо благодарила и улыбалась. Ранее я была бы счастлива такому вниманию и возможности обсудить новинки моды, но не теперь. Дамы отнимали почти все бесценное  время, отвлекая меня от действительно важных дел. Будто у меня и проблем было – выбрать фасон нового платья. Необходимо было обсудить с торговцами возможности Ньеркела. С добросовестными торговцами, а не теми шарлатанами, что обирали отца уже не первый год, плодя долги подвластных отцу земель. Но увы, меня буквально поедали высокородные леди, уже планируя нашу с Кенетом свадьбу.

Потому через день я уже ненавидела жениха, а через два – хотела его придушить. Мы ведь даже обсудить дальнейших действий не успели. Не мог дождаться, пока я соберусь и отправлюсь вместе с ним? Тем более, что до окончания визита короля оставались считанные дни. Ничего ужасного не случилось бы. Так нет, оставил пару воинов для сопровождения, пожертвовал свою карету, представив это как великодушный дар будущей супруге, и сбежал. Подозреваю, что он попросту постарался избежать внимания короля. Больно тяжело он переносил это самое внимание.

И это плохо. Если все сложится как надо, осень мы проведем во дворце. И вряд ли ему удастся все время скрываться от монарха, как бы не старался. Тем более, что за нашу помолвку и грядущую свадьбу взялись все самые знатные леди королевства. Не исключено, что и королева может заразиться всеобщим безумием.

Боюсь представить, каким испытанием для меня будет эта осень. Как бы не пришлось еще искать сбежавшего жениха. Такое событие еще долго будет на слуху и на языках всех жителей королевства.

Все же нужно обсудить все нюансы с Кенетом. Официально я должна нанести визит будущей свекрови, согласно традиции, познакомиться с будущим домом, да и с мужем тоже. Визит должен занять не более двух недель. Но мне хотелось справиться быстрее и вернуться в Ньеркел. Впрочем, для разговоров времени предостаточно. Если он снова не сбежит, на этот раз от меня.

Тяжелый вздох вырвался против моей воли, привлекая внимания молчаливой грустной служанки по имени Мэдлин. Благо, она не стала ничего спрашивать.

Интересно, а как бы повел себя тот незнакомец, будь он на месте моего жениха? Тоже бежал бы? Что-то подсказывало мне, что он из тех, кто заставляет бежать других, а не убегает сам.

Проклятый незнакомец. С момента той единственной недолгой встречи и того поцелуя, о котором мне стоило забыть и даже не вспоминать, я не могла заставить себя не думать о нем.

Сама того не желая, я невольно примеряла на него ту или иную ситуацию. Словно пыталась разгадать его, представить, каким он мог быть. И сердце начинало биться чаще, стоило вспомнить его губы, хриплый голос, преследовавший меня даже во снах.

Не иначе, это какое-то колдовство. С чего бы мне еще столько времени уделять раздумьям об этом человеке?

- Сто-о-ой! - скомандовал возница на козлах, и лошади послушно встали.

Да так резко, что я, задумавшись, едва не полетела прямиком в объятия своей служанки, что точно так же ошарашенно подскочила, не понимая причины остановки.

- Что бы это значило? - испуганно спросила Мэдлин, несколько раз хлопнув ресницами.

Вот и мне очень интересно, с чего такие резкие финты.

- Ничего особенного, - склонившись к окошку кареты, успокоил нас один из воинов моего жениха, словно подслушивал все это время. - Дерево упало. Перегородило нам дорогу. Верхом еще проедем, карета не пройдет. Сейчас уберем и продолжим путь, можете пока прогуляться, подышать свежим воздухом, миледи.

Идея была отличной. Несмотря на все удобства кареты, подпрыгивать на каждой кочке - то еще удовольствие и у меня уже болело все, что могло только болеть.

- Пожалуй, так и поступлю, - оставив книжку на сиденье, я выпрыгнула из кареты.

Под ногами тут же прогнулся плотный ковер из опавших и слежавшихся листьев. Голова пошла кругом от насыщенных, пряных запахов леса. Наверное, именно так и пахнет покой. Когда никуда не нужно спешить, а на душе радостно и тепло.

- Сейчас, миледи. Мы быстро, - пообещал воин.

Он попытался улыбнуться, подбодрить меня, но лучше бы этого не делал. Он меня и так пугал - больно разбойничий имел вид. А улыбка его походила на какой-то предвкушающий хищный оскал, словно он хотел меня съесть и уже знал, как и когда начнет. Пожалуй, зря я вышла из кареты. Снаружи я чувствовала себя неловко, словно нагая разгуливала перед этими воинами. И даже четверо сопровождающих из Ньеркела не могли внушить мне чувство безопасности.

- Лучше подожду в карете, - попыталась улыбнуться.

Но тут раздался пронзительный свист. От неожиданности лошади прижали уши и присели на задние ноги.

Мужчины бросили колоду, хватаясь за оружие. А я растерянно наблюдала, как из кустов высыпали люди с оружием в руках.

Нападение. Разбойники, о которых говорили в Ньеркеле. У меня внутри похолодело от этой мысли. Страшно представить, что они сделают со мной и Мэдлин… учитывая, что кроме нашей чести и брать особо нечего с нас.

От страха закололо пальцы. И я запоздало поняла, что это магия отозвалась на мой испуг. Наконец-то, я уж думала, что утратила свои способности вовсе. Прикрыла глаза, вспоминая заклинание. Нужно что-то такое, что не повредит моей крошечной свите.

Может, наслать на них слепоту?

- Неужели я снова тебя встретил, моя маленькая птичка? – хриплый голос, не покидавший мои мысли в последние недели прозвучал просто за моим плечом.

Сердце подпрыгнуло в груди, оборвалось и ухнуло куда-то в пятки. Я даже вздрогнула. Магия, еще не до конца ограненная в заклинание, разлетелась, как пыль на ветру, оставив по себе слабость, головокружение и горечь во рту. Уже и забыла, как оно после того, как применишь магию. Вдвойне обидно, что и применить ее я не успела.

Кое-как собравшись, я обернулась к говорящему и попятился. Попыталась заглянуть под глубокий капюшон незнакомца, но безуспешно. Все что я видела – упрямую линию выбритого подбородка и четко очерченные губы. На удивление нежные губы.

Кровь прилила к щекам, вместе с нахлынувшим воспоминанием.

- Тоже думала обо мне? – нахально улыбнулся разбойник. – Мои мысли ты не покидала ни на мгновение, Леди Ньер, невеста лорда Иона. И как же мне повезло тебя встретить сегодня здесь.

Он резко вскинул руку и мне в лицо полетела мелкая пыльца. Веки потяжелели, в голове затянуло туманом. Похоже, я впервые в жизнь лишилась чувств.

Вот бы оказалось, что все это мне приснилось, когда очнусь.

Глава 5

- Проснулась, птичка? – знакомый хриплый голос и насмешливый тон буквально вырвали меня из паутины сновидений. - Я уж думал еще сутки спать будешь!

Странные сновидения, которых обычно не помнишь, но на душе после них остается ноющая тревога. Или тревога была не из-за снов?

Демонов сын! Как он вообще понял, что я уже пришла в чувство? Ведь не открывала глаз, дышать старалась все так же ровно и спокойно, словно сплю. Хотелось немного форы, чтобы обвыкнуться и понять, как действовать дальше, но увы, придется выкручиваться.

Моя магия привычно дремала. Слабые попытки почувствовать силу не увенчались успехом. Только разозлилась. Дурацкие способности. Зачем боги дали мне их вообще, если воспользоваться силой и знаниями можешь только, когда они сами того захотят. В остальное время я просто обычная девушка, не способная даже себя защитить.

Вот бы быть, как моя сестра. В тайне я всегда ей немного завидовала – абсолютно белой завистью. Ей удавалось контролировать не только себя и свои способности, она легко управлялась со всем, на что решала обратить внимание. Как я ни старалась, но даже с Ньеркелом управляться так же, как она, не получалось. От этого я еще острее чувствовала свою никчемность. Наверное, именно потому и решилась на эту помолвку и авантюру с прибытием ко двору.

Ребекка совсем другая. Уже ходили легенды по всему Северу о том, как она защищала Северный предел от островитян. Анна восторгалась достижениями сестры. Ее боялись, уважали. Она бы точно не попалась так глупо, как я. А если бы и попалась, то разнесла бы все в щепки, и рта раскрыть никто не успел бы.

Да и Анна не позволила бы взять себя в плен…

Все же я самая никчемная из сестер Ньер.

- Вы хоть… понимаете, что… натворили? – спросила я, резко поднявшись и тут же рухнув обратно на кровать от нахлынувшего головокружения.

Горло вмиг обожгло болью, а голос охрип. Я даже поморщилась, не ожидая такого. Словно босиком на морозе простояла. А ведь сестры Ньер всегда отличались отменным здоровьем.

Перед глазами все плыло. И я не сразу смогла сфокусировать взгляд.

Понадобилось несколько мгновений, чтобы обрести способность нормально видеть.

Над головой был полупрозрачный балдахин, расшитый позолоченной нитью, лежала я на перине, под головой были мягкие подушки, а в открытое окно ветер приносил пение птиц и запахи цветов, смешиваясь с ароматами еды в комнате.

Где бы я не находилась сейчас, это место однозначно не вязалось в моем понимании с лагерем лесных разбойников. Правда, я очень отдаленно представляла себе, как выглядит лагерь любых разбойников, но он точно не имел ничего общего с тем, что окружало меня сейчас. Комната была вполне приличными покоями. Стыдно признаться, даже куда лучшими, чем мои комнаты в Ньеркеле.

Хотелось спросить, что это за место и для чего меня сюда привезли. Но проклятое горло. Словно каленое железо проглотила.

- А вот разговаривать тебе пока не стоит, - посоветовал мой незнакомец, и только теперь я нашла его взглядом и даже снова попыталась подняться, чтобы лучше его рассмотреть. – Подниматься тоже. Полежи еще, леди Ньер, а то обзаведешься тошнотой до конца дня. Золотая пыльца альвов – очень коварна.

Золотая пыльца? Что за сказки он мне здесь удумал рассказывать. Я даже повернула голову в его сторону, чтобы убедиться, что он не смеется в это время надо мной.

Мой незнакомец наконец избавился от своего плаща, позволяя мне хорошенько себя рассмотреть. Иначе мне объяснить не получалось то, как вальяжно раскинулась его мощная, широкоплечая фигура в кресле. Он просто позволял на себя смотреть, замерев со стеклянным кубком в руке. Весьма редкая посуда для нашей части королевства. Вероятно, привезена с юга. Сам разбойник оказался куда моложе, чем я его представляла. Каштановые волосы коротко острижены в разрез нынешней моде. Хорошо запомнился мне только подбородок и эти губы, преследовавшие меня уже несколько недель. И сердце, несмотря на всю плачевность сложившейся ситуации пропустило удар, а взгляд задержался на его губах немного дольше, чем я хотела бы. И от него это не укрылось. Эти самые проклятые губы тут же тронула самодовольная улыбка, а в глазах, цвета лесного ореха, вспыхнуло что-то… игривость какая-то.

Слава богам, он не стал заводить снова тему поцелуем, а то не миновать мне очередных насмешек, когда щеки снова зальет краской.

- Выпей зелье на тумбе, сразу станет легче и горло болеть перестанет.

- Спасибо, - отрицательно мотнула я головой, поморщившись от боли, но пить неизвестно что, неизвестно где и неизвестно с кем не собиралась. – Зачем?..

Слова давались с трудом, а мысли путались. Все казалось каким-то нереальным, словно продолжением сна. Может, я вообще уснула в карете, и вот сейчас проснусь по-настоящему. И не будет здесь никакого незнакомца. Но просыпаться не получалось.

- Зачем ты здесь? – решил уточнить мужчина. Спросить я хотела: «Зачем меня украли?», но и такая постановка вопроса сгодится, потому я утвердительно кивнула. – Влюбился в тебя с первого взгляда, - я скептически поморщилась, чем только рассмешила мужчину. – Ладно, шутки в сторону. Ты не попадешь к лорду Иону в ближайшее время. И в принципе, скорее всего, не попадешь.

Я вопросительно вздернула бровь, в этот раз у меня просто слов не нашлось, чтобы ответить на такую наглость.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Лорд Ион не самый лучший лорд земель, - пояснил разбойник. – Люди на землях Рендерела голодают, болеют, а все что он делает – обирает их еще больше.

Ну как-то так я и подозревала. В Ньеркеле ситуация была схожей. Вот только сам замок давно обнищал так, что даже крысы ушли искать лучшей судьбы. Иногда получалось собрать что-то, чтобы отнести еды детям в близлежащих деревнях, но я перестала навещать их лично. Даже со стражниками было откровенно страшно под ненавидящими взглядами деревенских. В их глазах читалось: «Забрав еду, вы бросаете объедки!». Это сложно и страшно. Потому вскоре я ограничилась тем, что передавала то, что получалось выкроить, через слуг, и иногда закрывала глаза на донесения лесничих, что приходили с новостями о неразрешенной охоте в лесах Ньеркела.

Но Рендерел был богат. Ходили слухи, что даже его величество занимал иногда средства еще у лорда Рендела, а после и у покойного Фридриха Иона. Что изменилось за год правления Кенета? Не мог же он спустить все за столь короткий срок. Может, господин разбойник просто решил очернить моего жениха в моих глазах?

Видимо, нечто такое незнакомец увидел в моем взгляде, раз грустно улыбнулся, отставив бокал на тумбу.

- Не веришь? Твое право. Можешь злиться, обвинять меня в том, что я похитил тебя, запятнал твою девичью честь или что ты там сейчас думаешь… но из этого дома ты не выйдешь до тех пор, пока лорд Ион не отправится в Бездну. А случится это очень скоро, поверь. Можешь меня ненавидеть, но этого альянса я допустить не могу. Потому, прости. – он поднялся на ноги, а я сжалась, даже отползла в дальний угол кровати, подумывая, куда смогу сбежать, если он вдруг на меня набросится и попытается… опорочить. Но он только хмыкнул, и направился к двери. Лишь у выхода задержавшись, добавил: - И зелье на тумбочке действительно тебе поможет. Но если боишься, то к вечеру боль должна пройти сама.

Я молча наблюдала за тем, как он вышел, закрыв за собой дверь. После проскрежетал замок. И, сосчитав до двадцати, а потом еще до десяти, чтобы наверняка, вскочила с кровати. Покачнувшись и схватившись двумя руками за столбик кровати, закрыв глаза и пытаясь справиться с тошнотой.

Нет уж. Так, как решил этот дикарь точно не будет. По крайней мере, я сделаю все, чтобы поскорее оказаться отсюда подальше.

Глава 6

Проклятая Золотая пыль. Проклятый незнакомец. Проклятое… все. В том числе и мой жених, сбежавший от меня, оставив лишь несколько человек для охраны. Если выберусь живой из этого всего, выскажу ему все в лицо. А может, не просто выскажу, наплевав на то, что истинные леди не опускаются до рукоприкладства.

Я ведь даже не знаю, выжили ли мои стражники и Мэдлин после нападения. Страшно представить вообще, что случилось с тихоней Мэдлин? Что с воинами Ньеркела? Даже за наемников Рендерела сердце болело. Почему незнакомец не хочет союза Ньеркела и Рендерела? И… кто он такой, что решил распоряжаться судьбой племянницы короля? Даже отец не осмелился. А тут… не пойми кто!

Запоздалые вопросы просились на язык, но задавать их было некому. Да и вряд ли я все еще способна разговаривать. Даже вдыхать ртом было больно. Разговаривать я пока боялась.

Постояв еще какое-то время, несколько раз моргнув и медленно повертев головой, я пришла к выводу, что мне уже куда лучше и можно перестать обниматься со столбиком. Даже удалось почти ровно пройтись по комнате.

Первым делом я все же бросилась к окну. Створки никто не потрудился закрыть и понятно почему – сбежать через окно у меня получится только в случае, если я отращу себе крылья. Кажется, мои покои находились где-то на третьем этаже и даже нормального карниза на внешней стороне стены не наблюдалось, чтобы можно было пробраться в другую комнату и попытаться проскользнуть мимо жителей этого гостеприимного дома. Помнится, в детстве я успешно лазала по деревьям и плющу на западной стене. Можно понадеяться, что и с возрастом навыки не растратились. К своим девятнадцати годам я все еще оставалась невысокой и худенькой. Правда, обладала при этом полной высокой грудью, привлекающей внимание мужчин. Да и в общем, как его величество успел заметить, я была красива и не собиралась скромничать. Мать подарила мне точно такие же глаза, глубокого синего цвета, опушенные длинными темными ресницами. Тонкие выразительные брови были настолько правильной формы, что казались нарисованными талантливым художником. Полные, алые губы, маленький нос, светлая кожа. Все это выглядело особенно красиво, учитывая, что лицо обрамляли длинные золотистые кудри. Пусть я не была самой сильной из сестер Ньер. Но красотой меня боги не обделили точно.

Выделили бы хоть немного удачи ко всему прочему. Но что уж. Не все и не сразу.

Оставалось исследовать путь побега. Нелегкая задача, учитывая, что особняк, в котором я оказалась, находился среди леса. Двор, довольно большой, обнесен высоким частоколом, а на башнях стояли на часах воины. Или разбойники, это уже нюансы. Крепкие кованные ворота охраняло еще двое мужчин. Полагаю, задний и хозяйственный двор ничем не лучше. Да и не попасться на глаза кому-нибудь просто нереально. Во дворе было невероятно людно. Слишком много женщин и детей, как для разбойничьей шайки. Если бы не знала, кто эти люди на самом деле, могла бы принять это место за какое-нибудь небольшое поместье местного лира. Вспомнить бы еще подвластных моему жениху лиров.

Кому принадлежало поместье, окруженное лесом, словно зеленым морем? Демон его знает! Нужно было лучше подготовиться к визиту в замок моего жениха. Выучить не только обычаи Рендерела и имена всех его предков, в том числе и со стороны матери, все события, которым гордится дом Кенета. Нужно было банально ознакомится с картами и лирами, присягнувшими мужу на верность. Но разве я могла заподозрить, что меня выкрадут и я буду нуждаться в помощи местных лиров? Да и не факт, что именно этот станет мне помогать.

Да. Присягнули еще Фридриху Иону не все лиры Рендерела. Некоторые упрямо требовали доказательств смерти наследника, его тело как минимум. Совет лиров утверждал, что стать лордом невозможно, если тело предыдущего лорда не заняло свое место в усыпальнице замка Рендерел.

Покойный отец моего жениха старался пропускать мимо ушей обвинения в измене, в том, что он бросил своего лорда на поле боя и даже тело его не оплакано, а склевано воронами. Но из всего, что мне удалось выяснить о предыдущем лорде подвластных Кенету земель, я поняла – его отцу было абсолютно наплевать на все сыпавшиеся на него обвинения. Еще бы. Получить в подарок самое богатое лордство. Да учитывая, сколько оно имело ресурсов, обогатиться здесь не сложно даже в случае, если в наследство от Ренделов им достались бы голые стены и пустые сокровищницы. К чему обращать внимание на недоброжелателей? К тому же, очень скоро они начали сами собой исчезать с его пути. Прямо нового лорда никто обвинить не мог – доказательств не было, только предположения. Но слишком уж удачны были эти совпадения, чтобы о них не начали шептаться.

В общем, это поместье могло принадлежать одному из лиров, так и не признавших род Ионов, как новую династию лордов Рендерела. В таком случае, мне не стоит даже думать о том, чтобы просить помощи у лира земель.

Угрожать этим людям тоже не вариант. Пока со мной обращались, согласно моему положению. Но стоит мне устроить скандал и все может изменится.

Лучше уж попытаться усыпить бдительность моих похитителей и попробовать сбежать отсюда.

В следующий визит незнакомца, попытаюсь выяснить его цели и мотивы. И с чего он так ненавидит моего жениха?

Я уже хотела отвернуться от окна, как мое внимание привлекла могучая фигура мужчины, который недавно находился в этой комнате. Интересно, это он так быстро спустился, или я так долго приходила в себя?

Признаться, он был хорош. Если сравнивать с моим женихом, то… сравнить совершенно нечего. И как не прискорбно признавать – не в пользу Кенета.

Незнакомец приковывал взгляд, даже не прилагая для этого видимых усилий. Женщины улыбались ему, мужчины пожимали руку, а он в ответ похлопывал их по плечу, мимолетом давая какие-то указания. Дети и вовсе визжа от восторга подпрыгивали, и некоторых он поднимал на руки, несколько раз подбрасывал в воздух и ловил.

И я поймала себя на том, что засмотрелась. Как деревенская простушка поедала глазами своего недруга. Пыталась убедить саму себя, что это необходимо, чтобы понять с кем имею дело. Но кого я обманывала? Я просто любовалась им.

Когда он приблизился к колодцу и рывком стянул рубашку через голову, я и вовсе остолбенела. Мне не приходилось ранее видеть мужчин без рубашки. И признаться, даже не думала, что их тело настолько волнительно красиво. Мой похититель был словно сплетен из тугих канатов. Мышцы перекатывались под кожей, резче обозначаясь и снова прячась. Это так завораживало, что невозможно было оторвать взгляд. Он был, кажется, идеален. И только круглый, белый уродливый шрам пониже левой лопатки стал изъяном в идеальном. Притом он был настолько заметен, что даже с высоты окон моих покоев я легко его могла разглядеть.

Какая-то невысокая щупленькая девушка принялась поливать ему на руки воду, едва жители поместья разбрелись по своим делам, и только кучка ребятни покатываясь со смеху, убегала от мужчины, брызгающего на них холодной водой.

И вполне милая картина, которой я полюбовалась бы, может, совсем немного еще, если бы не узнала девушку, со счастливой улыбкой поливающую на руки моему похитителю.

И именно это заставило меня разозлиться по-настоящему.

Глава 7

Магия откликнулась мгновенно, протекла по венам жгучим огнем, словно смешавшись со злостью и обидой. Мэдлин, за которую я так волновалась не растерялась и быстро нашла себе место среди разбойников, даже не поинтересовавшись, как живется ее леди? И вообще, не ее ли хотел подловить таинственный незнакомец в саду Ньеркела? Может быть, она для него шпионила за лордами и лирами в замке?

Воображение живо нарисовала целующуюся парочку в дальней альтанке сада Ньеркела, мистически окутанную лунным светом. И в груди сразу же стало горячо. Почему-то именно эта картина меня разозлила куда больше, чем сам факт ее измены.

Я сжала кулак и со всего маху ударила о каменный подоконник, не в силах отвести взгляд от милой парочки. А ведь если бы на ее месте не оказалась тогда я…

Бесконтрольная магия выплеснулась в разные стороны. Голова пошла кругом, ноги чуть подкосились, и чтобы не выпасть в окно я оперлась на каменную кладку у окна, все так же наблюдая за происходящим во дворе.

Ковш с водой в руках Мэдлин дрогнул, словно в него демон вселился. Девушка недоуменно уставилась на свои руки, замерла, не доверяя собственным ощущениям, но едва расслабилась, ковш рванулся с новой силой, взлетел в воздух, завис на мгновение над ее головой и.. резко перевернулся, выплеснув ледяную воду ей на голову.

Двор огласил надрывный не то писк, не то крик, не то… не понятно что вообще. Я застыла, наблюдая за происходящим, нервно закусив губу, но в душе неприлично злорадствуя. Хоть раз моя своевольная магия меня порадовала, и я едва могла сдержать рвущуюся на лицо улыбку.

- Помоги-и-и-ите! Спаси-и-и-ите! – визжала Мэдлин улепетывая от обезумевшего ковша, решившего, что прекрасного много не бывает и самостоятельно зачерпнув еще ключевой холодной воды. – Стю, убери это от меня!

Растерянный Стю совершенно не готовый вступать в поединок с расшалившимся ковшом, бросился на него с чем имел – полотенцем и энтузиазмом, при этом только еще больше повеселив меня и местную ребятню. Ну, по крайней мере, я теперь имею хоть что-то и могу попытаться угадать, как зовут моего похитителя. Стю… Стюард, Стен, Стивен… Не припомню только лиров с подобными именами. Может, я поспешила, назвав этого Стю лиром? Обычный разбойник, решивший нажиться за счет дома Ионов и Ньер. Он еще не догадывается даже, что Кеннет пока мне официально даже не жених и может сделать вид, что дело о моем похищении его не касается, если конечно не прочувствует своей выгоды. А с Ньеркела можно только мышиный навоз вытрясти.

Я вздохнула, отпрянув от окна ровно в тот момент, когда незнакомец повернулся в мою сторону и посмотрел прямо на меня, а ковш вывернул еще порцию воды под надрывный крик Мэдлин. Не то чтобы я боялась разоблачения, вряд ли этот Стю обладает магическим даром. Но и неожиданных подозрений мне не нужно. Магия мне не помощница, но цену за мое возвращение может поднять знатно. Да и торговаться могут уже не с лордом Ионом или Ньер, а с королем. Не хотелось бы до конца жизни оставаться должной венценосному дядюшке за свое освобождение. Тем более, что от меня он может потребовать магических умений, которых я ему предоставить не смогу.

Взгляд невольно еще раз пробежался по двору, зацепившись за злопастный ковш, так порадовавший меня недавно, теперь же мне хотелось, чтобы он исчез. Увы, мой дар так не работал. Как пример – немая служанка, которой Анна едва смогла вернуть голос. Сотворив непонятно что на эмоциях, обратно это вернуть для меня была непосильная задача.

Я представила, как маниакально ковш преследует Мэдлин и поливает ее водой: днем и ночью, и без устали, и мне стало жалко мою нерадивую служанку-предательницу. В душе я надеялась все же, что ошиблась. Девушка могла просто попасть под обаяние этого… мерзавца. Что говорить о бедняжке, если даже я непозволительно много уделяю времени мыслям о нем. Она легко могла поддаться, учитывая, что попала в плен.

Увы, это умозаключение не очень меня успокоило. Ведь тогда настоящий шпион может еще находится у Ньеркеле.

Нужно выбираться отсюда и возвращаться домой.

Попыталась успокоиться, приблизилась к двери. После бесконтрольного всплеска в теле ощущалась слабость и пустота. О какой магии могла идти речь? Но и простые женские хитрости никто не отменял.

Меня не могли оставить без охраны. Мало ли, что в голову придет избалованной леди. Может, решу выброситься в окно. Или расколотить все к демоновой бабушке. И в конце концов мне может что-то понадобиться. Все же каждому нормальному узнику положен свой охранник. Чем я хуже?

Под дверью точно должен быть страж. И пока там гоняются за обезумевшим ковшом, я могу попробовать выбраться из своей узницы.

Как на зло, в комнате из полезного оказался только ночной горшок. Поднос с едой я сочла слишком легким – вряд ли у меня получится нанести им достаточно сильный удар. А канделябр слишком тяжелым. Во-первых, я не уверенна, что смогу его поднять и тем более треснуть им стражника, а во-вторых, грех смертоубийства принять на душу была не готова.

Мда… ситуация обещает быть легендарной. Уже представлю, как барды слагают песни о том, как храбрый воин пал в неравной схватке с юной леди, вооруженной ночным горшком.

Спряталась за дверью. Ну, боги помогите!

- На помощь! – создавая конкуренцию визжащей на улице Мэдлин, заголосила я. – Уберите от меня это чудовище! Оно меня пытается сожрать! Спасите! На помощь!

Получилось вполне натурально. Плачет за мной большая сцена.

Несколько мгновений на мои стенания никто не реагировал, потому я решила добавить драматизма.

- Кому пришло в голову закрыть меня в одной комнате с этим жутким чудовищем, - надеюсь, не перегнула. Хотя, для приличной леди, мелкая ящерица уже дракон. - Он меня сгрызет и костей не оставит! Есть в этом доме мужчины?

Оставалось теперь надеяться, что мужчины таки есть, а обижаются они везде одинаково, стоит только усомниться в их мужестве. И даже не задаются закономерным вопросом, что там за дракон вообще, и откуда ему взяться в доме, они бегут спасать даму в беде, доказывая, что они точно мужчины.

И я не ошиблась.

Дверь с буквально распахнулась, впуская в комнату целую гору мужества с мечом в руках и свирепостью в взгляде. Но, как и предполагалось, быстро был сражен… женским коварством. И ночным горшком. Даже не думала, что я на это способна. Невольно даже испугалась, не перестаралась ли я до уровня канделябра. Но охранник застонал, оказавшись не робкого десятка, а я опрометью бросилась вон из комнаты при этом захлопнув дверь и повернув оставленный в замочной скважине ключ.

Вот и прекрасно. Теперь бы найти выход.

Рванула по коридору к лестнице. Но резко остановилась, как вкопанная. Просто на мой этаж почти поднялась невысокая суховатая женщина средних лет и невыразительной внешности. Оставалось надеяться, что здесь есть второй выход.

Развернулась, как заведенный волчок, и побежала по коридору.

Точнее хотела побежать. Но едва ли сделала пару шагов, меня словно плетью за ноги связали: одним ударом, четко, болезненно и свалив с ног. По телу словно молния прошла, парализуя. А в груди болезненно сжалось от осознания произошедшего.

- Далеко собралась, птичка? – поинтересовался женский голос над головой.

И теперь мне стало действительно не по себе. Это была не плеть. Это была магия – чистая и могущественная. И эта женщина была куда сильнее стихийной бестолковой меня.

Глава 8

- Ну и как ты планировала бежать? – спросила колдунья, выставив за дверь пыхтящего от злости, сраженного ночным горшком охранника.

Слава всем богам! Потому что смотрел он на меня кровожадно. В глазах стража читалась жажда возмездия. И кто знает, если бы эта неизвестная женщина оставила нас наедине – на одну из сестер Ньер в этом мире могло стать меньше.

Делиться соображениями и планами с непонятно кем желания не было совершенно. Тем более, что попыток я не оставлю все равно, а значит, раскрывать всех карт тоже не стоит.

Помимо прочего, снимать свое заклинание ведьма не собиралась. Пришедший в себя охранник просто свалил меня на кровать, как куль с овсом. И самое ужасное, что ни поправить задравшиеся юбки, ни нормально подняться не получалось. А в любых переговорах самое важное – держать лицо. Увы, держать лицо, лежа этим самым лицом в подушку, не так-то и легко. Мне вообще чудом удалось извернуться и сесть.

- Как-нибудь, - сдув прядь волос с лица, проворчала я.

Наконец, у меня получилось разглядеть свою собеседницу. Колдунья такой силы и мощи на деле оказалась еще ниже, чем показалась мне сразу при встрече. Длинные черные волосы, завитые в мелкие непослушные кудряшки, падали на спину водопадом. Обычно женщины в ее возрасте старались прятать волосы под платок или хоть связывать в тугой узел. Но эта женщина словно подчеркивала свою особенность. Если не брать во внимание лицо, то она и казалась юной. Даже простое деревенское платье, перехваченное расшитым бисером поясом, не могло спрятать завидные женские формы – высокую, словно девичью, грудь, тонкую талию, широкие бедра. Да и в общем, ее возраст выдавала разве что сеточка морщин вокруг рта и глаз, и тонкая седая прядь, которую легко было бы спрятать, но женщина словно выставляла ее напоказ. А еще что-то такое во взгляде – опыт, мудрость… так смотрела вездесущая, всезнающая Эннет, воспитавшая дочерей дома Ньер, как своих и не раз дававшая нам мудрые и ценные советы.

Увы, раздавать советы куда проще, чем ими пользоваться.

- Как-нибудь, - задумчиво повторила женщина, пройдя по комнате и даже не глядя на меня.

Она словно игралась со мной, присматривалась, как хищник присматривается к жертве. И это немного сбивало с толку. Нет, я не собиралась требовать от нее объяснений. Но и понять, как вести разговор с таким собеседником сложнее, чем даже с самоуверенным обаятельным главой этой шайки.

- Что вас удивляет? – спокойно и наигранно равнодушно заговорила я. – Меня украли по дороге на собственную свадьбу, - умышленно обозвала смотрины и помолвку свадьбой. - заперли, не объяснив ни целей этого похищения, и моих перспектив… ничего не объяснив. Только уведомили, что не допустят свадьбы с лордом Ионом. Полагаю, вы бы на моем месте тоже не сидели, сложа руки и ожидая, пока все разрешится само собой.

Женщина хмыкнула, улыбнувшись одним уголком рта, и наконец посмотрела на меня прямо, изучающе.

- Я бы не позволила себя взять в плен, - начала она. – Имея такой потенциал, сдаться кучке разбойников. Это позор всего нашего народа.

Я поджала губы и вздернула подбородок, проглотив жгучую обиду. Магия была моей личной болью, вершиной на которую я толкала свой камень, но он все еще был на месте. И едва удавалось хоть немного поднять его наверх, он с удвоенной силой давил на меня, сталкивая вниз по склону. Это только в книжках все просто с этим колдовством. Пусть я старалась не меньше Ребекки и Анны освоить свой дар, но получалось ужасно. То ли дар у меня не такой, то ли я делала что-то не так, но ничего из этого не получалось, и я все так же оставалась нестабильной. Оставалось только смириться со своей ущербностью и скрывать свою особенность с удвоенной силой. Впрочем, до недавнего у меня это прекрасно получалось.

Признаться, именно моя беспомощность, как мага, и толкнула меня на активные действия. Не всем быть великими колдуньями, управляющими рука об руку с мужем целым Северным пределом. Кому-то приходится пробивать себе дорогу в мир собственными силами, умом, хитростью и интригами.

- Не понимаю, о чем речь! Слабой женщине без оружия сложно тягаться со взрослыми сильными мужчинами, - холодно отчеканила я, вернув презрительный взгляд ведьме.

- Ты лукавишь, юная леди Ньер, - блеснув ровными белоснежными зубами не то в улыбке, не то в оскале, протянула женщина. – Ходят слухи, что в мир возвращается магия. Силы древних хранят три сестры-колдуньи. Одна – леди Амора, правит Северным пределом. Вторая метит на место леди Ион, а третья пока леди Ньер. Но все они способны изменить мир, если перестанут думать только о себе.

Я едва сдержала рвущийся смех.

- В эти сказки еще кто-то верит? – со снисхождением поинтересовалась я, попытавшись устроиться поудобней. Что не укрылось от колдуньи, и она снизошла до милости – щелкнула пальцами, развеяв заклятье. Дышать сразу стало легче, да и почувствовала я себя куда уверенней. – Легенды для того и придуманы, чтобы народу было о чем поговорить. Если Ребекка маг, как говорят, это еще совсем не значит, что и мы с Анной владеем хоть какими-то способностями. Иначе, как вы успели уже заметить, я бы не сдалась в плен, а разметала разбойников, как сухие листья. Потому все ваши рассуждения – пустое сотрясание воздуха.

Я даже поднялась на ноги, стараясь казаться выше. Но хоть колдунья и была на голову ниже меня, все равно давила своим… авторитетом, что ли.

- Лжешь ты тоже не умело. Если собиралась жить при дворе, этому искусству стоит подучиться.

- Откуда?.. – ошарашенно вырвалось у меня, но я сразу же прикусила язык.

- Магия, пташка. Все в мире – это магия. Просто нужно научиться управлять своим даром, - она махнула рукой, подзывая меня к окну. – И не только своим, Шарлотта.

Подчиняться не хотелось совершенно, но ноги, повинуясь чужой воле, понесли меня к окну.

Во дворе царил хаос. Ковш все так же маниакально преследовал мокрую, рыдающую и бестолково мечущуюся Мэдлин. Кто-то пытался сбить или поймать орудие ее пытки, кто-то просто наблюдал за происходящим. Главарь шайки не придумал ничего лучше, чем накинуть на мою бывшую служанку плащ, пока ситуация не решится.

- Некоторые порывы нельзя остановить, как бы ты не пряталась от своих способностей, забираясь в свою ракушку и делая вид, что проблемы не существует. Если от проблем бежать - получается вот это. Сильно, но бестолково.

Да, Анна мне говорила, что магию нужно брать под контроль и использовать. В противном случае – магия накапливается, а в итоге прорывается бесконтрольными выбросами. А если тренироваться – резерв растет и становишься сильнее с каждым днем.

Полагаю, сама Эн, очень скоро станет сильнее Ребекки, учитывая, сколько времени она уделяет магии.

Я еще раз посмотрела на Мэди. Мне ее было жаль, совершенно искренне. За свой проступок она получила уже сполна. Но исправить что-либо мне было не по силу.

- Нужно учиться быть магом. Это не дается с рождения, - голос колдуньи стал жестким и грубым. А после она щелкнула пальцами и ковш в одно мгновение упал на землю, расплескав уже заготовленную для новой атаки воду. – Иначе так и останешься бестолковой и ни на что не способной. А твой дар будет нести только разочарования. Но если пожелаешь, я научу тебя быть магом.

Я вздрогнула. Предложение заманчивей некуда, учитывая, что я практически распрощалась со своими способностями. Но… что взамен? Не просто же так пришла эта женщина, точно ищет своей выгоды.

Подобные решения не принимают в спешке. Вот и я промолчала, не ответив ни отказом, ни согласием. Несомненно, сила ведьмы впечатляла. Но с таким потенциалом, что ей нужно тогда от меня? Кто я, по сравнению с такой силы ведьмой.

Она не требовала незамедлительного решения. Давала время подумать, развернувшись и направившись к двери.

- Когда надумаешь, позови меня! Скажешь стражнику, что желаешь видеть Тингельду, и я приду.

И даже на это я не ответила.

Значит Тингельда… И кто же ты такая, ведьма, по имени Тингельда?

Глава 9

Вечер опускался на поместье, спрятанное в глухом лесу. Розовыми разводами ложились на пол из белого шлифованного камня последние лучи засыпающего солнца. В окно врывалась свежесть и немного влага грядущей ночи. После дневного зноя, прохлада приносила отдельную радость, учитывая, что элементарного таза с водой мне оставить то ли забыли, то ли не посчитали нужным.

Но это было бы терпимо, если бы я оказалась в иных условиях – возможно, даже порадовалась погожему летнему ввечеру, прогулялась по аллеям в саду, вдыхая ароматы вечерних цветов.

Но меня никто не собирался выпускать. Обо мне словно вообще все позабыли: и загадочный Стю, и не менее интригующая Тингельда. Притом оба они занимали одинаково много места в моих мыслях.

А что если эта колдунья действительно поможет мне раскрыть потенциал, о котором я и не догадывалась. Тогда не придется играть в помолвку с Ионом, не гнуться под волю короля, не оглядываться на вечно недовольного всем отца. Все вообще может быть иначе.

Слишком соблазнительное предложение. Но! «Хочешь тепла – руби дрова»! И что мне придется сделать, чтобы получить столь желанную силу и свободу? О цене Тингельда не говорила ничего.

Я поднялась с кровати и прошла по комнате, выглянув в единственный источник информации – окно. Даже не потрудившись зажечь свечи, просто оперлась плечом о косяк и смотрела вниз, пытаясь понять, что же все-таки это за место.

Во дворе собирались жители поместья, жгли костры, поднимали кружки с пенным напитком, скорее всего, с местным элем, дурачились дети и заводили песни женщины. И все было такое… живое, правильное, простое. Немудрено невольно залюбоваться. В Ньеркеле не было никогда такой непринужденной атмосферы. Даже среди слуг и деревенских мне не удалось вспомнить таких вот теплых посиделок. Что не так было с миром, если вот такое тепло оставалось только в разбойничьих шайках?

Взгляд лениво скользил по лицам и что-то в груди затягивалось пружиной от желания увидеть того самого Стю. Необъяснимое желание, противоречащее здравому смыслу. Как я ни старалась, но не могла себя заставить бояться или ненавидеть этого мужчину. Нас словно связывало нечто, вынуждающее доверять этому человеку. Неужели, причиной всему был тот проклятый поцелуй в альтанке, от воспоминания о котором, у меня до сих пор внутри все замирало, а по коже бежали мелкие мурашки. Даже несмотря на понимание, что предназначен он был совершенно другой девушке.

Погрузившись в размышления, я не сразу услышала, как скрипнула дверь, и в комнате появился еще один человек. Скорее почувствовала легкое дуновение ворвавшегося в окно сквозняка. Я повернулась раньше, чем осознала происходящее.

В нескольких шагах от меня возвышалась, немного раскачиваясь высокая, могучая фигура. Сначала я даже подумала, что это Стю решил мне пожелать спокойной ночи или наконец объяснить свои цели и мою роль в его планах. Но нет. Визитер застыл, словно разглядывал мой, точно такой же, полагаю, темный силуэт. Главарь этой банды был куда разговорчивей и самоуверенней. Да и повыше ростом и пошире в плечах.

- Кто вы? И что вам от меня нужно? – не выдержав затянувшейся паузы, спросила я.

Можно бы пригрозить ему тем, что я закричу, позову на помощь. Но придет ли эта самая помощь?

- Красивая пташка из садов Иона попала в клетку, - прогудел густой бас. Я даже вздрогнула от неожиданности и страха, не совсем понимая, что он хочет этим сказать. – И теперь с пташкой поиграют кошки…

Кажется, мужчина был чертовски пьян. Пытался выражаться поэтически о не самых приятных и уж тем более не поэтических вещах.

У меня от дурной догадки пересохло во рту. Даже ноги словно приросли к полу. Это он с кем сейчас и как намерен играть?! Понимание забралось ужасом под кожу.

- Начнем с того, что я пока не имею к садам Иона никакого отношения, - не сразу справившись с севшим голосом, заговорила я. – Я из дома Ньер, - и что ему еще говорить?

Что даже не собиралась выходить за Кенета? Так ему что с этого? Кажется, с трофейными леди здесь поступают по праву сильного. В груди стало больно. Это мой страх взывал к магии, которой уже не осталось. На негнущихся ногах я сделала несколько шагов в сторону, чтобы между нами появилась хоть какая-та преграда. Пусть даже это бла просто кровать.

- И все же ты повеселишь меня сегодня, леди, из какого сада бы ты не вылетела.

Какое-то невероятное движение с его стороны смазалось в единую тень. Я не различала его уже в темноте, но все же рванула в, как мне казалось, противоположную сторону. Нужно было жечь свечи, а не прятаться в темноте. Сейчас бы хоть видела, куда бежать. Резкий удар между лопаток вышиб воздух из груди. Споткнулась о ковер, нелепо взмахнула руками, падая, больно ударившись щекой об пол. На мгновение перед глазами замелькали разноцветные светлячки, выбивая меня из реальности. А следом сверху на меня навалилось нечто тяжелое, воняющее хмелем, потом… наверное, так воняет похоть.

Я забилась, пытаясь дотянуться хоть до чего-нибудь. Но безуспешно.

На глаза навернулись слезы, когда лапища этого чудовища зашарили по моему телу, задирая юбки. И сделала все, что могла – закричала, что есть сил, зовя на помощь и не надеясь ее получить.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 10

- Тише, сука, - растеряв всю любовь к поэзии, прорычал мужик, выдыхая облако перегара. – Я не сделаю с тобой ничего такого, чего люди твоего женишка не сделали с моими девочками. Жаль, что он не увидит.

Мне захотелось завыть. В голове шумело, и слова этого нелюдя до меня доходили не сразу. Как же плохо быть беспомощной женщиной в этом мире и всегда оставаться в тени и власти мужчин.

Резкий рывок. Дышать стало легче, исчезла тяжесть, прижимающая меня в полу. Правда, отрываясь от меня насильник пытался удержаться, вцепившись мне в волосы и дернув так, что казалось, голова отвалится. Но мне ли жаловаться? Осознание освобождения еще не укоренилось в голове, а тело уже действовало. Ползло, путаясь в юбках, падая и ударяясь о холодный мрамор пола и почти не чувствуя боли. Ужас подгонял меня, давал силы и помогал справиться с болью и паникой. Спокойней стало только когда, сдернув вместе со скатертью что-то тяжелое, вскочила и выставила его перед собой, намереваясь отбиваться до последнего вздоха. Лучше уж пусть убивают меня.

В темноте едва различалось движение. Слышались глухие звуки ударов, какое-то бормотание, ругань. И закончилось все тем, что дверь распахнулась и из комнаты вывалились мои поздние визитеры. Один так точно. И дверь снова захлопнулась с грохотом.

В любом случае, оружие опускать я поостереглась Мало ли кто это и что ему от меня может понадобиться.

Чиркнуло огниво, неожиданно яркий свет от свечи резанул по глазам так, что выступили слезы, и я на короткий миг отвернулась, чтобы проморгаться.

- Можешь не бояться, - я легко угадала того, кто остался со мной в комнате по голосу. Стю. Но вот расслабляться не собиралась все равно, несмотря на то, что руки уже порядком устали от тяжести моего оружия. – Бред не придет больше, я позабочусь. И охранника сменю.

Охранник. Демоны бы его кусали. Решил мне отомстить за шишку на голове, впустив насильника в комнату.

Я молча наблюдала за теребящим что-то в руках Стю, не спеша отвечать. По правде, меня всю трясло, жутко хотелось плакать, домой, и чтобы Еннет заварила мне свой успокоительный чай, по секретному бабушкиному рецепту. И никогда больше не вспоминать про этот кошмар.

- Прости, - не дождавшись ответной реплики, снова заговорил мой похититель. - Это я виноват. Мог бы предусмотреть, что голову Бреда может посетить такая мысль. Здесь никто не питает любви к самозванцу, именующему себя лордом Рендерела. Но Бред всегда был особенно несдержан. Его можно понять. Люди Иона лишили его семьи. Его решили наказать за невовремя выплаченный долг. До того дня у Бреда была красавица жена и две дочери. Его заставили смотреть, как люди Иона развлекались с женщинами, а после просто перерезали им горло, и бросили его с ними.

Признаться, мне было невероятно больно слушать этот рассказ, учитывая, что едва не стала точно такой же жертвой совсем недавно. Но, признаться, я могла бы поверить, что Кеннет или ег отец могли отдать подобный приказ. Внутреннее чутье подсказывало. И все же, я то тут при чем? Приказы не отдавала же!

- Ты ждешь от меня сочувствия для человека, едва не… - голос сорвался, и я не смогла закончить фразу, чувствуя, как отпускает шок и подбирается истерика.

- Я ничего не жду от тебя, Шарлотта. Просто пытаюсь объяснить… его поступку нет оправдания и наказание его обязательно настигнет.

- Лучше отпусти меня, пожалуйста, домой, - слезливо попросила я, всхлипнув и наконец опустив оружие. Это, как оказалось, был тот самый канделябр, который я полагала и не подниму даже. Ужас творит невероятные вещи с человеческим телом.

- Это невозможно, - сделав несколько осторожных шагов ко мне, честно ответил на просьбу Стю. Я снова попыталась поднять канделябр, но сил не осталось совершенно. – Со временем, ты получишь свободу. Так или иначе. Но пока… я позабочусь, чтобы неприятных ситуаций больше не случалось.

Я вздрогнула, едва он забрал из моих рук единственное средство защиты и отставил его на стол. По щекам против воли потекли слезы. Ручьем. И ничего не получалось с этим сделать. Наверное, это выливался мой страх. Я отшатнулась, когда Стю осторожно взял меня за плечи и прижал к груди, успокаивающе гладя по растрёпанным волосам. Я попыталась вырваться, но безуспешно. Страх накатил с новой силой. Но мой похититель больше ничего не предпринимал, и я постепенно перестала вырываться.

- Тебя больше никто не обидит, пока я отвечаю за твою безопасность, - пообещал он.

И вопреки здравому смыслу мне захотелось ему поверить. За меня в этом мире очень мало людей готовы вступиться. Разве что Ребекка. Но где она? И пусть это был неосознанный порыв, я ткнулась лбом в его плечо, позволив себе несколько мгновений побыть слабой и помечтать о том, что и обо мне есть кому позаботиться.

Еще какое-то время поуспокаивав, Стю усадил меня на кровать, укутав в одеяло и велел ложиться и отдыхать.

- Как тебя хоть зовут? – спросила я, поджимая ноги, но не решаясь принять горизонтальное положение.

- Стивен, - ответил он, задержав на мне взгляд.

- А род? – понимая, что продолжать он не намерен, спросила я.

- У меня больше нет рода. Пока нет, - выдержав паузу, ответил Стивен, и после задул свечу.

Уже темнота пожелала мне доброй ночи, а мой похититель и теперь еще и спаситель, вышел из комнаты.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍В этот раз я была рада скрежету ключа в замочной скважине. Очень надеюсь, что ключ Стю забрал с собой. Так мне спокойней.

Признаться, я много узнала в самые кратчайшие сроки и о Стю, и о Кеннете…

Но главное - приняла решение. Мне необходима помощь Тингельды, что бы она не просила взамен. Больше я не буду слабой. И больше никто ко мне не прикоснется против моей воли.

Глава 11

- Миледи! Вам пора просыпаться!

В мой и без того не самый спокойный сон ворвался высокий то ли женский, то ли детский голос, развеивая ночной туман. И слава альвам.

Я не берусь говорить, когда именно меня сморил сон. Помню, что долго ревела в подушку, закусив угол, чтобы не выдать свой слабости и страха. Помню, что несмотря на подбирающуюся дрему, вздрагивала от каждого шороха, перекличек часовых, собачьего лая под окнами. И только с рассветом сон подобрался вплотную. Но не принес отдыха, а скорее вереницу кошмаров.

Потому я была рада пробуждению.

«Новый день – новая история. Новые силы – новые свершения. Новые мысли – новые решения», - так любит говорить наша нянюшка и наставница Эннет, поднимая ленивую меня с кровати по утрам. С Ребеккой ей возиться не приходилось. Моя старшая сестра всегда просыпалась затемно и ложилась, когда весь замок уже крепко спал. Иногда, мне хотелось быть хоть немного быть на нее похожей. Она бы не раскисла, как я, не опустила бы руки.

И мне нельзя. К тому же, решение уже принято, осталось дать об этом знать самой Тингельде.

В комнате витал запах мятного чая, черничного варенья, неизвестных мне специй и жареного мяса.

- Миледи, все остынет и будет, как кусок подошвы от сапога, - снова заговорил тот же голос. И мне не оставалось ничего другого, как подняться и отыскать взглядом говорящего. Им оказался щуплый невысокий мальчишка лет семи-восьми, коротко стриженный и невероятно разговорчивый. Что мне вообще-то на руку. – Даже Буран не может разжевать это мясо. А он самый сильный волкодав. Принадлежал моей семье. Когда-то выпасал отару с отцом на дальних склонах. Рысь брал. Вот такую, - показал он рост хищника на вытянутую вверх руку. - Буран сам загрыз. Правда, она ему тогда живот порвала. Лечили долго, думали, не переживет. А он пережил. А пока болел, отца убили воины лорда нашего. И всех в деревне тоже. Мы с Бураном вдвоем остались. И теперь он мой лучший друг. Единственная родня. А у вас друзья есть?

В этом потоке бессвязной информации мне едва удавалось выловить суть. Мальчишка говорил не меняя ни тона, ни даже интонаций. Одинаково и о смерти родственников, и о выпасе овец, и о мясе, которое едва ли удастся разжевать этому самому псу.

- Есть, - кивнула я, пригладив волосы ладонью и передернув плечами, прогоняя сонную дрожь с тела. – И сестры. Они очень меня любят и ждут домой.

- Сестры - это здорово, - расставляя тарелки на столике, чуть задумался и кивнул мальчик. – Тоже всегда хотел сестру. Или даже две. Они были бы красивые, как вы! А я бы защищал их от всех.

Мне очень хотелось сказать, что у него обязательно еще будет большая семья, но вовремя прикусила язык, припомнив, что он говорил минутой ранее. Значит и он тоже пострадал от своеволия Кеннета. Или еще его отца. Закономерная догадка поселилась ледяным холодом в животе. В этом лагере есть хоть кто-то, кого не затронула «справедливость» лорда?

Эта догадка вынудила меня почувствовать себя виноватой. Не думала, что однажды посчитаю себя виновной в том, что сделал другой человек. В том, что случилось давно и даже без моего ведома. Незнакомое, но и неприятное ощущение.

Я спустила ноги на пол, заметив, что на коврике ожидала меня пара новых мягких туфель с чуть задранными на восточный манер носками. Было подозрение, что новые они только на вид, но мне ли капризничать? Мои уже давно износились. А на новые можно было надеяться только к помолвке. Да и то не наверняка.

- Как тебя зовут? – сменила я болезненную тему, сунув ноги в туфли.

Они оказались немного великоваты, но на удивление легкие и удобные. И куда лучше тех, что были на мне. Какая-то часть меня даже порадовалась, что их выбросили, даже не спросив.

- Мать называла Оливером. Но здесь меня зовут Желудь. Так что если понадоблюсь, спрашивайте про Желудя. Ну или про Бурана. Его тоже все здесь знают.

Мальчишка оглянулся и улыбнулся, широко, открыто, как умеют только дети. И я невольно улыбнулась в ответ. Позабыв на какое-то мгновение, что я пленница, что надо мной едва не надругались вчера, что меня предала служанка, которой я доверяла и считала если не близкой, то доверенной… что все в моей жизни пошло наперекосяк. Дети – это самое прекрасное, что случается в нашей жизни. Они умеют делать нас счастливыми даже тогда, когда кажется, что жизнь окончена.

- Меня Шарли зовут, - поднявшись с места и приблизившись к столу, представилась я коротким именем. – Когда никто не слышит, можешь не называть меня «леди». Ты давно здесь живешь?

- Уже две зимы. Прошлая была жестокая. Еды не хватало. Вырезали всех овец. Многие говорили, что это плохо, ведь на следующий год не останется ничего на развод. А Стивен велел ничего не жалеть. Главное, накормить женщин и детей.

Какой заботливый вожак разбойников. Но, судя по тому, что хозяйственный двор не пустовал, скот пригнали снова. Хотелось бы знать – откуда. О чем я и спросила.

- Так новенькие с собой приводят. Что-то удается отбить у воров из замка лордовского, - как само собой разумеющееся пояснил Желудь.

Вот как! Ну, в общем-то, как-то так я и думала. Разбойники добывают еду грабежами. Правда, в чем-то я их понимала. Если дело обстояло именно так, то не удивительно, что крестьяне добывали еду, как получалось.

- Я никогда не была в этой стороне королевства. Даже не подозревала, что где-то есть такие леса, - поделилась, намазывая свежий хлеб вареньем и протягивая Желудю. – Составишь мне компанию?

Мальчик воровато оглянулся, но отрицательно качнул головой.

- У меня дел… Но я к вам еще приду. Стивен велел за вами присматривать. Может ему что-то передать?

Я застыла с куском хлеба в руке. Велел присматривать! Потому что волнуется, как бы не сбежала? Или волнуется, как бы ко мне кто-нибудь не наведался? Любопытно, он сменил стража у моих дверей? Или в отместку за то, что я его огрела горшком, будет и дальше впускать в покои любого, кто точит зуб на моего фиктивного жениха? В памяти живо всплыли события прошедшего дня. И точно так же как Оливер, отрицательно качнула головой.

- Лучше передай Тингельде, что я хотела бы с ней встретиться.

- С Тингельдой? – с некоторым неверием и даже ужасом, переспросил Желудь. – Так она же… Не нужно вам с ней связываться, Шарли. Опасная она, - шепотом предупредил меня мальчик.

- Я знаю, Оливер, - умышленно назвав его по имени, улыбнулась я. – И я очень благодарна тебе за заботу. Но, все же рискну. Иногда оно того стоит.

Мальчишка посмотрел на меня еще раз, словно ожидая, что я передумаю. Но не дождавшись изменений, просто пожал плечами и так быстро покинул комнату, словно растворился в воздухе.

А я, чуть подумав, вгрызлась в хлеб с вареньем и запила его чаем. «Подошва» даже визуально не вызывала никакого гастрономического интереса. И все же, что бы не случилось дальше, мне необходимы будут силы.

Глава 12

Как любит повторять наша незаменимая Эннет: «Лучшие решения принимаются после крепкого сна и крепкого чая!» Ну по крайней мере, одно из условий я выполнила. Чай в этом поместье готовят просто отменный. Он помог мне взбодриться, собраться с силами и мыслями, даже немного преисполниться оптимизма. В общем-то, мой незнакомец обещал мне защиту и обращение, соответствующее моему положению и статусу. И пусть особых причин верить ему у меня не было, но… если подумать хорошенько, он мог бы давно сделать со мной все, что заблагорассудится. Еще в тот вечер, когда я прибежала в дальнюю альтанку на свидание с Кеннетом. Но он поступил вполне благородно, как для разбойника, конечно. Да и вчера не позволил своему человеку совершить непоправимое. Пусть полностью доверять ему и не получится, но в целом могу попробовать положиться на его обещания.

К тому же накануне вечером он казался расстроенным. Словно ему действительно было жаль, что тот ужасный мужчина пробрался ко мне в комнату и пытался… вспоминать даже не хочется. Какое-то неоправданное предчувствие требовало довериться незнакомцу из моих снов, а прагматик во мне твердил, что я совершенно повредилась рассудком.

Что ж. В любом случае от меня в этой ситуации зависело не так уже и много. И изменить что-либо могла мне помочь только чародейка Тингельда. Если, конечно, и она не играла со мной в непонятные мне пока игры.

Мои размышления прервал вежливый стук в дверь. Я от неожиданности едва не подавилась бутербродом с вареньем.

- Войдите, – промокнув губы салфеткой, разрешила я и сделала еще глоток чая.

О! А чародейку по имени Тингельда долго ждать не пришлось. Женщина совершенно спокойно вошла в комнату, плотно прикрыв за собой дверь. Признаться, я уже успела привыкнуть, что в мое узилище входят без стука и разрешения. Потому вежливость меня удивила куда больше, нежели без стеснения хозяйничающий в комнате Желудь.

Губы Тингельды беззвучно зашевелились, и по комнате, подобно весеннему свежему ветру, пронеслась магия, блеснув, словно блики на поверхности воды, по стенам и двери.

- Не люблю чужих ушей. – чуть склонив голову, неожиданно призналась чародейка и официально поприветствовала: – Доброе утро, миледи Ньер! Надеюсь, вы хорошо спали?

Леди Ньер. Как иногда стремительно меняет жизнь свое русло. Но! Мы можем быть узниками вонючих казематов или гостями в королевском дворце. Можем одеться в шелка или дырявую дерюгу. А вот воспитание и достоинство у нас не отнять. Если есть, конечно, то или другое.

- Куда лучше, чем ожидала, – отставив чашку с недопитым чаем, ответила я. – Учитывая, что мне пришлось пережить. Но я пригласила вас не для того, чтобы оговаривать мои удобства, – переведя дыхание, я вздернула подбородок и посмотрела прямо в лицо посетительнице. – Для начала я хотела бы знать, что случилось с моими людьми?

Хотелось добавить, что судьба Мэдлин меня не интересует совершенно, и так все видела и поняла, но решила не опускаться до проявления неподобающих эмоций. Можно сказать, даже наказала по весу ее вины, но говорить этого, понятное дело, не стала. Пусть сама додумывает то, что я не договорила.

Тингельда не разочаровала, сдержанно и понимающе улыбнувшись, она присела на соседний стул. Я, в свою очередь, гостеприимно наполнила ее чашку чаем. Но это не означало, что от напряжения между нами воздух в комнате едва ли не искрил. Под пронизывающим взглядом чародейки мне кусок в горло не лез, чай тоже перестал быть таким вкусным, как поначалу. Да что там, я уже опасалась, как бы голос не дал петуха.

- Ваши люди пока размещены в подвале. Они обеспечены всем необходимым, включая чистую одежду и бинты для перевязки раненого, – рассказывала Тингельда спокойно, не вдаваясь в подробности. – Воины Иона сбежали, миледи. Храбростью, как вы успели заметить, они не отличаются, – губы ведьмы тронула брезгливая гримаса. – Это все, что вы хотели выяснить?

- Пожалуй. Мне бесконечно радостно знать, что мои люди живы и над ними не издеваются, как это бывает, – то, что чародейка сказала о воинах моего жениха, обязавщихся меня защищать, умышленно оставила без внимания. Пусть их лорд с ними и разбирается, раз нанимал и платил им звонкой монетой. Вместо этого я решила все же выяснить, есть ли возможность подкупить эту ведьму. Мало ли, все предают, как я успела убедиться. – Я бы хотела попросить вас… связаться с моими родственниками. Они волнуются, ничего не зная о моей судьбе. И не только мой отец и сестры. Его величетво, полагаю, тоже неспокоен. А значит, люди короля могут искать меня. Проще было бы обезопасить себя и… отпустить пленницу за вознаграждение. Мои родные заплатят за меня неплохой выкуп… полагаю.

Я набрала воздуха в грудь, понимая, что все сказанное выпалила на одном дыхании и пока не придумала, что говорить дальше. Но и не потребовалось. Ответом на мою тираду стал искренний громкий смех. Ведьма смеялась надо мной.

Хорошо. Значит, подкупить ее не получится. И этот факт вызывал у меня смесь досады и восхищения. Восхищения верностью и досады оттого, что мне с людьми, увы, так не повезло.

- Здесь нас точно никто не отыщет, пока я жива. Да и не уверена, что будут искать. Разве что уязвленное самолюбие твоего жениха взыграет. Ну или страх, учитывая, что о случившемся придется отчитываться перед королем. Что до выкупа… Из всех родных за тебя сможет заплатить только Ребекка. Она единственная, кто печется о ваших с сестрой судьбах. Порой даже больше, чем о своей собственной, – фыркнула Тингельда.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍А я онемела на мгновение. Эта женщина знакома с Беккой?

- Было дело, – рассмеялась ведьма, а я не сразу и поняла, что этот вопрос задала вслух. – Мне приходилось бывать в Северном пределе. Некогда одна молодая чародейка, едва принявшая на себя статус леди замка, приходила ко мне за помощью.

Бекка? Как-то у меня в голове не укладывалось, что наша идеальная Ребекка с чем-то не могла справиться самостоятельно. И, видимо, эти мысли отразились на лице, потому как Тингельда поднялась на ноги, прошлась по комнате и остановилась у единственного окна.

- Понимаю, что ты не доверяешь мне. Я бы на твоем месте тоже не верила ни единому слову человека, причастного к моему похищению. Но… ты ведь не просто так меня позвала, Шарли. Не для того, чтобы попытаться договориться о выкупе?

Прозорливая. Или просто умудренная опытом. А может, и то, и другое.

- Вы правы. Я обдумала ваши слова и предложение. Мне действительно необходима помощь… с моим даром. Если с этим возможно что-то сделать, конечно. Он не подчиняется мне, а живет своей жизнью, выплескиваясь или открываясь только тогда, когда сам того пожелает… Это вы тоже недавно успели заметить, – я нервно сжала в кулаке подол своего не совсем чистого дорожного платья и взяла паузу. Непривычно и неприятно изливать кому-либо душу. Особенно когда ты привыкла улыбаться окружающим, даже если на самом деле хочется взвыть. И вдвойне странно, что открылась я совершенно чужому, незнакомому мне человеку. – И я не понимаю, что с этим делать.

Тингельда обернулась, посмотрела на меня прямо, внимательно, без тени улыбки или какого-то торжества, а главное, без жалости. Она точно понимала, что значит для одаренной невозможность договориться со своей магией. И прекрасно понимала, какая буря эмоций бушевала у меня в груди в этот момент. От ноющей старой боли до горькой щемящей пустоты. А еще… еще огромное облегчение оттого, что могу сказать о своей боли вслух. Кажется, этот подвиг я совершила впервые.

- Все исправимо для того, кто хочет исправить, – проговорила она и резко приблизилась ко мне.

Я едва успела вздрогнуть и отпрянуть, но никак не увернуться от ее холодных тонких пальцев, впившихся в мои виски.

- Какого демона? – рявкнула я, попытавшись встать, но тут же рухнула обратно на стул.

Сознание заволокло туманом, изломало с треском, как тонкий лед на быстрой речке. Время и пространство растворились.

В одно мгновение я стала маленькой пятилетней девочкой в розовом платьице и с милыми лентами в светлых кудряшках.

Под ногами зеленела молодая трава, огромные старые деревья шелестели густой листвой, а на их ветках заливались пением мелкие желтые птички. Солнце, по-весеннему ласковое, заливало небольшую поляну. И все было бы удивительно и прекрасно, если бы… я не знала, что произойдет дальше. Совсем скоро.

В груди противно заныло. Горло перехватило от надвигающейся паники.

Какого демона я здесь делаю? Не лучше ли выяснить, как вернуться назад? Как заставить ведьму все сделать, как было? Лучше уж разделить участь моих людей и сидеть в темнице, нежели… это.

- Какое интересное место, – вырвал меня из оцепенения голос ведьмы.

Как и когда она оказалась рядом? И что от меня хочет?

- Ужасное место, – не согласилась я. К моему удивлению, изменился даже голос. Я действительно была ребенком. – Может, объясните, зачем вы со мной это делаете?

Тингельда вскинула бровь, словно я сказала невероятную глупость.

- Это не я делаю, – одарив меня снисходительным ответом, Тингельда оглядывалась по сторонам, не скрывая интереса. – Это ты. Шарли, ты привела нас в это место. Оно для тебя важно настолько, что не дает двигаться дальше, раскрыться. И… мы должны выяснить, что такого случилось в этот день с тобой.

Выяснить? Снова все пережить? Снова…

- Верните меня обратно. Я передумала, – процедила я сквозь зубы, умышленно отводя взгляд от края поляны.

Может, если не поддаваться на это все, оно и не повторится. Не придется снова все это переживать.

- Шарли, милая, – окликнул меня мелодичный женский голос, а место, которое я так старательно обходила взглядом, начало стремительно приближаться. Словно я бежала, как тогда. Вот только я не бежала, даже не шевелилась и, по-моему, не дышала даже.

- Нет! Нет-нет-нет… – попятилась я, замотав головой. – Я не могу.

- Можешь. Иначе – не справиться… – за плечом заговорила Тингельда.

- Я сказала – НЕТ! – рявкнула я так, что голос мой исказился до неузнаваемости, а по телу прокатилась вымораживающая магическая волна такой силы, что у меня подкосились ноги.

Небо затянуло черными тучами. Резкие порывы ветра с треском сломали деревья. Вспышка молнии, оглушительный гром…

И мир вокруг закружился, словно его затягивало в водоворот, сминая, круша, ломая. Похоронив мое самое жуткое воспоминание.

А спустя несколько ударов сердца я снова сидела на том же стуле в той же комнате. Тингельда уже не держала руки на моих висках. Скорее сама, сгорбившись, держалась за столбик кровати – бледная, с мелкой испариной на лбу, но с шальной улыбкой на губах.

- Какая сила… Неожиданно, – проговорила она, с явным усилием выпрямляясь и снова надевая маску величия. – Но приятно.

Сила? Приятно? Для нее все это игра, что ли? Это моя жизнь, моя боль, и играть со своими чувствами я не позволю. Как и топтаться грязными сапогами по моим чувствам.

- Вы… не имели никакого права делать это со мной, – процедила я сквозь зубы. Слова давались с трудом, словно пришлось заново учиться разговаривать. – Я не впускала вас в свою голову… Я не собираюсь это вспоминать. Это давно забытое…

Голос казался слабым и усталым, а слова давались с трудом, причиняя боль с каждым звуком. Но все вокруг ощущалось ясно, не было боли и усталости во всем теле, как бывало после того, как я применяла магию. Конечно, в тех случаях, когда мне это вообще удавалось.

- Кого ты обманываешь, Шарли? – скрипуче рассмеялась женщина. – Если ты хочешь стать сильной и сразиться со всем миром, то для начала должна выиграть битву с самой собой. Это самые тяжелые битвы, увы, но победа в них всегда дает куда больше, чем победа над сотнями неизвестных врагов.

- Я не понимаю, о чем вы, – солгала я.

- Понимаешь. В тот день ведь случилось что-то такое, что вселило в тебя страх перед собственным даром, своей собственной мощью. Ты боишься, что если снова обратишься к магии, то повторится то, что случилось тогда. Шарли, что случилось?

У меня перехватило дыхание и сердце гулко застучало в груди. Вспомнить? Снова пережить? Увидеть своими глазами, зная, что ничего нельзя изменить?

- Вы ошибаетесь, – поджав досадливо губы, опустила взгляд. – Ничего такого не случилось.

- Правда? – вскинув бровь, переспросила ведьма. – Пусть будет по-твоему. Оставайся такой же слабой и ни на что не способной. Но когда будешь сидеть и жалеть себя, подумай о том, что до сего дня никто не мог разорвать мое заклинание одной силой воли. Ты невероятно сильна, Шарлотта Ньер. Но так боишься самой себя, что не примешь свою силу и будешь вечной пешкой в чужих играх.

Это был болезненный удар, на который ответить мне было нечего. Потому и молчала.

Тингельда какое-то время ждала ответа или хоть какой-то реакции, но я не могла даже звука выдавить.

- Хорошо, – кивнула чародейка. – Думаю, что тебе нужно немного времени. Соберись с мыслями и когда будешь готова – дай мне знать.

Я рассеянно кивнула. Как-то мне уже перехотелось быть сильной и независимой.  Есть вещи, через которые невозможно переступить. И это воспоминание, то, что его придется разделить с почти незнакомой мне ведьмой, было одним из моих личных камней преткновения. Я не разделю эту тайну ни с кем. Никогда. Слишком много сил потрачено на то, чтобы забыть, избавиться от ночных кошмаров и стать обычной, пусть и сломленной.

Дверь с тихим стуком закрылась, и я перевела дыхание. Хотелось расплакаться, но я закусила до боли губу. Еще не хватало, чтобы меня застали здесь всю в слезах.

И не ошиблась. Потому как спустя несколько мгновений дверь снова открылась и в дверном проеме появился мой недавний знакомец. Он задумчиво смотрел на меня так долго, что я невольно подобралась и ответила ему вежливой улыбкой. Почему-то мне казалось, что мальчугана расстроит мое уныние.

- Кажется, вам нужен свежий воздух, – задумчиво протянул он.

- А… разве можно? Я же пленница, – растерялась я, опасаясь за судьбу мальчишки.

- Под мою ответственность, миледи. Я же буду вас охранять, – важно напомнил он.

Превосходно. Я настолько сильная чародейка, что охранять меня может даже ребенок. Вот какая я на самом деле.

Глава 13

- Так почему ты Желудь? – все же полюбопытствовала я, прогуливаясь вдоль стены поместья рядом со своим новым знакомым и его огромным псом.

Собака, признаться, у меня взывала некоторую нервозность. Может потому, что в холке за малым не доставала мне до пояса. А если к росту добавить черную длинную шерсть и клики размером в мой мизинец, то мне и вовсе не хотелось даже рядом проходить. Беда в том, что моего мнения здесь не спрашивала. А говорить Оливеру, что его псина доводит меня до оцепенения – бессмысленная трата времени. Потому что по его субъективному мнению, милее и добрее животного в мире не сыскать. Возможно, но даже дружелюбно вихляющий хвост, высунутый язык и милое поскуливание, присущее скорее щенку, чем взрослому волкодаву, не успокаивали меня. Недавно мне случилось слышать, как одна из обитателей этого не самого гостеприимного места обозвала пса исчадием самой Бездны. Что ж, я была если не того же мнения, то близка к нему. В любом случае, мой страх перед собаками и поменьше, порой парализовал. А тут такое…

- Желудь – это маленький дуб. Вырасту и буду таким же сильным и крепким, - подбоченясь, просветил меня Лив. И выглядел он при этом так важно, что я не смогла сдержать улыбку.

- Не смешно, - тут же надулся парнишка, пнув мелкий камушек, валявшийся под ногами. Тот активно поскакал и скрылся в кустах, и нервирующий меня пес помчался следом.

- Буран, куда тебя опять понесло? – совсем по-взрослому вздыхая, Оливер закатил глаза и двинулся в сторону трещащих и рычащих кустов.

- Мы нашли его на старом дубе, миледи, - просветила меня дородная женщина, выплывающая из сарая с двумя полными молока ведрами. – Отстреливался желудями и угрожал всем вокруг страшными муками, если хоть попытаемся его стащить.

- И как удалось добиться успеха?

- Есть захотел и сам спустился… - рассмеялась женщина.

- Агнес, что ты там застряла? – окликнул ее высокий крепкий мужчина, и она, тут же спохватившись, посеменила прочь.

А мне достался от окликнувшего ее мужчины только злобный, настороженный взгляд. Как, впрочем, и от многих в этом местечке.

- Боги, Буран, как ты умудрился такое натворить? – ругался Оливер, израдно отдалившись от нашего обычного маршрута.

Забавная парочка. Лив, как я его называла наедине, нянчился с огромным волкодавом, как с маленьким ребенком. И наблюдать за ними было весело и познавательно.

Прошла ровно неделя, как я оказалась в этом месте. Меня не стесняли, но и не особо жаловали. Вместо шелкового, но изрядно испачканного и подранного платья, мне выдали простенькое, но хорошо пошитое зеленое без вычурных вышивок. Очень удобное и мягкое. Меня хорошо кормили. Чего я и вовсе не ожидала после рассказа Оливера. Даже разрешались прогулки во дворе поместья. Но со мной не пытались разговаривать, не искали моего общества, на меня, кажется, даже не смотрели. Потому я и удивилась, что со мной по собственной воле заговорила женщина по имени Агнес.

Тингельда больше не проявляла ко мне интереса. Выжидала чего-то или просто посчитала меня безнадежной, но я была рада ее не видеть. Только Оливер стал моей тенью. Даже Стивен куда-то пропал. Лив как-то оговорился, что главарь покинул поместье по делам. А еще я узнала, что здесь его называли Серебряным Драконом. А само поместье называлось Драконье гнездо. Это все Оливер поведал мне по большому секрету и под честное обещание больше никому ни слова.

Может, и хорошо, что этот Дракон уехал. Свободней дышалось в его отсутствие. Но я все равно ловила себя на том, что выглядываю в окно, надеясь, что ворота откроются, впуская главаря шайки. Хотелось его увидеть. Даже насмешливая улыбка, и искры в темных глазах не отпугивали и не раздражали. И я поймала себя на том, что соскучилась по нему. Какая-то часть меня тянулась к нему.

Боги, я точно повредилась умом.

Задумавшись, я забрела немного дальше обычного. Заросшая пробившимися в щели между плитками сорняками дорожка резко сворачивала за угол поместья и дальше вихляла между колючим терновым кустарником. Мрачное место, явно не предназначенное для прогулок. У меня от одного его вида мороз по коже прошел. И я уже хотела развернуться и найти моего верного охранника, как между кустарников что-то мелькнуло. Сначала мне показалось, что мелькнула женская юбка. Возможно, это был всего лишь порыв ветра, гнавший клочок ткани, от ветки к ветке. Может быть, это был зверек, которых и во дворе, и в самом поместье водилось больше, чем это позволено. А может, что-то еще. И любая нормальная леди, да и просто девушка, конечно же, не стала бы проверять свои предположения.

Но у меня словно появилась внутренняя потребность проверить, что там на самом деле.

Дорожка оказалась еще хуже, чем выглядела. В эту часть двора даже солнечные лучи добирались с трудом. Ветер стал холоднее, небо почернело, прикрывшись плотным одеялом туч, и я зябко передернула плечами, отодвинув в сторону тонкие веточки ивы. Тело леденело от жути. А что если это очередная ловушка? Что если меня там уже кто-то поджидал? Такой, как тот громила, наведавшийся ко мне в первую ночь в этом месте.

Но нет. Дорожка ввела меня на небольшую поляну. Неверное, некогда она поражала красотой. Мраморные скамейки, теперь увивал дикий плющ. Давно не видавшие умелых рук садовника клумбы заросли сорняками. Деревья наклонились так низко, что иногда ветками скребли по мрамору дорожек.

И даже в таком плачевном состоянии это место заставляло затаить дыхание.

Но внимание приковывала небольшое здание без окон и единственной дверью, очень напоминающее склеп. Но ведь на склеп не вещают замков! Что там прячут такого?

- Фуф! – раздалось за спиной, и я от неожиданности подскочила на месте. - Миледи, ну вы и напугали меня!

- Я тебя? – хватаясь за грудь там, где безумно колотилось сердце, воскликнула я. – Да ты испугал меня так, что едва сердце не разорвалось. Чего подкрадываешься?

- Да я вас раз пять окликнул, - обиделся Желудь. – А вы хоть бы пошевелились. Что это вообще за место?

- Странно, что ты у меня это спрашиваешь, а не я у тебя, - рассеянно отмахнулась я. – Ты здесь раньше не бывал никогда?

- Не-а! Сюда даже Буран не забредал, кажется. А он бывал везде. Странное и мрачное это место, миледи. Лучше нам здесь не задерживаться.

- Да… наверное, ты прав, Оливер.

Я уходила, едва справляясь с желанием оглянуться. Почему-то мне казалось, что я чувствую взгляд в спину. Или просто мне показалось? Увы, выбросить это из головы не получалось.

Глава 14

- Миледи, вам так идет зеленый, - хлопая в ладоши и вздыхая от восторга, лепетала Терра. – Вы прямо как лесная фея.

В тонкой ночной сорочке, с распущенными по плечам светлыми волосами я действительно напоминала лесной дух. И легко бы согласилась со своей новой камеристкой, но… откуда такое радушие?

Невольно покосилась на отражение служанки в зеркале. Больно любезная женщина попалась мне в камеристки. Это даже пугало, учитывая отношение местных ко мне. Худощавая, верткая, но какая-то… ненастоящая. Улыбка словно прилипла к загорелому продолговатому лицу, делая ее похожей на статую. Карие немного раскосые глаза смотрели прямо, но эмоций в них я разглядеть не могла. Она все время суетилась, словно чувствовала себя не в своей тарелке, словно хотела и угодить мне, и оказаться подальше от этого места одновременно.

Если это Тингельда похлопотала за меня, то для чего? Чтобы за мной шпионить? Не удивлюсь, если так. Вот только после того, что она пыталась со мной сделать магия и вовсе перестала проявлять себя. Я чувствовала, как она накапливается, растет, но не получалось ее ощутить в полной мере. Словно магия пряталась от меня. Что впрочем, новостью для меня не было.

А если не Тингельда? Тогда что? Вспомнили, что мне по статусу положена камеристка? Но как-то не верилось, что в этих стенах есть хоть кто-то кто способен мне искренне улыбаться, заботиться обо мне или вообще проявлять ко мне хоть какие-то положительные эмоции. Желудь и Буран не в счет. Для остальных я была невестой самого ужасного демона. Они ненавидели меня, презирали и… может боялись даже. А я не могла их за этом винить. Кеннет сделал все возможное, чтобы вытравить в этих людях даже подобие уважения к роду Ионов и всех, кто к ним имел хоть какое-то отношение.

- Полагаю, это преувеличение, - натянуто улыбнулась я отражению моей новой камеристки.

- Это истинная правда, - заверила меня Терра. – Или колдунья лесная. Наши мужики все слюни пускают на вас. – и в ее словах мне послышалась зависть.

Было бы чему завидовать… Меня саму эта новость заставила вздрогнуть. Да что там, я натянулась как струна, с приклеенной улыбкой на окаменевшем лице. Хорошо помнилось, каким может быть внимание местных мужчин.

И моя реакция не укрылась от служанки.

- Глупость сказала, - зачастила она. – Никто не притронется к вам. Это уж поверьте. Вот только слюни и приходится пускать. Милорд предупредил, что к вам еще раз руки протянет – лишиться их навсегда. И всего того, с чем мужики к женам ходят. – значит, и об этом все знают. - Ну вы понимаете о чем я. – у меня от догадки залило краской щеки, но дышать стало полегче. Все же, Стивен держал слово. – А он поотрывает. Сам на вас смотрит так, что едва искры не сыплются.

На это я не нашлась, что сказать. Вероятно потому, что в глубине души хотела, чтобы он на меня так смотрел. Хотела, чтобы ему точно так же не было покоя, стоило вспомнить наш поцелуй.

А ведь он сказал, что думал обо мне. Правда, ровно перед тем, как бесчестно отравить Золотой пылью и выкрасть… Как верить человеку без малейшего понятия о чести?

- Терра, скажи мне, ты что-нибудь знаешь о здании на заднем дворе? В заросшей части сада?

Женщина нахмурилась, то ли не ожидая резкой смены темы разговора, то ли не понимая, что такого могло вызвать мой интерес. Да я в общем-то, и сама не понимала, что именно вызывало интерес. Вполне себе обычное явление – заброшенная часть сада. В Ньеркеле я тоже не всегда могла уследить за старшим садовником, то и дело запуская попеременно дальние части сада. И сколько не ругалась, сколько не грозила наказать его – не помогало ничего. Можно было сказать отцу, он решал такие вопросы одним махом. Но именно это меня и останавливало. Да и в принципе с отцом общаться меньше всего хотелось. Я старалась всячески избегать общения с ним. Да и он тоже не искал моего общества.

- Не стоит вам там бродить, миледи, - жутким полушепотом, словно нас подслушивали сами стены, заговорила Терра. А у меня невольно поднялись мелкие волоски на руках. – Проклятое место. Никто не ходит там… совсем.

- А почему так? – голос предательски дрогнул, и мне пришлось прочистить горло.

- Так странные вещи там творятся. Сара забрела туда однажды. Утром нашли, а она уже того…

- Мертва?

- Нет, защити нас богиня мать. – Терра нарисовала в воздухе защитный знак. -Умом повредилась. Призраки разгуливают, вой по ночам слышен.

Призраки значит… может и не показалась мне та синяя юбка, мелькнувшая в кустах? Ведь может же быть, что меня пытались предупредить или что-то показать? Только что и кто? И так ли мне оно нужно, чтобы рисковать и самой повредиться умом?

Настойчивый громкий стук, а после и распахнувшаяся дверь заставили меня вздрогнуть, Терру отскочить от меня, как от прокаженной, и надеть на лицо маску абсолютного равнодушия, а пламя свечи низко нагнуться от ворвавшегося в окно сквозняка.

Запахло голубым шафраном, и сердце защемило. Интересно, Бекка уже знает, что со мной произошло? Ищет меня?

- Терра, тебя на кухню зовут, - пробасил громила, которым заменили моего обиженного охранника. Этот на меня и взгляда не бросил. Может, действительно опасался гнева своего хозяина.

- Иду, - засеменила она к двери, но уже у выхода остановилась и оглянулась. – Добрых снова вам, миледи. И главное, спокойных.

Почему-то прозвучало это как предупреждение. Словно Терра знала куда больше, чем говорила. Даже жутко стало.

Но я отмахнулась от предчувствий, захлопнула створки окна, с каким-то сожалением отсекая запах шафрана. И только проверив, плотно ли закрыта дверь и на всякий случай подперев ее стулом, как делала несколько последних ночей, забралась в постель.

Сон сморил меня быстро. Едва голова коснулась подушки. Я уже порадовалась, что в эту ночь обойдусь без кошмаров. Что не придется переживать всколыхнутые Тингельдой воспоминания в который раз.

И оказалась права.

Я проснулась совсем не от кошмара, а от холода. И не сразу поняла, что происходит. На какое-то мгновение мне показалось, что я все еще сплю. И лучше бы так и было. Потому что просто посреди комнаты стоял призрак женщины, сотканный из голубого сияния. Синее платье колыхалось, словно от ветра, вместо лица у нее был голый череп со сложной высокой прической на макушке, и пустые глазницы смотрели прямо на меня.

Глава 15

- …Разогрею ужин и приготовлю купальню, - суетилась Мэдлин, едва не припрыгивая от радости впереди только вернувшегося из рейда Стивена.

Его костюм и правда провонял потом и лошадьми, и из-за пыли вообще невозможно было определить его цвет. А за несколько дней рейда Стив успел несказанно соскучиться за пирогами и бульонами тетушки Агаты. Но гонять Мэдлин все равно не собирался.

Дом спал. Спокойно, словно там, за стенами не разразилась целая, пусть и тихая, но отчаянная война. И на душе Дракона тоже становилось на какое-то время спокойней. Наверное, для этого и создан дом, чтобы чувствовать себя спокойно хоть где-то.

- Не беспокойся и ступай спать, - рассеянно обронил Стив, уверенно свернув в сторону кухни. В сковородках Агаты точно есть что-то, чем он может перекусить.

- Я подожду тебя, Стю, - многообещающе улыбнулась Мэдлин.

Еще не так давно ему нравилась ее сговорчивость и желание угодить. Он даже всерьез подумывал, а не попробовать ли закрутить роман с ней. Ведь жениться ему все равно нельзя, а молоденькая служанка и не потребует ничего, понимая, что будущего них нет. Вот только что-то его все время останавливало, словно каждый раз натыкался на невидимую стену. А когда Стив плюнул на все, решился и пришел к ней для тайного свидания в замок Ньер, на месте Мэдлин оказалась совершенно другая девушка.

С того вечера милая, немного наивная девушка начала его раздражать своей навязанной заботой, желанием угодить, несмотря ни на что. Порой хотелось уже ее резко осадить, но воспитание не позволяло обращаться с женщинами грубо. Будь то служанка, почтенная лира или урожденная леди.

- Не стоит, - даже не обернувшись на замершую в ожидании распоряжения Мэдлин, отрезал Стивен. – Завтра пригонят скот от болот. Лучше тебе выспаться для более важных дел.

И удалился. Даже не оглянувшись на застывшую разочарованную девушку.

Эти несколько дней были невероятно долгими. Мало того, что схватка с людьми Иона оказалась тяжелее обычного, так еще и сердце предводителя повстанцев было не на месте. Оно вообще осталось вместе с мыслями на четвертом этаже Гнезда в запертых покоях вместе с белокурой красавицей с полыхающими глазами.

А ведь он не соврал, сказав, что она не покидала его мысли. Птичка, впорхнувшая в его объятия, раскрытые для другой, прочно поселилась в его мыслях еще тогда. А оказавшись в его власти и вовсе украла покой Дракона. А это плохо. Думать следовало совершенно о другом. Леди лучше и правда оставить заботам Тингельды. Ведьмы скорее найдут общий язык. Возможно, Гельда сможет даже переманить миледи на сторону повстанцев? Не отдавать же такой козырь тщедушному Кеннету.

Ему вообще придется многое вернуть законным хозяевам. Рано или поздно. Но обязательно придется.

На кухне тоже было тихо. Побулькивал только казан с бульоном, оставленный над горячими углями очага и сопел Желудь ткнувшись носом в густую черную шерсть своего волкодава. Агата пыталась выгнать «к троллям каменным» пса, потому как животным на кухне место только в казане. Обязательно приготовленными. Однажды даже удалось вытолкать Бурана на улицу, но Оливер без собаки не мог спать совсем. А когда и засыпал, то его мучали кошмары. Потому сердце жалостливой и заботливой Агаты оттаяло. Хоть и ворча, но она разрешила ночевать собаке на кухне «подальше от сковородок и казанов». Не гнать же ребенка с самого теплого места.

- Вернулся, - прошептала кухарка, проснувшись, но не поднимаясь с лавки. Красноватый свет от горячих углей едва выхватывал ее лицо из темноты, но Стив знал – она улыбается.

Это был не вопрос, скорее констатация, от которой сразу становилось легче. Забывались схватки, не казалась такой несмываемой пролитая кровь, а на душе светлело.

- Прости, что разбудил, - прошептал в ответ Стивен, выбрав из миски наугад пирожок и вгрызаясь в него так, словно полгода не ел. – Сейчас перекушу и не буду мешать твоему сну.

- Глупости, - вздохнула Агата, поднимаясь. – Сейчас найду тебе что-нибудь. От твоей Мэдлин, смотрю, никакого толку. Прыгает вокруг тебя, как восторженный щенок, а помощи никакой.

- Я сам ее отпустил, - восстанавливая справедливость, заметил Стив, с каким-то удивлением и досадой заметив, что пирожок был буквально проглочен. Но не беда, есть еще и не мало. – Не хотел и тебя поднимать.

- Не хотел он… - пропыхтела кухарка, наливая в миску густую пшеничную похлебку. – Как прошло-то?

- Не хуже, чем обычно, - неопределенно ответил Стив, уже примеряясь к горячему супу. – Зато добыча больше. Хватит на дольше, думаю. Но… Агата, завтра вместе со скотом прибудет новая семья. Отца семейства продали на галеры за долги, а женщина и трое детей не могут сами себя прокормить. Что говорить о выплатах налогов? И первый лист не упадет, а они будут в долговой яме.

Агата слушала молча, размешивая в казане томящийся бульон. Однажды и ей пришлось испить эту горькую чашу. И за каждого несчастного у нее болела душа. Потому только кивнула.

- Позаботишься о них, - Стивен помолчал, а после таки задал вопрос, с явным усилием скрывая истинный уровень интереса. – Как наша пленница?

- Что ей станется после того, как ты запугал здесь всех. На нее и смотреть боятся, - явно довольная подобным развитием событий, охотно принялась рассказывать Агата. – С ведьмой что-то у них не заладилось только. Гельда закрылась в своей избушке чуть ни сразу, как они повздорили. Слышала, как она себе уходя под нос бубнила, что не чета эта девка какой-то Ребекке. Силы немерено, а воли нет. Понятия не имею, что она имела в виду.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Стив жадно ловил каждое слово, замерев с поднятой ложкой и явно пользуясь тем, что Агата стояла к нему спиной, занятая бульоном. Что к Шарлотте не суются – это замечательно. Мало кто может себе представить, чего избежал несостоявшийся насильник и каких усилий стоило Стиву удержать себя в руках. И да, про отрывания всего, до чего дотянется он ен шутил. Не до шуток было. Надо бы еще спросить у Гельды, что у них случилось и почему колдунья сбежала. Не водилось за ней такого – бежать от трудностей.

- А так ничего она. На улицу вот гулять ходит. Обживается, кажется. С мальцом нашим сдружилась. Она и ему понравилась, все время к ней бежит. Жмется. Только… Стив, эта леди сегодня зачем-то вокруг склепа бродила. Как и дорогу нашла. Туда же при уме и не полезешь. Ты подумай, может ли так быть, что для Ионов разнюхивает? Кто знает же…

«Не может!» - тут же взбунтовалось что-то внутри. «Но кто может быть уверен?» - тут же воспротивился разум. Дракону уже случалось быть преданым, он уже почувствовал силу ударов в спину, а доверять этой Ньер у него причин было куда меньше, чем он представлял себе на самом деле.

- Кто знает… - эхом повторил Стив, поднимаясь со стула. – Ладно, понял тебя. Буду внимателен. Спокойной ночи.

- Какая уже ночь. Через час рассвет, - если Агата так говорила, то так оно и было. Ощущение времени у нее было какое-то волшебное. – А ты спи иди. Сладких снов.

Стив после разговора с Агатой и плотного не то ужина, не то завтрака, и правда разомлел. К своим комнатам он шел размеренно, неспеша, наслаждаясь тишиной Гнезда, его покоем. Здесь когда-то жили его предки и предки его предков. Он помнит первые крики и предсмертные стоны всех представителей его рода. Такова традиция – рождаться и умирать в Гнезде. И место это хранилось в строжайшей тайне. Не все понимали такую таинственность, но как оказалось она была только на руку последнему из рода. Вот сложилось так, что ему – последнему из своего рода, теперь приходится скрываться, ища защиты у этих стен. Хотелось только верить, что не вечно.

Стивен поднялся на третий этаж, задержался на какое-то мгновение, невольно взглянув вверх, зачем-то прислушиваясь, и буквально усилием заставил отвернуться, отправиться спать, как и велела Агата. Но и шага не успел ступить, как этажом выше раздался громкий, истеричный крик.

Куда только делась усталость? Уже через мгновение он буквально летел по ступеням, а воображение рисовало самый жуткие картины из возможных.

Глава 16

Пугали ли меня призраки? До икоты! Особенно учитывая, что знала я про них только в теории. Слава альвам, в Ньеркеле их не водилось. Было все, что только могло бы завестись в старом замке: крысы, плесень, сквозняки, а призраков не было. По крайней мере, на моей памяти. Видимо, причиной тому стало то, что в доме росло три чародейки. Неблагоприятная среда.

Леди, сотканная из голубого свечения, продолжала щелкать зубами, словно что-то увлеченно вещала. Занималась просвещением темной меня. Увы, я ничего не слышала, не понимала и ждала того заветного момента, когда она просто исчезнет. Время от времени молча кивала головой, понимая, что просто так призрак бы не пришел. Кто она вообще такая? Что хотела показать эта женщина? К чему меня подталкивала? И почему именно меня? В поместье была более сильная ведьма, хозяин, имеющий прав куда больше. Да кто угодно! А пришла она почему-то именно ко мне.

Не значит ли это, что пока не донесет до меня все приготовленные сведенья и не добьется ответной реакции – будет ходить сюда, пугая меня щелканьем призрачных зубов?

Уф! Я мысленно уговорила себя успокоиться, перевела дыхание и совершенно серьезно заговорила:

- Прошу прощения за бестактность, но я не слышу ни единого вашего слова. Если вы хотели мне что-то важное поведать, то обдумайте, как иначе передать сообщение.

Голос не дал петуха – уже достижение. Хотя, признаться, дрожал так, словно я пыталась спеть арию, трясясь в деревенской телеге по брусчатке.

Дама меня понимала куда лучше, чем я ее. Она замерла, сверля меня долгим взглядом пустых глазниц. Это ужасало до холодного пота, но я продолжала сидеть, чинно сложив ручки поверх одеяла. Не совсем прилично валяться в постели, пока с тобой разговаривают, но как-то застала эта леди или лира меня врасплох. Даже правил приличия не сразу получилось придерживаться. А после уже как-то не до того было.

Она по-птичьи склонила голову, раздумывая над моими словами. А после быстро оглянулась через плечо и уставилась на дверь, словно прислушиваясь к чему-то, слышимому только ей.

Привлекать ее внимание не хотелось. Было бы прекрасно, если бы она и вообще на меня его никогда не обращала. Но ужас понемногу отступал, стало понятно, что от неподвижности и нечеловеческого напряжения затекло все тело. И я невольно заерзала на месте.

Скрипнула кровать. Вскрикнула ночная птица, сорвавшись с ветки. Луна стыдливо прикрылась тучей, разбавляя до прозрачности брошенное на пол покрывало лунного света. У меня по телу пробежался озноб, поднимая мелкие волоски на руках. И только призрак дамы не изменился. Разве что ореол вокруг ее фигуры стал ярче, насыщенней, еще более завораживал.

Призрачная леди обернулась ко мне, сжала костлявые руки в кулаки и довольно четко, хотя и заунывно, произнесла:

- Освободи дракона!

Какого дракона? Зачем мне это делать? И в который раз – почему я?

Но спросить не получилось.

Дама поднялась под потолок, увеличившись вдвое, а то и втрое, и бросилась прямо на меня.

Я не смогла сдержать крик, когда призрак ввинтился в кровать буквально рядом с моей рукой. Едва успела отдернуть руку и рвануться всем телом, чуть не свалившись с кровати. От близости жительницы Бездны стало холодно, голова пошла кругом, а к горлу подступила тошнота. В глазах плавали разноцветные мушки, в груди жгло: магия, которую я самостоятельно заперла, билась, отозвавшись на страх, но не могла прорваться сквозь все те заслоны, что я неосознанно выставила.

Не берусь сказать, как долго я собиралась с силами, словно застряв в желе. И не иначе, в голове моей еще был туман, когда я невольно потянулась потрогать место, где исчез призрак.

Шелковые простыни оказались прохладными. Но внимание мое привлекло нечто другое. На месте, где в кровать провалилась моя ночная визитерша, лежал небольшой круглый медальон. Вот его здесь точно не было, когда я ложилась спать. Подарок из самой Бездны?!

Я снова убрала руку. Если вам непонятно кто дарит нечто чародейское, не спешите радоваться. Велика вероятность, что вас прокляли. А уж что вещица явно необычная, можно было говорить с твердой уверенностью. Призраки что попало не разбрасывают. И что же это такое? Зачем она притащила это мне? И как теперь быть? В одном сомневаться не приходилось: дамочка от меня определенно не отвяжется, как бы я этого ни хотела.

Столько вопросов… Какого дракона я должна освободить? Где его искать хоть?

Драконы – это чистая магия. Они были просто легендами уже сотни лет. Откуда здесь взяться магическому существу, если ведьмы едва зелья магические варят? А чародеек вроде нас с сестрами и вовсе практически не осталось? Ну или они очень тщательно прячутся от счастья служить нашему справедливому, но самую малость жадному и корыстному монарху.

А может, она имела в виду не настоящего дракона? Может, речь о хозяине поместья? Так он и сам себе неплохо бегает на свободе! Даже вот других умудрился поневолить.

Но мысль оборвалась, едва в коридоре послышались быстрые шаги. Слишком быстрые, словно кто-то бежал. Неужто нашелся кто-то, кто не страшился лишиться чего-то важного и решил проведать меня на ночь глядя?

Сердце пропустило удар. Мое тело, помнящее горький опыт ночных визитов, будто само собой взвилось, и я мгновенно вскочила с кровати. Неведомо откуда в руках появился кувшин с водой. Единственное, на что я отвлеклась – подарок призрака. Дернула одеяло, накрыв медальон и тем самым спрятав его от чужих глаз.

Дверь резко распахнулась. Сердце ушло в пятки. И прежде, чем поняла, что творю, я плеснула водой из кувшина в позднего визитера, намереваясь самой посудиной отбиваться до последнего.

- Какой эмоциональный прием, – задумчиво протянула темнота низким, хорошо знакомым мужским голосом.

А у меня в ответ на эту короткую фразу все внутри натянулось взведенной арбалетной тетивой. Стивен! И когда успел вернуться?

Но какая-то часть меня была рада этой встрече.

Несмотря на все треволнения и странности, преследующие меня в последнее время, на душе стало отчетливо легче. Даже призрак уже не казался таким зловещим и пугающим, а тайны этого поместья – жуткими. И вообще, в поместье становилось на порядок безопасней для меня, когда Стивен находился в этих стенах. По крайней мере, хотелось в это верить. Правда, это не помогло мне найти слова, подходящие для столь неожиданной, однозначно приятной встречи.

- Миледи, вас часто подобные идеи посещают? – попытался достучаться до моего сознания Стивен, чиркнув огнивом и зажигая свечу.

Как-то легко у него это получилось. Я до сих пор не могла сориентироваться в этой комнате в потемках.

Ярко вспыхнувший на фитиле свечи свет волшебным образом заставил меня собраться, вздернуть подбородок. Но вместе с тем вспомнить, что я стою напротив совершенно чужого мужчины в одной ночной сорочке. Не покраснеть до корней волос мне удалось только чудом и невероятным усилием воли. Не самая легкая задача, учитывая, что главарь разбойничьей шайки измерял меня внимательным, чуть прищуренным взглядом, словно никогда ранее не видел. Вода мелкими каплями стекала с темных волос, взмокшая рубашка прилипла к телу, но явных неудобств Стиву это не доставляло. Диву даюсь, как только мне удалось столь прицельно атаковать очередного ночного визитера. Страх творит с нами невероятные вещи и наделяет нас самыми чудесными способностями.

Текучее быстрое движение – и вот он уже совсем рядом. Я даже невольно сделала шаг назад, наткнувшись на подоконник. В нос ударила странная смесь запахов – лошадей, свежей сдобы, хвойного леса… и еще чего-то. И неожиданно для меня самой, ароматы эти не отталкивали.

- Не совсем понимаю, какие заслуги вы пытаетесь мне сейчас приписать, – чуть хрипло обронила я, отведя взгляд в сторону, чтобы не растерять и без того с трудом собранное самообладание.

Сложно как-то говорить с мужчиной, когда тебя, кажется, раздевают взглядом. Учитывая, что снимать было не так уж и много.

- То есть кричали вы среди ночи исключительно от скуки? – поинтересовался Стю, вернув мое внимание и вздернув бровь.

Может, его и не смущало то, в каком неприличном положении мы сейчас находились. А вот мне становилось отчетливо жарко от его близости. Рефлекторно прижала к груди кувшин, словно пытаясь не то прикрыться им, не то защититься.

Зря я это сделала. Взгляд позднего визитера опустился. И тут уже сложно было сказать, что именно его заинтересовало больше: пустой кувшин или распустившиеся завязки на вороте ночной рубашки.

- Я кричала, потому что мне приснился кошмар, – добавив звенящего металла в голос, ответила я. Рассказывать о призраке пока не было совершенно никого резона. Во-первых, я не понимала, кто это был, и зачем призрачная дама притащила мне этот медальон. А во-вторых, не факт, что мне поверят и не сочтут повредившейся умом. Потому лучше уж побуду нежной и ранимой девушкой. Очень мнительной к тому же. – Немудрено, господин Стивен Серебряный дракон, обзавестись кошмарами. Учитывая все, что мне пришлось пережить не так давно, в том числе и в этих стенах. По вашей, кстати, вине.

Отвлечь от неожиданно образовавшегося декольте мужчину удалось. Но вот взгляд, которым он меня наградил, мне совершенно не понравился.

- Кошмар, говорите… – протянул он. В темных глазах полыхнул огонь. Или это отблески от огня свечи. – А мне кажется, что никого кошмара не было… – Я судорожно перевела дыхание, ощущая от его близости жар на коже. – Признайся, птичка, ты видела, что я вернулся, и возжелала немедленной встречи? Должен тебя сразу предупредить, что я совсем не готов к серьезным отношениям! Дела… обязанности…

Что? От возмущения я даже задохнулась. Обязательно отошла бы в сторону, если бы расстояние между нами не сократилось до ничтожного. Я уже практически сидела на подоконнике, а Стивен преградил мне путь к отступлению, уперевшись в стену обеими руками.

Мне отрезали все пути, и бежать было некуда. И что-то глубоко внутри меня даже предательски радовалось этому, с каким-то трепетом ожидая, что он меня снова поцелует.

Наверное, это называют еще женской слабостью, которой поддаваться никак нельзя. Или полоумием, учитывая мое положение.

У меня практически нет шансов договориться с моей магией, а значит, нужно возвращаться к изначальному плану и устраивать свою жизнь. И благополучие Ньеркела. И как бы ни замирало сердце от присутствия этого мужчины – руководствоваться следует здравым смыслом.

- Вы слишком высокого о себе мнения, – холодно отчеканила я, без особого энтузиазма толкнув в грудь Дракона. Как-то так это и почувствовалось, потому как на ощупь – как скалу сдвигала. – Полагаете, я всю ночь провела, выглядывая вас в окно? Не слишком ли велика честь для человека, лишившего меня самого ценного?

- Это чего я же тебя лишил? – хмыкнул Стив, все же вынудив меня покраснеть.

- Свободы, – тихо, но уверенно ответила я на его смешок.

И вся веселость с его лица слетела, как сухая листва с дерева от порыва ветра. Мне даже стало немного горько – улыбка у него была невероятная.

Стив убрал руку, позволяя мне уйти. И я тут же воспользовалась разрешением.

Дышать стало легче, думать проще, но в груди все еще гнездилось сожаление. Предательский червячок, испортивший момент отвоеванной победы.

- Ты уверена, что была свободна до этого, Шарли? – его голос стал задумчивым и глухим, а меня словно молнией ударило. Я застыла, едва сделав несколько шагов. – Хороших снов, моя птичка. Надеюсь, что тебе более не будут сниться кошмары. Но можешь быть уверена, сколько бы тебе ни снилось дурных снов, я обязательно приду развеять твои страхи. Даже если ты каждый раз будешь окатывать меня водой.

Ему не требовалось моего ответа. Он развернулся и ушел, оставив меня одну стоять посреди комнаты с прижатым к груди кувшином.

Его слова отдавались эхом в сердце.

Но сильней всего меня выбил из колеи его последний вопрос. Была ли я когда-либо свободна? Недавно я даже рассмеялась бы в лицо тому, кто усомнился бы в этом. Как урожденная леди могла быть невольницей? А сейчас почему-то засомневалась. Что я в жизни делала по собственной воле и лично для себя, а не для Ньеркела, отца?..

О, альвы! Как у него получается сбить меня с толку парой фраз?

Зло сдув с лица прядь волос, плюхнулась на кровать. И только теперь отставила кувшин на тумбу. Залезла под одеяло, пытаясь не то согреться, не то спрятаться.

Скорее, спрятаться. От сомнений в первую очередь.

Глава 17

Утро началось с запаха кофе, какой-то суматохи и легкого замешательства.

Терра сновала по комнате наводя порядок, развешивая выданные мне вещи в шкафу, чтобы занять чем-то время пока я делала вид, что завтракаю. При этом эта женщина умудрялась тарахтеть, как заводная трещотка, вываливая на меня все возможные новости. Новостей было ничтожно мало, они ходили по кругу, как праздничная карусель, и быстро перестали быть мне интересными.

Мимоходом, я подумала, что все же разница между прислугой, которая всю жизнь провела в замке, и крестьянкой, старающейся прислужить леди – невероятная. Никто, кроме Эннет, не позволил бы себе подобного поведения в моем присутствии. С другой стороны, здесь я и не леди, а всего лишь пленница.

Очень скоро, трескотня Терры меня утомила, и я перестала улавливать даже общий смысл слов и все свое внимание уделила завтраку.

Ночью все мои планы и цели снова перемешались и теперь следовало все хорошенько обдумать, решить, что делать дальше. А главное, как мне себя вести с человеком, в присутствии которого я теряю самообладание.

Разумнее всего было бы попытаться сбежать, но местности я не знала, карт у меня не было. Да и лес для юной девушки не самое безопасное место. Возможно попытаться дать весточку домой? Или Ребекке! Если мне это удастся, то за мной придут и меня обязательно освободят. Но тогда вероятнее всего погибнут все эти люди. Терра, Оливер, Агата… Стивен. Все те, кто просто нашел здесь приют. А именно приютом и было Гнездо дракона.

Нет уж. Лучше как-нибудь самостоятельно выбираться. Пленницей я тоже быть не хочу. Может, попытаться передать весточку моим людям. К ним меня так и не пустили ни разу.

Ох! Тяжело вздохнув, я сделала еще глоток кофе.

Утренний кофе уже не обжигал, а приятно согревал. Ранее я не любила этот напиток. Его продавали по баснословной цене на ежегодных ярмарках торговцы с Лиревая. Покупать его приходилось только для того, чтобы отдать дань моде. А после распивать в присутствии лир, наведавшихся погостить у леди земель и поделиться своими бедами.

Эти встречи после я вспоминала с содроганием. Анна предпочитала от них скрываться в лабиринте нашей библиотеки. Там ее найти было крайне сложно даже коренным обитателям Ньеркела. Да что там, я не всегда была уверена, что смогла бы ее там отыскать. В итоге, улыбаться и давиться горьким резко пахнущим напитком мне приходилось одной. Усугубляло всю бедственность ситуации то, что беды местных лир казались мне пустяковыми и не требующими моего вмешательства. К примеру, отсутствие приличного шелка в окружающих землях. Или слишком маленькие поставки мыла. Слишком редко проводились празднования в замке. Все это было такими глупостями, на фоне действительно важных проблем земель, принадлежащих лорду Ньеру. Но эти проблемы решались в зале Совета, а не в небольшой гостиной за чашкой кофе. А туда меня уже никто не приглашал.

К моему удивлению, в Гнезде дракона я пристрастилась к этому напитку. Не то готовили его как-то иначе, не то на меня повлияли последние события, но напиток мне понравился, а утро у меня теперь ассоциировалось с горьковато-насыщенным ароматом.

Я сделала еще глоток, отставила чашку, уделив все свое внимание медальону.

Каково было мое удивление, когда проснулась крепко сжимая вещицу, о которой практически успела забыть во время разговора со Стивеном. Даже подумала, что мне появление призрака приснилось или просто померещилось. Но нет. От ребра круглого, как чеканная монета, медальона остался след на ладони, означавший, что держала я его крепко, словно боялась выронить. Что мне только снилось, если бы вспомнить. Слава альвам, что не тот злосчастный день.

Украшение не было каким-то необычным, вычурным, дорогим. Наоборот. Оно показалось мне невзрачным и простеньким. На лицевой стороне отчетливо виднелось изображение парящего дракона, держащего в когтях едва заметный крошечный рубин. А на обратной - имелась надпись, но настолько неразборчивая, что я, кажется, сломала глаза, пытаясь ее прочитать. А из того, что увидела – ничего не поняла. Одно точно – этот язык мне был не знаком.

Анна бы разобралась с этими закорючками. Если сама не перевела, то нашла бы перевод в два счета.

Я вздохнула, наугад выбрав булочку с тарелки. Может, рискнуть и спросить у Тингельды? Но от одной даже мысли стало не по себе. Мне просто не хотелось с ней встречаться. Еще свежа была в памяти ее выходка. Если уже не будет другого выхода и сама никак не разберусь, тогда и обращусь к этой ведьме с заоблачным самомнением.

- …выставил эту выскочку Мэдди за дверь, даже глазом не моргнул, - увлеченно вещала Терра, заправляя мою кровать. И я невольно прислушалась, поймав краем уха знакомое имя. – И правильно. Незачем девке жизнь ломать и голову дурить. Гусыня лебедем не станет. Господину нужна благородная, как он.

О! Вот как… Занимательная новость! Значит, не простой крови разбойник. Интересно, за какие грехи перед короной попал в немилость? Хотя, зачем оно мне нужно? Какое мне вообще дело до этого человека?

События прошедшей ночи пронеслись перед глазами. Словно наяву я снова увидела горящий взгляд темных глаз, кривую, насмешливую улыбку. Кажется, даже эта гремучая смесь запахов снова ощущалась в воздухе.

Как бы я не старалась себя обманывать, этот мужчина точно не был мне безразличен. Сложно объяснить, что именно я к нему чувствовала, но точно не равнодушие.

И признаться, даже новость о том, что Стю выставил мою бывшую служанку – приятно согревала и незаметно поднимала настроение. Вот только никто об этом никогда не узнает.

- Миледи! миледи Шарли, - ввалился в комнату запыхавшийся Оливер, едва не снеся дверь с петель.

От неожиданности я даже вскочила со стула, едва не перевернув его. Сердце ухнуло куда-то в пятки, а в животе завязался ледяной узел. Страшно представить, что уже стряслось. Выглядел мой новый поверенный так, словно оббежал полкоролевства и вернулся назад.

- Что случилось? – не ожидая ничего хорошего, осторожно полюбопытствовала я у согнувшегося пополам, упершего руки в колени парнишки.

- Желудь, не пугай так! – всплеснув руками, прикрикнула Терра, но поймала мой рассерженный взгляд и умолкла.

- У меня для вас отличные новости, миледи, - отдышавшись, заговорил Оливер. – Вам это… все… освободил вас господин.

Не уронила челюсть я только благодаря выдержке и воспитанию.

И как это понимать?

Глава 18

- И? – ожидая хоть каких-то пояснений протянула я.

Несмотря на прекрасную новость, радоваться почему-то не получалось. Как-то слабо верилось, что меня вернут с почестями и словами: «Примите наши извинения. Перепутали слегка». А урон чести незамужней девицы кто возмещать будет?

Почему-то эта прекраснейшая со слов Оливера новость вызвала лично у меня волну какого-то необъяснимого гнева. Развлекается Дракон. Захотел украл принцессу, надоела – вернул? Так выходит?! Или как вообще?!

- Больше он ничего не сказал? Что это значит и как мне быть теперь? – голос проскрежетал металлом.

Оливер посмотрел на меня со смесью страдания и не понимания.

- А что не так? Теперь вы без сопровождения можете по дому шас… ходить. Даже Грег уже под дверью не топчется. Отличная же новость. Даже Бурану рыскать всюду нельзя без моего сопровождения.

Если бы я не знала. Сколь много для этого ребенка значит его пес, то обязательно оскорбилась бы сравнением с собакой. А так… решила промолчать просто.

Какое же интересное у Стива понимание свободы.

- Тьху на тебя, оглашенный, - в сердцах бросила Терра, возвращаясь к работе. – Можно подумать, что до этого леди взаперти сидела.

- Так до этого мы за ней следили все, - пояснил служанке Лив, отчего та напряглась, выронив подушку и бросила предупреждающий взгляд на мальчика. Но его было не остановить. – А теперь можно не бродить за ней повсюду. Но я все равно рад буду с вами гулять. Мне нравится. Теперь озеро могу показать. Здесь недалеко есть такое…

Он вдохновленно расписывал все прелести моего нового статуса, окружающих красот, полных прелестей и приключений. Прекрасный ребенок. И слава альвам, что несмотря на то, что ему пришлось пережить – он все еще просто ребенок.

- Обязательно, Лив, - улыбнулась я, старательно скрывая бушующую внутри бурю эмоций. – В следующий раз. Сейчас я хотела бы отдохнуть немного.

- Так утро же, - непонимающе вскрикнул мальчишка.

- Тебе лишь бы носиться и ничего не делать. – мгновенно вклинилась в наш разговор Терра, замахав на Оливера наволочкой. - Ягнят нужно пригнать с пастбища. Бери свое чудовище и отправляйся уже. Все никак не придумаешь, как от работы отвертеться.

- Вы, Терра, тоже можете быть свободны, - прервала я ее наставительные речи.

Служанка бросила взгляд на до конца не застеленную кровать, но ничего не сказала. Она то прекрасно понимала, что не стоило будить во мне монстра. Полагаю, Мэдди уже пересказала сплетни Ньеркела, приукрасив их. Хорошо. Одну из трех ведьм Ньеркела побаивались куда больше, чем невесту лорда Иона. Терра раскланялась и покинула комнату, вытолкав надувшегося Оливера.

И только когда я осталась в одиночестве, позволила себе перевести дыхание.

Освободил, значит. Впрочем, чего я еще могла ожидать от этого человека? Ничего! Мне разрешили гулять одной в удобное мне время и куда пожелаю. И вот теперь мне выходить из комнаты совершенно не хотелось. Но и в комнате было жутко тесно. Меря ее шагами, я почему-то все время на что-то наталкивалась, что-то сбивала и под звон битой посуды, ваз, еще чего-то продолжала свой путь. Не мешало бы немного расчистить свои покои. Может, выбросить что-то в окно? Хотя нет! Там люди бродят – пришибу случайно.

Резко выдохнула и распахнула створки, впуская раскаленный зной в помещение.

В груди что-то сдавило и жгло. Медальон в ладони с такой силой въелся в кожу, что даже вспорол ее, пустив мне кровь. Но это, право слово, сущие пустяки.

Значит, теперь могу гулять без надзора? Не следят за мной. Свободу он мне вернул… Вот и прекрасно.

Первым делом я отыскала на туалетном столике ленту и повесила на нее, как на шнурок, подарок призрака. С ним я разберусь, когда насобираю о нем немного больше информации.

Если снаружи Гнездо казалось большим, то внутри – просто огромным.

Как и сказал мне Оливер, стражи у двери не оказалось. Коридор пустовал, а единственные звуки доносились с первого этажа.

Вот и не пойду вниз.

Огляделась и двинулась в противоположную от лестницы сторону. Там я еще не была.

Гнездо Дракона оказалось очень уютным. Стены украшали гобелены и картины. Чаще на них были изображены какие-то баталии с парящими в небе ящерами, реже – просто драконы. Большинство были старыми настолько, что дышать страшно рядом. Но были и поновее.

Разглядывая картины, я брела дальше, сворачивая по направлению коридора. Спустилась на пол этажа в одном из пролетов. И замерла, когда наткнулась на большой портрет, на котором в полный рост была изображена женщина в синем платье. Как то, что было на призраке. Красивая дама, вероятней всего южных кровей. Хоть за ней и не проглядывалось безмерной любви к драгоценностям, как принято считать. У нее всего их было два – обручальное кольцо и… медальон с мелким рубином.

Может, это и не она, конечно, но холодок по телу пробежал, а я невольно накрыла ладонью медальон на своей груди. Как-то быстро я с ним сроднилась. Но что же вы от меня хотели, миледи?

Я вздохнула и с губ сорвалось облачко пара. Опять? Резко обернулась и снова нос к носу столкнулась с призраком. Могущественный он, если даже днем так проявляется.

- Добрый… день, - сдавленно поздоровалась я, надеясь, что это не выглядело жалко.

Призрак с нашей последней встречи не изменилась совершенно: все так же щелкала челюстью на голом черепе и смотрела на меня пустыми глазницами. Но казалась теперь как-то… ближе, роднее что ли.

- Вы мне говорили, чтобы я освободила дракона. Не могли бы вы уточнить задание, - осмелев, попросила я, на всякий случай сделав шаг назад, увеличивая расстояние между нами.

Теперь пустые глазницы впились в меня.

Она резко взмахнула костлявой кистью. Я от неожиданности отпрянула. И обязательно налетела бы на картину спиной. Но кожи коснулся холод, голова чуть закружилась. А вместо того, чтобы спиной почувствовать твердую поверхность, я пролетела сквозь нее и упала на каменный холодный пол. Кажется, я оказавшись в каком-то темном проходе с гирляндами паутины.

Лестничный пролет, из которого я сюда попала, остался словно за стеклом.

Попыталась выйти назад в коридор, но обратного пути не было. Постучалась, но безрезультатно. Стекло словно затягивало инеем.

На стенах вспыхнуло несколько факелов, рассеивая темноту, словно предлагая продолжить путь.

А у меня в голове был только один вопрос: «Почему мне в комнате не сиделось?»

Глава 19

Ладно! Выход обязательно должен быть. Если не этот, то какой-нибудь другой точно. В коридоре воняло. Притом когда загорелись факелы, вонять стало еще сильнее. Словно из собачьей пасти.

Скорее всего, я оказалась просто в тайном проходе. И выходит он куда-то к скотному двору или к выгребной яме.

Фуф! В следующий раз, когда мне захочется сделать что-нибудь ни с того ни с сего, привяжу себя к кровати. Обязательно!

Представила, что лежу привязанная к столбикам широкого ложа в своих временных покоях и тут входит Стив… Почему-то от одной мысли дыхание перехватило. Почему за все это время я так и не смогла начать воспринимать его как врага? Почему не боюсь его? Виной тому поцелуй? Или все то, что я о нем узнала в этих стенах? Так ведь не должно быть…

Закрыла глаза и тряхнула головой. Будет еще время подумать об этом. Если я когда-нибудь выберусь из этого местечка.

Ну, назад нельзя, значит, надо идти вперед. Что остается делать?

Сняла со стены один из факелов и двинулась в единственном доступном направлении. Пламя гнулось, едва не летя впереди меня, давая понять, что где-то там выход. Сквозняк – это очень хороший знак. В данном случае.

Я ускорила шаг, ежась от сырости и холода. Будто в одно мгновение переместилась в подвал какой-то. Приличной леди давно полагалось бы уже испугаться и потерять сознание еще в начале пути. Но меня словно тянуло вперед. Медальон нагрелся, малым не обжигая грудь, но убрать его даже мысли не возникло. Да и не до того было.

Несколько ступеней вниз, арка, и шаги стали отдаваться таким гулким эхом, ровно я оказалась в огромной пещере. А после вспыхнули факелы на стенах, освещая помещение, в котором оказалась.

Это место и впрямь походило на пещеру… дракона. Правильней сказать, сокровищницу. Столько золота, серебра, драгоценностей я даже в снах не видела никогда. Сундуки с монетами призывно раскрыли пасти, предлагая потрогать, а то и на зуб попробовать свои богатства. Мраморные леди, выточенные рукой талантливейшего мастера, стоя одна напротив другой, хвастались своими украшениями. И если леди были из мрамора, то все украшения – из металла и драгоценных камней. Перстни, браслеты, низки жемчуга на шеях.

Вот… точно так и выглядит сокровищница дракона. В этом сомнений не возникало ни на мгновение, потому что…

В центре всего этого, на груде золотых монет возлежал внушительных размеров Дракон. Точнее, статуя дракона. Но выполненная с таким мастерством, что я действительно подумала, что он настоящий.

Ох, Стив! И зачем ты воруешь еду, когда сидишь на горе золота?

Здесь же хватило бы не только жить безбедно всему этому лагерю. Здесь хватило бы поправить дела Ньеркела… еще и королевскую казну пополнить. Я бы точно нашла применение этим сокровищам. Эх…

А может, он и не знает, на какой горе золота сидит?

В таком случае добытые мной сведения играли совершенно иными красками. Правда, я еще не знала, какими именно. Вынести эту гору золота незаметно не получится. Выторговать свободу у Стивена – ненадежно. Пообещать он может что угодно, а получив плату – просто забудет о своих обещаниях. М-да… Какой-то у меня не очень ходовой козырь в рукаве. Или как там любят говорить друзья моего отца за партией в кропс.

Эх… не везет мне в карты. И в принципе тоже не очень везет.

Оставив факел в настенном кольце, осторожно двинулась между рядов сундуков и чаш с драгоценностями. Под ноги попадались монетки. Они легко ощущались сквозь тонкую подошву тряпичных туфель, причиняя некоторый дискомфорт. Когда-нибудь я еще буду вспоминать, как страдала оттого, что шла по золотой дороге. Многозначительно вздыхать, рассказывая это кому-то, возможно, своим внукам, и наслаждаться восхищенными ахами слушателей.

Представила и невольно улыбнулась. Еще не выбралась из этого подвала, а уже такие дальновидные планы строю.

В помещении не воняло, как в коридоре. Поначалу мне показалось, что вонь шла именно отсюда – но нет. Здесь пахло зноем. Раскаленным на солнце камнем и песком. Чуточку пряными травами и сушеными фруктами. Какой-то очень странный запах для подобного места. Но оно все словно соткано из противоречий.

Сама того не заметив, приблизилась к статуе дракона. Красивый такой…

Эн говорила, что еще ее прабабушка в детстве видела настоящего живого дракона. Это было так давно, что такие воспоминания уже все смело называли сказками для маленьких детей. Но память осталась. Когда по вечерам, при свете лучины или сальной свечи, Эннет рассказывала нам жуткие истории о парящих в небе ящерах, мы словно видели их воочию. Смелых всадников, оседлавших древних огнедышащих существ. И мы слушали затаив дыхание и разинув рот.

Если ящеры были столько же прекрасны, какими видел их создавший эту скульптуру мастер, то восхищение и страх понятны. Это ж как нужно было отдаваться работе, чтобы с таким мастерством вытачивать каждый изгиб, каждую чешуйку. Свет от факелов отражался и переливался на металлических боках так, словно животное дышало. И я невольно задерживала собственное дыхание, будто боялась испортить момент, развеять волшебство неосторожным вздохом.

Легко пробежалась кончиками пальцев по огромной голове ящера. Серебро местами потемнело, но это делало скульптуру еще живее. На ощупь дракон оказался неожиданно теплым. Но я даже удивиться толком не успела.

Веки ящера дрогнули и поднялись. А в меня впился взгляд золотых глаз, рассеченных тонкой ниткой черного вертикального зрачка.

В одно мгновение я отпрянула, заспотыкалась и упала прямо в одну из чаш, разбросав вокруг драгоценности.

Это не статуя? Какая-то магия? Иллюзия? Фантом? Или мне это все снится? Не может же быть, что это действительно настоящий живой дракон…

Их же совсем не осталось. Последнего видели так давно, что смело можно считать это выдумкой…

Проклятье, сколько бы я ни повторяла это – ничего не изменится.

Дракон, которого поначалу я приняла за статую, смотрел на меня не мигая, словно чего-то ожидал. О боги, альвы… святые защитники… я готова была сейчас просить заступничества у кого угодно, лишь бы выбраться отсюда живой.

Так! Спокойней, Шарли. Не напал, значит ему от тебя что-то нужно. Успокойся и подумай. Что я там должна была сделать? Освободить его? Я готова! Только как это сделать? У кого бы спросить?

Ящер моргнул, а я отмерла, понимая, в сколь невыгодном положении нахожусь. Завозилась в чаше, осторожно попыталась снова вернуть себе видимость контроля над ситуацией и хотя бы встать на ноги. И то и другое у меня получилось не сразу. Но зато я смогла увеличить расстояние между мной и чудищем, а вместе с тем немного осмелеть.

«Человечка!» – раздалось сразу отовсюду и, кажется, исключительно в моей голове. Голос был тихим, скрипучим, словно говорил ветхий слабый старик. Но ошибиться невозможно – принадлежал он ящеру.

Как зачарованная, я застыла. Страх во мне отчаянно боролся с любопытством. И первый неизбежно проигрывал.

- Этого же не может быть? – прошептала я одними губами. – Драконов больше нет же…

«Совсем не осталось никого?» – спустя недолгую паузу устало поинтересовался голос в моей голове. И в этом голосе глухим эхом отдалась жгучая боль утраты.

У меня сердце сжалось даже.

- По крайней мере, я не слышала, чтобы где-то видели драконов, – осторожно заговорила я, приблизившись на полшажка. – Но это еще не значит ничего. О вас я тоже даже не догадывалась до сего дня.

Почему-то очень хотелось его успокоить. Вот только как?

«Магии нет почти… мир так опустел…» – голос становился все слабее, а золото драконьих глаз тускнело. – «А… В тебе много силы…»

Шумно сглотнула, представив, что сейчас древнее существо подумывало, как бы восстановить силы за мой счет, но он даже не пошевелился. Моргнул и снова уставился на меня.

- От нее одни проблемы, – сама не знаю, зачем я это сказала. Пожаловалась, наверное, не надеясь на понимание и отклик.

«Жизнь вообще – одни проблемы. Но мы все равно за нее цепляемся», – ответил на это дракон. – Даже если от жизни осталась иллюзия».

Ясно было, что говорил он о себе. Сколько он времени провел в этом подвале? Годы? Десятилетия? Столетия?

- А вы… как вы здесь оказались, вообще? – осторожно поинтересовалась я.

«Сокровищница моя. Гнездо… Сплю здесь. Пока не вернется магия».

Если она когда-нибудь вообще вернется. Но эту мысль я быстро задушила. Магический фон менялся. Мы с сестрами тому доказательство. И кто знает, может, через какую-то сотню лет небо снова будет принадлежать драконам.

«В небо хочется. А сил нет… Был бы всадник… Но, боюсь, не доживу», – между прочим обронил ящер.

Увы, я ему помочь в этой ситуации не могла. Знаний не хватало. И где их искать, тоже понятия не имела. Возможно, здесь была библиотека с нужной информацией. Но… Мне, наверное, после того, как неожиданно пропала, снова запретят разгуливать по поместью.

Я промолчала. Что говорить?

«Ты как оказалась здесь?» – поинтересовался ящер, словно только что заметил такое вопиющее вторжение на его территорию.

- Призрак дамы в синем меня привел. Велел освободить дракона. Наверное, вас, – получилось косноязычно, но зато по сути.

«Вот как… – задумчиво протянул ящер. Его глаза снова стали цвета расплавленного золота, а зрачок из тонкой вертикальной нитки превратился в ромб. – Может, она оставила тебе что-то?»

- Медальон! – с готовностью кивнув, я вытащила из декольте подарок призрака и продемонстрировала его дракону. С каждым мгновением, с каждым словом страх отступал все больше. Что весьма странно, смелой я точно никогда не была.

«Как странно! – задумчивым эхом прозвучало у меня в голове. – Будем надеяться, что она знает, что делает. Зовут тебя как?»

- Шарлотта! – ответила я. – А вас?

«Сшал, – подумав, ответил дракон. – Называй меня Сшал, – и, дождавшись моего согласного кивка, добавил: – А теперь иди, пока тебя искать не начали».

- Я бы с радостью… но не знаю, куда. Как отсюда выбраться, – призналась я нехотя.

«Хорошо… значит, защита еще не упала, – обрадовался Сшал. – Мимо меня пройдешь – будет лестница. По ней и выйдешь. Ключ у тебя есть. И… приходи как-нибудь еще. Я тебя здесь ждать буду».

Я хотела ответить. Поблагодарить хотя бы. Но глаза дракона резко выцвели и закрылись. Снова уснул.

Еще мгновение помедлив, словно ожидая снова услышать в голове этот голос, я вздохнула, подхватила юбки и рванула в указанном направлении.

Дракон меня не обманул. Лестницу я нашла быстро. Еще быстрее по ней поднялась, а вот у двери замялась. Она оказалась закрыта, и закрыта снаружи. Ключ у меня? И где он?

Вздохнула, зло замахнулась и хотела стукнуть кулаком по двери, но рука легко прошла сквозь дерево. О! Как неожиданно! Но с удивлением я справилась быстро и выпрыгнула наружу, оказавшись в том самом заброшенном уголке сада.

Ярко светило солнце, ослепляя. Я даже зажмурилась. Легкий ветерок щекотал кожу. Уже не так жарко, но и дело еще не к вечеру.

Сколько времени я провела в том подвале на самом деле? Казалось, что целую вечность.

- О! Я вам говорил, что мы ее тут найдем. Любит миледи это страшное место! – раздался где-то не очень далеко голос Оливера, и я тут же нашла его взглядом. – Вот она. А вы волновались, господин.

«Господин» вышагивал следом за Ливом, оттеснив Бурана. И выглядел он так, что мне подумалось: а не так страшен был Сшал, вообще-то. И малодушно огляделась по сторонам в поисках пути к отступлению.

Глава 20

В глазах того, кого здесь называли Серебряным драконом полыхал огонь. Хотя… еще мгновение назад я могла покляться, что заметила какое-то облегчение и в выражении лица, и в незаметно переведенном дыхании, и даже во взгляде. Оу! Неужели волновался, что я сбежала? Или просто волновался обо мне?

Правда, это уже было неважно. Сейчас, похоже, меня собирались не то убивать, не то воспитывать.

А что, собственно, не так? Оливер сказал, что мне вольную дали. Вот и пользуюсь – наслаждаюсь пейзажами, архитектурой, свежим воздухом, в конце концов. Именно об этом я подумала, независимо вздернув носик и едва не скрестила руки на груди, как самая обычная мещанка, встречающая нерадивого супруга на пороге дома поздно ночью.

- А вы говорили, что с ее удачей уже или покалечилась, или убилась, - ворчал Оливер не обращая внимания на наши гляделки, ковыряя при этом песок носком поношненного ботинка. – Миледи, вы же говорили, что устали! Я бы вам получше места показал. Озеро, к примеру.

- Миледи и так себя не стесняла, - обронил Стивен, глядя мне в глаза.

- Когда тебе дают свободу, нужно за нее хвататься обеими руками. Пока снова не отобрали. Особенно, если это такая вот, - развела я руки, предлагая самому додумать, что там за свобода такая. – пользуюсь вашей щедростью, милорд.

- Это смотря в каких целях, миледи.

В его словах был точно какой-то подтекст, о котором я обязательно должна была догадаться самостоятельно, но увы, с фантазией у меня от недавно было совсем плохо. Потому я молча ожидала пояснений. Но вместо этого Стивен, едва повернув голову, обратился к Желудю:

- Лив, сходи на кухню, попроси Агату, чтобы посчитала остатки в кладовой.

Оливер поморщился, вздохнул, проворчал себе под нос что-то вроде: «просто сказали бы, что мешаю!» и, похлопав себя по бедру, чтобы подозвать Бурана, побрел прочь по той дорожке, по которой еще вчера удалялись с этого места мы.

Стив выждал, пока мальчик скроется за углом дома. Это время воздух звенел просто от напряжения и кричащего молчания.

И как только стало понятно, что в этих кустах мы остались одни, настроение его изменилось в одно мгновение. Глаза сузились, лицо стало серьезным, даже каменным. Почему-то я не представляла, что он таким может быть вообще. Не вязался образ обаятельного незнакомца, поцеловавшего меня под покровом ночи, даже разбойника, назвавшего меня «птичкой» с лукавой улыбкой на губах, с тем, кого я видела сейчас. Может, зря я его не боялась? Стоило бояться. Стоило думать и понимать, что здесь главный он. И относиться к нему стоило соответственно. Но даже эти мысли у меня задержались в голове не долго.

Он качнулся с носка на пятку и начал приближаться. Осторожно. Обходя меня по дуге. Словно хищник, загнавший добычу. Выверяя каждый шаг.

Кажется, мне впервые стало… не страшно. Я по-прежнему не могла себя заставить его бояться. Мне было грустно.

- Скажите мне, миледи Шарлотта Ньер, - между тем заговорил Стивен, постепенно сокращая расстояние между нами. Но не порывисто, как бывало до этого, а медленно, присматриваясь. И мне стало немного жаль, что из его голоса пропали дразнящие нотки и он уже привычно не назвал меня «птичкой». Официальное обращение, наоборот, заставило меня напрячься, собраться, затаиться, словно готовясь к схватке. – что именно вы облюбовали в этом заброшенном и малопривлекательном, во всех смыслах этого слова, месте? Неужели, Гнездо так мало и неинтересно, что вы то и дело забредаете именно сюда?

Вот что ему интересно! И что отвечать? Что меня сюда призрак привела в первый раз, а во второй – вообще, дракон вытолкал. Не поверит. Я сама бы себе не поверила, окажись на его месте. Потому попыталась придать лицу самое холодное и независимое выражение и по-королевски ответила:

- Вам ли упрекать меня в странных пристрастиях, милорд? Человек, лазающий по стенам моего родового замка среди ночи, теперь пытается навязать мне понятия правильности?! – получилось с таким ядом в голосе, что Стив на мгновение замер, по его лицу прошла какая-то судорога.

Но меня поразило не это. Его глаза… на короткий миг мне показалось, что они вспыхнули золотом. Будь они не такие черные, я бы засомневалась. Но золотая вспышка кардинально отличалась от привычного цвета. И пусть спустя мгновение они уже были как обычно – темные, как остывшие угли, но это мгновение заставило что-то внутри дрогнуть.

- Как вы успели догадаться, миледи, мои цели были далеки от благородных. – хмыкнул Дракон. - Полагаю, вы тоже не просто так столько настырно проведываете старый склеп. Думаете, что вам удастся проникнуть внутрь? Так можете себя не утруждать. Его давно никто не может открыть. Сомневаюсь, что это удастся вам.

От удивления я невольно открыла рот, но тут же его захлопнула. Он не может попасть внутрь? Так вот в чем дело… может, он и не знает, что за гора золота там внизу. Или знает, но не может ее достать.

Но интереснее не это. Что если Стивен и Сшал как-то связаны. И то, что хозяин поместья, а Стив определенно был не просто разбойником, облюбовавшим это место, чтобы прятаться от властей, не может попасть внутрь, и есть той причиной, по которой дракон медленно умирает там внизу.

«…был бы всадник…». Что если Серебряный дракон не просто так получил такое прозвище? И там Сшал ждет своего спасения, а он тут, потеряв надежду, топчется у входа, даже не пытаясь к нему пробиться.

Сердце сжалось от жалости к прекрасному ящеру. Это определенно самое жестокое из возможных наказаний. Но пока я не буду знать наверняка, делиться своими соображениями ни с кем не собираюсь. Если мои догадки действительно верны.

- И не планировала, - небрежно бросила я. – На самом деле, больше мне смотреть здесь не на что. Это единственное место, куда я запомнила дорогу. Потому как сама в Гнезде, без сопровождения, боюсь заблудиться. А так… я бы с удовольствием провела это время в… библиотеке к примеру. – услышала бы сейчас меня Анна, умерла бы со смеху. Но в библиотеку мне точно нужно. Где начинать поиски? Конечно, в семейном книгохранилище.

Кажется, этим заявлением мне все же удалось удивить Стивена. Он хмыкнул, одарил меня насмешливой улыбкой, но заметно расслабился. А у меня мелькнула предательская мысль, что таким он мне нравится больше. И такой он мне более привычный…

- Не думал даже, что вам присуща любовь к книгам, - все же прокомментировал он мою тираду.

- Мы не так близко знакомы, чтобы вы могли наверняка говорить о моих пристрастиях, - отмахнулась я, отчаянно надеясь, что выгляжу при этом естественно. Актерские таланты у меня, конечно, на высоте, но ранее от них не зависело так много.

- Действительно, - задумчиво пробормотал он. – В таком случае, думаю, могу тебя немного порадовать, птичка, - вернувшись окончательно к привычной манере общения, сказал Дракон.

И у мня окончательно отлегло от сердца. Для того, чтобы выполнить задание призрака, мне нужно время, ресурсы и доверие. Последнее, кажется, я только что отвоевала. Второе, направляюсь добывать. И только первое утекает незаметно, унося с собой возможности…

Глава 21

- Вы выросли здесь – в Гнезде? – спросила я, чтобы хоть как-то разбавить тишину библиотеки.

Почему-то, едва мы переступили порог книгохранилища, Стивен стал тих и задумчив. Он бродил между стеллажами, разглядывая корешки изданий, порой выдергивая увесистые тома, перелистывал несколько страниц и ставил назад.

- Родился, – обронил мужчина, выбрав, наконец, заинтресовавшую его книгу и опустившись в кресло. – Вырос я довольно далеко отсюда. А ты? Тебе случалось бывать где-то, кроме Ньеркела?

- Нечасто, – призналась я и, вопреки изначальному плану просто с его помощью добраться до библиотеки, разоткровенничалась. – Мы с сестрами родились в столице. В самом ее сердце – в королевском дворце. Правда, жизнь в Золотых стенах помнит только старшая из нас – Ребекка. Мама настояла на нашем отъезде, когда я еще была в весьма нежном возрасте, а Анна и вовсе – младенцем. Позже я гостила у сестры в Северном пределе. Но так… да. Моя жизнь – это Ньеркел и все его обитатели.

Стивен раскрыл книгу, но взгляд его сопровождал меня, куда бы я ни направилась в этом огромном помещении. Порой я пряталась за завесами яркого света, падающего из стрельчатых высоких окон, и поднятой нами же пыли. Но все равно чувствовала его внимание, его интерес.

- И не страшно было отправляться к демонам на рога? То есть в земли лорда Иона, – упоминание моего, наверное, уже бывшего жениха далось владельцу Гнезда нелегко. Словно само имя недруга отравляло воздух вокруг.

Недавно это меня задело бы, вероятно. Сейчас… я была обескуражена. Рано или поздно за мной придут. Если не Кеннет, то король. А точнее, мои сестры. Я знала несколько заклятий, которые проложат путь в Драконье гнездо, ко мне. А вместе с чародейками придут... Жутко даже подумать, что случится, когда они войдут в поместье. И… я поймала себя на мысли, что не хочу, чтобы дело обернулось так.

Все же, когда решу проблему с драконом, постараюсь или выторговать свободу, или сбежать. Если раньше мне было страшно и жутко в этих стенах, то теперь… не хотелось становиться причиной гибели всех этих людей. А их казнят. Как разбойников, преступников и соучастников.

- Нелегко оставлять отчий дом, – вздохнула я, потянув на себя книгу в синем кожаном переплете и с вензелями из тонкой серебряной проволоки. На обложке красовался дракон, расправивший крылья. А рядом – маленькая фигурка человека. Не абы какая находка, но уже что-то. – Вам ведь тоже известно, что такое расставание с отчим домом, я так понимаю. Для женщин это неизбежно, как бы нам ни хотелось остаться в родных стенах.

- Неизбежно, – кивнул Стив. И тут же, не желая развивать, сменил задетую им же тему разговора. Не хочет рассказывать, откуда он? Странно! Мужчины же, наоборот, часто кичатся своей родословной. – Забавный выбор литературы. Нравятся сказки?

- Предпочтение отдаю легендам, – улыбнулась я, раскрыв книгу наугад и пробежав взглядом по строкам.

«Хроники Драконьей империи». На сказки мало похоже. Хотя… если Стив, точно как и я недавно, не верит в их существование, то закономерно, что и истории о ящерах для него всего лишь сказки.

- Тогда никто не расскажет их тебе лучше, чем я, – в какое-то мгновение оказавшись за моим плечом, прошептал Стивен.

Его теплое дыхание коснулось моего затылка, вынуждая толпу мурашек промаршировать вдоль позвоночника до самой поясницы. Я даже дыхание затаила. В запах пыли и старой бумаги врезался его запах – леса, костра и пряных трав. Последнее было до боли похоже на тот же запах, что я ощущала в сокровищнице со спящим драконом.

Смесь ароматов кружила голову и заставляла сердце биться чаще. Что-то внутри вибрировало от звуков его голоса, когда он был вот так близко. И эти вибрации растекались по телу, стягиваясь узлом в животе.

- Так окажите милость, – голос охрип, выдавая волнение. И мне стало немного неловко оттого, что он это примет на свой счет.

Пусть даже будет и прав.

- Все, что пожелаешь, – сказал он таким тоном, что я и вовсе растерялась.

И даже не противилась, когда он развернул меня к себе лицом. Просто прижала книгу к груди, словно пыталась защититься. Но хотела ли?

Кончиками пальцев он легко коснулся моей скулы, прочертил дорожку вниз к шее, а после – к обнаженному плечу. И смотрел при этом в глаза, словно ловил любой, даже малый намек на сопротивление.

Мне следовало сопротивляться. Но губы помнили поцелуй. Кажется, я все еще чувствовала его вкус.

Он склонился неспеша, словно ждал, что я оттолкну, или давал мне такую возможность. Приличной леди и следовало бы так поступить, а я вместо этого, поддавшись какому-то наитию, подняла лицо к нему.

И снова эта золотая вспышка в черных глазах.

- Их так много, что я даже не знаю с чего начать, – проговорил он у моих губ, и я невольно растерялась.

А что самое глупое – разозлилась на него и на… себя.

- Начните уже с чего-нибудь, – сбросив наваждение, довольно резко не то попросила, не то приказала я, увернувшись от его рук и увеличив между нами расстояние.

Неплохо было бы самой взять себя в руки и сохранять хладнокровие, но сердце предательски вытанцовывало джигу, подпрыгивая к горлу. Почему-то рядом со Стивеном у меня никак не получалось изображать невозмутимость. Еще и проклятая книга оказалась тяжеленной. Я попыталась ухватить ее поудобней, но едва не выронила.

- Оставь ты ее в покое, – абсолютно спокойно, словно для него подобные танцы с женщинами – дело обыденное, велел мне Стив. И, наверное, впервые в его голосе прорезались повелительные нотки. Даже подумалось, что я и сама точно так же отдаю приказы. – Коллекционное издание. Мне эти сказки еще бабуля читала.

Поправлять его я не стала. Для меня эти истории все меньше походили на сказки, и даже легендами уже тяжело было их называть. Может, потому, что в подвале этого поместья ждал моей помощи, вполне возможно, последний дракон континента. А может, и всего мира.

И пусть нет в мире опасней и могущественней существа. Пусть никто не мог предугадать, чего от него ожидать, оставить все как есть и позволить ему умереть было выше моих сил.

Я буквально уронила книгу на журнальный столик рядом с той, что оставил Стивен. И только теперь присела на край диванчика, ожидая обещанного рассказа.

- Итак, решил, с чего начнешь? – с усилием сделав вид, что совершенно не сбита с толку и в душе моей не перевернулось все несколько раз от одного взгляда хозяина Гнезда, произнесла я. – Ты обещал мне легенды…

К демонам официоз и приличия. Если он не пытается их соблюдать, называя меня просто «птичка», то почему я должна величать его на «вы»?

Стивен улыбнулся, измерил шагами расстояние от стеллажей до ближайшего окна, выдержал паузу, то ли вспоминая сказки, то ли сочиняя их на ходу. Удачно он развернулся ко мне спиной – я могла не краснея и не стесняясь разглядывать его силуэт со спины. Даже наш начальник стражи не мог похвастаться таким разворотом плеч и таким внушительным ростом. А еще… какой-то опасной гибкостью.

Стив распахнул окно, впуская в библиотеку летний знойный ветер, и тот неохотно прошелся по помещению, по-хозяйски пошелестел страницами старых книг и даже смахнул с люстры слежавшуюся в комья пыль. Все же руки хозяйки старому Гнезду явно не хватало.

- Что ты вообще знаешь о драконах? – прервав молчание, развернулся ко мне лицом Стив, при этом скрестив руки на груди, словно он тут меня допрашивал, а не просвещал.

- Не так много, как хотелось бы, – приняла я его игру, едва удержавшись, чтобы не отзеркалить его позу и не скрестить руки точно так же. – Если брать во внимание, что в нашей библиотеке всего несколько книг о древних летающих ящерах, ворующих овец, то… ничего, похоже.

- Похоже, – хмыкнул Стив, улыбнувшись одним уголком губ. – Основатель нашего рода был буквально помешан на драконах. Даже этот дом он назвал Гнездом. Гнездом Дракона. В хрониках, которые ты так неуклюже уронила на стол, целый раздел посвящен драконам и всадникам. И эти же хроники утверждают, что одним из первых всадников и был мой далекий предок.

- Вот как… – задумчиво протянула я. Кажется, я выбрала себе литературу для чтения перед сном. К тому же томик был увесистый, если вдруг ко мне пожалуют ночные визитеры, которые зачастили в мои покои в последнее время, то книга прекрасно впишется в мой импровизированный арсенал. В комплект к ночному горшку и канделябру.

Стив помолчал. Вероятно, он ожидал несколько иной реакции, а не банального «вот как», но не дождавшись, продолжил:

- В «Хрониках», в принципе, описаны события, когда драконы еще правили континентом, – голос Стива, несмотря на его легкомысленное замечание, произнесенное немного раньше, стал задумчиво-тихим. Словно он делился семейной тайной. И я невольно замерла, затаив дыхание и вслушиваясь в слова, ловя интонации. В нашей библиотеке Анна нашла лишь единичные упоминания о веке драконов, которому и значения не придавали уже. Если бы не ее любовь к литературе, то мы о нем и не узнали бы даже. – Драконы правили небом, подчиняли землю. Континент был назван Драконьей Империей. Их главенство признавали альвы Ферангии и друиды из лесов Иранглая. И только люди считали, что вправе и в силах соревноваться с могущественными ящерами.

- Сложно не признать, что в чем-то человечество было право – драконы вымерли, а люди теперь правят миром, – заметила я, невольно коснувшись груди там, где под платьем спрятался медальон с мелким рубином и выгравированным парящим драконом.

- Увы или к счастью, но это так. Век драконов люди вспоминают как не самый благоприятный, – пожав плечами заметил Стив. – А после пришли перемены. Поговаривают, что пришли они с востока, с земель, раскаленных солнцем настолько, что они побелели и рассыпаются песками, – я прикрыла глаза и тут же перед внутренним взором нарисовалась картина бескрайней, выжженной солнцем пустыни. – Даже «Хроники» теряются в догадках, пытаясь предположить, что именно случилось. Но магия начала стремительно покидать земли континента. Да и не только его. Сама понимаешь, чем это было чревато для повелителей империи.

Я досадливо поджала губы и вынуждена была согласно кивнуть. Скрывать нечего – магии осталось ничтожно мало. Но в то же время трудно представить, сколько ее было тогда – век назад. Наверное, колдуны, как мы с сестрами, были почти богами. Всемогущие и ограниченные только совестью и фантазией. Как и драконы, друиды, альвы. Совершенно закономерно, что и тех и других возненавидели. И нашли способ избавиться от магии, а заодно и от всех, кто из нее черпал силу.

Анна как-то нашла дневники какой-то колдуньи Семергюналь, жившей, вероятно, во времена перемен. Носилась с ними, как с величайшей драгоценностью, и выучила их едва ли не наизусть. А еще цитировала нам умные высказывания, а порой зачитывала целые отрывки. Так вот, когда Ребекка лежала полуживая после очередного стихийного магического выброса, она нашла одну полезную вещь в этих самых дневниках. Эта Семергюналь писала, что магия покидает мир и она тоже умирает, стареет, здоровье уже не такое, как раньше. А применяя силу, каждый раз почти умирает. Может, до того все было иначе. И то, что я приняла за обычные терзания стареющей леди, на самом деле было чем-то куда большим.

- Отчасти спасло ситуацию то, что среди людей начали рождаться мальчики, имеющие связь с ящерами, – между тем продолжал Стив. – Их назвали всадниками. Это дало еще какую-то надежду и совсем немного времени драконам. Но увы… как видишь, даже это не помогло.

Может, и помогло. Вот только кто-то решил, что хватит с этого мира могущественных ящеров. И придумал, как разлучить их со всадниками.

- Всадников убивали? – предположила я, и лишь когда произнесла – стало по-настоящему жутко.

Тишину, повисшую на несколько долгих мгновений, нарушали только звуки перепалки, доносившиеся сквозь открытое окно. Но и им не получалось уделить должного внимания. Слишком уж тревожным был рассказ. Такие обычно проникают сразу в душу и остаются там навечно.

- Да! Чаще в младенчестве, – кивнул Стивен, и у меня онемели кончики пальцев. Это же насколько нужно ненавидеть и бояться чего-то, чтобы потушить совсем крошечную искру жизни? – Немногие доживали до юношества и встречались с драконом. И так продолжалось, пока не расправились со всеми.

- И драконы тоже гибли… – сделала я закономерные выводы.

- Вероятно, – согласился Стив. – Последним был Алинхар тен Гуар Сшал. Так пишут хроники, по крайней мере.

Я все же вздрогнула, когда прозвучало имя моего нового знакомого. «Называй меня просто Сшал!» Сократил так сократил.

- И твой предок… – произнесла я, припомнив, с чего именно начинался разговор.

- Был просто фантазером, – снова вернувшись к обычной легкой и беззаботной манере разговора, отмахнулся Стивен. – Все мы пытаемся придать себе значимости куда больше, чем есть на самом деле. Остальное ты можешь и в книге прочесть.

Скандал под окнами набирал обороты. Кто-то уже во все горло бранился, вспоминая всю родню оппонента и приписывая той самые постыдные профессии.

Быть драке. Но эта мысль мелькнула как-то лениво и уныло.

- Кажется, без меня там не обойдутся, – пожав плечами, улыбнулся Стивен.

И я рассеянно кивнула, провожая его взглядом. Допустим, в истории Серебряного дракона было несколько неточностей. Первая: драконы не вымерли, а просто уснули, дожидаясь своих всадников. Вторая: всадников не уничтожили. Похоже, кровь и сила, как подземная река, рано или поздно пробивались наружу. И третья: не таким уж и фантазером был предок Стивена.

Ведь не просто так в твоих глазах вспыхивают золотые искры, точно как у дракона. Вот только что же не так с Гнездом, убивающим своего дракона? И почему ты до сих пор не пришел к нему сам? А главное, зачем во все это было впутывать меня?

Глава 22

Над книгой я сидела до глубокой ночи. Учитывая, что хозяин Гнезда не изволили меня навестить в библиотеке, обязанности сидеть его и ждать можно было смело с себя сбросить. А заодно и позаимствовать литературу, которая мне показалась любопытной и полезной.

Так в покои, где меня разместили, перекочевали не только «Хроники Драконьей империи», но и «Крылатые легенды», «Черные тени небес» и еще несколько книг с той же тематикой. Правда, Стив не шутил, когда говорил, что его предок был слегка помешан на драконах. Я бы даже сказала, что «слегка» увесистое приуменьшение истинной величины проблемы. Помимо книг о драконах в библиотеке было всего две – «Законы и права» и «История рода Рейверс», которая почему-то не открывалась. Полагаю, причиной тому была древняя магия первых родов.

В нашей библиотеке тоже была «История», но ее мы и открывали, и читали. Анна даже настаивала на том, чтобы мы ее выучили. Увы, я нерадивая ученица. О чем теперь очень жалею.

Правда, кое-что все же в памяти всплывало. Что-то о первых родах, в число которых входил королевский род, род Ньер, Рейверс, Кейптрегер, уже вымерший, и еще с десяток точно. Хранители тайн древних – кажется, так их называли в книге. Но я могу и ошибаться. Следовало заняться образованием еще дома. Если вернусь, обязательно пересмотрю свои взгляды на жизнь.

Но вот что любопытно, Гнездо, получается, принадлежало Рейверсам. Значит ли это, что и Стивен имеет такие древние корни? Официально – наследников этого рода не осталось. Потому и перешли эти земли Ионам. Возможно, Стивен представитель побочной линии? Бастард?! Чем демоны не шутят. Все может быть!

Правда, не припомню ни одного бастарда, который вел бы себя настолько по-хозяйски. Хотя… я мало общалась с бастардами вымерших родов.

А вот его неприкрытая ненависть к Ионам сразу становится яснее белого дня. Но не более.

В остальном, мной было принято решение искать ответы там, куда их обычно и заносят – в книгах.

День за чтением пролетел незаметно. О том, что наступил вечер мне сообщила Терра, поднявшая ужин в покои. Она осторожно осведомилась, нужна ли мне помощь, чтобы приготовиться ко сну. Я рассеянно отмахнулась.

За чтением я проглотила несколько пирогов, запивая их чаем. И когда уже совсем стемнело – переместилась читать в постель. Зря я это сделала.

Не берусь сказать, когда меня сморил сон.

Насыщенный и разноцветный, а еще немного сумбурный. Огромные ящеры с благородными всадниками на спинах. Леди в синем платье. И… Ребекка - строгая, хмурая, недовольно поджавшая губы.

Я вскочила, как от толчка в спину. Свеча перегорела. Комнату освещали блеклые лучи полной луны. Тихо пели сверчки в саду. Лаял пес. И ничего более.

Полнолуние… одно из главных условий ритуала кровной связи.

В комнате пахло мятным чаем тетушки Эннет. В животе словно узел завязался. Вот оно! Ребекка добралась до Ньеркела. Если еще недавно я была бы этому несказанно рада, то сейчас…

Нельзя, чтобы они пришли за мной. Нельзя меня забирать, пока Сшал не набрался сил. Нельзя все оставить как есть: не разобравшись, не распутав этот клубок. Вот только как мне это объяснить сестрам.

Темнота словно стала гуще, плотнее. Запах чая смешался с запахом мыла из голубого шафрана, пыли и старых книг.

Я натянулась струной на лире бродячего менестреля – тронь и лопнет. Мне следовало объясниться с сестрами, пока они не натворили беды.

- Жива, - выдохнула темнота голосом Анны.

У меня от одного голоса, тона, облегчения в нем, на глаза навернулись слезы. Боги, не только я пережила кошмар плена, который и кошмаром сложно назвать. А сестры… они пережили дни неведения, что куда хуже самых дурных вестей. Мне стало больно, от мысли о том, что им пришлось вынести.

- Шарли! Ты слышишь нас? – позвала Бекка. – Шарлотта!

- Слышу, - проглотив ком в горле, отозвалась я. Отвечать спокойно и не выдавать обуявших меня эмоций было очень сложно, но мне это удалось. По крайней мере, хотелось в это верить. – Я слышу вас. И вижу.

Действительно, темные силуэты, казавшиеся мгновение тому всего лишь сгустками чистой тьмы – стали обретать форму даже, немного блеклые, цвета. Ка отражение в озере. Если бы я не знала, что это мои сестры, конечно, не угадала бы, а так…

- У нас не так много времени, как хотелось бы, - зачастила Анна, вливая силу в ритуальный круг. Я чувствовала, ее как прибой волны, накатывающей на песчаный берег. – Сил жрет, как демонова бездна, - похоже, сестрице давно пора меньше общаться с конюхами. – Говори, где ты, Шарли. Если поисковик не дотянется, то хоть так найдем.

Я поджала губы и сжала руки в кулаки, собираясь с силами.

- Не надо меня искать, - выпалила, подавив желание зажмуриться. – Я не могу вернуться домой. Пока.

В наступившей тишине слышно было, как стучит мое сердце. Может, это связь оборвалась.

- Шарли, если с тобой сделали что-то… ужасное, - словно рокотание грома звучали слова Ребекки.

- Нет! Ничего такого. – заверила я, едва удержавшись, чтобы не замахать руками. - Со мной обращаются даже лучше, чем в Ньеркеле, - попыталась пошутить, но шутка отклика не нашла. – Ребекка, мне нужно здесь задержаться. Просто поверь мне.

Мгновения гробового молчания и…

- Просто поверь? Ты в своем уме? – взорвалась гневными криками Бекка. - Шарли, тебя полкоролевства ищет. Похитили племянницу короля, представительницу древней аристократии, а не безродную девчонку. И ты у меня просишь тебе просто поверить, потому что у тебя очередная гениальная идея? Это как со свадьбой, полагаю!

- Бекка!

- Слушать ничего не хочу. Ты сначала умоляла меня посодействовать твоему браку, выбрав при этом самую не подходящую кандидатуру на место жениха, которую я только знала. Теперь что? Ты от него прячешься? Когда король дал согласие на твою помолвку! Ты… инфантильная, безответственная… у меня слов нет просто!

- Ребекка, это действительно важно! – попыталась я хоть слово вставить, но куда там.

- Ньеркел на ушах. Я сорвалась в дорогу через полкоролевства. Даже отец тебя разыскивает который день. А ты… Такого я даже от тебя не ожидала…

Она еще говорила, но понять, что именно становилось все сложнее. Голос Ребекки становился все тише, глуше, дальше. Сгустки тьмы рассеивались, превращаясь в просто темные углы помещения.

- Это касается нашей магии, - выкрикнула я, уже и не надеясь, что меня кто-то услышит.

Что-то подсказывало, что Ребекка сейчас в принципе готова слушать только себя.

Проклятье!

И как теперь быть? Скоро они все будут здесь. И решение напрашивалось только одно…

Глава 23

Сердце выпрыгивало из груди от страха, но я все равно выскользнула из комнаты, осмотрелась по сторонам и направилась к лестнице. Если я правильно помню экскурсии Оливера Желудя, то мне всего лишь нужно спуститься этажом ниже.

Казалось бы, чего бояться после того, как защиту мне обещал сам Серебряный дракон. И все равно я вздрагивала от малейшего шороха: скрипа двери, сквозняка, тихого разговора на первом этаже… Интересно, Гнездо хоть иногда затихает? Ньеркел тоже никогда не молчал, но и не пугал меня так. Там я была пусть не любимой, но все же хозяйкой. Зато здесь… никто, кроме Тингельды, не знал Ребекку. Меня не сравнивали со старшей, во всем лучшей, сестрой. Мне не приходилось каждый день доказывать, что я тоже что-то могу. Здесь у меня был статус пленницы, но… я была куда свободней, чем в Ньеркеле.

От такой простой мысли что-то в груди сжалось. Глупости, возможно. И не стоит даже думать так…

Я прикрыла глаза, перевела дыхание и продолжила путь. Шмыгнула в правое крыло и постучалась в нужную дверь. И никак не была готова к тому, что на сама откроется от моего стука – с тихим протяжным скрипом.

На короткое мгновение замерла. Казалось, все поместье услышало, как открылась дверь в покои его хозяина: настолько пронзительным был звук. Но нет, никто не прибежал меня связывать и отправлять казематы. И я немного успокоилась. Самую малость, правда.

- Стивен! – шепотом позвала я, опасаясь привлекать ненужное внимание.

Но ответа не последовало. Может его вообще нет в покоях? Осторожно сделала шаг внутрь, рефлекторно прикрыв за собой дверь.

В предрассветных сумерках комната казалась собранной из всех оттенков серого. Мне даже не сразу удалось рассмотреть спящего на кровати мужчину.

Осторожно приблизилась. Позвала по имени еще раз. Но снова безрезультатно. Ох. Видимо, с совестью у господина разбойника все прекрасно, раз при всех бедах и проблемах у него настолько крепкий сон.

Я потянулась, чтобы встряхнуть его, разбудить. Но тут же на моем запястье сомкнулась сильна ладонь. Один рывок. И я повалилась на кровать.

Каким-то чудом смогла перевернуться на спину, но тут же была придавлена сильным и довольно тяжелым мужским телом – ни сбежать, ни даже пошевелиться.

- Птичка моя, - хрипло проговорил он у моих губ, не позволив даже подумать, что меня снова приняли за другую.

И в ответ его словам по моему телу прокатился жар, сбивая с мысли и лишая воли. Из головы вылетели все мысли, страхи. Я даже не возмутилась, когда его губы нашли мои. Словно заколдованная расслабилась, отвечала на поцелуй. Более того, мои руки сами потянулись исследовать его тело. Скользнули по обнаженным плечам, спине. Его кожа была на удивление шелковистой и мягкой, а мышцы – стальными. Но и эти мысли прошли словно по краю сознания, не оставляя по себе и следа.

Дыхание забило от его запаха – леса, костра и пряных трав. Голова пошла кругом, словно от неразбавленного вина. И мне даже на мгновение показалось, что все это продолжение какого-то безумного сна, в котором мне позволено абсолютно все.

Вздрогнула только когда его ладонь сжалась на моей груди. Учитывая, что ночные прогулки я совершала в тонкой ночной сорочке, а точно такая же, почти прозрачная шаль была потеряна мной при падении на кровать, это прикосновение я прочувствовала очень остро. Вырвавшийся стон, Стив выпил долгим поцелуем.

Но когда ладонь начала спускаться ниже, я напряглась. И он очень чутко отреагировал на это.

Когда Стив разорвал поцелуй, какая-то абсолютно безумная часть меня даже немного огорчилась.

- Птичка, тебе не говорили, что опасно нападать с поцелуями на спящих мужчин? – тяжело дыша и даже не думая с меня вставать, спросил Дракон. – Я, между прочим, устаю и предпочитаю ночью отдыхать, а не от наглых девиц отбиваться.

У меня от его слов дар речи на мгновение отобрало. Так это я с поцелуями? Боги, какой кошмар.

- Я вообще-то по делу пришла, - сохранять невозмутимость и гордость, лежа на спине под полуобнаженным мужчиной, было весьма сложно, потому голос меня все же подвел. – Гнездо в опасности. Совсем скоро здесь будут люди короля. И я пришла… предупредить тебя. Нужно обезопасить поместье и его жителей, пока есть время.

Если я и могла как-то ошарашить этого человека, то это был именно тот момент. Стив замер, вероятней всего раздумывая – это какая-то хитрость или я просто рехнулась. Я бы подумала именно так. С чего пленнице, ратовать за безопасность и жизнь своего пленителя?

- И когда ты решила выбрать сторону врага? – неожиданно тихо и серьезно спросил Стив. И я пожалела, что не вижу в этот момент его лица. Он мне верит?

От волнения у меня даже кончики пальцев закололо магией. Когда решила? Возможно, со временем, сидя и спокойно рассуждая о том, что о мной происходило с дня пленения, я бы решила, что события нарастали, как снежный ком и набрали такую силу и массу, что сопротивляться им уже не получалось. Но кому я вру? Переломным моментом в моей судьбе стал один единственный поцелуй, перевернувший всю мою жизнь с ног на голову.

Хотя, с меня даже под пытками это признание никто не вытянет.

- Я не смогу жить, зная, что твои амбиции стоили жизни всем этим людям. Им и так пришлось тяжко в жизни, - выдохнула я, завозившись. Но Стив напрягся и сильней вжал меня в постель.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Следовало бы испугаться. Но с ним мне не было страшно. Разве что волнительно до безумия.

- Я тебе не верю, моя птичка, - но прежде, чем я успела расстроиться и задуматься, как доказывать ему, что дело действительно так серьезно, добавил. – Причина совсем другая. И однажды ты признаешься, какая именно. – одним рывком он вскочил с кровати, и я как-то судорожно перевела дыхание и даже отвела в сторону взгляд, чтобы собраться с мыслями. – А теперь подробнее, что там случилось и откуда у тебя такие сведения?

Глава 24

Во дворе царило оживление, как в потревоженном муравейнике. Все куда-то спешили, что-то тащили, перекрикивались. Взгляд цеплялся за знакомые и незнакомые лица. Кто-то даже приветливо кивал, а кто-то наоборот – отводил взгляд.

- Что здесь происходит? – поймав за рукав Терру, спросила шепотом.

- Так ничего особенного. Хозяин велел приготовиться на случай осады. Вот… готовимся, - пожала она плечами, не выказав при этом ни страха, ни тревоги. Но сомневаюсь, что она не знает, что такое осада и чем это грозит жителям Гнезда.

Но в то же время, у меня даже на душе стало легче от такой новости. Значит, все же уделил должное внимание моим предупреждениям. В чем я, признаться, была совершенно не уверена после нашего с ним разговора.

Стив выслушал новости молча, с настолько бесстрастным и замкнутым выражением лица, что я даже не бралась угадать – слушает ли он меня, а не то чтобы принимает всерьез мои слова вообще. Мало того, что он совершенно не отреагировал на вести о том, что я чародейка, впрочем, возможно он и раньше это знал, но и то, что в Гнездо, вполне вероятно, уже идут королевские войска не вызвала в нем должного ужаса. Как по мне, слишком уж беспечен был Серебряный дракон. О чем я и попыталась ему сказать.

Но… видимо, не так сильно доверял. Меня он с мягкой улыбкой отправил в покои отсыпаться.

Правда, каком сне могла идти речь? Я себе места найти не могла. Дурные предчувствие, страх, тревога – все это сводило с ума. И едва наступило утро, ожило поместье и зашевелились люди на хозяйственном дворе, я отправилась прогуляться. Проветрить голову и собраться с мыслями.

Нужно было скорее выяснить, как помочь Сшалу и уходить из Гнезда. Пока я нахожусь в этих стенах – покоя никому не будет. Я приношу этим людям только беды, а их предводитель слишком легкомысленно относится к этому факту, сходя с ума от жажды мести роду Ионов. Да и мне лучше как можно скорее оказаться подальше от Драконьего гнезда и его хозяина. Рядом со Стивом я теряю контроль, и эта ночь тому подтверждение. Чую, ничем хорошим это не закончится.

- А сам Стивен где? – стараясь не выдавать истинной степени заинтересованности, спросила я, так и не отыскав взглядом его среди метушащихся жителей Гнезда.

Следовало выбросить из головы все глупости, но как? Если губы все еще жгло от страстных поцелуев, а по телу разливалось почти обжигающее тепло от одного воспоминания о ночи. Может, и хорошо, что Стивена нет рядом. Вряд ли я смогла бы смотреть ему в глаза при дневном свете.

- Умчался куда-то, - пожала плечами Терра, но по вмиг похолодевшему взгляду и посерьезневшему выражению лица, стало понятно, что рассказывать ничего о делах хозяина она не намерена. Даже несмотря на установившееся между нами перемирие. И, признаться, за это я ее уважала. Верность – это то, что не имеет стоимости.

Хотела спросить еще что-то, но случайно заметила, как Желудь, воровато оглянувшись по сторонам, шмыгнул в небольшую калитку на заднем дворе, а за ним и огромный черный пес. Даже как-то не успела окликнуть мальчугана. Это куда он собрался? Когда Гнездо готовиться к нападению – Оливер решил прогуляться? Не похоже на этого мальчишку. Как бы не влип никуда, пока все заняты приготовлениями.

Терра, воспользовавшись тем, что я отвлеклась и задумалась, куда-то сбежала. Потому я, подхватив юбки и молясь всем мне известным богам, чтобы не потерять мальчишку из вида, направилась следом.

Миновав калитку, я оказалась сразу в лесу: густом, наполненном прохладой, пением птиц, шелестом листвы и каким-то спокойствием, жизнью…

На короткое мгновение я застыла, совершенно не понимая, куда идти дальше. Не сразу заметила узкую тропу, нырнувшую в густой кустарник. Скорее всего, туда и направился Лив. А значит, и мне туда же.

Как же давно я просто не гуляла в лесу. В памяти всплывали короткие обрывки из прошлого, где мы ездили всей семьей на охоту, останавливаясь в небольшом домике. Гуляли, сами готовили еду в большом казане и категорически отказывались отправляться спать, когда мужчины еще травили байки на ночь. Это было замечательное время, безвозвратно ушедшее и оставившее по себе только щемящую ностальгию.

Воспоминаниям я предавалась уже на ходу, стараясь пробраться сквозь колючий кустарник и не оцарапаться.

Но несмотря на то, что такие маневры меня значительно замедляли, вскоре я вылетела на обочину дороги и тут же заметила присевшего за кустом Оливера и Бурана. Это они в засаде тут что ли?

Где-то совсем близко слышалось ржание лошадей, перестук копыт, выкрики. Храбрый Буран помчался с лаем навстречу отряду, Оливер – следом, видимо, намереваясь перехватить пса. Но куда там!

- Лив!  - вскрикнула я, но он даже головы не повернул в мою сторону.

В голове уже нарисовалась страшная картина возможного развития событий, потому я побежала следом. Хотя понимала – не успею. Как бы не бежала, как бы не старалась…

Всадники показались так неожиданно, словно выпрыгнули из кустов.

Лив все же догнал Бурана и вцепился ему в холку, но сбежать уже не получилось. Он застыл, спрятав лицо в шерсти пса, когда резко одернутая лошадь встала на дыбы и засучила копытами в воздухе.

- Лив, - вырвалось у меня отчаянно протяжное. Но что я могла…

Глава 26

Магия откликнулась вместе с надрывным вскриком. Она разлетелась живыми лентами в пространстве: мощная, искрящаяся и совершенно бесконтрольная. Казалось, эта сила окутала все вокруг, подчиняя моей воле.

В голове билась единственная мысль: «Не допустить гибели Оливера!». И кажется, именно эта мысль и стала чем-то вроде заклинания.

Сила стала продолжением меня, моих мыслей, желаний, стремлений. В одно мгновение она сделала то, что я физически сделать не успевала. Резким порывом ветра лошадь вместе с всадником откинуло назад. Искрящаяся лента окутала парнишку вместе с псом и отбросила в ближайшие заросли. Сквозь шум в ушах я слышала отборные ругательства всадников, ржание лошадей… что-то еще.

Но была обратная сторона этого могущества. Я не контролировала его.

Сила утекала. Как вода из драного ведра. Я пустела с каждым мгновением, а магия вливалась в родные потоки, выполнив указания. Голова пошла кругом, ноги подкосились, во рту ощущался металлический привкус крови.

Хотела магию – получи! Вот только обуздать ее оказалось совсем непросто. Скопившейся нерастраченной силы оказалось слишком много.

Последнее, что я увидела, прежде чем провалиться в темноту, лицо Стивена: сосредоточенное, злое и невероятно серьезное. Но сказать ему хоть что-то уже просто не смогла. Да и что говорить?

Долгое мгновение я словно качалась на теплых морских волнах. Мне было хорошо и уютно. В этом месте не было ни бед, ни проблем, ни горестей и обязательств. Впервые мне хотелось остановить время и остаться в этом мгновении как можно дольше.

Но и это счастье оказалось недолгим.

Меня словно вынесло прибоем на сушу – обессиленную и разочарованную. Не хотелось подниматься, даже глаза открывать желания особо не было. Все, чего мне действительно хотелось осталось в той темноте.

Но прятаться вечно не получилось.

Первое, что я увидела – невероятно синее небо. Чистое настолько, что перехватывает дыхание. Заливались пением мелкие птицы, шелестел ветер зеленью. И все это… я уже видела. И не раз.

Проклятье! За что мне это?

Села одним рывком. Взгляд заметался по поляне, которую за столько лет не забыла ни капельки. Все было так, как тогда.

- Не может быть! – слова давались тяжело, с хрипом и треском.

Горло саднило, а пальцы едва удалось стиснуть в кулак.

Я не выдержу еще и этого. Хватит с меня этих манипуляций. Неужели, Тингельда решила воспользоваться моей слабостью и заставить меня пережить все это снова? Тогда это очень подло с ее стороны.

С трудом поднявшись на ноги, попыталась вспомнить, как получилось разорвать ее волшебство в прошлый раз. Но в голову ничего не шло, а сил едва хватало держаться на ногах. От чего захотелось разрыдаться.

- Шарли, милая! – голос мамы пронесся над поляной, и на глаза все же навернулись слезы.

А ведь я и не смогу все исправить. То, что случилось в тот день. Это случилось и ничего не изменить. Зачем тогда Тингельда так настойчиво заставляет меня пережить это снова?

Ноги не слушались. Я их почти не чувствовала, но все равно приближалась к улыбающейся женщине, расставляющей закуски на белоснежном покрывале для пикника.

- У тебя получилось? Ты справилась с заклинанием? – спросила мама протягивая мне хлеб с толстым куском сыра, как я и люблю.

Хлеб пах невероятно. И та маленькая девочка, которой я была, довольно быстро для ребенка с ним разделалась. Магия отнимала много силы и восполнять ее нужно было как можно скорее.

Мама терпеливо ждала пока я доем. Ее теплая улыбка делала день еще светлее, а легкий ветерок – теплее и ласковей. Да и сама жизнь становилась лучше, радостней. Мама такая, как была в тот день. Длинные золотые волосы уложены косами вокруг головы, синие глаза сияют теплотой, мягкая улыбка, очертила неглубокие морщины вокруг рта и мелкую сетку в уголках глаз. Мы были похожи с ней. Вот только мне не хватало этого тепла, наверное. Хоть Ребекка говорила, что у мамы был стальной характер.

Возможно, мягкой была она только рядом с нами?

- Справилась, - отвечаю одними губами. Но сердце разрывается от боли.

- Покажешь? – в небесно-голубых глазах мамы веселые искорки.

Конечно. Я ведь только для этого и старалась.

Чуть прикрыла глаза, сосредоточившись. Магия разливалась по телу теплом, собираясь на кончиках пальцев. Прошептала заклинание, и притихшие в ожидании ветки деревьев затрепетали, закачались. Ветер пригнул высокую траву, стряхнул утреннюю росу с цветов. Промчавшись по поляне – приютился, как домашний кот у моих ног, словно растаял.

Невероятное ощущение. Я даже взглянула на руки, словно впервые их видела вообще. У меня получилось. Магия откликнулась и подчинилась мне.

Но какой была цена…

- Превосходно, - похвалила мама. – Завтра тогда попробуем кое-что новое. – кивнула она на раскрытую книгу.

Она хотела сказать еще что-то, но на краю поляны появилась темная фигура и словно тучи набежали, закрывая солнце.

Он приближался, а у меня в животе стягивался тугими жгутами ужас.

- Милорд? Что-то случилось? – мать предпочла встречать мужа стоя, придерживая шаль на плечах.

Между провей залегла глубокая морщина. Раньше я ее не видела.

- Будто вам не известно, миледи, - остановившись, словно налетел на невидимую стену, рявкнул отец.

Мне стало страшно. Никогда не видела его в такой ярости.

- Понятия не имею, что могло вызвать такое негодование у вас, - холодно ответила мама.

- Ты просила короля сослать нас в Ньеркел! А я все думал, за что нас наказали. Почему король так поступил с родной сестрой. За какие «заслуги» мы должны гнить в этом богами забытом месте? А оказалось, это личная просьба принцессы! Ты рехнулась вообще? О чем ты вообще думала? На что наделялась?! Что я не узнаю об этом? – отец срывался на крик, от чего я вздрагивала, а магия прорывалась и жгла кончики пальцев.

Нельзя показывать свою силу никому. Даже отцу.

Мама бросила быстрый взгляд на меня. Она не была напугана. Напряжена, натянута, как струна, но не напугана. Каким-то плавным движением она прикрыла меня собой. И теперь я не видела ее лица. Только отца.

- О чем я думала? – совершенно спокойно заговорила мама, не проявляя эмоций. - Я думала о детях. О том, что будет лучше для них. А что за мысли были в вашей голове, когда вы вложили остатки нашего состояние в ту экспедицию? Мне пришлось заложить колье и серьги матери, чтобы собрать средства для отъезда.

- Ты даже не посоветовалась…

- Ты, помнится тоже…

- Да как ты смеешь!

- Наверно, милорд, вы забыли, что всем, чего достигли обязаны мне. Что без моей руки и поддержки вы, дорогой супруг, пустое место. Именно благодаря мне вы породнились с королем и были приняты в свет. И, если вы забыли, имею полное право отобрать все это. Король не оставит без поддержки родную сестру. Но что он сделает с БЫВШИМ зятем?

- Тварь!

Отец рявкнул в одно мгновение превратившись с мужчины, которого я боготворила в дикого зверя.

Он замахнулся. Я вскрикнула. Магия выплеснулась одним мощным бесконтрольным потоком.

- Шарли, нет! – вскрикнула мама, прикрывая отца собой. Не потому что любила его, а потому что хотела уберечь меня от ошибки. Но это я поняла, похоже, только сейчас.

Увы, это не помогло мне взять под контроль силу. И она, словно стрела прошила того, кто пытался меня защитить.

Мою маму…

Отец подхватил ее на руки, когда мать начала оседать на землю.

- Так и знал, что от дочерей ведьм добра ждать не стоит. Видишь, что ты натворила! – зло бросил он, когда я, путаясь в юбках, брела за родителями и молилась, чтобы все обошлось.

После, мама говорила, что в том, что случилось нет моей вины. Но силы ее таяли стремительно. А в голове звенело отцовское «видишь, что ты натворила!».

Я так старалась подавить свою силу, что вскоре, она перестала откликаться, когда мне была нужна.

И не сказать, что это меня разочаровывало.

До недавнего…

Глава 26

- …Клыками Бурана клянусь, не хотел, чтобы так все получилось. Я же только одним глазом на отряд… а она… а потом… ну…

В завершение своих сбивчивых объяснений Желудь всхлипнул и умолк.

Это первое, что я услышала, когда сознание начало ко мне возвращаться. Да и то твердой уверенности, что именно это настоящее и реальное, а не то, где я все еще маленькая девочка, не было. Все было, как в тумане – густом, мутном и до противного липком. Потому и все, что говорил Оливер казалось каким-то ненастоящим, очередным вывертом подсознания.

- Лив, от того, что ты мне еще десять раз это повторишь, ничего не изменится, - строго и глухо уронил Стивен. – Остается надеяться, что леди Шарлотта скоро придет в себя. Но тебе все равно стоит задуматься над своим поведением. Ты не ребенок, и вести себя должен соответственно.

С этим я была категорически не согласна. Оливер все еще просто ребенок и вычитывать его за то, что свойственно детям – несправедливо.

- Обязательно, господин, - всхлипнул мальчишка и у меня сердце сжалось от жалости.

Пусть не с первого раза, но все же открыла глаза. Комната противно расплывалась, немножко кружилась. В ушах то звенело, то появлялось странное чувство, словно нырнул под воду. А в остальном, я была жива и сравнительно здорова.

- Очнулась, - взвизгнул Оливер, от переизбытка эмоций вскочив с невысокой табуретки для ног и перевернув ее. – Господин, она проснулась.

- Без тебя вижу. Тингельду позови, - отмер хозяин Гнезда и тут же оказался рядом со мной. – Вот знал я, что тебя одну оставлять нельзя. Надо снова приставить к тебе охрану.

Все это он говорил быстро, по пути напоив меня каким-то горьким холодным отваром, от которого свело зубы, но зато стало легче в общем и ясней голова в частности. Даже стены перестали качаться, словно я находилась в корабельной каюте.

- Ожила? Отлично! – выдохнул Стивен, опустившись на край кровати и заглядывая мне в лицо.

И только сейчас я поняла – это были его покои. И пусть я видела их единожды и в предрассветных сумерках, но не узнать не могла.

- Как… я оказалась… здесь? – говорить оказалось очень тяжело. А вот обычной слабости не чувствовалось.

Словно и не потеряла кучу магии в одно мгновение. Интересно, сколько я была без сознания?

- Прилетела ко мне на крыльях любви, - попытался пошутить Стив, но получилось у него это неважно. И не получив никакого отклика у меня, заговорил серьезней, снова пытаясь напоить меня горьким отваром. – Я в отряде был, когда вас на дорогу вынесло всех.

И все. Больше ни объяснений, ни подробностей.

- И что потом? – я завозилась и даже села с помощью Дракона, заботливо подложившего еще пару подушек мне под спину.

- А потом ты упала без сознания, прежде поигравшись лошадью и всадником, как деревянной игрушкой, - совершенно спокойно ответил он.

У меня внутри все похолодело. Мало того, что теперь неизвестно сколько народа знает о том, что я чародейка, так еще и неизвестно, что бесконтрольная магия могла натворить. А если я кого-то вообще… убила.

- Всадник хоть жив? – все же отпив настырно предлагаемый напиток, сдавленно спросила я.

- Жив. Ногу вывихнул и руку сломал. Еще обзавелся стойкой неприязнью к бродящим по лесу чародейкам… Но поправится, - сыпал новостями о моих достижениях Стивен. И уже гораздо мягче добавил: – В любом случае, все жертвы оправданы, если была спасена одна светлая, очень бедовая голова. Правда… я очень… волновался за твою жизнь.

В его голосе слышалась искренность. У меня даже внутри что-то отозвалось на это короткое, но такое нужное признание.

- Да уж. Было бы сложно после объяснить, при каких обстоятельствах пострадала леди Ньер, - постаралась свернуть я с опасной тропы признаний. – Тебе бы этого не простили.

- Я сам себя бы не простил, - совсем тихо обронил Стив.

Кажется, он хотел еще что-то сказать, но в дверь постучались. Стивен сразу же поднялся на ноги и разрешил войти.

- Уже? Быстро! – едва переступив порог заговорила уже знакомая мне ведьма.

В руках Тингельда держала какой-то мешок, что при каждом шаге издавал странный звук, словно внутри были маленькие деревяные чурки и при каждом движении они перестукивались между собой.

- Сутки - это быстро? – поморщился Стив.

О! Значит, прошли сутки беспамятства. Проклятье, и так времени немного.

- Поверь, могло быть куда дольше и куда хуже, - покачала она головой, приближаясь к кровати. – Иди. Там только тебя и ждут все. Уже начинают пить, спорить и тискать служанок. Займи это стадо чем-то более полезным, пока оно вконец не распустилось.

Стивен недовольно поморщился, бросил на меня еще один взгляд и как-то словно извиняясь, улыбнулся.

- Забегу еще, - пообещал он.

А я как-то вяло подумала, что конечно забежит, учитывая, что это его спальня.

- Значит, справилась, - едва дверь закрылась, заговорила Тингельда, осмотрев меня, пощупав запястья и коснувшись пальцами висков. – Я и не сомневалась, что справишься.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Помня, чем ее манипуляции закончились в прошлый раз, я хотела было дернуться, но она удержала, а у меня не хватило сил вырваться.

- Я не полезу больше в твои воспоминания, - пообещала ведьма. Но как-то очень сложно верить человеку на слово, если в принципе нет ни одной причины ему доверять. – Разобралась, почему магия не откликалась?

В ответ я неуверенно кивнула, снова вспомнив свой не то сон, не то видение. И сама того не ожидая – разоткровенничалась. Видимо, давняя боль и чувство вины требовала теперь выхода. Слишком долго я хранила эту тайну.

- Вероятно, я перестаралась, стараясь сдерживать свою магию, - закончив рассказ о прошлом инциденте, подытожила я. - При том настолько, что и сама ее уже не могла призвать.

- Порой так бывает. Когда здесь, - она постучала себя по голове указательным пальцем. – Что-то неладно, то и магические потоки идут неправильно. Ты подсознательно считала магию причиной всех бед, вот и закрывала ее. Но магия – это река. Сколько на реке дамбу не ставь, а она все равно или другое русло найдет, или снесет все подчистую.

Вот это я уже успела почувствовать. О том, что стихийный срыв крайне опасен и так знала, но когда все вот так происходит…

- Тингельда…

- Зови меня просто Гельдой, - махнула колдунья, достав из мешка ступку и принявшись что-то в ней смешивать.

- Гельда, у меня к вам будет небольшая просьба, - собравшись с силами, решилась я. – Вы говорили, что знакомы с моей сестрой, - в ответ она коротко кивнула, внимательно глядя на меня, но продолжая ритмично растирать в ступке снадобья. – Как я успела понять, вы очень сильная ведьма и, вероятно, Ребекка прислушивается к вам. И я бы хотела… Вы не могли бы передать ей что со мной все в порядке, но мне еще нужно некоторое время… для… обучения. Скажите ей, что помогаете мне с магией. Иначе, боюсь, может случиться непоправимое.

Я поджала губы и опустила взгляд. На ее месте, я бы задалась вопросом, зачем мне это нужно, а рассказывать о драконе пока не хотелось. Что-то словно останавливало меня. А я уже усвоила – своим предчувствиям лучше верить.

Ведьма случала меня молча, чуть сузив глаза, словно подозревала меня в чем-то. Оно может и стоило подозревать. Я лукавила и тянула время далеко не для того, чтобы учиться чему-то. Рука сама потянулась к груди, но я вовремя себя одернула. Хоть бы не потерялось мое сокровище во время всего этого.

- Я передам ей, - все же кивнула Гельда, отставив ступку. – Но почему ты сама не хочешь? Я могу научить тебя заклятью, чтобы заколдовать птицу и отправить к твоей сестре…

- Она меня не послушает, - обронила я, и сама удивилась горечи в собственном голосе.

- Глупости говоришь. – хмыкнула Гельда. - Ребекка заботится о тебе. Будь ты в беде – она перевернула бы мир вверх ногами. Но если ты скажешь, что с тобой все в порядке и ты справишься со всем сама… Она даст тебе на это время.

Мне слабо верилось в сказанное. Но… надеяться нам никто не мешает.

- Хорошо. Но если у меня ничего ен получится, то моя просьба в силе.

- Как скажешь, Шарлотта. А теперь вставай, хватит изображать из себя больную. У тебя магии еще, как у молодого дракона, - от такого сравнения, я едва заметно вздрогнула, но быстро взяла себя в руки и кивнула. – Пойдем, покажу, что нужно делать, пока и правда королевский войска сюда не заявились. Им пока рано сюда. Не время.

Пока рано? Им сюда в принципе нельзя! Как она не понимает такой простой истинны. Но поправлять ведьму не стала. У нее свои взгляды на жизнь. А мне нужно действовать.

Глава 27

Небольшой сапсан поднимался все выше и выше, пока не превратился в маленькую черную точку. Магия все еще щипала ладони, руки чуть дрожали от перенапряжения, и я даже не сразу поняла, что все это время держала кулаки. Сжала руки до побелевших костяшек, волнуясь, что все волшебство рассыплется, так и не выполнив своего основного задания.

Все потому, что до последнего не была уверенна, что у меня что-то получится. Да что там… я и теперь ни в чем до конца уверенна не была.

Несмотря на терпеливые наставления Гельды и заверения, что все у меня получится, магия поддавалась тяжело. Вырывалась из рук, как утренний туман и так же таяла, оставляя по себе жжение в ладонях, как от ядовитой крапивы и разочарование в душе. Хотелось все бросить. Плюнуть, вспомнив, что я ни на что не способна. Да и способностями никогда не блистала. Но каждый раз переводила дыхание, собирала волю в кулак и начинала с начала.

Как оказалось, что легко в книге, тяжело на практике. И вот, казалось, что-то да получилось. Сердце все время сбивалось с привычного ритма и мне казалось, что вот-вот снова оборвется тонка ниточка собственной силы, не вплетется в слова заклинания, исчезнет, словно и не было.

Тем не менее, мой заколдованный сапсан поднимался в небо. Тингельда настаивала именно на этой небольшой хищной птице. Мне от такого выбора посланника было немного неловко. Помнится, Ребекка оговорилась как-то, что именно эти птицы состоят на службе его величества. Что подумает Бекка, когда и мое письмо принесет сапсан?

Как бы я ни уговаривала себя, но фантазия, рисовавшая вариации развития событий, когда сестры получат письмо, не давала мне покоя. Казалось, я уже вижу холодный взгляд Ребекки, растерянность Анны…

- Да не трясись ты так, - незлобно проворчала Гельда, собирая зелья и деревянные резные фигурки в свой мешок. – Все у тебя получилось. И Бекка получит твое послание.

Получит-то может и получит, но вот прислушается ли?

Мое короткое письмо было каким-то путанным, на мой собственный взгляд. Наверное, потому что я хотела сказать слишком многое, но еще больше говорить нельзя было.

Но чем дальше, тем больше мне казалось, что в этом поместье я оказалось не случайно, а по велению каких-то высших сил. Главное, их не подвести.

- Как вы оказались здесь? – спросила я, и склонилась, чтобы помочь ведьме собрать ее вещи. – Что вас заставило покинуть Северный предел?

- У меня тоже есть сестра. И тоже старшая, - Тингельда посмотрела мне просто в глаза. Они у нее были дивные – зеленые, как свежая листва, такого цвета я не видела ранее. Да и сама ведьма, стоило пообщаться с ней поближе казалась совершенно не такой, как я ее представляла после первой нашей встречи. – Она не самого простого нрава. И порой думает, что делает все к лучшему. Но всем свойственно ошибаться. Даже боги иногда творят глупости.

- Правда? – удивленно подняла я бровь, вертя в руках меленькую резную фигурку.

- Конечно, - хмыкнула колдунья и от едва заметной улыбки в уголках глаз появились маленькие морщинки. – И самая большая их оплошность то, что они дали слишком много власти и влияния людям. Человечество не способно бороться со своими слабостями и идет на поводу своих желаний и пороков. Так разве не глупостью было отдать в их руки еще и магию.

Мне стало немного не по себе. И я немного неравно бросила в сумку резную фигурку какого-то дивного животного с львиным телом и скорпионьим хвостом.

- Люди виноваты в том, что мир изменился. Ушли альвы, умолкли боги, исчезли драконы… - задумчиво и тихо заговорила я.

- Может и так, - пожала худенькими плечами ведьма. – Но, вполне возможно, что во всем есть свой замысел. Это называется - судьба, Шарлотта. Всех нас ведет судьба куда-то. Тебя твоя ведь тоже увела совершенно не туда, куда ты хотела?

Да уж. Еще месяц тому я видела свое будущее совершенно не таким. Сложись все так, как я хотела – уже была бы при дворе. И знать не знала бы, что назвала женихом чудовище. Вместе с напыщенными леди выбирала наряды и драгоценности, пользуясь сокровищницей Кеннета. И морщилась, а то и в притворном ужасе прикрывала рот, слыша ужасные истории о лесных разбойниках.

Сейчас меня тошнило от одной мысли о том, во что я едва не превратилась. И очень хорошо, что тогда, в прошлой моей жизни, меня поцеловал незнакомец в саду Ньеркела, а после украл, чтобы наказать моего жениха.

И все бы ничего, но вот мотивы Стивена заставляли сердце сжиматься. Я для него лишь способ наказать Кеннета. А он… он украл мой покой.

- Есть такое, - нехотя призналась я, взяв в руки не глядя еще одну фигурку и только потом поняла, что это был маленький деревяный дракон.

Гельда посмотрела сначала на фигуру в моих руках, после на меня и улыбнулась как-то… словно все про всех знала. Неуютно от такой улыбки. И я неосознанно завернулась в пуховую шаль, словно пытался закрыться от этого взгляда.

- Может и хорошо, что судьба свела вас. Он меняется, когда ты рядом. Забывает про ненависть, про боль, оттаивает. Стивену досталось от судьбы, - заговорила Гельда, а я затаила дыхание и замерла, вслушиваясь в ее рассказ. – Он потерял все. Стал никем. Это обозлило его. Но ведь и это не случилось просто так. Это привело его в эти стены…

Наверное, она собиралась еще что-то сказать, но умолкла. Насторожилась, словно прислушиваясь к чему-то мне неслышному. И я отвернулась, понимая, что ведьме сейчас не до меня.

Взгляд заскользил по бескрайнему зеленому морю. Для того, чтобы отправить послание, Тингельда выбрала одну из смотровых башен – не слишком высокую, как по мне, и довольно ненадежную конструкцию. Полагаю, когда-то здесь несли караул стражники, выглядывая врагов и злоумышленников. Но теперь… это была еще одна конструкция, сдавшаяся на милость времени. Милостью время не расщедрилось. По неровным стенам потянулся плющ и мох. Камень крошился под подошвами моих мягких туфель, пусть даже я и старалась ступать осторожно. Прохудившаяся крыша не защищала от дождей и снегов. И последствия не заставили себя долго ждать.

А все равно вид открывался невероятный. Солнце клонилось к закату. Бескрайняя зелень светлела, словно выпивая солнечный свет. Облака превратились в розовые разводы. Стояла бы и любовалась этим пейзажем вечно.

Не засмотрись я на эту красоту, то точно не заметила бы всадников, приближающихся к поместью. Отряд был небольшой, но я все равно замерла от пронзившего меня страха. Дыхание перехватило, а сердце ухнуло куда-то в пятки. Неужели королевский отряд? Неужели я опоздала со своим посланием?

Тингельда отмерла, забросила в свой мешок горсть камешков.

- Дракончика оставь себе, - словно не грозила опасность Гнезду, разрешила она. – И не трясись так. Это Фридриг. Один из союзников. Хоть мне он и не нравится. Кажется мне, что от него бед будет больше, чем помощи. Мой тебе совет – держись от него подальше.

И хоть слова Гельды должны меня были и успокоить – союзники же, но все равно какое-то напряжение просто-таки витало в воздухе. Нужно бы подсмотреть за этим советом. Может и о Стивене узнаю что-то новое.

- Спасибо за подарок. Я наверное, пойду… узнаю, не нужны ли еще одни женские руки. Столько мужчин в домке…

И не дожидаясь разрешения ведьмы, засеменила вниз по ступеням.

- Сходи узнай, - обронила Гельда, так и не сдвинувшись с места.

Глава 28

На кухне творилось что-то невероятное.

Несмотря на прохладу, надвигающуюся с севера вместе с крупными холодными каплями дождя, здесь было, как внутри вулкана. Горячий влажный воздух, пропитанный ароматами специй, жареного мяса, свежей сдобы и крепкого вина, ударил в лицо с такой силой, что едва не снес с ног. Я даже замерла на какое-то мгновение, пытаясь совладать с взбунтовавшимся желудком и выровнять сбившееся дыхание.  Сквозь густую занавесь из дыма и пара не сразу удалось рассмотреть, что именно творилось в небольшой, но шумной кухоньке.

- Тетушка Агата! – заорал вскочивший в кухню из зала Оливер, цепляясь за гриву оживившегося Бурана, который вмиг учуял съестное. – Там еще приехали! Семь человек. Фридриг прибыл.

Его речь получилась немного рваной, словно мальчик запыхался от быстрого бега. И сам Желудь тут же снова исчез, волоча упирающегося пса за собой. Но тем не менее новость заставила засуетиться всех присутствующих. В первую очередь молоденьких девушек. Вот только почему-то они не спешили хватать блюда и бежать кормить оголодавших за время путешествия воинов. Девушки и женщины принялись прихорашиваться, поправляя платки на головах, расправляя передники и обтирая воображаемую сажу и муку с лица.

И только тетушка Агата, крупная, пожилая и полностью равнодушная, кажется, к противоположному полу женщина, принялась раздавать указания.

- Сайма, возьми пироги с мясом и вино. Отнеси на столы. Гусь… Рада, неси гуся. Хлеб не забудьте. И овощи тоже. Сыр из кладовой…

По всему было видно, что главная кухарка поместья сильно устала и уже с радостью бы присела и оставила свои обязанности кому-то помоложе. Но преемницы не находилось. Все или бегали, став в одно мгновение рассеянными, либо перешептывались и хихикали.

Так и хотелось рявкнуть: «Мужчин вы, что ли, не видели никогда?» Но вовремя вспомнила, что среди этих еще совсем молодых женщин довольно-таки много вдов, которым просто необходимы мужчины. Как кормильцы, помощники, отцы их осиротевшим детям. В Гнезде было очень мало мужчин. А те, что были, – уже давно женаты и если и заводят любовниц, то ни к чему серьезному это не приводит. Жены держат их крепко. И отчитывать разрумянившихся охотниц расхотелось.

- Я принесу сыр и копчености, – подала я голос, затягивая волосы в тугой узел и пряча их под шалью, которой прикрывалась от холода на улице.

Мое появление заставило расслабившихся служанок собраться и с новыми силами взяться за работу. Снова все закипело, зашуршало, заработало. Сквозило в воздухе некоторое напряжение, но сейчас оно было к месту. Похихикать еще успеют.

На меня косились, когда я притащила корзину из кладовой и, плюхнув ее на большой кухонный стол, принялась нарезать угощения на большие блюда. Рядом со мной жители поместья чувствовали себя неловко. Но постепенно все же эмоции брали верх над опаской, и девушки снова начинали щебетать.

- Ох, у лира Фридрига всегда такие воины в ближнем окружении... – протянула восторженно-мечтательно худенькая, юркая и явно самая разговорчивая из девушек, переминаясь с ноги на ногу от избытка энергии и эмоций. – Загляденье.

- Да уж… а дети какие получились бы, – кусая губы, чуть слышно пролепетала другая девушка, то и дело поглядывая в сторону дверей. – Агата, ты бы разрешила нам хоть тарелки вынести. А то все на Сайму, Раду и Терру повесила.

- Чтобы вы там стояли глазки строили? – строго и насмешливо спросила Агата, сдернув с гвоздя белый платок и повязывая его мне на голову вместо теплой шали.

Я с благодарностью улыбнулась ей и кивнула. Признаться, с меня в этой жаре уже семь потов сошло. Даже представить страшно, как эти женщины все еще держались на ногах. Но из разговора я выудила главное – этот Фридриг был лиром. А лиры не бегут, загоняя лошадей, на первый же зов бастарда.

А значит, Стивен законнорождённый. Вот только как? Если в книгах не числилось ни одного Рендерела, помимо того, что погиб в стычках со степняками. Или... не погиб?

- А хоть бы и так! Тебе что – наших глазок жалко?! – взвилась еще одна девушка, перетягивая всеобщее внимание на себя, и я неожиданно узнала в ней кроткую Мэдди. Она явно хотела показать, что не боится меня, что ей вообще плевать на то, что я здесь нахожусь. Но глаз не спрячешь, а они то и дело удостаивали меня быстрым, немного испуганным взглядом.

- Мне вас, дур, жалко. Это наших мужиков вы тут к ответу призовете в любое время. Дракон из любого душу вытрясет за вас, безмозглых куриц. А чужаки – они что? Сегодня в любви поклянутся, а завтра и не вспомнят, как вас и звали, – спокойно разъяснила Агата. – Лучше бы, наоборот, держались подальше от них.

Агата все правильно говорила. Часто и в Ньеркеле после шумных собраний, которые устраивал мой отец, девушки появлялись в слезах и просили помощи и защиты для них и для еще не рожденных детей. Некоторые утверждали, что их нерожденные дети от благородных господ. Но я все еще убеждена, что благородного в таких мужчинах ничтожно мало, раз позволяют себе так обращаться с девушками. Пусть даже низшего сословия. А ведь некоторые умирали, пытаясь избавиться от нежеланного бастарда. Другие избавлялись от ребенка, подбрасывая новорожденного под дверь кому-нибудь. И кто знает, как судьба обходилась с такими детьми.

- Это каждый решит для себя сам! – не унималась Мэдлин.

- Вот тогда и решайте, когда всю работу сделаете, – рассердилась Агата, взяв в руки большой деревяный черпак, и охочих до большой любви поубавилось в одно мгновение. – Миледи, эта работа точно не для вас, – вполголоса заметила женщина, придвинувшись ко мне поближе. – И уж точно вам здесь не место.

- Я не сделала ничего непосильного, – пожав плечами, я разложила последние куски мяса на блюде. – И скажу вам по секрету, ничего того, чего не приходилось бы делать ранее. Ньеркел не так богат, как может показаться, и с каждым годом там все меньше прислуги.

Агата молча кивнула. Видимо, у Мэдди, помимо прочих достоинств, еще и длинный язык, который она не прочь почесать. И о делах Ньеркела тут знают куда больше, чем мне могло показаться.

- С вашего позволения, я отнесу мясо и сыр, – не отреагировав на сочувствующий взгляд Агаты, произнесла я, вытирая руки о полотенце. Мне и самой хотелось немного поправить волосы, заглянуть в зеркало. Но не для загадочного Фридрига. Там, в зале, был тот, для кого мое сердце билось, как сумасшедшее.

Но все же одернула себя. Чем больше небрежности во внешности, тем меньше внимания я буду привлекать.

- Это не лучшая идея, миледи, – сделав неправильные выводы, заметила Агата, наградив меня осуждающим взглядом.

- Не волнуйтесь, мне безразличны лир и его воины. Мне всего лишь хотелось вам помочь в меру сил.

И улыбка – самая невинная и открытая.

На деле мне жутко хотелось подслушать, о чем идет речь на этом совете. А как еще туда попасть не привлекая внимания, если не притворившись служанкой?

Так я думала, шагая с огромным блюдом в руках и замирая от звуков не совета, а скорее – гулянки. Внутренний голос твердил: это дурацкая затея. А ноги несли меня, подгоняемую любопытством, вперед...

Зал гудел, взрывался хохотом, возмущениями. Смесь резких запахов повисла в воздухе. Хорошо подвыпившие мужчины пытались перекричать друг друга, донести свои бесценные соображения до окружающих и до Стива и всячески выразить свои эмоции.

Сам хозяин поместья занял место во главе стола. Казалось, он полностью занят вином и мясом, но кто хотел, мог заметить внимательный взгляд, скользящий по лицам присутствующих, легкий прищур, потирание пальцев. Он нервничал. Или злился.

Хотя, признаться, меня бы тоже злило, если бы моему дому угрожала опасность, а на помощь пришли одни зажравшиеся крикуны, охочие до дармового вина.

Того самого Фридрига, которого так вдохновленно обсуждали на кухне, легко было выделить среди присутствующих. Во-первых, он все еще был трезв. Сравнительно. А во-вторых, в нем единственном было то, что выделяло воина среди этой толпы засидевшихся в своих поместьях и замках лиров. К тому же Терра все еще расставляла перед ним блюда, в том числе того самого гуся, о котором говорила Агата. Так что – сомнений быть не могло.

Я невольно пробежалась по лицам присутствующих. Боги, да некоторых мне уже случалось видеть раньше. Они наведывались на пиры в Ньеркел. Толстоватый, но такой добрый и внимательный лир Самгрейл в прошлом году подарил мне лошадь. Вороную, только грива и хвост – белые. Послушная лошадка, которую я назвала Вьюгой. А уже хорошо подвыпивший лир Трейтен всегда появлялся облаченным в меха. Даже летом. Словно старался всячески подчеркнуть свои умения охотника. Память даже настойчиво жужжала, как надоедливая муха, что и лицо лира Фридрига мне тоже знакомо. Но никак не желала отвечать на вопрос: «Откуда?»

Сердце бешенно застучало в груди. А что если меня сейчас узнают эти доблестный лиры? И… что? Спасут из плена Серебряного дракона? Сделают вид, что ничего такого не происходит? Или даже будут потешаться над дочкой лорда Ньера, разносящей им закуски, как обычная служанка?

- Ну, и что стоишь в проходе? – рявкнула на меня высокая гибкая женщина с огромным подносом в руках. Я не сразу узнала в ней Раду, которой так завидовали женщины на кухне. – Иди уже. Агата злиться будет, если долго бродить.

Было бы это самой большой бедой…

- Иду, – обронила я, поймав на себе удивленный взгляд Рады. А ведь она меня не узнала. Не сразу, по крайней мере. И на сердце стало легче. Может, и лиры не узнают!

Невольно поправила платок так, чтобы полностью спрятать волосы, и побрела к дальнему столу, за которым трапезничали новоприбывшие.

- Если вы прикажете, милорд, мы хоть завтра готовы выступать на Рендерел, – слегка заплетающимся языком объявил на весь зал незнакомый мне лир.

При этом он так широко жестикулировал, что вино из его кружки расплескалось по большой дуге, окатив лира Трейтена. Намокшие соболя вмиг потеряли свою благородную красоту. Тот поднял гневный взгляд на оратора. Одно мгновение – и его взгляд мазнул по мне... совершенно безразлично и снова вернулся к воинственному союзнику. Но этого мгновения хватило, чтобы у меня внутри все сжалось и похолодело. Даже захотелось перевести дыхание, когда лир заговорил совершенно не обо мне:

- Для того чтобы выступать, нужны люди, и желательно воины, а не крестьяне с вилами и граблями. И что-то, что позволит торговаться с королем.

У меня снова дыхание перехватило, и я неуклюже споткнулась, едва не выронив злосчастный поднос. Так меня здесь и держат для того, чтобы торговаться с королем?! Самая глупая затея. Короли прекрасно умеют не только отменять свои указы, но еще и находить в действующих  лазейки, позволяющие отступить от собственных законов. К тому же никто не отменял наемника, темной ночью влезающего в окно. Нужно дать его величеству то, что ему нужно на самом деле. И это точно не я.

Стивен окинул взглядом сразу всех лиров, но мне почудилось, что смотрит он только на меня. Может, и правда его взгляд чуть дольше задержался на мне, но Стивен никак не выдал, что узнал меня в принципе. Что – и он тоже считает, что урожденная леди в жизни не станет таскать тарелки и блюда с едой? И ладно!

Я поставила блюдо на стол и уже собиралась покинуть зал, но лир Фридриг цепко придержал меня за талию. Отчего у меня сердце ухнуло в пятки. Жутко захотелось вывернуться и возмутиться, но вовремя себя одернула. Служанки на лиров и лордов смотрят, как щенки на хозяев. И радуются вниманию, а не возмущаются. Нужно если не восторгаться, то попытаться прислужить.

Правда, моей покорности хватило только на то, чтобы не вырваться из объятий лира Фридрига. Даже улыбку выдавить не удалось.

- Наполни, – велел гость, сунув мне в руки пустую кружку.

Ну это мы можем. Это не сложно.

- Если люди узнают, что законный наследник Рендерела жив, они сами поднимут бунт, – подал голос лир Самгрейл. – Нужно всего лишь пустить слух…

- И его объявят самозванцем, – резонно заметил Фридриг, и я была с ним полностью согласна.

Стив бросил еще один взгляд на меня, наполняющую кружку, но я так и не смогла понять, что скрывалось за этими гляделками.

- Как посмеют? – выкрикнул кто-то.

- Наследник Рендерела погиб в сражениях с кочевниками, – совершенно спокойно пояснял Фридриг, приняв кружку из моих рук и дернув меня за руку с такой силой, что я потеряла равновесие. И уже в следующее мгновение оказалась на руках у славного воина, по-хозяйски оглаживающего мои тылы.

Лицо обдало жаром, а дыхание забило от возмущения. Неосознанно посмотрела на Серебряного дракона и почему-то захотелось провалиться сквозь пол. Стивен словно окаменел, в глазах снова полыхнуло золото.

Я завозилась, чтобы подняться, пролепетала:

- Прошу прощения, господин, – и попыталась убрать его руку со своего бедра.

Паника накатывала с притоком магии к кончикам пальцев. Нельзя. Только не так и не здесь. Слишком много людей может пострадать, если я не сдержусь. Потому замерла, прикрыла глаза и перевела дыхание, пытаясь взять себя в руки. Правда, гладящая меня ладонь очень мешала и раздражала.

- Придется доказать, что вы смогли выжить, – словно не замечая перемены настроения Стива и моих попыток снова вырваться, продолжал Фридриг. – Возможно, придется искать свидетелей… Но в Рендереле не осталось никого, кто помнил бы старых лорда и наследника. Подстраховался старик Ион. Помнится, всю старую прислугу обвинили в бунте и попытке отравления нового лорда. Потому, милорд, найти того, кто помнит вас, будет весьма сложно. Лиров заткнули золотом и обещаниями. Не уверен, что тех, что подтвердит вашу личность, будет больше тех, кто соврет. И вряд ли получится доказать, что именно вы – Стивен Кредфорд Рендел.

Кредфорд… Именно так звали погибшего наследника Рендерела. Именно так его вписывали в книги молодых дворян, готовых к брачным союзам. Правда, давно. Еще когда в нашем доме невестой была только Ребекка. И если это действительно был тот самый Рендел, то он либо сильно изменился, либо у меня совсем плохо с памятью, либо это не он. Тот портрет изображал молодого парнишку с задорной улыбкой. А никак не вон того мужчину с острым взглядом и этой его ехидцей в мимике.

- Налей мне вина, – громко велел Стивен. Или мне следует называть его – милорд?

К Стивену подскочила Терра, но он только взглянул на нее – и девушка попятилась, силясь слиться со стеной.

- Прошу прощения, господин, но милорд велит мне помнить о долге, – скороговоркой пробормотала я, схватив со стола кувшин с вином, и вскочила на ноги так, словно за мной гнались все королевские гончие.

- Не теряйся, красотка. Я хочу тебя видеть рядом этой ночью, – бросил он, не пытаясь понизить голос и при это хорошенько шлепнув меня пониже спины.

Зал взорвался хохотом. Меня удостоили вниманием со всех сторон. Но смотрела я в налитые золотом глаза Стива.

К нему я и рванула изо всех сил, почти не чувствуя ватных от волнения и страха ног.

Дрожащими руками наполнила кружку, расплескав совсем немного. Он даже не взглянул на меня. Поставил кружку на стол, крепко, до боли, вцепился в мое запястье и, забрав кувшин, шарахнул им по столу.

- Прошу меня простить, – прошипел он и так быстро зашагал в сторону выхода, что я от неожиданности едва не упала.

Чудом удержалась на ногах. Только платок слетел и упал на пол. Но возвращаться за ним не было желания совершенно. Мне и самой хотелось оказаться подальше отсюда.

Хохот стих, или у меня просто заложило уши.

Но я никак не была готова к тому, что меня ждало за дверью, с грохотом захлопнувшейся за моей спиной.

Глава 29

Я едва успевала переставлять ноги, волочась за Стивеном. Лордом Ренделом. В голове не укладывалась новая информация. Один из древнейших родов, признанный вымершим – вот. Последний наследник тащит меня за руку с таким выражением лица, словно убивать вознамерился.

- Милорд, не подскажете, к чему такая спешка? - заартачившись, спросила я, специально сделав акцент на обращении.

К чему вообще скрывать, что ты наследник Рендерела? Что за тайна такая? Ведь можно было давно вернуть свое наследство и не промышлять разбоем по лесам. Пусть это было бы не просто, пусть пришлось бы искать не самые простые пути, но зато законно! К чему эти тайные советы, планирование нападений? Не верится мне, что не осталось совсем никого, кто смог бы доказать, что Стивен и есть наследник одного из древнейших родов.

И если сделать все по закону не для себя, то хоть для людей, живущих на твоих землях. Больше всего досталось ведь именно им.

Стив остановился так резко, что я все же не удержалась и врезалась в его спину.

- Какого демона ты там делала? – неожиданно полюбопытствовал лорд, обернувшись и молниеносно прижав меня к стене, не оставив даже возможности пошевелиться.

В его голосе прорезались какие-то гортанные рычащие нотки, от которых мне стало не по себе. Захотелось сбежать и спрятаться. Можно в выделенные мне покои. И пообещать, что без разрешения больше никогда из них не выйду. До глубокой старости. Но кто меня отпустит?

- Решила помочь… - пробормотала я. – Женских рук не хватает в поместье…

Не слишком убедительное объяснение. Учитывая, что как раз женщин в Гнезде было куда больше, чем мужчин.

- Полагаю, ты решила предложить не только руки, но и более… аппетитные части тела!

От такого прозрачного намека у меня вспыхнули щеки, подкатил клубок гнева к горлу, мешая дышать. За кого он меня принимает? Думает, что я готова к первому встречному в постель прыгнуть.

Моя рука взлетела в воздух раньше, чем я успела понять, что, собственно, делаю. Жаль, в темноте не разглядеть было выражения лица лорда Рендерела. А может и лучше, что не видела его ехидной улыбки. Я и так слишком многое терпела. Не хватало еще, чтобы меня обвиняли демон знает в чем.

Ударить не успела. Стив ловко увернулся и поймал мою ладонь, прижав ее к своей груди и не позволив вырваться. Хотелось оказаться как можно дальше отсюда. Не видеть его и не слушать больше ничего. Хватит с меня. Пусть что хочет то и делает. Возвращает наследство, будит дракона, разбирается с призраками Гнезда… плевать. У меня и своих проблем с лихвой. Почему я вообще во все это ввязалась? К чему эти нелепые приступы благородства и человеколюбия? Нужно было не останавливать сестер. Уже была бы дома – леди замка, а не бесправной пленницей, которой можно сказать все что угодно, не беспокоясь задеть ее честь.

- Отпусти меня, - процедила сквозь зубы, несколько раз безуспешно попытавшись вырвать свою руку.

- Моя маленькая птичка решила показать характер? – в голосе лорда мне послышалась какая-то насмешка. Он забавлялся? Ему было смешно?

- Я не птичка! Я - леди Ньеркела, наследница одного из древнейших родов, племянница короля. Не игрушка тебе. Не тряпичная кукла, которой милорд изволили поиграться. Меня утомили ваши интриги и заговоры. В будущем, не желаю принимать в этом участия. Вы мне противны, милорд.

- Птичка, - обманчиво спокойно заговорил Стив, пропустив мимо ушей все мои возмущения, кажется. – тебе говорили, что врать ты не умеешь совершенно?

Боги, как с размаху о скалу. Он, наверное, глухой совсем! Или я недостаточно убедительна?!

- Зато ты, смотрю, мастер своего дела, - вспылила я. Куда и девался тот страх, что не так давно затягивался в леденящий узел где-то в животе. – Играть роль лесного разбойника, скрывая свое истинное происхождение. Лазать по стенам, как бродячий кот… не пойму только, почему ты не сказал сразу, что наследник Рендерела. Ладно, не боролся за свои права… но к чему скрывать?

В темноте коридора лишь угадывался его силуэт. Доносился шум и приглушенные голоса их общего зала. Сердце гулко отстукивало неспокойный ритм, выдавая тем самым мое волнение.

Гнев поутих, позволяя разуму взять верх над эмоциями. Почему-то страшно было теперь даже вдохнуть полной грудью. Зачем мне все это? Несколькими неделями ранее я даже не задавалась бы этими вопросами. Но, с другой стороны, вся моя дальнейшая судьба сложилась бы совсем иначе. Помолвка с нынешним лордом Рендерела стала бы пустой фикцией, если Стив вышел бы из тени и заявил о своих правах.  Любопытно, Кеннет это понимал? Знал, что настоящий лорд его земель жив и здоров. И рано или поздно придет по его душу.

В таком случае, проглядывается хладнокровный циничный расчет. У лорда Иона были куда более обширные планы на наш союз. Ведь если Рендел заявит о своих правах, попросит справедливости у короля, козыри в рукаве не станут лишними. И я должна была стать этим самым козырем. Предпочтение конечно же отдадут зятю династии, а не некоему молодому человеку, который не факт, что сможет доказать свои права.

Стало так противно. Нет, я понимала, что на самом деле – всего лишь разменная монета в этих играх. Слишком юная для того, чтобы играть на равных со старыми опытными хищниками дворца. Они меня в пыль сотрут и это не стало бы для меня новостью. Но вот такие догадки почему-то стали обидно-противным откровением.

Может потому, что я наивно считаю, что контролирую ситуацию?

- Милая, я не хочу наследство. Я хочу отомстить, - проговорил Стив спокойно.

А у меня от этого холодного спокойствия по коже мороз прошел.

- Это твое право, - обронила я устало и даже почти равнодушно. – Но как по мне, цель не лучшая. Если бы ты забрал все, что принадлежит тебе по праву рождения – месть была бы куда изысканней. Я бы сказала, что это торжество справедливости, а не банальная месть.

Некогда мне бы и в голову не пришла такая полная цинизма мысль. Но сейчас она казалась такой закономерной и правильной.

- Ты права. Я заберу все, - проговорил лорд Рендел, поправив мои волосы и пропустив их сквозь пальцы.

- Как знаешь, - пожала плечами, даже не пытаясь искать скрытый смысл в его словах.

По сути, в груди еще жгло от обиды за его слова, но сил на препирательства уже не осталось. Я сама себе казалась маленькой щепкой, которую бросает в огромном неспокойном океане. Противиться такой мощи нет ни сил, ни возможности, а с каждой волной меня с новой силой колотит о подводные камни, выныривающие на поверхность в самый неожиданный момент.

- Мне, наверное, лучше отправиться в свои покои, - предположила я. – Тебя там ждут. Лорду нельзя надолго оставлять лиров, собравших совет.

Так говорил отец. И от этого у меня почему-то начало горчить во рту.

- Да. Не разгуливай одна, - отпустив мою руку и освобождая дорогу, кивнул Стивен. И когда я уже немного отдалилась, добавил: - Но сегодня ночевать ты будешь в моих покоях.

И снова у меня в груди вспыхнул едва погасший гнев.

Вот уж нет! Для того, чтобы греть вам постель, милорд, у вас уже есть Мэдди. Без меня обойдетесь.

Говорить этого я, конечно, не стала. Но поднявшись в комнату провернула ключ дважды и вдобавок подперла дверь стулом, как делала после той ночи, когда ко мне вломился незваный визитер.

Эту ночь я хотела просто выспаться. А еще… дать слабину и расплакаться.

Глава 30

Несколько следующих дней я не выходила из комнаты. Иногда меня проведывал Лив, справиться о моих делах и самочувствии, приносил какие-то ягоды, добытые им в лесу, и приглашал прогуляться, от чего я вежливо, но неизменно отказывалась. Хватит с меня, нагулялась уже. Вниз я не спускалась даже к общему столу. Обедала тем, что приносила мне Терра, не забывая о своих обязанностях. От нее же узнавала все новости. К примеру, что лиры все еще в поместье. На случай осады. Оговорилась, что после нашего ухода лиры едва не передрались, решая, как использовать такую карту, как королевская племянница. Но все решил Стивен, уведомив присутствующих, что я не заложница и не пленница, а просто гостья.

Эта новость и меня удивила. Сложно назвать гостем человека, которого сначала одурманили, потом заперли, а со временем великодушно разрешили гулять, где вздумается, и ступать, куда пожелаю. Забыв при этом уточнить, что находились мы в глухом лесу, из которого я вряд ли выберусь одна.

На душе и без этих, похожих на насмешку, заявлений было плохо.

На самом деле, мне теперь понятно, почему лорд Рендел держал меня в поместье, не пытаясь ни торговаться, ни выставлять условия. Он просто наказывал своего обидчика. Пленил невесту Кеннета. И плевать ему было на мои чувства. Бесполезные, глупые, непозволительные и неправильные, но… искренние.

Мое сердце билось чаще в присутствии Серебряного дракона. Его поцелуй не давал мне покоя с того самого момента, как он встретился мне темной ночью, перепутав со служанкой. Его запах сводил меня с ума, порой преследуя даже во снах. И его голос… Вот только я для него не значила, видимо, совершенно ничего. То есть совершенно не то, что я себе нафантазировала.

Зло захлопнув книгу, отбросила ее на кровать и прикрыла глаза. Все равно смысл прочитанных слов уловить не получалось. Нужно собраться, решить беду с драконом и отправляться домой. Теперь у меня была магия. Она отзывалась по первому зову и стоило уделить внимание тренировкам и заклятьям. А я вместо этого терзалась делами сердечными.

Щелкнула пальцами, прошептав одно из самых простых заклинаний и на ладони вырос небольшой огненный цветок. Сначала бутон, едва заметно пульсируя, рос, как настоящий, после начал распускаться – лепесток за лепестком, пока на ладони не раскрылась огненная лилия, выбрасывая в пространство мелкие искры.

Боги, как я могла смириться с мыслью, что смогу когда-либо жить без магии? Это же такая естественная, такая правильная часть меня…

Стук в дверь, скрежет замка, и я сжала ладонь, отзывая заклинание.

Сердце гулко забилось в груди. Неужели спустя два дня решил наведаться ко мне? Поинтересоваться, как мое самочувствие? Просто увидеть меня!

Неосознанно пригладила волосы, просто собранные в обычный высокий хвост. Вечерело, но не настолько, чтобы в комнате жечь свечи. Но я затаила дыхание и непроизвольно закусила губу.

Узкая полоска света упала от двери, приоткрывшейся с тихим жалобным скрипом. Помня не лучший мой опыт, на всякий случай поднялась на ноги и отошла к изголовью кровати. Не факт, что всякий визитер – приходит к тебе с добрыми намерениями.

- Миледи, - мелодичный хорошо знакомый девичий голос, прозвучал слишком громко для моих покоев, уже привыкших к полной тишине. – Миледи, вы здесь?

- Здесь, - выступила вперед и зажгла свечи щелчком пальцев. Это получилось у меня легко, вот только пламя, получив магии немного больше, чем требовалось, вспыхнуло, едва не достав потолка. – А вот ты здесь зачем, Медлин?

Служанка, которой я ранее доверяла не только свой гардероб, еду, украшения, но свои маленькие девичьи тайны, побледнела, проводив взглядом вспыхнувшие свечи. Даже сделала шаг назад, словно пыталась малодушно сбежать. Видимо, еще помнился ей ковш с ледяной водой, преследовавший ее по всему двору.

- Я волновалась о вас, - наконец, взяв себя в руки тихо и скорбно протянула девушка.

Она явно пыталась воззвать к жалости, но увы… я не жалею предателей. Врагов – да, предателей – никогда.

- Очень странно слышать подобные слова от человека, который меня предал, - холодно и жестко отчеканила я в ответ на ее слова. – По твоей милости я оказалась в подобной ситуации. Благодаря тебе – я стала пленницей. И ты утверждаешь, что волновалась о моей судьбе?

Да, сложно не признать, что за все это мне еще следует благодарить Мэдди. Все, кроме жажды мести Стивена и моих чувств – пошло мне на пользу. Вот только тогда об этом не знала ни я, ни служанка.

- О, миледи, вы не представляете, что мне пришлось пережить, - Мэдди всхлипнула, опускаясь в кресло, словно ноги ее подвели. – Я поступила бесчестно с вами. И мне нет оправдания, я и не пытаюсь их искать. Но виной всему глупость и… любовь. Вы даже представить себе не можете, как мне жаль, что все так случилось. Если бы я знала… если бы могла все исправить…

Девушка разрыдалась, а у меня внутри шевельнулось что-то похожее на жалость. Я верила ей. Влюбиться в Стива легко. Я и сама дала слабину. А ведь именно к ней на свидание тогда прибегал Дракон, пользуясь ее чувствами, выведывал новости Ньеркела. Вот только, к чему это представление здесь и сейчас?

- Увы, я ничем не могу помочь. Договаривайся сама со своей совестью, - бросила я, но в этот раз получилось уже не так холодно и резко.

- Я не хочу договариваться с совестью. Все, что мне нужно немного вашего доверия и… я помогу вам выбраться из Гнезда и вернуться в Ньеркел или Рендерел. Как уж сами пожелаете.

Довериться? Это говорит женщина, уже однажды предавшая меня? Нет! Я не настолько глупа, чтобы снова ей доверять.

- Не вижу ни единого повода тебе доверяться! – недолго думая, приняла я решение. – За все это время, ты даже не справилась о моем здоровье, твое поведение не давало мне повода даже подумать, что ты раскаиваешься или желаешь искупить свою вину. И даже если это так, я не приму помощи предательницы. Это мое последнее слово.

Медлин подняла взгляд, напоследок всхлипнула, и слезы высохли в одно мгновение. Выражение лица перестало быть несчастным и полным раскаянья, но зато глаза полыхнули злобой. Даже ненавистью.

- Думаешь, ты ему нужна? – прошипела она, преобразившись настолько, что у меня мелькнула мысль – именно с таких чудовищ и рисовали демонов. Может, устрашения добавляли красноватые блики неспокойного огня. А может, это было ее настоящее лицо. – Он меняет женщин, получив от них то, что ему нужно. Служанка? Леди? Лира? Все для него одинаковы, потому что его душа – черна. Она отравлена, и рано или поздно ты пожалеешь, что не приняла мою помощь. Это была последняя возможность уйти с честью и малыми потерями. Более от меня помощи не жди.

- Хм… вот ты и показала настоящее лицо, - даже не скрывая улыбки, спокойно ответила я на ее тираду. – А теперь поднимайся и ступай прочь отсюда. Это был наш последний разговор с тобой.

- Я предупредила, - резко вскочив с кресла, уже на ходу бросила Мэдди. – И ты пожалеешь…

Вполне возможно. Но жалеть дважды по одному и тому же поводу у меня не было желания. Только глупцы ждут цветов от гнилого дерева.

И все же ее слова нашли цель, болезненно вплетаясь в мои собственные сомнения и страхи.

Глава 31

Остаток вечера я не могла найти себе места. В итоге, сдавшись желанию тихонько проскользнуть вниз и послушать лично свежие сплетни и новости, я укуталась в шаль, которую принесла с кухни заботливая Терра, и направилась вниз.

В Ньеркеле я предпочитала в дни празднеств не высовываться из своих покоев. Как говорила тетушка Эннет: «Пьяному мужику плевать, кого зажимать в углу – служанку или леди». Порой я возмущалась, напоминая, что гости дома – не простолюдины и знают о приличиях не понаслышке. На что добрая Энн невесело улыбалась и утверждала, что мы слишком юны и пока не понимаем простых вещей – вино и похоть стирают разницу сословий.

Позже нам случалось убедиться в правдивости ее слов. Опять же, далеко не ушел и наш не отягощенный моралью отец, заводивший интрижки с прислугой. Притом заводил он их так же легко, как и выставлял после девушек за дверь, даже не озаботившись отступными. Случались скандалы с родственниками, пытавшимися воззвать к справедливости. Но отец отсылал их ни с чем. Еще бы. Чем откупаться, если Ньеркел едва сводил концы с концами. Мне было искренне жаль этих девушек, но поделать ничего не получалось. Кроме как попросить Энн опекать юных служанок и предупреждать об опасностях темных коридоров Ньеркела. Остальное уже было на их совести и ответственности.

Но именно такие случаи научили меня осторожности.

Стараясь ступать тихо, не привлекать ненужного внимания и просто не попадаться никому на глаза, я шмыгнула в коридор, по которому несколько дней назад удалялась из общего зала в свои покои. В тот день он показался мне темным и абсолютно заброшенным. Здесь и ныне не сновали слуги, хотя, казалось, в поместье везде кто-то да пробегал; не расходовали свечи и масло для ламп, оставив коридор практически темным. Единственным источником света была дверь, через которую мы и покидали зал. В общем, я не ошиблась с выбором пути.

С каждым шагом гул в зале казался громче, злее, нервозней. Даже на душе стало неспокойно и болезненно.

В прошлый раз лиры тоже не старались вести себя тише. Но сегодня… там, за дверью, разгоралась ссора. И очень вероятно, что серьезная.

- Нам не хватает людей и продовольствия, – перечислял лир Самгейл. – Если дело дойдет до осады – мы не выдержим ее. Даже тем числом, что сейчас.

- У короля есть ведьма. И нам несдобровать, если она будет сопровождать отряды, – рассуждал кто-то из дальнего угла зала, отчего мне были плохо слышны его слова. – Он не раскрывает ее личность, но поговаривают, что это леди Севера – Ребекка Амора. Сестра Шарлотты Ньер. Понимаете, чем это может для нас обернуться?

- Продайте девку, – предложил пьяный лир Трейтен. – Избавим себя от обузы и обзаведемся деньгами. Везде сплошная выгода. И ведьма на нас не обрушит свой гнев.

- Нет! – отчеканил Стив. – Это нам не подходит.

Ответом ему был очередной виток нечленораздельного шума, из которого едва удавалось разбирать хоть что-то связное.

- …не понимаю вашего упрямства, милорд! Это многое бы решило! – голос оратора срывался, давал петуха от избытка эмоций, но этот факт, кажется, нисколько его не смущал. – Грех не воспользоваться такой привилегией.

- И что? Она шастала здесь, вынюхала все, и теперь мы ее отдадим в руки врага? – угрюмо полюбопытствовал второй мужчина, обладатель красивого грудного баса. – От нее нужно избавиться по-тихому. И всех делов.

Как удачно я попала. Сомнений не возникало – обсуждали мою персону и решали мою судьбу. И вариант с «избавиться» – меня совершенно не устраивал. Следовало бы вмешаться, наверное, но как-то я была не уверена в собственных силах и влиянии.

- Избавиться от племянницы короля? Да за ней уже войска выслали, клянусь бородой моего деда, – заговорил Самгейл. – Лучше уж попробовать ее переманить на нашу сторону.

- Ты себя слышишь? Все девицы – глупые курицы, годные только ноги раздвигать и рожать детей, – выдал умнейшую мысль лир Трейтен. У меня все внутри вскипело от его слов, но я сжала кулаки, пытаясь хоть так взять себя в руки и не показать ему прямо сейчас, на что годны женщины. В частности – рода Ньер. – Припугнуть ее чуть. И она и так сделает все, что нужно.

- Я помню девочку еще в Ньеркеле. Ты прекрасно знаешь ее отца – и думаешь, что ее можно запугать? – хмыкнул лир Самгейл, заслужив от меня щедрую порцию благодарности. Он и раньше мне нравился. Один из немногих среди друзей отца.

- М-да… вряд ли ее еще можно чем-то запугать… – заплетающимся языком протянул Трейтен.

В следующий раз, когда он явится в Ньеркел, и я, если на то будет воля альвов, буду встречать его как леди – надену ему кубок с вином на голову еще при входе.

В тишине можно было легко представить, как скрипят, словно рассохшиеся телеги на ухабах, мысли присутствующих вельмож, пытаясь выстроиться во что-то достойное внимания.

- Купить ее благосклонность? – предположил кто-то так внезапно и быстро, что я даже не смогла предположить, кому мог принадлежать голос говорившего.

- О! Точно! Отвалить девке немного золотишка и цацек, и она наша, – подхватил очередную гениальную мысль чересчур активный Трейтен, при этом как-то похабно хихикнув.

Мне от этого разговора хотелось провалиться сквозь землю. Или войти и разнести все к демонам. Но я ждала. Выслушивала все это, ожидая, что скажет Стив. Как он отреагирует на все это. А он молчал. И это молчание, как дым от сухой полыни, разъедало глаза, выбивая слезы. Ладно я нужна ему только как щит от короля, для мести Кеннету, для… хоть чего-то еще. Но почему он позволяет так говорить обо мне? Даже если он равнодушен ко мне как к женщине, должно же быть хоть какое-то уважение к леди. К гостье, как он уже однажды меня представил.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Вот какая мышка попалась мне в руки! – прозвучало прямо за плечом.

И я слишком поздно спохватилась. В нос ударил запах вина, плечо заныло от чужих цепких пальцев, впившихся в него, словно клешни. Но среагировать я не успела. Меня резко втолкнули в распахнувшуюся дверь.

Свет ударил по глазам. На миг я зажмурилась, оказавшись в полной тишине, под прицелами мужских взглядов. Словно на казнь привели.

- Посмотрите, какие милые девушки подслушивают разговоры старших, – важно вышагивая, вошел в зал тот самый лир Фридриг. – Что хотела узнать прекрасная леди Шарлотта, подслушивая под дверью?

Фридриг попытался снова схватить меня за руку, однако я и шага в сторону сделать не успела, как между нами оказался Стив, прикрывая меня спиной. И какая-то часть меня обрадовалась этой защите.

- Еще раз ее тронешь – и останешься без рук, – это была не угроза – предупреждение, но в голосе Серебряного дракона прорезались такие рычащие нотки, что я бы опасалась и рядом находиться.

От Дракона исходил жар, словно он вот-вот вспыхнет. Запах восточных специй стал ярче, сильнее. Но я вдыхала его с каким-то наслаждением. Амулет на моей груди запульсировал, как если бы в нем забилось собственное сердце, но проверить, что там с ним, в присутствии такого количества людей я не могла.

- Милорд, мне кажется, или вы сейчас готовы променять верность своих людей на…

- Скажешь это – и лишишься еще и языка, – тихо добавил Стивен.

От него исходила невероятная аура силы. Мне самой захотелось присесть в глубоком реверансе и опустить голову, как перед монархом. А в глазах Фридрига мелькнул страх. Он сдержанно кивнул, сделал шаг назад и пробормотал нечто, что с натяжкой можно было бы назвать извинениями. Но уголок его губ все же дрогнул – не то в намеке на улыбку, не то в брезгливой недовольной гримасе.

- На будущее, – заговорил Стивен тихо, ровно, но в его голосе звучали интонации, от которых притихли все, прислушиваясь к каждому его слову. – Леди Шарлотту Ньер никто не будет продавать, покупать, менять… и что вы там еще себе придумали. Леди – свободная женщина, согласившаяся погостить в Гнезде. И я как хозяин обещаю ей полную защиту. В том числе и от ваших злых языков. Хорошего вечера, достопочтенные лиры.

Я ошарашенно брела следом за Стивеном Ренделом к выходу из зала, практически не чувствуя под собой земли. Уже на лестнице он молча взял меня за руку и потянул в сторону своих покоев.

Сегодня я не противилась. Его рука казалась обжигающе горячей, а может, так и было. Мне было не по себе от перспективы ночевать с ним в одних покоях, но оставаться в одиночестве – страшнее. Теперь особенно.

И только когда дверь за нами захлопнулась, я растерянно замерла посреди комнаты, наблюдая, как Стив устало и как-то неуклюже стянул с себя промокшую рубашку, неловко снял сапоги и просто упал на кровать.

Его грудь поднималась тяжело, кожа блестела от выступившего пота, и, кажется, он уснул.

Мелькнула мысль, что он просто слегка пьян, но как я не заметила этого ранее? Приблизилась, коснулась ладонью лба – и тут же отдернула руку. У него был жар. И то, что я поначалу приняла за хмель – оказалось болезнью.

Сердце подпрыгнуло в груди и едва не оборвалось. Нет уж, лорд Рендел, болеть вам сейчас никак нельзя! У вас там лиры, советники. Осада, опять же. Куда без вас?

Слава альвам, Эннет всегда твердила, что леди обязана знать, как лечить своего супруга. Лекари – только и способны, что отрезать все подряд да пускать кровь. И если есть возможность сохранить все части тела мужу и вылечить его без явных потерь, то жена должна знать, как это сделать.

К тому же оставался вечный риск осады, войны или неудачной охоты. Женщины в таких случаях не нежные цветы в зимнем саду, а помощники мужчинам.

Только где взять нужные зелья и травы? Мелькнула мысль найти Тингельду. Она куда опытней, и знаний у нее намного больше. Но одна мысль о том, что там, за дверью, меня может поджидать тот же Фридриг или кто-то еще, не питающий большой любви к Ньерам, отбивала любое желание искать помощи снаружи. Ведь если меня сейчас кто-то тронет, сносить это спокойно и руководствоваться приличиями и разумом у меня просто не будет времени. И тогда мне точно придется разнести пол-Гнезда.

Все же начала я с простого – нашла подходящую ветошь и, смочив ее в холодной воде, растерла Стивена.

Это мало чем помогло. Все равно что дождь на раскаленную сковороду. Казалось, что Стив просто вспыхнет прямо сейчас. Грудь поднималась тяжело, натужно, как кузнечные меха. На коже вмиг высыхала влага и появлялись мелкие мурашки. Его губы пересохли. Он что-то бормотал в бреду. А у меня внутри с каждым мгновением все больше нарастала паника.

Наклонилась, пытаясь расслышать хоть что-то, но Стив неожиданно схватил меня за руку, дернул на себя, и я просто упала на него сверху.

- Не отпущу… тебя, – хрипло говорил он, опаляя кожу горячим дыханием Его голос так изменился, что создавалось впечатление, будто его губами говорил кто-то другой. – Ты моя… Шарлотта. Моя…

Сердце сжалось на мгновение. Мелькнула мысль: очень жаль, что это всего лишь горячечный бред. Потому что это «моя» отзывалось внутри щемящим, ноющим чувством. К чему обманывать саму себя? Я хотела, чтобы так действительно было.

Осторожно попыталась высвободиться. И от какого-то неловкого движения медальон, до этого времени пульсировавший и будто пытавшийся выпорхнуть из выреза платья, всё-таки выскользнул и упал прямо на грудь Стива.

Вспышка. Алый камень словно лопнул – и рассыпался несколькими искрами по раскаленной коже Дракона. И тут же эти красные огоньки заскользили, забегали, словно живые.  Мгновение – и там, где они пробежали, начал проявляться узор, подозрительно напоминающий чешуйки дракона. Я даже забыла, как дышать, провожая взглядом несколько искр, бегающих по коже Серебряного дракона. Боялась пошевелиться.

Наверное, это была какая-то магия Драконьего всадника. И сейчас она сражалась с недугом Рендела. Но лучше ему не становилось.

Сжала его руку. Теперь она казалась мне холодной. Даже ледяной. И еще… кончики пальцев почернели, словно измазанные в чернилах.

Догадка пронзила меня молнией. Это не болезнь. Это – яд. И я знаю, что именно за яд.

Несколько лет назад в деревне неподалеку от замка Ньер умерли несколько человек. Никто не понимал, что именно с ними случилось, но у всех одинаково был жар и черные кончики пальцев.

Упрямая Анна, несмотря на заверения лекарей, перелистала кучу книг. И нашла и причину болезни, и как ее лечить. Оказалось, что недуг вызывало растение, которое уже давно считали исчезнувшим. Яд попадал на кожу и после в кровь. И самое жуткое, что лечилось это или отваром, или магией.

Увы, само заклинание я не помнила. Да что скрывать, я его и не учила, будучи уверена, что магия – не мое. И теперь готова была разрыдаться, потому что яд этот убивал слишком быстро. И за то, что Стив вообще еще жив, стоило благодарить драконью магию.

Ладно. Специфического заклинания я не знала. Но не совсем же неуч. Зато я знала несколько заговоров от простуды. И одно – для извлечение яда из крови. Помнится, в книге писалось, что оно действенное, но болезненное и затратное. Что ж. Выбирать не приходилось. Не сейчас.

Растерла ладони, перевела дыхание, стараясь не отвлекаться на колотящееся у самого горла сердце, и начала читать заклинание.

Магия послушно потекла, сплетаясь со словами и проникая сквозь кожу. Вместе с магией уходили и силы, стремительно, как вода по водопаду. Но я как-то даже обрадовалась этой слабости. Если магия тянет физические силы – значит, заклинание не пустое. От волнения и страха ошибиться у меня внутри все дрожало.

Алые искры бегали по коже Рендела, словно одевая его в серебряную кольчугу.

В какой-то момент у меня закружилась голова и все вокруг подернулось дымкой. Но я упрямо договорила слова заклинания. Не отвлекаясь ни на то, что Стива выгнуло дугой, ни на то, что из его горла вырвался сдавленный хрип.

Оставалось надеяться, что все верно. Быстрый взгляд на бледное лицо Рендела –  из уголка его губ тонкой струйкой стекал черный, как смола, яд. Получилось. Смахнула яд с его лица той же ветошью, которой недавно пыталась его растереть…

И все. На этом мои силы закончились, и меня мягко накрыла темнота.

Глава 32

Когда утро начинается с чужого сопения в ухо – это настораживает и обескураживает. С тех пор, как мы с сестрами благополучно вошли в возраст девичества, у меня вошло в привычку спать в одиночестве. И любые посторонние звуки в покоях развеивали сон, как солнечные лучи утренний туман.

Все тело затекло от неудобной одежды, которую с вечера не озаботилась сменить на ночную сорочку. Кажется, я потеряла сознание. Потому и в платье. Даже волосы, пусть и растрепаны, но стянуты той же лентой.

И все же вскакивать и требовать объяснений происходящему я не спешила. Лишь открыла один глаз опасливо, чтобы убедиться, что не оказалась в объятиях демон знает кого. Стив! Это еще куда ни шло. Даже дышать стало легче.

Лорд Рендел спал. Самым спокойным и безмятежным сном. Кажется, с таким выражением лица могут спать только младенцы – чуть улыбаясь во сне. Словно и не собирался еще вчера на встречу с предками. И я невольно залюбовалась правильными, аристократичными чертами лица, борясь с порывом прикоснуться к его щеке.

Что вчера такого случилось? Ах да! Лорда Рендела пытались отравить. И я его спасла, наверное.

Несмотря ни на что, все произошедшее накануне вечером казалось каким-то полуночным горячечным бредом, выдумкой, сном. Магия, медальон… я колдовала. Эта мысли и грела, и пугала одновременно.

Попытка выскользнуть из теплых объятий была пресечена в одно мгновение. Меня обняли крепче, притянув к себе.

- И чего тебя поднесло в такую рань, птичка? – ткнувшись носом мне в волосы, хрипло поинтересовался Стивен.

Вопрос был риторический. И не совсем уместный. За окном уже вовсю заливались мелкие певчие птахи, перекрикивались обитатели замка. Даже блеяли овцы, отправляясь на пастбище. Рань была несколькими часами раньше, вот тогда и следовало бы подниматься.

- Полагаю, что нам давно пора вставать, – проворчала я, пытаясь избавиться от объятий. Но то ли избавлялась не слишком активно, то ли держали крепко, а так и осталась лежать. – Сейчас сюда заявится кто-нибудь, и ты будешь обязан на мне жениться, чтобы спасти остатки репутации леди Ньер.

- Это вряд ли, – сходу разочаровал меня Стив. – В мои покои прислуга без разрешения не суется.

Наивный. Прислуга суется всегда и везде. Просто хозяева не всегда об этом знают. Но попытки выбраться из его объятий я все же оставила. Признаться, давно не чувствовала себя так спокойно и уютно.

- А если я скажу, что сегодня утром тебя должны найти мертвым в твоей постели? – проговорила совершенно спокойно, разглядывая лицо Рендела.

- Умеешь ты прогнать сон всего одной фразой, – вздохнул Стив, открыв глаза, и приподнялся на локте. Вероятно, чтобы заглянуть мне в лицо и воззвать к совести. Увы, моя совесть еще и не думала просыпаться. – Что ты хочешь этим сказать?

Вместо ответа я невольно исследовала взглядом обнаженную грудь Стива. Там, где вчера рисовали узор алые искры… ничего не оказалось. Вообще. Никакой драконьей чешуи.

Может, и все остальное мне тоже приснилось? Или нет? В любом случае рассказать стоит.

Стив хмыкнул, проследив за моим взглядом и истолковав его по-своему. А у меня вмиг лицо обдало жаром от осознания того, что он там себе надумал. И так самомнение выше, чем шпили королевского дворца.

- Вас отравили, лорд Рендел, – припечатала я, возвращая разговор в нужное русло. – И случилось это вчера вечером. Не ранее чем за два часа до того, как мы поднялись в ваши покои.

Мальчишеское выражение с лица Стивена слетело в одно мгновение. Между бровей залегла хмурая складка, а губы вмиг превратились в тонкую суровую линию.

- Поподробней, пожалуйста, – попросил лорд. Но вышло это таким тоном, словно приказ отдал. Возможно, мне не очень-то и поверили, но не показали этого.

Это пожалуйста.

- Поверь, я знаю, о чем говорю, – спокойно пояснила я. – Мне уже приходилось видеть подобное в наших землях. Тогда мы ничем не смогли помочь крестьянам, которые отравились ядом этого растения. Но… тебе повезло, – мне стало немного неловко объяснять, что я спасла жизнь Стиву, но все же продолжила: – Мне удалось избавить твое тело от яда.

- Хм… – спустя несколько мгновений полной тишины хоть как-то отреагировал на сказанное Стив.

- И это все, что ты хочешь сказать? Тебя чуть не убили люди, которым ты доверял, а ты просто хмыкаешь?

Если честно, я была не столько удивлена, сколько обижена. Мог бы и поблагодарить за спасение. Сказать что-то большее, чем просто «хм». Но даже моя возмущенно-ошарашенная тирада не произвела никакого впечатления на Рендела.

Он что – мне не поверил?

- Если так, то, как ты успела заметить, в мои покои должен прийти кто-то, кто найдет мой труп.

- И меня… – произнесла я онемевшими от волнения губами. – У трупа.

Стив продолжил уже шепотом, обжигая шею горячим дыханием:

- Полагаю, тебя захотят обвинить в моей гибели, птичка. И если мы оба правы, то нужно просто немного терпения и…

Резкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Сердце пропустило удар и заколотилось где-то у горла. А этот паяц улыбнулся и подмигнул мне, прошептав совсем тихо:

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- …мы выясним, кто будет вестником несчастья.

Мы оба замерли, даже дышать перестали. Стив каким-то текучим быстрым движением вскочил на ноги и встал возле двери. Так, чтобы не попасть на глаза тому, кто решил нас навестить. Загнать его в ловушку, как я понимаю. Я мало смыслю в тонкостях засады.

Мое собственное сердце отстукивало рваный ритм, а от волнения разом пересохло во рту. А если я ошиблась? Если все не так? Если яд попал на Стивена случайно? К примеру… Хотя и вряд ли. Коровья полынь растет только на болотах, как в Ньеркеле. В лесу она просто не приживется. Ее принесли в Гнездо умышленно. И нужно быть неисправимым глупцом, чтобы считать, будто цель была безобидна.

Но кто?  Со свойствами этой чудо-травы в принципе мало кто знаком.

Память охотно напомнила мне подробности событий в родном замке. Тогда у нас тоже были гости. И… среди них присутствовали оба лира – Самгейл и Трейтен. Неужели это их работа? Кто предал раз, не стоит доверия вообще.

В дверь снова постучались, так и не дождавшись ответа. Ручка медленно повернулась, и дверь приоткрылась.

Я нервно сжала и разжала руку, чувствуя покалывание магии. На языке уже выстроилось заклятие обездвиживания, готовое сорваться в любой момент.

- Надеюсь, вы не собираетесь треснуть меня ночным горшком, – проворчала Тингельда, резко распахнув дверь и застыв в проеме. – Будет весьма обидно пасть, сраженной этим предметом обстановки.

Напомнив мой неудавшийся побег, ведьма заставила меня растеряться на мгновение. Она?! Она – предатель? Не верилось как-то… Но... в чем вообще мы можем быть уверены в этом мире?

- Гельда? Неожиданно! – вторя моим мыслям, обронил Стивен.

- Ничего неожиданного. Тебе следует спуститься к своим лирам, если не хочешь, чтобы те разбежались, как крысы, еще до обеда, – посоветовала колдунья, пройдя в покои и захлопнув за собой дверь. – Слухи ползут. И самые безобидные – что ведьма из Ньеркела околдовала тебя настолько, что ты не способен думать головой. Я помогу леди Шарлотте привести себя в порядок.

У меня от ее замечаний вспыхнуло лицо. А чему удивляться? Судя по рассуждениям лира Трейтена – я только так и смогла бы удержать внимание Стивена. Но отчего же мне так мерзко? Почему так противно?

Бросив на меня нечитаемый взгляд, лорд Рендел на ходу натянул рубашку и вышел прочь из комнаты. Молча. Вероятно, ему такая слава тоже ни к чему. Ему поместье отвоевывать, а не романы заводить.

Настроение испортилось окончательно.

Всё-таки мог бы и не бросать меня наедине с Гельдой. А если ведьма и есть отравительница? Она ведь могла! И знаний у нее хватит. Вопрос только в том, зачем ей это?

- Это не я, – обронила Тингельда, аккуратно, за краешек, подняв с пола ту самую тряпку, измазанную черным ядом. – Не затем я вернула его с того света, чтобы отправить обратно. А вот кто конкретно это сделал... Сейчас узнаем. Соберись и перестань на меня смотреть, как на источник всего зла этого мира.

- Откуда мне знать, что ты не лжешь? – спросила я, отдернув одеяло и спуская ноги на пол.

При этом не сводя взгляда с колдуньи, разглядывающей ветошь пристально, словно читая там что-то.

- Ты и не можешь этого знать, – даже головы не повернув в мою сторону, произнесла ведьма. – Никто не может знать этого. Но Стив мне верит. Знаешь почему?

- Почему? – проговорила одними губами.

- Потому что хорошо помнит, как я вытащила его с поля боя. Как выхаживала, возвращая жизнь по капле. Как помогала все это время. Как привела тебя в это поместье.

- Даже не спрашиваю о причинах вашей дружбы. Но я? Ты привела меня в Гнездо? Зачем? – голос меня подвел, превратившись в сдавленный сип.

Тингельда наконец посмотрела на меня – с таким выражением, словно говорила все это время с глупой девочкой. В глазах ее мелькнули усталость и смирение. Но я только поджала губы и вздернула бровь, ожидая ответа.

- Так должно быть, Шарли, – вздохнула ведьма. – Все в мире происходит так, как должно. И ты здесь должна была оказаться для чего-то, – пауза, будто она ждала какой-то реакции от меня, но не дождавшись, добавила: – Время покажет, для чего именно.

Я знала, для чего. Но озвучивать не спешила. Гельда не упомянула Сшала, спящего в подземелье Гнезда. И я говорить о нем не буду.

Что бы ведьма сейчас ни рассказывала – я не верила ей на слово. Когда слишком много остается додумать – фантазии всегда есть где разгуляться.

- А ты молодец, – похвалила меня колдунья, сдвинув на край стола какие-то бумаги и кубок, оставленный Стивеном. – Яд должен был убить его еще до полуночи, если бы не ты.

И не красные искры, в существовании которых я уже начинала сомневаться. И что если бы я не справилась? Что если бы он погиб этой ночью? Что если…

Даже сама мысль об этом отдавалась острой болью в груди. Теперь, когда самое страшное оказалось уже позади – меня накрывала истерика. Если бы его не стало… я не представляла, как бы жила дальше.

В какой-то момент Стив стал неотъемлемой частью моего мира. Кем-то, совершенно естественно вписавшимся в мою жизнь. Человеком, на которого я оглядывалась, принимая решения. Он ворвался в мой мир, перевернул его с ног на голову и перестроил так, как считал нужным. И, что самое неправильное, – мне нравилось быть в этом мире.

Потому я не спешила возвращаться. Потому я придумывала отговорки, оттягивала побег, ставила себе задачи, которые не торопилась выполнять. Мне не хотелось снова становиться леди Ньеркела, невестой лорда Иона, сестрой Ребекки Амора и племянницей короля. Мне хотелось жить в этом маленьком мире, где я уже не ощущала себя пленницей. Мне хотелось, чтобы Стив был рядом.

Ведь… без него мой мир рухнет.

- Стивена предали, – произнесла я одними губами, сдавленно, чувствуя в горле тот самый ком невыплаканных слез.

- Естественно, – даже не повернув головы в мою сторону, кивнула Гельда. – Политиканы всегда кого-то предают. Политика сама по себе суть предательство ради наибольшей выгоды.

- Кто-то из лиров?

- Вот сейчас и узнаем. Иди сюда.

Я послушно приблизилась на негнущихся ногах, разглядывая расстеленную ветошь с черным несуразным пятном. Да, необходимо узнать, кто это. И я сама сотру его в порошок. Кем бы он ни был.

Перевела дыхание и заговорила уже куда ровнее.

- Что нужно делать? – спросила уверенно.

- Повторяй за мной, – вцепившись в мою руку своей костлявой и холодной, велела Гельда.

Я едва подавила желание выдернуть руку.

Но послушно повторила за ведьмой слова заклятья, вливая в него силу. Точнее, то, что от нее осталось после вчерашнего.

Голова вмиг закружилась, сердце затрепыхалось, как у загнанного зайца.

А чернильное пятно ожило. Оно на глазах меняло очертания, постепенно создавая новый рисунок на обычной ветоши. Я даже едва не сбилась, но Гельда вовремя сжала мои пальцы сильнее, напомнив, чем мы заняты здесь.

С последними словами у меня подкосились ноги, но я устояла. Пусть и опершись на стол и прикрыв на несколько мгновений глаза, чтобы комната перестала расплываться.

- Я так как-то и думала, – спокойно заключила Тингельда.

И я резко распахнула глаза, разглядывая фигурку на ветоши и чувствуя, как в груди поднимается гнев.

- Я этого так не оставлю, – процедила сквозь зубы я, стукнув со злостью кулаком по столу.

- Так не стой, а то будет поздно, – посоветовала мне Тингельда, уже складывая тряпку в несколько раз и засовывая в мешок.

Действовать? С огромным удовольствием.

Глава 33

Негодование растекалось по телу огнем. Жгло огненным комом в горле, в груди.

А ведь несложно догадаться было. Кто предал раз…  Эту мантру я могла повторять сотню раз, но какая-то романтичная, сентиментальная часть меня хотела верить в лучшие стороны людей. Верить в то, что они способны меняться, делать выводы и принимать правильные решения.

Глупость. Самая настоящая глупость.

И я злилась на себя. Так, что казалось, будто сама земля дрожит под моими ногами. Или не казалось?

Даже замедлила шаг, но, не заметив ничего необычного, – продолжила путь.

В кухню тетушки Агаты я буквально влетела, едва не сбив с ног суетящуюся Раду.

- О, как хорошо, что вы пожаловали, миледи, – воскликнула Терра, всплеснув руками. – Нам ужасно нужна ваша помощь. Рук ни на что не хватает…

Моя камеристка, если ее можно так назвать, запнулась поймав мой полный ярости взгляд и, схватив поднос с пирогами, метнулась в коридор для слуг. Подальше от надвигающейся бури.

Притихли все, затрещало чуть громче масло на раскаленных сковородках, застучали быстрее ножи…

Я скользила взглядом по лицам девушек, но не находила ту, что искала.

- Миледи, что-то случилось? – спросила опасливо Агата, вытирая руки о фартук.

Ее и без того румяное лицо раскраснелось от жара очага, но в глазах читались опаска и тревога.

- Мэдлин, – постаралась как можно приветливей заговорить я. Но подозреваю, что получилось это у меня плохо. – Вы не видели Мэдлин? Она обещала принести мне… чистые простыни…

Не очень убедительно, учитывая, что я не искала с ней встреч с самого первого дня пребывания в Гнезде. И слава альвам, что Терра выскочила из кухни – она бы точно не поверила, что я обратилась к предательнице Мэдди с подобной просьбой.

Ответом мне была тишина. Знали ли они, где находилась женщина, отравившая их лорда, или нет, но ответа я не дождусь точно. Они не доверяли мне. Я все еще была чужачкой, а предательница Мэдлин – своей. И даже если я скажу им, что та, кому они так доверяли – предательница и отравительница, мне просто не поверят. Посчитают, что я пытаюсь оговорить приличную девушку. Отомстить ей хоть так.

- Я не видела ее со вчерашнего вечера, – обронила Рада, раскладывая овощи на блюдо. – Она прислуживала милорду, а потом пропала. Мне показалось, что она какая-то нервная. Взвинченная… – она замерла, словно подбирала нужное слово или вспоминала события минувшего дня, и продолжила, абсолютно спокойно пожав плечами: – Странная, в общем.

Мне даже дышать было страшно, чтобы не вспугнуть словоохотливость женщины.

- Как ты можешь? А если… миледи хочет причинить ей вред? – вспылила совсем юная белокурая девушка лет четырнадцати, нарезающая капусту.

- Прикуси-ка язык, – помешивая варево в котле, цыкнула на девчушку Агата. – Ты кто такая, чтобы так говорить с леди Шарлоттой? Я думаю, что леди не опустилась бы до мести прислуге, Если миледи разыскивает Мэдлин, значит, тому есть причина.

Я благодарно кивнула и Агате, и Раде. Правда, они мало чем мне помогли.

- Сбежала она, – подал голос из угла кухни Оливер, которого я не сразу и заметила.

- Больно много ты знаешь и видишь, – снова вспылила девушка, защищавшая предательницу. – А треплешься еще больше.

О! Так она, может, еще и знает больше, чем хочет показать. Я приблизилась к ней на шаг. Но на нее это подействовало так, словно ее теснило целое войско. Белокурая девчушка попятилась, уткнувшись в стену спиной и зажмурилась.

- На меня не подействуют твои чары, ведьма, – запищала она пойманной за хвост крысой.

Я даже растерялась. Колдовать у меня и мысли не было. Да и сил не так много осталось.

- Куда. Она. Ушла, – проговаривая слова по одному, спросила я таким тоном, что пригнулось даже пламя в камине.

- Не… скажу, – всхлипнула девушка.

Ее явно подвели ноги. Но она порылась за поясом, нащупала там что-то и ткнула этим мне прямо в лицо. Кажется, какая-то кукла из мха и трав. Это оберег? Амулет от колдовства? Тогда нужно оторвать руки тому, кто ей это продал.

- Тогда… Я отведу тебя к Тингельде, – почти ласково проговорила я, взяв двумя пальцами предмет народного искусства и откинув в очаг. Пламя благодарно вспыхнуло, слизав фигурку еще в воздухе. – Она не страдает добротой и человеколюбием.

На самом деле я не знала наверняка, какая репутация у колдуньи среди жителей Гнезда, но интуиция подсказывала – к магии везде относятся одинаково: либо боятся, либо пытаются использовать в собственных целях. Эта девчушка боялась меня до икоты. А значит, и Тингельду тоже. Если не больше.

- Не скажу. Никто ее не найдет. Больше не проклянете ее – ни ты, ни Тингельда! – воинственно выпятив подбородок, проявляла чудеса смелости и верности девушка.

Жаль только, верна она не тому, кому следует.

- В лес ушла она, – снова подал голос Оливер из своего угла. – Когда вчера лир Фридриг привел леди Шарлотту в зал – Мэдди сбежала. У нее еще узелок спрятан был. Под огромным таким дубом у реки. Буран нашел недавно.

- И почему ты молчал, если все знал? – удивленно вскинув бровь, спросила я у мальчугана. – Смотрел, как я допытывала девушку.

- Откуда мне было знать, что это так важно? Мало ли что Мэд удумала – она немного с чудиной была в последнее время. А тут ждал – пальнете по Вэйне огнем или нет. Вы же колдуете. Вот мне и интересно, как оно происходит!

О боги. Интересно ему.

- А ну давай показывай, где там узелок был?

- Это запросто, – сорвавшись с места, мышкой выбежал на улицу Лив под полными ярости взглядами Вэйны и тетушки Агаты, высмотревшей пирог за поясом мальчугана.

- Вы там осторожней, миледи. Леса у нас дикие, – напутствовала Агата, кажется, махнув уже на шустрого Желудя рукой.

- Спасибо, – оглянувшись уже на выходе, поблагодарила я.

- Здесь! – обрадовал меня Лив, когда я уже начала подозревать, что он просто решил поводить меня по лесу. Давно мечтал же показать любимые места, и вот выпала возможность. – Вон под тем деревом и был узелок.

- Спасибо, – кивнула я и, опасливо подбивая носками тряпичных туфель прошлогодние опавшие листья, побрела в указанном направлении. – И что в узелке было?

- Миледи, вы же не думаете, что я посмел бы… – обиде несправедливо оговоренного Оливера не было границ. Но осознав, что в его театральное представление я не поверила, заговорил: – Вещи, еда и еще какая-то ерунда. Фигурки – вроде той, что Вэйна размахивала у вас перед носом. И чего вы по ней огнем не пальнули? Умеете же! Умеете? Правда?

- Не знаю, где ты набрался этой глупости, – неопределенно отмахнулась я, приблизившись к дереву и ковырнув носком взрыхленный мох.

- Буран раскопал. Мож, пироги нанюхал. Мож, еще чего.

- Может, и так, – задумчиво протянула я, оглядывая окрестности.

- Я пробегусь вдоль речки. Вдруг чего найду, – явно заскучав стоять на одном месте, не то спросил, не то просто поставил меня перед фактом Лив.

И, не дожидаясь ответа, подпрыгнул на месте и рванул вдоль реки, миновав огромный куст шиповника. А за ним и пес. Хотелось бы надеяться, что он не заблудится в этом лесу. Вероятно, не впервые здесь гуляет.

Место было прекрасным. Лес густой, заросший кучерявыми кустарниками, а над головой – плотная крыша из изумрудной листвы. Даже солнце не пробивается сквозь этот купол. Пологий песчаный берег и дальше река. Тихая, спокойная, убаюкивающая.

Если у Мэдлин, помимо узелка, была хоть самая маленькая и худая рыбацкая лодка – нам ее не найти. Если только магией. И то очень вряд ли.

Меня все это время мучил вопрос: зачем она вообще это сделала?

Если это месть одной обиженной женщины, то очень глупая. Невозможно стать любимой силой. А вот стать ненавидимой всеми, кто ее знал и доверял, – легко. Обезглавив Гнездо, она обрекла бы на смерть всех тех, кто едва обрели приют и какую-никакую веру в будущее. Убила бы саму надежду этих людей жить под рукой справедливого лорда, который заботится о своих людях.

Если это предательство заказал кто-то, то нам просто необходимо ее отыскать. Узнать, кто именно подкупил или запугал Мэдди. Если этот кто-то из людей Кеннета и где-то далеко отсюда, то еще куда ни шло. А если… заказчик сейчас в поместье. Рядом со Стивеном…

У меня от одной этой мысли все внутри перевернулось. Если так, то Стив в опасности. До сих пор в опасности. И, может, прямо сейчас я ему нужна…

- Еле тебя нашел, птичка. Уже испугался, что ты улетела, – голос, прозвучавший прямо за моей спиной, позволил расслабиться и перевести дыхание.

- Разве я могу улететь? Мне не позволено, – проговорила я, обернувшись и встретившись с ним взглядом.

Голос мой дрогнул. Все же не так легко было взять свой страх под контроль.

- Тебе позволено все. Я уже говорил, – медленно сокращая расстояние между нами, заговорил Стив. – Вот только… мне не хотелось бы тебя потерять.

На это я не нашла что ответить. Часть меня верила этим словам, этому голосу, что буквально обволакивал меня, этому взгляду, проникающему в самую душу. Хотелось поддаться искушению, сделать шаг в пропасть и… взлететь. Но разум твердил, что это просто невозможно и я всего лишь разобьюсь о скалы.

- Это сделала Мэдлин, – проговорила я, отвернувшись.

Было немного страшно не удержать лицо, отдаться эмоциям. Это легко, когда вокруг все  так обманчиво спокойно и убаюкивающе.

- Знаю, – поравнявшись со мной, кивнул Стив. – Гельда заходила. Сказала, что я должен тебе жизнь.

- Прекрати. Любой бы поступил так же…

- Глупости, – оборвал меня на полуслове Стив, в одно мгновение оказавшись со мной лицом к лицу. Зря он так. Его близость дурманила, его запах кружил голову. И становилось действительно страшно. Страшно за свое сердце. – Ты спасла мне жизнь.

- Не стоит благодарностей, – пролепетала я, стараясь смотреть куда угодно, только не ему в глаза.

Но кто позволит. Стив легко поддел пальцем мой подбородок, заставляя поднять взгляд.

- Знаешь, я не могу понять, что со мной вообще происходит, – чуть хрипло заговорил он, и в его глазах мелькнуло уже знакомое золото. В животе затянулась тугая пружина. Неужели он знает о драконе? Неужели моя роль отыграна? – Едва я решаю, что могу тебя отпустить, как внутри что-то взрывается протестом. Едва я подумаю, что однажды ты станешь чужой женщиной, хочется сравнять с землей полкоролевства. Едва я представлю, что могу тебя потерять, – и  кажется, что мой мир рухнет. Мне кажется, что я не смогу уже жить без тебя.

Сердце пропустило удар, а после забилось как-то рвано, бестолково. Воздух словно закончился, и каждый вдох давался с трудом. А ведь еще совсем недавно я думала точно о том же. Он будто подглядел мои мысли и теперь проговорил их вслух.

- Это… неправильно, – сипло выговорила я через силу. Но внутренний голос твердил, что как раз слова Стива – правильные. Неправильно поступаю я.

- В мире вообще не существует правильного. Все правила мы создаем сами, – прошептал он.

И прежде, чем я успела придумать какой-нибудь совершенно противоречащий моим чувствам ответ, его губы накрыли мои. Нежно, осторожно, словно он опасался вспугнуть, развеять волшебство этого момента. Оставляя решения за мной.

Да плевать мне на все возможные правила. И я ответила, упиваясь этим поцелуем, этим мгновением.

На несколько мгновений мне даже показалось, что мир и правда растворился в чувствах, в сбившемся дыхании, в тепле его рук и запахе восточных специй. Я сжигала в этом поцелуе свой страх, сомнения, дурные мысли. И он… кажется, тоже, прижимая меня так, будто боялся потерять.

- Леди Шарлотта! Леди Шарли! – заорал в кустах Оливер, а я так резко отпрянула, что едва не упала, запутавшись в юбках. Или это ноги меня просто подвели. – О, и вы, милорд, здесь.

- Да, Лив, – явно не очень довольный тем, что нас прервали, резковато отозвался Стив. – Что стряслось?

- Я... Мэдлин нашел, – абсолютно не заметив раздражения лорда или просто не обратив на него внимания, огорошил нас Лив.

- Где? – вмиг напряглась я. – Она же сбежит.

- Не сбежит она. Там... такое дело… это… не спешите так. Она мертвая.

- Никому ни слова, – скомандовал Стив, уже по пути домой. – В первую очередь это тебя касается, Лив.

Мэдлин пришлось оставить, забросав тело листьями и ветками, как было до того, как ее нашел неугомонный Буран. Стивен никак не проявил своих чувств и эмоций, просто оговорился, что девушка заслуживает хотя бы нормальной могилы. Из чего я сделала выводы, что он еще вернется в это место. Не один и не с пустыми руками.

- Я – как рыба! – вздернув нос, пообещал Оливер.

- Беги тогда к Агате, скажи, чтобы собрала еду для часовых и отряда. Думаю, стоит прочесать окрестности.

- Будет выполнено, – Лив рванул с места с такой скоростью, что его пес едва поспевал за ним.

А я молчала. На душе было как-то паршиво. Посиневшее лицо моей бывшей служанки с синяками на шее стояло перед глазами. Скорее всего, убийца – мужчина. И довольно крепкий, раз смог задушить ее, не обращая внимания на то, что девушка отбивалась. Наверное, даже расцарапала его, учитывая, что на ногтях виднелись следы крови.

Несмотря на все произошедшее в последнее время и недавнее желание свернуть ей шею собственноручно – мне было ее… жалко. Глупая короткая жизнь и такая же бессмысленная смерть. При этом многие запомнят ее предательницей. Печально это.

- Думаешь, тот, кто ее убил, все еще в Гнезде? – заговорила я только для того, чтобы не оставаться наедине со своими мыслями.

В последнее время я только запутывалась в них, словно бабочка в паутине. В мыслях, в чувствах, в желаниях. В понятии правильного и неправильного. Лучше не задумываться, чтобы был еще хоть какой-то шанс спастись из всего этого.

- Думаю, что возможно все, – обронил Стив, беря меня за руку и переплетая наши пальцы. И мне стало немного спокойней на душе. – И лучше перестраховаться. Надеюсь, ты не будешь показывать характер и грядущей ночью тоже останешься в моих покоях. Или мне снова нужно отравиться смертельным ядом, чтобы добиться твоего согласия?

При этом такая открытая улыбка и такой серьезный взгляд, что ответить отказом язык не поворачивается. В глазах снова мелькнуло это золото, а по шее, кажется, пробежалась красная искра с медальона. К слову, того самого камня на украшении не оказалось. Значит,  все это мне не приснилось. Это было. Может, попробовать провести его в подземелье? Попытаться, по крайней мере.

- Ты подозреваешь хоть кого-нибудь? – пришлось оставить вопрос открытым. Решать такие вопросы с ходу и под таким давлением просто невозможно.

Кажется, мой маневр не очень порадовал Стива, но инициативу он все же поддержал.

- Кто угодно. Тот же Фридриг. Он считает, что ничего не выйдет из нашей затеи – вернуть Рендерел просто невозможно, и не нам тягаться с королем.

- Тогда зачем он здесь?

- Его отец дал клятву, что не будет знать покоя, пока истинные лорды не займут свое законное место. Поговаривают, что благодарить за такую поддержку мне нужно одного беспокойного призрака, скучающего по женщинам, вину и битвам так, что в доме Фридрига давно никому покоя нет.

Можно было подумать, что Стив подобным образом пытался пошутить, разрядить обстановку, но в его голосе не было и намека на смех. А была, скорее, какая-то резкость, даже немного злость. Он просто пытался понять, рассуждая вслух.

- Если так, то предавать – глупо, – подхватила я его размышления. Они помогали немного отодвинуть в сторону образ Мэдлин, навязчиво появляющийся перед глазами. – Этак он не только от призрака не избавится, но и обзаведется родовым проклятьем.

- Да. Если не нашел способ обойти его.

Это было вполне реально. Случаи, когда обходили даже родовые проклятья, бывали, но не так все просто, как могло бы показаться.

- Я бы на твоем месте подозревала тех, кто уже предал, – заговорила я осторожно.

- Самгейл и Трейтен? – быстро разгадал мои мысли Стив. – Все возможно. Самгейл некогда был очень дружен с отцом. Это он привез его тело с той битвы с кочевниками…

- И оставил тебя. Хотя мне сложно представить, что могло помешать отыскать тело наследника Рендерела на поле боя.

- Понимаешь, кочевники – это не лорды и лиры, – осторожно принялся пояснять Стив, и в его голосе прорезалась затаённая горечь и боль. – У них дикие и жестокие обычаи. Они не дают забрать павших с поля боя. А тех, кого они считают хорошими воинами – предают огню и вдыхают дым костра, считая, что так они забирают силу врага. Притом неважно – живого или мертвого. Они верят, что дух живет в теле долго.

- То есть… Все эти лиры прекрасно понимали, что тела наследника в усыпальнице не будет. А король именно потому и не пошел им навстречу. Ты в любом случае должен был быть мертв.

- Да, – кивнул Стив. – Вероятней всего, и был бы. Если бы не ведьма. Я плохо помню, как все было. Но перекошенные от страха лица могучих воинов запомнил надолго. Если не навсегда. Не представляю, какой силой она обладает, если смогла навести ужаса даже на кочевников. Они называли ее «коари» – та, что восстала.

- О! И что это может означать?

- Понятия не имею. И как-то не хочу и выяснять. Я ей должен… как и тебе.

Бросила на него сердитый взгляд, набрала в грудь воздуха, чтобы поспорить, но передумала.

- А Трейтен? Ему явно не понравилось, что ты встал на мою защиту. Этот старый кабан вообще женщин людьми не считает.

- Вероятно. Но он жадный и злопамятный старый кабан. Ионы забрали у них пастбища, которыми род Трейтенов владел больше ста лет. И он не простит этого.

- А если пообещать вернуть ему земли? Ведь тогда и чаши весов перевесят не в твою пользу.

- Вероятно, но… я же говорю – злопамятный. Отомстит, а после будет договариваться. И то это еще не наверняка. Но… об этом мы поговорим потом.

Действительно. За разговором я и не заметила, как оказалась у стен Гнезда.

Над головой вскрикнула какая-то хищная птица, словно заставив тем самым замеревшее ненадолго время двигаться дальше.

- Поговорим об этом вечером, – кивнула я.

Стивен улыбнулся, задержав взгляд на моих губах, и мне стало жарко.

- Поговорим, – пообещал он, отпустив мою руку, едва мы вошли во двор.

И в одно мгновение его захлестнула суета поместья: слуги, воины, союзники. Какое-то время я не могла оторвать взгляда от него – красивого, уверенного, сильного.

«Моя!» – вертелось в памяти. Неужели это не было просто бредом?

Внимание мое привлекла высокая и гибкая мужская фигура. Фридриг. Он смотрел не на лорда Рендела. Он смотрел на меня. И так, словно пытался хоть взглядом забраться под одежду. Я даже невольно скрестила руки на груди и отвернулась. И тут же заметила, как на конёк небольшой хозяйственной постройки села мелкая хищная птица. Сапсан. И на лапке её реяла ленточка – тонкая, голубая. Как обычно делала Ребекка, отправляя почту.

Внутри что-то оборвалось. Даже вдохнуть получилось не сразу и с трудом.

- …Мы собираем отряд, чтобы прочесать лес… – раздавал указания Стив.

Но я уже не слушала, направляясь к вестнику. Надеюсь, мне не придется гоняться за этим посланником по крышам.

Глава 34

Как оказалось, мои опасения были совершенно напрасны.

Птица, скованная заклятьем, спикировала вниз и села прямо на выставленную в защитном жесте руку. Острые когти вспороли и ткань платья, и кожу. Алые капли в одно мгновение окрасили рукав. Но я закусила губу, отцепив от лапки послание и только после этого отпустила птицу.

Нужно будет в следующий раз обеспокоится защитой. У нас не было сокольничих, но мне случалось видеть их в свите четы Амора и ближайшем окружении короля. Теперь я понимаю, зачем кожаный рукав на правой руке.

Жгло ужасно. Следовало хоть промыть рану прежде, чем читать письма. Но как же сложно сдержаться.

Уже на ходу я развернула небольшой клочок бумаги, исписанный нервным мелким почерком. Почерком сестры.

«Рада, что ты жива и в добром здравии. – начиналось послание, оставив все расшаркивания и правила переписки кому-то, кому они были более нужны. И только поэтому становилось ясно – все это время она беспокоилась обо мне, волновалась, места себе не находила. Даже кольнуло что-то в груди. Вероятно, совесть. – Ты ужасно напугала нас с Анной и, что закономерно, разозлила отца. Где бы ты сейчас не находилась и что бы ни планировала, придумай веские причины и объяснения, чтобы унять его гнев.

Рада, что ты смогла обуздать магию. И очень надеюсь, что ее не придется применять против королевского войска.

Поторопись уладить свои дела. Наш дражайший дядюшка откуда-то точно знает о том, как твои дела и что ты быстро втерлась в доверие к главарю разбойников. И о слухах о том, что он наследник Рендерела. Полагаю, что для него кто-то шпионит. И этот человек имеет влияние.

Как ты уже догадалась, Кеннета не радует то, что ты оказалась в руках Стивена Рендела. Он клянется освободить тебя, а головой самозванца украсить городские муры.

Но даже вернувшиеся солдаты Ньеркела, сопровождавшие тебя, не смогли указать путь к месту, где их содержали».

Ох, мои воины. А ведь я утешилась тем, что с ними хорошо обращаются. Спрашивала несколько раз у слуг, где их содержат, но те отводили глаза и молчали. А Стив утверждал, что с ними все в полном порядке. Значит, их отпустили! И вероятно, давно.

«Будь осторожна. Уладь все дела и возвращайся сильной. С королями можно торговаться только тогда, когда ты равен им по силе, но не стремишься этого показать.

Я сделаю все, чтобы выиграть для тебя время, но не затягивай. И никому не доверяй. Всегда на твоей стороне…»

Я прикрыла глаза, свернула листок и сунула его за пояс. На глаз анавернулись слезы. «Всегда на моей стороне!». Что бы я ни творила, что бы ни делала, какая бы блажь не посещала мою голову и как бы к ней не относились мои сестры… они всегда будут на моей стороне. И это… невероятное ощущение силы.

Потом перечитаю письмо еще раз.

От прочитанного и так сердце выпрыгивало. Где-то здесь точно есть предатель. Для него и шпионила Мэдди, он убил ее, когда стала не нужна, или опасна. И вероятно, Кеннет тоже приложил к этому всему руку, раз пытался избавиться от Стива. Отравись наследник Рендерела – все проблемы решились бы сами собой. Ведь так Ионы привыкли поступать.

От злости у меня даже челюсти свело.

Земля под ногами вздрогнула. Или мне это показалось?

- Миледи, у вас кровь, - заговорил совсем рядом лир Самгейл.

Я даже вздрогнула, молниеносно оглянулась и расслабилась. Вечно укутанный в меха лир стоял в стороне, почесывая лошадь за ухом и глядя на меня как-то изучающе и по-отечески тепло.

- Меня не любят здесь даже стены, - пожаловалась я, направляясь к колодезю.

И мужчина, оставив лошадь, решил составить мне компанию.

- Даже не подумал бы. Мне наоборот показалось, что вы хорошо вписались в Гнездо дракона. Почти как хозяйка.

У меня от таких слов что-то заледенело в груди. А ведь предателем мог быть именно он. Не хотелось бы верить в это. Мне всегда нравился добрый седой мужчина. К тому же, разве может быть плохим человек, который разводит лошадей? Лир Самгейл был слишком честным, как мне казалось. Ему бы не удалось лицедействовать и шпионить.

Но кто знает? Возможно, я и ошибалась.

- Увы, все в нашем мире не то, чем кажется. К примеру, мне всегда казалось, что вы верны королю и лорду Иону. А вы здесь. Как и лир Трейтен. И не только…

- Да. Вы правы. Но мы здесь по собственной воле, миледи. Вы же… если с вами обходились не как полагает обходиться с леди или… нанесли урон вашей чести… - и без того острые скулы выдались еще больше, а выражение лица лира стало откровенно пугающим. Да. Он слишком высоко ценит честь. – Я не посмотрю, что Стив лорд по крови и последний из самого древнего рода.

- Ничего такого, - вскинув руки ладонями вперед, заверила я. – Со мной обращались куда лучше, чем я даже могла бы ожидать. И… лир Самгейл, вы так уверенно говорите, что Стив наследник Рендерела…

- Да. Я знал его отца и помню самого Серебряного дракона еще совсем мальчишкой. Он всегда умел найти приключения на свою голову. И просто обожал лазать по плющу на стены замка, - я не смогла сдержать улыбку, вспомнив нашу первую встречу с лордом Ренделом. – И когда считал, что он погиб… Для всех Самгейлов это был удар, миледи. Словно я сына потерял в той битве.

В голосе столько застарелой боли, что мне и самой стало не по себе.

- Тогда почему вы не свидетельствовали перед королем? Почему не рассказали, что он жив?

- Сказал, конечно. Даже клялся, - искренне оскорбился Самгейл, чем заставил меня остолбенеть. – Но… дела государственные не для прекрасных женщин, миледи Шарлотта.

Вот… демоново семя. Но то, что венценосный дядюшка знает куда больше, чем пытается показать стало неприятной новостью.

«С королями торгуются только если равны по силе…»

Появление наследника Рендерела принесло слишком много проблем, и король пошел по самому простому и легкому пути, не пытаясь выяснить правду.

Проклятье.

- Не поможете?  - попросила я, оказавшись у колодца и кивнув на ведро с водой.

Именно возле этого колодца я увидела Мэдди после того, как стала пленницей. Впервые испытала горечь предательства, жажду мести и сладость отмщения.

- Конечно, - кивнул лир, помогая мне промыть рану.

- А почему вы не присоединились к отряду? – морщась, спросила. Рана оказалась не сильно глубокой, но очень неприятной.

- Там и без меня достаточно воинов. Более умелых.

- Вероятно. Спасибо вам за помощь. Вы даже не представляете, как я была рада снова разговаривать со знакомым человеком.

- И я, миледи, - и когда, казалось бы, стоило бы уже разойтись каждый по своим делам, понизил голос и зашептал. – Если все не так, как мне пытаются показать, я готов предоставить вам любую помощь, миледи. В том числе, если вы пожелаете вернуться в Ньеркел.

В груди сердце беспокойно екнуло, словно почуяв неладное. Или я стала слишком подозрительной?

- Благодарю вас лир Самгейл. Нет ничего ценнее преданности старого друга, - кивнула я, одарив его улыбкой, и направилась быстрым шагом в поместье.

Спросить бы совета у Тингельды. Но эта ведьма появляется только тогда, когда сама считает нужным.

Я невольно растерла плечи ладонями, бросив взгляд на закрытые ворота.

Ну, хоть не стоит пока бояться осады. Ребекка позаботится о том, чтобы нас пока не нашли. Хоть и это не наверняка, если не выяснить, кто предатель.

Глава 35

Воздух пах медом. Насыщенный сладкий аромат окутывал, словно теплым одеялом, и уносил в детство. Ветер бросал в распахнутое окно белые, как первый снег, лепестки медоноса. И если бы не зной, можно было бы действительно заподозрить раннее начало зимы.

- Вы прекрасны, – с восторженным придыханием оценила собственную работу Терра, откладывая расческу на столик.

- Твоими стараниями, – улыбнулась я ее отражению в зеркале.

- Бриллиант в любой оправе бриллиант, – пожала плечами моя камеристка.

Сегодня она была особенно разговорчивой, но все равно в воздухе витала некоторая недосказанность. Будто она не решалась задать интересующий ее вопрос или сказать нечто важное.

- Терра, ты хотела мне что-то сказать?

Если уж она не решается начать разговор, то почему бы мне этого не сделать?

- Миледи, я хотела… попросить прощения за то… я вела себя не так, как вы того заслуживаете, – осторожно подбирая слова, заговорила служанка. – Желудь сказал, что слышал ваш разговор с лордом Ренделом… вы спасли ему жизнь…

Лив – трепло. А обещал держать язык за зубами. Хоть разговор касался Мэдлин, а не того, что малец подслушал.

- Терра… – начала я, но она не дала мне закончить, зачастив:

- Я прощу прощения, миледи. Вы спасли жизнь не только милорду, но и нам всем. И пусть не все это понимают… Но… я умею быть благодарной, – она переступила с ноги на ногу и разволновалась еще больше. – Мне кажется, что лир Фридриг не так благороден, как хочет показаться. Он… расспрашивал о вас сегодня.

- И что именно спрашивал? – натянувшись, как тетива на арбалете, спросила я.

- Все. Его интересовала каждая мелочь. Что любите из еды. Где предпочитаете прогуливаться. И… Это странно, миледи. Вам лучше не упускать такое из внимания. Гнездо уже не так безопасно, как было всегда.

В этом я была с ней согласна.

- Да, ты права, Терра. Благодарю тебя, – коротко кивнув и сдержанно улыбнувшись, согласилась я. – Я обязательно приму твои слова во внимание. А пока… мне пора.

- Берегите себя, – совсем тихо напутствовала меня Терра, сотворив в воздухе защитный знак. – И пусть альвы берегут вас.

Уже спускаясь в общий зал, я обдумывала ее слова. Значит, лир обо мне спрашивал. Зачем? Как-то мне не верилось в его праздное любопытство. Возможно, именно его планы я сорвала?

По спине прошел холодок. А ведь Фридриг отправился вместе с отрядом прочесывать лес. Чем не прекрасная возможность избавиться от лорда Рендела?

И без того не лучшее настроение – испортилось окончательно. Сердце заколотилось у самого горла. А фантазия в одно мгновение нарисовала и несколько вариантов «несчастного случая», и бездыханное тело Стива. В горле тут же встал ком. Даже дышать стало сложно, а голова пошла кругом.

- Меня ждешь, дорогая? – выдернул меня из раздумий голос Стива.

От облегчения даже ноги подкосились. Жив. Следует уже научиться держать себя в руках. Мои страхи слишком легко выбивают меня из колеи.

- Именно тебя, – надев на лицо самую беззаботную улыбку, развернулась в сторону коридора, по которому ко мне приближался хозяин поместья. Но улыбка не значила, что руки перестали дрожать, а сердце беспокойно колотиться, едва не выпрыгивая из груди. – Не знала, что вы уже вернулись.

- Не рада меня видеть? – одарив обворожительной улыбкой, насмешливо спросил Стив.

- Очень даже наоборот, – честно призналась я, и его глаза в который раз вспыхнули золотом.

Воздух ощутимо нагрелся, или это мне стало жарко от того, как он приближался – медленно, завораживающе плавно. В аромат меда врезался запах специй.

Пол под ногами качнулся, будто содрогнулся.

А меня словно молнией прошило. В последнее время мне слишком часто кажется, что земля под ногами качается. Может, не кажется вовсе?

- Ты это чувствуешь? – спросила я, нахмурившись и оглядываясь по сторонам, едва Стив, оказавшись совсем близко, обнял меня за талию.

- Что именно? – вскинув бровь, спросил он.

- Словно… земля дрожит, – пробормотала я.

Тут уже и Стивен нахмурился, глядя на меня серьезно и внимательно.

- Я думал, что мне это показалось.

- Не показалось, – догадка была словно вспышка. Это мог быть Сшал. Но что бы это значило? Возможно, стоит проверить? – Ты меня извинишь? Мне нужно немного времени… Я чуть позже спущусь…

- О нет, любимая, – одно это слово вспыхнуло внутри огненным цветком и согревая меня, и обжигая. – Я не оставлю тебя, – и уже тише, зарывшись носом в мои волосы, словно не существовало в этом поместье ни опасностей, ни заговоров, добавил: – Не смогу…

- Как вам угодно, лорд Рендел.

Он не спрашивал, что за очередная блажь посетила мою голову. Шагал рядом с самым серьезным видом, пока мы не остановились у того самого портрета.

Леди в синем смотрела на нас серьезно, пронизывающе и с толикой укоризны. Будто мы не оправдали ее ожиданий.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Не желаешь объяснить, причем здесь моя прабабушка? – наконец не выдержал Стив.

Ну вот, кажется, и пришло время раскрыть все тайны Драконьего гнезда. Рассказать правду, которая держала меня в этих стенах.

- Это вход, Стив. И ты… должен меня выслушать, – я коснулась рукой портрета и… ничего. Картина так и осталась на месте. Никакого входа, никакой потайной двери. Просто краска на холсте. Ни капли магии. – Ничего не понимаю.

Неужели – все? Я слишком долго откладывала, и теперь Сшала не стало? Он мертв? Последний дракон… Я выдернула из-под платья медальон и с силой его сжала в ладони, не обращая внимания на боль от врезавшихся в кожу краев.

- Шарли, все в порядке? – спросил Стив.

- Здесь был вход в подземелье, – проговорила я, едва шевеля онемевшими губами.

- Нет. Здесь не было никакого входа. Это я тебе точно говорю.

- Был. Еще недавно…

- Птичка, я вырос в Гнезде. Знаю каждую трещину в кладке. Ничего того, о чем ты говоришь, здесь не было.

- Да был же! – вскрикнула я.

- Глупости. Вот смотри… – Стив хотел толкнуть картину рукой, но… холст расступился, как в прошлый раз, и буквально проглотил его в одно мгновение.

Я даже глазом моргнуть не успела. Так и стояла некоторое время, сжимая медальон в ладони и, наверное, не дыша даже.

Минуточку, стоять здесь – смысла мало. Здесь вход, а выход совершенно в другом месте.

И я, подхватив юбки, рванула туда, где стоило ждать Серебряного дракона – к склепу в заброшенной части сада.

Я неслась по коридорам и ступеням Гнезда, не чувствуя земли под ногами. Внутри все стянулось в ожидании чего-то неотвратимого, словно только что случилось нечто важное.

Там, в подземелье поместья, в этот момент, вполне вероятно, дракон обрел своего всадника. Если я не ошиблась. А если Стив не имеет к легенде о драконах никакого отношения? Да и как он отреагирует на то, что в подвалах его дома спит древний ящер? О боги! Нужно было его предупредить!

Земля в который раз дрогнула. От подземного толчка вздрогнуло пламя на фитилях настенных свечей. Я и сама невольно остановилась, опершись на стену, чтобы не упасть. Это уже ни с чем не перепутаешь и не спишешь на слабость в ногах.

Но именно это дрожание земли заставило меня ускорить шаг, почти перейдя на бег.

Я словно нырнула в ночь – в ее прохладу, свежесть, в пение сверчков, безразличных по всему происходящему в поместье. Вдохнула ее аромат полной грудью, стараясь унять дрожь в теле – и магию, покалывающую кончики пальцев.

Дорога к склепу угадывалась с легкостью. Благо полнолуние не только создавало зловещие силуэты, призванные распугивать любителей ночных прогулок, но и позволяло разглядеть поросшие сорняками дорожки.

Мимолетный шорох в кустах – и сердце ухнуло в пятки. Я замерла, вглядываясь в темные силуэты, но так ничего и не увидела.

- Успокойся, Шарли, – заговорила я сама с собой, постепенно продолжая путь и ускоряя шаг. – Это, вероятно, кошка, а может, ночная птица.

Но успокоиться все равно получалось плохо. Под ногами хрустел гравий, больно врезаясь в подошвы тряпичных туфель, уже порядком поизносившихся за время проживания в Гнезде. Слишком уж насыщенными были эти недели…

Мелькнула тень… или мне снова показалось? Постаралась вспомнить, кто мне встречался по пути. Кажется, в зале были все лиры. Но мало кто обратил бы внимание на пролетевшую мимо распахнутой двери леди Ньер. Или все же были таковые?

Что если лир Фридриг, так настырно расспрашивающий Терру, сейчас идет по моему следу и все, что мне кажется, на самом деле не так безобидно?

Расскажу все Стиву. Он мужчина – пусть меня защищает! Я вообще как приличная леди должна сидеть в своих покоях и предоставить все решения ему. А не носиться ночью по саду.

Мелькнула дурацкая мысль, что все началось в полнолуние в саду и закончится, вероятно, тоже. Но я усилием воли отогнала ее. Ничего не закончится. Все только начинается…

Склеп будто вырос из-под земли на моем пути – черное мрачное строение, призванное скорее устрашать, нежели вызывать скорбь. Замки поблескивали, словно переливались в солнечных лучах, но не было солнца – это была магия. Сильная магия, удерживающая дракона. Или защищающая его сон.

Несколько осторожных шагов. Я снова нашла под платьем медальон.

Шорох и скрип гравия. Обернулась – пустота.

Ладно, у меня, видимо, уже видения от постоянного напряжения.

Кто закрыл эту дверь? Ответ напрашивался сам собой – та женщина в синем платье, что передала мне медальон. Вполне вероятно, что именно он и открывал двери в сокровищницу Сшала. Вот только мой ключ теперь сломан. Красный камень перекочевал на лорда Рендела. И больше войти в сокровищницу я не могу. Но, может быть, смогу снять заклятье, закрывающее ее извне?

Одним движением сняла медальон, зажав его в руке.

В памяти выстроились слова заклятия, открывающего замки. Ладно… не попробую – не узнаю.

Для пущего эффекта прижала медальон к замку – хуже от этого не станет.

Сосредоточилась и принялась творить волшебство.

Магия послушно вплеталась в заклятье, растекалась по венам и срывалась с кончиков пальцев. Словно искрящиеся золотые ленты, она разметалась в стороны, разгрызая давнее колдовство, открывая дорогу дракону.

Земля снова вздрогнула. Я только чудом удержалась на ногах, но не прервала заклинание.

Вспышка на какое-то мгновение ослепила меня, магия выплеснулась резким порывом. Мир закружился, закачался, зазвенел от напряжения.

Шорох уже не казался шорохом. Мне чудился грохот, набатом стучащий сквозь пульс в висках.

Я бы обязательно упала, если бы меня не поддержали. В глазах плыло. Но голос я узнала сразу.

- Миледи, как же так? А главное, зачем? – поинтересовался неожиданный помощник. – Впрочем, это теперь не важно.

В лицо полетела искрящаяся магией пыльца. Золотая пыль? Опять?! Как так?

Но больше я ни о чем думать не могла. Сознание заволокло темной пеленой, наполненной кошмарами, драконами и горечью очередного разочарования.

Глава 36

Мое отражение в зеркале, облаченное в богатый светлый свадебный наряд, множество драгоценностей и Кеннет рядом – казались каким-то ночным кошмаром. В голове билась истеричная мысль – это все просто иллюзия, бред. Этого просто не может быть. Но ни пошевелиться, ни хоть звук выдавить не получалось. Словно я превратилась в статую.

От Золотой пыли мне бы так ужасно не было. Вероятно, меня еще и опоили чем-то. Вот только чем? И как скоро пройдет действие зелья? Что-то мне совсем не нравилось происходящее.

Сознание до этого момента возвращалось неохотно, болезненно стучась в виски, сжимая горло раскаленным кольцом. Оно накатывало, как морские волны, и, едва я пыталась вынырнуть из этой липкой темноты, утаскивало обратно в беспамятство.

Я потерялась во времени, пространстве, собственных иллюзиях и страхах.

Связным был только вопрос – как прошла встреча Стива и Сшала? К чему это привело? Жив ли вообще мой лорд? Жив! Однозначно жив! Он не может меня бросить вот так. Он обязательно за мной придет.

Хотелось крикнуть, разнести все в пух и прах, но даже пальцем по собственной воле пошевелить было сложно. Меня мыли служанки, одевали, теперь вот фиктивный, как мне казалось, жених надевал родовые украшения и перстень на палец. А я была просто куклой – живой, но молчаливой и безвольной.

- Сын, мне кажется, ты совершаешь ужасную глупость, – подала голос леди Ион. Сидя в глубоком кресле и откровенно морщась, она бросала на меня полные неприязни взгляды. – Подбирать подстилки – не в правилах дома Ионов.

Леди Ион от нервозности обстановки посерела, губы, вытянувшиеся в тонкую линию – побелели, но глаза лихорадочно блестели. Ей бы показаться лекарю – как бы удар не хватил. Но мои бесценные советы остались при мне ввиду моего плачевного состояния.

Замечание матери пошатнуло уверенность Кеннета. Он окинул меня внимательным взглядом. Но тут заговорил тот, чьими стараниями я и оказалась здесь – лир Самгейл. А ведь я успела сбросить его со счетов, посчитала непричастным, заподозрив в предательстве Фридрига. Сейчас моя душа требовала возмездия. Не за мое похищение. Демон с ним. За то, что покушался на жизнь того, кого выбрало мое сердце – Стивена Рендела.

- Вы сейчас говорите о леди, – низкий голос Самгейла прокатился по покоям громовым раскатом. – Вы забываете, что она была пленницей. А у пленниц мнения не спрашивают.

У меня спрашивали. Со мной вообще обходились куда лучше, чем когда-либо в жизни. Ни в Ньеркеле, ни Рендереле меня так не оберегали, как в Гнезде дракона. И я поймала себя на мысли, что хочу обратно. Хочу чтобы Стив обнял меня, спрятал от всего мира в глухом лесу. Чтобы больше никто не смел обзывать меня подстилкой. Он единственный, кто не пытался использовать меня как разменную монету или породистую лошадь.

- Я слышала, что ее не сильно тяготило внимание этого самозванца, – фыркнула моя несостоявшаяся свекровь.

Это еще кто самозванец! Кеннеты получили титул совсем незаслуженно. И теперь я в этом убедилась.

От замечания матери перекосило Кеннета. До этого момента он не пытался проявить характер. Вероятно, потому, что проявлять было нечего.

- В любом случае леди Ньер даст нам возможность породниться с королем, – обронил он. – А наши дети будут в очереди на трон. И не так уж и далеко от короны.

О-о! Какие амбиции, оказывается, кроются за трусливым блеяниям лорда Иона. Не будь я опоена зельем, остолбенела бы от его заявлений.

Но… Меня эти заговорщики воспринимали как предмет мебели. Впрочем, я как-то так себя и чувствовала – без посторонней помощи не могла пошевелиться, а уж о том, чтобы высказать свое мнение по поводу всего происходящего, и речи быть не могло.

- Только это меня и примиряет с ее присутствием в этом доме, – скорбно вздохнула леди Ион, поднимаясь с кресла. – Уже все готово к церемонии. Давайте быстрее покончим с этим фарсом. Мне следует посетить вечернюю молитву. Боюсь, я не выдержу шепотков за спиной на пиру.

У меня от ужаса ладони вспотели и даже удалось пошевелить указательным пальцем левой руки. Значит, это все не примерка. Они и свадьбу желают сыграть. И после нашей брачной ночи…

Меня затошнило от самой мысли о том, что придется лечь в одну постель с Кеннетом. Боги, как я вообще могла выбрать этого человека себе в женихи? Чем я думала? И почему не слушала Ребекку?

Но с другой стороны, если бы всего этого не случилось – я бы никогда не встретила Стива. И никогда бы не узнала, что могу сходить с ума от одного аромата, голоса, ребяческой улыбки и золотого блеска в глазах. Что буду замирать в ожидании его прикосновений, задыхаться от поцелуев…

- Не плачь, милая, – заговорил Кеннет. – Вскоре мы избавимся от того, кто тебя так обидел, – хотелось выкрикнуть: единственный, кто меня обидел – ты! ...Но все, что удалось, – сморгнуть слезы. – Как только мы станем мужем и женой, я получу поддержку королевских сил и выжгу лес до последнего куста. Завершу то, что не смог довести до конца мой отец. Его не станет, и тебе больше нечего будет бояться. Тебе, конечно, не нравится, что мы вынуждены были немного успокоить твой пыл. Но это тоже для твоего блага. Лир Самгейл говорил, что твой разум помутился из-за пребывания в Гнезде. Это пройдет. Немного времени, и все наладится. Мы будем кружиться в вальсе в королевском дворце.

Боги, какой дурой я была, когда мечтала об этом. Зачем мне было все это?!

В очередной раз сморгнула слезы уже на ходу.

Меня вели, как безвольное животное на жертвенник. Но нет. Я не дамся просто так. У самой двери из замка я уже могла сжать левую руку в кулак. Слабое покалывание магии разгоняло проклятое онемение болезненными иголками, возвращая чувствительность в тело. Медленно. Но хоть так.

Летний день оказался на удивление погожим. Мне всегда казалось, что когда в жизни происходит нечто ужасное – должен лить дождь, дуть пронизывающий ветер, срывая листву с деревьев. Погода просто обязана негодовать. Но нет – светило солнце, ярко настолько, что даже немного слепило меня. Легкий ветерок играл вуалью. И все дышало радостью и счастьем.

Только мне было не радостно – совсем.

Во дворе замка Рендерел собрались люди. Я не узнавала никого. Похоже, даже в Ньеркеле никто не знал о скором бракосочетании их леди и лорда Иона. Кто-то хлопал в ладоши, женщины посыпали алую дорожку к часовне белоснежными лепестками медоноса. А я молилась всем богам, древним, альвам, да хоть демонам, чтобы быстрее избавиться от этого онемения, снова стать сильной, почувствовать, как магия течет по венам.

Увы. Приближались к часовне мы быстрее, чем уходила моя беспомощность. И мне снова захотелось расплакаться.

- Как только нас обвенчают, я дам тебе еще немного настойки, и ты не будешь так расстраиваться, – шепотом пообещал мне Кеннет.

Удавлю. Как только выйду замуж – овдовею. И ничто меня не остановит, даже лживые клятвы верности у алтаря.

Несколько шагов до входа в часовню. Капля магии в ладони. Казалось, я уже могу попытаться освободиться...

Но в этот момент на двор упала тень. Раздались панические крики, заметались гости. Дунул ветер, поднимая в воздух лепестки медоноса и пыль. И прямо посреди опустевшего двора опустился огромный крылатый ящер.

- Дракон! – закричал кто-то.

- Драко-он!.. – подхватила толпа.

- Стив, – прошептала я одними губами, чувствуя, как в груди разливается облегчение.

И дальше все завертелось, закружилось. Воины опомнились и постепенно, вооружившись длинными пиками и воинственными криками, они бросились на ящера. Точнее, как бросились – осторожно приближались, словно охотились н громадное животное.

Сшал поднимал облака пыли в воздух, рычал и всячески запугивал «охотников», время от времени клацая на них челюстью. Но я смотрела только на мужчину, сидевшего между крыльев ящера.

Стивен что-то говорил, но сквозь весь этот гвалт я не слышала ни слова. От того становилось еще страшнее. Сшал не стоял, покорно ожидая, когда с него снимут чешую. Могу поспорить, что кое-кто из наемников Кеннета уже составил цену шкуре дракона, считая, что она состоит из черненного серебра.

Схватка. Крики. Несколько мгновений заминки. И вот я уже отчетливо ощущаю магию и даже могу пошевелить рукой.

Кеннет попытался сбежать и даже меня утянуть за собой, но я вырвалась из слабого захвата. Вероятно, в его планах было спрятаться за дверью часовни и… возможно выждать какое-то время. Вот только, чего он стремился дождаться?

Боги! Не короля ли? Но тогда… с его величеством прибудет и Ребекка. И я даже не бралась гадать, чем это обернется для меня, Стивена Рендела и Сшала.

Жуткий рев дракона заставил меня вздрогнуть. Кто-то таки достал острым наконечником до тела ящера, скорее оцарапав, чем действительно его ранив. Но это не абы как разозлило древнего.

Дохнуло горячим воздухом, немножко горелыми листьями и восточными специями. И на душе стало теплее. Поймала взгляд Стива. Всего мгновение и вместо хмурого сосредоточенного выражения на лице – такая любимая ребяческая улыбка. Я даже не думала, что так по ней успею соскучиться.

И снова бой.

Сразу два воина наседало на ящера с разных сторон. Одновременно целя под крыло, надеясь, что там кожа будет менее прочной. И предчувствие подсказывало, что они правы.

Нет! Я рванулась вперед и… получилось. Тело отмерло, отозвалось болью, словно пронизанное тысячей иголок, не меньше, не желая повиноваться до конца. Но оно снова было моим. Я управляла им.

Не было времени для заклинаний. Сырая магия вытянулась в живые кнуты.

Удар… и один из воинов отлетел к стене замка, приложившись о холодный камень. Дракон второго смел хвостом, а еще парочку сдул горячим воздухом. Не жег, вероятно опасаясь оставить от замка одно пепелище. Все же наследство Стива, как никак.

Настоящий лорд Рендерела одним прыжком слетел на землю, выхватив меч. Зазвенела сталь. Кто-то начал бросать оружие. Отец говорил, что бой проигран тогда, когда твой солдат бросает меч первым и отворачивается к врагу спиной. За ним пойдут и другие, растеряв боевой дух. Потому, глядя на то, как на землю упали первые пики, а воины разбегались кто куда, я ощутила слабое ликование – предвкушение победы.

Рванулась навстречу моему Дракону…

- Не спеши, дорогая, - вцепившись в мои волосы, зашипел мне в затылок Кеннет. При этом дернул с такой силой, что у меня из глаз невольно брызнули слезы. К горлу прижалась острая холодная сталь. – Если ты не сдашься, я вскрою ей горло.

Казалось бы, в общем шуме никто не мог услышать слова лорда Иона. Но Стивен остановился, опустил меч, глядя на меня.

- Ты всегда был трусом, Кеннет, - заговорил он громко и уверенно. – Ты привык бить в спину, как и твой отец, избавиться от своего лорда и наследника, подстроив гибель на поле боя. Но даже он никогда не прикрывался женщинами. Отпусти леди Ньер.

- Эта ведьма не леди, - выплевывая слова, отозвался Кеннет. – Она опасна. Таких, как она, всегда жгли на кострах. И как только король будет здесь – я передам и ее, и твою голову ему…

Вот уж нет. Дальше слушать этот бред у меня уже не было ни желания, ни сил. Губы сами зашевелились, произнося первое заклинание, что пришло мне на ум. Что удивительно – это было заклинание стазиса. Мгновение и Кеннет застыл, сбившись на полуслове. Вот теперь ты прочувствуешь на себе, что такое быть безвольной куклой: все понимать, слышать, видеть, но не иметь ни малейшей возможности влиять на происходящее.

Едва освободилась - оказалась в крепких объятиях. Стив. На глаза в который раз за день навернулись слезы. Я ткнулась носом в его плечо, вцепившись в рубашку на поясе, и с наслаждением вдохнула такой родной запах. Как мне его не хватало. Как я по нему скучала. Хоть казалось, не видела всего несколько дней.

- Птичка, ты же не думала, что сможешь так легко от меня избавиться? – чуть насмешливо спросил Стив, стянув с моей головы проклятую вуаль и бросив ее просто на землю.

- Думала, что так тебе надоела, что ты будешь рад отправить меня куда подальше, - проговорила я, не скрывая улыбки. – Хоть замуж.

- Признаться, мысль была, - притворно нахмурившись, отметил Стив. – Но без тебя мне было бы невероятно скучно. К тому же… я кажется, влюбился в тебя по уши. И совсем не получается тебя отпустить, Шарли.

Я хотела сказать, что его чувства взаимны. Но не успела.

Над Рендерелом, переливаясь сиреневым светом, захлопнулся купол. От магии, влитой в этот щит, у меня появился металлический привкус на языке.

Проклятье. Неужели, все так быстро?

Бросила взгляд на ворота и обмерла. Во двор Рендерела въезжала королевская стража, воины в доспехах, сам король и… Ребекка.

Я закусила губу, понимая, что главная схватка нам еще предстоит.

Глава 37

В огромном зале замка Рендерел собралось весьма ограниченное количество людей – король и его седой худощавый секретарь с бегающими глазками, Бекка, мать лорда Иона, сам Кеннет, все еще не обретший возможность двигаться, я и Стивен. Похоже, его величество верил в силу моей сестры больше, чем во всю свою армию. Правда, воины из королевской свиты охраняли вход… мелко трясясь от одного вида лежащего во дворе Сшала. Дракон же усердно изображал спящего, когда мы все вместе оставляли его то ли на страже, то ли под стражей. Но нет-нет, а открывал один глаз, пугая жителей Рендерела.

Зная магию драконов, я полагала, что он в случае чего попытается пробиться силой сквозь созданный человеческим магом купол. И, вероятно, вполне преуспел бы. Но – Стив все еще оставался во власти его величества, в надежде уладить все миром. И Сшал терпел эту блажь своего всадника. Хотя я слышала его тихое предложение сжечь все и отправиться на охоту в дикие земли.

- Она должна поплатиться за то, что сделала с моим сыном! – срываясь на такие тональности, что закладывало уши, визжала вдовствующая леди Ион. – Мало того, что она опорочила его имя, спутавшись с этим самозванцем, разбойником! Так теперь она еще и околдовала его. Подозреваю, что и помолвка была заключена совершенно не по его доброй воле. Она приворожила лорда Иона, ваше величество.

Можно подумать. Жаль, ни она, ни король не слышали о реальных планах Кеннета. Оба были бы в восторге.

Сам лорд Ион сказать ничего не мог. И слава альвам, иначе я бы за себя не поручилась.

- Что вы можете сказать в свою защиту, миледи Ньер? – подняв ладонь, чтобы прервать неумолкающую леди Ион, король посмотрел прямо на меня.

Этот взор, в одно мгновение словно вспоров загустевший, как кисель, воздух, пошатнул мою уверенность. Я бросила быстрый взгляд на сверх меры спокойного Стивена и перевела дыхание. Что ж. Время пришло.

- Я должна начать с того, что прошу прощения за необдуманность моих поступков и скоропостижность решений, ваше величество, – довольно громко произнесла я, стараясь смотреть только на короля. Но взгляд все равно метнулся в сторону застывшей за правым плечом монарха Ребекки. Она исхудала с последней нашей встречи, но злости или гнева не показывала. Что уже вселяло надежду. – Я совершила ужаснейшую глупость, приняв  предложение лорда Иона. Понимаю, что леди не оправдывает то, что она поддалась чувствам… но, видят альвы, я жалею, что не прислушалась к словам сестры.

- А ведь я предупреждал тебя, милая племянница, – с отцовской теплотой пожурил меня король. Но я знала: теплоты там с наперсток.

- Да! И это только усугубляет мою вину, – скорбно вздохнув, кивнула я. – Слава альвам, лорд Рендел не позволил мне совершить ужасную ошибку, – подняла я взгляд на Стива.

- Одну минуту, – нахмурился король. – То есть вы пытаетесь сказать, что этот… мужчина на самом деле не похищал племянницу короля? Так я понимаю.

- О! Мне жаль, что я ввела всех в заблуждение, – состроив самое невинное выражение лица, вздохнула я. – Лорд Рендел просто пригласил меня погостить в Гнезде дракона. И, признаться, я даже не думала, что задержусь так надолго. Но я писала Ребекке, что у меня все прекрасно и я наслаждаюсь гостеприимством поместья в лесу.

Король улыбнулся – вокруг глаз образовались мелкие морщины – но даже не взглянул на сестру. Значит, как-то так она и описывала мое исчезновение.

- Шлюха! – не выдержала слишком спокойной обстановки моя несостоявшаяся свекровь. – Слава богам, что Кеннет не связал свою судьбу с тобой!

- Покиньте нас, – махнул рукой на леди Ион король. Так резко и нервозно, что не все заметили, как Бекка произнесла заклинание и дохнуло магией.

Леди Ион, повинуясь воле мага, развернулась и, взяв под руку сына, покинула зал.

- Наконец-то, – вздохнул король. – Право слово, это особый талант – раздражать всех, даже рта не открывая. Ужасная женщина.

Я, пользуясь хорошим настроем короля, сделала шаг к Стиву, и он тут же нашел мою ладонь своей.

- Шарлотта, милая племянница, я даже не знаю, как мне быть – наказать тебя или наградить, – поднявшись, король оставил высокое кресло лорда замка,  медленно приблизился к нам. – С одной стороны, ты действительно совершила ужасную глупость. Твой дед ни мгновения не раздумывал бы и лишил бы вас обоих головы, – в ответ на эти слова на улице раздался недовольный рык. Сшал дал понять, что у него со слухом все куда лучше, чем у королевской стражи. Если короля это и впечатлило, то виду он не подал. – С другой стороны, тебе удалось невозможное – вернуть в Рендерел истинного лорда.

У меня в груди от этих слов что-то дрогнуло, а сердце предательски пропустило удар. И я только сейчас осознала в полной мере, как напряжена была с момента, когда переступила порог этого зала.

- Я рада служить короне, ваше величество, – произнесла я. И лишь случайно заметила, как вздрогнула Ребекка, поморщившись, ровно от сильной боли.

- Это похвально, миледи, – расплылся в счастливой улыбке король. – В таком случае мы можем все решить сейчас. От вас всего и нужно – принести мне клятву верности.

- Но я и так вам присягала, – растерявшись, напомнила я королю.

- Как леди Ньер, как племянница короля. Теперь я хочу получить магическую клятву, как некогда присягнула мне ваша сестра. Я хочу, чтобы вы присягнули как чародейка, хранящая тайны древних. А вы получите мое помилование, возможность выбрать супруга самостоятельно, а также право просить короля о чем угодно, если это не касается государственной безопасности и жизни членов династии. И вы, лорд Рендел, как будущий законный лорд Рендерела, должны принести магическую клятву. Я не могу рисковать, оставляя слишком много собственной воли дракону и его всаднику.

По сути, сейчас король предлагал Стиву возобновить его в правах, получить помощь и поддержку короны. А мне… простить все проступки. Еще и получить право обратиться за помощью к королю.

Я затаив дыхание подняла взгляд на Стива и поймала его сосредоточенный, серьезный и полный решимости взгляд.

Он уже сделал свой выбор.

Эпилог 1

- Мне жаль, что так вышло, – вполголоса частила Ребекка, расправляя складки моего платья. – Меньше всего мне хотелось, чтобы и вы стали марионетками короля.

Я только улыбнулась, выглядывая в окно на собравшихся гостей замка Рендерел.

У меня немного тряслись руки, слегка кружилась голова, но все происходящее не пугало и не доводило до истерики, как в прошлый раз.

- Боюсь, Бекка, от нашего желания мало что зависит. Как любит говорить Тингельда…

- «Все случится как должно», – закончила сестра. – Пожалуй, здесь ты права. И все же я мечтала о другой жизни для вас с Анной.

- Все мы о чем-то мечтали. Но кто сказал, что наши мечты были правильными? К примеру, я так хотела попасть ко двору, что едва не связала себя с Кеннетом. И кто бы подумал, что счастье найду в лесной глуши.

Сестра улыбнулась, явно вспомнив что-то свое. И я тут же нашла взглядом лорда Амору, скалой замершего среди гостей. К нему жались мой племянник и дочь лорда. А я вспоминала тот вечер, когда мы рассуждали вслух о своих мечтах. Казалось, что с тех пор прошла целая вечность.

- Тебе пора. Его величество уже распланировал всю зиму. И, полагаю, вам еще предстоит зимняя охота в Северном пределе. Раз уж вы попали в число приближенных к короне. Насладись днями свободы, пока вам обоим не напомнили об обязательствах и клятвах.

Засуетились Терра и Рада, уже успевшие прибыть на новое место. Обе сияли от счастья и смотрели на меня с нескрываемым восторгом. Но сейчас и они замерли, украдкой вытирая слезу. Надо бы шепнуть Агате, что мои камеристки маются без дела. А то больно уж они мной восторгаются. Но именно от них я узнала, что о том, куда я пропала и кто именно причастен к моему исчезновению, рассказал вездесущий Лив. Как обычно, разыскивающий своего пса в саду Драконьего гнезда. Жаль, что сам Самгейл смог скрыться. Но король между прочим обронил, что подобное обращение с особой короролевской крови не прощается никому. А Лив уже осваивал новый дом, гоняясь за Бураном по Рендерелу. Как бы не учудили чего во время свадьбы.

Семейству Ионов – не простили. Их ждало изгнание. Поскольку того, кто действительно виновен в смерти отца и матери Стивена, уже и самого нет в живых, бесчинствующим лорду и леди Ион уготована только ссылка.

Я улыбнулась, обняла сестру и перевела дыхание, словно перед прыжком в воду.

Дверь распахнулась.

Наверное, мне следовало бы испугаться, но встретившись взглядом с моим будущим мужем, я только улыбнулась и сделала шаг ему навстречу.

Перечеркнутые вертикальным зрачком золотые глаза, так пугавшие жителей Рендерела, сводили меня с ума.

Я приблизилась к будущему мужу, вкладывая руку в его ладонь.

- Ты невероятно прекрасна, – прошептал он. – Даже не верится, что ты станешь моей женой уже сегодня.

- У тебя еще есть возможность отказаться, – фыркнула я так же тихо.

- Увы. Король велел жениться, – покачав головой, вздохнул Стив, но, поймав мой гневный взгляд, добавил: – Однако если бы он закрыл тебя в высокой башне, лишь бы ты мне не досталась... Клянусь предками, я разобрал бы ее по камешку, украл бы тебя и унес в дикие земли.

- Врешь! – хмыкнула я.

- Чистая правда, миледи Рендел. Драконы своим сокровищем не разбрасываются.

Похоже. Выходя из замка, шагая с ним под руку к часовне и купаясь во внимании окружающих, я чувствовала себя невероятно счастливой.

Как, оказывается, прекрасно любить и быть любимой. Сиять, отражаясь в его восторженных глазах. Замирать, вдыхая его аромат.

И улыбаться, понимая, что ты – чье-то сокровище.

Эпилог 2

Женщина в синем платье, словно сошедшая с портрета прародительницы рода Рендел, спускалась по ступеням в подвал Гнезда.

Сшал и его всадник отбыли в Рендерел. Скорее всего, дракон вернется не скоро. А когда вернется, ее уже и след простынет. Да и не найти ящеру ее.

Куча золота, на котором долгое время спал последний дракон, переливалась в свете настенных факелов. Призывно подмигивала, как продажная женщина в грязном переулке.

Или это лишь так казалось?

Она не питала любви к золоту, драгоценностям, статусу. Она не нуждалась в таких мелочах когда-то.

Все, что ее интересовало – магия, сила, могущество. В мире всего этого осталось ничтожно мало.

Хотя надежда была.

Если проснулся дракон, то не все пропало.

Она разворошила золотые монеты и драгоценности, словно рылась в куче с зерном. Вот только зерно не звенит так жалобно, ударяясь о камень.

Вот оно! То, за чем она пришла.

Пальцы сомкнулись на кожаном переплете. И губы женщины растянулись в довольной улыбке.

Да! Получилось.

- Это не лучшая идея, Грунельда, – раздался голос сестры за спиной.

- Нет уж. Эта идея – одна из лучших за последние полвека, – улыбнулась древняя, сбрасывая с себя иллюзию, как змея отмирающую кожу. – Мы слабнем. И если ничего не предпринять, то вскоре совсем исчезнем, Тингельда.

- Кажется, это мы уже обсудили…

- Но каждая осталась при своем мнении, как помнится.

- Это ты привела девочку к Сшалу, – Гельда не спрашивала, а утверждала. – Хочешь перевернуть мир? Снова вернуть древние времена. А ты ведь помнишь, чем все закончилось в прошлый раз.

- Вот именно. Я все помню, дорогая сестра. И в этот раз не допущу подобных ошибок.

Тингельда, вероятно, хотела сказать еще что-то. Но Грунельда выслушивать ее не собиралась.

У нее был свой план. И следовало действовать, а не трепать языком.

Щелчок. И Грунельда растворилась в воздухе, прихватив с собой книгу.

Тингельда перевела дыхание, прикрыв глаза и заглядывая в будущее.

- Что ж. Раз ты так хочешь вмешиваться в судьбу, сестра... Я тоже не буду стоять в стороне.

Конец.

Content

Гуйда Елена
Бесприданницы. Шарлотта

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 26

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Эпилог 1

Эпилог 2