Михаил Ахметов

Разрушители звезд

© Михаил Ахметов, 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

***

Михаил Ахметов

Родился на севере СССР в г. Магадане. Закончил Новосибирский технический университет. Руководил совместным с КНР предприятием по производству сложной электроники. В течение пятнадцати лет объездил весь Китай и около тридцати стран мира. В свободное время увлекается литературой, особенно научной фантастикой.

Пролог

Великая Война началась двадцать два года назад. Две цивилизации Земли и Васуды, которые долго и ожесточенно сражались за доминирование в космосе, были вынуждены заключить мир и даже основать союз, ставший новым Альянсом. Теперь им пришлось вместе друг с другом противостоять неожиданной и страшной угрозе, вдруг появившейся из темных глубин пространства, угрозе, которой, казалось, никто и ничто не могло противостоять. Но враг, получивший имя древнего бога, разрушавшего миры, все же был повержен. Повержен в минуту, казалось, своего наивысшего триумфа, когда союзники, отступая, теряли свои последние звездные системы, а жертвы их исчислялись миллиардами. Но герои, сокрушившие главного демона Шивы, не смогли вернуться домой. А вскоре и само существование Альянса оказалось под угрозой.

Часть первая

ТЕНИ ПРОШЛОГО

Half a league, half a league,

Half a league onward,

All in the valley of

Death Rode the six hundred.

Глава 1

13:12 галактического времени,

место: звездный линкор «Россия»

Они сидели вчетвером в уютном кафе на третьей палубе звездного линкора «Россия». Все немного нервничали. Пилот Наталья Синарин, светловолосая девушка двадцати двух лет, только неделю назад получившая погоны младшего офицера, пыталась сосредоточиться на разговоре, покусывая изящную верхнюю губку. Сосредоточиться было трудновато, поскольку ее непосредственный командир Илья Нестеров, сидевший напротив, в этот раз был особенно косноязычен. Он тоже волновался и, водя пальцем по скатерти из натурального шелка, пытался еще раз объяснить суть маневра расхождения четырех истребителей Альянса, охраняющих конвой транспортных судов, для удобного перехвата атакующих его файтеров Нео-Терры. Безусловно, то была важная тема, поскольку всего через пару галактических часов их обученное, но необстрелянное звено должно было сменить истребителей Васуды на проводке конвоя до узла межзвездного перехода Вега – Денеб.

Из всех четверых только Илья и его заместитель Алекс Маршан, молодой человек двадцати трех лет, беззаботно развалившийся сейчас на небольшом диванчике, имели по нескольку настоящих боевых вылетов, но и то всего лишь как ведомые. Планировать и осуществлять операцию самостоятельно им еще не доводилось. От четвертого и последнего собеседника по имени Стефан Томальски толку было немного. Он был прикомандирован к Нестерову совсем недавно, чтобы занять место Мирены И-цзон, пострадавшей в одном из тренировочных полетов. Несмотря на свои двадцать три года и внушающие уважение вид и комплекцию, Стефан был совершенно неопытным пилотом, слетаться с группой Ильи еще не успел и в предстоящем вылете мог оказаться опаснее вражеских кораблей.

Все это, вместе взятое, и беспокоило свежеиспеченного командира, хотя, по правде говоря, сопровождение конвоя Васуды в этом секторе было делом совершенно рутинным. Тем более если учитывать, что транспорты имели и собственное охранение из «Сераписов», современных истребителей союзников, которыми управляли опытные пилоты.

– Главное для тебя, Нат, и тебя, Степан… то есть извини, Стефан, это просто держаться за своим ведущим, – внушал своим подчиненным Нестеров, – все любые другие маневры только по моему приказу или по команде Маршана. Запаникуете – попадете сразу под ракету или под очередь из автоматических пушек.

Он тут же вспомнил свой первый боевой вылет, в котором он получил и то и другое и в большом количестве. Хотя Илья и не паниковал, а наоборот – пытался в одиночку уничтожить целое звено противника. Но об этом его подчиненным сейчас было знать необязательно.

– Итак, еще раз повторяю, при атаке конвоя никуда не дергаетесь, идете за мной и Алом, либо, – он поднял указательный палец, – по моей команде остаетесь при транспортах и отсекаете огнем прорвавшиеся к ним файтеры мятежников. Смотрите, не залепите в горячке по своим же охраняемым судам. Зенитные турели на транспортах стоят мощные, а Васуда хоть и союзники, но могут и ответить. Эй, Натали, а ты о чем задумалась?

– Я? – Наталья слегка растерянно посмотрела на него. – О своих… – она запнулась, – своих родителях. Я им не еще написала, а вылет уже совсем скоро.

– Хорошо, что хоть не обо мне, – укоризненно сказал молодой человек. – Пилот второго класса Наталья Синарин, – официальным голосом продолжил он и постучал донышком пустого бокала по столу, – сейчас думать надо не о ближайших родственниках, а том, как успешно выполнить возложенное на нас задание, чтобы потом после его выполнения иметь возможность им написать. Понятно? Кстати, да, – он почесал бровь, – напиши обязательно, у нас перед вылетом еще будет немного свободного времени.

Серые глаза Натальи вдруг подозрительно заблестели.

– Они так сильно обо мне беспокоятся… – девушка посмотрела в лицо Ильи и осеклась. – Я поняла, командир. Конечно, я думаю о задании. Я обещаю, я сделаю все, чтобы его выполнить.

Командир слегка покраснел и прокашлялся:

– Ты, это… Ты справишься. Ты молодец. Мы в тебе уверены. Сте… Стефан, заказывай по последней, у меня что-то в горле совсем пересохло. Давайте уже заканчивать, а то я тоже скоро маму вспомню.

Он ненадолго задумался над тем, какие еще ценные указания дать неопытной молодежи, но обнаружил, что уже полностью исчерпался. Чтобы не терять лица, Нестеров быстро перевел разговор на другую тему.

– Кстати, какие последние новости в нашем Третьем флоте? – нарочито заинтересованно спросил он, поворачиваясь к Марша-ну. – Ал, ты же был сегодня в главном информационном зале. Что там новенького?

Его заместитель, беззаботно тянувший свой напиток через соломинку, поперхнулся от неожиданности, но почти сразу взял себя в руки. Быстро приняв серьезный вид, он одернул на себе новенькую, с иголочки щегольскую форму и щелкнул пальцами по рукаву, стряхивая невидимые пылинки. В высоких бокалах зашипела новая порция заказанного Стефаном безалкогольного фраппа.

– Ну, особо такого сверхъестественного я там не видел ничего, – Маршан задумчиво сдвинул свои аккуратные брови. – После известного всем последнего сражения, где нам так и не довелось принять участия, – на этих словах он сделал грустное лицо, – мятежники по-прежнему удерживают три звездные системы: Ригель, Полярную и Сириус. Флагманский корабль «Айсини» предводителя Нео-Терры адмирала Акена Боша недавно засекли около Денеба. По-видимому, они стягивают туда силы для прорыва в нашу систему Веги через межзвездный портал. А поскольку ближе всего к этому месту наш славный Третий флот, то, похоже, мы и получим первыми на орехи. Васуда, верная союзническому долгу, отправила к нам свой дредноут «Псамтик». Это что-то вроде нашей родной «России», только немного покороче в длину, но зато потолще в ширину. Ребята идут откуда-то от черта на куличках, и поэтому когда они доберутся до нас, то наверняка разрядят свои реакторы почти до нуля. Потребуется отконвоировать к ним не один танкер с энергоблоками, чтобы от «Псамтика» был хоть какой-то толк против линейных кораблей Нео-Терры. Само за себя это корыто, конечно, постоит, они несут больше сотни легких кораблей, это побольше, чем земной линкор.

– Зато наши истребители покруче будут их «Сераписов» по вооружению и по мощности, – запальчиво встрял в разговор Стефан, до этого ковырявший в зубах квантовой зубочисткой. Алекс посмотрел на него со снисходительным видом. Птенец желторотый, причем только что вывалившийся из родительского гнезда. Хоть и на вид здоровенный громила с усами и бородой.

– Дорогой Стефан, личные качества пилота в наш космический век все еще значат гораздо больше, чем огневая мощь и скорость его корабля. Васуда – это хоть и гуманоиды, но гуманоиды с абсолютно сорванной крышей. У них на файтерах летают одни аристократы, а они, поверь мне, тренируются с самого детства и никогда не покидают поле боя. Даже когда проигрывают. Когда мы сражались против них еще до начала Великой Войны, то моего папашу этот факт жутко выводил из себя. Его уже после десяти минут боя безбожно укачивало, и он норовил поскорее вернуться на свою базу. А вместо этого ему приходилось гоняться за васудианскими истребителями целую пропасть времени, поскольку они упорно не желали ему сдаваться.

Стефан уронил зубочистку под стол и озадаченно посмотрел на своего товарища.

– А вам, пилот Томальски, – продолжил Маршан, – еще учиться и учиться грамотно обращаться с вверенной вам огневой мощью истребителя «Мирмидон» и помнить, что при стрельбе из автоматических пушек длинными очередями, что, кстати, быстро истощает энергоресурсы вашего корабля, надо стараться попадать не только по своему ведущему, но и по врагу тоже.

Стефан насупился и демонстративно уставился в потолок:

– Я же извинился за тот случай. Я увлекся. И вообще это была тренировка.

– Да и даже в какой-то степени жаль… Я бы, пожалуй, уже получил повышение на место Ильи, случись это в настоящем бою, – слегка задумчиво произнес Алекс. – Ну, командир, не принимай мои слова всерьез, это была всего лишь невинная шутка. Мы высоко ценим твои лидерские качества. Ну-с, так я продолжу? – он на секунду задумался, возвращаясь к нити своего повествования. – Так вот, пока «Псамтик» не перезарядит свои главные лучевые батареи, он сможет защищаться только истребителями, которые несет на борту.

– А как же тогда торпедоносцы дредноута? – подала голос Наталья. – Их же должно быть на нем несколько десятков. Ими можно отбиться от любого вражеского корабля.

– Что это за новый способ обороны для дредноута? – на вид сурово, но на самом деле еле сдерживая смех, вопросил Маршан. – Хотя ладно, – продолжил он, – хорошо, пилот, что вы еще помните немногие факты из своего базового курса обучения. Но если быть более точным, то «Псамтик» имеет в наличии ровно сорок восемь ангаров под тяжелые и средние торпедоносцы. Конечно, это сила. Проблема в том, что их просто сожгут при атаке без прикрытия. А супермегамощные лучевые орудия «Псамтика», как мы теперь знаем, молчат по причине разряженных батарей. Что же мы будем делать в этом случае, пилот? Флот адмирала Боша уже прорвался через портал и разворачивается в боевые порядки в системе Веги!

– Ничего уже не сделаешь, – мрачно сказал Стефан, включаясь в игру. – Хотя, может, «Псамтик» не один будет. Может, он будет с крейсерами.

– Вряд ли, – заметил Илья, – у крейсеров запас хода не тот. Они еще, наверное, на полпути сюда. Да и вообще, крейсера у Васуды еще те. За всю Великую Войну они их толком делать так и не научились. Да и сейчас у них только корабли класса «Менту» хоть на что-то годятся. Но все равно, до наших «Левиафанов» им далеко. Да что там говорить, им далеко даже до обычных легких «Фенрисов».

Стефан пошевелил губами, с сомнением посмотрев на командира, но спорить не стал. Хотя Илья действительно увлекся, теперь Васуда строила не такие уж плохие крейсера. Но командир согласно уставу должен быть всегда прав.

– Итак, на чем мы остановились? – снова подал голос Алекс, постучав костяшками пальцев по столу. Но, не дождавшись ни от кого ответа, продолжил со слегка раздосадованным видом:

– А остановились мы на том, что, следуя указаниям нашего гениального командования в лице адмирала Гранина, да славится в веках его имя, – он с благоговением поднял вверх молитвенный взор, – танкеры Васуды уже в течение целых галактических суток, как заведенные, таскают к точке выхода «Псамтика» энергоблоки для дозаправки самого дредноута и кораблей его поддержки. Ну, а мы, соответственно, как ближнее прикрытие, их туда-сюда сопровождаем. Причем до сегодняшнего дня мятежники ни разу не предпринимали попытки атаки конвоев. Что, естественно, для них затруднительно, – Маршан состроил кровожадную гримасу, – поскольку мы контролируем все узлы межзвездных переходов в этой звездной системе. Конечно, они могут просочиться в блуждающие кротовые норы, но это весьма маловероятно. Поэтому наш боевой вылет, скорее всего, будет унылым барражированием взад и вперед над парой-другой фрахтовиков. Так что главная новость сегодня – это отсутствие волнующих новостей, – пессимистично закончил он.

– Ты еще скажи, что это тренировочный полет, – ревниво нахмурился Нестеров. Ему, недавно произведенному офицеру, командиру звена, даже в какой-то степени стало обидно, – боевой вылет – это боевой вылет. А у нашего звена он первый. Так что смотреть в оба!

– Есть, командир, – хором ответили подчиненные и, выкатив глаза, преданно посмотрели на своего начальника.

Илья смягчился:

– Ну что, будем закругляться? У всех час времени. Боезапас и энергоблоки в истребители уже загрузили. Маршрут в бортовые транспьютеры пропишут, как обычно, за двадцать минут до вылета. Поэтому всем быть в ангарах к этому времени. Потом тестирование всех систем, и дальше спим в кабинах до команды на взлет.

– Командир, так может, в сехенет отыграем пока партию? – спросил Алекс, поднимаясь с места и аккуратно оглаживая свой китель. – Возьму, если получится, реванш за вчерашнее, – он внезапно сделал круглые глаза ойкнувшей от этого Наталье, – а то вдруг уже не доведется!

– Я не против, – сказал Илья, – вот только схожу к стойке, оплачу нашу трезвую попойку. И э-э, не пугай коллегу, все будет нормально.

Но следующие несколько секунд показали его «коллегам», что из их командира не выйдет чересчур хороший предсказатель. Нестеров еще успел, подойдя к стойке, приветливо помахать стоявшей за ней знакомой девушке, как вдруг пол под ним перекосило, и сильный толчок снизу едва не сбил его с ног. Огромную «Россию» ощутимо тряхнуло. Илья удержался, только вцепившись обеими руками в барную стойку. Он увидел испуганные глаза девушки и ее пальцы, заскользившие по поверхности стола. Но все это продолжалось всего лишь какие-то мгновения. По огромному линейному кораблю как будто прошла короткая судорога и так же внезапно прекратилась. На секунду пропало освещение, но тут же снова зажглось.

Ошарашенный пилот обернулся, отыскивая своих друзей. Он увидел людей в зале, замерших в неестественных позах. Кто-то сидел на полу, кто-то медленно поднимался, отряхиваясь от пролитых напитков и разлетевшейся еды. Слышались недоуменные восклицания и довольно громкие ругательства. Красивая панорама туманности Конская Голова, висевшая под потолком в зале, теперь скособочилась чуть ли не до самого пола прямо возле их столика. Рыжая голова Алекса торчала из нее где-то ближе к гриве, но судя по всему, его друзья были в относительном порядке.

И как бы окончательно приводя людей в чувство, заныли сирены общей тревоги, а затем на весь зал раздалась команда с центрального поста:

– Всему экипажу корабля, занять места по боевому расписанию. Пилотам, готовность к немедленному вылету. Повторяю, к немедленному вылету!

* * *

Нестеров немного поерзал, стараясь поудобнее устроиться в своем пилотском ложементе. До вылета оставалось около десяти минут. Заканчивалось последнее тестирование систем его фай-тера. На приборной панели один за другим засветились значки готовности энергозащиты и вооружения. Пилот включил интерком связи со своим звеном:

– Ну что, все вовремя добежали? Алекс, ты успел почистить свое обмундирование, ты же вроде здорово облился фраппом?

– В порядке, шеф. Я успел его даже сменить. Согласно древнему обычаю. Но хорошо, что все это было по дороге. Было бы гораздо печальнее, если бы наши с тобой апартаменты находились на другом конце «России».

– Зато ты бы прекрасно приклеился к своему пилотскому креслу даже без привязных ремней, – пошутил его командир, – а что ты имел в виду под древним обычаем?

– А ты разве не знал, командир? Это старая, еще земная традиция. Перед сражением воины переодевались в чистое белье. И даже мылись в бане.

– Где мылись?

– В бане. Какая-то термическая обработка тела, связанная с сильным нагреванием и увлажнением. Подробностей, если честно, не знаю. Очень давние времена, мало дошло информации. Учитывая еще, что связь с Солнечной системой оборвалась двадцать два года назад.

– Не шути такими вещами Маршан, – посерьезнел Илья. – Земля – это святое. Наталья, Стефан, у вас все в порядке? Готовы? Нат, докладывай.

– Да, система только что прошла финишное тестирование. Жду разрешения на взлет, – ответила девушка.

– Отлично, я думаю, за этим дело не задержится. А ты, Стефан? Почему не отвечаешь?

– У меня проблемы, командир, – после паузы ответил тот, – непонятная неисправность в реакторном блоке. Он вышел на стартовый режим, но только на восемьдесят пять процентов. Я не помню, допустимо это или нет.

– Черт. – выругался Илья, – этого еще нам не хватало.

Настроение у него начало портиться. Вылететь на неисправном файтере было бы безрассудством. Но в поднявшейся суматохе, когда на взлет отправляют все имеющиеся корабли, то на командном пункте могут и не обратить внимания на то, что на одном истребителе неявные неполадки с силовой установкой. А вот что случится с пилотом в бою, если защитному полю или двигателю его истребителя не хватит этих пятнадцати процентов, представить нетрудно.

– Слушай, Стефан, – наконец решил он, – придется лететь на том, что есть. Если система решит, что ты годен к вылету, ничего сделать будет нельзя. Просто будь осторожнее, держись за мной и не высовывайся. Тем более и вправду, может, все обойдется «унылым барражированием над фрахтовиками», как тут недавно понадеялся один облитый фраппом молодой человек.

– Понял, командир, – голос Томальски был полон самых мрачных предчувствий, – в таком случае я тоже готов к вылету.

– Я не надеялся, – запротестовал Алекс, – я это предчувствовал, но теперь, кажется, все будет по-другому. Так что, Томальски, не расслабляйся.

Прошло еще несколько томительных минут ожидания, в течение которых мысли Нестерова прыгали самым хаотичным образом. Пилот то вспоминал свой последний боевой вылет, где он наконец не заслужил ни одного замечания от своего ведущего, старшего по званию пилота прима-класса Николая Темного, то вдруг потихоньку улыбался и представлял себе, как с видом бывалого космического волка он будет докладывать командиру своей пятьдесят третьей эскадрильи аристократичному Юрковскому об успешном окончании опасного боевого вылета. Хотя, с другой стороны, прав окажется, скорее всего, Алекс со своим первым предсказанием. Наверняка все действительно ограничится унылым трехчасовым конвоированием нескольких транспортных посудин союзников от точки их появления из подпространства до места назначения, прописанного в бортовых транспьютерах истребителей его звена.

– Кстати, – вдруг подал голос неуемный Маршан, – кто-нибудь имеет представление о том, что случилось с «Россией» полчаса назад? Нас что, торпедировали враги? Такое ощущение, будто по нам «Циклопом» шандарахнули. На какие злые силы я могу возложить ответственность за мое попорченное обмундирование и потраченные нервы?

– Ну уж «Циклопом», – усомнился Илья. Он вспомнил, как долго наводится эта огромная неуклюжая торпеда, насколько близко надо подойти к цели и как быстро надо потом удирать, – кто бы его подпустил с к линкору с таким бегемотом под брюхом, через два кольца охраны? Лично мне кажется, что бабахнул какой-нибудь глобальный генератор. Вечно они работают с перегрузкой, мне парни из техников рассказывали.

– А зачем было тогда пугать народ боевой тревогой? Мало того что я запыхался, так ведь еще и переодевался на бегу. А рядом были девушки из соседней эскадрильи. Что они могли обо мне подумать?

Младшие пилоты мстительно захихикали, представив полуобнаженного заместителя их командира среди толпы молодых женщин в форме пилотов Альянса.

– Они могли подумать, что ты вспомнил еще один земной обычай. Попробовать зачать с кем-нибудь из них новую жизнь перед долгим походом, – сказал слегка повеселевший Стефан.

Нестеров нахмурился. И какая пошла молодежь! Никакого уважения к памяти Земли. Лучше брали бы пример с союзников. Для тех выжженная «Люцифером» материнская планета Васуда Прайм стала местом паломничества и поклонения памяти миллиардов погибших соотечественников. Но у них есть хоть какая-то определенность. А что случилось с Землей, не знает никто. Успела ли горстка «Медведиц», тяжелых неуклюжих торпедоносцев Альянса, настигнуть врага в подпространстве, где джаггернаут Шивы был хоть в какой-то степени уязвим? И от гибели ли «Люцифера» сколлапсировал подпространственный туннель или от чего-то другого? Прошло уже двадцать два года с того времени, как был разрушен межзвездный мост до Земли, а люди с тех пор могут видеть Солнце только в телескопы, слабенькой желтой звездочкой шестой величины.

Илья машинально прикоснулся рукой к браслету из красного лаурита, единственному предмету, оставшемуся ему от его отца, Петра Нестерова, пилота прима-класса, командира звена тяжелых торпедоносцев, возглавившего тогда ту отчаянную атаку, самую безумнейшую из всех атак. Даже если он остался жив и, поразив «Люцифер», смог достичь Земли перед разрушением эфирного моста, то сейчас его с Ильей разделяют непреодолимой преградой световые годы. Но порой кажется, что мама до сих пор не может в это поверить. Она и через двадцать два года продолжает свою работу, пытаясь обосновать возможность искусственного создания межзвездных порталов. Вместе с несколькими своими сторонниками стремится доказать, что существующая горстка эфирных мостов имеет не естественное, а искусственное происхождение и является творением рук Древних, соединивших в свое время звездными мостами всю Галактику. А то, чем пользуются сегодня люди, это почти исчезнувшее от времени их наследие. В последний раз она прислала Илье весточку четыре месяца назад, когда он был еще стажером. Он не удивился, а только тяжело вздохнул, узнав, что мама в составе научной экспедиции опять раскапывает артефакты Древних в какой-то удаленной звездной системе. Она, конечно, прекрасный ученый, но даже ее талант вряд ли поможет в ближайшем будущем преодолеть пропасть между земными технологиями и искусством исчезнувшей восемь тысяч лет назад цивилизации. Маму вдохновляет лишь не ушедшая никуда за это время любовь к отцу и невероятная, почти непостижимая удача, случившаяся во время Великой Войны. Когда земным ученым вместе со своими новыми союзниками удалось раскрыть одну-единственную тайну ушедшей цивилизации Древних и благодаря этому победить нечеловеческую расу, олицетворением которой стал древний земной бог Шива. Божество, разрушающее миры.

Резкий сигнал готовности заставил Нестерова очнуться от своих мыслей. Он посмотрел вперед, где в сотне метров от его машины начали плавно расходиться огромные серые бронестворки, или «Райские Врата» на местном наречии пилотов. Через несколько секунд кабину залило рассеянным светом огромной туманности. Пандус с прилегшими на нем истребителями плавно двинулся вперед.

– Все, ребята. Поехали, – встрепенулся Илья.

На панели загорелся изумрудный значок отрыва от палубы, показывая, что отошли магнитные дифлоки. Заработали турбины, и угловатый «Мирмидон», рабочая лошадка человеческого флота, легко выскользнул из чрева своей грозной матери, звездного линкора. Созданный в содружестве с конструкторами Васуды, этот быстрый и маневренный истребитель, оснащенный мощным вооружением, в руках профессионала становился смертельно опасным оружием, а его надежная энергоброня давала шанс выжить и неопытному пилоту. Такому, как Нестеров, и сотням таким же, как он, совсем недавно произведенным в офицеры и очень этим гордившимся молодым людям.

Едва покинув линкор, Илья со своим звеном оказался в настоящей круговерти космических кораблей, подобно пчелам, роившимся возле своего улья. Под ним уже заходила на посадку восьмерка тяжелых торпедоносцев, возвращающихся с задания, а немного впереди четыре транспортника класса «Посейдон» деловито тащили огромные, размером с себя, контейнеры с грузами. На левом траверзе, километрах в трех, рисовался хищный силуэт новейшего крейсера типа «Аэолус», окруженного почетным эскортом из нескольких легких кораблей. Не иначе, из центра прилетела с инспекцией какая-то шишка.

Но все это терялось и казалось незаметным на фоне огромной «России», более чем двух километров брони и огневой мощи, флагмана Третьего флота, гордости Третьего флота, звездного линкора последнего поколения.

– Звену «Альфа». Группа пятьдесят три. Внимание, – ожил отерком в образе симпатичной девушки, – следуйте к точке перехода. Координаты восемнадцать, пятьдесят шесть, эшелон два. Желаю удачи.

Илья посмотрел на радар своего «Мирмидона». В глазах у него зарябило от десятков значков снующих вокруг кораблей, указаний курсов, пеленгов и скоростей. Он с трудом разобрал среди этого хаоса свою навигационную точку, переключил на нее автопилот и стал озабоченно осматриваться, выискивая своих ведомых. Он нашел их чуть ниже и позади своего файтера. Ребята шли за ним ровно, выстроившись походным ордером.

Пилот облегченно вздохнул и крепче сжал свой штурвал. «Мирмидоны» быстро приближались к точке перехода. Уже можно было начинать командовать своей группой, получившей на сегодня свои позывные «Альфа». И теперь он, Илья, и есть для своего звена альфа и омега, начало и конец, но только до тех пор, пока его истребитель не разнесет на куски удачным вражеским попаданием. Сердце пилота вдруг быстро забилось, и он ощутил внутри щемящий холодок. Пора!

– Внимание, я «Альфа один». «Альфа два», «три» и «четыре», приготовиться к прыжку!

Тонко завыл гиперпривод. Космос вокруг засветился нереальным серебристым светом. И все исчезло. Наступила тьма.

– Мама, а папин истребитель самый быстрый на свете?

– Да, сынок, но сейчас он улетел очень далеко. Очень-очень. И вернется еще не скоро.

– И он быстрее «Дракона» и «Хоруса»?

Она задумалась, нахмурив изогнутые брови:

– Погоди, Илюш, о «Хорусе» я слышала. Это истребитель наших союзников, ведь так? А «Дракон» – это что?

– Ну как же, ма. Это был самый быстрый корабль Шивы. Мне Сережка говорил. Он мне завидует. И он говорил, что «Дракон» мог бы обогнать папин истребитель. А я ему сказал, что папа и не стал бы с ним наперегонки гоняться. А просто сбил бы его сразу, да и все.

Она крепко обняла сына и прижалась щекой к взъерошенной голове.

– Конечно, сбил бы. А потом бы вернулся домой. Он всегда возвращался.

Сын нахмурился:

– Скорее бы он прилетел из дальней разведки. Мне так хочется его увидеть.

Шел пятый год после разгрома флотов Шивы и потери связи между земными колониями и Солнечной системой. Корабли нового Альянса на окраинах своих звездных миров уже давно сожгли последние разрозненные остатки шиванских эскадр. Сразу после исчезновения «Люцифера» враги будто потеряли единый центр управления сотнями своих кораблей. И уже шесть лет Анастасия Нестерова пыталась найти путь к созданию искусственных межзвездных порталов. Она не теряла надежды когда-нибудь увидеть мужа. И у нее подрастал сын.

Илья встряхнул головой. После гиперпрыжка сознание быстро возвращалась к нему. В принципе, никаких особо неприятных ощущений сам прыжок не доставлял. Скорее это было похоже на быстрое пробуждение ото сна, когда перед глазами еще проплывают яркие образы. Сны могли быть разные. Но Илье часто снилось детство.

Он бросил взгляд на свой виртуальный экран. Три знакомых лица, заботливо окрашенные бортовым транспьютером в нежные зеленые тона, бессмысленно таращились на него. Союзников искусственный помощник разрисовывал желтым, а о врагах сообщал предупреждающим красным цветом. Судя по всему, пилоты звена «Альфа» также приходили в чувство после выхода из подпространства.

«Так, – сказал себе Нестеров, – на позицию мы вышли. А где же охраняемый нами конвой?»

Он внимательно осмотрелся. Но на бескрайние астрометры вокруг космос был девственно пуст. Исключение составлял уныло подмигивающий издалека небольшой навигационный бакен, видимо, поставленный здесь в незапамятные времена. Ни планет, ни астероидов, ни спутников, ни кораблей. Больше ни одного материального объекта в зоне досягаемости локатора. Илья забеспокоился.

Может, что-нибудь случилось с голографической системой проекции, которая была установлена на его машине? Опытные пилоты говорили, что иногда после близкого разрыва ракеты или плазменного разряда она выходит из строя и больше не передает на стекла кокпита визуальной информации со сканеров корабля. Мол, космос в эти секунды теряет девяносто девять процентов своей привлекательности.

Он посмотрел на экран радара. Нет, ни зрение, ни система проекции его не обманывали. На радаре не было ничего кроме его звена «Мирмидонов», идущих за его машиной правым клином.

Он включил интерком и осторожно прокашлялся.

– Звену «Альфа», – Илья старался соответствовать роли опытного командира, – в районе выхода конвоя транспортов не обнаружено, – он замялся, – ну и… и что делать будем? – вдруг неожиданно для себя закончил он.

«Альфа два», он же Алекс, незамедлительно пришел на помощь.

– А ты координаты точки выхода проверил, может, мы вовсе не там, где нам надо? – предположил он.

– За кого ты меня принимаешь, – почти с обидой сказал Нестеров, торопливо тем временем сверяя данные на транспьютере, – все верно, вон и бакен недалеко. А вот где конвой? Нам же ясно сообщили перед вылетом, встретить четыре транспорта класса «Сатис», довести их до точки рандеву с «Псамтиком» и вернуться домой.

– Может, свяжемся с базой? – предложил «Альфа четыре», Стефан Томальски.

Илья несколько секунд раздумывал над этим предложением. В первом же самостоятельном вылете надоедать командованию по каналу мгновенной связи, демаскируя при этом местоположение группы для возможного противника?

– Нет, пока это исключено, – твердо сказал он, – нам дали задание встретить транспорты в этой точке, и мы их будем здесь встречать. Группе, перевести турбины на холостой ход, – он потянулся рукой к управляющей панели.

– Все нормально, командир, – вдруг сообщил Алекс, – пошли всплески. Смотрите! Вон они вывалились. Опаздывают сегодня наши парни.

Нестеров с облегчением посмотрел на радар, запульсировавший желтыми значками союзных транспортов. Но спокойствие мигом слетело с него, когда с бортового транспьютера начали поступать первые данные по прибывшим кораблям.

Илья наклонился вперед, не веря своим глазам. «Вот это да!

Что же с ними случилось?» – ошеломленно подумал он.

Впереди в нескольких астрометрах медленно двигались два транспорта класса «Сатис». Только два, а не четыре. И они оба были тяжело повреждены. Бортовая система истребителя быстро сканировала разрушения: разбитые турели, пробоины в бортах, поврежденное навигационное оборудование. Даже визуально было видно, как выгнуло взрывом верхнюю палубу ближайшего корабля. Неказистые, но крепкие «Сатисы» и в целом-то виде больше походили на коробки из-под обуви, заброшенные в космос. Теперь же складывалось впечатление, что по ним вдобавок прошлись звездные десантники своими крепкими магнитными башмаками. А вокруг полуразбитых транспортников, как над цветами на поляне, метались диковинными бабочками два истребителя «Серапис», приданные в охранение конвою. Только два, хотя полное звено у Васуды и у землян всегда составляло четыре корабля.

Мысли Ильи хаотически запрыгали. «Это что, взорвался транспортируемый энергоблок на корабле, а потом детонировали реакторы? Глупости. Истребители, может быть, и снесло, случись они рядом. А вот куда делись сразу два “Сатиса”? Это же живучие коробки, у них защита по классу “Це один”, легкобронированные корабли. Стоп! Стоп! Это не самодетонация».

В горле у него вдруг пересохло: «Их атаковали! Это война. Это значит, что рейдерские корабли Нео-Терры уже где-то здесь в системе Веги. Здесь только что был бой!»

Он рванулся к панели управления:

– Вызываю конвой, вызываю конвой. Звено «Альфа», группа пятьдесят три, мы в точке рандеву. Сообщите обстановку.

Через несколько секунд, показавшихся ему вечностью, перед ним на экране появился мерцающий облик пилота союзников. Ящерица в шлеме и противоперегрузочном костюме. Тонкие губы зашевелились, показывая ряд одинаковых мелких заостренных зубов. Голос его был похож на шелест опавших листьев в лесу.

– Говорит звено «Эпсилон». Мы потеряли два транспорта и два истребителя после атаки мятежников. Имеем тяжелые повреждения. Зафиксированы множественные подпространственные всплески, – немигающие глаза равнодушно смотрели на Илью. Тот не сразу сообразил, что слышит голос автопереводчика. – Предполагаем, что в ближайшее время атака может повториться.

– Вас понял, «Эпсилон», занимаем охранный ордер, – ответил пилот. Он уже овладел собой. Будет бой? Отлично. Он не уронит чести своей эскадрильи. У него уже было десять вылетов и три боестолкновения. И если уж эта рептилия так спокойна после атаки и потери товарищей, то он, Илья, поведет себя, во всяком случае, не хуже. А вот его ведомые, похоже, несколько ошарашены, ни слова пока не произнесли.

– Ну, ребятки, веселее, – бодрым голосом сказал Нестеров, – это вам не унылое барражирование над фрахтовиками. Ты так, кажется, говорил, Алекс? Сегодня у нас будет возможность показать себя. Стефан, следуй за мной в голову конвоя. Вторая пара, выстраивайтесь сзади и снизу. В общем, как обычно.

– Выполняем, – нестройно отозвались ведомые.

Истребители землян, мерцая синим светом дюз, начали плавно расходиться, чтобы занять указанные командиром позиции. Уцелевшая пара файтеров Васуды разошлась по траверзам конвоя. Боевое дежурство Ильи Нестерова началось.

Глава 2

– Прошу вас господин министр, располагайтесь, как вам будет удобнее, – командующий флотами Альянса гранд-адмирал Вито Витторио, высокий грузный седой мужчина, с трудом склонил голову, показывая рукой на свое кресло в огромной кают-компании линкора. Прибывший министр обороны Альянса и одновременно первый лорд Звездного Адмиралтейства внешне был полной противоположностью адмиралу, небольшого роста лысоватым человеком с быстрым неуловимым взглядом.

Он тут же протестующе замахал руками:

– Дорогой гранд-адмирал, оставьте церемонии. Вы здесь хозяин. Ну, хорошо, хорошо, но только не в ваше кресло, я буду себя чувствовать в нем не совсем, кхм, удобно. Кстати, – визитер с сомнением окинул взглядом роскошную обстановку кают-компании и огромный стол темного дерева, уходящий, казалось, в бесконечность, – здесь все, конечно, выглядит располагающе. Но тема нашей беседы несколько конфиденциальна, вы уверены, что тут нас никто не услышит?

Гранд-адмирал шевельнул тяжелым подбородком над воротником парадного мундира.

– Разрешите вам доложить, господин министр, среди моих людей саботажников нет, а все помещения тщательно сканируются.

– Вы в этом абсолютно уверены? – чиновник вдруг вцепился взглядом в командующего флотами. – Вы абсолютно уверены, – повторил он, тщательно выговаривая слова, – в том, что из вашего ближнего круга нет никакой утечки информации к мятежникам?

Витторио угрюмо посмотрел в сторону от собеседника, и с его лица сошли следы всякой предупредительности. Он, не глядя на министра, сел в кресло и крепко стиснул руками бронзовые фигурные подлокотники.

– Прошу вас, министр Рейнал, располагайтесь, – повторил он, по-прежнему глядя в сторону, – а что касается меня лично, я всегда готов держать ответ за свои действия. Свои и своих подчиненных.

«Чертов кабан, – подумал министр, усаживаясь напротив адмирала. Он уже понял, что с ходу взял неверный тон. – Дьявол бы побрал их круговую поруку и честь мундира. Эти военные и за три тысячи лет не изменятся».

Он внимательно посмотрел на чеканный профиль Витторио.

«Прямо римский полководец. – Он вдруг вспомнил досье гранд-адмирала. – Ну точно, его же предки выходцы из Италии. – Рейнал усмехнулся про себя. – Главное, чтобы и он не захотел стать императором. В противном случае у нас не останется сил для подавления мятежа. Да что я несу… В противном случае нас и самих-то не останется. И меня в том числе».

Он заставил себя примиряюще улыбнуться.

– Гранд-адмирал, дорогой мой. Я не сомневаюсь, что вы верны присяге. Мы уверены в вас и вашем… – Рейнал запнулся, – то есть в нашем флоте. Поверьте. И я глубоко вам симпатизирую. Но цель моего прилета сюда – разобраться и понять, что еще необходимо сделать правительству Альянса, чтобы как можно скорее подавить мятеж самопровозглашенного государства Нео-Терра. А для этого мы должны быть друг с другом искренними. Только тогда я могу обещать вам реальную помощь. Мы делаем с вами одно и то же важное дело, и абсолютно не в моих намерениях затевать какие-либо интриги, – первый лорд вспомнил две свои последние каверзы, о которых мог знать Витторио, и тут же уточнил: – Я имею в виду против вас. Поэтому я хотел бы на месте уточнить сложившуюся обстановку. Кроме того, мне необходимо знать, какие дополнительные ресурсы нам необходимо привлечь для развития успешного наступления на мятежников. Работая вместе, мы многого сможем добиться, гранд-адмирал.

Витторио бросил недоверчивый взгляд на чиновника:

– Господин министр, я не привык скрывать то, что происходит на флоте от первых лордов. Вся необходимая вам информация присутствует в моих донесениях в Адмиралтейство. Вы должны быть в курсе всех событий.

– Я в курсе, – слегка раздраженно бросил Рейнал. – Но, гранд-адмирал, я хотел бы услышать о последнем состоянии фронтовой обстановки прямо сейчас и лично от вас. Или вы не держите в памяти оперативных данных?

Командующий флотами Альянса запальчиво вскинул поседевшие брови:

– Как вам будет угодно, господин министр. На память я не жалуюсь.

– Зовите меня просто Ким, – вставил тот.

– Так точно, господин… Ким. Обстановка сейчас несколько напряженная, но мы полностью ее контролируем. Наступление в системе Денеба развивается согласно с согласованными с центром директивами, – вспоминая, гранд-адмирал на секунду уставился в пространство перед собою. – К сожалению, из-за неполной разведывательной информации диспозиция сил мятежников в системе была для нас неясной. Поэтому первое наступление Третьего флота привело к некоторым потерям за последние семьдесят два часа. Нами были потеряны тяжелый крейсер «Андромеда» и легкий «Наварин», а также шестнадцать истребителей и торпедоносцев.

Тем не менее мы сумели удержать плацдарм рядом с переходом Вега – Денеб, а это главное. Используя его, мы теперь можем начать наступление всеми силами Третьего флота во главе с флагманским линкором «Россия» под командованием вице-адмирала Данила Гранина, а также поддержать наши действия силами союзнической Васуды, располагающими здесь своей тринадцатой ударной группой и звездным дредноутом «Псамтик», где держит флаг контр-адмирал Анххаф. По последним данным обе наши эскадры успешно вошли в систему Денеба восемь часов назад. В ближайшее время я ожидаю первых донесений от Гранина. Его задача состоит в полном уничтожении основных сил мятежников и зачистке всего сектора. «Псамтик» и его группа после входа в систему Денеба должны будут осуществить локальный переход внутри этой системы, чтобы заблокировать узел межзвездного перехода Сириус – Денеб. Это лишит противника возможности отступления, равно как и воспрепятствует попыткам обратной деблокады со стороны Сириуса, в системе которого Нео-Терра может располагать значительными силами.

– Хорошо, – министр озабоченно потер переносицу. – Хорошо, – задумчиво повторил он, как бы собираясь с мыслями, – но скажите мне, гранд-адмирал, а как могло получиться, что мы недооценили силы мятежников в первый раз? Потеря двух крейсеров может нанести удар моральному духу Третьего флота.

Он сделал паузу, но, не дождавшись ответа, продолжил:

– И у меня сразу возникает следующий вопрос. А сейчас вы верно оценили их силы? Не кончится ли наступление провалом? Цена вопроса высока, вы должны это понимать.

Витторио с трудом подавил презрительную усмешку. Этот шпак, оказывается, боится поражения. Сначала они провоцируют гражданскую войну, а когда дело заходит слишком далеко и под этими вельможами начинают трещать кресла, только тогда они вдруг начинают задумываться о последствиях.

Он посмотрел прямо в глаза чиновнику:

– Господин Рейнал. Война есть война, и никто не застрахован от неудачи. В худшем случае при провале наступления нам придется оттянуть свои силы к Веге и организовать там временную линию обороны.

– Но тогда Бош получит в руки четвертую систему! – воскликнул министр. – Четвертую! Кроме Ригеля, Сириуса и Полярной. А дальше он двинется в системы эпсилон Пегаса и альфа Центавра, где у нас почти нет сил. Это же будет катастрофа! – последние слова Рейнал почти выкрикнул.

Чем больше нервничал собеседник, тем почему-то спокойнее чувствовал себя командующий флотами Альянса.

– Я не склонен настолько пессимистично расценивать ситуацию, – хладнокровно произнес он, – ведь даже отбив наше нападение здесь, Акен Бош не сможет сразу развить контрнаступление. Тем более в направлении сразу трех звездных систем. У него слишком мало для этого сил. Да, может быть, мы кое в чем ошибались, но уже после первой разведки боем мне стало ясно, что быстрая и слаженная атака тринадцатой ударной группы Васуды и основных сил нашего флота в короткий срок может сломить сопротивление мятежников в этом секторе. А блокада межзвездных узлов перехода не позволит им ни отступить, ни выслать подкрепления с Сириуса. Лично я не сомневаюсь в успехе, – Витторио незаметно от собеседника скрестил пальцы на руках. – Адмиралу Акену Бошу сможет помочь лишь чудо, – постарался подбодрить он министра, у которого после его эмоциональной вспышки был довольно бледный вид.

Рейнал взял себя в руки.

– Я не сомневаюсь в вашем таланте лучшего флотоводца Альянса. Собственно, потому вам и было поручено командование нашими силами, – его тон постепенно стал сдержаннее. – Более того, даже серьезная группировка васудианцев также находится в вашем распоряжении.

Гранд-адмирал молча наклонил голову, как бы давая понять первому лорду, что он, Витторио, безусловно, ценит такое доверие со стороны руководства Альянса.

В ответ на это Рейнал окончательно успокоился, но несколько минут, видимо в силу нервной реакции, продолжал воздавать хвалу союзникам, а заодно и себе в третьем лице.

– И кстати, – с ударением закончил он свою речь, – в этом у нас огромный прогресс в отношениях между нашими расами. Даже самые высокомерные адмиралы Васуды беспрекословно подчиняются земному командованию. Они смогли забыть четырнадцатилетнюю войну с Землей.

Он сделал паузу и едко произнес, глядя на собеседника:

– А вот у нас не все смогли переступить через многолетнее чувство взаимной ненависти.

Первый лорд сделал паузу, выжидающе глядя на снова нахмурившегося Витторио, и продолжил:

– Я не имею в виду поколение пилотов, которые сейчас сидят в кабинах истребителей. Они-то знают о Великой Войне и о том, что было до нее, только из кадров хроники. И они молоды и преданы альянсу землян и васудианцев. Как и должно быть. Если эскадры Шивы вернутся, а этой возможности вы не можете исключить… – Рейнал снова остановился, ожидая реакции гранд-адмирала, но тот лишь шевельнул бровью, – то мы должны плечом к плечу с союзниками встретить врага, ударить, победить и вышвырнуть его из нашей галактики. Уже навсегда. И сделать это, не надрываясь из последних сил и надеясь лишь на чудо, как во времена Великой Войны.

«Да что ж ты сейчас сам так надрываешься, как будто из последних сил?» – очень хотел было брякнуть уже раздраженный Витторио, но сдержавшись, произнес вежливым подтверждающим тоном, естественно, совсем другое:

– У меня нет каких-либо претензий к нашим союзникам.

– Вот видите, – торжествующе сказал Рейнал, – и все должны думать и поступать так же, как вы, а многие… ладно, некоторые земные офицеры из нашего поколения, те, которые командуют большими кораблями, а то и целыми соединениями уже много лет, и… и не спорьте, – министр замахал руками в ответ на отстраняющий жест командующего, – я знаю, о чем говорю. Так вот эти господа продолжают тайно сочувствовать мятежному адмиралу и его попыткам начать новую войну с Васудой. Они никак не желают понять, что Акен Бош не сможет воссоздать Земную Галактическую империю, а лишь превратит в обломки все то, что мы сейчас еще имеем. И если, не дай бог, после этого произойдет второе вторжение Шивы, – министр вдруг вспомнил старую примету и постучал по темному дереву стола, – то наступит катастрофа, в которой не выживем ни мы, ни васудианцы, ни Акен Бош с его Новой Землей, Нео-Террой!

«Складно господин чиновник говорит, как будто по телевидео выступает. И главное, без бумажки, – подумалось уже утомившемуся от речей Рейнала гранд-адмиралу, – а сейчас, наверное, еще скажет, что союзники за нас в гроб ложатся, а мы им, наоборот, не доверяем. Но все-таки, хотел бы я знать, к чему он клонит со своим словоблудием?»

– Более того, – продолжал министр, воодушевляясь, будто и вправду выступая перед целой аудиторией, – и со стороны васудианцев мы видим полное взаимопонимание. Прошлые распри забыты, уже много лет существует союзное правительство, мы ведем вместе все важные военные проекты, обмениваясь секретными технологиями, которые, кстати, Бош ухитряется у нас самым непонятным образом воровать. Их пилоты и корабли погибают, сражаясь за общие интересы Альянса. Конечно, можно припомнить, что во время Великой Войны у Васуды были проблемы, схожие с нашей, когда ультрарелигиозная группа откололась от их империи и, пользуясь поддержкой некоторых военных, создала боевую группировку «Молот Света».

– Еще бы не помнить, – пробурчал командующий, у которого последние слова чиновника задели старые, но еще живые струны, – если я лично воевал с ними, когда командовал линкором «Бастион».

– Ну вот, видите, – обрадовался Рейнал, – мы же искренне им помогали подавить мятеж, который, кстати, тоже не имел никакой перспективы на будущее. Это ведь надо додуматься, чтобы, поверив какому-то сумасшедшему пророку о неизбежности гибели своей цивилизации, помогать шиванам же воевать против нас. Хотя те, насколько я помню, помощи «Молота Света» не запрашивали. Но мы смогли даже под жестким прессингом Шивы подавить этот внутренний мятеж, а потом повернуть оружие против главного врага. И я хочу вам сказать, дорогой гранд-адмирал, успеха мы достигли только потому, что Васуда не допустила дальнейшего раскола и выжгла каленым огнем тайных сторонников «Молота», саботажников и двойных агентов. Вы теперь понимаете, о чем я хочу сказать? – уже почти без намеков спросил первый лорд.

– Я верен присяге! – оскорбленный вопросом министра, Витторио выпрямился в своем кресле. – А если среди моих людей есть изменники, то их должна выявлять известная вам служба внутренней безопасности флота. Я не имею причин препятствовать ее работе. Проще всего сваливать военные неудачи на пресловутую пятую колонну. Но победа выковывается не в особых отделах. Лучше бы в правительстве озаботились регулярностью военных поставок. Двадцать процентов легких сил составляют истребители давно устаревшего класса «Улисс». Я не спорю, двадцать два года назад они были пределом технического совершенства, но сейчас пилоты просто опасаются вступать в бой на этих летучих мышах.

– Простите? – не понял министр.

Витторио раздраженно махнул рукой:

– Так прозвали их пилоты. Очень схожи на вид. А крейсера? Насколько я знаю, к этому году на земных верфях было построено двадцать четыре новейших «Аэолуса». А я своими глазами увидел только один. Тот, на котором прилетели вы, господин Рей-нал. А вместо них в Третий флот после модернизации поступили четырнадцать легких крейсеров класса «Фенрис», наследие той же Великой Войны. Слава богу, что хоть с лучевыми орудиями. И кстати, один – «Наварин» – мы уже потеряли. Его сожгли за пятнадцать минут, команда еле успела спастись. Я мог бы продолжить, вы сами вызвали меня на этот разговор.

Рейнал понял, что настала пора менять тему. Он по опыту знал, что если военных в тот момент, когда они рассуждают о таких проблемах чем-то не отвлечь, то беседа может дойти и до нехватки обувного спрея для парадной формы. Поэтому он успокаивающе приложил левую руку к сердцу, а правой ловко достал из своего бокового кармана роскошный амазитовый портсигар.

– Я понимаю ваше недовольство, гранд-адмирал, но разговор о нехватке военного снаряжения – это вечный вопрос. Кстати, поэтому я и здесь, – ввернул он. – А пока позвольте предложить вам последние достижения с табачных плантаций моего друга сенатора Арвала Асника. Вы должны его помнить, он голосовал за увеличение ассигнований на новые бомбардировщики класса «Зевс».

– Приятный на вид человек, – кивнул Витторио, принимая сигару, – но бомбардировщики, кстати, так себе, – едко добавил он.

– Вы специалист, вам виднее, – охотно согласился министр, щелкнув золотой лазерной зажигалкой. Он не стал добавлять, что часть процентов от этого заказа сенатор Асник смог положить в карман. Ну, естественно, не только себе.

– А что касается «Аэолусов», то вы правы, – подтвердил первый лорд сочувственным тоном, – их, действительно, построили именно в том самом количестве, о котором вы говорили, но, к сожалению, лучевыми орудиями последнего поколения успели оснастить только десять из них. Остальные ждут своей очереди, поскольку корпорация «Акетон», ответственная за их выпуск, не справляется с производством, а орудия другого класса на эти крейсера уже не поставишь. Да, кстати, про «Зевсы», – как бы между делом добавил первый лорд, – представляете, у меня в министерстве сотрудники интересуются, почему вы на флоте такие машины называете то бомбардировщиками, то торпедоносителями…

Гранд-адмирал чуть не поперхнулся своей затяжкой, услышав последние слова Рейнала.

– Может быть, все-таки торпедоносцами? – переспросил он, приподнимая седые брови. – Нашли они, о чем спрашивать. Это ведь одно и то же. Просто по старинке тяжелые ракеты против больших кораблей называются торпедами. Вылетел на задание с такой штукой, получаешься торпедоносец. А с тем, что полегче, просто бомбер.

– Ну, я им примерно то же самое и говорил, – скромно кивнул министр, – что поделать, кругом сплошные шпаки.

На несколько секунд собеседники погрузились в молчание, наслаждаясь вкусом творений сенатора.

– Отличные сигары, – заметил гранд-адмирал, выпуская дым из ноздрей, – гораздо лучше, чем его бомбардировщики.

Рейнал слегка поморщился, он не любил повторных острот.

– Да, и заметьте какое визуальное оформление, – сказал он, пропуская мимо ушей подковырку Витторио и наблюдая, как сигарный дым сворачивается в фигуру полуобнаженной девушки, призывно протягивающей к сидящим мужчинам руки. Гранд-адмирал одобрительно хмыкнул. Дым от его затяжки обрел форму звездного линкора и поплыл над столом к выходу из кают-компании. Девушка печально смотрела вслед кораблю, постепенно растворяясь в воздухе.

– Смотрится забавно, – согласился он.

Министр стряхнул сигару в появившуюся из стола пепельницу. Можно было продолжать разговор.

– Дорогой мой Витторио, я хочу все-таки еще раз вернуться к больной теме про изменников и, кстати, как ни странно, про новое вооружение тоже. Но прошу вас, попробуйте сначала просто выслушать меня, не перебивая и без лишних эмоций. Это очень важно, – Рейнал в примирительном жесте приподнял свои ладони. – Нам всем понятно, что если на сторону врага перейдет пилот на новом истребителе, это будет неприятность. Если так же поступит экипаж нового крейсера или даже линкора, это будет хуже, но еще не фатально. Но если на сторону Акена Боша из-за предательства перейдет новейшая тяжелая боевая единица, то это может привести к катастрофе.

Витторио сделал недоуменное лицо:

– Боюсь, я не совсем понимаю вас. Переход какого корабля станет катастрофой? Он должен быть равноценен целому флоту. У меня таких кораблей нет.

Министр вздохнул:

– У нас есть. Я готов открыть вам карты про наш самый важный на сегодня козырь. Я говорю о «Колоссе».

Гранд-адмирал удивленно взглянул на Рейнала.

– «Колосс»?

Конечно, он слышал о «Колоссе». Звездный суперлинкор нового поколения, восемьдесят лучевых орудий, из них двенадцать невиданной прежде мощи, тридцать тысяч человек команды. Действительно, он один сильнее целого флота. Но насколько он, адмирал, знает, спуск «Колосса» с верфей на Антаресе планируется только через полгода. Неужели его смогли достроить быстрее?

Министр сделал неопределенный жест рукой:

– Да. В общем построили. На восемьдесят семь процентов. Нет, поймите, мы не авантюристы, главный инженер проекта утверждает, что при необходимости «Колосс» вполне боеспособен. Вы же знаете, это совместное детище людей и васудианцев. Двигатели и броня от нас, вооружение от союзников. Понятно, что совместить технологии разных рас было не так-то просто, тем более что при строительстве в конструкцию заложили много технических новинок. Все они должны были пройти всестороннюю обкатку, но, к сожалению, у нас теперь не так много времени, как хотелось бы. Война с мятежниками затянулась, бюджет Альянса трещит по швам. Любая значительная военная неудача крайне негативно скажется на обстановке в обществе. Поэтому в правительстве решили пойти на крайнюю меру и досрочно отправить этот корабль в район боевых действий. Мы считаем, что даже просто присутствие «Колосса» в составе наступающего флота окажет сильнейшее влияние на ход войны. Уже сейчас он может с легкостью сокрушить любой из линейных кораблей мятежников. Это лучше, чем еще полгода стоять на приколе, поглощая из бюджета неимоверные суммы на отладку и доводку систем, которые потом не потребуются в бою.

Витторио с сомнением покачал головой:

– В бою не бывает ничего лишнего. Любая мелочь может стать фатальной. А если откажут системы управления огнем? Линкор превратится просто в бронированную мишень.

– С этим все в порядке, – нетерпеливо отмахнулся Рейнал, – у нас есть заключение экспертов. Линкор вполне боеспособен. Через полгода он станет просто смертоносен. Но мы не можем столько ждать. Но на самом деле, гранд-адмирал, меня гораздо больше волнует другая проблема, о которой я уже упоминал. Если «Колосс» из-за предательства перейдет на сторону Акена Боша, для нас это будет удар почище потери звездной системы. Есть и еще один момент. Экипаж корабля не тридцать тысяч человек, а тридцать тысяч гуманоидов. В него войдут как минимум десять тысяч васудианцев. В случае измены они все погибнут. Бош не страдает излишним гуманизмом к Васуде. А союзники обвинят, естественно, нас. И какими последствиями это закончится, я боюсь даже предположить. Теперь вы можете понять, в каком я сложном положении.

Витторио задумчиво рассматривал тлеющую сигару.

– Господин министр, – подумав начал он, – сама идея с новым суперлинкором, конечно, выглядит заманчиво. Присутствие в моем флоте корабля подобного «Колоссу», безусловно, может оказать влияние на ход боевых действий, даже учитывая его неполную боеспособность. Главное, чтобы он хоть как-нибудь шевелился. Но мне кажется, возникнут некоторые проблемы со снабжением и заправкой такого гиганта, наверняка он потребляет ресурсы, как несколько линейных кораблей класса «Геката». То есть надо уточнить, сможем ли мы получить ту мощь «Колосса», которая будет стоить головной боли с его содержанием?

– Вы получите, если необходимо, все что вам для этого нужно, – приосанился первый лорд.

– Ловлю вас на слове, – быстро сообразил с ответом гранд-адмирал и продолжил: – А вот в том, что касается лояльности экипажа, то я совершенно не разделяю ваших опасений. Мою команду составляют люди, верные присяге, правительству и мне. Адмирала Акена Боша не спасут предатели. Его судьба будет решаться в открытом сражении. Но что меня действительно беспокоит, так это поспешность с нашим суперлинкором. Мы планировали выдавливать мятежников из контролируемых ими звездных систем последовательно и планомерно. Спешка и форсирование событий даже при наличии такого мощного корабля, как «Колосс», может привести к негативным результатам. Вряд ли мятежники испугаются и сложат оружие, просто увидев суперлинкор где-то на горизонте. Без сомнения, они постараются попробовать его на зуб, и не дай бог, если они сломают «Колосс», а не свои зубы, верно?

Министр только молча заерзал в своем кресле в ответ на рассудительные умозаключения командующего флотами Альянса.

– Так что мне кажется, – наконец резюмировал свои мысли Витторио, – что даже если мы решимся пустить его в дело, то лучше будет пока держать его не в авангарде. Пусть на виду, но не бросая линкор в гущу сражения, без излишней необходимости.

Рейнал только тяжело вздохнул. Такие неопределенные перспективы использования «Колосса» его, конечно, не устраивали. Но напрямую приказать гранд-адмиралу отправить корабль в бой он тоже не решался. Старик, как известно, упрям. И в конце концов, какого черта он, министр, должен нести за все ответственность! А вдруг, действительно, военные потеряют суперлинкор? Не важно там, в бою или из-за измены. Второго такого «Колосса» у Альянса в любом случае нет.

Поэтому первый лорд пока решил не продолжать спор с командующим.

– Дорогой гранд-адмирал, – произнес он подчеркнуто дипломатичным тоном, – я более чем уверен, что с вашим талантом флотоводца и мощью наших эскадр, многократно усиленной новейшим суперлинкором, в самое ближайшее время вы сможете добиться коренного перелома в ведении боевых действий против мятежников.

Его прервал писк коммуникатора на тяжелом лауритовом браслете адмирала.

– Прошу прощения, – слегка изменившимся голосом сказал Витторио, – мне кажется, это Гранин.

На массивном столе перед собеседниками возникло и засветилось, переливаясь радужным цветом, голографическое изображение офицера связи.

– Господин гранд-адмирал, две минуты назад мы получили капсулу связи из узла Вега – Денеб. Это послание вице-адмирала Гранина.

Министр подскочил в кресле:

– Немедленно транслируйте его сюда!

Витторио неодобрительно взглянул на него.

– Сарж, мой мальчик, – обратился он к офицеру, – передай донесение на мой личный коммуникатор.

– Просмотрим сообщение через несколько секунд, – добавил он сухо Рейналу.

– Прошу извинить мою несдержанность, – министр сделал вид, что слегка сконфужен. Гранд-адмирал промолчал, озабоченно поглаживая своими пальцами браслет. Наконец тот засветился изумрудным светом, показывая, что сообщение успешно прошло по защищенному каналу связи.

– Давайте посмотрим, – Витторио протянул ладонь вперед, перед которой тут же засветилась новая голограмма.

Рука его слегка подрагивала. Перед сидящими появилось изображение вице-адмирала Данила Гранина. Моложавый, чуть старше средних лет, подтянутый офицер с бесстрастным лицом без следов каких-либо эмоций или усталости.

Первый лорд наклонился вперед, с непонятным для себя страхом ожидая начала донесения. Витторио, наоборот, грузно откинулся в кресле, сцепив руки перед собой и слегка прикрыв глаза.

– Срочное донесение для командующего объединенными силами Альянса Вито Витторио, – Гранин говорил четко и без запинок. – Господин гранд-адмирал, по согласованному ранее плану восемь часов и двадцать пять минут назад ударная группа Третьего флота под моим командованием вошла в систему Денеба и с ходу оказала поддержку нашим силам, контролирующим плацдарм рядом с эфирным мостом Денеб – Вега. Благодаря внезапности и стремительности нападения, мы сумели почти сразу же уничтожить легкий крейсер «Хенгст» и два звена сопровождавших его истребителей «Локи», которые вели беспокоящий огонь по нашим кораблям, прикрывавшим межзвездный мост. Поскольку других сил мятежников поблизости не было, а наши спецсредства, по всей вероятности, заглушили передачу с «Хенгста», я принял решение дожидаться более сильной атаки противника, отправив тем временем васудианский линкор «Псамтик» на блокаду узла Денеб – Сириус. Наше ожидание принесло успех. В девятнадцать двенадцать галактического времени были зафиксированы сильные подпространственные всплески, и спустя еще пять минут мы увидели основные силы мятежников, линейный корабль «Иаков» класса «Орион» и тяжелый крейсер «Велизарий» класса «Деймос», сопровождаемые истребителями «Локи» и перехватчиками «Геркулес», общим количеством до семидесяти единиц. Быстро отступить у противника возможности уже не было, и им пришлось принимать бой. Через сорок минут после начала огневого контакта линкор «Иаков» потерял ход и начал эвакуировать экипаж. Еще через десять минут он раскололся в районе юта. Вероятно, мы разрушили защиту его реакторов. После гибели флагмана «Велизарий», потеряв половину лучевых орудий, начал отступление. Его успела догнать и еще раз атаковать восьмерка тяжелых торпедоносцев с «России», но крейсер все-таки сумел совершить прыжок по направлению узла Денеб – Сириус, хотя уже был наполовину выведен из строя. Из легких сил противника к этому времени было уничтожено тридцать два истребителя и перехватчика, тридцать шесть успело уйти в подпространство, один подбитый «Геркулес» захвачен в плен. Два часа сорок минут назад было получено сообщение с васудианского дредноута «Псамтик». Он перехватил крейсер «Велизарий» в момент выхода последнего из подпространства в районе узла межзвездного перехода к Сириусу. На предложение о сдаче капитан «Велизария» ответил отказом. Васудианцы не пытались его переубедить, и через семь минут поврежденный крейсер был полностью уничтожен бортовым залпом «Псамтика». С корабля спасенных не было. Ожидая следующих вероятных атак кораблей Нео-Терры, я перегруппировал свою эскадру в оборонительный ордер. Наиболее поврежденные корабли были переведены в арьергард ближе к узлу перехода Денеб – Вега. Поскольку основное ядро нашей ударной группировки в целом сохранило свою боеспособность после сражения, я принял решение попытаться сразу же развить достигнутый оперативный успех и уничтожить оставшиеся силы мятежников в этом секторе. Но сканирование звездной системы пока не выявило крупных соединений противника. На сегодняшнее время мы обнаружили только одну скрытую базу снабжения мятежников, расположенную во внешнем астероидном облаке системы Денеба. Мы отправили туда два звена истребителей «Мирмидон». Вокруг населенной планетной системы также были зафиксированы стандартные оборонительные сооружения, лучевые и ракетные батареи. Приказ об их нейтрализации будет отдан соответственно после вашего решения, господин адмирал, о высадке наземных сил. Во время оперативного совещания на «России» час назад было принято решение перевести основную ударную группировку ближе к узлу перехода Денеб – Сириус для его обороны в том случае, если более тщательное сканирование и более подробные разведывательные данные не выявят сил противника, которые предположительно еще могут скрываться в системе Денеба. Ожидаю дальнейших распоряжений господина гранд-адмирала. Служу Альянсу.

Сообщение закончилось. Изображение Гранина медленно растаяло в воздухе. Министр радостно потирал руки.

– Отлично, просто великолепно! – восклицал он. – Ваши заслуги, гранд-адмирал, будут должным образом оценены, уверяю вас. Видите, мы еще раз показали свою силу мятежникам. Денеб практически наш. Мы должны незамедлительно двигаться дальше.

Но Витторио оставался невозмутимым:

– Успех операции – заслуга Данила. Мальчик хорошо поработал. Но до полной победы еще далеко.

– Вы чересчур осторожничаете, господин командующий, – недовольно сказал Рейнал. – Давайте сделаем так, я вам обещаю «Колосс», а вы мне гарантируете как можно скорейшую атаку Сириуса. Это же основная база Акена Боша. Потеряв Сириус, фактически он проиграет войну. А ваш Гранин что-то несет про оборону. Надо быстрее развивать наступление дальше, пока у мятежников нет сил.

Гранд-адмирал задумчиво смотрел в пространство, будто забыв про своего навязчивого гостя.

– Данил прав. Если основных сил противника в системе не окажется, значит, либо с Сириуса готовится мощная контратака, либо… Либо она готовится на эпсилон Пегаса или альфа Центавра. Но где она произойдет и когда?.. Нам срочно нужны новые данные от разведки и штабных аналитиков. Господин министр, прошу великодушно меня извинить, но если у вас нет ко мне больше вопросов, то позвольте мне на время откланяться. Мне необходимо срочно собрать совещание главного штаба по вопросу всего этого, – он постучал пальцем по коммуникатору.

Министр чуть обиженно пожал плечами.

– Ну что же, гранд-адмирал, конечно, не смею вас задерживать. Я понимаю, сейчас у вас много дел. Но имейте в виду, от ваших верных решений зависит многое, если не все. Я же пока отбываю на свой корабль.

Он поднялся и протянул Витторио руку:

– Но все-таки, дорогой Вито, прошу вас не оставьте без внимания все то, о чем мы только что говорили. Я рассчитываю на ваше понимание и поддержку. В этом случае мы ответим вам тем же.

– Благодарю вас за визит, господин Рейнал. Надеюсь, мы еще увидимся. Разрешите, я вызову для вас сопровождающего, – гранд-адмирал вежливо склонил голову в знак окончания беседы.

На выходе из кают-компании их встретила охрана министра и два адъютанта командующего флотами. Витторио обратился к одному из них, высокому молодому офицеру с погонами флаг-капитана:

– Сарж, предупредите мой штаб о срочном совещании через двадцать минут. Отошлите туда донесение вице-адмирала Гранина для ознакомления. Также предупредите пресс-службу, необходимо будет подготовить общее сообщение для всех наших войск в системе Веги.

Адъютант взял под козырек. Витторио и Рейнал еще раз вежливо простились. Через пять минут штабной ракетный бот уже уносил первого лорда по направлению к его персональному крейсеру. На адмиральском линкоре поднялась суматоха. Все уже были в курсе, что Третий флот на Денебе одержал большую, если не решительную победу, и с нетерпением дожидались официального сообщения.

Глава 3

– Группа «Альфа», пятьдесят третья эскадрилья, диспетчеру. Просим разрешения на посадку, – Илья чертовски устал, но чувствовал себя почти счастливым.

Закончился первый вылет, в котором он руководил боем, пусть еще не совсем уверенно и хладнокровно, но зато успешно. Первый сбитый враг, пусть, может быть, такой же новичок, как он сам. И все его звено цело и невредимо, идет рядом крыло к крылу. Мелкие пробоины не считаются. Правда, у Томальски все-таки после перегрузок окончательно сдох правый реакторный блок, но это не в счет, повреждение не боевое. А ребята что-то притихли, но это не удивительно, первый для себя бой они запомнят навсегда.

Илья снова увидел перед собой, как наяву, цветные росчерки плазменных разрядов, расцвечивающих феерическую пьесу на звездной сцене и огромный дредноут васудианцев, вцепившийся клыками своих тяжелых лучевых орудий в горящий «Велизарий». Придавленный перегрузкой, выходя из виража, сквозь тошнотворный вой турбин, изнемогающих на форсаже, пилот будто снова слышал жесткий голос командира крейсера: «Я не сдам свой корабль!» Эти слова чем-то царапали ему сердце, не давая полностью отдаться эйфории победы. Такой экипаж заслуживал лучшей участи, чем смерть в огненном аду. Ведь от крейсера не успело отойти ни одного спасательного бота. Его отцу Петру Нестерову было проще, шиване не были людьми, и земляне не испытывали к ним никакой жалости, сжигая красно-черные корабли.

Включился отерком:

– Диспетчер, звену «Альфа». Поздравляю вас с благополучным возвращением, ожидайте команды на посадку в точке тридцать четыре, восемьдесят, эшелон шесть. У нас пока некоторые проблемы, – ответил диспетчер, все та же самая симпатичная девушка, что напутствовала его шесть часов назад. Илья нахмурился. Их, героев свободного космоса, заставляют ждать? Он вдруг присвистнул и придвинулся ближе к лобовому стеклу, за которым зелеными фигурками мерцали корабли его родного Третьего флота. И это они называют некоторыми проблемами?

– Алекс, – вызвал он своего напарника, – ты здесь не видишь ничего странного?

– Ну, за исключением того, что взлетали мы в домене Веги, а садимся в системе Дене… – и в этот момент Маршан вдруг на время потерял дар речи.

– Вот-вот, и у меня глаза на лоб полезли, – поддержал его Илья, – скажи-ка мне, что здесь могло произойти, пока мы отсутствовали?

– Сдается мне, командир, – наконец недоуменно ответил тот, – что самое интересное случилось, как всегда, без нас. Все выглядит так, будто здесь прошло генеральное сражение. Ты только посмотри на «Россию», – он неуверенно хмыкнул, – мы, собственно, куда садиться должны?

Илья прибавил увеличение на свой линкор. Контур «России» разросся в несколько раз и стал медленно вращаться вокруг своей оси.

– Вот это да, – удивленно протянул он, – я, конечно, не артиллерист, но нашу маму, похоже, кто-то здорово исполосовал тяжелыми лучевыми орудиями. Тут живого места нет. Это точно дело рук линейного корабля. Может, даже не одного.

– А остальные-то вроде бы более или менее целые, – заметил Алекс, – как обычно, все плюхи достались нашей красавице.

– Вот это и есть настоящая война, – услышали все мрачный голос «Альфа три». Томальски до сих пор не мог простить своему «Мирмидону» бесчестную неполадку с реакторным отсеком. Несколько дыр в хвосте его машины от осколков ракет тоже не повышали пилоту настроения.

– Ничего, мы сегодня тоже не на игрушечной были, – ответил Нестеров, – я сам, если честно, толком еще от сегодняшнего вылета не отошел.

– Учитывая еще то, что вместо трех часов мы в рейде почти семь проторчали, – сварливо добавил Маршан, – у меня за это время все что можно и нельзя стало совершенно плоским.

– Мальчики, посмотрите правее и вверх, в семи астрометрах, – взволнованно перебила их Наталья, – откуда там столько обломков?

Мальчики послушно обратились правее и вверх.

– А, ну теперь, понятно, – после некоторой паузы сказал Алекс, – это и есть все то, что осталось от плохого дяди, да и, похоже, не только его одного. Смотрите, вот там его передняя часть… – Обугленный обломок, в котором с трудом можно было признать носовую оконечность межзвездного разрушителя класса «Орион», задумчиво вращался в пространстве. – А здесь вот левее, фрагменты его середины и кормы. Это наша мама его так отделала?

– Думаю, без тяжелых торпедоносцев дело тоже не обошлось, – тоном специалиста сообщил Стефан.

Илья промолчал, постепенно осознавая представшую перед ним картину разрушения. Его взгляд выхватывал все новые свидетельства произошедшей драмы. Погибшие корабли не тонут в космосе, их обугленные скелеты обречены вечно скитаться в пространстве. Разве что вблизи населенных систем или на оживленных космических трассах какой-нибудь космический мусоросборщик равнодушно вытолкнет их останки подальше от случайного взора.

Тысячи обломков, целое их облако, печально кружились в медленном траурном танце, а между ними, как стервятники над полем битвы, носились автоматические дроны, пожирая и переваривая все ценное, что могли найти.

– Ребята, что же здесь все-таки произошло? – растерянно спросила Синарин. – Откуда столько обломков?

– Понимаешь, Наташка, здесь случился небольшой спор, – съязвил Алекс, – у кого толще броня и мощнее пушки. Но наша мать, похоже, его выиграла.

– А наши ребята, – вдруг вспомнила Наталья, – там на «России», наверное, многие пострадали?

– Синарин, спокойно! – Илья пришел в себя и снова стал волевым командиром группы. – Я понимаю, это для тебя слишком неожиданно. Но это же война. Думаю, с нашим линкором все в порядке, на вид слишком уж тяжелых повреждений нет. Тем более если сравнивать с его противником, вернее тем, что от него осталось. Диспетчер! – он нажал кнопку вызова. – Это говорит звено «Альфа», что у вас произошло? Мы только что вернулись с вылета, хотели бы знать.

– Вы будете полностью информированы по прибытии на «Россию». Пока могу сообщить лишь только то, что у нас было боестолкновение со значительными силами противника. Наш флот одержал победу, потерь среди капитальных судов нет, легкие силы понесли некоторые потери. Больше всего досталось нашему линкору. Погибло семь пилотов легких кораблей, повреждена кормовая часть линкора, где было до семисот человек. Сейчас там идут спасательные работы. Тем не менее, пилоты, «Россия», хотя и раненая, рада приветствовать вас живых и невредимых, – девушка слегка улыбнулась, – дома… Одну секунду, – продолжила она после паузы, – вот, теперь все в порядке, можете произвести посадку. Маршрут передан на ваши транспьютеры. Садиться будете через носовые ворота. Кормовые, к сожалению, временно не функционируют. Еще раз поздравляю с благополучным возвращением, – она опять сердечно улыбнулась, – до связи.

– Служим Альянсу, – высокопарно проводил диспетчера Алекс. – Милая девчонка. По-моему, я где-то видел ее раньше.

– Она нас в полет провожала, дубина, – быстро подсказал ему Стефан.

– Да что бы я без тебя делал? – возопил Маршан и даже, кажется, воздел руки к звездам. – Лети уже вперед, умник, а то смотри, сдуется окончательно у тебя движок, руками до ангара свою колымагу толкать будешь!

Томальски пробурчал в ответ что-то невразумительное, как обычно опасаясь соревноваться в остротах с Алексом.

– Командир, я и вправду ее где-то встречал на линкоре, – Маршан все никак не мог отвлечься от мыслей о симпатичной диспетчерше, – может, на дорожке в спортзале?

Но Илья только досадливо отмахнулся от своего товарища.

– Ал, мне сейчас не до такой ерунды, – он быстро проконтролировал посадочную глиссаду. – Скорей бы сесть, меня просто разрывает от желания узнать толком, что произошло. Выходит, не только мы одни герои сегодня.

Он слегка коснулся управления, выводя свой «Мирмидон» на финишную прямую. Где-то далеко уже заработали сервомоторы, готовясь привести в движение тяжелые бронестворки носовых доков огромного линкора. Заботливая мать снова принимала своих чад, вернувшихся и в этот раз живыми.

* * *

Илья лежал в полной форме и в обуви на койке у себя в каюте, задумчиво глядя в потолок, оформленный под земной пейзаж. Голова у него шла кругом. Алекс возился с личным коммуникатором, сидя напротив на своем месте. Несколько раз он укоризненно поднимал взгляд на своего командира, но сделать замечание не решался. Видимо, ведущий пилот звена «Альфа» уже заработал весомый боевой авторитет.

Прошло целых три часа после посадки, прежде чем Нестеров смог добраться до этого места. Сначала был разбор вылета, где он отчитался перед командиром эскадрильи Владимиром Юрковским. Они по косточкам разобрали весь полет его группы от взлета до посадки. Комэск слыл большим педантом в этом вопросе. Но в этот раз Илья, как новоиспеченный младший командир, даже удостоился похвалы. Главным образом, конечно, за то, что его звено, грамотно построив оборону, смогло отстоять опекаемый им конвой от атак противника. И кроме этого, пилот лично уничтожил один вражеский перехватчик, а второго своего противника смог повредить настолько, что тот вряд ли сумел добраться обратно до своей базы. По крайней мере, Нестеров очень хотел в это верить. Но безжалостный Юрковский не дал в этом себя убедить и официально засчитал звену только две победы, учитывая и машину, сбитую Алексом. Но даже и это было очень неплохо, хотя командир пятьдесят третьей эскадрильи, проводя подробный разбор прошедшего боевого столкновения, убедительно продемонстрировал пилоту, что перехватчики мятежников при повторной атаке конвоя, скорее всего, просто не ожидали, что вместо оставшихся двух потрепанных васудианских файтеров сопровождения напорются на необстрелянную, но рвущуюся в бой группу Нестерова. В противном случае шесть «Геркулесов» Нео-Терры при грамотной тактике за несколько минут растерзали бы весь конвой. «Повыбили у них уже опытных пилотов, одна молодежь осталась, – неохотно прокомментировал Юрковский, – наверное, подумали, что с двумя подранками легко справятся».

Потом Нестеров уже со своим звеном провел полчаса в главном информационном зале, вникая во все подробности случившегося без них генерального сражения. Его новые приятели, сослуживцы из пятьдесят третьей эскадрильи «Молотоголовых», не потерявшие, к счастью, в этот день ни одного пилота, дружески подшучивали над ним, уверяя, что им очень не хватало присутствия Ильи, особенно в самые напряженные моменты боя. Но в целом испытанные боями асы уже относились к нему с заметным уважением, почти как к равному, признавая, что их ряды пополнились еще одной стоящей «космической киянкой». Любой, кто в этом сомневался, мог легко убедиться, посмотрев на девятую информационную панель в зале, где синим по белому было написано, что звено «Альфа» в составе четырех истребителей класса «Мирмидон» из пятьдесят третьей эскадрильи, базирующейся на «России», успешно защитило транспортные суда васудианцев от вероломных атак превосходящих сил мятежников Нео-Терры, не потеряв при этом ни одного конвоируемого корабля, а после приняло участие в уничтожении вражеского тяжелого крейсера «Велизарий», не допустив его бегства в систему Сириуса. Ко всему этому демонстрировалось эффектное видео.

– Жаль, что меня не было с тобой рядом, – наваливался на плечо Ильи пухлый Никкер из его эскадрильи, размахивая руками, – я бы помог тебе завалить этот проклятый «Велизарий».

– И чем бы ты это сделал, парой мелкокалиберных пушчонок «Субак» или легкими ракетами? – насмешливо спросил его Алекс, – мой мальчик, мы нарезали круги в трех астрометрах от крейсера. В противном случае это могло плохо для нас кончиться.

– Да они жалкие трусы, – вдруг, багровея, заорал Никкер. Илья с удивлением заметил, что тот, оказывается, заметно пьян. – Отстрелялись по нашему кораблю, а потом просто сбежали, бросив своих. А «Псамтику», этой черепахе, даже не посмели сопротивляться. Правильно, что он их сжег всех до одного. Так что зря ты к крейсеру подойти боялся, они бы тебя не тронули.

Возмущенный Алекс ответить не успел.

– Капитан Грэхэм Уорт не был трусом, – услышали все вдруг жесткий стальной голос. Нестеров обернулся. Он увидел знакомую фигуру своего первого ведущего и наставника, пилота Николая Темного. Небольшого роста, но весь как будто высеченный из камня, он приблизился к Никкеру. Тот ошеломленно уставился на старшего офицера, не находя для ответа слов.

– Запомни это, щенок. Если он отступил, значит, сделал это по приказу. Если не стрелял, значит, нечем было стрелять, вся энергия корабля пошла на генераторы для прыжка. И не тебе судить его поступки. Он сражался за Землю в Великой Войне, когда ты еще даже не родился.

Все замерли, пораженные происходящим. Но выпитый алкоголь придал Никкеру храбрости.

– Так вы, господин пилот прима-класса, – его взгляд скользнул по погонам офицера, – сочувствуете мятежникам?

Рука Николая инстинктивно дернулась к бедру.

– Кому я не сочувствую сейчас, так это тебе, – сквозь зубы бросил он, смерив наглеца взглядом, будто прицеливаясь.

– Пилот Никкер, немедленно убирайтесь в свою каюту! И не сметь пререкаться со старшими офицерами, – неожиданно раздался властный командный голос. Это был невесть откуда появившийся Юрковский.

Толстяк Никкер, трезвея от ужаса, мгновенно бросился выполнять приказание. С Юрковским в эскадрилье не осмеливался спорить никто.

– А ты, товарищ, будь сдержаннее, – хмуро бросил он Николаю, – сам должен знать почему.

Тот, кивнув, молча отдал честь. Юрковский кивнул в ответ и посмотрел на молодых пилотов.

– Я знаю, этот балбес выпил. Он слегка не в себе. У него были близкие друзья на пятом деке «России», они все погибли.

Он повернулся и отошел. Наступила пауза. Илья взглянул на Николая.

– Я как раз хотел найти тебя. Поговорить обо всем, – он нерешительно махнул рукой на информационную панель.

Тот дружелюбно посмотрел на Илью.

– Все в порядке, малыш. Ты хорошо проявил себя в бою. Мне нечего сказать тебе кроме слов искренних поздравлений. Я думаю, ты будешь хорошим пилотом.

– Не знаю, – усомнился Нестеров, – похоже, сегодня у меня получилось не очень. Командир, – он кивнул в сторону отошедшего Юрковского, – больше выговаривал, чем хвалил.

Николай улыбнулся:

– Владимир, он такой, не дает своим пилотам зазнаться, – заметил он, – но иногда он в этом явно перегибает. Как сегодня, например.

Илья удивленно вскинул взгляд на своего бывшего наставника.

– Ты серьезно?

– Малыш, если бы на меня бросились с такой свирепостью, как ты сегодня кинулся на вражеские «Геркулесы», я бы сам еще хорошенько подумал, прежде чем вступать с тобой в бой. Наши старики тебя оценили, хотя и у нас сегодня тоже был тяжелый денек.

Пилот слегка приосанился и краем глаза постарался оценить, какое впечатление последние слова Николая произвели на его трех товарищей, стоявших рядом. Ему вроде показалось, что должное.

– Хотя противник тебе попался не очень опытный, откровенно скажу, атаку мятежники завалили с самого начала. Как до этого васудианцы ухитрились оба транспортника потерять, да еще с двумя сопровождающими файтерами, ума не приложу, – продолжил старший офицер, и Илья в ответ слегка нахохлился. Эти слова он точно слышал уже не в первый раз.

– Но кто знает, может, они как раз и растерялись под твоим натиском. Знаешь, сложно правильно соображать, когда на тебя несется звено отчаянных сорвиголов, – усмехнувшись, все равно одобрил Николай действия бывшего ученика, и от этой сказанной им похвалы все четыре сорвиголовы тоже довольно заулыбались в ответ.

Пилот прима-класса неожиданно сменил тему:

– Малыш, скажи мне, ты действительно видел, как погиб «Велизарий»?

Илья кивнул:

– Не только видел, но и слышал. Капитан действительно отказался сдать свой крейсер, и васудианцы сожгли их несколькими залпами. Но послушай, они же ведь, – он запнулся, – они же наши враги. Хотя и люди.

– Место героям есть на каждой стороне, – голос Николая стал задумчив, и он слегка улыбнулся Наталье, смотревшей на него широко раскрытыми глазами, – и нас, людей, не так много в Галактике. С давних времен нам завещано хранить свою честь в поединках друг с другом и уважать храбрость противника. Волей судьбы нам сейчас приходится воевать против таких же, как мы, людей, в союзе с васудианцами, и у каждой из сторон есть своя правда. Грэхэм Уорт был настоящим бойцом, и я искренне скорблю о его смерти. Если мы снова объединимся перед общим врагом, нам будет не хватать таких людей.

– Чудные слова вы говорите, – пробурчал Томальски, – но по мне бы лучше жить в мире хоть с людьми, хоть с этими крокодилами с Васуды.

– Войны, тем более звездные, двигают прогресс человечества. Не обладай мы боевыми кораблями двадцать два года назад, Шива стер бы нас с лица Галактики. Нам всегда придется воевать, чтобы суметь выжить во вселенной. Кто знает, что может обрушиться на нас из следующей звездной системы, ворота в которую мы откроем. Только мы, пилоты Альянса, всегда стоим на страже рубежей нашей цивилизации. Я желал бы мира с мятежными системами, но чтобы достичь его, нам придется пройти через войну. А новые войны, малыш, будут в любом случае. Ладно, пилоты, вольно. Илья, мы поговорим об этом с тобой еще не раз. Ты пилот по призванию, а ты, борода, – он обратился к Стефану, – я не знаю.

Он кивнул всем и быстро направился к выходу из понемногу пустеющего информационного зала.

– По призванию, – передразнил Томальски, глядя ему вслед. – А что мне у себя в колонии крокусы с филяриями разводить на ферме? Здесь я думал, хоть в люди выйду, раз смог входные тесты пройти. Кто же знал, что снова война разразится. Все из-за таких, как он, фанатиков.

– Прикусил бы ты свой язык, Стефан, – неодобрительно посоветовал Алекс. – Лучше старайся хоть чем-нибудь походить на такого пилота, как Николай. Или уж, правда, возвращайся тогда к себе в колонию, выращивай филярии.

Все немного помолчали.

– Может быть, пойдем, перекусим, – наконец робко подала голос Наталья, – я заказала лумизийский торт к нашему возвращению.

Илья озадаченно посмотрел на нее:

– Торт? Какой торт? Когда ты успела?

– Да прямо перед вылетом с «России» заказала соседка по каюте. Ольга звонила недавно, все готово, она даже стишок сочинила на мой первый боевой вылет, что-то там про храбрую девушку со звезды Барнарда, – Наталья слегка покраснела.

Илья переглянулся с Алексом, а потом со Стефаном, который все еще хмуро раздумывал о своем слишком поспешном выборе профессии.

– Ну, я думаю, на полчаса к девчонкам можно зайти, – неопределенно сказал Маршан.

И Томальски задумчиво кивнул, соглашаясь.

Пакет с доброй половиной знаменитых лумизийских сладостей лежал на столе в каюте, но Нестеров даже не смотрел в его сторону. Ольга даже немного обиделась на рассеянность Ильи, когда они впятером сидели в уютной комнатушке девушек, в жилом секторе третьего дека линкора, отмечая свое боевое крещение. Но он ни на что не обращал внимания и, просидев немного, поспешил откланяться. Алекс, никогда не бросавший своего друга, тоже покинул компанию, но с явно неудовлетворенным видом.

Теперь он сидел напротив Ильи, терзая свой коммуникатор.

– Вот черт возьми, – выругался вдруг Алекс, – зря мы ушли оттуда. Пришло сообщение от Ольги. Кажется, ты ей нравишься, – он с многозначительной улыбкой посмотрел на товарища, но, не добившись ожидаемой реакции, продолжил: – Так вот добрый Томальски пожалел бедных девчонок, оставшихся без нашего общества, и принял меры. Теперь к ним ввалилась толпа его дружков, голодных до женщин и развлечений. Ольга просит о помощи. Кстати, знаю я этих балбесов. Стажеры из эскадрильи «Синих Львов».

Илья рассеянно повернул голову.

– Семидесятая эскадрилья, базируются на «Бастионе», – машинально сказал он. – Что они здесь делают?

– Командир, ты и вправду слегка не в себе. Ими же усилили нашу группу при наступлении. Да и сам «Бастион» должен скоро прибыть сюда. На нем командующий флотами гранд-адмирал Витто Витторио. Занятный старикан, я его видел один раз. Издали, – Алекс бросил коммуникатор на койку, заложил руки за голову и посмотрел в потолок каюты.

– «Синие Львы», – с отвращением выговорил он, – боже мой, ну и названьице для эскадрильи. Пьют они там, что ли, до посинения? А что? Сегодня от Стефана и узнаем.

– Что узнаем? – отвлеченно спросил его товарищ.

– Да что с тобой, командир? – возмутился Маршан. – Не можешь отойти от вылета?

Илья лежа пожал плечами.

– А по-моему, все прошло просто отлично, – с вызовом произнес Алекс, – я даже не жалею о том, что мы здесь пропустили. Тут мы бы просто затерялись среди всей нашей армады, а может быть, еще и схлопотали в бок шальную тяжелую ракету. А так смотри, нас отдельно выделили, как пример всему флоту. Глядишь, и повышение скоро дадут.

– За один вылет не дадут, – ответил молодой человек и слегка приподнялся на локтях, повернувшись к товарищу, – понимаешь, не идет у меня из головы «Велизарий», вместе с его капитаном. А почему, понять не могу.

Алекс вопросительно взглянул на него. Илья вздохнул.

– И Николай сегодня непонятно что говорил. Я-то думал, он, наоборот, будет… Ну вот скажи мне, Ал, как можно уважать изменников? Ведь мы же давали присягу. Мы клялись защищать Альянс. Мне проще руку себе отрубить, чем представить, что я перейду к этому Акену Бошу. Они же предали память Великой Войны. Да и теперь, вместо того чтобы совместно с нами и Васудой строить оборонительный периметр по всем пограничным системам, стреляют в спину Альянсу.

Пилот перевернулся на живот и уставился в стену.

– И я должен их ненавидеть за это, понимаешь. А Николай про уважение говорил. И самое, что невыносимое, мне действительно, в чем-то жаль «Велизарий». А почему я должен жалеть о его гибели? Почему?

Маршан сочувственно посмотрел на товарища.

– Потому что там были люди, – мягко произнес он. – Такие же люди, как мы. Мне самому было бы стократ легче воевать с шиванами, чем брать в прицел такой же, как у меня, земной истребитель, только с другой эмблемой на плоскостях. Но мы ведь должны пройти через это. В конце концов, мы же, действительно, не зверствуем по отношению к противнику. Пленных берем, гражданских не трогаем. Правда, за васудианцев я такого не скажу. Там что Бош их под корень изводит при случае, что они его. Но нам-то что, у них свои счеты.

Илья еще раз тяжело вздохнул:

– Понимаешь, я хотел бы продолжать то, что начал мой отец, остановив «Люцифер». Только теперь уже вместе с нашим флотом идти от звезды к звезде, найти логово этого проклятого Шивы и спалить его раз и навсегда. Чтобы не мы отступали, напрягая последние силы, а они. Это наша галактика! А вместо этого мы стреляем друг в друга, потому что этот проклятый Акен Бош решил переписать историю космоса заново с самого начала!

– Ну, не переживай, война с мятежниками когда-нибудь да кончится, – попытался утешить его Алекс, – уже скоро мы войдем на Сириус. А это основная база адмирала. Как только мы ее возьмем, Ригель и Полярная сдадутся сами. Ну, а потом мы с тобой попросимся перевести нас на Дальние Рубежи. Там ты сможешь исполнить свою мечту и окончательно надрать красно-черным заднее место. Если, конечно, их найдешь. Последнюю их базу спалили двадцать лет назад ребята из Четвертого флота, если я не ошибаюсь. Больше их никто не видел.

– Ты не ошибаешься. Это действительно была группа из Четвертого флота. С неким командующим Акеном Бошем. Я вот думаю, не заразили ли чем его шиване перед гибелью, – с мрачной иронией произнес пилот, – тогда понятно, почему он поднял мятеж против Альянса.

Алекс пожал плечами. Он уже слегка утомился от этого разговора. И с чего Илье пришло в голову заняться самоанализом? Надо смотреть на вещи проще. Есть свои, есть враги, есть союзники. Но на двух стульях все равно усидеть нельзя. Либо ты с нами, либо ты против нас. А вообще-то, конечно, хочется славы и подвигов. Это правда. Настоящий пилот создан для того, чтобы покорить галактику и бросить ее к ногам своей любимой. А с таким-то вооружением, что сейчас у Альянса, и против всей армады Шивы во главе с «Люцифером» выйти не страшно. За двадцать два года люди и васудианцы многому научились. Теперь одна лишь «Россия» могла бы с ходу уничтожить самый мощный красно-черный боевой корабль. Например, «Еву». Ту самую «Еву», которая сокрушила линкоры – земную «Галатею» и васудианский «Пиннакл» много лет назад в Великой Войне. Кстати, это произошло где-то недалеко отсюда. Это было во время великой битвы за Денеб, которая поставила тогда Альянс на грань катастрофы. Что ж, можно надеяться, что сегодняшнее сражение поставит на эту грань мятежников.

Он вспомнил сегодняшний вылет. Кто бы мог подумать, что рутинный полет по охране васудианских фрахтовиков тоже закончится грандиозным сражением на Денебе. Сначала две атаки мятежных перехватчиков на конвой, которые они еле отбили. Потом появление огромного «Псамтика», который, даже не подняв груз с уцелевших транспортов, бросился к межзвездному переходу Вега – Денеб, приказав звену землян следовать за собой.

От размышлений его отвлек писк персонального коммуникатора. Он удивленно посмотрел на свое правое запястье. Это был «срочный вызов» на командный пункт. Маршан взглянул на Илью. Тот тоже с легким удивлением смотрел на свою руку.

– Опять задание? Но мы же только что с него вернулись. Или мы самые незаменимые пилоты? – раздраженно бросил Алекс.

Но Илья, напротив, обрадовался. Он соскочил с койки, пригладил волосы на голове и оправил на себе форму.

– Не вешай нос, пилот! Вселенная ждет тебя. Или ты хочешь прожить слишком долго? – его голос был снова полон оптимизма. – Нет, по мне лучше скорее в полет, чем мучиться размышлениями. Ты прав, надо скорее покончить с Нео-Террой, а там посмотрим. Давай быстрей собирайся, а то опять все самое интересное пропустим.

Маршан, остолбенев, посмотрел на него.

– Твои перепады настроения меня просто поражают, – наконец заметил он, – ты то валяешься, как дохлый кит, не обращая внимания на крики о помощи девиц, на которых прыгают посинелые львы, а то, наоборот, подскакиваешь с места, как будто тебе снизу пиропатрон приставили и подожгли. Будь ты таким активным всегда, мы бы уже закончили войну.

Нестеров критически посмотрел на своего друга и постучал пальцем по своему коммуникатору.

– Ал, это срочный вызов на командный пункт, – негромко, но внушительно произнес он.

Алекс, распихивая по карманам нужные мелочи, небрежно кивнул.

– Да знаю я, – бросил он, – но я же и не предлагаю вместо этого идти валяться по местным кабакам.

Он поднялся с места и аккуратно огладил свой китель.

– Собственно, я-то всегда готов. А вот где наше младшее поколение? Что если они уже успели пропустить по бокалу за успех? Как думаешь, можно их будет за штурвал запускать в таком состоянии? Наталья-то она тихая, а вот за Стефана я не ручаюсь.

– Ладно, Алекс, не юродствуй.

– Я просто за товарищей беспокоюсь, – деловито сообщил Маршан.

– Ничего страшного, если что, скормим двойную дозу собритина. За Наташку я не беспокоюсь, а вот для Томальски это будет небольшим уроком, если он осмелился чего-нибудь пропустить, не получив полного увольнения на сегодня, – Илья уже выскочил за дверь и, нетерпеливо притопывая ногой, ждал своего друга. Тот не заставил себя долго ждать.

Закрыв дверь в свою каюту, оба молодых пилота быстрыми шагами устремились к ближайшему лифту.

Глава 4

– Так значит, вас пригласили отобедать на крейсер? – Анастасия подняла глаза на свою младшую подругу. Та стояла у окна лаборатории, задумчиво разглядывая промытые дождем серые пейзажи третьей планеты системы гамма Дракона, самой дальней звезды, до которой смогло дотянуться человечество за все три века космической экспансии.

– Знаешь, я целую вечность не видела дождя, – совершенно невпопад произнесла Аллана, высокая привлекательная девушка с каштановыми волосами, проводя пальцем по стеклу, – я думала, высохну в этой пустыне, не дождавшись сезона дождей.

– Сегодня же вечером я прикажу включить силовое поле вокруг станции в режим изоляции от воды. Она уже стала просачиваться на нижние горизонты и мешать раскопкам. И ты не ответила на мой вопрос. Витаешь в облаках от последнего визита военных?

Аллана отошла от окна и присела на краешек стола, за которым работала Анастасия.

– Анастасия, милая, ну оставь дождь еще хоть ненадолго. Он меня немного, но успокаивает, я уже с ума схожу от анализа морфем в языке Древних. И нигде я не витаю, просто осточертело трехмесячное сидение на станции, и эти консервированные продукты, и эта пустыня. А на крейсере такие милые офицеры и такой хороший шеф-повар.

– Я не пойму, кто тебе нравится больше, милые офицеры или хороший шеф-повар. Кстати, правильнее будет сказать шеф-кок, это космический, но все же корабль, – усмехнулась Анастасия, – и между прочим, как руководитель экспедиции, я могу тебя не отпустить. Где результаты по твоей работе за прошлую неделю, лентяйка?

Лицо лентяйки приняло страдальческое выражение.

– Господин руководитель, не делайте этого, прошу вас, я буду работать ночью и днем, тем более учитывая, что сутки в этой пустыне длятся по сто галактических часов. Тотчас же после торжественного обеда я все подготовлю. У меня, между прочим, уже все и готово. Почти. И кстати, сам командир «Виджиланта» во время последнего сеанса связи с нашей станцией, – Аллана начала с энтузиазмом загибать пальцы на руке, – во-первых, сильно сожалел, что тебя не было в прошлый раз и, во-вторых, опустившись на одно колено, просил тебя почтить их крейсер своим присутствием сегодня. Они скоро возвращаются для завершения ремонта на свою центральную базу. Их должен сменить васудианский корабль, но что-то мне подсказывает, от тех приглашений на обеды мы уже не дождемся, тем более что мы там вряд ли даже сможем чего-нибудь попробовать.

– Ну почему же, – потирая ладонями усталые глаза, сказала Анастасия, – что-нибудь съесть теоретически ты сможешь, но действительно вряд ли будешь пробовать. Они любят мясные блюда, но предпочитают их употреблять с нашей точки зрения слегка тухловатыми. Зато запах какой, как раз для гурманов!

– Брр, не говори мне перед обедом таких вещей, – лицо Ал-ланы сложилось в гримасу отвращения, впрочем, довольно симпатичную, – ну, ты же отпустишь меня, в смысле нас… Меня и еще четырех девчонок из криптографического отдела. Иначе они тебя возненавидят, а ты как руководитель должна заботиться о психологическом климате на станции.

Руководитель пренебрежительно махнула рукой:

– Ничего, перебесятся. И без того толпа младших офицеров с крейсера постоянно болтается в гостиничном блоке станции во время своих увольнительных. Причем я совершенно не понимаю причин такого энтузиазма. Треть команды «Виджиланта» и так составляют женщины. С чего ради молодых людей несет сюда, в эту пустыню. Они-то, конечно, делают вид, что изучают опубликованные материалы по Древним, но меня же этим не обманешь.

– Ну, видишь ли, – Аллана поправила свои красивые густые волосы, – наверное, мы просто более привлекательные, более образованные, и вообще мы женщины ученые, проводящие все свое время над разгадками мистических тайн Древних. Кто как не мы спас человечество тридцать лет назад, расшифровав записи Древних на Альтаире.

– Дорогая, не увлекайся, ты тогда еще даже не родилась. И тем более это случилось не тридцать, а двадцать два года назад. Ну, хорошо, можете сегодня отправляться на крейсер пораньше. Раз уж они так скоро отбывают. С «Виджиланта», как всегда, вышлют ракетный бот? На экспедиционную ракету можете не рассчитывать, она не для развлечений.

Девушка благодарно сложила перед собой ладони:

– О чем ты говоришь! Конечно, вышлют, он будет здесь через два часа. Кстати, ты так и не сказала, полетишь с нами или нет. Командир крейсера правда очень хотел тебя увидеть. Он передавал тебе персональное приглашение. Наши девицы даже стали слегка ревновать. Может, это связано с его скорым отбытием?

– Боюсь, это связано совсем с другими вещами, – ответила Анастасия, – причем очень давними.

– Он был влюблен в тебя много лет, и наконец судьба дала ему шанс с тобой встретиться? – невинным голосом спросила девушка.

– Не говори глупостей, – рассердилась Анастасия, – дело не в этом. А что касается меня…

Ее речь вдруг прервала мелодия с персонального коммуникатора. Она с изумлением посмотрела на свое правое запястье.

– Это срочное сообщение от Отти Веддингена, командира «Виджиланта», – удивленно произнесла женщина.

По браслету быстро пробежали слова: «Очень прошу вас быть на борту моего корабля, имею крайне важную для вас информацию. Прошу не отказывайте и поторопитесь».

– С ума сойти, – воскликнула Аллана, – текстовая передача прямо с корабля? Анастасия, милая, о чем он пишет?

Та отрицательно покачала головой:

– Извини, дорогая. Сообщение, как ты могла понять, текстовое, уровень секретности два. Так что тебе ничего рассказать не могу, кроме того, что я принимаю приглашение по визиту на крейсер. Можешь занять место для меня в ракетном боте, мы полетим на «Виджилант» вместе. А сейчас, прости, мне надо кое-что закончить до отлета.

Девушка разочарованно скруглила губки, но всего лишь на мгновение. Через секунду, пританцовывая на ходу, она уже устремилась к двери. Действительно, что может быть загадочного в отношениях начальника археологической экспедиции и командира боевого крейсера. Наверняка обсуждение очередного циркуляра из центра об усилении бдительности на предмет проникновения шпионов мятежников на эту заброшенную звездную окраину человеческой цивилизации, куда даже новости и те доходят на третьи галактические сутки.

– Я сообщу тебе, когда прибудет ракета! – крикнула она уже из коридора.

Анастасия с сомнением посмотрела ей вслед.

– Что ж, поскольку у меня, оказывается, не так много времени, придется кое с чем поторопиться, – подумала она вслух, собирая разбросанные на рабочем столе бумаги. Затем она набрала по телевидео Надара, своего первого заместителя на станции. Через секунду его круглое полное лицо с раскосыми глазами уже преданно смотрело на свою начальницу.

– Да, Анастасия, я весь внимание. И если ты по поводу установки дополнительных крепей на горизонте А-7, то, заверяю тебя, все в порядке. Я лично проконтролировал. Роботы уже снимают породу со следующего слоя, все данные в реальном режиме начали поступать в экспресс-лабораторию.

– Ну, Надар, считай, тебе повезло, что ты успел вовремя. В следующий раз ты так легко не отделаешься. Ты, вообще, где был, когда с датчиков стала поступать информация? Ты у нас не знаешь, что мокрая земля весит немного больше сухой, а дожди уже идут не прекращаясь неделю?

Хитрые раскосые глаза заместителя наполнились священным ужасом, и он залопотал что-то невразумительно-покаянное. Анастасия немного сбавила тон.

– Через два часа я улетаю на «Виджилант», меня туда пригласили по срочным делам. Надеюсь вернуться сегодня вечером. Ты остаешься за главного. График по всем работам у тебя имеется. Если будут какие-то вопросы, то до отлета я буду на связи.

По широкому лицу Надара было видно, что вопросов должно быть много. Но, как обычно, спросил он первое, что пришло ему в голову:

– Ты имеешь в виду земной крейсер, что уже два месяца болтается у нас над головой?

Анастасия сухо кивнула.

– Поздравляю. А меня вот никуда не приглашают. – Он печально вздохнул и, пообещав напоследок сообщать обо всех возникающих вопросах в ближайшее время, отключился.

– Вот ты бы только лучше сообщал не о вопросах, а об их решении, – с неудовольствием указала напоследок женщина погасшему экрану, – заместитель называется.

Она отправила еще несколько срочных распоряжений для своих сотрудников, которые должны были оставаться на станции. Затем, выключив транспьютер и виртуальный экран, она поднялась с места и внимательно оглядела напоследок комнату. Ее взгляд упал на подоконник, на котором Аллана по рассеянности забыла какую-то свою безделушку. Анастасия подошла к шестиугольному окну, в которое по-прежнему косыми струями бил дождь, превращая пейзаж за ним в расплывчатый серый натек. Она вдруг наклонилась и внимательно присмотрелась к тому, что лежало на пластикатовом белом подоконнике. Это была небольшая модель крейсера класса «Аэолус», того самого типа кораблей, к которому принадлежал «Виджилант».

Улыбнувшись, она взяла ее в руки, чтобы рассмотреть поближе. Без сомнения, это был подарок для Алланы от кого-то из молодых офицеров с крейсера. Анастасия не слишком хорошо разбиралась в боевой технике Альянса, но где-то слышала или читала о новейших кораблях этого класса, пришедших на смену устаревшим «Фенрисам» и «Левиафанам». Она вдруг вспомнила характерные горбатые силуэты старых крейсеров, которые смогли вынести на себе всю тяжесть Великой Войны. Сколько их встретило свою гибель под убийственным огнем шиванских кораблей, защищая гражданские конвои, уходившие из эвакуируемых звездных систем. В то время у землян не было технологий, позволяющих строить корабли с лучевыми орудиями, основным их оружием были плазменные пушки, которые не шли ни в какое сравнение с турболазерами шиван. Тогда земные и васудианские крейсера гибли десятками. И где-то рядом с ними на своей легкой «Валькирии» был в это время и ее муж Петр Нестеров, один из лучших земных пилотов истребителей. Там, где появлялся пилот прима-класса Нестеров со своим звеном отчаянных летчиков, капитаны прикрываемых судов могли вздохнуть свободней. Тогда он, конечно, не мог знать, что его главный подвиг еще впереди, как и не мог представить, что ему скоро придется пересесть с самого быстрого истребителя Альянса в кресло пилота тяжелого торпедоносца, чтобы остановить главного врага своей жизни, неуязвимый «Люцифер».

Анастасия тяжело вздохнула и протянула руку, чтобы положить игрушку обратно. В этот момент за ее спиной зашипела, открываясь, дверь. Женщина машинально вздрогнула, хрупкая модель полетела на пол, ударилась о металлический плинтус и раскололась на несколько частей. Анастасия ахнула.

– Здравствуйте, тетя Насти, – раздался за ее спиной детский голос. Она обернулась, на пороге комнаты стоял восьмилетний мальчик, сын Руты Квизигер, руководительницы криптографического отдела. Она с упреком посмотрела на мальчика.

– Ну, вот видишь, Берти, что я из-за тебя наделала. Разбила чужой подарок.

Тот шмыгнул носом и посмотрел на нее исподлобья:

– Я… Я не хотел. Я просто зашел к вам узнать.

– Что именно? – Анастасия опустилась на одно колено, пытаясь собрать модель снова из разлетевшихся по полу осколков.

– Я только что узнал от вашей Алланы, что вы скоро летите на крейсер. Возьмите меня с собой. Я никогда еще не был на боевом корабле, – он опустился рядом с ней на колени. – Нет, не так. Вы не теми местами складываете. Дайте, лучше я соберу.

Берти повертел осколки, пытаясь сложить их вместе:

– Я их сейчас склею, будет как новая. Это ваше? Возьмете меня, если я починю?

– Нет, я же сказала, это чужая вещь. Отдай, когда склеишь, Аллане, это ее, – она поднялась, отряхивая колени, – и вообще, не стоит с таких юных лет заниматься шантажом. Ты же знаешь, «Виджилант» не прогулочная яхта и не музей, а я начальник только здесь на станции.

– Да-а, – с обидой сказал Берти, засовывая руки в карманы, – а девчонкам вашим можно ехать? Вот уж им-то там делать вообще нечего. Все равно они турболазер от обычной зенитки не отличают.

– А ты отличаешь? – улыбнулась Анастасия. Мальчик в ответ насупился и замолчал. Она потрепала его по голове и на секунду задумалась.

– Давай сделаем так, – предложила женщина, – мы спросим твою маму, отпустит ли она тебя сегодня, и если да, сообщим на крейсер, что хотели бы взять тебя с нами. Наверное, они не должны отказать.

Берти мгновенно просиял в ответ и, чтобы не спугнуть нечаянное счастье, счел за лучшее дипломатично откланяться.

«Кстати, хорошая идея, – подумала Анастасия. – Сдам мальчишку в руки Алланы. Тогда у нее не будет много времени на флирт с офицерами. А я тем временем спокойно поговорю с Веддингеном. Интересно, что он собирается мне сообщить? Умеют же мужчины заинтриговать женщин, когда захотят».

В небольшом гостиничном холле станции было довольно уютно. Анастасия пристроилась на диване рядом с огромным подсвеченным аквариумом, в котором плескались небольшие создания из соседней системы Капеллы, похожие на земных осьминогов, но с девятью конечностями. Тела этих существ играли всеми цветами радуги, иногда вспыхивая так ярко, что, находясь рядом с ними в темноте, можно было даже читать. Это был подарок от доктора Мины Харгроув, специалиста по физике межзвездных порталов, давней знакомой Анастасии. Они работали вместе еще со времен Великой Войны, удачно дополняя друг друга. Нестерова была хорошим специалистом по дешифровке текстов Древних, и ее работы очень часто служили путеводными маяками для Харгроув по пониманию физики перемещений материальных тел через межзвездные мосты, которые, по ее мнению, являлись, по сути дела, просто странными проколами в пространственно-временной метрике вселенной.

До прибытия ракетного бота оставалось еще двадцать минут, и Анастасия, закончив со своими срочными делами, отдыхала, просматривая последние поступившие новости. Сводки с театра военных действий были, как всегда, общи и невразумительны. По крайней мере, она с облегчением узнала, что Третий звездный флот, где служил ее сын Илья, до сих пор держит оборону в системе Веги, ограничиваясь случайными стычками с мятежниками. Основные же силы Альянса группируются в системе эпсилон Пегаса, откуда и предполагают начать победоносное наступление.

«Скорей бы все закончилось, – с беспокойством думала она, – уже полтора года Альянс борется с хитроумным Акеном Бошем, и у моего Ильи все больше и больше шансов попасть в какую-нибудь переделку. Я-то рассчитывала, что к концу срока обучения на пилота мой сын еще не успеет попасть в зону боевых действий, потому и одобрила его решение стать военным. Теперь он кадровый офицер, хоть и выпущенный по ускоренной программе, а войне конца и краю не видно, как говорят сведущие люди. Но, по крайней мере, хорошо, что в этот раз его флот не собирается участвовать в наступлении».

Она вспомнила печально известное наступление земного флота в системе Антарес много лет назад, когда люди и васудианцы были еще врагами. К концу вторых галактических суток великого сражения с обеих сторон погибло до пятисот кораблей, начиная крохотными истребителями и кончая огромными линкорами. Хорошо хоть, что ее муж Петр к этому времени только и успел закончить Летную академию. Десятки тысяч погибших, траур во всех земных мирах, а всего лишь через восемь дней передовые силы Шивы уже нанесли свой первый удар в системе Росс-128. Это заставило людей и васудианцев забыть о четырнадцатилетней изматывающей войне. Уже через несколько дней было подписано окончательное мирное соглашение с Васудой и создан Альянс для отражения новой смертельной угрозы.

В холл с шумом зашла Аллана, ведя за руку Берти. Вид у них был не очень довольный друг другом.

– Ну, Насти, спасибо за доверие, этот малыш меня уже вымотал, – громко и горько пожаловалась девушка.

– Это не доверие, дорогая, это мой тебе королевский ордонанс, – сказала Анастасия, – и вообще, тренируйся, девочка, ты же будущая мать.

– Ой, не знаю, вряд ли, – Аллана бухнулась в стоящее рядом кресло, – надо будет найти на крейсере того, кто сильно любит детей.

Анастасия пожала плечами.

– Неужели тебе с ним совсем неинтересно? – спросила она.

– Интересно? Этот маленький паршив… то есть я хотела сказать ребенок, устроил мне экзамен. По истории, – жалобно произнесла девушка, наклоняясь к Анастасии, – сейчас они проходят новейший период, до… э-э, две тысячи триста тридцать пятого года.

– До столкновения с Шивой? – прищурилась Анастасия.

– Что? Ну да. Только ты думаешь, я все это помню? Сразу получила от него ноль баллов.

Аллана с негодованием посмотрела на Берти, который, стоя рядом с аквариумом, уже хлопал по стеклу руками, стараясь вызвать цветовую реакцию у капеллианских девятиногов. Потревоженные животные реагировали довольно бурно.

– Я так и знала, что ты плохо училась в школе. Берти, – позвала мальчика Анастасия, – оставь в покое этих зверушек и расскажи-ка нам лучше, что вы учили в последний раз по истории. Тете Аллане полезно будет освежить память.

Мальчик с трудом оторвался от своего увлекательного занятия, но все же послушно подошел и устремил на Аллану довольный взгляд. Та страдальчески прикрыла глаза рукой.

– Она даже не знает, когда изобрели подпространственный двигатель и как он работает, – сообщил он.

– Боже мой. К истории Земли это же не относится. И тем более я не физик, – простонала Аллана.

Анастасия не могла не улыбнуться, глядя на эту забавную картину.

– Ну, хорошо, Берти, до прибытия ракеты еще пятнадцать минут, присаживайся и рассказывай все, что знаешь, – она усадила мальчика рядом с собой, – что там произошло после открытия межпространственных переходов?

– Война, – радостно ответил тот, – с васудианцами в две тысячи триста двадцать первом году. Милитаризованная клика имперской Васуды, – по-книжному начал мальчик, – не могла по определению жить в мире с парламентской республикой землян. После загадочной гибели принца Михсеса, члена императорской фамилии, в которой обвинили земные спецслужбы, и после закончившихся безрезультатно переговоров васудианские генералы устроили вероломный рейд на Солнечную систему. Но, – Берти торжественно поднял палец, – были сокрушены героическим первым флотом во главе с первым межзвездным линкором класса «Орион», знаменитым «Гайа».

Анастасия вдруг печально вздохнула. У нее слово «война» радостных ассоциаций не вызывало. Действительно, как она могла забыть о том, что для нескольких поколений землян звезды и войны стали одним неразделимым целым.

– Земные силы ответили на это искусным прорывом у перехода Антарес – Васуда, чуть было не завершив войну в самом начале, – продолжил тем временем Берти. – Но, – погрустнел он, – поскольку земная экономика в основе своей была мирной и мы строили до этого времени слишком мало боевых кораблей, то васудианские милитаристы, обладавшие огромным флотом, смогли оттеснить наш небольшой экспедиционный корпус назад. После чего с большими силами враги вторглись в земную систему Веги. Там произошло одно из кровопролитнейших за всю историю сражений, где люди, проявив массовый героизм, сумели заставить отступить захватчиков. Это было, – он нахмурил лоб, – двадцать второго июня две тысячи триста двадцать четвертого года. В течение последующих двух лет мы бросили все силы на создание новых мощных боевых кораблей. В строй вошли новейшие в то время крейсера класса «Левиафан».

Поэтому в следующем большом сражении в системе Антареса в октябре двадцать шестого года, после заранее спланированного отступления с целью завлечь в ловушку главные силы врага, земляне нанесли крупное поражение васудианскому флоту около ставшей знаменитой с тех пор четвертой планеты Гулнара. После этого земные силы начали вторжение на Васуду Прайм в самое сердце империи. Весь императорский двор и правительство переместились тогда в свою вторую столицу на Альтаир. Перед Васудой замаячил призрак поражения.

Мальчик перевел дух.

– И что было дальше? – заинтересованно спросила Аллана. Похоже, обо всех этих событиях она действительно слышала впервые.

Берти вздохнул, и по его выражению лица слушатели сразу поняли, что у землян дальше появились проблемы.

– А вот дальше все пошло уже не так хорошо, как вначале, – оправдал печальные ожидания мальчик. – На сцене появился злой гений людей, принц Имхотеп с новыми васудианскими линкорами класса «Тайфун». В спорной звездной системе Талин он вероломно разгромил наш шестой флот.

– «Злой гений», «милитаризованная клика». Откуда ты набрался таких слов? – снова спросила Аллана. – По микрокнижке глазной, наверное, шпаришь, – заподозрила она. – А ну, моргни.

– В учебниках так написано, – ответил мальчик, – и вообще, злой гений – это проще простого, это значит злой, но очень умный. Так оно и было. А микрокнижки никакой у меня нет, – он показал девушке язык и продолжил: – Никто не нанес нам столько вреда, сколько этот Имхотеп. Хотя Гози говорит, что он, наоборот, герой, даже давал мне свою книжку посмотреть, да только что я в ней прочту, я же их языка не знаю.

– Гози – это сын васудианских специалистов из отдела языка Древних здесь, на станции, – в ответ на недоуменный взгляд Ал-ланы пояснила Анастасия, – ты наверняка его видела, но он постарше будет, чем наш мальчик. Ты нашел с ним общий язык? – обратилась она к Берти. – Я имею в виду, вы общаетесь друг с другом?

– Да я с ним говорю только через автопереводчик. Иначе не поймешь, что он там шипит или шелестит, как будто бумагой. А так мы иногда играем вместе. Правда, сложно с ним играть. Он сначала несколько минут носится как молния, а потом очень быстро устает и двигается еле-еле. С ним не побегаешь.

– Это неудивительно, у васудианцев метаболизм сходен с обменом веществ у наших пресмыкающихся, – попробовала пояснить ему Анастасия. – Ну, Берти, это просто, их мышцы устроены как у земных крокодилов и змей, так что способны только на несколько рывков, правда, очень быстрых. Потом им приходится отдыхать. Ладно, когда ты подрастешь и начнешь изучать биологию, тебе все это подробно расскажут.

– Это еще что. Они вдобавок кладут яйца, – сообщил мальчик, – вы представляете?

Аллана заливисто и громко расхохоталась.

– Что ты еще про них знаешь? – отсмеявшись, спросила она.

Берти обиженно повернулся к Анастасии. Та успокаивающе наклонилась поближе.

– Не обращай внимания. Тетя Аллана еще слишком молодая. Но на крейсере, чур, ее слушаться.

Мальчик неохотно кивнул.

– Ой, малыш, прости, я больше не буду, – извинилась девушка, откидывая со лба прядь волос, – а что случилось дальше с этим Имхотепом? Я правильно произнесла – Имхотеп?

Берти так же неохотно кивнул еще раз.

– Из-за него мы потеряли Денеб, Антарес и еще несколько систем в течение следующих трех лет. Кроме этого, он держал в осаде систему Бетельгейзе еще полгода. В конце концов, в тридцать третьем году васудианцы со своими новыми кораблями обрушились на Вегу. Тогда погиб линкор «Эйзенхауэр» и весь Четвертый флот. Собрав последние силы, земляне все-таки смогли оттеснить захватчиков, Четвертый флот погиб не напрасно. И в последующих двух сражениях до тридцать пятого года люди смогли отвоевать обратно Денеб и в итоге уничтожить два новейших линкора типа «Тайфун», один на Веге и второй около Антареса. А в начале две тысячи триста тридцать пятого года, восьмого января состоялось самое грандиозное и последнее сражение между людьми и васудианцами, где, правда, ни одна из сторон не добилась решающего успеха. Но здесь вдруг в первый раз появились шиване, и после был заключен окончательный мир между Васудой и Землей.

– А дальше мы не учили, – закончил мальчик, – хотя я, в принципе, и так все знаю. Рассказать?

– Секундочку, – остановила его Аллана, – по-моему, прибывает ракета. Слышите?

Анастасия услышала далекий низкий гул. Звук быстро приближался, пол под ногами затрясся мелкой дрожью. Капеллианские головоногие ответили на это серией резких вспышек и полезли прятаться под камни, разбросанные по дну аквариума.

Через минуту все стихло, женщины и мальчик переглянулись.

– Ну что, все готовы? Отправляемся, – сказала Анастасия, поднимаясь с места, – сколько будет еще пассажиров, четверо?

Аллана посмотрела в свой список.

– Двенадцать, включая нас с тобой, – потупилась она, – ну не будь такой строгой, завтра же выходной.

Анастасия безнадежно махнула рукой:

– Скорей бы «Виджилант» отправлялся обратно, у меня уже нет сил с вами бороться.

– Доброй дороги, – услышала она сзади ровный мужской голос.

– Здравствуйте, Сипптар, – ответила Анастасия, оборачиваясь. Васудианцев сразу можно было определить по безэмоциональному тембру переводчика, транслирующего шелест и шипение этих существ в человеческую речь.

Похожий на огромного варана, стоящего на неестественно длинных ногах, кое-где покрытый разноцветными лоскутами ткани, он, не мигая, смотрел огромными желтыми глазами на Анастасию. Узкий язык метался в полуоткрытом рту с мелкими заостренными зубами, непрерывно ощупывая воздух.

Он протянул к Анастасии пятипалую птичью руку песочного цвета с длинными суставчатыми пальцами с когтями на концах. На узком запястье мигал изумрудный огонек коммуникатора.

– Я получил сообщение с вашего крейсера с просьбой лететь вместе с вами. Я согласился.

Аллана сделала огромные глаза, глядя на Анастасию.

– Ну, что это за тайны, в которые меня не посвящают… – начала она, но ее прервали.

Толпа разодетых по последней моде молодых девушек с шумом и гамом вывалила из открытых дверей в холл станции. Алла-на, отчаянно замахав руками, бросилась им наперерез, но те уже и сами, заметив присутствие начальства, быстро стихли и чинно проследовали к выходу в шлюз.

Анастасия подтолкнула Берти вслед за ними:

– Малыш, беги, займи и нам местечко.

Тот согласно кивнул и умчался. Она повернулась к васудианцу:

– Как вы думаете, Сипптар, с чем это связано? Я имею в виду предложение лететь нам обоим. Я ведь тоже получила приглашение с крейсера.

Тот совсем по-человечески повел худыми плечами.

– Я думаю, ничего поразительного. Может быть, они обнаружили какой-то артефакт во время своего патрулирования. Согласно договоренности с вашей расой о совместном доступе, в таких случаях необходимо одновременное присутствие и людей и нас. Командир вашего корабля просто держится своей инструкции.

– Скорее всего, вы правы, а я сразу не подумала. Тем более что в системе гамма Дракона мы с вами единственные лица с соответствующим уровнем доступа к секретной информации. Других здесь просто нет.

Она задумалась:

– А ведь и вправду будет интересно, если они нашли что-то новенькое. Забавно, мы уже три месяца копаемся на планете без особых результатов, а оказывается, открытия находятся где-то у нас над головой в ближнем космосе.

– Может быть, – согласился Сипптар, – но, насколько мне известно, предыдущее сканирование системы исследовательским судном «Эриксон» еще пятнадцать лет назад не показало ничего необычного в здешнем околозвездном пространстве.

И он приостановился, вежливо пропуская женщину вперед.

Глава 5

Огромная боевая рубка межзвездного линкора «Россия» была почти пуста. Кроме вице-адмирала Данила Гранина, трех вахтенных офицеров и двух техников из ремонтной бригады, менявших поврежденные голографические системы, в ней больше никого не было. Вице-адмирал, высокий сухощавый человек с начинающими седеть светлыми волосами, в полной адмиральской форме, сидел на месте капитана корабля, постукивая пальцами по подлокотнику кресла и о чем-то озабоченно размышляя. Время от времени он бросал на ремонтников недовольные взгляды, особенно когда до него долетали их сдавленные ругательства. Он был большой эстет и поэтому подобные выражения терпел только от равных или старших по званию. К сожалению, эти ремонтники относились к гражданским лицам, на которых власть вице-адмирала не распространялась и которым Гранин, к сожалению, не мог пригрозить расстрелом за использование непарламентских выражений в присутствии одного из высших офицеров Объединенного флота.

Впрочем, техников можно было понять. «России» действительно сильно досталось в ходе сражения, более чем любому другому кораблю из ударной группы Третьего флота. Ремонтные сканеры продолжали фиксировать все новые повреждения в огромном чреве линкора. Самыми неутешительными новостями были состояние генераторов и вооружение главного калибра. На «Иакове» (мир его праху) все-таки умели прицельно стрелять, и для попавшего в плен старшего артиллериста с погибшего линкора это было хоть слабым, но утешением. Главное же оружие «России», БЗТ (Большой Зеленый Турболазер), или, как его обычно называли, Большая Пушка, нагружавший во время боя энергосистему линкора более чем на шестьдесят процентов, вышел-таки из строя из-за удачного попадания с «Иакова». Счастье, что это случилось уже в конце боя, за несколько минут до того, как корпус главного противника «России» лопнул в районе кормы. Остальные тяжелые лучевые орудия, а также зенитные А-лазеры были в порядке, но из-за вышедшей из строя Большой Пушки линкор теперь не мог похвастаться прежним преимуществом перед вражескими линейными кораблями предыдущего поколения, кроме разве что лучшего бронирования, но и это превосходство осталось в прошлом после недавнего боя. Наспех заваренные ремонтными дронами бронеплиты из неостали уже не отличались прежней прочностью. К тому же если лучевые орудия противника старались обжечь «Россию» в строго определенных местах, там, где находились критически важные подсистемы корабля, защищенные наиболее толстым бронепоясом, то торпеды с тяжелых файтеров мятежников подобной разборчивостью не отличались.

Гранину тут же вспомнился крик вахтенного офицера наблюдения: «Три “Медузы” противника под кормой в одном астрометре!» – и красные линии их боевых курсов, пересекающих путь флагмана на боковой голографической панели. Один из торпедоносцев перехватил пилот из сорок четвертой эскадрильи, прикрывавшей линкор. Он успел зайти в хвост к последнему из врагов и стрелял до тех пор, пока тот не выдержал и не покатился вправо, уходя в сторону от цели. Оба после этого прожили недолго. Уходящего торпедоносца достала зенитная артиллерия «России», и уже у поврежденной «Медузы» сдетонировали обе торпеды. Перехватчик же Альянса, увлекшись атакой, попал под взрывную волну. Обе машины мгновенно исчезли в огненном шаре разрыва. Вторую атакующую машину вместе уже с выпущенными торпедами почти в упор расстреляли с линкора. А вот третьего не успели. «Ну, сейчас, прилетит, – спокойно сказал старший помощник, – господин вице-адмирал, лучше пристегнитесь». Гранин послушно защелкнул замки ремней, и в этот момент линейному кораблю, действительно, «прилетело». Два вражеских «Циклопа», торпеды сокрушительной мощи, специально созданных против таких монстров, как звездные линкоры, поразили «Россию» ближе к задней оконечности корпуса. Раздался тяжелый удар, и огромный корабль вздрогнул от носа до кормы. Тех людей в рубке, кто не успел пристегнуться, выбросило с их мест. Приборные панели брызнули фонтанами искр и погасли. Оглушенный вице-адмирал медленно ворочал головой, стараясь прийти в себя среди сполохов аварийного освещения. Наконец, заработали дублирующие системы, и все находившиеся в рубке стали понемногу приходить в себя. Гранин поймал озабоченный взгляд капитана корабля и ободряюще махнул ему рукой. «Не обращай на меня внимания, – крикнул он капитану, – продолжаем бой. Весь огонь сосредоточить на корме “Иакова”. И отправляйте в атаку на “Велизарий” наш резерв торпедоносцев. Пока неизвестно, насколько все серьезно с нашим кораблем. Надо перехватывать инициативу, пока есть возможность». Слава богу, что все тогда обошлось, «Россия» не получила критических повреждений, вышел из строя только один из трех главных генераторов, и корабль смог продолжить вести бой. Но от мощной взрывной волны вышло из строя множество механизмов на всем линкоре, а также была разрушена часть пятого дека поблизости от места попадания. Сто восемьдесят человек нашли свою смерть под обломками или задохнулись в разбитых отсеках. Сейчас их тела ждали последнего прощального салюта и печального обряда погребения в космосе.

Но гибель его людей не была напрасной, тактический успех операции был налицо. Ударная группировка Третьего флота практически сохранила боеготовность, полностью уничтожив при этом эскадру противника. Васудианский линкор «Псамтик» тот вообще не получил повреждений и теперь контролировал окрестности узла межзвездного перехода Сириус – Денеб.

Но Гранин никак не мог отделаться от мрачных предчувствий. Слишком мало, подозрительно мало сил было у мятежников в системе Денеба, в одной из ключевых их звездных систем. Это могло означать, что прошедшее сражение было лишь отвлекающим маневром, чтобы сковать силы Альянса в этом районе.

«Мы ожидали длительной борьбы, наступлений и контратак, постоянной игры линейными кораблями на узлах межзвездных переходов по всем правилам военного искусства, а получили яростную короткую схватку, решившую все дело с самого начала», – хмуро размышлял вице-адмирал Альянса.

Где находятся основные эскадры мятежников и сам адмирал Бош? Не собирается ли он нанести решающий удар союзникам, где-нибудь в другом месте, к примеру, у звездной системы эпсилон Пегаса? Закончившееся полчаса назад оперативное совещание ясности в обстановку не внесло. Но было решено пока на рожон не лезть и все силы к узлу Денеб – Сириус не перебрасывать. Хватит там и одного «Псамтика» под парами. Легкие силы мятежников и рейдеров он отгонит, а если с Сириуса вдруг выйдет мощная эскадра, то успеет отступить. Но в любом случае, руководству флота придется принимать дальнейшее решение не позже чем через восемь часов. Именно столько времени сможет выдержать «Псамтик» с генераторами гиперполя, работающими в режиме ожидания. После линкору придется либо их выключить, либо стать бронированной мишенью, поскольку на генераторы подпространственной матрицы и тяжелые лучевые орудия энергия подается с одних и тех же реакторов.

«Надо бы поскорее поговорить со стариком Витторио, у него должны быть свежие данные».

Гранин с усилием потер лоб и посмотрел на часы. Линкор командующего силами Альянса должен был подойти через полтора часа. Немного времени, чтобы успеть навести хоть какой-то порядок на «России» к прибытию высокого гостя.

– Эй, ребятки, – окликнул он техников, все еще возившихся неподалеку, – я уже начинаю сомневаться в вашей квалификации. Чтобы через час все было исправлено. Вы что думаете, враг будет ждать, пока вы здесь вдоволь наковыряетесь?

– Господин вице-адмирал, – один из инженеров поднял голову, его лоб блестел от пота, – мы делаем все возможное, но вы же видите – повреждений слишком много.

– Шестьдесят минут, – адмирал выразительно постучал пальцем по своим часам. – Вы находитесь в районе боевых действий, где скидок на то, что повреждений слишком много, вам никто не даст. И эвакуироваться домой к своим родным и близким в случае чего вы точно не успеете.

Он поднялся и двинулся к выходу из рубки, осколки битого пластиката захрустели под его ногами.

– Коммандер Вирт, – он окликнул ближайшего к нему вахтенного офицера, – скажите капитану, что в ближайшее время я буду у себя. И передайте Юрковскому, командиру пятьдесят третьей эскадрильи, чтобы он послал прямо сейчас пару звеньев истребителей проверить схрон мятежников в астероидном поясе, чисто там или нет.

Командир пятьдесят третьей, получив этот приказ, громко и аристократично выругался, но спорить с начальством не стал.

– Офонарели они там, что ли? – стукнув кулаком по столу, отчего перед ним запрыгало изображение карты боевых действий в системе Денеба, обратился он к своему заместителю по эскадрилье Савицкому. – Кого я могу послать сейчас сразу после боя? У них что, нет больше резервов?

Его помощник, сидевший напротив и во время переговоров командира с начальством тщательно рассматривавший свои аккуратно подстриженные ногти, согласно кивнул и достал из нагрудного кармана сложенный вчетверо листок квазибумаги.

– Из шестнадцати истребителей мы потеряли в бою два, в капитальный ремонт можно смело списывать еще четыре. Столько же наши техники поставят на крыло в течение суток, – сказал он, сверившись с листком.

– То есть сейчас к вылету можно подготовить всего шесть машин, – раздраженно резюмировал Юрковский, – а от нас требуют два звена. Это восемь. Придется отправлять две тройки. И никакого резерва! Чем воевать потом будем?

– Это да, – согласился с ним Савицкий, неторопливо засовывая бумагу обратно в карман, – но хоть спасибо, что все наши люди живы и здоровы. Те двое сбитых очень удачно катапультировались, мы их почти сразу выловили. А материальную часть всегда восстановить можно. Вдруг пришлют новые машины, я бы от «Персеев» не отказался.

– Держи карман шире, дадут тебе их. Можешь даже не мечтать, скорее снова пригонят «Геркулесы», пролежавшие в смазке пятнадцать лет. Ладно, вызывай младших пилотов на командный пункт через пять минут для брифинга, – комэск хрустнул пальцами, – старики пусть отдохнут после сегодняшней драки.

Юрковский еще раз раздраженно стукнул кулаком по столу.

– Нет, но почему им все-таки понадобились именно мои истребители! Слали бы группу скаутов из разведывательной эскадрильи. Мои парни еще от сегодняшней заварушки не отошли, – снова возмутился он.

– Скауты и так как угорелые мечутся по системе, наш вице-адмирал все не может поверить, что враги внезапно кончились. Вот лично я думаю, это все потому, что мы единственные, кто сегодня вернулся без потерь. Все пилоты целы, ни один даже не ранен, – Савицкий постучал по подлокотнику своего кресла и сделал вид, что два раза сплюнул через правое плечо. – Другим-то эскадрильям повезло меньше. Сорок четвертая, вон, потеряла сегодня троих только погибшими, а подбили вообще чуть ли не половину. Вот им и завидно стало, – со знанием дела закончил помощник, выводя на виртуальный экран список пилотов своей эскадрильи.

– Все знают, что у меня лучшие летчики, и поэтому этим пользуются, – совместив в своем заявлении и оттенок гордости, и одновременно ноту раздражения, сделал открытие командир «Молотоголовых», – ладно, жми вызов на шесть машин, будем готовить ребятам полетное задание. Думаю, разнести схрон будет делом нетрудным.

– Так точно, командир, – ответил Савицкий, набирая на своем коммуникаторе «срочный вызов» для шестерых младших пилотов своей эскадрильи, – сейчас прибегут. Держу пари, что первым Илья примчится со своим звеном. Он же у нас «Альфа».

Уже через семь минут все вызванные младшие офицеры были в сборе. Когда за последним из вошедших на командный пункт пилотов с шипением закрылась металлическая дверь и прибывшие торопясь расселись на своих местах, командир пятьдесят третьей эскадрильи поднялся со своего места и подошел к большому голографическому проектору, шутливо прозванному пилотами УНТС – «указателем на тот свет». Он повернулся лицом к присутствующим, одернул на себе китель и, дождавшись полной благоговейной тишины, произнес свою обычную фразу, с которой уже много лет начинал постановку боевых заданий:

– Да благословит Господь Всемогущий того летчика, кто внимательно слушает своего командира перед вылетом.

Он еще раз со вниманием оглядел всех присутствующих на командном пункте. Пилоты зашевелились, лица некоторых помрачнели, не все еще могли поверить в бессердечность командования, назначившего следующий боевой вылет почти сразу после тяжелого сегодняшнего сражения. Но после такого вступления Юрковского стало ясно, что их вызвали на командный пункт не просто так.

– Я собрал здесь вас, лучших пилотов моей эскадрильи, чтобы сообщить об оказанном нам высоком доверии со стороны нашего командования. Я знаю, что только мои ребята могут сделать еще один вылет и снова покрыть себя славой, даже не отойдя еще толком от предыдущего задания.

Лучшие пилоты выжидающе замерли. Командир повернулся в сторону проектора, и через секунду перед пилотами в воздухе замерцала карта системы Денеба, усеянная зелеными значками. Это было местонахождение победоносного Третьего флота. Затем масштаб изображения увеличился и сместился в сторону большого астероидного пояса, где уже горели зловещие красные огоньки. Юрковский прокашлялся.

– Перед нами поставлена боевая задача уничтожить базу мятежников, которую наши сканеры засекли вот в этом астероидном кольце. Крупных боевых кораблей там не зафиксировано, но автоматические сторожевые орудия АСО будут присутствовать наверняка. Как с ними справляться, вы знаете, поэтому не вздумайте потерять от их огня хотя бы одну машину. Опозоритесь на весь флот. Самое опасное, что вы можете там встретить, это легкие файтеры противника, которые успели прыгнуть туда после сегодняшнего сражения. Они могут добраться до своей базы, чтобы дозаправиться или пополнить боекомплект. Если мятежников будет более двух звеньев, в бой не ввязывайтесь. Просканируйте ближайшие контейнеры и уходите обратно. В зависимости от результатов будет принято решение, какие дополнительные силы в этом случае придется послать туда для завершения операции.

На задание пойдут две тройки истребителей. Звено «Альфа» поведет Илья Нестеров, соответственно звено «Бета» возглавит пилот Аберт Фрам. Весь схрон мятежников, контейнеры, грузовые корабли, оборудование – все это приказано уничтожать целиком и полностью. Не оставлять ничего.

Юрковский сделал паузу.

– Пилот Хованисян, а у вас почему такое недоуменное выражение на лице? Ах, вы хотите знать, почему мы просто не захватим все это как трофеи для Альянса? Хованисян, я в вас разочарован. Каждый безусый юнец у меня в эскадрилье должен знать, что подобные системы оснащены опросчиками «свой-чужой». И там же находится небольшой подрывной заряд, специально для таких пилотов, как вы, который при вашей попытке взять ценный трофей превратит ваш файтер и вас в том числе в раскаленное облако плазмы. Вам понятно?

Маленького роста, смуглый пилот Хованисян, робко кивнув, почесал свои изящные усики, не решившись уточнить про грузовые корабли мятежников, снабжены ли такими опросчиками и они.

Тем временем шесть зеленых фигурок истребителей Альянса переместились в астероидный пояс, и красные значки начали гаснуть один за другим. Юрковский с удовлетворением посмотрел на эту картину.

– Задание несложное, поэтому лишний раз не рискуйте, с превосходящими силами противника в бой, еще раз повторяю, не ввязывайтесь. Мы и так задали мятежникам хорошую трепку сегодня, не стоит давать им шанс укусить нас напоследок. Если возникнет необходимость, мы лучше пошлем туда крейсер с сильным эскортом. Вылет через пятнадцать минут. Вопросы есть? Ведущим звеньев подойти ко мне, остальные вольно.

Поднялся шум, пилоты стали пробираться к выходу. Илья вместе с ведущим второго звена Абертом подошли к командиру эскадрильи. Юрковский протянул им чипы полетных карт с прописанными там маршрутами. По ним шесть истребителей Альянса смогут пройти весь путь и вернуться обратно автоматически, даже без вмешательства пилотов. Если не встретят по дороге вражеских кораблей.

Юрковский кивнул им ободряюще:

– Жду вас через три часа обратно и в том же составе. Я не зря назвал вас лучшими пилотами своей эскадрильи. Потому что только лучшие возвращаются обратно на своих машинах, а остальных привозят спасательные партии. Не думайте, что у тех, кто остался сейчас на линкоре, будет легкая жизнь. Я им сейчас покажу, как портить дорогостоящие боевые машины!

В глазах Аберта появились насмешливые искорки.

– Мне кажется, они уже отлично знают, как это делать, – нарочито почтительным тоном заметил он. Юрковский метнул на него подозрительный взгляд.

– Пилот Фрам, вы задание получили?

– Так точно, командир, – вытянулся тот.

– Так выполняйте!

Аберт отдал честь и повернулся кругом, по пути подмигнув Илье. Тот, не приняв игры, демонстративно повернулся к командиру.

– Разрешите идти? – козырнул он.

Взгляд Юрковского смягчился. Все-таки Нестеров действительно был его любимчиком, хотя командир пятьдесят третьей, как могло показаться для постороннего взгляда, относился ко всем своим пилотом одинаково.

– Ступай, сынок, удачного тебе вылета.

Пилоты направились к двери, за которой их ждали младшие товарищи.

– Все выслуживаешься, – негромко, но отчетливо сказал Аберт, выходя в узкий и длинный коридор третьей палубы, освещенный резким светом настенных светильников.

Илья презрительно посмотрел на него:

– Мне не пристало слушать замечания от подчиненного. Тем более такие тупые замечания и от такого тупого подчиненного.

– Я твой подчиненный? – неожиданно взбесился Аберт. – С какой стати?

– Как ведущий первой группы именно я командую ведением боевой операции. А ты как ведущий звена «Бета», соответствуя своему положению второй буквы в алфавите, выполняешь мои приказы, – сказал Илья, рассеянно ведя пальцем по гладкой металлической стене. Стоявшие ближе всех Алекс и Наталья насмешливо заулыбались, глядя на побледневшего Аберта.

– Тоже мне операция, – еле сдерживаясь, процедил командир второй группы, – подумаешь, разнести пустую базу. Да я бы это сделал со своими парнями за одну минуту.

Илья слегка наклонился к нему и покачал указательным пальцем левой руки.

– Вот и отлично. Раз ты такой инициативный, я доверяю тебе уничтожить АСО, занятие как раз для тебя. А мы тем временем расправимся с истребителями мятежников. Это же гораздо проще, правда?

Секунду Аберт, казалось, раздумывал, броситься с кулаками на Илью или нет. Обеспокоенный Алекс шагнул поближе к своему другу.

– Ничего, посмотрим, не всегда тебе быть «Альфой», – Аберт все-таки сдержался и лишь с ненавистью посмотрел на своего противника. – Пошли ребята, – обратился он к пилотам из своего звена, стоявшим позади него.

Илья задумчиво посмотрел ему вслед:

– Чувствую, пользы от него будет мало, а беспокойства может быть много. Парень все никак не поймет, что такое воинская дисциплина.

Алекс согласно кивнул. Илья обвел взглядом своих товарищей:

– Ну что, пилоты, по машинам? До вылета осталось десять минут. Как раз только-только добежать.

* * *

В уши ворвался назойливый шум работающих турбин. Илья потряс головой, приходя в себя после выхода из подпространства. Перед ним по бронестеклу побежали ряды красных строчек. Сознание пилота автоматически фиксировало скорость, координаты, количество объектов. Стоп! Он окончательно очнулся. Перед ним расстилалась гигантская, в сотни астрометров часть астероидного кольца, вращающегося вокруг газовой планеты-гиганта. Даже с большого расстояния огромные серые глыбы, изредка поблескивавшие своими боками под лучами Денеба, внушали уважение. Схрон, база обеспечения, или, как ее еще называли на пилотском жаргоне, «гараж» мятежников оказался совсем недалеко, на окраине астероидного поля, не слишком близко, чтобы не попасть под блуждающую глыбу и иметь время ее расстрелять, и не слишком далеко, чтобы затруднить обнаружение широкополосными сканерами Альянса. Длинная вереница из нескольких десятков бронированных контейнеров и два грузовых судна, пристыкованные рядом.

– Это мы удачно выскочили, совсем недалеко, – пробормотал Илья, – Алекс, начинай сканирование, «Альфа три» отправит передачу в центр.

– Выполняю, – подтвердил Маршан, он же «Альфа два». – Наблюдается восемнадцать контейнеров ТТК и десять бронированных «ТАК 1». Рядом два грузовых судна класса «Тритон» и «Посейдон» под загрузкой. Охраняются шестью АСО «Аластор» и тремя истребителями, тип «Локи». Координаты семьсот шесть, триста тридцать четыре, эшелон семнадцать.

Камера заднего обзора вдруг замерцала мягким серебристым светом. Из подпространства выходила вторая тройка истребителей «Мирмидон», это была группа «Бета». Можно было начинать операцию. У противника, который уже заметил приближение истребителей Альянса, поднялась суматоха. Один из транспортов, бросив на полдороге погрузку контейнера, начал спешно разворачиваться к врагу, занимая оборонительную позицию. На его брюхе завращались, выискивая цель, зенитные турели. Второй грузовой корабль, огромный неповоротливый «Тритон» с захватами для тяжелых контейнеров, похожий на гигантскую бельевую прищепку, обреченно замер на месте. С его огромными обводами, по которым невозможно было промахнуться, и единственной спаренной плазменной пушкой, он был практически беззащитен перед врагом. Его команда прекрасно понимала это и сейчас, скорее всего, уже готовила белый флаг, рассаживаясь на всякий случай по спасательным капсулам. Тройка истребителей «Локи» в панике заметались перед грузовыми судами, и один из них, видимо, тяжело поврежденный в сегодняшнем сражении, поспешно скрылся за огромным полубаком «Тритона». Лишь беспилотные автоматические сторожевые орудия, сокращенно АСО класса «Аластор», обнаружив противника, не выказали никакой паники и начали деловито разворачиваться в направлении вероятной атаки. Управляющий ими искусственный интеллект с чувством страха был незнаком.

Илья быстро оценивал ситуацию. Чтобы добраться до транспортов и истребителей, надо было пролететь прямо сквозь оборонительный ряд АСО, если же попробовать обойти сторожевые пушки по дуге, то на это могло уйти много времени. Чем черт не шутит, корабли противника могут успеть прыгнуть за это время, если у них достаточно энергии в генераторах гиперполя, ищи их потом снова по всей системе Денеба. Юрковский точно будет очень недоволен, если Илья позволит сбежать такому слабому противнику. Тем временем расстояние до врага быстро сокращалось, и Илья наконец принял решение. Его сердце в предчувствии свалки снова быстро забилось, отдаваясь стуком в груди. Он крепко сжал штурвал, стараясь взять себя в руки и не выказать охватившего его волнения.

– Внимание всем, я «Альфа один» – принимаю решение об атаке противника. Звено, идем напрямую в направлении АСО пять, шесть. Уничтожаем их с ходу. Дальше я беру на себя истребителей. «Альфа два» и «три» уничтожают транспорты. Звено «Бета» атакует остальные АСО, не давая им возможности обстрелять первую тройку, затем уничтожает оставшиеся корабли противника. Контейнеры оставляем напоследок.

– Все-таки всучил мне эти сторожевые пушчонки, скотина, – раздался в эфире злобный голос «Бета один».

– Аберт, за неподчинение расстрел на месте. Выполняй приказ. И не дай бог, если мы получим хоть один снаряд от твоих АСО, – по возможности бесстрастным голосом ответил Илья. Надо же, каков подлец, назвать командира в эфире скотиной! Пилот, несмотря на все свое волнение, невольно усмехнулся, представив возможную реакцию Юрковского на это при разборе полета, после возвращения на «Россию».

Второе звено неохотно начало поворот на четыре ближайшие АСО, выходя вперед, чтобы прикрыть группу Нестерова от их огня. Стрельбу все открыли почти одновременно. Пространство вокруг вдруг заполнилось разноцветными трассами плазменных разрядов. Даже с транспортов открыли неприцельный огонь, практически безопасный на таком расстоянии, но добавивший своих цветов в картину боя. Неустойчивые плазменные заряды, вылетев из зенитных турелей и пройдя небольшое расстояние прицельной стрельбы, беспомощно рассыпались красивыми желтыми фейерверками.

– Звено «Альфа», форсаж! – крикнул Илья, ловя в прицел ближайшее АСО.

Четырехкратная перегрузка вдавила его в кресло. По краям поля зрения начала сгущаться темнота, кровь перегрузкой отбрасывало от глаз пилота. Но чем быстрее Илья выйдет на линию огня, тем лучше, по дальнобойности стационарные «Аласторы» превосходили бортовое оружие истребителей «Мирмидон». Плазменный заряд вдруг ударил прямо в лоб его истребителю и растекся поглощенный защитным полем, засветившимся в месте удара нереальным фиолетовым светом. Зеленый кубик указателя уровня защиты тут же прыгнул вниз. Но Илья почти не заметил этого, правильный многогранник АСО, поблескивающий вспышками выстрелов, уже вошел в перекрестье прицела. Его палец плавно лег на спуск, длинная очередь прошила «Аластор» насквозь, своего защитного поля у этих орудий не было. И тут же в него ударили две ракеты, выпущенные кем-то из товарищей Ильи. АСО вдруг завертелось на месте и затем взорвалось, разбрасывая языки раскаленного до белизны огня. Через несколько секунд истребитель пилота уже промчался сквозь потухающее облако разрыва, оставшегося на месте, где было орудие. Он посмотрел вбок, где второе АСО отплевывалось огнем от атакующего истребителя Натальи. «Неплохо девчонка работает», – промелькнуло у него в голове. Не уничтожив врага с первого захода, ее «Мирмидон» скрылся для разворота за вереницей небронированных ТТК. Сторожевое орудие, ведя погонный огонь, хладнокровно расстреляло свои же контейнеры, и прежде чем оно успело остановиться, из хоровода взрывающихся металлических коробок снова выскочил истребитель Натальи. На его плоскостях плясали огоньки выстрелов. Через пару секунд второе АСО – смертельно пораженное – вдруг вспухло и расцвело ярким белым цветком.

– Отлично, ребята, мы прорвались. Атакуйте транспорты, пока они не сбежали. Я займусь истребителями, – Илья выполнил переворот, чтобы посмотреть, как идут дела у второй тройки. Все было нормально, Аберт остервенело добивал оставшиеся сторожевые пушки, вкладывая в это все свое уязвленное самолюбие.

«Надо же, как старается. Все-таки я хороший командир, раз могу заставить работать даже таких парней, как Фрам», – с оттенком уважения к самому себе, подумал Илья. Тем временем пара легких файтеров «Локи» выскочили навстречу, пытаясь увести звено «Альфа» в сторону от транспортов.

Они разошлись на контркурсах, обменявшись ракетными залпами. Траектории ракет черкнули замысловатым пунктиром, но ни одна из них не достигла своей цели. Алекс и Наталья согласно плану упорно прорывались к грузовым кораблям. Истребитель Нестерова, наоборот, свечой ушел вверх и, выполнив боевой разворот, оказался позади противника. Враг на секунду замешкался, затем один из файтеров мятежников все-таки бросился в погоню за двумя истребителями Альянса, выходящими в атаку на транспорты, а второй «Локи» начал новый разворот, пытаясь перехватить командира группы. Но промедление сыграло с противником злую шутку, Нестеров, прибавив скорости, быстро оказался на хвосте первого истребителя Нео-Терры.

– «Альфа», атакуйте коробки спокойно, я бью первого, – крикнул Илья, поймав в прицел вражескую машину.

Он открыл огонь с близкого расстояния. Несколько секунд защитное поле «Локи» держалось, поглощая энергию плазменных зарядов, обрушившихся на истребитель, но затем не выдержало и лопнуло как мыльный пузырь. Следующая очередь пробила реакторный отсек одного из двигателей, и вражескую машину резко повело вправо. Нестеров, не останавливаясь на достигнутом, дал ракетный залп. Увидев приближающиеся черточки ракет, пилот мятежников решил не испытывать судьбу и поспешно катапультировался.

Провожая взглядом спасательную капсулу, Илья едва не позабыл о втором противнике, который уже заходил в атаку с задней полусферы. Спохватившись, пилот заложил резкий вираж, и красные трассы прошли мимо в очень опасной близости. Несколько минут они гонялись друг за другом, напрасно расстреливая последние ракеты. В этот раз ему встретился умелый противник. Илья начал потеть. Самое ужасное было то, что он не мог теперь отвлечься на управление своей группой, враг не давал ему ни секунды покоя, очевидно, решив отомстить за поражение товарища.

– «Альфа», доложите ситуацию, – крикнул Илья, закладывая очередной вираж и пытаясь хотя бы краем глаза рассмотреть происходящее со своей тройкой.

– Все нормально, сэр, расстреливаем «Посейдон», – весело ответил Алекс, – снесли ему все турели и разворотили корму. Теперь уже никуда не уйдет. Эй, Наталья, смотри, на шесть часов недобитый «Локи», вон там за «Тритоном». Ага, молодец девочка, туда ему и дорога. А как ты, командир, в порядке?

– Почти, – прохрипел Нестеров, снова повисая на ремнях из-за отрицательной перегрузки.

Теперь из-за прилива крови к глазам вокруг все начало краснеть. Похоже, вражеский пилот решил взяться за Илью всерьез. Столбик уровня защитного поля опустился уже больше чем на половину, скоро удары начнут приходиться прямо по его машине. На экране заднего обзора Нестеров снова увидел силуэт вражеского истребителя, заходящего ему в хвост с роковой неумолимостью. Внезапно на месте машины противника полыхнуло облако огня. Не успел Илья сообразить, в чем дело, как рядом с его истребителем пронеслись три «Мирмидона» Альянса с эмблемой пятьдесят третьей эскадрильи на бортах, и знакомый голос ядовито осведомился:

– Ну и долго ты здесь собирался развлекаться? Транспорты вот-вот смотаются.

Илья перевел дух, ну конечно, это был Фрам собственной персоной.

– С коробками все в порядке, там моя тройка. А ты вместо того, чтобы лететь посмотреть на такое зрелище и поучиться у профессионалов, мешаешь мне заниматься выполнением фигур суперпилотажа, – с усилием выговорил он, отходя от перегрузки.

– Да? – с сомнением произнес Аберт. – Ну, благодарности от тебя, я знаю, не дождешься. Ладно, извини, полечу дальше, надо еще помочь твоему звену, слишком долго они копаются.

Звено «Бета» на форсаже ушло вперед. Илья начал осматриваться. Вроде бы его машина осталось практически целой, вот только заклинило правую плазменную пушку «Субак» и кончились все ракеты. Можно сказать, легко отделался. Внезапно на общую волну истребителей Альянса ворвался чей-то панический голос:

– Немедленно прекратите стрелять по моему кораблю! Все, мы сдаемся! Говорит капитан «Посейдона». Хватит, я говорю, у меня уже пошли вразнос реакторы! Повторяю, мы сдаемся, прекратите огонь.

– Это нечестно! – заорал в ответ Аберт. – Дайте и нам пострелять. А то что же получается, оставили нам только сторожевые пушечки да какой-то истребитель на троих?

– Не будь таким поспешным, Аберт, твоя короткая жизнь вся еще впереди, – вклинился в разговор «Альфа два». – Илья, ну что, как решишь, пожалеем бедолаг?

Нестеров направил свою машину в сторону грузовых кораблей мятежников. Оба транспорта горели, разбрасывая фонтаны искр через многочисленные пробоины. Но «Тритон», который с самого начала даже и не пытался сопротивляться, выглядел гораздо веселее второго корабля, насквозь издырявленного попаданиями. На месте зенитных турелей «Посейдона» светилась вишневым цветом раскаленная дыра площадью несколько десятков квадратных метров. Кормовая оконечность транспорта, где располагались двигатели, была изуродована так, что походила на что угодно, но только не на корму. Алекс и Наталья неплохо поработали, их машины теперь неподвижно висели над фрахтовиками, готовые открыть огонь в любую секунду. Звено «Бета» разочарованно крутилось рядом.

Илья попытался вспомнить необходимые в таких случаях действия командира группы. Ему еще не приходилось брать в плен вражеские корабли. В памяти всплыла только фраза: «Конвенция бета Орла, положения которой обязаны выполнять все воюющие стороны, предусматривает гуманное отношение к военнопленным». Ладно, ставить к стенке капитана транспорта он все равно не собирался, а вот что делать с кораблями? Юрковский, кажется, ясно приказал уничтожать все, что пилоты увидят в своих прицелах. С другой стороны, транспорты могли бы действительно стать ценным трофеем. Илья попробовал почесать голову, но лишь поскреб стекло шлема рукой в перчатке.

После нескольких секунд раздумий он решился:

– Говорит «Альфа один», командир группы легких кораблей, звездный флот Альянса. Экипажам обоих судов, приказываю в течение пяти минут пересесть в спасательные капсулы и немедленно отойти от своих кораблей на безопасное расстояние. Мы намерены взорвать транспорты. Второе звено, займитесь пока уничтожением грузовых контейнеров.

– Стойте, я же подтвердил, что мы сдаемся. Зачем нас в пыль превращать? Вы что там у себя думаете, мне много радости будет болтаться в космосе в этой спасательной скорлупке, без руля и без ветрил? – в голосе капитана «Посейдона» пропала паника и появились раздраженные нотки.

– Мы вышлем за вами транспортный «Элизиум» для эвакуации. Более того, если подтвердится, что вы гражданские лица, действовавшие по принуждению, то вас должны будут просто отпустить, – твердо сказал Илья. – К офицерам мятежников это, конечно, не относится, – добавил он сразу, чтобы у дрейфующих в отдалении, катапультировавшихся пилотов сбитых «Локи» не возникало чувства излишнего оптимизма по поводу своей дальнейшей судьбы. – Повторяю, немедленно покиньте свои корабли. У нас есть ясный приказ, который мы собираемся выполнить через пять минут, – сказав это, он почувствовал облегчение. Хорошо все-таки иногда не думать, а просто исполнять распоряжения.

– Вас понял, – мрачно ответил капитан «Посейдона», убедившись, что дальнейшие его возражения бессмысленны. – Эй, Снапкин, старина, – обратился он к своему коллеге со второго транспорта, – вылезай из своего корыта, будем смотреть бесплатный фейерверк.

На связь с Ильей по закрытому каналу вышел Алекс.

– Командир, может, правда не стоит? Тем более мы с Наташкой работали, старались. Мы ведь их сразу раздолбать могли, но решили, что как приз их взять будет гораздо приятней, – попытался убедить его Маршан.

– Алекс, я все понимаю, – вздохнул Илья, – но у меня приказ Юрковского не оставлять от базы ничего, уничтожать все встреченные объекты. А приказы я выполняю, что и тебе советую.

– Нет проблем, командир, – после паузы ответил Алекс, – как скажешь, ты здесь главный.

Выведя машину к транспортам на расстояние прицельного огня, Нестеров зафиксировал прицел на реакторном отсеке ближайшего к нему корабля, огромного «Тритона», и начал наблюдать за эвакуацией экипажа. На кораблях такого класса, насколько он помнил, могло быть до пятидесяти человек команды. Все они в состоянии были уместиться даже на одной стандартной спасательной шлюпке, оборудованной небольшим фузионным двигателем. Он увидел ее отходящей от ютовой надстройки – сорокаметровую вытянутую консервную банку с двойным рядом подсвеченных иллюминаторов вдоль борта. Оставшаяся запасная шлюпка должна была разделить участь транспорта. Почти одновременно от борта «Посейдона» отскочила такая же посудина, только гораздо меньших размеров, и, ритмично пульсируя голубым огнем выхлопа двигателя, пошла по прямой, уходя подальше от обреченного корабля.

Высоко над машиной Ильи чередой беззвучных желтых вспышек начали взрываться вражеские контейнеры, это звено «Бета» выполняло поставленную задачу. Он отчетливо видел проносящиеся в пустоте красные черточки трасс. Боевое волнение уже покинуло Нестерова, сменившись чувством странной опустошенности. Из задумчивости его вывел голос Алекса:

– Кажется, можно начинать. Они сигнализируют, что на транспортах никого не осталось.

Илья очнулся.

– Бейте по реакторной перемычке, – посоветовал он товарищам, нажимая гашетки, – минут через пять сдетонирует. Ракетами тоже можно огоньку добавить.

Так и случилось, вскоре один корабль, а за ним и второй, разорвало на куски мощными внутренними взрывами. Еще через несколько секунд от огромных транспортов остались только быстро тающие облачка раскаленного газа да несколько разлетевшихся в разные стороны небольших обломков.

Пилот с удовлетворением посмотрел на радар, сияющий изумрудным светом. Второе в его жизни самостоятельное боевое задание было выполнено чисто и без потерь. Он вдруг слегка прищурился:

– Второй группе. У вас там один ТТК висит на одиннадцать часов.

– Они его на память оставили, – хмыкнул Алекс, – сейчас будут около него сниматься. На фоне поверженного врага.

– Заткнись, рыжий, – сгрубил «Бета один». Он был явно не в духе.

– Да ладно, – нисколько не обиделся «рыжий», – не горячись, мальчик, я не собираюсь отбирать у тебя лавры победы над контейнерами.

Фрам буркнул что-то злобно-неразборчивое в ответ, расстреливая последний вражеский ТТК.

– Второе звено докладывает. Все контейнеры уничтожены, – ледяным тоном сообщил он через несколько секунд.

– Отлично, – Илья был в самом прекрасном расположении духа, – Наталья, отправляй сообщение на «Россию». Пусть высылают эвакуационный корабль, забрать людей со шлюпок. А нам пора собираться обратно. Внимание обеим группам, минутная готовность. Координаты точки перехода семьсот шесть, триста тридцать два, эшелон девятнадцать.

Он сориентировал машину, включил двигатели на средний ход и протянул руку к приборной панели, чтобы запустить прыжковые генераторы. Через минуту пространство вокруг его истребителя начнет неуловимо меняться, сворачиваясь в странную вытянутую трубку, червоточину, соединяющую его с другим концом звездной системы Денеба.

– Стойте, – вдруг не своим голосом закричал Маршан, – отмените прыжок!

Илья вздрогнул от неожиданности, отдергивая руку от панели. Не успел он спросить Алекса, в чем дело, как тот торопливо доложил:

– Вижу непонятный объект на радаре в двадцати астрометрах, за кромкой астероидного поля. Только ничего не могу понять, система показывает, что это небольшой астероид, – он остановился и продолжил почти трагическим голосом: – Только она утверждает, что это… вражеский астероид. В жизни не видел ничего подобного. Неужели мятежники смогли организовать против нас силы природы?

– А у меня на радаре ничего нет, – недоуменно произнесла «Альфа три», Синарин, – может, у тебя сбой системы из-за повреждения?

Командир группы отнесся к сообщению товарища серьезней. Уже стало правилом при вылетах небольшими группами ставить на второй файтер в звене мощный поисковый локатор, а на третий приемо-передающую станцию для быстрой связи с базой в пределах планетной системы. Это оборудование было довольно тяжелым и дорогим, требовало больших энергоресурсов при использовании, поэтому устанавливать его в полном комплекте на каждую легкую машину Альянса было сочтено нецелесообразным. Поэтому для него не было ничего удивительного в том, что «Альфа два» мог увидеть то, что не могли засечь остальные корабли в его группе. Внезапно Илью осенило.

– Передай координаты «Бета два», у него такой же, как у тебя, локатор, – быстро сказал он.

Если пилот второго звена увидит то же самое, что и Алекс, то это будет означать, что в астероидном поле скрывается неопознанный вражеский объект, не определив точную принадлежность которого группа Ильи не имеет права возвращаться домой.

Через несколько секунд «Бета два» подтвердил открытие Маршана. В двадцати астрометрах от истребителей Альянса действительно находилось вражеское «нечто», замаскированное под большую каменную глыбу.

Глава 6

Крейсер встретил гостей музыкой и почетным караулом сразу на выходе из шлюзового отсека. Два молодых офицера в полной парадной форме с оружием при виде делегации лиц прекрасного пола с трудом сохраняли чинность и серьезность, требуемые при официальном протоколе. Очевидно, на «Виджиланте» решили отнестись к визиту со всей ответственностью. Анастасия вдруг с ужасом поняла, что ей как начальнику станции придется полностью соответствовать статусу высокого гостя с налагаемыми при этом обязанностями, для нее совершенно непривычными. Слава богу, что хотя бы к ее внешнему виду было трудно придраться, несмотря на то что она специально не готовилась к визиту. Анастасия всегда аккуратно и со вкусом одевалась, а ее длинные блестящие светлые волосы, уложенные по последней моде, служили предметом зависти даже для ее юных коллег.

Длинный ярко освещенный коридор уходил внутрь корабля. Анастасия, следуя учтивому приглашению, первой ступила на подсвеченную ковролитовую дорожку. Берти, державшийся рядом, во все глаза смотрел на офицеров, встречавших гостей, на их блестящее оружие и парадную форму с гербами Альянса. Сегодня он был, вероятно, самым счастливым человеком во всей системе гамма Дракона. Последним, следуя своему васудианскому этикету, шлюзовой отсек покинул Сипптар. Согласно своим традициям, он поклонился сначала самому крейсеру, пожелав долгой жизни ему и скорой смерти его врагам, а затем уже вежливо поприветствовал экипаж.

Процессия гостей двинулась по широким переходам корабля с искусственной гравитацией, подобранной вежливыми хозяевами под ту силу тяжести, к которой они привыкли у себя на планете.

– Где мы, интересно, сейчас находимся? – спросила Анастасия, миновав очередной переход и провожая взглядом плавно задвинувшуюся за ними металлическую дверь, – мне кажется, идем уже минут десять.

Аллана, шедшая рядом, беспечно махнула рукой, украшенной изящными платиновыми браслетами.

– Это огромный корабль, наверное, километр в длину. В прошлый раз мы чуть здесь не заблудились, – сказала она.

Берти пренебрежительно хмыкнул:

– И вовсе не километр, а двести семьдесят пять метров от киля до клотика. Ой, то есть я хотел сказать от носа до кормы. А в высоту и ширину метров пятьдесят, наверное. Не волнуйтесь, тетя Насти, вы со мной не заблудитесь. Смотрите, вот это центральный проход по второй палубе, мы его уже почти прошли, сейчас будет лифт, и на нем мы спустимся на третью палубу, где кают-компания.

– Нам с тобой и провожатых не нужно, – улыбнулась Анастасия, – но я думаю, хозяева нас найдут, если мы заблудимся. Не зря же у них здесь через каждые несколько метров стоят офицеры при полном параде, показывающие дорогу.

– Знаешь, в прошлый раз такого не было, – заметила Алла-на, – наверное, правда они скоро отбывают и поэтому устраивают прощальный банкет. А может быть, это все для тебя, наш дорогой руководитель. И я даже не решаюсь представить, какие чудеса нас ждут в кают-компании.

Затем она с уважением посмотрела на мальчика:

– Так ты, значит, в курсе, что и где здесь находится? Расскажешь мне потом, где тут парочка самых укромных помещений. Вдруг может понадобиться.

– Аллана! Я сейчас отправлю тебя обратно на планету, – пригрозила Анастасия, – и не забывай, когда у меня будет разговор с капитаном «Виджиланта», то Берти останется на твоем попечении и никак иначе.

Девушка разочарованно качнула сложной прической. Спорить с Анастасией она не решилась, но насчет мальчика у нее уже был свой план. Она собиралась в случае чего сплавить его Марин-не Хойтур, угловатой девушке из коллекторной группы, которую она взяла на крейсер только под таким условием.

Действительно, как и предсказывал Берти, высокие двери кают-компании, конечная цель путешествия, оказались почти сразу после огромного лифта или подъемника, за один раз вместившего всех гостей. На больших боевых кораблях Альянса всегда трепетно относились к отделке внутренних помещений, не жалея на это средств. Казалось, это шло еще от древних традиций земного военно-морского флота, роскошных трапов красного дерева и начищенной бронзовой фурнитуры военных фрегатов и бригантин. Над дверями кают-компании, открывшимися, или, правильнее сказать, величаво разошедшимися перед гостями, сиял золотом силуэт крейсера с гербом Альянса, украшенный обилием драгоценных камней. При виде такого великолепия рот раскрылся не только у Берти. Смешки и хихиканья девушек сразу смолкли, и под торжественные аккорды музыки, лившейся, казалось, со всех сторон, слегка смущенные таким роскошным приемом гости вступили в зал.

Длинный стол с белоснежной скатертью, накрытый более чем на полусотню поблескивающих серебром кувертов, протянулся через все помещение. Стулья с высокими спинками были гостеприимно отодвинуты от стола. Кают-компания находилась глубоко внутри корабля, но огромные в половину стен и во весь потолок голографические панели создавали полное ощущение открытого космоса. Присутствующие будто находились на громадном открытом балконе, залитом мягким светом третьей планеты гамма Дракона. Группа военных с погонами старших офицеров встречали входящих гостей. Очень худой, высокий темноволосый офицер с тремя золотыми нашивками капитана корабля с поклоном подошел к Анастасии.

– Мы рады видеть вас здесь на борту нашего корабля, – он вежливо улыбнулся, – вас, дорогая Анастасия, и ваших не менее прекрасных коллег, а также досточтимого мерса Сипптара, представляющего наших союзников. Я, Отти Веддинген, капитан корабля, к вашим услугам.

– Благодарю вас за гостеприимство, дорогой капитан, – слегка растерянно ответила Анастасия, – я весьма польщена вашим вниманием. Но знаете, мы, наверное, не заслуживаем таких почестей, мы ведь обычная археологическая экспедиция, а не высокие гости.

Она и на самом деле не ожидала такого роскошного приема. Стоявшие за ней прекрасные коллеги тоже были несколько смущены. Один Берти чувствовал себя в своей тарелке, жадно пожирая глазами награды на кителе капитана, да на лице у васудианца Сипптара, как и тому полагалось, не отражалось никаких человеческих эмоций.

– О, вы не правы, – снова улыбнулся Веддинген, – для меня вы самые высокие гости, особенно вы, Анастасия, как супруга офицера Альянса, к которому все мы питаем безграничное уважение. Я не имел чести лично знать Петра Нестерова, я был мальчишкой в то время, но уже тогда мы все хотели быть похожими на него и его товарищей. Кроме того, наш крейсер скоро отбывает в центральные системы, а прощальный обед для нас всегда являлся обязательной традицией.

– А вы, молодой человек, – он наклонился к Берти, смотревшему на него во все глаза, – вы, очевидно, сын госпожи Нестеровой?

Мальчик отрицательно мотнул головой.

– Мы просто вместе прилетели, – объяснил он, – а это у вас орден Галатеи и медаль Чести Альянса?

Он показал пальцем на награды, висевшие на груди капитана. Тот немного удивленно приподнял брови.

– Вы хорошо разбираетесь в предмете, молодой человек. Вы не ошиблись, – с нарочитым уважением произнес он.

– Это Берти Квизигер, сын моей сотрудницы со станции, – пояснила Анастасия, – он, действительно, как мы уже убедились, разбирается в таких предметах. Особенно в военной технике Альянса.

– Ну что ж, Берти, если ваш интерес со временем не пропадет, то добро пожаловать когда-нибудь стажером на борт моего крейсера. Надеюсь, он к этому времени останется в строю, – сказал капитан, одобряюще кивнув мальчику.

– Прошу прощения, я отвлекся, – продолжил капитан, – позвольте все же пригласить прибывших гостей к нашему скромному столу.

Он сделал ободряющий жест рукой. Все присутствующие начали рассаживаться, послышались слова приглашений и шум отодвигаемых стульев.

Анастасия с некоторым удивлением обнаружила, что многие ее молодые коллеги уже хорошо знакомы с экипажем «Виджиланта», судя по словам и тону приветствий. Кают-компания начала быстро заполняться офицерами из команды крейсера, приглашенными на обед. Капитан усадил Анастасию рядом во главе стола, а невозмутимого васудианца пригласил сесть между собой и своим старшим помощником.

Наблюдая за тем, как хозяева и гости рассаживаются вдоль стола, Анастасия вдруг вспомнила свою основную причину визита на корабль.

Она коснулась руки Веддингена:

– Скажите, капитан, мы составим разговор по поводу того текста, что вы мне отослали, позже, после банкета?

– Да, простите, что не сказал вам сразу, – извинился Веддинген, – я думаю, часа через два, когда обед закончится, мы оставим молодежь танцевать и развлекаться и поднимемся с вами и мер-сом Сипптаром на мостик корабля. Информация, которую я хотел бы сообщить, как мне кажется, будет для вас интересна. Коротко, чтобы не слишком вас интриговать, скажу. Мои сканеры получили очень интересные данные с другого конца системы, это около пяти миллиардов километров отсюда. Толком понять, что это, с такого большого расстояния мы не можем. Мне кажется, вы как ученый могли бы мне помочь хотя бы решить, отправлять туда крейсер на разведку или нет. Есть ряд обстоятельств, из-за которых, если мы и можем отправиться в рейд по системе гамма Дракона, то только по очень серьезной причине. Но об этом позже. А сейчас позвольте вам предложить те чудеса кулинарного искусства, что приготовил сегодня наш командующий по камбузу.

С этими словами он ловко снял с подкатившей кибертележки тарелки с закусками и бокалы с вином.

Как водится в таких случаях, первый тост был за нерушимость Альянса, второй за погибших на войне героев, третий – очень витиеватый – за прекрасных богинь в лице раскрасневшихся от удовольствия гостий, и так в строгом порядке в течение всего того времени, пока длился торжественный обед. Шеф-повар действительно оказался на высоте, так что, когда через два часа опустевший стол исчез под полом кают-компании и начались танцы, многие коллеги Анастасии, еле дыша от съеденного, не раз смогли пожалеть о своем здоровом аппетите. Впрочем, их трудно было винить в излишнем чревоугодии. За три месяца экспедиции им не часто случалось попадать на подобные гастрономические праздники.

Основных тем для разговора за столом было две: возможно скорое окончание войны с мятежниками и следующие из этого массовые увольнительные для военных. Экипаж «Виджиланта» уже полтора года обходился почти без отпусков, люди устали от постоянного напряжения. Последние несколько месяцев были для крейсера особенно тяжелыми, в столкновении с мятежным Четвертым флотом вице-адмирала Коха два месяца назад корабль получил серьезные повреждения, что, собственно, и обусловило его командировку в систему гамма Дракона. Крейсер ожидал очереди в док на ремонт и в течение этого времени служил чем-то вроде часового солдата-инвалида, охраняющего покой окраин территорий Альянса. Больше семидесяти процентов команды «Виджиланта» было временно переведено на другие корабли, поэтому оставшейся части экипажа, несмотря на кажущееся со стороны бездельное «висение на орбите», оставалось не так много времени для отдыха. Усиленная техническими специалистами, оставшаяся команда крейсера в течение всех двух месяцев проводила текущий ремонт систем корабля, не требующий докования в центральных системах. Пока же растущая усталость выливалась в относительно мирные грезы о том, «куда поехать отдыхать после войны».

– Хорошо бы, если давали возможность отдохнуть иногда и сейчас, – размечтался вслух главный инженер крейсера Дармар Вангер, мешковатый человек средних лет со слегка поросячьими чертами лица. – Смотрите сами, – продолжил он, – за полтора года мы побывали в восьми планетных системах, сделав в общей сложности четырнадцать межзвездных переходов. Устроить такое путешествие в мирное время на круизном лайнере стоит целое состояние. А здесь нас катают бесплатно.

– И похороны за счет государства, если что, – хмыкнул его сосед. – Нет уж, я предпочитаю сидеть у себя дома в родной колонии на эпсилон Эридана в кругу своей семьи, а не ждать, что тебе ни с того ни сего прилетит по башке «Циклопом» или поджарит турболазером.

– Ты пессимист, Жабриэль, – ответил Дармар, снова накладывая себе полную тарелку еды, – наш крепыш может выдержать и не такое. Не забывай, в последний раз мы всыпали флагманскому линкору самого адмирала Коха! Правда и получили, как следует, – объективно резюмировал он.

Волна смеха прокатилась вдоль стола.

– Я знаю, тебе и линкоры Коха не страшны, лишь бы быть подальше от своей жены, – проворчал Жабриэль, – ты бы себя неплохо чувствовал и на пляжах Ригеля с тамошними красотками, дай тебе волю.

Все снова заулыбались. Оба оппонента были известны тем, что и десяти минут не могли провести рядом друг с другом, не обменявшись едкими замечаниями.

– Пожалуй, ты прав, если война кончится для нас на Ригеле, я и вправду останусь там на время, чтобы исполнить твое предсказание, – сказал Дармар, – но как мне рассказывал мой дедушка по отцовской линии, а он был дипломатом пятьдесят лет назад, лучше курортов, чем на Земле, было не найти. Только представь… – вдохновенно продолжил он, – бескрайние тропические моря, песчаные пляжи, коралловые рифы, и все это под благодатным теплом Солнца. Что может сравниться с Землей и Солнцем? Разве что система Лебедя с ее планетами, но и то это так, жалкое подобие.

– Простите, – дождавшись паузы, вмешалась Анастасия, – можно вас попросить не продолжать эту тему? У многих из старшего поколения она связана с тяжелыми воспоминаниями. Единственное, что я могу вам сказать, это то, что мы рано или поздно туда вернемся. Можете мне поверить. Всегда остается надежда.

– Дожить бы, – вздохнул инженер, – но, кстати, – вдруг оживился он, – дедушка говорил, что на Васуде можно было отдохнуть не хуже. Он работал тогда в дипломатической миссии и не раз бывал там.

Анастасия мысленно всплеснула руками. Час от часу не легче. Вспоминать курорты сожженной «Люцифером» планеты, ставшей историческим мавзолеем, в присутствии васудианца! Она повернулась, ища поддержки Веддингена, но тот как назло куда-то вышел. Она с опасением посмотрела на бесстрастное лицо Сипптара. Оставалось только молиться, чтобы Дармар не ляпнул ничего лишнего. А он и не думал останавливаться.

– Заметьте, там был прекрасный сухой и жаркий климат. Отличная возможность загореть. Плюс экзотические сафари на местных чудищ с последующим барбекю, – он задумчиво пожевал ртом, как будто пробовал одно из них, – ну конечно, это в те времена, когда войны еще не было. А вот потом он мне не раз говорил, что ты, племянник, если, мол, и съездишь туда когда-нибудь, то только на штурмовом танке.

– Скорее как пленник, – вдруг ровным голосом вставил васудианец, – другой вариант вам бы вряд ли предоставили.

Анастасия замерла. Не хватало здесь еще и ссоры! Но Дармар и сам понял, что заехал слишком далеко. Он примиряюще поднял пухлые руки ладонями вперед.

– Простите, не хотел вас обидеть. Да и все равно, ни так, ни по-другому уже не получится.

Сипптар презрительно отвернулся. Не умея выражать эмоции как люди, васудианцы предпочитали жесты. Или действия.

Протрезвевший Дармар слегка смутился наступившей неловкой паузой и поэтому был очень обрадован, когда вдруг за рукав его потянул уже ранее познакомившийся с офицером Берти, которого усадили за стол как раз рядом с главным инженером крейсера.

– Да, малыш, – с готовностью обернулся к мальчику Дармар, – что тебе еще положить на тарелку?

Но Берти требовался совсем другой вид пищи. В силу своего возраста он не очень хорошо разбирался в морально-этических проблемах между союзниками, зато очень сильно интересовался военной техникой. Поэтому он, наоборот, обрадовался, что Дармар наконец закончил свои скучные разговоры с коллегами и Сипптаром и замолчал. Это показалось мальчику подходящим моментом, чтобы завязать настоящий серьезный мужской разговор.

– Нет, спасибо, я жду десерт, – с достоинством сказал Берти. – Скажите, главный офицер, – солидно спросил он, – а почему наши космические корабли летают в космосе не по законам Ньютона?

– Да ты на глазах у нас растешь в чине, старина! – весело заметил товарищу услышавший вопрос мальчика Жабриэль, и все, кто сидел рядом снова заулыбались. Неловкий момент с васудианцем был уже, к счастью, забыт.

Дармар на секунду выпучил глаза и выронил вилку.

– Благодарю за такое обращение, малыш, – наконец сказал он, – но главный офицер «Виджиланта» сидит немного дальше. Я главный инженер крейсера.

– Тем более, как представитель технической интеллигенции, ты обязан ответить мальчишке, – снова встрял Жабриэль. – Или ты не в курсе, почему наш крейсер, к примеру, для того чтобы поменять направление движения на противоположное, просто разворачивается на сто восемьдесят градусов и включает турбины на полный ход, а то и выписывает дугу в полтора астрометра, как корабль в море.

– Тебя такие вещи интересуют? – уточнил пораженный Дармар у мальчика.

– Не только, – сразу предупредил Берти, – я хотел спросить еще, почему и файтеры летают, как самолеты в незапамятные времена. Они же в космосе. Ну, сел враг тебе на хвост, развернись да стреляй, а они виражи зачем-то выписывают.

Главный инженер «Виджиланта» задумчиво почесал затылок.

– Пытливая нынче пошла молодежь, – произнес он наконец, – хорошо, я постараюсь. Только как бы тебе на пальцах объяснить?

– Давай, друг, старайся, – подбодрил его Жабриэль, внимательно прислушивавшийся к беседе, – может, и остальные присутствующие чего нового узнают.

За столом снова засмеялись.

– Тут все дело, малыш, в гравитации, – осторожно подбирая по возможности понятные мальчику слова, начал Дармар, – вот видишь, у нас здесь обычная сила тяжести, никто не летает под потолком. А все почему? Потому что работают гравитационные трансдукторы, и наш крейсер как будто погружен в такой как бы океан, его еще называют океаном Хоггса. А в нем обычные законы физики уже не работают.

Теперь уже настала очередь для Берти чесать свой затылок.

– А если их выключить? – спросил он. – Эти транс… трансдукторы.

– Тогда корабль через какое-то время полностью вернется в обычное пространство, – подтвердил главный инженер, – но в этом случае верх, низ и сила тяжести в этой кают-компании будут зависеть от работы турбин, а они у нас, поверь, мощные. Немногие здесь смогут выдержать хотя бы тройную перегрузку в течение часа, а гравитационники уменьшают ее как минимум в десять раз. Поэтому нам разогнаться до скорости ста километров в секунду за одну минуту времени плевое дело. Но за все приходится платить, поэтому маневры крейсера происходят так, как будто он плывет в некоей жидкости, но зато очень быстро и без перегрузок. Понял?

– Совсем без перегрузок? – уточнил мальчик.

– Ну, если надо спасать свою жизнь, то иногда приходится и с ними, – кивнул Дармар.

Жабриэль и тут вставил словечко.

– Как тогда, – сказал он, – когда мы от флагмана Коха спасались. Помню, все вповалку лежали и боялись, что турбины нагрузки не выдержат. А в это время то взрыв справа, то взрыв слева! – он показал руками, как все происходило.

– Нет, наш красавец не мог нас подвести, – с гордостью опроверг его страхи главный инженер крейсера, – я в нем и не сомневался. А кстати, Берти, – вдруг вспомнил он еще один важный факт, – по военному кораблю и попасть сложнее, когда он в этом океане булькается. По крайней мере, из лучевого оружия.

– Непредсказуемое искривление пространства, – поднял вверх указательный палец Жабриэль, – артиллеристы от него плачут. Это тебе не просто навел прицел и бабахнул, тут думать надо.

– Ну, вот примерно в таких чертах, – произнес Дармар, освежая горло глотком вина из своего бокала, – надеюсь, я доступно все рассказал?

Мальчик задумчиво кивнул.

– А с файтерами то же самое? – задал он свой второй интересовавший его вопрос.

– О, парень, там все еще хуже, – Жабриэль сменил подуставшего товарища, – машины маленькие, перегрузки огромные в десятки «жэ», они практически всегда в этом режиме и летают. Иначе нельзя, выскочил из океана этого Хоггса, а тебя тут же сожгли в момент. Вот поэтому они такие кренделя и выписывают, хотя вроде бы безвоздушное пространство.

– Мало того, – добавил Дармар, – при такой напряженности поля в таком маленьком объеме и автоматика вся тормозит, а мозги ничего, работают. Правда, и обычных людей в пилоты не берут, там реакция нужна на генетическом уровне, да и срок службы у них максимум десять-двенадцать лет, пока они совсем молодые.

– Я капитаном крейсера буду, а не пилотом, – сурово отрезал паренек.

Все снова рассмеялись. Дармар поднял свой бокал с вином.

– Ну, тогда давайте выпьем за будущего капитана крейсера, – громко провозгласил он, обращая на себя внимание за столом, – или даже линейного корабля! Или, – он на секунду задумался, – может, сразу за адмирала?

«Хорошо, что хоть до командующего флотами дело не дошло, а то совсем закружили бы мальчишку», – подумала Анастасия уже на мостике «Виджиланта», большом куполообразном помещении, куда они поднялись втроем с Сипптаром и капитаном, отпустившим вахтенных на время разговора. Торжественный обед закончился, в кают-компании молодежь уже начала танцы под громкую музыку, звуки от которой долетали даже до боевой рубки крейсера.

Веддинген подозвал гостей к центральному виртуальному экрану. Анастасия подошла, с интересом осматриваясь по сторонам, ей еще никогда не приходилось бывать в самом сердце большого боевого корабля. «Берти здесь бы точно с ума от радости сошел», – пришло ей в голову, когда она оглядывала непривычную для нее обстановку, стараясь мысленно представить, что здесь может происходить во время жаркого боя.

Ее отвлек голос капитана:

– Прошу вас подойти поближе, сейчас вы увидите то, что обнаружили сканеры моего корабля двадцать часов назад.

Движение руки – и перед присутствующими засветилась трехмерная карта планетной системы гамма Дракона.

– Мы находимся здесь, – Веддинген показал на маленький шарик третьей планеты, где уже три месяца шли раскопки под руководством Анастасии, – на геостационарной орбите. Как я уже сказал, около двадцати галактических часов назад наш главный широкополосный сканер зафиксировал небольшое гравитационное возмущение. Вот здесь, – повинуясь движению руки капитана, изображение начало быстро вращаться вокруг своей оси, одновременно меняя масштаб.

– Видите, – он показал на точку далеко за орбитой последней седьмой планеты системы, – вот здесь, на расстоянии в пять с половиной миллиардов километров от нас. Добраться сюда, как сами понимаете, можно только ближним прыжком, а это почти семь световых часов. Я не специалист в астрофизике, – продолжил он, – но даже мне известно, что такого рода вещи крайне необычны, простите за каламбур, для обычных планетных систем. Вообще говоря, в системе гамма Дракона такого просто не должно происходить. Единственный источник аномальных гравитационных возмущений здесь это узел межзвездного перехода, эфирный мост между системой, где мы находимся, и Капеллой. Вы сами прекрасно знаете, что гамма Дракона – это тупик, выхода в другие звездные системы здесь нет.

– То есть вы думаете, что это новый узел межзвездного перехода, возникший спонтанно? – предположила Анастасия.

Эта мысль вдруг испугала ее. Если и правда это вновь образовавшиеся межзвездные врата, то теория искусственного происхождения мостов получит сильнейший удар. А если действительно окажется, что межзвездные пути торит природа, а не разум, то шансы для человечества когда-нибудь увидеть Землю, а для нее узнать, что стало с Петром, развеются как дым.

– Отнюдь, – успокоил ее капитан, – стоило только сравнить графики в базе данных крейсера, как тут же выяснилось, что ничего похожего на образовавшийся, как вы сказали, спонтанно узел нет. Эти возмущения не подошли ни под один факт известный центральному транспьютеру корабля. То есть мы открыли явление совершенно необычной природы.

Анастасия облегченно вздохнула.

– Корабль? – лаконично спросил васудианец во время образовавшейся паузы.

– Что? Нет. Во-первых, все корабли, находящиеся в системе, я знаю наперечет. Все-таки я на боевом посту. Здесь находимся мы, ваша базовая станция и стандартная база снабжения Альянса. Это самый край наших владений, он еще только планируется к освоению союзниками.

Он вдруг щелкнул пальцами, будто что-то припоминая.

– Чуть не забыл, около суток назад сюда прибыл еще один наш корабль. Это легкий крейсер «Тринити» класса «Фенрис». Капитан Артур Ромик, мы выходили с ним на связь не так давно.

Анастасия слегка удивилась:

– Надо же, какой оживленной стала наша система. Неужели Альянс заинтересовался этой окраиной? Придется ускорять раскопки, пока здесь не начался глобальный терраморфинг.

– Не беспокойтесь об этом, – сказал Веддинген. – Капитан Ромик сообщил, что они тестируют гиперпространственные генераторы для прохода межзвездных мостов. «Тринити» была на ремонте в системе Капеллы. Они все закончили, но у инженера крейсера еще оставались некоторые сомнения. Он попросил разрешения у своего капитана сделать тестовый прыжок, а поскольку корабль был ближе всего к нашему узлу перехода, то они решили войти в систему гамма Дракона, а потом вернуться обратно. Через какое-то время, уже довольно скоро, они должны совершить обратный прыжок на Капеллу. Ромик сообщил, что генераторы теперь работают как часы.

Ну и, кроме того, – продолжил он, – земные и васудианские, и даже, заметьте, шиванские корабли, мы и их проверили по базе, при прыжках формируют совершенно характерные гравитационные всплески, которые легко распознаются соответствующим оборудованием. Нет, здесь что-то другое. И это «другое» я вам сейчас покажу.

Анастасия и Сипптар озадаченно переглянулись. Тем временем капитан «Виджиланта» увеличил масштаб изображения. Точка, отображавшая странный объект, превратилась в не менее загадочное изображение.

– Вот, взгляните, – сказал Отти, – мы не смогли прояснить картину с помощью сканера и решили тогда посмотреть, что представляет собой этот объект, так сказать, воочию. Конечно, расстояние более пяти миллиардов километров не очень-то позволяет вести наблюдения, но все же при помощи наших оптических датчиков мы смогли получить вот какую картинку.

Анастасия слегка прищурилась, рассматривая странное изображение. Капитан вежливо прибавил увеличение.

– Кольцо астероидов? – предположила она, вглядываясь в размытое, на пределе разрешения оптики, изображение. – Каков размер объекта?

– Около десяти километров в диаметре, – сказал капитан, – для астероидного кольца оно уж слишком небольшое. И обратите внимание на маленькую деталь, оно вращается. Гравитационные силы не могут удержать кольцо из таких малых составляющих частей. Это очевидно.

Анастасия пожала плечами. Действительно, ничего похожего она раньше не видела, тем более, изображение было сильно размыто. Можно было различить кольцо из восьми грушевидных частей, отличающихся друг от друга размером примерно раза в два и расположенных поочередно друг за другом. Что собой представляли эти части, было непонятно, мешало слишком большое расстояние, с которого были сделаны снимки объекта.

– Неужели Древние, – вдруг ахнула она, – но ведь земной исследовательский модуль «Эриксон» побывал здесь пятнадцать лет назад и ничего не обнаружил. Подтверждение, что на третьей планете системы гамма Дракона находятся руины колонии Древних, мы получили, анализируя их иероглифы на Альтаире.

– Если объект находился в неактивном состоянии, то «Эриксон» мог просто его не заметить, – возразил капитан, – кстати, мне тоже пришла в голову мысль о Древних, поскольку объяснить это чем-то другим мне сложно.

– Это неправильно для ученого – любой артефакт объявлять наследием Древних, подобно тому, как раньше все необъяснимое у вас, людей, объяснялось Духом Бога, – сказал Сипптар, глядя на капитана желтыми глазами рептилии.

– Я не ученый, а военный, – возразил Веддинген.

– Ни один из нас не является специалистом по гравитационной физике, поэтому записанные данные нам не пригодятся, а оптическое изображение слишком нечеткое, – бесстрастно резюмировал васудианец, – капитан, мы не сильны в том, чтобы помочь вам идентифицировать объект. Я полагаю, следует проинформировать соответствующих специалистов, чтобы сюда могла прибыть специальная экспедиция. Что мы сможем подтвердить, так это то, что вы корректно следовали инструкции о совместном доступе союзников к обнаруженным артефактам.

Веддинген внимательно посмотрел на него.

– Я послал соответствующее сообщение в штаб группы, которой я подчиняюсь, – сказал он, – но боюсь, им сейчас не до этого. Планируются активные боевые действия против мятежников, поэтому к любой информации, не относящейся к этой теме, отнесутся без должного внимания, я уверен. Вы должны понять существующую ситуацию. Даже в лучшем случае специальная экспедиция прибудет сюда не скоро.

– Правильно, – поддержала его Анастасия, – мы должны сами проявить инициативу здесь, на месте. Почему бы нам не отправиться прямо туда на крейсере и по крайней мере не увидеть все это своими глазами? Тем временем я бы переслала собранные данные специалисту физику, которого я знаю лично. А если это действительно объект Древних? Тогда мы можем пропустить уникальное событие. За всю историю Альянса мы ни разу не находили действующих творений этой исчезнувшей цивилизации. Шутка ли, с момента их гибели прошло уже восемь тысяч лет.

– Это мне и непонятно, – возразил Сипптар. Он подошел поближе к виртуальному экрану и снова внимательно посмотрел на загадочное изображение. – Маловероятно, что какое-то техническое устройство может пробыть в режиме консервации такой срок, а потом снова заработать, – сказал он, – лично я принимаю, что этот объект может быть и естественного происхождения.

– Так чего же мы ждем? – вырвалось у Анастасии. – Мы и должны это выяснить. Капитан, если вы хотите знать мое мнение, то я считаю, что туда нужно направить, хотя бы и не сам крейсер, но, по крайней мере, ракетный бот с вашего корабля.

Веддинген задумчиво кивнул.

– А вы, мерс Сипптар, как я понял, против? – обратился он к васудианцу.

Тот ответил офицеру бесстрастным взглядом желтых глаз.

– Совсем нет. Но я уверен, мы все равно не сможем определить природу этого объекта, даже если подойдем к нему на расстояние протянутой руки. Как я уже информировал, здесь требуется специально подготовленная экспедиция с соответствующими специалистами.

– То есть, – подвел итоги обсуждения капитан «Виджиланта», – двое за и один воздержавшийся. Предлагаю на обсуждение следующий вариант, – он огляделся по сторонам, – кстати, давайте пока присядем. Вон туда, на места вахтенных офицеров.

– Только, чур, ничего не трогать, чтобы никуда ненароком не улететь, – улыбнулся он.

Ученые осторожно опустились в кресла. Анастасия даже подобрала под себя руки, хотя капитан, конечно, пошутил.

– Так каков ваш план? – спросила она.

Веддинген задумчиво потер подбородок.

– Мы отправим туда ракетный бот «Гермес». Запаса его энергоблоков хватит только на прыжок туда. Экипаж заснимет объект вблизи. Если ничего экстраординарного не произойдет, вслед за ним совершит прыжок и крейсер. Он подберет «Гермес» на борт и вернется обратно. К тому времени мы составим более или менее ясную картину.

– А зачем такие сложности? – слегка озадаченно спросила женщина. – Почему бы сразу не отправиться туда на «Виджиланте». Под защитой его брони и орудий, мне кажется, нечего будет бояться.

– Видите ли, в чем дело, Анастасия, во-первых, мой крейсер не полностью боеспособен из-за неисправленных до сих пор повреждений, – с сомнением в голосе сказал капитан, – а во-вторых, броня и орудия не спасут корабль, если объект вдруг сколлапсирует или взорвется. Мы же не знаем, с чем имеем дело. Необдуманно рисковать крейсером я не могу.

Анастасия согласно кивнула.

– Об этом я не подумала, – призналась она, – итак, когда вы планируете совершить вылазку?

Веддинген улыбнулся.

– Вылазку, – он произнес это слово низким заговорщицким голосом, – можно будет произвести, к примеру, завтра вечером в восемнадцать тридцать по галактическому времени. Как раз сменятся вахты. Для вас это время будет удобно?

* * *

Рано утром в небольшой комнате начальника археологической экспедиции на третьей планете системы гамма Дракона прозвучал резкий звонок. Заспанная Анастасия, еле соображающая после сна, потянулась к телевидео.

– Надар, ты? Что у тебя случилось в такую рань? – она мимоходом взглянула на часы, было семь утра, белые жалюзи на окне уже пропускали серый туманный рассвет.

Пухлое лицо ее первого заместителя распирала какая-то радостная новость. Встрепанные волосы черной щеткой торчали на его голове, глаза – и без того маленькие – превратились в узенькие щелочки. Анастасия невольно вздрогнула, представив себе свой собственный вид в семь утра и прямо с постели.

Надар больше не мог сдерживаться.

– Тоннель! Появился вход в тоннель, сразу после горизонта Б-4, – закричал он, забыв поздороваться, – роботы сняли очередной слой, а он там, овальный вход идеальной формы с выглаженными стенками. А глубинные сканеры не ловили! Представляешь? Ну, они тут же остановились, передали запись. Я как увидел, чуть с ума не сошел. Сразу позвонил тебе!

Анастасия проснулась окончательно:

– Ты молодец, Надар. Просто молодчина. Звони Сипптару, я пока оденусь. И быстро подгони запасной краулер к четвертому шлюзу. Встретимся там.

Выключив связь, она бросилась приводить себя в порядок и одеваться. «Вот так сюрприз, – подумала она, – тоннель, и совершенно неожиданно». Ее охватило волнение ученого, находящегося на пороге открытия. Везде, где экспедиции при раскопках следов Древних находили тоннели характерной овальной формы, те приводили их в настоящие сокровищницы артефактов этой исчезнувшей цивилизации. Такие находки случались очень редко, поэтому волнение Анастасии было вполне понятным. Один такой тоннель, обнаруженный на Альтаире в конце Великой Войны, буквально спас человечество. В конце его люди отыскали свой шанс. Шанс одолеть неуязвимых монстров Шивы.

Она быстро собирала необходимые вещи. Разумеется, будет много работы. Несколько недель придется классифицировать, разбирать, фиксировать каждый свой шаг, чтобы не упустить ничего, что подарит им судьба.

Анастасия вдруг остановилась. Она внезапно вспомнила вчерашний полет на «Виджилант», торжественный обед и разговор на мостике с Веддингеном, странный объект на другом краю системы и свое срочное сообщение Мине Харгроув на Капеллу с заархивированными файлами, которые любезно предоставил ей капитан.

– Вот ведь, незадача, – подумала она вслух и присела на край еще не убранной кровати, – мы же договорились сегодня лететь на край света в полседьмого вечера. Как же мне разорваться?

«Ладно, если что, отправлю сообщение Отти с извинениями», – решила Анастасия, закрыв за собой дверь и быстро сбегая по лестнице со второго жилого этажа станции.

Краулер с подпрыгивающим от возбуждения Надаром уже ждал ее около выхода четвертого шлюза. Через сформированную силовым полем воздушную подушку они быстро перебралась в вездеход. Атмосфера третьей планеты была абсолютно непригодна для дыхания, поэтому люди постоянно пользовались здесь такими воздушными пузырями. Частичным утешением было то, что сила тяжести на планете не превышала той, к которой привыкли люди, и по крайней мере, не требовалось возиться с аппаратами искусственной гравитации.

Ее заместитель сидел на пилотском месте, Анастасия устроилась рядом. Он со счастливой улыбкой показал ей большой палец.

– Я прямо предчувствовал это. Всю ночь вертелся, не мог уснуть. И представляешь, только сомкнул глаза, слышу, транспьютер запищал. Я подскочил, со сна подумал, что крепи опять обрушились. Потом смотрю видео и просто падаю. Овальный! – восторженно взвизгнул он. – Ты, как себя чувствуешь? – переведя дух, спросил он. – Теперь-то ты точно прославишься. В каждом же тоннеле что-то находили.

Анастасия тряхнула головой:

– Ты знаешь, на меня и так много новостей за раз обрушилось. Я же тебе говорила вчера, что крейсер зафиксировал какой-то странный объект далеко отсюда в космосе. Так вот, я должна была вечером снова лететь на «Виджилант», разбираться. Просто не знаю, как все успеть.

Надар беспечно махнул рукой, заводя двигатель.

– Зачем куда-то лететь, когда под ногами такое, – сказал он, – и вообще я боюсь летать, я человек земной. Вон смотри, – он показал на станцию, – наша ящерка идет. Чего это он сегодня так разоделся?

Анастасия и сама уже увидела выходящего из шлюза васуди-анца, который был облачен в свое очередное цветастое одеяние. Он быстро добрался до машины и, увидев, что передние сиденья заняты, открыл заднюю дверцу.

– Доброй встречи, Анастасия, – поздоровался Сипптар, усаживаясь сзади, – как вы себя ощущаете? Меня уже начало удивлять такое количество новостей. Все-таки неудобные у вас машины, – добавил он, подтягивая чуть ли не к груди свои узловатые колени, – надо было брать наш краулер. Я жалею, что он все еще в ремонте.

Надар взял резкий старт. Вездеход встал на гравитационную подушку и быстро устремился прочь от станции, держа курс на небольшую горную гряду, смутно рисовавшуюся в утреннем сером тумане в нескольких километрах от базы. Почти сразу же по стеклам ударили струи дождя, размывая вид за окном. Силовое поле, защищающее станцию от воды, непрерывно льющей из-под закрытого низкими облаками неба, осталось позади.

Анастасия повернула голову к васудианцу:

– Именно про это я и говорила Надару только что. Мы почти безрезультатно копались в земле три месяца и вдруг внезапно получили как снег на голову и тоннель здесь, и непонятное кольцо там, в космосе.

– Ничего, – оптимистично сказал ее заместитель, – разберемся и с тем и с этим. Поднимусь-ка я немного повыше, – продолжил он, – вглядываясь в экран радара. – В этом чертовом тумане ничего не видно.

Через десять минут они уже были на месте. Надар аккуратно провел машину меж остроконечных скал, кое-где почти смыкавшихся над головой. Впереди в расширяющемся конусом ущелье вырос из тумана белый купол раскопочного центра, за ним громоздились отвалы пустой породы. Около входа суетилось два робота. Вездеход опустился рядом с ними. Зашипели струи воздуха, формирующие воздушный кокон, и все трое ученых, еле сдерживая волнение, прошли внутрь купола.

Там было прохладно и тихо; обнаружив туннель, умные роботы остановили все работы. Только снизу доносилось еле слышное жужжание.

Надар сразу устремился к центру управления раскопками, небольшому выгороженному пространству, забитому разномастным оборудованием. Через секунду, обнаружив какую-то мелкую неисправность и громко кляня нерадивых своих сотрудников, он уже забыл о цели своего приезда.

– Ну, это он надолго, – Анастасия посмотрела на васудиан-ца, – вот что, берите свободную кибертележку и пойдем в тоннель. Спуск на раскопочные горизонты вон там, – она показала на широкий проход ближе к центру купола.

Тоннель высотой в полтора человеческих роста оказался довольно длинным. Вездесущие роботы уже понавтыкали на потолке автономных светильников, и те, реагируя на проходящих под ними людей, послушно включались, освещая путь. Стены тоннеля, похожие на выглаженный мрамор, призрачно фосфоресцировали, создавая впечатление белого тумана вокруг. Из-за овальной формы тоннеля идти приходилось гуськом, чтобы не упасть друг на друга.

– Если я не ошибся, – несколько минут спустя подал голос Сипптар, идущий третьим, – сейчас должен быть поворот, а затем мы должны попасть в хранилище.

Его голос гулко отдавался от стен.

– До сих пор исключений не было, – согласилась Анастасия, шедшая впереди всех, как руководитель экспедиции. – А вот и он, – взволнованно сказала она и остановилась. Неуклюжий На-дар, налетев на нее сзади, чуть не сбил Анастасию с ног и даже не извинился.

Все трое зачарованно смотрели на темный проем, не решаясь двинуться дальше.

– Там что, нет освещения? – спросила женщина, доставая небольшой фонарь.

– Мне не хотелось, чтоб роботы были первые, – тихо ответил Надар, – к тому же они такие неуклюжие, вдруг еще споткнутся и что-нибудь сломают. Ну что же ты, Насти, стоишь, – поторопил он ее, – пойдем.

Анастасия, затаив дыхание, шагнула вперед. Обогнув поворот, все трое оказались в большом куполообразном помещении со стенами из такого же материала, что и в тоннеле.

В самом центре, на небольшом постаменте, был расположен непонятный предмет, еле различимый в призрачном свете стен.

– Как? И это все? – услышала Анастасия разочарованный возглас Надара.

– Стойте, – прошептала она, – смотрите, эта штука вращается.

Они замерли. Анастасия осторожно направила луч свет на постамент, ярко осветив медленно вращающийся таинственный предмет. Глаза ее широко открылись от удивления.

Глава 7

Серой громадой линкор «Бастион», тот самый, с которого двадцать два года назад ушли в свой последний полет четыре торпедоносца пилота прима-класса Нестерова, неторопливо выходил из подпространства в расположение ударной группы Третьего флота. По его металлическим бокам еще танцевали сполохи голубого света, искажая контуры корабля, покидающего эфирный мост между звездными системами Веги и Денеба.

С «России» почтительно приветствовали патриарха межзвездного флота Альянса, несущего флаг гранд-адмирала Витторио. Это был один из последних больших кораблей, еще заставших Великую Войну и до сих пор остающихся в строю. «Бастион» успел скрестить оружие и с драккарами шиван, и с линкорами мятежного васудианского «Молота Света». Но он имел достаточно везения и избегнул встречи с грозными разрушителями Шивы, в то время как его сестра-близнец «Галатея», сошедшая со стапелей земных верфей одновременно с ним, нашла свою смерть где-то здесь в системе Денеба, в отчаянном и безнадежном сражении. С тех пор прошло много времени, старый линкор прошел капитальную модернизацию, ему форсировали двигатели, поставили новую броню из неостали, тяжелые устаревшие плазменные пушки были заменены на лучевые орудия. Он снова стал смертоносен, но слишком поздно, все его прежние враги давно уже нашли свою гибель под ударами других кораблей Альянса. А теперь ему приходилось воевать против людей. Похожий на старинный земной небоскреб, положенный на бок, он величественно приблизился к флагману вице-адмирала Гранина и застыл в пространстве, поблескивая топовыми огнями.

Через десять минут от «Бастиона» отошел ракетный катер и, распугивая встречную мелочь, устремился к «России». На линкоре его уже ждали.

Два флотоводца, старый и более молодой, молча сидели за столом в личной каюте вице-адмирала, в простой, почти спартанской обстановке. Позади была торжественная встреча, поздравления по поводу успешно проведенной военной операции, высокопарные и официальные слова про достигнутые успехи, про службу Альянсу – словом, все то, что так было нужно средствам массовой информации, чтобы оставшееся человечество помнило, что военные не зря едят свой хлеб. Но в беседах друг с другом эти двое прекрасно обходились без излишней словесной шелухи.

Витторио потер свой массивный подбородок, что было верным признаком тяжелых раздумий.

– Да уж, немного мы имеем информации, – наконец, произнес он, – а что, пленных не получилось разговорить?

Гранин махнул рукой.

– Почти все успели обожраться перед эвакуацией амнезина, – сказал он, – старший помощник с «Иакова» так тот вообще забыл и как линкор его назывался, и как его самого зовут. Бесполезно. Но я думал, что у вас будут новые сведения от разведки.

Его собеседник отрицательно качнул тяжелой головой.

– В том-то и дело, что нет. Ребята из внешней разведки доложили, что наша агентурная сеть раскрыта. Сейчас все или под замком, или легли на дно, из тех, кто остался. По крайней мере, связи с ними нет, – он вдруг хлопнул ладонью по столу, – а вот у нас из штаба идет утечка информации, это я точно знаю.

– То есть вы полагаете, что Бош пожертвовал своими кораблями здесь, чтобы заманить нас в ловушку? – озабоченно спросил Гранин.

Витторио усмехнулся из-под седых бровей:

– Иногда и минус можно обратить в плюс. В кругу, где мы принимаем решения о действительных операциях, предателей нет, теперь я в этом уверен. В общий канал средств массовой информации я пустил сведения о начале предполагаемого наступления в системе Эпсилон Пегаса. Понятно, что Бош на такое не купится. А вот в штабе официальная информация несколько другая. Есть секретный приказ о сосредоточении сил в системе альфа Центавра для главного наступления. И только мы тобой и еще несколько человек знали о броске в систему Денеба. Акен – старый лис, я опасался, что он разгадает мою комбинацию. Тем более что мы играем втемную, у нас нет информации из штаба мятежников.

Лицо Гранина посветлело. Он с уважением посмотрел на Витторио.

– Тогда мне все понятно. А я-то с ног сбился, разыскивая здесь крупные силы противника. Значит, Бош действительно поверил в то, что мы обрушимся на него в другом месте, и создал мощный заслон за межзвездным переходом альфа Центавра – Ригель?

– Может быть, – Витторио тяжело вздохнул, – но мы не знаем наверняка. Предположение теперь после последних событий весьма правдоподобное, но все равно остается вероятность, что Акен переиграет нас. Поверь мне, я хорошо его знаю, у него всегда есть в запасе пара сюрпризов.

– Так вы думаете, что, увидев теперь наш ход, он решится перейти от обороны к наступлению на альфа Центавра? Это будет вполне возможно, если он скопил там значительные силы, чтобы отразить наше предполагаемое наступление.

Старый адмирал усмехнулся:

– Но и мы создали там серьезную васудианскую группировку под командованием контр-адмирала Корфу, чтобы придать правдоподобие нашей дезинформации. Поэтому в той системе Бош не прорвется, завязнет в нашей обороне. Но чтобы сконцентрировать силы на этих двух направлениях, мы оголили фронт на эпсилон Пегаса. Вот это действительно наше слабое место.

Гранин задумался на секунду.

– Ну, не такое уж и слабое, – сказал он, – в конце концов, до них всего два дальних броска отсюда. Мы успеем прийти на помощь, вот только о наступлении на Сириус придется тогда забыть.

– В этом-то все и дело, – признался Витторио, – поэтому мне крайне важно знать, где сейчас Бош готов нанести удар, на альфа Центавра или на эпсилон Пегаса, а может быть и на Сириусе. Пока мы это не выясним, я с места не сдвинусь ни на одном фронте. А шишки из военного министерства Альянса тем временем гонят нас вперед на Сириус. Им кажется, что победа уже совсем рядом, только протяни руку. – Он мгновение помедлил и раздраженно продолжил: – Даже предлагают пустить в ход недостроенный «Колосс». Совсем уже сошли с ума.

– Так он же действительно не достроен, – с удивлением подтвердил Гранин.

– Вот именно, – адмирал возмущенно дернул подбородком, – и пока это всего лишь непроверенная и плохо готовая к бою самоходная бронированная батарея. А ресурсов она требует, как пять современных линкоров, таких, как твоя «Россия».

– И что вы с ним решили? – осторожно спросил Гранин.

Старый гранд-адмирал махнул рукой:

– Потом разберемся, если честно, даже пока об этом не думал, хотя пришлось убить кучу времени на бесполезную беседу с недавно назначенным министром обороны Альянса Рейналом, ты его знаешь. Сейчас важно другое, мы должны понять, что планирует Бош. Может быть, скоро придется пустить на разведку во вражеские системы рейд из нескольких легких крейсеров.

– Но это будет довольно опасным занятием, – заметил вице-адмирал, – рубежи мятежных систем хорошо укреплены. Может повториться история с «Наварином» при нашем последнем наступлении в системе Денеба. Стоило им замешкаться после прыжка, как они тут же получили ракету в силовую установку с патрулировавших в секторе бомбардировщиков Нео-Терры.

– Я знаю, что это опасно, – жестко отрезал Витторио, – но если в ближайшее время мы не получим никакой информации от внешней разведки, то на это придется пойти. Пойми, время сейчас играет против нас. Я тебе уже говорил про утечку информации из нашего штаба, сейчас мятежники уже могут представлять себе наши дальнейшие планы и провести атаку на слабо защищенную систему эпсилон Пегаса. К чему это может привести, наверное, можно не говорить.

Он снова раздраженно хлопнул по столу, отчего стоявшая на нем миниатюрная модель линкора «Россия» вздрогнула.

– А наш чертов отдел внутренней безопасности ищет измену везде, но только не там, где нужно, – возмущенно произнес он, – у меня иногда мелькает мысль, не работают ли они сами на мятежников. Ладно, – уже спокойнее продолжил он, – вернемся к нашим делам. Я останусь здесь на Денебе не более чем на сутки. Если в течение этого времени ситуация не прояснится, то ты начнешь разведку боем, про которую мы говорили, а я улечу на Вегу, отдавать распоряжения на остальные спорные системы и собирать информацию для дальнейших решений. Но постарайся всегда помнить, Данил, что хотя у тебя и полная свобода действий здесь, все равно будь осмотрительнее, не лезь на рожон. Ты знаешь, с Аке-ном надо всегда быть настороже, он слишком талантливый флотоводец, чтобы относиться к его действиям легкомысленно. Никогда не догадаешься, чем он озадачит тебя в следующий раз.

Витторио наклонился к вице-адмиралу и тоном ниже доверительно произнес:

– Перед тем как наши агенты провалились, они передали информацию о так называемом проекте ЕТАК, разрабатываемом мятежниками. Это суперсекретная информация, к которой имеют доступ только сам Бош и несколько высших офицеров из его окружения. Наверняка наша резидентура погорела как раз на этом, когда они пытались узнать детали проекта. Может, это и есть козырная карта адмирала.

– Но хоть что-то известно об этом, кроме названия? – Гранин вопросительно посмотрел на собеседника.

– Почти ничего, – скупо сказал Витторио, – хотя предполагается, что суть проекта ЕТАК – это использование кротовых нор для переброски сквозь них больших судов. Только представь, если сквозь такую нору мимо всех рубежей обороны к нам проскочит линейный корабль с сотней файтеров на борту. Это же страшный сон для нашего правительства на Веге, если они вдруг увидят бомбардировщики над своей столицей. Так что, если это не дезинформация, то помоги нам бог надрать Акену задницу, перед тем как он успеет проделать это с нами.

– Ну, на самом деле, насчет правительства это была бы неплохая идея, – мрачно пошутил вице-адмирал.

Витторио безнадежно махнул рукой.

– Можешь не мечтать об этом, – произнес он, – если они узнают, что Бош способен на такие штуки, то эти вельможи сразу отведут все флоты к Веге, а потом сдадутся. Или сначала сами капитулируют, а потом сдадут весь свой флот.

Гранин не успел ответить. На его руке замерцал зеленым узором персональный коммуникатор. Раздался взволнованный голос вахтенного офицера:

– Господину вице-адмиралу просьба срочно подняться на мостик. Повторяю, срочно! Получена важная информация от рейдерской группы в астероидном кольце.

* * *

– Ну и на что похожа эта штука? – озадаченно спросил в пространство Илья. Осторожно лавируя между разного размера каменными обломками на краю астероидного кольца; через двадцать минут маневров группа его истребителей наконец-то подобралась к таинственному объекту на расстояние в четыре астрометра.

– Это что-то вроде вражеской инсталляции, встроенной в небольшой астероид, – сообщил Алекс. Со своим мощным радаром он был сейчас самым уважаемым человеком в звене «Альфа».

– Вижу внешние антенны, орудийные порты и несколько ракетных установок, – подытожил он, – парни, нам продолжает везти, мы открыли скрытую базу мятежников. Но что они здесь делают?

– Расстрелять их, и дело с концом, – сварливо сказал Аберт, у которого давно чесались руки, – у меня еще ракет осталось вагон и маленькая тележка.

Илья задумался. Его истребители подошли к вооруженному астероиду уже довольно близко, он наконец тоже начал получать данные и со своего локатора.

– Торопиться незачем, – подумав, сказал он, – эта штука, как видно, вооружена по-доброму, не то что транспорты. Тем более, мы сейчас на истребителях, а не на тяжелых штурмовиках. Да и все равно она никуда не убежит.

– Наталья, – обратился он к «Альфа три», – передавай сообщение о вражеской станции на «Россию», пусть там они сами решают, что делать. Мы пока подождем. Второе звено, стоп машины. «Альфа два» и «четыре», следуйте за мной. Посмотрим на эту штуку с другой стороны. И держаться всем от нее не ближе двух астрометров!

По растянутой дуге он начал обходить астероид. Как ни странно, на вражеской базе никак не реагировали на приближение истребителей. Не вращались зенитные турели, эфир не наполнялся трескотней кодированных сообщений. Абсолютно ничего. Казалось, будто базу бросили задолго до появления здесь кораблей Альянса. «Предположение, не лишенное смысла», – пришло в голову Нестерову. Действительно, почему бы им не столкнуться с брошенной инсталляцией. А Илья по пустякам будет надоедать командованию. Ну, вышлют с линкора бомбардировщики, а потом окажется, что они раскурочили пустую консервную банку, ценное содержимое которой уже давно тихо посмеивается над ними из соседней звездной системы. Он нерешительно потянулся к приборной панели, чтобы отдать приказ об атаке, но в этот момент все резко изменилось.

Пилот не поверил своим глазам. За несколько секунд абсолютно беззвучно огромная скалистая глыба вдруг распалась на несколько кусков. Обломки, как огромные декорации, разошлись в разные стороны. А в центре этой космической сцены, озаряемой лишь лучами Денеба, он вдруг увидел изящный силуэт военного корабля. «Айсини!» Знаменитый фрегат самого Акена Боша, адмирала мятежников!

Илья растерялся. Для его второго самостоятельного боевого вылета это было уже слишком. Он мог лишь в оцепенении наблюдать, как вместо брошенной пустой базы его глазам вдруг явился самый известный корабль мятежного флота, по слухам, выстроенный по личному проекту Боша. Величиной с тяжелый крейсер, но с гораздо более изящными и стремительными обводами, этот корабль нес на себе вооружение, сравнимое по силе с линкорами Альянса. Форсированная силовая установка и облегченная броня из многослойной неостали придавали «Айсини» непревзойденную в своем классе скорость и маневренность. Ее головная оконечность, похожая на молот Тора, с пустой глазницей мощного турболазера, казалось, была готова сокрушить все на своем пути. И уж конечно, два неполных звена легких истребителей Альянса не были каким-то серьезным препятствием на ее дороге. Но фрегат почему-то не торопился нанести смертельный удар.

– Всем звеньям отойти на расстояние три астрометра! – командир группы наконец пришел в себя. В принципе, большой опасности для его ребят не было, если только не приближаться к вражескому кораблю на радиус действия его зенитных оборонительных систем. Не будет же «Айсини» гоняться за ними по всему космосу. Но что здесь делает флагман мятежного флота?

Как бы отвечая на его немой вопрос, фрегат вышел на общую волну. Илья теперь своими глазами мог видеть Акена Боша, адмирала с жестким скуластым лицом, остроконечной редкой бородкой и прищуренными глазами Чингисхана космического тысячелетия. Пилоту неожиданно бросилось в глаза то, что, несмотря на весь свой грозный вид, мятежный адмирал слегка растерян, как будто бы события идут не по его плану.

– Говорит Акен Бош, адмирал флота независимого государства Нео-Терра. Во имя безопасности человечества я требую свободного коридора до узла Денеб – Сириус. Немедленно передайте это требование вашему командованию. Любые попытки атаковать мой корабль приведут к самым тяжелым последствиям для всей земной расы.

– Наталья, ты пишешь его разговор? – крикнул Илья.

– Да, я установила прямой канал с «Россией», правда энергия расходуется бешеными темпами, – возбужденно ответила Наталья, – сейчас на связь выйдет командование нашего флота.

Вскоре Илья услышал голос адмирала Гранина, но, к его изумлению, тот обратился вовсе не к мятежному адмиралу.

– Командиру группы истребителей. Это дезинформация! Приказываю немедленно атаковать вражеский корабль. Задержите его любой ценой до подхода эскадрильи торпедоносцев. И немедленно заглушите общий канал связи. Никаких переговоров с мятежниками. Выполняйте приказ.

Илья оторопел. Он не ослышался? Атаковать горсткой легких истребителей великолепно вооруженный фрегат, о который сломает зубы и тяжелый крейсер? Это же чистой воды самоубийство. С таким же успехом он может разогнаться и врезаться в ближайший астероид.

– Господин вице-адмирал, это командир группы Нестеров… – начал он.

– Илья, он отключился, – услышал он в ответ голос Натальи, – сообщений больше не будет. Мы ждем твоих приказаний, командир.

В ее голосе сквозила безнадежность, она тоже все поняла. Пилот еще раз с отчаянием посмотрел на «Айсини». Вражеский фрегат тронулся с места и начал набирать скорость, уходя за край астероидного кольца. На истребителей он больше не обращал внимания.

– Да как же мы его атакуем? – вдруг с упреком спросил у всех Аберт. – Ему все наши пушки и ракеты – что слону дробина.

– Ну, ты же жаловался, что сегодня у тебя было мало работы, – язвительно и мрачно откликнулся Маршан, – пожалуйста, вот тебе простор для деятельности. Если сможешь их задержать, наверняка получишь Крест с отличием. Посмертно.

Нестеров почувствовал, как у него холодеет под сердцем. Это не было предбоевое волнение, это было мертвящее предчувствие близкой смерти. Хорошо еще будет, если из этой атаки выйдет хоть кто-то живой. Но, во всяком случае, это будет не он, не Илья. Его головной истребитель наверняка сгорит первым. Ну, что ж, значит, так тому и быть. Он аккуратно взялся за штурвал.

– Прекратите болтовню, у нас мало времени, – резко оборвал он своих пилотов. – Обоим звеньям форсаж. Цель – двигатели фрегата. Не унывайте, ребята, – добавил он, выводя турбины своего «Мирмидона» на закритический режим, – зато, может быть, мы сегодня поможем закончить войну.

Перегрузка вдавила его в кресло. Сквозь темную пелену он услышал далекий голос Алекса:

– Нам-то еще хорошо, а вот Юрковский точно будет недоволен. У бедняги же теперь не останется в эскадрилье ни одного целого истребителя.

Даже сейчас «Альфа два» не мог удержаться от шутки. Вполне могло статься, последней шутки в своей жизни.

* * *

Мостик «России» походил на растревоженный муравейник. Боевая вахта, поднятая по тревоге, находилась на своих местах, готовясь к любому развитию событий. Гранин, отключив связь, повернулся к Витторио.

– Мне кажется, мы послали ребят на верную смерть. Фрегат наверняка сожжет их при атаке, – с сожалением сказал он.

Старый гранд-адмирал смотрел прямо перед собой, о чем-то напряженно размышляя.

– Не могу поверить, что Бош действительно все это время был здесь, – наконец, сказал он, не обращая внимания на последние слова вице-адмирала. – Либо мы действительно застали его врасплох и он просто мечется по системе, спасая свою шкуру, либо… – Витторио помедлил, – это какая-то дьявольская ловушка. Какого черта он все это время прятался в астероидном поясе?!

– Может быть, это не он, – вставил свое предположение стоявший рядом капитан «России» Орнео Кролла, плотный человек средних лет, один из самых опытных офицеров Альянса, – это могло быть просто записью.

Витторио нахмурился:

– Вот как раз это маловероятно. Я не слышал, чтобы он когда-либо покидал свой корабль за последние полтора года. А то, что мы засекли именно его флагман «Айсини», у меня нет ни малейшего сомнения.

– Но если он действительно просчитался, – гранд-адмирал кровожадно потер руки, – то у нас есть все шансы закончить войну сегодня, уничтожив или взяв его в плен. Наверняка он попытается совершить прыжок в направлении узла Денеб – Сириус. Мы должны перехватить его прежде, чем он доберется до межзвездного перехода и исчезнет в системе Сириуса. Итак, какими возможностями для этого мы располагаем? – обратился он к своим офицерам, принимая деловитый вид.

Те молча переглянулись. По старой традиции, еще со времен земного военно-морского флота, высказаться сначала был должен младший по званию. Среди них троих это был Орнео.

Командир «России» после нескольких секунд раздумья посмотрел на Витторио.

– Если случится чудо, – четко выговаривая слова, начал он, – и шесть «Мирмидонов» смогут нанести повреждения турбинам фрегата и заставить его остановиться, то первое, что мы должны сделать, так это отправить туда эскадрилью тяжелых торпедоносцев. Без истребительного прикрытия «Айсини» вряд ли сможет успешно отразить их атаку. А тем временем мы раскрутим прыжковые генераторы на «России», чтобы добить Боша, если торпедоносцы не смогут до конца выполнить свою задачу. Все же «Айсини» крепкий орешек, его не просто будет разгрызть.

Гранин вздохнул:

– Это действительно будет чудо, Орнео, если истребители смогут сделать это. Прошу прощения у гранд-адмирала, что еще раз об этом говорю, – добавил он.

Витторио раздраженно прокашлялся:

– Мы должны использовать любую возможность, чтобы перехватить фрегат. И я послал бы сейчас на верную гибель еще не один десяток пилотов, чтобы спасти этим тысячи жизней завтра. И хватит об этом! Если у «Мирмидонов» и есть один призрачный шанс из миллиона, они обязаны его использовать, – он резко рубанул рукой воздух.

Капитан линкора бросил на Гранина сочувствующий взгляд и продолжил:

– Астероидное кольцо, где сейчас засекли фрегат, находится всего в одном световом часе от узла перехода, мы же со своей ударной группой располагаемся в два раза дальше оттуда. Поэтому я не вижу особого смысла отправлять к межзвездному порталу на Сириус тяжелые корабли или эскадрильи бомбардировщиков. Они в любом случае не успеют туда к тому времени, когда «Ай-сини» начнет переход по эфирному мосту. Поэтому нам остается полагаться только на «Псамтик» и его торпедоносцы, находящиеся рядом с узлом. Для васудианцев не будет большей радости, чем заполучить Боша в свои руки. У них с ним свои счеты.

Витторио задумчиво кивнул.

– Что сможешь добавить? – обратился он к Гранину.

Вице-адмирал пожал плечами с золотыми погонами.

– По существу почти ничего, я согласен с планом Орнео. Но все-таки я хотел бы заметить, что даже в этом случае шансы уничтожить фрегат не очень велики. Вот, взгляните… – он включил ближайший к нему виртуальный экран. – Это узел перехода, – Гранин показал на полупрозрачную сферу в центре, – по существу, просто точка в трехмерном пространстве, к которой можно подойти с любого направления, включить прыжковые генераторы и исчезнуть в другой звездной системе. Но проблема заключается в том, что один корабль, даже если это современный линкор, не может заблокировать ее со всех сторон. Если «Айсини» случайно выскочит с противоположной от васудианского дредноута стороны, то он просто не успеет ее перехватить. Максимум это то, что они обменяются лучевыми залпами, и не факт, что «Псамтику» этот обмен понравится, на корабле Боша стоят орудия такого же, как у него, калибра. «Айсини» же, даже поврежденный, может успеть уйти.

Он показал на зеленый ромбик васудианского линкора рядом с узлом.

– С «Велизарием» было проще. Он прыгнул недалеко от нас во время сражения, и мы смогли отсканировать его путь вплоть до точки выхода. Поэтому «Псамтик» заранее знал, где выскочит тяжелый крейсер мятежников. Но на истребителях, что пытаются удержать сейчас «Айсини» за хвост, такого оборудования нет! И вероятность того, что фрегат выйдет из подпространства в пределах досягаемости лучевых орудий дредноута, не очень велика.

– Это мы все знаем, – нахмурился адмирал, – тогда пусть «Псамтик» поднимает на взлет все свои легкие силы, все истребители и торпедоносцы, которые он имеет в наличии. Если они будут непрерывно барражировать около точки перехода, то вероятность перехвата «Айсини» будет гораздо выше. Я бы, конечно, придвинул васудианский корабль вплотную к узлу, но боюсь, они на это не пойдут. Это все-таки не шесть истребителей под огонь послать.

Орнео согласно кивнул.

– На такой риск своим лучшим линейным кораблем васудианцы не пойдут даже ради того, чтобы заполучить Боша, – подтвердил он, – еще в прошлой войне с нами они потеряли таким образом несколько линкоров, когда размещали их слишком близко к межзвездным мостам. Ведь стоит запустить с Сириуса корабль камикадзе на борту – и все. «Псамтик» никуда не успеет убежать. Ближе чем на пять, ну от силы четыре астрометра, я уверен, они не приблизятся, даже под страхом смертной казни.

– Больше предложений нет? – адмирал посмотрел сначала на Гранина, потом на командира «России». – Принимаем план?

Гранин вдруг вскинул руку.

– Постойте, – сказал он, – мы же совсем забыли об оккупационных силах, которые сейчас разворачиваются рядом с планетой Денеб Тэта. Там находится наш легкий крейсер «Якиба» и больше половины двадцать девятой эскадрильи торпедоносцев на тот случай, если орбитальные инсталляции окажут сопротивление. Это двенадцать машин полностью готовые к бою и с двумя полными звеньями истребительного прикрытия. А самое главное, они располагаются недалеко от перехода Денеб – Сириус, куда их можно оперативно направить.

Он торжествующе посмотрел на Витторио:

– Вот и решение! Даже «Айсини» не выдержит их атаки, если, конечно, наши торпедоносцы сумеют не промахнуться.

Старый гранд-адмирал с молчаливой благодарностью взглянул на Гранина.

– Двадцать девятая не промажет, – авторитетно подтвердил командир «России», они еще с тех времен…

Он вдруг остановился и, как будто тоже что-то вспомнив, быстро подошел вплотную к виртуальному экрану. Его пальцы забегали по управляющей панели. Оба адмирала молча повернулись в его сторону, пытаясь понять смысл действий офицера. Первым догадался вице-адмирал.

– Ты прав, Орнео, надо сначала уточнить карту расстояний, – произнес Гранин и кивнул, одобряя его действия.

– Поторопитесь, капитан, – сурово добавил Витторио.

Капитан линкора обернулся к нему.

– Все в порядке, господин гранд-адмирал. Я проверил время подхода наших сил к нужной точке. Извольте взглянуть. Фрегат мятежников достигнет точки перехода через пятьдесят пять минут тридцать семь секунд. Но это, конечно, в том случае если наши истребители из пятьдесят третьей эскадрильи его не задержат. Узел перехода расположен над эклиптикой орбиты планеты Денеб Тэта. К счастью для нас, сейчас планета находится в таком положении, что расстояние от нее до межзвездного моста составляет всего пятьдесят две световые минуты.

Гранин облегченно вздохнул.

– Воистину, знак божий, – пробормотал он.

Витторио посмотрел на карту. Его лицо разгладилось.

– Отлично, – дрогнувшим от волнения голосом, наконец, сказал он, – я сам введу координаты и скомандую вылет двадцать девятой эскадрилье. Но надо торопиться. Орнео, проводите меня на место оператора. И отдавайте приказ на рейд бомбардировщикам в астероидный пояс… – Он сделал паузу: – И не забудьте отправить туда спасательный «Элизиум». Может, кто из пилотов истребителей пятьдесят третьей остался в живых.

* * *

Оставшиеся в живых пилоты пятьдесят третьей истребительной эскадрильи в это время медленно приходили в себя, празднуя свое второе рождение.

– Никак не могу поверить, что я все еще на этом свете, а не в звездной Вальхалле, – услышал Илья голос Алекса, – или мне это кажется? Наталья, подтверди, пожалуйста. Мы живы?

– Сама не знаю, – писклявым голосом ответила Синарин и осторожно прокашлялась, – я как увидела, что Илья в атаку первым пошел, и все, как будто отключилась. Делала все как во сне. Командир у нас храбрец, я бы так не смогла. А вот за ним пожалуйста.

Услышав это, Нестеров слегка вздрогнул, он сам только начал отходить от пережитого. Смерть в этот раз обошла их стороной. Бросившиеся в отчаянную атаку истребители Альянса не смогли даже приблизиться к уходящему фрегату на расстояние выстрела. «Айсини» включила прыжковые генераторы, и не успели атакующие опомниться, как она исчезла в синей заре подпространственного водоворота. Илье оставалось только беспомощно проводить ее взглядом и скомандовать отбой атаке.

Только через несколько минут он вспомнил о необходимости отправить сообщение на «Россию» о том, что его группа провалила задание. Хотя его подчиненные так не считали и даже осмеливались вполголоса ругать командование, пославшее их на такую «идиотскую» операцию. Пилот сам толком не понимал, радоваться ли ему, что он все еще жив, или расстраиваться оттого, что он не выполнил боевое задание, порученное ему лично вице-адмиралом Граниным. Разумом он, конечно, осознавал, что задержать фрегат им вряд ли бы удалось, даже ценой своих собственных жизней, но он никак не мог избавиться от давящего неприятного чувства. Илья вспомнил про своего отца, который бросился в такую же самоубийственную атаку со своим звеном тяжелых «Медведиц» много лет назад. Но старший Нестеров поймал свой невероятный шанс, смог отыскать в темных глубинах подпространства рвущийся к Земле джаггернаут Шивы и нанес ему смертельный удар. Конечно, фрегат мятежников с Бошем на борту – это отнюдь не «Люцифер», угрожавший самой человеческой цивилизации. Но все же параллели для Нестерова-младшего были очевидны.

Илья тяжело вздохнул и включил общую связь.

– Так, – сказал он сурово, – прекратить галдеж в эфире.

Он дождался тишины и продолжил:

– Последнее задание мы провалили, и это плохо. Но не по своей вине, и это меня хоть немного, но утешает. Очевидно, «Айсини» уже раскрутила прыжковые генераторы, когда мы еще только приближались к ней. Надеюсь, командование это поймет. Хотя, безусловно, всю ответственность за произошедшее несу я, как командир группы.

Пилоты снова загалдели.

– Шеф, мы за тебя горой встанем, – пообещал Алекс, – тут ничьей вины нет, тем более твоей. Здесь все свидетели, что даже на форсаже, на десятикратной перегрузке мы не могли их догнать. Не переживай ты так, – добавил он, – никуда этот Бош не денется. Переход на Сириус заблокирован «Псамтиком». Помнишь, что он сделал с «Велизарием»? С этим фрегатом будет то же самое, вот увидишь. А мы еще пока поживем.

– Ты, Нестеров, от скромности точно не умрешь, – вставил свое замечание и командир группы «Бета», – не слишком ли высоко замахнулся? На втором боевом вылете самого Боша решил в плен взять?

– А что, – вдруг размечтался Маршан, – представьте, если бы это у нас получилось? Мы, молодые герои, вдруг взявшие в плен самого Акена Боша.

– Я бы тогда каждый год в этот день носил цветы на твою могилку, – язвительно прокомментировал его слова Аберт, – ты хоть знаешь, какого калибра орудия стоят на «Айсини»? И вообще, хватит мечтать о всякой ерунде, мы будем на базу возвращаться или останемся здесь навечно?

– Опять вас всех понесло, – с досадой сказал Илья, – следите лучше за обстановкой. А с возвращением придется повременить, вторую часть приказа никто не отменял, мы должны дождаться торпедоносцев.

– Показать им снимок уходящей «Айсини»? – едко спросил Аберт и тут же отключился, не дожидаясь ответной реакции Нестерова.

Командир группы тяжело вздохнул, но сдержался. В конце концов, пилотов можно было понять. Они уже давно должны были взять курс домой, а вместо этого им придется еще как минимум два часа торчать в астероидном поясе, маясь вынужденным бездельем.

Он вышел на волну «Альфа три».

– Наталья, – осторожно спросил он, – не было никакой новой передачи с линкора, ну, кроме той первой? Они как-нибудь вообще среагировали на наше сообщение о том, что фрегат прыгнул?

– Нет, командир, ничего не было, – сочувственно произнесла Синарин, – наверное, они как раз сейчас заняты погоней за «Ай-сини», и им, видимо, не до нас.

– Да, медали нам за этот вылет точно не дадут, – пробормотал Илья, – и как бы чего похуже не устроили мне по возвращении.

– Не переживай, командир, – Наталья пыталась успокоить его как могла, – во-первых, фрегат наверняка поймают, вся система Денеба так и кишит нашими кораблями, а во-вторых, самое главное – это то, что именно мы смогли обнаружить здесь «Айсини». Если бы ты не отменил прыжок после того, как Алекс увидел отметку на радаре, то мы бы давно уже вернулись на «Россию». И у Боша были бы все шансы прокрасться мимо наших постов. Ну а то, что фрегат успел прыгнуть, это не наша вина, уже ничего нельзя было сделать, мы были слишком далеко.

Выслушав логичные доводы своей подчиненной, пилот слегка приободрился. Действительно, если рассматривать ситуацию с этой стороны, то все выглядело не так уж и плохо. А вдруг действительно корабли Альянса с подачи Ильи все-таки смогут загнать «Айсини» в ловушку? Тогда можно будет и не слишком расстраиваться. Скорее всего, как и предположила Наталья, все обойдется без выговора. Может быть, даже наоборот – он останется с благодарностью от своего командования. С этими успокаивающими мыслями молодой человек устроился поудобнее в своем пилотском кресле, настраиваясь на долгое ожидание. Установив все системы своего «Мирмидона» в ждущий режим, он огляделся по сторонам. Рядом с ним в пространстве над кромкой астероидного кольца правильным клином неподвижно висели пять машин его группы, крохотные металлические скорлупки, одни во всей бескрайней черноте космоса.

Медленно текли минуты и часы ожидания. Пилоту пришлось даже принять стимуляторы, чтобы не задремать. Наконец бортовая аппаратура ожила, засветившись хороводом огней и фиксируя первые подпространственные всплески. Нестеров потянулся, разминая затекшие мышцы рук и спины.

– Внимание, всем звеньям, – сказал он, – приготовиться к выходу из подпространства неизвестной группы кораблей. Турбины на средний ход.

Глава 8

«Здравствуй, дорогая подруга. Наконец-то ты вспомнила обо мне за полгода своего отсутствия. Краткую отписку от тебя с благодарностью за капеллианских моллинов я не считаю. Ну, хорошо, лучше поздно, чем никогда. Я рада, что у тебя все в относительном порядке. Я тоже беспокоюсь за твоего мальчика, в конце концов, это же мне приходилось его воспитывать и быть ему матерью во время твоих бесчисленных экспедиций. И я также слышала в новостях о скором наступлении сил Альянса на эпсилон Пегаса. Хорошо, если бы было так, но ты сама знаешь, что публикуемые сводки с фронтов и реальная информация о том, что там происходит, это немного разные вещи. Во всяком случае, я надеюсь, что наш Третий флот вместе с Ильей не окажется на острие атаки. Что касается моих дел, то… Хорошо, об этом позже. Я понимаю, что ты уже подпрыгиваешь на месте от нетерпения. Ну что тебе сказать, девочка, ты меня удивила. Ты ухитряешься делать открытия в областях, доселе тебе неведомых. Я проанализировала твой файл с данными по объекту (твое название “Кносс” мне понравилось) и осталась в итоге без ужина. Мало того, мне пришлось выкурить несколько сигарет, чтобы прийти в себя. Крайнович сказал, что тебе придется заплатить за ущерб моему здоровью. Ты не поверишь, мы с ним до утра занимались… нет, не тем, о чем ты могла бы подумать. Мы делали расчеты и строили гипотезы. Когда мне дадут Картелевскую премию, я вышлю тебе половину, только за то, что ты отправила капсулу с файлами мне, а не какому-либо другому физику пространства-времени. Так вот, ближе, как говорится, к теме. Твое загадочное кольцо (кстати, снимки обалденного качества) суть формирующийся узел межгалактического перехода. Я не оговорилась. Не межзвездного, а именно межгалактического. Его так называемая «труба» уходит из «воронки» на десятки тысяч (по меньшей мере) световых лет. Это что-то доселе неслыханное, учитывая и тот факт, что сформировался он не более чем за двадцать обычных галактических часов. Ты открыла межгалактический портал Древних, милая! Не ты ли нечаянно нажала красную потайную кнопку, пока копалась в их подземельях на третьей планете гамма Дракона? Как говорится, мои поздравления, конечно, если это не дьявольский розыгрыш с твоей стороны. Теория искусственных эфирных мостов может наконец получить весомое подтверждение. А это позволяет нам надеяться на многое. Ну, хотя бы на то, чтобы самим возводить межзвездные мосты в обозримом будущем по образу и подобию Кносса.

Имей в виду, я срочно формирую дополнительную экспедицию к тебе в систему, пока ты еще чего-нибудь там нечаянно не включила. Мой теперешний статус позволяет отобрать для этих целей у военных любой корабль вплоть до крейсера. Жди меня через пару-тройку дней. И кстати, полный молчок на эту тему, уровень секретности один, сама понимаешь военное положение. Со мной будут только допущенные лица. Ну и Крайнович тоже, раз ему так повезло узнать обо всем первому. Не расстреливать же мне его за это. Ты знаешь, мы все-таки решили с ним пожениться. По крайней мере, его двадцать лет разницы в возрасте не смущают. Ну и что тут такого? Мне вообще, чем моложе, тем лучше. Тем более что он мудр не по годам. Самый подходящий для меня вариант.

Ну, все милая, целую много раз. До встречи в системе гамма Дракона.

Твоя Мина Харгроув

P. S. Я даже боюсь предположить, куда дотянется “труба” Кносса, когда он полностью сформируется».

Капитан «Виджиланта» поднял на Анастасию озадаченный взгляд.

– Я удивлен не менее госпожи Харгроув. О каких снимках, как тут пишется, «обалденного» качества идет речь? Мой ракетный модуль достиг объекта три часа назад. Но вы никак не могли видеть переданные им снимки. Я лично хотел их вам продемонстрировать. Или я что-то упустил из виду, либо вы получили дополнительную информацию из других источников. И вы все-таки решили, что объект действительно принадлежит Древним?

Анастасия не могла не улыбнуться, глядя на его недоуменное лицо. Несколько минут назад она вместе с Сипптаром прибыла на крейсер, чтобы лично присутствовать при попытке более близкого контакта с таинственным кольцом, открытым экипажем крейсера «Виджилант». Как выяснилось, ожидавший их на мостике капитан уже отправил туда ракетный бот с командой из десяти человек, еще несколько часов назад, чтобы получить первую информацию к прибытию гостей. Но, оказалось, старался он зря.

– Господин капитан, – начала несколько торжественным тоном Анастасия, – уважаемый Отти Веддинген. С вашей помощью мы смогли совершить невероятное открытие. Наше предположение о принадлежности кольца культуре Древних оказалось верным.

– И я отдал свои поздравления госпоже Нестеровой, а также извинения за свой предыдущий скепсис, – вставил стоящий чуть позади Сипптар. Видимо по такому торжественному случаю, он был облачен в совсем уж неописуемое по цвету одеяние.

– Да, это верно, – подтвердила женщина. – Вчера же я отправила закрытым каналом мгновенной связи сообщение своей старой знакомой, специалисту по физике пространства. Ее ответ вы только что прочитали. Правда, я тоже смогла с ним ознакомиться всего лишь сорок минут назад буквально перед самым отлетом на ваш корабль. Это лишь одно из звеньев цепи, но, пожалуй, самое важное. По крайней мере, мы теперь знаем, что представляет собой этот объект в физическом смысле.

Анастасия остановилась и, раскрыв папку с документами, которую до этого времени держала в руках, достала оттуда несколько снимков.

– А вот и эти упомянутые снимки того самого «обалденного качества». Иначе и быть не могло. Мы снимали их с расстояния одного метра, в открытом нами сегодня утром хранилище артефактов Древних, что само по себе уже явилось для нас невероятным событием. Мы провели за работой весь день и вылезли из раскопок буквально за полчаса до отлета на ваш корабль, – она протянула видеографии капитану.

– С ума сойти, – тихо произнес Веддинген, рассматривая снимки, – и оно так же вращается, как и его копия, за пять миллиардов километров отсюда. Да их просто не отличить. Вот, взгляните на передачу с модуля.

Он включил виртуальный экран. Перед ними медленно сформировалось трехмерное изображение. Но на этот раз оно было ясным и четким, различимым в мельчайших подробностях. Восемь гигантских объектов фиолетово-синего цвета, каждое размером несколько километров, собранных вместе неведомой силой, образовывали вращающееся по часовой стрелке кольцо титанических размеров. Они величественно и медленно двигались по бесконечному кругу, похожие на огромные фигуры странных животных, шагающие друг за другом на фоне бесчисленных звезд.

Анастасия завороженно смотрела на это зрелище, не в силах оторваться. До самой последней секунды она боялась ошибиться в своих догадках. Но теперь последние сомнения исчезли. Она действительно видела перед собой работающее творение исчезнувшей восемь тысяч лет назад цивилизации. При взгляде на это безостановочное движение, ей даже стало казаться, что она слышит издаваемый кольцом мерный шум, похожий на рокот прибоя.

– Не могу понять, на что похожи эти фигуры, – вдруг нарушил молчание командир крейсера. – Что-то знакомое, но что именно, никак в толк не возьму.

– Если бы мы нашли подобные вещи в земле при раскопках, то я бы сказала, что они похожи на стилизованные фигурки зверей, – кивнула Анастасия, – если присмотреться, то можно выделить и голову, и туловище, и конечности. Но, признаться, для продукта космических технологий выглядит несколько нехарактерно.

– Вот-вот, – подхватил Веддинген, – и оно само как будто живое. Довольно необычное ощущение. Не могу поверить, что это ворота в другую галактику, в которые мы можем войти.

– Или, наоборот, откуда кто-нибудь может выйти в нашу сторону, – равнодушным голосом автопереводчика сообщил васудианец.

Капитан «Виджиланта» и Анастасия переглянулись.

– Мерс Сипптар в чем-то прав, – наконец сказала женщина, – и мне кажется, что возникновение межгалактического портала – это не случайное событие. Может быть, Мина Харгроув была права, и мы, сами того не зная, потревожили что-то при своих раскопках? Возможно, что артефакт в хранилище здесь и портал на другом конце планетной системы связаны не только внешним сходством.

– Я не согласен, – вдруг резко заявил васудианец, – думаю, причина активации портала в другом, но в чем именно – точно сказать пока не могу. Вполне вероятно, что кто-то собирается попытаться проникнуть сюда с той стороны межгалактических врат, и это может быть опасным. Необходимо установить санитарный кордон в системе гамма Дракона, а еще лучше взорвать портал.

Анастасия с нескрываемым удивлением посмотрела на Сип-птара.

– Взорвать портал? Уничтожить, не изучив, уникальный объект, который может открыть нам дорогу в другие миры? Сипптар, вы же ученый, как вы можете такое предлагать?

– Мое мнение такое, – упрямо повторил васудианец, склонив голову и смотря в пол. Анастасия беспомощно взглянула на Веддингена. Тот пожал плечами.

– Этого исключить нельзя, – осторожно сказал он, – флоты Шивы тоже обрушились на нас из ниоткуда. Мы так и не смогли определить место во всей нашей галактике, откуда они могли появиться. Но мне тоже кажется, что взрывать портал слишком поспешное решение.

Отти чуть улыбнулся:

– Более того, в любом случае это решать не нам, да и не с нашим вооружением.

Командир крейсера выключил виртуальный экран и повернулся к ученым.

– Итак, мы знаем, что это. Но не имеем представления, каким образом портал активировался и какие события, связанные с его появлением, ожидают нас в ближайшем будущем, верно?

Он на несколько секунд задумался и продолжил:

– Хорошо. Как капитан боевого корабля Альянса в этом секторе, я предполагаю оставить «Виджилант» на прежнем месте в системе гамма Дракона до получения дальнейших приказаний со стороны командования. Мы будем патрулировать на безопасном расстоянии от объекта в пределах двух световых минут. Но перед этим мне необходимо будет поднять на борт свой ракетный бот. Его экипаж находится буквально рядом с порталом, всего в пяти астрометрах. Они у меня, конечно, отчаянные ребята, но как бы их ненароком не занесло в другую галактику.

Он пригладил рукой свои темные с легкой сединой волосы и слегка поклонился Анастасии:

– Благодарю вас за помощь в раскрытии этой загадки. Мы будем продолжать наблюдения, как и раньше. По прибытии госпожи Харгроув мы передадим файлы с записью ей.

– Она прибудет сюда в самом скором времени, – сказала Анастасия, – я ее хорошо знаю. А вы после так и останетесь здесь, в системе?

– Ну, если я не получу никаких новых приказов через почтовые капсулы связи, то тогда, как и планировалось ранее, мы уйдем через неделю в центральные домены Альянса для докования и окончательного ремонта. Все же мне хотелось бы иметь под своим командованием полностью боеспособный крейсер и с полной командой, – ответил, слегка улыбнувшись, Веддинген.

Его прервал подошедший вахтенный офицер:

– Господин капитан, крейсер готов к прыжку. Какие будут приказания?

Васудианец встрепенулся. Его желтые глаза уставились на Анастасию.

– Имеет ли нам смысл теперь лететь? Перелет туда и обратно займет, если я не ошибаюсь, около четырнадцати часов, а нового мы все равно ничего не увидим. Мне кажется, нам с госпожой Нестеровой лучше возвратиться на планету. Там у нас много дел.

– Извините, я не подумал об этом раньше, – вздохнул капитан, – но, увы, теперь вы наши пленники. К сожалению, вам просто не на чем пока вернуться. Один мой ракетный модуль находится возле портала, а второй, тот, на котором вы прилетели, я отправил забрать почтовые капсулы с узла перехода гамма Дракона – Капелла. Третья наличествующая на борту крейсера ракета, согласно нашим правилам, всегда должна быть в резерве.

Он слегка виновато пожал плечами. Анастасия резко повернулась к Сипптару.

– Что касается меня, то я, напротив, хотела бы увидеть портал своими глазами, раз уж представился такой случай, – заявила она.

Васудианский ученый, ничего не ответив, отвернулся. Женщина внимательно присмотрелась к Сипптару. «Да ведь он чего-то до смерти боится!» – вдруг молнией пронеслось у нее в голове. Васудианец смотрел в пол, его песочного цвета руки слегка подергивались, негромко щелкая близко расположенными указательными и средними когтями. Анастасия впервые в жизни видела, как ей казалось, испуганного представителя расы союзников, и это открытие ее не обрадовало. Она вдруг вспомнила его странное поведение на раскопках, после того как была обнаружена действующая модель «карусели» Древних, как ее сразу же назвали. Все это уже тогда было достаточно необычно, но Анастасия, осчастливленная нечаянным открытием, не обратила на странности в поведении Сипптара должного внимания. Она перевела взгляд на Веддингена. Тот тоже выглядел слегка озадаченным. Вахтенный офицер все так же ждал рядом, исподволь с любопытством в голубых глазах, рассматривая гостей. На вид он выглядел юношей лет двадцати двух с припухлыми губами, придававшими его лицу совсем уж детское выражение.

– Ну, что же, – наконец резюмировал капитан «Виджиланта», – тогда нам пора отправляться. Время не ждет. Тайин, – обратился он к молодому офицеру, и тот вытянулся в ответ, – проводи гостей в каюты. Мерса Сипптара в специальный гостевой отсек, адаптированный под наших союзников. А вам, Анастасия, наверное, будет удобно провести время перехода вместе с вашей коллегой, – Веддинген слегка наморщил лоб, вспоминая имя, – госпожой Алланой Хельф.

При этих словах Тайин внезапно покраснел и, поспешно отвернувшись к Сипптару, запинающимся баском вежливо пригласил его следовать за собой. Васудианец молча поднялся, шелестя своим одеянием. После высказанного решения капитана отправиться к порталу он не произнес ни слова.

– Надо же, – растерянно произнесла Анастасия, обращаясь к Веддингену, – я совсем про нее забыла в этой круговерти. Хороший же я руководитель. Как она себя чувствует? Может быть, все-таки дождаться возвращения вашей второй ракеты и отправить Аллану обратно на планету?

Капитан протестующе махнул рукой:

– Что вы, все в порядке. Она прекрасно себя чувствует. Наш медик сказал, что это была всего лишь специфическая аллергия на кулинарные изыски нашего кока. Откровенно говоря, тот действительно несколько перестарался. В любом случае оснований для беспокойства нет. Уже через три часа после банкета она почувствовала себя вполне сносно. Ну, а сколько счастья она подарила нашему корабельному медику, я вообще описать не берусь. Бедняга маялся бездельем уже два месяца, ни одного больного или раненого, а здесь ему вдруг представился такой удобный случай, – он снова слегка улыбнулся.

Анастасия облегченно вздохнула, но тут же спохватилась. Она слишком хорошо знала свою подругу, чтобы вот так легко поверить официальной версии. «Вернемся на станцию, вытрясу из паршивки всю правду», – подумала она, припоминая зардевшегося юного Тайина.

– Так что ей тоже придется совершить путешествие вместе с нами, – заключил Веддинген.

– Кстати, – сказал он, – вам не показалось, что ваш васудианский коллега чем-то обеспокоен? Я даже сначала оторопел от его пожелания немедленно взорвать только что открытый межгалактический портал.

Анастасия кивнула, соглашаясь.

– Я сама не узнаю его с некоторого момента, – призналась она, – мне вдруг показалось минуту назад, что он сильно чего-то боится. Неужели прыжка к порталу?

Капитан недоверчиво хмыкнул.

– Испуганный васудианец? – он сделал скептическое лицо. – Нет, это что-то из области фантастики. Обеспокоенный, могу поверить. Но испуганный? – Он покачал головой. – Им вообще хоть знакомо такое чувство?

Женщина лишь сделала недоуменное лицо в ответ.

– У меня было не так много возможностей близко с ними общаться, чтобы научиться различать их эмоции, – сказала она.

– Ладно, давайте будем считать, что нам либо показалось, либо у мерса Сипптара сегодня плохое настроение, – произнес Веддинген, набирая команды на управляющей панели перед собой. Сделав завершающее движение, он включил корабельный селектор.

– Внимание всему экипажу, – разнеслось по всем отсекам «Виджиланта», – объявляется получасовая прыжковая готовность. Всем занять места согласно походному расписанию. Мы с вами отправляемся на другой конец системы гамма Дракона. Те, у кого хроническая бессонница, приготовьтесь к семичасовому путешествию, остальным приятных сновидений.

Он повернулся к Анастасии.

– У нас есть еще в запасе некоторое время, – капитан крейсера галантно предложил ей свою руку, – позвольте, я провожу вас в вашу каюту.

* * *

– Ты даже не представляешь, как я за тебя боюсь.

– Ничего, я везучий.

– Мне страшно за всех нас. За нашего будущего ребенка. Что будет дальше?

– Если этому миру придет конец, то я вернусь за тобой, Насти. Мы улетим на Дальние Рубежи в звездную систему Волка и разрушим за собой эфирный мост.

– Ты правда думаешь, что все так безнадежно? – она со страхом посмотрела на своего молодого мужа.

Петр нахмурился, глядя прямо перед собой. Они сидели рядом, рука Анастасии была в его руке. Короткая встреча в передышке между бесконечными боями. Их мир сотрясали тяжелые удары, эскадры таинственных захватчиков на красно-черных кораблях заполнили вселенную людей и васудианцев. Шива – древнее божество, разрушающее миры – теперь поднял свой трезубец на земные системы. Враги не вступали в переговоры, они не ответили ни на одну отчаянную попытку людей или васудианцев войти с ними в контакт. Они просто жестоко и методично зачищали систему за системой от присутствия там любой другой расы, отличной от их собственной.

Петр слегка сжал ладонью тонкое запястье жены. Угораздило же ее забеременеть в самый разгар галактического светопреставления.

– Не знаю, Насти. Но пока мы теряем систему за системой. Шиване просто проламываются через наши оборонительные порядки. Мы бы могли еще удержаться, если бы не их проклятый джаггернаут. Против «Люцифера» мы практически бессильны, там, где он появляется, нам приходится отступать. А тут еще этот чертов «Молот Света» отвлекает на себе море усилий.

– Может быть, они знают то, чего не знаем мы?

– Они знают только то, что наступает конец света, и хотят его ускорить. Хотя, видит бог, в усилиях отрядов Молота и так нет большой необходимости. Три недели назад шиване прорвались к планете Васуда Прайм, столице наших теперешних союзников. На то, для чего Земле не хватило четырнадцати лет, им понадобилось всего лишь несколько месяцев.

Он нахмурился от тяжелых воспоминаний.

– Я как раз был там в это время. Мы прикрывали уходящие транспорты, эвакуировавшие с планеты гражданских лиц. Плохо исполненная затея, стоившая нам и союзникам пяти тяжелых кораблей. Спаслись только несколько сотен тысяч васудианцев, погибло же более трех миллиардов. Шиване выжгли девяносто девять процентов поверхности планеты.

Анастасия ахнула:

– У меня ум отказывается верить в такую жестокость. Зачем они это делают?

– Самый злободневный вопрос на сегодня, милая. Жаль только то, что никто не знает на него ответа. С тех пор как эти пятилапые твари появились в системе Росс-128 и до сегодняшнего дня, Альянс не оставлял попыток войти с ними в контакт. Бесполезно! – он грустно усмехнулся.

– Неужели ничего нельзя сделать? – голос Анастасии дрогнул.

Петр снова усмехнулся в ответ, но уже несколько веселее.

– Если бы из обшивки сбитых мной шиванских охотников, а шкура у этих тварей, поверь, весьма прочная, выложить дорожку, то, наверное, как раз хватило бы на расстояние от Фиорда Грез до нашего домика на норвельдском побережье на Земле, – похвалился он. – У Шивы, конечно, мощные корабли с новыми для нас лучевыми орудиями. Они намного лучше, чем плазменные пушки наших линкоров. Поэтому положение пока спасаем мы, легкий флот Альянса. Космические истребители, бомбардировщики, торпедоносцы, вот кто сейчас ломает зубы Шиве.

– Сломайте их все, пожалуйста, – Анастасия, сложив на груди руки, посмотрела на мужа, – только будьте осторожнее.

Петр подмигнул ей.

– Недавно получили новые тяжелые торпеды «Цунами», – заговорщицким тоном сказал он, – и в следующем же вылете разнесли ими на куски здоровенный шиванский драккар. Дали Крест с отличием, – он с гордостью погладил награду из светлого металла, висевшую у него на груди на форменном кителе пилота Альянса.

Анастасия с нежностью поглядела на мужа. Нисколько не повзрослел. Такой же отчаянный мальчишка, как и раньше, только получивший теперь в руки смертоносную боевую машину. Она никак не могла заставить себя поверить, что это именно о нем пишут в новостях, как об одном из лучших пилотов Альянса. Остальные-то герои – суровые мужчины с тяжелыми подбородками. Петр в свои двадцать два года казался мальчишкой по сравнению с ними. А ведь это он возглавил атаку на «Таранис», после чего земляне впервые смогли взять на абордаж этот избитый и обездвиженный шиванский корабль, и именно группа Нестерова прикрывала эвакуацию людей со станции Томбала, когда там впервые появился джаггернаут Шивы во всем блеске своей ярости.

– А «Цунами» может уничтожить «Люцифера»? – вдруг с надеждой спросила девушка.

Он перестал улыбаться и потрепал ее по руке.

– Боюсь, что для этого понадобится штука посерьезнее. А так, ты ухватила самую суть дела. Там, где появляется этот монстр, наши оборонительные линии рассыпаются как кубики в детской игре. Хорошо еще, что такой корабль у шиван только один. Если бы мы смогли остановить его… – Петр в сомнении покачал головой. – По мощи он равен целому флоту. Его орудия способны выжечь планету целиком, это мы недавно увидели на примере Васуды Прайм. Энергетические щиты «Люцифера» практически неуязвимы для нашего оружия. Да и прорваться к нему непросто, рядом постоянно крутятся десятки перехватчиков. Не знаю, Насти. Если мы сделаем это, то тогда, может быть, появится шанс переломить ход войны… – он тяжело вздохнул и задумался.

Она еще раз погладила его руку, коснувшись красного тяжелого лауритового браслета. Будто в ответ на ее прикосновение, замерцал зеленый огонек коммуникатора. Вызов… вызов…

– Внимание, общий вызов всему экипажу. Ближний прыжок закончен. Добро пожаловать во внешнюю сферу планетной системы гамма Дракона. До центрального светила сейчас пять с половиной миллиардов километров. Всех членов нашего экипажа прошу приступить к выполнению своих обязанностей, – приятный женский голос, доносившийся из ниоткуда, умолк.

Анастасия потрясла головой, отходя от своих грез. Ей часто приходилась совершать подпространственные прыжки. Но снов в них она раньше не видела. Женщина попыталась поймать ускользающую ткань пришедших к ней сновидений. Неужели она видела Петра таким, каким он был двадцать два года назад? Он, конечно, не мог тогда заранее знать, что у нее получится сохранить беременность. А ведь чуть было не произошел выкидыш, когда Анастасии пришло известие о гибели ее мужа. Тогда никто не сомневался, что чудовищный взрыв в подпространстве, разрушивший эфирный мост до Солнечной системы, унес с собой и жизни смельчаков, пустившихся по следу «Люцифера». Лишь потом для нее забрезжила надежда, когда в результате долгих расчетов Мина Харгроув предположила, что группа тяжелых «Медведиц», могла успеть выйти из подпространства уже около Земли, за секунды до окончательного взрыва шиванского джаггернаута. Во всяком случае, судя по вычисленному дефекту массы при межзвездном переходе, это удалось сделать примерно двадцатой части самого «Люцифера», обломку весом несколько десятков тысяч тонн. А это означало, что и у звена тяжелых торпедоносцев Нестерова был шанс выжить.

Рядом раздался шорох, Анастасия повернула голову. На нее сердито смотрели глаза Алланы.

– Ну, спасибо, – с упреком сказала девушка, нашаривая рядом с собой кнопки управления. Раздалось негромкое шипение, ее ложе быстро трансформировалось в высокое кресло. Аллана сползла в него с жалобным кряхтеньем.

– Не могу поверить, что тебе всего двадцать пять лет, – заметила Анастасия, в свою очередь вставая со своего места и приводя себя в порядок. – Поздравляю с успешным завершением субзвезд-ного прыжка.

– Кой черт, успешным! – простонала девушка, снова сев в свое кресло и взявшись за голову руками. – Тебе-то хорошо, ты смотрела десятые сны, а я семь часов в пустоту таращилась! Не всем же везет спать во время переходов.

– Приняла бы медкапсулы перед прыжком. Ты что, забыла?

Девушка подозрительно посмотрела на нее сквозь растопыренные пальцы.

– Забыла, – осторожно сказала она, – у этого… у доктора.

– А голову ты там не забыла? – вздохнула Анастасия. – Это тебе наказание за твое поведение. Захотелось романтических приключений на крейсере? Ну и с кем ты провела ночь, с корабельным доктором или с этим юным Тайином?

Аллана вытаращила глаза.

– Господь с тобой, мы с ним только целовались. Ой!

Анастасия осуждающе покачала головой.

– С ним или с обоими?

– За кого ты меня принимаешь, – обиделась девушка, – ну да, я нравлюсь Тайину, и, кстати, его брату-близнецу Гайину тоже. Очень милые ребята. А доктор… Он просто меня спасал от смертельной аллергии. И откуда ты всегда все знаешь?

– Работа у меня такая, – объяснила Анастасия, подходя к двери их небольшой каюты, где они провели все время субзвездного прыжка, – так что, милая, сиди пока здесь. Крейсер-то на секретном задании. Я поднимусь на мостик, спрошу у капитана, что с тобой делать.

– Ну вот, затащили меня, не спросив, на край света, да еще держат взаперти, – заныла Аллана.

– Ничего, – ободряюще сказала Анастасия, – может, через час уже пойдем обратно.

– Как через час? – с ужасом воскликнула девушка. Она резво вскочила и начала быстро собираться. – Я в медотсек за снотворным. Я еще семь часов такой пытки не выдержу. Где моя заколка?

– Только осторожно, не забреди случайно куда не следует, – притворно нахмурилась Анастасия, – а то потом придется тебе писать расписку о неразглашении военных тайн.

На выходе из дверей из каюты они почти сразу же встретили девушку в форме из экипажа крейсера. Вежливо поздоровавшись, она обратилась к Анастасии.

– Госпожа Нестерова, командир нашего корабля спрашивает, не хотите ли вы подняться на мостик?

* * *

Мостик «Виджиланта» жил своей размеренной походной жизнью. Веддинген усадил гостью рядом с собой в кресло второго помощника, пояснив, что тот пока временно отсутствует, занимаясь выбиванием запасных частей для корабля в центральных системах Альянса. «Чтобы в срок отремонтировать крейсер, приходится крутиться, как белка в колесе, иначе запчасти перехватят более предприимчивые коллеги по оружию, – сдержанно улыбнувшись, сообщил капитан, – побитых кораблей много, а ремонтные службы не справляются».

Сев в кресло, Анастасия с любопытством огляделась. Сплошные голографические панели, закрывавшие стены и потолок куполообразного помещения, превращали мостик, где находилось около десятка человек команды, в открытую площадку в бескрайнем космосе. Ей крайне непривычно было наблюдать, как на месте какой-нибудь туманности иногда вдруг распахивался дверной проем, пропуская спешащего по своим делам члена экипажа.

Веддинген показал рукой на яркую звездочку слева по ходу корабля.

– Это солнце гамма Дракона с расстояния пяти с половиной миллиардов километров, уже старый оранжевый гигант, – сказал он, – а вот цель нашего путешествия – открытый нами, как вы утверждаете, межгалактический портал. Видите под ним зеленую точку в зеленом же прямоугольнике? Это наш ракетный бот, с которым крейсер идет на сближение. Мы выйдем в точку рандеву через сорок минут. Все это время с нашими людьми поддерживается постоянная связь.

Анастасия с интересом рассматривала рисунок незнакомых созвездий.

– У нас с планеты ничего подобного не видно, – призналась она, – мешает постоянная высотная облачность. Я с трудом могу припомнить там хотя бы один солнечный день.

– Здесь солнца тоже немного, – снова улыбнулся Веддин-ген, – это край вечной тьмы. Внешняя сфера звездной системы. Дальше только кометные облака и гелиопауза. Хотя нет, где-то здесь еще находится седьмая по счету и последняя планета Гамма Дракона. На вид это должна быть довольно тусклая звездочка.

– Я думаю, она будет сильно проигрывать на фоне портала, – ответила Анастасия. – Завораживающее зрелище, – она снова посмотрела на величаво вращающееся сине-черное кольцо прямо по курсу корабля, – он даже отсюда кажется огромным.

– Ну, это отчасти благодаря нашим оптическим датчикам, – заметил капитан, – это ведь не реальная картина объекта «Дельта», как он у нас теперь прописан в базе данных центрального транспьютера, а изображение, созданное голографическими панелями. Вот, извольте взглянуть.

Повинуясь движению его руки, зеленая точка рядом с порталом вдруг выросла в размерах и превратилась в изображение ракетного модуля с крейсера, деловито попыхивающего выхлопом своего фузионного двигателя. Женщине даже показалось, что она видит за иллюминаторами маленького кораблика лица людей.

Она понимающе кивнула.

– А со стороны все это кажется абсолютно натуральным и естественным. Кстати, – вдруг вспомнила она, – а где наш васудианец, с ним все в порядке?

– Абсолютно, – заверил ее Веддинген, – он попросил передать, что просто не хочет мешать работе команды. Мерс Сипптар собирается пробыть в своей каюте все время до возвращения крейсера обратно к планете. Мне кажется, он несколько недоволен, что потерял из-за нашего полета к порталу столько времени.

Анастасия дернула плечом:

– Это совершенно не ваша вина. Мы же совместно решали провести экспедицию к Кноссу. Более того, как представитель союзной расы, он просто обязан быть здесь в этот момент согласно инструкции о совместном доступе к артефактам.

– Наверное, вы правы, – согласился капитан, – кстати, почему вы его так назвали? Я имею в виду портал. Слово «Кносс» что-то означает? Я не слышал его раньше, но оно, мне кажется, звучит лучше, чем просто объект «Дельта».

– В этом нет ничего удивительного. Это название пришло из глубокой истории Земли, сейчас об этом помним только мы, археологи, – видя интерес капитана, с удовольствием начала объяснять Анастасия. – Есть что-то очаровательное в том, чтобы давать древним названиям новую жизнь, замыкая прошлое с будущим, – она немного помолчала вспоминая. – Кносс – так назывался дворец древней культуры земного Средиземноморья тысячи лет назад. Его открытие сэром Артуром Эвансом в девятнадцатом веке воскресило из небытия целую исчезнувшую цивилизацию. Сейчас об этом мало кто помнит. Но по устоявшейся у нас, археологов, традиции, здешним артефактам из системы гамма Дракона дают названия того давно исчезнувшего мира. Я только следую ей.

Веддинген задумчиво кивнул:

– У нас в звездном флоте есть схожий обычай. Мы называем наши корабли именами их предшественников, бороздивших еще земные океаны, правда, не тысячи, а всего лишь сотни лет назад. Конечно, то были еще не космические корабли. Наш «Виджилант» назвали в честь крейсера, погибшего в Великую Войну, а он в свою очередь получил его от своего далекого земного предшественника.

– Если я не ошибаюсь, в переводе со староанглийского «Вид-жилант» означает «Бдительный», – сказала Анастасия.

Капитан тихо рассмеялся.

– Ваша осведомленность в самых различных предметах начинает меня пугать, – сказал он.

– Но я же по своему первому образованию все-таки лингвист, – улыбнулась в ответ женщина, – а староанглийский вместе с хинди и русским легли в основу нашего современного языка.

– Что-то подобное, помню, мы проходили еще в школе, лет тридцать назад, – потер лоб Веддинген.

– Вот видите, еще помните, – сказала Анастасия, искоса взглянув на слегка озадаченное лицо капитана.

Неожиданно их мирную беседу прервал резкий тревожный звук. На глазах изумленной женщины вокруг кольца Кносса появилась пульсирующая окружность зловещего темно-красного цвета. Веддинген, увидев это, подскочил со своего места и резко повернулся к посту наблюдения, располагавшемуся на правом крыле мостика корабля. Там уже лихорадочно засуетилось двое вахтенных.

– Пост наблюдения докладывает. Зафиксированы множественные подпространственные всплески в районе объекта «Дельта». Сигналы неясные, отчасти похожи на шумы группы кораблей, готовящихся покинуть эфирный мост.

Анастасия, еще не понимая, в чем дело, с тревогой увидела, как посуровело лицо Веддингена. Рядом с ней был уже не вежливый интеллигентный собеседник, а командир боевого корабля с жестким стальным взглядом. Он раздумывал не более секунды.

– Всему кораблю боевая тревога. Приготовиться к появлению противника. Команде занять места по боевому расписанию. Башне «Б» главного калибра изготовиться к стрельбе. Зенитные комплексы и противофайтерные турболазеры привести в боевое состояние. Посту наблюдения, сообщите примерное время выхода кораблей около объекта «Дельта». Пост! Почему молчите?

– Командир, это невозможно, – раздался неуверенный голос офицера-наблюдателя, – сигналы с трудом классифицируются. Неясно почему. Система дает предсказание от десяти до тридцати минут. На ракетном модуле тоже зафиксировали всплески. Спрашивают дальнейших указаний.

Через две минуты к Веддингену подскочил запыхавшийся старший помощник Тормид, сломя голову примчавшийся на мостик по тревожному сигналу. Он на ходу одной рукой застегивал мундир, а другой приглаживал взъерошенные волосы. На его щеке явственно алел рисунок подушки с дивана из кают-компании, где он, очевидно, отдыхал, сменившись с недавней вахты.

– Что случилось, Отти, почему боевая тревога?!

– Неопознанная цель по курсу, – коротко ответил командир крейсера.

Старпом как опытный офицер тоже быстро оценил ситуацию с ракетным ботом.

– Можем не успеть забрать бот, командир, – сказал он.

Капитан кивнул в знак того, что он тоже это понимает. Он быстро пробежался пальцами по управляющей панели, еще раз проверяя карту расстояний.

– Машинному отделению, турбины самый полный вперед, – скомандовал Веддинген.

Через секунду Анастасия услышала нарастающий ответный гул, пол под ее ногами мелко задрожал. Крейсер начал набирать ход.

– Передайте на модуль, пусть ускоряются на встречном курсе, – раздалась следующая команда.

Капитан повернулся к старпому.

– Через десять минут начнем аварийное торможение, чтобы уравнять скорости с ботом и поднять его на борт, – сказал он. – Потом снова разгон, чтобы иметь возможность в случае необходимости быстро уйти в подпространство.

– Сильно рискуем, капитан, нам на все потребуется не менее получаса, – заметил его помощник.

– Я не собираюсь бросать здесь своих людей, Тормид, – резко сказал Веддинген, – это первое. А во-вторых, мы не знаем, кто собирается сейчас войти в систему через этот портал. Может быть, у гостей и нет враждебных намерений. И в-третьих, у нас не прогулочное судно, а современный боевой корабль, способный при необходимости постоять за себя.

Тормид протестующе поднял руку:

– Командир, я и не собирался предлагать бросать здесь модуль с людьми. С какого перепуга? Я бы не бросил его даже без людей. Это слишком ценное имущество, чтобы им просто так разбрасываться. Но подожди, Отти, – его лицо вдруг приняло удивленное выражение, – ты сказал, портал? А откуда здесь мог взяться узел межзвездного перехода? Это же глухой тупик на окраине Альянса! Или я все проспал на своем диване?

– Наши ученые утверждают, что это портал в другую галактику, – бросил Веддинген, уйдя с головой в свои расчеты, – извини, Тормид, я не успел тебе подробно об этом рассказать.

Старший помощник ошарашенно посмотрел на единственного присутствующего здесь ученого. Но Анастасия ответила ему таким же растерянным взглядом. Как и Тормид, она тоже не до конца понимала ситуацию, правда, уже с военной стороны.

– Слона-то я и не приметил, – пробормотал старпом, рассматривая увеличенное изображение Кносса и пульсирующую вокруг него окружность багрового цвета, – ну кто бы мог подумать, что это межгалактический портал? А мы думали, хрень какая-то.

Он снова обратился к командиру корабля:

– Отти, это что получается, наши гости не из системы гамма Дракона, а непонятно откуда?

– Пусть ученые в этом и разбираются, – ответил Веддин-ген, – для меня сейчас главное забрать людей и приготовить корабль к возможному обратному прыжку. Садитесь, будем ждать.

– Может быть, мне спуститься вниз в каюту, чтобы не мешать? – робко спросила Анастасия, дождавшись паузы.

Веддинген посмотрел на нее озабоченно.

– Пока вам лучше оставаться здесь, – подумав, сказал он, – скоро начнется аварийное торможение. Я не хотел бы, чтобы оно застало вас врасплох, когда вы будете спускаться в каюту. Здесь, в этом кресле, вы будете в полной безопасности от предстоящей перегрузки.

Медленно текли минуты. Капитан вместе со старпомом время от времени тревожно поглядывали на часы и негромко переговаривались. С поста наблюдения периодически сообщали о новых гравитационных шумах неясного происхождения. Главный транспьютер корабля, запущенный на полную мощность, постоянно обрабатывал входящие данные в режиме реального времени, пытаясь оценить потенциальную опасность. К несчастью, в его базе данных информация о структуре межгалактических переходов по понятным причинам отсутствовала совершенно, а экстраполяция по известным ученым Альянса межзвездным узлам давала ненадежные и даже противоречивые результаты. Помочь разобраться в ситуации могла бы профессор Мина Харгроув, но она пока находилась на расстоянии в десятки световых лет. Никто сейчас на крейсере не мог сказать точно, где и когда появятся корабли пришельцев из другого мира.

Наконец снова раздалась команда Веддингена:

– Турбины на стоп! Двигателям ориентации развернуть корабль на сто восемьдесят градусов. Отключить гравитационные трансдукторы на время разворота! Экипажу приготовиться к аварийному торможению. Не вставать со своих мест!

Трехсотметровая махина крейсера начала неуклюжий разворот. На глазах у замершей в кресле Анастасии кольцо Кносса с фигуркой ракетного бота рядом медленно поплыло в сторону. Пока женщина пыталась сообразить, почему корабль разворачивается к своей цели кормой, снова загрохотали турбины крейсера. Анастасию ощутимо вдавило в спинку кресла, ее тело начало наливаться тяжестью, стало трудно дышать. Следующие несколько секунд показались ей целой вечностью. Наконец перегрузка начала ослабевать, крейсер гасил свою сумасшедшую скорость.

– До стыковки три минуты! Ракетный модуль вышел на расчетную дистанцию. Будет подходить со стороны кормового стыковочного узла, – доложили с поста внешнего наблюдения.

Старший помощник вытер вспотевший лоб рукавом кителя.

– А нашим ребятам на боте, наверное, приходится совсем несладко. Эта посудина не рассчитана на такие перегрузки. Наверное, при торможении вповалку лежали, – предположил он.

– Главное, они почти уже дома, – сказал капитан и внезапно чертыхнулся. Рядом с порталом Кносса вдруг зажглись и погасли три серебряные звезды. Таинственные гости завершили свое межгалактическое путешествие.

Глава 9

Витторио, сцепив руки за спиной, в нетерпении расхаживал около капитанского возвышения на мостике гигантского линкора. Вице-адмирал Данил Гранин и командир корабля Орнео Кролла из вежливости тоже оставались на ногах, изредка посматривая в сторону старика гранд-адмирала. Негромко переговариваясь, они отошли ближе к ограждению рубки, где уже начинались голографические панели, куполом накрывавшие помещение мостика корабля. В них (или за ними?) можно было видеть всю ударную группу Третьего флота, готовую к бою. Справа от флагманского линкора неподвижно висели серые громады двух новых тяжелых крейсеров «Крым» и «Уорспайт», вступивших в строй всего два года назад. Более старые, тем не менее все еще смертоносные, крейсера класса «Левиафан» составляли отдельную группу авангарда из четырех кораблей, выстроившихся ромбом перед «Россией». Их бортовые огни были частью притушены в знак траура по своей сестре, пятисотметровой «Андромеде», которая погибла где-то недалеко отсюда во время первого вторжения на Денеб, угодив в засаду мятежников после гибели легкого крейсера «Наварин».

Из разведывательных сил при эскадре сейчас находился только один крейсер класса «Фенрис», его горбатый силуэт рисовался слева от «России». Остальные пять кораблей из отряда легких крейсеров Третьего флота все еще рыскали по всей планетной системе Денеба в поисках последних скрывающихся мятежников самопровозглашенного государства Нео-Терра. Ветеран Великой Войны линкор «Бастион» держался позади флагмана, готовый в любой момент прикрыть молодое поколение огнем своих массивных лучевых башен. Даже хищного вида «Аэолус», принадлежащий министру обороны Рейналу и не участвовавший пока ни в одном бою, и тот придвинулся ближе к эскадре, ощетинившись батареями своих орудий.

Мышеловка была насторожена. Далеко отсюда васудианский «Псамтик» по команде контр-адмирала Анххафа уже распустил веер своего москитного флота. Шесть звеньев его бомбардировщиков «Бакха», почти половина всех наличных сил, патрулировали узел перехода Денеб – Сириус, прикрываемые целой эскадрильей истребителей. На пути к межзвездным вратам была и двадцать девятая эскадрилья земных торпедоносцев, покинувшая опекаемый ею крейсер «Якиба» перед еще не капитулировавшими орбитальными батареями около планеты Денеб Тэта. Но начинаемая игра стоила свеч. Захват или уничтожение Акена Боша, вдохновителя сепаратистских идей, был бы спасением для союзного правительства. Война с мятежными флотами уже давно стала непопулярной, ее необходимо было заканчивать как можно скорее. Не далее чем через десять минут непокорный фрегат адмирала должен был оказаться в десятках прицелов. Но неожиданно все изменилось.

– Срочная передача с дредноута «Псамтик» лично от адмирала Анххафа, – доложил дежурный офицер с поста внешней связи, – три минуты назад в сектор со стороны Сириуса вошли два легких крейсера мятежников – «Неуязвимый» и «Глориес». С ними по эфирному мосту проскочили шестнадцать истребителей «Локи».

На мостике «России» поднялся переполох. Адмиралы бросились к ближайшим виртуальным экранам около капитанского места. Там уже появилась первая информация по завязавшемуся бою. Желтая фигурка «Псамтика» по-прежнему находилась на почтительном удалении от межзвездного перехода. Анххаф не решился рискнуть своим лучшим кораблем, подтянув его ближе к воротам, ведущим в систему Сириуса. Поэтому его грозные лучевые орудия, которые могли бы в несколько минут испепелить оба дерзких крейсера мятежников, были сейчас бесполезны. А враг пока оказывался в выигрышном положении. Шестнадцать истребителей «Локи» при огневой поддержке с крейсеров «Неуязвимый» и «Глориес» за три минуты разогнали тяжелые бомбардировщики Васуды, патрулировавшие пространство рядом с узлом. Эскадрилья легких истребителей «Серапис» отчаянно пыталась прикрыть своих подопечных и почти сразу же потеряла половину своих машин.

Витторио негромко выругался. Слаженные действия противника, сумевшего небольшими силами быстро нейтрализовать почти весь москитный флот огромного линкора, внушали уважение. Похоже, Бош действительно находился в системе, раз ради него мятежники рисковали своими легкими крейсерами, выставляя их против линейного корабля с его десятками боевых файтеров. Первая часть плана по поимке «Айсини» проваливалась на глазах. Анххаф своими эскадрильями не удержал бы фрегат Боша, появись тот сейчас на поле боя. Витторио торопливо посмотрел на часы. До выхода флагмана мятежников из подпространства оставалось всего несколько минут.

– К сожалению, мы не учли такого варианта развития событий, – он сурово посмотрел на своего вице-адмирала, как будто тот был ответствен за неожиданную вылазку мятежных крейсеров, – Анххаф теперь не задержит «Айсини», это очевидно. Хотя, признаться, я и раньше не очень на него рассчитывал. Ну что же, теперь дело за двадцать девятой эскадрильей. Там опытные пилоты, они не упустят фрегат Боша.

Гранин кивнул, мрачно наблюдая картину избиения васудианского легкого флота. В отчаянной попытке помочь, «Псамтик» поднимал на взлет резервную эскадрилью истребителей. Неуклюжие бомбардировщики «Бакха» пытались выбраться из смертельной зоны обстрела зенитных орудий крейсеров, расстреливающих их почти в упор, под непрерывными атаками истребителей мятежников, которые как разъяренные осы вились вокруг них, не давая им возможности навести свои тяжелые торпеды на корабли мятежников. Остатки первой эскадрильи «Сераписов», скованные боем с остальными «Локи», едва ли могли помочь своим подопечным.

– У Васуды всегда было плоховата с тактикой, – буркнул вице-адмирал, глядя на то, как с радаров один за другим исчезают значки союзных файтеров, – храбрости им не занимать, я не спорю. Но добавить бы к этому хотя бы немного умения.

– Они всегда брали числом, – охотно подтвердил Орнео, – лишь один Имхотеп, насколько я помню, отличался своими флотоводческими талантами. К счастью, принца сожгли вместе с его флагманским «Тайфуном» возле Антареса, иначе у нас было гораздо больше проблем в той войне. Но кажется нашему контр-адмиралу до него далеко.

Через несколько минут на поле боя установилось шаткое равновесие. Оба корабля Нео-Терры теперь удерживали плацдарм, небольшую область пространства возле межзвездного узла Денеб – Сириус. Потрепанные силы Васуды отошли за пределы досягаемости зенитных установок крейсеров и пытались перегруппироваться. Из полной ударной эскадрильи союзников оставалось всего пять поврежденных в разной степени машин. Прикрывающих их истребителей «Серапис» выжило чуть больше. Мятежники же понесли совсем небольшие потери, всего две машины, пилоты которых были быстро подняты на борт «Неуязвимого». Васудианцы, считавшие ниже своего достоинства покидать подбитые корабли (у них не было даже спасательных капсул), погибли вместе со своими боевыми машинами. Легкие «Локи», отогнав противника, вернулись под надежное прикрытие своих кораблей. Для Витторио и Гранина теперь стало совершенно очевидным, что прыжок двух крейсеров в систему Денеба был не случайностью или разведкой боем, а спланированной акцией по спасению Аке-на Боша.

– Может быть, отдать приказ уцелевшим бомбардировщикам Васуды атаковать крейсера мятежников? Вторая эскадрилья истребителей с «Псамтика» сможет прикрыть своих. Она уже близко, – предложил Гранин.

– Пока не вижу смысла, – отрицательно качнул седой головой Витторио. – Наша главная цель – это «Айсини». Если у мятежников станет даже на два «Фенриса» меньше, это войну не закончит. К тому же и оставлять «Псамтик» без последней защиты я бы не хотел. Третьей эскадрильи истребителей, чтобы при необходимости прикрыть сам дредноут, у них уже нет.

– Да и не прорвутся эти бомбардировщики сейчас к крейсерам, – уверенно заявил Кролла, – тем более, их там осталось всего пять машин и из них ни одной целой. Им в ремонт надо, а не в бой.

Витторио снова посмотрел на бортовые часы и переглянулся с Граниным. До подхода двадцать девятой эскадрильи оставалось меньше минуты.

– Не может быть! Вы только посмотрите, – вдруг удивился капитан «России», – «Псамтик» собственной персоной двинулся к узлу. Неужели Анххаф все-таки решил рискнуть своим кораблем?

Действительно, огромный дредноут Васуды начал движение по направлению к крейсерам мятежников. Очевидно, разозленный понесенными потерями адмирал союзников решил теперь сокрушить врага своим главным калибром, так же как он это сделал недавно с «Велизарием». Со стороны это выглядело внушительным зрелищем, но Витторио только пренебрежительно махнул рукой.

– Не успеет, – сказал он, – эта корыто полчаса будет только разгоняться. Раньше надо было этим заниматься. Фрегат Боша вот-вот появится здесь.

Гранд-адмирал не ошибся. Не прошло и минуты, как на поле боя появилось главное действующее лицо, ради которого и был разыгран весь этот спектакль. Изящная «Айсини» выскользнула из подпространства вне досягаемости тяжелых лучевых орудий «Псамтика» и устремилась к межзвездному порталу. Фрегату всего-то было необходимо пройти полтора астрометра для своего спасения. Два звена истребителей «Локи» бросились ему навстречу, чтобы защитить от возможной атаки васудианских бомбардировщиков. Наступил самый напряженный момент.

Старый гранд-адмирал нетерпеливо сжал кулаки.

– Но где же мои корабли? Кролла, в чем дело? Они должны были появиться здесь раньше «Айсини»!

Командир «России», напряженно размышляя, смотрел на главный виртуальный экран.

– Плюс-минус пять секунд. Но все равно очень странно, почему они задерживаются? – задумчиво пробормотал он, наблюдая за спасающим свою шкуру фрегатом. – А, нет, вот и наши ребята, – но Орнео вдруг округлил глаза и придвинулся ближе к стереоизображению, словно не веря своим глазам. – Какого дьявола? – перевел он взгляд на Витторио. – Они же выпрыгнули совсем не там!

На главном виртуальном экране интригующим добавлением светилась теперь зеленым светом дюжина значков подоспевшей к цели двадцать девятой эскадрильи. Но по непонятной пока причине прибывшая группа оказалась еще дальше от узла перехода, чем даже васудианский дредноут. От мятежного корабля Акена Боша ее отделяло более чем пять астрометров пустого пространства.

– Не может быть, – только и смог вымолвить Гранин. – Мы же лично проконтролировали точку выхода. Это чья-то ошибка?

– Боюсь, это чей-то саботаж, – глухо отозвался Витторио. Он грузно опустился в кресло и сцепил перед собой руки, невидящим взором уставившись на виртуальный экран.

Гранин тревожно переглянулся с капитаном «России». Видно было, что для старого гранд-адмирала это оказалось слишком неожиданным и жестоким ударом. Упустить Боша в тот самый момент, когда казалось, что сама судьба передает мятежного адмирала в руки Альянса!

Один из вошедших в систему легких кораблей вдруг запульсировал зелеными вспышками. Командир группы перехвата выходил на связь с «Россией».

Секунду поколебавшись, Гранин переключился на волну приема.

– Срочное сообщение, говорит командир крыла двадцать девятой, Гром Локин. Находимся в пяти астрометрах от фрегата. Вы нам дали неверные координаты, мы не сможем догнать этот корабль, – донесся до «России» через всю систему Денеба обескураженный голос пилота.

Гранин посмотрел на гранд-адмирала. Витторио равнодушно махнул рукой. Он как будто уже перестал интересоваться происходящими событиями.

– Это «Россия». Двадцать девятая группа, включайте форсаж и постарайтесь перехватить «Айсини», – приказал вице-адмирал.

Послышался неясный шум, затем нарастающий гул турбин, но все покрыл возмущенный голос одного из пилотов:

– Что происходит, где блокада межзвездного узла? Что там за катавасия около портала? И почему мы оказались черт знает где вместе с «Псамтиком»?

– Наши силы выполняют свои важные задачи в системе Денеба, – сердито прокашлялся Гранин, – следуйте данному вам приказу и не пререкайтесь с командованием!

Он продолжал внимательно следить за ходом развития событий. Двенадцать торпедоносцев нового класса «Артемис», изящные и смертоносные, как сама древнегреческая богиня охоты, до предела раскрутив свои турбины, пытались догнать ускользающий фрегат мятежников. Прикрывавшая их восьмерка истребителей «Мирмидон» хищно нацелилась на метнувшиеся наперерез им легкие «Локи». С секунды на секунду должна была начаться собачья свалка. Но вице-адмирал как опытный военный прекрасно понимал, что в этом отчаянном броске уже нет необходимости. Даже грозным «Артемисам» несущии по четыре тяжелые торпеды, было почти невозможно догнать с такого расстояния «Айсини», которая, скорее всего, уже почти раскрутила свои прыжковые генераторы. Флагман мятежников всегда отличался своей почти сказочной энерговооруженностью. Оставалось надеяться лишь на чудо, что он вдруг по какой-то причине замедлит свой бег. Но и эту призрачную надежду Гранина через минуту разбил лично сам мятежный адмирал Акен Бош.

– Я очень сожалею, пилоты, что ваша смелая попытка перехватить мой корабль не увенчалась успехом, – снова услышал Гранин в эфире знакомый хрипловатый голос главного врага Альянса. – Советую вам теперь подумать о мотивах действий вашего командования. К чему ваша храбрость, если вы не можете даже достичь цели, – Бош сделал паузу. – А теперь прошу меня извинить, но мы сильно торопимся. Хелм, включай гиперпривод.

Через несколько секунд в эфире раздался взволнованный голос одного из пилотов торпедоносцев:

– «Айсини» прыгнула, я повторяю, «Айсини» совершила прыжок!

– Подтверждаю, пилот, – устало произнес вице-адмирал.

Красная отметка главного мятежного корабля пропала с экранов радаров. Гранин обернулся к Витторио. Старый флотоводец по-прежнему сидел без движения в кресле, склонив голову на сцепленные пальцы рук. Казалось, он никак не прореагировал на сообщение, которое подвело неутешительную черту под сегодняшней операцией. Лишь только побелевшие костяшки пальцев выдавали его состояние. Вице-адмирал с раздосадованным видом отвернулся к виртуальному экрану.

– Приказ командиру двадцать девятой от вице-адмирала Данила Гранина. Атакуйте оставшиеся крейсера мятежников, – оценив ситуацию на поле боя, четко скомандовал он. – И не жалейте своих торпед, парни.

Разъяренных неудачей с «Айсини», пилотов бомбардировочной эскадрильи не нужно было долго уговаривать, распрямленной пружиной двенадцать «Артемис» пошли в атаку. Мятежные «Глориес» и «Неуязвимый» уже сообразили, чем им это грозит, и, развернувшись в направлении межзвездного узла перехода, где только что исчез фрегат Боша, торопливо набирали скорость для дальнего прыжка. Прикрывавшие их отход «Локи» уже сцепились в схватке с истребителями Альянса. Васудианские легкие силы в бой пока не вмешивались, ожидая медленно приближающийся «Псамтик».

«По крайней мере, хоть отвлекают на себя половину истребителей противника, и то ладно», – подумал Гранин.

Не прошло и пяти минут, как двенадцать торпедоносцев Альянса, прорвавшись сквозь оборонительный огонь с крейсеров, железным кулаком обрушились на идущий концевым «Глориес». Добрый десяток торпед класса «Циклоп», предназначенных для линейных кораблей, за несколько секунд разнес мятежный крейсер на куски. Корабль просто исчез в нескольких ослепительных вспышках. Потеряв в атаке одну машину, торпедоносцы отвалили в сторону для второго захода, лавируя между разрывами зарядов с ведущего огонь «Неуязвимого».

Рядом с Граниным шумно вздохнул командир «России».

– Двадцать девятую просто так не остановишь, эти парни воевать умеют, – с уважением в голосе сказал он, – я-то их хорошо знаю. Еще помню, когда служил на «Орфее» в тридцать шестом году вторым помощником, мы чуть не попали к ним под раздачу. Тогда они с одного захода подорвали шиванский драккар, и оставшиеся торпеды пошли в нашу сторону. Мы изрядно перетрухнули в тот момент, когда они начали самоликвидироваться, но все, к счастью, обошлось десятком пробоин.

– «Глориес», конечно, не «Айсини», но и это хоть какое-то утешение на сегодня, – осторожно добавил Орнео, бросив косой взгляд на Витторио, – может, они еще успеют и «Неуязвимому» накласть.

Короткая и жестокая схватка возле межзвездного портала Денеб – Сириус подходила к концу. Выполнив свою главную задачу по спасению лидера Нео-Терры, уцелевшие мятежники в составе изрядно потрепанного «Неуязвимого» и девяти оставшихся легких файтеров уже готовились открыть звездные врата, за которыми их ждало спасение. Впечатленный быстрой гибелью первого крейсера, «Неуязвимый», собрав вокруг себя всех уцелевших «Локи», все-таки сумел дожить до начала следующей атаки торпедоносцев двадцать девятой эскадрильи. Через несколько секунд он уже вошел в сферу действия портала и немедленно включил прыжковые генераторы. Легкие истребители мятежников, уже не обращая внимания на ураганный огонь со стороны своих противников, пристроились рядом с входящим на эфирный мост кораблем. Только находясь рядом с крейсером, в его мощном гиперполе, «Локи» могли совершить межзвездный переход с Денеба до Сириуса. Отставших от строя ждало бы жестокое возмездие со стороны приближающегося дредноута васудианцев. Упустившие свою добычу одиннадцать земных торпедоносцев отвернули в сторону, чтобы не оказаться в раскрывающейся подпространственной воронке. Наконец, крейсер мятежников прыгнул. Бой закончился. Для кораблей Альянса наступило время считать понесенные потери и искать виновных.

* * *

Илья облегченно вздохнул и расслабился в своем пилотском кресле. Вошедшие в сектор легкие корабли дружелюбно подмигивали ему на радаре зеленым цветом. Бортовой транспьютер мгновенно вывел данные о визитерах: седьмая бомбардировочная эскадрилья Альянса, восемь машин типа «Медуза», каждая несет по две торпеды «Циклоп», командир группы пилот прима-класса Огюст Бланкар. Илья вздохнул, ему стало ясно, что в ближайшее время торпеды им вряд ли понадобятся. Он включил внешнюю связь.

– Пятьдесят третья эскадрилья, я командир группы Илья Нестеров. Рады приветствовать вас здесь, – нарочито бодрым голосом сообщил он, убрав руки с гашеток.

На экране появилось широкое бородатое лицо Бланкара.

– Салют, ребята. А где же наш пирог? Только не говорите мне, что вы сами его съели, – он добродушно посмотрел на Илью. – Я к вашему сведению, во время прыжка уже дырку успел проковырять на кителе под новую награду. Нас постоянно обходят с орденами, старику Бланкару это перестает нравиться.

– Извините, Огюст, – упавшим голосом сказал Илья, – но «Айсини» прыгнула, мы не успели ее остановить, – ему стало ужасно неловко, что он так подвел седьмую эскадрилью, – но мы старались, – печально добавил он.

– Так-так, – разочарованно произнес Бланкар после долгой паузы, – опять мне не повезло. Видно придется уходить в отставку всего только с тем, что есть. Ребята, ну не нельзя же так, – укоризненно сказал он. – А как же боевое братство, один за всех и все на одного?

– Братия, мы действительно очень старались, – вступил в разговор пилот «Альфа два», – кстати, мы почти достигли цели. Мы почти уговорили «Айсини» остаться, но понимаете ли, в чем дело, мсье Бланкар, – Маршан еле слышно хихикнул, – когда Бош узнал, что сейчас прилетит группа под вашим командованием, то он страшно занервничал и покинул астероидное кольцо, даже не извинившись.

– Маршан, ты что! – страшным шепотом зашипел Илья по интеркому внутренней связи, – это же пилот прима-класса!

Но Бланкар ничуть не обиделся, напротив, он тут же добродушно расхохотался.

– Этот малыш остер на язык, – отсмеявшись, наконец сказал он, – на самом деле, Огюст страшно рад за вас, что вы остались целыми и невредимыми. Какой осел послал ваши истребители против флагманского корабля самого Акена Боша? У вас, что на подвесках висят тяжелые торпеды? Мы и не ждали увидеть вас живыми.

– Это был личный приказ вице-адмирала Гранина, – смущенно произнес Нестеров.

– Гм… Кто?.. Сам Гранин? – Бланкар запнулся и на несколько секунд задумался. – Ну раз, сам Гранин, – он покачал головой, – то, конечно, дело другое…

– Между прочим, Огюст, нас обходят наградами как раз за это, – раздался раздраженный голос одного из пилотов бомбардировочной группы.

– За что это, Тессерен? – с наигранным удивлением спросил Бланкар.

– А вот за это! – напирал невидимый для Ильи пилот Тес-серен.

– Что это?

– А вот это самое!

Дальше собеседники перешли на оживленный разговор на новофранцузском языке, который Илья, к своему сожалению, совсем не понимал. Алекс в это время явственно хихикал, благодаря его блестящему почину, висящие в космосе друг напротив друга группы файтеров получили хоть какое-то развлечение. Илья неожиданно припомнил, что его верный «Альфа два», по крайней мере, когда-то знал этот язык, бывший родным для его дальних предков, и сейчас, вероятно, вовсю развлекался, слушая перебранку пилотов с прибывших «Медуз».

Это было еще в летном училище два года назад, где Маршан познакомился с молоденькими курсантками, приехавшими на обучение из земных колоний системы Проциона. Как настоящий товарищ, он и Нестерова потащил на свое первое свидание. Был прекрасный тихий летний вечер. Илья с трудом ворочал шеей в узком воротнике своего нового мундира и полвечера просидел букой за столиком в открытом кафе недалеко от Академии. На самом деле ему очень понравились обе курсантки, стройные и красивые, со своими белозубыми улыбками, раскованностью и заразительным смехом. Но как честный человек, давший слово своей школьной любви и бережно хранящий в коммуникаторе ее письма, он, конечно, не мог по выражению Алекса «пуститься по волнам развлечений», тем более что его автопереводчик барахлил, а девушки как раз стрекотали на своем новофранцузском наречии, которое понимал один Маршан.

Илья рассеянно вертел в руках пустой бокал для коктейля и украдкой поглядывал на сидящую напротив симпатичную курсантку, до колик хохотавшую над шутками его друга. Алекс был в ударе, практикуясь в произношении, он выговаривал слова на новофранцузском медленно и растянуто, чтобы собеседницы могли его легко понять, сквозь его рыжие кудри просвечивало заходящее солнце Веги, своими лучами превращая его голову в какую-то новую невиданную звезду. «Рыжий карлик», – вдруг пришло на ум молодому человеку, и он неожиданно, впервые за вечер рассмеялся. Девушки посмотрели на него с веселым изумлением, а верный товарищ не преминул отпустить дружеское замечание про «позднее зажигание в реакторном кольце».

Сигнал отеркома вернул Нестерова в сегодняшний день. Препирательства в бомбардировочной группе, видимо, закончились, и на экране вновь появилось лицо Огюста. Он слегка озадаченно посмотрел на Илью, потом перевел взгляд чуть в сторону и показал кому-то напоследок здоровенный кулак в теклитовой перчатке.

– Какие будут приказания, пилот прима-класса? – почтительно спросил Илья. – Вам потребуется наш эскорт?

Бланкар, подавив восстание в своих владениях, вновь стал прост и демократичен.

– А, малыш! Да какие здесь могут быть приказания. Дичь ушла, пора возвращаться обратно с охоты в фамильный замок, – он разочарованно покрутил головой. – Надеюсь, в следующий раз ты принесешь мне больше удачи. Кстати, – вдруг спохватился командир седьмой бомбардировочной группы, – все-таки насчет приказаний. Скоро здесь должен будет выскочить спасательный «Элизиум». Подождите старичка, а потом вместе с ним вернетесь обратно на «Россию».

– Забрать пленных с базы, которую мы уничтожили? – сделал предположение Нестеров о причине появления эвакуационного корабля. – Там остались экипажи с двух транспортов и сбитые пилоты Нео-Терры в своих спасательных капсулах, – пояснил он.

Бланкар бросил на него неожиданно посерьезневший взгляд.

– Да нет, не совсем, – с расстановкой произнес он, – конечно, ему и такая работенка сгодится, но на самом деле его отправили, чтобы спасти тех пилотов из вашей группы, кто выжил при атаке «Айсини». Вы же знаете, что командование всегда заботится о своих людях.

Он прощально помахал пилоту рукой:

– Счастливо оставаться, ребята, до связи.

Через несколько минут тяжелые «Медузы» седьмой бомбардировочной группы, так и не опустошившие свои арсеналы, взяв курс домой, скрылись в подпространстве.

– Так значит, получается, что все было без шуток? – услышал Илья голос Маршана. – Если за нами чуть ли не похоронную команду собрались прислать.

– Ну, а что ты хотел, Алекс, мы же не в игрушки играем, – рассудительно сказал Нестеров, – «Айсини» надо было остановить.

– Мне все больше и больше нравится эта война, – вклинился в их разговор командир второго звена, – наше командование берет и бросает истребители на линкор, – он скептически хмыкнул, – а бомбардировщики, наверное, скоро заставят бросаться на истребители.

– «Айсини» не линкор, Аберт, – укоризненно сказал Маршан, – ты что-то путаешь. Это всего лишь маленький безобидный фрегат.

– Аберт, командование все равно знает больше нашего, а мое дело выполнять приказы, – сказал Илья, – и вообще, если сегодня наш флот вдруг затравит «Айсини», то считайте, что как минимум благодарность, а то и внеочередное продвижение по службе у нас в кармане. За такие вещи… я имею в виду поимку фрегата, а не благодарность, – сразу оговорился он, – стоило рискнуть.

– Ну конечно, а если бы мы тут все полегли, то тогда вообще героями посмертно стали, – язвительно среагировал Аберт, – и, кстати, еще двадцать минут назад ты был немного более пессимистичен, когда плакался всем про проваленное задание.

Илья вздохнул. Ну что с таким разговаривать?

– Группа «Бета», слушай мой приказ, – скомандовал он, как будто не услышав последних слов Фрама, – возвращайтесь на базу. Незачем здесь шести файтерам на пустом месте толкаться. Благодарю вас за почти образцовое несение службы Альянсу.

Вторая тройка на радостях от известия о скором возвращении заложила пару виражей.

– А транспортник, который, как нам обещали, здесь скоро появится, мы и втроем… нет, – поправился он, – даже вдвоем прикроем. Наталья, ты тоже отправляйся. Доложишь Юрковскому, что мы с Алексом немного задержимся в астероидном кольце.

– Да, – поддержал его Маршан, – и займи нам заодно столик в столовой. Жрать хочется, сил нет.

– Так точно, боссы, выполняю, – «Альфа три» всегда отличалась своей дисциплинированностью и послушанием.

Илья, проводив взглядом уходящих товарищей, перевел свое внимание на остатки поверженного воинства мятежников вдалеке; две спасательные шлюпки с транспортов и три дрейфующие поодаль от них капсулы с катапультировавшимися пилотами сбитых «Локи».

– Алекс, давай-ка сгоним это стадо в кучу. Я справа, а ты слева, – обратился он к своему товарищу. – А то наш «Элизиум» будет их еще два часа по всему космосу собирать и грузить к себе в трюмы.

– Полностью поддерживаю твое предложение, командир, – ответил «Альфа два», принимаясь за работу, – мне тоже что-то уже захотелось вернуться домой.

Глава 10

На мостике «Виджиланта» зависла гнетущая тишина, пока центральный транспьютер крейсера ощупывал пришельцев корабельными сканерами, обрабатывая получаемую информацию. Люди застыли в напряженном ожидании. Наконец рядом с изображением каждого из трех вошедших через портал неизвестных кораблей зажглись строчки символов угрожающего багрового цвета. Анастасии показалось, что по мостику прошел порыв леденящего ветра. В ушах у нее зазвенело, когда она выхватила взглядом из равнодушных строчек слова «угроза класса А» и сразу же – «конфигурация Шивы». У нее вдруг все поплыло перед глазами, и женщина без сил опустилась в кресло. Разум ее отказывался воспринимать реальность происходящего.

– Этого не должно быть, – еле слышно прошептала она, как будто пытаясь этими словами избавиться от подступившего наяву кошмара.

Анастасия беспомощно посмотрела на капитана крейсера. Неужели все начнется сначала, как тогда, двадцать два года назад. Опять будут гибнуть люди и их союзники, гореть гражданские и военные корабли, эфирные мосты снова наполнятся миллионами беженцев из безжалостно уничтожаемых миров Альянса?

Веддинген, прищурившись, разглядывал вражеские корабли, внимательно слушая доклад с поста наблюдения. Его лицо ничем не выдавало ни испуга, ни волнения, казалось, он просто размышляет над решением некой серьезной задачи. Старпом, сидевший рядом, склонился над управляющей панелью. Вид у него был гораздо более обеспокоенный, прикусив губу, он что-то торопливо проверял.

– Обнаружено три легких охотника на расстоянии трех астрометров. Идентифицированы центральным транспьютером как принадлежащие Шиве. Предположительно истребители неизвестного ранее типа. Держат курс на пересечение с крейсером, – встревоженным тоном сообщил он.

– Вот, значит, какие у нас гости, – негромко сказал Веддинген, – ну, что же, приготовим им теплый прием.

Он посмотрел на Анастасию:

– Я сожалею, но, кажется, мы столкнулись с наихудшим вариантом развития событий. Это не просто межгалактический портал. Мы открыли выход из преисподней, и демоны не замедлили появиться.

– Сможем ли мы их загнать обратно? – еле слышно произнесла Анастасия.

Веддинген пожал плечами.

– Попробуем, – сказал он.

В этот момент крейсер слегка вздрогнул.

– Ракетный бот пристыкован, – сообщил старший помощник, – твое решение, Отти?

– Три охотника не представляют серьезной угрозы нашему кораблю, – медленно, как будто рассуждая вслух, произнес командир крейсера. – Даже если они попытаются атаковать, то смогут нанести нам лишь небольшие повреждения. Но проблема в другом. Легкие охотники, как и наши файтеры, не обладают прыжковыми гиперприводами, чтобы самостоятельно перейти межгалактический мост. Они должны были пройти в поле большого корабля. И вряд ли это будет слабо вооруженный перевозчик шиван. Наверняка это боевой корабль, драккар или, может быть, даже разрушитель, – Веддинген посмотрел на старпома.

– Или целая их стая, – подтвердил тот.

Капитан кивнул, внимательно разглядывая шиванские охотники, неторопливо, как на параде, приближавшиеся к «Виджиланту».

– Они что думают, мы гражданское судно? Развернуть крейсер левым бортом к противнику. Батареям приготовиться к открытию огня с расстояния полутора астрометров, – быстро скомандовал он. – Машинному отделению, двигатели на полный ход. Запустить генераторы на предпрыжковое ожидание.

– Вот это правильно, – поддержал его старший помощник, – в нашем случае всегда полезно иметь возможность поскорее прыгнуть. По крайней мере, когда на борту всего треть команды и одна неработающая башня главного калибра. Смотрите! – он вдруг вскинул руку, указывая вперед. – А вон появился и настоящий противник.

Позади трех шиванских охотников снова загорелась синяя заря подпространственного вихря. Анастасия увидела вытянутый контур большого корабля, покидающего эфирный мост. Ей показалось, что он похож на ствол поваленного дерева с вывороченными корнями, настолько чуждым и несравнимым с кораблями Альянса был его облик.

Тормид удивленно приподнял брови, разглядывая нового пришельца.

– День сюрпризов. Мы еще не успели понять, с какими охотниками встретились, как тут же вылезла раскоряченная штуковина, которую я, честно говоря, вижу впервые в жизни, – недоумевающе произнес старпом. – Она не похожа ни на один известный мне корабль Шивы.

– Значит, не только мы готовились к встрече и строили новые корабли все эти двадцать два года, – заметил Веддинген, – а что говорит наш центральный транспьютер?

– Так, одну секунду, посмотрим. Транспьютер наш слегка обалдел. Говорит, корабль неизвестного ранее типа. Ну, это мы и сами видим. Предположительно драккар, три средние лучевые соты. Ого, это серьезно. Впечатляющая штука, – резюмировал Тормид, – правда, насколько хорошо он защищен, пока неясно.

– Это мы проверим опытным путем, если Шива подойдет ближе, – сказал капитан.

– А вдруг они пришли с миром? – вдруг озадачился неожиданным предположением старший помощник.

– У меня с ними мирного договора нет, – жестко произнес Веддинген, – но зато есть желание превратить в пыль любой ши-ванский корабль, который встретится мне на пути, за все то, что они устроили здесь в Великую Войну.

Тормид забеспокоился:

– Надеюсь, ты не собираешься драться с ним сегодня до победного конца? Не забывай, у нас одна башня главного калибра не работает и едва лишь треть команды на борту, – напомнил он, – к тому же все еще продолжают фиксироваться подпространственные всплески. Этот драккар может быть здесь не один, а в составе целой эскадры.

– Если бы ты знал, как мне хочется распилить его пополам хорошим залпом, – сквозь зубы сказал Веддинген, – но, увы, ты прав. Нам остается лишь смотреть на него, грозить кулаками и считать минуты до прыжка. Я просто через силу заставляю себя отступать.

Анастасии вдруг представилось, как на вражеском корабле чьи-то чужие нечеловеческие глаза с таким же удивлением смотрят на земной крейсер, так же пытаясь определить тип противника, с которым они столкнулись. Гравитационные линзы захлопывающегося эфирного моста перестали искажать очертания шиванского корабля, и он уже больше не походил на бесформенное творение художника-сюрреалиста.

– Злодейский у него вид, – сообщил Тормид, – смахивает на здоровенного красно-черного кальмара. Вот дьявол! – воскликнул вдруг он. – Отти, они пошли на сближение. Вот это, я понимаю, турбины. Смотри, с каким ускорением он начал разгоняться! Я беру назад свое предположение про мирные намерения с их стороны. Но неужели Великая Война все-таки их ничему не научила?

Шиванский драккар, видимо, принял решение атаковать встреченного противника. Около его контура замелькали, сменяя друг друга, цифры скорости и дистанции. Три охотника, разойдясь над ним широким веером, тоже устремились к «Виджиланту», быстро оставив позади свой корабль. Впервые за десятки лет шиванский и земной корабли снова сходились в бою. На мостике крейсера Альянса опять установилось напряженное ожидание. Веддинген, переглянувшись со старпомом, включил общекорабельную трансляцию. Тормид согласно кивнул головой.

– Внимание всему экипажу, – разнесся по всем отсекам крейсера уверенный и спокойный голос капитана, – говорит командир корабля, срочное сообщение. Сегодня мы впервые за много лет столкнулись с шиванскими кораблями. К сожалению, они снова появились, когда мы их не ждали. Враг застал нас неожиданно, сейчас нам придется отступить, «Виджилант» еще не в полной боевой силе. Но мы обязательно сюда вернемся и выкинем Шиву обратно в его галактику. А сейчас все по местам, и пусть каждый выполняет то, что должен.

Шиванские охотники, далеко опередив свой драккар, быстро догнали отступающий земной крейсер.

– Что они умом тронулись, после длинного перелета? – буркнул Тормид, когда все три легкие машины шиван вдруг бесстрашно заскочили в зону действия зенитных систем «Виджиланта», – сейчас наши парни им по-быстрому наваляют!

Как будто подтверждая его слова, зенитные А-лазеры крейсера дали залп по врагу, и один из охотников сразу же беспомощно закувыркался на своем курсе. Остальные, мгновенно изменив направление полета, вышли из опасной зоны, а уже через секунду к оставшемуся подранку устремились выпущенные с «Виджиланта» зенитные ракеты.

– Вот так будет с каждым, кто покусится, – назидательно сказал старший помощник, когда первый охотник шиван разлетелся на куски от взрыва ракет, а остальные два отошли на безопасное расстояние, – но как-то странно они ведут себя, Отти, не находишь?

Его командир не ответил, внимательно следя за более опасным врагом, мощным шиванским драккаром, который постепенно догонял земной крейсер. Еще издалека противник первым нанес удар. Красный клинок лучевого залпа с носовой части шиванского корабля обрушился на «Виджилант». Крейсер Альянса вздрогнул. Анастасия услышала режущий уши и отдающийся болью в голове звук, очень тонкий и высокий. Он поднялся до совсем нестерпимо высокой ноты и вдруг пропал. Она не сразу сообразила, что это следствие лучевого залпа, попавшего в резонанс с корабельными переборками «Виджиланта».

– Ого, – с удивлением сказал Тормид, потирая обеими руками свои уши, – ударили сразу с двух астрометров. Серьезная заявка, – он склонился над виртуальным экраном, – так, скользящее попадание в центральную часть. Броня проплавлена на глубину полтора метра, – он посмотрел на Веддингена, – мощная у них пушечка.

– Открыть ответный огонь, цель – кормовая часть корпуса противника, – скомандовал тот, – мы постараемся лишить его хода.

На секунду на мостике корабля потускнело освещение, и вся энергия «Виджиланта» выплеснулась в режущий луч яркого зеленого цвета, легко вспоровший борт противника.

– А броня-то у них так себе, – обрадованно воскликнул старший помощник, – похоже, это все-таки легкий драккар.

Но в этот момент на крейсер Альянса обрушились еще два удара с оставшихся двух лучевых сот шиванского корабля.

– А вооружение, как у тяжелого, – уже мрачно закончил Тормид, приходя в себя и обозревая полученные свежие ранения «Виджиланта» на виртуальном экране, – внимание, оплавление прочного корпуса на втором деке. Аварийная партия срочно на изоляцию повреждений!

Но неприятности для «Виджиланта» и его экипажа только начинались. Обманчиво пустой вакуум в череде серебристых вспышек исторг из себя новых врагов.

– Еще три легких корабля на траверзе в трех астрометрах, – доложил пост наблюдения – классифицированы как шиванские бомбоносы нового типа.

Старпом стукнул кулаком по управляющей панели.

– Этого еще не хватало. Отти, от них мы уже не уйдем. Через несколько минут они отрежут нам путь к отступлению.

– Придется идти на прорыв, – спокойно ответил Веддинген. – Всем зенитным установкам и орудиям среднего калибра перевести стрельбу на бомбоносы противника. Башне «Б» сосредоточить огонь на кормовой части шиванского драккара. Мы должны продержаться еще немного.

Противники сближались. Шиванский корабль шел теперь позади и почти параллельно «Виджиланту». Через каждые несколько минут его лучевые орудия, накопив достаточно энергии для залпа, полосовали броню крейсера Альянса, оставляя при удачном попадании на бронеплитах длинные и глубокие борозды вскипающего металла. Но сами плиты из неостали толщиной в несколько метров, прикрывавшие жизненно важные центры корабля, пока выдерживали удары. Небольшие двигатели ориентации старательно раскачивали корпус крейсера, не давая врагу бить постоянно в одну точку корабля. Никакая бронеплита не выдержала бы целого ряда ударов в одно и то же место. Но «Виджилант» держался. Он был похож на раненого фехтовальщика, отбивавшимся одним клинком зеленого цвета от трех зловещих красных сабель многорукого Шивы. И его удары были болезненны, броня шиванского монстра, принесенная в жертву скорости и вооружению, бессильно вздувалась и лопалась, оставляя безобразные шрамы в местах попаданий.

Тем временем бомбоносы противника вышли на свой боевой курс. Орудия «Виджиланта» мгновенно выстроили перед ними стену заградительного огня. Анастасия с дрожью следила за красными пунктирами вражеских курсов, пересекающих путь крейсера. Она вдруг интуитивно почувствовала, что от этих трех крохотных, безобидных на вид корабликов, стремительно приближающихся к «Виджиланту», исходит гораздо более грозная опасность, чем от преследующей их шиванской громады. Один из них, пронзенный иглами зенитных А-лазеров, вдруг закувыркался и пошел в сторону, таща за собой длинный плазменный хвост.

– Как бы я был благодарен богу, если сейчас здесь появились наши ребята из двести шестнадцатой эскадрильи истребительного прикрытия, – с тоской в голосе сказал Тормид, напряженно ожидая вражеской атаки, – они бы вмиг разогнали эту нечисть.

Два бомбоноса врага все-таки прорвались сквозь заградительный огонь с крейсера. Со средней дистанции они выпустили каждый по две торпеды и отвалили на следующий заход, обстреляв напоследок корабль из бортового оружия. Теперь зенитные турели, оставив свою прежнюю добычу, развернулись против приближающейся смертельной угрозы, стараясь удачным попаданием заставить детонировать боеголовки торпед. Оба оставшихся шиванских охотника, воспользовавшись этим моментом, стервятниками нырнули к «Виджиланту» и обстреляли его небронированные надстройки. Враги смогли уйти безнаказанно, комендорам крейсера в этот момент было не до них. Последнюю четвертую торпеду они сумели подорвать, когда она была уже совсем рядом. Тем не менее близкий разрыв огненным помелом прошелся по кораблю, выведя из строя половину зенитных орудий правого борта. Крейсер ощутимо тряхнуло, людей на мостике чуть не выбросило с их мест.

Когда раздался взрыв, Анастасия на мгновение лишилась чувств и довольно сильно ударилась левой рукой о подлокотник своего кресла. Потирая ушибленное место другой рукой, она со страхом огляделась, ожидая увидеть вокруг картину страшных разрушений. Ей показалось, что корабль от удара разломился на несколько частей. Но вокруг все было по-прежнему. Веддинген с Тормидом удержались на ногах во время толчка, но лицо старпома выглядело крайне встревоженным. Он торопливо терзал управляющую панель.

– Проклятье! Отти, у нас проблемы. Неисправности в системе охлаждения второго реактора. Очевидно, от близкого взрыва. Он и раньше-то на ладан дышал. Теперь нам придется его заглушить, иначе взорвемся сами без помощи шиван.

На скулах Веддингена заходили желваки, его прежде спокойное лицо вдруг исказилось яростной гримасой.

– Это плохо, – наконец справившись с собой и глубоко вдохнув и выдохнув, сказал он, – это очень плохо. На одном только первом реакторе нам долго не протянуть. Придется увеличить время перезарядки лучевой батареи башни «Б» и понизить мощность турбин.

– Шиванский драккар тоже снизил частоту залпов, – Тормид посмотрел на виртуальный экран, на котором вражеский корабль был похож на неаккуратно вскрытую консервную банку. – Нам бы отбиться от бомбоносов, а там мы продержимся до прыжка, – он кашлянул, – наверное.

– Глуши реактор, – после секундного колебания скомандовал капитан.

Потом будто что-то вспомнив, он повернулся к Анастасии.

– Госпожа Нестерова, – сказал он, – ситуация становится опасной. Вам необходимо перейти в эвакуационный ракетный бот вместе с остальными вашими коллегами. Прошу не возражать мне. Это приказ.

Он вдруг улыбнулся напоследок уже знакомой ей чуть печальной улыбкой и отвернулся к Тормиду, продолжая командовать боем.

Сражение тем временем разгоралось все сильнее. Два больших корабля уже сблизились до дистанции, на которой в бой вступили орудия всех калибров. Стрелы плазменных зарядов впивались в бронированные борта обоих противников, снося «рога» локаторов, ослепляя оптические датчики и дырявя легкие надстройки. Гроздья ракет и антиракет сталкивались друг с другом, рассыпаясь разноцветными фейерверками. Оба корабля уже получили многочисленные повреждения, но продолжали вести бой. «Виджилант» стремился достичь скорости перехода, чтобы совершить субзвездный прыжок к воротам гамма Дракона – Капелла. Ши-ванский драккар, используя свое преимущество в огневой мощи и скорости, упрямо шел следом, пытаясь любой ценой остановить корабль Альянса.

Под вой корабельных сирен Анастасия с перепуганной, мало что понимающей Алланой и сосредоточенно молчащим васудианцем спешили в направлении кормового ракетного ангара. Их вела младший офицер Цеммила Гранн, с которой Анастасия успела познакомиться и даже переброситься парой фраз еще сорок минут назад после окончания субзвездного перехода, когда они вместе поднимались на мостик «Виджиланта», еще даже не подозревая о надвигающихся событиях. Сейчас девушка была сосредоточена и серьезна. Двигаясь впереди, она то и дело оборачивалась, озабоченно хмуря черные брови, как будто опасаясь, что кто-нибудь из ее подопечных может потеряться в суматохе, особенно когда корабль вздрагивал от очередного попадания. Два раза в центральном проходе навстречу им попались группы людей из команды корабля. Это были аварийные партии, спешащие на ликвидацию очередного повреждения и не обращавшие на нечаянных гостей никакого внимания. В эти моменты Цеммила оборачивалась и сквозь вой корабельных сирен кричала: «Всем остановиться и прижаться к стене».

Аллана шла, вцепившись, как маленький ребенок в руку своей начальницы. Ее лицо было перепуганным, а волосы растрепались во все стороны. Анастасия не успела толком ничего объяснить девушке, когда забирала ее из каюты, а в теперешней суматохе и шуме ей, тем более, было не до этого. Бедная Аллана двигалась как сомнамбула и только непонимающе таращилась по сторонам, видимо, даже не соображая, куда ее ведут. Васудианец шел последним, опустив голову и сосредоточенно глядя себе под ноги. Он ни на что не обращал внимания и казался погруженным в какие-то свои глубокие размышления. Даже сейчас Анастасию снова поразила смена его внешнего состояния. Теперь он был спокоен, но эта задумчивость настораживала ее еще больше, чем его беспокойство.

Наконец, они все остановились перед широкими полукруглыми воротами с надписью «кормовой ангар», и Цеммила приложила ладонь к сенсорной панели замка.

В тесном ангаре было яркое освещение и пахло горячим металлом. Два ракетных бота типа «Гермес», тридцатиметровых металлических параллелепипеда, стояли бок о бок друг с другом. Левый влажно поблескивал от растаявшего на нем инея и дышал теплотой еще неостывшего фузионного двигателя. Это был тот самый ракетный модуль из-за спасения команды которого «Виджилант» и попал в теперешнюю передрягу. Цеммила повела их ко второму «Гермесу», который уже был подготовлен к немедленному старту.

Они быстро разместились в пилотской кабине, рассчитанной на четырех человек. Анастасия, пристегнув ремнями безвольную покорную подругу, подошла к Цеммиле, которая колдовала над управляющей панелью возле пилотского кресла, и тронула ее за руку:

– Послушайте, вы, конечно, лучше разбираетесь в обстановке, чем я, – взволнованно сказала она, – но вы можете пояснить, почему капитан решил перевести нас сюда? Почему он считает, что нам лучше находиться здесь?

Офицер сделала последнее движение над пультом, выпрямилась и посмотрела на Анастасию.

– Крейсер может погибнуть в бою, в этом случае модуль в автоматическом режиме отстрелится от корабля и перейдет в режим прыжка обратно к планете Трио Дракона, – спокойно сказала она, глядя прямо в глаза женщине. – Это приказ капитана для того, чтобы вы смогли передать сообщение о нападении и черные ящики «Виджиланта» на Капеллу. Если же корабль успеет совершить прыжок сам, то… – она на мгновение запнулась, – то он совершит прыжок сам.

– Но почему бы ему не сделать это прямо сейчас? – вдруг подала голос Аллана. Она постепенно стала приходить в себя.

– Потому что масса крейсера в тысячи раз больше массы ракетного бота. Ему надо аккумулировать намного больше энергии для прыжка и достичь гораздо более высокой скорости перехода, – сказала Цеммила, посмотрев в ее сторону.

Анастасия в шоке опустилась в кресло.

– Неужели все может так кончиться? – спросила она, глядя на офицера.

Цемилла ответила серьезным взглядом:

– Теперь все зависит от действий экипажа и нашей удачи. Что касается меня, то я верю в наш корабль и моего командира. Мы все здесь прошли не одно звездное сражение. Жаль только, что это случилось сейчас, когда «Виджилант» еще не в полной боевой готовности. А сейчас прошу извинить, мне необходимо вернуться на свой пост, – закончила она.

– Как? Разве вы не останетесь с нами? – с беспокойством воскликнула Анастасия. – Послушайте, там же очень опасно!

Цеммила сдержанно улыбнулась.

– Нет. Мое место рядом с моими товарищами. Не волнуйтесь за меня, – спокойно сказала она.

Анастасия хотела что-то сказать, но голос не слушался ее.

– А теперь то, что касается вашего модуля, – голос Гранн стал деловитым, как будто крейсер и не вел сейчас ожесточенного боя, – ваш «Гермес» управляется голосовыми командами. В случае чего он отстрелится либо автоматически, либо по приказу с мостика. До встречи, – она махнула рукой, повернулась и быстро направилась к выходу в шлюз.

Было слышно, как ее каблуки простучали по металлической лесенке снаружи «Гермеса». Зашипел, закрываясь, входной люк. Анастасия с тяжелым сердцем посмотрела на управляющую панель. Рядом с ней на экране ярко мигала янтарная надпись «предстартовая готовность номер один».

– У меня голова кругом идет, – жалобно произнесла Алла-на, – я ничего не понимаю. Это война? А как мы на ней оказались?

– Потом, родная, все твои вопросы потом, – отмахнулась Анастасия, – главное, что ты живая и невредимая. Подожди немного. Мне самой надо собраться с мыслями и решить, что делать, когда мы отсюда выберемся.

Она посмотрела на свои дрожащие руки и сжала кулаки. При ее боевом характере было бы стыдно просто сидеть и предаваться отчаянию. И если они сами случайно и выпустили джинна из бутылки, то надо было хотя бы постараться и попробовать отследить цепочку наиболее важных событий с момента начала экспедиции и до сегодняшнего дня. Самой гнетущей для Анастасии была мысль, что благодаря именно их раскопкам, по какой-то причине активизировался Кносс, и это событие смогло привлечь шиванские корабли. Тогда на нее ложилась вся ответственность не только за возможную гибель ста человек в сегодняшнем сражении, но и за начало новой Великой Войны. Женщина тяжело вздохнула. Но что-то мешало ей представить себя в роли новой Пандоры. Она перевела взгляд на упорно молчащего Сипптара, и внезапно ход ее мыслей принял другое направление.

– Мерс Сипптар, – позвала она васудианца, – я могу задать вам несколько вопросов?

Он бесстрастно посмотрел на Анастасию, не говоря ни слова. Потом медленно кивнул.

– Вы знали обо всем этом заранее? – спросила она в упор.

– Что вы имеете в виду? – ответил вопросом на вопрос васудианец.

– У меня сегодня почему-то сложилось впечатление, что вы обладаете гораздо большей информацией. Это касается и вашего нежелания лететь к Кноссу, и вашей мысли взорвать портал и… – но Анастасия не успела закончить свои слова.

По крейсеру будто дважды ударили исполинским тяжелым молотом. Магнитные дифлоки, удерживающие «Гермесы», раскрылись от сильного толчка. Оба ракетных модуля сорвало с их мест и бросило в сторону шлюзовых бронестворок. Не успевшую пристегнуться ремнями Анастасию выбросило из кресла. Она сильно ударилась головой и, потеряв сознание, уже не услышала прокатившихся по кораблю нескольких внутренних взрывов и тяжелого стона разламывающихся переборок.

Развязка сражения наступила во время повторной атаки шиван. Два тяжелых бомбоноса снова зашли со стороны правого борта «Виджиланта», где их смогли встретить только разрозненные выстрелы уцелевших зенитных орудий. Один из врагов поплатился за это жизнью, но две торпеды из четырех все-таки достигли своей цели. Чудовищные взрывы легко вскрыли четырехметровой толщины бронеплиты и вывернули внутренности корабля рядом с последним работающим реактором. Турбины крейсера остановились. Почти лишенный энергии корабль выбросило из гравитационного поля и его начало хаотично разворачивать уцелевшими двигателями ориентации. «Виджилант» стал беззащитен, но что самое страшное, крейсер окончательно лишился возможности достичь скорости перехода для субзвездного прыжка. Башня главного калибра в последний раз обрушила свой лучевой залп на шиванский драккар и замолчала.

Когда Анастасия пришла в себя, ракетный модуль был уже далеко от погибающего «Виджиланта», набирая скорость для ближнего прыжка. Она снова находилась в своем кресле, на этот раз уже заботливо пристегнутая. Ее голова гудела как колокол, она осторожно прикоснулась рукой к огромной шишке на затылке. Рядом всхлипывала Аллана. Васудианец сидел к ним спиной, согнувшись, в неудобном для него пилотском кресле.

– Что произошло? – слабым голосом спросила Анастасия. – Где мы находимся?

– Ох, Насти, ты очнулась, – пролепетала девушка, глядя на нее заплаканными глазами.

– Крейсер получил критические повреждения, – сообщил Сипптар, не оборачиваясь, – капитан принял решение дать «Гермесу» возможность прыгнуть одному. Веддинген простился с нами и сказал, что прикроет наш отход огнем тех орудий, которые еще действуют.

Модуль все еще продолжал ускоряться перед прыжком, и Анастасия, преодолевая перегрузку, с трудом поднялась со своего места. Она приблизилась к Сипптару, который следил за окончанием боя по виртуальному экрану, и опустилась во второе пилотское кресло рядом с ним.

– После старта за нами в погоню сразу же бросились шиванские охотники. Но «Виджилант» сумел отогнать их от «Гермеса» ракетами и уцелевшими зенитными турболазерами. У нас теперь есть время, чтобы уйти, мы прыгнем через полминуты. Даже погибая, крейсер оберегает нас. Они поступают как настоящие васудианцы.

Анастасии послышались нотки сопереживания в ровном голосе Сипптара.

Сзади рыдала Аллана:

– Бедный Тайин, бедный Гайин. Они все погибнут, мои мальчики. Почему все так несправедливо происходит? Почему?!

«И Тайин, и его брат, и Цеммила Гранн, и Дармар Вангер, главный инженер крейсера и его приятель Жабриэль, и старший помошник Тормид, и сам капитан Отти Веддинген, и еще сотня людей из команды корабля, – с тоской думала Анастасия, – все они навсегда останутся здесь, на краю системы гамма Дракона». Из глаз ее покатились слезы, она вспомнила обращенную к ней, последнюю сдержанную улыбку Веддингена, когда крейсер уже вел свой последний бой. Она вдруг снова увидела перед собой разбитый сувенир, миниатюрную модель «Виджиланта», который Берти так и не успел склеить. Какое зловещим оказалось это предзнаменование!

– Прошу приготовиться, – раздался голос Сипптара. – Внимание, переход!

Ракетный модуль вошел в серебристо-синий луч раскрывшейся подпространственной воронки. А далеко от него «Виджилант» продолжал вести свое уже безнадежное сражение. Его главные лучевые орудия молчали, лишь плазменные пушки и противофайтерные турболазеры продолжали бить по противнику. Уцелевшие легкие силы врага отошли в сторону, чтобы не рисковать понапрасну и дать возможность своему предводителю прикончить корабль Альянса. Шиванский драккар, сам полуразбитый, с двумя уцелевшими лучевыми сотами, яростно, будто вымещая всю свою накопившуюся злобу, кромсал «Виджилант» ножами своих залпов. Красные лезвия его лучевых клинков раз за разом погружались в корпус земного корабля, прорезая насквозь уже уставшие бронеплиты и прожигая себе дорогу до противоположного борта крейсера. Люди внутри корабля метались в заблокированных отсеках, оказавшихся теперь смертельными ловушками, сгорая заживо или задыхаясь от удушья в разреженном воздухе, уходившем через рваные трещины пробоин. Наконец наступил финальный акт трагедии, сквозь пробитую защиту выплеснул свою энергию последний незаглушенный реактор корабля. Погребальный костер зажегся с кормы «Виджиланта», и через несколько секунд новейший крейсер Альянса исчез в огромной огненной вспышке. Все было кончено. Шива вновь выиграл свою первую партию против людей, как и тогда много лет назад в звездной системе Росс-128. Над догорающими обломками корабля, в направлении прыгнувшего «Гермеса», пронеслись два шиванских охотника. Стая пустилась по свежему следу.

Через семь часов уцелевший ракетный модуль вынырнул из подпространства в двадцати тысячах километрах от третьей планеты гамма Дракона. Анастасия без сил лежала в кресле второго пилота, ее мутило после удара, сильно болела голова. Вокруг нее хлопотала Аллана с походной аптечкой в руках, которую она смогла отыскать в неприкосновенном запасе «Гермеса». После нескольких инъекций женщине стало немного легче. Она смогла приподняться с места и оглядеться. После всего пережитого окружающая мирная обстановка выглядела как пробуждение от тяжкого кошмарного сна. «Гермес» мирно плыл высоко над планетой, казавшей с такого расстояния большим серым шаром, наполовину закрытым пеленой облаков. Ближе к экватору из-под них выдавался голубой край единственного на планете океана. На экранах модуля деловито подмигивали автоматические буйки, протянувшиеся цепочкой до базы снабжения и почтовой станции Альянса. Глядя на все это, было невозможно представить, что где-то на другом краю этой удаленной от остальных земных миров системы только что кончился ожесточенный бой. И тем более невероятным казалось, что здесь, на заброшенной звездной окраине, появилась и нависла над всеми мирами Альянса угроза новой Великой Войны. Войны, которая вновь могла поставить цивилизацию землян и васудианцев перед лицом неотвратимой гибели.

Анастасия постаралась взять себя в руки. Необходимо было предпринимать решительные действия, пока враг не появился и здесь. Она обратилась к васудианцу.

– Мерс Сипптар, я хотела бы вернуться к нашему прерванному разговору, но, к сожалению, время не ждет. Мы должны срочно отослать почтовую капсулу с сообщением о появлении Шивы на Капеллу. Я прошу вас пока помочь составить текст сообщения.

– Я сделаю все необходимое, – кивнул васудианец, оставляя без внимания первые слова женщины, – кроме этого, мы можем отослать и все данные с «Виджиланта». Он вел передачу на модуль вплоть до нашего прыжка.

Его слова заставили сжаться сердце Анастасии. Она молча кивнула.

– А мы? Что будет с нами? – спросила Аллана. – Мы возвращаемся на планету, на станцию?

Анастасия задумалась.

– Мне кажется, в открытом космосе оставаться нельзя, энергоблоки «Гермеса» разряжены до предела после последнего прыжка. Мы должны дожидаться эвакуационного судна на планете. Можно на время спрятать людей в пещерах, расположенных в скалах в стороне от станции, – наконец сказала она.

Она вдруг представила систему гамма Дракона, полностью наводненную эскадрами шиванского флота. Сможет ли сотня человек прожить в неприспособленных для жизни кавернах до тех пор, пока силы Альянса не выдавят врага из системы? И получится ли вообще одолеть шиван? Анастасии пришла в голову пугающая мысль, что по сути дела их бегство на «Гермесе» явилось лишь отсрочкой смертного приговора. Без большого корабля, способного совершить дальний межзвездный прыжок, они заперты в этой планетной системе.

– Нас обязательно спасут, – твердо сказала она, посмотрев на девушку, – сейчас главное – это эвакуировать людей подальше от станции, она может привлечь внимание врага, и передать информацию о появлении шиван в систему Капеллы, чтобы силы Альянса могли начать действовать.

Через несколько минут они подготовили сообщение для передачи. Сипптар отправил его на почтовую станцию. Та в свою очередь должна была в автоматическом режиме переслать информацию на беспилотный модуль рядом с узлом перехода гамма Дракона – Капелла, который и отправит почтовую капсулу по каналу межзвездной связи. Через шесть галактических часов командование сил Альянса в системе Капеллы уже получит данные о появлении шиван в этом секторе. После этого членам экспедиции останется только молиться, чтобы боевые корабли Альянса, как можно скорее двинулись к звезде гамма Дракона. Анастасия тяжело вздохнула. Шансы на спасение ее людей были невелики. По крайней мере, утешила она себя, Шива хотя бы не застанет Альянс врасплох. Тогда гибель «Виджиланта» и ее экспедиции будет хоть и немного, но все же не напрасной.

Она взглянула на Аллану. Девушка уже слегка успокоилась и, используя свободную минуту, пыталась привести себя в порядок. Анастасия тоже чувствовала себя лучше, ее подруга оказалась неплохим доктором.

Женщина уже собиралась предложить направить «Гермес» к планете, чтобы совершить посадку около станции, как вдруг Сипптар беспокойно зашевелился в пилотском кресле.

– Аппаратура фиксирует подпространственные всплески, – сказал он, – опасаюсь, что мы не успеем достичь планеты. Даже если мы поторопимся, на весь путь у нас уйдет два часа. Если это охотники, то они без труда нас перехватят.

Аллана в ужасе вскрикнула.

– Что же делать? – она испуганно смотрела то на васудианца, то на Анастасию. – Мне казалось, что все страшное уже позади.

Но Анастасия, напротив, почувствовала спокойствие. В ее судьбе наступила определенность, и это дало ей неожиданную уверенность. Она подошла к Аллане и крепко обняла девушку, чувствуя испуганное биение ее сердца.

– Прости меня, что я затащила тебя сюда. Мне очень жаль, но кажется, это конец, – она осторожно усадила девушку в ее кресло. – Вряд ли мы теперь избегнем гибели. Сипптар, – обратилась она к васудианцу, – уводите модуль в противоположную от планеты сторону. Может, это даст какой-то шанс нашим людям на станции.

Она с жалостью посмотрела на поникшую, сжавшуюся в кресле Аллану. Ей было очень жаль свою молодую подругу, но Анастасия понимала, что они обе станут всего лишь первыми жертвами в новой войне. Будущие потери людей и васудианцев, скорее всего, снова станут неисчислимыми, и на этом фоне гибель даже всех людей в этой звездной системе будет лишь мелким эпизодом наступающего апокалипсиса.

Она села в кресло второго пилота и установила связь со станцией. Почти сразу же ответил ее заместитель, Надар.

– Анастасия, милая, – радостно закричал он, не подозревая о подступившей опасности, – ты уже возвращаешься? У нас для тебя куча новостей. Представляешь, эта штука, что стоит в хранилище, является чем-то вроде модели некоего межгалактического портала, через который Древние могли выбираться в другие миры. И он должен располагаться где-то здесь в системе. Мы только начали расшифровку, но согласись, звучит, весьма впечатляюще. Причем принцип его действия, судя по текстам, совсем уже невероятен…

Анастасия повелительным жестом прервала его излияния:

– Я знаю про портал. Мы только что вернулись с того места, где он находится. И через него сюда только что вошли боевые корабли Шивы. Они уничтожили «Виджилант». В живых остались только я, Аллана и Сипптар.

Надар поперхнулся.

– Ка-ак, уничтожили? Какие корабли Шивы? – едва смог выдавить он.

– Надар, у нас очень мало времени. Слушай и запоминай. В нашу систему гамма Дракона через межгалактический портал прошли шиванские корабли. «Виджилант» погиб в неравном бою. Мы на ракетном боте успели прыгнуть обратно. Я передала информацию о нападении на Капеллу. Немедленно эвакуируй людей. Станция может быть заметной из космоса, шиване наверняка постараются ее уничтожить. Сажай всех на краулеры и отправляй в укрытия. Можно в близлежащие пещеры или на полигон, где велись раскопки. Запомни, у тебя не так много времени. Может быть, несколько часов.

– А как же вы? – захлопал глазами Надар.

– Мы уже к вам не успеем, – нахмурилась Анастасия, – мы направим «Гермес» в открытый космос, чтобы отвлечь шиван от станции.

– Я… Я просто не могу в это поверить, – у Надара был совершенно растерянный вид.

– Выполняй, что я тебе сказала, – жестко произнесла Анастасия, – теперь ты главный в нашей экспедиции. Обязательно сообщи людям, что помощь придет. Не очень скоро, но придет. Может быть, через два, три дня, может быть чуть позже.

На виртуальном экране модуля появились две красные точки. У Анастасии теперь уже был опыт.

– Шиванские охотники? – она посмотрела на Сипптара.

– В семи астрометрах, – кивнул тот, – вышли не очень точно, но нас это не спасет. Они догонят модуль через десять минут.

Анастасия повернулась к передатчику. Ее заместитель по-прежнему смотрел на нее ошеломленным взглядом, не двигаясь с места.

– Поторопись, Надар, – быстро сказала женщина, – шиванские корабли уже появились рядом с планетой. Постарайся спасти людей. Прощай.

Она отключила связь.

– Сипптар, уводите модуль в сторону от планеты, попробуем пока отвлечь их внимание на себя, – она устало опустилась в кресло.

Васудианец послушно перевел двигатели на полную мощность. «Гермес» затрясся и начал понемногу набирать ход. Это могло дать лишь небольшой выигрыш по времени, шиванские охотники были намного быстрее, но это было единственным, что модуль мог противопоставить врагу. Маленький кораблик даже не имел бортового оружия.

– А может, они не убьют нас, – раздался сзади напряженный голос Алланы, – а только возьмут в плен? На войне ведь берут пленных.

Анастасия только безнадежно вздохнула:

– Не хочу тебя пугать понапрасну, но за все время войн с Шивой не было взято ни одного пленного, ни с одной стороны. Алла-на, они убивают всех, даже не делая разницы, между военными и гражданскими кораблями.

– Значит, нас ждет смерть? – еле слышно спросила девушка.

Анастасия промолчала в ответ. После того, как она сделала все что могла, передав предупреждение на Капеллу и на экспедиционную станцию, ей овладели странные чувства. Теперь она уже была не в силах что-либо совершить для спасения ни себя, ни своих людей. После окончания Великой Войны она не питала никаких иллюзий насчет милосердия шиван. Ее путь должен был закончиться здесь, но почему-то Анастасия уже не боялась смерти. Она будто и не была теперь в обреченном ракетном боте. Перед ее глазами призрачными птицами проносились картины прошедшей жизни. Ее юность, первая встреча с Петром, веселая свадьба и толпы друзей, мгновения из их совместной жизни в маленьком домике около норвельдских водопадов, где даже воздух был наполнен счастьем. И расплата за все это, разрушающий миры и судьбы демон Шивы, который отнял у нее любимого человека.

Анастасия гневно усмехнулась. Хорошо, что пятилапые хозяева приближающихся охотников даже не догадываются, кому они несут гибель. Они были бы весьма довольны, узнав, что на борту «Гермеса» находится близкий человек героя, сокрушившего верховного шиванского монстра в Великой Войне. Ах, если бы только ее Петр вдруг оказался рядом с ней на своей боевой машине. Недолго бы враги продержались, даже двое против одного.

Ее вдруг отвлек возглас Сипптара. Тот резко выпрямился над управляющей панелью.

– В это трудно поверить, но приборы показывают, что ожидается выход из подпространства крупного корабля, – сообщил васудианец, – смотрите, вон он впереди.

– Не может быть, – ахнула Анастасия, – Аллана, мы спасены, это земной крейсер!

В двух астрометрах от ракетного бота появилась серебристая воронка подпространственного вихря. Большой корабль завершал субзвездный прыжок. И это был действительно крейсер Альянса! Анастасия облегченно вздохнула, она узнала знакомый силуэт. Помощь пришла, когда надежда уже почти исчезла. По виду это был один из легких крейсеров устаревшего класса «Фенрис». Но даже такой военный корабль был в состоянии без труда отогнать охотники шиван.

– Ваши соотечественники прибыли вовремя, – заметил Сипптар, разворачивая модуль по направлению к крейсеру, – враг уже совсем близко. Еще немного и спасать здесь было бы некого.

Женщина посмотрела на виртуальный экран. Вражеские охотники разочарованно сбросили скорость и изменили курс. Они явно не спешили оказаться в досягаемости орудий большого корабля.

– Надо торопиться, – забеспокоилась она, – мы не знаем, сколько кораблей Шивы собирается войти в наш мир через Кносс. Я не хочу, чтобы с этим кораблем случилось то же самое, что и с «Виджилантом». Мерс Сипптар, прошу вас, дайте срочный вызов по общему каналу.

Васудианец согласно кивнул, устанавливая контакт с военными. Анастасия, тем временем, начала лихорадочно вычислять, сколько времени должно уйти на полную эвакуацию ее людей с базы. В экспедиционную ракету, находившуюся на крохотном космодроме рядом со станцией, можно было затолкать, самое большее, пятьдесят человек. То есть на полную эвакуацию им должно понадобиться два рейса и как минимум семь часов. Это очень долго. Никто не гарантирует, что тем временем вражеские охотники не наведут на крейсер Альянса свои бомбардировщики или тяжелые корабли. Но ее вдруг осенило. Можно запросить «Гермесы» с крейсера, это позволит сэкономить два с лишним часа. А если ими будут управлять опытные пилоты, то возможно, они обернутся до планеты и обратно еще быстрей. Она слегка воспряла духом.

Крейсер скоро ответил на вызов. На мониторе появилось изображение офицера. Судя по погонам, он был из командирского состава. Анастасия увидела лицо человека лет тридцати пяти со слегка капризными чертами. Выпятив нижнюю губу под тонкими черными лощеными усиками, он в свою очередь, всматривался в изображение с ракетного модуля с несколько раздраженным и высокомерным видом. Но Анастасии сейчас было не до таких мелочей.

– Это археологическая экспедиция из третьей планеты системы гамма Дракона. Я, Анастасия Нестерова руководитель, со мной здесь еще два моих сотрудника, – торопясь, начала говорить женщина, – прошу вас, передайте вашему капитану срочное известие. Это очень важно. В секторе появились боевые корабли Шивы, – она сделала ударение на последнем слове, – и они только что уничтожили земной крейсер «Виджилант». Мы успели передать об этом сообщение на Капеллу. Но у меня на планете все еще остаются сто человек из группы моей экспедиции, нам требуется срочная эвакуация. Вы сами можете видеть охотники шиван позади нас. Мы, конечно, счастливы видеть здесь корабль Альянса, но надо торопиться. Иначе вы можете разделить судьбу погибшего «Виджиланта». Необходимо немедленно выслать ракетные модули с вашего корабля на планету для быстрейшей эвакуации людей.

Офицер слегка удивленно приподнял брови.

– «Виджилант» действительно погиб? – в его голосе не было сожаления, только удивление. – Гм, интересно. А как вы оказались на его ракетном боте?

– Да какое это сейчас имеет значение! – нетерпеливо воскликнула Анастасия. – Мы вам все подробно расскажем потом, когда вы поднимете моих людей на борт. Поймите, надо торопиться! Свяжите меня срочно с командиром крейсера.

– Да, в общем, я и есть командир, – офицер неторопливо натянул на голову фуражку, с капитанской эмблемой, от чего его лицо стало еще высокомернее, – Артур Ромик, командир крейсера «Тринити». Мы находимся здесь на спецзадании и не можем заниматься спасением гражданских лиц.

Анастасия не поверила своим ушам. Она обернулась назад, словно ища поддержки у побледневшей Алланы. Девушка ответила беспомощным взглядом. Анастасия вдруг вскипела.

– Такими словами вы только позорите свой мундир. «Виджилант», даже погибая, спасал нас. А вы, вы … – она задохнулась от гнева, – когда мы выберемся отсюда, то я, Анастасия Нестерова, добьюсь того, чтобы вас отдали под трибунал!

Сами слова не оказали большого воздействия на Ромика, но при ее имени он слегка задумался.

– Нестерова, Нестерова, – забормотал он, – то-то мне показалось знакомым это имя. Секунду, – он опустил глаза и сверился с какими-то своими данными. – А! Анастасия Нестерова. Это очень удачно, что вы здесь, – он вдруг с непонятным интересом посмотрел на женщину, – я прошу прощения. Конечно, мы заберем вашу группу с планеты, я сейчас же отдам соответствующее приказание. Что касается вашего модуля, то попрошу вас немедленно идти на стыковку к носовым шлюзам «Тринити». За охотников не волнуйтесь, они у меня на прицеле, – Ромик вдруг коротко хохотнул, – кстати, кто еще с вами на борту?

– Представитель васудианцев Сипптар и моя помощница Ал-лана Хельф, – сухо ответила Анастасия. Перемена в поведении Ромика насторожила женщину, но других вариантов спасения ее людей все равно не было.

– Васудианец и помощница, – командир «Тринити» расплылся в улыбке, – просто отлично. Ну все, договорились, я вас жду. Ракетные модули для эвакуации ваших людей мы отправим через десять минут, они требуют немного времени на подготовку. До встречи, – он отключился.

– Да нет у вас лишнего времени! – с отчаянием крикнула Анастасия, но изображение Артура Ромика уже исчезло.

– Этот парень мне совсем не понравился, – сообщила Аллана.

– Мне он не понравился еще больше, – ответила женщина, – но у нас просто нет другого выхода. Мерс Сипптар, начинайте стыковку с крейсером. Я пока снова свяжусь с Надаром, прикажу ему взлетать с первой группой на экспедиционной ракете.

Уже через десять минут васудианец искусно подвел «Гермес» к носовой части «Тринити». Огромный, по сравнению с модулем, крейсер заполнил собой все экраны обзора. Анастасия сидела как на иголках, от корабля по-прежнему еще не отошло ни одного ракетного бота, обещанного для эвакуации персонала с планетной станции. Ее немного успокаивало только то, что оба шиванских охотника, не решившись атаковать хорошо вооруженный корабль Альянса, развернулись и отошли на довольно большое расстояние. В двадцати тысячах километрах отсюда на планете, в археологическом лагере, Надар уже вел погрузку первой партии своих людей на экспедиционную ракету. Слава богу, что они пару раз отрабатывали подобные ситуации, устраивая на станции учебную тревогу. Это было непременным требованием военных кураторов во время боевых действий. Даже в глубоких тылах Альянса.

Ракетный модуль качнуло, она услышала короткий металлический лязг захватов, поймавших «Гермес». Анастасия быстро отстегнула ремни и поднялась с пилотского кресла, нетерпеливо ожидая, когда автоматика заполнит воздухом шлюзовую камеру и им можно будет перейти на «Тринити».

– Сипптар, что там? Ромик выслал свои «Гермесы» на станцию? – спросила она.

– На радаре ничего нет, – отрицательно ответил васудианец.

– Ну, я сейчас этому мальчишке начищу личико, – разозлилась Анастасия, – он что, полный идиот, не понимает всей опасности?

На виртуальном экране модуля заморгал зеленым цветом значок готовности шлюзовой камеры. Женщина, остановившись, в последний раз обвела взглядом рубку «Гермеса», спасшего им жизнь. Ее вдруг кольнуло тревожное чувство, этот крохотный кораблик был всем тем, что осталось от могучего крейсера. Скоро «Тринити» отбросит его, и модуль пустится в вечные странствия по системе гамма Дракона. Но даже через тысячи лет на его борту еще можно будет разобрать золотую строгую надпись «Борт номер два – Виджилант».

С шипением разошлись створки шлюза, за ними был виден узкий слабо освещенный переход.

– Как странно все здесь выглядит, совсем не так, как на том корабле, – удивилась Аллана, входя в переход следом за своей начальницей. Васудианец, как обычно, замыкал шествие.

– Ничего удивительного, – пояснил он, старательно наклоняя голову, чтобы не стукнуться об слишком низкий для васудианца потолок, – на «Виджиланте» модуль стоял в своем ангаре, а здесь мы подошли к носовому стыковочному узлу. После того как мы перейдем, команда корабля отстрелит «Гермес». В здешнем ангаре для него вряд ли есть место.

– Бедный кораблик, незавидная у тебя участь, – пожалела девушка покидаемый ими модуль. Она вдруг развернулась, заскочила обратно в рубку «Гермеса» и звонко чмокнула панель управления напоследок, – прощай, кораблик, я всегда буду помнить, что ты спас нас, – крикнула она, возвращаясь обратно в шлюз.

Анастасия сердито дернула ее за руку.

– У нас совсем мало времени, – нетерпеливо сказала она.

Впереди разошлись створки дверей, ведущие дальше внутрь «Тринити», оттуда бил яркий свет и доносились голоса. Прищурившись от резкого света, который после мягкого освещения модуля был почти невыносим, Анастасия осторожно начала спускаться по металлическим ступеням, придерживаясь за перила. Ее спутники последовали за ней. В большом прямоугольном почти пустом отсеке она увидела ожидающую их группу людей. В центре стоял небольшого роста человек в капитанской фуражке, державший свои руки за спиной. Увидев Анастасию, он с улыбкой помахал левой рукой, по-прежнему пряча правую из вида. Женщина почти сразу узнала в нем Артура Ромика и удивилась его сложению, он был почти на полголовы ниже ее. Появление шедшего последним Сипптара группа офицеров «Тринити» встретила почему-то громким оживлением. Васудианец невозмутимо спустился по ступеням и остановился слева от Анастасии. Улыбающийся Ромик сделал пару шагов вперед и встал перед гостями.

– Добро пожаловать на борт моего корабля, – продолжая улыбаться, сказал он, – чувствуйте себя как дома.

Анастасия не тронулась с места.

– Капитан, вы отправили спасательные модули на планету, как обещали? – без лишней вежливости, прямо спросила она.

Ромик, пожал плечами.

– Какие модули, госпожа Нестерова? Все, что мне было нужно, это взять вас на борт. Остальное меня не интересует, – он весело усмехнулся.

Женщина непонимающе посмотрела на него.

– Капитан, вы отдаете себе отчет, что вам лично придется нести всю ответственность перед трибуналом Альянса за возможную гибель ста человек? – прилагая усилия, чтобы сдержаться, спросила она.

Ромик с наигранным изумлением широко открыл глаза.

– Альянса? – спросил он и со смехом обернулся к своим людям. – Ребята, вы что, служите Альянсу?

Офицеры, улыбаясь, обступили своего капитана. Он снова посмотрел на Анастасию.

– Госпожа Нестерова, я вынужден вас разочаровать, но мы не служим ни ящерицам, ни их друзьям. Наш крейсер состоит на службе у свободного государства Нео-Терра, – он перестал улыбаться и вытащил из-за спины правую руку. Анастасия увидела, как в ней тускло блеснуло оружие, – и вы здесь всего лишь на положении пленных.

Анастасия замерла на месте, со страхом глядя на Ромика и боясь пошевелиться. Судьба жестоко подшутила над нею. Стоило ли спасаться из лап шиван для того, чтобы попасть в руки мятежников. Но как в глухом тылу мог оказаться корабль Нео-Терры? Она вспомнила, что Веддинген что-то говорил про «Тринити» и про его капитана. Но ведь тогда крейсер принадлежал Альянсу! У Анастасии закружилась голова, она вдруг снова почувствовала сильную усталость, ее разум отказывался воспринимать и объяснять хитросплетения новых фактов.

Внезапно она почувствовала какое-то быстрое движение слева от себя, где стоял васудианец. В то же мгновение грохнул выстрел. Она услышала испуганный вскрик Алланы и увидела злорадное лицо Ромика.

– С этими ящерицами надо всегда держать ухо востро, – с довольным видом сказал он, засовывая оружие в кобуру, – видали, как он рванулся?

Ромик повернулся к ближайшему офицеру.

– А ты еще спрашивал, почему я вколол стимпак. У них же змеиная реакция, уж поверь, опыт у меня есть.

Не веря своим глазам, Анастасия смотрела в сторону Сип-птара. Васудианец лежал, отброшенный выстрелом, у самых ступенек шлюза. Его одеяние нелепо задралось, обнажая песочного цвета плоть. Под ним быстро расплывалось красное пятно. Подошедший офицер небрежно ткнул лежащее тело носком ботинка.

– Снайперский выстрел, Артур, – одобрительно сказал он, – сразу и наповал. Одним крокодилом меньше.

Ромик довольно рассмеялся.

– Это только начало, Лавиз. Скоро мы с ними разделаемся окончательно. И с предателями тоже, – он сурово посмотрел в сторону женщин.

– Вы и нас убьете? – с ужасом спросила Аллана.

– Мы в гражданских людей не стреляем, – ответил капитан «Тринити», – но и спасать никого не собираемся. Мне лично все равно, как ваша экспедиция будет выбираться из системы, когда здесь будет полно шиван.

– Тогда зачем мы вам нужны? – глухо спросила Анастасия, не сводя глаз с мертвого Сипптара, так и не успевшего ей ничего рассказать. – Отпустите нас обратно на ракетный бот.

– А это уже не ваша забота указывать, что мне делать, а что нет, – грубо сказал Ромик, приглаживая свои усики, – насчет вас у меня приказ лично от Акена Боша, по возможности взять на борт моего крейсера. Могу лишь сказать спасибо, что не пришлось выдергивать вас с планеты. Я не ожидал, что шиване появятся здесь так быстро.

Как ни была Анастасия подавлена случившимися событиями, последние слова капитана резанули ей слух.

– Вы знали, что корабли Шивы появятся в этом секторе? – она посмотрела на Ромика с безмерным удивлением.

Тот ответил надменным взглядом:

– Наш адмирал знает и умеет гораздо больше, чем ваше тупоголовое командование. И он знает, куда и когда посылать свои корабли. А вы так и будете дружить с Васудой, пока они не предадут и не всадят вам нож в спину, – Ромик раздраженно махнул рукой. – Лавиз, – громко позвал он, – хватит разглядывать дохлых ящериц, возьми девчонок и запри в какой-нибудь пустой каюте.

Ромик несколько раз хлопнул в ладони, обращая на себя внимание:

– Все, ребята, представление окончено. Пора приниматься за работу. Возвращайтесь на свои места. У нас еще куча дел и здесь, и в туманности.

Стоявший рядом с ним с задумчивым видом офицер что-то негромко сказал своему капитану. Ромик неожиданно переменился в лице и хлопнул себя по лбу.

– А почему раньше никто не догадался? – вдруг громко завопил он. – И вообще, как этот чертов «Виджилант» смог оказаться там раньше нас? Немедленно готовьте крейсер к ближнему прыжку и молитесь, чтобы все не пошло наперекосяк! Бош с нас шкуру спустит, если что, вы понимаете!

Вокруг капитана поднялась суматоха, а сам Ромик злобно прищурился на Анастасию.

– А этих двух девиц немедленно тащите на мостик, – приказал он, – я должен знать все до последнего, что там произошло!

Растерянных и испуганных пленниц повели в глубь корабля. Через несколько минут предавшая союз васудианцев и людей «Тринити» небрежно отбросила опустевший ракетный бот с «Виджиланта» и растворилась в подпространстве системы гамма Дракона. Шиванские истребители почему-то не стали преследовать корабль мятежников. Вместо этого они двинулись к планете, с которой, еще не подозревая об уготованной ему участи, поднимался экспедиционный ракетный бот, до отказа набитый людьми.

Глава 11

Получивший пощечину от мятежного адмирала Третий флот Альянса искал виновных. По кораблям эскадры быстро поползли самые невероятные слухи. Впечатляющая победа над силами Нео-Терры в системе Денеба, сожженные «Хенгст», «Иаков», «Велизарий» и пополнивший в конце суток их список «Глориес», не считая десятков сбитых файтеров противника, все это было запятнано необъяснимым успешным бегством флагмана мятежников с самим лидером сепаратистов на борту. Говорили, что «Айсини» прошла сквозь все заслоны чуть ли не с эскортом сочувствующих пилотов Альянса, что земные торпедоносцы отказались атаковать фрегат, и то, что васудианскому дредноуту «Псамтик» дали неверный курс, а его лучших пилотов бросили под огнем возле перехода Денеб – Сириус, и даже что чуть ли не само высшее командование флотов союзников лично дало Бошу безопасный маршрут для выхода из системы.

Уставший и раздраженный Гранин вместе с Орнео Кролла сидели за ужином в каюте капитана «России». Точнее было бы заметить, что за ужином сидел лишь Кролла, никогда не терявший своего здорового аппетита. Вице-адмиралу же было не до еды после сегодняшних треволнений и переговоров со злобно настроенным контр-адмиралом Анххафом, а также после финальных двухчасовых разбирательств с отделом внутренней безопасности по поводу срыва атаки двадцать девятой эскадрильи. Он сидел, нервно постукивая вилкой по краю своей тарелки с вензелем «Россия», и вспоминал язвительную вежливость васудианского флотоводца. Анххаф потерял в этой неудачной стычке двенадцать бомбардировщиков и одиннадцать истребителей, чуть ли не четверть своих легких сил, словно после крупного звездного сражения. А в результате смог нанести противнику лишь минимальные потери, да еще вдобавок упустил сам мятежный фрегат вместе с Акеном Бошем. «Поэтому, не затруднит ли мерса Гранина отправить для дислокации на “Псамтике” две земные эскадрильи, благо после этого боя пустых ангаров на дредноуте предостаточно. Тогда в следующий раз ваши пилоты смогут оказаться ближе к месту сражения, в отличие от сегодняшнего дня». Пришлось вежливо пообещать сделать это, вспомнив для проформы про обмен боевым опытом. Гранин мысленно сплюнул. Если бы Анххаф выказал чуть больше предусмотрительности, а не кинулся очертя свою шипастую голову за «Айсини», оставив без внимания межзвездный портал, то тогда бы и подкрепления для дредноута не понадобилось. А самое главное, Бош уже сидел бы к этому времени на «России» в наручниках или, что более вероятно, плавал около узла перехода в виде облачка разреженного газа.

А теперь вместо этого приходится еще разбираться, почему точка выхода двадцать девятой эскадрильи оказалась на пять астрометров в стороне от заданной. Черт возьми, он своими глазами видел координаты выхода, введенные лично Витторио, и они были верными! Уже трое человек из команды линкора арестовано, безопасники шныряют по всему кораблю. Ему, Гранину, командующему эскадрой, самому пришлось выдержать с ними весьма неприятный разговор. Шакалы сбежались на запах мертвечины. Он с омерзением припомнил гладкое лицо Кловиса Мартанова, главы службы ВБ Третьего флота, и мысленно сплюнул еще раз. А каким тоном он разговаривал с вице-адмиралом! Как будто учитель с нашкодившим учеником. И на «России» вместо заслуженного победного теперь какое-то подавленное настроение. Дьявол разрази этого Боша! Сидел бы себе тихо в астероидном поясе и не высовывался. Вице-адмирал мрачно хлопнул рюмку крепкого фраппина.

При виде такой печальной картины Кролла укоризненно покачал головой, промакивая губы салфеткой.

– Ты бы съел чего-нибудь, Данил, – озабоченно сказал он, – ну что ты все маешься. Во-первых, ничего уже изменить нельзя, Бош теперь в системе Сириуса. А во-вторых, все равно мы их здесь уделали. Ну и пусть он пока сидит там до поры до времени, до следующего нашего наступления.

Гранин с сомнением посмотрел на капитана. Они были старыми знакомыми уже очень много лет. Он всегда тянул Кролла за собой по карьерной лестнице. Получив назначение командовать Третьим звездным флотом Альянса, он добился, чтобы Орнео назначили командиром флагмана флота «России», линкора последнего поколения. На это место прочили тогда протеже первого лорда Звездного Адмиралтейства. Но Гранин с помощью Витторио сумел настоять на своем. Только что началось восстание Боша, и первые три системы – Ригель, Полярная и Сириус – перешли на сторону сепаратистов. Некоторые дурные головы в земном правительстве, в частности Рейнал, бывший тогда первым советником министра обороны, предлагали вообще поставить на командование лучшим линкором Земли какого-нибудь васудианского офицера, мол, это поможет укрепить отношения с союзниками. Но, к счастью, силы разума возобладали, и, может быть, именно поэтому «России» и Третьему флоту до сих пор сопутствовал успех. Гранин уважал храбрость Васуды, но в то же время был довольно невысокого мнения о стратегических способностях ее военных. За время войны с землянами еще до вторжения шиван васудианские флоты, обладая почти трехкратным перевесом в силах, так и не смогли переломить ход боевых действий в свою пользу, постоянно теряя в сражениях целые эскадры. Да и сегодня Аннхаф продемонстрировал лишь только то, что его пилоты способны без колебаний умирать за Альянс. Но для успешной войны с мятежниками этого было слишком мало.

Вице-адмирал плеснул себе еще фраппина.

– Наверное, ты прав, – меланхолически сказал он, рассматривая на просвет содержимое своей рюмки, – надо выкинуть всю эту ерунду из головы. Мне жаль только нашего старика. Угораздило же его полезть самому выдавать боевое задание двадцать девятой. Теперь докажи, что ты не верблюд.

– Но ты же не думаешь, что если бы задание отдал другой офицер, то координаты выхода волшебным образом стали бы верными? – возразил Орнео, тяжело откинувшись на спинку стула и отставляя в сторону десерт.

– Конечно, нет, – желчно сказал Гранин, – в том, что это чей-то саботаж, причем самый махровый, у меня нет никаких сомнений. Но крайне плохо, что во всю эту грязь теперь замешали и самого Вито. Вот послушай, что говорят пилоты, – продолжил он, сняв с руки массивный лауритовый браслет коммуникатора и положив его на стол рядом со своей тарелкой, в которой остывало нетронутое жаркое, – это запись разговора ребят двадцать девятой эскадрильи, после их прыжка и до того, как они разнесли «Глориес».

Он нажал на крохотную кнопку. Звук был негромкий, поэтому Орнео пришлось наклониться вперед, чтобы разобрать слова пилотов.

«Черт, командование позволило Бошу сбежать!.. Что?.. О чем ты говоришь?.. Они убрали блокаду, они дали нам неверные координаты… У меня нет других объяснений… Почему?.. Но почему они дали им уйти?.. Что ты мне говоришь?.. Я это понял сам… Да успокойся ты… Мы здесь все на твоей стороне… Зачем мы тогда атаковали “Айсини”? Я могу играть пусть даже пешкой, но только если в игре есть смысл… Заткнитесь, парни, мы входим в зону огня… Рики-та, держись, твою мать, ближе… Внимание, четыре “Локи» сверху!”»

Запись кончилась. Капитан «России» безразлично пожал плечами.

– Кто избегнет клеветы? – риторически спросил он. – На их месте я думал бы точно так же. Но, к счастью, – он многозначительно поднял палец, – у нас на флоте есть такое понятие, как дисциплина. Кстати, это то немногое, чему можно поучиться у васудианцев. У них она железная. Не переживай, следующее успешное сражение расставит все по своим местам. А пилоты будут, наоборот, только прославлять мудрость командования.

Гранин в ответ только махнул рукой.

– Это было бы даже смешно, если не было так грустно, – безрадостно сказал он, – но так или иначе саботаж имел место и сейчас отдел безопасности спустил всех собак. Я боюсь, как бы сейчас не началась очередная охота на ведьм.

Орнео кинул на него удивленный взгляд.

– Мы должны выявить предателей, – убежденно сказал он, – это даже не требует рассуждений. О чем тут можно еще говорить?

– В этом-то вся подлость гражданских войн, – поморщился вице-адмирал, – мы ведь воюем не с шиванами и не с Васудой. Сколько у нас за прошлую войну было измен?

Капитан «России» немного подумал, прихлебывая из пузатой чашечки остывающий кофе и косясь взглядом на свой десерт.

– Я могу вспомнить только дело пилота Маккарти, который слил «Молоту Света» информацию по технологиям энергозащиты файтеров, – наконец сказал он, – ну и к чему ты клонишь?

Гранин тяжело вздохнул и, не ответив, достал сигарету. Щелкнув лазерной зажигалкой, он пустил дым в потолок.

– Заказать, что ли, еще кофе, – вслух подумал он, – или напиться? Ладно, пожалуй, мне на сегодня хватит.

Командир линкора украдкой облегченно вздохнул.

– Понимаешь, Орнео, – продолжил вице-адмирал, глядя прямо в глаза своему товарищу, – вот мы прошли с тобой долгий путь вместе, давно знаем друг друга, и я с тобой могу говорить откровенно. Вся проблема такой войны, которая идет сейчас у нас с Нео-Террой, заключается в том, что иногда бывает очень трудно поставить человека однозначно на ту или на другую сторону.

Конечно, есть индивиды, непримиримые по своим убеждениям, но ведь основная часть наших людей не испытывает ненависти к сепаратистам. Они просто верны присяге, своему боевому братству или боятся, в конце концов, перейти на сторону врага из-за страха попасть под трибунал. И если начать генеральную чистку в моем Третьем флоте по всем правилам, то всех оставшихся после этого людей можно будет легко разместить на одном крейсере.

– Не понимаю я тебя. По-твоему, мы должны оставить все как есть? Списать все на неполадки оборудования? – вопросил капитан «России», рассеянно наблюдая, как из дыма тлеющей сигареты вице-адмирала формируются маленькие фигурки всадников на конях с мечами и копьями. Потрясая оружием, они один за другим устремлялись к включенной вытяжной вентиляции и бесследно пропадали в ней.

– Да нет же, – начал снова раздражаться Гранин, – мы должны обязательно найти и наказать виновных в саботаже. Но надо это делать аккуратно, не доводить до массовой истерии, где каждый боится своего соседа. Мы должны прямо заявить: «Да мы понимаем, что на службе Альянса есть люди, у которых неоднозначное отношение к Нео-Терре. Но дело Боша почти проиграно, его звездные системы блокированы. Саботаж только затянет войну, но не изменит ее исхода. Наша цель наказать только правящую верхушку мятежников. Мы не собираемся сеять террор среди простых военных и гражданских лиц».

– Ну, может, ты в чем-то и прав, – почесал голову Орнео, – вот только…

– Пойми, если мы захлестнем всех стальной удавкой, – перебил его собеседник, – то это даст лишь кратковременный эффект. Не может страх быть единственным, что заставляет человека воевать. Так мы точно войны не выиграем, поверь мне.

– Я только хотел сказать, – невозмутимо продолжил командир линкора, – что вряд ли сейчас тебе стоит широко озвучивать эти вещи. По крайней мере, пока ты еще не первый лорд Ким Рей-нал.

Вице-адмирал, соглашаясь с доводом товарища, мрачно кивнул головой.

– Я все это понимаю. И я прекрасно знаю, что сейчас безопасники не склонны к долгим психологическим играм. До сегодняшнего дня я умерял их порывы, но удавшееся бегство Боша на Сириус слишком серьезная штука. Это может придать им наглости. Да что там, уже придало. Ты бы видел, как со мной разговаривал сегодня Кловис Мартанов. Как будто он главный во всем Третьем флоте, а не я. Он осмелился даже спросить, – Гранин невесело усмехнулся, – как это я не заметил, что Витторио вводит неверные координаты в транспьютер. Может быть, я был с ним заодно?

– У него что, крыша съехала? – возмутился Орнео. – Да старик просто стоял рядом, когда оператор вводил коды. Эти черти еще договорятся до того, что Витторио тайный агент Нео-Терры.

Гранин ответить не успел. Всадники, сотканные из сигаретного дыма, вдруг изменили свое направление.

– А вот это предположение мы как раз сейчас и проверяем, – вдруг услышали они позади вкрадчивый негромкий голос. Вице-адмирал медленно, словно не веря своим ушам, повернул голову. В раскрытом дверном проеме, слегка улыбаясь, стоял сам Кловис Мартанов, начальник службы внутренней безопасности Третьего флота. За его спиной маячили мрачные фигуры солдат космической полиции.

– Добрый вечер, господа, – мягко сказал нежданный визитер, – позвольте мне присоединиться к вашей компании.

Не дожидаясь ответа, он прошел в капитанскую каюту, присел на свободное место рядом со столом и аккуратно пригладил свои короткие черные волосы. Серую папку, всегда бывшую при нем, он положил на стол перед собой. Сопровождающие офицера солдаты остались за порогом. Выцветшие голубые глаза безопасника уставились на капитана «России».

– Вот и награда за наш труд. Работаем не покладая рук, а в результате получаем лишь одни оскорбления, – мягко пожурил он Орнео. Тот в замешательстве опустил глаза.

– Что вам угодно? – сердито спросил пришедший в себя Гранин. – Я уже имел сегодня удовольствие беседовать с вами, – иронически добавил он.

Глава службы ВБ положил локти на стол и перевел взгляд на вице-адмирала.

– Что мне угодно? – переспросил он. – Ну что ж, если вы не возражаете, то я хотел бы послушать ваши дальнейшие рассуждения о том, как надо гуманно относиться к людям, предающим Альянс.

Несколько мгновений Гранин непонимающе смотрел на Мартанова, потом, вполголоса выругавшись, стал осматривать свой китель спереди.

– Не трудитесь, господин вице-адмирал, – насмешливо сказал безопасник, – там ничего нет. Прослушку мы к вам приклеили сзади и буквально за несколько часов узнали через нее немало интересных вещей.

У Гранина заходили желваки на скулах.

– Вы зашли слишком далеко, – с трудом сдерживаясь, процедил он, – вы думаете, если вы не находитесь у меня в прямом подчинении, то можете играть со мной в свои грязные игры? Вы сильно ошибаетесь. Я сейчас же проинформирую об этом главнокомандующего флотами Альянса, гранд-адмирала Вито Витторио.

– Это вы сильно ошибаетесь, вице-адмирал Данил Гранин, – с легким презрением в голосе произнес Мартанов, – ваш главнокомандующий только что арестован по обвинению в измене Альянсу.

Вице-адмирал будто с разбегу налетел на невидимую стену. Он ошеломленно посмотрел на безопасника, потом на побледневшего Орнео, затем перевел взгляд на солдат, нетерпеливо переминавшихся за порогом капитанских апартаментов.

– Не может быть, – еле слышно прошептал он вдруг пересохшими губами, – этого просто не может быть. Гранд-адмирал никогда не предавал Альянс, это какая-то невозможная ошибка.

Но Мартанов отлично расслышал его слова.

– Ну, зачем же я буду вас обманывать, – он с сожалением развел руками, – зачем мне это нужно?

Он, как будто ища поддержки, посмотрел на капитана «России». Тот с готовностью закивал головой и торопливо поставил на стол пустую кофейную чашку. Оставшаяся в ней ложечка прозвенела похоронным звоном. Орнео быстро спрятал под стол предательски задрожавшие руки. Начальник службы внутренней безопасности, с отеческой укоризной поглядев на капитана, снова обратился к Гранину.

– Арест Витторио санкционировал сам верховный прокурор Альянса, просмотрев предоставленные нами материалы. Но предстоит еще много работы. Мы должны выявить все преступные связи бывшего адмирала и его сообщников. А они есть, я в этом уверен, – голос его налился силой, в нем зазвучали металлические нотки. – И мы их найдем, в этом вы можете быть тоже уверены. Но, к сожалению, большой урон Альянсу уже нанесен. Силы метрополии распылены по трем фронтам, наступление на мятежников преступно задерживается. Налицо прямой сговор с Бошем, и мы это увидели, когда его единственный корабль смог обойти все заслоны, выставленные на пути.

Вице-адмирал и командир «России» в полном замешательстве слушали всю эту ахинею, которую с полной уверенностью в своей правоте нес главный безопасник Третьего флота.

– Хорошо еще, что мы вовремя успели пресечь деятельность изменников, – Мартанов откинулся на спинку стула с видом человека, уставшего от тяжелой и неблагодарной работы.

Гранин молча смотрел в пол. Вся чушь, которую нес безопасник, конечно, не стоила и выеденного яйца, и вообще, было просто нелепо обвинять Витторио в симпатиях к Акену Бошу. Но если старик действительно арестован, при условии что безопасник не врет (а в сущности, зачем ему врать?), то это означает крах всех планов и для гранд-адмирала, и для него, Данила Гранина. Но кто стоит за всем этим? Мысли вице-адмирала начали путаться. Он взглянул на безжизненное лицо Мартанова.

– Я считаю, что это большая ошибка, обвинять Вито Витто-рио в измене, – наконец собравшись с силами, сказал он. – Это нанесет огромный урон всей нашей тщательно спланированной военной кампании.

– Если он не виновен, с ним ничего не случится, – сухо ответил глава службы ВБ, потирая глаза. – Я, конечно, не штабной аналитик, но даже мне понятно, что гранд-адмирал намеренно затягивал подавление мятежа так называемой Нео-Терры. А с какими целями, это мы скоро выясним.

– Да вы понимаете, что это как раз и играет на руку мятежникам! – взорвался вдруг вице-адмирал, стукнув кулаком по столу, отчего подпрыгнула и громко зазвенела посуда. – Что для них это как раз и может быть спасительной передышкой!

– Да все я знаю! – заорал в ответ безопасник, разом потеряв всю свою мягкость и интеллигентность. – Это ваш адмирал и давал им передышку, а вы, Гранин, ему в этом наверняка помогали! И вообще, – успокаиваясь, произнес он, – у нас нет незаменимых людей. На службе Альянса много талантливых адмиралов, которые не боятся наступать на врага, в отличие от вас.

– Так вы, может, и меня собираетесь арестовать за преступно выигранное сражение в этой звездной системе? – язвительно спросил вице-адмирал.

– Если бы собирался, то тогда я с вами бы не разговаривал, – таким же тоном ответил Мартанов. – Вы пока не арестованы, – с ударением на слове «пока» сказал он, – пока вы только находитесь под наблюдением. Вот приказ о вашем отстранении от должности, – он раскрыл свою папку, – потрудитесь сдать ваш личный коммуникатор.

Вице-адмирал перевел ошеломленный взгляд на капитана линкора, но тот только трусливо отвел глаза. Лауритовый браслет глухо стукнул о стол. Гранин тяжело поднялся со своего кресла.

– Кто назначен на мое место? – спросил он, ни на кого не глядя.

Мартанов захлопнул папку и тоже поднялся.

– Этого я вам сказать не могу, – строго сказал он, – это не в моей компетенции. – Он обернулся к сопровождавшим его солдатам. – Проводите господина Гранина в его апартаменты.

Гранин, тяжело шагая, направился к выходу, конвоиры с бесстрастными лицами смотрели на него.

– А какие указания будут мне? – услышал он позади себя размокший голос Орнео Кролла и на секунду задержался.

– Вы, господин капитан, пока можете исполнять свои функции, – ответил Мартанов, – но имейте в виду, что только полной самоотдачей вы можете смыть со своего линкора позорное пятно предательства. Отныне никакого преступного благодушия! Каждый член команды обязан сразу же докладывать нам о любых своих подозрениях. Иначе ответите за все своей головой! А то развели, понимаешь, тут, – в тоне безопасника засквозило неприкрытое презрение, и он буквально выплюнул последнее слово, – либерализм.

Бывший командующий Третьим звездным флотом вице-адмирал Гранин, не оглядываясь, шагнул за порог каюты.

* * *

Огромный корпус «России» занял почти все экраны переднего обзора. Илья устало откинулся в своем ложементе пилота, доверив автоматике файтера пройти последние метры. За бортом проплыл холодный зев тяжелого лучевого орудия линкора. «Не приведи Господь оказаться рядом во время залпа», – машинально подумал Нестеров. Он вспомнил рассказы бывалых пилотов о неудачливых файтерах, по несчастью оказавшихся на пути лучевого удара такого мощного турболазера. «Не остается ни грамма вещества, корабль мгновенно исчезает в яркой вспышке». Поставить бы такую пушку на его истребитель. Нестеров невольно усмехнулся, представив себе эту апокалиптическую картину.

Неожиданно на самом краю поля зрения он заметил какое-то неясное движение. Илья резко подскочил на месте, уже собираясь дать полный газ и отстрелить противоракетные ловушки. Рефлексы пилота истребителя понемногу начали входить в плоть и кровь, несмотря на его неопытность. Но уже через мгновение он облегченно рассмеялся. Таинственно мелькнувшей тенью оказался автоматический ремонтный дрон класса «Амазеон», занятый своими повседневными делами. Да и откуда в сердце ударной группы победоносного Третьего флота взяться коварному врагу? Пилот откинулся назад, стараясь получше разглядеть деловитое хлопотанье маленького робота, занятого сваркой поврежденного участка брони линейного корабля. Неожиданно от дрона вверх на сотни метров ударил сноп бело-желтых искр. В огне аннигиляционной сварки плавилась неосталь.

– Ого, бесплатный фейерверк, – раздался в интеркоме голос «Альфа два», – командир, проверь пеленги. Он тебя не зацепит? Смотри, потом Юрковский обязательно спросит: «Откуда на заду вашего истребителя, пилот Нестеров, закопченное пятно?»

– Алекс, у меня столько этих пятен после сегодняшнего вылета, – расхохотался Илья, – что еще одно погоды не сделает. Когда я вас с Наташкой прикрывал, мне один «Локи» всю кормовую часть изрисовал такими пятнами.

– Но ты же с ним справился? – оптимистично спросил его товарищ.

– Не поверишь, Аберт успел помочь со своей двойкой, – ответил Илья, отворачиваясь в сторону от продолжающегося огненного представления, – снял мятежника сзади, пока тот за мной гонялся.

Оба вернувшихся с задания истребителя уже прошли среднюю часть двухкилометровой «России» и приближались к левым кормовым воротам гигантского корабля.

– Я, скорее, ожидал, что он сначала отстреляется по тебе, – скептически заметил Маршан, – а может, он просто промахнулся?

– Что ты несешь, Ал, – недовольно выговорил своему товарищу Нестеров, – я такого даже и подумать не мог. Запомни, все ссоры мы оставляем на земле перед вылетом. А в бою, если будет необходимость, ты его должен прикрывать так же, как меня и Наталью, и наоборот! Понял меня?

– Да, сэр, – после паузы послушно пробурчал Маршан.

Их путешествие подходило к концу. Два истребителя миновали последнюю контрольную точку маршрута и, уравняв свою скорость с «Россией», остановились перед титанических размеров серыми бронестворками, ожидая их открытия и разрешения на посадку. Через минуту огромные створы ворот стали медленно расходиться в стороны. Они двигались рывками, как будто где-то внутри заедали чудовищные шестеренки. Илья вспомнил, что кормовые доки только недавно отремонтировали после пришедшегося близко от них попадания двух тяжелых «Циклопов», разбивших пятую палубу линкора. А до этого сегодня его четверке приходилось тесниться на переполненной стоянке в носовой части «России». Он нетерпеливо ждал, когда ворота раскроются полностью, но, по всей видимости, в них снова что-то заело. Несколько раз судорожно дернувшись, правая створка застыла в неподвижности.

– Бедная мама, – вздохнул «Альфа один», – досталось же тебе сегодня.

– Ничего, мы не гордые, – заметил на это «Альфа два», – можем пролететь и в левую створку, благо хоть она открылась, – у нас размеры все-таки поскромнее будут, чем у тяжелого бомбардировщика.

– Полностью с вами согласен, – сказал Илья, переводя свой файтер обратно на ручное управление, – если их ждать, то мы только к следующему утру дома окажемся. Итак, прошу вас, благородный сэр, пройти вперед.

– Благодарю вас, добрый белый рыцарь, – церемонно ответил ему Маршан.

Два вернувшихся с задания истребителя осторожно один за другим скользнули в чрево огромного линейного корабля.

* * *

Илья стоял рядом со своим «Мирмидоном», наблюдая за двумя техниками из службы обеспечения полетов, которые с тестерами в руках и нехорошим блеском в глазах бродили вокруг его истребителя. У обоих был очень озабоченный вид. Один из них, Нестеров хорошо его знал, инженер Нидес Хатакер, подергал зачем-то рукой ствол неисправной правой пушки «Субак» и недовольно посмотрел на пилота, укоризненно качая головой. Илья пожал плечами, как бы говоря «Ну а я-то в чем тут виноват?», и засвистел какой-то мотивчик, старательно избегая встречаться взглядом с Нидесом. Свою работу он выполнил, теперь очередь была за другими, тем более что его машина была еще в более или менее приличном состоянии. Во всяком случае, по сравнению с тем, что он видел два месяца назад, когда один из пилотов преспокойно прилетел в ангар на половине истребителя. «Тебе сейчас бы такой», – мстительно подумал Илья про Нидеса, который, не дождавшись раскаяния в глазах пилота, полез под днище «Мир-мидона», выставив как кинжал перед собой авитестер.

Рядом в сухом горячем воздухе громадного ангара почувствовался запах сигаретного дыма. Илья недовольно поморщился и помахал перед лицом ладонью.

– Да ладно тебе, эстет, – услышал он голос Алекса, – должен же я как-то снять полетный стресс.

Нестеров повернулся к своему товарищу.

– Ты чего, ведомый, в кабине застрял? Ремни отстегнуть не мог? – упрекнул он Алекса.

– Прошу прощения, командир, – виновато сказал он, – беседовал с диспетчером. Увлекся.

Илья понимающе прищурил глаза.

– Так-так-так. С той самой девицей? – строго спросил он.

– Ну, не с парнем же, – возмущенно ответил его друг.

– Ах ты Казанова. И когда первое свидание?

– Только после разбора полета и полного увольнения на сегодня, ваша светлость! – выкатив глаза и прикладывая руку к голове, отрапортовал «Альфа два».

Илья, не выдержав, рассмеялся.

– Пошли уже. Надо доложиться Юрковскому и услышать от него последние новости. Хотел бы я знать, поймали ли «Айси-ни»? – произнеся эти слова, он вновь вдруг ощутил внутри себя холодок.

Алекс понимающе кивнул головой и аккуратно потушил сигарету о подошву своего ботинка. Затем не менее отточенным движением уронил окурок в щель металлического настила.

– Конечно, – сказал он, – от этого события кое-что зависит. Например, наше продвижение по службе. Но знаешь, поскольку встречающей делегации с цветами я здесь не вижу, то есть пред-поло…

Чудовищный вой заглушил его слова. В двадцати метрах от них на соседнем пандусе прогревала свои двигатели четверка разведывательных «Улиссов». Боевая жизнь на линкоре шла своим чередом. Нестеров махнул рукой своему товарищу, жестом приказывая следовать за собой. Они двинулись к выходу сначала шагом, потом, спасаясь от усиливающегося свиста, буравящего уши, перешли на бег. Илья перевел дух только на втором уровне, после эскалатора. Но даже за двести метров было неудобно разговаривать из-за шума прогреваемых турбин истребителей. Впрочем, они оба были уже недалеко от выхода. Второй эскалатор вознес их на третий уровень к выходу из ангара, откуда Нестеров в последний раз оглянулся на свою машину. Его верный «Мирмидон», стоявший на своей стоянке ближе к стене рядом с остальными машинами его звена, казался совсем небольшим с такого расстояния. К истребителю уже подогнали погрузчик с заряженными энергоблоками. По строгим военным законам, действовавшим на время ведения боевых действий, в первую очередь после возвращения домой боевая машина немедленно заправлялась для следующего вылета.

– Я теперь понимаю, почему Хатакер по два раза все переспрашивает, – задумчиво сообщил Маршан, подходя с товарищем к секции биоблокады, расположенной на третьем деке линкора.

– Чересчур въедливый и дотошный? – предположил Илья, нажимая на сенсорную панель вызова персонала.

– Да потому что он глухой как пробка, – ответил Алекс, и они оба расхохотались.

– Ты прав, жизнь у наших техников не сахар, – отсмеявшись, заметил командир.

Раздался резкий звук звонка, перекрывая все еще слышный удаленный вой работающих турбин разведывательных файтеров. Пилоты вошли в секцию биоблокады. В течение двух минут они нетерпеливо переминались с ноги на ногу, пока чувствительные датчики пытались определить, не являются ли они потенциальным источником инопланетной заразы. Илья привык уже к таким рутинным проверкам, но сейчас ему не терпелось добраться до командира своей эскадрильи, чтобы получить оценку всем своим действия во время вылета, а главное, выяснить, чем все-таки закончилась история со сбежавшим фрегатом мятежников. Поэтому лишь только зажегся разрешающий сигнал, как он нетерпеливо выскочил за распахнувшуюся дверь отсека, даже не поприветствовав офицера медицинской службы, средних лет женщину, сидевшую за небольшой стойкой перед своим контрольным оборудованием. Алекс, шедший следом, исправил его ошибку, четко козырнув и заставив смягчиться суровый взгляд дамы, со званием секундо-лейтенанта, очевидной вершиной ее карьеры.

Миновав следующую с шипением распахнувшуюся дверь, оба товарища наконец-то оказались в своей стихии, в бесчисленных шумных переходах и оживленных коридорах флагмана Третьего флота и сразу же растворились в людском потоке десятитысячной команды корабля. Но спеша на свой командный пункт, они даже не заметили последовавших за ними от выхода двух незаметных людей, офицеров отдела внутренней безопасности.

* * *

– Хорошая работа, Кловис, – министр не скрывал своего удовлетворения, – я знал, что на вас всегда можно положиться.

Руководитель службы внутренней безопасности Третьего звездного флота почтительно поклонился чиновнику. Рейнал захлопнул знаменитую серую папку и небрежно бросил ее на низкий широкий столик. Победители собственного флота комфортно расположились в роскошно обставленной каюте министра на его крейсере, уже готовящемся к скорому отбытию. Отливающий мягким светом потолок освещал лысину министра, похожую на поверхность ледяного астероида.

– Считаю своим долгом сообщить, что дело далеко еще не закончено, – Мартанов преданно посмотрел на своего патрона, – еще как минимум пятьсот человек из команды одной только «России» могут подозреваться в сочувствии к мятежным флотам.

Рейнал предостерегающе поднял руку.

– Поберегите силы, офицер, – недовольно сказал он, – сейчас не мирное время, чтобы проводить такие чистки. Кто тогда будет воевать с Нео-Террой?

– Но предатели… – начал было Мартанов.

Министр резко оборвал его:

– Пока это еще не предатели, а сочувствующие, – делая ударение на первом слове, сказал он, – как раз для таких и хватит одного показательного процесса. После него они уже не будут сочувствующими. Десять человек пока вполне достаточно.

Мартанов, соглашаясь, но пряча в глазах досаду, кивнул головой.

«Вот ведь понесло ретивого, – досадливо подумал Рейнал, – дай ему волю, так он оставит на свободе только свой отдел, да и тот не весь».

С одной стороны, министр был, конечно, доволен. В правительстве Альянса уже давно считали, что Витторио не соответствует своей должности. Но из-за его старых заслуг, главным образом из-за того, что он сумел остановить блицкриг Акена Боша, который к тому времени оторвал от Альянса шесть звездных систем, никто не решался поставить вместо него более подходящего человека.

А Витторио все продолжал после первых впечатляющих успехов топтаться на месте больше года, тратя вхолостую все военные ресурсы Альянса! Сейчас доходит до того, что приходится отправлять в бой недостроенный «Колосс». Но дело сделано. Теперь в кресло командующего объединенными флотами должен сесть адмирал из ставки первого лорда Альянса.

Рейнал зажег сигарету и задумался, не обращая внимания на Мартанова, даже в кресле ухитрявшегося сидеть навытяжку.

«В конце концов, – думал он, – максимум, что получит Витторио, так это вынужденную отставку. На суде все равно выяснится, что дело против него шито белыми нитками. Такое он переживет, и наш верховный прокурор это тоже знает. В любом случае старик сам виноват в таком положении, раз не понимает прямых предложений, которые я ему делал. Случай с двадцать девятой эскадрильей и бегством Боша лишь удобный повод поставить во главе войск решительного человека. А Каммил Акаста как раз из таких. К тому же страшно ненавидит мятежного адмирала Нео-Терры, еще с тех пор, когда тот служил под его командованием». Министр осторожно затянулся, чтобы не закашляться, в последнее время его донимали резкие приступы астмы, с которыми не справлялись никакие лекарства, и выпустил дым в потолок. «Определенная встряска флоту тоже будет полезна. Пусть Мартанов и увлекается своими теориями заговоров, но все же в его словах что-то есть. Сочувствующих Нео-Терре действительно хватает. Тут нечему удивляться. Свой брат гуманоид все-таки ближе, чем разумные рептилии, с которыми мы тем более воевали четырнадцать лет. Громкое дело будет для таких людей только на пользу. Какая-то ведь сволочь, действительно, перепрограммировала транспьютер “России”, хотя в любом случае, как потом подсчитали, реальная вероятность перехватить “Айсини” не превышала семидесяти процентов».

– Господин министр, – услышал он почтительный голос начальника службы ВБ Третьего флота, – какие будут ваши дальнейшие распоряжения?

Рейнал посмотрел на него. Мартанов ерзал в кресле, потирая свой поблескивающий красными огоньками коммуникатор. Очевидно, его кто-то вызывал, но безопасник не осмеливался ответить, не получив разрешения своего руководителя.

Министр устало потер лоб. Буквально со дня на день должно было начаться новое наступление на Сириус. «У Акасты кипучий характер. За несколько дней он раздел весь Альянс, забрав из систем все доступные боевые корабли для подготовки своей операции. И не только боевые. Все снабжение и все сервисные службы работают круглосуточно, отправляя туда-обратно транспортные конвои. Кое-где на межзвездных переходах уже появились самые натуральные пробки».

Он усмехнулся про себя. Что ж, Альянс сам дал вновь назначенному командующему карт-бланш. Правда, и сроки определил очень сжатые. Поэтому Акаста и роет носом землю, старается показать, что он не Витторио с его многомесячными раздумьями. «Пора, пора заканчивать эту войну, пока она не закончила с нами. Другого выбора не было все равно. В нынешних условиях статистики предсказали стабильность Альянса в течение не более чем четырех-пяти месяцев. Так рисковать нельзя. Акаста же пообещал покончить с Нео-Террой за четыре недели. Две из них уже прошли».

Рейнал вздохнул.

– Отправьте своих лучших людей к Каммилу Акасте. Но! – он строго покачал указательным пальцем. – Никаких акций! Только наблюдение! Мягкое и ненавязчивое. На флоте поддерживайте положительные настроения, что, мол, новое наступление будет последним и принесет скорую победу. А также награды тем, кто перестанет сомневаться и приложит… – он теперь уже многозначительно пошевелил остальными пальцами, – приложит все усилия, чтобы, э-э… отличиться в последних боях. Строгостей пока не надо.

Мартанов уныло кивнул.

– Господин Рейнал, я выполню все ваши указания, только… – он замялся, – только я же начальник отдела внутренней безопасности лишь Третьего флота. Как я же смогу отдавать приказания на другие флоты, тем более, через голову моего начальства Ариты Брева?

Министр хмыкнул:

– Сможете, Кловис, сможете. С завтрашнего дня вы назначаетесь на место Брева, – он внимательно посмотрел на собеседника. По лицу офицера расплылась ошеломленная улыбка.

– Я?.. – с запинкой произнес Мартанов, но тут же взял себя в руки и подскочил как ужаленный. – Служу безопасности и чистоте помыслов Альянса! – почти выкрикнул он.

Рейнал удовлетворенно потер ладони. Еще один человек в его команде вместо неуступчивого старика Брева.

– Вот видите, офицер, – вкрадчиво сказал он, – как вознаграждается преданность и старание?

На лице Мартанова в ответ высветилась невыразимая в обычных словах благодарность.

Первый лорд снисходительно улыбнулся. В этот момент прозвенел его собственный коммуникатор. Он бросил взгляд на свое правое запястье: «срочное сообщение, секретность ноль». Его брови удивленно поползли вверх.

– Ну что ж, Кловис, работы вам теперь предстоит много, не буду вас задерживать, – Рейнал торопился закончить встречу, всю необходимую информацию от Мартанова министр уже получил. – Если нужно, сразу связывайтесь со мной напрямую по мгновенной связи, свой код я вам дал, – он поднялся и протянул на прощание безопаснику руку. Тот принял ее как драгоценность.

Едва дождавшись, когда за будущим руководителем службы ВБ всех флотов Альянса закроется дверь, Рейнал торопливо загрузил текст пришедшего секретного сообщения. «Что там опять у них в Совете стряслось?» – слегка беспокойно подумал он, вглядываясь в бегущие строчки.

Внезапно первому лорду показалось, что он как будто нырнул с головой в ледяную воду. Дыхание у него перехватило. Все, чего он достиг, для чего работал, все его будущие планы и, может быть, даже жизнь неожиданно оказались перечеркнуты этими короткими, но наводящими на его душу ужас, строчками секретного сообщения.

«…Лорду Рейналу немедленно прибыть в Совет безопасности Альянса. Получены известия из системы гамма Дракона о появлении там шиванской эскадры межзвездных кораблей. Патрулировавший сектор земной крейсер “Виджилант” уничтожен. Президент Альянса назначил срочное внеочередное собрание Совета».

Часть вторая

ЗА КРАЕМ МИРА

What a show, what a fight!

Yea we really hit our target for tonight!

Глава 1

– Мерс Маршан, вас просят явиться в зал полетных тренажеров, занятия начинаются через двадцать минут, – на руке пилота ожил его персональный коммуникатор.

Задремавший было молодой человек ошалело подскочил в кресле.

– Так точно, – четко отрапортовал он, – есть явиться через двадцать минут! Вот же дьявол! – еще более четко выговорил он, обнаружив, что докладывает бездушному будильнику, самим же им поставленному на указанное время.

– Уже свой собственный голос узнавать перестал, – недовольно проворчал Алекс, обозревая в зеркале небольшой ванной комнаты свою заспанную физиономию, – доведут эти ящерицы меня до ручки своими бесконечными тренировками.

Он пригладил свои короткие вьющиеся рыжие волосы и включил воду, чтобы слегка освежиться. По сравнению с родной «Россией» его новое жилище на васудианской «Хатшепсут», сестре-близнеце дредноута «Псамтик», просто блистало ослепительной роскошью. Целых три комнаты на одного простого пилота! Великолепной отделки мебель и огромный на всю стену экран телевидео, плюс великое множество разных встроенных мелочей, так необходимых любому уважающему себя космическому волку. И это все для одного лишь Маршана. На земном корабле такие апартаменты могли быть доступны разве что адмиралу.

После окончания Великой Войны за двадцать два года нового союза люди и васудианцы сумели научиться жить и работать совместно. Как правило, на больших военных кораблях Альянса всегда имелись жилые отсеки для гостей другой расы, благо что биология и тех и других основывалась на одном и том же углеродно-кислородном цикле. Эволюция живых существ на планетах, столь удаленных друг от друга, Земле и Васуде Прайм шла схожими путями, с той лишь разницей, что во втором случае природа решила ограничиться только рептилиями, не дав шанса следующей генерации, теплокровным живородящим млекопитающим, как это случилось на Земле. Поэтому адаптация гостевых апартаментов на кораблях союзников носила по существу лишь косметический характер, где люди и васудианцы старательно соревновались в роскоши, которую они могли предоставить друг другу. А уважаемым гостям, как известно, предоставляется все самое лучшее из того, что имеется у хозяина. Так, во всяком случае, неофициально считалось у землян. Хотя Алекс слышал и склонен был доверять еще более неофициальной версии, которая наглядно подтверждалась здесь на «Хатшепсут». Согласно ей васудианские пилоты всегда считались отдельной элитной кастой, в ряды которой, несмотря на периодические ужасающие потери, допускались отпрыски лишь самых благородных семейств Васуды. Это в корне отличалось от земных принципов отбора, где основным критерием было умственное и физическое здоровье претендента, а не благородство его происхождения. Поэтому, скорее всего, для васудианцев такое великолепие не должно было считаться чем-то из ряда вон выдающимся. Но зато и требовали от пилотов Васуды очень многого. За месяц пребывания на «Хатшепсут» по программе обмена опытом между союзниками, Алекс потерял счет тренировочным вылетам на тренажерах и реальным боевым дежурствам в космосе. А если еще добавить к этому углубленное изучение материальной части васудианских боевых файтеров, всех этих «Хорусов», «Тауретов», «Пта» и иже с ними, плюс постоянная готовность в любой момент умереть за императора Васуды, то это все могло утомить даже такого фанатичного пилота, как Маршан.

За спиной Алекса бесшумно закрылась дверь его каюты. Он уже почти отвык от шипения пневматики, столь обыденного на «России», но сейчас опять не смог удержаться и, обернувшись, в который раз увидел, как открытый полукруглый дверной проем его каюты вдруг закрылся проросшей прямо из воздуха пленкой, сначала почти прозрачной, но густеющей на глазах, словно лед на замерзающей воде. Еще через несколько секунд перед ним была обычная на вид закрытая дверь с земным порядковым номером. То немногое обычное для глаз землянина, что можно было встретить на борту васудианского корабля.

– Эй, Маршан, подожди-ка, – он услышал знакомый голос.

Алекс повернулся на звук. По широкому коридору жилого модуля «Хатшепсут» к нему спешила невысокая, крепко сбитая девушка, явная представительница человеческой расы. Впрочем, другие гуманоиды, в семнадцатом гостевом блоке и не жили.

– Здравствуй, Найра, – узнал ее пилот, – куда торопишься?

Смуглая черноволосая Найра Лиссен, подойдя вплотную, фамильярно хлопнула его по плечу и при этом еще умудрилась одновременно задеть молодого человека своим широким бедром.

– Ты на тренажеры? – не обращая внимания на его вопрос и блистая ослепительной белозубой улыбкой, спросила она.

Алекс замешкался. Отступать в каюту было уже поздно.

– Гм, я… да, на тренажеры, – честно признался он.

– Ну, вот и прекрасно, тогда пойдем вместе, – Найра крепко взяла его под руку.

– Я собственно… – пилот сглотнул, – мне еще надо…

Она посмотрела на него снизу вверх огромными серыми глазами.

– Не беспокойся, и туда мы тоже успеем зайти, – стальным голосом сказала она.

Алекс кивнул и осторожно попытался освободить руку. Это оказалось бесполезной попыткой. У маленькой Лиссен была железная хватка. Полгода назад она выиграла чемпионат первого флота по рукопашному бою. Маршан вздохнул и покорился влекущей его судьбе.

Они двинулись вперед по бесчисленным переходам гигантского звездного дредноута, напоминающим узкие разукрашенные фресками коридоры египетских пирамид. Изредка им навстречу попадались васудианцы из команды корабля, двигавшиеся характерной раскачивающейся походкой, по которой их можно было узнать еще издали. Приблизившись, они останавливались и аккуратно отдавали честь молодым земным пилотам. Но лица их были бесстрастны, и отвечая на приветствие, Алекс никак не мог понять, какие все-таки чувства они испытывают к своим гостям. Сам он за прошедший месяц не сошелся поближе ни с одним васудианским пилотом, как, впрочем, и никто из прибывших вместе с ним товарищей. Союзники были вежливы, гостеприимны, но не более того. Алекс мог вспомнить только одно исключение, когда две с лишним недели назад он вместе с Мак-Квириллом, совсем молодым человеком, прибывшим сюда на стажировку с земного линкора «Карфаген», вдвоем отправились бродить по кораблю союзников, «знакомиться с достопримечательностями».

Это произошло как раз после дружеской продолжительной вечеринки, где прибывшие на васудианский дредноут с разных флотов Альянса по программе обмена боевым опытом молодые земляне знакомились друг другом. В итоге они оба заблудились в бесчисленных переходах и развязках «Хатшепсут», ни дать ни взять два археолога девятнадцатого века, пропавшие в лабиринтах гробниц египетских фараонов. Самой большой их ошибкой, безусловно, было то, что, будучи слегка навеселе, они забыли в кают-компании гостевого земного блока свои персональные коммуникаторы, что, между прочим, являлось еще и прямым нарушением военного устава. Но не могли же они, заслуженные космические волки, нарушить уходящий в глубокую древность обычай пилотов, объединяющихся в новую боевую группу (они взяли себе название «Берсерки», идея Мак-Квирилла, за что его сразу зауважал Алекс), взять и не окунуть в украшенный золотыми финтифлюшками сосуд, откуда всем разливали вино, свои личные коммуникаторы. В итоге два новоявленных «берсерка» три часа плутали в недрах васудианского дредноута и уже совсем потеряли надежду выбраться к своим без позорной сдачи на милость местного населения. В конце концов Мак-Квирилл сверзился с какой-то лестницы и потерял обе свои контактные линзы, на которых была записана крайне неточная, но единственная карта васудианского корабля. Благополучно раздавив их в полутьме, он признался Маршану, что подножие этой лестницы, вероятно, станет местом их последнего упокоения, причем Алексу показалось, что Мак-Квирилл имел в виду отнюдь не свои гляделки. Почти протрезвевший Маршан взял командование на себя и предложил товарищу отныне избегать темных закоулков и держаться больше торных дорог.

Там их и выручила из беды случайно встретившаяся им на пути васудианка из команды «Хатшепсут» с кокетливо раскрашенными чешуйками на голове, знаками отличия старшего коммандера и необычным для заблудившихся пилотов именем Нифрирра. Каким-то своим женским чутьем рептилии она определила, что двое молодых землян нуждаются в ее помощи. К счастью, представительница союзников неплохо понимала основной язык людей, а ее коммуникатор давал ей возможность еще и разговаривать с нечаянными гостями. Алекс с удивлением обнаружил, что васудианцы могут быть отличными собеседниками, причем даже со своеобразным чувством юмора. Те полчаса, что она провожала их до земного жилого блока дредноута Васуды (бравые «берсерки» ухитрились забраться довольно далеко), пролетели почти незаметно. Нифрирра рассказала товарищам по дороге несколько забавных историй времен своего обучения на пилота тяжелого бомбардировщика класса «Бакха».

Совсем протрезвевший Алекс с веселым изумлением наблюдал, как высокий нескладный Мак-Квирилл с его торчащими в разные стороны растрепанными волосами просто глаз не сводит со своей собеседницы, идущей рядом. В чем-то они были даже похожи друг на друга, по крайней мере ростом точно, сам Маршан доставал им обоим, пожалуй, только до плеча. И то ли его нового товарища не баловали вниманием земные девушки, а может быть, без своих линз Мак-Квирилл не видел дальше собственного носа, но найти более галантного кавалера для васудианки в этот момент на «Хатшепсут» было бы затруднительно. Окончательно Алекса добила попытка его друга зазвать бедную Нифрирру на чашечку кофе, когда в итоге вся троица благополучно добралась до гостевого блока землян. Маршан с большим трудом затолкал Мак-Квирилла за дверь, попутно принося извинения за излишнее воодушевление своего напарника. Но васудианка заверила его, что ничуть не обиделась, и даже дала земному пилоту номер своего личного коммуникатора, «так, на всякий случай». Честный Алекс благородно сообщил номер Мак-Квириллу уже на следующее утро, но сколько он ни упрекал товарища в легкомысленном отношении к женщинам, даже васудианским, тот лишь в ужасе махал на него руками.

Чувствительный толчок в правый бок отвлек молодого человека от его мыслей.

– Маршан, ты чего задумался, смотри лучше под ноги, – услышал он слова Найры.

Алекс чуть не споткнулся на ступеньках эскалатора. Движущаяся матовая черная лестница без перил уходила на сотню метров вверх. Судя по мини-карте и знакомой обстановке, зал летных тренажеров «Хатшепсут» был уже довольно близко.

– Тебе, Найра, надо в космической пехоте служить, – Алекс потер ушибленный бок левой рукой, – брать на абордаж шиванские корабли.

– Это еще почему? – с легкой угрозой в голосе спросила девушка.

– Ты же любому шивану с одного удара башку проломишь, – сердито сказал он. – Зачем тебе эти истребители? Здесь люди интеллигентные, воспитанные.

Найра насупилась и сурово посмотрела перед собой.

– Знаю я, почему тебе этого хочется, – вдруг напряженно сказала она.

– Хочется мне? Чего?

– Отделаться от меня. Сколько ты уже писем своей Трайане настрочил?

– Господь с тобой, Найра, – изумился Алекс, – а ты-то откуда про все это знаешь? У тебя что, подружка в цензорском отделе?

– Неважно, – буркнула девушка, – твое счастье, что она не отвечает. Иначе скинула бы я тебя к ней прямо с этого эскалатора.

Маршан, посмотрев назад, оценил расстояние, которое ему пришлось бы пролететь. Оно было внушительным.

– Глупая ты, – успокаивающе сказал он, – у меня просто отпуск пропадал. Мы же заказали путевку на двоих на Лебедя Прайм, еще два месяца назад.

– Это ты чурбан, Маршан, – Найра сердито посмотрела на него, – твоя Трайана давно уже про тебя забыла. У нее новый парень из отдела контрразведки. Она лишь ждала, когда тебя переведут на другой корабль.

Неожиданное известие почему-то не произвело на него ошеломляющего впечатления. На самом деле, Алекс лишь облегченно вздохнул. О скоропалительном обещании любви навек можно было забыть, равно как и о репетиции свадебного путешествия в систему Лебедя. Прикинув приблизительно сэкономленную сумму денег, он с благодарностью посмотрел на Найру.

– Ты это точно знаешь, про нее и того парня? – вдруг подозрительно спросил он.

– Точнее некуда, – отрезала та.

Алекс еще раз вздохнул с облегчением и дал себе слово больше никогда не давать серьезных обещаний после всего лишь кратковременного знакомства. Непонятным теперь оставалось лишь слово «чурбан». Он где-то раньше его слышал, но на всякий случай решил не уточнять. Найра была родом с дальних колоний системы Икейи, а там и не такие словечки были в ходу.

Найра, посмотрев на выражение его лица, видимо, сделала какие-то свои собственные выводы.

– Завтра у Солингена день рождения, двадцать пять лет, – старательно безразличным тоном сказала она, – пойдешь к нему со мной?

– Да я же его почти не знаю, – удивился Алекс.

– Ничего страшного, – ответила девушка, – мои друзья – его друзья. Тебе там точно понравится.

Маршан замялся. На следующий день у него были свои дела. Но спорить с Найрой на эскалаторе было небезопасно. К счастью, движущаяся лестница вынесла их на очередную палубу огромного дредноута.

– Не пойму я что-то, нам теперь направо или налево? – Алекс с озабоченным видом потряс своим коммуникатором. – Найра, а у тебя мини-карта работает?

Но девушку было не так-то просто сбить со взятого следа. Искусный воин, мастер боевых искусств, она знала много разных тактик. Лиссен тяжело задышала, ее огромные серые глаза вдруг наполнились почти непритворными слезами. Бросив на нее взгляд, молодой человек почувствовал укор совести. Он не переносил женских слез.

– Ну что ты, милая, – он осторожно погладил девушку по плечу, – ну, успокойся, я с удовольствием пойду с тобой к этому, как его, Заллингену.

– Солингену, – всхлипнув, поправила его Найра, склоняя голову ему на плечо.

– Ну да, к нему самому. Да с тобой вообще куда угодно. Хоть в отпуск на Лебедя Пра… – он прикусил язык, но было уже поздно.

Слезы Найры мгновенно высохли. С криком «Я согласна!» она благодарно повисла на его шее.

* * *

В 20:30 местного галактического времени гранд-адмирал Каммил Акаста наконец приступил к обсуждению главной темы, ради которой он, собственно, и собрал совещание оперативного штаба на своем новом флагмане, звездном линкоре «Бастион». Вито Вит-торио так и не вернулся на свой корабль, и теперь здесь были другие хозяева. Акаста, низкий широкоплечий человек, на котором, казалось, едва сходился мундир со звездами главного флотоводца Альянса, стоял, уперев руки в край широкого стола, над которым светилась трехмерная карта звездных систем, все еще контролируемых силами мятежников. Сириус, Ригель и Полярная – последние оплоты Нео-Терры.

Вокруг стола стояли прибывшие на флагманский линкор вице-адмиралы Мирослав Радван и Хайди Шерер, сместившие ставленников Витторио в системах эпсилон Пегаса и альфа Центавра, граничащих с мятежными доменами. Они вдвоем прибыли по приказу своего командующего сюда, в звездный домен Веги, где в ста тысячах километров от новой столицы землян планеты Вега Квинта, на линейном корабле «Бастион» размещался центр управления всеми флотами Альянса. Отсюда, от межзвездного перекрестка Веги, расходились кратчайшие дороги ко всем трем фронтам, где велись боевые действия против мятежного самопровозглашенного государства Нео-Терра. Гранд-адмирал Акаста был полностью уверен в своих людях, прослуживших под его командованием уже много лет. Они не отвернулись от него даже тогда, когда некий Акен Бош, в отсутствие своего командира Каммила Акасты, поднял флаг восстания на Полярной и перебил васудианский гарнизон. Адмирал не любил вспоминать это время, когда его успешно стремившаяся вверх карьера флотоводца Альянса споткнулась об мятеж Нео-Терры и его звезду затмила звезда Вито Витторио. Многие тогда прочили Каммилу отставку, но он удержался, хотя и на заштатной для него должности инспектора ЛСА – Легких сил Альянса. Но теперь все изменилось, Витторио убрали, а ему самому дали возможность затянуть петлю на горле мятежных флотов и лично адмирала Боша. Акаста мрачно усмехнулся и пристукнул по столу сжатым кулаком. Лучшей кандидатуры для того, чтобы расправиться с мятежным адмиралом, правительство Альянса не смогло бы найти при любом старании. Это даже хорошо, что Третий флот упустил Акена Боша в битве за Денеб, тем сладостней будет чувство утоленной мести, сжигавшей Каммила на протяжении последних полутора лет, когда наконец эскадра под его командованием вновь вернется к солнцу Полярной.

Он поймал встревоженный взгляд Хайди, единственной женщины, добравшейся до адмиральских высот Альянса, благодаря ему, Каммилу. Строгий синий мундир ладно охватывал ее фигуру, пепельные волосы, стянутые в тугой пучок, были откинуты назад. Даже в ее возрасте, безо всякой косметики, она все еще была поразительно красива, внося своим видом в секретный совет суровых флотоводцев некоторую романтическую ноту. Пожалуй, своим женским чутьем она могла догадываться, какие чувства владеют сейчас гранд-адмиралом Акастой. Он успокаивающе кивнул ей и перевел взгляд на остальных участников своего совещания. Мирослав Радван, среднего роста, худой мужчина в адмиральской форме, с глубокими залысинами и высоким лбом, изборожденным морщинами, слегка наклонившись вперед, внимательно рассматривал сектор эпсилон Пегаса, где лучились зеленым светом значки кораблей вверенного ему шестого флота. Последний участник совещания, васудианский контр-адмирал Анххаф, оставивший в системе Денеба свой флагманский «Псамтик», сидел чуть в стороне и, казалось, равнодушно глядел немигающими глазами поверх своих союзников на сигаретный дым, слоями колыхавшийся под желтоватым светом вмонтированных в потолок светильников. Совещание шло уже сорок минут на самом секретном деке «Бастиона» с тройным уровнем защиты, поэтому в почти пустом помещении отсутствовала даже вентиляция, и некурящим вице-адмиралам приходилось мириться с непрерывно дымящим Ака-стой. Но Анххаф лишь невозмутимо покачивался в своем кресле, сделанном специально под васудианскую эргономику. Даже сидя, он казался выше стоящих вокруг него людей.

– Итак, – гранд-адмирал выпрямился и еще раз обвел взглядом всех присутствующих, – мы полностью прояснили сегодняшнюю диспозицию наших сил на трех основных фронтах. После отставки Витторио и до моего назначении Адмиралтейство постаралось равномерно распределить силы по системам Денеба, альфа Центавра и эпсилон Пегаса. Мера хорошая для обороны, но не для наступления, – он усмехнулся, – а сейчас от нас требуют именно решительной атаки. Но для такого наступления нам нужен серьезный перевес в силах.

– Но мы и сейчас обладаем приблизительно двукратным превосходством в кораблях над мятежниками, – подал голос вице-адмирал Радван, – стоит сконцентрировать наши флоты на подходящем участке фронта, и мы лишим Боша еще одной звездной системы. Правда, хотя его владения сейчас и невелики, все равно переброска сил туда-обратно может занять много времени.

Акаста с усмешкой взглянул на своего подчиненного.

– Ты несколько ошибаешься, Мирослав, – он сделал паузу, – наше преимущество гораздо большее, чем двукратное. Во-первых, ты не учитываешь, девятой группы васудианского флота под командованием вице-адмирала Корфу.

– Кстати, по какой причине его не пригласили сюда? – шевельнулся в своем кресле Анххаф. – Он гораздо знатнее меня.

Каммил посмотрел прямо в узкие зрачки васудианца.

– Это было мое решение, поступить таким образом, – без обиняков, открыто заявил он, – а вам, мерс Анххаф, я могу пояснить, что согласно моим планам роль группы вице-адмирала Корфу состоит в глухой обороне системы эльфа Центавра до определенного момента. Вы же не хотите, уважаемый мерс Анххаф, чтобы мятежники прорвались на этом направлении? Ведь тогда они выйдут на прямую дорогу к Васуде Прайм, священному сердцу вашей империи.

Васудианский адмирал замер в своем кресле. Всякое упоминание о центральном светиле цивилизации Васуды вгоняло союзников чуть ли не в некоторое подобие гипнотического транса. В первый раз столицу васудианцев чуть было не взяли земляне тридцать пять лет назад после вошедшего в учебники истории знаменитого прорыва линейных кораблей Земли у перехода Антарес – Васуда. Если бы не подоспевший вовремя принц Имхотеп с его новейшими линкорами класса «Тайфун», то вполне могло случиться, что равноправные теперь союзники стали бы подчиненной колонией Земли и история Альянса пошла бы по другому пути. Во всяком случае, мятежа Нео-Терры, направленного по сути своей против союза с Васудой, уже точно бы не случилось. Но история не терпит сослагательных наклонений, и то, что не удалось землянам, с легкостью совершили шиванские эскадры, ведомые «Люцифером». От центральной планеты, колыбели всей васудианской культуры осталось лишь обгорелое пепелище. Теперь это место стало священным мавзолеем памяти миллиардов погибших жителей планеты. Отныне каждый вступающий на трон император союзников, а их с тех времен сменилось на престоле уже двое, клянется собой, своим народом и предками, что на следующий раз свою планету они не отдадут никому. Вице-адмирал Корфу из родни императора, он слишком своенравен, чтобы использовать его где-то еще, поэтому мысль доверить ему защиту главной святыни союзников показалась Каммилу довольно удачной. Отказаться или пренебречь этой обязанностью было бы преступлением даже для самого императора Васуды. Поэтому за систему альфа Центавра командование Альянса могло быть спокойно, васудиан-цы полягут все до единого, но Бош к межзвездному переходу до Васуды Прайм не пройдет.

Поэтому Акаста сделал успокаивающий жест рукой.

– Так что главная задача адмирала Корфу проста по исполнению, но священна по своей сути, – он спохватился, опасаясь, что васудианец не поймет его жеста или неправильно его истолкует, что водилось за союзниками. – Я еще вернусь к этому вопросу, мерс Анххаф.

Васудианский контр-адмирал повернулся к нему своей чешуйчатой головой и в ответ тщательно повторил движение Акасты. Гранд-адмирал облегченно вздохнул, это означало, что союзник теперь целиком во власти своего хитроумного военачальника.

– Так, господа, а сейчас я попрошу некоторое время меня не перебивать, – Каммил со значением оглядел всех присутствующих, – все вопросы вы зададите чуть позже.

Он прочистил горло и приступил к изложению своего плана:

– Кроме озвученных уже данных о количественном преимуществе сил Альянса, я желал бы сообщить сейчас вам об еще одном серьезном козыре в нашей колоде. Как меня только что проинформировало Адмиралтейство, сильнейший корабль нашего флота готов к участию в боевых операциях.

Гранд-адмирал сделал многозначительную паузу, а затем открыл свой секрет:

– Это новейший суперлинкор «Колосс». Ранее планировалось, что он будет спущен со стапелей Антареса через полгода, но благодаря нашим усилиям и вкладу союзников корабль готов уже сейчас. Шесть километров в длину, двенадцать мощнейших лучевых орудий, двести файтеров на борту и тридцать тысяч человек команды. Вся эта сила теперь в нашем распоряжении. «Колосс» один может выдержать сражение с целой эскадрой противника и выйти из него победителем.

Присутствующие оживились, переглядываясь.

– И где же он сейчас? – все-таки не удержалась от вопроса Хайди.

– В ближайшие два-три дня мы ждем его здесь на Веге. Далее он отправится согласно моему плану для поддержки наступательной операции, – гранд-адмирал выдержал еще одну паузу, – нашего прорыва на узле межзвездного перехода Денеб – Сириус.

Он снова внимательно обвел всех взглядом. Радван и Шерер настороженно ждали продолжения. Контр-адмирал Анххаф не отрывал от Каммила бесстрастного взора.

– Это жесткая установка Адмиралтейства, – наконец продолжил Акаста, – в течение четырех ближайших суток мы должны сосредоточить в системе Денеба значительные силы. Место отправленной на ремонт «России» займет флагман первого флота линкор «Мессана» под твоим, Хайди, командованием. Группа крейсеров останется в прежнем составе, шесть тяжелых, из них два типа «Деймос» и пять легких «Фенрисов».

Хайди Шерер медленно кивнула, наблюдая, как на трехмерной карте значок ее флагманской «Мессаны» стал постепенно перемещаться в систему Денеба.

– Кроме этого, здесь нашу группу усилит линейный корабль «Картидж» класса «Орион» из десятого флота, несущий восемьдесят штурмовых файтеров на борту и васудианский тяжелый крейсер нового поколения «Дахор» в качестве прикрытия. Они двигаются из системы дельта Змееносца и ожидаются здесь на Веге через трое галактических суток.

Участники совета удивленно замерли, самые боеспособные силы Альянса сводились в один мощный кулак, оставляя все остальные звездные системы людей и их союзников без защиты. Подобного не случалось со времен Великой Войны. Акаста прокашлялся и зажег новую сигарету. Пальцы его чуть подрагивали от волнения, когда он протянул руку к карте.

– Как только все наши силы соберутся вместе в системе Денеба, мы обрушим этот железный кулак на Сириус. Ничто и никто не сможет выдержать такого удара. Я отвоюю систему Сириуса за одни сутки. Более того, такое превосходство в силах позволит нам заблокировать уцелевшие силы Нео-Терры в этой системе одним только «Колоссом», если понадобится, не дожидаясь их полного разгрома, и сразу же прорваться остальными кораблями в следующий оплот мятежников. На Ригель! – на его лице появилась торжествующая улыбка, больше похожая на оскал.

Вице-адмирал Радван задумчиво почесал свой лоб. Со стороны могло показаться, что он не разделяет подобного победного настроя своего командующего. Он осторожно прокашлялся.

– Звучит, конечно, впечатляюще, но не заставишь ли ты такими мощными ударами вылететь весь уцелевший флот Боша, как бутылочную пробку из системы Полярной, прямо на мои позиции на эпсилон Пегаса? – осмелился возразить он. – Ведь ему тогда будет просто некуда больше идти под таким давлением. Смогу ли я его удержать только силами моего шестого флота?

Каммил слегка презрительно усмехнулся и резким движением затушил сигарету.

– Не сгущай краски, Мирослав. Во-первых, не флот Боша, а остатки флота Боша. Деморализованные своим поражением остатки. Во-вторых, ты получишь часть кораблей Хайди, естественно, кроме ее «Мессаны». Это существенная сила, в их числе новые крейсера класса «Аэолус» и несколько эскадрилий файтеров поддержки. Им потребуется всего двое суток, чтобы прибыть на эпсилон Пегаса. И наконец, в-третьих, Альянс предоставил нам восемь стационарных лучевых батарей новейшего типа «Молния». Основа их те же новые тяжелые лучевые орудия, что стоят на «Колоссе». Только представь себе их мощь! Ты разместишь их возле межзвездного перехода с Полярной. Это будет приятным сюрпризом для мятежников при их попытке прорваться на эпсилон Пегаса. Правда, – признал он, – эти лучевые батареи тоже еще в пути, их должны были отправить на грузовых «Тритонах» из системы Рибоса. Транспортам потребуется дней пять на дорогу. Но, – спохватился гранд-адмирал, – я не думаю, что остатки мятежного флота появятся перед твоими позициями раньше этого срока. Я уверен, мы успеем их смонтировать.

Радван недоверчиво посмотрел на своего военачальника.

– Ну, если все пройдет без сбоев, – с сомнением согласился он, – я имею в виду передвижение всех наших сил. Придется ведь еще задействовать неимоверное количество транспортных конвоев, для своевременного снабжения наступающих флотов всем необходимым. А я не очень-то привык доверять нашим сервисным службам.

Командующий беспечно махнул рукой:

– Не велика беда, справятся. Наши главные козыри – быстрота действий и сила удара. Эти мятежники не привыкли ни к одному, ни к другому. За неделю мы закончим войну, – он посмотрел на молчащих адмиралов и повторил уже жестче, – за одну неделю. Но эта неделя потребует от вас полной самоотдачи.

Вице-адмирал Мирослав Радван выпрямился над картой.

– Мы все здесь готовы умереть за Альянс, – отбросив свои сомнения, он поддержал гранд-адмирала. – Ты наш командующий, и мы беспрекословно выполним все твои приказы. Если понадобится, мой флот будет стоять на своих рубежах до последнего корабля!

– Я знаю это, Мирослав, – гранд-адмирал Акаста признательно кивнул подбородком, – именно поэтому вы сейчас здесь со мной.

Он немного помолчал, будто собираясь с мыслями, а затем резко продолжил:

– Итак, завершающая фаза нашей операции после вторжения на Ригель – это захват Полярной, последнего оплота Нео-Терры. Может случиться так, что после успешных прорывов через межзвездные переходы Сириуса и Ригеля в нашем тылу останутся значительные силы мятежников, избегающих крупных боев. Планомерная зачистка каждой системы потребует длительного времени, что может позволить Бошу перегруппировать свои флоты для нанесения ответных ударов. Просто так оставлять очаги сопротивления в тылу также недопустимо, они перережут пути, по которым за нашей ударной группировкой следуют транспортные конвои, и, более того, смогут наносить нам в спину отвлекающие удары.

В подтверждение слов гранд-адмирала красные значки вражеских кораблей начали бесчинствовать на голографической карте в секторах Сириуса и Ригеля, которые только-только было сменили свой цвет на зеленый после появления там наступающего флота Альянса. Особенно было заметно, как доставалось тонким ниточкам транспортных конвоев, тащивших на себе стратегические грузы и энергоблоки для поддержки наступления. Некоторые самые дерзкие красные фигурки выскакивали даже за переход Сириус – Денеб и творили свои черные дела прямо во владениях Альянса, лишенных теперь защиты.

Подождав для пущего эффекта несколько секунд, гранд-адмирал одним движением руки стер эту неприглядную картину.

– Единственный разумный выход – это оставлять в каждой захваченной системе значительные силы для наведения и поддержания порядка, – продолжил командующий. – Но это ослабит наступающую ударную группировку и приведет к тому, что систему Полярной будет нечем штурмовать. Если мы, к примеру, оставим на Сириусе линкоры «Мессана» и «Картидж», на Ригеле союзнический «Псамтик» и «Бастион», а все эти корабли требует значительных сил прикрытия, то для штурма Полярной останется один «Колосс».

– Да, тяжеловато ему тогда придется, – подумав, подтвердил Радван, – учитывая и то, что он ранее в боях не участвовал. Теоретически, конечно, эта штука мощная, но практически я не стал бы отпускать гулять его одного.

Акаста чуть иронически усмехнулся.

– А мы и не будем этого делать. Мы воспользуемся мощью наших союзников. На Сириусе мы все-таки оставим корпус для прикрытия наших конвоев. Но как только мы вступим на Ригель, то… – он многозначительно поднял вверх указательный палец, – этим мы сразу же снимем опасность удара флота Нео-Терры через эфирный мост Ригеля по системе альфа Центавра. Таким образом, девятая группа вице-адмирала Корфу сможет беспрепятственно пройти по этому межзвездному переходу к Ригелю и надежно прикрыть наш тыл в этом секторе. Что позволит нам сразу же двинуться на штурм Полярной, почти не ослабляя своих сил, – гранд-адмирал бросил взгляд на карту, где согласно его плану мятежники уже беспомощно метались между молотом земного и наковальней васудианского флотов.

Он выжидающе посмотрел на участников своего военного совета. Но каких-либо возражений не последовало. План наступления, несмотря на всю его поспешность, безусловно, не был мыльным пузырем. При такой концентрации сил можно было почти не сомневаться в успехе. Правда, Каммила немного беспокоили сведения о некоем секретном проекте Боша с новым оружием, да и вице-адмирал Корфу мог наломать немало дров со своей девятой группой. Что ж, тем оправданнее будет поспешность в штурме звездных систем Нео-Терры, пока лидер сепаратистов действительно не отладил и не применил свои секретные технологии. Но вряд ли за одну неделю Бош сможет продвинуться в этом направлении слишком далеко.

С Корфу было несколько сложнее. Каммил специально не отправил приглашение своенравному васудианцу прибыть к запланированному военному совету на «Бастион». Если контр-адмирал Анххаф был в прямом подчинении у Акасты, и поэтому с ним не ожидалось особых проблем, то Корфу мог и не согласиться с планом наступления или выдвинуть собственный, либо мог потребовать участия своей девятой группы в штурме звездных систем Ригеля и Полярной.

Гранд-адмиралу припомнилась старая земная поговорка: «Избавь меня боже от друзей, а от врагов я как-нибудь уж сам избавлюсь». Затаивший обиду васудианец, в принципе, мог и проигнорировать предложение землян прикрыть их тылы на Ригеле и упереться своим шипованным лбом только в защиту домена Васуды. Но это было бы наименьшим злом по сравнению с тем, чтобы иметь под боком при наступлении неуправляемого союзника. Самое главное для Каммила – это дойти до Полярной. Как только орудийные башни «Колосса» возьмут в прицел «Айсини» у последнего оплота Нео-Терры, войну можно будет считать законченной. Оставленные в тылу Ригеля мятежники вряд ли тогда захотят продолжить сопротивление.

– Ну, если особых возражений нет, – удовлетворенно потер руки новый командующий флотами Альянса, – то тогда предлагаю приступить к обсуждению второстепенных деталей предстоящей операции.

Он зажег очередную сигарету и сделал несколько неторопливых затяжек, пытаясь слегка расслабиться. Хайди и Мирослав к этому времени уже заспорили, сколько кораблей из состава первого флота перейдет в распоряжение шестого. Хозяйственная и рачительная Шерер жадничала и каждый свой крейсер отдавала с боем. Васудианец Анххаф, шелестя одеянием, все-таки поднялся со своего кресла и, угрожающе нависнув над Каммилом, пытался прояснить диспозицию своей боевой группы при будущем наступлении. Он, дескать, надеется, что им не будут снова затыкать межзвездные переходы как в прошлый раз, а пригласят, наконец, сражаться бок о бок с землянами на самом острие атаки.

А на трехмерной карте будущих полей сражений Сириуса, Ригеля и Полярной снова и снова, пока еще бескровно, теснили друг друга зеленые и красные фигурки кораблей Альянса и мятежной Нео-Терры, как будто проводя репетицию перед предстоящими жестокими и реальными космическими сражениями.

* * *

Найра что-то сонно пробормотала. Алекс попытался слегка отодвинуться, стараясь не разбудить девушку, но та во сне цепко выбросила свою правую руку и перекатилась на него, упершись ему в бок маленькой тугой грудью. Он осторожно скосил глаза вниз. Легкое покрывало, конечно же, слетело на пол, и теперь их обоих укрывали только длинные иссиня-черные волосы девушки, разметавшиеся во все стороны. Молодой человек и вообразить не мог такой их длины еще пару часов назад, до того момента, когда Найра, забравшись на него, не распустила свою прическу, и копна ее волос, пахнущая свежестью, не накрыла его с головой. Он старательно перебрал свои недавние воспоминания. Найра шла к сладостному итогу так же упорно и целеустремленно, как к финалу своего недавнего чемпионата. Для Алекса это было довольно необычно и в целом забавно. Улыбнувшись, он перевел взгляд на огромный экран телевидео перед их ложем, где почти без звука шла старая космическая опера про четверку отважных молодых пилотов, совершающих подвиги по всей Галактике.

Постепенно его мысли приняли другое направление. Он вздохнул. К сожалению, искусство и жизнь по-прежнему были далеки друг от друга. Его настоящая, а не выдуманная знаменитым сценаристом четверка, сделав всего два боевых вылета и даже не успев толком сдружиться и стать единой командой, оказалась вдруг в один момент разбросана по трем звездным системам. Стефан Томальски был откомандирован в шестой флот на эпсилон Пегаса. Наталья и Илья по приказу свыше отправились вместе с «Россией» в систему Капеллы, где потрепанный после битвы за Денеб линкор должен был проходить восстановительный ремонт. А Маршан даже не успел попрощаться со своими товарищами. Он в это время сидел под следствием в тюремном блоке линкора «Бастион». При этих воспоминаниях он поежился, вновь представив себе почти пустую пластикатовую клетку с тусклой синей лампочкой под потолком. И почему-то все время там чувствовался собачий холод. Экономили они на отоплении, что ли?

Молодой человек прижался поближе к горячему боку Найры, стараясь прогнать из памяти неприятные воспоминания. Он с трудом мог представить себе тогда, что его может ожидать судьба вдруг оказаться за решеткой. Он и Илья, конечно, могли предполагать выговор или чего-нибудь в этом роде после возвращения из того неудачного вылета, когда их группе, несмотря на жесткий приказ лично адмирала Гранина, не удалось задержать мятежную «Айсини» до подхода тяжелых торпедоносцев Бланкара. Чертов фрегат как-то просочился и сквозь эшелонированный заслон у межзвездного перехода до Сириуса, наведя попутно, как потом рассказывали, шороху на васудианские эскадрильи, прикрывавшие портал. А самого Алекса арестовали через полчаса после возвращения, когда он подходил вместе с Ильей к командному пункту своей родной пятьдесят третьей эскадрильи, чтобы доложиться комэску Юрковскому о завершении второго самостоятельного боевого вылета. Но зайти внутрь они уже не успели, прямо около двери их встретили двое суровых офицеров из службы внутренней безопасности.

«Илья Нестеров? Пройдемте с нами, пилот, дело государственной важности». Нестеров не мог не подчиниться приказу старшего по званию, но Алекс вдруг заартачился и вступился за своего друга. Теперь он и сам не мог толком вспомнить, что его толкнуло на этот поступок, то ли ледяное высокомерие офицеров, смотревших на него как на докучливую мошку, то ли безнадежное выражение, появившееся на лице Ильи. Словесная перепалка чуть было не переросла в настоящую потасовку, но, к счастью для Маршана, существенный физический вред противнику он причинить не успел. К безопасникам мгновенно подоспела подмога (они-то были опытны в таких делах и не выходили на задание без поддержки), и Алекса тут же арестовали вместе с его другом.

Но как ни старались подручные Мартанова посильнее раздуть дело об измене Альянсу и привлечь по нему как можно большее число людей из команды «России», доказать виновность Нестерова им все равно было проблематично. Запись всего вылета, показания пилотов из его группы (не только его звено, но и даже Аберт стояли за него насмерть) ясно свидетельствовали об отсутствии злого умысла. Может быть, свою роль сыграла и генеалогия молодого человека, негоже было сыну героя Великой Войны попадать в изменники. Поэтому Илью отпустили через два дня перекрестных допросов, сняв в итоге с него все подозрения в саботаже.

Алекса же продержали под замком одни сутки, всего лишь раз допросив по делу Нестерова, а потом сразу перевели на флотскую гаупвахту. Ему дали две недели отсидки за неповиновение старшему по званию, но, к счастью, этим все и ограничилось. Правда, сам пилот считал, что он еще легко отделался, про внутреннюю службу безопасности среди его знакомых ходили довольно мрачные слухи.

Выйдя, в конце концов, на свободу, он с удивлением узнал новости за те прошедшие дни, что он провел в почти полной изоляции. Витторио и еще много народу было арестовано. «Россия» отправлена в систему Капеллы, якобы для исправления повреждений, полученных линкором в битве за Денеб. У флотов Альянса теперь появился новый главнокомандующий. Больше всего пилота расстроил, конечно, уход его родной «России», вместе с которой его покинули боевые товарищи, всегда серьезный командир Илья Нестеров и стройная светловолосая Наталья Синарин. Чуть позже он выяснил, что последнего участника их боевого братства, Стефана Томальски, по непонятной причине перевели из пятьдесят третьей эскадрильи куда-то в далекую систему эпсилон Пегаса, как будто расквартированный там шестой флот не мог обойтись без этого молодого неопытного пилота.

Алекс еще не успел толком прийти в себя от таких известий, как его самого вызвали в так называемое «туристическое бюро», специальный отдел на «Бастионе», офицеры которого распределяли безлошадных пилотов по новым эскадрильям. Там он совершенно неожиданно для себя получил новое назначение на дредноут «Хатшепсут», флагман девятой группы васудианского флота, располагавшийся в домене Васуды, сакральном центре расы союзников. Это теперь называлось, как ему сообщили дежурные офицеры, «обмен боевым опытом». Лидеры Альянса с обеих сторон хорошо видели трещину, разрушавшую единство людей и васудианцев (и которую старательно углублял своим мятежом Акен Бош), и пытались засыпать ее обоюдным гостеприимством. Заметного эффекта это не давало, но и вреда, с другой стороны, тоже не приносило, во всяком случае, союзники привыкали воевать вместе и подчиняться приказам друг друга в совместных боевых операциях. Правда, молодой пилот так и не понял, почему именно его решили удостоить такой чести, но уже через несколько часов он оказался на борту пассажирского транспортника класса «Арго», следующего в расположение девятой группы васудианского флота. А еще через трое галактических суток он увидел небольшой желтый карлик альфа Центавра и уже знакомый ему силуэт дредноута Васуды, сопровождаемый эскортом из десятка меньших кораблей, выдвинувшихся в эту звездную систему. «Хатшепсут» была головным кораблем из новейшей серии линкоров союзников. «Псамтик», спущенный со стапелей Проциона два года назад, был ее младшим и пока единственным братом-близнецом. Земляне в этом плане несколько отставали от союзников, «Россия» сейчас была единственным линкором аналогичного типа, долженствующим в дальнейшем сменить устаревающие земные «Орионы». Но это было делом будущего, пока же Альянс бросал все свои резервы на достройку «Колосса».

Негромко прозвенел его личный коммуникатор, лежавший на столике рядом с кроватью. Алекс досадливо нахмурился, но пересилив себя, дисциплинированно протянул к нему руку. Через секунду перед ним возникло изображение звонящего, это был Мак-Квирилл, озабоченно крутивший лохматой головой.

– Эй, Ал, ты где? Включи изображение, – услышал он слегка растерянный голос товарища.

Найра беспокойно вздрогнула, Маршан, чертыхнувшись про себя, убавил звук.

– Не ори, дружище, – произнес он шепотом, – я не один. Что у тебя стряслось?

– А с кем ты? – его товарищ был непосредственен как ребенок.

Алекс вздохнул, но затем на его лице на мгновение появилась хитроумная улыбка.

– Конечно, с бедной Нифриррой. Ты же, негодяй, бросил девушку. Она из-за этого почти потеряла веру в благородство землян.

Мак-Квирилл открыл рот и выпучил глаза.

– Э-э… – в замешательстве протянул он, – ты… вы это там серьезно?

– Так ты, значит, забыл, что она оставила для тебя номер своего персонального коммуникатора, – сурово спросил Алекс, – забыл, да?

Пилот в замешательстве облизнул губы и вдруг покраснел.

– Я не думал, что Нифрирра так это воспримет, – пробормотал он, – мне в тот раз было очень интересно с ней общаться. Видишь ли, я немного выпил и чувствовал себя потом перед ней неудобно.

Маршан с трудом удерживался от смеха. Это был подходящий случай показать товарищу его моральный облик.

– А как на следующий день ты открещивался от этого номера, ты помнишь? – по возможности еще суровее и громче спросил Алекс, забыв, что он не один в постели. – И мне, чтобы не уронить честь нашей группы «Берсерки», пришлось утешать бедную девушку!

Щеки Мак-Квирилла стали цвета сверхновой перед взрывом, он растерянно смотрел прямо перед собой. Алекс только хотел продолжить свою обличительную речь, как вдруг почувствовал, что чьи-то маленькие, но очень сильные пальчики нащупали его самое уязвимое место.

– Так кто такая эта Нифрирра? – услышал он, замерев, тихий, но не сулящий ему ничего хорошего голос.

– Ой, дорогая, ты уже не спишь? А мы здесь что-то заболтались. Ой! Ой! ОЙ!!

Мак-Квирилл с ужасом смотрел на свой коммуникатор. В каюте его товарища определенно происходило нечто страшное. Он услышал звуки какой-то непонятной возни, затем нескольких глухих ударов, перемежаемых странным, похожим на змеиное шипением и угасающими вскриками его товарища. Тот восклицал что-то вроде «не надо, я больше не буду». Потом вдруг все прекратилось, и коммуникатор, блеснув красным огоньком, просигнализировал о разрыве связи. Стало совершенно очевидно, что бедный Маршан пал жертвой васудианских сексуальных обычаев, явно не имеющих ничего общего с земными. Мак-Квириллу неожиданно ясно представилось зрелище большой черной паучихи, жадно пожирающей миниатюрного самца. Он поежился. Стоп! Они же все-таки ближе к земным рептилиям, а не к насекомым. Он судорожно попытался вспомнить что-нибудь, связанное с брачными обычаями пресмыкающихся, но в голову ему почему-то лезла только одна картина, как самка крокодила откладывает в раскаленный песок свои яйца. Мак-Квириллу вдруг показалось, что это каким-то странным образом связано с криками его друга. Он в замешательстве огляделся. Необходимо было срочно спасать Алекса, подставившего себя под удар вместо осрамившегося товарища. Но каким образом? Поднять тревогу в жилом модуле землян или сначала попытаться самому отыскать боевого друга? Подумав, он еще раз осторожно нажал на «вызов» своего коммуникатора, на тот случай, если Маршан все-таки справился с ситуацией сам. Браслет послушно замигал зеленым светом, сигнализируя об установлении связи, но вместо чешуйчатой головы Нифрирры с окровавленными клыками он вдруг увидел сердитое лицо Найры Лиссен. Пилот ошеломленно выпучил глаза.

– Найра, это ты, – еле выговорил он, – а что с Алом? Он в порядке?

– Более чем, – отрезала девушка, посмотрев куда-то вниз, – мало вам нас, нормальных девчонок, так вы еще за ящерицами бегаете! – она сурово сдвинула свои черные брови.

Мак-Квириллу не понадобилось много времени, чтобы понять розыгрыш со стороны Алекса. Он обиженно насупился.

– Занимаетесь там всякой ерундой, – в сердцах сказал пилот, – а я чуть не забыл, зачем его вызывал, – сжав губы, он с неудовольствием посмотрел на лицо девушки и появившуюся рядом взлохмаченную голову Алекса, – совершенно глупая и идиотская выходка с твоей стороны, Маршан.

В ответ Алекс только безмолвно вознес глаза к небу, вернее к потолку жилого модуля. Похоже, по какой-то причине ему было трудно говорить. Мак-Квирилл немного смягчился, было очевидно, что его товарищ уже понес наказание за свой некрасивый поступок.

– Ты, Ал, конечно, этого не заслуживаешь, – уже спокойнее сказал он, – но так уж и быть, пользуйся моей добротой. И ты, Найра, тоже. Включите у себя на экране обзорную панораму с внешних камер «Хатшепсут», иначе можете пропустить редкое зрелище… – Мак-Квирилл в последний раз с упреком посмотрел на Маршана и отключился.

Несмотря на свой взрывной характер, Найра все-таки была отходчивой девушкой. Она аккуратно положила Алекса снова на постель, устроила поудобнее и оказала необходимую ему первую медицинскую помощь.

– Ну, прости, милый, – виновато произнесла она, сев рядом и поглаживая его по голове, – я погорячилась. Ты же не сказал мне, что эта Нифрирра васудианка.

– Я не успел, – еле слышно прошептал молодой человек, осторожно притрагиваясь к своим травмированным местам, – так что там хотел сообщить Мак-Квирилл?

– Не сообщить, а показать, – поправила его Лиссен, переключая экран телевидео на обзор с внешних камер дредноута. – Может, кто-то прибыл к нам в гости?

Она стала щелкать панорамами.

– Не понимаю, с этой стороны нет ничего, за кормой пустой космос, ну а здесь… – она вдруг ошеломленно наклонилась вперед, – Христос и вифлеемская сверхновая, что это?!

Алекс, забыв о своих ранах, тоже широко раскрыл глаза. То, что он увидел, сначала показалось ему сном. Рядом с васудианским дредноутом неподвижно замер большой корабль. Он казался гигантским, в несколько раз большим, чем сама огромная «Хат-шепсут». Маршан попытался прикинуть его размер и удивленно присвистнул. Шесть-семь километров в длину, не меньше!

– Господи, да как же эта штука помещается в космосе? – снова обратилась к высшим силам Найра, растерянно глядя то на экран, то на Алекса. – И откуда она здесь?

– Погоди, – молодой человек уже пришел в себя, – это же явно военный корабль Альянса. Наш корабль. Посмотри на его корпус, там стоят земные зенитные турели и лучевые башни. А вот внешний вид, – он замялся, подбирая слова, – мне кажется, больше васудианский, чем наш, ты присмотрись.

Девушка недоверчиво покачала головой:

– Думаешь, это наш новый линкор?

– Линкор. Да я бы сказал, что это суперлинкор! – он переместился на край кровати, поближе к экрану. – Ты посмотри какой красавец, на нем орудий просто не сосчитать. Это, наверное, линейный корабль нового поколения, нам про такие даже и не рассказывали.

– А по какому случаю тогда он здесь появился? – озадачилась вопросом практичная Найра, прерывая его восторги.

Пилот почесал голову и стал оглядываться по сторонам в поисках разбросанной по всей каюте одежды.

– Трудно сказать, – ответил он, застегивая у себя на правом запястье коммуникатор, – во всяком случае, на комме у меня ничего нет. Никаких сообщений по поводу прибытия шестикилометрового чудища. Посмотри, может, на твоем коммуникаторе что-нибудь есть.

Перехватив свои волосы в пучок и удерживая их одной рукой, Найра торопливо потянулась к своему браслету.

– И у меня нет ничего, – через несколько секунд обескураженно сказала она.

– Это неудивительно, – раздался голос ее партнера уже из-под кровати, – режим этой долбаной секретности. Никогда ничего никому вовремя не сообщают. Черт, где же все-таки мой второй носок?

– Может, тогда наберешь Мак-Квирилла, вдруг он что-нибудь знает?

Алекс появился на свет с торжествующим видом.

– Слава богу, нашел, – он помахал в воздухе своей добычей. – Мак-Квириллу? – он пожал плечами. – Нет, это не лучшая идея. Во-первых, мне кажется, что он пока не в настроении, а во-вторых, он такой же младший офицер, как и мы с тобой. Ну откуда ему знать больше нас?

Тут молодой человек вдруг выпрямился и приложил палец к губам.

– Погоди-ка, а я ведь знаю того, кто может рассказать нам побольше, – он таинственно посмотрел на девушку.

– Ну, Алекс, не томи, говори… – подпрыгнула на постели та.

Он задумчиво посмотрел на ее идеальной формы грудь, довершавшую соблазнительные колебания.

– Не могла бы ты, пока я звоню этому чело… гуманоиду, сделать так еще разок? Что-то мне подсказывает, наша беззаботная жизнь в гостях у союзников очень скоро закончится, – вдруг пророчески погрустнел он, набирая код вызова.

Коммуникатор замигал зеленым, соединяя его с другим абонентом.

– Доброй дороги, мерс Алекс, – раздался спокойный женский голос автопереводчика.

– Доброй дороги, марси Нифрирра, – он посмотрел в лицо васудианке. В лицо, не выражающее никаких понятных для землянина эмоций.

– Что я могу для вас сделать? Вы снова заблудились в переходах нашего корабля?

На секунду пилоту померещилось, что по тонким губам Нифрирры скользнула тень улыбки, ведь она, это было очевидно, шутила. Но это, конечно же, оказалось иллюзией, васудианка просто чуть наклонила вперед голову, вглядываясь в собеседника немигающими глазами рептилии.

– Я хорошо помню ту встречу и очень благодарен вам за оказанную помощь, – дипломатично ответил Маршан, – но сейчас я снова вынужден прибегнуть к ней. Появился большой корабль, и мы сейчас теряемся в догадках о цели его прибытия. Наше командование пока молчит. Может быть, вам известно об этом больше нашего?

– Секрета здесь нет, – помолчав, ответила Нифрирра, – это новый линейный корабль Альянса. Он называется «Колосс» и является сейчас самым мощным нашим линкором. На нем находится около двадцати тысяч людей и десяти тысяч нас, васудианцев. Насколько мне известно, это первый капитальный корабль совместной постройки наших рас.

Расчет Алекса оказался верным. Это земляне опутывали завесой секретности все, что возможно. Простые пилоты практически никогда не знали намерений и планов своего командования. Чуть больше информации имели командиры эскадрилий. Капитаны боевых кораблей знали, куда проложен их курс, но с какой целью их туда направляют, они, как правило, даже не догадывались. Под одну частую гребенку сводились и данные, запускаемые Адмиралтейством в средства массовой информации. Поражения Альянса превращались в спланированные отступления, победы раздувались в грандиозные виктории, словом все, как и сотни лет назад во времена внутрипланетных войн.

Открытость у васудианцев была полной противоположностью. Там команды кораблей получали, как правило, объективную и полную информацию. Да и зачем было бояться предательства и снижения боевого духа, если они все как один в любой момент были готовы пролить кровь за своего императора. Пилоты легких сил, считавшиеся элитной кастой, вообще предпочитали погибнуть в бою, чем отступить без приказа. Больше всего воины Васуды боялись навлечь на себя позор, и только смерть в этом случае могла считаться достаточным искуплением их вины.

Но Нифрирра еще не закончила.

– Я не знаю, почему вы еще не извещены, – ровным голосом автопереводчика продолжила она, – но мы получили с «Колосса» плохие вести. Ваш шестой флот на эпсилон Пегаса был атакован превосходящими силами Нео-Терры и понес большие потери. Сейчас там идут тяжелые бои…

Алекс и Найра вытаращили глаза.

– Силам Альянса приходится отступать. «Колосс» отправляется на помощь, но у него не хватает на борту легких файтеров. Я думаю, он заберет несколько эскадрилий с «Хатшепсут», вашу почти наверняка. Я желала бы иметь для вас более приятные известия.

Земные пилоты ошарашенно посмотрели друг на друга. Меньше всего они ожидали подобных новостей.

– Вот это да, – еле выдавил из себя молодой человек, – называется, приехали. Я уж думал, наоборот, война вот-вот закончится, а оказывается все по новой понеслось, – он перевел взгляд на васудианку. – Спасибо, марси Нифрирра, но нам надо немного времени, чтобы все это переварить.

– Была рада помочь, – ответила та и, вежливо попрощавшись, отключилась.

Алекс погладил загрустившую Найру по плечу.

– Ну ладно, не расстраивайся, подруга, война войной, а любовь любовью, – он приобнял девушку за плечи, – с такой-то бандурой размером на полкосмоса мы живо загоним Боша обратно на Полярную. А со мной не пропадешь, я точно тебе говорю, ведь стоило мне попасть на Денеб, как наш адмирал Гранин сразу же выиграл там сражение.

Лиссен в ответ слабо улыбнулась и поцеловала его в щеку.

Синхронно замигали коммуникаторы обоих молодых пилотов.

– Так я и думал, срочный вызов всех пилотов на командный пункт, – резюмировал Маршан, посмотрев на свой браслет, – похоже, нашему шестому флоту действительно досталось по полной программе.

Они вскочили с постели и бросились торопливо одеваться. Неожиданно Алекс хлопнул себя по лбу ладонью и снова сел обратно на кровать.

– Прости меня, Господи, – ошеломленно пробормотал он, глядя прямо перед собой, – как я мог забыть, ведь наш Томальски сейчас как раз там, на эпсилон Пегаса, в этой мясорубке! Бедный парень, ему всегда не везло.

Глава 2

– Группа Каппа! Эркелен! Вы находитесь в слишком опасной близости от перевозчика. Ну вот что я говорил! Никого не задело?

Илья немного прищурился, глядя, как шиванский корабль, перевозчик класса «Азраил», дрейфовавший в двух астрометрах от его истребителя, вдруг исчез в яркой вспышке. На мгновение на приборную панель его истребителя «Геркулес» легли резкие тени. Было хорошо видно, как от взрыва запоздало метнулись в сторону файтеры из звена неосторожного Эркелена Сантино. Шиванский перевозчик совершил самоподрыв.

Пилот слегка усмехнулся и снял руки со штурвала. Как, оказывается, можно легко и быстро ко всему привыкнуть. Еще двое суток назад он и поверить не мог суровым словам вице-адмирала Гранина по общекорабельной трансляции. Да что говорить про него, вся команда «России» обалдела, когда, резко прервав свой ремонт в доках Капеллы, линкор устремился к узлу перехода в систему гамма Дракона. На корабле пробили боевую тревогу, но так ничего и не объяснили до тех пор, пока сам Гранин не выступил с обращением к экипажу корабля всего лишь за двадцать минут до дальнего прыжка. Шиванские корабли в системе гамма Дракона! И первые потери – погибший красавец «Виджилант». Несмотря на это, Илью тогда охватило состояние радостного возбуждения. Мечта его жизни исполнилась, Шива сам шел к нему в руки. Пилот лишь жалел, что с ним не было его верного друга, Алекса Маршана.

– Взрывались бы они сразу, до атаки, – раздался недовольный голос Эркелена, – сейчас-то зачем?

– Скажи лучше спасибо, что защитное поле у вас хорошее. Или все-таки поймали дозу? – спросил с «России» офицер корректировщик.

– Немного, совсем чуть-чуть, – беспечно сказал ведущий группы.

– Наивный ты парень, – сообщили с линкора, – поучи историю, за всю Великую Войну мы смогли высадиться на шиванский корабль всего лишь раз. И это все равно плохо закончилось. Помнишь тот захват транспорта, про который еще фильм сняли? И вот ты туда же собрался?

В памяти Нестерова сразу всплыли кадры хроники двадцатидвухлетней давности. Первая попытка высадки космического десанта на полуразбитый шиванский корабль, захваченный при атаке транспортного конвоя. Это был слабо бронированный перевозчик класса «Асмодеус», получивший при атаке повреждения маршевых двигателей. Входных шлюзов десантники найти не смогли и проникли внутрь через одну из многочисленных пробоин, испещривших шиванский корабль. Земляне вели передачу с камер, укрепленных на своих бронескафандрах. Из этих записей в итоге и был смонтирован десятиминутный фильм, ставший достоянием широкой общественности. По какой-то причине командование Альянса решило не делать из этого секрета. Может быть, в то время союзникам действительно было не до сохранения государственных тайн, шло непрерывное отступление под натиском Шивы, в оставляемых системах царили хаос и паника. Как сейчас, Илья видел перед собой покореженные переходы «Асмодеуса» с обилием красного цвета и пузырчатыми поверхностями, казавшимися частью гигантского живого существа, слышал тяжелое, взволнованное дыхание людей и их короткие переговоры. Довольно быстро солдаты достигли центральной части корабля, огромной полусферы, не встретив по пути ни одного из его обитателей.

Дальше дороги не было. Разойдясь по помещению, десантники на какое-то время ослабили бдительность, и тогда трое оставшихся в живых шиван бросились в атаку на незваных гостей. Скорее всего, они следили за людьми с момента их высадки на корабль, неслышно, как тени, сопровождая их по параллельным переходам. Камера одного из солдат случайно зафиксировала момент, как участок глухой на вид стены разошелся, будто живая ткань под скальпелем хирурга, открывая дорогу чужакам. С этого мгновения плавное течение записи сменилось хаотичной нарезкой кадров завязавшегося рукопашного боя. Захваченные врасплох земляне, тем не менее, успели открыть отчаянный огонь из штурмовых винтовок по чужакам, гротескным пятилапым созданиям, похожим на бронированных роботов, с одинаковой легкостью перемещавшихся по полу, стенам и потолку. Они не были вооружены оружием, бьющим на расстоянии, но каждая из их конечностей заканчивалась челюстями, походившими на мощные кусачки, легко вспарывавшие бронированные скафандры солдат. Десантники успели расстрелять только одного из шиван, когда на них обрушились двое оставшихся врагов. От мощных ударов людей отбрасывало к стенам, из разорванных скафандров брызгало кровью. Выстрелы из штурмовых винтовок становились реже, космические пехотинцы боялись попасть в своих товарищей. Но через несколько секунд под пулями лопнул панцирь и второго чужака. Правда, к этому моменту из восьми землян целым и невредимым оставался только один солдат, совсем молодая девушка-медик, замыкавшая цепочку десантников и простоявшая весь бой в оцепенении у самого входа в центральный отсек корабля. Она сжимала непослушными руками винтовку, не в силах сделать ни единого выстрела, и только завороженно смотрела на медленно приближающегося к ней шиванского монстра. Тот почему-то тоже медлил. Может быть, причиной тому были строчки пулевых отверстий, наискосок рассекавшие головогрудь чужака. Наконец он замер на месте, и в его многогранных фасеточных глазах тысячей картинок раздробилось изображение землянки, из последних сил судорожно сжимавшей свое оружие. А затем вдруг случилось что-то совершенно необъяснимое: девушка, бросив свою штурмовую винтовку, схватилась руками за голову и испустила дикий крик. На этом месте запись кончалась. Шиванский корабль по неизвестной причине взорвался, надежно укрыв все свои тайны в ослепительной вспышке.

Когда-то этот фильм произвел на Илью серьезное впечатление. К таким тварям, как шиване, нельзя было испытывать никакого снисхождения. Страшно было даже подумать, к какому геноциду могла привести Великая Война, не останови земляне последним усилием «Люцифер».

Зато теперь Шива встретил достойного противника. «Россия», миновав межзвездный переход до системы гамма Дракона, с ходу отправила к порталу Кносса свои эскадрильи. Илья досадливо нахмурился, несмотря на все его старание, первым из пилотов скрестить оружие с врагом ему, увы, не дали. В бой пошли самые опытные экипажи из его новой сто седьмой эскадрильи «Воронов», а звено Нестерова заняло второй эшелон поддержки. Поэтому, когда он наконец подоспел к месту схватки, судорожно сжимая пальцы на гашетках, все уже давно кончилось. Вероятнее всего, люди встретились лишь с передовой разведкой Шивы. Земным эскадрильям противостоял только один драккар неизвестного ранее типа, уже изрядно покалеченный «Виджилантом», четыре легких корабля поддержки и два перевозчика шиван, знакомых землянам еще по временам Великой Войны. Бой закончился за пятнадцать минут. Торпедоносцы «России» спокойно, как на учениях, расстреляли «Циклопами» пытавшийся сопротивляться им драккар и оба перевозчика. В это же время истребители сто седьмой эскадрильи связали боем легкое прикрытие врага, пару охотников нового незнакомого землянам вида. Правда, эти юркие, похожие на паучков, кораблики своей невероятной маневренностью преподнесли пилотам Альянса неприятный сюрприз. Лишь благодаря большому численному превосходству, людям удалось обойтись без потерь.

Продолжившийся на общей волне разговор отвлек Илью от его мыслей. Основной темой для собеседников, естественно, оставались шиване.

– А как же «Таранис», – недоуменно спросил Эркелен. – Его ведь смогли обезоружить и лишить хода. Разве мы на него не высаживались?

– Точно нет, – уверенно ответил, как видно, очень эрудированный офицер с «России», – вернее, если быть еще точнее, хотели, но не успели. Его смогли только отбуксировать к ближайшей орбитальной инсталляции, как вдруг появился «Люцифер» и устроил большой погром в местной посудной лавке. Те, кто смог унести ноги, еще радовались, что не успели высадиться на шиванском драккаре, поскольку «Люцифер» разогнал все земные корабли и уничтожил станцию, а потом почему-то еще и остатки «Та-раниса» сжег.

– Да-а, были дела, – протянул в ответ Сантино, – но сейчас я бы не советовал появляться здесь этому «Люциферу» или кому еще. Мы их сами разгоним в два счета.

– Ну, тот-то джаггернаут здесь вряд ли появится, ему стало нехорошо еще двадцать лет назад, да и чтобы добраться до его останков, надо пролететь немало световых лет. Но как бы тебе, мой друг, не накаркать беды, – голос офицера приобрел зловещий оттенок, – кто знает, что в следующий раз вылезет из этого портала?

Мирную беседу прервал резкий командный окрик с линкора:

– Лейтенант, вы в своем уме?! Что за посиделки по мгновенной связи! Или вы не знаете, что по этому каналу передаются только срочные сообщения и сколько для них требуется энергии?

– Так точно, коммандер Вирт! Виноват! – практически без паузы отозвался неизвестный лейтенант, застигнутый на месте преступления. Прокашлявшись, он быстро продолжил: – Звеньям «Каппа» и «Йота» вернуться на базу. Группа «Альфа», продолжайте патрулирование возле портала до особого распоряжения. Конец связи.

Илья не смог удержаться от улыбки, слушая хитреца лейтенанта. Хотя, в конце концов, «Россия» и не обесточится от одного такого разговора. Он вдруг посерьезнел и призадумался над бравадой молодого Эркелена Сантино.

Оптимизм, конечно, штука положительная, но кажется, что пилоты легких сил еще не полностью осознают, с чем им придется столкнуться в случае нового полномасштабного вторжения Шивы. Ведь те, кто воевал с этим врагом в Великой Войне на легких машинах, уже давно оставили штурвалы файтеров. А про манеру ведения боя шиван и их тактические хитрости молодые пилоты знают вообще только понаслышке. Он, Нестеров, в этом плане, конечно, на высоте, сколько кадров хроники просмотрел и мемуаров прочитал, что и не перечесть. Зря его все-таки не взяли в первый ударный эшелон – показать свое мастерство. Он грустно вздохнул и посмотрел на удаляющиеся истребители Альянса. Что и говорить, ребятам откровенно повезло. Проводив завистливым взглядом машины уходящих звеньев, уже включивших свои ближние гиперприводы, пилот командирским взглядом обозрел свою группу. Три файтера типа «Геркулес» (если быть точнее, «Геркулес Марк II», модифицированная версия истребителей Великой Войны), не считая его машины, аккуратно держались за ним правым уступом. Второй за его машиной шла Наталья Синарин, молодой симпатичный пилот, нюхнувшая пороху еще вместе с Ильей, а уже за ней в сотне метров держались новички, Густав Вальд и Димитер Роснан, совсем молодые парни, приписанные к его группе неделю назад.

Звено Нестерова взяло курс к порталу Кносса, до которого было с десяток астрометров. Где-то рядом с ним уже находилась регистрирующая станция, высланная с «России». Ее главной задачей было ловить любые гравитационные всплески, разбегающиеся от портала, чтобы заранее предупредить силы Альянса о новом вторжении.

Ледяная бездна, раскинувшаяся на миллиарды километров вокруг, самый край системы гамма Дракона, где даже центральное светило виделось лишь маленьким ярким пятнышком, не пугала пилота. В небольшой кабине его «Геркулеса» уютно светилась янтарным цветом приборная панель, руки Ильи удобно лежали на штурвале. В который раз он удивился этому обманчивому спокойствию. Еще совсем недавно здесь каруселью вертелись истребители Альянса и Шивы, на подбитый вражеский драккар заходили в атаку тяжелые торпедоносцы, лучи зенитных турболазеров с огрызающегося врага искали в ответ свои цели. А теперь лишь немногочисленные обломки медленно кружат на месте закончившегося сражения. И снова здесь пусто и спокойно на световые годы вокруг.

Он посмотрел на равнодушно вращающееся кольцо Кносса. Здешнее спокойствие действительно было только кажущимся. В любой момент ледяной вакуум около портала мог исторгнуть из себя армаду новых врагов. «Ну, конечно, не так сразу, – успокоил он себя, – сначала станция слежения, размещенная рядом с порталом, обнаружит гравитационные всплески, а уже потом…» Пилот поймал себя на мысли, что он чуть ли не желает скорейшего появления нового отряда шиванских кораблей. Почему-то Илья был уверен, что теперь Альянс (конечно, с его помощью) сумеет быстро разгромить захватчиков и, даже более того, сможет пуститься по их дороге обратно через портал во вселенную Шивы, чтобы покончить с этой угрозой раз и навсегда. «Галактика должна принадлежать нам, а не этим пятилапым тварям. И вообще, – неторопливо текли его мысли, – «главное, ввязаться в бой, а там уж в мастерстве я точно никому не уступлю. Хотя, с другой стороны, наверное, не стоит и недооценивать противника». Подумав, он включил интерком.

– Группе, внимание, – сказал Нестеров командирским голосом.

Ведомые встрепенулись, а «Альфа четыре», он же Димитер Роснан, от неожиданности вывалился из общего строя. Илья неодобрительно покачал головой.

– Ну что, молодое пополнение, – он вдруг почувствовал себя старым и умудренным космическим волком, – готовы к встрече с Шивой?

– Да хоть сейчас! – самонадеянно выпалил новичок Густав.

– Командир, под твоим руководством, хоть против всего шиванского флота, – отозвалась, как всегда верная Наталья.

«Альфа четыре» промолчал, так как был в этот момент занят тем, что тщательно выравнивал свой истребитель по идущей впереди машине.

Илья прочистил горло и приступил к своей речи, которую уже немного успел обдумать заранее.

– Вы, ребята, все, надеюсь, знаете, что в прошлый раз война с Шивой нам очень дорого обошлась, – начал он, – и может случиться так, что она дорого обойдется и теперь.

Он помолчал, давая возможность своим подчиненным проникнуться важностью темы.

– Но, к счастью, сейчас у нас есть два очень важных преимущества, – продолжил пилот, – и мне очень хочется надеяться, что наше командование использует их в полной мере.

Итак, первое, – он многозначительно поднял вверх указательный палец, как будто выступал перед целой аудиторией, – мы знаем, откуда теперь враги могут начать свое вторжение. А это важно, поскольку мы… – подумав, он поправился, – в смысле, наше командование может сосредоточить здесь соответствующие угрозе силы для обороны и ответного рейда. Второе, – Илья вспомнил, что он в кабине истребителя, а не на кафедре, и опустил руку, – теперь Альянс может драться с противником на равных. Вы сами только что видели, как мы без потерь уничтожили их авангард.

– У нас было превосходство в количестве, – заметила Наталья, – да и драккар, как нам сообщили, был серьезно поврежден в бою с «Виджилантом».

– Зато двадцать два года назад в системе Росс-128 всего несколько шиванских охотников разгромили целую орбитальную базу с истребительным прикрытием. А здесь такой номер у них не прошел, – неожиданно отозвался на это Вальд.

Нестеров уважительно приподнял бровь. Молодое поколение пилотов демонстрировало неплохое знание истории. «Надо будет как-нибудь пообстоятельнее побеседовать с этим краснощеким здоровяком, Густавом, – подумал он. Тут он вспомнил про Томальски, который по странной случайности очень походил на Вальда своей комплекцией. Такой же верзила, пышущий здоровьем. – Специально мне их, что ли, выдают? Паладин, красавица-стрелок и варвар». Он усмехнулся своей нечаянной мысли. Правда, в отличие от Густава, Стефана мало интересовали события прошлой войны, как ни бился над ним Илья. Где он сейчас, варвар с Эридана, Стефан Томальски? И где теперь верный паладин Алекс?

Вернувшись обратно от своих мыслей, пилот обнаружил, что его подчиненные, позабыв об умолкнувшем командире, сами перешли к активному спору о грядущей войне.

– Да разгромим мы шиван в два счета, – напирал Димитер Роснан, – мы же давно освоили их технологии и понастроили кучу новых кораблей. Если мы их в Великой Войне одолели двадцать лет назад, то сейчас и подавно сделаем.

– Но «Виджилант»-то погиб, – резонно возразила Наталья, – вот тебе и новый корабль.

Роснан запнулся лишь на секунду.

– А может быть, шиванский драккар был не один, – почти сразу же нашелся он, – может, их два было. Или три. Откуда мы знаем?

Нестеров порадовался за смышленого Димитера, похоже, ему как командиру повезло с молодым пополнением.

Синарин в ответ промолчала, видимо, признавая обоснованность этого довода, а Густав предпочел перевести разговор на другую тему, с которой вероятно и начался спор.

– Ну, а почему тогда этот твой драккар не смог сбежать от наших торпедоносцев? – спросил он у Роснана. – Времени на то, чтобы смыться обратно через портал, у шиван было вполне достаточно.

– Как бы он сбежал, – в свою очередь со стороны удивилась Синарин такому детскому вопросу, – если наши файтеры его засекли, то куда он может от них деться? Торпедоносцы в любом случае догонят его за несколько минут.

– Да я не об этом, – досадливо сказал Густав, – почему после боя с «Виджилантом» он не ушел обратно? Ну посудите сами, поврежденный драккар почти двое суток еще болтается в нашем секторе. Чего он ждал? Они что, самоубийцы?

– Не знаю, – немного растерянно ответила «Альфа два», – но может, наш командир в курсе?

Командир был совершенно не в курсе, но признаться в этом своим подчиненным, естественно, никак не мог.

– Может быть, у него дальний привод вышел из строя после попадания с крейсера, – ляпнул Нестеров наудачу и неожиданно тоже попал в цель.

– Логично, – тут же поддержала его Наталья, – а шиванские перевозчики как раз прибыли для его ремонта или буксировки. А тут, откуда ни возьмись наша эскадрилья!

Илья облегченно вздохнул, его авторитет не пострадал.

– Шестая бомбардировочная, если быть точнее – поправил он своего бойца, – наша только осуществляла прикрытие. Правда без нас, – уже минорно добавил он.

– А оба охотника, даже при таком перевесе в нашу сторону, все равно вступили в бой, – задумчиво заметил Вальд.

– Может они, как васудианцы, никогда не отступают, – предположила Синарин.

– Конечно, не отступают, – увлеченно произнес Димитер и присовокупил к этому гениальную мысль, – они же роботы. А управляет ими главный робот матка, – убежденно закончил он.

У Нестерова от этих слов глаза полезли на лоб. Похоже, он поторопился со своим лестным мнением об «Альфа четыре». Не хватало ему еще воевать с роботами. От удивления пилот даже забыл, с какой целью он начал весь этот разговор.

– Роснан, ты откуда эту ахинею вытащил? – сердито спросил он. – И с чего ты вообще взял, что они роботы?

– Да видел их по какому-то каналу по видео, – слегка оробев, произнес «Альфа четыре», – натуральные пятилапые роботы из биометалла. А ведущий передачи сказал, что «Люцифер» у них был вроде пчелиной царицы, и как только ее уничтожили, то тут люди их сразу и того… Оприходовали.

Илья вздохнул. Более опошляющей высокую миссию Альянса картины ему трудно было себе представить.

– Роснан, запомни, – четко сказал он, – это не роботы. Это враждебная цивилизация. Они приходили в нашу Галактику восемь тысяч лет назад и уничтожили Древних. Они пришли сюда двадцать два года назад, но споткнулись о Землю, – он перевел дух и продолжил: – А сейчас мы пойдем к ним сами, и я думаю, совсем скоро ты поймешь, какую глупость вложил тебе в голову ведущий той идиотской передачи.

– А почему они так выглядят? – не сдавался Димитер. – Такой ногочелюстью ложку с вилкой не возьмешь.

– Ну, а как бы ты выглядел для них в боевом скафандре? Тебе не приходило на ум, что они могли быть в чем-то похожем на наши экзоскелеты?

«Альфа четыре» что-то неясно промычал, но спорить дальше с командиром не решился.

Илья строго кашлянул. Пора было возвращать разговор к нужной ему теме.

– Так, пилоты, – он снова сделал многозначительную паузу, – об этих, безусловно, интересных вещах мы еще поговорим, но попозже. А сейчас, пока у нас есть время, я хотел провести кое-какой разбор полетов по сегодняшнему бою. Жаль, конечно, что нам не пришлось в нем принять участие, но то, чем поделились ребята из звена Эркелена Сантино, уже дает повод для размышлений. Итак, сегодня произошла первая стычка легких сил Шивы и Альянса. Восемь наших истребителей против двоих шиванских. Что было самым необычным в этом бою?

На несколько секунд в эфире повисло тягостное молчание.

– То, что наших оказалось больше, – бухнул вдруг «Альфа три». Кто-то из пилотов тихо хихикнул.

– Ответ неверный, – сурово отозвался командир, – у кого еще какие варианты?

– Я, конечно, не уверена, – осторожно произнесла Наталья, – но меня удивило то, что враги были на машинах какого-то нового типа, очень маневренных. Ребята все жаловались, что никак не могли поймать их в захват, чтобы выпустить ракеты. Хотя, может, я ошибаюсь и это какие-то модификации старых охотников?

– Молодец, Наталья, попала в точку, сразу видно бывалого солдата, – одобрительно сказал Илья, – ты не ошибаешься, это однозначно новые для нас истребители. И самое печальное, что они действительно гораздо более маневренны, чем наши «Геркулесы». Я бы сказал, что чем-то они похожи на «Драконов», самых неприятных шиванских охотников времен Великой Войны. Но мы и тогда с ними справлялись, хотя наши машины тех поколений во многом уступали вражеским, – подбодрил он товарищей.

– А теперь, пилоты, внимание! – голос Илья стал слегка торжественным. – Если вы не будете меня перебивать, то я вам расскажу об одной интересной тактике, которой пользовались еще наши отцы во время Великой Войны, чтобы иметь возможность противостоять «Драконам». Сдается мне, что и сейчас эта информация будет для вас небесполезной.

Но не успел командир поделиться со звеном своими познаниями в этом вопросе, как его все-таки перебила Наталья.

– Ну, что там у тебя? – уже слегка раздраженно спросил Илья, которого снова прервали на самом интересном месте.

– Командир, у меня метка на локаторе, – извиняющимся тоном произнесла «Альфа два».

Вся заготовленная речь мгновенно вылетела у Нестерова из головы. Неужели они встретили шиван?!

– Координаты? – с трудом сдерживая охватившее его волнение, он пробежался взглядом по своему радару. – Ты уверена? У меня ничего нет.

– Метка на поисковом локаторе, – уточнила Синарин, – в пятнадцати астрометрах, похож на небольшой искусственный объект, размер около сорока-пятидесяти метров.

Илья разочарованно убрал руку с передатчика мгновенной связи, по которому он уже собирался докладывать на «Россию» об обнаружении новой армады шиван. С небольшим искусственным объектом можно было так не торопиться.

– Странная штука, – тем временем продолжила Синарин, – для корабля слишком маленькая, для файтера, наоборот, великовата. А может, это спасательный модуль с «Виджиланта»? – вдруг осенило ее.

Илья ненадолго задумался. Все, что они знали о погибшем в бою крейсере Альянса, так это то, что он погиб недалеко от Кносса, успев перед гибелью передать известие на Капеллу о вторжении шиван. Скорее всего, экипаж «Виджиланта» мог послать это сообщение прямо с корабля на беспилотную почтовую станцию, откуда оно дальше ушло специальной информационной капсулой по эфирному мосту в следующую звездную систему. Правда, могло случиться и так, что передачу отправили со спасательного модуля, сумевшего отойти от погибающего «Виджиланта». Но если перед ними эвакуационная ракета, то почему они не подают сигнал бедствия?

Пилот посмотрел на бортовые часы, до конца срока патрулирования его группы оставалось еще больше двух часов.

– Меняем курс, – наконец решил он. – Наталья, выходи в голову строя, мы следуем за тобой. Через двадцать минут узнаем, что там на самом деле.

Машина Синарин, увеличив ход, вышла вперед маленькой патрульной группы и затем быстро выполнила плавный поворот в направлении обнаруженного ею таинственного объекта. Остальные три «Геркулеса» точно повторили эволюцию первой машины, изменив свой заданный курс на новый. Илья на всякий случай снял с предохранителей бортовое оружие файтера и вперился взглядом в свой радар. Его, конечно, не сравнить с мощным поисковым локатором «Альфа два», но по мере приближения к цели данные появятся и на нем.

Пилоты на время приутихли. Нестерова самого охватили тревожные предчувствия. Если это действительно модуль с «Виджиланта», значит, там должны быть спасшиеся члены экипажа крейсера. Но, если они не подают сигналов, значит, они… Мертвы? «Может быть, у них какая-то неисправность, – попытался успокоить он себя, – или вдруг они до сих пор опасаются нападения шиван и не знают, что сектор уже под контролем кораблей Альянса?» Илья попытался вспомнить, на какое время должно теоретически хватить систем жизнеобеспечения спасательного бота с крейсера при полной его загрузке, если с момента гибели «Виджиланта» прошло двое галактических суток. Потерпев неудачу в своей попытке, пилот обратился к бортовому транспьютеру «Геркулеса». Повинуясь его команде, на небольшом виртуальном экране его машины через несколько секунд возникло изображение типового крейсера «Аэолус», от которого спустя мгновение отошел такой же типовой эвакуационный бот «Гермес». Еще через секунду контур модуля вырос в размерах и завращался вокруг центральной оси, закрыв собой силуэт крейсера. Под ним побежали строчки технической информации. Внимательно вчитываясь в них, пилот чуть было не пропустил момент появления долгожданной зеленой метки на своем радаре.

– Вижу объект в оптике! – отрапортовала тем временем «Альфа два», идущая впереди всех. – Но… – неожиданно пилот замялась, – только он какой-то странный на вид. Не очень похож на ракету с крейсера.

Нестеров быстро развернул оптические датчики своей машины по координатам цели, появившейся его на радаре, и почти сразу озабоченно нахмурился, переводя взгляд то с открывшегося таинственного объекта на изображение ракетного модуля из своей базы данных, то обратно.

– Это не эвакуационный бот с «Виджиланта», – наконец утверждающим тоном произнес он, – а что-то совсем другое.

– Шиванское? – заинтересованно спросил неопытный Роснан.

Илья только досадливо отмахнулся. Шиванского в этом объекте было столько же, сколько в самом Нестерове. Но с другой стороны, даже неспециалисту было бы понятно, что похожий на параллелепипед тридцатиметровый «Гермес», изображение которого висело в воздухе справа от пилота, совсем не похож на примерно такого же размера бочкообразную конструкцию, к которой сейчас быстро приближалась группа Нестерова. Внезапно пилота осенило.

– Да это же обычная гражданская ракета для межпланетных перелетов, – вдруг обрадованно воскликнул он, опознав загадочный объект. – Вот только что она здесь делает?

– Доложим командованию? – деловито предложила Наталья. – они могут навести справки. Может, это модуль с какой-нибудь технической станции в системе?

– Подожди, – остановил ее Илья, – я хочу посмотреть на него поближе. Жаль, конечно, что это не эвакуационный бот с «Виджиланта». На крейсере было больше ста человек. Получается, что они все-таки погибли.

Синарин в ответ только печально вздохнула. Через несколько минут четыре «Геркулеса» подошли к загадочной ракете на довольно близкое расстояние и осветили ее своими прожекторами.

– Странно, что экипаж молчит, – подал голос Густав, – может, у них неисправность? В эфире полная тишина, я ловлю сигналы только с нашего линкора.

– Ничего странного, – вдруг мрачно ответил его командир, – присмотрись внимательнее. Его расстреляли, и мне кажется, я догадываюсь кто.

Наталья негромко охнула. Обходя по дуге молчащий ракетный бот, пилоты один за другим увидели пробоины от плазменных зарядов на его борту. Черные отметины, проплавленные в металле обшивки, говорили сами за себя. Крышка носового шлюзового отсека была сорвана ударом взрывной волны. Если на борту этой ракеты и находился экипаж, то он давно был уже мертв.

– Вот такие дела, – хмуро резюмировал Илья, рассматривая изуродованный земной модуль, – теперь можно лететь обратно. Но я только одного не пойму, – вслух подумал он, – как он здесь оказался? У таких ракет ведь запас хода совсем маленький, от силы пять световых часов. Неужели здесь еще где-то рядом материнская станция?

В ответ на это обычное замечание Синарин неожиданно коротко взвизгнула. Не успел неприятно удивленный этим командир высказать пилоту замечание о недопустимости таких визгов в патрульном вылете, как вдруг у него самого ошеломленно отвалилась нижняя челюсть. Пилот совершенно отчетливо увидел, как из темноты шлюзового люка ракетного модуля высунулась чья-то рука, а затем через секунду показался человек в астрокостюме!

– Да чтоб меня… – пораженно пробормотал Нестеров, от удивления застыв в своем пилотском кресле. Остальные пилоты его группы молчали, тоже, очевидно, пребывая в шоковом состоянии.

Тем временем загадочная фигурка в легком скафандре окончательно выбралась из шлюза и остановилась, беспомощно озираясь по сторонам. Маленький фонарик на шлеме немного освещал человеку путь, но тот, казалось, не спешил двигаться дальше. Илье сразу бросилась в глаза странная неуверенность в его движениях. Казалось, фигурку вот-вот оторвет от изуродованной поверхности модуля и закинет в окружающее его ледяное черное пространство.

– Густав, немедленно перешли донесение на «Россию», пусть отправляют сюда спасательный шлюп, похоже, мы нашли выживших после шиванской атаки, – скомандовал наконец пришедший в себя Нестеров, – а я пока подойду поближе, посигналю бедняге. Он, скорее всего, нас не видит, надо его подбодрить.

Пилот положил руки на штурвал и через три минуты быстро подвел свой «Геркулес» вплотную к обнаруженному боту, а затем осторожно, аккуратными движениями, так, чтобы случайно не сдуть выхлопной струей своей машины человека с обшивки, уравнял относительные скорости файтера и ракетного модуля. Незнакомец, вцепившийся руками в край шлюзового выхода, явно заметил подошедший на расстояние нескольких десятков метров истребитель Альянса, и Илья в знак того, что он тоже его видит, несколько раз помигал навигационными огнями своей машины и еще раз осветил люк прожектором.

Человек снова закопошился на своем месте, и Нестеров опять удивился странности его движений. Ему показалось, что у фигурки в астрокостюме какие-то чересчур гибкие руки и ноги, сгибающиеся к тому же слишком неестественным для нормального человека образом. Пилот озадаченно нахмурился: либо перед ним невесть откуда взявшийся чемпион по гимнастике, либо этот самый обычный астрокостюм для хозяина слишком велик. «Карлик там внутри, что ли?», – удивленно подумал он.

– «Элизиум» будет здесь через час, – сообщил в интерком Густав Вальд.

– Отлично, ребята, мы сделали доброе дело, – похвалил всех Илья, довольный спасательной операцией. – Я думаю, час-то он еще продержится. О, черт!

Фигурка в легком скафандре вдруг сорвалась с обшивки ракетного бота. Беспомощно раскинув руки и ноги, она полетела в открытый космос.

– Он не двигается! – крикнул Нестеров. – Похоже потерял сознание! Я попробую его поймать.

Движения рук пилота на штурвале из аккуратных стали просто ювелирными. Отслеживая человека по мигающему фонарику на шлеме астрокостюма, Илья начал осторожно подводить свою машину под траекторию его движения, следя за тем, чтобы тот не ударился в бронестекло его кабины со слишком большой скоростью. Незнакомец не шевелился, но даже если бы он был в сознании, то вряд ли смог бы облегчить задачу пилоту без наличия хотя бы ранцевого ракетного двигателя.

«Как же мне тебя поймать?», – пробормотал Нестеров и наконец решился.

Он нажал одну за другой несколько необходимых для выполнения его миссии кнопок, и бортовой транспьютер файтера после пары недоуменных вопросов, порекомендовав напоследок пилоту опустить лицевой щиток его шлема, наконец разрешил открыть кабину истребителя «Геркулес». Илья увидел, как наружу выскочило маленькое белое облачко воздуха с сразу закипевшей в вакууме влагой. Полетный костюм пилота тут же слегка раздулся в размерах, и по ушам неприятно ударил обратный скачок давления. Фонарь кабины файтера неторопливо отошел назад, и молодой человек, наконец, своими глазами увидел быстро приближающуюся фигуру в легком скафандре. Товарищи Нестерова, затаив дыхание, следили за тем, как их командир пытается выполнить простейшую для спасательного корабля, но совершенно нетривиальную для боевого файтера задачу. Но мастерство управления машиной сложилось с везением Ильи, и через несколько секунд неподвижное тело спасенного вплыло в открытую всем космическим ветрам кабину «Геркулеса».

– Все нормально, я поймал его, – они услышали усталый голос пилота.

– Командир, ты ас из асов! – не смогла сдержать своих чувств Наталья Синарин. Роснан с Вальдом тоже одобрительно загомонили. Напряжение, охватившее группу, наблюдавшую за успешным завершением попытки спасения человека с найденного ракетного модуля, наконец спало.

А еще через секунду Илья понял, почему человек показался ему таким странным в своих движениях.

– Вы мне не поверите, – ошеломленно сообщил он своим товарищам, вглядываясь в лицевой щиток астрокостюма незнакомца в бордовом свете навигационных огней «Геркулеса», – но это ребенок. Похоже, что мальчик.

Действительно, это был мальчишка примерно девяти-десяти лет, находившийся внутри большого для него, совершенно не по росту, легкого скафандра. Он болтался внутри него, как высохший орех в скорлупе. Глаза мальчика были закрыты, на нагруднике астрокостюма тревожно горели красные огоньки, сигнализируя о заканчивающихся ресурсах жизнеобеспечения.

– Да у него же кислород кончается! – спохватился Илья, осторожно устраивая мальчика у себя на коленях.

Фонарь кабины медленно поехал вперед, отделяя их обоих от космического вакуума. В маленькой кабине истребителя «Геркулес» сразу стало довольно тесновато. Боевая машина не была рассчитана на такие экстраординарные случаи, и Нестеров с немалым трудом разместил скафандр с находящимся внутри мальчиком так, чтобы при этом хоть каким-то образом быть в состоянии управлять своим файтером.

Через полминуты бортовой транспьютер поднял давление воздуха в кабине истребителя до нормального уровня. Илья осторожно расстегнул астрокостюм своего нечаянного гостя и открыл его шлем.

– Откуда же ты тут взялся? – проговорил он, озабоченно вглядываясь в осунувшееся детское лицо с закрытыми глазами. Своей рукой в перчатке пилот осторожно погладил мальчика по голове, убрав ему со лба прядь взмокших темных волос.

– Командир, как там у тебя дела? – его отвлек взволнованный голос Синарин. – Ты молчишь уже пять минут.

– Все нормально, сейчас сами увидите, – ответил Нестеров, включая свой интерком в режим полной видеосвязи, – паренек точно жив, но без сознания. Кажется, он был сильно обезвожен за то время, что пробыл в своем скафандре. Но, к счастью, кислород кончиться у него не успел.

Подчиненные Ильи приникли к своим видеомониторам, пытаясь разглядеть неожиданного гостя с разбитого ракетного модуля, невероятным образом оказавшегося в кабине боевого файтера.

– А вдруг там еще люди на борту остались? – задал вопрос Димитер. – В смысле живые?

– Хотелось бы в это верить, – произнес пилот, но его голос был лишен оптимизма, – но мне кажется, все говорит о том, что паренек здесь единственный выживший. Кто бы его отпустил в скафандре не по росту прогуливаться по обшивке ракеты? К тому же, если бы там оставались взрослые, они наверняка включили бы аварийный маяк.

– Ужасно, если в модуле были и его родители, – грустно сказала Наталья.

– Скорее всего, так оно и случилось, – подтвердил ее печальное предположение Вальд, – вряд ли мальчик был членом экипажа. Командир, – продолжил он, – что передать на базу?

Илья в этот момент размышлял над тем, каким бы образом ему привести мальчика в чувство. На борту его «Геркулеса» теоретически имелось все для оказания квалифицированной медицинской помощи, но вся беда была в том, что эта поддержка была рассчитана только на самого пилота и была интегрирована в его скафандр. Если Илью вдруг ранит бою или он потеряет сознание от перегрузки, либо случится еще какая-нибудь непредвиденная ситуация с его здоровьем, то бортовой транспьютер истребителя сможет поставить диагноз даже без участия в этом самого пилота и сделать ему необходимые инъекции медицинских препаратов через специальный разъем полетного костюма. Но как оказать помощь маленькому человеку, утонувшему внутри большого не по росту скафандра, который лежит у него на коленях, а ногами упирается в бронестекло кабины? Даже напоить его водой и то невероятно сложно, поскольку трубка, подающая питьевую жидкость, тоже встроена в полетный костюм хозяина файтера.

К счастью, его нечаянный гость пришел в сознание сам, избавив Илью от поиска нетривиальных решений. Глаза мальчика открылись, и он уставился непонимающим взглядом прямо в лицо пилоту. Нестеров облегченно вздохнул.

– Все в порядке, малыш, – успокаивающим голосом негромко произнес пилот, – ты в безопасности, скоро будем дома. Как ты себя чувствуешь?

Паренек судорожно сглотнул.

– Пить хочется, – еле слышно прошептал он, – пить…

Илья досадливо огляделся по сторонам, но увидел только плавающие вокруг него в невесомости отслоившиеся кусочки покрытия с астрокостюма его гостя.

– Подожди, сейчас что-нибудь придумаем, – сказал он.

Ему в голову пришла удачная мысль. Пилот максимально поднял лицевой щиток своего шлема и включил подачу питьевой воды. Через секунду рядом с его лицом на срезе питающей трубки набух довольно большой прозрачный шарик. Крайне осторожно, стараясь не раздробить шар на отдельные капли, Илья перегнал его рукой к губам мальчика.

Пока он этим занимался, в интеркоме раздался взволнованный голос Густава.

– Командир, база приказала тебе немедленно возвращаться! – сообщил он. – Надо срочно доставить мальчика на «Россию».

– Ну да, это логично, к спасательному «Элизиуму» я уже не пристыкуюсь, – пробормотал пилот, с удовлетворением наблюдая, как встрепенувшийся паренек приник к водяному пузырю и тот начал быстро уменьшаться в размерах, – а что делать с ракетным модулем? Его же все равно надо проверить на случай, если там кто-то еще есть.

– Остаемся мы до прихода эвакуатора, – доложил приказ командования Вальд, – а потом сопроводим его обратно, после того как спасатели полностью проверят ракетный бот.

– Отлично, «Альфа три», тебя понял, возвращаюсь на базу, – ответил Илья, снова осматриваясь в кабине своего «Геркулеса». Теперь вдобавок к мусору со скафандра его подопечного вокруг пилота шариками плавали водяные капли, подсвечиваемые бортовым освещением истребителя. Ничего, сейчас он начнет разгон перед ближним прыжком, и в кабине снова появится сила тяжести. Хотя техник, который будет здесь делать уборку после вылета, наверняка останется недоволен.

Нестеров посмотрел на очнувшегося мальчишку и ободряюще улыбнулся ему.

– Как тебя зовут, малыш? – спросил он.

– Берти, – сглотнув, ответил тот, – Берти Квизигер.

Пилот осторожно протянул правую руку и пробежал пальцами по приборной панели. Запели двигатели «Геркулеса», выходя на рабочий режим.

– Берти, послушай меня внимательно, – Илья обратился к мальчику, – сейчас мы начнем разгон на моем истребителе, чтобы совершить прыжок домой на звездный линкор, где ты будешь в полной безопасности.

– Я в военном истребителе? – широко раскрыл глаза паренек.

– Да, – терпеливо подтвердил пилот, – но сам видишь, места для двоих здесь маловато. Поэтому постарайся лишний раз не шевелиться, а то мне довольно трудно управлять машиной с тобой на коленях. Сейчас у нас невесомость, но скоро появится сила тяжести, не удивляйся.

Мальчик послушно кивнул и тут же сделал попытку оглядеться в кабине по сторонам. «Геркулес» понемногу разгонялся, но Нестеров из предосторожности поставил ускорение двигателей на одну пятую от номинала, помня о своем госте, который уже начал потихоньку с интересом вертеть головой вокруг себя.

– Через полторы минуты мы уйдем в подпространство, – попробовал отвлечь его внимание Илья, – да, Берти, кто-нибудь еще остался на ракетном модуле кроме тебя?

Мальчик после паузы вдруг тихо всхлипнул.

– Нет, – еле слышно сказал он, – все погибли, даже Гози.

Нестеров выругал себя в душе. Как он мог забыть о том, что наверняка в ракетном модуле погибли близкие люди мальчика. Совсем было необязательно поднимать эти вопросы, когда Берти еще даже толком не пришел в себя. Да и вообще лучше пока не волновать его никакими расспросами.

– Извини, малыш, – виновато сказал он, – мы постараемся тебе помочь.

Илья вспомнил про свое звено, оставшееся позади, около разбитого ракетного модуля.

– Мы уходим, счастливо оставаться, ребята. Наталья, ты за главного, – отдал он последнее распоряжение.

– Подтверждаю, командир, до связи, – ответила Синарин.

– Тогда до встречи на «России».

И через минуту «Геркулес» командира группы исчез в голубом сиянии подпространственной зари.

Глава 3

– У меня голова кругом идет, – пожаловался Орнео Кролла, капитан линейного корабля «Россия», – вместо спокойного проведения ремонта снова оказаться в этой круговерти. И с кем? С шиванами! – он горестно покачал головой. – Их еще нам не хватало в довершение ко всему.

Бывший командующий Третьим флотом Альянса вице-адмирал Данил Гранин равнодушно кивнул. После известных событий, результатом которых стала ссылка неблагонадежного линкора в систему Капеллы, его прежде дружеские отношения с Кролла слегка охладели. Орнео страдал от этого, не зная, как заслужить прощение вице-адмирала, которого он искренне уважал и которому многим был обязан. Он по-прежнему называл Гранина командующим и советовался с ним по всем важным вопросам, несмотря на то что Данил официально был теперь всего лишь военным советником третьего ранга. К несчастью, именно это и привело Орнео к его сегодняшней ситуации, когда он, всего лишь капитан межзвездного линкора, был вынужден нести бремя ответственности за все происходящее в системе гамма Дракона. Вместо того чтобы просто передать данные о вторжении шиван командованию Альянса или на крайний случай прервать ремонт, привести корабль в состояние повышенной боевой готовности и спокойно дожидаться подкреплений и инструкций из метрополии, ему теперь приходится на свой страх и риск держать «Россию» в малознакомой звездной системе, где в любой момент могли появиться новые орды Шивы. И все это благодаря «советам» Данила Гранина, от следования которым он никак не мог отказаться.

Он тяжело вздохнул и посмотрел на невозмутимого советника. Гранин, слегка прикусив нижнюю губу и потирая подбородок, внимательно смотрел на виртуальный экран, по всей видимости, обдумывая и анализируя последние поступившие оперативные данные.

– Надо будет запустить широкополосное сканирование системы, – наконец, сказал он, не отрывая взгляда от экрана, – где-то здесь пропал еще один наш крейсер, «Тринити». Причем исчез он довольно таинственно, в отличие от «Виджиланта», который шиване уничтожили в бою.

– После чего на Капелле и здесь не осталось ни одного большого боевого корабля, кроме моего, – мрачно добавил Кролла.

– Я только что получил данные от спасательной партии с третьей планеты системы. Там, где во время вторжения шиван находилась археологическая экспедиция, – не обратив никакого внимания на последние слова капитана, продолжил Гранин, – посмотри сам.

Орнео с неохотой поднялся и подошел к вице-адмиралу, сидевшему на правом крыле мостика «России» за персональным виртуальным экраном. Он остановился за спиной Гранина и слегка прищурился, читая издалека сухие строчки донесения, переданные с далекой отсюда третьей планеты системы гамма Дракона.

«…14:35 местного времени. Совершена посадка рядом с разрушенным комплексом зданий археологической экспедиции. Спасательная партия обнаружила отсутствие персонала станции, по всей видимости, база была покинута во время вторжения шиван. Станция разрушена, предположительно прямым попаданием тяжелой боеголовки. Ведутся поиски выживших людей…

…19:35 обнаружена часть персонала станции в лессовых пещерах в ста километрах от базы. Физическое состояние людей нормальное, но у многих тяжелый нервный шок, связанный с гибелью их коллег и разрушением самой станции.

…23:40 произведена перевозка оставшихся в живых членов экспедиции на спасательные модули. Несколько человек категорически отказываются от эвакуации, мотивируя это тем, что они не доверяют военным. Для завершения операции нашими медиками применены сильнодействующе успокоительные средства…»

Капитан «России» недоуменно дернул головой.

– Ну и что здесь необычного? – спросил он. – То, что шиване долбанули ракетой по станции? Или то, что археологи не верят военным?

– Читай дальше, – не поворачиваясь, нетерпеливо отозвался Гранин.

Кролла наклоняясь вперед, снова прищурился.

«…3:20 произведен вывод спасательных модулей на околопланетную орбиту… Старший в вывезенной с планеты экспедиции Надар Квантрис сообщил о важных сведениях, требующих немедленной передачи командованию. По его словам, руководитель экспедиции Анастасия Нестерова и два других лица, Аллана Хельф и васудианец Сипптар совершили на борту крейсера “Виджилант” перелет до объекта Кносс, где ими были обнаружены шиванские корабли. Капитан крейсера успел отправить ракетный модуль “Гермес” с вышеупомянутыми лицами обратно, очевидно, с целью передать информацию о вторжении Шивы. По возвращении Анастасия Нестерова смогла передать информацию на Капеллу и связаться лично с Надаром Квантрисом, но практически в это же время модуль был атакован охотниками шиван. Появление в этот момент рядом еще одного земного корабля, крейсера “Тринити”, заставило истребители Шивы отказаться от атаки “Гермеса”…»

– Ничего себе, – удивился он, – какое совпадение, и главное, что в один и тот же момент.

«…Капитан “Тринити” сначала изъявил согласие эвакуировать персонал станции с планеты Трио Дракона, но в итоге забрал лишь экипаж с модуля “Гермес”. Затем крейсер совершил гиперпрыжок, не дожидаясь подхода ракетного бота, стартовавшего с поверхности планеты с первой партией эвакуируемых людей на борту. Бот был атакован шиванскими охотниками, и связь с ним прервалась. По всей видимости, он был уничтожен со всеми людьми, находящимися на его борту при попытке совершить ближний прыжок. За пять минут до ухода самого крейсера “Тринити” приемная аппаратура археологической станции приняла короткое текстовое сообщение с персонального коммуникатора Анастасии Нестеровой следующего содержания: «“Тринити” перешла на сторону Нео-Терры…»

– Откуда здесь мог взяться корабль мятежников? – ошеломленно произнес Орнео, делая шаг назад. – Это что еще за детектив? И вообще, «Тринити» – это же наш крейсер!

Гранин погасил виртуальный экран и развернулся на вращающемся кресле в сторону капитана линкора.

– Был наш, равно как, например, и многие другие корабли Альянса до мятежа Акена Боша, – он твердо посмотрел в глаза Кролла, – чему ты удивляешься, служба внутренней безопасности находит заговоры там, где их нет, тогда как настоящие предатели скрываются он наказания.

– Что-то ты быстро «Тринити» в мятежники записал, еще надо проверить, кто эта Нестерова, – пробормотал Орнео. Удивленный неожиданным известием, он даже не обратил внимания на то, что из-за бездействия крейсера погибли все люди в экспедиционной ракете.

Бывший вице-адмирал в ответ невесело усмехнулся:

– Анастасия Нестерова – это ученый-лингвист, специалист по языку Древних и, кстати, супруга Петра Нестерова. Того самого. Надеюсь, про него тебе рассказывать ничего не нужно?

– Черт, запутано как-то все, – безнадежно махнул рукой командир «России», – мятежникам-то чего надо на этой окраине? Поднять восстание в астероидном поясе? Здесь же даже колоний нет. Ни земных, ни васудианских.

– Колоний нет, а вот портал неизвестной конструкции, через который к нам просочились шиванские корабли, имеется, – задумался Гранин, опустив взгляд вниз и постукивая кончиками пальцев по подлокотнику кресла, – интересная получается картина. Активируется по неясной причине межгалактический портал, из него появляется авангард шиван и уничтожает земной крейсер, потом вдруг появляется «Тринити», ни раньше ни позже и почти сразу же загадочно исчезает. Возникает вопрос, куда дальше направился крейсер мятежников? – он посмотрел на Орнео.

– На Капелле он точно не появлялся, – сказал тот, – нас бы проинформировали. Это закон.

– Тогда вариантов остается не так много, – продолжил строить логическую цепочку бывший вице-адмирал, – корабль мог быть уничтожен шиванами, тогда искать его нет смысла, от его обломков многого не добьешься. В противном же случае он должен оставаться где-то здесь в системе. Или, – он посмотрел на капитана, – он мог пойти дальше через портал Кносса прямиком на другой край галактики.

– Они что, совсем безумные, – вырвалось у Орнео, – лезть головой черт знает куда?!

Гранин откашлялся с загадочным видом.

– Это только предположение, – сказал он, – а в сущности, что тебя беспокоит? Мы же осуществляем межзвездные переброски, почему бы нам не освоить и внутригалактические перелеты?

– Я туда за ними не полезу без приказа сверху, – сразу открестился от этого заманчивого предложения командир линкора.

– В таком случае надо начинать широкополосное сканирование сектора, – подытожил Гранин, – правда на это может уйти несколько дней. Но зато, если мы прижмем «Тринити» в этой системе, – он хрустнул пальцами, – то тогда сможем получить ответы на многие вопросы, в частности, каким образом капитан крейсера подгадал с прибытием к месту и времени появления Кносса. Если, конечно, шиване не появятся здесь раньше, – добавил он.

Орнео Кролла нервно заходил взад-вперед по мостику линкора. Потом остановился и посмотрел на своего товарища.

– Не нравится все мне это, Данил, я тебя богом молю, давай лучше отведем «Россию» обратно на Капеллу, – почти умоляющим тоном произнес он. – Мы и так чуть на Денебе под суд не попали с одной только Нео-Террой, а тут они еще вместе с шиванами в одной бутылке оказались. Добром это не кончится, точно тебе говорю.

– Добром это, действительно, не кончится, – согласно кивнул Гранин, – особенно, если Шива готовит новое вторжение. Но с другой стороны, – он озадаченно нахмурился, – знаешь, как-то странно это вторжение выглядит.

– Вот и я говорю, пора уносить ноги и ждать подкреплений, – продолжал убеждать его капитан. – Экспедицию мы спасли, за «Виджилант» отомстили, ну зачем здесь дальше торчать? Даже если «Тринити» все еще здесь, шанс засечь ее сканерами линкора невелик, особенно, если они деактивировали бортовые системы и спрятались где-нибудь в астероидном поясе.

Гранин досадливо отмахнулся.

– Перестань, Орнео, от кого ты собрался уносить ноги? – слегка раздраженно спросил он, – в системе пока кроме нас и предположительно легкого крейсера мятежников никого нет. Прикажи лучше собрать всю доступную информацию по «Тринити» и по ее экипажу и запускай сканирование сектора. Мне кажется, у нас есть ниточки, по которым мы сможем кое-что размотать. Надо будет, кстати, отправить запрос на Капеллу, пусть вышлют корабль-сканер типа «Харибды», от него точно ничего не скроется.

Недовольный командир «России» молча кивнул.

– А насчет подкреплений… сам знаешь, – вздохнул Гранин, – весь флот Альянса в руках у Акасты. Боюсь, существенную помощь мы получим не скоро.

Орнео еще раз молча кивнул в ответ. Похоже, у бывшего вице-адмирала входило в привычку втягивать капитана в неприятные события.

– Кстати, ты не знаешь, чем сейчас занимается наша ученая компания? – поинтересовался Гранин. – Они вроде бы просили выделить им ракетный модуль, чтобы поближе подойти к Кноссу.

– Я не в курсе, – хмуро отозвался Орнео, – собственно, работу с ними я поручил своему помощнику, поскольку общаться с этой сумасшедшей Миной Харгроув выше моих сил.

– Она произвела на меня приятное впечатление, – заметил военный советник третьего ранга.

– Не знаю, мне так не показалось. Пока я с ней разговаривал, никак не мог понять, кто командует «Россией», она или я, – сварливо сказал Кролла, – слишком много командующих на одном корабле, – он посмотрел на товарища и вдруг осекся.

Гранин молча поднялся с кресла и выпрямился, разминая уставшую спину. С правого крыла мостика был хорошо виден пламенеющий диск солнца гамма Дракона, его яростный свет был заботливо приглушен светофильтрами корабля. Полюбовавшись немного этой картиной, Гранин повернулся к Орнео.

– Ты же знаешь, я не командую ни тобой, ни «Россией», – негромко сказал он, приглаживая свои седеющие волосы, – я могу только давать советы согласно своему теперешнему статусу. И если ты их принимаешь, то это целиком лежит в зоне твоей ответственности.

Капитан линейного корабля отвел взгляд. Между мужчинами повисло неловкое молчание.

– Это не совсем так, Данил, – наконец с усилием выговорил он, – я по-прежнему считаю тебя своим командиром, – он взглянул в глаза бывшему вице-адмиралу, – я думаю, все может измениться, и ты вернешься на подобающее тебе место флотоводца. И извини меня, если что, за мои слова.

Гранин смягчился и уже по-дружески улыбнулся капитану. Казалось, отношения были восстановлены.

– Ладно, Орнео, не время сейчас вспоминать о старых обидах и тем более копить новые, – сказал он, – пойдем-ка лучше хлопнем по рюмке фраппина за победу Альянса, тем более что уже время обеда, а после снова примемся за работу. Мы должны сделать из этой звездной системы форпост, первую линию обороны против шиван. Кроме нас этого сделать сейчас некому, ты это сам прекрасно понимаешь.

– Ну надо, так надо, – тяжело вздохнул Кролла, не зная, радоваться ли ему возвращению прежних дружеских отношений с Гра-ниным, или расстраиваться из-за того, что его линкор еще не скоро вернется в систему Капеллы.

– Кстати, зря ты так относишься к нашим физикам, особенно к доктору Мине Харгроув, – сказал военный советник уже на выходе из боевой рубки «России», – я думаю, скоро она сможет рассказать нам про Кносс много чего интересного.

– Пусть рассказывает, – отмахнулся капитан корабля, – все равно мне никогда не нравились высокие тощие брюнетки, хотя, признаюсь, иногда они и бывали очень умными на вид.

Они еще не добрались до капитанской каюты, как Гранина догнало известие об обнаружении рядом с межгалактическим порталом Кносса разбитой земной ракеты с единственным выжившим ребенком.

* * *

Корабль глобального сканирования «Харибда», похожий на остроконечную пирамиду, с тремя зонтиками основных локаторов и с вытянутой на полкорпуса вперед антенной дальнего приема, деловито обшаривал пространство звездной системы гамма Дракона в поисках загадочно исчезнувшего крейсера мятежников. После случайного обнаружения патрульной группой файтеров разбитого экспедиционного бота за последние восемь галактических суток КГС «Харибда» несколько раз фиксировал в системе подозрительные объекты, к которым тут же устремлялись поднятые по боевой тревоге бомбардировщики «России». Но вместо долгожданной «Тринити» сначала они обнаружили тот самый ракетный модуль с «Виджиланта», на котором Анастасия Нестерова со своими товарищами смогла уйти из смертельных объятий Шивы, чтобы затем тут же угодить в плен к мятежному экипажу крейсера. Найденные на брошенном «Гермесе» записи переговоров Анастасии с капитаном корабля Артуром Ромиком дали окончательное подтверждение Орнео Кролла, все еще сомневавшемуся в измене экипажа крейсера Альянсу. В следующий раз добычей пилотов стал невесть как заплутавший в системе шиванский перевозчик, тут же превращенный в пыль азартными коллегами Огюста Блан-кара, изнывающими от отсутствия настоящих дел. Уже наученные опытом, захватить в плен вражеский корабль они не пытались. Узнав об этом событии, Илья Нестеров мрачно предложил своим товарищам написать совместный рапорт с просьбой об их переводе в состав бомбардировочных эскадрилий «России», мол, иначе им придется возвращаться обратно в метрополию с пустыми руками. Действительно, в системе гамма Дракона наступило какое-то странное затишье. О шиванах не было ни слуху ни духу, и если бы не висевший безмолвным предупреждением перед земными патрулями Кносс, то и кратковременное вторжение Шивы могло показаться просто кошмарным сновидением. Сам портал уже потерял для людей большую часть своего мрачного обаяния, теперь он казался пилотам не входом в преисподнюю, а только большой и опасной игрушкой Древних, уже изрядно раздражавшей своим, казалось, бессмысленным верчением. Единственными, кто не чаял души в этой «дьявольской карусели», были прибывшие в систему на специальном корабле физики, возглавляемые «сумасшедшей» Миной Харгроув. Вместе со своим верным ассистентом (некоторые злые языки говорили, что и любовником) Давидом Крайновичем она развила кипучую деятельность по исследованию Кносса, постоянно сталкиваясь на почве дележа ресурсов линкора с Орнео Кролла и мешая капитану, по его словам, «заниматься укреплением системы гамма Дракона против предполагаемого враждебного вторжения». Командир единственного на многие световые годы вокруг линейного корабля Альянса выстроил за неделю целый форпост в системе из своих, по его мнению, очень скромных наличествующих военных сил. Сама «Россия» в состоянии повышенной боевой готовности находилась около узла межзвездного перехода до Капеллы, запирая выход для «Тринити», который теоретически мог попробовать сбежать через этот переход в центральные системы, оставшиеся благодаря действиям Каммила Акасты без прикрытия большими боевыми кораблями. Прорвавшийся на Капеллу мятежный крейсер мог бы натворить там изрядных бед. К планетным колониям, находящимся под прикрытием тяжелых орбитальных батарей, корабль не сунулся бы, но захватить пару пассажирских судов в качестве заложников, чтобы иметь возможность дозаправиться топливом, он был бы в состоянии. Лучевые орудия «России», державшие под прицелом узел межзвездного перехода гамма Дракона – Капелла, лишали «Тринити» такой возможности. Треть наличных легких сил линкора, тридцать два бомбардировщика «Медуза» с истребительным прикрытием из целой эскадрильи файтеров, постоянно несли боевую вахту в районе Кносса на случай неожиданного вторжения шиван, а также, чтобы иметь возможность вовремя прикрыть эвакуацию исследовательских модулей физиков, которые, подобно мухам на варенье, облепили таинственный межгалактический портал.

Время тянулось в нетерпеливом ожидании, Данил Гранин, не находя разгадки тайны пропавшего крейсера мятежников, постепенно мрачнел. Капитан «России», напротив, находился в предвкушении долгожданного «совета» бывшего вице-адмирала наконец покинуть систему гамма Дракона и даже перестал отказывать в различных просьбах доктору Мине Харгроув, которые, правда, как всегда, походили больше на безапелляционные требования. Мысленно Кролла уже был на Капелле в ремонтном доке, руководя устранением последних неисправностей своего линкора. Поэтому, когда он узнал о настойчивом желании Мины срочно встретиться с ним по какому-то важному вопросу, он согласился, хотя обычно использовал для прикрытия своего помощника, назначенного на придуманную им же специально для этой цели должность офицера «по контактам с учеными». Орнео лишь ворчливо сообщил Гранину свое предположение, что Харгроув, вероятно, «попросит» на этот раз энергию всех трех главных генераторов линейного корабля для последнего самого глубокого зондирования структуры Кносса, после чего наверняка «все взорвется и улетит к чертовой матери». Военный советник третьего ранга неожиданно принял заинтересованный вид и решение тоже присутствовать при беседе. Капитана «России» вдруг кольнуло нехорошее предчувствие, ему почему-то показалось, что ничего доброго для его корабля из этой встречи не выйдет.

Они встретились в пустующей после обеда огромной кают-компании линкора. Харгроув немного опаздывала, и бывший вице-адмирал успел обсудить с Орнео последние новости, полученные из Звездного Адмиралтейства. Речь шла о скором прибытии в систему гамма Дракона значительных подкреплений, земного линкора «Картидж» и новейшего тяжелого крейсера васудианцев под названием «Дахор». Это были хорошие известия, поскольку отправка спокойно заканчивавшей ремонт «России» для прикрытия сектора гамма Дракона, по сути, была жестом отчаяния, у командования Альянса просто не было поблизости других больших военных кораблей. Хорошо еще, что вошедшие в систему силы Шивы оказались так немногочисленны.

– Не иначе как у первого лорда в Адмиралтействе крыша встала обратно на место, – прокомментировал эту новость Кролла, – наконец-то он догадался, что шиване могут быть опасны. Пересмотрели, наверное, еще раз хроники про Великую Войну, – с ядом предположил он, – я ведь их всю неделю тряс, дайте, говорю, подкреплений, это же не шутки, вторжение Шивы, это же черт знает чем может кончиться. Видимо, наконец-то дошло.

– Пришлют, Орнео, к тебе с ними и нового адмирала, – с иронической грустью в голосе сказал Гранин, – и кончатся твои мучения с ответственностью. Будешь просто получать приказы.

– Ты думаешь? – озабоченно спросил Кролла. – Я и в самом деле уже устал за все отвечать, мне и «России» одной хватает.

– Даже не сомневайся, – подтвердил советник третьего ранга, – надо же кому-то управляться с целой группировкой, два линкора, один крейсер, больше сотни файтеров…

Орнео тяжело вздохнул и посмотрел на Гранина.

– Ты же знаешь, Данил, кого бы я хотел видеть здесь на месте командующего, – сказал он, – но, к сожалению, в этой ситуации от меня ничего не зависит.

Бывший вице-адмирал только пожал плечами, как бы отвечая «и от меня тоже».

– А тут еще наша сумасшедшая Харгроув со своей командой, – недовольно пробурчал командир линкора, – что они, интересно, на этот раз задумали?

– Ты слишком предвзято к ней относишься, – упрекнул товарища Гранин, – от ученых есть и польза. Вот, к примеру, они смогли объяснить мне, как экспедиционная ракета с запасом хода на два с половиной световых часа ухитрилась оказаться рядом с Кноссом за шесть миллиардов километров от планеты. А мы несколько дней ломали над этим головы.

– Это тот ракетный бот, из-за которого они не хотели грузиться в наши эвакуационные модули? – с подозрением спросил Орнео. – Не «доверяли военным»?

– Трудно их в этом упрекнуть, – возразил военный советник, – какая должна быть еще у них реакция, когда у всех на глазах шиване расстреливают ракету с твоими людьми, а крейсер Альянса даже не старается им помешать?

Командир «России» в ответ только хмыкнул.

– Так вот, что касается странного перелета самой ракеты… – вернулся к предмету своего обсуждения Гранин, не обращая внимания на то, что его товарищ проявляет не очень большой энтузиазм к раскрытию этой загадки. – Наши ученые предположили, что шиванские охотники нанесли повреждения ракетному боту, как раз в момент формирования им подпространственной матрицы для субзвездного перехода. Соответственно тот просто провалился в подпространство, не задав точной точки выхода.

– Ну, а причем тут портал? – слегка заинтересовался Кролла.

– А портал, как мощный стабилизирующий узел, как раз и притянул к себе сорвавшуюся ракету и потом выбросил ее по инерции в двадцати астрометрах от себя. Правда, людей, которые были в ней, это уже не спасло, – проконстатировал факт советник третьего ранга, – повреждения модуля были слишком велики, и они остались без кислорода.

Орнео недоверчиво посмотрел на Гранина.

– Данил, я такие объяснения и сам могу придумывать по десять раз на дню, – сказал он скептическим тоном, – а нашим яйцеголовым еще и деньги, оказывается, за это платят.

Бывший вице-адмирал только вздохнул от такой предвзятой оценки своего друга.

– А вот и наша пунктуальная гостья, – вдруг обрадованно воскликнул он, меняя тему разговора.

Командир линкора, сидевший боком к входу кают-компании, неохотно повернул голову. В дверях стояла доктор Мина Харгроув, высокая коротко стриженная брюнетка с худым решительным лицом. Из-за ее плеча выглядывало растерянное лицо офицера «по связям с учеными».

– Здравствуйте, госпожа Мина, прошу садиться, – Орнео неторопливо поднялся со своего места. – Картинель! – окликнул он все еще стоящего в дверях офицера. – Раз уж ты здесь, будь любезен, спроси у стюардов кофе и десерт для дамы.

Несмотря на сложные отношения с Харгроув, он, как представитель офицерства военного флота с тысячелетними традициями, не мог не быть хотя бы формально вежливым с противоположным полом.

Гранин тоже приподнялся в любезном поклоне, приветствуя вошедшую женщину.

Вежливо, но сухо поздоровавшись, Мина села на подставленный ей стул. Бывший вице-адмирал с любопытством посматривал на знаменитую женщину физика. Сам он был весьма далек от этих специфических и сложных материй, но Харгроув была ведущим специалистом по физике межзвездных порталов, и это давало ей широкую известность. Растущей земной цивилизации требовались новые звездные системы для освоения, и если бы ученым удалось научиться в итоге создавать рукотворные эфирные мосты, то это, безусловно, дало бы огромный толчок развитию Альянса. К тому же земные колонии могли бы наконец узнать, что все-таки точно случилось с Солнечной системой, после того как единственный межзвездный переход до Земли сколлапсировал из-за взрыва «Люцифера» во время Великой Войны. Ну а, к примеру, о возможности пройти по секретно наведенному эфирному мосту в тыл к Акену Бошу и завершить войну с мятежниками одним ударом можно было даже не говорить, она была очевидной.

Бесшумно возникший стюард подал гостье и мужчинам кофе и так же тихо удалился.

– Вы не будете возражать, если я закурю? – спросила Харгроув и, не дожидаясь ответа, выщелкнула из пачки тонкую сигарету.

Слегка помрачневший Кролла, молча кивнув, стукнул по столешнице. Рядом с гостьей из стола выскочила пепельница с вензелем «России».

– Чем обязаны вашему визиту? – нарочито вежливо спросил Орнео, кинув быстрый взгляд на сидящего слева от него товарища. – Вам необходимо что-то еще для продолжения исследования портала?

Мина отрицательно качнула головой.

– Все возможные тесты с доступной нам аппаратурой мы завершили. На этот раз мне всего лишь нужен корабль, – она выпустила дым уголком рта, – корабль массой от восьмидесяти пяти тысяч тонн для прохода через портал Кносс. Может подойти и крейсер, но лучше, если это будет «Россия».

Командир упомянутой «России» чуть не подавился своим кофе. Гранин вопросительно посмотрел на женщину.

– А больше вы ничего не хотите? – наконец отдышавшись, спросил Орнео. – И кто вообще вам дал право отправлять корабли через Кносс?

– Мой статус по табели соответствует званию капитана третьего ранга, и вы это знаете, – сухо ответила Харгроув. – Таким образом, я могу командовать кораблем, даже военным, вплоть до легкого крейсера. Но, к несчастью, у меня его нет.

– Я бы сказал, наоборот, к счастью, – возразил Кролла, отодвигая от себя свою чашку, – и к счастью, – повторил он, – пока я командую здесь силами Альянса, мой линкор и никто более в эту чертову дыру не полезут!

– Я же вам сказала, что меня устроит и крейсер, – сказала женщина, воинственно тряхнув своей коротко стриженной челкой. – Но я не уверена, смогу ли с ним взять на абордаж «Тринити».

Орнео вытаращил глаза после такого ответа, затем медленно перевел взгляд на своего друга. Казалось, он временно лишился дара речи. Гранин, наоборот, выглядел очень заинтересованным.

– Почему вы думаете, что крейсер сейчас находится по другую сторону портала? – быстро спросил он. – И вообще, откуда вы знаете про «Тринити»?

– Я говорила с неким Надаром Квантрисом, – отчеканила Харгроув. – Вы же сами временно разместили его людей после эвакуации на «России». Он был заместителем Анастасии Нестеровой, которая руководила раскопками артефактов Древних в этой системе и оказалась в руках мятежников еще до вашего прибытия.

Бывший вице-адмирал вдруг откинулся на своем стуле и звонко хлопнул себя по лбу.

– Ну, конечно, как я раньше не догадался! – воскликнул он, глядя на озадаченно уставившегося на него Орнео. – Все сходится, капитан. Смотри, земная экспедиция ведет раскопки Древних на планете и каким-то образом активирует портал, ведущий в области, населенные шиванами. Насколько я знаю, Акен Бош и раньше был неравнодушен к артефактам Древних, он мог следить через своих шпионов за всеми археологическими экспедициями Альянса. Как только экспедиция Нестеровой что-то нашла, тут же появилась «Тринити» и дело в шляпе! А мы понять не могли, что ей здесь надо.

Гранин перевел дух и с уважением посмотрел на Мину.

– Вы просто молодец, – с воодушевлением сказал он, – но почему вы уверены, что крейсер мятежников все-таки решился отправиться через Кносс?

Харгроув ответила скептическим взглядом.

– Ваш бы энтузиазм, да на доброе дело, – иронически заметила она, – а то мы уже неделю бьемся о непрошибаемую тупость вашего офицера «по контактам с учеными», – она произнесла эти слова с нескрываемым сарказмом, – со страшным скрипом выбивая для себя каждый джоуль энергии. Получаем удивительные данные, но господ военных они почему-то не интересуют. Они предпочитают с упорством, достойным лучшего применения, терзать несчастную «Харибду», тратя колоссальное количество энергии на сканирование системы и даже не замечая, что все ответы находятся прямо у них перед носом, – она раздраженно затушила свою сигарету.

Побагровевший командир «России» наконец обрел дар речи.

– Вот так она всегда, – обращаясь к Гранину как к свидетелю, возмущенно произнес он, – а потом еще удивляется, почему у нее натянутые отношения с военными.

Военный советник третьего ранга примиряюще выставил перед собой обе ладони.

– Подожди, Орнео, доктор Мина Харгроув в чем-то права, – сказал он, – мы действительно плохо взаимодействуем друг с другом.

Гранин обратился к женщине:

– Госпожа Мина, просим нас великодушно простить, если мы были в чем-то не правы по отношению к вам, – дипломатично начал он, – но, если вы сейчас, по вашему мнению, владеете какой-либо важной информацией, то, пожалуйста, поделитесь ею с нами. Со своей стороны, мы обещаем вам в дальнейшем всяческое содействие, – он прижал руку к сердцу, – я вас очень прошу.

Такое обращение подействовало, и доктор Харгроув слегка смягчилась.

– На самом деле я не собиралась вас беспокоить, – произнесла она, глядя на Гранина, – вся научная информация, которую мы собираем и которая может иметь двойное назначение и быть интересной для военных, – женщина кашлянула, – так вот, такая информация и так в любом случае передается в соответствующие структуры Альянса, а уже они решают, что с ней делать дальше. По-хорошему, мне не было бы никакого дела до поисков вашего крейсера, если бы не одно обстоятельство. Я больше чем уверена, что Анастасия Нестерова и несколько человек из ее экспедиции сейчас находятся на «Тринити»… – она напряженно взглянула на советника третьего ранга, и тот вдруг с удивлением увидел блеснувшие в ее глазах слезы, – а сам «Тринити» находится по ту сторону Кносса.

Гранин сочувственно кивнул.

– Вы хорошо знали госпожу Нестерову? – негромко спросил он.

– Почти двадцать семь лет, – Харгроув осторожно дотронулась до уголка глаза, – мы познакомились еще до Великой Войны и с тех пор дружили и работали вместе. Насти историк и специалист по лингвистике, и я пользовалась ее расшифровками текстов Древних, относящихся к межзвездным порталам, для своей работы. Анастасии, в свою очередь, было легче понимать тексты Древних с моей помощью, язык физики универсален для вселенной.

Она спохватилась:

– Но дело сейчас не в этом, а в том, что один земной по виду корабль семь дней назад прошел через Кносс с нашей стороны.

Гранин и Кролла одновременно подскочили на своих местах.

– Вы обнаружили это благодаря своим исследованиям портала? – с нескрываемым уважением спросил бывший вице-адмирал. – Ну вот видишь, Орнео, – упрекнул он капитана линкора, – надо было сразу предоставить госпоже Мине все необходимые ресурсы, наши ученые, оказывается, умеют видеть сквозь время!

Он снова обратился к женщине:

– Наверное, это было очень сложно определить? Я полагаю, вы нашли какие-то гравитационные следы, всплески после прыжка или что-то в этом роде?

– Ну, в общем, в какой-то степени да, – слегка опустила глаза Харгроув, – уходящие на эфирный мост корабли, действительно, оставляют за собой гравитационный след, который, в принципе, можно продетектировать, – она вздохнула, – но, по правде говоря, мы этим не занимались. Просто вчера около портала мы случайно нашли капсулу наблюдения, которую оставил ракетный модуль с вашего «Виджиланта».

Мужчины замерли в ошеломленном молчании. Гранин не глядя отхлебнул остывшего кофе, не спуская глаз с Харгроув.

– Ну, а что нам оставалось делать? – снова тряхнув своими короткими волосами, воинственно спросила та. – Нам позарез был необходим еще один ракетный модуль. У ваших подчиненных, капитан, – она посмотрела на Кролла, – его не добьешься. Поэтому мы взяли тот модуль с «Виджиланта», что нашли в системе ваши пилоты, дозаправили его и отправили к Кноссу. А вчера вдруг обнаружилось, что на модуле не хватает одной камеры наблюдения. Оператор послал на всякий случай запрос и капсула неожиданно ответила. Она, оказывается, все это время находилась рядом с порталом. Я полагаю, что ее оставили там для наблюдений прежние хозяева.

Мина секунду помолчала и затем продолжила:

– И мы просмотрели записи за все время ее работы. На одной из них было ясно видно земной крейсер, совершающий гиперпрыжок через Кносс.

Капитан «России» нервно хихикнул:

– А если бы мой помощник все-таки выделил вам ракетный модуль, как вы того требовали?

– Тогда мы бы искали здесь «Тринити» до второго пришествия, – мрачно отозвался Гранин, – я прошу вас срочно передать эти записи в наше распоряжение, – обратился он к женщине.

– Разумеется, – кивнула Харгроув в ответ, – но меня больше интересует, могу ли я рассчитывать на положительный ответ по моей просьбе?

– Отправить десять тысяч человек в неизвестность, ради спасения троих? – возмущенно ответил вопросом Кролла. Он подскочил со своего места и, уперевшись кулаками в стол, наклонился к женщине. Она спокойно посмотрела ему в лицо.

– А чего вы боитесь? – Харгроув слегка усмехнулась. – Может быть, Кносс и выглядит необычно на вид, но, по сути, это тот же самый узел дальнего перехода, только ведущий на несколько большее расстояние. Мы тщательно проанализировали его пространственно-временную топологию и установили, что воронка портала простирается на тридцать тысяч световых лет в направлении центра нашей галактики. – Она чуть пожала плечами: – И ко всему прочему, согласно известному закону обратных отношений, время, которое затратит корабль для прохождения даже такого длинного эфирного моста, составит не более чем несколько часов.

Пока женщина говорила, Гранин положил руки на стол и сцепил вместе пальцы. Лицо его приняло задумчивое выражение. Орнео подозрительно следил за своим другом.

– А если там полно шиван? – вдруг спросил он.

– Вы это серьезно? – изумилась Харгроув. – Ну знаете, мне кажется, что в таком случае их должно было быть полно и здесь, – она сменила свой тон на вкрадчивую иронию, – либо они проявляют поразительную и несвойственную им скромность. Потому что во время Великой Войны, а я очень хорошо ее помню, их орды мгновенно наводняли собой систему за системой.

Кролла не нашелся, что возразить, и сел на место. Слово взял Гранин.

– Погодите, давайте попробуем спокойно сделать выводы из всей информации, которую мы имеем, – негромко, но твердо сказал он, – итак, госпожа Мина утверждает, что любой корабль с соответствующей массой и гиперприводом, в частности наша «Россия», в состоянии совершить дальний прыжок через портал Кносс. И вернуться обратно, я надеюсь?

– Подобные структуры всегда симметричны, – подтвердила женщина, – прыжок обратно не будет ничем отличаться от прыжка отсюда.

Военный советник третьего ранга удовлетворенно кивнул.

– Также госпожа Харгроув сообщила нам, что «Тринити» уже совершила прыжок туда, – продолжил он, – безусловно, мы и сами посмотрим эту запись, но оснований не доверять нашим ученым у нас нет. Таким образом, – резюмировал он, – наша «Россия» теоретически может пройти Кносс, провести разведку на той стороне, отыскать по пути крейсер мятежников, взять его, если можно так выразиться, на абордаж и вернуться обратно.

Гранин посмотрел на явно недовольного, но пока сдерживающего себя капитана линкора.

– Безусловно, риск есть, в этом ты прав, Орнео, – подтвердил он опасения своего товарища, – и плохо, что мы пока, действительно, не знаем, что там нас ожидает. Но если быть до конца откровенным, еще хуже для меня не знать ничего здесь, находясь перед порталом! Наш долг узнать о враге как можно больше, а сделать это мы можем только отправившись к нему навстречу.

Бывший вице-адмирал сделал паузу.

– И мы не должны забывать о том, что «Тринити» это не просто мятежный крейсер, – продолжил он, – к сожалению, оказывается, что люди Боша идут зачастую на шаг впереди нас. Мне трудно поверить в случайную серию совпадений, в результате которых открылся портал в мир Шивы. А захватив «Тринити», мы имеем шанс раскрыть эти загадки. Поэтому я за прыжок, причем нам лучше поторопиться, – он посмотрел на Кролла, – что скажешь ты, капитан?

Мина Харгроув с надеждой взглянула на командира «России».

– И мы сможем тогда спасти Анастасию, – сказала она, – помогите нам, капитан.

Орнео отвел взгляд в сторону.

– Может быть, ты все правильно говоришь, Данил, – после долгого молчания наконец сказал он, – и про Шиву, и про «Тринити», но пойми, я не могу брать на себя такую ответственность без приказа. Даже ради тебя, – было видно, что эти слова даются ему с трудом, – ты же знаешь, что в систему скоро прибывают новые корабли, и так или иначе в ближайшее время будет назначен командир всего соединения. Если он отдаст приказ идти в разведку через Кносс, то тогда я подчинюсь, – он виновато посмотрел прямо в глаза Гранину, – а так… Прости, Данил.

Наступила пауза. Гранин пожал плечами и перевел взгляд на замершую женщину.

– Прошу прощения, – сказал он, – к сожалению, здесь я бессилен. Он командир корабля, ему и принимать решение.

Харгроув в отчаянии закусила губу:

– Капитан, пожалуйста!

– Я не одинокий белый рыцарь, – сумрачно ответил Крол-ла, – я несу ответственность за линейный корабль и десять тысяч человек его экипажа.

Доктор Харгроув была сильной женщиной. Осознав, что просить уже бесполезно, она молча встала и, сухо кивнув Гранину, без единого слова вышла из кают-компании. Мужчины остались вдвоем. Когда затих стук каблуков женщины и с легким шипением закрылись тяжелые двустворчатые двери, Кролла с виноватым видом обратился к товарищу:

– Будешь еще кофе?

– Нет, спасибо, давай уж лучше выпьем чего покрепче. За крах надежд.

– Перестань, Данил, я же всегда слушаю тебя, ты это знаешь. Но то, что вы с ней предлагаете сейчас, для меня уже слишком.

– Как знаешь.

Тяжелое молчание нарушила трель коммуникатора на руке командира «России».

– Ты погляди, – с радостным удивлением сказал он, – «Картидж» и «Дахор» только что вошли в систему гамма Дракона. Наконец-то мы здесь не одни. А это что? – он вдруг поперхнулся. – Я… я глазам своим поверить не могу.

– Что там? – без особого интереса спросил Гранин.

– Главное, не падай со стула, здесь про тебя.

– Ну?

– Ты восстановлен в звании и назначен командующим соединением всех кораблей Альянса в этом секторе, – ошеломленно сказал Кролла, – с ума можно сойти, – он перевел ошалелый взгляд на реабилитированного вице-адмирала. – Они снова про тебя вспомнили!

Но Гранин почему-то не выказал особой радости от этого известия.

– Что-то здесь не то, – сказал он, – без серьезной на то причины меня бы не вернули.

– Может, они просто поняли, что несправедливо с тобой поступили? – предположил капитан.

Гранин скептически усмехнулся:

– Не будь наивным, Орнео. На самом деле, за моим назначением могут стоять очень серьезные события.

– Почему ты так решил? – слегка недоуменно спросил Кролла.

Гранин бросил на него задумчивый взгляд.

– Опальных флотоводцев обычно возвращают в строй тогда… – он сделал многозначительную паузу, – когда у тех, кто их сместил, возникают проблемы. Боюсь, что те ребята, которые скинули меня с поста командующего Третьим флотом месяц назад, могли за это время сесть в большую лужу.

– Ну, если это действительно так, – бодро махнул рукой капитан, – то они это полностью заслужили. Об этом мы плакать не будем.

Он вдруг остановился.

– Данил, – осторожно спросил он, – а чем ты сначала займешься, как командующий новой эскадры?

Командующий новой эскадры хмыкнул.

– Ты угадал, Орнео. Первым делом я пошлю разведку через портал Кносса.

– Как насчет «Картиджа» или «Дахора»? – продолжал юлить капитан.

– Ты же знаешь, «Картидж» является линкором предыдущего поколения класса «Орион». Твой корабль гораздо мощнее, зачем подставлять старичка, – произнес невозмутимо Гранин, – а что касается «Дахора», то неужели мы, люди, пропустим васудианцев вперед. Потомство нам этого не простит.

Кролла тяжело вздохнул.

– Значит, «Россия»? – с тайной надеждой, что новый командующий скажет «нет», спросил он.

– Ты не ошибся, товарищ. Именно «Россия», новейший линкор класса «Геката», гордость землян, – безжалостно подтвердил Гранин.

Командир новейшего линкора и гордости землян бессильно закрыл глаза.

* * *

В госпитале «России», занимавшем чуть ли не треть второй палубы огромного линкора, было совсем немноголюдно. Двое молодых пилотов с погонами младших офицеров уже полчаса слонялись по пустому приемному отделению царства медиков, ожидая назначенной им аудиенции.

– Ты точно его правильно поняла? – Илья с подозрением посмотрел на Наталью Синарин, расстроенно присевшую на маленький белый диванчик, которые были в изобилии раскиданы по всему помещению приемной.

– Он сказал, приходите в пятнадцать сорок по галактическому, – девушка уже сама начала в себе сомневаться, – мол, Берти к этому времени уже пройдет все дневные процедуры.

Нестеров перевел взгляд на огромные часы, висевшие над регистрационной стойкой, они показывали уже начало пятого. Пилот задумчиво почесал затылок и присел на диванчик рядом со своей спутницей.

– Он сначала отказывался, говорил, что ему и так хватает одной матери Берти, – уже не в первый раз начала рассказывать Наталья свою историю, – но потом, когда я ему расписала в подробностях, с каким риском для своей жизни ты спас мальчика, доктор сломался и назначил нам время на без двадцати четыре. Он еще пробурчал, что вроде надеется на нашу взаимную аннигиляцию с мамашей, – припомнила девушка новую подробность, – мол, она ему работать не дает и пусть лучше выльет всю свою радость на тебя, как на главного спасителя.

– Хитрый доктор, – констатировал Илья, разглядывая видеоряд на противоположной стене приемного покоя, где уже в который раз наглядно демонстрировалась практика оказания первоначальной помощи людям, испытавшим воздействие космического вакуума. Хотя во всем демонстрационном ролике красный цвет был везде заменен синим и пострадавшие к тому же, все как один, радостно улыбались, смотреть на это зрелище снова и снова было не очень приятно. Пилот перевел взгляд на регистрационную стойку, за которой в окружении виртуальных панелей одиноко сидела суровая женщина средних лет в мундире секундо-лейтенанта медицинской службы.

– Пойду я, еще раз допрошу местного медработника, – решил он, поднимаясь с дивана, – а ты сиди пока здесь. Мне кажется, она плохо реагирует именно на молодых симпатичных девушек в форме пилота.

Уже прошло двое суток с того момента, как файтер Ильи Нестерова доставил спасенного им мальчика по имени Берти на «Россию». Сразу после посадки уже ожидавшие их на спецплатформе медики мгновенно утащили мальчика прямо вместе с его скафандром в свои владения на корму второй палубы звездного линкора. Сам пилот получил от командования на другой день благодарность, а командир его эскадрильи «Воронов» послала запрос на представление к награде отважного астролетчика. Друзья по сто седьмой засыпали Илью расспросами, все-таки не каждый день в их боевой группе случались такие события, но пилот и сам терялся в догадках, кого и откуда он спас. Во время перелета он опасался расспрашивать Берти, чтобы не усугублять его и так неважного состояния, и знал только то, что в разбитом ракетном боте были еще люди и что все они оказались мертвы.

Наконец из скупого официального коммюнике он узнал про попавшую под удар Шивы земную экспедицию, которая занималась планированием глобального терраморфинга планеты Дракон Трио под будущие нужды Альянса. Но каким чудесным образом ракета, атакованная шиванами возле планеты, оказалась вдруг у межгалактического портала, в сообщении командования не объяснялось, говорилось только то, что пятьдесят четыре человека, бывшие на ней, погибли, а двое детей участников экспедиции спасены пилотами из истребительной группы «Воронов». Почему спасенных детей вдруг стало двое, Илья тоже понять не мог.

Одолеваемые вопросами товарищей, отчасти из собственного любопытства и желания узнать, как чувствует себя спасенный ими паренек, четыре новоявленных героя из сто седьмой эскадрильи к концу вторых суток все-таки отыскали лечащего врача Берти и уговорили его разрешить им свидание с мальчиком. Уговаривала Наталья, и в итоге доктор, тронутый ее рассказом, разрешил пилотам (только двоим, не больше) короткое свидание с его пациентом.

– Освободился ваш доктор, уже идет, – утомленно сообщила лейтенант медицинского службы, не дожидаясь вопроса Нестерова, и ткнула пальцем в один из своих виртуальных экранов.

Лечащий врач Берти оказался приятного вида моложавым мужчиной, причем на редкость в благодушном настроении. Он даже извинился за свое опоздание и быстро провел обоих пилотов в подведомственный ему медицинский отсек, где лежал мальчик. По дороге разъяснилось и хорошее настроение доктора.

– Подмешал ей снотворного в питье, – довольно сообщил он Илье, пока они шли по длинному белому коридору, – на ближайшие десять часов мы все в безопасности.

Как тут же выяснилось, он имел в виду мать мальчика Руту Квизигер.

– А мы волновались, что она тоже погибла вместе с остальными в ракете, – сказала Наталья, – какое счастье, что этого не случилось.

Врач многозначительно хмыкнул.

– Счастье – это то, что она сейчас спит, – сообщил он, – эта Квизигер совершенно не давала мне спокойно работать. Кстати, вам тоже повезло, иначе, если бы вы и вышли отсюда не задушенными в ее объятиях, то точно оказались бы мокрыми с головы до ног от ее благодарных слез. Это не женщина, а сто десять килограммов заботы о своем ребенке.

– Я прекрасно ее понимаю, – вдруг заносчиво сказала Синарин, – как женщина женщину.

Илья с некоторым удивлением посмотрел на новоявленную представительницу прекрасного пола, а доктор с трудом сдержал смешок.

– А как получилось, что они оказались не вместе? – задал пилот мучивший его вопрос.

– Как она мне рассказала, там все произошло очень быстро. В первую партию эвакуируемых погрузили тех, кто был непосредственно на центральной станции, ну и естественно, детей. Но наша Рута оказалась в этот момент где-то на выезде, – припомнил врач, – и не попала на борт модуля. А уже потом, при атаке шиван после старта, обоих детей успели запихать в два пилотских астрокостюма, которые были в ракете.

– Погодите, – удивился молодой человек, – каких двоих? Мы вытащили только одного.

– Вы просто не в курсе, – снисходительно сказал доктор, останавливаясь у одной из многочисленных дверей в длинном коридоре, – там был еще ребенок, но не людей, а васудианцев, во втором скафандре. Просто он сразу впал из-за стресса во что-то вроде… – доктор пощелкал пальцами, – анабиоза или спячки, даже не знаю, как это у них точно называется. Вот поэтому Берти и решил, что его товарищ тоже погиб. А на самом деле этот Гози оказался в самом выигрышном положении. Он мог так продремать, почти не потребляя воздуха, больше недели. А у нашего Берти оказалось сильное обезвоживание и психическое перенапряжение, это ведь не шутка даже для взрослого, провести сорок часов среди полусотни мертвых тел.

Он профессиональным взглядом окинул боковую виртуальную панель рядом с дверью, на которой светились непонятные для пилотов медицинские иероглифы.

– Собственно, мы на месте, – сказал врач, наконец повернувшись к ожидающим его пилотам, – у вас есть десять минут на то, чтобы пообщаться с Берти. Мальчик не спит, медицинские параметры почти пришли в норму. Через несколько дней мы отпустим его из медотсека.

Он вдруг принял серьезный вид:

– Главное, постарайтесь ни о чем его не расспрашивать, особенно о том, что с ним произошло. Вы лучше расскажите ему пару веселых историй из своей жизни. Паренек просто обожает наш военный флот.

Доктор приложил ладонь к сенсорной панели, и дверь отсека неторопливо отъехала в сторону. Илья и Наталья сразу увидели своего мальчика. Берти лежал на одной из кроватей в большой четырехместной госпитальной палате и разглядывал что-то на своем маленьком планшетном транспьютере.

Увидев вошедших молодых пилотов, мальчик мгновенно расплылся в счастливой улыбке, сразу узнав в одном из них своего спасителя.

Илья вдруг почувствовал, что у него защипало в глазах.

Глава 4

Энергетическая защита истребителя «Мирмидон» дышала на ладан. По ее невидимому обычно слою теперь, мешая обзору, пробегали зловещие синие молнии. Посмотрев на показания приборов, пилот выругался, в таком плачевном состоянии его машине долго не протянуть. Он огляделся, с отчаянным видом ища подмоги, но на многие астрометры вокруг он видел только хаос и разрушение. Эшелонированная оборона в этом секторе была почти полностью уничтожена, за бронестеклом кабины истребителя везде, куда ни глянь, горели угрожающие красные огоньки кораблей противника, отрезая пути к спасению.

Невнятно забулькал отерком:

– Томаль… еть… то… ау… та… ре… – пилот злобно стукнул по устройству кулаком.

Неожиданно это помогло, набор обрывков слов превратился в связную речь.

– Томальски, ответь, это я – Раунин, «Дельта четыре», – знакомый голос размывался помехами. – У тебя все в порядке? Почему не отвечаешь? Прием…

Стефан Томальски, пилот второго класса семьдесят третьей истребительной эскадрильи, только горько усмехнулся в ответ, глядя на пустые слоты ракет и столбик уровня защитного поля, превратившийся в почти невидимую узкую полоску. Как же, в порядке!

В порядке все было десять часов назад, когда он после доброго ужина с друзьями завалился с новой видеоигрой на койку у себя в каюте с твердым намерением не выходить оттуда до утренней побудки. Тогда ничего еще не предвещало беды. Система эпсилон Пегаса, где был расквартирован шестой флот Альянса, вообще считалась самым тихим и спокойным местом, боевых действий там не велось уже почти год. Томальски, неожиданно для себя переведенный на флагманский линкор «Шинано», был даже втайне доволен таким ходом событий. Товарищи по эскадрилье оказались вполне нормальными ребятами, а командир звена, в отличие от Нестерова, не донимал внеурочными тренировками и не заставлял зубрить историю военных конфликтов с васудианцами и Шивой. Более того, когда его новые сослуживцы узнали, что Стефан принимал участие в недавней битве за Денеб и помогал уничтожить «Велизарий», его авторитет поднялся на серьезную высоту. Положа руку на сердце, это было приятное ощущение, поскольку в звене Ильи он постоянно чувствовал себя в каком-то смысле самым отсталым пилотом, хотя и был старше всех остальных. Даже юная Наталья Синарин постоянно опережала его при прохождении тестов, не говоря уже о вечно насмешливом Алексе Маршане, ядовитых колкостей которого Томальски опасался больше всего. Маршан и Нестеров вообще казались ему небожителями, оба из семей профессиональных пилотов, этакие дворяне звездной эпохи, элита из элит. Хотя, надо признать, что Илья всегда относился к нему без всякой предвзятости, как к равному.

Поэтому нынешняя жизнь в семьдесят третьей эскадрилье Стефану нравилась, тем более что боевых вылетов в течение почти месяца его пребывания здесь не было и, казалось, не предвиделось. Правда, три дня назад он был несколько обеспокоен, когда в систему эпсилон Пегаса вошло несколько крейсеров Альянса из состава первого флота и начались какие-то загадочные перестановки кораблей по всему оборонительному периметру системы. Но потом он успокоился, выяснив в информационном зале, что среди прибывших кораблей не было ни одного линкора, главной ударной силы при любом наступлении. Но, как оказалось, предаваться спокойствию было слишком рано.

Тревожно прозвенел сигнал системы дальнего обнаружения. Сканеры какого-то из кораблей мятежников поймали в захват его поврежденную машину. Теперь, если не повезет, то скоро можно ждать гостей. Пилот снова выругался и включил отерком.

– Раунин, – буркнул он, – не кричи ради бога на всю Галактику, меня и так уже засекли Я «Дельта два», имею серьезные повреждения. А ты где? Я тебя не вижу.

– Слава богу, хоть ты живой, – с неожиданным для этой ситуации оптимизмом откликнулся «Дельта четыре», – неужели, кроме нас никого не осталось?

Вопрос, в принципе, был интересный, по боевой тревоге с «Шинано» на взлет пошло тридцать два «Мирмидона», две полные эскадрильи истребителей. Но эти вещи Томальски уже мало занимали, ему и так было ясно, что до полного исчезновения его семьдесят третьей группы ждать оставалось совсем недолго.

– Давай лучше о себе позаботимся, – мрачно сказал он, стараясь выровнять свою машину, которую все время тащило в сторону из-за проблем с правым двигателем, – у меня защита ноль, ракет тоже, а запас хода всего две световые минуты.

– Тогда у меня для тебя приятные новости, – отозвался Раунин, – держи координаты. Здесь недалеко база подскока, можно заправиться и пополнить боезапас.

Томальски сделал скептическое лицо:

– Ну, заправимся мы, а дальше что? Вся система кишит кораблями Нео-Терры, какая разница, где тебя сожгут. Куда мы потом сможем уйти?

– Ты забыл, что ты пилот истребителя Альянса? – после паузы отозвался «Дельта четыре». – Если бы я не знал, что ты дрался с «Велизарием» на Денебе, я мог подумать, что ты струсил.

Стефану стало немного стыдно.

– Я имел в виду, что мы двумя побитыми файтерами много пользы Альянсу не принесем, – пояснил он, – давай поскорее свои координаты.

– Нам главное дозаправиться, – сообщил Раунин, – кое-где наши ребята еще воюют. Потом мы с тобой прыгнем сразу к третьему узлу обороны. Это орбитальная инсталляция «Эниф» рядом со здешней обитаемой планетой, она все еще держится, я получил известия от них по мгновенной связи. Там мы соберем тех наших, кто остался жив, и будем крепить оборону до прихода помощи.

Пилот нахмурился, вот как, оказывается, может навредить лишняя известность. Хорошо, он не успел брякнуть, что уже пора сдаваться. Глядишь, тогда «Дельта четыре» и расстрелял бы его за паникерские настроения. Но с другой стороны, как не испугаться, когда оборонительные порядки Альянса в системе рассыпаются, как кубики в детской игре под ударами кораблей мятежного контр-адмирала Коха, которому, как считалось, не хватит сил, чтобы пройти даже первый узел обороны шестого флота. А он, как выясняется, прошел уже два и штурмует третий!

Томальски сразу припомнил суматоху, поднявшуюся на «Ши-нано», когда командованию шестого флота стало известно о прорыве противника около узла межзвездного перехода с Полярной до эпсилон Пегаса. В течение десяти минут на взлет пошли все наличные файтеры корабля, девяносто две машины, включая даже разведывательные «Улиссы». Стефан стартовал в четвертой волне, когда «Шинано» покидали последние машины. Такого столпотворения около линкора он в своей жизни еще никогда не видел. Десятки взлетающих файтеров, едва не сталкиваясь между собой, расходились по своим эшелонам. Пространство вокруг корабля расцвечивалось фейерверком синих вспышек, бомбардировщики и истребители на минимальном расстоянии от «Шина-но» ныряли в подпространство для субзвездного прыжка. В двух астрометрах от звена Томальски разгонялись перед прыжком три крейсера класса «Левиафан», схожие силуэтами с легкими «Фен-рисами», но намного более смертоносные. У пилота от картины такого вселенского столпотворения даже закружилась голова, и он чуть было не потерял своих ребят в этой круговерти, но, к счастью, вовремя сумел обнаружить и исправить свою оплошность. Ведущий его группы Нагмаль Тинту, торопясь перед прыжком, скороговоркой пробубнил боевое задание, информацию о котором в нарушение всех правил даже не успели загрузить в бортовые транспьютеры «Мирмидонов» и приказал включать гиперприводы истребителей. Таким образом, Стефан, который и в мирное время не отличался способностями схватывать что-либо на лету, отправился в свой новый полет, имея самое смутное представление о поставленной ему боевой задаче.

Может быть, это его и спасло, когда по прибытии на место их файтеры тут же попали под ураганный огонь с приближающихся кораблей мятежников. Головной истребитель Тинту сгорел почти сразу вместе с пилотом, попав под удар тяжелого лучевого орудия. Оставшиеся машины звена тут же растворились в хаосе боя, как кусочек сахара в стакане крутого кипятка. Неопытный Томальски почти мгновенно потерял своего ведущего, а когда противоракетная система его машины залилась предупреждающим тревожным перезвоном о приближающейся в прямом смысле угрозе, он с перепуга начал метаться в разные стороны, отстреливая капсулы электромагнитных ловушек.

С того момента его воспоминания обо всех событиях, случившихся за дальнейшие восемь часов, носили довольно фрагментарный характер, обретая лишь к концу этого времени некоторую целостность.

Он запомнил отчаянный призыв о помощи пилотов эскадрилий торпедоносцев, которые не могли пробиться сквозь заградительный огонь, и заслон из брошенных им навстречу перехватчиков, чтобы выйти в атаку на главные силы противника, линкоры «Нормандия» и «Рипалс», мощным тараном разрубавшие оборонительную завесу из крейсеров Альянса. Немного опомнившийся к этому времени Томальски поспешил к ним на выручку, туда, где весь космос из угольно-черного стал белым от ярчайших вспышек разрывов и где в беспорядочной свалке сцепились над торпедоносцами, прорывавшимися к линейным кораблям, истребители Альянса и Нео-Терры.

Он помнил, как, паля во все стороны, проскочил в своем файтере почти у самого вороненого борта «Нормандии», уходящего казалось в бесконечность, стараясь попасть то по вражескому перехватчику, то по обстреливающим его зенитным турелям огромного корабля. Оптическая иллюзия при этом играла со Стефаном странные шутки, ему казалось, будто он летит над огромной стальной равниной, извергающей струи огня. В горячке боя он не сразу заметил, что укрытый толстенными бронеплитами борт линкора мятежников начал вдруг выпучиваться и трескаться по всем направлениям, выплескивая уже не струи, а целые оранжево-белые фонтаны. И только когда они стали бить целыми каскадами, выедая огромные куски корабельной обшивки, он, вдруг похолодев, осознал, что внутри корабля не осталось ничего кроме огненного моря и что оно с секунды на секунду выплеснется из своих берегов, сжигая своим жаром все вокруг. Забыв обо всем, пилот инстинктивно рванул на форсаже в сторону от обжигающей смерти и уже не увидел, как «Нормандия» позади него вспыхнула на мгновение ослепительным солнцем. Взрывной волной машину Томальски завертело как щепку в водовороте. Торпедоносцы с «Шинано» все-таки смогли выполнить свою задачу, один из двух могучих линейных кораблей Нео-Терры стал облаком раскаленного газа. В эфире раздались торжествующие вопли пилотов Альянса, празднующих эту победу. Но Стефан их уже не услышал. Взрывной волной его встряхнуло с такой силой, что он на несколько секунд потерял сознание.

Когда он пришел в себя после взрыва «Нормандии», то обнаружил, что его неуправляемый «Мирмидон» движется с предельным ускорением в неизвестном направлении. Оглушенный ударом и перегрузкой пилот с трудом восстановил управление своей машиной. А потом Стефану понадобилось еще несколько минут, чтобы начать хоть как-то соображать. Он увидел, что его истребитель отнесло далеко в сторону от поля боя и, скорее всего, именно по этой причине он пока еще жив.

Но самым тяжелым воспоминанием, врезавшимся в его память, стало возвращение после этого назад на «Шинано». Выскочив из подпространства, он сперва даже не осознал, что случилось, сначала ему показалось, что транспьютер его истребителя что-то напутал с координатами выхода. Вместо красавца линкора Томальски неожиданно увидел лишь множество обломков, а рядом с ними незнакомые корабли, силуэты которых почти сразу же запульсировали враждебным красным цветом. Это оказались два крейсера мятежников, «Рапира» и тяжелый «Хоквуд» в окружении целой стаи перехватчиков, терпеливо ожидающих возвращающиеся из боя поредевшие эскадрильи линейного корабля. Отправив все свои файтеры на ликвидацию прорыва мятежников около узла межзвездного перехода Полярной, сам флагман шестого флота оказался на время без прикрытия и погиб под слаженной атакой отряда крейсеров Нео-Терры, сопровождаемых целым роем вражеских торпедоносцев. И хотя один из кораблей врага, новейший крейсер «Неистовый», гордость Четвертого флота мятежников, не выдержал лучевых залпов главного калибра «Шинано», это было слабым утешением для вернувшихся из вылета с почти израсходованным боезапасом файтеров линкора. Им пришлось снова вступать в бой, исход которого уже не вызывал сомнений.

– Все в порядке, – отвлек Томальски от его мрачных мыслей голос «Дельта четыре», – координаты я тебе передал. Включай привод, я прикрою, если будет нужно. Похоже, нас действительно обнаружили, так что поторопись.

– Спасибо, – вяло ответил пилот, – до встречи на базе.

Он включил турбины на средний ход, с опаской поглядывая на индикаторы состояния поврежденного правого двигателя, тот мог и не выдержать такой нагрузки. Машину резко дернуло вперед. Стукнувшись затылком об подголовник пилотского ложемента, Томальски мрачно усмехнулся. Судьбе, видимо, будет угодно добить его сегодня, если не здесь, так где-нибудь дальше на третьем узле обороны под бдительным присмотром «Дельта четыре». Он протянул руку и запустил прыжковые генераторы. При таком темпе разгона до прыжка пройдет несколько минут, но это будет все же лучше, чем если у его истребителя совсем скиснут двигатели. Утробно загудели генераторы, начался отсчет времени до прыжка. Томальски вновь погрузился в воспоминания прошедшего дня. Он был сыт им по горло. Но наступит ли для него день следующий?

* * *

Гранд-адмирал Каммил Акаста, побелев от охватившей его ярости, одним резким движением сбросил со стола пачку последних сообщений. Почти невесомые листы квазибумаги разлетелись по всей комнате. Никто не бросился их услужливо подбирать, полукруглое помещение оперативного штаба линкора «Бастион» пустовало, подчиненные Каммила, опасаясь новых вспышек адмиральского гнева, после окончания очередного совещания сочли за лучшее удалиться.

Акаста мрачно смотрел перед собой. И как проклятый мятежный адмирал сумел опередить его? Всего двадцать пять часов оставалось до начала самой грандиозной за последние полтора года операции Альянса, до того момента, как его объединенные эскадры железным кулаком должны были обрушиться на Сириус и повести победоносное наступление до самой Полярной. Двадцать пять часов! А на исходе следующего часа он получил первое и последнее донесение с «Шинано» от Мирослава Радвана о том, что силы Нео-Терры, пройдя эфирный мост Полярная – эпсилон Пегаса, начали массированную атаку на его позиции. Акаста тут же передал ответный приказ шестому флоту удержаться в обороне любой ценой. Гранд-адмирал в тот момент еще надеялся не менять диспозицию своих сил и все-таки начать запланированное наступление на Сириус. Но уже к исходу галактических суток стало ясно, что шестому флоту после гибели Радвана вместе с его флагманским кораблем с большим трудом удается выдерживать напор мятежников. Разрозненные остатки флота Альянса откатились вплотную к узлу межзвездного перехода эпсилон Пегаса – Процион, формируя там последние рубежи обороны. Дальше медлить было нельзя, корабли контр-адмирала Коха, одолев этот заслон, оказались бы на прямой дороге к Веге и остальным центральным системам. Скрипя зубами, Каммил отдал приказ отложить наступление на Сириус и развернуть свой главный козырь, суперлинкор «Колосс», вместе с последними резервами гранд-адмирала в направлении новой угрозы.

И вот теперь, когда главная надежда Альянса, холодно поблескивая под лучами Веги светло-серыми боками и вызывая изумление своими размерами у экипажа «Бастиона», уже была готова отправиться навстречу врагу, Акаста вдруг получает срочную директиву из Звездного Адмиралтейства за подписью самого министра Рейнала о генеральной смене диспозиции подчиненных Каммилу флотилий. Гранд-адмирал снова выругался, в конце концов, он многое может понять, в Адмиралтействе всегда было полно старых перестраховщиков. Но какого дьявола он должен отправлять целую боевую группу – линкоры «Псамтик», «Картидж», тяжелые крейсера «Дахор», «Украина» и «Крым» с кораблями эскорта и сотни файтеров – неизвестно куда, на самую границу владений Альянса, в забытую этим же дьяволом звездную систему гамма Дракона? Кому там могли понадобиться его корабли, так необходимые сейчас для запланированного, хотя и отложенного на несколько дней наступления на Сириус? Если выполнить этот приказ, то тогда Хайди Шерер вместе с остатками ее первого флота придется перейти вместо наступления к глухой обороне системы Денеба!

Внимание гранд-адмирала привлек включившийся экран внутренней связи линейного корабля. Каммил увидел слегка растерянное лицо одного из своих помощников.

– Что произошло? – раздраженно спросил гранд-адмирал, вытаскивая из пачки очередную сигарету.

– Господин командующий флотами, – видно было, как офицер нервно сглотнул, – еще одно срочное сообщение. Пять часов назад большой конвой «АР-17» при переходе в системе Денеба рядом с инсталляцией «Денеб Прайм» неожиданно был атакован рейдером Нео-Терры. Из всех тринадцати судов уцелело только четыре. Это транспорты «Парракомб», «Йовин», госпитальное судно «Авила» и конвойный крейсер «Парапет» с тяжелыми повреждениями.

Каммил уронил незажженную сигарету на пол. Закипая, он медленно смял пальцами остававшуюся у него в руках полупустую пачку в бесформенный комок, последовавший вслед за сигаретой.

– Атаку произвел рейдер «Мальсторм» с группой бомбардировщиков «Медуза», – продолжил офицер, не замечая зловещих предзнаменований, – и они почти сразу вывели из строя «Парапет», после чего устроили настоящую бойню среди транспортных кораблей.

– А где было легкое прикрытие конвоя? – тоном, не предвещающим ничего хорошего, спросил командующий флотами Альянса.

Его помощник растерянно приоткрыл рот.

– Там было только четыре перехватчика типа «Персей». Когда подоспела подмога, отогнавшая мятежников, было слишком поздно, все четыре машины были уже уничтожены. Наши бомбардировщики атаковали «Мальсторм» на отходе, разбив ему лучевые башни, но, к сожалению, он сумел уйти. Сейчас проходящие в этом секторе конвои существенно усилены, но начальник обеспечения безопасности транспортных перевозок считает, что кораблям Альянса следует принять подобные меры предосторожности не только в системе Денеба, поскольку…

– Он сегодня же пойдет под трибунал вместе со своими подчиненными! – прервав офицера, загремел Каммил. – Почему он заранее не обеспечил безопасность проводки конвоя?! Или этот недоумок думал, что… – он вдруг остановился. – Что ты несешь, откуда там могли взяться рейдеры Нео-Терры? Они что, совсем обезумели! Там же Хайди со всем своим первым флотом.

Он недоверчиво посмотрел в лицо своему помощнику. Его гнев неожиданно иссяк, сменившись чувством приближающегося страха. Страха перед новыми событиями, которые он, похоже, снова не смог предугадать.

– Ты сказал, что «Мальсторм» смог уйти, – медленно, с расстановкой выговаривая слова, произнес он, по-прежнему непрерывно глядя прямо в глаза побледневшему офицеру, – а это значит, что либо первый флот предал Альянс, либо…

– Рейдер Нео-Терры прыгнул назад в систему Сириуса, использовав аномальную «кротовую» нору, какой-то из дочерних каналов основного межзвездного перехода Денеб – Сириус. Наши существующие технологии не позволяют использовать для прыжка такие «тонкие» переходы, – упавшим голосом подтвердил самое худшее его предположение офицер, – а вход в этот канал располагался в тридцати световых минутах от ближайших форпостов. У кораблей первого флота не было шансов перехватить крейсер мятежников.

– Это значит, что Акен Бош приготовил нам очередной сюрприз, – вдруг раздался позади Каммила знакомый голос, – но и это еще не самая плохая новость, гранд-адмирал.

Акаста удивленно обернулся. Около круглого стола, задумчиво рассматривая висящую перед ним трехмерную карту театра военных действий, стоял собственной персоной министр Рейнал, он же первый лорд Адмиралтейства. Выглядел Рейнал неважно, серое от недосыпания лицо, темные круги под глазами. Впрочем, Каммил смотрелся сейчас не намного лучше.

– Здравствуй, гранд-адмирал, – Рейнал, не поднимая глаз на Акасту, по-прежнему смотрел на карту, словно пытаясь разобраться в хитросплетении зеленых и красных значков, заполонивших звездные системы Альянса и Нео-Терры, – извини, что нанес визит без предупреждения. Сейчас все катится под откос, поэтому у меня нет времени для церемоний.

Каммил быстро оправился от удивления. «Значит, решил притащиться сюда собственной персоной, проклятый интриган. Ну что же, тем лучше», – подумал он.

Сухо поприветствовав министра, гранд-адмирал сразу же перешел в атаку.

– Я могу согласиться с такой оценкой ситуации, особенно после вашего приказа отозвать мои тяжелые корабли, – выпятив подбородок, он посмотрел прямо в глаза чиновнику.

Первый лорд невесело усмехнулся.

– А как бы ты сам оценил обстановку в системе эпсилон Пегаса в настоящий момент? – спросил он.

– Мы понесли потери, но сектор пока находится в наших руках, – не смутился ожидаемым вопросом Акаста, – и я уверен, что прибытие туда «Колосса» сразу же изменит ситуацию. Во всяком случае, даже атака Коха не помешала бы мне начать наступление на Сириус.

Он сделал паузу:

– А вот ваш приказ похоронит все мои планы.

Рейнал недоверчиво приподнял одну бровь и посмотрел на Каммила.

– Я собирал силы несколько недель, – угрюмо продолжил командующий флотами, – а чтобы все разрушить, хватило и нескольких минут. Я и не думал, что контратака мятежников, пусть даже и успешная в начале, вызовет такую панику в Адмиралтействе.

– То есть ты думаешь, что мы отдали приказ отвести боевые корабли, только из-за того, что Адмиралтейство опасается дальнейшего прорыва Нео-Терры на фронте эпсилон Пегаса?

Министр сокрушенно покачал головой:

– Каммил, ну мы же не полные идиоты или предатели. Сутки назад прошло срочное совещание Совета безопасности Альянса. В систему гамма Дракона вторглись боевые корабли шиван.

Гранд-адмирал ошеломленно воззрился на первого лорда:

– Шиване? Снова здесь?

– Ну, пока еще не здесь, – снова покачал головой Рейнал, – но скоро могут появиться. Ознакомься с материалами, – он протянул Акасте чип-карту. – Это, похоже, еще не полномасштабное вторжение, скорее всего, лишь передовая разведка, но ты ведь понимаешь, никто не гарантирует того, что уже завтра мы не увидим перед собой нового «Люцифера» во всей его красе.

– Допустим, не сильно я его теперь испугаюсь, – пробурчал гранд-адмирал, вчитываясь в строки секретного доклада, – это что, там «Россия» с Граниным снова отличилась? Везде, где этот корабль, у нас неприятности.

– Кстати, они, неприятности, у нас не только в системе Гамма Дракона, – ехидно поправил его министр, – ладно, ладно, читай, – добавил он примиряющим тоном, – сейчас не время для пикировок.

Несколько минут прошло в напряженном молчании. Лицо Каммила по мере чтения документа все больше мрачнело. Министр напротив, казалось, пребывал в философском состоянии духа, вероятно, уже пережив на сегодня все самые плохие новости. Он присел на одно из кресел, стоявших напротив длинного стола, и, оперевшись на подлокотник, прикрыл глаза рукой.

Наконец Акаста поднял голову и посмотрел на первого лорда. Тот, казалось, дремал в кресле.

Командующий флотами прокашлялся.

– И что решил Совет? – достаточно громко спросил он.

Рейнал подскочил в кресле.

– А, что? Какой совет? – он потер лицо обеими руками. – Черт, на ходу уже засыпаю, – министр несколько раз закрыл и открыл глаза. – Совет решил, что наилучшим вариантом было бы тройственное соглашение Васуды, Нео-Терры и Земли по отражению общей угрозы в лице шиван.

– Что! – возопил гранд-адмирал. – Мир с мятежниками?!

– Вот-вот, я тоже высказал свое мнение на Совете, что добиться этого соглашения может быть затруднительно, – покачал головой первый лорд.

Акаста вскочил и стал яростно мерить шагами палубу корабля, давая выход своему возмущению. Рейнал следил за ним с едва заметной усмешкой. Наконец, Каммил остановился перед первым лордом и дал волю своему гневу.

– Идти на мир с мятежниками в самом конце войны! Садиться за стол переговоров с Бошем и его подлыми приспешниками! – заорал командующий. – Да я не успокоюсь прежде, чем дам залп главного калибра по «Айсини» со всей ее сворой!

Лицо Рейнала приобрело жесткое выражение:

– Успокойся, гранд-адмирал. Ты пока еще не император Альянса и должен выполнять все распоряжения Совета. Или ты забыл, что такое вторжение Шивы? Да после него может не остаться ни Боша, ни тебя, ни всех остальных, включая Васуду.

Акаста безнадежно махнул рукой и, сев в кресло напротив министра, угрюмо уставился в пол.

– Васуда никогда не пойдет на мир с Акеном, – он почему-то назвал мятежного адмирала по имени, – он для ящериц еще хуже шиван.

– Я бы не был столь категоричен, в конце концов, Васуду Прайм сжег не Бош, – возразил Рейнал.

– Вот-вот, скоро вы его святым сделаете, забыв о том, что из-за него в системе эпсилон Пегаса погибли уже тысячи наших ребят, в том числе и мой друг Мирослав Радван, – безрадостно подытожил гранд-адмирал, пнув носком ботинка брошенную им на ковролит скомканную сигаретную пачку. Подумав, он наклонился в сторону и вытащил из-под своего кресла оброненную им минуту назад и последнюю оставшуюся не сломанной сигарету.

Первый лорд нетерпеливо ждал, глядя, как его собеседник щелкает своей зажигалкой.

– Пойми, Каммил, бессмысленно заниматься гражданской войной, когда над нами висит такая угроза. Я не испытываю симпатии к Бошу, но сейчас перемирие единственный способ выжить, – пытался он втолковать закрывшемуся от него завесой сигаретного дыма гранд-адмиралу, – еще несколько дней назад главной опасностью для Альянса была политическая нестабильность, наши колонии устали отдавать свои людские и материальные ресурсы на войну с Нео-Террой. После Великой Войны мы привыкли жить богато и в безопасности. Но теперь все снова изменилось. Сейчас любой житель Альянса снова отдаст все, что имеет, только чтобы избежать повторения всех ужасов вторжения шиван. Уже готово официальное обращение правительства Альянса ко всем обитаемым звездным системам. Дело осталось только за перемирием с Бошем.

– А вы уверены, что он на него пойдет? – неожиданно прервал его командующий флотами.

Рейнал недоуменно посмотрел на своего собеседника.

– Он все-таки землянин, Каммил, – убежденно сказал он. – Продолжать войну с нами, когда шиване перейдут в наступление… Нет, нет, это невозможно. Я уверен, что даже его окружение не поддержит такого решения. Нам достаточно будет держать его в удалении от Васуды, чтобы они ненароком не сцепились, только и всего.

– И вы предлагаете мне отправиться к Бошу с мирными предложениями, – с вызовом в голосе произнес гранд-адмирал, – после всего того, что он натворил в системе эпсилон Пегаса?

Министр досадливо поморщился.

– Не драматизируй, Каммил, вы тоже пощипали ему перья. Вон, от «Нормандии», говорят, рожки да ножки остались, – усмехнувшись, он поднялся и прошел пару шагов, разминая уставшую спину, – на эпсилон Пегаса полетит второй лорд Мори Фуугутус.

Рейнал повернулся к неподвижно сидящему Акасте.

– Я же отправлюсь на своем крейсере на Сириус. Мы не знаем, где именно находится сейчас Бош, поэтому поступим таким образом, чтобы не терять драгоценного времени. Кто первый из нас встретится с адмиралом, тот и проведет переговоры.

Рейнал приблизился к командующему флотами Альянса и посмотрел на него сверху вниз.

– Каммил, твоя задача, построить все наши силы в строго оборонительные порядки, – мягко, но с нажимом произнес он, – по крайней мере, до тех пор, пока мы не вернемся. Ни о каких провокациях и тем более, упаси бог, наступлениях не может быть и речи. Считай, что это прямая директива Адмиралтейства.

– Служу Альянсу, – казалось, равнодушно сказал гранд-адмирал. Он сделал последнюю затяжку и с ненавистью раздавил окурок о гладкий полированный стол.

* * *

Министра разбудила резкая трель его персонального коммуникатора. Он с трудом приподнялся с дивана в своей каюте и, при-щурясь, долго смотрел на часы. «Что за черт, – подумал он, включая ответ на вызов, – я же просил до отлета меня не беспокоить». Рейнал хотел хотя бы немного отдохнуть и привести себя в порядок, прежде чем под флагом парламентария отправиться на поиски неуловимого мятежного адмирала Нео-Терры. Но его планам не суждено было сбыться так скоро. В полутьме каюты возникло изображение капитана крейсера. Министр, поморщившись, уменьшил яркость картинки, его глаза еще не привыкли к яркому свету.

– Господин Рейнал, – голос капитана был взволнован, – простите, что побеспокоил вас, но дело весьма срочное.

– Что случилось, Кресси? – с трудом удерживаясь от зевоты, спросил первый лорд.

– «Колосс» начал движение в сторону узла межзвездного перехода Вега – Процион. И он, – офицер замялся, – не отвечает на запросы. Диспетчеры еле успели убрать с его дороги несколько транспортников, идущих в том же направлении.

С Рейнала мгновенно слетели остатки сна.

– Что значит не отвечает на запросы! Почему гранд-адмирал Акаста ничего не предпринимает?

– Дело в том, господин министр, – капитан доверительно наклонился, будто не желая, чтобы кто-то еще слышал его слова, – что командующий флотами Каммил Акаста в данный момент как раз и находится на борту «Колосса». Через тридцать минут линкор войдет в межзвездный портал.

– Не может быть, – неожиданно охрипшим голосом пробормотал Рейнал. Он спустил ноги с дивана и сел, глядя в одну точку перед собой.

Опытному министру понадобилось всего несколько секунд, чтобы понять ситуацию. Вне всякого сомнения, это была не диверсия, не саботаж и не мятеж. Каммил Акаста мог лететь в систему Проциона только с одной-единственной целью, совершить оттуда следующий прыжок на эпсилон Пегаса и выбить флот контр-адмирала Коха обратно в систему Полярной, вопреки всем приказам Адмиралтейства. Мысли Рейнала тут же перескочили на его собственную задачу. Как, скажите, пожалуйста, он, первый лорд, будет вести переговоры с Бошем, если в этот момент Акаста с Кохом будут самозабвенно колошматить друг друга лучевыми залпами? А если «Колосс», не дай бог, к тому же выйдет из строя? Рейнал поднял глаза на все еще ждущего его указаний капитана крейсера.

– Можно как-нибудь задержать «Колосс»? – неуверенно спросил он.

Капитан в сомнении покачал головой.

– Только если произвести атаку всеми наличными эскадрильями наших бомбардировщиков, – сказал он.

Министр поперхнулся.

– Вот только этого нам не хватало. Совершенно исключено. Гм, ладно, пусть прыгает, что сделано, того уже не вернешь, – он задумчиво потер подбородок, – кстати, наш крейсер готов к отбытию?

– Так точно, господин министр, наше стартовое окно открывается через полтора часа.

– Хорошо, сообщи тогда командиру «Бастиона», пусть выйдет со мной на связь минут через двадцать. Устроим ему повышение в должности. Или нет, – поправился первый лорд, – лучше минут через сорок, я пока напишу сообщение в Совет.

– Будет сделано, – козырнул Кресси.

– Тогда конец связи, – сказал Рейнал, отключаясь, – надеюсь чего-то еще более худшего за оставшееся время не произойдет, – уже для себя устало добавил он.

Итак, ситуация в очередной раз изменилась. Он снова прилег на диван, заложив руки за голову. В большом военно-политическом уравнении появилось новое неизвестное, а именно, взбешенный гранд-адмирал Акаста, обладающий сильнейшим кораблем Альянса с целой армадой файтеров на борту. «Сколько их там? – попытался вспомнить Рейнал. – Сто, двести?» Вполне достаточно, чтобы отправить уже измотанный боями флот контр-адмирала Коха искать пятый угол в системе эпсилон Пегаса. Правда, мятежники снова преподнесли Альянсу сюрприз, их корабли, оказывается, научились использовать «тонкие» каналы для внезапных атак. Военные эксперты союзников предположили, что именно это и обусловило успех атаки Нео-Терры в системе эпсилон Пегаса, когда Четвертый флот Коха пробил оборонительные порядки почти не уступающей ему по силе группировки Мирослава Радвана. Но ведь даже этим «чудо-оружием» войны Бошу не выиграть, тем более что ни один корабль большей массой, чем легкий крейсер, в «тонкий» канал уже не пролезет. Стоит лишь немного изменить тактику, и это преимущество мятежников быстро нивелируется количественным превосходством сил Альянса. «Бог мой, о чем я думаю, – вдруг пронеслось в голове у министра, – ведь сейчас вся наша цивилизация под угрозой, если Шива попытается взять реванш за Великую Войну. Какая может быть в это время гражданская междоусобица? Мир, теперь нам нужен только мир».

Рейнал тяжело вздохнул и закрыл глаза.

«Эх, Каммил, – подумал он, – ну какой же ты все-таки дурак».

Глава 5

– Группа «Дзета», вам разрешен взлет, – казалось, голос диспетчера ощутимо вязнет в окружившем корабли сиренево-голубом тумане.

– Выполняем, – дисциплинированно отозвались с уходящих одна за другой в полет машин.

Еще три истребителя «Геркулес» покинули кормовые ворота огромного линкора. Их горбатые силуэты на мгновение показались на фоне раскрытых бронестворок корабля и тут же исчезли. «Россия» отправила очередную группу своих файтеров в разведывательный полет.

Илья с трудом подавил нервную зевоту. Накануне исторического броска через Кносс он долго не мог заснуть и теперь чувствовал себя не вполне выспавшимся. Предбоевое волнение, терзавшее его предыдущей ночью, куда-то ушло, оставив чувство странной опустошенности. Слишком долго он ждал этого момента, но как это всегда случается, явившаяся реальность оказалась совсем иной. Восемнадцать часов назад «Россия» форсировала межгалактический переход, стабилизируемый полем Кносса, и вторглась, как предполагали самые горячие головы линкора, во владения Шивы. И что же? Кто бы мог подумать, что шиване выберут для своего обитания столь неподходящее место. На коротком брифинге перед вылетом командир сто седьмой эскадрильи, кругленькая с короткой светлой стрижкой Эмилия Самса, выдала довольно скромную информацию о таинственном мире шиван. Как сообщалось по предварительным выводам местных специалистов, после прыжка длиной в десятки тысяч световых лет «Россия» оказалась почти в самом центре туманности образованной некогда взрывом сверхновой звезды. Окружающее линейный корабль Альянса голубое сияние оказалось свечением облаков ионизированного газа, простирающихся на световые годы вокруг. Несколько тысяч лет назад в этом месте разразился термоядерный шторм, превративший в ничто когда-то находившиеся здесь планеты, их спутники, а быть может даже разумную жизнь. Пилоты, уже вернувшиеся из предварительной разведки, жаловались на неустойчивую работу бортового оборудования из-за сильных электромагнитных помех и на непривычное поведение своих машин в среде с ненулевой плотностью. Кроме того, оптические датчики не видели здесь дальше собственного носа. На расстоянии уже нескольких километров любой объект, будь то файтер двадцати метров в длину или двухкилометровый линкор, безнадежно терялись в сиренево-голубой дымке, оставаясь видимыми только на экранах радаров, да и то не на очень большом расстоянии. Для землян это было в новинку, поскольку в привычном открытом космосе при отсутствии атмосферы старая добрая оптика показывала себя не хуже новомодных сканеров, позволяя в деталях рассматривать самые удаленные объекты. Здесь это не работало. За прошедшее после межгалактического прыжка время пилоты «России» совершили десятки вылетов, постепенно увеличивая радиус контролируемого землянами чужого пространства. Но пока это пространство было совершенно пустынным, без малейших признаков вражеского присутствия.

Теперь настала очередь Ильи Нестерова и его звена тщательно прочесать выделенный им квадрат синего тумана. Педантичный и дотошный пилот обратил внимание Эмилии на особый пункт в полетном задании, который гласил, что при обнаружении любых больших кораблей категорически запрещается вступать с ними в контакт. Вместо этого предписывалось сразу же связываться по каналу мгновенной связи лично с командиром линкора и все дальнейшие действия предпринимать только по его приказу. Сам-са только пожала пухлыми плечиками в ответ на резонный вопрос Ильи прояснить присутствие этого пункта задания, какие все-таки именно корабли здесь имеются в виду, так как, насколько он в курсе, с шиванами контакт установить невозможно, а других кораблей, которые могли бы ответить на вопрос «свой-чужой», здесь не ожидается даже в принципе.

«Задание поступило сверху, а командование знает, что делает», – только и смогла ответить командир сто седьмой. Илье ничего не оставалось, как с понимающим видом многозначительно кивнуть.

Пилот включил обогрев кабины и огляделся. В метрах трехстах позади его машины, ожидая приказаний, неподвижно висели файтеры его верной Наташки и Густава Вальда. На такой дистанции их было отчетливо видно, а вот «Россия», находящая на расстоянии трех километров, уже была полускрыта голубой дымкой. Хорошо можно было различить только ее носовую оконечность, похожую на массивный лоб бойцовской собаки. Сходство с опасным животным добавляли огромные панели инфрарадиаторов, отводящие тепло от главного турболазера и похожие на пару висящих собачьих ушей. Такой пес мог отгрызть вам ногу в мгновение ока.

Через несколько секунд Илья увидел черточки следов последней тройки истребителей звена «Дзета», покинувших линкор и спешащих к месту сбора перед ближним прыжком. Из-за сильной ионизации газа, окружающего файтеры, выступающие части машин сияли огоньками святого Эльма, как мачты каких-нибудь парусников тысячелетней давности.

Ожил отерком.

– Ну что, ребята, заждались нас? – раздался жизнеутверждающий голос «Дзета один», Лероя Канта, заместителя командира сто седьмой эскадрильи, пилота первого класса.

Не дожидаясь ответа, он продолжил:

– Следуйте за мной, точка перехода двадцать шесть, ноль три, эшелон сорок семь. Прыгнем недалеко, на пять световых минут и, как говорится, пусть, мы все вернемся обратно живыми.

Нестеров вздохнул. Даже в такой рутинный полет самостоятельно вылететь ему не дали. Мол, пилот второго класса не должен сильно высовываться вперед, прежде чем не наберется боевого опыта. А какой опыт можно получить в этой синей пустыне? Илья даже с какой-то ностальгией вспомнил свою пятьдесят третью эскадрилью. Там-то его почти сразу сунули в самое пекло. А эта Самса трясется над своими молодыми пилотами как наседка над цыплятами.

– Группы «Йота» и «Каппа» уже прыгнули, командир, – вежливо заметил он.

– Ничего страшного, – беззаботно ответил Лерой, – у них свои дела, а у нас свои. Четыре часика покатаемся, а потом домой. Ну что, поехали? Группе тридцатисекундная прыжковая готовность.

Шесть истребителей «Геркулес», два неполных звена файте-ров Альянса, один за другим вошли в серебристое сияние подпространственной зари.

* * *

На четвертый час полета от расстилавшегося вокруг однообразного пейзажа у Ильи начала слегка кружиться голова. К тому же ему не давало покоя раздражающее чувство некоего дежавю, навязчивого ощущения того, что все это уже проходило перед его глазами, но хоть убей, он не мог вспомнить, где и когда. Он чуть голову себе не сломал, пока наконец не вспомнил, что видел подобную картину лет двенадцать назад еще подростком, управляя небольшим одноместным самолетом в густой облачности. Тогда вся их компания состояла из совершенно еще незрелых юнцов, которые, сбежав со скучных занятий в школе, часто гоняли наперегонки над каменистыми плоскогорьями второй планеты эпсилон Эридана, на которой прошла половина его детства. Тогда он на спор залетел в плотную предгрозовую облачность и чуть было не потерпел аварию на своем легком самолетике, попав в сильный нисходящий поток воздуха. Кто бы мог подумать, что отливающие синим облака далекой планеты его детства могут быть чем-то похожи на окружавший его сейчас туман чужого мира.

Рядом с шумом пронесся неуемный «Дзета три», оставив за собой белый след взбаламученного турбинами истребителя ионизированного газа. Илья вздрогнул от неожиданности. Он еще не успел привыкнуть к таким звуковым эффектам, сменившим обычное безмолвие дальнего космоса. Нестеров критически посмотрел на медленно тающие белые вензеля, которые выписывал в сиренево-голубой дымке, по всей видимости, соскучившийся за три часа пилот из ведущей группы. «Имя, что ли, свое этот ас решил написать своим пилотажем на небесах?» – подумал он с легким раздражением, к которому примешивалось небольшое чувство зависти к уверенности хозяина танцующей в туманности машины.

Снова щелкнул отерком. Ведущий группы Лерой Канта, он же «Дзета один», включил общую связь.

– Ну что, сто седьмая, еще полчасика и на базу? – вопросил он таким же жизнерадостным тоном, что и перед прыжком, как будто и не было за все это время утомительного трехчасового полета.

Пилоты группы «Дзета» по-панибратски обрадованно загалдели в ответ.

– Нестеров, а ты что молчишь? – обратился Лерой уже непосредственно к Илье, – не уснул еще, «Альфа один»?

– Держим формацию, следим за обстановкой, – Илья никак почему-то не мог заставить себя перейти на такой же фамильярный тон с командиром группы.

– Пусть вторые пилоты за ней следят, на то у них и радары стоят мощные, – беспечно сказал Лерой, и Илья почти наяву увидел, как он пренебрежительно махнул рукой, – остальные в этом супе все равно ничего не увидят.

– Давайте-ка кровь поразгоним, пока мы и вправду не уснули, – продолжил Канта. – Илья, возьми кого-нибудь из своих в пару и погоняйтесь за «Дзета три». Заодно потренируетесь, как оно вести бой в этом синем бульоне.

Нестеров пожал плечами. Раз Лерой назначен командиром группы, его приказы следует выполнять. Илья перевел бортовые системы в режим имитации боя, чтобы увлекшись, не наподдать оппоненту по-настоящему. Прилежный ученик Николая Темного, он не собирался давать пощады пилотам сто седьмой эскадрильи.

– Наталья, прикроешь, – обратился он к своей боевой подруге, – цель «Дзета три». Системы на имитацию.

– Выполняю, – неожиданно задорно ответила девушка, и ее машина, увеличив скорость, подошла ближе к файтеру Нестерова.

– Сильно не увлекайтесь, – напомнил напоследок Канта, – из поля зрения, старайтесь не уходить. Начинайте.

«Дзета три» выполнив резкий маневр, помчался навстречу машинам звена «Альфа». Нестеров, недолго думая, вышел в лобовую атаку. Его пальцы легли на гашетки, через несколько секунд транспьютеры истребителей начнут считать виртуальные повреждения машин.

Остальные пилоты тем временем завели профессиональный разговор, следя за начавшимся учебным боем.

– Кстати, Нестеров неплохой пилот, – воздал должное Илье невидимый ему «Дзета два», – он уже успел сбить пару машин Нео-Терры во время битвы за Денеб.

– Противник у него тоже стоящий, – ответствовал Лерой, наблюдая, как машина «Дзета три» пытается сбросить с хвоста воображаемые ракеты класса «Шершень», – но, что касается меня, то я бы предпочел драться с мятежниками, чем с Шивой. У меня от них мороз по коже. И вообще я не подписывался выслеживать шиван.

– Не будь таким наивным, скорее всего, сейчас шиване выслеживают нас, – собеседник Лероя почему-то был настроен пессимистично.

– Да командование вообще должно взорвать портал и отправить нас обратно на Денеб, – раздался в эфире звонкий женский голос, это была «Дзета три», – здесь нам явно делать нечего.

Илья, выводя машину из очередного виража, удивленно присвистнул. Его противник оказался, судя по голосу, совсем еще молодой особой женского пола. Да к тому же, настолько самоуверенной, чтобы быть в состоянии вести непринужденную беседу во время пусть учебного, но все же боя с двумя противниками. Такое мог позволить себе только лишь очень опытный ас, каковым «Дзета три», очевидно, еще не была, поскольку мгновение спустя Нестеров услышал довольное восклицание Натальи:

– Противник уничтожен!.

– Клари, – тут же возопил Лерой, явно не ожидавший такого быстрого окончания поединка, – если командованию будет необходимо твое мнение, они сделают тебя адмиралом. А пока заткнись и сосредоточься! Не позорь меня и мое звено!

Илья в ответ от души улыбнулся, выполнив разворот и направив свою машину обратно к основной группе. Он чувствовал приятное победное возбуждение, его подопечная проявила себя молодцом, не уронив честь его группы. Канта оказался прав, несколько минут такой карусели действительно разгоняли кровь.

– «Дзета три» хорошо вела бой, – Илья решил вступиться за своего недавнего «противника», – но все-таки нас было двое против одного.

– Кларисса и с тремя могла справиться, – мрачно ответил Лерой, – если бы сосредоточилась, вместо того чтобы болтать. Извечный порок женщин. Она и с шиванами могла бы перекинуться парой словечек.

Сначала Илью слегка покоробила такая самоуверенность Канта, и он уже хотел потребовать продолжения имитационного боя, теперь уже один на один, чтобы окончательно расставить все точки над «i». Но услышав последнюю фразу Лероя, он не смог удержаться от смеха. Поболтать с шиванами! Надо же до такого додуматься!

Неожиданно, прервав его веселье, в эфире раздался взволнованный голос пилота «Дзета два», истребитель которого, оборудованный мощным поисковым радаром, шел впереди всей разведывательной группы файтеров Альянса.

– Я что-то вижу на экране, – возбужденно заявил он, – но объект пока не классифицируется, надо подойти поближе. Ребята, – еще более воодушевленно продолжил он, – я, то есть, конечно, мы… похоже мы будем первые, кто здесь что-то нашел!

Канта мгновенно взял ситуацию под свой контроль.

– Звено «Дзета», внимание, – его голос вдруг потерял всякий налет беспечности и стал отдавать металлом, – выстраиваемся боевым ордером «правый уступ». «Дзета два» ведет группу. «Альфа», повторяете наш ордер вторым эшелоном. Турбины на средний ход. «Альфа три», доложи, что у тебя на радаре.

Илья мысленно перенесся в кабину к Густаву и дал ему подзатыльник. Видимо, это подействовало.

– Объект вижу. Определить, что это, пока тоже не могу, – с запинкой робко сообщил молодой пилот.

– Ладно, идем на сближение, – решил командир группы, – «Дзета два», постоянно докладывай о ситуации.

Десять минут прошли в напряженном ожидании. Группа истребителей «Геркулес», выстроившись боевым порядком, проглатывала астрометр за астрометром, быстро приближаясь к таинственному объекту, первому материальному подтверждению присутствия здесь чего-то отличного от облаков ионизированного газа.

Наконец идущий впереди файтер доложил:

– Система определила принадлежность объекта, – в его голосе вдруг зазвучало безмерное удивление. – Бог ты мой! Я не могу поверить, но это земной крейсер!

На мгновение в эфире повисла пауза.

– Что ты несешь, – наконец пробормотал Лерой, – откуда он мог здесь взяться?

– Я подтверждаю, – вдруг раздался неуверенный голос Густава Вальда, – это действительно легкий крейсер класса «Фенрис».

– Кто-нибудь может объяснить мне, что все это значит? – растерянно спросил командир группы.

Илья увидел, как на экране радара его истребителя загорелся синий огонек, означающий появление в непосредственной близости неизвестного корабля, а через несколько секунд прямо перед ним, за бронестеклом кабины, из голубой дымки, подобно мачтам Летучего Голландца, показались надстройки большого судна. Илья по привычке слегка прищурился, рассматривая появившийся перед ним корабль. Без сомнения, это был земной крейсер, каким-то образом очутившийся во владениях Шивы. Его вытянутый трехсотметровый корпус с характерным горбом центрального отсека был весь испещрен следами попаданий.

– Он выглядит сильно поврежденным, – тихо сообщил «Дзета два», – и мой транспьютер утверждает, что бортовые системы этого корабля деактивированы. Сейчас он просто дрейфует в туманности.

– Это последнее, что я ожидал встретить здесь, – упавшим голосом произнес Канта, – откуда тут мог появиться корабль землян?

– Мне кажется, я понял, в чем дело, – вдруг сказал Нестеров, и его голос дрогнул, – он попал сюда во время Великой Войны. Шиване перенесли сюда захваченный у нас крейсер. Тогда погибли или пропали без вести десятки таких кораблей.

Наступило молчание. Истребители зависли в километре от корабля, не решаясь тревожить покой давно погибшего экипажа. Пилоты почтительно разглядывали крейсер, памятник Великой Войне, долгих двадцать два года дрейфовавший в чуждом для землян мире. В воображении Нестерова пронеслись картины беспощадных сражений с Шивой, в которых, быть может, участвовал этот корабль.

Неожиданно памятник войны вышел на общую волну. Илья не поверил собственным ушам, когда в эфире раздался голос с корабля-призрака.

– Говорит крейсер Альянса «Тринити». Мы подверглись нападению шиван. Нуждаемся в немедленной помощи!

* * *

Срочный вызов с мостика «России» застал Гранина в его каюте как раз в тот момент, когда он просматривал свежую почту из центральных доменов Альянса, доставленную последними капсулами дальней связи. Недовольно поморщившись на то, что его отвлекают от чтения важных новостей, вице-адмирал ответил на вызов.

– Гранин на связи, – не отрывая взгляда от текста, произнес он, – что там у вас произошло?

– Господин вице-адмирал, – Гранин узнал слегка взволнованный голос обычно невозмутимого флаг-капитана Вирта, – только что наша разведывательная группа обнаружила в здешней туманности корабль Альянса. Это крейсер «Тринити», он терпит бедствие после атаки шиван. У них вышел из строя гиперпривод, и они вторую неделю дрейфуют в туманности.

Все новости, кроме последней, тут же вылетели у вице-адмирала из головы. Он торопливо поднялся, застегивая мундир.

– Немедленно известите об этом командира линкора, пусть он тоже срочно поднимается на мостик, – он посмотрел на флаг-капитана. – Отправьте к мяте… – он запнулся, – к обнаруженному крейсеру четверку «Медуз». И вот еще что. Никаких контактов или переговоров с «Тринити» до моего прихода. Ясно? Заглушите канал.

– Будет выполнено, – лицо Вирта приняло слегка озадаченное выражение. – И еще одно известие, господин вице-адмирал. Три патрульных файтера из сто двенадцатой разведывательной эскадрильи не выходят на связь. Их почему-то отправили на радиус в четыре световых часа вместо четырех минут.

– Этого нам еще не хватало, – чертыхнулся Гранин. – Готовьте поисковую группу в район их последнего местонахождения. И объявляйте на линкоре предбоевую готовность.

Личные апартаменты вице-адмирала располагались поблизости от центра управления огромным кораблем, добраться до которого по трем переходам было делом нескольких минут.

В боевой рубке «России» царил переполох. Вся дежурная вахта, состоящая из нескольких десятков человек, побросав свои дела в ожидании начальства, уставилась на главный виртуальный экран, где схваченный сканерами сто седьмой эскадрильи висел земной крейсер. Люди на мостике оживленно переговаривались, никто не ожидал встретить за десятки тысяч световых лет в чужом мире корабль Альянса. Правду о предательстве «Тринити» на линкоре пока знали всего лишь несколько человек. И им уже сейчас пора было решать, что делать с этой истиной дальше.

Сопровождаемый десятками взглядов, вице-адмирал быстро поднялся на мостик линкора. Через несколько секунд там же появился запыхавшийся Кролла. Они молча переглянулись.

– Мне кажется, нет больше смысла скрывать правду о «Тринити», – негромко произнес Гранин.

Капитан «России» в ответ утвердительно кивнул:

– Все и так раскроется, едва мы отдадим приказ об абордаже.

– Но на что они надеются, прикидываясь кораблем Альянса? – Гранин иронически скривил губы. – На то, что мы ничего не знаем? – Он сел в свое кресло и отдал приказ помощнику включить канал мгновенной связи. – Ничего, сейчас я их разочарую, – вице-адмирал прочистил горло, – дайте громкую связь на всю рубку и дубляж на файтеры сто седьмой.

«Россия» вышла на волну крейсера мятежников. Через несколько секунд перед офицерами возникло изображение незадачливого Артура Ромика. Его лоб блестел от пота, напряженное лицо потеряло все следы высокомерия. Очевидно, что несколько минут ожидания после установления первого контакта с истребителями сто седьмой эскадрильи дались ему крайне нелегко.

– Говорит «Россия», вице-адмирал Данил Гранин, экспедиционный корпус Третьего флота, – голос адмирала был спокоен и сух. – Сообщите вашу принадлежность.

Взгляд капитана «Тринити» заметался между Граниным и Кролла.

– Это крейсер Альянса «Тринити», командир Артур Ромик, – справившись с собой, дал ответ капитан, его голос был слышен всем находившимся в рубке линкора, – мы находимся в этом районе на секретном задании. Шесть суток назад мой корабль был атакован шиванскими перехватчиками и получил тяжелые повреждения. Мы нуждаемся в немедленной помощи.

Ромик замолчал. Было заметно, что подходящие слова даются ему с трудом.

– Альянса? Вы сказали крейсер Альянса, Ромик? – голос Гранина был спокоен, но в его тоне засквозили саркастические нотки, – Не пытайтесь обмануть нас, бывший офицер Альянса. У вас есть ровно тридцать секунд, чтобы сдать свой корабль.

Вице-адмирал услышал общий вздох удивления, пронесшийся по боевой рубке «России».

Ромик побледнел и слегка покачнулся, словно от пощечины. Он опустил взгляд, кусая губы, и наконец, осознав до конца, что его тайна раскрыта, молча кивнул.

– Что вы делали здесь в туманности, Ромик? – вдруг спросил Кролла. – Решили первыми встретиться с кораблями Шивы?

Командир «Тринити» вздрогнул.

– Как сдавшийся в плен, я имею право хранить молчание согласно межзвездной конвенции Бета Орла, – глухо проговорил он, не поднимая глаз.

– Вот как, – усмехнулся Кролла, – мятежники заговорили о конвенции! А вы следовали ей, когда бросили гражданский ракетный модуль, полный людей, в системе гамма Дракона несколько дней назад?

Вице-адмирал жестом остановил его.

– Не будем терять зря времени, – сказал Гранин – мы соблюдаем принятые соглашения. Тем более согласно им мы можем передать пленных на союзный васудианский крейсер «Да-хор».

– Надеюсь, васудианец, которого вы захватили, замолвит за вас словечко, – вставил фразу Кролла.

Ромик побледнел еще больше.

– Он… он погиб, – с трудом выдавил офицер.

Вице-адмирал безразлично пожал плечами:

– При передаче вас на «Дахор» мы сообщим союзникам об этом факте, – Гранин слегка наклонился вперед, – Ромик, может, хватит играть в эти игры? Ты в одном шаге от мата.

Капитан «Тринити» поднял взгляд. Губы его дрожали, лицо исказилось гримасой.

– Итак, Ромик, ты будешь говорить, – вице-адмирал сверлил его своим взглядом, – при условии…

– При условии, что вы вытащите нас отсюда, – вдруг сорвался на крик офицер мятежников. – Вытащите нас из этой проклятой туманности, полной шиван!

Он ударил кулаком по управляющей панели. Изображение, мигнув, пропало.

Гранин озабоченно переглянулся с командиром линкора. В рубке «России» стояла мертвая тишина.

– Как бы не встрять нам здесь, Данил, – обеспокоенно произнес Кролла, – если здесь действительно полно шиван, как он говорит, то мы рискуем получить проблемы. Ты же знаешь, наши сканеры не видят здесь дальше собственного носа.

– Через двадцать часов к нам подойдут два тяжелых крейсера. Это «Крым» и «Украина», – задумчиво ответил вице-адмирал, потирая рукой подбородок, – на них стоят сканеры, уже адаптированные к здешним условиям. Я получил эти известия пятнадцать минут назад.

Он перевел взгляд на дрейфующий крейсер мятежников, окруженный файтерами Альянса. Четыре «Медузы», готовые нанести упреждающий удар, неподвижно замерли недалеко от «Тринити». Два звена истребителей, обнаруживших крейсер, находились тут же рядом.

– А вот Ромик уже никуда не денется, – продолжил Гранин, – он не фанатик Боша и слишком дорого ценит свою жизнь, чтобы расстаться с ней в неравном бою. Это не Грэхэм Уорт, что был капитаном «Велизария». Адмирал Бош допустил серьезную ошибку, отправив сюда такого неподходящего человека.

Как бы подтверждая его слова, «Тринити» снова вышла на связь. Правда, вместо капитана корабля на экране появился другой офицер, с нашивками главного инженера. В отличие от своего командира, он выглядел гораздо более спокойным.

– Я Лавиз, главный инженер крейсера, – представился он, глядя на Гранина, как на самого старшего по званию. – Капитан поручил сдать мне крейсер, какие будут ваши распоряжения?

– Мы высылаем призовую команду на транспортном корабле, – сказал вице-адмирал тоном, не допускающим никаких возражений, – ожидайте его через двадцать минут. Все офицеры «Тринити» должны будут сдать личное оружие и перейти под конвоем на наш корабль. Остальные члены команды пусть остаются пока на своих местах. Наши специалисты заблокируют все орудия крейсера во избежание эксцессов.

Лавиз согласно кивнул, со стороны могло показаться, что сдавать корабли в плен было его каждодневной рутинной обязанностью, настолько он был спокоен и деловит.

– Обязан вам доложить, – сообщил он – крейсер практически лишен хода. После атаки шиван получил серьезные повреждения гиперпривод корабля. Мы успели совершить ближний прыжок обратно к порталу, но из-за его неточной работы нас выбросило в пяти световых минутах от узла перехода. После этого гиперпривод окончательно вышел из строя.

– И вы не нашли ничего лучшего, чем отключить бортовые системы, чтобы шиванские корабли не могли вас обнаружить? – спросил Кролла, – вам исключительно повезло, что мы первые нашли вас.

– Те дни, что мы дрейфовали в туманности безо всякой надежды на спасение, многое изменили в настроениях нашей команды, – покаянно склонил голову главный инженер «Тринити», – мы осознаем свою вину перед Альянсом и надеемся на снисхождение.

– Мы эти вопросы сейчас решать не будем, – сухо ответил Гранин, – но если сдача крейсера и команды пройдет гладко и командный состав корабля ответит на все наши вопросы, а их у меня накопилось немало, – вице-адмирал нахмурился, – то это поможет смягчить вашу вину.

– Выбор у нас небогатый, – кивнул офицер – мы выполним все ваши условия. Я лично прослежу за этим. Наш капитан пока еще не совсем в состоянии командовать кораблем.

– Лавиз, за своего командира отвечаете головой, – предостерегающе поднял руку Гранин, – он мне нужен живым и невредимым и без всяких этих штучек с амнезином, – он повертел пальцами, – имейте в виду.

Старший инженер «Тринити» еще раз согласно кивнул.

– Крейсер все еще лишен энергии, – сообщил он, – мы уже истратили на канал мгновенной связи около восьмидесяти процентов емкости аварийных аккумуляторов. Вы разрешите запустить хотя бы один реактор?

Вице-адмирал отрицательно качнул головой.

– Это сделают наши технические специалисты из призовой партии, – сказал он, – а пока можете отключить связь с «Россией».

Изображение исчезло. Гранин повернулся к стоящему рядом флаг-капитану Вирту.

– Отправьте туда немедленно «Элизиум» с нашими людьми. Усильте команду одной ротой десантников, пусть возьмут под контроль все ключевые точки на «Тринити». А самое главное, доставьте ко мне целым и невредимым этого Ромика вместе со всем его ближайшим окружением.

– Будет сделано, – козырнул Вирт, – разрешите выполнять?

– Да. И пусть «Медузы» держат крейсер на прицеле. При малейшей попытке бегства расстреливайте на «Тринити» маршевые двигатели.

Вице-адмирал жестом отпустил офицера и задумчиво огляделся. Дежурная вахта линкора, уже оправившись от первоначального шока, вызванного обнаружением в предполагаемом мире шиван земного крейсера, принадлежащего к тому же Нео-Терре, вернулась к своим обязанностям. Но судьба «Тринити» и ее экипажа уже была решена. «Россия» по-прежнему находилась в состоянии предбоевой готовности. Сто пятьдесят вооруженных до зубов десантников сейчас уже рассаживались по своим местам в отсеках транспортного корабля, готового к вылету с носовых шлюзов «России». Стандартные «Гермесы» были слишком малы для нужд громадных линкоров, им удобнее было использовать многоцелевые «Элизиумы», угловатые, но вместительные металлические коробки, вмещавшие сотни людей и тысячи тонн грузов. При необходимости такой корабль мог даже эвакуировать с поля боя несколько поврежденных файтеров на своих внешних захватах, не говоря уже об их пилотах.

Внезапно новая мысль вытеснила из головы Гранина все остальные.

– Прояснилось что-нибудь с пропавшей тройкой из сто двенадцатой эскадрильи? – обратился он к Орнео.

– Пока ничего нет, – печально вдохнул тот, – указанный в полетном задании сектор пуст. Может, ребята напутали с координатами? Подождем немного, вдруг они объявятся сами.

– Я бы очень хотел, чтобы они вернулись обратно живыми, – признался вице-адмирал, – мне кажется, Орнео, что-то назревает вокруг нас. Что-то серьезное, – он тоже вздохнул, – скорее бы пришли «Украина» с «Крымом», я уже устал вглядываться в этот синий туман.

Кролла многозначительно кашлянул в ответ.

– Я про все это тебе говорил, когда мы только собирались заявиться сюда в гости. Но меня же никто не слушал, – он с осуждением посмотрел на Гранина, – кстати, ты что, скрываешь от меня какие-то новости? Откуда новые корабли в секторе?

– Нет, просто как раз начал знакомиться с последней почтой, когда меня вызвали на мостик, – ответил Гранин. – Нам дали еще несколько кораблей, это старый линкор «Делакрой», крейсера «Сомтус», «Якиба» и васудианский «Кнешму», не считая тех про которые я уже говорил.

– Сборище раритетов, – восхитился Кролла, – особенно «Делакрой». Надо же, а я-то думал, его на иголки порезали давно. Кстати, хорошей мыслью будет использовать его вместо тарана. Он один снесет весь вражеский флот.

– Ну, зачем ты так, – пожурил его вице-адмирал, – Альянс сейчас дает нам все что может, учитывая, что с Нео-Террой пока еще серьезное положение. На два фронта всегда тяжело воевать.

– Да уж, подвезло адмиралу Бошу, – подтвердил капитан «России», – слушай, Данил, а это не он нам с шиванами встречу подустроил? – озаренный такой внезапной мыслью Кролла вопросительно взглянул на своего командующего.

– Не думаю, – посерьезнел Гранин, – хотя… – он покачал головой, – ладно, давай не будем строить догадки. Я думаю, уже через час мы все узнаем. Лично из Ромика всю правду вышибу. Покажу ему конвенцию Бета Орла, – вице-адмирал вдруг нахмурился. – Но Бош… Нет, это просто невероятно. И каким образом?

– С него станется, – пробурчал Кролла, – ладно, у нас есть немного времени, предлагаю заказать на мостик кофе и чего-нибудь поесть.

Заказ командира «России» был выполнен очень быстро. В отличие от этого, ожидание времени прибытия абордажной команды к крейсеру мятежников показалось вице-адмиралу целой вечностью. Наконец его десантники вышли на связь.

– Говорит «Дискавери», мы вышли в двух астрометрах от крейсера. Расчетное время стыковки с носовым шлюзом Тринити, через двадцать минут.

– Чтоб тебя, – чертыхнулся Гранин, – опять ждать. «Дискавери»! Вы установили контакт с крейсером?

– Да, все в порядке, – после паузы ответили с корабля, – они готовы принять нас через носовые ворота.

– Осторожней там, – забеспокоился вице-адмирал, – кстати, ребята, совсем забыл. Там на крейсере должны быть две женщины из археологической экспедиции, которую мы спасли в системе гамма Дракона. Они попали к мятежникам в плен. Обязательно доставьте их на линкор.

– Будет сделано, – подтвердил «Дискавери», – начинаем маневрирование.

Зеленая фигурка многоцелевого «Элизиума» на главном виртуальном экране линкора начала неторопливое сближение с крейсером. Через двадцать томительных минут командир абордажной партии включил прямую передачу с корабля.

– Десант высадился, – сообщил он, – берем под контроль центральные отсеки крейсера. Команда «Тринити» сопротивления не оказывает. Как говорится, ведите себя спокойно и никому не будет больно.

– Где Ромик? – перебил его Гранин.

– Заперт экипажем в своей каюте. Старший инженер крейсера ведет сейчас туда десантников, – послышался ответ.

– Отлично, – вице-адмирал в нетерпении потер руки.

– Кстати, – в голосе командира «Дискавери» послышалось недоумение, – вы что, отправили к нам дополнительные корабли? У ребят из истребительного прикрытия снова пошли гравитационные всплески.

Гранин бросил взгляд на командира «России».

– Кого ты еще успел к ним послать? – нетерпеливо спросил он. На лице Орнео отразилось нескрываемое удивление:

– Там больше нет наших кораблей, кроме шести истребителей. «Медузы» и те, уже отправились обратно.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Затем пальцы вице-адмирала нащупали селектор громкой связи.

– Всему линкору! Боевая тревога! Дежурным эскадрильям немедленный взлет!

* * *

В уютном кафе на третьей палубе звездного линкора «Россия» в этот час было немноголюдно. Играла негромкая музыка, через настенные светильники, сделанные в форме витражей, лился приглушенный свет. Заняты были всего лишь несколько столиков в глубине зала. За ними обычно собирались пилоты пятьдесят третьей эскадрильи «Молотоголовых», чтобы отметить удачный боевой вылет или вспомнить погибших товарищей. Но не так давно костяк этой боевой группы, состоящий из самых опытных офицеров первого и прима-классов, был переведен на «Бастион», прикрывать новоиспеченное командование флотами Альянса, а оставшихся пилотов разбросали по другим кораблям. И теперь вместо них за столиками появились другие люди, тоже в форме пилотов Легких сил Альянса, но носящие на своих мундирах эмблему с летящей черной птицей. Это была сто седьмая эскадрилья «Воронов», первой принявшая вызов Шивы со времен Великой Войны. И так совпало, что Илья с Натальей, влившись в эскадрилью «Воронов», вдруг оказались на том же самом месте, где Нестеров не так давно собирал свое звено пятьдесят третьей перед их первым боевым заданием. Но молодому человеку было сейчас не до этих воспоминаний.

Илья со стуком поставил опустевший бокал на стол. Пальцы его рук мелко дрожали, перехватив сочувствующий взгляд Натальи, он убрал руки под стол. Димитер Роснан, четвертый пилот его звена, переводил тревожный взор то на застывшее лицо своего командира, то на Синарин, с трудом пытающуюся сдержать слезы, то на нетронутый, полный крепкого фраппина бокал на столе перед не занятым никем местом. В воздухе зависла тяжелая тишина.

– Пусть душа его упокоится в безграничной Вселенной, – Нестеров услышал знакомый голос и ощутил прикосновение к своему плечу.

Он поднял голову, рядом с ним стояла Ольга. Повинуясь безотчетному движению, Илья прижал ее ладонь к своей щеке. Девушка осторожно погладила его свободной рукой по затылку.

– Садись, Оля, – Наталья быстро вскочила с места и подвинула девушке еще один стул, – у нас сегодня большое горе, погиб Густав.

– Я была в информационном зале, – кивнула в ответ Ольга, ее большие серые глаза с подрагивающими длинными ресницами неотрывно смотрели на Илью, – мне, правда, очень жаль, хотя я его почти не знала.

– Это моя вина, – угрюмо произнес Нестеров, не поднимая ни на кого взгляда, – я должен был успеть к нему, когда он просил о помощи.

– Перестань, командир, – неожиданно твердо сказала Синарин, – у тебя был приказ, любой ценой защитить «Тринити». Это война. На войне всегда бывают потери. Мы будем помнить Густава. И в следующий раз сумеем отомстить за него.

Нестеров с изумлением поднял взгляд на девушку. Лицо Натальи слегка расплылось перед ним, Илья не привык еще пить крепкий фраппин целыми стаканами. Видимо, то же самое относилось и к Синарин. «Или, быть может, она еще сама толком не отошла от того, что ей пришлось катапультироваться с загоревшегося “Геркулеса”, – подумал он, – да что там говорить, я и сам все никак не отойду». Алкоголь оказывал на него свое действие, он будто погружался в плотную воду, лица товарищей казались ему далекими, как если бы он смотрел на них в перевернутый бинокль, и вдруг заслонив собой все, перед ним снова встала картина прошедшего боя, первого для него боя с Шивой.

Двенадцать «Драконов» выскочили из подпространства, когда их никто не ожидал, в то время как пилоты сто седьмой, обмениваясь замечаниями, расслабленно наблюдали за стыковкой абордажного «Элизиума» с крейсером мятежников. Все ждали очередное подкрепление с «России», и поэтому, когда радар его «Геркулеса» запульсировал красным, Нестеров даже не сразу сообразил, что произошло. Командир группы поперхнулся на очередной своей шутке, и прежде чем кто-нибудь успел бы сосчитать до десяти, истребители Альянса вдруг оказались в огненной круговерти. Шесть против двенадцати было не лучшим вариантом для людей, но, как ни странно, в первые минуты отчаянной перестрелки звенья «Альфа» и «Дзета» не только не потеряли ни одной своей машины, но и сами сумели уничтожить два шиванских охотника.

Худшее началось потом, когда появились «Василиски», тоже старые знакомые землян. Похожие на ощетинившихся ежей, эти то ли тяжелые перехватчики, то ли легкие бомбоносы, известные людям и васудианцам еще с Великой Войны, устремились к «Тринити». Шести таких машин хватало с лихвой для изуродованного крейсера с недействующим зенитным вооружением, поэтому по приказу Лероя уже через несколько секунд тройка Нестерова понеслась на форсаже за врагом, оставив группу «Дзета» одних отбиваться от «Драконов». К несчастью преимущество противника в количестве было слишком велико. Будь еще «Тринити» боеспособной, она могла бы постоять за себя, но инженеры из призовой команды Альянса, заблокировав во избежание эксцессов орудия крейсера, уже не успевали включить их обратно. Через камеры «Дискавери» они только с ужасом могли наблюдать несущуюся на них кучу-малу из шести бомбоносов шиван, уже выходящих на боевой курс, трех «Геркулесов» Альянса, пытающихся сбить их с пути, из десятка «Драконов», в свою очередь расстреливающих землян сзади и замыкавших эту непрерывно палящую кавалькаду, и из тройки истребителей Лероя Канта, отчаянно поливавших шиван огнем из всех своих бортовых пушек.

Все дальнейшее показалось Илье случившимся почти одновременно. Багровая вспышка на корпусе крейсера рядом с не успевшим отстыковаться «Элизиумом». Разлетающийся обломками в прицеле вражеский бомбонос. Отчаянный призыв о помощи Густава, которого в упор расстреливали сразу несколько «Драконов». Неожиданно спокойный голос Синарин: «Я подбита, катапультируюсь», и исчезнувшие с бортовой панели зеленые значки файтеров его звена.

Казалось, вокруг остались только шиванские корабли, несущие гибель. Радар его «Геркулеса» угрожающе горел красным, то слева, то справа от кабины проносились пристрелочные трассы плазменных зарядов преследующих его «Драконов», как вдруг неожиданно все закончилось. На поле боя, наконецто, появилась долгожданная, но запоздавшая подмога. Две эскадрильи истребителей Альянса, поднятые по тревоге, прибыли с «России». Оставшиеся «Василиски», засияв серебристым светом, стали один за другим уходить в подпространство. За ними последовали и остальные шиванские охотники, очевидно выполнившие свою боевую задачу, уничтожив «Тринити», а заодно и транспортный «Дискавери» с сотней людей на борту.

Как только бой закончился, Илья сразу же бросился на поиски своих товарищей. Но нашел лишь Наталью в спасательной капсуле. Густав покинуть свою машину не успел.

От тяжелых воспоминаний Илью отвлек чей-то голос, окликнувший его по имени и показавшийся ему странно знакомым. Молодой человек повернулся на вращающемся стуле и увидел недалеко от себя высокую худую черноволосую женщину средних лет в гражданской одежде, поднимающуюся со своего места с радостным удивлением на лице.

– Илья, – еще раз повторила она, – мальчик мой. Вот так встреча!

– Тетя Мина, вы? Как вы здесь оказались? – Нестеров перевел взгляд с женщины на недоуменные лица своих товарищей, как будто те могли ему что-то объяснить. Он вскочил со стула, едва не опрокинув его. Меньше всего Илья ожидал встретить здесь знакомую своей матери, под опекой которой он провел половину своего детства.

– Здравствуй, мой дорогой, – вместо ответа сказала доктор Харгроув, крепко обнимая его, – я думала, ты сейчас на другой стороне Галактики. Сколько мы не виделись, восемь лет?

Она прикоснулась губами к его лбу, затем слегка отстранившись, стала внимательно рассматривать его лицо, как будто пытаясь понять, когда это он успел стать совсем взрослым.

– А как оказались здесь вы? – повторил свой вопрос молодой человек. – На военном корабле? Поступили на службу? Мама мне про это не писала, – он вдруг вспомнил, что последний раз получил письмо от Анастасии три месяца назад и до сих пор не ответил. Ему сразу стало ужасно неловко.

При этих словах лицо Мины Харгроув внезапно переменилось. Женщина печально посмотрела на Илью, уголки ее губ задрожали. Она будто постарела сразу на десяток лет.

– Ты разве ничего не знаешь о ее последней экспедиции?

Илья с тревогой посмотрел на ее лицо. У него вдруг появилось плохое предчувствие. Он вспомнил смутные слухи о какой-то группе то ли терраморферов, то ли археологов, эвакуированной из системы гамма Дракона. Неужели это как-то было связано с мамой? Но ведь письма от нее приходили совсем с другой стороны.

– Она писала мне с дельта Змееносца, – осторожно проговорил он.

Харгроув горестно кивнула. В глазах ее появились слезы.

– Это была секретная экспедиция, – тихо сказала она, – Насти была здесь, в системе гамма Дракона.

Илья широко открыл глаза.

– И она попала в руки мятежников на «Тринити».

Нестеров с трудом нашарил под собой стул и сел, не отрывая глаз от лица женщины. Он осознавал, что случилось нечто страшное, но его мозг пока отказывался сопоставлять факты. Перед ним вдруг всплыло лицо Берти Квизигера. Неужели, он тогда спас мальчика из экспедиции Анастасии? И он об этом даже не знал?

За столом застыло гробовое молчание, товарищи Ильи растерянно смотрели то на него, то на женщину, не произнося ни слова.

– Мама все это время была на «Тринити»? – наконец с трудом выдавил из себя пилот.

– Да, – Харгроув села на стул и закрыла лицо руками, – а теперь и «Тринити» больше нет.

Глава 6

– И это все, что осталось здесь от шестого флота? – с почти непритворным ужасом воскликнул Алекс, озирая раскинувшееся перед ним поле недавнего боя. – Ну и кто здесь просил о помощи?

Пилот слегка озадаченно приподнял бровь, вглядываясь в экран радара своего новенького перехватчика класса «Персей», машины, совсем недавно поступившей на вооружение легких сил Альянса. Рядом параллельным курсом шли еще два таких же файтера двести сорок второй эскадрильи, вылетевших на свое первое боевое задание к одной из последних оборонительных линий землян в системе эпсилон Пегаса.

Самый мощный линкор Альянса с гранд-адмиралом Каммилом Акастой и сотней файтеров на борту прибыл в систему как нельзя вовремя. Потеряв восемьдесят процентов своих сил и своего командующего, остатки шестого флота Альянса с трудом удерживали свои позиции. Третий узел обороны, ядром которого служила тяжело вооруженная станция «Эниф», до недавнего времени был центром шаткого равновесия между наступающим флотом контр-адмирала Коха и едва сдерживающими его натиск кораблями Альянса. Гибель станции открывала дорогу к последней укрепленной крепости, межзвездному порталу на Процион, пройдя сквозь который мятежники выходили бы на дорогу к Веге, отрезая при этом от центра союзников еще две звездные системы. К счастью для шестого флота, Кох, потеряв в сражениях за систему один из своих линкоров и несколько меньших кораблей, стал после этого продвигаться вперед с некоторой осмотрительностью, предоставив тем самым своему противнику возможность перегруппировать оставшиеся силы.

Тем не менее несколько часов назад мятежники провели очередную массированную атаку орбитальной инсталляции «Эниф» тяжелыми бомбардировщиками при поддержке крейсеров. В ходе атаки станция получила новые серьезные повреждения. Началась эвакуация персонала инсталляции транспортными кораблями к межзвездному узлу перехода эпсилон Пегаса – Процион. Поражение сил Альянса в секторе стало казаться почти неизбежным, но тут внезапно подоспел «Колосс». Быстро оценив сложившуюся ситуацию, гранд-адмирал Каммил Акаста принял решение использовать погибающую станцию как ловушку для главных сил мятежников. И первыми картами на стол в этой опасной игре легли три новейших перехватчика «Персей» из двести сорок второй эскадрильи.

– Говорит группа девяностой эскадрильи Альянса, – раздался голос командира группы Франо Кордора, – станция «Эниф», сообщите ситуацию.

Маршан озадаченно уставился на радар, отыскивая прибывшие машины девяностой и недоумевая, какое к ним отношение имеет его командир, но почти тотчас же облегченно выругался про себя. Он вспомнил, что именно их группа теперь и есть эскадрилья под этим номером. По каким-то своим причинам командование решило не афишировать прибытие новых кораблей в систему эпсилон Пегаса. Теперь их машины как будто бы принадлежали остаткам разгромленного шестого флота. «Действительно, как будто, – мелькнула в голове пилота нехорошая мысль, – особенно, если учесть, что девяностая погибла почти вся».

Он посмотрел вперед, их перехватчики быстро приближались к погибающей станции, искореженной металлической конструкции размером в несколько десятков километров. Еще недавно инсталляция «Эниф», висящая на геостационарной орбите на высоте сорока тысяч километров над единственной обитаемой планетой системы эпсилон Пегаса, казалась совершенно неприступной. Батареи ее тяжелых лучевых орудий могли легко сжечь целую неприятельскую эскадр, у оказавшуюся в пределах их досягаемости, здесь дозаправляли и ремонтировали свои корабли, отсюда уходили на патрулирование эскадрильи файтеров Альянса. Сейчас от этой мощи не осталось и следа. Атаки мятежников превратили «Эниф» в великанскую головешку, по поверхности которой бродили, то возникая, то угасая, красные огоньки пожаров и взрывов. Лучевые установки, закрытые многометровой броней, были разбиты ударами «Циклопов», а почти все выступающие внешние надстройки станции были снесены до основания.

Транспьютер «Персея» быстро сканировал разрушения инсталляции, сразу выводя их на центральный виртуальный экран перехватчика и подчеркивая места повреждений красными стрелками. Алекс при виде такой картины только и успевал, что удивленно крутить головой. От этого увлекательного занятия его отвлекли лишь переговоры командира эскадрильи со станцией, которая только что вышла на связь.

– Слава богу, свои подошли, – он услышал усталый мужской голос, – а мы уже думали это новая атака мятежников. Ситуация? Да хуже некуда. Мы еле пережили последнюю волну бомбардировщиков. Сейчас половина отсеков «Эниф» недоступна, мы даже не знаем, что в них происходит. В любую секунду там может рвануть боезапас или пойти вразнос какой-нибудь из поврежденных реакторов. Нашу инсталляцию тогда сразу разнесет на куски. Оставшиеся отсеки переполнены людьми, которые смогли выбраться в центральную часть через северный мост. Южный и западный мосты разрушены, персонал, который там находится, полностью отрезан от нас. Мы пытаемся эвакуировать их транспортниками, но…

– Станция еще может держаться? – хладнокровно перебил его Кордора, – лучевые батареи, зенитное вооружение, еще что-нибудь действует?

Его собеседник, не ожидавший такого поворота, на секунду запнулся.

– В восточном крыле уцелела батарея тяжелых турболазеров, несколько ракетных и зенитных установок, да еще три или четыре истребителя, они сейчас загружают боезапас. Да какая разница! – в голосе неизвестного офицера вдруг появилось раздражение. – Всего лишь еще одна атака Нео-Терры, и здесь появится на четыре тысячи трупов больше и на одну орбитальную инсталляцию меньше!

– Мы прикроем вас, – Кордора был невозмутим.

Офицер со станции на мгновение потерял дар речи. Алекс довольно усмехнулся, он обожал своего нового командира за такие штучки.

– Три файтера собираются защитить орбитальную инсталляцию?! – офицер буквально захлебнулся от гнева. – Да нам, чтобы здесь продержаться, целая эскадра нужна! Видишь на своем радаре крейсер Нео-Терры? Он называется «Като». Четыре часа назад мы сумели его отогнать, но как только к нему подойдет хотя бы одна ударная эскадрилья, нам останется только молиться. Так что, если у вас окончательно съехала крыша, можете отправляться к нему прямо сейчас. При определенном везении вам не придется долго мучиться. А я пока займусь эвакуацией своих людей.

Маршан озабоченно перевел взгляд на радар. Красная фигурка корабля Нео-Терры неподвижно застыла в семи астрометрах от инсталляции. «Като» внимательно наблюдал за агонией станции, не подходя близко. «Этот парень с “Эниф” прав, – подумал пилот, – одной эскадрильи хватит, чтобы вывести из строя последнюю лучевую батарею. Потом крейсер подойдет вплотную и за час раздолбает ядро главного реактора. Пожалуй, им действительно пора эвакуироваться, пока не поздно».

Но Франо Кордора, похоже, был другого мнения на этот счет.

– Примите новый приказ командующего силами Альянса в системе, – холодно произнес командир эскадрильи, не обращая ни малейшего внимания на вспышку гнева своего собеседника.

«Эниф» замолчала на время, пока шифрованный приказ по секретному каналу транслировался с перехватчика Кордора на станцию.

– Я, Триоль Рипастер, командир гарнизона инсталляции «Эниф», приказ подтверждаю, – прервав через полминуты молчание, вступил в разговор уже другой офицер, – но, если уж действительно, командование на Проционе окончательно сошло с ума, раз подчиняет четыре тысячи моих человек пилоту одного истребителя, – в его голосе не было гнева, а только усталость, – то, ради бога, действуйте. Ждем ваших распоряжений, господин пилот прима-класса.

Алекс насторожился, все, что происходило сейчас, не имело никакого отношения к плану боевого вылета, который он получил перед стартом с «Колосса». Обычная разведка превращалась во что-то совершенно непонятное. «Кто, интересно, дал командиру такие полномочия?» – подумал он.

– Отлично, – снова не выказывая никаких эмоций, сухо произнес Кордора, – тогда готовьте станцию к обороне. Полную эвакуацию прекратить. Разрешаю отправить к порталу Проциона только раненых и гражданский персонал. Сколько у вас транспортов?

– Два. Это «Калипсо» и «Манхейм», – ответил Рипастер, – на них пока идет погрузка уцелевшей команды станции с западного и южного крыльев. Но прошу позволить нам не отменять эвакуацию людей. Все равно от них нет никакого толка, там все разрушено, – добавил он.

– Хорошо, – подумав, сказал Кордора, – пусть так и будет. Оставьте там только аварийные партии и боевые расчеты. И подбодрите людей по общей станционной трансляции. Я понимаю, вам пришлось тяжело, но могу ручаться, мы не дадим «Эниф» теперь погибнуть.

Командир орбитальной инсталляции скептически хмыкнул.

– Я не разделяю ваш оптимизм, – равнодушно заметил он. – Если Кох навалится всей силой, то вам его не остановить, от всего шестого флота осталось только несколько кораблей.

– Не вешайте нос, – неожиданно дружелюбно подбодрил его Кордора, – даже того, что у нас есть, хватит, чтобы задать жару Нео-Терре. Наши основные силы уже на подходе. Готовьте на вылет уцелевшие файтеры, у вас осталось совсем немного времени.

Тем временем «Персеи» подошли почти вплотную к станции, осторожно лавируя между обломков. Уже можно было невооруженным взглядом оценить масштаб разрушений, причиненных последними яростными атаками мятежников. Казалось, на орбитальной инсталляции не осталось живого места, так основательно по ней прошлись огнем вражеские корабли. В лабиринте искореженных металлических конструкций Алекс заметил движущиеся спасательные модули. Несколько этих юрких корабликов копошились в развороченных внутренностях «Эниф», выискивая выживших. Далее их путь лежал к двум огромным транспортникам типа «Тритон», поблескивающим металлом бортов недалеко от станции. «А это, наверное, и есть, те самые “Калипсо” с “Манхеймом”, – мелькнуло в голове пилота, – совсем видать парней подперло, раз уже грузовые “Тритоны” для эвакуации подошли».

Пискнул интерком. Перед Алексом появилось озабоченное лицо Герика Моулина, пилота третьей машины из их разведгруппы.

– Слушай, Маршан, – вполголоса и чуть ли не оглядываясь, спросил Моулин, – ты хоть что-нибудь во всем этом понимаешь?

Алекс недолго раздумывал с ответом.

– Все нормально, Герик, ты просто не в курсе, – очень серьезно сказал он, – это секретное задание. Сейчас подойдут две ударные эскадрильи торпедоносцев и сразу же перейдут под твое командование. Ты возглавишь атаку на «Като».

– Да ты что… Я… я не готов, – поперхнулся Моулин. – Ничего себе… Ну, а ты? Ты-то что будешь делать?

– Я? Гм… – Маршан нахмурился, – а я буду командовать «Колоссом», конечно, – нашелся он, – что ж еще.

– Да ну тебя к черту, – прозрел после паузы Герик, – вечно ты со своими шуточками. Я серьезно спрашивал, а ты…

– Какие шутки, пилот, посмотри на сканеры, – не сдавался Алекс, – видишь, пошли всплески? Это точно твои эскадрильи, Моулин, можешь не сомневаться. Через пару минут будешь командующим.

Его полусерьезный треп был внезапно прерван Кордорой.

– Так, пилоты, внимание, – в голосе командира эскадрильи зазвенел металл, – ожидается появление вражеских кораблей. Приготовиться к бою. Турбины на полный, наша цель «Като».

С Алекса вмиг слетело шутливое настроение. Может быть, офицер с инсталляции «Эниф» был прав и командование правда сошло с ума? Конечно, «Като» не «Айсини» (он даже вздрогнул, припомнив ту самую самоубийственную атаку на флагман вражеского флота в системе Денеба месяц назад), но все же подходить к нему близко на слабо бронированных «Персеях», по меньшей мере, неразумно. Такой крейсер класса «Левиафан» мог угостить незваных гостей огнем из десятка зенитных турелей, не считая ракет и противофайтерных турболазеров.

– Не дрефьте, ребята, у меня все под контролем, – очевидно почувствовав состояние своих ведомых пилотов, поспешил успокоить их командир, – мы только начинаем игру, а заканчивать ее будут другие. Не отставайте.

Его машина, полыхнув ярким синим светом дюз, вышла вперед и стала быстро набирать скорость.

– Ну что ж, Герик, – философски произнес Алекс, посмотрев на слегка ошарашенное лицо своего боевого товарища, маячившее в углу виртуального экрана, – я лично тоже не против сыграть в эти карты, – его рука легла на рукоять управления двигателями, если только…

Сильная перегрузка вдавила его в кресло.

– Что только, Маршан? – услышал он как будто издалека недоуменный голос Моулина.

– Если только, – с трудом шевеля губами произнес пилот, – у нас тоже окажется после раздачи хотя бы немного козырей.

* * *

– Двенадцать бомбардировщиков, тип «Зевс», готовятся атаковать орбитальную инсталляцию, – четко доложили с поста наблюдения.

Гранд-адмирал Каммил Акаста поднял взгляд на огромную обсервационную панель, занимавшую почти треть помещения центрального поста в носовой части «Колосса», также впечатляющего своими размерами. Капитанский мостик, где находился сам адмирал вместе со своим ближайшим окружением, был похож на кафедру в большом кафолическом соборе, вознесенную над толпой суетящихся прихожан, командой суперлинкора. Но вместо священников на ней сейчас стояли сами боги, решающие, кому сегодня жить, а кому умереть.

Каммил окинул взглядом поле разгорающегося сражения. Сегодняшний день должен был стать решающим. Слишком многое он поставил на карту, чтобы бесславно уступить Коху. Хотя нет, проиграть здесь немыслимо, слишком могуч «Колосс». Главное сейчас заманить линкор мятежного контр-адмирала в ловушку, под удар тяжелых лучевых батарей самого мощного корабля Альянса. Для этого надо постепенно втянуть в бой все силы мятежников, чтобы Кох поверил, что здесь возле инсталляции «Эниф» собрались последние остатки шестого флота. Тогда адмирал Нео-Терры обрушится на них всей мощью своих тяжелых кораблей.

На виртуальном экране красные значки вражеских бомбардировщиков быстро приближались к орбитальной станции, казавшейся теперь почти беззащитной. Они заходили в атаку с западной стороны «Эниф», где уже не осталось средств зенитной обороны. «Като» неторопливо шел следом, ожидая, когда «Зевсы» расправятся с последней уцелевшей батареей тяжелых лучевых орудий инсталляции.

– Началось, – негромко произнес Каммил, наблюдая, как тройка перехватчиков «Персей» двести сорок второй эскадрильи «Королей самоубийц», оправдывая свое название, выскочила навстречу атакующим файтерам мятежников.

Все было рассчитано до секунд. Противники еще не успели сблизиться на дистанцию эффективного огня, как рядом с орбитальной станцией вышли из подпространства оставшиеся машины двести сорок второй эскадрильи. Восемь новейших перехватчиков Альянса мгновенно изменили ситуацию. Вражеские бомбардировщики начали выпускать свои «Циклопы» с дальней дистанции и с крутым разворотом уходить под прикрытие «Като».

Акаста посмотрел на таблицу расстояний, расположившуюся под картой сектора с инсталляцией «Эниф». Верхняя строчка в столбце на виртуальной панели сменила цвет. Это означало, что все задействованные в операции машины двести сорок второй эскадрильи оказались на поле боя. Замершие цифры в строке зафиксировали время подлета к цели, тридцать минут сорок две секунды. Тотчас ниже замигала следующая строчка. Наставало время тяжелых кораблей. Не дожидаясь развязки боя, они уходили в подпространство, чтобы через точно означенное время вынырнуть у третьего узла обороны. Каммил вдруг, как наяву, увидел эти громадины, отливающие блеском неостали, уже заранее разогнанные до скоростей субзвездного перехода и ждущие только его приказаний.

Он вдруг нахмурился.

– А это что за чертовщина рядом со станцией? – раздраженно спросил он, подсветив лазерной указкой зеленые значки двух грузовых транспортов класса «Тритон», отходящих в сторону от орбитальной инсталляции.

– Комендант станции «Эниф» эвакуирует на транспортах раненых и гражданский персонал, – услужливо подсказал стоящий рядом штабной офицер.

– Сейчас им Кох даст прикурить. Нашли время, – процедил сквозь зубы Акаста, – истребительное прикрытие транспортам не выделять, – скомандовал он, – не до них теперь, пусть выкручиваются сами.

Рядом справа раздался тяжелый вздох капитана «Колосса». Гранд-адмирал бросил на него нетерпеливый взгляд. Командир суперлинкора с крайне озабоченным выражением на лице рассматривал какие-то быстро сменяющиеся данные на вспомогательном виртуальном экране. Вдруг его лицо стало совсем мрачным.

– Что там у тебя, Герра? – недовольно спросил Акаста, отрываясь от завязавшегося боя перехватчиков Альянса с «Зевсами» мятежников. Он вдруг ощутил неприятное предчувствие.

– То, что и следовало ожидать, – без всякого почтения ответил капитан корабля, не сводя взгляда с экрана, – сдох третий реактор из двенадцати. Его уже заглушили.

– Какого дьявола они выходят из строя?! – сразу же вскипел командующий. – Твои техники руками, что ли, собираются толкать линкор? Это саботаж!

– Саботаж – это когда недостроенный корабль отправляют в бой, – капитан повернулся к Каммилу, его темные, навыкате глаза бесстрашно уставились на гранд-адмирала. – Главный инженер корабля не спит уже вторые сутки. Нам постоянно приходится устранять все новые и новые неполадки. Люди здесь ни при чем.

Акаста усилием воли сдержал свой гнев. Слишком многое зависело сейчас от командира суперлинкора. Герра Грефе и так сделал гранд-адмиралу большое одолжение, беспрекословно подчинившись Каммилу, когда тот, внезапно прибыв на «Колосс» со своим оперативным штабом, отдал приказ немедленно следовать на эпсилон Пегаса. Капитан корабля такого класса, равного по мощи целой эскадре, имел непосредственный доступ к высшему руководству Альянса. Он мог бы и не подчиниться, заметив что-либо подозрительное в поведении Акасты, а не заметить этого за последние двое суток мог бы лишь последний простак, которым Герра Грефе, безусловно, не являлся. Конечно, Каммил понимал, что дело не только в молчаливом согласии капитана корабля. Пожелай высшее руководство Альянса, оправившись от первой растерянности, попытаться остановить «Колосс», то это было бы нетрудно сделать уже на Проционе, заблокировав межзвездный портал, ведущий на эпсилон Пегаса. Акасте пришлось бы тогда поднимать настоящий мятеж и с боем прорываться к своей цели. Но, судя по всему, первые лорды не решились на открытое противостояние с ним, опасаясь непредсказуемых последствий с сильнейшим кораблем Альянса, и решили на время оставить гранд-адмирала в покое.

Но своевольному флотоводцу не следовало сбрасывать со счетов и вероятность осуществления какой-либо тайной акции через службу внутренней безопасности, прилагавшейся к каждому без исключения кораблю Альянса. Получив секретный приказ, офицеры службы ВБ могли бы тайком арестовать, а то и ликвидировать гранд-адмирала, списав все произошедшее на несчастный случай. Поэтому из предосторожности Каммил передвигался по «Колоссу» только в сопровождении охраны из своих самых надежных людей. В такой ситуации лояльность командира супер-линкора означала очень многое, если не все, и гранд-адмирал прекрасно осознавал это.

– «Колосс» может совершить прыжок и на трех основных реакторах, – нарочито спокойно, как бы не обращая внимания на выпад Грефе, произнес гранд-адмирал.

Командир суперлинкора пожал плечами.

– А воевать можно вообще на одном, – дополнил он идею Каммила, – только, правда, недолго.

– Господин капитан, – в голосе Акасты снова появилось напряжение, – прошу доложить мне, способен ли «Колосс» в течение двух часов оставаться в готовности осуществить ближний прыжок до третьего узла обороны, как это и планировалось в ходе нашей операции?

– Да, – кивнул Грефе, решив, видимо, также не перегибать палку с командующим, – на это он способен.

– Отлично, – сухо произнес Каммил, – мне этого достаточно.

Он снова повернулся к главной обсервационной панели, как бы давая понять, что разговор на тему боеготовности суперлинкора больше продолжению не подлежит.

Через час ситуация на поле битвы возле инсталляции «Эниф» стала меняться в нужную для гранд-адмирала сторону. Последние уцелевшие после разгрома шестого флота корабли Альянса, легкий крейсер «Рампарт» и тяжелый «Уорспайт», начали разыгрывать двухходовую комбинацию Акасты. Первым возле станции появился легкий «Рампарт» с эскортом из четырех торпедоносцев и удачным совместным ударом вывел из строя «Като», оказавшийся в этот момент без прикрытия.

Мятежники, раздраженные сопротивлением упорно не желающей погибать станции, стали подтягивать к месту сражения все более крупные силы. Центр противостояния постепенно стал смещаться к одинокому крейсеру Альянса и восьми «Персеям» двести сорок второй эскадрильи, загородившим врагу дорогу к станции «Эниф». На помощь подбитому «Като» из подпространства вышли еще два легких крейсера мятежников – «Рефьют» и «Маджестик», оба с внушительным эскортом из «Геркулесов», старых, но надежных перехватчиков. Построившись боевым порядком, вся эта армада неторопливо и уверенно двинулась по направлению к орбитальной инсталляции.

– Еще одна эскадрилья «Зевсов», восемь машин, – снова отрепетовали с поста наблюдения «Колосса».

Каммил досадливо нахмурился, почти весь сектор третьего узла обороны горел враждебным красным светом.

– Достанется сейчас нашим, – озабоченно произнес Грефе.

– Ничего, – нетерпеливо отмахнулся гранд-адмирал, – все равно бомбардировщики сейчас в атаку не пойдут, а будут ждать, пока двести сорок вторую всю не перещелкают.

Едва уловимое выражение неприязни на мгновение проскочило на лице командира суперлинкора.

– Огневой контакт кораблей противника с крейсером «Рам-парт» через десять минут, – доложил пост.

– «Уорспайт» уже на подходе, им надо продержаться еще минут двадцать, – удовлетворенно кивнул головой гранд-адмирал, – а как только он вступит в бой, Коху придется посылать сюда корабли посерьезней, – и Каммил мстительно улыбнулся.

* * *

Тяжелый гул зародился где-то глубоко в недрах орбитальной инсталляции. Почувствовав, как ощутимо завибрировал под ногами металлический пол ангара, Алекс невольно схватился за какую-то штуковину в виде поручня, торчавшую в боку заправочного кара. Штуковина мягко подалась под рукой пилота, но Маршан держался крепко, чтобы не упасть, поскольку вибрация перешла уже в довольно серьезную тряску. Его боевая машина, новейший перехватчик «Персей», семнадцать метров смертоносного изящества, почти готовый к старту, возвышался в десяти шагах в стороне. Не дожидаясь дальнейшего развития событий, пилот приготовился к броску до открытой кабины своего файтера, где он мог бы чувствовать себя в относительной безопасности.

Неожиданно на глазах Алекса большая металлическая конструкция в сотне метров от него, похожая на несуразный подъемный кран, со скрежетом накренившись, вдруг рухнула с третьего яруса ангара, рассыпая по дороге вниз фонтаны искр. Через мгновение раздался звук тяжелого удара. Маршан невольно зажмурился. Словно удовлетворившись этой жертвой, неведомая сила прекратила трясти инсталляцию.

Алекс осторожно открыл глаза. С места падения «крана» шел густой черный дым, воздух был наполнен какой-то мерзкой пылью. Он закашлялся.

– Эй, как тебя, Аллакс, – раздался вдруг знакомый ему голос, – это твоих рук дело?

Маршан изумленно обернулся – с противоположной стороны заправочного модуля на него недовольно смотрел техник в перепачканном желтом комбинезоне.

– Моих? – пилот с ужасом посмотрел на парня. – Я тебе что, террорист, такое устраивать?

– Рукоятку поверни в обратное положение, – доверительно посоветовал техник, – да, вот эту, синюю.

Алекс перевел взгляд на ту самую штуковину, за которую он цеплялся, чтобы не упасть при станцетрясении. Она была синего цвета.

– От себя, от себя ее толкай, – подбодрил его техник, – о, теперь все нормально, соляра пошла.

Пилот нервно хихикнул в ответ на эту бородатую остроту и стал хлопать себя по многочисленным карманам в поисках сигарет. Мимо него к месту аварии с завыванием пронесся автоматический пожарный модуль. Алекс, прикуривая, опасливо посмотрел ему вслед.

– Что там грохнуло? – поинтересовался он.

– Черт его знает, – безразлично сказал техник, копаясь в своих механизмах, – здесь, на инсталляции, постоянно что-то взрывается, то реакторы, то боеприпасы. Мы уже привыкли.

Маршан только головой покачал при виде такого стоицизма. Он наслаждением затянулся горьким дымом, с интересом рассматривая свои все еще дрожащие пальцы.

– Может, ты еще и выпьешь? – желтый комбинезон призывно помахал бутылкой.

Алекс удивленно посмотрел на техника. Ничего не боится парень, ни мятежников, ни военного трибунала.

– Нет, спасибо, друг, – хмыкнул пилот, – мне нельзя, мне еще вас защищать.

– Ну, как хочешь, – техник сделал богатырский глоток.

– Ты там мне ничего потом не перепутаешь? – опасливо покосился на бутылку Маршан.

– Я перепутаю? – с видом оскорбленного в своих лучших чувствах человека переспросил парень. – Знаешь, Оликс, я уже тут второй день в таком состоянии файтеры заправляю.

– Меня зовут Алекс Маршан, – мягко поправил его пилот, – можно просто Алекс.

– Что? А, – техник громко икнул, прикрыв рот ладонью, – очень приятно, а я Фолтус.

– Мы уже знакомы, – заметил пилот, борясь с неодолимым желанием вслух срифмовать имя своего собеседника с больше подходящим для него словом «оболтус».

– Ты, пойми, – Фолтус навалился со своей стороны на заправочный кар со стоявшим на нем энергоблоком, – если не пить, то тогда здесь вообще с катушек можно слететь. Каждую секунду эта долбаная станция может развалиться на части.

– Ты там сейчас нажмешь не на ту кнопку, и станция еще быстрее развалится, – предупредил его Маршан.

– Ладно, ладно, я в порядке, – ответствовал техник, пряча бутыль, – через десять минут отправим тебя обратно в космос в лучшем виде, на страх мятежникам.

Алекс бросил на техника сочувствующий взгляд. Сидеть на пороховой бочке, которую расстреливает неприятель, и знать, что от тебя практически ничего не зависит, занятие, действительно, не из приятных. Никто не знает, переживет ли «Эниф» сегодняшнее сражение или нет. Командование почему-то не торопится пускать в дело «Колосс», а мятежники напирают вовсю, их не остановила даже потеря «Като».

Еще двадцать минут назад дела обстояли, казалось, хуже некуда. Последняя батарея тяжелых лучевых орудий «Эниф» после бомбежки вышла из строя, и два свежих крейсера мятежников притиснули «Рампарт» почти что к самой станции. Двести сорок второй эскадрилье пришлось отчаянно драться и с крейсерским эскортом, старыми, но крепкими «Геркулесами», и в то же время стараться не подпустить близко к «Эниф» вражеские бомбардировщики, готовые добить инсталляцию. Но «Короли самоубийц», потеряв половину машин, в очередной раз оправдали свое название, продержавшись до прибытия подмоги, тяжелого крейсера «Уорспайт» с его эскортом.

Придя в себя после круговерти боя, Маршан удивился больше не тому, что он сам уцелел, а тому, что уцелела станция и что даже старина «Рампарт», весь издырявленный прямыми попаданиями, сохранил ход и кое-какую боеспособность. Почти все сбитые пилоты оказались живы и виртуозно ругались из своих аварийных капсул на медлительных спасателей. В трех астрометрах догорал вражеский легкий крейсер «Маджестик», неосторожно попавший в огневые клещи между двумя кораблями Альянса. Наступило время небольшой передышки, и Франо Кордора, командир двести сорок второй эскадрильи, немедленно отправил свои уцелевшие файтеры на орбитальную инсталляцию, пополнить энерго-и боезапас. Очередь Маршана была последней, и теперь он жадно ловил минуты отдыха, дожидаясь, когда техники с инсталляции приведут в порядок его верный «Персей».

Он глубоко вздохнул и бросил окурок под ноги.

– Я уже за это время двадцать машин в полет отправил, – продолжал тем временем бормотать себе под нос бесстрашный Фолтус.

– И куда они все подевались? – спросил Алекс, озираясь. Огромный ангар восточного крыла станции был пуст. Десятки посадочных рамп сиротливо помигивали разноцветными огоньками. Погрузчики, нагруженные контейнерами с оружием и энергоблоками, стояли рядом, но не было боевых машин, для которых предназначался их груз.

– А никто и не вернулся, – хмуро ответил парень, – поэтому нас и оставили здесь всего несколько человек, на всякий случай, – он вздохнул и снова полез за подкрепляющим средством. – Последние, кому повезло, уже отчалили от станции на транспортниках.

– Я видел, как два транспортных корабля совершили прыжок, – подтверждающе кивнул головой пилот.

– Ну, а мы с тобой здесь и сгинем, – вынес пессимистичный вердикт Фолтус и вытер глаза рукавом. Ему, очевидно, было очень жаль себя и Алекса.

Маршан неожиданно расхохотался.

– Нет, брат, подожди пока всех хоронить. Особенно меня, – он ободряюще посмотрел на парня, – мы и не из таких переделок живыми выходили. Кстати, посмотри, – он показал на выход ангара, где вдруг заработали шлюзовые камеры, – кто-то из твоих все-таки возвращается.

Фолтус опрометью бросился к ближайшему виртуальному экрану. Его пальцы быстро запрыгали по управляющей панели.

– Внимание пилоту, – почти трезвым голосом произнес он, – следуйте к посадочному месту Бэ двадцать… двадцать шесть. – он посмотрел на Алекса, – диспетчера садят наш файтер, сказали, требует дозаправки и свежего боекомплекта.

Шлюзовые ворота наконец распахнулись, и потрепанный «Мирмидон», пройдя воздушный барьер, проскользнул в ангар станции «Эниф». Алекс молча смотрел, как пилот возвратившегося истребителя, выключив двигатели, пытается поставить машину на магнитную подушку, чтобы добраться до указанной ему посадочной рампы. Поврежденные системы сработали лишь частично, на подушку встала только приплюснутая передняя часть файтера, корма же, разбрасывая искры, со скрежетом поволоклась прямо по металлическому покрытию палубы ангара. Пилот то ли не мог, то ли не хотел ничего с этим поделать, и искореженная машина, похожая на пытающуюся взлететь раненую птицу, с грохотом все неслась вперед по широкой рулежной дорожке к своему посадочному месту.

– Да что ж ты делаешь? – остолбенел Фолтус. Он метнулся сначала по направлению к разбрасывающему фонтаны искр файтеру. Пробежав несколько шагов, вдруг остановился и бросился назад к своему рабочему месту.

Маршан тоже вышел из секундного оцепенения и торопливо побежал навстречу «Мирмидону» скрестив над головой руки. Он слышал, как сзади техник что-то громко орал в мегафон, очевидно, приказывая пилоту остановиться.

Наконец, тот все-таки отключил магнитную подушку, и машина нехотя опустилась в горизонтальное положение, со скрежетом проползла еще немного и остановилась в двадцати метров от Алекса, развернувшись к нему правым боком.

Алекс с профессиональным интересом рассматривал прилетевшего гостя. Он почти сразу заметил следы ударов высокотемпературных плазменных зарядов, испещривших нос и правый борт истребителя. Такие отметины обычно оставляли, пробив защитные поля файтера, автоматические пушки истребителей и зенитные турели крупных кораблей. Решетчатые ракетные контейнеры истребителя были пусты, дульные эжекторы обеих пушек от частой стрельбы приобрели какой-то диковинный цвет. Подойдя ближе, Маршан удивленно присвистнул, через всю правую плоскость, прорезав ее насквозь и переходя далеко на корпус машины, тянулся широкий и глубокий след от удара тяжелого зенитного турболазера, походивший со стороны на гигантский обугленный рубец. Все говорило о том, что хозяин «Мирмидона» успел побывать в серьезной переделке, может даже не в одной, и несомненно, был смелым человеком. Алекс уважительно покачал головой, познакомиться с таким пилотом не уронило бы чести для молодого «Короля самоубийц».

Непрозрачный снаружи фонарь кабины истребителя поднялся вверх и затем откинулся назад. Алекс увидел усталое лицо пилота в полетном шлеме. Несколько секунд он, открыв рот, изумленно смотрел на прилетевшего астролетчика, не в силах вымолвить ни слова.

– Маршан, это ты? – вдруг спросил пилот истребителя, и на его лице появилось такое же, как у Алекса, удивленное выражение.

– Стефан? – только и смог выдавить из себя молодой человек.

Он ожидал увидеть кого угодно, но только не своего бывшего товарища по эскадрилье. Маршан еще раз поглядел на изуродованный истребитель, который, накренившись, стоял на настиле ангара. Увалень Стефан стал бесстрашным звездным волком?

– Погоди, я сейчас, – Стефан Томальски, отстегнувшись от всех ремней, креплений, разъемов и штуцеров, перевалился через край кабины и стал осторожно спускаться вниз, цепляясь за аварийные металлические скобки, расположенные в виде небольшой лесенки на борту файтера.

Наконец, он спрыгнул на настил и повернулся к Алексу. Повинуясь безотчетному порыву, нежданно встретившиеся пилоты одновременно бросились навстречу друг другу и крепко обнялись.

– Я… мы думали, что ты погиб здесь, – Маршан посмотрел в лицо товарищу.

Стефан как-то странно ухмыльнулся в ответ.

– Мне самому сегодня в голову не раз приходила эта мысль, – сказал он, отстегивая шлем, – после того как все началось, из всей нашей эскадрильи остался только я и еще один парень.

– Так ты побывал в самом пекле? – с нескрываемым уважением произнес Алекс. – Слушай, да ты просто герой.

– Да брось ты, – неловко махнул рукой Томальски, – мне просто повезло, что я уцелел. Видишь, как машину отделали. Это не все, ты еще сзади не видел. От правой турбины одни огрызки остались. Погоди, – он завертел головой, оглядываясь, – а Илья и Наталья они что, тоже здесь?

Маршан слегка нахмурился и отрицательно покачал головой.

– Они сейчас очень далеко отсюда, – сказал он.

– Может, это и к лучшему, – Стефан устало провел по лицу рукой, – не хватало их в этой мясорубке. Ты давно здесь? На станции говорили, что прибудут какие-то подкрепления, а пришли только «Рампарт» и «Уорспайт». Это же все, что осталось здесь от нашего флота. Ты разве не с ними прилетел?

Алекс заколебался. Вообще, информация о прибытии «Колосса» должна была быть секретной. Но у Томальски был такой безнадежный и уставший вид, что он решился немного приоткрыть военную тайну.

– Все в порядке, дружище, подкрепления действительно прибыли, скоро сам все увидишь. Правда командование, как обычно, всех запутало, но можешь мне поверить, сейчас за нами стоит такая сила, что при встрече с ней мятежникам точно не поздоровится.

Стефан недоверчиво покачал головой:

– Пережить бы мне эту встречу. Или хотя бы до нее дотянуть.

– Ничего, ничего, все будет нормально, – хлопнул его по плечу Алекс, – главное, что ты жив и здоров. Кстати, так это вы прикрывали отход «Калипсо» и «Манхейма»? Я видел, как около них крутилась пара наших файтеров.

– Да, это были мы с Раунином, – кивнул Томальски, – повезло, что все обошлось, бойцы-то из нас неважные с такими повреждениями. К нам, правда, пара «Геркулесов» сунулась, ну, а мы по ним все свои ракеты с дальней дистанции и расстреляли. Вот, пришлось теперь на инсталляцию возвращаться.

– Заправишься и обратно?

– Хорошо, если бы меня поставили в ремонт, правый двигатель почти сдох и транспьютер непрерывно верещит о разных неполадках. Но боюсь, что станция развалится раньше, чем мне что-либо успеют починить, – Стефан тяжело вздохнул.

Сзади послышалось низкое гудение. Пилоты одновременно повернулись. К ним приближалась большая транспортная платформа. За водительским местом восседал Фолтус, рядом с ним сидело еще двое незнакомых Алексу техников. Платформа остановилась рядом с истребителем, угрожающе нависнув над ним стрелами двух подъемных кранов. Фолтус спрыгнул со своего места.

– Техническая команда «Эниф», чем можем помочь? – деловитым тоном спросил он, и Алекс с удивлением заметил, что парень снова трезв как стеклышко. Он переглянулся с Томальски.

– Телепортируйте меня на Процион, – устало, без тени шутки сказал Стефан, – а если не можете, то тогда заправьте машину. Ракеты «Гарпун» есть?

– Да сколько угодно, ракетный склад забит под завязку.

– Навесьте полный комплект.

– Один момент, только подтащим ближе вашу машину, – с готовностью кивнул техник, – через десять минут все будет готово. Эй, парни, – обратился он к своим товарищам, – заводи тросы.

Техники забегали вокруг поврежденного истребителя, готовясь поднять его на свою транспортную платформу. Пилоты отошли в сторону.

– Ты пока сильно вперед на такой машине не лезь, – заботливо сказал Алекс, – держись ближе к станции. У нас еще сотня машин в запасе, пусть наши ребята поработают.

– Сотня? Хорошо, – Томальски послушно кивнул.

– Я постараюсь держать тебя на виду, мало ли кто за тобой увяжется, – продолжил Маршан, – а когда бой закончится, ты садись на Ко… на наш корабль, короче. В общем, я скажу на какой. Попробуем оставить тебя у нас.

Неожиданно его речь прервала тревожная трель персонального коммуникатора.

– Это сигнал тревоги от Кордора, – обеспокоенно сказал пилот, – неужели, снова все началось? – Он торопливо включил связь.

– «Альфа два», нахожусь на станции.

– Маршан, бросай все и немедленно взлетай, Нео-Терра на подходе, – раздался из коммуникатора громкий голос его командира, – мы в секторе семнадцать, два, эшелон четырнадцать.

– Вас понял, взлетаю, – Алекс покосился на свой истребитель, стоящий с открытой кабиной в пятидесяти метрах от него, – командир, а много их?

– Из того, что мы опознали, крейсера «Рапира», «Эксплорер», тяжелый «Хоквуд», «Либерти» и к ним «Рипалс» собственной персоной, – голос Кордора звучал так ясно, как будто он сам был в двух шагах, а не в двух астрометрах, – тебе точно хватит. Живо ноги в руки и на взлет, у нас всего несколько минут, – раздался щелчок, командир отключил связь.

Маршан озабоченно посмотрел на побледневшего Томальски.

– Ну, вот и все, – с трудом выдавил тот.

– Да не торопись ты себя хоронить! – возмутился Алекс. – Сейчас наши выбросят главный козырь, и это будет большой сюрприз для Нео-Терры.

Стефан непонимающе уставился на товарища.

– Значит так, – деловито сказал пилот, – ты тоже бросай все, взлетай и сразу уходи в сторону. В бой не ввязывайся, а то действительно, на такой машине подобьют в момент. Он посмотрел на троих техников, увлеченно грузивших поврежденный «Мирмидон» Томальски на свою платформу.

– А этим скажи, чтобы срочно бежали в спасательные модули. А то, если Кох все-таки шандарахнет по станции из главного калибра, они могут и не успеть.

Он ободряюще хлопнул Томальски по плечу.

– Все будет нормально, только побереги себя.

Тот в ответ только машинально кивнул. Махнув товарищу напоследок рукой, Алекс бросился к своей машине. Стефан молча смотрел ему вслед.

* * *

Для командующего флотами Альянса Каммила Акасты наступил час его торжества. Противник гранд-адмирала, разозленный потерями своих кораблей и сопротивлением упорно не желающей погибать орбитальной инсталляции, наконец-то ввел в бой свои главные силы. Флагман Четвертого флота Нео-Терры под командованием контр-адмирала Коха со всем своим крейсерским эскортом вышел на третий рубеж обороны Альянса. Издырявленные попаданиями, с многочисленными тяжелыми повреждениями, оставшиеся корабли почти уничтоженного шестого флота Альянса, крейсера «Рампарт» и «Уорспайт» готовились дать свой последний бой. Боевые расчеты уцелевших плазменных орудий и ракетных батарей орбитальной инсталляции по тревоге снова заняли свои места. Горстка файтеров поддержки «Эниф» взлетела со станции, а пилоты поредевшей в два раза двести сорок второй эскадрильи «Королей самоубийц» собирались окончательно оправдать свое название, ожидая приказа к последней атаке.

Эскадра Четвертого флота мятежников, неумолимо надвигавшаяся на обреченную инсталляцию, уже готовилась дать первые залпы из своих тяжелых лучевых орудий, как все неожиданно вдруг переменилось. Наперерез противнику из подпространства вышел «Колосс».

Контр-адмирал Кох, окруженный соратниками, уже почти праздновавший свою окончательную победу над шестым флотом Альянса, с успешным захватом новой звездной системы, теперь мог только ошеломленно обозревать вынырнувший из глубин пространства, как огромный кит из-под воды, неизвестный ему гигантский корабль. Для него появление секретного оружия возмездия, как и предвидел Каммил Акаста, оказалось полнейшей неожиданностью. Через мгновение от носа до кормы «Колосса» прокатилась цепочка вспышек, когда его орудия выдохнули свой смертоносный яд.

Кох еще не успел прийти в себя, как вдруг его легкий крейсер «Рефьют», находящийся в авангарде эскадры, впереди всех кораблей мятежников, запылал подобно новой звезде, в скрещении разящих лучей тяжелых турболазеров гиганта. А тем временем из доков «Колосса» уже посыпались, собираясь в группы для атаки, десятки тяжелых и легких файтеров. Всего через несколько секунд контр-адмиралу и его штабу стало ясно, в какую смертельную ловушку они угодили.

Кох не был трусом, но почти сразу же понял, что открытый бой с суперлинкором Альянса кончится гибелью его эскадры. Выйти же из сражения он мог, лишь только заново набрав скорость для ближнего перехода. Но единственный путь к спасению его эскадры теперь был в прорыве сквозь несущие гибель залпы батарей «Колосса». И по его приказу корабли Нео-Терры пошли на прорыв.

Не обращая внимания на прозвучавший в открытом эфире призыв Акасты сложить оружие и сдаться, флагман Четвертого флота, набирая скорость, начал постепенно сближаться с супер-линкором Альянса.

Огромный корабль дрожал будто от напряжения всех своих сил, его турбины работали в запредельном режиме, понемногу ускоряя бег линейного корабля Нео-Терры и приближая момент его спасения. Залпы тяжелых лучевых орудий линкора обрушились на врага, выжигая глубокие борозды в бронеплитах «Колосса». Через несколько минут напряжение всего боя сосредоточилось на этих двух гигантских кораблях, наносящих друг другу мощные удары. Но суперлинкор Альянса был сильнее, и очень скоро «Рипалс» начал получать серьезные повреждения.

Тем временем под атакой торпедоносцев Альянса оказался ближний эскорт флагмана, тяжелые крейсера «Хоквуд» и «Либерти», избегнувшие ударов «Колосса». Сначала потерял управление «Хоквуд», ранее уже получивший урон при атаке орбитальной инсталляции. Взрывы торпед «Циклоп» ужасающей мощи разрушили его маршевые двигатели, и потеряв надежду на спасение, с оторванной кормой, он беспомощно завращался, не в силах выправить свой курс до точки перехода. Однотипный с ним «Либерти», после повторной атаки тяжелыми бомбардировщиками, разломился пополам и через полминуты пропал в огненной вспышке.

Пять легких крейсеров мятежников, шедших в арьергарде эскадры, еще имели свой шанс проскочить мимо «Колосса», связанного боем с их флагманом. Меньшая масса этих кораблей позволяла им первыми прыгнуть из огненного ада, в который превратилось поле боя. Но ни один из них сделать этого не успел. Без истребительного прикрытия они были почти беззащитны перед атакующими их бомбардировщиками, а все оставшиеся легкие файтеры мятежников уже были скованы боем с опытнейшими пилотами Альянса, боем, почти незаметным на фоне битвы двух гигантов. Один за другим крейсера Нео-Терры выходили из сражения с критическими повреждениями. Вскоре все пространство вокруг них заполнилось лихорадочно отстреливаемыми от кораблей спасательными модулями и капсулами. Только в них выжившие члены экипажей погибающих крейсеров могли надеяться на свое спасение.

Вскоре от всей мощной эскадры мятежного флота остался лишь один флагман, весь в шрамах от попаданий, но все еще пытающийся набрать скорость для субзвездного прыжка. Траектория его движения почти пересекала путь «Колосса», давая тому возможность сосредоточить весь свой огонь на прорывающимся линкоре.

Несколько томительных секунд всем еще казалось, что обреченный «Рипалс» уже почти вырвался и, несмотря на продолжающие обрушиваться на него мощные удары вот-вот исчезнет в раскрывающейся спирали подпространственного перехода, но за мгновение до этого ужасающей силы взрыв потряс корабль. Через секунду огромный линкор массой в сотни тысяч тонн разломился на несколько частей. Второй еще более сильный взрыв разбросал эти части в стороны, искромсав их на тысячи осколков. Ударная волна накрыла файтеры, бывшие в двух астрометрах от линкора, и многотонные бомбардировщики завертело, как щепки в водовороте.

Гранд-адмирал Каммил Акаста мог теперь торжествовать. Он остановил наступление Нео-Терры в системе эпсилон Пегаса и полностью сокрушил вражеский флот, не потеряв ни одного своего корабля. Но судьба сыграла с ним злую шутку. Пятисот-тонный осколок погибшего линкора «Рипалс» врезался в носовую часть «Колосса», оказавшегося слишком близко к взрыву. И хотя суперлинкор устоял под таким ударом, для самого победителя Четвертого флота мятежников, командующего силами Альянса, гранд-адмирала Каммила Акасты, находившегося со всем своим штабом в носовой боевой рубке «Колосса», эта победа оказалась последней.

Глава 7

Совещание оперативного штаба новоиспеченной одиннадцатой ударной группировки Альянса под командованием вице-адмирала Данила Гранина уже как сорок минут закончилось, но сам флотоводец с крайне задумчивым видом все еще продолжал расхаживать рядом с трехмерной картой сектора, на которой светились успокаивающим зеленым цветом значки кораблей его эскадры. Старый товарищ вице-адмирала, капитан линейного корабля «Россия», на корабле которого и проходило совещание, Орнео Кролла, стоял рядом с видом верного помощника, всегда готового прийти на помощь, дать дельный совет или подставить дружеское плечо. Но, на самом деле, капитан под видом деятельного участия пытался реализовать коварный личный план, а именно, добиться выгодных преференций при размещении своего линкора в планируемых Граниным дальнейших военных операциях. Капитан обожал свою «Россию», самый лучший из всех кораблей, которые когда-либо ему доставались, любил ее, как какой-нибудь молодожен любит свою прекрасную юную супругу, и ужасно страдал, когда ему приходилось выводить ее на первую линию огня по приказам вице-адмирала. «Чуть что, так сразу мою девочку норовит в пасть шиванам засунуть, – ревниво думал он, наблюдая за Граниным, – понагнали в туманность кучу кораблей, а как вперед идти, так “России”. Вон, пусть линкор “Делакрой” идет им на растерзание, он дедушка старый, ему все равно. А мою красавицу не отдам, ей в последний раз и так хорошо в битве за Денеб досталось, до сих пор пробоины в бортах заделываем».

Ко всему прочему, Кролла не нравилось, что Данил после этого сражения стал регулярно называть его корабль «нашим дырявым корытом». «А ведь на Капелле как раз из-за тебя дырки в доке заделать не успели, – раздраженно подумал он, вспоминая, как Гранин убеждал его поскорее отправить не отремонтированный толком корабль в систему гамма Дракона навстречу Шиве, – и был же ты в то время всего лишь обычным советником. А сейчас, когда снова командование в руки взял, мне даже подумать страшно, что мою красавицу теперь ждать может».

Как будто подслушав его мысли, Гранин протянул руку к карте к маленькой фигурке, обозначавшей огромный линейный корабль, в чреве которого они сейчас находились, и, как бы раздумывая, куда его поместить, взвесил доверчиво опустившийся на кончики его пальцев миниатюрный образ «России».

Капитан, затаив дыхание, следил за действиями Гранина. Куда он поместит линкор: ближе к порталу Кносс под прикрытие остальных кораблей эскадры или зашвырнет на десяток миллиардов километров в глубь туманности? «Ну, давай же, черт тебя дери, ставь быстрей к Кноссу, – раздраженно думал капитан, шевеля губами, – а еще друг называется».

– Что ты там говоришь, Орнео? – отрешенно спросил вице-адмирал, все еще взвешивая фигурку линкора на кончиках пальцев, подобно всемогущему богу. – Хочешь знать, куда мы денем наше дырявое корыто?

– Я? Ничего такого не говорю, – смутился Кролла и мысленно плюнул, – вообще, знаешь, я вот что думаю, – вдруг решил он пойти ва-банк, – наверно, мой линкор лучше обратно к порталу отвести. Тут и так такая группировка, будто мы со всем миром воевать собрались. А от портала и командовать удобнее, и данные из центра получать сразу будем.

– И обратно, если что, можно сразу прыгнуть на гамма Дракона, – повернув голову, проницательно посмотрел на него вице-адмирал, – да, Орнео?

Капитан изобразил на своем лице искреннее изумление вопросом Гранина.

– Ты это о чем, Данил? – как бы удивленно спросил он. – Я, собственно, только исходя из удобства и… гм, целесообразности.

Командующий одиннадцатой ударной группировкой Альянса понимающе усмехнулся.

– Целесообразности, говоришь? – он снова посмотрел на карту. – Ну, может, ты и прав. Флотилия у нас теперь в этом секторе и в самом деле сейчас знатная, – он окинул внимательным взглядом дюжину значков крейсеров и линейных кораблей, расползшихся по туманности. Хорошо, давай пока оставим «Россию» у портала.

Он вернулся взглядом к капитану:

– Мы же не из трусости это делаем, так? Не из-за того, что боимся сразиться с врагом?

Вздохнувший облегченно Орнео тут же принял воинственный вид и энергично замотал головой, решительно отрицая такое бесчестное предположение.

– Я был в этом уверен, – чуть улыбнувшись, сказал Гранин, оставляя фигурку «России» в покое, – но ведь настоящая наша проблема совсем в другом, – он развернулся на каблуках к капитану. – Мы-то готовы воевать, но где же наши враги? Они должны быть здесь, в туманности, обломки, оставшиеся от «Тринити», не оставляют в этом сомнения.

– Хорошо еще, что наш «Элизиум» тогда уцелел и почти все десантники, – припомнил Кролла, – его только отбросило взрывом, хотя и покорежило, будь здоров. Но, по крайней мере, мне не пришлось подписывать двести похоронных извещений родным и близким, и это, если честно, меня радует.

– Кто знает, сколько их нам еще придется подписать, Орнео, – пророчески вздохнул вице-адмирал, – но давай вернемся к делу. Где все-таки прячутся шиване? Мы обшарили уже сферу радиусом семь миллиардов километров вокруг портала в этой проклятой туманности, но не нашли ничего похожего на присутствие Шивы.

– Маскируются, гады, – кровожадно предположил капитан.

– Очень похоже на то, – кивнул Гранин, – учитывая, что радиус действия легких файтеров, атаковавших «Тринити», от силы пять световых часов. Значит, где-то, не так далеко, должны находится их носители, более крупные корабли. И мы должны были их тогда обнаружить, если бы не мешали эти проклятые облака ионизированного газа.

– В которых они прячутся, – продолжил за него Кролла.

– В которых они прячутся, – подтвердил вице-адмирал, – и в отличие от нас, новичков, впервые оказавшихся здесь, можно предположить, что шиване чувствуют себя тут как дома. И не исключено, что они преспокойно наблюдают за нами из ближайшего облака, ожидая момента, когда мы повернемся к ним спиной.

– Святые твои слова, Данил, – тут же согласился капитан, – самое время убираться обратно на гамма Дракона, там хоть нормальный, человеческий космос, а не этот сиреневый суп. На той-то стороне мы им быстро пачек накидаем, если они попробуют из портала выползти.

– Успеем еще туда убраться, – отмахнулся от его предложения Гранин, – и вообще, учти, я это говорил всего лишь к тому, что надо удвоить бдительность, не поворачиваться к ним спиной и быть готовыми к обороне. Чтобы потом, после атаки шиван, выследить их гнездо и полностью разорить его.

– Понятно, – поскучнел капитан, уже планировавший паковать свои пожитки перед отбытием. – А я-то думал, что мы корабли в кучу собираем, для скорейшего отплытия обратно.

При этом он попробовал представить, как это можно не поворачиваться спиной ко всем сторонам света одновременно и тяжело вздохнул.

– Слушать надо внимательно, что на совещании обсуждается, а не витать в облаках… ионизированного газа, – приструнил друга вице-адмирал, – и мы их не в кучу собираем, а в оборонительный ордер, коль скоро наши сканеры для разведки бесполезны. Для поисков у нас только «Украина» с «Крымом» годятся, ну и «Харибда» еще есть, – добавил он, – только вот она почти без вооружения. Плохо и то, что широкополосное сканирование здесь почти бесполезно, а для направленной разведки места знать надо, – озабоченно нахмурился Гранин.

– Так мы же нашли такое место, там, где три патрульных файтера пропали два дня назад, в четырех световых часах отсюда, – сказал Орнео, развенчивая предположение вице-адмирала о его витании в облаках, – прямо же на совещании решили послать туда оба наших крейсера.

– Спасибо, что напомнил, – съязвил Гранин, – а если они там не найдут ничего, куда их потом отправим?

Капитан «России» пожал плечами:

– Данил, ты мое мнение знаешь. Мог бы и не спрашивать. Да что я? За целый час совещания никто и не родил ничего более умного, чем предложение отправить «Украину» и «Крым», на место пропажи патруля из сто двенадцатой эскадрильи. Далась тебе эта демократия. В мое время, – многозначительно продолжил он, – никого из командиров кораблей и не спрашивали о его мнении, кроме, конечно, капитана флагмана, – тут же поправился он, – дали боевую задачу, иди и молча выполняй. И вообще, где секретность? Один скажет другому, тот третьему, а там и глядишь и Бош, то есть я хотел сказать враг, обо всем уже знает!

– Ну ты хватил, Орнео, как всегда в самую точку попал, – засмеялся вице-адмирал, – так значит, по твоему шиванские шпионы бродят по нашему кораблю? А главный наш безопасник все беседует с бутылкой и поэтому никак не может отличить, у кого из экипажа две ноги, а у кого пять?

– Не поминай ты к ночи особый отдел, – замахал руками Кролла, – мало нам с тобой от них досталось на Денебе, – знаешь, для меня так, вообще, встретиться с офицером ВБ на корабле – это самая плохая примета на весь день.

– Сам не хочу, но приходится, Орнео, приходится о нем упомянуть, – посерьезнел Гранин, – да и, кстати, зря ты так о демократии негативно высказываешься. Как раз вчера командир «Картиджа» мне очень дельную мысль подкинул. Вот послушай. Мы ведь так и не смогли получить никакой ценной информации от «Тринити», хотя бы о том, за каким дьяволом они настолько бесстрашно полезли в туманность.

Капитан «России» принял вид, что готов заинтересованно слушать про дельные мысли командира линкора «Картидж».

– Ты и сам прекрасно знаешь, что маршруты боевых кораблей Альянса по звездным системам жестко прописываются штабами, – начал вице-адмирал, – и отклониться от маршрута капитан корабля может только в случае совершенно непредвиденных обстоятельств, за которые ему все равно придется потом отчитываться перед начальством. Легкие корабли москитного флота, те вообще ограничены в передвижениях одной звездной системой, той, где они на данный момент находятся. Существуют, конечно, и экспериментальные версии файтеров с межзвездным гиперприводом, но они так и будут относиться к области экспериментов, пока конструкторы не снизят массу и габариты привода раз так в пять, и чтобы при этом еще оставалось хоть немного места для вооружения и прочего боевого хозяйства.

– Конечно, я все это знаю, – сообщил Кролла, понемногу теряя заинтересованный вид, – и к чему ты клонишь?

– К тому, что вся эта боевая сила требует еще больше специальных кораблей для обслуживания и снабжения, – не снижая темпа, продолжил Гранин, – но если среди судов, принадлежащих флоту, еще наблюдается хоть какой-то порядок и дисциплина, то на транспортах, арендованных нами на время военных действий у гражданских корпораций, царит такой бардак, Орнео, какой ты не увидишь и на предновогодней распродаже в галактическом торговом центре на Антаресе. Что ты так на меня смотришь? Я был там с дочерьми два года назад.

– А я сто лет там не был из-за этого мятежа Нео-Терры, – сварливо заметил Кролла.

– И не советую, меня, контр-адмирала, тогда там чуть не затоптали, – усмехнулся воспоминаниям Гранин. – Так вот, сотни этих арендованных судов носятся полные и порожняком туда-обратно сквозь межзвездные порталы, и отследить их перемещения при необходимости не такая простая задача. В первую очередь, конечно же потому, что никому это особенно и не нужно.

– А нам зачем их отслеживать? – вяло поинтересовался капитан линкора. – Снабжение – занятие для интендантов.

– Ну, хотя бы потому, что, оказывается, вместе с «Тринити» в системе гамма Дракона какое-то время болтался некий бывший гражданский транспортник под названием «Сандер».

– Да ну, – округлил глаза капитан, – это что же получается…

– Получается, что у нас под носом может быть целая сеть шпионов, – безжалостно подтвердил вице-адмирал, – которые свободно передвигаются по всем секторам и передают информацию, а скорее всего и не только ее. Как бы Бош получил прототипы новых ракет, созданных корпорацией «Субак» уже после начала мятежа?

– А наша служба внутренней безопасности все ищет предателей на военных кораблях, – подытожил Орнео.

– Ну, положим, данные выдают все равно изменники в погонах, ты палку-то не перегибай, – заметил Гранин, – но вот этим транспортником мы должны заняться всерьез. Если ниточка с «Тринити» оборвалась, то будем разматывать клубок с «Сандером».

Капитан «России» почесал подбородок в раздумьях.

– Будем все-таки сообщать в ВБ? – неуверенно спросил он. – Тогда уже, наверное, сразу на самый верх Мартанову?

– Нет уж, только не ему, – гадливо передернул плечами вице-адмирал при упоминании имени нынешнего главы службы безопасности флотов Альянса. – Он нам все дело запорет своими методами. У меня есть идея получше, Орнео. Мне нужны твои друзья из первого отдела военной контрразведки на Веге. Вот им бы надо заняться этим делом.

Для ускорения своей мозговой деятельности капитан «России» начал почесывать не только подбородок, но и лоб.

– Ну, такую штуку можно устроить, – наконец после некоторых раздумий согласился он, – тем более эти ребята недолюбливают конкурентов из ВБ, которые им все время палки в колеса вставляют. Так говоришь, надо выловить этот, как его, «Сандер»?

– Точно так, – подтвердил Гранин, – и аккуратно отследить его передвижение, я почему-то уверен, что он сейчас в пути к мятежным системам, а затем также осторожно взять его со всем содержимым.

– Хорошо, – согласился капитан, – прикажешь прямо сейчас составить им сообщение?

Вице-адмирал посмотрел на часы.

– Что тут у нас сейчас, день, ночь? Совсем уже с ритма сбился, – он нахмурился, соображая, – ну, а чего тянуть, сейчас и составим.

– Сейчас, так сейчас, – согласился Кролла, присаживаясь за рабочий стол рядом с трехмерной картой сектора и включая виртуальный экран, – только я потом сразу спать, чего и тебе по-дружески советую, – предупредил он, тоже бросив взгляд на часы, – мы с тобой сутки уже на ногах, а через четыре часа нам еще «Украину» с «Крымом» в рейд отправлять.

Вице-адмирал задумчиво закивал, соглашаясь.

– Кстати, а когда мы «Россию» обратно к порталу отводить будем к остальной эскадре? – как бы ненароком осведомился Кролла.

Командующий одиннадцатой группировкой Альянса внимательно посмотрел на своего товарища.

– Вот напишем сообщение, отправим корабли в разведку, а потом, как они вернутся, сразу и отведем, – ласково произнес он, присаживаясь на край стола перед капитаном линкора, – давай уже пиши, Орнео, не отвлекайся, а я продиктую.

* * *

– Ма, а почему ты до сих пор не сказала мне правду? Что папа никогда уже не вернется!

Молодая красивая женщина с длинными пепельными волосами, накрывавшая на стол ужин, замерла на месте.

– Я никогда не обманывала тебя, – растерянно сказала она, опуская молочник на стол, – садись лучше есть, сынок.

– Обманывала! – топнул ногой взлохмаченный негодующий мальчишка. – Папа погиб семь лет назад вместе с «Люцифером», я только что прочитал в сети.

– Подожди, Илья, ты просто не все еще знаешь, – она попыталась прижать сына к себе.

– Нет, пусти, – он уперся руками в ее живот, – и он не в дальнем рейде, как ты говорила, я знаю, его больше нет!

Он легко вырвался из вдруг ослабевших материнских объятий и бросился к окну, где замер, упершись лбом в стекло. Опускающееся за далекие каменистые горы желто-оранжевое солнце эпсилон Эридана золотило последними лучами светлые волнистые волосы на его макушке.

Молодая женщина, осторожно приблизившись к сыну, ласково обняла его руками за подрагивающие плечи.

– Я точно знаю, что Петр жив, пойми, я это чувствую, – наклонившись, она поцеловала сына в голову, – и он обязательно должен был вырваться из ловушки «Люцифера» живым. Поверь мне, сынок. Поверь тете Мине, ведь она ученый, и она скажет тебе то же самое, что с ним все будет хорошо. Просто он пока не может вернуться обратно. Уже семь лет.

– Потому что разрушился звездный мост и он остался по другую сторону, да, мама? – в его голосе уже не было неприязни, только печаль.

– Да, – она кивнула, и горячая слезинка, выкатившись из-под ее ресницы, капнула мальчику на макушку, – но я обещаю тебе, что когда-нибудь мы сможем построить мост до Земли снова. И тогда твой отец снова вернется к нам.

Илья проснулся от тревожного сигнала своего коммуникатора. Несколько секунд он пролежал неподвижно, глядя в темноту своей каюты, расцвеченную огоньками индикаторов, и пытаясь вернуть воспоминания о своем прерванном сне. На соседней койке шумно завозился его сосед Димитер Роснан, тоже разбуженный тревожной трелью.

– Илья, ты не спишь? – негромко спросил Димитер, осторожно спуская босые ноги на пол, покрытый мохнатым герболитом. – Это что, вызов нам всем на командный пункт, да?

– Все в порядке, ведомый, – ответил молодой человек, не двигаясь с места и по-прежнему глядя в потолок, который уже начал потихоньку наливаться светом, – такое здесь случается. Снаряжайся пока первый, я подожду, чтобы нам локтями не толкаться.

– Хорошо, – Роснан соскочил с койки, которая тут же мгновенно исчезла в стене, и полез за одеждой.

Нестеров продолжал лежать недвижно, пока его сосед шумно одевался рядом и скакал на одной ноге, натягивая на себя форму. Картины из сна Ильи все так же стояли у него перед глазами, и чувство глухой тоски, не отпускавшее его теперь ни днем, ни ночью, еще сильнее сжало ему грудь. После смерти Густава, пилота из его звена, и известия о гибели Анастасии молодой человек получил увольнение на двое галактических суток. На этом при беседе с его начальством настояла Ольга Ровини, его старая знакомая, ставшая к этому времени военным психологом на «России». Командир сто седьмой эскадрильи, где служил Илья, Эмилия Самса, даже в военной форме не очень-то походившая на командира легендарных «Воронов», переговорив с Ольгой, готова была предоставить ему даже несколько дней, несмотря на нехватку людей в ее группе. Но Илья вежливо, но холодно отказался, как ни уговаривали его обе женщины, прекрасно понимавшие его состояние.

Он, практически не вставая, пролежал на койке в своей каюте первые сутки. Ольга приказала всем его знакомым и сослуживцам оставить Илью в покое, и даже Роснана ухитрилась переселить на время в соседний жилой блок. Она несколько раз заходила в каюту к Илье, садилась рядом, брала за руку, пытаясь как психолог вывести его из подавленного состояния, но особо в этом не преуспела. Молодой человек лежал неподвижно, руки не отнимал, смотрел в потолок, вежливо, но односложно отвечал на ее вопросы. От приема успокаивающих седативных средств, предложенных Ольгой, он тоже вежливо, но твердо отказался. Почему он это сделал, она поняла чуть позже, когда на исходе галактических суток он появился снова у своего командира с категорическим требованием вернуть его в строй. Эмилии пришлось согласиться, поскольку медицинская карта Нестерова была в полном порядке, а успокаивающих средств, снижающих реакцию пилота, он не принимал. И на вид он тоже был в порядке, только совсем перестал улыбаться, взгляд его стал вежлив, но равнодушен, а между темных бровей залегли первые складки. Его друзья, как могли, сочувствовали ему, но в глубине души понимали, что прежний веселый и общительный Илья Нестеров к ним возвратится еще не скоро, если и вернется вообще.

Они быстро шагали вдвоем в направлении командного пункта своей эскадрильи по движущимся дорожкам огромного линкора, бывшим в этот час почему-то особенно многолюдными. Роснан, с трудом сдерживая нервную зевоту и поеживаясь со сна, вертел головой во все стороны, удивляясь необычному скоплению народа, делавшего «Россию» сейчас похожей на растревоженный муравейник.

– А, вон и Наталья впереди, – сообщил он, вытягивая шею, – со своим новеньким ведомым. Тоже на КП собираются. И чего это столько народу вокруг сегодня?

Илья бросил на него быстрый взгляд.

– Стычка где-то случилось наверняка, – сказал он спокойно, – поэтому подняли вторую вахту, хотя еще первая не сменилась. И нас сейчас отправят по файтерам прямо с командного пункта.

Димитер с уважением посмотрел на Илью и замолчал, пытаясь выглядеть перед боем так же отрешенно и достойно, как его командир.

На очередном повороте они неожиданно встретили Ольгу Ровини, спешащую по своим делам. Заметив ее, Нестеров попытался, сделав шаг сторону, скрыться за широкой спиной товарища. Но Роснан сам узнал военного психолога, выселившую его недавно в соседнюю каюту из родных пенатов, и в панике тоже подался назад. Из-за этого они вдвоем чуть не повалили еще несколько человек, спешащих следом за ними по своим делам, удостоились пары нелицеприятных замечаний и были в итоге легко замечены Ольгой.

– Илья, подожди, – она быстро перескочила на их дорожку. – Как ты себя чувствуешь? – она внимательно посмотрела на него.

– Все в порядке, Оля, – сдержанно ответил пилот, – спешим вот на командный пункт.

– Да я слышала, опять что-то случилось, – сказала Ровини, – но ты, действительно, в порядке?

– Госпожа Ровини, мы перед полетом, в любом случае, проходим медицинские тесты, – нетерпеливо ответил молодой человек, – и я уверен, у меня все будет нормально. Ваше беспокойство излишне.

Она еще раз внимательно посмотрела на него.

– Прости, Илья, но я, правда, за тебя очень переживаю, – она погладила его по руке и неожиданно поцеловала в щеку, – прости еще раз, удачного тебе вылета.

Издалека она снова помахала ему напоследок рукой.

Димитер посмотрел на Илью с еще большим уважением и твердо решил стать таким же, как его командир, холодным и ледяным и чтобы его также целовали на прощание красивые женщины-офицеры.

Оба пилота прибыли на свой командный пункт одними из последних. Их более расторопные коллеги из сто седьмой эскадрильи «Вороны» уже с шумом рассаживались по свободным местам, на ходу обсуждая вероятные причины их срочного вызова. Молодые люди, по пути здороваясь со знакомыми пилотами, проследовали к местам, заботливо зарезервированным для них Натальей, успевшей на командный пункт раньше своих товарищей.

Место командира эскадрильи, Эмилии Самса, рядом с голографическим проектором под все тем же названием УНТС, «Указатель На Тот Свет», пока пустовало, она по какой-то причине опаздывала.

– Ребята, я даже позавтракать не успел, – непонятно в шутку или всерьез жаловался всем пухлый пилот с широким красным лицом из следующего за ними ряда кресел, – для меня нет ничего хуже, чем воевать на голодный желудок.

– Не позавтракал он, надо же, – сварливо отвечали ему с соседних мест, – тут вообще-то некоторые даже выспаться как следует не успели, опять придется стимуляторами здоровье садить. Умеет же командование выбрать время для постановки боевой задачи. А есть надо меньше, Кенни, это для здоровья даже полезно.

Толстяк Кенни не успел еще ответить на это провокационное замечание, как среди всеобщего галдежа на командный пункт бомбой ворвалось само порицаемое командование в лице растрепанной Эмилии Самса с красной папкой в руках.

Разговоры стали быстро стихать, шестнадцать пар глаз внимательно уставились на командира в ожидании новостей.

– Доброе утро, пилоты, – Эмилия торопливо бросила папку на командирский столик и пригладила растрепанные волосы.

– Ночи, наверное, – подсказал кто-то из передних рядов, – сейчас четыре ночи по галактическому.

Эмилия внимательным взглядом окинула собравшихся зевающих подчиненных.

– Утра, утра уже, – повторила она, – давайте просыпайтесь, мои дорогие. Командование, конечно, просит прощения, что подняло вас в неурочный час, но дела, а тем более Шива ждать нас не будут.

Включился голографический проектор, и рядом с Эмилией заморгала зелеными и красными цветами трехмерная карта сектора. Сверившись с данными в своей папке, командир сто седьмой эскадрильи увеличила нужное ей изображение.

– Итак, – сказала она, – обратите ваше внимание, пилоты, на квадрат CK18, эшелон три, здесь завязался бой с Шивой полчаса назад.

Все старательно вытянули головы, пытаясь разобраться в увеличенной трехмерной картинке.

– Линкор «Делакрой», патрулировавший сектор, сообщил тридцать минут назад, что подвергся нападению двух шиванских драккаров. Система идентифицировала первый из них как новый тип «Ракшаса», тот самый, один из которых ранее уничтожил «Виджилант». Второй мы распознали как тяжелый драккар класса «Лилит». Кроме того, время от времени «Делакрой» пытаются атаковать небольшие группы шиванских бомбоносов. Сейчас ближе всех к месту столкновения два наших тяжелых крейсера. Это «Крым» и «Украина», которые находились в разведывательном рейде. Оба этих корабля уже переориентированы на переход в квадрат СК18 и ожидаются там через… – Самса взглянула на часы, – через семнадцать минут.

– Нас отправят туда же? – прозвучал полный оптимизма и ожиданий голос с места.

– Слишком долго спите, – пошутила Эмилия, – на подкрепление уже отправилась дежурная сто тридцать четвертая эскадрилья «Барракуды», бывшая в охранении «России». А теперь наша очередь быть в резерве вместо дежурной, и вылет, кстати, – она снова посмотрела на часы, – уже через двадцать минут.

По командному пункту разнесся всеобщий вздох разочарования. Никто не хотел быть опять в резерве.

– Разрешите вопрос, – раздался голос голодного толстого Кенни, – а там что, пока «Делакрой» только в единственном числе? Куда делся его эскорт и легкое прикрытие?

Командир сто седьмой эскадрильи нахмурилась. Она не любила такие вопросы по одной причине, она не знала на них ответов.

– Кеннилворт, ну какая тебе разница, почему он без прикрытия, – страдальческим тоном сказала она, – значит, так надо, такое у него задание. Ты что, умнее командования? Все, пилоты, вольно. Командиры звеньев, быстро ко мне за чип-картами маршрутов и вперед.

– Вот так всегда, – негромко, но отчетливо пробурчал толстяк, с трудом переваливаясь через первый ряд кресел, чтобы сократить путь до командира, – никогда начальство настоящей правды не скажет.

* * *

В боевой рубке «России» царило оживленное настроение. Вся присутствующая здесь команда, вахтенные офицеры и остальные лица, включая начальство, капитана линкора и его старшего помощника Гая Вирта, с энтузиазмом наблюдали на всех доступных виртуальных экранах, как корабли Альянса задают жару ненавистным шиванам. Атмосфера в рубке постепенно становилась все более приподнятой и оживленной, как будто во время каких-нибудь учений, особенно по мере того, как с экранов постепенно исчезали темно-красные значки вражеских кораблей.

– Вы, ребята, не знаете, видимо, правила, что меня вызывать надо, когда сражение начинается, – недовольно произнес Данил Гранин, опускаясь в свое кресло рядом с капитаном линкора, – что здесь происходит? Такое впечатление, что здесь идет трансляция боллербольного матча. Вам пива только не хватает.

Вахтенные офицеры, сидевшие на своих постах впереди, испуганно обернулись и, подскочив со своих мест, торопливо откозыряли командующему.

– Прости, Данил, это моя вина, – виновато потупился Крол-ла, на секунду вежливо привставая с капитанского кресла, – я просто хотел дать тебе немного отдохнуть. Но поверь, пока здесь нет ничего такого серьезного, что потребовало бы твоего контроля. Это, может, даже хорошо, что «Делакрой» застрял в том районе из-за своих проблем с гиперприводом. Хоть шиван таким образом смогли подманить.

– А это что еще за новость? – удивленно вопросил Гранин, – это когда и по какой причине он успел там застрять?

– «Делакрой»-то? – в свою очередь удивился капитан. – Так этому корыту уже почти сорок лет, странно, что он еще при своем последнем переходе через Кносс не развалился. А ребята выполняли твою же последнюю директиву об отходе обратно к порталу. Его эскорт весь прыгнул, в том числе как на грех и все легкие фай-теры, а у самого старикана ближний привод скис. Они и зависли в трех световых часах от Кносса.

Дальше, по словам Кроллы, сложилась интересная ситуация. Не успел главный инженер линкора прояснить проблему в забарахлившем гиперприводе и посчитать, сколько времени и сил потребуется на устранение неполадки, как откуда ни возьмись нарисовались два шиванских драккара и попытались взять «Делакрой» в огневые клещи. «Прямо как шакалы какие-то, почувствовали, что один от стаи отбился», – прокомментировал Орнео.

Но добыча, как оказалось, была им не по зубам. Линкор хотя и был самым старым из всех линейных кораблей Альянса, остававшихся в строю, но его двадцатиметровой толщины броня, прикрывавшая жизненно важные центры корабля-ветерана, лучевым орудиям шиванских драккаров все равно не поддавалась. Правда и сам «Делакрой» ничего не мог поделать с врагом из-за отсутствия на нем тяжелых лучевых орудий. В свое время линкор проходил частичную модернизацию по программе перестройки всех капитальных кораблей, но именно на нем все дело ограничилось только навеской новой брони, а силовую установку и вооружение поменять не успели по причине обычного в те годы недофинансирования. Тем более что соответствующая производственная корпорация, как обычно, не справилась вовремя с госзаказом и нехватку тяжелых лучевых орудий стали испытывать не только старые, но даже новейшие корабли Альянса. В итоге, в горнило новой войны с Шивой отправили корабль со старыми двигателями и крупнокалиберными, но уже повсеместно снятыми с вооружения плазменными орудиями, благо что находился линкор-ветеран всего в двух дальних переходах от системы гамма Дракона.

Потерпев неудачу с обстрелом корабля из лучевых орудий, шиване попытались было провести несколько атак бомбоносами, но их успешно отогнали восемь таких же стареньких, как линкор, «Улиссов», завалявшихся где-то в ангарах корабля и использовавшихся, как правило, только как разведывательные скауты. «Будто хронику про Великую Войну пересмотрел», – сообщил Кролла.

– Понятно, – скептически заметил вице-адмирал, – и ты, значит, увидев, что бой перестал быть интересным зрителям, отправил к линкору подкрепление. А меня вызвать не удосужился.

Капитан «России» виновато потупился.

– Я же все-таки твой первый заместитель, Данил, – сказал он, – но ты не думай, я не мечтаю командовать вместо тебя, просто, – он замялся, – я действительно хотел дать тебе отдохнуть. Ты же на ногах круглые сутки.

– Спасибо за заботу, – раздраженно сказал Гранин, – но в следующий раз при ведении боя с большими кораблями, будь любезен, давай мне знать, если что.

Он резким жестом отбросил дальнейшие извинения товарища и прищурился на ближайший виртуальный экран.

– Это что же, ты «Украину» с «Крымом» туда подогнал к ним на помощь? – спросил он, опознав значки своих кораблей.

– Точно так, они в рейде ближе всех к линкору были, – с готовностью объяснил его первый заместитель, – в принципе «Де-лакрою» ничего бы и не сделалось, если бы он еще полчаса подождал, но кэп его, Мерриган, нервничать начал. Цитадель линкору шиване пробить не смогли, а вот небронированные части и надстройки все издырявили. Они за это время уже третий передатчик меняют для мгновенной связи. Мерриган жаловался, что, дескать, у него не корабль, а кастрюлька на медленном огне. Мол, стенки целые, а внутри уже закипает.

Гранин поднял бровь, услышав такое сравнение.

– Так что, наверное, наши тяжелые крейсера вовремя появились, – продолжил Кролла свою историю, – а к тому же я и с «России» отправил две дежурные эскадрильи для поддержки, раз уж мы к «Делакрою» тоже ближе всех.

– Ну, в принципе, все верно сделали, – уже спокойным тоном заметил Гранин, но тут же нахмурился, – вот только…

– И как видишь, – оптимистично закончил капитан, – победа, можно сказать, в наших руках. Парни добивают уже второй шиванский драккар, не говоря о всякой легкой мелочи. – Он вдруг озадаченно моргнул. – А что только, Данил?

– Ты думаешь, что ты один такой догадливый с подкреплением?

* * *

Машину качнуло от близкого разрыва. Илья бросил взгляд на индикаторы энергозащиты своего «Мирмидона» и слегка присвистнул, для такого расстояния по нему били чересчур прицельно.

Он услышал в интеркоме удивленный голос своего ведомого Димитера.

– Это что, он по нам так с трех астрометров лупит? – по голосу Роснана чувствовалось, что ему тоже досталось от вражеского залпа. Илья нахмурился.

– Роснан, увеличь дистанцию, – прикрикнул он на ведомого, – чего ты ко мне прижался, хочешь, чтобы одним залпом обоих сразу завалили?

– Выполняю, командир, – виновато откликнулся Димитер, отводя назад свою машину, – я и не думал даже, что это чудище видит нас с такого расстояния.

– Ты лучше смотри, где у него больше зениток стоит, – сказал Нестеров, внимательно изучая данные со сканеров «Крыма», – сдается мне, скоро уже подойдет наша очередь поближе с твоим «чудищем» познакомиться.

Ожил отерком:

– Говорит Кларисса Май, внимание, по нам начали пристреливаться. Всем звеньям, турбины на средний ход, меняем расположение. Ориентироваться по мне.

Шестнадцать истребителей «Мирмидон» неторопливо дрейфовали в синем тумане, прорезаемом сполохами далеких разрывов, ожидая сигнала к атаке. Где-то вдалеке уже больше часа шло сражение Альянса с Шивой, и перевес склонялся то в одну, то в другую сторону.

Кто-то вышел на общую волну:

– Это шестая, мы несем потери! Дайте поддержку! Кто рядом с сектором двенадцать, эшелон три, повторяю, дайте поддержку! Нас атакует группа охотников, не дают сбросить рыбок!

Илья мгновенно переключился на Клариссу.

– «Бета один», «Медузы» из шестой просят помощи! – обратился он к ведущему своей группы.

– Нестеров, я не глухая, – осадила его «Бета один», – но вот только мы ждем приказа. У шестой свое прикрытие, там рядом Уинси со своими «барракудами».

Пилот досадливо стукнул кулаком по подлокотнику ложемента. Бомбардировщики все продолжали требовать поддержку. Наконец, им кто-то ответил из прикрывающей их сто тридцать четвертой эскадрильи. Судя по всему, дела у них тоже шли не очень.

Неожиданно перебранку пилотов покрыл чей-то громкий крик:

– «Украина» взрывается! Команда покидает корабль! Просят прикрытия для спасательных модулей!

Илья до боли сжал руки на штурвале. Почему командование не отдает приказ? Ведь надо немедленно атаковать вышедшего из тумана шиванского монстра! Иначе такая же участь постигнет и оставшиеся корабли.

Вице-адмирал Гранин оказался прав в своем предвидении. Не успел развалиться на части последний тяжелый драккар шиван, исполосованный лучевыми орудиями двух новейших кораблей Альянса, как на поле боя появился мститель, никогда до этого не виданный людьми. Двухкилометровый титан вышел из подпространства в паре астрометров от оканчивающегося сражения.

Центральные транспьютеры крейсеров уже через несколько секунд определили тип противника, как межзвездный разрушитель Шивы, нового неизвестного пока класса. Будь ситуация немного иной, капитаны «Украины» и «Крыма» не стали бы рисковать и избежали бы огневого контакта, легко оторвавшись от более медленного гиганта и прыгнув обратно к порталу. Но теперь у них камнем на ногах висел «Делакрой», на котором было семь тысяч человек команды и не работающий гиперпривод. Бросить старый линкор для крейсеров было немыслимо, они бы не подчинились сейчас и прямому приказу командующего отступить с поля боя. Остальные линейные корабли Альянса, сосредоточенные у портала, были не в состоянии вовремя подойти к месту сражения, чтобы помочь им своими тяжелыми лучевыми батареями. Легкие силы с линкоров также не успевали перехватить межзвездный разрушитель Шивы до тех пор, пока мог, хотя бы теоретически, продержаться «Делакрой».

Только седьмая эскадрилья бомбардировщиков Огюста Блан-кара, дежурившая в сорока световых минутах от места завязавшегося сражения, могла нанести, если повезет, серьезный удар шиванскому монстру. И приказ сопровождать именно эту эскадрилью ждала Кларисса Май со своей группой.

Межзвездный разрушитель между тем скоро догнал еле плетущийся «Делакрой» и обрушил на него свои тяжелые удары. «Крым» и «Украина», разойдясь по траверзам подопечного линкора, тоже вступили в бой, пытаясь ответными залпами ослабить мощь надвигающегося на них титана.

Новая броня, поставленная когда-то на старый линкор, сейчас сослужила «Делакрою» хорошую службу. В толстых двадцатиметровых плитах из неостали вязли клинки даже чудовищных турболазеров шиванского разрушителя. Но долго это все равно продолжаться не могло. Через двадцать минут боя линкор, действительно, уже имел все основания походить на котел, поставленный на жаркий огонь. Все, что не прикрывала цитадель корабля, плавилось и горело в адском пламени вражеских лучевых залпов, и понемногу ветеран флота Альянса начал терять ход.

Как будто удовлетворившись видом старого линейного корабля, ставшего теперь похожим на новогодний фейерверк, межзвездный разрушитель Шивы перенес свой губительный огонь на «Украину», оказавшуюся на свою беду в радиусе действий его лучевых сот.

Тяжелый крейсер, попав под удары такой силы, уже через несколько минут получил серьезнейшие повреждения и вышел из боя. Шиванский разрушитель, выдохнув на смертельно раненый корабль стаю легких перехватчиков, взял курс к следующему противнику. Сто тридцать четвертой эскадрилье, собиравшейся уже возвращаться на «Россию», пришлось срочно прикрывать от ши-ван спасательные модули, спешно начавшие отходить от изуродованного корпуса тяжелого крейсера Альянса.

Присутствовавшая на месте сражения шестая эскадрилья средних бомбардировщиков, выручая своих, пошла в атаку на ши-ванский разрушитель, но попала под удар новой волны его перехватчиков и смогла нанести врагу лишь небольшие повреждения, выпустив свои торпеды со слишком большого расстояния. «Барракуды», под беспрерывными атаками шиванских охотников, разрывались на части между ныряющими один за другим в спасительное подпространство эвакуационными модулями с «Украины» и своими бомбардировщиками, тоже требующими постоянного прикрытия.

Командование уже готовилось отдать приказ по каналам мгновенной связи экипажу старого линкора оставить корабль и эвакуироваться на спасательных модулях, чтобы не подвергать риску неизбежной гибели уже начавший получать повреждения тяжелый крейсер «Крым», когда на поле боя, наконец-то, появились пилоты седьмой эскадрильи Огюста Бланкара на своих новейших бомбардировщиках «Боанергос» с полными под завязку арсеналами тяжелых торпед.

Но навстречу им из доков межзвездного разрушителя Шивы, неумолимо надвигающегося на оставшиеся корабли Альянса, вынырнула очередная волна красно-черных перехватчиков.

– Да что ж ты будешь делать! – услышал Нестеров, отчаянное восклицание пилота из соседнего звена, пораженного количеством новых красных значков на своем радаре, – они когда-нибудь у него кончатся?!

Бланкар, торопясь, выводил в атаку свои бомбардировщики, одновременно запрашивая и кляня прикрытие, необходимое ему сейчас как воздух, против надвигающейся на него волны шиван-ских охотников.

А Кларисса все медлила, ожидая по мгновенной связи отмашки от командования, которое почему-то тоже запаздывало со своим приказом. Илья до крови прикусил губу и вдруг решился на немыслимое.

– Сто седьмая, внимание, форсаж! – неожиданно услышал он свой голос, легко перекрывший собой все остальные звуки, громовой голос командира, поднимающий за собой солдат в решающую атаку. – ВСЕМ СЛЕДОВАТЬ ЗА МНОЙ!

И он до упора сдвинул сектор газа вперед, до красных делений двенадцатикратной перегрузки, не дожидаясь, пока командир его эскадрильи наконец отдаст приказ об атаке. Его «Мирмидон» рванулся как необъезженная лошадь, нарастающая перегрузка выбила из груди пилота весь воздух, лишая его возможности сказать хотя бы еще одно слово. Но вот уже сначала верная Наталья со своим ведомым, потом Димитер накрепко усвоивший его приказ никогда не отставать от ведущего, а затем и все остальные двенадцать истребителей сто седьмой эскадрильи «Вороны», расправив черные крылья, ринулись вслед за Ильей на помощь своим в коварный туман, оставляя за собой лишь только медленно тающие струи взбаламученного ионизированного газа.

Глава 8

В системе гамма Дракона постепенно становилось тесно от вошедших туда кораблей Альянса. Центральное светило, старый оранжевый гигант, казалось, с удивлением освещал нежданных гостей светом своего огромного диска, светом, в пятьсот раз более ярким, чем сияние потерянного людьми земного Солнца. А через межзвездный мост из системы Капеллы все продолжали прибывать целые караваны из десятков военных и гражданских судов. Объединенная группировка Альянса, возводящая оборонительный периметр в системе против возникшей шиванской угрозы, требовала огромных ресурсов для выполнения своей задачи. В отличие от других населенных секторов, гамма Дракона была пустынным окраинным местом, поэтому все снабжение и техническое обслуживание собравшегося здесь флота проходило через соседнюю звездную систему Капеллы, на эфирном мосту с которой уже начали скапливаться самые настоящие дорожные пробки из верениц прибывающих и уходящих кораблей.

Навстречу им через портал Кносса возвращалась эскадра вице-адмирала Гранина, побывавшая в сражениях по другую сторону галактического моста во владениях Шивы. Огромные корабли в шрамах от прошедших сражений величаво один за другим покидали портал. Но возвратились не все из тех, кто еще недавно последовал за адмиральским флагманским линкором в таинственную туманность. Навсегда осталась по ту сторону эфирного моста гордость земного флота, новейший тяжелый крейсер, красавица «Украина». Большая часть его экипажа сумела спастись и перешла на «Россию», но двести семьдесят три человека разделили участь своего крейсера. Зато, благодаря их подвигу, смог вернуться старый ветеран «Делакрой», хотя и изуродованный до неузнаваемости лучевыми залпами шиванского разрушителя. Осталась в туманности и мятежная «Тринити» вместе со своим капитаном, унесшим с собой все тайны своего крейсера. Легкие силы с возвратившихся линейных кораблей тоже недосчитались своих пилотов, но, несмотря на потери и отступление из туманности, моральный дух эскадры был на высоте. Реинкарнировавший Шива оказался вполне по силам новому поколению людей, пришедших на смену победителям в Великой Войне. За двадцать два года Альянс сумел сделать качественный скачок, освоив и успешно применив технологии с боем добытые у врага. Теперь война с Шивой могла идти на равных. Не такой уж и несбыточной казалась сейчас мечта Ильи и многих других таких же молодых пилотов теперь уже самим вырваться вперед и гнать красно-черные корабли до края галактики, с лихвой отомстив за поражения своих отцов.

Пока что лишь союзники по альянсу были недовольны отступлением Гранина из туманности. Васудианцы не успели ввиду малочисленности своих сил скрестить оружие с шиванами и потому рвались обратно за портал. Но теперь в систему гамма Дракона вошла новая ударная группа, которую возглавлял ее флагман, новейший линкор Васуды, знаменитый «Псамтик», прибывший для того, чтобы полностью и с процентами стребовать с Шивы долг, неуплаченный им васудианцам в Великой Войне. На борту «Псамтика» находился сам адмирал Анххаф и назначенный его заместителем недавний командующий десятым флотом Альянса вице-адмирал Лайон Сэра, державший до этого свой флаг на линкоре «Картидж». Они везли Гранину важные известия.

Обе эскадры сблизились в точке рандеву в ста тысячах километров над поверхностью третьей планеты гамма Дракона, пока еще не съеденной, как ее более близкие к центральному светилу сестры, постепенно увеличивающимся в своих размерах оранжевым гигантом. Как раз здесь Альянс возводил временную орбитальную инсталляцию для обслуживания военных кораблей. Тут же было назначено и место постоянной дислокации объединенной группировки, способной общей мощью своих тяжелых лучевых орудий выжечь планету средних размеров.

Два гиганта, земной и васудианский, «Псамтик» и «Россия», неторопливо приблизились друг к другу. Через двадцать минут от земного линкора отошел ракетный катер и, эскортируемый почетным караулом файтеров от обеих сторон, вскоре прибыл на корабль союзников. Его уже ждали, на борту катера прибыл сам вице-адмирал Данил Гранин собственной персоной. Парадный док «Псамтика», сияя праздничной иллюминацией, принял посланца от своей сводной сестры. Хотя оба линкора были и совершенно не похожи на вид, но их бронирование, силовые установки и вооружение создавались по совместным проектам, объединявшим достижения обеих союзных рас.

Вице-адмирала при полном параде встречал лично Анххаф вместе с Лайоном, сердечно приветствовавшим своего старого знакомого. Кроме этого, Сэра был благодарен Гранину за то, что тот сохранил ему целым и невредимым флагман его десятого флота линейный корабль «Картидж», спешно отправленный в систему гамма Дракона на волне паники от вторжения шиван. Лайон чувствовал себя как сам не свой без присутствия любимого флагмана и уже предвкушал скорое возвращение к нему сбежавшего линкора.

Неспешно закончив все почетные формальности, обязательные при встрече, до которых васудианцы были большими охотниками, трое высших офицеров Альянса уединились в специальном гостевом отсеке «Псамтика» для серьезной беседы.

Это был небольшой зал с круглым низким столом посередине и тремя креслами вокруг него, за которыми и разместились собравшиеся. Над столиком пока еще не светилась уже опостылевшая Гранину карта звездных систем Альянса, высшие офицеры, проведшие почти всю свою жизнь на кораблях, и так помнили весь расклад межзвездных дорог наизусть.

Как только двое людей и один васудианец опустились на свои места, специально адаптированные под каждого из гостей, песочного цвета стены и потолок вокруг них исчезли, и через мгновение все трое оказались наверху высокой башни, вокруг которой расстилались выжженные пейзажи Васуды Прайм. Данил Гранин внимательно огляделся вокруг, поудобнее устраиваясь в будто специально под него сделанном кресле. У Лайона Сэра появилось слегка извиняющееся выражение лица за происходящее, когда он бросил быстрый взгляд на вице-адмирала. Но Гранин не выказал никакого удивления, он прекрасно помнил, что это в обычае высших васудианских военачальников, отпрысков императорской фамилии Васуды, постоянно напоминать себе и всем остальным по возможности об участи своей родной планеты и миллиардов соотечественников, ставших радиоактивным пеплом. Этакое флагеллантство современности в исполнении разумных рептилий, покоривших космос. Поэтому вице-адмирал вернул Лайону бесстрастный взгляд и лишь чуть наклонил голову в знак того, что он все понимает.

Анххаф повернул свою усеянную пятисантиметровыми шипами голову в сторону Гранина.

– Мерс Данил получил последние данные о ситуации на фронтах Альянса? – раздался вежливый голос автопереводчика, покрывавший змеиный шелест васудианца.

– Да, я полностью в курсе событий, – кивнул головой вице-адмирал, – я знаю, что Каммил Акаста погиб и сейчас флот временно возглавляет Хайди Шерер. Первый лорд Ким Рейнал заключил перемирие с Нео-Террой, непосредственно встретившись с адмиралом Акеном Бошем.

– Мы недовольны миром с мятежниками, посмевшими покуситься на Альянс, – змеиные зрачки не моргая смотрели на вице-адмирала, – но мы согласны, что начавшаяся война с Шивой важнее.

– Война на два фронта истощила бы нас, – заметил Гранин.

– Но и мы уже не те, что были двадцать лет назад, – автопереводчик не передавал ни одной эмоции васудианца, – и сейчас мы, флот Васуды, готовы снова бросить вызов Шиве, и это важно для нас. Мы ждали двадцать два года, чтобы иметь возможность сегодня отомстить.

– Месть – это, безусловно, очень важно, – дипломатично согласился вице-адмирал, – но ведь мы пока не в силах оценить действительную мощь шиван. Они очень умело маскируются в своей туманности.

– Если бы вы потеряли свою мать по чьей-то вине, – васудианец величественно повел своей костистой рукой, как бы еще раз демонстрируя людям свой разрушенный мир, – вы не стали бы спрашивать, во что вам обойдутся усилия, чтобы восстановить справедливость. Мы согласились на мир с Нео-Террой с условием, что ваш флот при необходимости удержит мятежников в их существующих границах, в то время, когда мы всей своей мощью обрушимся на шиван.

– Надеюсь, так и будет. Но я правильно понимаю вас, мерс Анххаф, что вы собираетесь ввести свою группировку в портал? – приподнял бровь Гранин.

– Наш возлюбленный император повелел отправить самые мощные наши корабли в священный поход против Шивы, – при этих словах васудианец приподнялся, приложив свою левую руку к изысканной форме медальону, висевшему у него на груди.

Вице-адмирал при этом жесте и упоминании императора тоже было решил вежливо привстать, но заметив, что Лайон Сэра продолжает сидеть как ни в чем не бывало, ограничился лишь нарочитым кивком, справедливо рассудив, что его товарищ понимает в васудианском этикете больше, чем он.

– Я думаю, это будет справедливо, дать возможность нашим уважаемым союзникам поступить таким образом, – вставил замечание Лайон, – во-первых, мы уже стяжали свою долю славы, благодаря вашим победоносным действиям, Данил, и теперь надо уступить честь военных действий мерсу Анххафу. Во-вторых, чтобы гарантировать мир на границе с Бошем, необходимо сохранить военное присутствие на Денебе, альфа Центавра и эпсилон Пегаса, а мы не можем разорваться надвое. Поэтому большая часть земных кораблей уйдет из системы гамма Дракона. Я остаюсь на «Картидже» с крейсерским эскортом в качестве вспомогательных сил для васудианской группировки.

– Мы обязательно дадим вам возможность проявить вашу доблесть в сражении с Шивой, – благосклонно разрешил Анххаф.

– Благодарю за доверие, – с церемонным видом поклонился Сэра, незаметно чуть подмигнув Гранину.

– Должен вас все-таки предупредить, мерс Анххаф, что шиване ориентируются в туманности гораздо лучше, чем мы. Намного лучше, – снова заострил уже поднятый им вопрос Гранин, – собственно, это и стало главной нашей причиной отступления оттуда, несмотря на все наши военные успехи. Пока мы не решим эту проблему, боевые действия за Кноссом всегда будут нести риск неожиданных атак со стороны Шивы.

– Но даже в этих условиях вы смогли победить их, – возразил васудианец, – и за несколько дней вы уничтожили больше шиванских кораблей, чем весь Альянс за половину Великой Войны. К тому же, мерс Данил, теперь эта проблема несущественна, большинство наших кораблей сможет ориентироваться в туманности. Мы значительно усовершенствовали поисковое оборудование по сравнению с тем, что стояло на ваших крейсерах «Крым» и «Украина».

Гранин вспомнил, что он сам еще в тот момент был крайне удивлен скоростью переоборудования сенсорных систем этих двух кораблей. Тогда у него даже создалось впечатление, что необходимое оборудование уже было практически готово для использования, хотя корабли Альянса только-только прошли за портал. И, кстати, обновляли эти системы именно васудианские специалисты!

– Мы высоко оценили работу ваших технических команд, сумевших за такое короткое время создать новые сканирующие системы, – дипломатично и аккуратно начал он, – но я больше поражен тем, что вы создали еще более совершенное оборудование за столь же короткий срок.

– Все технологические достижения нашей расы самым оперативным путем ставятся на службу Альянсу, – нейтрально ответил Анххаф.

Гранин принял самый беззаботный и доброжелательный вид, на случай если васудианец разбирается хотя бы в основах человеческой мимики.

– Ваши специалисты внедрили эту технологию настолько быстро, что мне даже показалось, что у них уже был опыт такой работы, – сказал он.

Адмирал Анххаф молча смотрел на Гранина своими змеиными зрачками. Тот краем глаза заметил, что васудианец начал слегка пощелкивать когтями правой руки. Пауза затягивалась, Анххаф продолжал молчать. Ничего не понимающий Сэра начал бросать на обоих собеседников беспокойные взгляды.

– Нет, мерс Данил, вам действительно это только показалось, – наконец прервал свое молчание васудианец, – у наших специалистов не было и не могло быть опыта такой работы. Мы вошли в портал после вас.

– Действительно, я упустил этот момент, – заулыбался в ответ вице-адмирал, – столько забот и работы! Но позвольте еще раз поблагодарить от моего лица всех этих специалистов. Без их содействия не было бы и нашей победы.

Лайон Сэра поспешил вмешаться в этот немного странный для него диалог, за которым он как человек с большим жизненным опытом чувствовал какой-то непонятный ему скрытый смысл.

– Насколько я знаю, вы, Данил, скоро собираетесь покинуть систему гамма Дракона? – спросил он, хотя и прекрасно про это знал.

– Точно так, Лайон, – с готовностью откликнулся вице-адмирал, – через сутки я ухожу вместе с «Россией» на Капеллу. Там наши с ней пути разойдутся, линкор уйдет в тамошние доки для окончательного ремонта. Как вы знаете, после битвы на Денебе «Россию» так до конца и не починили, и капитан моего флагмана до сих пор сильно нервничает по этому поводу. А я отправляюсь дальше, на Вегу в распоряжение Хайди Шерер, пока не решится вопрос о назначении нового командующего флотом Альянса. Туда же с Капеллы уходит линкор «Карфаген», поэтому я воспользуюсь гостеприимством его капитана для своего дальнейшего путешествия.

– Тогда, пока пользуясь вашим присутствием, наши уважаемые союзники хотели бы наградить наиболее отличившихся в сражении с Шивой участников, – полностью перевел разговор на нейтральную тему Сэра.

– О чем речь! – воскликнул Гранин. – Как раз завтра у нас состоится церемония торжественного награждения на парадном деке «России», где наши союзники станут почетнейшими гостями. Я в ближайшее же время прикажу отправить всю необходимую информацию мерсу Анххафу, чтобы он мог решить, кого из наших людей и за что удостоить наградами Васуды.

– Мы обязательно будем присутствовать на этой церемонии, – подтвердил васудианец, – у меня есть все полномочия, чтобы оказать честь вашим героям награждением высокими императорскими орденами Васуды. Но самую высшую награду получите вы, мерс Данил, как победитель Шивы.

– Это, кстати, будет очень важно и полезно для еще большего закрепления союза между нашими расами, – заметил Лайон.

Победитель Шивы кивнул, соглашаясь:

– Благодарю вас, мерс Анххаф, за такую высокую честь. Ну, а пока, – продолжил свою речь Гранин, – давайте перейдем собственно к хронологии здешних событий, начиная с момента моего прибытия в систему гамма Дракона после первых известий о появлении в ней шиванских кораблей. Я думаю, что мои комментарии могут в какой-то степени оказаться вам полезными. Все подробные данные о наших действиях здесь и в туманности я уже переслал вам, мерс Анххаф, – он посмотрел на васудианца, – мы можем их посмотреть?

– Разумеется, – ответил Анххаф, – все готово, – он сделал пару таинственных жестов, и над поверхностью столика снова засветилась карта сектора.

Гранин поднялся с места, чтобы слегка размять побаливающую спину, но стараясь не подходить к краю площадки высокой башни, хотя и бывшей только искусной иллюзией. Солнце Васуда Прайм уже клонилось к закату, и вице-адмиралу даже на секунду показалось, что на него слегка повеяло вечерней прохладой. Карта системы гамма Дракона со значком Кносса отчетливо вырисовывалась на фоне темнеющего неба.

– Итак, первым кораблем, прошедшим на разведку через портал Кносс, – вице-адмирал подошел вплотную к столу, – стал наш легкий крейсер «Тринити». К сожалению, мы очень скоро его потеряли при атаке шиван. Кстати, у нас были данные, что капитан крейсера Артур Ромик был сочувствующим Нео-Терре, но это так полностью и не подтвердилось. Так или иначе, но капитан геройски погиб в бою с шиванами, в любом случае искупив своей смертью любые грехи, даже если они у него и были.

При этих словах вице-адмирала Лайон Сэра сначала удивленно поднял голову, но потом пришел в себя и важно подтверждающе кивнул Анххафу.

* * *

– Так что ж, Данил, скоро расстанемся? – в голосе капитана «России» сквозила неподдельная грусть.

Гранин, поправив перед зеркалом галстук, посмотрел на отражение своего товарища, сидевшего в его любимом кресле и печально болтавшего ногой.

– Надо же, опять кнопку заело, – недовольно процедил вице-адмирал, тыкая пальцем в узел своего галстука, – что ты переживаешь, я тебя уверяю, это все ненадолго.

– Возьми другой, – посоветовал Кролла, уже одетый в тщательно отутюженную парадную форму высшего офицера Альянса.

– Это мой любимый, счастливый, – возразил вице-адмирал, сражаясь с автоматикой галстука, – я в нем всегда или передаю, или получаю командование, уже семь лет. Он меня еще никогда не подводил.

– Счастливая примета? – оживился капитан. – Ты тогда лучше побереги его для следующего случая, когда тебя назначат командующим всеми флотами Альянса.

– Думаешь, меня есть шанс? – спросил Гранин на всякий случай, ослабляя хватку.

Орнео фыркнул в ответ и подбросил в воздух свою форменную фуражку с вензелем «России».

– Бог с тобой, Данил, а кого еще кроме тебя? – воскликнул он, ловко поймав свой головной убор. – Двоих твоих конкурентов, Радвана и Акасты, мир их праху, уже нет. Витторио точно не вернут из-за Рейнала, а Сэра вон, как видишь, подчинили васудианской ящерице.

– А как же Хайди, – заинтересовался актуальной для него темой Гранин, – вообще-то она уже исполняет обязанности главы флотов Альянса.

– Хайди? – фыркнул снова Кролла и уронил фуражку на пол. – Да она же баба! Кто же бабу главной поставит? Повезло ей просто, что сразу двух адмиралов уговорили, а то кто б ее на это место пустил!

– Ну, ты прямо женоненавистник, Орнео, – вице-адмиралу наконец-то удалось подчинить себе непослушный галстук, и тот, свернувшись в классический узел, мягко обнял его шею, – ну ладно, если не Шерер, так васудианца выбрать могут, Корфу, например.

– Чтобы он сразу Боша по башке отоварил, когда тот отвернется? – проявил свою осведомленность в межзвездной политике капитан. – Помяни мое слово, Данил, кроме тебя некому. Ты главное, после этого не забудь меня хотя бы контр-адмиралом сделать, – шутливым тоном закончил он.

– А ты для начала академию адмиральскую закончи, – посоветовал Гранин, наведя на себя последние штрихи и поворачиваясь к другу, – иначе так и останешься никому не известным капитаном малоизвестного линкора.

Кролла горделиво надулся в ответ:

– Про мою девочку уже легенды слагают, а ты говоришь. Сейчас сам при награждении увидишь, какой нам Анххаф орден приколет к флагу. Высший! – он вдруг вздохнул. – Эх, мне бы ее толком отремонтировать, а то уже перед людьми стыдно.

– Ты мне этим ремонтом все уши прожужжал, – недовольно сказал вице-адмирал, подходя к товарищу, – а ну-ка, освободи мое персональное кресло. И так я из-за тебя прыгаю по линкорам как заяц. Вместо того чтобы сразу уйти на «Карфагене», сначала лечу с тобой на Капеллу.

– Данил, ты же знаешь, что чем выше чин, тем проще гонять тыловые службы, – заканючил Кролла, перемещаясь на соседний диван, – а так я месяц еще в ремонте проболтаюсь. На новые тур-болазеры очередь по десять кораблей, а у нас, сам знаешь, на линкоре Большая Пушка до сих пор толком не работает.

– Ладно, обещал, значит, помогу, – Гранин махнул рукой, – что там у нас со временем?

– Еще целых полчаса до начала, – доложил капитан, с готовностью посмотрев на часы, – можно не торопиться. Тем более мой старший помощник отзванивался, сказал, что все у него под контролем и мы можем ни о чем не беспокоиться. Церемония будет на высшем уровне, как и полагается на таком корабле, как мой.

Гранин посмотрел на своего друга с легким недоверием. На его месте он, конечно, не сидел бы здесь, в личных апартаментах вице-адмирала, а был бы сейчас на парадном деке «России», чтобы непосредственно убедиться в том, что церемония передачи полномочий командования и награждения экипажей подготовлена должным образом. В этом действии должно было принять участие около тысячи человек, в том числе часть экипажа «России» и приглашенные старшие офицеры со всех боевых кораблей Альянса, «бросивших якорь» в системе гамма Дракона. Кроме этого, на линкор должны были скоро прибыть и главные гости торжества, адмиралы Анххаф и Сэра для того, чтобы поучаствовать в награждении вернувшихся из владений Шивы героев, а также, как это было решено на недавней встрече адмиралов, чтобы Анххаф мог торжественно принять свои новые полномочия по командованию силами союзников в системе.

Гранин хмыкнул, вспомнив, как он сам не так давно стал командующим, всего лишь скромно получив приказ о назначении через авторизованную капсулу дальней связи. Но торжественность – это неотъемлемый стиль Васуды, с этим уже ничего не поделаешь. Поэтому не следует ударять лицом в грязь перед союзниками, настроенными, как они сами говорят, на священную войну с Шивой. Хотя, с другой стороны, кто его знает, не прячут ли они еще вдобавок и камень за пазухой для людей. Слишком много непонятных загадок окружает и портал, и таинственную туманность, а стоит только вице-адмиралу хотя бы чуть-чуть к ним приблизиться, как вдруг все нити, которые могли бы привести к разгадке, тут же внезапно обрываются. «Тринити» превратила свои тайны и себя саму в облако раскаленного газа, проклятый транспорт «Сандер» потерялся где-то в районе системы альфа Центавра, и друзья Кролла из военной контрразведки сейчас лишь с сожалением разводят руками в своих ответах Орнео: «Вот если бы мы получили информацию от вас на три дня пораньше, когда он был в пределах досягаемости…»

А васудианцы явно знают о Кноссе больше, чем говорят, и это теперь абсолютно очевидно. Но если Анххаф желает молчать, то заставить его говорить невозможно, и это очевидно тем более. Вот если бы своенравный васудианец был у него в подчинении, то можно было надавить на него и посерьезней, пригрозив, если что, нотой его обожаемому императору. Но для этого надо как минимум стать главой всего военного флота Альянса.

Мысли Гранина тут же переместились к этой потенциально многообещающей теме. Ведь, в сущности, его товарищ Орнео прав, на такую высокую должность сегодня осталось не так много претендентов, и шансов у вице-адмирала, нового победителя шиван, на свое избрание должно было быть отнюдь не меньше, чем у его конкурентов. Странно, но за текущими делами Гранину почему-то не приходило в голову, что его вызов в метрополию на Вегу может быть как-то связан с этим вопросом. Но иначе зачем выдергивать его с поля боевых действий, которое он уже хорошо изучил, заменяя на васудианца без соответствующего тактического опыта, хотя и очень знатного происхождения. С другой стороны, может быть, именно Васуда и настояла на его отзыве, чтобы не делить свою личную славу победы над Шивой с людишками, не зря же они уже ввели в систему гамма Дракона восемьдесят процентов всего своего флота.

Рассуждения вице-адмирала стали потихоньку запутываться, начав противоречить друг другу, и он в конце концов мысленно махнул на весь этот бедлам рукой. Все равно через трое галактических суток он будет на Веге и получит всю информацию из первых рук. А кроме того, он там сможет встретиться и со стариком Витторио, у которого, несмотря на его отставку, наверняка найдутся и свои глубокие мысли и необходимые новые факты для самого Гранина.

Вице-адмирал даже с некоторым уважением посмотрел на Орнео, вдруг озвучившего ему умную мысль, что случалось с капитаном линкора в последнее время не очень часто.

– Кстати, Орнео, – вдруг вспомнил Гранин, – ты вроде говорил, что васудианцы запрашивали у тебя данные на кого-то из пилотов с нашего корабля?

Кролла немного озадаченно уставился на своего начальника и сотоварища.

– Васудианцы? – он на секунду задумался, постукивая пальцами по околышу своей фуражки. – А, ну конечно! – просиял капитан. – Ты, наверное, говоришь про того парня из сто седьмой истребительной.

– Это ты говоришь, – поправил его вице-адмирал, – так зачем астролетчик из сто седьмой истребительной нужен Васуде?

– Но ведь это тот самый пилот, который возле межзвездного разрушителя бойню шиванам устроил, – с готовностью сообщил Кролла, – один разобрал семь охотников на запчасти. И я, кстати, сколько служу, такого не припомню, чтобы шиване от наших парней, в конце концов, еще и бегали.

– Так это получается, они про Илью Нестерова тебя спрашивали, – наконец сообразил вице-адмирал, – ну конечно же, я про него помню, он у нас в листе награждаемых вместе с Бланкаром в самом начале списка стоит. Они же фактически на пару вывели из строя тот большой шиванский разрушитель. Если бы не мальчишка, Огюст не смог подобраться бы со своими бомбардировщиками так близко к шиванскому кораблю.

– Да я же говорю, он берсерк самый настоящий, – подтвердил капитан линкора, – весь в папку пошел. Это кровь, против нее не попрешь! Петр, отец его, тоже шиван гонял так, как будто специально для этого и родился. Ну и «Люцифера», вроде как тоже он по подпространству между звездными порталами в блин раскатал.

Вице-адмирал задумчиво покачал головой:

– Не находишь, что у нас очень много странных совпадений? Если это тот самый Нестеров, сын Петра, то получается, что он оказался там же, где погибла его мать на крейсере «Тринити». А теперь им еще и васудианцы интересуются?

Капитан «России» энергично замахал руками.

– Брось, Данил, – запротестовал он, – поверь, это всего лишь совпадение. Он же совсем молодой пилот, тем более второго класса. Сам передвигаться по желанию с корабля на корабль не может, куда послали, там и воюет. Наверное, узнал, что мать погибла, вот крышу ему немного и снесло. А васудианцы, кстати, спрашивали про него по конкретному поводу. Они так впечатлились его последним боем, что теперь хотят наградить парня своей медалькой и переманить его к себе на «Псамтик» в императорскую эскадрилью. В порядке обмена опытом, как у нас с ними принято. Но, естественно, только с нашего согласия.

Гранин сделал заинтересованное лицо:

– Теперь они уже и пилотов у нас переманивают?

– Ну да, получается так. А между прочим, у нас с тобой перед ним должок. Это ведь мы его при Денебе в атаку на «Айсини» отправили. И он не струсил, хотя был всего лишь на легком истребителе, – напомнил ему Орнео, – а потом его еще и по допросам в особый отдел затаскали, впрочем, как и меня с тобой.

Вице-адмиралу стало немного неловко за свои подозрения. «Скоро совсем как Мартанов стану», – подумал он.

– Наверное, ты прав, – подумав, согласился он, – но вот только про свою мать он вряд ли мог узнать, информация об этом доступна ограниченному кругу лиц, в который молодые пилоты второго класса никак не входят.

– Ну, не знаю, может, на него временами такое настроение накатывает, – пожал плечами капитан, – но все-таки бойню шиванам он там устроил знатную, раз даже васудианцы в шоке были. Нет, я уверен, это наш человек, такие нам нужны. И я бы не стал соглашаться на предложение ящериц. А как ты думаешь?

Гранин вспомнил свою последнюю встречу с васудианским адмиралом.

– Да уж, фигу им, – решительно подтвердил он, – медаль пусть выдают, но о переводе к себе не мечтают. А мы тогда вот что сделаем, – придумал вице-адмирал, – дадим ему звание пилота первого класса вне очереди и повысим в должности. Заместителем командира эскадрильи ему в самый раз будет.

– Щедро, – заметил Кролла, – тогда он такими темпами всех шиван один разгонит и адмиралом станет. Васудианцам в туманности работы не останется.

– Так, а ты, значит, тоже думаешь, что для нас у Шивы сюрпризы закончились? – спросил Гранин.

Капитан «России» еще раз пожал плечами.

– Трудно сказать наверняка, – неохотно произнес он, – но знаешь, после того, что было в Великой Войне, как-то их деятельность пока не впечатляет и на полномасштабное вторжение никак не походит. Лично мне кажется, шиване сами не ожидали, что мы к ним в гости влезем.

– В таком случае, логично предположить, что они скоро придут в себя и подтянут более существенные силы к порталу, – высказал мнение вице-адмирал.

– Ты серьезно так думаешь? – забеспокоился Орнео.

– Да вот, знаешь, даже сказку вспомнил по этому поводу, которую мне прабабушка в детстве рассказывала. Про великанов и рыцарей, – перешел вдруг на иносказательство Гранин.

Кролла удивленно посмотрел на своего друга.

– Сказка? Ты сказку вспомнил? – почти с ужасом спросил он.

– Хорошая у меня была прабабушка, светлая ей память, – невозмутимо продолжил Гранин, – так вот насчет той сказки. Представь, что в какие-то очень древние времена возле какого-то замка выходил некий рыцарь на битву с местными великанами.

Кролла, вздохнув, послушно сделал вид, что представил.

– Ну, так вот, сначала рыцарю явился товарищ с одной головой, которую он очень быстро потерял. Потом воин сразился уже с трехголовым великаном и снова победил, хотя и потерпел кое-какой урон. А вот в следующий раз… – вице-адмирал многозначительно поднял вверх указательный палец, – на бой вышло чудовище с девятью головами, и рыцарь, не ожидавший такой геометрической прогрессии, попал в довольно серьезное положение.

Капитан линкора почесал подбородок, внимательно следя за адмиральским пальцем.

– Дельная сказка, – согласился он, – так ты думаешь, что мы пока девятиголового еще не видели?

– Ну, откровенно говоря, этот шиванский разрушитель, которого мы уничтожили, даже с большой натяжкой на главного монстра никак не тянет, хотя бы на такого, как «Люцифер». Так что думай сам.

Кролла поразмышлял несколько секунд, а потом пренебрежительно махнул рукой:

– Пусть васудианцы думают, раз собираются впереться за портал со всем своим флотом, а там посмотрим. В конце концов, у нас «Колосс» есть на любой их «Люцифер».

Он подумал еще немного:

– И вообще, Данил, у нас пока не по твоей сказке все получается. После этого, как ты говоришь, трехголового разрушителя, которого мы благополучно стерли в порошок, только всякая шушера на бой и выходила. Вспомни сам, когда эвакуировали «Делакрой», то на конвой с транспортами, тащившими линкору запасные части, наскочил легкий шиванский драккар с небольшим эскортом. И что же, где эти шиване теперь? Плавают за Кноссом в виде обломков. А вот после уже, перед самым отступлением из туманности, когда мы решили напоследок опробовать там наши новые стелс-файтеры типа «Пегас» и вдруг откуда ни возьмись нарисовался тяжелый драккар Шивы с бомберами, то что опять случилось? А случилось то же самое, шестая и седьмая эскадрильи вместе с этими экспериментальными «Пегасами» так им вломила, а «Россия» еще и от себя добавила, что драккар этот еле ноги обратно унес в свой туман. Так что, может, все не так и печально, как ты думаешь, – закончил он, – тем более что, действительно, разбираться пока со всем этим придется Анххафу, а не нашим парням.

Произнеся эту необычно длинную для него речь, капитан линкора перевел дух и посмотрел на свой коммуникатор.

– Гай Вирт докладывает, что все готово и только что прибыл Анххаф, легок на помине, – сообщил он, – ну что, будем собираться, Данил? Времени осталось не так много.

– Ну, ты меня практически убедил, Орнео, – хмыкнул Гранин, – я имею в виду твою проникновенную речь.

Он поднялся и взял со столика свой парадный головной убор.

– Я готов, – вице-адмирал последний раз посмотрел в зеркало, – можем идти.

С легким шипением отошла в сторону стальная дверь, отделявшая несколько комнат личных апартаментов Гранина от остального пространства огромного линкора.

– Да, кстати, а с этим рыцарем что случилось-то в итоге? – вдруг вспомнил про не рассказанную до конца историю Кролла, пропуская вперед вице-адмирала.

– Он смог победить главного великана, – успокаивающе похлопал по плечу своего друга Гранин, – то была сказка с хорошим концом.

* * *

Первые аккорды вступления к гимну Альянса величественно зазвучали, казалось, со всех сторон. Илья и его товарищи, немного было расслабившиеся за время торжественного выступления командующего силами Альянса в секторе, вице-адмирала Данила Гранина, снова выпрямились по стойке смирно, демонстрируя свою военную выправку.

На обеих взлетных палубах огромного корабля, под нарастающие звуки музыки, в полной неподвижности застыли возле своих боевых машин пилоты всех семи эскадрилий «России». Но взоры камер, транслировавших передачу на виртуальные экраны боевых кораблей, собравшихся в системе гамма Дракона, теперь все чаще останавливались на пилотах именно седьмой бомбардировочной и сто седьмой истребительной эскадрилий, как на одних из главных виновников сегодняшнего торжества.

Давно прошли те времена, когда даже двухтысячный экипаж линейного корабля или авианосца, бороздившего моря потерянной теперь Земли, можно было выстроить на его верхней палубе. Нынешние гиганты, забравшие себе термины и традиции военно-морских флотов прошлого и с легкостью пересекающие немыслимые пространства межзвездного океана, были лишены такой роскоши. Всего около восьмисот приглашенных гостей и людей из десятитысячной команды «России» непосредственно принимали участие в церемонии, а остальные, равно как и все экипажи кораблей, собранных в системе гамма Дракона, довольствовались лишь прямой трансляцией этого действа на свои голографические проекторы.

На шаг позади пилотов, в тени их заслуженной славы, скромно стояли люди в форме технического состава, инженеры и техники, неприметные на первый взгляд усилия которых приводили в движение огромную махину военного флота Альянса. Их не часто отмечали в победных реляциях и совсем редко награждали, ведь они не рисковали своими жизнями, как пилоты боевых машин, которые не всегда возвращались со своих боевых заданий. Но бывало так, что когда огромный линкор, бывший им общим домом, все-таки не выдерживал мощи вражеских залпов и погибал, то и они могли разделить его печальную участь, если не успевали вовремя добраться до эвакуационных модулей, которые, впрочем, также не гарантировали им спасения в пекле межзвездной битвы. Раньше это случалось не часто, даже совсем редко, и гибель корабля такого класса погружала в траур целые звездные системы. Теперь же, когда война стала гораздо более ожесточенной, уже не один огромный линкор стал с тех пор братской могилой для всей своей многотысячной команды.

Но сегодня это казалось чем-то далеким и невероятным. Мощь объединенного флота людей и васудианцев, собравшегося перед порталом, ведущим в шиванский мир, могла поразить даже закоренелого скептика. И хотя большая часть боевых кораблей землян покидала систему, сменяющая их группировка союзников готовилась снова пройти Кносс и вызвать демона Шивы на следующий раунд смертельного боя.

Гимн закончился, и Илья, равняясь взглядом на середину полетной палубы, где выстроились в ряд десятки файтеров, заметил движущуюся на магнитной подушке платформу. Через мгновение он увидел то же самое, но уже в увеличенном виде на огромном виртуальном экране высоко над головой. Командующий Данил Гранин, рядом с которым стояло еще несколько человек и маячила длинная фигура васудианского адмирала, торжественно вручал награду Огюсту Бланкару, командиру группы седьмой бомбардировочной эскадрильи и его товарищам.

Илья вспомнил свою первую встречу с Бланкаром и невольно улыбнулся, наконец-то он принес Огюсту удачу и долгожданную награду. И не простую, а одну из самых высоких, орден «Галатеи», названный именем корабля, на котором начал свой боевой путь его отец, Петр Нестеров, корабля, который трагически погиб, сокрушенный «Люцифером» перед самым концом Великой Войны. Теперь Бланкар вернул Шиве должок, и помог ему в этом Илья.

Перед пилотом снова, как наяву, встала картина его последнего боя в туманности, и он снова удивился тому, что с ним тогда произошло. Чувство ненависти к Шиве, раскаленное до невероятной степени потерями близких ему людей и жгущее огнем грудь Ильи, в какой-то кратчайший момент вдруг трансформировалось в холодную точную и смертоносную решимость, кроме которой в нем не осталось больше ничего.

Он смог охватить каким-то новым, неведомым ему чувством все пространство развернувшегося боя. Илья видел одновременно и шиванский разрушитель, ощетинившийся заградительным огнем, сквозь который прорывалась группа Бланкара, и перехватчики шиван, несущиеся им навстречу, и файтеры своей эскадрильи, еле поспевающие за его машиной. Таким же неведомым ему ранее чутьем он вдруг начал понимать, куда и когда пойдет следующая вражеская трасса, ракета или кому достанется удар зенитного турболазера. И не успев еще удивиться этому нежданному дару, он увидел, как в перекрестье его прицела плавно вошел паучий силуэт первого шиванского перехватчика.

Снова грянул аккорд гимна, и Нестеров не без труда вернулся к реальности. Товарищи Бланкара уже получали свои награды, и слова их ответного салюта раздавались на всю «Россию» из невидимых глазу динамиков. На виртуальном экране было хорошо видно самого Огюста, выделявшегося коренастой фигурой, а также своей бородой, которую он по слухам поклялся не брить, пока не получит следующей награды или повышения. Сплетни сплетнями, но было ясно видно, что к моменту церемонии награждения и встречи одновременно с тремя адмиралами Альянса он все-таки привел это роскошное украшение своего лица в более или менее пристойный вид, по сравнению с тем волосатым безобразием, которое он еще накануне демонстрировал окружающим. Теперь широкое с аккуратной бородкой лицо командира группы бомбардировщиков явно лучилось не слишком старательно скрываемой гордостью за себя и за своих товарищей.

«Награды наградами, а имя-то свое в историю он уже вписал, – с оттенком легкой зависти подумал Илья, – теперь во всех энциклопедиях пропишут, как в таком-то году и в таком-то месте группа бомбардировщиков “Боанергос”, ведомая пилотом прима-класса Огюстом Бланкаром, нанесла решающий удар межзвездному разрушителю шиван класса “Равана”. Так вроде бы его обозвали наши яйцеголовые аналитики.

Пересадили бы нас тоже поскорей с древних “Геркулесов” на что-нибудь новое, к примеру, на “Пегасы” хотя бы», – вздохнул про себя молодой человек. Ему сразу же припомнились треугольные силуэты этих новейших машин и связанные с ними последние события в туманности, когда «Пегасы», пользуясь своей малозаметностью для вражеских сканеров, шутя расправились с легким прикрытием большого шиванского драккара.

Илья снова заметил, что заехал со своими мыслями слишком далеко, как раз в тот момент, когда платформа с высшими офицерами Альянса остановилась перед ним и его боевой машиной и голос помощника вице-адмирала Гранина торжественно назвал его имя и скромное звание. Чувствуя на себе взгляды своих товарищей по эскадрилье и охваченный волнением, чем-то похожим на предбоевое, он как можно аккуратней, чтобы случайно не споткнуться и не стать всеобщим посмешищем, поднялся на платформу, пытаясь одновременно сохранить выправку по стойке смирно.

Первое, что ему бросилось в глаза, когда он оказался на платформе, поднявшись по ступеням с красным ковролитом посередине, было трое офицеров с адмиральскими знаками отличия, приветствующих его, простого пилота второго класса. От такого неожиданного сюрприза он сначала застыл на месте, но тут же, спохватившись, торопливо отсалютовал в ответ. Краем глаза он заметил и остальных офицеров, находившихся на платформе, и зрачки камер, нацеленных на него, но почти все его внимание приковали три адмирала, стоявших прямо перед ним: высокий сухощавый Данил Гранин с выбивающимися из-под парадного головного убора светлыми, начинающими седеть волосами, еще более высокий, костистый Анххаф с головой, усыпанной шипами, в одеянии высшего военачальника васудианского флота, знакомый пилоту еще по прошлой кампании на Денебе, и вице-адмирал Лайон Сэра, офицер среднего роста и средних лет, которого он увидел сегодня в первый раз.

– Пилот второго класса Илья Нестеров, сто седьмая истребительная эскадрилья, по вашему приказанию прибыл, – чужим от волнения голосом доложил он и торопливо опустил правую руку.

– Вольно, пилот, – кивнул командующий, внимательно глядя на Илью и, казалось, что-то пытаясь разобрать в чертах его лица.

Наконец, как будто удовлетворенный итогом, он не глядя протянул руку в сторону. Стоящий чуть позади вице-адмирала незнакомый пилоту офицер с погонами флаг-капитана сделал шаг вперед и, повернувшись к командующему, почтительно положил ему на ладонь небольшую бордовую коробочку в стилизованной форме крейсера Альянса. Затем офицер повернулся к Илье.

– За проявленные в бою мужество и храбрость, – отчеканил флаг-капитан, глядя куда-то вдаль и зачитывая видимый только ему одному микротекст, – за верность идеалам и целям Альянса пилот Илья Нестеров, благодаря боевому мастерству которого была одержана решительная победа над врагом и спасены жизни тысяч наших военных, награждается орденом «Галатеи» и удостаивается звания пилота первого класса!

– Пилот Нестеров, шаг вперед, – негромко приказал Гранин.

Под пальцами вице-адмирала щелкнул миниатюрный замок, и через несколько секунд на груди молодого человека засветилась небесно-синим цветом одна из самых почетных наград Альянса.

Ошеломленный пилот, в глубине души ожидавший не поощрения, а нагоняя за неподчинение в бою приказу своего командира, замер на месте, боясь пошевелиться.

– Хорошо смотрится, – кивнул командующий и чуть прищурился на пилота.

– Вечно служу Альянсу! – сообразив, выпалил Илья и торопливо сделал шаг назад, заливаясь краской от своего промаха.

Гранин чуть улыбнулся и сделал едва заметное движение головой в знак того, что он понимает душевное состояние пилота и не сердится на его оплошность.

Но это было еще не все. Не успел Илья перевести дух, как одного адмирала совершенно неожиданно сменил другой, но уже васудианский. Пилот мог только таращить глаза в удивлении, изо всех сил стараясь сохранить подобающее моменту серьезное выражение лица.

Анххаф оказался не очень многословен, но от того, что он произнес, молодому человеку стало казаться, что все это происходит не с ним, а с каким-то другим всем известным и прославленным асом. Адмирал союзников в обычном своем высокопарном стиле воздал хвалу мастерству пилота и наградил его орденом империи Васуды, сообщив при этом, что для него было бы честью принять Илью в свою императорскую эскадрилью на флагманский «Псам-тик». «Сегодня мы чествуем воина, сокрушившего врага в сражении не только мастерством, но и духом своим и яростью», – закончил он под доброжелательными взглядами стоящих рядом с ним офицеров.

Воин, сокрушивший врага духом и яростью, увидел краем глаза сияние двух орденов на своей груди и, уже предчувствуя благородную тяжесть погон пилота первого класса на плечах, все-таки смог взять себя в руки и, не запинаясь, еще раз произнести уставные слова благодарности.

Снова прозвучал финишный аккорд гимна, венчая собой церемонию награждения новорожденного аса Альянса. Илья, не чуя под собой ног, уже собирался сойти с платформы и снова встать в строй, но флаг-капитан жестом удержал его на месте. «Вы удостоены чести быть здесь с нами до окончания церемонии, – негромко сообщил он, – прошу вас пройти сюда, к господину Блан-кару». Здесь только Нестеров заметил улыбающегося ему Огюста, который под прицелом летающих вокруг беспилотных камер делал ему осторожные приветственные знаки.

Платформа снова мягко двинулась вперед вдоль выстроившихся в ряд боевых машин, но прежде, чем опять зазвучала музыка, пилот услышал обращенные персонально к нему слова Гранина. Он торопливо повернулся к командующему и встретил его серьезный взгляд.

– Ты настоящий сын своего отца, Илья, – негромко произнес прославленный в боях вице-адмирал, – и он мог бы сейчас тобой гордиться.

Глава 9

– На Альтаире отыскали новые артефакты цивилизации Древних. В нашей академии объявлен набор добровольцев для экспедиции. Нужны специалисты по лингвистике. Такие, как я. Для нас уже подготовили крейсер… – Анастасия в ожидании посмотрела на мужа.

– Ты с ума сошла? Даже не думай лететь! Альтаир совсем недалеко от места боевых действий. Вашему начальству что, больше нечего делать? – Петр резко повернулся к ней. – К тому же ты на третьем месяце! Тебе даже полуторную перегрузку испытывать нельзя!

Анастасия легко повернулась на бок и ласково погладила своей рукой его по лицу.

– Ты так осунулся за последнее время, – вместо ответа произнесла она, заглядывая ему в глаза, – как будто за последний месяц ни разу не спал.

Петр погрозил ей пальцем.

– Не увиливай, Насти, – сказал он, – сейчас мы говорим о тебе. А я военный пилот, мы все сидим на стимуляторах во время боевых действий. Просто обычно все это проходит под строгим контролем, а теперь нам не до таких мелочей.

– Но сейчас же везде говорят, что ситуация на фронте с Шивой стабилизировалась, – робко сказала она, – и твое командование вполне могло бы дать вам хоть немного времени, чтобы отдохнуть. А тебя опять отпустили всего на трое суток. Или это неправда?

– Ну, почему же неправда, – он неопределенно хмыкнул, – пока действительно шиван остановили возле Денеба и даже уничтожили несколько их больших кораблей. Но и мы сами понесли немалые потери, – он нахмурился, вспоминая, – и еще, там не было «Люцифера».

– Вот видишь, – обрадованно воскликнула Анастасия, – может быть, и с ним что-то случилось. А нам сказали, что опасности в нашей экспедиции почти нет, зато есть крайняя необходимость для наших военных и Альянса вообще.

– Какая может быть связь между астроархеологией и войной?

Анастасия с видом комического превосходства посмотрела на своего мужа.

– Ты же знаешь, что наша группа занимается переводом всех найденных текстов Древних, – сказала она, – и я тебе говорила, что Древних уничтожила другая цивилизация, сильно похожая на шиван, что, конечно, – она слегка запнулась, – немного странно, поскольку все это произошло целых восемь тысяч лет назад. Тем не менее, – продолжила Анастасия, – в последних текстах погибшей культуры, которые мы обнаружили, было обнаружено упоминание о том, что Древние нашли какое-то уязвимое место у своих врагов.

– И что же они им не воспользовались? – скептически хмыкнул он.

– Мы пока этого не знаем, – серьезно сказала Анастасия, – но все следы ведут именно на Альтаир, там произошли все последние для Древних события. Может быть, они просто не успели?

– А может, это место оказалось у шиван не таким уязвимым? – в тон ей ответил Петр. – Насти, это все очень неопределенно, но я точно знаю одно, – Он твердо посмотрел на жену, – пока война не закончена и моя жизнь постоянно висит на волоске, я должен точно знать, если со мной что-то случится, то мой сын и ты останетесь живы.

Анастасия опустила голову и посмотрела прямо перед собой.

– А долго мы будем живы, после того как Шива заполонит все обитаемые звездные миры? – глухо спросила она, не глядя на мужа. – Даже если ты заберешь нас на Дальние Рубежи, это ведь только отсрочит конец. Пойми, это тоже моя война, и я должна лететь на Альтаир, хотя бы ради нашего будущего и нашего сына.

Он крепко прижал к себе Анастасию и надолго замолчал.

– У меня сердце разрывается, когда я думаю об этом, – наконец, очень тихо сказал он, целуя ее куда-то между глазом и щекою, – когда уходит ваш корабль?

Она изо всех сил приникла к Петру.

– Послезавтра. Не беспокойся, капитан крейсера очень известный и храбрый офицер. Нам сообщили, что с таким командиром можно ни о чем не волноваться. Может быть, ты о нем слышал? – Анастасия посмотрела на мужа. – Его зовут Акен Бош.

С легким шипением раскрылась металлическая дверь отсека. Анастасия, чуть вздрогнув, подняла голову, окидывая взглядом вход в свою импровизированную тюрьму.

– Поздравляю вас с хорошими новостями, – на пороге отсека улыбался Таланд, – а где Аллана? – он в ожидании огляделся по углам небольшой комнаты, отведенной под содержание обеих пленниц.

– Она в душевом блоке, – сухо ответила Анастасия, усаживаясь на своем месте, – что вам угодно?

– Позвольте мне пройти, и я вам все расскажу, – Таланд, немного смущенный холодным приемом, сделал осторожный шаг вперед.

– С каких это пор тюремщики спрашивают разрешения? – слегка презрительным тоном спросила женщина, подбирая сзади свои рассыпавшиеся волосы. – Раньше вы не утруждали себя подобной вежливостью.

– Вы несправедливы ко мне, госпожа Нестерова, – в голосе Таланда было неприкрытое огорчение, – я всегда относился к вам и Аллане с большим уважением как к ученым и… – он слегка запнулся и покраснел, – и как к женщинам.

Он осторожно прошел в комнату и присел на стул прямо под большим квазииллюминатором, уже неделю показывающим одну и ту же картину – вид на оранжевое солнце гамма Дракона.

– Что это меняет? – равнодушно спросила Анастасия. – Этот отсек все равно остается тюрьмой, даже если надзиратель относится к нам с большим уважением. Или что-то изменилось?

– Да какой же я надзиратель, – уже совсем отчаянным голосом сказал Таланд, – я такой же ученый ксеноархеолог, как и вы. Аллана, – он вдруг повернулся на стуле в сторону, сжав свои руки, – неужели и вы тоже так плохо про меня думаете?

Анастасия обернулась, в полуоткрытом проеме узенькой двери, ведущей в крохотный душевой блок, торчала растрепанная голова ее подруги с мокрыми после купания волосами.

– Конечно, я о вас так не думаю, – Аллана лучезарно улыбнулась коллеге ксеноархеологу, – вы для меня единственный луч света в этом темном царстве.

Завернутая в одно покрывало, она прошла в комнату, по пути одарив гостя обворожительным взглядом.

– И для Анастасии тоже, – с ударением сказала и сердито посмотрела на свою подругу, осторожно пробираясь мимо нее, – просто она сегодня в плохом настроении.

Аллана присела на свою койку и, склонив голову вправо, стала оттирать свои мокрые волосы свободным концом покрывала.

– Вы должны извинить ее. Анастасия на самом деле к вам хорошо относится, хотя… – Аллана с досадой посмотрела на нежелающую впитывать воду ткань, – с таким бытом плохое настроение неудивительно. Вы, ребята, могли бы хоть фен нам организовать за целую неделю!

Девушка выпрямилась, заложив ногу за ногу, и посмотрела улыбаясь на гостя, приняв при этом самый соблазнительный вид, как будто она находилась не в крохотном обшарпанном жилом отсеке грузового транспортника, а где-нибудь на модном курорте Лебедя Прайм. Анастасия лишь тяжело вздохнула. Она, конечно, понимала, с какой целью Аллана устраивает такое представление, но совершенно не верила, что это как-то сможет улучшить их теперешнее положение, и тем более не собиралась подыгрывать своей подруге.

– Так какие хорошие новости вы нам принесли, коллега? – Аллана поправила на себе одеяние, с тонким расчетом расположив все нужные складки ткани.

– Новости? – Таланд судорожно сглотнул, не в силах отвести взгляд от такого зрелища. – Ах да! – он опомнился. – Главная новость в том, что Альянс заключил перемирие с Нео-Террой, война окончена.

Обе женщины удивленно переглянулись.

– Так значит, выходит, что мы теперь не военнопленные? – осторожно спросила Анастасия, а ее подруга восторженно захлопала в ладоши. – Значит, нас должны скоро освободить?

Таланд замялся, он не ожидал такой быстрой реакции.

– Ну, конечно, – неуверенно произнес он, – если боевые действия больше не ведутся, то это было бы логично. Но, видите ли, я не располагаю такими полномочиями, и в любом случае наш корабль должен сначала прибыть к месту назначения.

– Понятно, – безрадостно сказала Анастасия, – война окончена, но у вас здесь все по-прежнему.

– Что вы! – протестующе замахал он руками. – Просто теперь вы… наши гости. Вам можно свободно… почти свободно передвигаться по кораблю. Да вот даже, смотрите, – он торопясь набрал разблокирующую комбинацию на пульте управления иллюминатором, – вы теперь можете видеть, куда мы идем и где находимся.

Анастасия внимательно посмотрела на виртуальный экран каюты, стилизованный под бортовой корабельный иллюминатор размером в полстены. Картинка на нем наконец изменилась в первый раз за всю неделю. По ободку экрана торопясь побежали буквы и цифры.

– Альфа Центавра, – быстро прочитала она, – так вот мы, оказывается, где. Совсем рядом с межзвездным мостом на Ригель. Но ведь эту систему контролирует васудианский флот! Или что-то изменилось? – она посмотрела на Таланда.

– Все верно, мы находимся на васудианской половине, – подтвердил тот, – но мы же и идем пока под флагом Альянса.

– Ах да, я позабыла, что измена может скрываться под флагом союзника, – не смогла скрыть свой сарказм женщина, – но если вы не собираетесь сейчас передать нас васудианцам, то куда тогда идет ваш корабль?

– Я думал, вы догадываетесь, куда мы направляемся, – слегка обиженным тоном сказал Таланд, – а что касается меня лично, то я вообще гражданское лицо и присягу никому не приносил. Наш транспорт «Сандер» идет к межзвездному узлу Ригеля. У нас рандеву с флотом адмирала Боша через восемь часов.

– Погодите, – вдруг подала голос молчавшая все это время Аллана, – но если боевые действия прекращены, то нас же должны искать. Или как там, вообще, после войны происходит обмен попавшими в плен?

Таланд развел руками.

– Я не в курсе, – честно признался он, – я знаю лишь только то, что вы нужны нашему адмиралу. Наверное, он и решит все вопросы с вашим освобождением. Но для этого вам необходимо с ним встретиться.

Аллана сделала скептическое лицо.

– Значит, приключения продолжаются, – сказала она.

– Злоключения, – поправила ее Анастасия.

Расстроенный Таланд поднялся с места.

– Жаль, что не смог обрадовать вас этими новостями, – с огорчением произнес он, – но лучшего пока ничего нет. Разрешите мне откланяться.

– Что вы, Таланд, мы ценим ваше участие, – Аллана тоже поднялась, провожая гостя к выходу, – не оставляйте нас своим вниманием, – она взяла его под руку, – приходите еще.

При этом жесте покрывало соскользнуло с ее плеч, и Таланд как ошпаренный выскочил в коридор. Аллана ловко подхватила свое одеяние и высунулась за гостем в дверь, не запертую в первый раз за всю неделю.

– И фен нам все-таки найдите! – выкрикнула она ему вслед.

Анастасия сжала свою голову ладонями и глубоко задумалась. Ее все еще блестящие светлые волосы снова рассыпались в беспорядке. Только неделя истекла с тех пор, как ее вместе с Алланой перевезли с «Тринити» на какой-то потрепанный гражданский транспорт и отправили в бесконечное путешествие по эфирным мостам, а Анастасии уже казалось, что она здесь находится целую вечность. Она могла только догадываться о событиях, происходивших в это время за металлическими бортами их новой тюрьмы, но догадки ее были нерадостными. Высокомерный капитан крейсера Артур Ромик после короткого допроса о последнем бое «Виджиланта» больше не пожелал встречаться со своими пленницами и быстро переправил их на вспомогательный гражданский транспортник «Сандер», восполнявший потребности «Тринити» в энергоблоках. Может, капитан просто не хотел смотреть в глаза Анастасии, после того как стал, из-за своего бездействия, причиной гибели ее товарищей по экспедиции. Она очень хотела надеяться, что ракетный бот, стартовавший по ее распоряжению с третьей планеты гамма Дракона, смог спастись от шиван, но своим разумом понимала, насколько маловероятным было бы это чудесное спасение. Женщина еще не знала, что Ромик уже понес наказание за свой проступок, так же как и не знала, добралось ли ее сообщение о предательстве «Тринити», отправленное в самый последний момент, до командования Альянса. Анастасии было ясно одно, вины ее экспедиции в новом появлении Шивы в земных мирах нет, ответственность за весь этот пробудившийся кошмар несет только Нео-Терра в лице своего главнокомандующего.

Она хорошо помнила Акена Боша еще со времен Великой Войны. Всегда подтянутый молодой офицер слегка с азиатскими чертами лица, всегда вежлив и предупредителен. И очень умен. Несмотря на то что в этой ставшей потом знаменитой экспедиции на Альтаир он официально занимался только военными вопросами, связанными с безопасностью ксеноархеологов, Акен всегда был в курсе событий, происходивших на раскопках. Несколько раз он беседовал и с самой Анастасией, бывшей тогда еще совсем молодой, но талантливой аспиранткой МУА, Межзвездного университета астроархеологии. Молодая лингвистка охотно рассказывала о последних новостях по переводам найденных текстов Древних приятному в общении и такому же молодому офицеру, искренне интересующемуся ее работой. Ее тогда еще поразило упомянутое Бошем сравнение истории существующих в галактике цивилизаций с историей древнего земного города Троя, каждый раз снова возникавшего на месте своего разрушенного предшественника. Акен был уверен, что шиване неспроста появились в мире людей и васудианцев. Он считал Шиву чуть ли не персонифицированной злой силой космоса, неким спящим в подпространстве драконом, который просыпался каждый раз, когда кто-то вторгался в его пределы, и уничтожал нарушителя, полагая конец экспансии любой цивилизации, посмевшей расшириться за положенные ей границы ее звездной системы. Так произошло с Древними, так было и с их предшественниками, так чуть было не случилось и с людьми, если бы не нечаянная удача экспедиции. Был найден фрагмент текста, оставленный последними выжившими Древними. Как оказалось, космический дракон все-таки был уязвим, но уязвим только в своей стихии, в таинственных глубинах подпространства. Древним не хватило времени воспользоваться своим знанием, и они стали космической пылью. Люди успели. Но то, что стало победой для Альянса, принесло вечную боль Анастасии. Ее муж Петр исчез в безднах пространства вместе с поверженным им главным шиванским монстром, а офицер Акен Бош, в конце концов, стал командующим Четвертым флотом Альянса, из которого потом и выросла мятежная Нео-Терра. Ах, если бы все это можно было предвидеть!

Анастасия вспомнила смутные слухи о расхищении учеными Акена новых артефактов, найденных на Денебе, уже в то время, когда Нео-Терра контролировала эту звездную систему. Очевидно, мятежный адмирал все это время продолжал открывать и исследовать секреты Древних, так и оставшиеся неизвестными Альянсу, и в итоге смог овладеть тайной вызова Шивы, волшебной свирелью, наподобие той, при помощи которой факир выманивает из своего мешка ядовитую кобру. Но разве он не боится, что змея сама нанесет уже ему смертельный укус? Или он задумал нечто еще более грандиозное и опасное, для чего ему сейчас потребовался лучший специалист по Древним, профессор МУА Анастасия Нестерова?

Погруженная в свои мысли женщина не заметила, как Аллана закрыла входную дверь отсека и уселась на свою кровать напротив Анастасии.

– Вот ведь сукин сын, – неожиданно выругалась девушка.

Анастасия подняла голову.

– Все пытаешься его соблазнить? – спросила она. – Перечитала дамских романов?

– Между прочим, я все это делаю для нашей общей пользы, – огрызнулась Аллана, – может, он поможет нам бежать.

– Не успеешь уже, – равнодушно резюмировала Анастасия, – как он сказал, рандеву с Бошем через восемь часов.

Лицо девушки приняло свирепое выражение.

– Ненавижу их всех, – сказала она, – а он еще и пытается тут лебезить перед нами. Думает, мы растаем и забудем, что они натворили в системе гамма Дракона.

– Перестань, – успокаивающим голосом произнесла Анастасия, – все равно Таланд здесь ничего не решает. Он как огня боится своего старшего товарища, а вот как раз он тот еще тип.

– Который такой лысый злой старикашка? – припомнила ее подруга.

– Именно, лысый и злой, – подтвердила Анастасия, – и знаешь, на каких условиях он заставил меня сообщить ему код моей личной карты с данными по всем проведенным нами раскопкам? Сказал, что иначе выбросит тебя в открытый космос. И я ему поверила.

– Тоже сукин сын, – вынесла вердикт Аллана.

Захрипел и прокашлялся динамик на стене отсека.

– Внимание, через пятнадцать минут ближний переход, всем приготовиться, – раздался из него чей-то грубый голос.

Анастасия почти сразу же ощутила легкую вибрацию и нарастающий гул турбин корабля. Стакан на столе потихоньку стал съезжать к краю, транспортник начал свой очередной разгон, которым они с Алланой за неделю уже потеряли счет.

– Укладывайся, – посоветовала она своей подруге, – и не забудь принять медкапсулы, переход будет долгий, – она попробовала поудобней устроиться на своей жесткой койке, – нам скоро предстоит встреча с главным злым старикашкой по имени Акен Бош.

– Он еще хуже, чем эти?

– Не знаю, Аллана, но вполне может быть, – женщина попыталась вспомнить Акена, каким она его видела в последний раз. В памяти всплыло его красивое молодое лицо с благородными очертаниями. Неужели и он теперь превратился в чудовище?

* * *

– Вот, весь корабль обыскал, – запыхавшийся Таланд протянул Аллане небольшой сверток.

– Что это? – подозрительно спросила девушка, не спеша принимать его подношение.

– Ну, как же, – Таланд близоруко сощурился, пытаясь прочесть мелкие строчки, – это же то, что вы просили, «одноразовый универсальный парикмахер», краска, сушка и укладка. Половину корабля оббегал, пока нашел.

– Да-а? – уже заинтересованно протянула Аллана, забирая сверток себе. – Однако на вас можно положиться. Это вы сразу после окончания прыжка бегать начали? Оперативно.

Таланд смутился и посмотрел на свои часы. Транспортный корабль «Сандер» закончил субзвездный переход в системе Альфа Центавра всего сорок минут назад и теперь, содрогаясь своими потрепанными металлическими бортами, полным ходом шел к назначенной точке рандеву.

– Ну ведь мы уже скоро прибываем, – он слегка покраснел, – я думал, вы, Аллана, будете довольны возможностью привести себя в порядок. У нас всего час до стыковки.

– Хотите, чтобы мы предстали перед Бошем в приличном виде? – не оборачиваясь, слегка язвительным тоном спросила Анастасия.

Она стояла спиной к входу, у которого топтался Таланд, и внимательно рассматривала включенный виртуальный экран, настроенный на передачу изображений с внешних камер корабля.

– А вы его уже там видите? – в тон ей произнес Таланд, все еще разобиженный ее постоянной нарочитой холодностью. – Вообще-то я просто выполнял просьбу госпожи Хельф.

– Госпожа Хельф очень вам благодарна, – певуче пропела Ал-лана, взвешивая свой сверток на руке. К некоторому сожалению Таланда, ко времени его визита она успела одеться. – Я уже неделю мечтаю привести себя в порядок, жаль только, что у меня так мало осталось времени.

– Кстати, а вы отправитесь с нами, – спросила она Таланда, – или останетесь здесь?

Тот прокашлялся от волнения.

– Мне приказано сопровождать вас обеих на флагманский корабль адмирала, и если все будет нормально, то я полагаю, мы еще поработаем вместе над раскрытием тайн Древних, – льстиво улыбаясь, сказал он девушке.

Анастасия обернулась и посмотрела прямо ему в глаза.

– Если все будет нормально и вы не обманываете здесь никого насчет прекращения войны, то первым делом вы передадите нас на корабль союзников, – жестко сказала она. – Если мы не в плену, то мы не желаем иметь с вами никаких отношений!

– Опять вы за свое, – досадливо взмахнул рукой Таланд, – как вы не понимаете, все будет так, как решит адмирал, а он лучше нас знает, что делать. К тому же, где они сейчас, эти ваши союзники?

Женщина молча протянула руку к виртуальному экрану и прибавила увеличение. Таланд, со скептическим видом присмотревшись, вдруг озадаченно заморгал, потом прокашлялся, а затем неуверенно пробормотал:

– Это что такое? Ничего не понимаю. Откуда они тут взялись?

– Что там опять случилось? – послышался сзади голос Алла-ны, – и что это за желтые фигурки? Это они вас так взволновали?

Таланд, не отвечая, в волнении выкрутил увеличение оптических датчиков до предела. Было видно, что он чем-то сильно обеспокоен.

– Ну… – требовательно спросила Аллана, – что у вас опять стряслось?

Таланд растерянно переводил взгляд с женщин на экран и обратно.

– Ничего не понимаю, – наконец произнес он.

– Я тоже, – сказала Аллана.

– Вот, изволите видеть, это наша «Айсини», флагманский фрегат адмирала, – он протянул руку к иллюминатору, – а рядом с ним научное судно «Хинтон», я его хорошо знаю. По плану у нас ними через час стыковка.

– Это вы уже нам говорили.

– Да, но что рядом делают два васудианских крейсера?! – голос Таланда становился все более напряженным, он жестом руки показал на две желтые черточки кораблей Васуды.

Женщины переглянулись.

– Может, они прибыли для переговоров, – предположила Ал-лана.

Взгляд Таланда лихорадочно бегал по экрану.

– Боевые корабли не сближаются для переговоров на такой скорости! И вы видите эти точки, откуда там столько файтеров? Боже правый, – его голос вдруг сорвался на крик, – да, они же стреляют друг в друга!

Несколько секунд все трое ошеломленно смотрели на виртуальный экран иллюминатора. Анастасия, внутренне похолодев, сразу вспомнила недавние события в системе гамма Дракона, когда на мостике «Виджиланта» перед ее глазами развернулся первый увиденный ею в жизни, настоящий космический бой. Но в том сражении, хотя оно и оставило в ее душе глубокий след, земной крейсер атаковали всего несколько файтеров шиван при поддержке одного драккара, а здесь в смертельном хороводе вдруг закружились четыре больших корабля и десятки легких боевых машин.

– Так значит, это называется прекращение войны? – в голосе Алланы не было беспокойства, только недоумение. Для девушки, малознакомой с реалиями боевых действий, кутерьма на виртуальном экране не выглядела угрожающе.

– Не понимаю, не понимаю – все твердил Таланд, растерянно уставившись на разворачивающуюся перед ним картину боя, – этого просто не должно быть. Боже мой, «Хинтон» под атакой! Там же могли быть и мы!

Анастасия видела, что Таланд абсолютно подавлен и растерян и не знает, что предпринять. Впрочем, она тоже была в замешательстве. Было ясно только одно – события снова принимают непредсказуемый оборот. Мирное соглашение между Нео-Террой и Альянсом, сулившее Анастасии надежду скорого освобождения, на ее глазах сгорало в залпах, которыми обменивалась «Айсини» с васудианскими крейсерами. И чем и когда закончится бой? Какое решение примет капитан «Сандера», так ей ни разу и не увиденный? Прорываться на межзвездный мост Ригеля между ведущими бой кораблями – безумие. Неужели, он повернет обратно?

– Смотрите, «Хинтон» взорвался! – она услышала испуганный вскрик Таланда. – Что же теперь будет? А эти файтеры Васуды, – он уставил свой дрожащий указательный палец прямо в экран, – они что же, летят по направлению к нам?

Зеленая фигурка научно-исследовательского судна Нео-Терры вдруг рассыпалась на облачко светящихся точек, через секунду погасших, как гаснут в ночном воздухе искорки от костра. Анастасия болезненно вздрогнула, она сразу вспомнила гибель «Вид-жиланта». И хотя здесь гибли враги Альянса, все равно они были людьми, такими же, как она, а не пятилапыми монстрами.

На руке Таланда запищал коммуникатор. Ученый Нео-Терры растерянно посмотрел на свой переливающийся цветами срочного вызова браслет, а затем, спохватившись, нажал на кнопку ответа.

– Ты где пропадаешь? – раздался на весь отсек злой мужской голос. Похоже, Таланд в прострации, не заметив этого, нечаянно включил громкую связь. Анастасия сразу узнала по голосу его старшего товарища.

– Малрус, что происходит? – вместо ответа закричал Та-ланд. – Почему там стрельба? Ты видел, что случилось с «Хин-тоном»?

– Не паникуй, – строго сказал голос, – мы на мостике с капитаном. Только что адмирал Бош прислал сообщение. Рандеву отменяется, мы уходим в другую точку в системе по запасному варианту. Встретимся с адмиралом там.

– Куда мы уйдем? – продолжал паниковать Таланд. – Посмотри сам, ящерицы гонятся за нами!

– Успокойся, тебе говорят! – рявкнул голос. – Мы уже начинаем разгонять корабль для прыжка. И адмирал дает нам свое легкое прикрытие, целых двенадцать файтеров. Какая-то гадина нас раскрыла, теперь «Сандеру» без охраны не обойтись, – голос помолчал, потом сказал повелительно: – И иди проверь девчонок, посмотри, как там они. Потом закроешь их в отсеке и мигом на мостик. До прыжка десять минут.

Только отключившись от своего бдительного товарища, Та-ланд заметил, что все это время вел разговор в режиме громкой связи. Побледнев, он опустился на койку Анастасии.

– Только не выдавайте меня, – взмолился он, – Малрус меня убьет, если узнает, что вы все слышали.

Спохватившись, Таланд выключил и виртуальный экран иллюминатора.

– Режим секретности, – жалко улыбаясь, пробормотал он. Теперь на его лице был написан испуг уже не перед приближающимися васудианскими бомбардировщиками, а перед своим злобным начальством.

Протяжный гул пронесся по всему кораблю. Анастасия подняла голову, старый транспортник треща всеми своими внутренностями, неохотно ложился на новый курс. Над погасшим иллюминатором засветился и начал отсчитывать время таймер предпрыжковой готовности.

* * *

– Тебе не кажется, что вокруг как-то подозрительно тихо? – Анастасия озабоченно посмотрела на подругу. Та сидела на своей койке с развернутой упаковкой «универсального парикмахера» на голове. «Нашла время прихорашиваться», – немного раздраженно подумала женщина.

Аллана подняла голову и прислушалась.

– Да, ничего такого особенного, – заметила она и приложила руку к стенке отсека, где снова заперли обеих пленниц, – потихоньку трясется, опять куда-то шпарим полным ходом, – девушка вздохнула. – Когда же это все кончится?

– У меня навязчивое предчувствие, что довольно скоро, – задумчиво сказала Анастасия, – вот только не знаю как, хорошо или плохо для нас с тобой. Помнишь, как Таланд испугался приближающихся к нам васудианцев?

Старый транспортный корабль, уже семь дней являющийся тюрьмой для обеих женщин, завершил свой очередной ближний переход час назад, уходя от приближающихся файтеров Васуды. Но куда он теперь направляется и что происходит вокруг него, оставалось для Анастасии и ее спутницы по несчастью загадкой. Таланд, заперев их обеих в отсеке, больше не появлялся с момента совершения субзвездного перехода. Квази иллюминатор был снова заблокирован. «Хорошо, что еще свет для полноты ощущений в каюте не выключили», – пришло в голову Анастасии.

– А нам-то чего бояться? – возразила Аллана, осторожно притрагиваясь к рукотворному сооружению на своей голове. – Может быть, они, наконец, вытащат нас отсюда.

Анастасия критически посмотрела на свою подругу.

– А ты думаешь, они про нас знают? Разнесут «Сандер» на куски, и дело с концом. Или ты считаешь, что Таланд прибежит сюда и потащит нас на спасательную шлюпку, рискуя своей жизнью?

– Ну, лично я все для этого сделала, – вызывающим тоном ответила девушка, – несмотря на твое неодобрение.

– Что сделала? – не поняла Анастасия.

– Да строила глазки этому чертовому коллеге, что ж еще!

Анастасия в сердцах махнула рукой:

– Наивная! Им же проще, нет нас, нет и проблемы. А мы заперты в каюте, где даже астрокостюмов нет. Нам хватит и одной пробоины в обшивке.

– Ты серьезно так думаешь? – забеспокоилась Аллана.

– Ну, вообще-то, я рассчитываю на благополучный исход, раз уж Акен Бош дал нам на прикрытие двадцать или сколько там файтеров, – окончательно рассердилась женщина, – так что скоро предстанешь перед ним с новой прической, целой и невредимой!

Аллана обиделась.

– А что ты мне предлагаешь делать? – нервно спросила она. – Мы уже восемь дней как запаяны в этой железной коробке! Каждый день не знаем, что будет с нами завтра! Сначала за нами гнались шиване, теперь нас преследуют корабли Васуды! Я уже устала бояться смерти! – на глазах девушки заблестели слезы.

Анастасия внезапно остыла, ей стало жаль подругу. Ведь, в сущности, Аллана оказалась здесь именно из-за нее.

– Прости меня, я немного расклеилась, – женщина пересела на койку своей подруги и приобняла ее за плечи. Аллана как маленький ребенок доверчиво уткнулась в плечо, но тут же подскочила на месте, обеими руками, удерживая на голове своего покосившегося «универсального куафера».

Анастасия, потирая щеку, по которой ей проехался «парикмахер», вдруг рассмеялась, глядя на комичные со стороны действия девушки.

– Все нормально, держится, – улыбаясь, сказала она, – сколько тебе еще с этим ходить?

Аллана, осторожно повернув голову, посмотрела на каютные часы.

– Еще десять минут, уже укладка пошла, – сказала она, – ой, что это!

«Сандер» внезапно затрясло, все неприкрепленные вещи, лежавшие в каюте, поехали в сторону двери, а через секунду обратно. В глубинах корабля зародился протяжный гул, похожий на стон, прокатившийся от носа до кормы транспортника. Похоже, корабль снова менял курс, но теперь какими-то странными рывками, будто обходя невидимые препятствия.

Анастасия потратила несколько секунд в напрасной попытке включить иллюминатор, чтобы выяснить, что же происходит снаружи. Корабельная трансляция тоже молчала, а между тем какая-то неведомая сила раскачивала старый транспортник все сильней. Внезапно все покрыло дробное стаккато, идущее поочередно то со стороны пола, то с потолка каюты, отдаваясь толчками в переборках «Сандера», как будто на корабельной обшивке снизу и сверху отбивали чечетку невидимые великаны.

– Это стреляют зенитные турели транспорта! – побледнев, быстро догадалась Анастасия. – Нас кто-то атакует. Наверное, корабли Альянса!

Аллана замерла на своем месте с испуганным лицом.

– Господи, неужели, нас прибьют свои? – еле выдавила она.

Анастасия крепко сжала ее руку.

– Я с тобой, родная, держись, – она старалась не поддаваться чувству беспомощности, уже знакомому ей с того момента, когда она в первый раз увидела охотников шиван, преследующих их спасательный модуль с «Виджиланта».

В следующую секунду по «Сандеру» будто два раза ударили исполинским молотом. Воздух в каюте вдруг наполнился крошкой и пылью, отключилась искусственная гравитация, а затем погас и без того тусклый свет единственного светильника. Оглушенная ударами Анастасия еще не успела ничего сообразить и предпринять, как вдруг через несколько мгновений все закончилось.

Заработали аварийные системы корабля, включился свет, снова появилась сила тяжести, и Анастасия обнаружила себя на том же месте, окруженная раскиданными по всей каюте вещами. Перед ее глазами медленно оседала поднявшаяся пыль. Рядом с ней в прежней позе сидела бледная Аллана с покосившимся «куафером» на голове, намертво вцепившаяся в свою койку.

Вокруг была тишина, нарушаемая лишь тонким раздражающим слух звоном. Анастасия не сразу сообразила, что все это последствие небольшой звуковой контузии. Она осторожно похлопала себя по ушам, и Аллана автоматически последовала ее примеру.

– Пушки больше не стреляют, – осторожно произнесла Ал-лана, посмотрев на старшую подругу.

– Да и корабль трястись перестал, – подтвердила, оглядываясь, Анастасия, – неужели, все закончилось?

Девушка страдальчески вздохнула.

– Я так долго не выдержу, – сообщила она. – Что они еще придумают?

Анастасия промолчала в ответ. Несколько минут обе женщины просидели неподвижно, прислушиваясь к неясным шумам, доносившимся из-за запертой двери каюты. Неожиданно транспортник вновь качнуло, и пленницы услышали, как снаружи по его обшивке словно проскрежетали огромным ножом.

Нервы у Алланы не выдержали, она вскочила с места и, подбежав к задраенной двери отсека, забарабанила в нее кулаками.

– Откройте нам немедленно, – закричала она, – и прекратите над нами издеваться!

Анастасия не успела остановить свою подругу, как из-за двери неожиданно ответили. Ответ этот, впрочем, нельзя было назвать очень вежливым.

– А ну быстро всем лечь на пол и убрать руки за голову, изменники чертовы! – грубый мужской голос легко преодолел переборки, но отозвался в ушах Анастасии сладостной музыкой.

– Да это же наши! – радостно вскочив с места, закричала она и встретила изумленный взгляд Алланы.

– Какие такие ваши? – сварливо, но уже с меньшей враждебностью осведомился голос. – Лейтенант, подойдите сюда, в этой каюте что-то непонятное.

– Мы здесь в плену! – громко завизжала прямо в дверь сообразившая, в чем дело, Аллана. – Мы свои, мы из Альянса, нас взяли в плен на гамма Дракона! Мы заперты здесь уже восемь дней!

За дверью на несколько секунд воцарилось изумленное молчание.

– Ну и сюрприз! – донесся из-за двери уже другой голос, более молодой и приятный. – Эй, как вас там, отойдите от двери, мы попробуем выжечь замок. Шемдон, действуй.

– И без штучек там, – предупредил невидимый Шемдон, – если что, стреляю без предупреждения!

– Стрелять не надо, – весело крикнула Аллана, – мы отошли, можете ломать.

Раздалось неприятное шипение, и через несколько секунд из дверного блока в сторону замерших в ожидании пленниц потянулся голубоватый дымок и запахло раскаленным металлом.

– Готово, толкните от себя в сторону, лейтенант, – донеслось из-за двери, – я пока их на прицел возьму, знаю я эти штучки.

Снаружи раздалось натужное кряхтение и сопение, дверь задрожала и вдруг, распахиваясь, резко отъехала в сторону. Лейтенант, видимо, не рассчитав своих сил, не удержался, завалившись на палубу, и его ноги стали тем, что сначала увидела Анастасия. Уже потом она рассмотрела возвышавшегося над ними громилу в боевом скафандре, с открытым лицевым щитком, сжимающим в руках угрожающего вида оружие, которое он направил прямо в живот Аллане. Лицо громилы выражало хмурое удивление, тем не менее оно показалось Анастасии самым прекрасным и одухотворенным во всей вселенной, может быть потому, что на его бронированной груди была эмблема Альянса. Громила быстро обежал взглядом отсек, но не найдя ничего угрожающего, кроме двух красивых женщин, немного подобрел лицом.

– Ну и дела, – протянул он, – в первый раз такое вижу, – он вдруг озадаченно посмотрел на Аллану. – А что это у вас такое на голове? – подозрительно спросил он, поддергивая свою штурмовую винтовку.

Тем временем рядом с ним появился поднявшийся на ноги лейтенант, с молодым безусым лицом за открытым лицевым щитком скафандра, и тоже удивленно уставился на женщин, правда, в отличие от своего товарища, винтовку на девушку он наставлять не стал.

Аллана испуганно возвела вверх глаза, но потом сообразила, о чем ее спрашивают.

– Ничего такого, – сказала она, – я вам сейчас покажу, – девушка медленно под настороженным взглядом Шемдона поднесла руку к голове и сдернула «парикмахера». Ее чистые каштановые волосы водопадом хлынули на плечи, сразу сворачиваясь в замысловатую прическу. У Шемдона в удивлении отвисла челюсть. Стоявший рядом с ним лейтенант выглядел похожим образом.

– Вот это да, – прохрипел громила, беспомощно опуская винтовку, наповал сраженный такой внеземной красотой.

Довольная впечатлением, Аллана обворожительно улыбнулась.

– Кого мне поблагодарить за наше чудесное спасение? – проворковала она.

Не дожидаясь, когда Шемдон и лейтенант начнут биться друг с другом за благодарность девушки, Анастасия сделала шаг вперед.

– Лейтенант, дорогой, – обратилась она к офицеру, как к старшему по званию, – мы выскажем всю нашу благодарность чуть после, она у нас и вправду огромная. Но мы уже неделю находимся на этом транспорте, мятежники захватили нас в плен еще на гамма Дракона с борта крейсера «Виджилант». Надо как можно быстрее сообщить об этом вашему руководству, мы имеем важные сведения для Альянса.

Лейтенант, наконец, пришел в себя после созерцания Алланы.

– На гамма Дракона? – он слегка присвистнул. – Далековато вы забрались. Мы здесь на спецоперации по захвату транспорта. Погодите, сейчас я сообщу о вас нашему командиру.

Офицер включил свое переговорное устройство:

– Крис, прием, в жилом секторе транспорта найдены две женщины, – произнес он, – утверждают, что они здесь в плену, уже семь дней. Попали сюда с «Виджиланта». Ну да, вроде с того самого, – лейтенант повернул голову к женщине, – ваши имена?

– Анастасия Нестерова и Аллана Хельф, – заторопилась она, – еще с нами был васудианец Сипптар, но мятежники его убили в самом начале.

Лейтенант передал слова Анастасии своему начальнику и выслушал ответ. Его брови удивленно поползли вверх.

– Выполняю, – сказал он, отключая связь, – приказано немедленно доставить вас в рубку транспорта, там сейчас наш командир.

Офицер перевел взгляд на своего товарища.

– А тебе, Шемдон, приказ, вернуться на бот, взять там на всякий случай два легких астрокостюма, – он на секунду задумался, посмотрев на бывших пленниц, – бери размер три и бегом к нам обратно.

Громила неохотно козырнул и, бросив последний многообещающий взгляд на Аллану, бегом отправился по коридору в сторону шлюзовых камер.

– Это для вашей безопасности, чтобы невзначай без воздуха не остаться, – пояснил лейтенант, – мы в транспорте дырок немного понаделали при абордаже.

Он сделал приглашающий жест.

– А теперь прошу за мной, Крис нас ждет.

* * *

На мостике захваченного «Сандера» пахло сгоревшим пластикатом, половина виртуальных панелей не работала, стены самой рубки кое-где были испещрены выбоинами от попаданий из штурмовых винтовок, но, облегченно выдохнула Анастасия, мертвых тел членов команды или хотя бы пятен крови нигде видно не было. Было похоже, что захват транспорта мятежников прошел жестко, но бескровно. Места капитана и его помощников были заняты незнакомыми Анастасии людьми, внимательно смотревшими в уцелевшие после абордажа виртуальные экраны. На правом крыле мостика, прямо на полу на обломках битого пластиката, опустив головы, сидело четверо людей, каждый из которых был скован наручниками. Двоих из них, Таланда и его старшего товарища Малруса, женщина узнала сразу, оставшиеся двое были ей незнакомы, но, скорее всего, это были капитан с кем-то из его помощников. Позади всех четверых стоял охраняющий их сурового вида десантник с эмблемой Альянса с оружием наизготовку. Еще несколько его товарищей, вооруженных до зубов, расположились у входа и по всему мостику захваченного корабля.

Услышав обращение лейтенанта, сопровождавшего бывших пленниц, из кресла капитана навстречу Анастасии быстро поднялся незнакомый ей человек, худой, высокого роста с совершенно седыми волосами. В отличие от всех остальных его товарищей, он был без скафандра, но по виду нимало этим не беспокоился.

Он дружелюбно улыбнулся обеим гостьям, все еще ошеломленным происходящими вокруг них событиями.

– Приветствую вас на борту «Сандера», теперь уже снова территории Альянса, – он повел рукой, как бы приглашая пройти, – можете звать меня Кристофер Снайпс, уважаемые Анастасия и Аллана. Я руковожу всей операцией.

– Здравствуйте… Кристофер, – послушно сказала удивленная женщина, – но откуда вы меня… вы нас знаете?

Человек широко улыбнулся.

– Ну, кто же не знает близких людей героев Великой Войны? – чуть укоризненно произнес он. – На самом деле, для меня было огромной радостью узнать, что вы живы. Мы же думали, что вы погибли вместе с «Тринити» несколько дней назад.

– «Тринити» погибла? – ошеломленно спросила Аллана, стоявшая чуть позади своей старшей подруги.

Кристофер кивнул.

– Да, поэтому мы даже не пытались вас искать, – сказал он, – мы захватили этот транспорт в рамках отдельной спецоперации, а то, что он является для вас тюрьмой, этого мы даже не предполагали.

Его прервал жалкий молящий голос Таланда.

– Анастасия, Аллана, – он заерзал по полу, – прошу вас, подтвердите, что я делал все для облегчения вашей участи, что я не мятежник Нео-Терры, а только ученый!

Сидевший рядом с ним Малрус злобно толкнул его плечом:

– Заткнись, трус!

В ответ на это десантник, стоявший позади, тут же ловко дал ему подзатыльник прикладом своей винтовки. Голова Малруса мотнулась вперед, и он замолк, зло ощерившись.

– Тебе кто слово давал? – сурово спросил десантник.

Подумав немного, он для восстановления справедливости отвесил такой же подзатыльник и Таланду, сопроводив его примерно таким же риторическим вопросом.

Анастасия только вздохнула. Сейчас она почему-то не испытывала ненависти даже к Малрусу, хотя прекрасно помнила его угрозы выбросить Аллану в безвоздушное пространство. Но в любом случае, если ты играешь не на той стороне, будь готов рано или поздно расплатиться за свой выбор.

– Кристофер, эти люди забрали все наши материалы по раскопкам на гамма Дракона, – обратилась она к руководителю операции, – и мы должны их вернуть. Для этого есть время?

– Времени сколько угодно, дорогая Анастасия, – кивнул Снайпс, – присаживайтесь вот сюда, в эти кресла. Я вижу, вы находитесь в нетерпении, наверное, хотите узнать, что здесь происходит. Ну, так у нас еще целый час до следующего прыжка.

– Вы не заберете нас с этого корабля? – спросила Аллана. – Честное слово, я бы многое отдала за возможность поскорее отсюда убраться.

Кристофер сочувствующе развел руками.

– К сожалению, пока это невозможно, – сказал он, – я имею в виду в рамках нашей операции. Мы даже вынуждены немного рискнуть, оставаясь на этом транспорте еще какое-то время. Мне просто пока некуда вас перевезти, штурмовой бот уже отошел от корабля.

Он сел в кресло капитана и указал на свободные места рядом с собой.

– Присаживайтесь, – пригласил он, – я вам расскажу в общих чертах о нашей операции, чтобы вы перестали волноваться. Но, естественно, без секретных подробностей.

Бывшие пленницы осторожно разместились на удобных сиденьях. Усаживаясь, Анастасия бросила через плечо последний взгляд на поникшие фигуры их недавних тюремщиков, удивляясь капризам судьбы. Теперь она и Аллана поменялись с Талан-дом и Малрусом местами.

Кристофер показал рукой на уцелевший виртуальный экран самого большого размера.

– Мы сейчас идем к точке рандеву с адмиралом, – начал он, – правда, господин Акен Бош любезно сообщил, что в этот раз встречать нас будет один из его крейсеров. У адмирала появились небольшие проблемы в секторе из-за атаки васудианцев.

– Простите, – перебила его Анастасия, – так у Альянса все-таки мир с Нео-Террой или нет?

Снайпс на несколько секунд задумался.

– Вообще-то мир, – осторожно сказал он, – просто у одного нашего васудианского союзника, не буду упоминать его имя, немного не выдержали нервы, и он, получив данные о том, что Бош находится в этом секторе, вознамерился устроить ему засаду. Но мы, – Кристофер приложил руку к сердцу, – если честно, не имеем к этому ни малейшего отношения. Хотя, откровенно говоря, эта атака сыграла нам на руку, мы успели перехватить и взять на абордаж «Сандер».

– Значит, вы тоже нарушили мир с Нео-Террой? – поинтересовалась Аллана.

Заметив недоуменный взгляд Кристофера, девушка вытянула обе руки ладонями вперед.

– Имейте в виду, если что, то я нисколько не против! – с жаром сказала она.

– Да нет, что вы, – усмехнулся таинственный руководитель таинственной операции, – официально «Сандер» принадлежит Альянсу и у адмирала не может быть к нам никаких претензий. Но, с другой стороны, он сильно ждет этот корабль по ряду причин, в обсуждение которых я не буду сейчас вдаваться. Ах да, – он посмотрел на Анастасию, – одна из причин – это, безусловно, вы, и это вы сами наверняка знаете, но… – Снайпс принял многозначительный вид, – есть и другие. Так вот, вы видите впереди нас транспорт такого же типа, как и наш «Сандер», – он показал на небольшую зеленую фигурку транспортного корабля класса «Арго», рядом с которым шел еще один корабль со странными очертаниями, – адмирал получит его, правда, гм… немного во взорванном виде. А мы постараемся убедить господина Акена Боша, что это и есть, вернее был, – поправился Кристофер, – нужный ему «Сан-дер», вернувшийся из рейда, но попавший под атаку Васуды.

– А как вы это сделаете? – поинтересовалась Анастасия, – Ведь ему должен будет кто-нибудь об этом сообщить, разве не так?

– Есть один способ, – уклончиво ответил Снайпс, было видно, что ему не хочется вдаваться в секретные детали своей операции.

– Перед прыжком сюда я слышала, что адмирал отправил свои файтеры для прикрытия «Сандера» от атаки васудианцев, – вдруг припомнив недавние события, встревожилась Анастасия, – не помню точно сколько, двенадцать или двадцать, – наморщила она лоб в попытке восстановить в памяти правильную цифру и с беспокойством посмотрела на собеседника, – но они могут появиться здесь в любой момент!

– Двенадцать, – поправил ее Кристофер без тени какого-либо волнения на лице, – их было ровно двенадцать штук.

– Было? – Анастасия ошеломленно уставилась на него.

– Мы их нейтрализовали, – снова дал уклончивый ответ Снайпс, – видите по траверзам транспорта шесть файтеров? Это наши перехватчики.

– Шесть против двенадцати, – тихо произнесла Анастасия.

– Ну, если быть точным, то два против двенадцати, – снова поправил ее Кристофер, – но умоляю вас, – он выставил вперед свою правую ладонь, – даже не спрашивайте каким образом.

Анастасия притихла, пытаясь представить себе фантастическую картину этого боя. Тем временем слово взяла уже освоившаяся здесь Аллана.

– А разве эти, которых было двенадцать штук, не могли успеть сообщить на свою базу, что здесь что-то не так? – спросила она, приоткрыв рот.

Снайпс посмотрел на девушку с неподдельным уважением.

– Вам, ученым, даже таким красивым, палец в рот не клади, – хмыкнул он, – вы правы, они действительно пытались отправить сообщение на свою базу. Но, к счастью, мы предусмотрели и этот вариант, – он прибавил увеличение на экране, – взгляните на корабль рядом с будущим «Сандером». Знаете, что это?

– Я видела такой корабль раньше, – неожиданно сказала Анастасия, – это станция дальнего сканирования, я узнала ее по антеннам.

– Да, это она, – с оттенком гордости сказал Кристофер, – корабль глубокой разведки «Хамако», который может не только сканировать окружающее его пространство, но и благодаря своим мощным излучателям… после небольшой переделки, конечно, – поправился он, – в состоянии заглушить практически любой сигнал с любого корабля, за исключением, естественно, такого же. Чем он тут, собственно, и занимается. Поэтому, – заключил Снайпс, – мы чувствуем себя здесь относительно спокойно.

Кристофер сделал паузу, чтобы дать возможность нечаянным гостям освоиться со всей этой информацией, и занялся какими-то своими таинственными делами. Анастасия продолжала раздумывать над его словами. Она чувствовала себя пешкой, которую оспаривают друг у друга какие-то могущественные силы, сражаясь за право сделать ее черной или белой королевой в шахматной игре большой межзвездной войны. Зато, по крайней мере, Анастасия была рада тому, что вернулась на свою половину шахматной доски, с помощью этого таинственного, но симпатичного Кристофера Снайпса.

Она бросила осторожный взгляд назад, туда, где сидел на палубе скованный Малрус со все еще искаженным от злобы лицом. Какой таинственной харизмой или каким секретом обладал адмирал Акен Бош, если за него с готовностью шли в опасные рейды его сторонники, какую мечту он дал потерянному поколению, лишившемуся своей матери Земли, за которую они были рисковать своей жизнью?

Анастасия осторожно тронула Кристофера за локоть.

– Простите, что отвлекаю вас, – извиняющимся тоном сказала она, – но что дальше будет с людьми, которых вы захватили на «Сандере»?

– С изменниками? – уточнил Снайпс, отвлекаясь от прокладки курса корабля, и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Их ждет трибунал, это безусловно. Но конкретно, к какому наказанию их присудят, я пока сказать не могу.

– Но их ведь, по крайней мере, оставят в живых?

Кристофер неопределенно пожал плечами.

– Если бы они были мятежниками Нео-Терры, захваченными в бою, то к ним был бы применен статус конвенции Бета Орла, как к военнопленным, – подумав, сказал он, – но, скорее всего, трибунал объявит их просто предателями. А вот к предателям могут и смертную казнь применить.

– Какой кошмар, – ужаснулась Анастасия и осторожно посмотрела на бедолагу Таланда, которого могла ожидать именно такая незавидная участь.

Снайпс снова пожал плечами и принял философский вид.

– Все зависит от их деятельного раскаяния или другими словами от сотрудничества с разведкой Альянса, – успокаивающе сказал он, – этот корабль хранит много тайн, и мы должны узнать их все до одной. Но это все в будущем. Пока нам надо продержаться в этом секторе еще немного. Уже через час мы должны подойти к межзвездному мосту, откуда «Сандер» уйдет в домен Васуды к безопасности.

– И там же у моста вы взорвете транспорт-двойник, – догадалась Анастасия, – рядом с межзвездными воротами?

Кристофер согласно кивнул.

– Именно так, – сказал он, – чтобы адмирал Бош мог оплакать его, как будто это был «Сандер». Нам осталось лишь немного подождать, но пока что все, слава богу, идет по плану.

Не успел руководитель операцией договорить эти слова, как на виртуальной панели запульсировал значок станции дальнего сканирования «Хамако», выходящей на связь.

– «Ферзь», говорит «Затычка», наблюдаем всплески в секторе два, шестнадцать, эшелон семь! Похоже, к нам в гости просится легкий крейсер с эскортом!

На виртуальной панели, где был обозначен путь маленького конвоя, чуть в стороне от его курса, отображенного прерывистой линией, конец которой упирался в значок эфирного моста, появились и стали расходиться белые концентрические круги, похожие на след от камня, упавшего в воду. Взгляд Снайпса сразу стал озабоченным.

– Нет, надо же, как будто сглазил, – процедил он, внимательно вглядываясь в экран, – наших здесь быть не должно, неужели мы опять наскочили на Нео-Терру?

Он обратился к станции сканирования:

– «Затычка», говорит «Ферзь», у вас все в порядке с глушилками?

– Работают на полную мощность, даже себя еле слышим, – ответила станция, – мог пройти только искаженный сигнал, по которому все равно ничего не разберешь.

– Адмирал крайне подозрительный тип, – задумчиво пробормотал Кристофер, – ему может хватить даже искаженного сигнала, чтобы послать свои корабли проверить ситуацию.

Он быстро пробежал пальцами по управляющей панели.

– Внимание, «Черепа», сектор два, шестнадцать, семь, – громко и быстро скомандовал он, – ожидается выход легкого крейсера с эскортом. Нейтрализовать противника!

Зеленые значки шести файтеров охранения пришли в движение и, обгоняя конвой, стали быстро перемещаться к предполагаемому месту появления врага.

Снайпс перехватил взгляд Анастасии, в котором было беспокойство и удивление его приказом, и ободряюще подмигнул женщине.

– Все нормально. Эти ребята элита из элит, – вполголоса сказал он, – а их машины для всех еще даже не существуют. Секретное оружие, сверхтяжелые перехватчики.

Сзади раздался резкий злорадный голос Малруса:

– Ну что, дождались? Через десять минут мы уже поменяемся с вами местами!

Тут же раздался глухой звук удара, и изменник снова умолк.

Кристофер устало вздохнул.

– Поулин, прекращай его бить, – раздраженно произнес он, поворачиваясь назад, – ты ему дырку в голове проделаешь, а его голова нам пока нужна.

– Это не я, босс, – раздался чей-то незнакомый голос, – это все Шемдон напортачил.

Анастасия тоже обернулась, даже позабыв про надвигающуюся на маленький конвой угрозу.

Малрус лежал, скрючившись на полу с закрытыми глазами, а над ним рядом с первым охранником с виноватым видом стоял громила Шемдон с каким-то свертком в левой руке.

Здоровяк посмотрел на Анастасию, а потом перевел взгляд на Аллану.

– А я вам астрокостюмы притащил, – виновато прогудел он, – все как приказывали.

Кристофер еще раз глубоко вздохнул и молча повернулся обратно к виртуальному экрану, на котором вот-вот уже должны были появиться значки вражеских кораблей. А Аллана признательно улыбнулась исполнительному громиле.

* * *

«Первый отдел военной контрразведки Альянса, домен Веги.

Срочное сообщение третьему лорду Звездного Адмиралтейства Норису Сорги. Уровень секретности – ноль.

Операция “Двойник” осуществлена успешно.

Резидент Кристо возвратился на Ригель. В настоящее время связь с ним потеряна».

Часть третья

НАШ ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС

Мы летим, ковыляя во мгле,

Мы ползем на последнем крыле.

Бак пробит, хвост горит и машина летит

На честном слове и на одном крыле…

Глава 1

Ветер с моря донес рокот прибоя.

– Хорошо-то как! – с этими словами Алекс томно перевернулся на живот, подставляя свою спину под ласковые лучи желтого карлика согревающего своим светом знаменитые на все земные миры курорты планеты Лебедя Прайм.

Прямо перед его лицом по чистейшему песку маленький деловитый крабоид тащил свою раковину, озабоченно позыркивая своими стебельчатыми глазками в сторону загорелого и почти голого молодого человека с мокрыми после купания рыжими вьющимися волосами. Алекс осторожно потянул к маленькому членистоногому свою ладонь, сложенную лодочкой. Крабоид тотчас замер на месте, покачиваясь на восьми своих тоненьких ножках и внимательно глядя на эти подозрительные приготовления. Его глазки-стебли настороженно вращались в двух плоскостях, ни на секунду не выпуская из вида потенциальной угрозы.

«Ты смотри, прямо как локаторы на станции дальней разведки», – подумал молодой человек и резко дернул правой рукой, чтобы накрыть ладонью маленькое животное. Но реакция крабоида оказалась получше, чем у тренированного пилота боевого истребителя. Алекс успел схватить только пустую раковину, а само членистоногое в лучших традициях ведения звездных войн, мгновенно катапультировалось из своего попавшего под атаку корабля. Через мгновение крабоид был уже в метре от агрессора, оставив тому в качестве трофея раковину, которую где-то сам подобрал в своих нелегких странствиях.

– Пилот покинул свой корабль в спасательной капсуле, – задумчиво пробормотал молодой человек, рассматривая странную восьмиугольной формы добычу.

Рядом, обдав его брызгами воды, на песок плюхнулся мокрый с головы до ног Герик Моулин, его боевой товарищ, прошедший вместе с Алексом крещение огнем в битве за орбитальную инсталляцию «Эниф» и с тех пор немного заикавшийся после встречи своего файтера с тяжелой зенитной ракетой мятежников.

– М-маршан, ты чего валяешься тут, как дохлый кит? – стряхивая с себя воду, жизнерадостно крикнул Моулин. – Беги, купайся, нам всего три д-дня в этом раю осталось.

– Тише, я охочусь на местную фауну, – понизив голос, произнес молодой человек и кинул в товарища раковиной.

Сейчас Герик выглядел намного лучше, чем тогда в седьмом медицинском блоке «Колосса», куда его доставил эвакуационный модуль, с трудом распилив обгорелую спасательную капсулу пилота, где его потом и отыскали остальные товарищи по эскадрилье «Королей самоубийц», вернувшиеся из боя. Медицинские отсеки суперлинкора были переполнены ранеными и умирающими, а в носовой части гигантского корабля продолжал бушевать пожар после столкновения со здоровенным обломком «Рипалса», и оттуда все это время несли пострадавших при ударе и последовавшем после него взрыве. Но главное, ради чего были принесены все эти жертвы, все-таки было сделано, Четвертый флот мятежной Нео-Терры стал космической пылью.

Алекс даже чуть вздрогнул и поежился, припоминая события тех недавних дней, казавшиеся ему теперь совершенно нереальными под ласковым светом солнца, на скрипящем под ногами песке и рядом с морем, плещущим свои изумрудного цвета волны на берег небольшой бухты.

– Тоже мне, – пренебрежительно хмыкнул Моулин, разглядывая рисунок на раковине, – п-поплыли лучше вон туда, – он показал рукою вдаль на край бухты, где из воды торчали черные прибрежные скалы, – там этого добра… – он провел ладонью чуть ниже подбородка, – хватит на сувениры твоей Найре.

Алекс приподнялся на локтях, оглядываясь.

– А кстати, где Лиссен? – осведомился он, приложив ладонь козырьком к глазам. – Только что ведь была здесь.

– Д-да вон, чешет на доске по волнам, – с оттенком легкой зависти произнес Герик, усаживаясь на песок, – как будто на ней и родилась. А я вот за все это время только стоять на доске и научился, – интимно пожаловался он.

– Что же ты, дружище, позоришь родную эскадрилью, – машинально пробормотал Алекс, вглядываясь в направлении, указанном его товарищем, – так тебе звания пилота первого класса и не дадут.

Ближе к прибрежным скалам, окаймлявшим правую часть небольшой бухты, на берег накатывал высокий океанский прибой, и там, на гребне очередной волны, молодой человек ясно различил женскую фигурку в знакомом купальнике, ловко оседлавшую доску для серфинга.

– Кабы волны были б не такие в-высокие, – продолжал вздыхать Моулин, – я бы тоже так смог. Она что, она же спортсменка, чемпионка, а я ветеран, в сражениях контуженный, – скромно добавил он.

Алекс, чуть улыбнувшись, посмотрел на товарища. Но улыбка его была доброжелательной, а не насмешливой, как это бывало обычно. Молодой человек на самом деле сочувствовал своему товарищу и искренне желал ему скорейшего выздоровления и возвращения в строй. После тяжелых сражений с мятежниками за систему эпсилон Пегаса слова «боевое братство» приобрели для Алекса совершенно новый смысл. Оказалось, было не обязательно с первого курса учиться вместе в Звездной академии, чтобы только потом через несколько лет стать настоящими товарищами, как это было у него с Ильей. Теперь Маршан с некоторым стыдом вспоминал и о своем чувстве высокомерного превосходства над увальнем Стефаном Томальски, казавшимуся ему когда-то приземленным и недалеким человеком, по какой-то странной ошибке попавшим в космический флот и недостойным того, чтобы влиться в благородную потомственную касту профессиональных пилотов.

«Быть пилотом боевой машины – это совсем другое. Чувствовать, как она слушается малейшего движения руки. Ощущать азарт охотника, когда добыча вплывает в перекрестье прицела. Что тут говорить с рожденным ползать. Кстати, чего он там лепечет?» – сейчас Алекс краснел от чувства неловкости каждый раз, вспоминая эти свои слова, адресованные когда-то к Стефану, который, как оказалось, смог вынести гораздо больше, чем один слишком зазнавшийся пилот.

Но, к счастью, все это было уже в прошлом, а пока настоящее дарило Маршану и его товарищам заслуженные блага и обещало прекрасное будущее. После победы над Четвертым флотом Нео-Терры стало известно, что мятежный адмирал Акен Бош трусливо запросил перемирия, уступая систему эпсилон Пегаса силам Альянса. Командование, посчитав, что героическая двести сорок вторая эскадрилья «Королей самоубийц», переломившая ход генерального сражения за звездную систему в пользу союзников, заслуживает награды, отправило ее уцелевших пилотов в недельный отпуск на близлежащую систему Лебедя на планету Прайм славящуюся своими местами для отдыха. В этом смысле повезло и Томальски, которого после сражения перевели в поредевшую боевую группу Алекса, поскольку от эскадрильи самого Стефана остался всего один пилот – он сам. Так что теперь они оба и еще двадцать их товарищей по эскадрилье уже четвертый день наслаждались как заслуженным отдыхом на берегу теплого тропического моря, так и почтительным отношением к ним местного населения. А везунчик Маршан при этом еще успел продолжить свои тесные отношения с единственной девушкой в их группе, пилотом первого класса Найрой Лиссен, с которой он познакомился еще во время стажировки на васудианском линкоре «Псамтик», совмещая в то время полезное с приятным. Товарищи молодого человека сначала добродушно завидовали его эксклюзивному положению, но обнаружив в местных отелях множество прелестных лиц женского пола, быстро простили своего удачливого коллегу.

Маленькая фигурка Лиссен неожиданно слетела со своей доски, а само ее плавсредство вдруг встало вертикально, будто выбитое из воды сильным ударом снизу. Алекс в замешательстве подскочил с песка, пытаясь разглядеть, что там происходит с его подругой.

– В-вот тебе и чемпионка, – не меняя тона, произнес Герик и вдруг тоже вскочил на ноги. – Маршан, гляди, она там не одна! – взволнованно вскрикнул он.

Алекс увидел как рядом с доской, заваливающейся в воду, из-за гребня волны в воздух выскочили какие-то веревки. Через мгновение они снова упали в воду рядом с вынырнувшей из волны девушкой и, словно живые, вдруг оплели ее. Лиссен замолотила по воде руками, поднимая тучу брызг. Слабый заглушенный расстоянием крик девушки донесся до пилотов.

Маршан первым пришел в себя.

– На нее кто-то напал, быстро за мной! – крикнул он и, не дожидаясь ответа, по-спринтерски рванул на помощь своей подруге. Краем глаза он успел заметить, как с песка со встревоженными лицами поднимаются его друг Мак-Квирилл и командир эскадрильи Франо Кордора. Еще несколько человек, плескавшихся поодаль в волнах океанского прибоя, обеспокоенные криками с разных сторон, поспешили на берег.

Не обращая внимания на мелкие обломки раковин и кораллов, вынесенные волнами на песок, Алекс бежал со всех ног по мокрому берегу, пытаясь на бегу разглядеть, что происходит с его девушкой.

Сзади раздалось басовитое гудение, его догонял глайдер, небольшая открытая платформа, на которой отдыхающие обычно катались от своего отеля до пляжа.

– Алекс, прыгай сюда! – раздался с нее голос Моулина. – Быстрей н-нагоним.

Мысленно обозвав себя идиотом, молодой человек на бегу запрыгнул на глайдер, ухватившись за боковые поручни, отчего легкая машина опасно накренилась влево и закачалась.

– Ой-вей, – выпалил Герик, на ходу выравнивая платформу, – т-так и оверкиль недолго сделать.

С трудом переводя дыхание, Маршан благодарно хлопнул сообразительного товарища по плечу и огляделся. В глайдере помимо него и рулевого Герика Моулина, оказались также и Мак-Квирилл с Кордорой, успевшие заскочить в машину первыми. Еще несколько человек бежали сзади платформы, понемногу отставая от нее, так как Герик включил теперь полный ход.

– Ну, ты д-дернул, – крикнул он Алексу под шум заработавшего на полную мощь двигателя, – мы тебя еле догнали!

– Ты видишь Найру? – Маршан с трудом услышал голос Кордора. – Кто на нее напал?

Молодой человек приложил козырьком руку к глазам, стараясь понять, что происходит в полукилометре от него. Он увидел, как девушка, вцепившись одной рукой в свою доску, отчаянно гребет к берегу, до которого ей было еще с полсотни метров, а другой изо всех сил отмахивается от какой-то твари, вцепившейся в нее своими веревками-щупальцами. Иногда полутораметровые волны прибоя, накатывающие на берег, приподнимали на себе дерущихся, и тогда Алекс мог видеть продолговатое темное тело существа и отчаянно брыкающиеся смуглые ноги Лиссен.

– У нее что, не было спецбраслета? – Кордора наклонил свою голову к уху Маршана.

Спецбраслетом называлось небольшое устройство, крепившееся туристу на кисть его руки. По уверению персонала отеля, который выдавал его под расписку в обязательном порядке каждому гостю, браслет отпугивал любую опасную живность, обитавшую в местных водах, и одновременно служил мини-маяком, по которому легко можно было отыскать его хозяина. Поэтому нападение агрессивного морского обитателя могло произойти теоретически лишь по причине неисправности устройства или практически (тут Алекс про себя выругался), в том случае если Найра по привычке положила на все нормы и правила местной безопасности.

– Я не знаю, командир, – ответил он и, повернувшись, слегка подтолкнул Герика, – дружище, прибавь ходу!

– Стараюсь! – крикнул тот. – Но скоро уже надо тормозить, а то проскочим.

Глайдер сменил курс и понесся над волнами. Маршан взволнованно стиснул руками поручни платформы. До Лиссен оставалось всего около сотни метров, как вдруг и она, и существо скрылись под очередной волной, а затем на поверхность выскочила лишь одна ярко раскрашенная доска для серфинга. Все четверо мужчин на платформе застыли в оцепенении, пока глайдер на полном ходу летел к месту происшествия.

Моулин лишь в последний момент вспомнил про тормоз, но нажал на него слишком поспешно. Легкая платформа, клюнув носом вперед, резко замедлила ход и все находящиеся на ее борту люди, кроме рулевого, уцепившегося за штурвал, посыпались воду с полутораметровой высоты.

Глубина оказалась небольшой, и уже через несколько секунд Алекс, отплевываясь и отфыркиваясь от соленой морской воды, стоял по пояс в волнах, пытаясь прийти в себя после падения. Первое, что он увидел, была Найра, тоже вынырнувшая из воды, как Афродита из морской пены. Она ошарашенно смотрела на молодого человека, полуоткрыв рот, но молчала. По плечу девушки стекала кровь, рядом плавала доска для серфинга. Чудовище, напавшее на Лиссен, куда-то исчезло.

– Все целы? – раздался сзади голос Франо Кордоры.

Алекс обернулся назад и увидел своего командира, выбирающегося из воды вместе с Мак-Квириллом. Заглохший глайдер беспомощно качался на волне, а Герик, единственный, кто удержался на нем, виновато посматривая на товарищей, тоже помалкивал. Слышен был только шум прибоя. Алекс машинально кивнул командиру и бросился к своей подруге.

– Найра, ты ранена? Где эта зверюга?

Лиссен растерянно смотрела на него.

– Я в порядке, Ал, – она тронула свое предплечье, на котором был длинный глубокий порез, сочившийся кровью, – ребята, это вы что, за мной приплыли? – Вид у нее был одновременно растерянный и виноватый.

Накатила очередная прибойная волна, сбивая людей с ног.

– Так, быстро все из воды! – резким командирским голосом приказал Кордора, увидев, что на первый взгляд убитых и тяжелораненых вокруг него нет.

Маршан подхватил девушку под руку и потащил на берег. Там вокруг них стал быстро собираться добежавший до места происшествия остальной народ.

– Лиссен, а теперь быстро сообщи-ка мне, где твой спецбраслет и вообще, что с тобой произошло, – сурово спросил командир эскадрильи, вытряхивая воду из ушей, – нас из-за тебя Моулин чуть на тот свет не отправил.

– Я его об скалу раскокала, – хмуро ответила девушка, ковыряя носком ступни песок, – я же не знала, что эта животина рядом плавает. Схватила меня своими щупальцами, пока я на волне стояла, а потом за плечо цапнула. Пришлось ее по морде стукнуть пару раз.

– Мы думали, она тебя поедом ест, – немного растерянно сказал Алекс, – ты же кричала.

– Испугалась сначала, вот и кричала. А она меня еще клювом долбанула, вот сюда… – Лиссен озабоченно посмотрела на свое предплечье и вдруг увидела, а вместе с ней это заметили и все остальные собравшиеся, что у нее отсутствует верхняя часть купальника, похоже утерянная в пылу битвы. Девушка ойкнула и закрылась руками.

Кордора раздраженно сплюнул на песок.

– Понятно. Не хватало мне еще не боевых потерь на курорте. Моулин! – крикнул он, обращаясь к Герику, все еще пытающемуся завести глайдер. – Кинь сюда медпакет из аптечки.

В это время внимание всех присутствующих привлек Мак-Квирилл, заинтересованно шевеливший ногой что-то плавающее в воде у самого берега.

– Найра, – крикнул он, – ты случайно не это бедное животное оприходовала?

Через секунду все уже обступили агрессора, неожиданно превратившегося в жертву, чье вытянутое двухметровое тело с пучком длинных щупалец теперь шевелили волны.

– Не зря нам спецбраслеты выдают, – присвистнул кто-то.

Маршан поймал девушку за руку.

– Да стой ты, не вертись, – сердито сказал он ей, – я же тебе повязку накладываю, успеешь еще на свою добычу посмотреть.

Мак-Квирилл с многозначительным видом оглядел собравшихся вокруг него товарищей и еще раз пошевелил ногой поверженного монстра.

– Ну, что вам сказать, – с видом лектора, поднявшегося на кафедру, поведал он окружающим, – могу лишь сообщить, что мы видим перед собой зверски убитого ударом тяжелого предмета, – подчеркнул он, – представителя местной фауны, под названием додекапод рифовый.

– Найра, ты его чем огрела, – крикнул кто-то, – доской для серфинга?

– Вот еще, – фыркнула Лиссен, – пару раз локтем и один раз коленом.

В толпе засмеялись и высказали несколько предположений, куда именно заехала девушка несчастному морскому обитателю.

– Ну вот, теперь нормально, – Маршан довольно посмотрел на дело своих рук, длинную белую полоску на плече боевой подруги, – через четыре часа можно снимать, будешь как новенькая.

К нему постепенно возвращалось веселое настроение оттого, что все хорошо закончилось.

– Может, тебе еще соски на груди остатками бинта заклеить? – задумчиво сказал он. – А то как обратно в отель пойдем?

От немедленной расправы над Алексом девушку снова отвлек Мак-Квирилл.

– Смех смехом, а вы знаете, – важно произнес он, – что рифовый додекапод, во-первых, занесен в местную Рубиновую книгу, как редкий и охраняемый вид, а во-вторых, – Мак-Квирилл поднял указательный палец и поправил воображаемые очки, – это еще и священный тотем местных жителей. Понимаете, чем это нам может грозить?

Наступила небольшая пауза.

– Что бы мы без тебя делали? – наконец недовольно сказал Франо Кордора и огляделся. – Надеюсь, здесь местных нет? Тогда вот что, эскадрилья, слушай мою команду.

Он задумался на пару секунд:

– Первое, про эту тварь всем молчок, по крайней мере на оставшиеся три дня. Всем понятно? Второе, Лиссен, с этой минуты приговариваешься к строгой изоляции в своем номере до завтрашнего утра. Маршан, проследишь.

Все снова заулыбались. Алекс сделал печальный, но послушный вид.

– А додикпода этого, – командир показал на безжизненную тушу, качаемую волнами, – отвезти на глайдере подальше в море и там утопить с грузом. Герик, ты завел наконец свой драндулет?

– Да, сэр, в-вроде все в порядке, – ответил Моулин и в подтверждение своих слов описал небольшой круг около берега.

– Ребята, помогите ему кто-нибудь привязать к глайдеру эту священную скотину. И не забудьте к ней камень потяжелее прикрутить.

Проговорив эти распоряжения, он огляделся вокруг и отдал последнюю команду:

– А всем остальным разойтись и принять вид отдыхающих.

Через несколько минут глайдер с парой помощников и с Гериком за штурвалом потащил тело невинно убиенного додекапода в море, а все остальные пилоты, принявшие вид отдыхающих, снова разбрелись по пустынному пляжу.

Алекс посмотрел на свою подругу.

– Ну что, дорогая, командир отдал приказ, надо выполнять, – молодой человек осторожно взял Лиссен под здоровую руку, – глайдер наш уплыл, как и твой купальник, поэтому пойдем мы потихоньку пешком.

И они двинулись от берега в глубь острова, по направлению к невысоким желтым куполам своего отеля, которые как пустынные миражи маячили вдалеке.

Глава 2

Длинный черный глайдер свернул с главной дороги, разрезающей пополам правительственный квартал, и через минуту мягко остановился у высоких кованых узорчатых ворот.

– Мы прибыли, господин вице-адмирал, – предупредительно наклонился вперед сидящий напротив офицер, сопровождавший Данила Гранина с момента прибытия служебной адмиральской яхты в главный космопорт планеты Вега Квинта, ставшей новой цитаделью для людей вместо потерянной Земли.

Вице-адмирал кивнул в ответ и посмотрел через боковое стекло на стоявшее в глубине зеленого парка невысокое трехэтажное здание Звездного Адмиралтейства, над которым вознеслась острая игла шпиля. Скромные на вид размеры центра управления космическими флотами Альянса не могли его обмануть, он знал еще по прошлым визитам, что здание уходит на двадцать этажей вниз и его неброская внешность всего лишь дань традиции прошедших лет. Сквозь парк к центральному входу в Адмиралтейство вела широкая, вымощенная гранитной брусчаткой дорожка, обсаженная по краям молодыми стройными деревьями.

Бесшумно распахнулась боковая дверь глайдера, и в открывшийся проем почтительно заглянул водитель машины. Гранин движением подбородка молча сделал знак своему адъютанту Ри-хану Крэйгу следовать за собой. Сам вице-адмирал натянул на голову свою парадную фуражку, поднялся с места и не торопясь покинул глайдер. Последним быстро выскочил сопровождающий их офицер.

– Господа, прошу вас следовать за мной, – сказал он, проходя между неспешно расходящимися створками ворот, украшенными кованым узором в виде старинных кораблей. Вокруг и дальше в самом парке было пустынно, только в нескольких метрах от гостей бесшумно висел в воздухе охранный беспилотник.

– Совещание начнется в семь вечера по местному времени, до этого срока вы можете передохнуть и встретиться с остальными высшими офицерами в адмиралтейском атриуме на втором уровне, – еще раз напомнил офицер, шагая чуть впереди, пока все трое шли по направлению к зданию Адмиралтейства мимо молодых деревьев, шелестящих листьями под легким ветерком.

Адмирал шел по-военному четко, отбивая каблуками шаг по гранитным плиткам, и с наслаждением вдыхал свежий чистый воздух, пахнущий наступающей осенью.

«Полтора года провел на кораблях, совсем забыл землю, – думал он на ходу, с удовольствием рассматривая начинающие желтеть листья, – а все из-за мятежа Нео-Терры, черт ее возьми. Да за одно только это можно повесить Акена Боша на самом высоком дереве в этом парке».

Данил перевел взгляд на высокие легкие облака, сквозь которые просвечивало солнце. «Может, получится хотя бы на несколько дней притормозить здесь, перевести дыхание, если уж действительно наступило перемирие», – подумал он.

Обстановка на всех фронтах, как будто и вправду, располагала к этому. Васудианский флот, благородно взвалив на себя всю тяжесть войны с Шивой, почти в полном составе залез в таинственную туманность, расположенную за порталом Кносса. В ближайшее время от них ожидались победные реляции об окончательной победе над общим врагом Альянса или хотя бы о его временной нейтрализации. Первый лорд Ким Рейнал провел на Сириусе переговоры с мятежным адмиралом Бошем и, по слухам, достиг какого-то консенсуса. Во всяком случае, Нео-Терра объявила о временном прекращении военных действий из-за общей для всех миров угрозы шиванского вторжения. Правда, пока Гранину было неизвестно, на каких условиях получено это согласие. В душе он надеялся, что главным резоном для Боша послужил полный разгром его Четвертого флота, гибель Коха и, конечно, ввод в бой «Колосса». Правда, с другой стороны мятежный адмирал осуществил почти равноценный размен с Альянсом. От шестого флота союзников, защищавших систему эпсилон Пегаса, осталось всего два корабля, крейсера «Рампарт» и «Уорспайт», да и те издырявленные от носа до кормы. Погиб и сам флотоводец Мирослав Радван, «неплохой парень», как отзывался о нем старик Вито Витторио. Флот пришлось формировать заново с новым командующим.

При мысли о своем бывшем наставнике Гранин оживился. Со старого адмирала сняли все обвинения в измене и назначили его главным инспектором тяжелого вооружения Альянса. Конечно, было бы справедливей вернуть Витторио пост главнокомандующего силами союзников, но, по слухам, тот же Рейнал, которому чем-то не угодил старый адмирал, использовал, и похоже с успехом, максимум своего влияния, чтобы все-таки задвинуть Витторио подальше на задний план. Тем не менее старик должен был тоже прибыть на общее совещание, назначенное высокими лордами на сегодняшний вечер, и Гранин был очень рад, что уже совсем скоро сможет с ним встретиться.

Он с трудом отвлекся от своих мыслей, кажется, сопровождающий их офицер о чем-то рассказывал… или спрашивал? Оказалось, тот почтительно осведомлялся, не был ли господин вице-адмирал ранее в здании Адмиралтейства.

Гранин вернулся на грешную землю.

– А, да, конечно, – подтвердил он, – правда, это было два года назад. Что-то изменилось здесь с тех пор?

– Я думаю, нет, – слегка смешался офицер, – правда, я служу здесь всего год. Но я только имел в виду, что поскольку здание внутри очень большое, то вам может потребоваться гостевая мини-карта.

– Да? Я думал, вы будете нас сопровождать все это время, – сказал Гранин.

– О, это было бы для меня большой честью, – заверил его сопровождающий, – но мне приказано вернуться в космопорт. Только что прибыл Кловис Мартанов, глава службы внутренней безопасности. Он тоже едет сюда.

Гранин мрачно переглянулся со своим адъютантом. Тот сделал многозначительное лицо.

– А ему-то что здесь надо, – нахмурился он, – уже ищет измену в самом Адмиралтействе? Мало он наследил на Денебе?

– Простите, господин адмирал? – сконфуженно улыбнувшись, переспросил офицер.

– Нет, нет, все в порядке, – Гранин уже овладел собой, – поступайте в соответствии с приказом. Только решите мне вопрос с мини-картой, чтобы я смог где-нибудь скрыться от Мартанова.

– Так точно, господин адмирал, – с растерянным видом кивнул сопровождающий.

«Вот сможет ли при виде Мартанова сдержать себя в руках бывший гранд-адмирал Вито Витторио? – пронеслось у Гранина в голове. – Кажется, это совещание обещает быть интересным».

Первым, кого Гранин увидел в широком атриуме Адмиралтейства, был временно исполняющий в настоящее время обязанности главнокомандующего силами Альянса, гранд-адмирал с тонкой талией и длинными пепельными волосами, стянутыми сзади в простой тугой пучок.

– Шикарно выглядишь, Хайди, – отдал первым честь младший по званию, – титул главнокомандующего делает тебя просто божественной.

– Здравствуй, Данил, – радостно улыбнулась Шерер, – спасибо за комплимент. Я рада, что ты приехал.

– Ну, с приказами не спорят, – заметил Гранин, – их выполняют. Хотя это не всегда приводит к положительным результатам.

– Что ты имеешь в виду?

– Я был бы рад встретить здесь и Мирослава Радвана, – сказал адмирал, – но, как ты знаешь, он погиб в системе эпсилон Пегаса, подчиняясь приказу сверху.

Лицо Хайди затуманилось, она перестала улыбаться.

– Каммил заплатил за это свою цену, – неожиданно тихо произнесла она.

– Если бы он больше внимания уделял разведке, то многие могли бы остаться в живых, – сухо сказал Гранин, – знаешь, два мертвых военачальника за три дня это чересчур для нашего флота.

Шерер на секунду отвернулась, и вице-адмиралу на мгновение показалось, что она прячет слезы. «Черт, – подумал Гранин, – женщина остается женщиной, даже если становится главнокомандующим силами Альянса. Неужели у нее что-то было с Акастой? – он припомнил какие-то давние слухи об их отношениях. – Вот же я идиот», – сказал он себе мысленно, чуть не вспотев от свой оплошности.

– Прости, Хайди, – я не имел в виду ничего плохого, – примирительным голосом произнес он, – мне жаль и Мирослава, и… – он слегка запнулся, – и Каммила. Прости, я ляпнул, не подумав.

Женщина подняла на него взгляд и кивнула с чуть виноватой улыбкой.

– Каждый из нас может ошибаться, – сказала она, – но ты прав, ошибки тех, кто отдает приказы, иногда слишком дорого обходятся тем, кто их выполняет.

Она слегка откашлялась и перевела разговор на другую тему.

– Какие вести ты привез нам из системы гамма Дракона? Надеюсь, хорошие?

– Я думал, вы здесь все уже в курсе, – ответил вице-адмирал, внутренне обрадовавшись перемене темы. – Васуда с головой влезла за портал, а с ними и наш друг Лайон.

– Мы больше в курсе о твоей личной работе в туманности, – сказала Хайди, – таких трофеев у Альянса не было со времен Великой Войны.

Она подошла чуть ближе и как бы ненароком огляделась:

– Император Васуды просто взял и поставил нам ультиматум, требуя предоставить ему возможность отомстить Шиве после твоих успехов. Трудно поверить, что они до сих пор так ненавидят шиван. Даже согласились ради этого на мир с Нео-Террой.

– Опасаешься, что союзники могут нас услышать? – тоже оглянулся по сторонам Гранин. Ближайшая шипастая голова какого-то васудианского военачальника была слишком далеко, чтобы разобрать их разговор.

– Буду опасаться, когда у них родится новый Имхотеп. Но и сейчас я не совсем понимаю их мотивы, – призналась Шерер.

– Я тоже, – подтвердил адмирал, – но лично я так вообще боюсь, что мое непонимание скоро перейдет в подозрения.

Хайди приподняла красивую черную бровь:

– Даже так? Тогда, может быть, тебе стоит поделиться ими с Мартановым. Представь, он тоже прибудет сюда, – сказала она, – я так понимаю, что это в его компетенции.

– Нет, Хайди, ты неправильно понимаешь, – усмехнулся Гранин, – и у меня вполне определенное мнение о нем и о методах его деятельности, ты уж извини. Конечно, это именно он помог мне оказаться в системе гамма Дракона, но знаешь, это из той серии, что не было бы счастья, да несчастье помогло. Хотя и встречаться с шиванами счастье тоже относительное.

– Прости, – сочувственно кивнула Шерер, – столько всего за месяц навалилось, что я немного позабыла ту историю.

– У главнокомандующего Объединенным флотом Альянса всегда много дел, – согласился вице-адмирал, – но я-то эту историю хорошо помню.

– Ну, если быть точным, у временно исполняющего обязанности, – поправила его женщина, – кстати, в ближайшее время, я слышала, будет решаться вопрос о его назначении.

– Хайди, я буду счастлив, если им останешься ты, – льстиво улыбнулся Гранин, – служить под твоим командованием для меня не зазорно.

Шерер внимательно посмотрела на вице-адмирала.

– Спасибо, милый, за еще один комплимент, – серьезным тоном сказала она, – но мне кажется, что есть более достойные кандидаты.

– Надеюсь, ты не имеешь в виду кого-то из васудианцев, – с притворным ужасом спросил Гранин.

– Ну, дорогой мой, теперь-то я вижу реальную цену твоим любезностям, – разоблачила его Хайди, – ты, по-видимому, считаешь меня обычной глупой женщиной.

Данил энергично запротестовал, но Шерер с улыбкой взяла его под руку.

– Да начала совещания еще два часа, пойдем, я угощу тебя коктейлем, – сказала она, посмотрев на часы, – ты герой нынешней войны, ты заслужил награду.

* * *

На одном из самых секретных уровней комплекса Адмиралтейства в небольшом, но роскошно отделанном зале, ровно в семь часов местного времени началось совещание высших военных чинов Альянса.

Стол на два десятка человек, сделанный в форме подковы, охватывал большую голографическую карту, на которой светились огоньки всех обитаемых звездных систем, и доходил своими концами до кресла председательствующего. Сегодня это кресло было предназначено для Кима Рейнала, первого лорда Звездного Адмиралтейства. Пока оно пустовало, в отличие от других мест за столом, которые уже были заняты высшими офицерами Земли и Васуды, приглашенными на эту встречу. Данил Гранин, получив согласно своему рангу место где-то посередине между собравшимися флотоводцами, застыл в хмурой задумчивости. Полчаса назад он получил сообщение от Вито Витторио. Бывший гранд-адмирал писал, что его участие в совещании было отменено по какой-то явно надуманной причине и просил Данила о встрече на следующий день. Согласовав с Витторио по коммуникатору время и место этой встречи, Гранин все никак не мог успокоить свое раздражение, шевеля губами в безмолвных ругательствах по адресу некоторых известных ему людей и демонстративно не обращая внимания на сидящего напротив Кловиса Мартанова, который, в противоположность ему, периодически бросал на вице-адмирала внимательные взгляды. Остальной высший цвет руководства Альянса – знакомые Гранину по прежней службе восемь людей и незнакомые шестеро васудианцев – негромко переговаривались, ожидая появления Рейнала.

Первый лорд, небольшого роста почти лысый человек в строгом гражданском костюме, появился в зале без нескольких минут семь, приветливо поздоровавшись сразу со всеми собравшимися, попросил всех без церемоний садиться и быстро прошел к своему креслу. Не садясь в него, Рейнал дождался, пока сойдутся тяжелые бронированные двери, отрезая зал от внешнего мира, и когда умолкнет шум разговоров.

Наконец, все стихло и стилизованные под старину часы отзвонили семь раз над затворившимися дверями. Первый лорд довольно улыбнулся, он обожал во всем пунктуальность.

– Господа, позвольте мне еще раз поприветствовать всех участников нашего сегодняшнего собрания, – с этими словами он слегка поклонился, – и начать нашу работу.

Вид у Рейнала был свежий, совсем не похожий на тот, каким он был месяц назад. Печать недосыпаний и волнений исчезла с его лица, казалось, что первый лорд успешно достиг всех своих целей и решил все тревожащие Альянс проблемы. Но когда он продолжил свою речь, то Гранину уже совсем скоро стало ясно, что это впечатление было обманчивым.

Первым делом Рейнал в красках описал, в каком катастрофическом положении находился Альянс всего лишь несколько недель назад.

«Поражение нашего шестого флота и гибель его командующего, затем вторжение шиван в дальнем тылу союзников в системе гамма Дракона, где наспех собранными силами едва удалось сдержать врага… Повсюду активизируется подрывная деятельность Нео-Терры, и среди военных множится число изменников. Лишь в результате самоотверженной работы службы ВБ удается разоблачить и подавить внутренних заговорщиков… Все это время экономика населенных секторов Альянса трещит по швам, изнемогая под бременем военных расходов…. С большим трудом и благодаря героическим усилиям союзников раньше всех установленных сроков сходит со стапелей «Колосс»… Но не успевает пройти и двух недель после его ввода в строй, как он получает серьезные повреждения, одержав пиррову победу над Нео-Террой в системе эпсилон Пегаса, причем сам главнокомандующий силами Альянса Каммил Акаста трагически гибнет на его борту».

Услышав это, вице-адмирал насторожился.

Пиррова? Это что же, первый лорд считает разгром всего Четвертого флота Коха пирровой победой? И почему он во всеуслышание говорит, что вторжение Шивы едва удалось сдержать? В своем отчете о результатах кампании в туманности, который Гранин уже давно переслал высоким лордам, вице-адмирал черным по белому указал, что разгромленные силы шиван были, скорее всего, только небольшим экспедиционным корпусом, отправленным к порталу, который каким-то образом привела в действие «Тринити». Лучше бы служба безопасности Альянса озаботилась именно этим вопросом!

Данил огляделся по сторонам, ожидая какой-либо реакции со стороны своих коллег на речь председательствующего, но те лишь задумчиво кивали, внимательно слушая Рейнала, а по внешнему виду васудианцев вице-адмирал мог прочитать не больше, чем по лицам каких-нибудь каменных статуй.

– Таким образом, вы понимаете, что решение Совета Альянса о перемирии с Нео-Террой стало на тот момент тяжелой, но неизбежной необходимостью, – наконец перевел дух Ким Рейнал, обводя взглядом слушателей, – и теперь мы должны поддерживать этот мир, по крайней мере, до тех пор, пока не будем точно уверены в ликвидации угрозы, исходящей от Шивы, – он сделал паузу и выпил бокал пузырящейся минеральной воды.

«Так вот в чем дело, – догадался Гранин, – а я-то думал, почему он все что можно черными красками мажет? Получается, наш министр после известия о появлении шиван перепугался и бросился в объятия к Акену Бошу. Ведь именно он лично и встречался с мятежниками после нашего первого поражения на эпсилон Пегаса. А теперь Ким, значит, выкручивает ситуацию в свою пользу, поскольку выходит, что он и некоторые высшие чины Альянса несколько поторопились со своим решением о перемирии. Действительно, Шиву мы отогнали, напустили сейчас на них союзников, теперь, по-хорошему, самое время додавить Нео-Терру. А нельзя, с ними мир. Да-а, опростоволосился наш Совет».

– Васуда дает торжественное обещание, что не уйдет из туманности, пока не разыщет и не разгромит главные базы Шивы, – проскрипел один из союзных флотоводцев с самыми высшими среди них знаками отличия, – мы расцениваем это сейчас как наш главный и священный долг.

Первый лорд благодарно склонил голову.

– Поверьте, мы даем высочайшую оценку вашим действиям, – признательным тоном сказал он, – благодаря вам, союзникам, мы можем дать хоть какую-то передышку земному флоту, который за полтора года войны уже подошел к опасному пределу. Нам надо хотя бы немного времени, чтобы перегруппировать свои силы, ввести в строй новые корабли, обучить их экипажи и пилотов.

– А насколько мы можем быть уверены в прочности мира с Нео-Террой? – задал вопрос адмирал, сидевший справа от Гранина. – Не ударят ли они нам в спину, пока мы будем заниматься реорганизацией нашего флота?

Рейнал сделал удивленное лицо.

– А никто и не объявлял о всеобщей демилитаризации, – сказал он, строго посмотрев на вопрошающего, – все три существующих направления к системам мятежников будут находиться под нашим контролем. При необходимости мы разместим там соответствующие этим нуждам силы. Но в любом случае, нам будет проще и менее затратно провести перегруппировку флота во время перемирия, чем во время войны.

– Ну, хорошо, допустим, мы сможем окончательно разгромить Шиву в этой туманности, – не сдавался настырный адмирал, – но дальше мы ведь опять вернемся к вопросу с Нео-Террой, которая к этому времени наверняка также с пользой использует передышку и укрепится в своих границах.

– Поясните, что вы имеете в виду под словами «вопрос с Нео-Террой», – нахмурился первый лорд.

Адмирал слегка развел руками.

– Ну, как же, – несколько недоуменно произнес он, – мы ведь не признали их суверенным государственным образованием, так или иначе, они мятежники. А мятежи рано или поздно, но надо подавлять.

– Мы поддерживаем эту точку зрения, – сообщил другой васу-дианец, – Акен Бош запятнал себя чудовищными преступлениями по отношению к Васуде. Мы согласны лишь на временное перемирие.

Первый лорд предостерегающе вытянул руки вперед.

– Господа, господа, – торопливо сказал он, – решение этих вопросов не входит в компетенцию сегодняшнего совещания. Этими делами занимается высший орган власти, Совет безопасности Альянса. Я конечно, как лицо, занимающее также пост министра обороны и являясь членом Совета, безусловно, донесу точку зрения адмиралитета до своих коллег, но сегодня мы занимаемся лишь военными вопросами, а не политикой.

Рейнал недовольно посмотрел на соседа Гранина.

– А вы, уважаемый адмирал Бохун, несколько забегаете вперед со своими высказываниями, – строго сказал он, – я как раз хотел сообщить уважаемому собранию о последней инициативе командования Нео-Терры, которая, я думаю, снимет ваш вопрос о прочности перемирия.

Гранин подметил про себя, что первый лорд избегает таких слов, как «мятежники», и не упоминает имени Боша, все время заменяя их нейтральными словосочетаниям типа «Нео-Терра и ее командование», хотя еще месяц назад не стеснялся их употреблять даже с более крепкими эпитетами.

«Интересно, чего такого ему Акен смог насулить, что министр таким вежливым стал», – подумал адмирал.

Но пока он над этим размышлял, Рейнал сделал сенсационное заявление.

– Командование Нео-Терры настоятельно требует своего совместного с нами участия в войне с Шивой, – невозмутимым голосом произнес первый лорд, – оно заявило, что в момент общей угрозы всем нашим расам мы обязаны забыть о прежних распрях и снова выступить единым фронтом против старого врага.

Глава 3

– Вот прямо так и заявил? – Витторио усмехнулся и краем глаза посмотрел на своего младшего товарища, одновременно стараясь не упустить из виду ярко-красный поплавок, который начал как-то подозрительно подрагивать на воде. – И наши союзники не линчевали его за это на месте?

– Я был бы только рад, если бы васудианцы это сделали, – сумрачно ответил Данил Гранин, – а еще, я был бы совсем счастлив, если бы мне кто-нибудь объяснил, за каким дьяволом Васуда и Нео-Терра, пихаясь локтями, так остервенело лезут в эту туманность, где нет ничего, кроме светящихся облаков ионизированного газа и выскакивающих из них кораблей шиван.

Он раздраженно сплюнул в сторону и постарался поудобнее устроиться на маленькой скамейке. Еще день назад Гранин с удовольствием бы принял чье-либо приглашение поудить рыбу на малых озерах Веги Квинты, расположенных в часе езды от центрального мегаполиса, о чем он мог раньше только мечтать, годами не сходя с палуб межзвездных линкоров. Но теперь, после совещания в Адмиралтействе, ему вдруг стало не до буколических радостей. Что-то снова назревало вокруг него, и Гранину отчаянно не хватало точной информации, которая могла бы пролить свет на загадочные для него действия врагов и союзников, которые преследовали понятные только им цели. Поэтому, когда Вито Витторио перенес назначенную встречу с вице-адмиралом в маленькое рыборазводное хозяйство, где управлялся, как он сказал, «его старый друг», то в тот момент Гранин испытал даже некоторое раздражение. И сейчас, начиная с того момента, когда они, неторопливо устроившись под сенью желтеющих деревьев на берегу маленького озера, закинули свои удочки в неподвижную темную воду, настроение адмирала улучшилось ненамного. Витторио же был совершенно невозмутим, слушая рассказ Данила о прошедших событиях, усмехался в свои густые усы и вообще был больше похож на сельского жителя, почти не вылезающего из своей глубинки, чем на известного флотоводца, выигравшего не одно звездное сражение.

Особенно в этой дурацкой шляпе. Интересно, где он ее откопал?

– Но ты же сам там был, – снова искоса посмотрел на Данила бывший гранд-адмирал, – неужели за порталом не было ничего такого, что могло бы дать ответ на твой вопрос?

Гранин в ответ только тяжело вздохнул и в свою очередь уставился на поплавок своей удочки, неподвижно замерший на спокойной воде.

– Кое-что было, – наконец ответил он мрачно – но, кажется, то, что было, я упустил.

– Ты имеешь в виду «Тринити»?

– Не только, помните, я писал вам про «Сандер»? Похоже, я и его проворонил.

– А вот я нет! – довольно воскликнул Витторио, выдергивая из воды очередную добычу, полуметрового донника. Он осторожно снял извивающуюся рыбу с крючка и бросил ее в корзину, где уже блестели чешуей ее товарищи, – сегодня я обещаю тебе хороший обед. И будь внимательнее, Данил, у тебя уже два раза клевало.

Гранин вздохнул еще раз, поведение старика начинало понемногу его раздражать. Ему стало казаться, что он зря приехал на эту встречу. Кажется, Витторио собирается совсем отойти от дел.

– Если все было так же просто, как ловить вашу рыбу, – сердито сказал он. – Я-то думал, что вы сможете дать мне более ценный совет. В конце концов, я столько лет учился у вас, гранд-адмирал. Вы же всю свою жизнь провели на войне, начиная еще с самого первого конфликта с Васудой тридцать семь лет назад, когда о существовании Шивы никто и не догадывался.

Данил раздраженно бросил свою удочку на берег.

– Впрочем, похоже, и теперь никто не догадывается, под какой откос все катится.

Витторио, не обращая внимания на настроение своего младшего товарища, не спеша взглянул на часы, чему-то задумчиво кивнул и вдруг грузно поднялся с места.

– Вообще-то я имел в виду, что я не упустил твой «Сандер», – неожиданно сообщил он, поправляя свою шляпу, – а ты, видимо, решил, что старик уже совсем съехал с катушек?

Гранин молча уставился на бывшего гранд-адмирала с пораженным видом, а тот довольный произведенным эффектом, улыбнувшись, поднял с земли корзину с пойманной рыбой и удовлетворенно взвесил ее в руке.

– Кстати, я не говорил тебе, как зовут владельца этих охотничьих угодий? – все так же довольно улыбаясь, произнес Витторио и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Это третий лорд Адмиралтейства Норис Сорги, мой старый знакомый. И он сейчас ждет нас с тобой к обеду. Но пока мы к нему собираемся, я посвящу тебя в небольшой секрет, связанный с причиной проведения нашей встречи именно здесь.

Третий лорд оказался приятным в общении, сильно пожилым человеком, на вид существенно старше Витторио. Все трое разместились на обед в уютной гостиной небольшого двухэтажного особняка с видом на озеро. Гранин, уже получивший один сюрприз от старого адмирала, за столом большей частью помалкивал, делая вид, что слушает, как его собеседники вспоминают славные дела давно минувших дней, времена, когда Земля и Васуда еще были заклятыми врагами. Оказалось, что третий лорд тогда тоже понюхал пороху, проходя военную службу старшим офицером на земном линкоре «Эйзенхауэр», том самом, который погиб в грандиозном сражении с васудианцами за звездный домен Веги. К счастью, почти все члены экипажа успели эвакуироваться на спасательных модулях с погибающего корабля, и Сорги был в их числе. Потом его перевели старшим помощником на другой линкор земного флота, знаменитый «Гайа», флагман первого флота, который разгромил своих будущих союзников во время их первого рейда в Солнечную систему. Там Норис и познакомился с командиром группы бомбардировщиков пилотом прима-класса Вито Витторио, уже завершавшим летную карьеру.

Гранин кивал время от времени, старательно делая вид, что внимательно слушает всю эту историю, но на самом деле из головы у него никак не выходили слова бывшего гранд-адмирала насчет «Сандера», мимоходом сказанные им на берегу озера. Получалось, что либо у Витторио была отменная выдержка, либо захват транспортника мятежников не дал никаких ценных данных. Во всяком случае, открытый ему старым адмиралом по дороге сюда «секрет» о том, что в руководстве Альянса существует что-то вроде оппозиции нарастающему влиянию Кима Рейнала, в которую входил в том числе и третий лорд, не казался сейчас Гранину чем-то более важным.

Тем временем домашний андроид подал на стол кофе и десерт. Витторио и Сорги тут же с удовольствием запыхтели сигарами, откинувшись на спинки своих кресел. Гранин задумчиво помешивал серебряной ложечкой кофе в своей чашке. Разговор про боевое прошлое закончился, наступила небольшая пауза, которую прервал третий лорд.

– Господин вице-адмирал, – обратился он к Гранину, – мой старый друг Вито рекомендовал вас как опытного военного и человека, которому можно доверять. Я знаком с вашим послужным списком, он производит серьезное впечатление. Ваши действия против Нео-Терры заслужили самых высоких похвал. Кроме этого, вы один из немногих офицеров нового поколения, снова встретившихся с шиванами.

Данил, не торопясь с ответным словом, молча кивнул головой и выпрямился в кресле, под внимательным взглядом выцветших голубых глаз третьего лорда.

– Насколько я знаю, вы и Вито несколько пострадали от излишней поспешности и служебного рвения Кима Рейнала и его людей, – продолжил Сорги, – и имеете основания быть этим недовольным.

Гранин пожал плечами.

– Но меня полностью восстановили в чине, – спокойно сказал он, – еще во время событий в системе гамма Дракона.

– Это так, – согласился третий лорд, – но мне думается, что вы могли принести гораздо больше пользы Альянсу, если бы вас не сослали тогда с линии фронта с Нео-Террой. На тот момент вы и ваш командующий Витторио были на пути к победе над мятежниками. И в любом Вито считал вас своим преемником.

– Да уж, и где теперь этот Вито? – неожиданно буркнул бывший гранд-адмирал, раскуривавший в это время потухшую сигару. – Заглядывает в дула тяжелым пушкам? Откровенно говоря, нас всех просто предали, в угоду одному торопыге из Совета.

– К сожалению, мы не смогли в тот момент защитить вас обоих, и это, безусловно, наша вина, – признался Сорги, – но, впрочем, и теперь аппаратный вес Рейнала слишком велик, для того чтобы мы могли просто так взять и убрать его с должности. Это сложно сделать даже после ряда военных неудач его команды и заключения им чересчур поспешного, на наш взгляд, перемирия с мятежниками. А сейчас нас очень беспокоит то, что Рейнал ради нейтрализации гипотетической угрозы со стороны Шивы готов пойти на полноценный союз с Нео-Террой.

– Я бы не назвал эту угрозу гипотетической, – спокойно заметил Гранин, – я был в туманности, и у меня создалось устойчивое впечатление, что мы разгромили, максимум, что-то похожее на пограничную заставу шиван на границе их мира. И что главные с ними сражения у нас еще впереди.

Третий лорд нетерпеливо кивнул.

– Признаюсь, термин «гипотетическая» не совсем точен, – согласился он, – здесь лучше было бы сказать о «контролируемой» угрозе.

Перехватив недоуменный взгляд вице-адмирала, Сорги слегка поморщился.

– Мы немного забежали вперед, – произнес он, – я объяснюсь чуть позднее. Так вот, что касается союза с Нео-Террой… – Третий лорд на секунду задумался и затем продолжил: – В придачу к тому, что такой союз может крайне осложнить наши отношения с Васудой, мы имеем все основания полагать, что за стремлением Акена Боша пересечь портал кроются совсем иные намерения, чем желание разгромить шиванские базы в туманности.

– Мне кажется, что у васудианцев в туманности тоже несколько иные намерения, чем те, которые они нам декларируют, – все так же спокойно заметил Гранин.

Норис Сорги остановился и с легким удивлением посмотрел на вице-адмирала.

– Вы знаете, я думаю, что от нашей с вами работы мог быть бы толк, – сказал он с нескрываемым уважением, глядя в глаза Гранину, – и заметьте, я даже не спрашиваю вас, как вы могли сами прийти к таким выводам. Но теперь вы понимаете, в какой сложной ситуации мы оказались? Любой неверный ход может привести нашу цивилизацию к тяжелым потерям, если не к гибели. Нео-Терра, Шива, а теперь еще и наш союзник с камнем за пазухой. А первый лорд твердит об угрозе только от шиван и готов не глядя отдать все наши козыри, лишь бы забыть об их существовании. Ему кажется, что все волки, залезшие в туманность, там передерутся, а агнец божий, как это сказано в одной старой книге, почиет в мире.

Гранин невольно усмехнулся этой аллегории, но тут же посерьезнел вновь.

– Нам нужен главнокомандующий, который будет способен адекватно оценивать все угрозы, как Альянсу, так и земным мирам, – веско продолжил третий лорд, не сводя внимательного взгляда с Гранина, – и который сможет их отразить.

Вице-адмирал уже понял, к чему клонит его собеседник и кого он видит в качестве командующего флотами Альянса.

– Насколько мне известно, Хайди Шерер временная креатура на своем посту, – сказал Данил, не подавая виду, что он понял не высказанное до конца предложение третьего лорда. – И в ближайшее время будет назначен новый главнокомандующий, выбранный из четырех-пяти кандидатур. Я правильно понимаю, что вы сможете настоять на избрании своего человека, даже если Ким Рейнал будет против?

Норис Сорги аккуратно почесал свой подбородок.

– То есть, вы согласны им стать? – ответил он вопросом на вопрос. – Нашим человеком? Если так, тогда мы готовы пролоббировать ваше назначение, – у третьего лорда был уверенный вид, – главнокомандующего назначает Совет лордов. Сейчас у нас есть поддержка большинства Совета.

Гранину вдруг тоже захотелось почесаться в ответ, но он быстро подавил это желание, положив на всякий случай свои ладони на стол. Несмотря на всю свою выдержку, он понемногу начинал волноваться. Шутка ли, такое неожиданное и многообещающее предложение! Вице-адмирал мысленно прикинул возможности главнокомандующего. Они были весьма обширны. Но хотелось бы сначала понять, насколько это предложение реально? И какую цену ему придется за это заплатить?

– Мое назначение вызовет недовольство остальных претендентов, – сказал он, – мне придется обойти, как минимум, пять адмиралов, старших меня в чине. И наверняка у Рейнала свое видение подходящей кандидатуры.

– Ну, тогда, в любом случае, вы ничего не теряете, если Рей-нал нас переиграет, – сказал Норис, – его отношение хуже к вам уже не станет. А насчет недовольства ваших коллег… – пренебрежительно хмыкнул он, – то до адмиральского мятежа точно не дойдет, уверяю вас. Тем более учитывая ваши боевые заслуги.

Вице-адмирал согласно кивнул, доводы третьего лорда звучали убедительно. Но у него оставался еще один не менее важный вопрос.

– Какие у меня будут обязательства перед вами, в случае моего назначения? – прямо спросил он. – Мне хотелось бы с самого начала расставить все точки.

Сорги переглянулся с Витторио, тот утвердительно кивнул головой.

– Обязательство у вас будет только одно… – после небольшой паузы произнес третий лорд, – ни в каком случае не допустить перехода флота Нео-Терры через портал Кносс.

Гранин, словно в поисках поддержки, тоже посмотрел на Витторио, и тот снова утвердительно качнул головой, как будто молча одобряя условие Нориса.

– Но даже главнокомандующий флотами Альянса не может по своему усмотрению начинать войну, – с расстановкой и выделяя каждое слово, произнес Гранин, – а именно война и начнется, если Бош будет прорываться к порталу силой.

Третий лорд с ледяным спокойствием дождался, когда вице-адмирал закончит свою тираду.

– Мы сделаем все возможное, чтобы официально денонсировать мирное соглашение, – сказал он, – я прекрасно понимаю ваши опасения. Но ситуация слишком серьезна, и может случиться так, что нас постигнет неудача, и тогда только от вашего решения будет зависеть судьба всех земных миров. И я должен знать, что вы примете правильное решение. Подумайте над этим.

Гранин послушно задумался, машинально прихлебывая остывший кофе. Его собеседник, вежливо предоставив ему возможность поразмышлять, откинулся на спинку кресла и окутался клубами сигарного дыма, время от времени бросая на адмирала острые взгляды.

Наконец, вице-адмирал вышел из задумчивости.

– Чтобы принять на себя такое обязательство, надо иметь серьезные основания, – решительным тоном сказал он, – я готов рискнуть своей карьерой и даже жизнью, если меня обвинят в измене, но должен понять ради чего.

Он посмотрел в выцветшие спокойные глаза третьего лорда.

– Выкладывайте карты на стол, господа, мне нужно знать, что задумал Бош и что скрывает Васуда. Я думаю, у вас есть, что мне сообщить. Тогда я и приму решение, если вы не возражаете.

Сорги снова переглянулся с Витторио, и тот в третий раз утвердительно кивнул своим тяжелым подбородком. Третий лорд огляделся по сторонам, словно желал убедиться, что в гостиной кроме их троих больше никого нет. Как будто удовлетворившись результатом, он снова посмотрел на Данила.

– Хорошо, – сказал он, – я думаю, это справедливое требование с вашей стороны.

Сорги поудобнее устроился в своем кресле, как будто собираясь начать рассказывать очень длинную историю.

– Что вы знаете об уничтожении «Люцифера»? – спросил он.

Гранин слегка наморщил лоб, он не ожидал такого далекого отступления в глубину минувших времен.

– Ну, то же, что и все, – осторожно сказал он, – согласно официальной версии линкор «Бастион» должен был перехватить шиванский джаггернаут в подпространстве во время его перехода к Солнечной системе. Но «Бастион» опоздал, попав в засаду васудианского «Молота Света», и ему пришлось отправить за «Люцифером» свой дивизион тяжелых торпедоносцев под командованием Петра Нестерова. Тот сумел провести свою группу в гиперворонку вслед за врагом и нанес ему уже в подпространстве решающий удар. Взрыв джаггернаута разрушил межзвездный мост. Во всяком случае, о «Люцифере» мы больше ничего не слышали. Я как раз тогда служил командиром батареи плазменных орудий на крейсере «Плато», нас должны были придать в охранение к «Бастиону». Но мы в свою очередь тоже к нему не успели, была страшная неразбериха, все ждали какого-то конца света.

Третий лорд задумчиво кивнул:

– Вам повезло, что вы служили на втором крейсере с таким названием. Первый «Плато» погиб через две недели после вторжения Шивы. У меня там были знакомые.

Норис махнул рукой, будто отгоняя неприятные воспоминания.

– Что там говорить, – нарушил свое молчание Витторио, – мы тогда потеряли две трети всего флота, а Васуда заодно и свою столицу.

– Да, кстати, о Васуде, к ней-то я и веду, – поднял свой указательный палец третий лорд. – Данил, вы не задавались вопросом, каким образом можно вести бой в подпространстве, – обратился он к Гранину, – и почему сейчас этого никто не делает?

– Естественно, задавался, – ответил вице-адмирал, – но в то время все же было засекречено, тем более для таких младших офицеров, как я. Ходили слухи, что это была утерянная технология Древних, которую уже окончательно утеряли вместе с торпедоносцами Нестерова. А сейчас и вовсе концов не найдешь, прошло больше двадцати лет.

Норис согласно кивнул:

– Да, так примерно и говорили. Но сейчас я расскажу, как это было на самом деле, – он поймал заинтересованный взгляд адмирала и слегка улыбнулся, – поверьте, ничего такого сверхъестественного. Ну, скажите, пожалуйста, как вы собираетесь целиться или стрелять, если вы и ваш корабль размазаны в виде квантов и странных частиц по эфирному мосту, соединяющему звездные системы, физическое расстояние между которыми десятки световых лет. Это просто-напросто невозможно, и естественно, все дело было в другом. «Люцифер», действительно, терял свою защиту, но не в подпространстве, а в момент перехода в него, когда он еще частично находился в нашем мире. Нестерову сказочно повезло, что его группа выпустила свои торпеды «Харбингер», а это были весьма мощные штуки, в самый подходящий момент. Но, к сожалению, его везение закончилось, когда его торпедоносцы провалились вслед за шиванским джаггернаутом в воронку перехода.

– Стало быть, они все погибли, – тихо произнес Гранин.

– Не факт, – возразил Сорги, – если они сумели пережить взрыв оставшейся части «Люцифера», на выходе с моста уже в Солнечной системе, то могли и уцелеть. Шансов, конечно, у них было не так много, но они все-таки были.

– Ясно, – сказал вице-адмирал, не выказывая, впрочем, особого удивления, – но непонятно, зачем только все это засекретили.

Третий лорд безнадежно махнул рукой.

– О, это одна из самых наших живучих традиций, – сказал он, – но неожиданно она привела к странным последствиям. Васудианцы решили, что у нас есть какое-то секретное супероружие, позволяющее уничтожать корабли в подпространстве. Думаю, это послужило дополнительной причиной их согласия сохранить и продлить союз наших рас. Зачем иметь врага, который обладает абсолютным оружием? Надо, наоборот, поддерживать с ним добрые отношения, по крайней мере, до тех пор, пока не удастся раскрыть его тайну. Самое смешное, что мы не скрывали от них ничего, просто так получилось, что сначала до них добрались слухи, а потом уже точная информация. В итоге они до сих пор уверены, что мы скрываем тайный прототип супероружия, чтобы в случае необходимости пустить его в ход. В последний раз они намекали нам применить наш «подпространственный уничтожитель» как раз во время последнего вторжения Шивы в систему гамма Дракона. Но, как вы, наверное, помните, вице-адмирал, файтеров с под-пространственными супербомбами мы вам не присылали.

Гранин невольно усмехнулся последним словам третьего лорда. – Я бы от них не отказался, откровенно говоря, – сказал он.

– А мы бы вам их, безусловно, отправили, – поддакнул ему Сорги, – если бы, конечно, они у нас были. Но это далеко не вся история.

Третий лорд откашлявшись, жадно хлебнул своего остывшего кофе и, слегка поморщившись, отставил чашку в сторону.

– А теперь давайте вернемся к самому началу войны с Шивой, на двадцать два года назад, – Норис забирался все дальше и дальше в прошлое.

«Так мы и до эпохи Древних дойдем», – мелькнула мысль у Гранина.

– Вы имеете в виду первое нападение шиван на земной патруль в системе Росс-128? – спросил он.

– Именно так, – кивнул тот, – три легких истребителя типа «Аполло» патрулировавших сектор, угодили в засаду к неизвестному врагу. После этого столкновения уцелевшие пилоты, возвращаясь обратно, по всей видимости, невольно вывели на свою базу корабли Шивы с печальным и предсказуемым результатом. В живых не осталось никого. Данные о нападении мы собирали через год по кусочкам из обломков станции, разбросанных по всему космосу. Естественно, что нас тогда заинтересовало, откуда могли прийти корабли шиван. В системе Росс-128 существуют только два межзвездных моста. Один из них ведет на Рибос и далее к нашим земным мирам, а второй уходит на Ларамис, в систему, которую в то время контролировала Васуда.

– «Шиване появились как будто ниоткуда», – третий лорд процитировал известную фразу и посмотрел на вице-адмирала, – ну, а сейчас нам уже известно, что они обычно появляются из порталов странной формы и происхождения.

Гранин ошеломленно уставился на Нориса, молча шевеля губами. Тот смотрел на вице-адмирала с довольным видом.

– Портал! В васудианском секторе был второй Кносс! – воскликнул Гранин, но тут же остановился. – Нет, не сходится. Зачем им тогда ломиться сейчас всем флотом через второй вход, если есть первый.

– Ну, здесь мы входим в область догадок, – заметил третий лорд, уже не удивляясь сообразительности Данила, – но я больше не буду испытывать ваше терпение и просто расскажу, какие предположения существуют у нас сейчас, про Васуду, про Шиву и, конечно, про второй Кносс.

Сорги с недовольным видом человека, у которого пересохло во рту, посмотрел в свою чашку и наказал домашнему роботу подать на стол минеральной воды.

– Официально считается, что шиване это безжалостные агрессоры, появляющиеся неведомо откуда и истребляющие все на своем пути, – наконец начал свою главную историю третий лорд, утолив жажду, – дескать, они не терпят, когда очередная цивилизация, достаточно развившись в технологическом плане, начинает путешествовать по эфирным мостам. Видимо, у них голова начинает болеть от шума подпространственных перелетов, – язвительно пошутил он, – поэтому они приходят к шумному соседу, устроившему вечеринку, и бьют его по голове, даже не попросив для начала убавить звук. Неплохая версия, если не считать того, что она вряд ли является верной.

– Я уже примерно представляю правильную версию, – пробормотал себе под нос Гранин, у которого разрозненные факты постепенно стали складываться в единую картину.

– Хорошо, поправите тогда меня, если будет нужно, – благодушно согласился Сорги, – но я все же продолжу. Итак, возвращаясь к нашей истории. С переменным успехом уже четырнадцатый год идет война между Землей и Васудой. И где-то к исходу этого времени, в одной окраинной звездной системе, какой точно не скажу, но точно одной из тех, что принадлежат васудианцам, обнаруживается загадочный портал. Конечно, я понимаю любопытство Васуды. Когда уже четырнадцать лет идет изматывающая война, то хороши любые средства, лишь бы ее закончить, причем желательно успешно. А здесь устройство неизвестной цивилизации. Вдруг удастся накопать что-нибудь интересное по военным технологиям. Неизвестно, как они догадались, что это портал, и тем более каким образом они ухитрились его включить, но в итоге дело было сделано. На противоположном конце Млечного Пути зашевелились злобные силы. Я не знаю, чем пресловутые Древние насолили шиванам восемь тысяч лет назад, но, видимо, те решили, что все дело начинается по новой. А может быть, это васудианцы, сунувшись за портал, чем-то обидели Шиву, кто знает? Но в результате очень скоро Васуда сообразила, что открыла ящик Пандоры. Воевать на два фронта не любит никто, наш министр Ким Рейнал может это вам с готовностью подтвердить, и потому наши будущие союзники решили подставить и нас под удар, благо что шиване не особо разбирались, с кем именно они воюют. Каким-то образом они заманили несколько шиванских кораблей в систему Росс-128, и тут уже в дело вступили мы.

– Представляю их разочарование после встречи с Шивой, – неожиданно хмыкнул Витторио.

– Лучше представь разочарование шиван, которые катком проехались по Васуде, заодно спалив ее центральную планету – сухо сказал третий лорд, недовольный тем, что его все время перебивают, – каково им было после этого, в одном шаге от окончательной победы, потерять свой неуязвимый ни для кого «Люцифер» от рук таких ничтожных врагов, как люди. Оказалось, что мы посильнее и Шивы, и Васуды. Короче говоря, после этой загадочной для всех победы нас стали опасаться и те и другие, и получилось так, словно мы сыграли партию в покер и на одном только блефе убили все их ставки.

Сорги снова налил себе воды.

– Ну ладно, теперь, можете задавать вопросы, – разрешил он. Наступило кратковременное молчание.

– Так все-таки, что случилось с первым порталом, который якобы запустили васудианцы, – наконец спросил Гранин, – его наличие портит всю картину. И потом, зачем наши союзники снова отчаянно лезут в гости к Шиве уже через Кносс, да еще почти всем своим флотом. Вряд ли они могут рассчитывать по ту сторону на радушный прием.

Третий лорд задумчиво пошевелил пальцами рук.

– Если взорвать рядом с таким порталом мессонную бомбу, то он сколлапсирует и разрушит звездный мост. А васудианцы вполне могли это сделать в конце войны или сразу же после ее окончания. Возможно, после гибели «Люцифера», на котором у шиван был центр общего управления, им было не так уж сложно пробраться к порталу, – вдумчиво произнес он. – И не забывайте, они понесли тяжелейшие потери, лишились центральной планеты. А взрывом портала они убивали двух зайцев сразу, закрыли путь для нового вторжения Шивы и заодно замели все свои следы. «Шиване появились как будто ниоткуда», – снова процитировал он. – Ну, а что касается сегодняшнего дня, просто представьте, прошло больше двадцати лет, Васуда давно оправилась от шока, переняла и освоила технологии, которые использовали шиване. И вот он – неожиданный подарок, второй портал. Самое время отомстить за свое прошлое унижение, отомстить сполна. Может, поэтому они и сформировали такой мощный ударный кулак. Кстати, судя по последним новостям из туманности, васуди-анцы разошлись не на шутку, они уже нашли и превратили в пыль несколько баз Шивы, и вроде бы не собираются останавливаться на достигнутом.

– Звучит правдоподобно, – согласился Гранин, – я имею в виду вашу версию про взрыв портала. Откровенно говоря, и я бы Кносс взорвал, единственно, только пропустив сначала на ту сторону заодно еще и флот Акена Боша. Пусть там они разбираются без нашего участия.

Сорги предостерегающе кашлянул и погрозил вице-адмиралу пальцем.

– Не торопитесь с такими решениями, молодой человек, – строго сказал он, – чего мы должны гарантированно избежать, так это встречи Акена с Шивой. А что касается взрыва Кносса, то этот вопрос еще рано обсуждать. Вы можете поручиться, что порталов существует всего два, а не десять к примеру? Найти такой объект в неактивном состоянии не такая уж простая задача.

– Ну, если честно, такая мысль мне еще не приходила в голову, – ответил Данил, – и меня опять же гораздо больше мучает вопрос, зачем еще и Бош рвется за портал? Лично я так и не смог это выяснить. Его крейсер, который мы отыскали в туманности, был тут же уничтожен шиванами, а сопровождавший его транспортный корабль… кстати, – он повернулся к Витторио, – вы же мне так ничего о нем и не рассказали!..

Бывший гранд-адмирал, захваченный вопросом врасплох, от неожиданности закашлялся сигарным дымом вместо ответа.

– Вы знаете про «Сандер»? – удивленно спросил третий лорд, поднимая брови.

– Естественно, – ответил Гранин с некоторым недоумением, – как раз мы и обнаружили, что он крутился вместе с «Тринити» в системе гамма Дракона. Правда, я узнал об этом слишком поздно, для того чтобы поймать его самому.

Норис несколько секунд озадаченно смотрел на вице-адмирала.

– А, ну конечно, – наконец выговорил он, – надо было мне сразу сообразить, что просто командиру линкора «Россия» сведения о местонахождении «Сандера», в общем-то, ни к чему. Знаете, вице-адмирал, – третий лорд оценивающе покачал головой, – я действительно буду счастлив, если у нас с вами получится поработать вместе. На самом деле, захват этого корабля дал нам очень ценную информацию о намерениях Акена Боша в отношении шиван. И кстати, помог приоткрыть еще одну тайну Великой Войны, я имею в виду васудианский «Молот Света».

– Да черт с ним, с этим «Молотом Света», – нетерпеливо перебил его Гранин, – давайте сначала о «Сандере».

– Ну, хорошо, – хитро улыбнулся третий лорд, – но только потом обязательно и о «Молоте».

Норис задумался и несколько секунд смотрел в потолок, снова испытывая терпение собеседника.

– Даже не знаю с чего начать: с хорошего или с плохого, – пробормотал он, – начну с хорошего, – наконец решил он.

Гранин сделал глубокий вздох.

– Что касается самой операции по захвату транспортного корабля, то она прошла, как обычно это у нас бывает, наперекосяк, но закончилась, к счастью, успешно, – сообщил третий лорд, – мы бы упустили «Сандер», если случайно не помогли бы союзники, помешавшие встрече «Айсини» с транспортником. Васудианцы не могли отказать себе в удовольствии обстрелять фрегат Боша в нейтральном секторе, и он решил изменить точку рандеву, чтобы не рисковать незащищенным гражданским кораблем. Тем более что одно судно, «Хинтон», бывшее вместе с ним, он все-таки потерял.

– Это случайно не того командира группы крейсеров союзников отдали под трибунал, – вспомнил Данил, – за нарушение перемирия? Я слышал об этом случае, но не знал, что они атаковали именно «Айсини».

– Да, именно этот случай, – сказал Норис, – его судили после на Васуде, – он улыбнулся и добавил, – дали вроде бы ему тюремный срок и орден с повышением в чине заодно.

Все трое дружно рассмеялись, в таком решении трибунала союзников для них не было ничего удивительного.

– Но благодаря его нечаянной помощи, мы все-таки перехватили «Сандер». Там еще была совершенно фантастическая диверсия нашего резидента, который прикрепил часовые адские машинки к двенадцати истребителям, вылетевшим эскортировать транспортник, но это тоже долгая история, – продолжил Сорги, – так или иначе, этот корабль оказался у нас, и более того, мы надеемся, что Бош до сих пор не знает о том, что «Сандер» попал к нам в руки. Мы взорвали в точке рандеву с мятежниками корабль-двойник, так что теперь адмирал не должен быть в курсе, чем завершилась его попытка контакта с шиванами.

– Контакта? – ошеломленно спросил Гранин. – Контакта с шиванами?

– Помнишь, я говорил тебе про проект ЕТАК, – вмешался продышавшийся наконец Витторио, – тогда мы все ошибались. Это не кротовые норы и не новое оружие большой мощности. Проект ЕТАК Акена – это технический способ наладить контакт с Шивой.

– И мы опасаемся, что это может привести к совершенно непредсказуемым последствиям, – сказал третий лорд, – похоже, Бош просто помешан на идее союза с шиванами, причем в этом союзе точно нет места Васуде, и мы не уверены, есть ли там место хотя бы для нас.

– Это просто какой-то черный властелин галактики получается, – озадачился вице-адмирал, – но откуда он получил столько нужной ему информации? И про Кносс, и про то, как выйти на одну волну с Шивой?

– Ну, не зря же он столько времени торчал на Денебе. Там тоже за какое-то время до мятежа велись раскопки того, что осталось от Древних, – снова подал голос Витторио, – а выгнали мы его оттуда совсем недавно. Причем ты же сам прекрасно помнишь, что «Айсини» оставалась там до последнего и даже чуть не попалась тогда к нам в руки. И к чему вся эта история привела, – тяжело вздохнув, закончил он.

Третий лорд развел руками.

– К сожалению, надо признать, что в этом отношении Нео-Терра оказалась далеко впереди нас, – произнес он тоже печальным тоном. – Бош целенаправленно искал нужную информацию и в итоге добыл все, что ему было необходимо. У Альянса не было такой конкретной цели, хотя нас это, конечно, не оправдывает.

– Ну, если судить по тому, что случилось с «Тринити», – Гранин вспомнил судьбу злосчастного крейсера, – первая попытка Боша пообщаться с Шивой явно не удалась. Хотя, может быть, он просто чего-то не учел?

– Вот поэтому мы не должны допустить второй попытки, – наставительно сказал Сорги.

– Хотя нам тоже было бы неплохо узнать, что на самом деле нужно шиванам, – немного помечтал Гранин, – на «Сандере» нашли соответствующее оборудование?

– К сожалению, нет, – вздохнул третий лорд, – «Сандер» оказался, как мы и ожидали, просто танкером, обеспечивавшим «Тринити» достаточным количеством энергоблоков для автономного звездоплавания. Это как раз из того плохого, что я хотел вам сообщить.

– М-да, об этом я не подумал, – разочарованно произнес адмирал, – но погодите, его команда должна же была что-то знать? «Сандер» ведь не просто так торопился обратно на Сириус?

Норис кивнул с подтверждающим видом.

– Вы правы, – сказал он, – мы действительно захватили на транспорте двоих человек, которые знали о деталях операции по установлению контакта с Шивой. Но, как выяснилось, они не успели получить всю нужную информацию с «Тринити». Нет, сначала-то все шло по их плану, мятежники запустили портал и, когда он стабилизировал межгалактический мост, благополучно совершили прыжок в туманность, где и передали предложение о контакте на шиванской волне. После чего снова вернулись на гамма Дракона и стали ждать гостей.

– Поверить не могу, неужели они расшифровали язык шиван? – вырвалось у Гранина, – Как у них это получилось? Неужели те поняли и ответили?

– Как ни удивительно, но на встречу с мятежниками прибыл шиванский драккар, – спокойно сказал Сорги, – но дальше все пошло не по плану. Раскрытие портала зафиксировал находившийся в системе «Виджилант», эти новые крейсера оборудованы очень чувствительными детекторами гравитационных всплесков. Он-то и оказался первым, кто после Великой Войны встретил Шиву, а вот мятежники на встречу опоздали, о чем, наверное, сильно потом жалели.

– Понятно, – кивнул вице-адмирал, – наш крейсер не стал контактировать с шиванами, а просто влупил по ним из всех орудий. Наверное, поэтому в дальнейшем «Тринити» в туманности ожидал такой «теплый» прием.

– Так, вероятно, и получилось, – подтвердил третий лорд, – капитан «Тринити», увидел легкие файтеры шиван, но разминулся с самим драккаром. Правда, затем ему посчастливилось захватить спасательный модуль с «Виджиланта», но он понял, что, во-первых, ему испортили всю обедню, а во-вторых, что у него почти не осталось времени. В системе могли очень скоро появиться боевые корабли Альянса, которые должен был вызвать на помощь «Виджилант». Но и возвращаться к Бошу обратно с полученным «результатом» капитан «Тринити» не посмел, он ведь должен был как-то убедить шиван, что произошла роковая ошибка и что на самом деле Шиве предлагается мир, а не война. Поэтому крейсер все-таки совершил свой последний прыжок в туманность.

– Где и сгинул, как того и заслуживал, – докончил за лорда Гранин.

– С другой стороны, может быть и неплохо, что мы хоть и случайно, но спутали Акену Бошу все карты, – рассудительно произнес Норис, – мы же могли до сих пор ничего не знать об этом и внезапно получить неожиданный и мощный удар с тыла. А так, мы хоть в какой-то степени контролируем ситуацию.

– Получается, Акен Бош все-таки не знает точно, удался ли его эксперимент, – резюмировал Гранин, – но, тем не менее, все равно хочет пробраться за портал.

– Где уже вовсю хозяйничают васудианцы, – добавил третий лорд.

– Взрывоопасная получится смесь, если они все там встретятся, – решил вице-адмирал, – а кстати, ежели мятежники сумели включить Кносс, может быть, они что-то еще о нем знают? – задал он логичный вопрос. – Откуда взялся портал в этом месте, кто его построил и так далее?

На лице Нориса появилось странное выражение.

– К сожалению, мы не успели выяснить все, что они знали, – слегка изменившимся голосом сказал он, – когда о захвате транспорта узнали в службе внутренней безопасности, то прибыл сам Кловис Мартанов с требованием передать этих двоих ему.

– Ему-то какого черта надо было? – возмутился Гранин. – Пусть занимается своими изменниками.

– Он именно так их и назвал, – ответил Сорги, – сказал, что людьми, предавшими Альянс, должен заниматься отдел внутренней безопасности, а не контрразведка. Формально-то он прав, это изменники, но теперь мы должны ждать официальных итогов его расследования, которые он обещал предоставить Совету.

– Честное слово, от этой службы внутренней безопасности больше вреда, чем пользы, – вырвалось у Гранина.

– Но может, это и к лучшему, – успокаивающе сказал третий лорд, – по крайней мере, Рейнал получит все сведения из рук человека, которому он доверяет. Может быть, тогда до него дойдет, что мир с Акеном Бошем не самый подходящий вариант для Альянса. Ну, а мы в принципе и так узнали все, что нам было необходимо.

– Хотелось бы надеяться, что Бош не получит всю эту информацию прямо от ВБ, – досадливо произнес адмирал.

– До такого, я думаю, не дойдет, – рассмеялся Норис, – Мартанов, конечно, мерзкий тип, но все-таки он служит Альянсу, а не мятежникам.

– Тем не менее условие моего назначения подразумевает возможность некоторых действий, которые тоже могут быть расценены как мятеж, – сухо заметил Гранин.

– Мы просто стараемся подстраховаться по всем направлениям, – перестав смеяться, серьезным тоном произнес третий лорд, – но я думаю, что до этого дело не дойдет. В любом случае последнее решение всегда останется за вами. Я только хочу, чтобы вы приняли его с полным пониманием всех возможных последствий. Поразмыслите над этим еще немного.

– Норис, а что ты хотел нам поведать о «Молоте Света»? – заинтересованно спросил Витторио, пока его бывший ученик погрузился на время в непростые размышления. – Я хорошо помню, что они немало выпили нашей крови во время Великой Войны и даже чуть не сорвали нам охоту на «Люцифера».

– А, ну это мои собственные измышления, – благодушно ответил третий лорд, не сводя своего острого взгляда с Гранина, – эти ребята ведь тоже держали сторону Шивы.

– Но они же были просто фанатики, которые поверили, что настал час их апокалипсиса, по каким-то древним предсказаниям, – вспомнил бывший гранд-адмирал, – и что все должны склониться перед Великим Разрушителем. А те, кто не склонится, заслуживают смерти. Насколько я помню, император Васуды объявил их вне закона.

– Ну да, была такая официальная версия, – подтвердил Сорги, – которую, правда, никто у нас толком не проверял, считалось, что это внутреннее дело васудианцев.

– Ты думаешь, они и с «Молотом Света» нас обманули? – подозрительным тоном спросил Витторио, после недолгого молчания.

– Почему бы и нет, – с равнодушным видом ответил третий лорд, наливая себе еще бокал пузырящейся ледяной воды, – я просто однажды провел параллель с нашим сегодняшним мятежным героем.

Он отпил глоток и с шумом прочистил горло.

– Может, был у них такой же Акен Бош, только с физиономией ящерицы, который тоже полез в портал, пока этого никто не видел, – задумчиво произнес он, – улавливаешь мысль?

– Но «Молот Света» плохо кончил, – сказал Витторио, – их же всех уничтожили вместе с последними шиванами. И я не думаю, что и те бы их пощадили, в случае своей победы.

– История склонна к повторениям, мой старый друг, – философски заметил Норис Сорги, – видишь, теперь и Акен Бош собирается пройти по тому же пути.

Услышав его последние слова, Гранин с шумом выдохнул воздух и твердо взглянул в выцветшие голубые глаза третьего лорда Звездного Адмиралтейства.

– Я принимаю ваше предложение, – отчеканил он.

* * *

Вышколенный официант вежливо принял заказ и бесшумно испарился. Гранин, подперев голову правой рукой, рассеянно водил пальцем левой по серебряной рукоятке столового ножа, лежавшего перед ним на белоснежной скатерти в числе прочих столовых приборов.

– Ты, чего это за нож ухватился? – шутливо спросила его сидевшая напротив за этим же столиком Хайди Шерер. – Эй, Данил, милый, ты здесь?

Гранин, витавший в мыслях где-то очень далеко, с трудом вернулся на грешную землю планеты Вега Квинта.

– Приличный здесь ресторанчик, – несколько невпопад ответил он, – надо будет запомнить. И как ты такие места находишь? Благодаря своему женскому чутью?

– А чему же еще, – рассмеялась Хайди, – ну может быть, еще благодаря тому, что здесь в домене Веги расположен штаб моего первого флота. Вот пока пользуюсь временем перемирия, вожу сюда нужных мне чиновников из столицы. Чтобы снабжение первого флота не хромало.

– Да уж, с таким, как ты, командиром, твои ребята не пропадут, – одобрил ее действия Гранин, – хотя, с другой стороны, когда я занимался тем же самым, чтобы поставить «Россию» вне очереди в док, мне очень хотелось выкинуть кое-кого в безвоздушное пространство. Без скафандров, конечно, – уточнил он.

– Это жизнь, милый, – философски вздохнула адмиралтесса первого флота, – никто ведь не знал, что война затянется до такой степени. Да и двадцать два года всеобщего мира нас порядком расслабили. Ох, прости за фамильярность – вдруг смутилась Хайди и чуть покраснела, – я забыла, что ты наш новый гранд-адмирал.

– Нет уж, давай сегодня без чинов, – слегка недовольным тоном произнес Гранин, – мы не на мостике линкора перед боем. Тем более я еще сам не освоился со своим новым назначением. За два дня к этому трудно привыкнуть.

– Слушаюсь, господин командующий, – шутливо подчинилась Шерер, – есть без чинов!

Гранин поглядел на нее со свирепым видом, но в этот момент появившийся официант, безмолвно поклонившись, налил в два высоких бокала ручной работы темно-красное вино.

– Прямо привидение, а не официант, – заметил свежеиспеченный гранд-адмирал, когда тот снова бесшумно удалился, – нашим бы стюардам у него поучиться. Ты представляешь, какую претензию предъявил мистер Уонир, главный стюард «России», во время нашего последнего сражения за Денеб? Он как раз поднимался на мостик с целым подносом чашек, когда у нас на сближении с противником началась самая стрельба. Но мистер Уонир у нас очень строгих правил и все делает по старым традициям флота, так что какое-то там разыгравшееся сражение никак не могло помешать ему доставить горячий кофе своему командиру. В итоге, – улыбнулся Гранин, – он все-таки добрался до мостика с одной целой чашкой и вручил ее Орнео, но обвинил рулевых, что, дескать, пока он был в пути из кают-компании на мостик, линкор нарочно все время круто поворачивал, и вот из-за этого весь поднос с кофе до места назначения не дошел.

Хайди, внимательно слушавшая эту историю, весело расхохоталась.

– Этот мистер, как его, Уонир, я смотрю, большой оригинал, – все еще смеясь, заметила она, – спасибо, Данил, забавная байка, я обязательно ее запомню.

Она немного посерьезнела и подняла свой бокал.

– А сейчас мы обязательно должны выпить за нового командующего флотами Альянса, – произнесла она, внимательно глядя в глаза Гранину, – мои искренние поздравления тебе, Данил. Я не знаю человека, более достойного этого поста, чем ты.

Тонкое стекло двух соприкоснувшихся бокалов нежно зазвенело, постепенно переходя в красивую классическую мелодию старых времен.

– Спасибо, Хайди, – негромко ответил гранд-адмирал, глядя в ее красивые карие глаза и вслушиваясь в тающие звуки волшебной музыки, от которой почему-то щемило сердце. Вздохнув, он пригубил вино.

Наступило короткое молчание, которое затем прервала Ше-рер.

– Кстати, Данил, весь наш народ волнуется, – загадочно начала она, – когда ты получал приказ о назначении, в каком галстуке ты был? В том самом, в котором уже пять лет заедает автоматика?

– Ну да, – немного растерянно ответил Гранин, – а какого?.. – он вдруг остановился и уставился на женщину. Хайди невозмутимо смотрела на него, и только в глубине ее глаз играла смешинка.

– Ах вы, паршивцы, – наконец медленно сказал он и усмехнулся, – неужели и про это знаете?

– Помилуй, дорогой, – все так же невозмутимо произнесла Шерер, – ты сам должен понимать, к каким печальным последствиям для Альянса может привести твоя небрежность в выборе галстука в такой важный момент. Ну, так признавайся же, не томи.

Гранд-адмирал в замешательстве покрутил головой.

– Да уж, рассказывая байки о других, всегда надо быть готовым к тому, что их будут рассказывать и о тебе, – с деланой досадой сказал он, – но кто же растрепал? Ну, хорошо, хорошо, – Гранин тяжело вздохнул, – конечно, я был в том самом галстуке. Альянс может спать спокойно. А я Орнео, наверное, голову отверну, – чуть погодя, добавил он, – вот мерзавец какой, а я ведь ему еще недавно помогал.

– Причем здесь Кролла, – удивилась женщина, – дорогой, да про это уже сто лет всем известно, – она улыбнулась, – по мне, так вполне себе милые сплетни, тем более по сравнению с тем, что тебя ожидает в ближайшем будущем. Некоторые адмиралы, особенно те, которых ты обошел при своем назначении, склонны к злословию.

– Плевать я хотел на это, – пренебрежительно махнул рукой новопроизведенный командующий, – другое дело, что мне надо набирать свою команду, а особо не из кого.

Он нахмурился:

– Лайон Сэра болтается в туманности вместе с васудианцами, а Витторио персона нон грата. Рейнал костьми ляжет, но не допустит его обратно.

– И чем ему старик дорогу перешел?

– Ну, надо же первому лорду найти виновных в своих неудачах, – сказал Гранин, – это известная история. Но и мне как-то неловко было бы ему приказания отдавать, он же мне совсем как учитель.

– Привыкай, Данил, быть главным, привыкай – усмехнулась Шерер, – но неужели у тебя и вправду так плохо с кадрами?

– Есть на примете несколько человек, – неопределенно ответил гранд-адмирал и, вдруг заметив на лице женщины странное выражение, спохватился: – Хайди, да ты-то что? Если я не упоминал о тебе, то только потому, что ты в моей команде по умолчанию.

– Спасибо за доверие, – чуть официально сказала женщина после небольшой паузы, – а то я уже начала понемногу беспокоиться.

– Извини, ради бога, – заторопился Гранин, – ты же знаешь, я не всегда такой. Вернешься целиком и полностью к своему первому флоту. Ты мне будешь нужна на Денебе.

– Да я от моего флота и не уходила никуда, – снова усмехнулась Шерер, – ты же понимаешь, что мое назначение на пост командующего флотами Альянса было на самом деле простой формальностью.

– Ну, не скажи, – возразил гранд-адмирал, – если бы не перемирие, еще неизвестно, что было бы. Коней на переправе не меняют, – вспомнил он древнюю поговорку.

Хайди многозначительно приподняла бровь:

– Коней, говоришь? Это кого ты сейчас имел виду под конем?

– Все-таки трудно с женщинами, – философски заметил Гранин, – тем не менее, ты мне нужна и именно там, где я говорил. Можешь статься, будешь штурмовать Сириус на своей старушке «Мессане».

– Не намного старее ваших кобыл, – парировала Шерер, – так вот, значит, какую роль ты мне готовишь. Что ж так? Перемирие с Нео-Террой не обещает быть долгим? Смотри, напугаешь Рейнала, так что он окончательно полысеет.

Гранин равнодушно пожал плечами:

– Ему еще повезет, если дело ограничится только этим.

Неожиданно зазвучал его персональный коммуникатор, отвлекая адмирала от беседы, и женщина на время осталась в неведении о взглядах ее нового начальника на мир с мятежной Нео-Террой.

– Прости, Хайди, буквально одну минуту, – Гранин начал читать сообщение. – Кстати, ты знаешь некую Мину Харгроув? – не отрывая взгляда от всплывающего перед ним текста, спросил он. Нет? Довольно известный физик, торчала вместе со мной у портала Кносс, пишет мне интересные вещи. Это, кстати, она убедила нас прыгнуть на «России» черт знает куда на край Галактики. Кролла ей до сих пор этого простить не может.

– И что же она пишет? – слегка ревниво осведомилась женщина, поставив локти на свой край стола и опершись точеным подбородком на ладони.

– Уверяет, что скоро сможет строить такие порталы самостоятельно, представляешь, – воодушевленно ответил гранд-адмирал, дочитывая сообщение, – мол, что они будут стабилизировать наши новые межзвездные мосты.

– Очень интересно, – металлическим тоном прокомментировала Шерер и отхлебнула вина из своего бокала, – а от тебя ей что нужно? Опять подопытный Кроллик?

– Смешно, – усмехнулся Гранин, – я ему обязательно расскажу этот каламбур, – он поднял глаза на Хайди. – На самом деле здесь другая история, очень запутанная. Я тебе сейчас расскажу. Мы случайно спасли ее подругу, тоже ученого, во время спецоперации против мятежников. Никто и не думал, что они живы.

– Они?

– Ну да, с ней была еще одна молодая девушка. Это какой-то детектив.

Шерер, вздохнув, только сокрушенно покачала головой и с вежливым, но холодным видом приготовилась выслушать историю гранд-адмирала про запутанный детектив с участием молодой девушки.

Дружеский обед двух высших офицеров Альянса уже подходил к концу, но новому главнокомандующему, гранд-адмиралу Гранину все-таки не удалось насладиться им в полной мере. Снова прозвенел его коммуникатор, настойчивой трелью самого высшего приоритета, отвлекая гранд-адмирала от десерта и от беседы.

– Беспокойное это дело, быть главнокомандующим, – проворчал Гранин, отставляя в сторону свою чашку.

– Неужели опять доктор Харгроув? – слегка иронично спросила Шерер, чуть раскрасневшаяся от выпитого вина.

Гранин отрицательно покачал головой, внимательно вглядываясь в текст. Его лицо вдруг стало очень серьезным, даже суровым, а лоб прорезала вертикальная складка. Шли секунды, и Хайди начала понемногу беспокоиться, уж слишком напряженным был вид гранд-адмирала, только что непринужденно шутившего с ней.

Когда, наконец, Гранин поднял взгляд на Шерер, его лицо оставалось все таким же серьезным.

– Плохие новости, – сказал он, словно отвечая на ее безмолвный вопрос, – около нашего замка все-таки объявился великан с девятью головами.

Глава 4

– Плохие новости, мой мальчик? Прошу, присаживайся, – дружелюбно улыбнулся главный инспектор флотов Альянса по тяжелому вооружению. В своей строгой военной форме, придававшей его грузной фигуре некое величие, Вито Витторио теперь совсем не походил на старого рыболова-любителя в потрепанной шляпе, каким Гранин его видел в последний раз.

«Мальчик» со знаками отличия гранд-адмирала послушно опустился в кресло для посетителей в скромном кабинете главного инспектора и огляделся. Все вокруг носило отчетливые признаки временности и неустроенности. Было похоже, что хозяин помещения не часто удостаивал рабочее место своим присутствием. Витторио поймал взгляд гранд-адмирала и утверждающе кивнул.

– За последний месяц я был здесь в своем кабинете Управления делами флота всего два раза, – с усмешкой сказал он, – и я даже представить не мог до этого, насколько у моего предшественника были запущены дела. То-то мы с тобой раньше все удивлялись, отчего у нас вечные проблемы с лучевым вооружением на линкорах и крейсерах. Будь я Мартановым, я бы сразу решил, что здесь окопались изменники, задавшиеся целью полностью обезоружить Альянс. Так что извини за беспорядок, мне постоянно приходится быть в командировках по базам Альянса, если не считать того единственного момента, – Витторио ностальгически вздохнул, – когда благодаря тебе и Сорги мне удалось денек отдохнуть.

– Ничего страшного, – Гранин осторожно вытер пальцем пыль с подлокотника своего кресла, – зато меня будет успокаивать мысль, что, по крайней мере, с тяжелым вооружением кораблей тылы у Альянса будут защищены. В отличие от всего остального, – с неудовольствием добавил он.

Витторио немного приподнял седую бровь:

– Ты имеешь в виду то, что произошло в туманности за порталом неделю назад? – спросил он. – Генеральную битву, которую васудианцы дали Шиве?

– Вообще-то я предвидел такой исход событий, – пожал плечами гранд-адмирал, – мне всегда представлялось маловероятным, что шиване будут ждать и спокойно терпеть то, как Васуда громит их базы. Другое дело, я как-то надеялся, что мы не увидим второго «Люцифера», но вот в этом, оказалось, я ошибся. Шиване все-таки построили новый джаггернаут, который преподал Васуде хороший урок.

Главный инспектор ненадолго задумался.

– Расскажи-ка мне обо всем этом поподробнее, Данил, – попросил он, – уровень доступа к информации у меня сейчас, сам знаешь, как у тыловика не очень высокий. А то, что я знаю из доступных мне источников, ограничивается тем фактом, что васу-дианцы все-таки нашли неделю назад в туманности главные силы Шивы и устроили им битву эпических масштабов, в которой враги понесли большие потери. И что наши союзники, как раз-таки вывели из строя этот новый джаггернаут Шивы, – он выжидающе посмотрел на Гранина, – или, как всегда, наши свободные средства массовой информации все переврали?

– Касательно того, что сражение было эпическим, то нет, не соврали, – подтвердил гранд-адмирал, – а вот то, что после него от флота Васуды остались рожки да ножки, это, безусловно, как-то выпало из новостных лент.

– Тогда понятно, зачем им в действительности потребовался этот «заранее спланированный отход в систему гамма Дракона для перегруппировки», – процитировал официальное коммюнике Витторио, – дьявол как всегда скрылся в деталях.

– На самом деле вернулся только «Псамтик», и тот весь в дырках, четыре крейсера и около двухсот файтеров, – безрадостно сказал Гранин, – они потеряли в том сражении четыре линкора класса «Тайфун» и около двадцати меньших кораблей.

Бывший адмирал в изумлении приоткрыл рот.

– Да что же там такое произошло? – потрясенно спросил он.

– Эпическая битва, – невесело усмехнулся Гранин, – как абсолютно точно выразились СМИ.

– А наши ребята понесли потери? – вдруг встревожился Вито. – Лайон докладывал тебе, что с его эскадрой?

– С ними все в порядке, – махнул рукой гранд-адмирал, – Сэра, к счастью, не успел вовремя подойти к месту сражения со своими кораблями. Еще до всего этого адмирал Анххаф отправил их прикрывать вход в портал. Он опасался, что часть шиванского флота попытается прорваться через Кносс в систему гамма Дракона.

Витторио облегченно вздохнул, но тут же снова принял серьезный вид.

– Так значит, все-таки это Альянс потерпел поражение? – спросил он.

– Не совсем так, – ответил Гранин, – на самом деле, у шиван вдобавок к своему джаггернауту был флот даже больше, чем у встретившей их Васуды. Видимо, они тоже вывели в бой все, что имели там под рукой. Союзники говорят про как минимум пять межзвездных разрушителей разных классов, не считая всей остальной мелочи. Ну и ребята в итоге просто сыграли на взаимное уничтожение. У Шивы как раз только и остался этот джаггернаут, об который васудианцы бились, словно волны об скалу, а почти все остальные свои корабли шиване тоже потеряли. Если честно, я таких сражений до последнего корабля даже и не припомню, – признался он.

– А я вот что-то похожее припоминаю, – потер лоб главный инспектор, – очень черный день для Земли, две тысячи триста тридцать пятый год, восьмого января. Это было наше последнее сражение с будущими союзниками перед вторжением Шивы. Мы тогда одних только файтеров потеряли около трехсот в этой мясорубке, а результатов, кроме такого же взаимного уничтожения, не было никаких. Из выпуска моего сына погибла треть всего курса, – с печальной нотой в голосе добавил он, – все те, кто был в этом сражении на тяжелых кораблях. Траур был по всем земным системам.

– Неделю шли траурные церемонии, – согласно кивнул Гранин, – я тоже хорошо это помню. Но сейчас результат есть, шива-не лишились целого флота, может быть даже всего.

– Хотелось бы надеяться, что всего, – произнес Витторио, но в любом случае васудианцев можно уважать за их упорство. Получается, они сделали, что смогли. В Великой Войне один межзвездный разрушитель врага мог легко справиться с двумя нашими линкорами, а теперь Шиву поставили на место. Хотя все равно, – он покачал головой, – потери очень велики, я думаю, Васуда сейчас тоже в шоке.

На лице Гранина появилось странное выражение.

– Ну, шоком я бы это не назвал, – с сомнением сказал он, – насколько я понял, васудианцы, наоборот, просто лучатся от счастья, что сумели хотя бы так отомстить тем, кто разрушил их планету. У них не траур, а какой-то всенародный праздник, и Анххаф герой дня. Он уже четыре дня требует у меня наш единственный и еще до конца не отремонтированный суперлинкор, чтобы, как он говорит, добить «Сатану».

– Сатану? – немного удивленно переспросил Витторио. – Я и не знал, что у них тоже где-то фигурирует сатана. Хотя я не силен в знании их религии.

– Я не успел вам объяснить про джаггернаут, – извинился гранд-адмирал, – просто этим именем его уже успели окрестить наши аналитические службы. Шиванский суперлинкор нового класса «Сатана». Кстати, он оправдывает свое название, вот извольте взглянуть, – Гранин быстро включил голограмму.

Витторио с неподдельным интересом наклонился вперед, рассматривая фигурку нового врага Альянса, парившую над его рабочим столом. Даже будучи только крошечной моделью настоящего шиванского монстра, она отнюдь не казалась безобидной. Привычного для шиван красно-черного цвета, чем-то похожее на ядовитое насекомое, вытянувшее вперед четыре лапы.

– Хотя васудианцы и уверяют нас, что если постараться, то можно завалить «Сатану» объединенными силами флотов, но я не думаю, что стоит просто так рисковать своими линейными кораблями, – продолжил тем временем Гранин. – А наш «Колосс», может быть, и сильный козырь, но он у нас всего один, и потом, линкор еще до конца не отремонтирован после того подарка, прилетевшего ему с «Рипалса».

– Он шесть километров в длину? – Витторио даже удивленно хмыкнул, читая высветившиеся под фигуркой строчки технических пояснений. – Это же в два раза больше, чем «Люцифер»! Почти как наш «Колосс». Только, судя по всему, намного массивнее. Получается, не мы одни строили за эти годы новые суперкорабли. А что это у него за четыре штуки впереди… – спросил он, – как растопыренные лапы?

– Там лучевые соты по одной на каждую «лапу», – пояснил Гранин, – это его главное оружие. По мощности такие же, как у «Люцифера», но у того было две, а у нынешнего джаггернаута четыре. Правда остальное вооружение относительно слабое, да и сам по себе, как сообщают васудианцы, это очень медленный и неповоротливый корабль. Знаете, мне даже показалось, что он довольно странной конструкции для военного корабля, – он пощелкал пальцами, пытаясь подобрать подходящее определение, – нерационально построенный, что ли…

Витторио перевел свой взгляд с голограммы на гранд-адмирала.

– Ты помнишь, что делал с нашими кораблями «Люцифер» только двумя своими лучевыми сотами? – негромко спросил он. – Он сжигал ими линкор за несколько минут. А здесь их четыре штуки.

– Так в том-то и дело, – попытался донести смысл своих слов до него Гранин, – я знаю, что это мощнейшее оружие, и два васудианских линкора в этом уже убедились. Но я же говорю, что-то здесь не так. У этих лучевых сот, несмотря на всю их мощь, очень узкий сектор обстрела, и все четыре из них смотрят только вперед. Как минимум триста градусов у них мертвая зона, да и сам «Сатана» неповоротлив, как старый бегемот. Вы бы стали строить такой линкор для настоящих сражений?

– Но они же построили, – возразил главный инспектор, – хотя знаешь, – он призадумался, – может быть, ты в чем-то и прав, выглядит этот корабль довольно необычно. Получается, что он беззащитен с задней полусферы?

– Увы, только не для лучевых батарей с наших линкоров, – с сожалением развел руками Данил, – васудианцы пилили его на протяжении всего боя, но у него броня толще, чем у любого известного нам корабля. Даже старина «Делакрой» по сравнению с ним жестяная банка. Предполагается, что только «Колосс» в состоянии прожечь броню «Сатаны», при условии, конечно, что сам не попадет под его залп, у нашего суперлинкора броня-то не такая толстая.

– Но с другой стороны, если это не настоящий джаггернаут, такой же как «Люцифер», то тогда что это? – задался вопросом Витторио. – Кстати, он, как свой предшественник, случаем не использует энергощиты?

– Как ни странно, нет, – ответил гранд-адмирал, задумчиво вращая вокруг своей оси голографическую модель нового шиванского монстра, словно пытаясь найти его уязвимые места, – у него только броня. Согласно спектральному анализу, по составу близкая к нашей неостали. Но в этом-то как раз нет ничего удивительного, это ведь у шиван мы и стянули новые для нас технологии по защите и вооружению кораблей. Васуда бы и пяти минут не продержалась в таком бою, если бы использовала плазменные пушки и старую композитную защиту для своих линкоров. А вот странно то, что шиване как будто предчувствовали, что мы окажемся такими способными учениками, и потому не стали ставить на «Сатану» энергетические щиты, неуязвимые для плазменных пушек, но бесполезные против тяжелых лучевых батарей.

– Боюсь, про то, что именно они предчувствуют, мы не скоро узнаем, – скептически хмыкнул Витторио, – надо исходить из того, что нам доступно, – он вдруг замолчал, внимательно рассматривая голограмму. – А не кажется ли тебе, что наш новый враг чем-то похож на большую самоходную орбитальную инсталляцию? – сделал он неожиданный вывод.

– Типа что-то вроде мобильной обитаемой зоны? – предположил Гранин. – Что ж, сходство есть, – гранд-адмирал снова повертел модель джаггернаута из стороны в сторону. – Воображаю, сколько шиван там тогда понапихано, целое осиное гнездо, – пробормотал он себе под нос. – Может быть, Анххаф и прав, если мы уничтожим «Сатану», то шиване постараются забыть к нам дорогу.

– Так ты насчет этого хотел со мной посоветоваться? – вопросительно посмотрел на него Витторио.

– Э-э, не совсем, – гранд-адмирал чуть запнулся, – что касается Шивы, здесь ситуация пока более или менее под контролем. Анххаф зализывает раны, а мы стягиваем в сектор силы двух ближайших флотов, чтобы сформировать серьезную группировку, способную решать оборонительные задачи. Вчера как раз прошло оперативное совещание нашего штаба по этому вопросу.

И в течение нескольких последующих минут Гранин, опуская лишние подробности, рассказал своему бывшему наставнику о разработанной его штабом стратегии действий против Шивы. Повествование гранд-адмирала было гладким, и Витторио время от времени одобрительно кивал массивным подбородком, положительно оценивая принятые решения. В сущности, действия нового командующего выглядели вполне логично и обосновано. Коль скоро Альянсу неизвестно, какие еще силы шиване могли сосредоточить в туманности, то проводить наступательные операции с риском наскочить на «Сатану» с подошедшим к нему подкреплением было бы верхом легкомыслия. Единственным суперлинкором Альянса, способным помериться силами один на один с новым порождением Шивы, тоже не стоило рисковать без крайней нужды. Поэтому в систему гамма Дракона стягивались корабли двух ближайших флотов союзников, но пока только с оборонительными целями, чтобы воспрепятствовать возможному прорыву шиван в земные миры. Эта схема была опробована еще в годы Великой Войны. Рядом с порталом, откуда мог появиться враг, устанавливались мессонные бомбы чудовищной разрушительной силы. Подрыв такого заряда приводил к схлопыванию звездного моста. После консультаций с физиком Миной Харгроув Гранин предложил немного изменить обычную последовательность действий. Первый заряд было решено разместить непосредственно рядом с Кноссом и детонировать его только в момент перехода по галактическому мосту главного шиванского джаггернаута. Если же в систему войдут другие корабли шиван, то их атаку должны будут отразить линейные силы Альянса, собранные в системе. Правда, оставался риск того, что шиванский авангард уничтожит мессонный заряд в суматохе боя, а затем в гости союзникам пожалует и сам «Сатана», которого уже нечем будет остановить. Поэтому гранд-адмирал предложил разместить второй мессонный заряд на недавно списанном линкоре «Делакрой», ветеране почти всех прошедших звездных битв. Старый линейный корабль в автоматическом режиме с бомбой на борту должен был подойти к порталу и взорвать или сам Кносс, или появившийся джаггернаут вместе с порталом. На самый крайний случай, если шиванам все-таки удастся прорваться в систему, третий мессонный заряд размещался рядом с межзвездными воротами на Капеллу. В годы Великой Войны технология производства бомб, рвущих мосты между звездными системами, только создавалась, и Альянсу удалось довести до ума только одну такую адскую машину, но теперь союзники не испытывали в них недостатка.

И только, если все звенья этой цепи окажутся слишком слабыми, чтобы удержать на привязи межзвездного волка нового Рагнарека, то тогда в дело вступит «Колосс».

– Замысловатая схема, – признался Витторио, выслушав своего младшего по возрасту, но не по чину товарища, и задумчиво постукивая костяшками пальцев по своему столу, – получается, сами ворота в преисподнюю вы собираетесь взрывать только в крайнем случае, если возникнет угроза прорыва «Сатаны»?

– Наши высоколобые физики полагают, что Кносс, как искусственный объект, стабилизирующий внутригалактический переход, может помочь им понять, как самим строить такие мосты, – ответил Гранин, – во всяком случае, ведущий специалист доктор Харгроув в этом уверена. Наши союзники пока тоже против преждевременного взрыва портала. Кажется, их по-прежнему сильно интересует туманность, не знаю, правда, с какой целью. Если верить их официальной версии, то согласно ей они собираются найти материнскую планету Шивы и сделать с ней что-то плохое, так сказать око за око. Но может быть это и правда.

– Действительно, и хочется и колется, – кивнул главный инспектор по тяжелому вооружению, – да черт с ним, с Шивой, ты только представь, что произойдет, если мы и вправду сумеем наводить свои звездные мосты куда захотим. Мы сможем тогда вернуть себе Солнечную систему, сможем дойти до новых, подходящих нам для жизни звездных систем, а не ютиться, как сейчас, по окраинам голубых и красных гигантов, ожидая, что они могут бабахнуть в любой момент. У нас ведь секторов, где звезда желтый карлик, как старое доброе Солнце, раз-два и обчелся. Наверное, все-таки надо рискнуть с Кноссом, игра определенно стоит свеч.

Витторио так воодушевился, описывая будущее человечества, что казалось, напрочь позабыл о реалиях сегодняшнего дня, но Гранин лишь несколькими последующими словами вернул его обратно к прозе жизни.

– Все дело в том, – со значением произнес он, – что нам, может быть, придется уничтожить портал в ближайшее время, невзирая на всю его потенциальную ценность, поскольку мы получили точную информацию, что адмирал Акен Бош со всем своим флотом в ближайшее время также собирается прибыть к Кноссу. Именно об этом я и хотел с вами поговорить.

Витторио прямо подскочил в своем кресле, не веря своим ушам:

– Не может быть! Когда это стало известно?

– Информация абсолютно точная и свежая, – заверил его гранд-адмирал, – от нашего резидента Кристо, прямо из штаба мятежников. Практически весь флот Нео-Терры сейчас находится на Ригеле и стянут к межзвездному переходу до альфа Центавра. Кристо гарантирует, что если по истечении семидесяти двух галактических часов Бошу не предоставят коридор, то адмирал пройдет переход силой. По всей видимости, Акен получил какие-то важные для себя новости и поэтому торопится.

– Но ведь дальше его дорога к Кноссу лежит через систему Васуды, – ужаснулся Вито, – если мы пропустим флот Нео-Терры через узел альфа Центавра, то это может привести к краху в отношениях с нашими союзниками!

– Я думаю, Бош прекрасно это понимает, – сказал Гранин, – раз собирается идти именно там, а не через мост Сириус – Денеб, например. Но, с другой стороны, Васуду Прайм прикрывает только группировка контр-адмирала Корфу, которая не сдержит удара всего флота мятежников. Поэтому васудианцам придется согласиться на предоставление коридора Бошу просто от безысходности, даже без нашего участия в переговорах.

– Поверить не могу, – все еще сомневался Витторио, – он действительно собрал весь флот? Это же безумие, теперь все его три системы можно брать голыми руками, если он уведет свои корабли к Кноссу.

– Взять-то мы можем, – невесело усмехнулся Данил, – но как бы их потом не пришлось отдавать обратно объединенному флоту Шивы и Нео-Терры, когда Бош сумеет договориться с шиванами.

– А если прямо сейчас взорвать портал?

– Можно взорвать, – согласился гранд-адмирал, – но я тогда вообще не берусь судить об ответной реакции Боша. Если адмирал бросает свои владения на произвол судьбы только ради того, чтобы дойти до Кносса, то, что он устроит Альянсу, когда узнает, что мы уничтожили внутригалактический портал? Наши основные силы сосредоточены в звездных системах Денеб и эпсилон Пегаса, и они никак не догонят флот Нео-Терры на дороге к туманности. А на пути Акена у нас слишком мало сил. Никому же и в голову не приходила мысль, что адмирал соберет одну ударную группировку из всех доступных ему кораблей.

– За трое галактических суток мы вполне успеем подвести наши флоты к альфа Центавра, – возразил бывший адмирал.

Гранин нетерпеливо махнул рукой:

– Бош уже собрал свои силы на Ригеле. Если он узнает, что мы двинули корабли ему навстречу, то не будет ждать ни одного лишнего часа, а не то что семидесяти двух. Вы забываете о том, что этот срок появился не из официального ультиматума, а из разведывательного донесения.

Наступило короткое молчание.

– И пустить нельзя и не пустить тоже нельзя. Что же ты мне полчаса рассказывал про свою стратегию у портала, – упрекнул гранд-адмирала Витторио, – если у нас тут с Бошем катастрофа.

Гранин пожал плечами.

– Информация пришла четыре часа назад, – сказал он, не обращая внимания на упрек, – я уже отправил сообщение в Совет безопасности и отдал приказ перевести все флоты в состояние повышенной боевой готовности. Но вы же понимаете, что я-то не могу своим решением объявить новую войну Нео-Терре. Это дело правительства. Только от его решения зависят дальнейшие действия адмиралов: передвигать флоты, взрывать порталы и так далее.

– Прости старика, – поспешно извинился Вито, – ты прав, сейчас дело за Советом.

– Я перевожу свой штаб на линкор «Эниши», новый флагман седьмого флота, – продолжил гранд-адмирал, – он только что прибыл в домен Веги. А пока мы ждем решение правительства о денонсировании мирного соглашения с Нео-Террой, мой штаб будет проводить подготовку к возобновлению военных действий. Я думаю, что мы сможем остановить Боша, хотя это и потребует больших жертв.

Гранин посмотрел на часы, произнес «мне пора» и поднялся с кресла, аккуратно оправив на себе мундир.

– Но остается одна серьезная проблема, – сказал он, убедившись, что привел себя в порядок, – вдруг, по какой-то причине правительство Альянса согласится сохранить перемирие и прикажет мне предоставить Бошу коридор до системы гамма Дракона.

Главный инспектор по тяжелому вооружению флотов тоже поднялся с места, ожидая, что доскажет его бывший ученик.

– Вы помните наш разговор в гостях у третьего лорда Адмиралтейства, – продолжил гранд-адмирал, и Витторио согласно кивнул, – так вот, тогда в этом случае согласно нашей договоренности, мне придется предпринимать действия, которые могут быть расценены руководством Альянса как мятеж.

Витторио вышел из-за стола и протянул руку Гранину.

– Я немедленно отправляюсь к Норису Сорги, – сказал он, – мой мальчик, мы сделаем все возможное, чтобы этого не произошло. Я буду поддерживать с тобой контакт по мгновенной связи.

Гранд-адмирала вдруг кольнуло нехорошее предчувствие, когда он ответил на рукопожатие своего старого учителя. Ему почему-то показалось, что они с Витторио больше никогда не увидятся. Гранин постарался отогнать от себя подальше дурные мысли.

– До скорой встречи, – как можно бодрее ответил он.

* * *

Рядом с узлом перехода Вега – Процион царило необычное оживление. Прибывший сюда новый линкор «Эниши», только недавно спущенный со стапелей Альянса, торопливо обзаводился положенной ему по статусу свитой. Его более чем двухкилометровый бронированный корпус был, словно рождественская елка, ярко освещен вереницами бортовых огней. Почти каждый час сюда один за другим прибывали боевые корабли Альянса и брат-близнец «России», второй по счету линейный корабль класса «Геката», вошедший в строй, встречал новых товарищей приветственными вспышками своих прожекторов. Прямо на глазах в домене Веги формировалась мощная боевая группировка, но кому и когда она нанесет свой сокрушительный удар, не знал никто, даже новый командующий флотами Альянса, гранд-адмирал Данил Гранин, державший свой флаг на линкоре.

Сейчас у гранд-адмирала, находившегося на мостике своего флагмана, было весьма плохое настроение. До предполагаемого форсирования армадой Боша межзвездного перехода Ригель – альфа Центавра оставалось только шесть часов, а в правительстве Альянса до сих пор все шли бесконечные консультации. Там то ли до конца не верили в намерения мятежного адмирала прорваться к Кноссу, то ли не могли договориться с васудианцами, внезапно осознавшими уязвимость своей центральной системы, о совместных действиях против Нео-Терры. Васуда и так уже успела обвинить командование землян в пренебрежении общими интересами, и отношения союзников начали трещать по швам. Третий лорд Норис Сорги время от времени слал гранд-адмиралу успокаивающие сообщения, но они не оказывали на Гранина необходимого умиротворяющего воздействия. Данил физически ощущал нараставшее вокруг него напряжение. Как командующий он прекрасно понимал, что уже совсем скоро ему придется принимать решения, которые в лучшем случае будут стоить ему карьеры, а может быть, и не только ее. Кроме того, его сбивали с толку два практически одинаковых сообщения от Сорги и Витторио, которые он получил, не успев взойти на палубу «Эниши». Главный инспектор по вооружению зачем-то срочно улетел в систему Васуды сорок часов назад, оставив Гранину странное послание. В нем он просил и очень настойчиво, чтобы гранд-адмирал безотлагательно организовал краткосрочные командировки (причем не имело значения куда) своим трем подчиненным офицерам из высшего командования в системе Васуды. То есть в том же самом месте, куда и отправился Витторио. Не успел гранд-адмирал подумать, что его бывший наставник сошел с ума, как об этом же его в спешном шифрованном сообщении, пришедшем через несколько часов, попросил и третий лорд. Гранин справедливо рассудив, что с ума сходят поодиночке, с неохотой, но выполнил эту странную просьбу, постаравшись как можно незаметно встроить свой приказ в чехарду вызовов и перемещений захлестнувшую вооруженные силы Альянса в скором ожидании новой войны. Но самой странной и непонятной вещью, которую он получил от Витторио и которую он сейчас держал в руках, был обычный конверт из квазибумаги, только что собственноручно привезенный к нему на линкор молодым офицером, служившим адъютантом у Вито. Это был простой запечатанный пакет, на котором твердым почерком бывшего адмирала с его легко узнаваемой размашистой подписью в конце было написано: «Вскрыть только в том случае если флот Нео-Терры перейдет мост Ригель – альфа Центавра». Только безграничное уважение, которое испытывал гранд-адмирал к своему бывшему наставнику сдерживало желание Гранина разорвать конверт и разом разъяснить все эти загадки. От невеселых мыслей гранд-адмирала отвлек его помощник Рихан Крэйг.

– Прошу прощения, господин гранд-адмирал, – почтительно сказал он, – прибыл тяжелый крейсер «Наксос» с эскортом.

Гранин, в очередной раз подавив в себе желание вскрыть конверт, сунул его в карман и поднялся со своего места, чтобы немного отвлечься. На мостике линкора были включены все виртуальные панели, и адмирал мог с легкостью наблюдать боевые корабли, собравшиеся вокруг его флагмана. «Наксос», только что совершивший ближний прыжок, погасил серебристые сполохи исчезающей подпространственной воронки на своем восьмисотметровом корпусе и теперь средним ходом приближался к «Эниши», эскортируемый четырьмя новыми тяжелыми перехватчиками. Формирование соединения было почти завершено, оставалось только дождаться еще два легких крейсера с десятком файтеров сопровождения – и можно было начинать выполнение боевых задач. Вопрос был только в том, каких именно. Гранд-адмирал снова посмотрел на свои часы и беззвучно выругался, до часа «Икс» оставалось все меньше и меньше времени.

– Передайте приказ на все соединение, – сказал он своему помощнику, – полная походная готовность, через шесть часов мы начнем движение.

– Так точно, – поворачиваясь к панели управления, отозвался Крэйг и вдруг запнулся, – прошу прощения, а куда именно будет проложен курс?

Гранин на секунду задумался.

– Пока это закрытая информация, – решил он, – командуйте, Рихан, а я пока буду в рубке связи.

Гранд-адмирал быстро спустился на один уровень ниже мостика линкора, туда, где находилась служба связи корабля. Там он обнаружил только одного дежурного офицера, беззаботно сложившего ноги на стол, заваленный копиями шифрованных сообщений. При виде начальства он мгновенно вскочил на ноги, на ходу отдавая честь и одновременно стараясь удержать вихрем взлетевшие в воздух невесомые листки. В другое время Гранин устроил бы разгильдяю хороший нагоняй, но в этот раз он был слишком сильно занят своими делами.

– Так, – произнес Данил ледяным тоном, – если через одну минуту сможешь устроить мне сеанс мгновенной связи с первым лордом Адмиралтейства, то выйдешь отсюда целым и невредимым.

– Есть, через одну минуту! – офицер опрометью бросился к своему рабочему месту с такой скоростью, что в воздухе снова завертелись листки бумаги. Правда, не через одну минуту, но уже через две, он радостно завопил: – Господин гранд-адмирал, адресат в зоне досягаемости! Идет вызов!

– Переведи канал на мой коммуникатор, – слегка поморщившись от его крика, произнес Гранин, – уровень шифровки ноль, и э-э… подожди за дверью. Не пускать сюда никого, даже капитана линкора.

Обрадовавшись тому, что он так легко отделался, дежурный офицер связи с криком «Так точно!» вылетел за тяжелую дверь, даже не задумавшись, почему у гранд-адмирала оказалась такая странная прихоть: спуститься в связную рубку вместо того, чтобы заказать разговор там, где ему заблагорассудится.

В действительности, Гранину просто было нужно для разговора спокойное и уединенное место, поскольку он отнюдь не желал посвящать в свою беседу с Рейналом всех вахтенных офицеров с мостика «Эниши». Он мог бы перейти в оперативную комнату линкора или даже вернуться в свои личные апартаменты, но не хотел тратить уходящее время на передвижение туда и обратно. В этом смысле рубка связи была наиболее удобным местом. Не мог же он, в самом деле, главнокомандующий флотами Альянса, запираться в гальюне рядом с мостиком для конфиденциального разговора.

Рейнал не отвечал довольно долго, и Данил начал быстро терять терпение. Наконец, в тот момент, когда он собрался уже замысловато выругаться, обложив министра по старой флотской традиции с самых разных сторон, перед ним вдруг появилось лицо Кима Рейнала. Первый лорд снова выглядел уставшим и потрепанным.

– Добрый день, господин командующий, – голос Рейнала был слегка охрипший, словно от многочасовых дебатов, – чем могу служить?

Гранин, уже начавший выговаривать витиеватое ругательство, вовремя остановился, взял себя в руки, и тоже учтиво поздоровался с министром.

– Прошу прощения за беспокойство, – так же вежливо продолжил он, – но у меня крайняя потребность знать, какое решение собирается принять Совет Альянса в отношении перемирия с Нео-Террой.

Глаза Рейнала неожиданно забегали по сторонам.

– Весьма странно, что вы не в курсе наших решений, – произнес первый лорд, – но мы твердо считаем сохранение мира с Нео-Террой крайне необходимым.

Гранд-адмирал на секунду потерял дар речи.

– То есть вы считаете сведения нашей разведки недостоверными, – стальным тоном спросил он, – что Акен Бош собирается со всем своим флотом в ближайшее время прорваться к Кноссу, независимо от того, пропустим мы его или нет?

– Помилуйте, господин гранд-адмирал, – воскликнул Рей-нал, по-прежнему глядя куда-то в сторону, – мы не имеем ни малейших причин препятствовать движению нейтрального к нам флота. Даже наши союзники васудианцы согласились дать возможность адмиралу Акену Бошу нанести удар Шиве.

– У меня есть определенные сомнения в том, что он собирается нанести удар именно Шиве, а не нам, – Гранин сдерживался изо всех сил, – вы же получили полную разведывательную информацию, в том числе и с транспорта «Сандер». Неужели вы думаете, что здесь Альянсу не о чем волноваться?

– Мой друг, – тон министра был самым дружелюбным, но Гранина от него прямо передернуло, – вы же знаете старую поговорку про самого кошмарного врага. Как там она звучит? – Рей-нал слегка наморщил лоб. – Гм, а вот… «Чтобы победить его, я готов спуститься в ад и заключить союз с самим Сатаной»… Так, по-моему, сказал один из наших великих предков. Поэтому, дорогой гранд-адмирал, пусть даже Бош для нас и Сатана, но нам он нужен, поскольку он готов воевать с Шивой. И кстати, я также не вижу поводов для беспокойства в стремлении адмирала установить контакт с шиванами, мы этим и сами занимались в Великую Войну. Может быть, нам все-таки удастся им втолковать, что Альянс теперь не по зубам Шиве.

– Не там вы сатану нашли, – угрюмо сказал Гранин, – и как бы нам не пришлось об этом сильно пожалеть впоследствии. А то, что мы шиванам не по зубам, надо им не втолковывать, а показывать наглядно. И кстати, это гораздо доходчивей.

– Перестаньте, – пренебрежительно махнул рукой министр, – мы всегда принимаем взвешенные решения, главное, чтобы военные их выполняли соответствующим образом. А вот с этим бывают проблемы, особенно, когда они начинают заниматься самодеятельностью, – его голос стал слегка угрожающим.

Данил мысленно сплюнул, в принципе, можно было уже заканчивать этот разговор, гранд-адмирал получил всю нужную ему информацию. Плохо бы только то, что информация оказалась для него крайне разочаровывающей.

– Господин гранд-адмирал, – тон первого лорда снова стал елейным, – я понимаю ваше беспокойство, Нео-Терра слишком долго была вашим врагом. Но мы приняли все меры предосторожности, на флоте Акена Боша находятся наши наблюдатели, его корабли двигаются в походном положении, если так можно сейчас выразиться, с зачехленными орудиями. Никто и не собирается прорываться сквозь наши системы с боем. Пусть Акен дойдет до Кносса, даст сражение Шиве, а там мы посмотрим.

– Вы совершенно напрасно ему верите, – равнодушно произнес Гранин.

Министр прямо-таки всплеснул руками от обиды.

– Дорогой Данил, – воскликнул он, – а вы совершенно напрасно так говорите, я, вообще в принципе, никому не верю. Это, знаете ли, первое правило государственного деятеля. И дело здесь даже не в моем доверии. Как вы не можете этого понять? Васудианцы потеряли добрую половину своего флота, если не больше! Где-то за порталом рыскает шиванский джаггернаут, а «Колосс» все еще ремонтируется! Нам просто необходим еще один заслон перед Шивой, и пусть им будет флот Нео-Терры, раз Бошу так хочется. К тому же это мы взяли Акена за яйца, а не он нас. В любой момент флот Альянса может вторгнуться на Сириус и Полярную. Нео-Терре их сейчас просто нечем защищать. А затем мы можем легко запереть его в системе гамма Дракона, после чего ему останется лишь сдать свои корабли и надеяться на амнистию.

Гранин не стал повторять первому лорду свои соображения по этому поводу. Он был достаточно опытным человеком и видел, что это будет абсолютно бесполезно. Пока Акен Бош не огреет Рейнала в очередной раз дубиной под названием «предательский удар сзади по голове», тот, как обычно, будет держаться за свою точку зрения.

– Могу ли я при необходимости взорвать Кносс, если обстоятельства этого потребуют? – деловым официальным тоном задал он последний вопрос.

– Ни в коем случае, – замахал руками министр и вытер рукой вспотевшую лысину, – только по специальному разрешению Совета безопасности. Кстати, – озабоченным тоном продолжил он, – примерно через два часа мы как раз и отправим вам список директив, принятых Адмиралтейством и обязательных к точному и немедленному исполнению.

Гранд-адмирал молча кивнул, он уже думал о своем. Но Ким Рейнал еще не закончил.

– Насколько я знаю, вы собрали приличную по размерам эскадру в нашей системе, рядом с узлом перехода на Процион, – сказал он, – это прекрасно, боевые корабли понадобятся нам здесь. Нашей столице в домене Веги нужна защита. На всякий случай. Пока это я вам для информации, но будет и специальная директива, – министр почесал нос и вполголоса пробормотал: – От Боша, действительно, можно ждать чего угодно. Лучше подстраховаться.

Вдруг лицо его озарилось какой-то гениальной мыслью.

– Да, кстати, можно и первый флот от Денеба поближе к столице подогнать, – удовлетворенно произнес он, – для гарантии.

– Хорошо, – равнодушным голосом сказал Гранин, которому уже смертельно надоела беседа с министром, – я жду от Совета точных и недвусмысленных указаний, разрешите откланяться?

Не успел Рейнал произнести «До свида…», как гранд-адмирал отключил мгновенную связь со столицей и погрузился в мрачные раздумья, совсем забыв, что за тяжелой бронированной дверью рубки мается и никого не пускает внутрь провинившийся дежурный офицер связи.

Через несколько часов, когда Гранин уже снова находился на мостике линейного корабля, в полном соответствии с предсказанным разведкой временем, пришло срочное сообщение с форпостов Альянса в системе альфа Центавра о том, что флот Нео-Терры начал переход межзвездного моста. Гранд-адмирал воспринял эту новость на первый взгляд абсолютно спокойно, лишь только снова взял в руки и несколько минут задумчиво разглядывал список директив Совета, собственноручно присланный ему Рейналом два часа назад. Затем он смял листок, небрежно бросил его на ковролит и подозвал к себе Крэйга.

– Приказ первый. Всему ударному соединению. Начинаем движение к планете Вега Квинта, – ровным безучастным голосом произнес он, – приказ второй. Первому флоту немедленно двигаться в домен Веги. Передать Хайди Шерер на линкор «Мессана».

Гранд-адмиралу нелегко дался этот спокойный тон. Но сказав роковые слова, мгновенно разделившие его прошлое и будущее, он вдруг почувствовал душевный стыд. Рубикон не был перейден, дорога для Акена Боша была открыта, а он, Гранин, не сдержал свое слово, и теперь ему будет невыносимо даже встретиться глазами с Витторио. Гранд-адмирал вдруг вспомнил про пакет, присланный ему бывшим наставником. Он быстро вытащил его из нагрудного кармана и торопливо вскрыл, не обращая внимания на окружающих. Внутри конверта оказался небольшой лист квазибумаги, густо покрытый буквами.

Нахмурившись, Данил приложил к нему свой декодер и углубился в текст. Через минуту его помощник Рихан Крэйг искоса, но внимательно наблюдавший за своим начальником, вдруг заметил, что гранд-адмирал начал меняться в лице. Наконец, дочитав послание Витторио до конца, Гранин поднял ошеломленный взгляд на своего адъютанта. Многоопытный Крэйг спокойно и выжидающе смотрел на своего командира, готовый выполнить любое его приказание.

Наконец, гранд-адмирал справился с собой.

– Я отменяю оба своих распоряжения, – произнес он голосом, хриплым от скрытого волнения, слова, которые от него никто не ожидал: – Соединению, полная боевая готовность! Готовиться к переходу через мост Вега – Капелла! Конечный пункт – система гамма Дракона!

Глава 5

– Это что же, мы вроде как почетный караул при встречающей делегации? – Алекс Маршан даже усмехнулся своим словам. – Никогда бы не подумал, что мне придется когда-нибудь приветствовать салютом корабли Нео-Терры, – он похлопал рукой в теклитовой перчатке по подлокотнику пилотского ложемента своего новенького перехватчика «Персей», – сколько мы уже здесь торчим, Мак? Часа два?

– Два с половиной, если возьмешь на себя труд взглянуть на свои бортовые часы, – ответил по интеркому его педантичный товарищ по эскадрилье, – а насчет караула, то мне кажется, что мы больше похожи на охрану при этих крошках, чтобы Бош не упер их за собой.

При упоминании о «крошках» Маршан невольно хмыкнул и тут же завистливо вздохнул. Это он должен был их так назвать, как самый остроумный пилот в группе. Все-таки Мак-Квирилл, несмотря на кажущуюся медлительность, иногда оказывается впереди Алекса. Он бросил взгляд на близлежащую «крошку» и снова поразился ее размерам. Почти как легкий крейсер в длину, но столько же и по двум другим осям координат! Стационарная лучевая батарея класса «Молния» невиданной никем прежде мощи. Такие же, как говорят, стоят на единственном суперлинкоре Альянса, который сейчас где-то ремонтируется после неудачного поцелуя с «Рипалсом». По сравнению с этой батареей, похожей по форме на огромный шестиугольник, автоматические сторожевые орудия «Аластор», болтавшиеся рядом, казались карликами, впрочем, как и восемь легких перехватчиков «Персей», зависших в двух астрометрах поодаль от них. Непрерывно вращающееся вокруг шестиугольной конструкции кольцо охлаждения с лопухами радиаторов чем-то напоминало древнюю карусель. «А чего это оно интересно крутится, как будто в боевом режиме», – пришло вдруг в голову пилоту. Он поочередно перевел увеличение на остальные семь батарей, расположенные вокруг узла межзвездного перехода, и с удивлением обнаружил то же самое. Маршан быстро поделился своими наблюдениями с товарищами по эскадрилье.

– Ну, знаешь, может быть, наше командование опасается какого-нибудь сюрприза от флота Нео-Терры. Тут вон и васудианская эскадра чего-то забыла, собралась в полном составе, – авторитетно заметил в ответ на его сообщение Герик Моулин, уже почти переставший заикаться, как он утверждал, благодаря недавним лечебным процедурам курорта Лебедя Прайм.

– А как бы ты поступил на их месте, если бы через твою систему собиралась пройти целая вражеская армада? – вступил в беседу Стефан Томальски, уже давно освоившийся среди своих новых товарищей по двести сорок второй эскадрилье «Королей самоубийц».

– Ну, какая вражеская, Стефан, – протянул Алекс, – у нас мир с Нео-Террой уже с месяц, и вообще они с Шивой отправляются воевать. Говорят, за порталом какой-то страшный зверь объявился вроде новой версии «Люцифера».

– А зачем скажи, пожалуйста, тогда нас подняли среди ночи и отправили транспортником прямо сюда? – не сдавался Томальски. – Даже последний денек отпуска догулять не дали. Нет, здесь явно что-то неспроста.

Внимательно слушавшие их по внутренней связи остальные пилоты группы одобрительно загомонили в свои интеркомы. Стефан попал в общее больное место, так как оборвавшийся на сутки раньше положенного отпуск пилоты двести сорок второй эскадрильи своему командованию простить не могли. Маршан, как и все остальные, прекрасно запомнил свою последнюю ночь в отеле «Лазурные воды», вернее то, как она закончилась. Он только что вместе с Найрой собрался заняться кое-чем интересным после вечерних расслабляющих спа-процедур и мелодраматического фильма, как внезапно их идиллия была грубо прервана полуодетым Моулином, бегающим по этажу отеля и колотящим во все подряд двери. Алекс сначала предположил, что Герик слетел с катушек от последствий своей контузии, и, поскольку шум за дверью сначала немного поутих, продолжил свое приятное занятие со старательно помогающей ему в этом подругой. Но оказалось, что Моулин просто, наконец, сообразил, что достучаться до своих товарищей легче по внутренней связи между номерами, чем бегать и колотить в двери. Поэтому Алекс и Найра довольно быстро узнали, что им надо срочно собираться, поскольку «командир объявил срочный сбор, и ракета приходит через сорок минут». Это им не помешало довершить начатое, так как они были молоды и энергичны, но момент все-таки был подпорчен, а главное они не успели романтически попрощаться с бухтой «Лазурных вод» и запустить летающие фонарики на память о последнем дне, как планировали. И все это, очевидно, потому, что кому-то из командования Альянса потребовалось срочно отправить пилотов двести сорок второй эскадрильи в систему Васуды, как будто там вовсю полыхали военные действия и союзникам срочно требовались подкрепления. Но с приказами на флоте не спорят, и поэтому все отдыхавшие в отеле пилоты через сорок минут после оповещения уже грузились для отлета в прибывшую пассажирскую ракету и один за другим разбирали из общей кучи свои военные коммуникаторы, сданные на время отдыха командиру Франо Кордоре. Еще через три часа они уже совершили ближний прыжок до эфирного моста, ведущего в систему Васуды, у которого их уже ждал транспортный корабль.

Алекс с трудом отвлекся от печальных воспоминаний. Остальные пилоты из его группы все еще продолжали строить различные предположения и потихоньку поругивать начальство. Конечно, не своего Франо Кордору, командира эскадрильи «Королей самоубийц», которого они все обожали, а тех занебесных управителей, двигающих флоты по звездным системам согласно своим загадочным целям.

– Ну ладно, мы охраняем эти дорогущие лучевые пушки, которые, кстати, находятся здесь непонятно для чего, – продолжал тем временем свои логические построения Томальски, – ладно, васудианцы, в конце концов, это их система. Но кто мне скажет, что здесь делает наш тяжелый крейсер «Диомед» и вместе с ним целая эскадрилья бомбардировщиков?

– Это шестидесятая эскадрилья бомберов, – сразу отозвался всезнающий Мак-Квирилл, – я знаком с их командиром, его фамилия Бекет. Он преподавал у нас в академии, и я видел его вчера на орбитальной инсталляции, куда мы прибыли. Стефан, твоя конспирологическая теория заговоров неверна, они здесь проездом, Бекет мне сам об этом рассказал.

– Не знаю, может, тебе и виднее, – наконец сдался Томальски, – только…

Пилота прервал командир группы с хорошо знакомым Маршану голосом его нынешней пассии Найры Лиссен.

– Внимание всем, – деловито сказала она, – с «Диомеда» передают, скоро будут гости, турбины на средний ход, оружие снять с предохранителей.

Пилоты зашевелились в своих ложементах, стряхивая с себя оцепенение почти трехчасового ожидания.

– Не доверяет все-таки Нео-Терре командование, – заметил кто-то из группы, с щелчком снимая предохранители с пушек, – а все равно зачем-то пропускает в тыл.

– Тихо всем, – скомандовала Лиссен, – сейчас появятся гости. Даже у меня пошли всплески на детекторе.

Прошло не более полуминуты, и на экранах радаров у дежурной группы «Персеев» стали один за другим появляться значки сходящих с межзвездного моста кораблей Нео-Терры. Маршан уже прекрасно мог видеть их воочию и оптикой, лучевые батареи «Молния», которые охраняла его группа, стояли как раз с противоположной стороны узла перехода. Первым в поле зрения пилота вплыл огромный линейный корабль. За ним с эфирного моста сошли два тяжелых крейсера Нео-Терры.

– Это линкор «Ухуру», а с ним крейсера «Пакс» и «Неустрашимый», – тихо сказала Найра, – поверить не могу, что вижу их так близко.

Тем временем со звездного моста продолжали сходить боевые корабли Акена Боша. Они шли в походном положении, неся все свои легкие файтеры на борту. Пилоты как зачарованные смотрели на это необычайное зрелище.

– Не повезло нам сегодня, – первым сообразил Алекс, – чувствую, не дождаться нашей группе смены караула, пока вся эта толпа дальше не отправится.

– Когда ты такое шоу еще увидишь, – возразил ему Мак-Квирилл, – наслаждайся моментом.

– Да тише вы, – досадливо прошипела Лиссен, – у меня опять передача с «Диомеда»…

Но вместо сообщения с крейсера Маршан совершенно неожиданно услышал вскрик девушки: «Гляньте на наши АСО!» Он посмотрел, и у него отвалилась челюсть.

– Бог ты мой, – еле выговорил он, увидев, как оба ближайших сторожевых орудия «Аластор», охранявшие покой огромной лучевой батареи, вдруг раздулись огненными шарами и бесшумно лопнули, разлетаясь на брызги горячей плазмы. – Что здесь происходит?

Ему никто не ответил, в интеркомах пилотских кабин царило ошеломленное молчание. В это время сверхтяжелая лучевая батарея, раскрутив свое кольцо охлаждения так, что лопасти его радиаторов слились в одну туманную полосу, вдруг выбросила столб ослепительного ярко-зеленого огня, казалось уходивший в бесконечность. И где-то там вдалеке, пересекшись с лучами остальных «Молний», эти клинки испепеляющего света вдруг скрестились на корпусе «Ухуру», ярко осветив линкор на несколько секунд, а затем исчезнув, как будто их никогда и не было.

Алекс отчаянно моргал, у него перед глазами все еще плавали зеленые блики. Если бы не фильтры кабины, приглушившие свет, пилот мог запросто потерять зрение от этого ослепляющего сияния. Но даже в таком состоянии он увидел, что на вытянутом корпусе линкора Нео-Терры начали пульсировать багровые вспышки в местах попаданий. Щелкнул отерком, приемопередатчик внешней мгновенной связи.

– Говорит командование Альянса в системе…

Маршан услышал как будто знакомый ему тяжелый мужской голос.

– Только что корабли Нео-Терры совершили неспровоцированное нападение на наши вооруженные силы. В целях защиты приказываю всем кораблям, а также легким силам Альянса приготовиться к боевым действиям. Мы дадим отпор врагу!

Пилот, наконец, окончательно пришел в себя. Теперь все снова стало ясным, Акен Бош опять проявил свою изменническую сущность, нанеся предательский удар Альянсу во время действия мирного соглашения. И как командование могло только довериться этому старому лису? А расплачиваться за все ошибки адмиралов снова им, простым работягам войны. Это конечно, не впервой, только как вот остановить такую армаду? Алекс, прикусив от волнения губу, считал черточки вражеских кораблей. Слишком много! А ведь это еще не весь их флот.

– Командир, нам уже поставили задачу… – обратился он к Лиссен, – или просто полный ход вперед, на вспышки выстрелов, до победного конца?

– Конец-то, как раз, виден очень хорошо, – мрачно заметил кто-то из группы, – и почему нас всегда бывает меньше, чем врагов?

Найра ответила через несколько секунд.

– Задача не меняется, – быстро сказала она, – охраняем два ближайшие батареи. Если потеряем хоть одну от атак легких сил, голову снимут и обратно не приставят. Ясно?

– Тогда можно не торопиться, – подбодрил всех Мак-Квирилл, – что-то я пока не вижу ни единого вражеского файтера.

В этот момент стационарные лучевые батареи опять дали залп, и на приборную панель перехватчика «Персей» снова легли резкие тени.

– Смотрите! – завопил кто-то из пилотов, – «Ухуру» разваливается!

Маршан не мог поверить своим глазам, огромный корпус вражеского линкора, казалось, надежно укрытый многометровой толщины броневыми плитами из неостали, вдруг стал расползаться в стороны, как будто был сделан из намокшего картона. Исполинская мощь восьми одновременно бьющих лучевых батарей не оставляла противнику шансов. Ровный строй вражеских кораблей начал разваливаться, чтобы не попасть под ударную волну, готовых взорваться реакторов головного линкора. В это время васудианская эскадра, возглавляемая линейным кораблем «Хедерет», начала сближение с врагом, чтобы выйти на дистанцию залпа.

– Н-ну, сейчас, н-начнется, – стал снова заикаться от волнения Моулин, – смотрите, двухсотая «Русских медведей» тоже пошла в атаку. П-похоже целятся на крейсера.

Алекс слегка нахмурился, как-то не похожа была эскадра Нео-Терры с ее разваливающимся строем на хитрого врага, внезапно атаковавшего Альянс со спины. Тем более что кроме взорвавшихся «Аласторов» никаких потерь силы союзников еще не понесли, а мятежники сразу потеряли головной линкор, и их корабли, появляющиеся из подпространства, мгновенно оказывались под ударом дальнобойных «Молний». Но уже набравшийся политического опыта молодой человек решил пока придержать свои соображения при себе, тем более что от остальных линейных кораблей Нео-Терры, вошедших в систему Васуды, начали одна за другой отделяться точки взлетающих с них файтеров. Они сразу брали курс к лучевым батареям, продолжавшим своими залпами сокрушать линкоры мятежников. А со звездного моста, тем временем, продолжали сходить все новые тяжелые корабли Нео-Терры.

– Группа, расходимся на четыре двойки, – скомандовала Лис-сен, – похоже, вот эти гости точно к нам.

Алекс тоже увидел, как из суматошно передвигающихся по радару красных значков выделилось шесть фигурок «Геркулесов», двигающихся в направлении батарей, которые прикрывали два звена «Королей самоубийц».

– Я возьму их! – крикнул он и одним движением руки резко ускорил свой верный «Персей». – Стефан, быстрее садись мне на хвост.

– У нас на эпсилон Пегаса тоже все так неожиданно началось, – вдруг вспомнил Томальски, пристраивая свою машину чуть позади ведущего, – потом, правда, все плохо кончилось, – нерадостно добавил он.

– Типун тебе на язык, Стефан, – бодро ответил Маршан, выбирая цели для своих ракет на экране, – нам главное, чтобы «Молнии» целыми остались, ты только посмотри, как они вражину в капусту рубят!

Их машины стали по дуге обходить свои батареи, чтобы случайно не попасть под аннигилирующий удар лучевого орудия, который мог оставить от неосторожного файтера лишь облачко раскаленного газа. А далеко впереди все сильнее разгоралось новое сражение между забывшими про мир кораблями Альянса и Нео-Терры, и где-то там должен был скоро появиться сам флагманский фрегат Акена Боша.

– Вторая двойка, прикройте Маршана, а то он вечно впереди всех лезет – заботливо распорядилась Найра, – остальные, за мной на перехват следующей волны.

* * *

«Данил, если ты сейчас читаешь эти строки, значит, флот Нео-Терры вот-вот угодит в расставленную для него ловушку. Мы оба с тобой знаем, как опасно для всего человечества было бы пропустить Акена Боша к порталу. Мой друг и товарищ Норис Сорги взял с тебя обещание не допустить этого любой ценой, и ты согласился. Но я боюсь, что для тебя эта цена окажется чересчур высока. И не только для тебя, а может быть, и для всего Альянса. Если командующий флотами нарушит присягу, не подчинившись приказаниям Совета, это может грозить непредсказуемыми последствиями вплоть до новой гражданской войны. Я ни в какой мере не могу допустить этого.

Когда мы с третьим лордом Адмиралтейства окончательно поняли, что мирное соглашение с Нео-Террой все-таки будет сохранено, а флот Акена Боша получит коридор до Кносса, то тогда мы приняли новый план, как остановить мятежников и одновременно суметь не подставить тебя под удар. Но главное же то, что в случае нашей удачи ты сможешь с чистыми руками продолжить мое дело. Я не хотел сразу же извещать тебя о своих намерениях, и если ты прочтешь письмо дальше, то узнаешь почему.

Остановить почти весь флот мятежников – задача сложная, но как оказалось, вполне решаемая. У нас нет мощной группировки на пути следования Акена, которая могла бы разбить его в прямом сражении. Зато у нас есть фактор внезапности и еще кое-что. Ты, будучи командующим флотами, может быть, помнишь, а я, как главный инспектор по вооружению, точно знаю, что в системе Васуды находятся восемь новейших сверхтяжелых лучевых батарей. Их планировали поставить на второй «Колосс», но поскольку его постройку отложили, то твой предшественник гранд-адмирал Каммил Акаста планировал использовать их в качестве стационарных орудий против того же Боша, и поэтому он организовал их доставку с верфей Рибоса еще два месяца назад. Но, как ты знаешь, Каммилу очень скоро стало не до них, а вскоре не стало и его самого. Транспортный конвой с «Молниями» должен был дойти до системы альфа Центавра, но остановился еще на Васуде, как раз тогда, когда началось наступление мятежников на наш шестой флот, которое так дорого нам обошлось. Я проинспектировал батареи еще две недели назад, и это было то, что нам нужно.

Я не зря просил тебя отозвать из системы Васуды все высшее командование землян. Благодаря этому главный инспектор по тяжелому вооружению, который по табелю о рангах равен контр-адмиралу, может законно взять управление силами Альянса в этом секторе в свои руки при наступлении форс-мажорных обстоятельств. К примеру, при нарушении Акеном Бошем мирного соглашения с Альянсом. Естественно, я заранее высказал подозрения о таком варианте развития событий в ставке васудианцев. Контр-адмирал Корфу согласился со мной, что, несмотря на перемирие, было бы обдуманным и правильным действием разместить восемь сверхтяжелых лучевых батарей около узла перехода альфа Центавра Васуда, а также сосредоточить там же все наличествующие в системе васудианские боевые корабли. Безопасность своего божественного императора для союзников главнее всего, плюс сама планета Васуда Прайм – это священный мавзолей всего их народа. Конечно, вся собранная эскадра Васуды составит максимум одну треть от ожидающегося в системе флота Нео-Терры, но при необходимости защитить свои святыни они станут драться до последнего корабля.

Корабли Боша должны будут пересечь два моста, первый с Ригеля, их системы, до альфа Центавра. Там, насколько я знаю, их встретит легкий крейсер Альянса, чтобы сопровождать флот Нео-Терры дальше. Там же на корабли Акена должна будет перейти группа наблюдателей. Как ни печально, но этими людьми и кораблем нам придется пожертвовать. Бош не должен знать, что его ждет, и это первая причина, почему я скрыл наш план от тебя. Не хочу, чтобы гибель наших людей и этого крейсера была на твоей совести.

Через несколько часов флот Нео-Терры пересечет систему альфа Центавра и совершит дальний прыжок до Васуды. Его корабли будут идти в походном положении с файтерами на борту. Как сообщил мне Норис, это практически единственное условие, которое поставило наше правительство мятежному адмиралу, и оно нам на руку. Бош наверняка выполнит его, ведь пока он еще слишком далеко от Кносса, чтобы наплевать на договоренности. На этом мы его и поймаем. Когда корабли Нео-Терры начнут вытягиваться с эфирного моста в систему Васуды, мне придется совершить небольшую провокацию, например, взорвать пару-тройку автоматических сторожевых орудий, охраняющих лучевые батареи. Понятно, что это все шито белыми нитками и правда раскроется через несколько часов. Но если все пройдет гладко, раскрывать ее, по крайней мере, со стороны Акена Боша будет некому. По предварительным расчетам, мы сможем уничтожить до восьмидесяти процентов флота Нео-Терры, прошедшего через звездный мост, и, если повезет, разделаемся с «Айсини».

Ты мог бы спросить, почему я так убежден в успехе. Отвечу откровенно, в успехе самой засады против Акена я уверен не полностью. Более того, это было бы наивно для человека, который провел десятки военных операций, гарантировать стопроцентный успех. На бумаге, как правило, все гладко, ты это сам прекрасно знаешь. А в реальности всегда будет вероятность того, что некоторые корабли Боша окажутся готовы к внезапной атаке или что он войдет в систему Васуды вместе с легкими силами, которые смогут быстро нейтрализовать батареи. Тогда флот Нео-Терры потеряет меньше кораблей, может быть, половину или даже треть, а наша группировка будет полностью уничтожена. Но даже в этом случае моя задача может считаться выполненной, у Нео-Терры уже не будет перемирия с Альянсом, после того как в сражении в системе Васуды сгорят десятки кораблей с обеих сторон.

После такого столкновения Совету придется продолжать войну, и тогда у тебя, мой мальчик, будут полностью развязаны руки во всех направлениях. Захват минимальными силами систем Сириуса, Ригеля и Полярной может быть вопросом трех дней. Взорвав Кносс, ты гарантированно зажмешь остатки флота Нео-Терры в системе гамма Дракона. Но, извини, я увлекся, все это теперь решать тебе.

Данил, я прекрасно осознаю свою дальнейшую участь, если даже останусь в живых после этого боя. Кто-то назовет меня предателем, кто-то бездушным убийцей, а небезызвестный тебе Кловис Мартанов наверняка сразу привесит ко мне ярлык изменника. Да и самому мне, адмиралу, выигравшему не одно звездное сражение, очень тяжело перечеркивать всю свою честную жизнь клеймом клятвопреступника, который добился победы обманом. Это вторая причина того, что я не посвятил тебя в свой план, я боялся, что ты просто не дашь мне осуществить задуманное, не позволишь мне лишиться моей чести офицера.

Но теперь ты знаешь, почему я решился на этот поступок, и уже не сможешь помешать мне в моих действиях. Я прошу тебя лишь об одном, когда придет время, верни мне в глазах людей Земли мое честное имя. Пусть они знают, что я пошел на все это только ради нашего мирного будущего. В остальном обо мне не беспокойся, Данил, и действуй без оглядки, я оплатил твой счет. У тебя должно все получиться. Только вспоминай иногда о своем старом наставнике. Я уверен, на моем месте ты поступил бы точно так же».

В очередной раз, дойдя до этих последних слов письма, Гранин снова ощутил жгущее его чувство стыда перед бывшим учителем, не побоявшимся поставить на карту все, что у него было, в отличие от своего ученика. Он опять уже в который раз дал себе клятву исполнить все то, о чем просил его Витторио, даже, если при этом потребуется рассказать всем о своем проявленном малодушии. Но первым делом Гранин обязан был закончить то, что начал Вито.

Когда ударная группа, возглавляемая линкором «Эниши», наконец прошла переход, соединяющий звездные домены Веги и Васуды, к гранд-адмиралу начали поступать первые данные о только что закончившейся грандиозной битве Альянса и Нео-Терры. Витторио не ошибся в своих расчетах. Акен Бош, захваченный врасплох, потерял почти весь свой флот, лишь считаные корабли успели прорваться к эфирному мосту Васуда – Капелла и исчезнуть в подпространстве. Но плохая новость была в том, что «Айсини» оказалась в их числе. Зато весь арьергард мятежников, линейный корабль «Вэнгард» и четыре сопровождавших его крейсера, вошедшие последними в систему Васуды, сложили оружие. О главном инспекторе Альянса по тяжелому вооружению Вито Витторио, который командовал батареями «Молний» в отсутствие других высших офицеров землян, ничего не было слышно, он куда-то исчез в сумятице заканчивающегося боя. Докладывал теперь контр-адмирал Корфу со своего флагманского линкора «Хедерет», и с каждым его новым уточняющим сообщением заслуги васудианцев в уничтожении кораблей Нео-Терры все возрастали. О том, что сражение было чем-то или кем-то спровоцировано, союзники помалкивали, а может, просто еще сами толком не разобрались. Но одно было ясно, васудианцы оказались крайне довольны таким исходом событий. Предоставление ими коридора Акену Бошу внутри своей же звездной системы было для союзников хуже пощечины. Теперь же их старый враг заплатил за все.

Немного поколебавшись, Гранин смял листок с полученными им новыми директивами Совета и сунул его в карман. Было понятно, что в свете произошедших событий все эти приказания гранд-адмиралу потеряли свой смысл. Чего стоила хотя бы предпоследняя директива «игнорировать возможные провокации со стороны Нео-Терры, прежде чем ее флот достигнет портала Кносс». Данил даже невольно усмехнулся такой заботе Совета, а скорее всего, Кима Рейнала о безопасности флота мятежников. Что ж, наверное, последние известия немного его расстроят. Гранд-адмирал представил ожидающий его неизбежный разговор с первым лордом и невольно сморщился как от зубной боли.

Он огляделся, на мостике «Эниши» все были заняты своими делами. Эскадра из шести боевых кораблей, возглавляемая линкором, уже практически достигла узла перехода в следующую звездную систему. Через полчаса, согласно отданному гранд-адмиралом приказу, ударная группа взойдет на эфирный мост. Гранин поймал внимательный взгляд командира линкора Кейпы Драми, склонившейся над виртуальной панелью чуть поодаль, ее смуглое лицо выглядело обеспокоенным. Данил вспомнил, что эту довольно молодую на вид женщину совсем недавно назначили капитаном новейшего корабля Альянса. «Прямо матриархат у нас наступает, куда ни ткнешься, всюду девицы, – подумал он, – а ведь видно, что волнуется, это тебе не легким крейсером командовать». Он ободряюще кивнул Кейпе и повернулся к своему помощнику Рихану Крэйгу, последние часы не отходившему от своего начальника ни на шаг.

– Господин гранд-адмирал, мы уточнили последние данные, – четко доложил Крэйг, – в систему Капеллы прорвались следующие корабли Нео-Терры: флагманский фрегат «Айсини», линейный корабль «Виндикатор» класса «Орион», три тяжелых крейсера, два из них класса «Деймос» и один старый «Левиафан» и три легких. На борту линкора ориентировочно около полусотни файтеров. И еще пять транспортников.

– Серьезная сила, – заметил Гранин, – хотя и не сравнить с тем, что у них было еще недавно.

– На самом деле, ситуация еще лучше, чем мы думали, – уточнил его помощник, сверяясь со своими данными, – «Виндикатор» имеет сильные повреждения, два тяжелых крейсера тоже еле держатся в строю. Если будет проведено еще несколько атак доступными нам силами, то до Кносса никто из них не доберется.

Гранд-адмирал принял заинтересованный вид.

– Давай-ка посмотрим, что у нас для этого есть, – сказал он, присаживаясь на свое место и включая перед собой звездную карту системы Капеллы. Его верный адъютант скромно пристроился рядом.

– Не было известий от Витторио? – вдруг озабоченно задал вопрос Данил, глядя, как загружается карта нужного ему сектора.

– К сожалению, нет, – через секунду откликнулся Крэйг, проверив свой коммуникатор.

– Где же он может быть? – еле слышно прошептал Гранин, и его вдруг охватили тревожные предчувствия. Он вспомнил строки из письма бывшего адмирала, «Прошу тебя лишь об одном, когда придет время, верни мне в глазах людей Земли мое честное имя». Так мог написать человек, готовый пожертвовать не только своей честью военного, но и жизнью. Гранин еще раз дал себе обещание не допустить, чтобы его бывшего наставника отдал под трибунал какой-нибудь Кловис Мартанов.

– Рихан, пусть Корфу немедленно организует поиски Витторио, – приказал он, – слышишь, немедленно! Докладывать сразу мне!

– Есть! – исполнительный Крэйг немедленно отправил васудианцу приказ гранд-адмирала.

Гранин, чуть успокоивший свою совесть, снова вернулся к карте. Перед ним уже засветились зеленым светом значки подвластных ему кораблей.

– Так, – задумчиво произнес он, – наша группа, к сожалению, догнать их уже не может, но на Капелле у нас есть «Колосс», «Россия» и союзнический линкор «Менфис», не считая двух крейсеров. Правда оба наших линейных корабля в ремонте, остается только васудианская посудина. Тогда атакуем Боша как раз с нее всеми легкими силами, – решил он, – а крейсера пусть осуществляют оперативное прикрытие. Но главная цель здесь «Айсини».

– Имеются четыре эскадрильи торпедоносцев с «России» и столько же с «Менфиса», – подтвердил адъютант, – итого шестьдесят четыре машины, но из них… – Крэйг быстро сверился со своими данными, – исправно всего тридцать девять.

– Надеюсь, этого хватит, – устало сказал Гранин, потирая глаза, он вдруг вспомнил, что забыл принять стимуляторы, – а если кто-то и останется, то их встретит Лайон Сэра, со своей эскадрой в системе гамма Дракона. Отправь ему мое соответствующее распоряжение. И мы еще должны составить с тобой приказ первому флоту на Денеб и шестому на эпсилон Пегаса. Им пора отправлять свои корабли к Сириусу, Полярной и Ригелю. Пришло время лишать Акена Боша его владений.

В этот момент к ним подскочил уже знакомый Гранину офицер службы связи.

– Господин гранд-адмирал, – он вытянулся в струнку перед командующим, – вас срочно просит на связь министр Ким Рей-нал. Куда прикажете его передать?

– Чтоб тебя, – процедил сквозь зубы гранд-адмирал. Он, конечно, ожидал неизбежного и малоприятного разговора с первым лордом, но не так скоро.

– Это я не тебе, – досадливо сказал он офицеру, который уже переменился в лице, – давай, наверное, его сюда на мостик. Он не говорил, что разговор будет для ограниченного круга?

– Нет, – отрицательно замотал головой связист, вытягиваясь еще больше, – может, министр забыл? – робко предположил он.

– Тогда, значит, сам виноват, – вынес свой вердикт Гранин, – скоро уже прыжок, а у меня нет никакого желания бегать туда и обратно по кораблю. Пересылай сюда на мой коммуникатор, – окончательно решил он.

Через несколько секунд гранд-адмирал увидел перед собой лицо разъяренного донельзя первого лорда Адмиралтейства, министра обороны Альянса, члена Совета безопасности, Кима Рей-нала.

– Что у вас происходит, адмирал?! – забыв обо всех правилах приличия и вдобавок впопыхах понизив Гранина в звании, практически заорал Рейнал. Данил с удивлением отметил, что у министра в состоянии гнева очень высокий голос.

– Почему вы уводите корабли из домена Веги? Что происходит в системе Васуды?! – на этих словах голос первого лорда дал петуха, и Рейнал громко закашлялся. Гранину пришлось убрать громкость до минимума, поскольку в его сторону уже начали оборачиваться вахтенные офицеры.

– Нео-Терра вновь начала боевые действия, и я вынужден реагировать, – невозмутимо произнес гранд-адмирал, дождавшись окончания вспышки гнева министра.

При этих словах у Рейнала перекосилось лицо.

– Это невозможно, – с трудом выговорил он, – вас дезинформировали. Флот Нео-Терры должен двигаться с нашим сопровождением прямо до системы гамма Дракона! Мы подписали договор.

– Бош мог пренебречь его исполнением, – пожал плечами Гранин, – так же, как он наплевал на присягу Альянсу в свое время.

– Вы должны провести новые мирные переговоры с ним, – почти прошипел министр, – немедленно! Он нам нужен, как щит против Шивы! И нам все равно нечем остановить его флот. Какого черта вы дразните бешеную собаку!

Гранд-адмирал, как будто соглашаясь с такими убедительными доводами, одобрительно кивнул.

– Вы, наверное, правы, господин первый лорд, – вежливо сказал он, но почему-то тон его был довольно оскорбительным, – и я немедленно проведу переговоры с несколькими оставшимися кораблями самопровозглашенного государства Нео-Терра.

Он полуобернулся к своему помощнику:

– Сколько их осталось, не считая «Айсини»? Линейный корабль и пяток крейсеров?

У первого лорда снова отпала челюсть.

– Вы издеваетесь надо мной? – зловеще спросил он. – Какой, к чертям, пяток крейсеров?

– Господин министр, – уже серьезным тоном ответил гранд-адмирал, – флот Нео-Терры, недавно прошедший в домен Васуды и начавший боевые действия против Альянса, был почти полностью разгромлен группировкой наших сил в этом секторе. Несколько кораблей Боша, в том числе и его фрегат, прорвались в систему Капеллы, но на них уже ведется охота. Министр, вы по-прежнему желаете провести переговоры с адмиралом Акеном Бошем?

На часах командующего флотами Альянса оставалось всего лишь десять минут до времени начала прыжка его эскадры в систему Капеллы, когда от васудианского контр-адмирала Корфу наконец пришла подтвержденная информация о бывшем наставнике Гранина. Васудианец с сожалением сообщал, что как только что выяснилось, главный инспектор Альянса по тяжелому вооружению Вито Витторио покончил жизнь самоубийством через два часа после окончания грандиозного сражения в домене Васуды. Союзники также передали свои глубокие соболезнования.

* * *

– Наблюдаю вражескую эскадру в секторе пятьдесят шесть, девяносто два, эшелон восемь, – доложил пилот разведывательного «Улисса», – один линкор, три других корабля поменьше и точно один транспортник. Двигаются медленно.

– Сто седьмая, информацию принял, дублирую в центр, – Илья изо всех сил вслушивался в размываемый помехами голос, – сообщите, есть ли среди них «Айсини»?

– Вас не слышно, – едва разборчиво отозвался «Улисс», – похоже, меня здесь глушат поме…

Связь окончательно пропала, и Нестеров чертыхнулся. Командир его эскадрильи, хоть и добрая сама по себе женщина, но за такое неинформативное донесение поедом съест.

– Что он сказал, командир? – услышал он теперь голос Натальи Синарин.

– Да как раз главного ничего, – хмуро ответил Илья, терзая настройки внешней связи, – непонятно, где фрегат Боша, а без его головы нам, сама знаешь, лучше не возвращаться.

– Он, наверное, нас с тобой еще со времен битвы за Денеб опасается, – у Натальи почему-то было игривое настроение, – помнишь, как мы за ним гонялись?

Озабоченный своими делами командир группы промычал в ответ нечто нечленораздельное, но раздражительное. Нашла время шутки шутить, когда тут, может быть, их группе, барражирующей посередь системы Капеллы, вот-вот придется вступить в бой. Настоящий космический ворон должен всегда быть готов к охоте, а откровенно говоря, его ребята за месяц перемирия чересчур расслабились.

Пока линкор «Россия» ремонтировался от повреждений, полученных от уже забытого всеми «Иакова» и его канувших в Лету торпедоносцев, сто седьмая эскадрилья «Воронов» провела сначала неделю на небольшой местной орбитальной инсталляции, а потом еще две недели валяла дурака в главном городе колонистов на планете Капелла Тэта под огромным противомете-оритным куполом. Эта планета вращалась по самым диким и непредсказуемым траекториям, вокруг двух звезд-сестер Капеллы и была по-хорошему совсем непригодна для цивилизованной жизни. Одна из звезд этой парной системы уже стала красным гигантом и медленно расширялась, собираясь через миллион лет поглотить все здешние планеты, вторая только собиралась этим заняться и для начала иногда поливала окружающее пространство серьезными гамма-ударами, от которых отдыхающим на Тэте пилотам приходилось регулярно прятаться в подземных убежищах. Так что, может быть, это было и удобное место для проведения ремонта линкора, но не слишком приятное для свободного времяпрепровождения, так, по крайней мере, единодушно решили все пилоты.

Поэтому, когда последовало срочное сообщение о возобновлении войны с Нео-Террой и прорыве части флота Акена Боша в систему Капеллы, Илья и его товарищи даже немного обрадовались возможности поразмяться после осточертевших экскурсий по подземным забегаловкам единственного местного города. Но зато теперь заместителя командира сто седьмой эскадрильи, пилота первого класса Илью Нестерова беспокоило слишком несерьезное и даже разгильдяйское, если так можно выразиться, отношение его подчиненных к предстоящей охоте на «Айсини». Посему он дал себе обещание напомнить о зоркости и неусыпности некоторым расслабившимся пилотам, сразу после того, как он восстановит связь с потерявшимся разведывательным «Улиссом» и выяснит, где же все-таки находится этот чертов фрегат.

Но разведчик пропал бесследно и наконец, совсем потеряв надежду установить с ним контакт, Нестерову пришлось выходить на связь со своей базой, имея на руках не подтвержденную до конца информацию.

– Говорит группа сто седьмой эскадрильи, обнаружена часть эскадры противника, – настроив канал мгновенной связи со своим командованием, он быстро передал координаты и предполагаемый состав обнаруженной группы кораблей Нео-Терры, – но пока неясно, есть ли среди них фрегат Боша.

Вопреки его ожиданиям, база и командир группы «Воронов», Эмилия Самса, недовольства не проявили. Вероятно, у всех остальных файтеров, отправленных на разведку, дела шли еще хуже. После переговоров с базой воспрянувший духом Нестеров сделал вслух именно такое предположение.

– А может, они уже нашли фрегат адмирала? – с вопросительной интонацией решил Димитер Роснан, вечный ведомый Ильи.

– Не выдумывай, – скептически отозвался командир, – туда бы уже все наши корабли тогда согнали и нас заодно. А сейчас они сомневаться начнут, стоит ли тратить силы на ту эскадру, что мы обнаружили, или ждать, когда «Айсини» точно найдется, и для этого снова гнать файтеры на разведку.

Командование, действительно, поставило на уши всю округу, получив сообщение от гранд-адмирала Гранина, что тринадцать кораблей Нео-Терры, из которых восемь было боевых, проскочили по мосту в систему Капеллы. Командир «Колосса» Герра Грефе, который чудом остался в живых во время последнего сражения суперлинкора с Четвертым флотом контр-адмирала Коха, принял командование силами Альянса на себя и в соответствии с приказом гранд-адмирала приготовился найти и уничтожить остатки флота Нео-Терры. Но, как и думал Гранин, руки у него были связаны нехваткой тяжелых кораблей. Единственный исправный линкор, наличествовавший в системе, васудианский «Менфис», ради меры предосторожности Грефе отправил поближе к верфям Альянса, находившимся рядом с планетой Капелла Трио, так как мятежники могли быть осведомлены о нахождении там «Колосса» и «России», совершенно беззащитных во время своего ремонта. Даже одной атаки хватило бы для нанесения огромного ущерба или уничтожения неподвижных гигантов, поэтому Грефе решил на всякий случай подстраховаться от действий непредсказуемого адмирала мятежников. Оставшиеся два крейсера, тяжелый «Монитор» и легкий «Удачный» были посланы охранять узел перехода в следующую звездную систему гамма Дракона, куда вроде как собирался прорваться Акен Бош. Там вместе с двумя эскадрильями поддержки они создали не очень прочную оборонительную завесу.

Вся работа по поиску кораблей Нео-Терры теперь легла на плечи легких сил. Разведывательные «Улиссы» с широкополосными сканерами рыскали по всей системе Капеллы в поисках остатков флота мятежников, а их информацию терпеливо ждали четыре эскадрильи истребителей и торпедоносцев с «России», расквартированные на одной из орбитальных инсталляций. Им бы здорово помогла сотня файтеров с «Колосса», но суперлинкор пришел на ремонт «пустой», оставив свой москитный флот на эпсилон Пегаса.

Наконец командование получило первую, но не очень достоверную информацию о найденной эскадре. Недолго поразмышляв, Грефе отправил в атаку все исправные торпедоносцы с «России», надеясь, что фрегат мятежного адмирала все-таки окажется среди только что обнаруженных кораблей Нео-Терры.

* * *

Ровно через семь минут после отправки своего донесения Нестеров дождался нового приказа. На связь вышла его командир Эмилия Самса.

– Илья, готовь свою группу к атаке, – сообщила Эмилия, – расчетное время выхода к цели восемнадцать двадцать шесть галактического. Координаты новой точки, где предположительно будет противник, мы сейчас тебе сбросим. Ожидайте там же вторую нашу группу, ее поведет Лерой Канта.

– Кого прикрываем? – осведомился пилот, уже ощущая знакомый холодок в груди от ожидания надвигающегося столкновения с врагом.

– Наших старых друзей, седьмую эскадрилью Бланкара. Но будут и еще ребята, у них отдельное прикрытие.

– Отлично, приказ понял, – ответил Илья, наблюдая, как перед ним побежали передаваемые с базы цифровые данные новых координат выхода. – Прыжковая информация получена, – добавил он, перебрасывая данные в транспьютер своего «Геркулеса».

– Возвращаться будете на нашу орбитальную инсталляцию. Удачи вам, мои мальчики и девочки. До связи, – Эмилия с щелчком отключилась.

– Слышали, ребята, что решило командование? Так что за работу теперь, – подбодрил своих товарищей Нестеров, – надеюсь, будет не так жарко как тогда, когда мы прикрывали Бланкара в последний раз.

– Вдруг получишь третий орден, командир, – подольстила ему Наталья Синарин.

– Для меня главное, чтобы вы все целые вернулись, а не третий орден, – сообщил командир в ответ, – давайте, соберитесь уже перед боем. Иначе клянусь, вы у меня все после возвращения месяц из тренировочных полетов вылезать не будете.

Напуганные такой перспективой пилоты, один за другим четко доложили о своей готовности к бою. Илья довольно улыбнулся.

А тем временем восемь его истребителей из сто седьмой эскадрильи «Воронов» все так же продолжали быстро разрезать пустынное пространство звездной системы, готовясь в ровно назначенное время раствориться в его глубинах.

Глава 6

Группа кораблей Альянса, возглавляемая линкором «Эниши», осуществив последний субзвездный прыжок, наконец, приблизилась к орбитальной инсталляции рядом с планетой Капеллы Тэта. После длительного перехода от системы Веги в домен Васуды и затем к звездам Капеллы, эскадре гранд-адмирала Гранина требовалась серьезная дозаправка, осуществить которую проще всего было именно здесь, в двухстах тысячах километрах от полубезжизненной поверхности единственной населенной планеты.

Здесь же командующего флотами Альянса достигла еще одна неутешительная новость: мятежники на трех кораблях сумели прорваться в систему гамма Дракона и одним из этих кораблей был фрегат «Айсини». Это известие привез командир «Колосса», лично вместе со своей повинной головой. Вместе с Герра Грефе на орбитальную инсталляцию Капеллы Тэта, прослышав про прибытие новой эскадры, примчался и старый товарищ гранд-адмирала, командир линкора «Россия» Орнео Кролла. Он деликатно дождался окончания беседы Гранина с Грефе, временно исполнявшим обязанности командующего силами Альянса в системе Капеллы, и лишь после его отъезда попросил адъютанта Рихана Крэйга доложить о своем прибытии. Правда, прождать ему пришлось дольше, чем он предполагал, поскольку Герра Грефе пробыл в зале оперативного планирования больше двух часов, о чем-то толкуя с командующим.

Гранин искренне обрадовался, узнав о приезде своего старого друга. Но Орнео, поздравляя Данила с назначением на высшую командную должность во флоте Альянса, сразу же исподволь заметил, что гранд-адмирала гнетут какие-то тяжелые раздумья. Выяснив, что Кролла еще даже не завтракал, ожидая все это время, пока Гранин освободится, Данил приказал главному стюарду линкора подать что-нибудь перекусить прямо в свои адмиральские апартаменты, где он планировал немного передохнуть и побеседовать со старым товарищем.

– Ну, как там наше старое коры… то есть я хотел сказать, как наша красавица «Россия» себя чувствует? – дружелюбно спросил Гранин, пытаясь отвлечься от своих тяжелых мыслей и хоть немного передохнуть от навалившихся на него забот. – Все ремонтируется?

Кролла вместо ответа с усилием прожевал огромный кусок бутерброда и запил его таким же колоссальным глотком минеральной воды.

– Твоими молитвами, Данил, – прочавкал он и еще раз приложился к чашке, больше напоминавшей своими размерами ритуальный кубок васудианцев, – уже почти как новая стала, загляденье, а не линкор.

– Ну, ну, – усмехнулся командующий флотами, – ты не торопись, а то тебя тоже ремонтировать придется.

– Уф-ф, прости, старина, шесть часов без калорий, пока летел и тебя дожидался, – Кролла с удовольствием откинулся на удобном диване и огляделся вокруг, – ты смотри, все как у меня на «России», – удивился он.

Гранин невольно усмехнулся, глядя на своего друга.

– А ты чего хотел, это ведь корабль-близнец, второй наш линкор класса «Геката», – произнес он, тоже опускаясь спиной в удобное кресло. – Так ты все-таки расскажи мне, когда твоя «Россия» снова присоединится к нашему флоту?

Кролла заморгал и отставил в сторону пустую чашку.

– Ну, «Большую Пушку» нам уже сделали, – осторожно сказал он, глядя на гранд-адмирала, – бронеплиты заваренные заменили, – он остановился и немного подумал, – так, остались разные мелкие доделки на недельку-другую.

– Недельку-другую, говоришь, – задумчиво пробормотал гранд-адмирал, – а как насчет трех дней?

Командир «России» покраснел как пойманный учителем нашкодивший школьник.

– Ну это, если только очень сильно поторопиться, – промямлил он, прекрасно зная, что его любимый линкор уже через четыре дня должен будет официально вернуться в строй, – а что, срочно нужна? У тебя же вон вроде «Эниши» новенькая под рукой.

– В том-то и дело, что новенькая, – уже раздраженно бросил Гранин, – всего месяц как со стапеля. Вот и приходится все это время исправлять миллион «детских болезней», я уже инженеров в переходах корабля видеть не могу. То заискрит, то замкнет где-нибудь. А то вот в последний раз была грандиозная утечка в энергоблоках, – недовольно вспомнил он, – так мы еле до здешней инсталляции доползли.

Орнео Кролла обреченно вздохнул. «И зачем я сюда приперся? – спросил он себя. – Добьет ведь этот негодяй мою красавицу, ясно же намекает. А ведь только-только нормально отремонтировали».

Правда, вслух командир «России» выразил сочувственное сожаление и в свою очередь облил презрением военные верфи Альянса, спускающие со своих стапелей такие «сырые» корабли.

– Так неужели ты из-за этого места себе не находишь? – с удивлением спросил он. – Я же вижу, тебя что-то гнетет. Или это из-за того, что Акен Бош сбежал в следующую по счету звездную систему?

– Тоже об этом знаешь? – нахмурился гранд-адмирал.

Кролла сделал неопределенный жест рукой.

– Но я же тут не последний офицер, – со значением произнес он, – меня Грефе главным поставил здешние верфи охранять на пару с командиром «Менфиса», чтобы мятежники «Колосс» и «Росссию» случаем не разбомбили. Ну, они и не бомбили, – Орнео немного помялся, – гм… потому что просто не появились.

Он посмотрел на гранд-адмирала и продолжил:

– Так-то оно вроде все нормально было, отыскали наши ребята эскадру Боша и всю ее разделали тяжелыми торпедоносцами. Правда, в процессе они обнаружили, что там не хватает «Айсини» и еще трех крейсеров мятежников. А те в это время уже объявились рядом с мостом в систему гамма Дракона. Ну и Герра вышел с нами на связь, орет, мол, срочно шлите «Менфис» к узлу перехода, пока не поздно.

Кролла даже в лицах показал, как орал Грефе.

– Да куда там, они уже прошли сквозь завесу наших крейсеров как нож сквозь масло, «Менфис» бы ни в жизнь туда не успел. Правда, мятежники не все смогли уйти на эфирный мост, тяжелый крейсер «Дантон» и еще один «Аэолус» наши ребята сумели подбить, было у них там под рукой две эскадрильи бомбардировщиков. Но «Айсини» и легкий крейсерок «Александра» с еще одним транспортником все-таки проскочили, – закончил он.

– Эту историю я уже, не поверишь, слышал, – хмуро заметил Гранин, – правда, не в таком эмоциональном, как у тебя, а в гораздо более печальном исполнении. Но, тем не менее, Грефе выговор от меня получил за свою безынициативность в командовании вверенными ему силами.

Гранд-адмирал на несколько секунд задумался.

– Ладно, что было, то прошло, – махнул он рукой, – никуда этот Бош все равно уже не денется, а от командира линкора даже такого, как «Колосс», трудно требовать адмиральской премудрости. Это все поправимо. Но есть такие вещи, которые исправить невозможно.

Гранин снова помрачнел лицом.

– Витторио больше нет, – он смотрел куда-то мимо Орнео. – Не стало моего старого наставника. И в этом в первую очередь моя вина.

– Подожди, он что, погиб? – оторопел командир «России». – Как это могло случиться, он же был на тыловой должности. И причем здесь ты? Можешь подробней рассказать?

– Подробней? – Гранин внимательно посмотрел ему в глаза, – ну хорошо.

И командующий флотами Альянса выложил своему товарищу все, что камнем лежало на его душе все последние часы. Гранину было необходимо перед кем-то выговориться, чтобы хоть немного справиться с чувством своей вины перед Витторио, и старый товарищ, с которым он был знаком уже пятнадцать лет, подходил для этого как нельзя более кстати. Сам изумленный Кролла только кивал головой время от времени, слушая длинную исповедь гранд-адмирала. Командир «России» не был излишне любопытным субъектом, но то, что рассказывал его старший товарищ, было настолько новым и неизвестным для человека, месяц просидевшего на ремонтных верфях Капеллы, что он даже чуть не забыл, по какой причине Гранин начал свою историю. К счастью, когда гранд-адмирал, закончив свое печальное повествование, потянулся за рюмкой крепкого фраппина, Кролла вспомнил и решительно возмутился.

– Данил, ты не можешь себя винить в том, что случилось с Витторио! – категорически заявил он.

Гранд-адмирал не донес до себя рюмку и, со стуком поставив ее на низкий столик рядом с креслом, хмуро уставился на своего старого друга.

– Я тебе это всей откровенностью заявляю, – не смутился Кролла, – старик был гением стратегии, и он нашел единственно возможный выход из сложившейся ситуации.

– Ты не понимаешь, – устало произнес Гранин, – это я должен был быть на его месте. Это я давал слово Витторио и Сорги, что не пропущу флот Нео-Терры к порталу Кносса. Какой я после этого офицер?

– Данил, ты из-за своих понятий чести не видишь главного, – отмахнувшись от этих слов гранд-адмирала, сказал Крол-ла, – ты все равно не смог бы остановить Акена Боша так, чтобы не запалить новую гражданскую войну. Это же абсолютно взаимосвязанные вещи. Ну, допустим, – предположил он, – ты бы ослушался директивы Совета и бросился в погоню за Бошем. Уже через час тебя бы обвинили в измене и сняли со всех постов. Рейнал бы уж точно не упустил такого случая. И как бы ты смог отдавать приказы группировке наших сил в домене Васуды, если бы их почти сразу аннулировал новый командующий, назначенный вместо тебя? Ты бы ничего не добился, а лишь потерял бы свой пост и поставил крест на карьере. А главное, ты не остановил бы Акена Боша на его пути к этому Кноссу. Конечно, можно было бы пойти ва-банк, двинуться за ним на свой страх и риск с небольшой эскадрой, которая у тебя была, в надежде собрать новые силы из тех, кто останется на твоей стороне. Но ведь будут и те, кто перейдет на сторону нового командующего флотами Альянса, и наверняка их будет не меньше. Вот тебе и новая гражданская война.

– Да не посмели бы они меня снять, – возразил Гранин, правда, не совсем уверенно, припомнив выражение лица первого лорда Адмиралтейства при их последнем разговоре.

– Ну да, – усомнился командир «России», – я думаю, история с Каммилом Акастой наверняка научила их не слишком ослаблять поводья. Хотя тому было проще, – вспомнил прошедшие события Кролла, – забрался в свой «Колосс» и сказал всем «привет, а я в танке». И то, мне рассказывали сведущие люди, что Рейнал хотел его тихонечко ликвидировать с помощью своего Мартанова, но не успел. Каммил сам сломал себе шею.

Видишь ли, Данил, то, что ты собирался сделать, со стороны правительства обычно называется мятежом, а такие вещи надо готовить заранее, чтобы они удались, – уверенно подвел итог Кролла. – А когда бы ты подготовкой занимался, если этот, как его, Сорги, до самого конца уверял тебя, что мирное соглашение с Нео-Террой денонсируют и можно будет официально начистить Бошу рыло.

– По крайней мере, они оба могли рассказать мне об этих планах, – все еще отбивался Гранин.

Лицо командира «России» снова выразило сомнение.

– Чтобы ты все это категорически запретил и отправил старика на всякий случай куда-нибудь за Антарес? – саркастически осведомился он. – Данил, они правильно все рассчитали, до последней мелочи. Витторио, действительно, был гений. Мне очень жаль старика, но кажется, я понимаю мотивы его последнего поступка.

– Я бы доказал его невиновность, – твердо сказал гранд-адмирал, – даже если бы мне пришлось за это поплатиться всем, что у меня есть.

– Сдается мне, что он как раз этого и хотел избежать, – задумчиво заметил Орнео, – наоборот, ему было нужно, чтобы ты смог продолжить то, что он начал в домене Васуды, разве это не очевидно? И представь себя на его месте. Он пожилой человек, уже был раз под судом по обвинению в измене. Попасть под военный трибунал еще раз? Эти стервятники из службы ВП обляпают так, что до конца жизни не отмоешься.

– Я бы выручил его, – еще тверже повторил Гранин, упираясь своим взглядом в пол.

– Или пропал бы с ним заодно, – вынес свой вердикт Кролла, – нет, товарищ. Витторио все продумал до конца и просто избавил тебя от ненужных для общего дела последствий.

Командир «России» ненадолго задумался. Гранин молчал и угрюмо смотрел в пол.

– И все-таки, мне кажется, была еще одна важная причина, почему он в конце поступил с собой именно так, – в голосе Орнео слышалось неподдельное уважение.

– Какая причина? – глухо спросил гранд-адмирал.

– Ему не нужна была победа, достигнутая обманом. Все-таки он был действительно великий адмирал.

* * *

– Инсталляция «Аркадия», встречайте героев открытого космоса!

– Маршан, ты опять здесь? Мы же тебя только что отсюда выставили! – удивленный второй пилот многоцелевого транспортного модуля «Элизиум» широко расставил руки и попытался поймать неуловимого астролетчика. – А ну, отдай бутылку! Успеешь еще надраться на инсталляции!

– Да заблокируй ты спецкодом дверь в кабину, – даже не обернувшись, раздраженно откликнулся первый пилот, колдуя в это время над приборной панелью модуля, – они же нам состыковаться нормально со станцией не дадут.

– Я уже это трижды проделывал, – огрызнулся его помощник, в очередной раз пытаясь выпихнуть веселящегося молодого человека к его родной компании, шумевшей в пассажирском отсеке, – но эти засранцы каким-то образом ухитряются его взламывать прямо на ходу!

Он сделал очередное усилие и, наконец, исчез за дверью отсека вместе с Алексом, все еще размахивающим полупустой бутылкой. Дверь, ведущая из кабины управления, с шипением закрылась, но почему-то не полностью, и из-за нее снова послышался голос второго пилота:

– Да не дам я тебе порулить модулем и не надейся!.. Да, я понимаю, что это проще, чем управлять файтером… Моулин, оставь в покое рычаг аварийного выхода, мы еще не прилетели!.. Кто тебе сказал, что он не работает?!..

Первый пилот только тяжело вздохнул, слушая, как его помощник пытается увещевать не на шутку разошедшихся пассажиров модуля.

– И за что меня Бог наказал возить нашу молодежь в увольнительные? – в его голосе прозвучало неподдельное страдание.

Немного подумав, он включил громкую связь в пассажирском отсеке.

– Так, пилоты, – грозно произнес он, – говорит капитан корабля. И он делает вам официальное предупреждение. Либо вы через три секунды снова становитесь гордостью двести сорок второй эскадрильи, либо еще через пять секунд мы разворачиваемся и идем обратно на «Эниши», чтобы не позорить на инсталляции вашего командира.

В ответ на этот ультиматум шум в пассажирском салоне мгновенно утих, и даже дверь, ведущая в пилотскую кабину «Элизиума», вежливо встала на свое место.

– То-то же, охламоны зеленые! – удовлетворенно произнес пилот, возвращаясь к своему основному занятию, а именно, к безопасной доставке двадцати молодых людей и восьмидесяти тонн груза с линейного корабля «Эниши» на орбитальную станцию «Аркадия». Правда, за безопасность самой инсталляции после доставки, если бы его об этом спросили, опытный командир транспортного модуля «Элизиум» ручаться бы, наверное, не стал.

– Простите, что вы сказали? – он вдруг услышал чей-то вопрос.

С боковой виртуальной панели на первого пилота несколько удивленно смотрела женщина, диспетчер посадочной службы орбитальной станции.

Он вспомнил, что только что сам вызывал посадочную службу, и покраснел от допущенной им неловкости.

– Прошу прощения, это я не вам, – пилот улыбнулся с извиняющимся видом и переместил изображение диспетчера на центральный экран, – говорит «Элизиум», борт сто четырнадцать, просим разрешения на посадку.

– Борт сто четырнадцать, посадку разрешаю, – согласно кивнула женщина, бросив взгляд на один из своих многочисленных виртуальных мониторов, – ваш пункт назначения западное крыло инсталляции, второй шлюз. Финишный маршрут передан на ваш модуль.

– Прием подтверждаю, – в свою очередь кивнул командир «Элизиума», включая автопилот с полученным маршрутом, который должен был провести его корабль к месту стыковки со станцией. – Как говорится, мы только туда и почти сразу обратно. Везу к вам «Королей» из двести сорок второй эскадрильи, отдохнуть на денек, – пояснил он вздохнув.

Диспетчер в ответ на это радостно заулыбалась.

– С удовольствием примем ваших ребят, – гостеприимно сказала она, – здесь все уже наслышаны об их подвигах в соседнем звездном домене. Мягкой вам посадки.

Изображение женщины растаяло в воздухе.

– Вот и отлично, а мы вам их с удовольствием сгрузим, – пробормотал напоследок первый пилот, – главное, чтобы ребята тут у вас излишних подвигов не насовершали.

Повинуясь командам автопилота, вместительный «Элизиум», рабочая лошадка Альянса для коротких перевозок, плавно выполнил разворот и направился к западному крылу орбитальной инсталляции «Аркадия», везя внутри себя очень ценный груз, группу отчаянных молодых пилотов, которым кровь из носу, но надо было обязательно сбросить напряжение после эпического сражения, завершившегося разгромом флота адмирала Боша. Ну и, разумеется, чтобы обмыть полученные заслуженные награды.

Всего трое галактических суток истекло с того мгновения, как сгорел последний файтер мятежников в тщетной атаке на лучевые батареи «Молния» в звездном домене Васуды. Двести сорок вторая эскадрилья «Королей самоубийц» в который раз оправдала свое название, не дав вражеским бомбардировщикам даже выйти на дистанцию прицельного огня по охраняемым ею «Молниям». Благодаря этому, новейшие лучевые батареи своими залпами поистине чудовищной мощи смогли практически без помех сокрушить почти весь флот Акена Боша, неосторожно вошедший в звездный домен своего старого врага. Но этот бой все равно не стал легким для Маршана и его товарищей. Хотя ответные атаки мятежников были разрознены и неорганизованны, зато они отличались отчаянным упорством. Нескольким пилотам двести сорок второй пришлось покинуть свои поврежденные в сражении машины, но, к счастью, живы в итоге остались все. В круговерти боя Алексу было особенно некогда следить за судьбой тяжелых кораблей противника, и он успел лишь заметить, что на сближение с остатками флота Нео-Терры, пошедшим на прорыв к межзвездному узлу Васуда – Капелла устремились силы союзников во главе с линейным кораблем «Хедерет», и что к скрещениям лучевых залпов «Молний», добавились отсвечивающие желтым цветом клинки открывших огонь васудианских кораблей. Только вернувшись после окончания боя на орбитальную инсталляцию Васуды Прайм, он и его друзья узнали, что небольшая часть кораблей Боша и сам мятежный адмирал сумели прорваться в систему Капеллы. Со стороны это могло выглядеть досадной оплошностью, но Маршан, своими глазами видевший весь громадный флот мятежников, покидающий эфирный мост, наоборот, склонен был расценивать достигнутый итог сражения как дарованное им свыше чудо. Он-то хорошо помнил свои первые ощущения в самом начале боя, и они были весьма похожи на те, которые он пережил еще месяц назад на эпсилон Пегаса, отбивая со своей эскадрильей атаки кораблей мощного Четвертого флота контр-адмирала Коха.

Его более легкомысленные молодые товарищи, быстро отойдя от пережитого, уже рисовали по старой, насчитывающей сотни лет традиции на бортах своих машин значки сбитых ими в бою файтеров мятежников и готовились к неминуемым награждениям за проявленный личный героизм. Лишь только один Мак-Квирилл долго ходил озадаченный, пытаясь вслух разобраться, каким же это образом флот Нео-Терры, попытавшийся нанести предательский удар в спину Альянсу, так позорно провалил все дело, проиграв в итоге сражение уступающей ему в несколько раз по силе группировке союзников. Правда, после непродолжительной беседы с командиром двести сорок второй эскадрильи Франо Кордорой, в ходе которой он, видимо, получил исчерпывающее объяснение по интересовавшему его вопросу, Мак-Квирилл умерил свою любознательность и стал больше интересоваться текущими проблемами, в частности, где и когда отпраздновать очередной триумф «Королей самоубийц».

Пилоты еще не успели решить этот насущный вопрос, когда к исходу галактических суток в звездный домен Васуды прибыла ударная группировка под командованием самого гранд-адмирала Данила Гранина, державшего флаг на только что вступившем в строй линкоре «Эниши». Командующий флотами Альянса не стал надолго задерживаться во владениях своих союзников и, получив полный доклад от контр-адмирала Корфу о разгроме мятежников, сразу же устремился со своей эскадрой в систему Капеллы в погоню за сбежавшими кораблями Акена Боша. Но вместе с ним в путь отправилась и вся двести сорок вторая истребительная эскадрилья, по приказу гранд-адмирала переброшенная с орбитальной инсталляции Васуды Прайм на уходящий флагманский линкор.

Таким образом, Маршан и его товарищи очень быстро оказались на Капелле и только там, прибыв к главной орбитальной инсталляции этой звездной системы, получили, наконец, трехдневную передышку, долгожданную увольнительную и обещанные им за храбрость ордена. Алекс, оказавшийся в прошедшем бою на самом острие атаки и заваливший сразу три вражеских бомбардировщика, с благоговением принял из рук своего командира первую для себя почетную награду, «Летный Крест» с отличием первой степени, в то время как большинство его товарищей удостоились только второй. Но поэтому ему и выпить пришлось в два раза больше, чем остальным, прямо в пассажирском салоне транспортного модуля, где пилоты двести сорок второй эскадрильи, отправившиеся на орбитальную станцию с символическим райским названием «Аркадия», не долго думая, начали свою вечеринку, прибавив головной боли перевозившему их экипажу. К счастью, занимающаяся спортом и практически непьющая Лиссен держала своих разудалых подчиненных под неусыпным контролем и перед самым прибытием на инсталляцию ухитрилась подбросить двойную дозу собритина в последнюю бутылку крепкого алкоголя, которую пилоты распили «на посошок». Так что, когда наконец, раскрылись шлюзовые створки транспортного «Элизиума» в военном секторе астровокзала западного крыла станции, по невысокому трапу на поверхность «Аркадии» спустилась почти трезвая и немного грустная от этого компания.

– Найра, ты предала наши идеалы, – упрекнул девушку, озабоченно пересчитывающую присутствующих пилотов по головам, Мак-Квирилл, – ты вернула нас с хмельных вершин в серую прозу дней. Тебе нет никакого оправдания.

– Когда она успела, я же за ней следил, – пожаловался Моулин и почесал свой затылок, – а теперь у меня от собритина в ушах звон колокольный стоит.

– И ведь, главное, в последнюю бутылку подбросила, – поддержал его Мак-Квирилл, – типичное женское злодеяние. Мне надоел этот матриархат, нам нужны новые люди. Мужского рода…

Лиссен закончив подсчет, облегченно вздохнула и внимательно посмотрела на дерзкого бунтовщика.

– А у тебя, Мак, в ушах не звенит? – поинтересовалась она. – А то могу устроить. В каком ухе предпочитаешь услышать средней силы звон? В правом? В левом?

Мак-Квирилл, не отвечая, быстро отступил за Маршана, расположив того между собой и девушкой.

– Мак, выбирай в правом, – подсказал Алекс, оказавшийся в результате этого маневра спиной к своему другу, – она правша. Поэтому в левом не советую. Звенеть будет чересчур сильно.

– Я не собираюсь играть в эти игры, – высокомерно заявил Мак-Квирилл, по-прежнему продолжая держать между собой и хищно смотрящей на него Лиссен своего товарища, – кстати, кто-нибудь вызвал глайдер? А то скоро дождь пойдет.

Все автоматически посмотрели вверх, светящее солнце и вправду стали затягивать серые тучи. Со стороны было совершенно невозможно поверить, что это лишь искусно наведенные иллюзии и что за облаками на самом деле скрывается внешний купол станции.

– Сделали бы так же на нашем линкоре, – мечтательным голосом произнес Маршан, – а то я немного подустал от сплошных металлических переборок.

– Вот сейчас и отдохнем, – деловито сообщила Найра, переставая магнетизировать Мак-Квирилла своим взглядом, – то, что мы заказали на сегодня, выглядит точно не хуже, по крайней мере, по каталогу. Короче, пилоты, за мной шагом марш!

Орбитальная инсталляция «Аркадия», одно из самых старых космических сооружений, была построена землянами восемьдесят лет назад, еще даже до первого знакомства с Васудой, когда выходцы из Солнечной системы только расселялись по доступным им звездным доменам. Огромный, даже по нынешним меркам, рукотворный космический объект, постоянно достраивавшийся и перестраивавшийся, занимал теперь общую площадь около двухсот квадратных километров на своих пятнадцати обитаемых ярусах с населением больше пяти миллионов человек и, по сути, был целой обитаемой мини-планетой. Несведущий гость мог бы легко потеряться в лабиринте дорог, перекрестков и переходов огромной орбитальной инсталляции, но опытная Лиссен захватила с собой навигатор, который должен был указать им дорогу до «Замка грез», где они забронировали себе апартаменты на целые сутки. С трудом разместившись в двух местных глайдерах, вся компания молодых пилотов с гордым видом, позвякивая новенькими сияющими орденами, отправилась на отдых.

«Замок Грез» действительно оказался настоящим замком средневекового вида, только очень скромным по размерам, расположенным на опушке тенистого леса рядом с небольшим озером, которое, правда, как и лес, оказалось в основном тоже искусной голограммой. В этом на деле убедился Стефан Томальски, попытавшийся было с какой-то целью углубиться в заросли и стукнувшийся через сотню метров лбом об обычную на вид пластикатовую стену. Но в остальном никакого подвоха заметить было почти невозможно, ласково грело летнее солнышко, легкий ветерок едва заметно шевелил листву на деревьях, в лесу пели невидимые птицы – и все это благолепие настраивало Найру, да и Алекса, откровенно говоря тоже, на романтический лад. Девушка тесно прижалась к своему молодому человеку, когда они вдвоем остановились за каменной невысокой оградой, любуясь предоставленными им буколическими видами.

– Жалко, что всего на один день, – пробормотала Лиссен, пряча лицо на груди у Маршана, – здесь так хорошо.

– Да уж, – согласился молодой человек, – зависнуть бы нам здесь на недельку-другую.

– На неделю денег никаких не хватит, мы и так месячное жалованье здесь выкинули, – тут же возразила практичная Найра, подняв на него взгляд своих огромных серых глаз, – и вообще, это чудо, что нас отпустили даже на один день. Я думала, нас за Бошем сразу отправят.

Алекс покрепче обхватил девушку. Мимо ограды вихрем промчались два практически голых пилота двести сорок второй эскадрильи и с криками бросились в озеро. Белые пенистые буруны обозначили их траектории под поверхностью взволновавшейся воды.

– Спросила бы лучше меня, – усмехнулся молодой человек, внимательно следя за пловцами, из всех сил, рассекавшими водную гладь, – войне скоро конец, Найра. Мятежники лишились почти всех своих сил. Ну, помыкаются они по системе гамма Дракона, в которой и так полно наших кораблей, а дальше что? Я тебя уверяю, мы тут проторчим неделю, если не больше. Наверняка наш шеф будет просто ждать здесь сообщения о капитуляции всех трех оставшихся звездных систем Нео-Терры.

– Какой шеф, Кордора?

– Ага, он самый, – хихикнул Маршан, – но вообще-то я имел в виду гранд-адмирала Гранина.

– А не рано тебе еще рассуждать о звездной стратегии, мальчик? – поддела его Лиссен. – Может, для начала получишь звание пилота первого класса?

– Это время не за горами, – важно заметил Алекс, – а когда я стану адмиралом, не позабудь взять свои слова обратно. Так вот, дорогая, – со значительным видом продолжил он, – нашему командующему совершенно нет смысла бегать по окраинам Альянса во главе всего своего флота, гоняясь за тремя кораблями Акена Боша, чью голову ему и так наверняка приволочет Анххаф с гамма Дракона. А поскольку мы приписаны к флагманскому кораблю и у гранд-адмирала нет привычки расставаться с лучшими пилотами, то и мы тоже останемся на Капелле, можешь мне поверить.

– А как же шиване? – спросила уже почти убежденная его словами девушка. – С ними нам разве не придется воевать?

Маршан только пренебрежительно махнул рукой:

– Шива уже не тот, что был раньше в Великую Войну, если ему даже васудианцы умудрились плюх навешать. Как появился здесь месяц назад, так и отправится восвояси, если жить захочет. Шиванам еще повезет, если наши самые отчаянные ребята не отправятся за ними следом.

– Хорошо, что ты у меня такой умный, – Найра нежно погладила его по плечу, – будешь адмиралом, а я твоей адми… адмиралтессой.

– Так это через сколько лет будет, – машинально произнес Алекс. – Я еще на истребителе не налетался. Э-э, погоди, – вдруг опомнился он, – ты… ты это что имела в виду?

Лиссен безмятежно глядела на своего молодого человека:

– А ты разве не собираешься быть рядом со мной всю оставшуюся жизнь?

– Ну, если бы я знал, сколько мне этой жизни отмерено, то я, пожалуй, смог бы точнее ответить на твой вопрос, – пробормотал Маршан.

Глаза Найры подозрительно сузились. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент со стороны озера раздались последовательно два глухих удара, а затем громкие насыщенные космической божбой ругательства, от которых, как показалось Алексу, смолкли даже птицы в лесу.

– Ты смотри, – оживленно сказал он, стараясь сменить тему, – озеро-то тоже всего метров тридцать в длину. Наши парни, похоже, доплыли до самой стенки. А чувство юмора у здешних есть, смотри, они даже буйки там поставили!

Две головы с разочарованными выражениями на лицах торчали из воды рядом с остроносыми красными буйками, за которыми расстилался на вид еще километр водной глади.

Лиссен мрачно посмотрела в сторону озера.

– Сами виноваты, – сказала она, – раз не знают, что за буйки заплывать нельзя, – девушка высвободилась из объятий Марша-на, – пошли в замок, пора на стол собирать.

– Найра, ты что, на меня обиделась? – простодушным тоном спросил молодой человек.

– Пока нет, – Лиссен хмуро посмотрела на Алекса, – если бы обиделась, то уже утопила бы тебя в этом озере, – ее глаза вдруг заблестели на солнце подозрительной влагой.

Маршан почувствовав легкий укол совести.

– Ну, в замок, так в замок, – он вдруг вскинул девушку на руки, легко оторвав невысокую Лиссен от земли, – но имей в виду, что туда я отнесу тебя на руках!

Найра улыбнулась и в знак примирения, нежно поцеловав его в ухо.

Алекса разбудила негромкая мелодия его коммуникатора. Он повернулся на спину и осторожно приоткрыл глаза. Комната, в которой проснулся молодой человек, настолько сильно отличалась своей обстановкой от всех тех, где ему когда-либо приходилось просыпаться, что Маршан несколько секунд даже серьезно раздумывал о том, не очутился ли он, как какой-нибудь «попаданец», в далеком прошлом. Наконец, он сообразил, что находится все-таки не в средневековье, а в близкой ему современности, в одной из спален «Замка грез», куда он с Найрой переместился вчера ночью после великолепной вечеринки в тронном зале со своими товарищами. Лиссен мирно посапывала рядом с ним на широкой двуспальной кровати, в узкие стрельчатые окна глядел наступающий рассвет, где-то чирикали утренние пташки и все вокруг дышало покоем и безмятежностью. Все, кроме мелодии из его персонального коммуникатора. Музыка была знакомой и сообщала ему о чем-то важном, но Алекс после вчерашнего никак не мог вспомнить, о чем именно. Он покосился взглядом на свой коммуникатор, небрежно брошенный поверх груды одежды на низеньком дубовом табурете рядом с кроватью и сиротливо помигивающий ему россыпью огоньков. Мелодия продолжала звучать, по-прежнему пробуждая у него в мозгу неясные воспоминания, и неожиданно Маршан вспомнил какие именно.

– Илья! – Алекс прямо подскочил на кровати, но широкое дубовое ложе с толстенным тюфяком даже не шелохнулось. Зато зашевелилась Найра.

– Что такое? Тревога? – приподняв голову, сонно спросила девушка, на которой из всей одежды были только ее волосы.

Молодой человек посмотрел на нее отрешенным взглядом.

– Нестеров где-то здесь, на «Аркадии», – нетерпеливо объяснил он, – у нас коммуникаторы настроены на прямую связь, если находятся в пределах досягаемости.

– Илья? Нестеров? – нахмурила лоб не до конца проснувшаяся Лиссен. – А, это твой друг, про которого ты рассказывал? Ты с ним вместе учился?

– Учился вместе… – презрительно хмыкнул Маршан, вцепившись в свой коммуникатор, – и учился, и воевал! Как он здесь оказался? Он же писал в последний раз, что дерется с шиванами. Я просто обязан его увидеть.

Он дрожащими пальцами нажал вызов.

– Ты, главное, видеорежим не вздумай включить, – окончательно проснувшись, предупредила его девушка, – я немного не одета.

Маршан только машинально кивнул, нетерпеливо постукивая пальцами по коммуникатору в ожидании ответа от своего друга. Лиссен бросила на Алекса скептический взгляд и грациозно скользнула с постели за своей одеждой, на тот случай, если ее молодой человек окажется чересчур рассеянным.

Наконец Илья ответил.

– Алекс, дружище, это ты?! – раздался знакомый до боли голос.

– Илья, ты здесь! – заорал в ответ счастливый Алекс. – Я уже думал, до конца войны не увидимся!

– Да, я на «Аркадии», – так же радостно, но не так громко подтвердил его друг, – ждем «Россию», она вот-вот должна подойти после ремонта. А как ты здесь оказался?

– Не может быть, и старушка наша близко! – восхитился Маршан. – Вот это здорово! А мы сами только что прибыли с Веги. Нам дали день отдыха на инсталляции.

– Отлично, – ответил невидимый Нестеров, – тогда мы обязательно должны увидеться сегодня днем. Наталья тоже захочет тебя видеть.

– И Синарин здесь? – обрадовался Маршан. – А со мной, ты не поверишь, Стефан. Стефан Томальски, – он посмотрел на Лиссен и тут же поправился, – в смысле не рядом со мной сейчас, а недалеко отсюда.

– Это его с эпсилон Пегаса сюда занесло? – удивился голос Ильи. – Ну, расскажете мне сегодня свои истории. Это здорово, что у нас целый день. Где предлагаешь встретиться?

Услышав эти слова, Алекс потускнел. Он вспомнил, что его «целый день» начался еще вчера.

– Черт! Илья, у нас увольнительная уже почти кончилась, я забыл! Подожди!

Он быстро повернулся к уже одевшейся до необходимого минимума Лиссен.

– Найра, сколько у нас времени до отбытия? – громким шепотом спросил молодой человек, – сейчас девять утра по галактическому.

Девушка подняла глаза к потолку, подумала и показала ему четыре пальца. Алекс благодарно кивнул и послал ей воздушный поцелуй.

– Илья, у нас есть четыре часа, – опять радостно заорал он, как будто боялся, что невидимый друг его не услышит, – я сейчас разыщу Стефана, а вы пока с Наташкой определитесь с местом, где встретиться.

– Договорились, тогда до связи, – согласился Нестеров и отключился, деликатно не спросив, почему Маршан так и не включал прямой видеорежим.

Закончив разговор, Алекс с довольным лицом повернулся к своей подруге, снова зарывшейся в подушки.

– Вот это совпадение! – с воодушевлением сказал он. – Мы еще с кампании на Денебе не виделись. Прямо даже в горле пересохло, – он поискал глазами по комнате и схватил с небольшой полки над кроватью бокал с недопитым со вчерашнего вечера коктейлем.

– Вы там не увлекайтесь, – предупредила его Лиссен, демонстрируя, что она не только девушка Маршана, но еще и его начальник, – у нас через четыре часа отбытие на линкор. Чтобы были здесь с Томальски без опозданий!

Алекс, делая богатырский глоток, принял самый искренний и дисциплинированный вид, но тут же обнаружил, что чуть было не проглотил свой «Летный Крест» первой степени, невесть как оказавшийся на дне бокала.

– Да кто ж тебя сюда сунул? – поперхнувшись ошеломленно произнес он, неожиданно вспомнив, что этот негодяй он сам. – Черт бы побрал эти дурацкие флотские традиции.

У него был такой возмущенный и одновременно ошарашенный вид, что Найра, не выдержав, прыснула, но тут же снова стала серьезной.

– Ты его точно не проглотил? – озаботилась она. – Там столько маленьких деталек.

– Найра, я тебе что, трехлетний ребенок? – возмутился уже на это предположение Маршан и торопливо поискал у себя языком во рту. – Все нормально.

К нему быстро возвратилось хорошее настроение, и он подумал о том, что будет здорово блеснуть перед Ильей и Натальей своей первой наградой. Он даже представил себе немного завидующие лица своих друзей и довольно улыбнулся.

– А ты будешь пока здесь? – торопливо одеваясь, спросил он у своей девушки.

Лиссен в ответ сладко потянулась на широком ложе.

– Да, немного еще вздремну – промурлыкала она, – потом позагораю у озера, искупаюсь, а затем начну вас всех собирать на обратный рейс. Так что смотри, не опаздывай.

– Я-то всегда вовремя появляюсь, – заметил молодой человек, натягивая брюки, – а вот Томальски тот, да…

– Кстати, мне же его еще найти надо, – вдруг вспомнил он, наклоняясь, чтобы поцеловать девушку на прощанье.

– А что за Синарин там с вами еще будет? – спросила Найра, возвратив ему поцелуй.

– Синарин? – переспросил Алекс, со скрипом отворяя тяжелую деревянную дверь их покоев. – А, это один… одна пилот. Мы тоже вместе воевали. Честное слово.

* * *

– Приношу вам свои поздравления, господин гранд-адмирал, – голос Кима Рейнала звучал довольно кисло и вполне подходил к выражению его лица, – правительство Альянса положительно оценивает ваши действия по окончательному разгрому Нео-Терры.

– Спасибо за такую высокую оценку, – сухо кивнул Гранин, – но война с мятежниками еще не окончена. Пока осталась не захваченной система Полярной, а главное не пойман сам Акен Бош.

Звонок министра по мгновенной связи застал гранд-адмирала во время очередной беседы с его другом и подчиненным, командиром «России». Гранин все-таки заставил Орнео закончить ремонт своего линкора на день раньше и перевести корабль в распоряжение его ударной группы прибывшей с домена Веги. Через несколько часов он собирался уже и сам перейти с «Эниши», так и не снискавшей его расположения, на свой старый, любимый флагман, на котором Данил начал и теперь хотел закончить свою войну с Нео-Террой. Кролла, как верный оруженосец, вызвался помочь гранд-адмиралу с переездом на свой корабль и, сейчас захваченный неожиданным звонком первого лорда своему начальнику, сверкал из-за спинки кресла глазами, пылающими от любопытства на уже подходивший к окончанию секретный разговор.

– Взятие Полярной вопрос двух-трех дней, – возразил Рей-нал, – в этой системе не осталось ни одного боевого корабля мятежников, только небольшие легкие силы и стационарные средства обороны. Но меня, если откровенно, более беспокоит Акен Бош и его предполагаемый контакт с шиванами.

«Что ж он тебя раньше не беспокоил, – раздраженно подумал Гранин, – когда мы об этом на каждом углу кричали?»

Вслух же он сказал:

– Выходы из системы гамма Дракона надежно перекрыты со всех сторон. Около Кносса дежурят значительные силы, а обратно на Капеллу адмиралу тем более не прорваться.

– Но он же там где-то прячется! С какой-то целью!

– Ну, а что ему еще остается делать, господин министр? – возразил гранд-адмирал. – Не вступать же на своем фрегате в бой с двумя линейными кораблями? В ближайшее время мы отправим в систему две «Харибды», я надеюсь, они смогут быстро определить местоположение «Айсини».

У министра по-прежнему оставался довольно кислый и неудовлетворенный вид.

– Знаю я этого мерзавца, возьмет, да и проскочит в туманность, – с хмурым знанием дела предположил Рейнал, – а может, вы, господин гранд-адмирал, возьмете и того… взорвете этот бесовский Кносс? – в голосе министра вдруг появились просящие нотки. – Так, на всякий случай, а?

Гранин даже опешил от такой неожиданной просьбы. Он прекрасно помнил, как пять дней назад, первый лорд от лица правительства Альянса категорически запретил даже думать об уничтожении портала. «Умнеют помаленьку», – язвительно подумал он.

– Закончили бы одним махом две войны, – помечтал Рей-нал, – а главное бы от Шивы избавились.

Гранд-адмирал перевел взгляд с голографического изображения министра на кресло, за которым прятался командир «России». У Орнео тоже было удивленное выражение лица. Данил тяжело вздохнул. Первый лорд настолько боялся нового шиванского вторжения, что готов был для этого пожертвовать чем и кем угодно. Сначала он собирался пропустить к порталу флот Акена Боша в призрачной надежде, что Нео-Терра и Шива аннигилируют друг друга, а теперь был готов уничтожить Кносс, чтобы оттуда не пожаловали в гости к Альянсу шиванские эскадры.

– Вы же знаете, господин Рейнал, – устало сказал Гранин, – что сейчас сохранению прохода в туманность присвоен наивысший приоритет вашим же Советом безопасности. Только при полномасштабном вторжении Шивы я имею полномочия подорвать Кносс.

– Да знаю я это, – нервно отозвался первый лорд, – проклятая Мина Харгроув смогла убедить весь наш Совет в ценности портала. А если она ошибается и у этих физиков-шизиков снова ничего не получится? Сколько раз они говорили нам, что уже совсем близки к созданию искусственных звездных мостов? И тем более можно подумать, что шиване будут спокойно ждать, когда Харгроув закончит свои исследования!

Услышав излияния министра, Кролла почти высунулся из-за своего кресла. Выражение на его лице сменилось с удивленного на сопереживающее, командир «России» тоже не любил Мину Хар-гроув. Гранд-адмирал исподволь показал своему товарищу кулак.

– Я понимаю ваши опасения, господин Рейнал, и даже разделяю их, – он попытался придать своему голосу сочувствующий тон, – и со своей стороны хочу заверить, что учту высказанное вами пожелание.

Лицо Орнео опять стало удивленным, и Гранин едва сдержал смешок при виде такой гаммы сменяющих друг друга переживаний на физиономии своего друга.

– И кстати, не могли бы вы убедить нашего уважаемого главу службы внутренней безопасности немедленно прибыть в систему гамма Дракона, – как бы, невзначай добавил он, – мне может потребоваться его содействие.

– Но Мартанов сейчас на Ригеле, – немного растерянно ответил Рейнал, – у него полно дел в капитулировавших звездных системах.

– Тем не менее он нужен мне здесь, – вежливо, но настойчиво сказал гранд-адмирал, – тем более учтите, я ведь собираюсь поймать самого главного мятежника.

– Ну, только если так, – все еще колеблясь, произнес первый лорд, – и если он вам действительно необходим…

– Абсолютно, – твердо заявил Гранин, – и как можно скорее.

– Хорошо, – послушно закивал головой министр, – он прибудет к вам незамедлительно, после того как я свяжусь с ним.

– Я вам буду очень признателен.

На этом разговор главнокомандующего флотами Альянса Данила Гранина и министра обороны и первого лорда Адмиралтейства Кима Рейнала завершился. Чиновник быстро попрощался, и его изображение, мигнув несколько раз, наконец исчезло. Гранд-адмирал устало вздохнул и с наслаждением потянулся. Орнео не в силах больше сдерживаться, как чертик из коробочки, выскочил из-за своего укрытия.

– Данил, на кой черт тебе нужен здесь Мартанов, – заорал он, – и зачем Рейналу взрывать Кносс?

Гранин снисходительно посмотрел на своего товарища и успокаивающе покачал рукой.

– А зачем ты подслушиваешь секретные разговоры, если ничего в них не понимаешь? – осведомился он.

Кролла упал обратно в свое кресло, за которым он десять минут прятался во время звонка Рейнала, и озадаченно посмотрел на своего друга.

– Политика, – прозорливо пробормотал командир линкора.

Гранд-адмирал усмехнулся в ответ.

– Ты и сам мог бы обо всем догадаться, – укоризненно сказал он. – Рейнал мечтает взорвать портал, видимо потому, что пережил когда-то психологическую травму от шиван еще во времена Великой Войны. Вот и мечется бедолага в разные стороны, лишь бы не встречаться с ними снова. Бош пообещал ему ударить по Шиве, министр кричит: «Не сметь трогать Кносс!», а стоило нам избавиться от Нео-Терры, как он тут же меняет свое мнение на противоположное. Теперь он боится, что из портала полезут адские демоны, и желает побыстрее его взорвать, чего тут удивительного?

– Ну, в этом-то с ним можно согласиться, – заметил Крол-ла, – я, когда увидел в первый раз «Сатану», сразу твою сказочку про девятиголового великана вспомнил. Ну, а Мартанов здесь нам зачем?

– Видишь ли, Орнео, чтобы развязать мне руки здесь для борьбы с Шивой и для поимки нашего скрывающегося Боша, мне крайне необходима спокойная обстановка в капитулировавших звездных системах Нео-Терры, – терпеливо объяснил Гранин своему товарищу, – а благодаря «помощи» Мартанова, мы рискуем получить там новое восстание. Этот парень слишком ретиво берется за дела, в которых мало смыслит. Пусть уж лучше он сидит здесь и ждет, пока мы поймаем Акена. И я даже дам ему за это возможность первым его допросить. И волки будут довольны, и овечки будут невредимы. А с оставшимися мятежниками вполне и Хайди с Бохуном справятся.

– Не зря тебя, Данил, главнокомандующим назначили, – с уважением заметил командир «России». Хотя, – он слегка поморщился, – видеть эту рожу здесь… в смысле на моем корабле, – поправился он, – зрелище не из приятных.

– Я же тебе говорю, что все будут довольны, а ты не слушаешь, – упрекнул друга Гранин, – Мартанов будет находиться на «Эниши», новейший линейный корабль для такой персоны вполне приличное место.

– А вдруг у него там свет выключится или утечка из энергоблоков произойдет? – с сатанинской усмешкой предположил облегченно вздохнувший при этой новости Орнео Кролла.

– Вот-вот, как раз и будет у него возможность проявить себя в поиске местных саботажников и диверсантов, – закончил его мысль гранд-адмирал.

Ублаготворенный командир «России» довольно потер руки.

– Отлично, – сказал он, – ну, а мы тогда куда двинемся? На Вегу, принимать окончательную капитуляцию Полярной? Как раз к тому времени, как прибудем, наши поди ее и возьмут.

– Ах да, прости, – извиняющимся тоном ответил Гранин, – я не успел с тобой на эту тему договорить, позвонил наш чертов министр.

Кролла обратил на гранд-адмирала благожелательное лицо, готовясь выслушать его распоряжение двигать «Россию» к Веге. И главнокомандующий флотами Альянса отдал распоряжение, но это было совсем не то, что хотел услышать его подчиненный.

– Готовь наше старое корыто, Орнео, – сказал гранд-адмирал – через шесть часов мы совершим прыжок к мосту на гамма Дракона. Надо ловить Боша, пока он не смылся к шиванам через Кносс.

Выражение лица командира линкора изменилось еще раз. На совсем противоположное.

* * *

– Илья!!! – радостно взревел Маршан, увидев в конце зеленой аллеи две знакомые фигуры. – Наталья!!!

На него с удивлением начали оборачиваться остальные посетители Центрального парка седьмого уровня орбитальной инсталляции «Аркадия». Но Алекс, не обращая ни на кого внимания, устремился навстречу друзьям, которых и не чаял увидеть до конца войны. Стефан Томальски, которого Маршан выдернул прямо из постели, еле поспевал следом за своим товарищем. Хорошо еще, что они оба успели привести себя в относительный порядок после вчерашнего праздника, пока Нестеров искал удобное для них всех место встречи.

Маршан налетел на невысокого Илью, как орел на пташку, сжав друга в своих объятиях. В ответ Наталья с визгом повисла на шее у слегка оторопевшего от этого Томальски, а уже затем подступила к Алексу.

– Вы только посмотрите, у Ильи уже стального цвета виски, а рыжик наш не седеет, – нежно глядя на обоих друзей, сказала девушка и погладила Маршана по свободному плечу.

– Правда, Илья, – удивленно сказал Алекс, отступив на шаг, – ты, где это так подкрасился?

Нестеров только смущенно махнул рукой.

– Столько всего произошло, Ал, – сказал он, – я же маму свою похоронил и только вот недавно снова живой нашел. От одного этого поседеешь.

– Представляю, что ты пережил, – сочувственно кивнул головой его друг, – но ничего, – обратился он к Синарин, – мы его после войны на генную терапию отправим, сделаем обратно из Ильи белокурого русича.

Наконец, вдоволь наобнимавшись, четыре воссоединившихся отважных пилота уселись на скамейки под чахлыми деревьями парка и заказали у местного андроида-продавца чего-нибудь освежающего.

– Мы же могли с вами разминуться на какие-то четыре часа, – не уставал восторгаться Алекс. – Как вы здесь оказались, друзья мои?

– Да мы давно здесь, – сказала Наталья, – в смысле, мы были сначала на планете Капелла Тэта две недели, а потом нас отправили ловить прорвавшуюся в систему эскадру Боша.

– Только самого адмирала мы не поймали, – продолжил за девушку Нестеров, – это, видимо, входит у нас в традицию, – хмыкнул он. – Но зато девять других кораблей мятежников спустили после нашей атаки флаги.

Услышав эти слова, Маршан хлопнул по плечу, вздрогнувшего от этого Томальски, который с каким-то странным выражением на лице рассматривал разрумянившуюся Синарин.

– Тогда скажите нам со Стефаном спасибо, что их оказалось так мало, – с довольным видом сообщил он, – мы с этим вот парнем, ну и правда, еще с новейшими лучевыми батареями, взяли на себя все остальные боевые корабли Нео-Терры. А их было, поверьте мне, ребята, очень много. Вот, даже получили заслуженные награды, – горделиво сказал он и неожиданно запнулся, увидев, как сидевший к нему немного боком Нестеров, который в это время принимал доставленный заказ с напитками, теперь полностью обернулся к Алексу, продолжая внимательно слушать своего друга.

– Шива меня забери, – сдавленно пробормотал он, увидев планки двух высших наград Альянса на груди Ильи, и перевел свой взгляд выше на знаки отличия пилота первого класса, – командир, ну почему ты не забрал меня тогда с собой!

Наталья звонко засмеялась:

– Ал, мы сражались в туманности за порталом, и наш командир победил межзвездный разрушитель Шивы. Он герой, ну а я ему помогала. Немного.

Здесь только пилот заметил и награду Синарин, лежавшую почти горизонтально на ее груди. Стефан, сидевший рядом с ним, испустил глубокий вздох.

Илья улыбнулся давно знакомой Маршану улыбкой.

– Наталья немного преувеличивает, – сказал он, – на самом деле, все было не так пафосно. Но я, как ваш бывший командир, приказываю сначала вам немедленно рассказать, чем вы занимались во время нашего вынужденного расставания и за что получили Кресты с отличием. Особенно вот этот вот, первой степени.

Алекс и Стефан переглянулись.

– Не поверишь, Илья, но моя история будет скучнее всех – наконец начал Маршан, – потому что первые две недели после нашего расставания я просидел в кутузке, а наш Стефан в это время мирно нагуливал жирок при шестом флоте, расквартированном в системе эпсилон Пегаса…

Хотя история Маршана, как он выразился, должна была стать самой скучной, но сравнительно со скупым рассказом Стефана, она оказалась отнюдь не самой короткой, и Алексу пришлось опрокинуть не один бокал газированного фраппа, чтобы у него за это время не слишком пересыхало в горле. Выслушав последнюю часть истории молодого человека про разгром флота Нео-Терры в звездном домене Васуды, Илья стал задумчив.

– Значит, Альянс атаковал корабли мятежников сразу после того, как были взорваны два ваших сторожевых орудия? – спросил он.

– Вот именно, – ответил Маршан, – но вот кем они были взорваны, мы так и не поняли, потому что вражеских кораблей на дистанции выстрела точно не было. А затем «Молнии» дали залп по линкору «Ухуру», тот развалился, потом мятежники контратаковали, и нам стало не до размышлений.

– Похоже, Акена Боша кто-то перехитрил, – медленно и вдумчиво сказал Илья, – и ты говоришь, что были слухи о самоубийстве Вито Витторио? Я не знал об этом, нам сообщили, что он погиб в бою.

– У меня тоже были на этот счет некоторые предположения, но с тех пор как я просидел в холодной камере две недели, – зябко передернул плечами Алекс, – я стал немного осторожнее в своих поступках и высказываниях.

– Ты прав, – кивнул Нестеров, – тогда мы еще легко отделались. Но сейчас наш гранд-адмирал вроде бы не дает много воли особому отделу.

– Это не удивительно, у нашего Гранина есть все основания не любить службу ВБ, – заметил Маршан, допивая свой фрапп. – Ну, а теперь, командир, твоя с Натальей очередь, – сказал он, – вы были во владениях Шивы, а мы с Стефаном нет…

– Я туда не особо спешу, если честно… – вставил Томаль-ски, – мне вполне хватает того, что уже с мной произошло.

При этих словах на лице Ильи появилось загадочное выражение, и он быстро переглянулся с Натальей.

– Хорошо, – сказал он, – тогда слушайте…

Нестеров не был таким эмоциональным рассказчиком, как его друг, но зато он был более основательным и не упускал даже мелких деталей. Уже через десять минут Маршану стало казаться, что это он сам находится за таинственным порталом и разыскивает старого врага Альянса, настолько подробной и увлекательной для него была история Ильи.

– Да уж, повезло тебе, – наконец, с завистью признался он, – все получилось так, как ты и хотел. Помнишь, как мы с тобой еще мальчишками мечтали повоевать с Шивой? А мне только Нео-Терру удалось погонять, – он печально вздохнул, – теперь вот кончится война с мятежниками, и Кносс наверняка взорвут. Не зря же они туда, как ты говоришь, столько мессонных бомб отправили. А так бы хотелось, чтобы мы снова оказались вместе, – он по очереди посмотрел на каждого из своих друзей.

В ответ на это Нестеров снова с загадочным видом переглянулся с Натальей и поколдовал над своим коммуникатором.

– Не вижу причин, почему бы троим благородным донам и одной донье снова не оказаться вместе, – многозначительно произнес он, – например, на борту всем известной России», кстати, только что закончившей ремонт и вот-вот собирающейся отправиться на поиски шиван.

Маршан только рассмеялся и махнул рукой:

– Илья, может быть, ты и полетишь на поиски шиван, а вот мы точно останемся здесь, охранять его величество гранд-адмирала на его «Эниши», – он посмотрел на часы, – и нам, кстати, уже через час придется прощаться. В тринадцать часов по галактическому времени с инсталляции уходит наш модуль.

– Но ты же сам хотел остаться с нами? – запротестовал Нестеров. – И Стефан, я думаю, не против, да Стефан?

Томальски осторожно кивнул в ответ и как-то нервно почесал свою бороду.

– Да кто ж нас отпустит-то к тебе? – саркастически спросил на это Маршан. – Или ты уже адмиралом успел стать? Ну, фантазер!

Сидевшая напротив него Синарин неожиданно весело рассмеялась.

– Да скажи им уже, командир, – взмолилась она.

– Нет уж, хочу, чтобы они сами догадались, – ответил Нестеров, по очереди переводя взгляд с Алекса на Стефана и обратно.

– О чем? – Томальски собрал весь свой лоб в морщины.

Маршан молчал и ошеломленно смотрел на своего друга.

– Так значит, ты не просто так оказался с Натальей здесь, на орбитальной станции? – наконец спросил он.

– Не просто, – ответил Илья.

– Да о чем вы толкуете? – озадаченно спросил Стефан, разглядывая на просвет свой пустой бокал.

– Нас переведут в твою эскадрилью? – спросил Алекс, не обращая внимания на слова Томальски. – Но как ты, черт возьми, ухитрился это провернуть?

Вместо ответа Нестеров поднялся с места и, обойдя скамейку, на которой расположились Маршан с Томальски, встал позади своих друзей и опустил руки им на плечи. Наталья, в этот момент с улыбкой смотревшая на них, спохватилась и сделала снимок всей троицы.

– Ты почти угадал, дружище, – наконец сказал он, – правда, это не совсем моя эскадрилья. Так вот, – Илья похлопал обоих товарищей по плечам, – как я уже сказал, «Россия» уходит в систему гамма Дракона. Но на ней идет и сам гранд-адмирал, а ему нужны настоящие пилоты в предстоящих боях. И мне, как бывшему заместителю командира сто седьмой группы «Вороны», по секрету сказали о переводе к нам всей прославленной эскадрильи «Королей самоубийц».

Синарин с удовольствием сделала еще один снимок. Особенно хорошо вышел Томальски с отвалившейся нижней челюстью. Алекс подскочил на месте и развернулся к своему другу.

– Фантастика! – просиял он. – Стефан, ты слышал, мы снова вместе! Намнем всей компанией холку Шиве!

Его товарищ привел челюсть в прежнее положение и неуверенно улыбнулся. После того, как Стефан прослушал подробный рассказ Ильи о сражениях с шиванами, ему не очень хотелось отправляться в систему гамма Дракона, а то и дальше. Но он старался не подавать вида.

– Это же здорово, Илья! – продолжал восторгаться Алекс. – Мы снова будем на одном корабле, хотя и в разных эскадрильях.

– Нет, дружище, не в разных, – покачал головой Нестеров, – а снова вместе в одной. Наверное, ты не обратил внимания, как я сказал, что я бывший, – он выговорил это слово с ударением, – заместитель командира сто седьмой.

Маршан внимательно посмотрел на своего друга.

– Илья, говори прямо, сколько у тебя еще сюрпризов, – полушутливо-полусерьезно сказал он, – у меня сердце слабое, а Стефан вон вообще, в предынфарктном состоянии. Ты или серый кардинал в нашем флоте или… а-а, это вас просто переводят к нам в эскадрилью, – догадался он.

– Ты практически бьешь в десятку, Ал, – улыбнулся Нестеров, – только серый кардинал не я, а Николай Темный, мой бывший наставник. Надеюсь, вы все его помните, еще с кампании на Денебе? Теперь он возглавляет новую боевую группу и взял нас с Натальей к себе после наших сражений в туманности с Шивой. Мы базируемся на «России», только в специальном ангаре, и пилотируем секретную боевую технику. А Николай поручил мне самому набрать свое звено. Надеюсь, вы оба догадались, кто туда еще вошел кроме меня и Синарин? Кстати, забегая вперед, скажу, что мой наставник ничуть не возражал против таких кандидатов.

Алекс ошеломленно смотрел на своего товарища.

– Спецгруппа, секретный ангар, новая боевая техника… – тихо выговорил он, – и на этом всем мы будем воевать с Шивой?

– Стефан, ущипни меня, – уже громче обратился он к Томальски, – вот оно счастье!

Стефан машинально кивнул в ответ и выполнил просьбу товарища, но почему-то сам он в этот момент чересчур счастливым не выглядел.

Глава 7

– Сверхтяжелый перехватчик «Эриния», самая последняя и секретная разработка Альянса, – Николай остановился и повернулся на каблуках к небольшой группе пилотов, следовавших за ним, – сейчас это наше самое грозное оружие. До этого использовался только в одной спецоперации. Успешно.

Позади него на палубе хищно распластался отсвечивающий приглушенным блеском неостали файтер необычных очертаний. Как минимум, в два раза выше и длиннее самого большого истребителя Альянса, секретная боевая машина чем-то напоминала гигантскую птицу со сложенными крыльями, приникшую к посадочной рампе секретного ангара «России». Позади новейшего перехватчика можно было видеть еще пятнадцать таких же машин, недвижно в два ряда замерших на своих местах. В остальном ангар был пуст, кроме группы пилотов со своим командиром, в огромном помещении никого не было.

– Да он же больше бомбардировщика, – с удивлением вполголоса произнес Алекс, – неужели он по маневренности сравним с истребителем? Хотя бы с «Мирмидоном»? Я уже не говорю о своем «Пегасе», – добавил он, вспомнив о изящных очертаниях своей бывшей машины.

Николай усмехнулся:

– В этом он не лучше «Пегаса», – сказал он, – но и не хуже, тем более если учесть, что в четыре раза тяжелее. Практически они сравнимы по своим летным характеристикам и удельному энерговооружению, но «Эриния» при этом несет на борту в два раза больше боевого снаряжения, в которое могут входить даже тяжелые торпеды для уничтожения больших кораблей.

– Получается, это универсальная машина для решения всех задач? – спросил кто-то из пилотов, – а за счет чего удалось добиться таких тактико-технических характеристик?

– Очередная технология Древних, – пошутил Маршан.

Командир группы едва заметно улыбнулся.

– Может, у них и была такая технология, – допустил он, – но наши инженеры утверждают, что они все придумали сами. Дело в том, что здесь на «Эринии» защитное поле, которое требует постоянного расхода энергии, включено не постоянно, как обычно, а только в том случае, если центральный транспьютер перехватчика детектирует приближающуюся угрозу в виде ракеты или плазменного заряда.

– Так оно пока включится и стабилизируется, мне за это время из файтера решето сделают, – уныло заметил Томальски.

– В этом-то и есть главная фишка, пилот, – Николай похлопал ладонью по матовой плоскости секретной машины, – наши умники добились почти мгновенной стабилизации поля. Благодаря этому, больше энергии можно перевести на маршевые двигатели. Ну, а дополнительного спокойствия вам добавят двадцать пять сантиметров брони из неостали.

– А на крейсерах два метра минимум толщина бортовой брони, – возразил Стефан, и все вокруг рассмеялись. Томальски озадаченно огляделся, не понимая причины всеобщего веселья.

– Хорошо, пилот, так уж и быть, мы навесим тебе пару бронеплит с ближайшего крейсера, – невозмутимо произнес Темный, вызвав еще один взрыв смеха.

– Но мне кажется, что даже для увеличенного вооружения габариты немного великоваты, – сказал Илья, дождавшись общей тишины и с укором посмотрев на Стефана, – или у него и боезапас как у тяжелого бомбардировщика?

– Увы, только под одну тяжелую торпеду, – покачал головой Николай, – но ты мыслишь в правильном направлении.

Заинтригованные пилоты все как один в ожидании уставились на своего командира. Тот, убедившись, что остальные его подчиненные не желают заниматься лишней мыслительной деятельностью, жестом подозвал их поближе.

– Главный секрет этих машин, из-за которых они и стоят сейчас в отдельном ангаре, – сказал он, – заключается в том, что они способны преодолевать межзвездные переходы самостоятельно… – Темный сделал паузу и продолжил: – Образно говоря, они проходят по самым перилам эфирных мостов, по их дочерним тонким каналам, практически не формируя гравитационных всплесков. Это молчаливые убийцы больших кораблей.

По группе пилотов пронесся легкий шум.

– Но для дальнего прыжка они должны быть еще раз в пять больше и тяжелее, – возразил Маршан, – мы же знакомы с азами гипермеханики.

– Никто ее законов и не опровергает, – усмехнулся Николай, – перед тем как осуществить межзвездный переход, как минимум, четыре «Эринии» должны сблизиться и войти в механическую сцепку. И только после этого вокруг них формируется подпространственная воронка, дающая этим файтерам возможность взойти на эфирный мост.

– А если их останется всего три? – спросил кто-то. – Ну, к примеру, после боя?

– Тогда никто из них не вернется домой, – отрезал командир, – более того, в любом случае даже у четырех машин запаса энергии хватит только на один переход туда и один обратно. Это перехватчики для очень смелых пилотов, ребята.

Стефан Томальски немного побледнел и огляделся. Но против его ожиданий лица остальных его товарищей уже горели энтузиазмом немедленно сесть за штурвал машин для очень смелых пилотов. Действительно, раньше о такой возможности – осуществить межзвездный перелет на файтере – можно было только мечтать. Теперь же, обладая такой машиной, можно было эту мечту осуществить. Но в какую звездную систему отправит их командование, если война с Нео-Террой уже почти закончилась? Неужели во владения Шивы за таинственный портал Кносса? Но может ли межзвездный перехватчик осуществить и внутригалактический перелет?

Этот немой вопрос настолько явственно был написан на лицах пилотов, что командир поспешил успокоить своих подчиненных.

– «Эринии» способны на дальний прыжок и в туманность шиван, – добавил Николай, – но только от вас будет зависеть, смогут ли они вернуться обратно. Как раз сейчас наше командование планирует разведывательный бросок за Кносс. Туда пойдут восемь машин, половина всего того, что мы имеем. Это риск, но Гранину позарез надо знать, что происходит в туманности. Не забывайте, что там сейчас где-то бродит «Сатана», а это очень серьезный противник.

– И сколько тогда у нас времени на освоение новой техники? – с удивлением спросила Наталья.

Командир слегка пожал плечами.

– Вы у меня ребята опытные, двух дней вам хватит за глаза, – сказал он, – но имейте в виду, что каждая такая машина стоит как эскадрилья обычных «Мирмидонов». Поэтому не разочаровывайте наше командование небоевыми потерями. А меня и боевыми тоже.

– Да и что такого, – самонадеянно выразил общее мнение Алекс, – почему бы нам его и за день не освоить? Подумаешь, всего в два раза больше чем обычный истребитель. Да, коллеги?

Пилоты одобрительно зашумели.

– А можно вопрос, командир? – спросил педантичный Илья. – Какой у него запас хода на ближнем режиме?

– Э-э… не меньше восьми световых часов, – Николай почесал подбородок, – при экономичном расходе, естественно.

– А сколько на «Эринии» бортовых пушек? – послышался чей-то заинтересованный голос. – Четыре? Ого!

– Пушки стоят класса «Субак» или новые «Максимус№?

– А «Шершней» она насколько больше взять может?

– Больше чего, балда? Задавай командиру точные вопросы!

– Я вообще-то имел в виду свой «Геркулес».

– Вот и оставь их на своем «Геркулесе»! Совесть у тебя есть, такое старье на подвески вешать? Николай, а сколько эта машина возьмет ракет типа «Гарпун»?

Темный поднял обе руки ладонями вперед на уровне своей груди, стараясь успокоить разгорячившихся пилотов.

– Ребята, спокойно! – его голос легко перекрыл все остальные звуки. – Через час мы собираемся в нашем зале полетных тренажеров, и там вы узнаете все интересующие вас подробности. А пока даю вам пять минут на то, чтобы вы могли потрогать, погладить и поцеловать своих новых боевых подруг. Время пошло!

После закончившихся восьмичасовых занятий по освоению новых секретных перехватчиков пилоты могли только едва волочить ноги. Илья, Алекс, Стефан и Наталья отделились от своих новых товарищей по эскадрилье и избрали путь в свое любимое кафе на третью палубу звездного линкора, где они когда-то собрались в первый раз перед своим первым совместным боевым вылетом.

– Поверить не могу, – сказал Маршан, садясь за знакомый столик под туманностью Конская Голова и набирая меню, – всего-то два месяца прошло с того момента, как мы сидели здесь зелеными новичками. А теперь ты погляди, – он посмотрел на каждого из своих друзей по очереди, – вокруг меня одни космические волки, увешанные наградами!

– Мы теперь «Рапторы», Алекс, а не волки, – усмехнулся Илья, – шестьдесят четвертая эскадрилья специального назначения. Как будто нас кружит по всем боевым группам Альянса, не находишь?

– Не как будто, а так и есть, – возразил Маршан, – я вот даже на васудианском дредноуте успел послужить, – и он попытался прошипеть какую-то фразу на языке союзников.

Его товарищи дружно рассмеялись.

– А помнишь, Ал, как на тебя эта туманность свалилась? – радостно вспомнила Синарин, показывая на изображение Конской Головы. – Ты в ней сидел по самую шею!

– Это когда на «России» главный генератор бабахнул, – тоже припомнил Нестеров, – и почему-то боевую тревогу объявили при нашем первом вылете. Бежали наперегонки в свой ангар.

– Такое не забудешь, особенно, если учесть, что Наталья тогда опрокинула на меня мой и свой фрапп, – сварливо сказал Алекс, – я еле успел переодеться.

– Ну, Ал, какой ты оказывается злопамятный, – протянула Синарин, – я и не знала. А ты, Стефан, что молчишь, о чем задумался? Тоже что-то вспомнил?

Томальски вздрогнул и поднял на нее глаза.

– А у меня тогда, помню, движок забарахлил перед вылетом, – вдруг сказал он, – натерпелся я страха во время патрулирования, которое потом невесть во что превратилось.

– Наталья, ты ему в движок ничего не проливала? – серьезным тоном спросил Маршан.

– Сколько всего прошло-то, оказывается, ребята, – задумчиво сказала Синарин, слегка улыбнувшись шутке Алекса, – с той секунды, как мы увидели горящий «Велизарий». А теперь мы сидим на том же самом месте и готовимся к прыжку на другой край галактики.

– Ты же там уже была, – недоуменно произнес Маршан, – или мы прыгаем на другой край?

– Ну, мы шли тогда на «России», на огромном линкоре – смутилась девушка, – а теперь мы взойдем на эфирный мост на маленьких перехватчиках. Это даже романтично, – добавила она.

– Ничего себе маленьких, – возмутился пилот, – да по ним с трех астрометров неуправляемой ракетой не промахнешься.

– Зато я там, в кабине, себя совсем по-другому почувствовал, – задумчиво произнес Илья, – каким-то прямо сверхчеловеком. Представляете, одним движением руки провести свой корабль от одной звезды к другой. Нажатием всего лишь одной кнопки освободить огромную мощь тяжелой торпеды, которая сможет переломить пополам линкор. Меня даже озноб пробрал от таких мыслей. Теперь я в чем-то понимаю чувства Бланкара, пилота-бомбардировщика, когда он увидел, как взрывается торпедированный им шиванский разрушитель. Он сказал, что это похоже на то, как будто ты одним движением сдвигаешь огромную лавину, которая все сметает на своем пути, оставляя за собой одну лишь снежную пустыню.

Все разом замолчали под впечатлением от слов Ильи, понемногу задумываясь над ожидающими их в уже близком будущем испытаниями. Почти все они, став уже опытными бойцами, не страшились грядущих схваток с Шивой. Альянс людей и васудианцев уже показал свою мощь, сокрушив мятежную Нео-Терру, и теперь снова выходил на бой со своим старым врагом. Один лишь Стефан Томальски по привычке ожидал неблагоприятного исхода событий, хотя и старался не показывать в этом вида.

Совсем немного времени прошло, всего несколько галактических часов с того момента, как линкор «Россия», бережно неся в себе пилотов и их боевые машины, сошел с эфирного моста, соединяющего звездные системы Капеллы и гамма Дракона. Правда, перед этим дальним прыжком четыре пилота уже успели познакомиться с остальными товарищами по новой, только что сформированной эскадрилье. А теперь они познакомились и со своими секретными боевыми машинами.

– Ну что притихли, друзья? – Маршан ловко подвинул бокалы, в которых пузырился газированный фрапп, поближе к их владельцам. – Предлагаю превозгласить тост за прибытие в эту прекрасную звездную систему.

Он посмотрел на свет сквозь поднимающиеся пузырьки в своем бокале.

– Хотя это и совершенно безалкогольная влага, – заметил Алекс, – но что поделать, мы военные пилоты и нам пока нельзя… Э-э, Стефан, – вдруг прервался пилот, – будь так любезен, дай увеличение вон на ту вращающуюся штуку, сквозь которую нам предстоит очень скоро проскочить.

Он поднялся со своего места и с удовлетворением посмотрел на голографическое изображение Кносса, повисшее над столом. Взяв в руки бокал, Алекс многозначительно оглядел своих товарищей. Те, почувствовав торжественность момента, тоже встали, держа свои бокалы в руках.

– Итак, мои товарищи, храбрые пилоты новой шестьдесят четвертой эскадрильи под названием «Раптор», – Маршан был похоже в ударе, – сейчас все вы видите перед собой таинственный портал, за которым нас ждет слава или смерть. Так давайте выпьем только за нашу славу!

* * *

– Ну вот, все как в старые добрые времена, – Орнео Кролла довольно развалился в самом большом кресле и даже собрался было сложить свои ноги на край стола, но бросив осторожный взгляд на гранд-адмирала, передумал это делать, – ну и как тебе моя красавица «Россия»?

– Она прекрасна, если ты именно это хотел услышать, – размышляя о чем-то своем, сказал Гранин, – а ты, кстати, чего тут развалился? Я, думаешь, для этого тебя позвал за два часа до общего совещания?

– Извини, Данил, – с готовностью отозвался командир линкора, послушно соскакивая с кресла и вставая рядом с гранд-адмиралом. За комплимент своему любимому кораблю, он готов был сделать для своего друга что угодно.

– Я весь к твоим услугам, – сказал он, – планируем новое наступление?

– Что-то вроде того, – ответил командующий, – только, давай сначала обсудим с тобой, чтобы потом на совете не опозориться.

Оперативный зал «России», расположенный рядом с мостиком линкора, в самой глубине гигантского корабля, был почти пуст. Совещание высших офицеров мощной ударной группировки Альянса, сформированной в системе гамма Дракона, должно было начаться только через два часа, и поэтому в зале, уже полностью подготовленном для совета, пока еще никого было кроме самого Данила Гранина и командира его флагмана Орнео Кролла.

– Вот это, я понимаю, сила, – с уважением сказал Орнео, разглядывая значки собранных в системе кораблей, – а где «Колосс»? – он вытянул шею, высматривая контур самого сильного линкора Альянса на трехмерной карте сектора. – Что-то я его не вижу.

– «Колосс» только что вошел в систему, он пока около узла перехода с Капеллы, – сообщил гранд-адмирал, – погоди, сейчас я его перетащу к остальным.

Он озабоченно посмотрел на силы своего флота, расползшиеся по всей системе. Зрелище было внушительным, но одновременно вызывало у командующего и опасения. Слишком много времени могло потребоваться, чтобы собрать все боевые корабли в один мощный кулак.

– Итак, смотри, Орнео, что мы имеем на сегодняшний день, – начал Гранин, продолжая внимательно разглядывать карту, – где-то в системе продолжают скрываться два корабля Нео-Терры, а где-то за Кноссом бродит шиванский «Сатана» и неизвестно еще, сколько с ним эскорта. Мы же, в свою очередь, имеем здесь на текущий момент только что прибывший «Колосс», линкор «Картидж» Лайона, твою «Россию» и к ним постоянно ломающуюся «Эниши», – лазерный зайчик от указки командующего скакал по фигуркам перечисляемых кораблей, и те на мгновение ответно вспыхивали дружелюбными зелеными огоньками.

– Ничего, захотят жить, на ходу починятся, – по-спартански хладнокровно заметил командир линкора.

– Починятся, – машинально кивнул Гранин, – а пока будут чиниться, мы их твоей «Россией» прикроем.

В ответ на эту провокационную фразу Кролла обиженно насупился и замолчал.

– Кроме этого, здесь с нами вместе васудианские дредноуты «Псамтик» и «Хатшепсут», – продолжил командующий, не обращая внимания на надутый вид Орнео, – правда первый из них изрядно побит, но пока остается в строю. Плюс ко всему шестнадцать тяжелых и девять легких крейсеров, а из москитного флота больше пятисот файтеров. Силища!

– И три мессонных заряда, чтобы взорвать Кносс и смыться на Капеллу, – буркнул капитан «России», – могли бы это сделать, и не собирая здесь таких сил.

– В этом ты прав, – примирительно заметил Гранин, – я сам ночей не сплю, не знаю, что с этим Кноссом делать. Взорвать? Но мы так и не выяснили толком, откуда шиване пришли в туманность. Да и Мина Харгроув пока отчаянно против. Мне потом Совет голову оторвет, если ученые обвинят меня в саботаже их научной деятельности. Вдруг мы и вправду сможем стряпать сами такие порталы где угодно, если хорошенько изучим Кносс?

Его товарищ только тяжело вздохнул, слушая сомнения гранд-адмирала.

– Данил, давай начистоту, – потребовал он, – ты ведь давно уже для себя все решил. Иначе бы не собрал здесь целую армаду. Не будешь ты взрывать портал, даже если оттуда полезет «Сатана» со всеми его демонами, а навстречу ему выскочит Акен Бош. Я же вижу, что у тебя есть какой-то новый план, так давай выкладывай. Наверняка ты позвал меня не затем, чтобы рассказывать про Мину Харгроув и про то, что она с тобой сделает, если ты спалишь этот чертов Кносс.

Командующий флотами Альянса, несмотря на всю серьезность разговора, не смог удержаться от нервного смешка в ответ на слова своего друга.

– Ты развеял мои сомнения, Орнео, я в тебе не ошибся, – довольно ироничным тоном сказал он, – ну и что ты бы сделал на моем месте?

– Я? Я бы взорвал Кносс, причем вместе с этой Миной Харгроув, чтобы некому было потом предъявлять претензии, – без колебаний ответил командир линкора, – и забыл бы про Шиву раз и навсегда. Но я не на твоем месте. Так что в нашем случае надо ловить Боша, искать «Сатану» и так далее, до самого победного конца, если он конечно будет. Dixi.

– Вот на этом пока и остановимся, – подвел черту Гранин, – а взорвать портал мы всегда успеем.

Кролла в сомнении только пожал плечами в ответ на эти оптимистичные слова гранд-адмирала.

– Хорошо, но так как же ты все-таки решил уничтожить «Сатану», – меняя тему, спросил он, – наши союзники бились об него, как прибой о скалы. И с таким же результатом.

Командующий флотами Альянса оживился:

– Есть одна мыслишка, вот посмотри, – перед офицерами появилась увеличенная примерно до полуметра фигурка нового шиванского джаггернаута, – мы еще с Витторио заметили странность конструкции этой махины. Главное оружие вражеского корабля – четыре мощнейшие лучевые соты, под удар которых лучше не попадать даже «Колоссу». Но находятся они почему-то на довольно уязвимых, вытянутых на полтора километра «лапах». Если осуществить массированную атаку бомбардировщиками прямо по сотам, то можно вывести их из строя. И уже тогда можно будет выпускать на него наш суперлинкор. По предварительным расчетам «Колосс» успеет прожечь броню «Сатаны» до того, как тот сможет разогнаться, чтобы уйти в подпространство.

– План, в принципе, неплох, – подумав, согласился, капитан «России», – только слишком много разных «если». Если мы сначала найдем в туманности сам джаггернаут, а не он первым отыщет нас. Если бомбардировщики смогут вывести все лучевые соты из строя, а это станет ясно только опытным путем, когда мы потом подставим под них «Колосс». Если наших бомберов к тому же не собьют охотники шиван, а их наверняка там будет не меньше сотни. И если «Сатана» не упрыгает дальше в туманность, по дороге наставив синяков «Колоссу».

– Соображения резонные, – в свою очередь согласился с товарищем Гранин, – но теперь у нас кое-что есть, что могло бы помочь разделаться с шиванским джаггернаутом. Взгляни-ка сюда, – рядом с силуэтом «Сатаны», появилось изображение файтера с эмблемой Альянса, но незнакомых Орнео очертаний.

– Что это, – приподнял бровь Кролла, – новый перехватчик? И как он поможет нам справиться с этим монстром? Или он такого же размера как «Сатана»? – усмехнувшись, пошутил он.

– Увы, нет, – тоже усмехнулся в ответ гранд-адмирал, – всего лишь тридцать четыре метра в длину, но это смертельно опасный малыш, Орнео. Последняя разработка нашего военно-промышленного комплекса, сверхтяжелый перехватчик «Эриния». Их сейчас на борту твоей «России» всего шестнадцать штук.

– Они здесь? У меня? – изумился командир линкора. – А почему я об этом ничего не знаю?!

– Тебе не сказали? – с притворным удивлением в голосе спросил Гранин. – Какой кошмар!

У капитана «России» был вид человека, оскорбленного в лучших своих чувствах. Он перевел взгляд с Гранина на изображение перехватчика и судорожно полез за ближайший виртуальный экран.

– Да у меня же все ангары заняты, – бормотал Кролла, торопливо набирая свой код наивысшего доступа на управляющей панели, – так, смотрим. Бомбардировочные: шестая «Медузы», седьмая «Боанергосы», восьмидесятая «Артемис» присутствуют, – скороговоркой читал он. – Истребительные: двести сорок вторая на «Персеях» и сто седьмая на «Мирмидонах» тоже есть. Свежая шестьдесят четвертая, «Геркулесы», в наличии. Плюс разведывательная сто двенадцатая полуэскадрилья. – он непонимающе уставился на своего начальника, – ты меня разыгрываешь, да?

– Шестьдесят четвертая не «Геркулесы», – поправил его гранд-адмирал, – извини Орнео, очень уж секретная штука эти «Эринии», но я тебе сейчас все расскажу. Как лучшему другу.

– Да уж, сделай милость, – ворчливо заметил лучший друг, – а то это что-то неописуемое выходит, капитан и не знает, что у него на борту творится!

После краткой технической вводной Гранина командир линкора немного успокоился.

– А я думал, уже не доживу до этого дня триумфа человеческой мысли, – слегка иронически заявил он, – но что это нам дает? Ну, кроме того, что теперь мы можем сбегать в туманность туда и обратно, не рискуя большими кораблями.

– Что дает? – переспросил командующий. – Давай посмотрим.

Повинуясь неслышной команде гранд-адмирала, зеленые значки шестнадцати секретных перехватчиков переместились из звездной системы гамма Дракона в таинственный мир шиван. Вслед за ними в туманность вошли тяжелый крейсер и станция дальней разведки. Через несколько секунд недалеко от кораблей Альянса, схваченный поисковыми детекторами, проступил зловещий силуэт «Сатаны» в сопровождении нескольких шиванских драккаров. «Эринии» немедленно перестроились в боевой ордер и, бесстрашно совершив ближний прыжок, оказались рядом с шиванским джаггернаутом. Как будто ожидая этого, в туманность вошел сам «Колосс», сопровождаемый четырьмя линейными кораблями Альянса.

– Стой, стой! – вдруг завопил Кролла, наблюдая, как под ударами «Эриний» у джаггернаута Шивы одна за другой отламываются лапы лучевых сот. – Это нечестно! Данил, ты что, и вправду думаешь, что даже эскадрилья сверхтяжелых перехватчиков сможет так покалечить «Сатану»? У них же всего по одной торпеде и к тому же им придется отбивать встречные атаки шиванских охотников.

– Это смотря какие торпеды, – парировал командующий, – что ты скажешь о малютке, в пять раз более мощной, чем «Циклоп», но почти такой же по размеру?

– В пять раз? – недоверчиво переспросил капитан «России».

– Да, что ты на это скажешь?

Кролла проделал в уме какие-то сложные вычисления и потрясенно посмотрел на своего товарища.

– Данил, эти штуки надо немедленно запретить! – с волнением сказал он. – Такой даже одной хватит, чтобы переломить мой линкор пополам. Это же будет чистый линкороцид!

– Орнео, я тебя заверяю, – с улыбкой постарался успокоить его гранд-адмирал, – на наших линейных кораблях мы их испытывать не будем. Тем более пока у нас этих торпед крайне ограниченное количество. Мы их все подарим только «Сатане».

Командир линкора еще некоторое время печально размышлял о будущей незавидной судьбе всех больших кораблей.

– Шестнадцать новых торпед – это почти сотня старых «Циклопов» в эквиваленте, пожалуй, даже шиванскому джаггернауту такого угощения хватит, – наконец сказал он, переводя свой взгляд снова на карту туманности, где «Колосс» всеми своими двенадцатью лучевыми орудиями главного калибра допиливал беспомощного «Сатану», – ну, а после мы вернемся обратно на гамма Дракона?

– Конечно, вернемся, – подбодрил друга Гранин, – вот, только сначала выясним, откуда в туманности шиване появились. И сразу вернемся. Вдруг там еще один «Сатана» где-то шляется.

– Или двадцать один, – решил напугать его капитан «России».

Командующий усмехнулся в ответ:

– Шутку оценил.

– А как назовем операцию? – спросил Орнео.

– Она пойдет у нас под кодовым наименованием «Месть богов», – пояснил гранд-адмирал, слегка улыбнувшись каким-то своим мыслям. Затем он одним движением стер всю картину уже подходящей к концу звездной битвы и посмотрел на часы:

– Ну что, у нас еще полтора часа. Будут замечания, предложения?

Кролла открыл было рот, чтобы попросить своего друга поподробнее растолковать ему такое необычное название для операции, но его неожиданно прервал включившийся персональный коммуникатор Гранина. На связь вышел его помощник Рихан Крэйг.

– Господин гранд-адмирал, прошу вас пройти на мостик. Мы только что обнаружили два корабля Нео-Терры в одном световом часе отсюда, – Рихан был как всегда спокоен и невозмутим.

* * *

«Милый мой Илюшка, со мной все в порядке. Прости, что заставила тебя так волноваться. Но ничего опасного со мной не происходило, я тебя уверяю. Я посылаю тебе это сообщение с Николаем, а заодно отправила весточку и Мине Харгроув. Не знаю, правда, от кого ты получишь это письмо первым. Но не важно. Главное, чтобы у тебя все было хорошо. Я надеюсь, что все передряги скоро закончатся, и я смогу увидеться с тобой. А пока береги себя сынок. Твоя любящая мама».

Илья еще раз перечитал сообщение, которое он уже выучил наизусть, и задумался. Его бывший наставник, пилот прима-класса Темный, так ничего толком и не рассказал ему, что произошло с Анастасией. То ли потому, что он сам не знал, то ли был связан какими-то обязательствами о неразглашении военной тайны. Николай лишь подтвердил, что с мамой все в порядке, она жива и здорова и сейчас находится где-то в домене Веги. А доктор физики Мина Харгроув знала только первую часть историю, до исчезновения Анастасии, каковую она ему прилежно и рассказала заново. Но что в действительности произошло с ней и как мама оказалась на другом краю владений Альянса, в системе альфа Центавра, пока оставалось для молодого пилота неразрешимой загадкой.

Нестеров перевел взгляд на приборную панель своей «Эринии», на которой светились огоньки предстартовой готовности. Бортовые часы бесстрастно показывали, что эта готовность длится уже час. Пилот глубоко вздохнул и потянулся.

– Они долго будут над нами издеваться? – услышал он в интеркоме голос Маршана, который, так же как Илья и еще Стефан с Натальей, сидел в кабине своего перехватчика, ожидая приказа на взлет.

– Берегут нас, – ответил Илья своему товарищу, – как триариев.

– Как кого?

– В античном Риме на Земле две тысячи лет назад, – с удовольствием начал объяснять Нестеров, – наиболее опытные солдаты назывались триариями. Они вступали в бой в самый тяжелый момент, когда решалась судьба сражения. Поэтому у римлян даже существовала поговорка: «Дошло дело до триариев».

– Понятно, – после паузы ответил Маршан, – тогда в нашем случае будут говорить, что дошло дело до эриниев.

Илья не смог удержаться от смешка.

– Ну, видишь, пока, значит, не дошло, – стараясь сохранить серьезный тон, произнес он.

– Так мы всю жизнь в запасе проведем, – чуть разочарованно сказал Алекс, – пока война совсем не закончится. Сейчас наши товарищи разгромят все, что осталось от кораблей мятежников, а нам ничего не достанется.

– Это уж точно, – авторитетно подтвердил Стефан, который за час ожидания успел немного выспаться и сейчас с нетерпением ждал отмены вылета, чтобы всхрапнуть по-настоящему, – если туда отправили целых две полные бомбардировочные эскадрильи, они «Айсини» в плоский блин раскатают, как пить дать. А истребителей у мятежников уже нет.

– Наши ребята из двести сорок второй как раз к ним в прикрытие пошли, – с ностальгией вздохнул Маршан, – сейчас, наверное, смотрят шоу «фейерверк из последних кораблей Нео-Терры» с безопасного расстояния.

– Может, нас потому и не взяли, – подала голос Наталья, внимательно прислушивавшаяся к словам товарищей, – мы же всего день, как на новые машины пересели. А если там Бланкар, то он мятежникам точно спуску не даст.

– Наталья, скажи, пожалуйста, чего тут сложного, – возмутился Маршан, – навел прицел на корабль и жди, пока система не скажет «пуск торпеды разрешен». Посмотрел бы я на твоего Блан-кара в маневренном бою!

– Лично смотрела, когда он со своими пилотами уничтожил шиванский разрушитель под непрерывными атаками охотников, – дерзко парировала девушка, – и видела все это своими глазами. Они же все бывшие истребители, Ал, и мы такими же станем лет через семь-восемь.

Маршан сообразил, что ляпнул лишнего. Действительно, на бомбардировщики пересаживались пилоты, уже отслужившие свой срок на более легких и маневренных машинах. Карьера астролетчика-истребителя была не такой уж и долгой, всего десять, максимум двенадцать лет, пока с возрастом не начинала снижаться молниеносная реакция пилота.

К счастью, Нестеров пришел на помощь своему старому другу.

– Если вы бы рассуждали логически, – примиряюще заметил Илья, – то давно уже во всем разобрались. Николай же ясно сказал перед вылетом… Ну то есть не перед вылетом, конечно, – поправился он, – а перед тем как мы засели в кабинах. Я-то думал, вы внимательно слушали. Он сказал, что нашли два корабля мятежников. Два, – подчеркнул пилот, – а должно быть сколько?

В интеркоме на несколько секунд воцарилось потрясенное молчание.

– Должно быть три: «Айсини», легкий крейсер и транспорт сопровождения – выдохнул, наконец, Алекс, – Я и забыл, что там было гражданское судно. Командир, ты гений.

– Кто гений? – всполошился окончательно проснувшийся Томальски. – Илья? Почему?

– То есть командование предполагает, что Бош опять решил всех перехитрить, – задумчиво произнес Маршан, не обратив внимания на вопросы Стефана, – и что на самом деле «Айсини» может находиться сейчас где-то в другом месте. Это меняет дело, – с оптимизмом добавил он, – с такими картами я снова в игре.

– Не просто с картами, Ал, – заметил Нестеров, – а с козырными тузами. Даже одно попадание тяжелой торпеды с «Эринии» может прикончить фрегат Боша. Эти рыбки в несколько раз мощнее обычных «Циклопов».

– Тогда я бы даже сказал, что не с тузами, а с контрольной дубиной, – предложил более подходящее определение Маршан, – особенно, если вспомнить, как мы пытались остановить «Айсини» на своих легких «Мирмидонах» два месяца назад. До сих пор ведь перед глазами все стоит. Но теперь, – в голосе пилота появились кровожадные нотки, – мы с ней за все рассчитаемся!

– Не торопись, Ал, – охладил его пыл Нестеров, – может оказаться и так, что «Айсини» все-таки достанется Бланкару. Мы же не знаем точно, какие два корабля мятежников были обнаружены.

– В любом случае это уже скоро выяснится. До сектора, где обнаружили корабли Нео-Терры, всего час лета, – подсчитала дотошная Синарин, – и этот час уже почти прошел.

– А я больше чем уверен, что наш командир прав и фрегата там нет, – убежденно заявил Алекс. – Это мне вот в последнее время не везет с прогнозами, – его голос немного погрустнел, – недавно сказал своей Найре, что мы никуда не двинемся из домена Капеллы, а буквально через четыре часа нас отправили сюда. И теперь она надо мной хихикает. Вот-вот, совсем как вы.

Щелкнул отерком, и дружелюбное хихиканье товарищей пилота неожиданно оборвал голос командира шестьдесят четвертой эскадрильи Николая Темного:

– Всем пилотам, внимание, готовимся к немедленному взлету через шестьдесят секунд. Командиры звеньев, доложите о готовности.

Пилоты закопошились в своих ложементах, послышались звуки включаемого бортового оборудования. Пальцы Илья привычным жестом коснулись приборной панели его перехватчика. Управление тяжелой «Эринией» почти ничем не отличалось от того, с чем он до автоматизма свыкся на своем старом «Геркулесе». Почти ничем, кроме отдельного блока управления торпедным вооружением. Но при взлете с линкора оно ему понадобится, скорее всего, не должно.

Послышался нарастающий свист турбин, и зеленый огонек на приборной панели просигнализировал об отключении магнитных дифлоков, удерживавших «Эринию» на палубе ангара. Один за другим пилоты его звена доложили о готовности к старту. Нестеров включил отерком.

– Звено «Дельта» к взлету готово, – дождавшись своей очереди, доложил он командиру эскадрильи.

– Отлично, ребята, – голос Николая звучал приподнято, – сегодня мы отправляемся на большую охоту.

* * *

– Докладывает командир двести сорок второй эскадрильи Франо Кордора, – голос пилота, мгновенно пронизавший пустоту почти миллиарда километров, всколыхнул мостик «России», – рядом с точкой выхода обнаружены два корабля Нео-Терры. Это легкий крейсер «Александра» и судно обеспечения. Расстояние три астрометра, разрешите атаковать?

Гранин нетерпеливо пристукнул рукой по управляющей панели. Час назад после известия Рихана Крэйга в сектор, где были обнаружены корабли мятежников, с «России» отправились три эскадрильи. В окружении гранд-адмирала все уже рассчитывали на то, что в руки Альянса попадется сам Акен Бош, ради поимки которого и была устроена эта охота. Командующий даже отложил общее совещание своего оперативного штаба, в глубине души тоже надеясь, что погоня за неуловимым адмиралом вот-вот завершится. Но его ожидания не оправдались, Бош снова преподнес Альянсу сюрприз.

Гранд-адмирал перевел взгляд на карту, где появились значки вражеских кораблей с точными координатами. Две эскадрильи бомбардировщиков и одна истребительная понемногу приближались к остаткам сил противника, но пока еще не входя в зону досягаемости их зенитных средств.

Тем временем Кордора, назначенный перед вылетом координатором операции, не дождавшись отмашки командования для атаки, продолжил свой доклад.

– Судя по показаниям сканеров, оба корабля лежат в дрейфе, – сообщил он, – мы не видим вокруг них обычного гравитационного искривления. Сейчас это легкая цель. Еще раз прошу дать подтверждение на атаку.

– Подтверждения не даю, – Гранин принял новое решение, – запросите крейсер по общему каналу связи. Транслируйте на «Россию».

– Никуда они от нас не денутся, – вполголоса ответил он на недоуменный взгляд стоявшего рядом с ним командира линкора, – но вдруг мы сможем что-нибудь узнать об «Айсини».

Кролла кивнул, соглашаясь.

– Бош прожженный трюкач, никогда не знаешь, что от него ждать, – капитан снова перевел взгляд на фигурки дрейфующих кораблей, почти всего того, что осталось от мощи Нео-Терры, – но, по крайней мере, мы молодцы, что не послали туда шестьдесят четвертую эскадрилью. Для одного легкого крейсера шестнадцать новых торпед как-то не комильфо. Он же просто испарится.

Через полминуты томительного ожидания «Александра» вышла на связь. Перед командующим появилось размывающееся изображение офицера мятежников, судя по знакам отличия, самого капитана крейсера.

– Я Салек Палау, командир корабля, – лицо его было хмурым, он пригладил торчащий ежик своих черных волос, – что вы хотели нам сообщить?

– Здравствуйте, Салек, – неожиданно мягко произнес Гранин, – я командующий флотами Альянса, гранд-адмирал Данил Гранин. Мы бы хотели сообщить вам, что от флота Нео-Терры осталось всего три корабля и только от вас зависит, каким образом сократится их количество. Мирным путем или нет.

Капитан крейсера мрачно усмехнулся:

– Мы конченые люди, гранд-адмирал, и нам совершенно нечего больше терять кроме своих жизней.

– Я это знаю, – сказал Гранин, – но вы можете сохранить их.

– Чтобы потом быть расстрелянным военным трибуналом?

Я предпочту умереть как воин в своем последнем бою.

Слова Палау покрыл взволнованный голос командира «Королей самоубийц»:

– Крейсер активирует свои системы! Через десять минут он сможет совершить прыжок!

– Салек, остановитесь, – тон гранд-адмирала стал повелительным, – если вы сложите оружие, спасете себя, товарищей и свой корабль. Война практически окончена, наши силы уже вошли на Ригель. Правительство Альянса гарантирует амнистию таким воинам, как вы. Я даю слово офицера.

Видно было, что Палау колеблется.

– Ваше правительство также давало обещание пропустить наши корабли без боя и не сдержало его, – вдруг выпалил офицер, – как мы теперь можем вам верить?

Гранин запнулся, слова командира крейсера были тяжелой правдой, хотя в том, что произошло, не было прямой вины самого командующего. Он на секунду остановился, подыскивая подходящие слова.

– Салек, мы точно знаем, что ваш адмирал вел Альянс к катастрофе. Шива никогда бы не стал вашим союзником. Это была самая тяжелая ошибка Боша, и слишком многие заплатили за нее своими жизнями.

Слова командующего, очевидно, угодили в болезненное место капитана корабля Нео-Терры.

– Мы говорили ему об этом, – хмуро сказал Палау, – но он и его ближайшее окружение не желали никого слушать. На этом самом месте мы расстались с Акеном Бошем, все, кто перестал верить адмиралу, перешли на мой корабль.

– На вашем крейсере находится экипаж «Айсини»? – не смог сдержать своего удивления Гранин.

– Большая его часть, – подтвердил офицер.

– Салек, я приказываю вам сдаться, – сурово произнес гранд-адмирал, – иначе на ваших руках будет кровь почти тысячи человек. Повторяю, война практически закончена. Вы будете в статусе военнопленных не более одной-двух недель. Правительство уже готовит амнистию, никому не нужно повторение мятежа. Мы должны быть в мире друг с другом перед лицом угрозы вторжения шиван.

– Хорошо, я согласен, – командир «Александры» наконец принял решение, – мы спускаем флаг.

– Передайте Кордоре, атака отменяется, – обратился командующий к ближайшему офицеру службы мгновенной связи, – пусть дожидается прибытия призовой команды.

– Что делать нам? – спросил Палау, отводя взгляд в сторону.

– Ваш крейсер будет отконвоирован в расположение наших основных сил, – ответил Гранин, – скажите, Салек, вы знаете, куда ушел фрегат Боша?

Капитан крейсера отрицательно покачал головой.

– Он только попрощался со мной и пожелал удачи, – по-прежнему, глядя в сторону, сказал Палау, – а затем его фрегат совершил прыжок. Это было восемь часов назад.

Связь прервалась, и гранд-адмирал быстро переглянулся с командиром «России». Орнео не успел ничего сказать, как вдруг с поста наблюдения линейного корабля поступил тревожный доклад вахтенного офицера.

– С Кносса докладывают, станция слежения зарегистрировала всплески около портала. Похоже на переход группы неизвестных кораблей.

– Кажется, что-то начинается, – вполголоса обеспокоенно произнес Гранин, – черт, мы опять не успеваем. Какие наши корабли сейчас у Кносса?

– Васудианский тяжелый крейсер «Рененет» и две дежурные эскадрильи с «Картиджа», – услужливо подсказал Кролла, – ну и мессонная бомба, разумеется. Взорвать?

Гранд-адмирал прикусил ноготь большого пальца, счет шел на минуты, если не на секунды.

– Не знаю, – процедил он, – вроде бы еще рано. Но где же все-таки фрегат Боша? – на его лице показалась яростная гримаса. – Соедините меня с Лайоном, он ближе всех к порталу, – быстро скомандовал Гранин офицеру связи.

Пока его помощник занимался установкой соединения по каналу мгновенной коммуникации, командующий отдал еще одно распоряжение:

– Немедленно передайте мой приказ для Франо Кордоры. Седьмой и двести сорок второй эскадрильям незамедлительно вернуться на «Россию». Шестая бомбардировочная остается около «Александры». И отправляйте туда крейсер «Эртанакс» с призовой партией. Скажите ребятам, чтобы они поторопились.

– А не проще «Александру» того… торпедировать по-быстрому, – негромко посоветовал Орнео, – а то нас потом шестая эскадрилья потеряет, если мы по системе прыгать начнем. У них запас хода всего на полтора часа максимум.

– Забудь про это, – отрезал гранд-адмирал, – хватит лишней крови землян. А ты лучше пока командуй, выводи линкор на скорость перехода. Может пригодиться.

Через несколько секунд на связь вышел вице-адмирал Лайон Сэра.

– Слушаю, Данил, – голос Сэра был спокоен и невозмутим.

– Лайон, ты получаешь данные с Кносса?

Вице-адмирал согласно кивнул:

– Обе дежурные эскадрильи уже готовы к бою, васудианский «Рененет» тоже запросил файтерное подкрепление. Еще две группы прибудут через двадцать минут.

– Отлично, – облегченно вздохнул командующий, – с разведкой Шивы вы, в таком случае, справитесь легко. Лайон, ты ближе всех к порталу, транслируй все данные ко мне по мгновенной связи. И разгоняй свой «Картидж» вместе с кораблями эскорта, может быть, шиване не ограничатся небольшой рекогносцировкой.

– Будет выполнено, – козырнул Сэра, отключаясь.

Тем временем перед командующим флотами Альянса на большой трехмерной карте системы гамма Дракона один за другим стали пульсировать значки его кораблей, которые по боевой тревоге начинали готовиться к сражению. Огромные невидимые отсюда махины начинали неторопливо разгоняться до предпрыжковых скоростей, чтобы затем, если будет на то приказ гранд-адмирала, совершить субзвездный переход и лицом к лицу встретиться с врагом. Среди них был и списанный «Делакрой», превращенный в самоходную мессонную торпеду. Старый линкор находился в готовности в одной световой минуте от Кносса, чтобы в случае необходимости поправить дело, если первая адская машина, расположенная непосредственно рядом с порталом, по какой-то причине не сработает.

Гранин критическим взглядом осмотрел будущее поле боя.

– Для уничтожения передовой разведки все выглядит достаточно неплохо, – резюмировал он, – а вот для полномасштабного вторжения не очень. И еще Бош неизвестно где.

– В крайнем случае, взорвем Кносс и дело с концом, – утешил его капитан «России», втайне мечтавший избавиться от портала, от которого он всегда получал одни неприятности.

Командующий кивнул и вдруг выругался:

– Черт, «Месть богов» придется теперь отложить. А если Кносс уничтожим, так и вовсе…

Гранд-адмирала прервал очередной доклад:

– Эскадрильи с «Картиджа» сообщают, что в систему вошли три драккара шиван и около трех десятков охотников и бомбоносов.

– Приплыл «Рененет», – присвистнул Кролла.

– Защищайте васудианца, свяжите боем легкие силы шиван, – отдал приказ Гранин, – «Рененету» немедленно отходить. Пусть наши бомбардировщики проведут издалека несколько атак на драккары, чтобы задержать их на время отхода крейсера. Мы начинаем подготовку к взрыву портала. Похоже, это не разведка Шивы, а авангард крупных сил вторжения.

– Да уж, «Сатаны» с его демонами нам пока здесь не надо, – поддержал его командир линкора, – взрыв будет самым правильным решением.

Командующий снова вышел на связь с вице-адмиралом.

– Лайон, взрывай Кносс, – сказал он, – а потом мы отправим туда линкор «Эниши» с эскортом, чтобы добить драккары. Наша «Россия» будет наготове, если какой-то из шиванских кораблей прыгнет в глубину системы. Главное отследите направление и длину ближнего перехода, а мы поймаем их в точке выхода.

– Будет сделано, – подтвердил Сэра, – Кносс будет взорван через пять минут, «Рененету» надо отойти чуть дальше от портала. Но их все равно тряхнет, – предупредил он.

– Ничего, головы у васудианцев крепкие, – беспечно отозвался стоявший рядом с Граниным, капитан «России», – сплошная лобная кость. Десять сантиметров!

Голографический Лайон Сэра повернул голову, чтобы передать новый приказ командующего своим подчиненным для выполнения, но вдруг через секунду снова развернулся к Гранину, неожиданно потеряв весь свой невозмутимый вид.

– Данил, около Кносса, находится наш модуль, – он запнулся, – это… это ракета Мины Харгроув с ее группой!

Он ошеломленно смотрел на своего командующего.

– Какого черта! – взревел потерявший самообладание Гранин. – Пусть немедленно убирается оттуда!

Было слышно, как на мостике «Картиджа» началась какая-то словесная перепалка.

Наконец, Сэра снова повернулся к гранд-адмиралу.

– Все в порядке, они уходят, – постепенно принимая прежний невозмутимый вид, сообщил он, – я выделил им файтеры для прикрытия. Через девять минут мы взорвем Кносс.

Гранин глубоко вдохнул и выдохнул. Сложившая ситуация ему совсем не нравилась. Стоявший рядом Кролла тоже был недоволен.

– Все беды от баб, – сделал он вывод, и впервые гранд-адмирал с ним в этом согласился.

Тем временем сблизившиеся с васудианским крейсером бом-боносы Шивы начали атаку на «Рененет». Несмотря на то что в масштабе карты боевых действий, находившейся перед гранд-адмиралом, мелкие подробности схватки были неразличимы, Гранин очень хорошо представлял, что там сейчас происходит. Васудианский корабль должен был к этому времени открыть бешеный заградительный огонь, чтобы сбить с курса шиванские бомбоносы и попытаться расстрелять уже летящие к «Рененету» боеголовки. И где-то там, среди разрывов и режущих лучей зенитных турбо-лазеров с крейсера, уже давно должны были сцепиться в собачей свалке с охотниками Шивы истребители эскадрилий «Картиджа», чтобы дать возможность их остальным товарищам в это время атаковать вражеские бомбоносы, не позволив тем выйти на дистанцию пуска торпед.

Томительно долго текли минуты, но гранд-адмирал, внимательно следя за развернувшимся боем, в мыслях, тем не менее, раз за разом возвращался к порталу Кносса, который уже совсем скоро должен был уйти в небытие, исчезнув во вспышке мощнейшего взрыва и окончательно разделяя миры Альянса и шиван. Но почему-то мысль об этом не приносила Гранину желаемого успокоения. Если прав был Норис Сорги, третий лорд Адмиралтейства, который упоминал о возможности существования еще одного портала, предположительно тоже уничтоженного, но только Васудой, то почему бы не существовать третьему, десятому, сотому Кноссу, которые, может быть, пока еще скрыты в глубинах пространства, на окраинах звездных систем? Закрыв дверь Шиве в системе гамма Дракона, не оставят ли союзники нечаянных лазеек для врага где-то еще во владениях Альянса? Отыскать десятикилометровый дремлющий артефакт Древних в триллионах триллионов кубических километров космической пустоты практически невозможно, по крайней мере, пока сам портал по какой-либо причине не включится. Но не будет ли тогда слишком поздно? А сейчас, уничтожив единственный известный портал, не успев раскрыть его тайн, человечество и его союзники могут потерять единственный ключ к возможно скрытым во вселенной другим галактическим мостам. Пока таким ключом обладает еще и Акен Бош, со своим неуловимым фрегатом затаившийся сейчас где-то в системе гамма Дракона. Но для того чтобы суметь вырвать у мятежного адмирала его тайну, надо для начала поймать его самого, а пока что тот успешно обходит все ловушки Гранина, хотя и теряя по дороге свои корабли.

Не успел командующий флотами вспомнить о правителе Нео-Терры, лишенном им своих владений, как тот неожиданно напомнил о себе. Неуловимая «Айсини», вся в шрамах от попаданий после последних тяжелых боев, но по-прежнему прекрасная и неотразимая в своей мощи, вышла из подпространства в двух астрометрах от Кносса, воспользовавшись царившим на поле боя хаосом.

Гранин прямо подскочил на своем месте, не веря своим глазам. Васудианский «Рененет», благополучно отбив все атаки шиванских бомбоносов с помощью истребителей «Картиджа», на полном ходу продолжал удаляться от портала. Три драккара Шивы, вошедшие в систему гамма Дракона, прекратили преследовать васудианский корабль и теперь контролировали практически всю область вокруг Кносса. И именно туда прямо к порталу без колебаний устремился мятежный фрегат.

Гранд-адмирал бросил взгляд на часы, до взрыва мессонного заряда, километровой сферы, расположенной в нескольких сотнях метров от Кносса, оставалось всего три минуты. Ему стало совершенно ясно, что «Айсини», даже при всем своем желании, не успеет за это время взойти на внутригалактический мост и что, спеша к порталу, фрегат лишь рискует погибнуть во время взрыва мес-сонной бомбы. Гранин с удовлетворением потер руки, наконец-то мятежный адмирал попался окончательно.

– Ну что, предупредим Боша, чтобы не слишком торопился? – повеселел командующий. – Передайте по общему каналу как можно скорее на «Айсини», что портал будет взорван меньше чем через три минуты, чтобы они так сильно не спешили.

– И куда он, интересно, потом от нас бегать будет? – спросил Орнео, никому конкретно не обращаясь. – Помчится обратно на Ригель?

Но улыбки мгновенно соскочили с лиц обоих офицеров, когда «Айсини», приняв сообщение Гранина, вместо того чтобы сдаться на милость победителя, вдруг увеличила скорость и начала направленную передачу сигналов в сторону шиванских драккаров. Через несколько секунд несколько охотников круто совершили крутой разворот и понеслись на форсаже в направлении Кносса.

– Похоже на классический паттерн Шивы, – сообщил один из вахтенных офицеров с крайне недоуменным выражением на лице, – но откуда они его знают?

– Бош передал им сообщение о мессонной бомбе! – догадался Кролла и растерянно посмотрел на своего командующего. – Вот ведь гаденыш!

– Ну, хорошо! – окончательно рассвирепел гранд-адмирал, взбешенный новым трюком Акена Боша. – Если ты не хочешь в плен, то тогда добро пожаловать в ад!

Он снова вызвал на связь вице-адмирала, находящегося на «Картидже».

– Лайон, шиване обнаружили мессонный заряд, – стараясь сохранять видимое спокойствие, сказал он, – и тем более мы не должны дать уйти «Айсини». Взрывай Кносс, пока к нему не приблизились охотники. Пусть все наши файтеры прыгают немедленно.

– Я бы с радостью, Данил, но ракета физиков до сих пор в радиусе стопроцентного уничтожения, – Сэра даже развел руками, – но если ты приказываешь…

Гранин дернул с шеи душивший его галстук.

– Они же должны были убраться, – еле выдавил он.

– Им посекло турбину осколками после атаки бомбоносов, – торопливо объяснил Лайон, – но через пять минут они должны прыгнуть на втором двигателе.

– Пять минут? – командующий посмотрел на стремительно приближающиеся к порталу красные фигурки шиванских охотников.

– Данил, взрывай его, – отчаянно зашептал ему Орнео, – взрывай вместе с этой проклятой Миной Харгроув! Второго такого случая избавиться от них всех сразу точно не представится!

Гранд-адмирал в ответ подарил своему товарищу такой взгляд, что если бы Кролла состоял из воспламеняющихся материалов, то он немедленно вспыхнул бы и сгорел дотла.

– Не время шутить, капитан, – процедил он, – я не могу позволить себе потерять одновременно все: и Кносс, и этого чертового Боша, который один знает, как заставить его работать, и вдобавок еще полную ракету физиков, хоть как-то изучивших портал. Даже вместе с Харгроув, которая нам так «помогла» сегодня.

Он повернулся к вице-адмиралу:

– Лайон, ты понял ситуацию? До отхода ракеты Кносс взрывать нельзя.

– Понял, – кивнул Сэра, – но хочу заметить, что после отхода взрывать, скорее всего, будет нечего. Курс шиванских охотников лежит прямо в направлении бомбы. Им как будто кто-то сказал про нее.

Гранин почувствовал краску на своем лице. Ему не было нужды искать этого кого-то. Командующему показалось, что все находящиеся на мостике «России» смотрят на него с осуждением.

Он с усилием поднял взгляд на вице-адмирала.

– Мы отправим туда «Делакрой», он взорвет портал. Прикажешь своим файтерам, тем кто, сейчас у Кносса, сопровождать линкор до точки взрыва. Отдашь им команду на обратный прыжок за сорок секунд до детонации.

Передав эти приказы, гранд-адмирал устало опустился в кресло. У него было чувство крайнего опустошения, буквально все, что бы ни происходило сегодня, постоянно шло вкривь и вкось. А что будет дальше? «Хорошо, что Витторио об этом уже не узнает», – со стыдом подумал Гранин, наблюдая, как охотники Шивы расстреливают мессонный заряд, с таким трудом доставленный к порталу. Истребители «Картиджа» не могли им в этом помешать, на их пути к Кноссу находились шиванские драккары с мощным зенитным вооружением, а эскадрилья земных бомбардировщиков, бывшая в секторе, уже успела опустошить свои арсеналы, отстрелявшись по врагу с предельных дистанций. Группа васудианских файтеров, вызванная «Рененетом», тоже была все еще в дороге. Поэтому, когда первая адская машина Альянса исчезла в небольшом облачке разрыва, жалком подобии сотрясающего основы мироздания катаклизма, который должен был произойти в этом месте, то уже ничто не могло помешать «Айсини» взойти на межгалактический мост и раствориться в голубом сиянии раскрывшейся подпространственной воронки.

– Не задался сегодня день, – услышал Гранин сочувственный голос командира линкора, – но, по крайней мере, яйцеголовые спаслись. Данил, пора отправлять «Делакрой», пока к нам еще гости не пожаловали.

Командующий взял себя в руки, его товарищ был прав, надо было действовать дальше и действовать быстро.

По команде центра наведения списанный линкор с мессонным зарядом на борту, заранее разогнанный до скорости ближнего перехода, уже через минуту оказался в заданной точке недалеко от портала. Шиванский драккар, оказавшийся у него на пути, обстрелял старый корабль своими лучевыми залпами, но ветеран со своей двадцатиметровой толщины бронеплитами из неостали, казалось, даже не почувствовал ударов. Вражеские бомбоносы, количество которых после боя с «Рененетом» значительно поредело, провели несколько атак, но все выпущенные ими торпеды разорвались далеко от «Делакроя», также не причинив ему существенного вреда. Прикрывавшей старый корабль эскадрилье истребителей «Картиджа» даже не пришлось вступить с противником в ближний бой, все ограничилось перестрелкой ракетами на дальней дистанции. Было понятно, что шиване и не подозревают о настоящей цели прибытия линкора.

– Давай, старик, протяни еще немного, – прошептал гранд-адмирал, сжав кулаки и не сводя взгляда с цифр обратного отчета под значком корабля на карте.

Все шло пока настолько гладко, что ему даже не верилось. Отошедший на безопасное расстояние «Рененет» давал устойчивую картинку того, как старый линкор подходил к назначенной точке взрыва. За сорок секунд до детонации прикрывающие ветерана истребители начали запускать свои ближние гиперприводы, готовясь вернуться на «Картидж».

– А ты не опасаешься за «Эниши»? – вдруг спросил Гранина капитан «России». – А то вдруг опять поломается на самом интересном месте? Противник там для нее, конечно, не очень серьезный, если в том месте вообще кто-то живой после взрыва останется. Но все же…

– Да все с ней уже нормально, – отмахнулся командующий, не сводя взгляда с маленькой фигурки «Делакроя», – пусть девчонка тренируется. От трех драккаров еще ни один линкор не умирал. На «Эниши, тем более, больше полусотни файтеров, и все они в полной боевой готовности.

За десять секунд до детонации старый корабль оставили последние файтеры прикрытия, а все шиванские корабли наконец стали разворачиваться по направлению к «Делакрою», чтобы совместными действиями добить уже почти достигший своего места назначения линкор. Но сделать этого они не успели.

На мгновение камеры, передающие изображение с тяжелого крейсера «Рененет», ослепли. Бесшумное зарево полыхнуло на том месте, где когда-то безмятежно вращалось огромное колесо Кносса. Затем яркость вспышки чуть убавилась, и на долю секунды стало видно черные точки шиванских кораблей на ослепляющем фоне расширяющегося огненного шара. Но видимый взрыв был только надводной частью айсберга, девяносто девять процентов высвободившейся энергии, направленные силой разумных существ, произвели подпространственный катаклизм, не уступающий по мощи тому, который двадцать два года назад закрыл людям путь в Солнечную систему.

– Вот это я понимаю, – уважительно произнес Кролла, потирая слезящиеся глаза, – достойный салют для окончания войны.

Еще через несколько секунд сияние вспышки почти угасло, но теперь уже затрясло камеры на самом васудианском крейсере, до него дошла взрывная волна.

С мостика «России» все с тревогой следили за тем, как перенесет удар «Рененет», но все обошлось благополучно, с крейсера передали только о мелких повреждениях. Шиванам повезло гораздо меньше. Один малый драккар, бывший ближе всех к порталу, просто исчез, равно как и сам Кносс. Два других беспомощно дрейфовали в сторону от направления удара взрывной волны. Москитный флот шиван, бомбоносы и охотники пропали с экранов сканеров «Рененета» почти все.

– Немного теперь будет у «Эниши» работы, – резюмировал Гранин, внимательно рассматривая детали произошедшего, – ну, что ж, поздравляю всех, кажется, война закончилась.

В ответ на слова командующего флотами Альянса на мостике линкора раздались сначала неуверенные, но потом постепенно переходящие чуть ли не в овацию аплодисменты. Почти у всех присутствующих были радостные лица. Правда, почему-то сам Гранин большого душевного подъема в этот момент не испытал.

– «Рененет» пусть дождется подхода нашего линкора, а затем может возвращаться обратно, – разрешил он, – а доктора Мину Харгроув вместе со всей ее командой и ракетой немедленно доставить на борт «России», у меня есть к ней несколько вопросов.

– Надеюсь, ты не будешь с ней слишком вежливым, Данил? – затаив дыхание, спросил старый враг доктора Мины Харгроув. – После всего того, что она натворила сегодня.

– Она отчитается за каждый мой новый седой волос, Орнео, – многообещающе ответил Гранин, приглаживая свою прическу.

Гранд-адмирал уже повернулся, чтобы спуститься с мостика «России», как вдруг позади него залилась громким перезвоном система боевого оповещения.

Гранин резко обернулся и, еще не веря своим глазам, увидел на месте уничтоженного Кносса, там, где не должно было быть ничего большего, чем отдельные атомы, значок появившегося ниоткуда неизвестного корабля. На несколько секунд на мостике линкора наступила потрясенная тишина.

– «Рененет» докладывает, – упавшим голосом неожиданно доложил вахтенный офицер центрального поста наблюдения, – в систему вошел «Сатана».

Как ни странно, но гранд-адмирал почему-то не испытал особого потрясения и при этом известии. Он только сурово сдвинул брови и подошел ближе к карте. Прибытие шиванского джаггернаута должно было стать чуть ли не самым логичным окончанием такого сумасшедшего дня.

– Но как же он пробрался сюда после взрыва? – пораженно прошептал позади него капитан «России». – Неужели им не нужны эфирные мосты?

– Давай лучше думать, что это просто взрыв не разрушил мост, – сухо прокомментировал Гранин, не поворачиваясь к товарищу, – это как-то спокойнее.

Он задумался на несколько секунд, не обращая внимания на замерших вокруг него в унынии членов экипажа линейного корабля и внимательно разглядывая зловещий силуэт «Сатаны», транслируемый камерами бесстрашного васудианского «Рененета».

– Николай, ты слышишь меня? – командующий прикоснулся к своему персональному коммуникатору.

– Так точно, господин гранд-адмирал, – все услышали уверенный голос командира эскадрильи «Рапторов», – мы находимся на борту «России». Кстати, уже больше часа ждем сигнала на вылет.

– Считай, что ты его дождался, Николай, – сказал Гранин, – мы начинаем операцию «Месть богов». Только не в туманности, а здесь, в системе гамма Дракона.

Глава 8

– Линкор «Эниши» прибыл в расположение нашей ударной группы, – голосом с небес прозвучало с центрального поста наблюдения «России».

– Слава богу, я думал, они до нас уже не доберутся, – Гранин вздохнул с огромным облегчением и рухнул в свое кресло, чувствуя, как с его плеч только что свалился тяжеленный камень. Орнео с участием посмотрел на своего старшего товарища и перевел взгляд на прибывший линкор, который только что чудом вырвался из лап «Сатаны».

– Интересно, что сейчас о нас думает капитан «Эниши»? – пробормотал он. – После прогулки, что мы им устроили?

Гранд-адмирал только мрачно засопел в ответ, рассматривая на виртуальном экране огромные повреждения линейного корабля, непостижимым образом спасшегося от гибели и теперь медленно ковыляющего в направлении «России». Два часа назад, когда минутная всеобщая эйфория сменилась такой же всеобщей подавленностью при виде шиванского джаггернаута, преспокойно прошедшего, казалось, по полностью разрушенному мессонным взрывом внутригалактическому мосту, никто даже и не вспомнил про линкор «Эниши», который незадолго до этого был отправлен к порталу, чтобы добить «остатки» шиван. К несчастью, когда в окружении командующего вспомнили про линкор, то уже было поздно что-либо предпринимать. Гранину оставалось только лишь ждать, когда новейший линейный корабль класса «Геката» сестра-близнец его флагмана окажется лицом к лицу с шиванским чудовищем. Передать какое-либо предупреждение на передвигающийся в подпространстве линкор Альянса было уже невозможно. Васудианский тяжелый крейсер «Рененет», все еще находившийся в секторе и рискующий каждую минуту оказаться под новой вражеской атакой, продолжал передавать на «Россию» по каналу мгновенной связи данные о входящей в систему гамма Дракона эскадре Шивы. Даже без «Сатаны» линейному кораблю землян, неосмотрительно приближавшемуся сейчас к месту, где когда-то находился Кносс, пришлось бы туго. Вслед за джаггернаутом в систему вошли не меньше десяти больших кораблей шиван. Гранд-адмирал чудовищным усилием воли заставил себя отвлечься от мыслей о возможной печальной участи «Эниши» и вернуться к планированию новой немедленной операции против появившегося вражеского флота.

Прямо на мостике своего флагмана по каналу мгновенной коммуникации Гранин провел срочный совет с вице-адмиралами Анххафом и Сэра, вынужденно наплевав на все правила секретности. Гранд-адмирал только и успел изложить своим помощникам новый план по диспозиции сил Альянса при наступивших обстоятельствах, как невезучая «Эниши» оказалась в гостях у шиванского флота. Предупрежденный заранее «Рененет» сразу же передал на появившийся из подпространства линкор землян приказ о немедленном отходе и обратном прыжке, но этот маневр требовал от корабля времени, за которое «Сатана» успел нанести свой удар с расстояния не менее чем трех астрометров. На мостике «России» насчитали двенадцать убийственной мощи залпов всех четырех главных лучевых сот джаггернаута, из которых, как минимум, треть попали в цель, каждый раз пробивая «Эниши» насквозь. Но каким-то чудом эти смертельные для любого корабля союзников удары не затронули генераторы подпространственной матрицы, что и позволило линкору Альянса уцелеть, совершив обратный прыжок.

Гранд-адмирал безрадостно прослушал доклад командира корабля, уже знакомой ему Кейпы Драми. Теперь «Эниши» можно было смело списывать со счетов. Экипажу с огромным трудом удалось взять под контроль и ликвидировать внутренние пожары и взрывы. У линкора были разбиты либо повреждены все двенадцать палуб, вышли из строя два из трех основных реакторов, не действовало почти все вооружение, а главное под ударами «Сатаны» погибла почти четверть команды корабля, две с половиной тысячи человек. Но все, что сейчас мог сделать Гранин, это только поблагодарить Драми и ее экипаж за самоотверженную работу по спасению линкора и приказать спасательным и ремонтным суда своего флота сопроводить полуразбитую «Эниши» к узлу межзвездного перехода в домен Капеллы. Всем тем файтерам линкора, которые, находясь в ангарах, были не повреждены при столкновении с шиванским джаггернаутом, было велено перейти на «Колосс», c самого начала своей карьеры испытывавший нехватку москитного флота.

– И как сражаться с таким чудовищем? – спросил сам у себя Кролла, с ужасом обозревая огромные дыры в бронированных бортах «Эниши». – Надо срочно пускать в ход «Колосс», обычный линкор здесь не справится.

– Никто и не думал, что Драми уничтожит «Сатану», – буркнул в ответ Гранин, – отправь-ка лучше пару разведчиков к Кноссу или к тому, что от него осталось. «Рененету» пора уходить, пока его невзначай не пришибли.

Он внимательно рассматривал корабли шиванского флота, вошедшие в систему гамма Дракона, пытаясь в который раз найти ошибку в своих логических построениях. Цена этой ошибки была бы сейчас слишком высока. Если гранд-адмирал не сумеет удержать «Сатану» здесь, то скоро шиванская эскадра может оказаться и в следующей звездной системе Капеллы, с ее двадцати пятью миллионами обитателей. Гранина также сильно тревожил тот факт, что Шива смог собрать новую армаду для вторжения, даже потеряв огромное количество кораблей после битвы с васудианцами в туманности. «Сколько же вас там еще прячется», – с досадой подумал гранд-адмирал.

Посовещавшись с Анххафом и Сэра, командующий отказался от своего первоначального намерения немедленно всеми силами атаковать джаггернаут, явно бывший стержнем шиванской эскадры. Силы Альянса были слишком разбросаны по звездной системе. «Колосс» прибыл совсем недавно и сейчас находился рядом с узлом межзвездного перехода с Капеллы, ему требовалось, как минимум, шесть часов, чтобы достичь позиции ударной группы Гранина, которая к тому же только что лишилась одного из своих самых сильных линейных кораблей. Даже если «Месть богов» сработает успешно на первом этапе и шестнадцать «Эриний» смогут вывести из строя хотя бы часть лучевых сот «Сатаны», все равно, на время подхода к месту боя единственного суперлинкора Альянса потребуется слишком много времени, за которое ситуация здесь может кардинальным образом измениться. И группа Анххафа с Лайоном, основой которой являются три линкора: «Псамтик», «Хатшепсут» и «Картидж», не смогут задержать даже поврежденный джаггернаут, если тот отправится, например, к эфирному мосту на Капеллу, откуда уже к этому времени уйдет «Колосс».

Командующий вспомнил про еще один мессонный заряд, расположенный рядом с мостом в эту звездную систему, и тихонько выругался. Теоретически можно было, пока не поздно, отвести все силы на Капеллу и подорвать межзвездный мост. Вот только не пройдут ли шиване после взрыва переход до Капеллы так же легко, как они это сделали два часа назад, войдя на гамма Дракона. Что было не так с этой проклятой мессонной бомбой? Она же взорвалась!

В этот момент Гранину доложили о прибытии на «Россию» злополучного модуля Мины Харгроув, из-за которого командующий в очередной и, видимо, в последний раз упустил Акена Боша.

– Давайте мне ее немедленно сюда, прямо на мостик, – сурово произнес гранд-адмирал, сдвинув брови. Кролла, стоявший рядом, с трудом подавил злорадную усмешку. Он не забыл свои препирательства с доктором Миной два месяца назад.

Гранин задумчиво посмотрел на своего товарища.

– Ну, а ты бы, Орнео, что бы сейчас сделал на месте шиванского пятилапого предводителя? – неожиданно спросил он.

Командир линкора поперхнулся от неожиданности.

– Хорошенькое ты мне место придумал, – чуть обиженно произнес он.

– Ну, а все-таки?

Кролла немного подумал.

– Это зависело бы от моих дальнейших целей, – почесав подбородок, наконец предположил он, – если я бы намеревался просто захватить эту систему, то, как обычно, начал бы дальнее сканирование, разослал разведпатрули, – он посмотрел на Гранина, – определил бы местоположение вражеских сил и разгромил бы их или одним ударом, если они все в одном месте, либо поочередно. Другое дело, если у меня сквозной рейд, тогда я бы сразу бросился к узлу на Капеллу.

– Прямо сразу? – прищурился Гранин.

– Ну, заправился бы, конечно, сначала с танкеров здесь или прямо у моста. А что? – у капитана «России вдруг появился понимающий вид. – Они с собой перевозчики не взяли!

– Ни одного пока не видно, – подтвердил гранд-адмирал, – а разведку они потихоньку все-таки отправляют, охотники и малые драккары.

– Но перевозчики могут ведь, и подойти, – возразил Кролла, – или может, они от этой главной четырехлапой сволочи заправляются. В такой кубатуре можно много добра протащить.

– Нам, главное, не допустить их до узла перехода на Капеллу, – машинально пробормотал командующий, не обратив внимания на последние слова Орнео, – стоп! А откуда они про него знают? Им же надо сначала его найти!

Гранин лихорадочно попытался вспомнить события двадцатидвухлетней давности. В системе гамма Дракона боевых действий с шиванами точно не велось. Наличие входов на эфирный мост определяется специальным оборудованием, которое способно детектировать искривление пространства в этих точках. Но сколько времени обычно на это требуется? Координаты всех известных узлов межзвездных переходов были знакомы землянам уже десятки лет, и Гранину никогда даже не приходилось задумываться над этим вопросом. Может быть, поэтому вошедший в систему флот Шивы не торопится к следующему межзвездному мосту? Значит, у флота Альянса, сосредоточенного в системе, есть хоть небольшой, но запас времени?

От этих мыслей командующего отвлек уже знакомый ему женский голос.

– Здравствуйте, господин адмирал, зачем вы меня к себе вызвали?

Обернувшись, Гранин сразу узнал доктора Харгроув, прибывшую к нему в сопровождении одного из младших офицеров «России». На лице молодого офицера, не успевшего доложиться командующему о прибытии, появилось выражение плохо скрытого ужаса. Женщина достаточно громко, на весь мостик линейного корабля, по неведению или намеренно понизила Гранина в чине, да еще довольно вызывающим тоном.

– А мы из-за нее «Айсини» с Акеном Бошем упустили, – наябедничал командир линкора, многозначительно кивнув своему старшему товарищу. – Здравствуйте, доктор Харгроув.

Но, против всеобщего ожидания, командующий флотами Альянса вдруг приветливо улыбнулся строптивой женщине, даже не обратив внимания на то, что его назвали просто адмиралом.

– Добрый день, Мина, хорошо, что вы все еще помните меня, – произнес он, – с тех пор, когда я был здесь еще советником третьего ранга и мне требовалась ваша помощь. Вы не поверите, но она мне требуется и теперь.

Орнео Кролла взглядом, полным самого искреннего негодования, уставился на гранд-адмирала. Он не ожидал от своего друга такого предательства.

Доктор Мина Харгроув воинственно тряхнула своей короткой челкой.

– После того как вы весьма наивно попробовали одним мессонным зарядом разнести внутригалактический мост, а вместо этого только разрушили уникальную конструкцию Кносса, я уже ничему не удивляюсь, – едко произнесла она.

Гранин в удивлении поднял брови.

– А вот с этого места можно поподробнее? – очень серьезным тоном попросил он.

* * *

– Я его вижу! – азартно закричал Алекс, – в трех астрометрах сверху на два часа!

– Спокойнее, Маршан, мы все его видим, – в голосе Николая, командира эскадрильи «Рапторов», не чувствовалось никакого волнения.

Илья, до боли в руках стиснувший штурвал, еще успел удивиться такому хладнокровию, но затем все посторонние мысли вылетели у него из головы. Он наяву увидел далеко впереди зловещий силуэт главного шиванского монстра. Шестьдесят четвертая эскадрилья вышла точно там, где было нужно. Над головой у пилота справа и слева зажглись многочисленные серебряные звезды, из подпространства, согласно плану выходили группы прикрытия: «Короли самоубийц» и «Вороны», ближнее сопровождение сверхтяжелых перехватчиков Нестерова и его товарищей.

В отеркоме снова раздался голос Темного:

– Похоже, все идет по плану, крейсера оттянули на себя прикрытие «Сатаны». Перестраиваемся колонной в четыре четверки, у каждой своя цель. Франо, Эмилия, – он обратился к командирам эскадрилий сопровождения, – мы начинаем работу. Не подведите нас, ребята.

– Не впервой, Николай, – спокойным тоном отозвался Кор-дора, командир двести сорок второй группы, – мы знаем, что на кону.

Эмилия Самса тоже пискнула что-то ободряющее, и ее сто седьмая эскадрилья, включив форсаж, за несколько секунд ушла далеко вперед. За ними, расходясь широким веером, понеслись шестнадцать «Персеев» Франо. Казалось, что шиванский джаггернаут пока не обращает внимания на легкие скорлупки земных машин, устремившихся к нему, в пространстве вокруг гигантского вражеского корабля находилось не более десятка охотников. Это давало шанс шестнадцати «Эриниям» поскорее добраться до линии пуска торпед, тяжелых «Гелиосов», секретного козыря гранд-адмирала Гранина.

Чтобы помочь пилотам Николая в их почти самоубийственной миссии, отряд крейсеров союзников завязал дальний бой с окружением «Сатаны», стараясь оттянуть на себя часть огня, который в противном случае мог бы достаться «Эриниям». Выстроившись атакующим ромбом, корабли Альянса начали лучевую дуэль с концевыми шиванскими драккарами. Через полчаса перестрелки те не выдержали давления, и на помощь драккарам устремился межзвездный разрушитель шиван класса «Демон», знакомый землянам еще по Великой Войне Огромный корабль, усеянный мощными лучевыми сотами, неторопливо развернулся в сторону назойливого противника, и одновременно с этим из его доков посыпались десятки охотников и бомбоносов шиван. Положение кораблей Альянса уже через несколько минут могло стать угрожающим, и поэтому лидер группы, васудианский «Маахес» начал осторожный маневр уклонения. К этому времени сопровождающие крейсера истребители с «Картиджа» уже сцепились в схватке с атакующими охотниками и бомбоносами Шивы.

Два концевых «Аэолуса» группы, крейсера «Мальта» и «Темплар», обладавшие самым мощным зенитным вооружением, запоздали с маневром, помогая истребителям отбить атаку бомбоносов, и сразу же получили несколько мощных ударов с шиванского разрушителя. Но на помощь своим уже подходил только что завершивший ближний прыжок «Картидж», открывший огонь по «Демону» с самой дальней дистанции. К счастью, всесокрушающие лучевые соты джаггернаута, бывшего в отдалении, пока молчали; командующий Гранин категорически запретил своим большим кораблям приближаться к «Сатане» на расстояние меньшее четырех астрометров.

Командир четвертого звена Илья Нестеров, быстро приближавшийся на своей боевой машине к месту разгоревшейся схватки, не знал об этом приказе гранд-адмирала. Он лишь видел, что в периметре защиты шиванского джаггернаута открылся желанный просвет.

– Готовьтесь, ребята, – взволнованно крикнул он в интерком, соединяющий пилота с тремя его товарищами по звену, – сейчас начнется.

Пилот бросил взгляд на свой браслет из массивного лаурита, единственную вещь, оставшуюся ему от отца, пропавшего без вести двадцать два года назад в поединке с не менее мощным порождением Шивы. Петр был не старше, чем его сын теперь, когда он устремился в свою самоубийственную атаку на «Люцифер». И в последние часы перед боем Илья не один раз пытался представить себе в своих мыслях, что мог чувствовать его отец, когда наконец увидел в прицеле главного шиванского монстра. В те секунды, отделявшие жизнь от смерти не просто одного человека, чьи руки стискивали штурвал тяжелого торпедоносца, а миллиардов людей, которые могли спастись или погибнуть от одного его верного или неверного движения. Атаковать без права на ошибку, дойти до самого последнего предела и пустить в цель только одну, но смертельную стрелу. Илья внезапно ощутил какую-то непередаваемо глубокую эмоциональную связь с тем светловолосым молодым пилотом, благодаря которому когда-то закончилась Великая Война. И сейчас он просто стал им.

Пилот вдруг улыбнулся. Во всей галактике сейчас нельзя было подыскать более подходящего для такого дела человека, чем он, Илья сын Петра. Лишь бы его товарищи тоже не подвели.

– Ну что, ребята, пора за дело, – голос Николая по-прежнему не выдавал ни малейшего признака волнения, – и не забывайте, после атаки все встречаемся в точке отхода. Торпед у нас по всего одной, так что второго захода не будет. Всем звеньям форсаж!

– Выполняем! – Илья до упора сдвинул вперед сектор газа и услышал рев всех четырех турбин своего перехватчика. Двенадцатикратная перегрузка вдавила его в пилотский ложемент, а окружающий его мир вдруг стал серым, мгновенно потеряв все свои краски. Но он мог видеть на боковых обзорных экранах, как его ведомые устремились ему вслед.

Шестнадцать сверхтяжелых перехватчиков землян, разделившись на атакующие группы, рванулись вперед, формируя четыре острия, направленные каждое на свою цель, длинные полуторакилометровые лапы лучевых сот, несущих смерть любому кораблю Альянса, единственные уязвимые места шиванского джаггернаута.

Но прорваться к своей цели оказалось не самым простым делом, через несколько секунд после начала атаки «Сатана» ощетинился ответным огнем. Прикрывающие «Эринии» двести сорок вторая и сто седьмая истребительные эскадрильи слаженными усилиями смогли очистить зону подлета к цели от многочисленных охотников шиван, не пропустив к уязвимым пока перехватчикам ни одной вражеской машины, но сберечь своих подопечных от зенитного огня они не могли. Пространство перед приближающимися к цели «Эриниями» быстро заполнилось шарами плазменных разрывов, десятки зенитных турболазеров «Сатаны» искали и находили свои цели.

Машину Ильи сильно встряхнуло от серии близких взрывов, и он ударился боковой поверхностью полетного шлема о край своего пилотского ложемента. На мгновение у него зашумело в ушах. Быстро придя в себя, пилот увидел, как головная машина из второй четверки получила удар сразу с нескольких тяжелых турболазеров и, завертевшись вокруг своей оси, вдруг исчезла во вспышке сильнейшего внутреннего взрыва. Первый «Гелиос» из шестнадцати взорвался впустую. Другие три машины этого звена разбросало в стороны мощной ударной волной, и они лишь через несколько секунд с трудом вернулись на свой курс, пытаясь не отстать от остальных перехватчиков, неумолимо сближавшихся с огрызающимся шиванским джаггернаутом.

«Вот оно как, оказывается, выходить в торпедную атаку», – пронеслось в голове пилота, и тут же его перехватчик несколько раз встряхнуло снова, но уже гораздо сильнее, чем раньше. Перед глазами Ильи брызнул сноп искр от удара, и он вдруг почувствовал струйку чего-то теплого, стекающего по его лбу. Он даже не понял, кровь это или пот, главной его мыслью было удержаться на боевом курсе. Половина обзорных экранов «Эринии» вышла из строя, на приборной панели один за другим загорались красные значки внутренних неисправностей, но пока защитное поле и прочная броня файтера хранили пилота и его бесценный груз. Нестеров с облегчением увидел, что с блоком торпедного наведения все в порядке, зеленый квадратик захвата цели уже почти совместился с основанием четвертой лучевой соты «Сатаны». До сброса оставалось не более двадцати секунд.

Пилот обеспокоенно завертел головой, пытаясь найти троих своих ведомых. Он с трудом запустил резервные экраны, почему-то не желавшие включаться, и облегченно вздохнул, все трое были в порядке, лишь за Стефаном тянулся длинный плазменный хвост, ему опять не повезло.

– Держитесь, ребята, – крикнул он в интерком, – мы почти у цели!

Но его настроение рухнуло куда-то вниз, когда он бросил взгляд на идущие впереди четверки «Эриний». Их не было! Он увидел только машину Николая, уже подходившую к точке сброса, и всего два перехватчика из третьей четверки, державшиеся следом. Буквально за несколько секунд «Сатана» своим яростным оборонительным огнем смог выбить больше половины шестьдесят четвертой эскадрильи. Вздрогнув, пилот понял, почему его командир выбрал атаку колонной. Он хотел, чтобы хоть кто-то добрался до проклятых шиванских лап джаггернаута и отрубил их раз и навсегда! Четверке Нестерова просто повезло, что она оказалась последней по счету.

Но времени размышлять над этим уже не было. Илья мгновенно переключил блок наведения на новую цель, на ту, до которой так и не смогла добраться вторая четверка его товарищей. Он мягко положил руку на рычаг пуска единственной торпеды, которую несла в себе «Эриния».

– Давай же, – прошептал он, и через секунду рамка захвата цели с готовностью мигнула ему красным огнем.

Раздался резкий звуковой сигнал, и пилот одним движением руки выпустил на волю сгусток концентрированной смерти. Сверхтяжелый перехватчик качнуло, и Илья увидел, как впереди его машины вытянулся длинный закручивающийся след стартовавшего «Гелиоса», пологой траекторией уходящего в сторону своей цели. Он заметил такие же следы выпущенных торпед с «Эриний» своих уцелевших товарищей. Они все-таки прорвались.

Пилоту показалась, что все вокруг на мгновение замерло, течение времени вдруг остановилось, и лишь только неподвластные ему вестницы смерти спешили сейчас к своей цели. Илья завороженно следил за их полетом среди сполохов разрывов и бьющих наотмашь клинков зенитных турболазеров.

– Командир, отходим! – как будто издалека он услышал крик Натальи и вдруг опомнился, представив, какой огненный ад сейчас разверзнется перед ним. Но, уже резко дергая на себя ручку управления, он успел заметить, что головной перехватчик Темного, по-прежнему идет к основанию первой лапы «Сатаны», не выпуская свою торпеду. В последний момент из-под командирской машины скользнул еле заметный росчерк стартовавшего «Гелиоса», и тут же все пропало в полыхнувшей бесшумной вспышке. Вся передняя часть шиванского джаггернаута полностью исчезла во всплеске ослепительного света. Губительный зенитный обстрел с «Сатаны» внезапно прекратился, и Илья из своей боевой машины, уносящей его прочь от ужасающего взрыва, вдруг снова увидел звезды, сияющие ему в бескрайней пустоте космоса.

– Мы сделали это! – он услышал радостный выкрик Алекса. – Мы сокрушили «Сатану»!

Вспышки взрывов «Гелиосов» угасли, на излете взрывной волной тряхнув уходящие «Эринии» Ильи и его уцелевших товарищей. Включив генераторы подпространственной матрицы, Нестеров бросил последний взгляд на изуродованные лучевые соты пораженного внезапным ударом шиванского джаггернаута. Задание было выполнено, но «Рапторы» заплатили за это слишком дорого. От всей шестьдесят четвертой эскадрильи осталось всего шесть машин. За эту победу отдали свои жизни хорошие ребята, и погиб его бывший наставник, офицер прима-класса Николай Темный, один из лучших пилотов, когда-либо служивших Альянсу.

* * *

– Они сделали это! – не веря своим глазам, выдохнул капитан «России». – Данил, они обезоружили «Сатану»!

Командующий флотами Альянса старался сдерживать свои эмоции.

– Немедленно сканируйте повреждения джаггернаута, – сухо приказал он, следя за тем, как в подпространство уходят последние «Эринии» шестьдесят четвертой эскадрильи, сделавшие все для выполнения своей боевой задачи, – и при первой же возможности отправьте туда спасательные модули. Мы должны спасти всех пилотов, кто смог катапультироваться.

– Докладывает «Картидж», – на связь вышел вице-адмирал Лайон Сэра, чей флагман последние десять минут вел перестрелку с шиванским разрушителем, – похоже, вашим ребятам почти все удалось. Носовая оконечность «Сатаны» разбита всмятку!

– Почти? – обеспокоенно спросил Гранин, вглядываясь в данные, передаваемые с линкора вице-адмирала. – Что ты имеешь в виду, Лайон?

– Одна лучевая сота у джаггернаута, похоже, уцелела, – ответил Сэра, – но все равно мы в шоке. Не могли бы вы, кстати, одолжить нам парочку таких торпедоносцев? Нам немного досаждает этот «Демон».

– Мои ребята на сегодня отлетались, так что в другой раз, Лайон, – отрезал командующий, – а с разрушителем сами справитесь. Главное, не приближайтесь к «Сатане». Вам и одной соты с запасом хватит.

– Приказ поняли, – чуть разочарованно подтвердил вице-адмирал, – но этим пилотам все равно передайте наше искреннее восхищение. Такого праздника мы не видели давно!

– Это лучшая эскадрилья с лучшего линкора, господин Сэра, – капитан «России» раздулся от гордости.

– Держитесь пока, – Гранин быстро оборвал неуместное сейчас хвастовство товарища, – мы уже отправляем в бой «Колосс».

Командующий бросил взгляд на таблицу расстояний своих кораблей. Главная сила его флота, единственный суперлин-кор Альянса, уже разогнанный до скорости ближнего перехода, находился сейчас всего лишь в двух световых минутах от места сражения, на минимально возможном для подпространственного прыжка расстоянии. Рядом с ним были и два васудианских линейных корабля, тоже готовых к прыжку. Гранин вспомнил, что один из них – «Псамтик» – уже встречался с шиванским джаггернаутом в туманности. Васуда потеряла в той битве четыре своих дредноута, и только лишь «Псамтик» смог избегнуть гибели. Но «Сатану» мало было только обезоружить, его надо было еще и убить, пока шиванский джаггернаут снова не скрылся в туманности зализывать свои тяжелые раны. И ни один линкор Альянса, кроме «Колосса», этого сделать не мог. Только мощнейшие лучевые орудия единственного суперлинкора союзников могли прожечь броню «Сатаны», чтобы успеть поразить его жизненно важные центры, прежде чем враг достигнет необходимой скорости для прыжка. Правда, бой на равных с главным шиванским чудовищем все равно был бы слишком опасен для «Колосса». К тому времени, когда суперлинкор сблизится с джаггернаутом на расстояние для уверенного поражения, все четыре лучевых соты врага могут нанести самому мощному кораблю Альянса слишком тяжелые повреждения. Остается надеяться на то, что атака «Эриний» ослабила «Сатану» в достаточной степени для того, чтобы «Колосс» мог выполнить свою задачу без лишнего риска.

– Ну, что же, пока все идет по плану, – командующий незаметно скрестил пальцы за спиной, – пора добить ублюдка.

– Да уж, пусть Грефе теперь покажет, на что он способен, – слегка ревниво поддакнул Кролла, – давно ему перья не щипали.

Сам капитан «России» был спокоен. Его линейный корабль находился в двух световых часах от места сражения и мог поспеть туда разве что к шапочному разбору. По плану, утвержденному Граниным, его флагман с несколькими крейсерами поддержки должен быть прикрывать узел межзвездного перехода в систему Капеллы, на случай прорыва к нему каких-либо кораблей шиван. Но Орнео уже стало ясно, что, по крайней мере, сам джаггернаут в ближайшее время там вряд ли появится. Оставался правда еще один разрушитель из шиванской эскадры класса «Равана», пока еще не вступавший в бой ни с «Картиджем», ни с отрядом крейсеров. Кролла помнил, с каким трудом им удалось одолеть такого же гиганта в туманности, и командиру линкора совсем не хотелось проделывать это снова. Поэтому он с облегчением услышал очередной приказ своего командующего, переданный васудианскому адмиралу Анххафу.

– Мерс Анххаф, ваши дредноуты должны совершить прыжок через три минуты после ухода «Колосса». Ваша цель – разрушитель «Равана» и его эскорт. Мы должны уничтожить весь шиванский флот до последнего корабля, поэтому постарайтесь также контролировать своими крейсерами и бомбардировочными группами зону рядом с мостом в туманность. Полагаюсь на ваш опыт и умение.

По лицу капитана «России» разлилось безмятежное выражение, когда он услышал согласное шипение васудианца. «Отлично, кажется, на сегодня для моей красавицы все обошлось, – подумал он, пытаясь снова принять деловитый и озабоченный вид, – максимум, разве что шиванским драккарам уши надрать придется. Самых серьезных хулиганов наши уже разобрали».

Тем временем командующий торопливо согласовывал с Гер-рой Грефе координаты вывода его суперлинкора из подпространства. Было решено атаковать «Сатану» на встречном курсе, чтобы ввести в бой все двенадцать главных орудий «Колосса», если шиванский монстр попробует скрыться. Риск был оправдан, такой маневр хоть и подставлял корабль Альянса под обстрел уцелевшей лучевой соты «Сатаны», но сводил к минимуму возможность для джаггернаута сбежать с поля боя. Тем более что никто не знал, сможет ли «Колосс» догнать «Сатану» в случае необходимости, если он выйдет к врагу со стороны кормы.

Получивший приказ суперлинкор, прервав связь, через несколько секунд растворился в глубинах подпространства, и гранд-адмирал вновь вернулся к продолжающему идти бою кораблей Альянса и Шивы. Защитив свой отряд крейсеров, «Картидж» продолжал перестрелку с «Демоном» на почти предельной дистанции действия своих орудий. Несколько поднятых с линкора эскадрилий находились недалеко от своего корабля, ожидая возможного вражеского нападения. После удачной атаки сверхтяжелых перехватчиков Темного шиване стали концентрироваться возле поврежденного джаггернаута, в носовой части которого время от времени продолжали высвечиваться вспышки внутренних взрывов. Далеко за кормой «Сатаны» продолжала кружить часть истребителей «Воронов» и «Королей самоубийц», охраняя спасательные капсулы с пилотами шестьдесят четвертой эскадрильи, которым удалось катапультироваться из подбитых машин.

Пользуясь тем, что до подхода «Колосса», который должен был подбросить топлива в угасающий костер звездного сражения, оставалось еще немного времени, Кролла быстро связался с командирами двести сорок второй и сто седьмой истребительных эскадрилий, до сих пор остающихся на поле боя.

Лицо Орнео омрачилось, когда ему сообщили о потерях среди «Рапторов».

– Данил, у нас шестеро погибло на «Эриниях» и двое из сто седьмой, – невесело сказал он, – и еще восемь пилотов ждут эвакуации, – он вздохнул. – И Темный наш погиб, ну, кто бы мог подумать.

– Главное, чтобы не зря все это было, – ответил гранд-адмирал, не сводя взгляда со счетчика времени «Колосса», уже заканчивающего свой отсчет. – Николай погиб? – обеспокоенно переспросил он, и Орнео кивнул с сожалением.

– Нескоро мы замену ему найдем, – негромко произнес командующий, – он был одним из лучших. Ничего, Орнео, у него была хорошая смерть. Нам всем бы такую.

Командир линкора не успел ничего ответить, на карте сектора появился наконец значок суперлинкора, завершившего свой ближний прыжок. Не теряя времени, «Колосс» дал полный ход в направлении своего противника. На командном мостике «России» все замерли, ожидая начала неравной, но все же дуэли. Выбор у шиванского джаггернаута был небольшой: либо сбежать с места боя, попытавшись развернуться по широкой дуге и при этом неоднократно подставляясь под сокрушительные залпы суперлинкора, либо принять вызов и попробовать корабль Альянса на зуб своим уцелевшим вооружением. Через несколько секунд стало ясно, что шиване выбрали второй вариант.

– Наверное, думают, что как тогда в туманности, все обойдется, – хмыкнул капитан «России», намекая на бессилие лучевых батарей линейных кораблей союзников перед защитой шиванского чудовища в последнем большом сражении за порталом Кносса.

«А ты уверен, что сейчас не обойдется?» – мысленно спросил друга Гранин, но не стал задавать вопрос вслух. На самом деле, вопрос о том, пробьют ли орудия «Колосса» броню «Сатаны» решался только теоретически, на основании косвенных данных полученных экспертами Альянса. Теперь предстояло выяснить, как обстоит дело с практикой.

Шиванский джаггернаут нанес удар первым. Клинок ярко-алого цвета мелькнул совсем рядом с приближающимся к врагу суперлинкором. Через полминуты «Сатана» повторил удар. Идущий полным ходом самый мощный корабль союзников пока не открывал ответный огонь. Напряжение на мостике флагмана достигло предельного уровня.

– Грефе, почему не стреляете? – наконец не выдержал командующий, стискивая кулаки, и как бы в ответ на его вопрос носовые орудия «Колосса» выбросили три столба зеленого пламени, уходящих, казалось, в бесконечность.

– Есть накрытие! – хлопнул раскрытой ладонью о кулак стоящий рядом вахтенный офицер «России». – С первого раза!

Гигантские корабли постепенно сближались, и все больше лучевых орудий суперлинкора вступало в бой. Джаггернаут по-прежнему отвечал только одной лучевой сотой и, судя по всему, иногда успешно.

– Герра, докладывай постоянно, не молчи, – начал нервничать Гранин, которому было пока не ясно, в какую сторону движется поединок двух гигантов, – как линкор держит попадания?

– Броня пока в основном выдерживает, но получили одно прямое с пробитием трех палуб, – выйдя на связь, поспешно ответил командир «Колосса».

– Сосредоточьте огонь на его последней соте, – посоветовал гранд-адмирал, – носовая оконечность сейчас у них самое уязвимое место.

Главный артиллерист суперлинкора последовал совету, и через несколько минут после ряда удачных попаданий «Сатана» перестал отвечать своим главным калибром, превратившись теперь в движущуюся мишень. «Колосс» вел стрельбу с наиболее возможной частотой, но наблюдателям на «России» все еще было неясным, насколько тяжелые повреждения получает шиванский джаггернаут.

Тем временем во фланг эскадре Шивы вышла васудианская группа. Дредноуты союзников, близнецы «Псамтик» и «Хатшепсут», сильнейшие корабли флота Васуды, устремились наперерез огромному «Раване». Было похоже, что сражение возле Кносса начало вступать в завершающую стадию.

– Главное, не дать уйти! – несколько раз повторил Гранин, кусая губы, и вдруг резко отдал команды своему флоту. – Всем линейным кораблям эскадры! Немедленно провести атаку бомбардировщиками! Использовать все имеющиеся резервы!

Через минуту на месте, где сошлись эскадры Альянса и Шивы, уже бушевал отчаянный бой. В хаосе зеленых и красных значков, заполонивших карту, уже было трудно разобрать детали грандиозного сражения, но командующий чувствовал, что положение постепенно меняется в его пользу. Попавшие в огневые клещи шиванские корабли один за другим выходили из строя, и через несколько минут Гранин отчетливо заметил, что враг начал маневрировать, пытаясь отойти к эфирному мосту, ведущему обратно в туманность.

– Бегут бандиты, – Кролла тоже заметил отступление шиван, – надо Герре немного поднажать.

Неожиданно к гранд-адмиралу подскочил офицер службы связи с растерянным лицом. Выслушав его, Гранин вдруг взбеленился.

– Какого черта сейчас надо Мартанову?.. Говорит, срочный вопрос?.. У меня сейчас самый срочный вопрос, как покончить с «Сатаной»… Ригель сдался и война закончилась? Отлично! А у нас она только началась… Еще важные известия?.. Лучше передай главе нашей службы внутренней безопасности, чтобы сидел на «Колоссе» тихо и не лез мне под руку… Все известия потом… Выполняй!

Командующий вытер вспотевший лоб и, негромко, но зло выругавшись, снова вернулся к своему главному на сегодня делу.

– Совсем обалдел наш Мартанов, – ответил он на безмолвный вопрос капитана «России», – прется по мгновенной связи с какими-то важными для него вопросами. Боится до конца боя не дожить?

Кролла сопереживающе вздохнул, но вспомнив, что находится на мостике в окружении остальных офицеров линкора, счел за лучшее обратиться к другой теме.

– Смотрите, – воскликнул он, – у шиван, похоже, начались проблемы!

Отступающий джаггернаут попытался напоследок дать залп из главного калибра по своему главному противнику, но видимо, на корабле Шивы что-то пошло не так. Последняя лучевая сота, засветившись алым светом, вместо выстрела вдруг взорвалась и от носовой оконечности «Сатаны» полетели крупные, хорошо различимые в оптике обломки. Оставив попытки к сопротивлению, шиванский монстр начал разворачиваться в направлении галактического моста.

Командующий торопливо вышел на связь с командиром суперлинкора.

– Герра, мы не должны дать ему уйти, – почти выкрикнул он, – джаггернаут – главная цель операции. Усильте огонь!

– Мы делаем все возможное, – Грефе отвечал громко, тоже почти крича, стараясь перекрыть странное тяжелое гудение, не дававшее Гранину расслышать его слова – все системы работают с максимальной перегрузкой. Охладительные контуры нагружены до предела!

– Это у них так генераторы гудят от перегрузки? – капитан «России» насторожил свое ухо. – Ну и ну. Как бы они и вправду раньше «Сатаны» сами не взорвались…

Огромный корабль Грефе, преследующий врага, со стороны казался божественным орудием, непрерывно извергающим титанические молнии, все чаще и чаще поражающие сатанинское порождение Шивы. На бронированных боках шиванского гиганта начали множиться трещины и проломы, из которых выхлестывало оранжевое пламя внутренних взрывов. Джаггернаут стал замедлять свой ход, понемногу отставая от своих отступающих кораблей. Оба шиванских разрушителя пытались прикрыть отход главного корабля своей эскадры, но силы уже были слишком не равны. Сначала васудианские дредноуты вывели из строя «Равану», взяв его в огонь с двух бортов, и через несколько минут могучий разрушитель раскололся на десяток плюющихся огнем частей. Правда перед своей гибелью он успел нанести серьезный урон «Хатшепсут», в боевом азарте подошедшей слишком близко. Затем настал час и для «Демона». Двадцать два года назад такой корабль был бы опаснейшим противником для любого линкора Альянса, но сегодня он встретился с достойным противником. «Картидж», хоть и получил ряд повреждений от залпов шиванского разрушителя, все-таки сумел успешно закончить дуэль, атаковав врага своими бомбардировщиками, которые смогли нанести «Демону» смертельный удар.

Четырем шиванским драккарам удалось вырваться из кольца огня, но приблизившись к точке перехода, они были снова атакованы уже легкими силами Альянса. Васудианские бомбардировщики «Бакха» и «Сехмет», отправленные с дредноутов Анххафа, быстро догнали противника, и рядом с мостом в туманность вновь закипел бой. Несмотря на отчаянное сопротивление шиванских кораблей и прикрывавших их разрозненных групп охотников, только один большой драккар смог оторваться от преследователей и вместе с горсткой легких машин осуществить прыжок обратно в туманность. Васудианские файтеры, чуть было не провалившиеся в подпространственную воронку вслед за шиванским кораблем, разочарованно отвернули в сторону.

На поле боя остался один «Сатана», не считая нескольких десятков бомбоносов и охотников Шивы, почти незаметных на фоне огромного джаггернаута и сгорающих один за другим как мотыльки в пламени зенитного огня кораблей Альянса, которые неотвратимо сжимали кольцо вокруг умирающего монстра.

– Ну, ты только посмотри, куда они к нему все пристроились? – досадливо сказал Кролла, старательно скрывая зависть. – Приказали же не приближаться к «Сатане». Никому кроме Грефе с его главным калибром. А вдруг они по кому-нибудь шибанут из уцелевших орудий?

– Похоже, уже не шибанут, – заметил Гранин, внимательно наблюдая за джаггернаутом, который уже чуть ли не светился в скрещении лезвий десятков лучевых батарей, бьющих с окруживших его кораблей Альянса, – но ты прав, толку от них кроме «Колосса» немного. Это на редкость живучий дьявол.

Боевое возбуждение уже почти оставило гранд-адмирала, проведенную им битву можно было считать практически выигранной. Шиванский монстр еле полз в направлении исчезнувшего Кносса, а сканеры с «Картиджа» показывали, что на джаггернауте не осталось живого места. Почти все вооружение на «Сатане» вышло из строя и десятки бомбардировщиков Альянса, уже почти не опасаясь редкого зенитного огня, один за другим высыпали на последнего оставшегося врага свой смертоносный груз. Уже было ясно видно, что «Сатана» не жилец на этом свете, но беспокойные предчувствия не покидали Гранина. «Какие еще секреты хранит в себе эта проклятая туманность?» – с напряжением продолжал раздумывать он. Его флот уничтожил уже десятки вражеских кораблей, но все они погибали молча, не раскрывая тайн своей загадочной цивилизации, которые позволяли Шиве реинкарнировать раз за разом. Командующий вспомнил про сбежавший фрегат Боша, человека, ближе всех подобравшегося к загадке шиван, и мстительно усмехнулся. Теперь ничего не мешает его кораблям, по крайней мере в ближайшее время, продолжить охоту за мятежным адмиралом.

Капитан «России», услышав эти мысли, озвученные его старшим товарищем, переменился в лице.

– Данил, – жалобным тоном сказал он, – я все-таки надеялся, что мы уже больше никогда не полезем в эту чертову дыру. А вдруг этот мост после взрыва Кносса потерял стабильность? Мы же потом обратно не вернемся!

– Не устраивай поминки раньше времени, Орнео, – отмахнулся от друга Гранин, – естественно, мы сначала все проверим, перед тем как снова отправиться в туманность. Но мы туда залезем и не уйдем оттуда, пока не раскроем все тайны Боша и его новых друзей, – жестко сказал он. – И не переживай за свой линкор, – уже мягче добавил командующий, – доктор Харгроув обеспечит нам компетентное научное сопровождение. Мы не пропадем без вести в подпространстве.

При упоминании имени своего старого врага лицо капитана «России» перекосилось.

– Не понимаю твоего к ней доброго отношения, – желчно сказал он, – из-за этой Харгроув мы как раз и упустили Боша, а вместо него получили «Сатану».

Гранин только пожал плечами в ответ.

– Ну, как видишь, даже взрыв Кносса не привел к разрушению галактического моста, так что флот Шивы появился бы здесь в любом случае, – заметил он, – а насчет Боша ты прав, но только частично. Мы наверняка бы уничтожили его фрегат мессонным взрывом, но не забывай, что он или его окружение нужны мне живыми. Они обладают слишком ценной информацией, чтобы просто взять и превратить их в космическую пыль. А в туманности «Айсини» все равно негде дозаправиться после прыжка, поэтому далеко она не уйдет. Если, конечно, мы не будем здесь долго прохлаждаться и отправимся в погоню как можно скорее, – добавил он, и лицо Орнео перекосило уже в другую сторону.

– И вообще, скажи Мине Харгроув спасибо за ее своевременную помощь несколько часов назад, – назидательно напомнил товарищу гранд-адмирал, – если бы не она, может, я бы и не решился дать сразу бой «Сатане» и остальным его кораблям. А защищал бы сейчас узел перехода на Капеллу, уверенный, что там скоро появится шиванский флот.

Командир его флагмана ответить не успел, их обоих оглушил единодушный радостный вопль, вырвавшийся одновременно почти у всех членов экипажа «России», находившихся сейчас на мостике линейного корабля. Огромная туша главного шиванского чудовища, неуязвимого «Сатаны», изображение которого было выведено на все основные обзорные панели на мостике «России», наконец начала разваливаться на пылающие части под непрекращающимися залпами с «Колосса».

Командующий флотами Альянса вздохнул с облегчением, глядя на побежденного шиванского монстра. Операция «Месть богов» завершилась успешно.

* * *

Илья отбросил в сторону полетный шлем и устало прислонился к обожженному ударами зенитных турболазеров борту своей машины. В воздухе плыл запах горелого металла от посеченных осколками и оплавленных высокотемпературными разрядами бронеплит, все-таки сумевших защитить сверхтяжелый перехватчик и его пилота. Но так повезло далеко не всем. Илья снова, как наяву, увидел машину Николая за секунду до взрыва, с черточкой скользнувшей из-под нее торпеды. Чувство невосполнимой потери снова навалилось на него каменной тяжестью и, не чувствуя под собою ног, он съехал спиной вниз по недавно еще сверкавшему матовым блеском неостали, а теперь почерневшему от попаданий борту своей машины. Прислонившись к нему затылком, он ощутил успокаивающее тепло остывающей после посадки «Эринии».

Специальный ангар, где стояли когда-то шестнадцать новейших секретных перехватчиков, был, как обычно, почти безлюден. Пилот видел лишь двоих техников из обслуживающего персонала около транспортной платформы с энергоблоками, но они, казалось, в какой-то растерянности остановились вдалеке от Нестерова, почему-то не решаясь приблизиться. Илья знал, что пустынность ангара только кажущаяся и что сразу за секцией био-блокады, его, скорее всего, должна ждать целая толпа встречающих, знакомых, друзей и разных официальных лиц. Шутка ли, они смогли обезоружить шиванский джаггернаут, сделали то, во что никогда бы не поверили сами, если узнали заранее. Один только почетный эскорт выживших после атаки «Эриний» от точки выхода и до «России» говорил о многом. Вернулось всего шесть поврежденных в разной степени машин, и как сообщил Нестерову сияющий радостью диспетчер, координировавший их посадку на линкор, еще четверых спасли сразу после закончившегося сражения спасательные партии. «Вся «Россия» будет встречать вас, как героев», – так, кажется, он сказал? Конечно, они герои, кто бы спорил, но вот только настроение сейчас у него совсем не праздничное. Ему-то, в отличие от других, пришлось заплатить за этот праздник жизнями товарищей, а главное жизнью Николая Темного, человека, который был для него учителем и старшим другом на протяжении многих лет.

Пилот опустил взгляд и увидел, как мягко блеснул красным, в ярком свете люминофорных панелей освещающих ангар, его ла-уритовый браслет, застегнутый на правом запястье прямо поверх полетного костюма. Он вспомнил, с каким уважением рассказывал Темный об отце Ильи, легенде флота Альянса и как когда-то попросил разрешения подержать в руках единственную вещь, оставшуюся от Петра, браслет из красного лаурита. Нестеров вдруг увидел перед собой лицо дочери Николая, красивой белокурой десятилетней девчушки. Вот теперь и Илье в свой черед придется рассказать девочке об ее отце, как уже он сам ценой своей жизни защитил мир людей от встречи с самым кошмарным демоном Шивы.

Нестеров услышал со стороны шум шагов по металлическому палубному настилу, там, где опустились на свои посадочные рампы остальные пять сверхтяжелых перехватчиков его группы, но у него все еще не было сил обернуться. Наконец, через несколько секунд он с усилием поднял взгляд и увидел стоящих перед ним пятерых его товарищей по эскадрилье, всех тех, кому удалось вернуться сегодня живыми.

– Надо идти, командир, – мягко сказал его верный друг Алекс и протянул ему руку, чтобы он мог подняться, – нас ждут.

И за ним кивнули и повторили остальные четверо:

– Пора идти, командир.

Глава 9

Гранд-адмирал, нахмурившись, быстро просмотрел список своих кораблей, готовых к немедленному рейду в туманность для погони за последним кораблем капитулировавшей Нео-Терры. Список был очень коротким.

– Это просто удивительно, – досадливо сказал он, почесав подбородок, – не потерять в сражении ни одного корабля, но в итоге остаться всего с двумя исправными линкорами и шестью крейсерами!

В оперативном зале «России», где командующий флотами Альянса получал последние данные со своих кораблей, только что завершивших большое и, как он надеялся, последнее звездное сражение, кроме него и капитана его флагмана никого больше не было.

– То ли еще будет, когда мы снова заявимся к Шиве в гости, – мрачно намекнул Кролла, страдающий от того, что его любимая «Россия» стоит в списке командующего на первом месте. – Слушай, Данил, может все-таки не стоит так торопиться? – с тайной надеждой, что его друг скажет: «Конечно, Орнео, ты прав, не стоит», – спросил он.

Но Гранин только небрежно отмахнулся от такого заманчивого предложения.

– Время сейчас самый главный фактор, Орнео, – сказал он, – «Айсини» сбежала от нас почти шесть часов назад. Если мы опоздаем еще немного, то она окажется вне радиуса досягаемости наших сканеров. Или ты хочешь, как в прошлый раз, неделю торчать в туманности, рассылая во все стороны разведку?

Командир линкора тоскливо вздохнул, на самом деле он не хотел торчать в туманности ни единой минуты, не то что целой недели.

– Я понимаю, «Айсини» там, Бош… конечно, – понуро сказал он, – просто это как-то не по-людски получается, что ли… – капитан «России» отстраненно посмотрел в потолок. – Мы ведь такую битву выиграли. Эпическую! Свернули все шеи девятиголовому, как ты говорил, великану… И Ригель вот тем более капитулировал, последняя, между прочим, система мятежников. Сейчас бы притормозить, осмотреться немного. Сил накопить, корабли отремонтировать, экипажи опять же наградить за проявленный героизм…

– Ага и в традициях нашей сказки устроить затем праздничный пир и танцы с бубнами, – хмыкнул командующий, – Орнео, я понимаю, что со стороны все это может выглядеть достаточно поспешно, но поверь мне, сейчас действительно дорога каждая минута. А торжественные речи и награждения будут, но немного попозже, когда мы вернемся обратно.

Кролла с видом человека, который все понимает, печально кивнул, и Гранин снова вернулся к своему списку.

На второй позиции после «России» в нем находился васуди-анский дредноут «Псамтик», чудом не получивший в последнем бою ни одного серьезного попадания. Но в списке отсутствовала его сестра-близнец «Хатшепсут», которая здорово пострадала от огня «Раваны», приняв во время боя на себя всю мощь ударов нового шиванского разрушителя. Дальше, по очереди шли три васудианских и три земных крейсера, бывшие в резерве командующего флотами Альянса и не вступавшие в сражение. Все остальные военные корабли землян и васудианцев, участвовавшие, как выразился Орнео, в «эпической» битве, имели те или иные боевые повреждения. Больше всего досталось линейным кораблям гранд-адмирала. «Эниши», новейший линкор землян, после встречи с шиванским джаггернаутом полностью вышла из строя и сейчас как боевая единица практически не представляла никакой ценности. Флагман вице-адмирала Лайона Сэра, линейный корабль «Картидж», тоже понес серьезный урон после схватки один на один с разрушителем Шивы, хотя он и одолел своего врага. Тащить этот поврежденный линкор с собой в неизвестность было бы слишком неосмотрительно, как, впрочем, и дредноут васудианцев «Хатшепсут», издырявленный не хуже «Картиджа». Даже гигантский неуязвимый с виду «Колосс» и тот получил несколько попаданий с главной лучевой соты «Сатаны» с неоднократным пробитием бронепояса и по-хорошему тоже требовал докования на верфях Капеллы.

Гранину сразу же вспомнились события двухмесячной давности, когда Альянс получил шокирующее известие о первом вторжении шиван и гибели «Виджиланта». Тогда поблизости от системы гамма Дракона не оказалось ни одного большого военного корабля, за исключением «России», как раз проходившей ремонт после окончания битвы за Денеб. Тогда ему пришлось рискнуть и пройти в неизвестность сквозь портал Кносса на не полностью боеспособном линкоре. Но в тот момент у него не было других вариантов.

Командующий решительно припечатал невесомый листок квазибумаги к столу ладонью и вызвал в оперативный зал своего помощника Рихана Крэйга.

– Ничего, прорвемся, – отметая свои собственные сомнения, сказал он, – тем более все равно у нас только один транспорт-танкер остался, на весь флот его не хватит. Мы, оказывается, за время кампании, почти все энергоблоки израсходовали.

– Это все «Колосс» сожрал, – доверительно сообщил капитан «России», – просто черная дыра, а не корабль, если считать по потреблению энергии, конечно.

– Может и дыра, – согласился Гранин, – но только, что мы без него бы делали с «Сатаной»?

Он уселся за ближайшую виртуальную панель и быстро прикинул конкретную директиву для своей группировки. Уже через полминуты к гранд-адмиралу присоединился материализовавшийся будто из воздуха Рихан Крэйг.

Еще через пять минут адъютант Гранина уже спешил на мостик линкора, чтобы передать по каналу мгновенной коммуникации приказы своего командующего на остальные корабли собранного в системе гамма Дракона флота Альянса. Два линейных корабля – земная «Россия» и васудианский «Псамтик» – должны были в сопровождении четырех крейсеров в самое короткое время форсировать внутригалактический переход, ведущий в туманность, в погоне за исчезнувшим там фрегатом мятежного адмирала Акена Боша. Вслед за ними уходил танкер в сопровождении еще двух легких крейсеров Альянса. Всем остальным кораблям, временно перешедшим под командование Лайона Сэра, предписывалось вернуться в систему Капеллы, где вице-адмирал должен был озаботиться отправкой по очереди в ремонт наиболее пострадавших в битве судов. На гамма Дракона для охраны временной орбитальной инсталляции должны были остаться только два крейсера эскадры, меньше всех поврежденные в прошедшем сражении с Шивой.

– Ну что, господин командир линкора, – потер руки гранд-адмирал, обращаясь к задумавшемуся о чем-то своем Орнео, – директиву ты уже подсмотрел, так что ничего тебе, надеюсь, объяснять не нужно. Готовь корабль к прыжку, времени у нас совсем мало. По плану бросок в туманность состоится в семнадцать одиннадцать по галактическому.

Капитан «России» кивнул со вздохом, проверяя время на своих часах.

– А ты пока чем займешься, Данил? – печально, но заботливо спросил он.

Командующий почесал бровь.

– Пообщаюсь с нашим научным консультантом, – решил он, – надо кое-что у нее выяснить перед отбытием в туманность.

– Господи, я и забыл, что она здесь, – простонал Кролла, – надо будет поискать того парня, который был у меня офицером по контактам с физиками еще в нашу первую с ней встречу. Иначе она опять высосет весь мой мозг.

Гранд-адмирал не смог удержаться от улыбки.

– Орнео, на самом деле, я оказываю всем нам услугу, – нарочито серьезным тоном сказал он, – пока доктор здесь на твоем корабле, она лишена возможности соваться на своем ракетном модуле туда, куда ее не просят. При таком раскладе у нас все шансы поймать Акена Боша, главное, проследить, чтобы наша ученая не дернула в туманности с линкора тайком.

– Придется скинуть с борта ее ракету, а к нашим модулям утроить охрану, – мрачно решил капитан «России», – хорошо, что еще Мартанов с нами не летит. Или летит?

– На «Эниши» ему ловить уже некого, так что подождет нас на Капелле вместе Геррой на его «Колоссе», – успокоил товарища Гранин, – мне главное было его с капитулировавших систем выдернуть, чтобы он Хайди и Бохуну своим рвением работать не мешал.

– То-то он в самый разгар боя на мостик к нам лез по мгновенной связи, – усмехнулся Кролла – не человек, а какая-то затычка для каждой бочки.

– Кстати да, – тоже вспомнил этот эпизод гранд-адмирал, – интересно, что ему тогда надо было? Просто отметиться, сообщить, что сдалась последняя звездная система Нео-Терры?

– Нет, по-моему, он что-то еще хотел сказать, – в сомнении произнес Орнео, – только не успел, ты в этот момент его послал очень далеко.

– Да? – Гранин слегка смутился. – Если честно, я как-то все очень сумбурно помню. Видишь ли, шел бой…

Командир линкора только беззаботно махнул рукой.

– Наверное, он поэтому до сих пор на связь и не выходит, – предположил он, – ну и поделом, не хрен к боевым офицерам под руку лезть в ответственный момент! – вдруг расхрабрился он.

Командующий в некотором сомнении посмотрел на своего товарища.

– Ладно, ничего с Мартановым не сделается, – наконец решил он, – подождет нашего возвращения, надеюсь, не помрет.

– Опять, наверное, заговор очередной обнаружил, – напоследок криво улыбнулся капитан «России», – к гадалке не ходи.

Если бы оба офицера только знали, как сильно они ошибались в своем предположении насчет главы службы внутренней безопасности Альянса. Но было уже поздно, оскорбленный в прямом и переносном смысле глава службы ВБ заперся у себя в каюте на «Колоссе», а ровно в семнадцать часов одиннадцать минут по галактическому времени огромный линкор Альянса взошел на эфирный мост, ведущий во вселенную шиван.

* * *

– Говорит Кристо, повторяю, говорит Кристо, требуется срочная эвакуация, мы находимся в дрейфе, мои координаты… – слабый голос в приемной аппаратуре размывался помехами.

Офицер службы связи взволнованно повернулся к гранд-адмиралу:

– Передача на секретном канале! Из глубины туманности!

У стоявшего рядом капитана «России» при взгляде на переданные координаты глаза полезли на лоб.

– Это же в пятнадцати световых часах отсюда! Как этот Кри-сто туда забрался, и вообще кто он такой?

У командующего флотами Альянса тоже был удивленный вид, но совершенно по другому поводу. В отличие от командира линкора, Гранин отлично знал, кто такой Кристо или, другими словами, резидент разведки Кристофер Снайпс. И если он сейчас находится в глубине туманности, значит, где-то рядом должен быть…

Он вырвал гарнитуру у офицера связи.

– Снайпс, это гранд-адмирал Гранин, – отчетливо произнес он, – ты меня слышишь? Мы вытащим тебя, только скажи, где сейчас «Айсини»?

Несколько секунд он слышал только треск помех.

Наконец неимоверно далекий Кристо ответил командующему:

– Рад вас слышать, господин гранд-адмирал. Фрегат Акена Боша сейчас находится недалеко от портала во вселенную шиван. Но он не может прыгнуть, на фрегате истощились последние энергоблоки.

Гранин еще в большем ошеломлении переглянулся с командиром своего флагмана.

– О чем ты говоришь? Мы только что прошли портал, здесь нет никого, кроме кораблей моей группы.

Ответ Снайпса прозвучал для него как гром среди ясного неба: – Это второй портал, гранд-адмирал. Держите координаты.

– Еще один Кносс?

– Не знаю, о чем вы, но советую поторопиться, – голос из глубины туманности слабел все больше и больше, – в том числе и насчет нас. Мы заметили в секторе присутствие шиван. Нам пришлось бежать с «Айсини» на ракетном мод…

Связь неожиданно оборвалась. Но к этому времени гранд-адмирал уже получил необходимые ему координаты последнего не сдавшегося ему корабля мятежной Нео-Терры. Еще несколько минут назад командующий флотами Альянса находился крайне в мрачном расположении духа. Два линейных корабля Альянса «Россия» и «Псамтик», сопровождаемые эскортом из четырех крейсеров, снова пройдя внутригалактический переход, не обнаружили в районе выхода ни малейших признаков сбежавшего фрегата. Очевидно, они опять опоздали, и «Айсини», совершив очередной субзвездный прыжок в туманности, вышла за пределы сканеров кораблей Гранина. Теперь, чтобы вычислить местоположение неуловимого корабля мятежников, надо было все начинать сначала, как два месяца назад, когда командующий еще в чине вице-адмирала искал здесь же «Тринити». И вот такая неожиданная, но своевременная удача.

– Хороший у него передатчик, далеко бьет, – тем временем пробормотал Кролла, критически оценивая расстояние по карте от своего корабля до ракетного модуля, – Данил, может, расскажешь, кто этот Снайпс, такое ощущение, что ты его очень хорошо знаешь.

– Как-нибудь позже, – отмахнулся Гранин, – ты что, не слышал, что «Айсини» болтается там без топлива? Надо брать ее немедленно.

Капитан «России» укоризненно посмотрел на своего начальника:

– Мы, вообще-то, тоже без топлива, ждем, пока заправится наш васудианский коллега.

– Дьявол! – гранд-адмирал раздраженно пристукнул кулаком по управляющей панели, вспомнив о своем последнем распоряжении. Два часа назад к его кораблям в туманности прибыл транспорт с грузом энергоблоков в сопровождении двух легких крейсеров «Эртанакс» и «Сталворт», чтобы дозаправить эскадру для дальнейших свершений в туманности. Раздосадованный на тот момент очередной пропажей «Айсини», гранд-адмирал принял решение из соображений вежливости первым обеспечить энергией дредноут Анххафа, а затем и свой флагман. Не мог же он предвидеть неожиданную передачу Снайпса!

Напротив, Орнео Кролла был вполне доволен текущим положением дел.

– Данил, дредноут закончит заправку с минуты на минуты, – деловитым тоном заметил он, – и танкер сразу перейдет к моему линкору. Каких-то полтора-два часа, и мы будем готовы к прыжку.

– Что же я сначала твоим корытом не озаботился? – свирепо произнес командующий, смотря на тускнеющего под его взглядом капитана. – Ладно, придется отправлять туда наших союзников, предъявить Акену ультиматум.

Вице-адмирал Анххаф благодарил командующего за такую честь несколько минут. Васудианец не забыл того унизительного боя в системе Денеба около межзвездного моста на Сириус, когда Акен Бош на своем фрегате проскочил мимо его заслонов, попутно разогнав и частью уничтожив эскадрильи «Псамтика», посланные на перехват «Айсини». Это стало довольно болезненной пощечиной для вице-адмирала, уже готового на тот момент торжествовать свою победу над ненавистным врагом Васуды.

Правда, Гранину пришлось несколько раз повторить свой категорический приказ жаждущему кровавой мести союзнику не уничтожать, а только повредить, в случае необходимости, мятежный фрегат до подхода главных сил эскадры. Испепелить «Айсини» своими тяжелыми лучевыми орудиями «Псамтик» мог только в том случае, если Бош откажется спустить флаг и вступит с дредноутом в бой не на жизнь, а на смерть.

– «Айсини» уже никуда не может уйти, и Акен Бош это понимает, – втолковывал он упрямому васудианцу, – зато потом я предоставлю мятежного адмирала вашему правосудию.

Похоже, эти последние слова убедили Анххафа, и через несколько минут «Псамтик» начал разгон, готовясь совершить ближний прыжок.

– Грохнет он нашего Боша, – скептически заявил Кролла, наблюдая за постепенно ускоряющимся дредноутом, – как пить дать, грохнет. А нам потом расскажет, что тот попытался сбежать, как «Велизарий».

– Не должен, – хмуро ответил гранд-адмирал, – я обещал Акена ему передать. После нашего допроса, конечно.

– Живодер наш командующий, – вздохнул Кролла, – главное, чтобы Бош об этом заранее не узнал, иначе он и нам живым не дастся. А кого за Снайпсом пошлем?

– Кристофер нам нужен не меньше Боша, – рассудил Гранин, – если он был с ним все это время, значит, тоже должен быть о многом информирован. Да и… в конце концов, – он посмотрел на товарища, – это же наш человек, так что надо и с ним поторопиться.

Командующий ненадолго задумался.

– Отправим туда почтовый модуль с «России», у него единственного радиус прыжка позволяет добраться до Снайпса, – решил он, – только, какого черта его занесло в такую даль? Это же еще на пять световых часов в сторону от местоположения «Айсини». У наших файтеров нет возможности сопровождать ракету на такое расстояние. Хотя, – он тронул подбородок, – а сколько запас хода у «Эриний»?

– Я не в курсе, мне знать не положено, – сразу открестился командир линкора, несущего на борту секретные перехватчики.

Гранин быстро связался с командиром шестьдесят четвертой эскадрильи.

– Илья Нестеров на связи, господин гранд-адмирал, – отозвался через мгновение молодой исполнительный голос.

– Пилот, сообщите максимальный запас хода ваших «Эриний», – затребовал данные командующий.

Быстро выяснилось, что при замене торпеды контейнером с дополнительным энергоблоком сверхтяжелый перехватчик вполне может добраться до дрейфующего корабля Снайпса, а затем совершить ближний прыжок к новому порталу, где к этому моменту должна будет находиться «Россия», по плану уже решившая вопрос с Бошем.

Отдав приказ о немедленном старте четырех «Эриний» и почтовой ракеты, командующий устало опустился в свое кресло. Теперь ему оставалось только ждать, когда его флагман тоже в свою очередь будет готов к субзвездному переходу до близнеца уничтоженного им недавно портала.

– А вот кто мне расскажет про второй Кносс? – спросил гранд-адмирал уже сам у себя. – И в какую новую преисподнюю он нас приведет?

* * *

– Господи ты, Боже, и куда этого парня занесло! – Алекс ошеломленно озирался в своей кабине. – Я такого никогда в жизни не видел!

Четыре сверхтяжелых перехватчика, почти все, что осталось от грозной шестьдесят четвертой эскадрильи, вышли наконец в точке, указанной таинственным «Кристо», и оказались посреди мощнейшего электромагнитного шторма. Всюду куда ни кинь взгляд расстилались бесконечные красно-синие облака разреженного газа, между которыми то и дело проскакивали титанических размеров молнии. Привыкший к безмолвию космоса пилот чуть не оглох от сильнейшего треска, сопровождавшего каждый из бесчисленных разрядов, ежесекундно пронзавших пространство вокруг тяжелых «Эриний».

Приборная панель его машины, казалось, тоже сошла с ума. Значки файтеров его группы то появлялись, то снова исчезали на радаре. Но двигатели «Эринии» работали, не сбиваясь, и это придало пилоту уверенности.

– Группа, все меня слышите? – он выкрутил интерком на полную громкость.

– Алекс, я рядом, – услышал он с трудом узнаваемый из-за помех голос Стефана Томальски.

Через секунду отозвались еще два пилота его звена, Талайя Хосе и Тансита Криши. Пилот успокоенно вздохнул и попытался сосредоточиться на своем задании. Для Алекса это было немного в новинку, но так получилось, что по возвращении на «Россию» после атаки шиванского джаггернаута, в которой погибли командир эскадрильи Николай Темный и оба его заместителя, самым старшим по званию в группе остался Илья Нестеров. В условиях продолжающейся военной операции по захвату «Айсини» у командования хватало своих забот, поэтому Илья временно стал командиром поредевшей эскадрильи «Рапторов», насчитывающей в данный момент всего шесть исправных машин и десять «исправных» пилотов.

Почти пятнадцать часов назад новый командир отправил четыре своих перехватчика на первое задание. Ведущему звена Алексу Маршану предстояло отыскать в глубине туманности ракетный модуль некоего таинственного Кристо. Расстояние в двадцать миллиардов километров было само по себе рекордом субзвездного прыжка для файтера, но Алекс никак не ожидал, что они окажутся в настолько негостеприимном месте.

Он еще раз посмотрел на свой почти ослепший радар. Судя по всему, его группа вышла верно. Но как теперь дальше искать корабль этого Кристо?

– Я, кажется, понимаю, куда мы попали, – услышал он вдруг в интеркоме голос третьего пилота Талайи Хосе, – мы почти в центре взрыва старой сверх…ой, – треск снова заглушил его слова.

– Повтори, Талайя, не слышу! – крикнул Маршан.

– Сверхновой, командир, – расслышал он в ответ. – Здесь где-то совсем рядом нейтронная звезда!

– Хорошенькое место он себе выбрал, – пробормотал Алекс, пытаясь выйти на связь с «Россией». Где-то там сидел его командир Илья вместе с Натальей и теоретически руководил всей операцией. Индикатор мгновенной коммуникации жалобно замигал красными огоньками, и пилот разочарованно выбранился. До командования было слишком далеко, на таком расстоянии даже мощный передатчик «Эринии» был бесполезен. Неожиданно, в момент кратковременного затишья взбесившихся космических стихий, на локаторе его машины мелькнула новая отметка. Маршан впился в нее взглядом. Точно, навигационный бакен! Через секунду она снова исчезла, но бортовой транспьютер, выполняя команду пилота, уже запомнил ее расположение.

– Ребята, я, наконец, что-то нашел, – повеселел Маршан, – Стефан, прибавь-ка газику на точку эн-один!

– Глаз алмаз, Алекс, – с уважением произнесла четвертый пилот его группы, Тансита Криши, – как ты его отыскал?

Маршан ответить не успел, на его глазах прямо в машину Томальски, выдвинувшуюся вперед, ударила ветвистая ослепительно белая молния. От удара многотонный перехватчик, сам засиявший как звезда, закрутило волчком, и он вывалился из общего строя.

– Стефан, ты живой?! – заорал Алекс диким голосом.

Через несколько секунд, показавшихся ему годами, с пораженной ударом «Эринии» донесся ответ:

– Что случилось? – голос Томальски был исполнен безмерного удивления. – По мне стреляли?

Пилот облегченно вздохнул, его товарищ был цел и невредим.

– Стефан, у тебя все нормально? – обеспокоенно спросил он. – В тебя попал разряд длиной в пару километров!

Машина его товарища выровнялась и перестала испускать неестественное сияние.

– Я-то в порядке, – унылым голосом ответил Томальски, – но, похоже, моему центральному транспьютеру конец. На приборной панели какое-то сумасшествие. Перехожу на ручное управление.

– Опять Стефану не повезло, – хмыкнул в интерком Талайа, – кто следующий?

Маршан снова вздохнул, но на этот раз уже тяжело. Невезение его товарища скоро грозило войти в поговорку и стать частью космического фольклора истребительного флота Альянса.

– Группа, я выхожу вперед, все за мной колонной, – скомандовал он, – Томальски идет третьим.

Неожиданно заработал его приемник локальной связи, и Алекс, наконец, услышал в отеркоме долгожданный голос разыскиваемого Кристо. Электромагнитный шторм чуть поутих, и треск помех не так сильно глушил респондента.

– Говорит Кристофер Снайпс, кто слышит меня? – монотонно повторял в эфире мужской голос.

– Слышу отлично, – весело ответил Маршан, – но не вижу. Где вы находитесь?

– Слава богу! – голос мужчины тоже повеселел. – Я уже думал, вы никогда не появитесь. Наш модуль дрейфует уже почти сутки, вы видите бакены? Мы их сбросили уже целую кучу.

– Так это вы их накидали? – догадался пилот. – Ну один, по крайней мере, видим точно.

– Мы заметили в секторе несколько шиванских охотников и дали немного деру, – признался Кристофер, – а бакены сбрасывали по дороге.

– Шиване тоже здесь? – обеспокоился пилот. – Это меняет дело. Надеюсь, мы успеем забрать вас раньше, чем они появятся рядом.

– Мы тоже на это очень надеемся, – как показалось Алексу, чуть иронически отозвался Снайпс, – следуйте по дорожке из бакенов. Мы их скинули семь штук, по одному на каждый астрометр.

– Семь астрометров? – командир группы «Эриний» быстро прикинул расстояние. – Хорошо, ждите нас тогда примерно через двадцать минут. В таком супе мы не сможем двигаться быстрее. Да, одну секунду, Кристофер, мне надо еще связаться с ракетой, которая вас заберет. Они болтаются в получасе отсюда. Как только мы вас найдем, они прыгнут в это же место.

– Я на вас рассчитываю, парни, – бодро ответил Кристофер, – и кстати, если у нас все получится, то можете считать, что Летные Кресты за секретные операции у вас в кармане.

Услышав такое интересное предложение, все четыре перехватчика на полном ходу устремились к первому из обнаруженных их командиром навигационных бакенов, которые оставил для них Снайпс.

* * *

Выводя свой флагман по координатам, указанным Снайпсом, гранд-адмирал ожидал увидеть на обзорных экранах «России» что угодно, но только не то, что оказалось в действительности. На расстоянии в два астрометра сканеры линкора почти сразу обнаружили неподвижный фрегат Акена Боша, на который так долго велась безуспешная охота, а чуть поодаль от него по дуге медленно двигались два шиванских драккара. Больше во всех пределах видимости сенсоров не было обнаружено ни одного корабля.

– А где, черт возьми, «Псамтик»? – возмутился Гранин. – Куда за каких-то полтора часа мог деться новейший дредноут Васуды?!

Удивление гранд-адмирала можно было понять, в худшем случае он ожидал увидеть здесь обломки мятежного фрегата и «Псамтик», ожидающий выволочки от командующего за самоуправство. Но поверить в то, чтобы Анххаф, увидев «Ай-сини», сам куда-то исчез? Впрочем, все быстро разъяснилось. Из-за километрового корпуса фрегата вынырнула целая эскадрилья тяжелых истребителей «Сет», принадлежащих пропавшему дредноуту. Их лидер сразу же вышел на связь с прибывшим флагманом землян.

– Мерс Анххаф преследует Боша, которого забрал с «Айсини» шиванский перевозчик, – прошелестел автопереводчик васудианца, – сам фрегат обездвижен, команда спустила флаг.

Гранин на секунду даже зажмурился, пытаясь уложить в голове полученные сведения и сообразить, что делать дальше.

– Этот Бош просто неисправим, – почти восхищенно выдохнул капитан «России», – не мытьем, так катаньем своего добился. Хорошего адмирала в его лице потерял наш Альянс.

Но гранд-адмиралу было сейчас не до восхищения. Он засыпал несчастного васудианца вопросами, нетерпеливо ожидая ответов союзника, как ему казалось, крайне медлительно транслируемых его автопереводчиком. Выяснилось, что флагман вице-адмирала, выйдя из подпространства, обнаружил уже отходящий от мятежного фрегата шиванский перевозчик. Анххафу, естественно, и не пришло в его усеянную шипами голову, что корабль Шивы мог каким-то образом состыковаться с «Айсини» и тем более забрать с фрегата Акена Боша с ближайшим его окружением. «Псамтик», не долго думая, расстрелял на «Айсини» главные двигатели, а сам вице-адмирал по открытому каналу потребовал от Боша спустить флаг. Вместо этого он получил прямую трансляцию с залитого кровью мостика мятежного фрегата. Как ему сообщил один из выживших офицеров корабля, дружеского контакта с шиванами у экипажа не получилось. По каким-то неясным причинам на фрегате произошла настоящая бойня, а самого Аке-на Боша и нескольких бывших с ним человек шиване захватили и переправили на свой корабль. А потом появился васудианский дредноут и добавил несчастной команде новых проблем, несколькими попаданиями почти полностью лишив «Айсини» энергии. Узнав обо всем этом, Анххаф, предчувствующий взбучку от Гранина, бросился в погоню за шиванским перевозчиком, уже готовым совершить ближний прыжок. Уходя, он оставил одну свою истребительную эскадрилью следить за обстановкой и ожидать прибытия «России».

– За шесть минут до вашего появления сюда прибыли два драккара Шивы, – наконец закончил шелестеть лидер васудианской эскадрильи, – мы подозреваем, что они собираются атаковать корабль мятежников.

– Тогда это будет их последним намерением, – хмуро сказал Гранин.

– Лично мне кажется, они уже передумали, – заметил командир линкора, всматриваясь в предполагаемый курс двух вражеских кораблей, – хоть они и шиване, но ведь не сумасшедшие, чтобы с двумя драккарами бросаться на линкор.

– В любом случае, они покойники, – вынес окончательный приговор Гранин, – если не успеют сбежать от Бланкара.

Гранд-адмирал быстро отдал необходимые приказания, и уже через минуту с «России» поднялась дежурная эскадрилья бомбардировщиков с истребительным прикрытием, а за ней на взлет сразу начала готовиться вторая.

Тем временем Гранин вышел на связь с обездвиженным фрегатом мятежников, за которым он безуспешно охотился столько времени.

– Там правда, что ли, все в крови? – с кислым лицом произнес Кролла. – Давай я скажу, чтобы цвета приглушили или вообще черно-белое изображение сделали.

– Лучше прикажи, чтобы готовили десантный корабль, – вернул товарища к его обязанностям Гранин.

Через минуту перед офицерами появилось изображение, передаваемое с «Айсини». Командующий, позабыв на мгновение обо всем, с любопытством рассматривал помещение боевой рубки самого секретного корабля Нео-Терры.

– Нормально у них вроде все, крови нет, – прошептал сбоку капитан «России», – погоди, Данил, это не центральный мостик фрегата, зуб даю, хотя я никогда его в жизни и не видел.

Внезапно прямо перед ними появился смуглый офицер со знаками отличия флаг-лейтенанта Нео-Терры. С совершенно безумным видом он всматривался в передающий монитор. Его китель был разорван, а на лице блестели крупные капли пота.

– Доложитесь, офицер, – повелительным тоном произнес гранд-адмирал, – перед вами командующий флотами Альянса Данил Гранин. Что сейчас происходит на вашем корабле? Где находится адмирал Акен Бош?

Взгляд офицера на секунду стал осмысленным, и он уставился на гранд-адмирала.

– Я лейтенант Раск, – хриплым дрожащим голосом сообщил он, – я и еще тридцать три человека со мной забаррикадировались на седьмой палубе фрегата, здесь резервный пост управления кораблем. Где Бош, я не знаю, ребята с мостика передали, перед тем как их убили, что шиване забрали его или он сам ушел с ними. Но точно я не знаю, – повторил он.

– Вы забаррикадировались? – с недоумением спросил Гранин. – От кого?

В глазах офицера заплясал ужас.

– Шиване все еще здесь на корабле, – выдавил он, – они что-то ищут и убивают всех, кого встретят. Я в жизни не слышал таких криков!

– Они на «Айсини»? – Гранин был порядком ошеломлен. – Но если они забрали Боша и отстыковались, то зачем они оставили на корабле своих?

– Я не знаю! – отчаянным голосом выкрикнул флаг-лейтенант. – Может, они ищут оборудование, про которое говорил наш адмирал, или ждут подмогу, не знаю! Умоляю, вытащите нас отсюда. Мы не можем пробраться мимо шиван к спасательным модулям!

Гранин круто повернулся к Орнео:

– Где наш десантный модуль, его надо немедленно предупредить!

– «Квеб» уже на подходе к фрегату, минут через десять будет готов к стыковке, – командир линкора посмотрел на один из своих виртуальных экранов. – Данил, не беспокойся, там двести вооруженных до зубов космических пехотинцев. Другое дело, что хорошо бы им карту фрегата получить.

– Вы слышали, Раск, – обратился к лейтенанту Гранин, – у вас есть возможность это сделать?

Офицер Нео-Терры был сейчас сама исполнительность. Его пальцы быстро забегали по управляющей панели.

– Пересылаю! – крикнул он. – Там есть отметка, седьмая палуба, резервный пост. Только прошу, вытащите нас!

В это время гранд-адмиралу с центрального поста наблюдения «России» сообщили о выходе из подпространства нескольких групп охотников и бомбоносов Шивы. Абордаж обездвиженного фрегата Нео-Терры прямо на глазах превращался в опасное предприятие.

– Началась война за приз, – процедил сквозь зубы командующий, – немедленно поднимайте все резервные истребительные эскадрильи с нашего линкора. Мы должны защитить фрегат!

– Ты думаешь, они именно за «Айсини» прилетели? – удивленно спросил его Кролла.

– Я в этом уверен, – мрачно сказал гранд-адмирал, – сам посмотри, куда ведет их курс.

Десяток бомбоносов явно собирался атаковать корабль мятежников, беспомощно дрейфующий в пространстве. Сейчас он был идеальной мишенью, по которой было практически невозможно промахнуться и к которой приближался десантный корабль «Квеб». Нельзя было терять ни секунды, поэтому Гранин мгновенно переориентировал на атаку двести сорок вторую эскадрилью, которая находилась ближе всех к врагу, сопровождая бомбардировщики Бланкара. «Короли самоубийц» становились первой линией обороны для обездвиженного корабля, а со стороны «Айсини» уже неслись на всех парах шестнадцать васудианских «Сетов», чтобы перехватить тех бомбоносов, которым повезет проскочить заслон землян. Бланкар со своей группой, оставшись без прикрытия, все равно ринулся в атаку на первый шиванский драккаров, надеясь, что у охотников Шивы пока хватает дел по защите своих. А в это время с «России», идущей полным ходом к месту завязывающегося боя, уходили на взлет все резервные эскадрильи.

– Вечно у нас так, начинается все с ерунды, а заканчивается полномасштабной потасовкой, – озабоченно пробормотал Кролла, вглядываясь в обзорные экраны и втайне надеясь, что оставшиеся шиванские бомбоносы уже успели опустошить свои арсеналы по фрегату Боша и что его любимой «России» уже не достанется вражеских торпед.

– Еще бы знать, откуда берутся эти дьяволы раз за разом – раздраженно сказал Гранин, – неужели придется лезть и в новый портал, чтобы, наконец, это выяснить?

Командир линкора только вздохнул в ответ.

– Если шиванский перевозчик потащил Боша в именно том направлении, то может, тогда Анххаф, раз уж он погнался за ними, все это выяснит? – с надеждой в голосе предположил он.

Командующий неопределенно пожал плечами, вспомнив про своего васудианского союзника со всеми его секретами и недоговоренностями.

– Возвращается шестьдесят четвертая эскадрилья, – доложили гранд-адмиралу, – четыре файтера и сопровождаемый ими почтовый модуль.

– Вот сейчас парни удивятся тому, что увидят, – заметил Кролла, наблюдая за пятью зелеными значками вернувшейся экспедиции, которые только что появились на карте далеко позади его «России», – но хоть все вернулись, молодцы.

– Главное в том, вытащили они Снайпса или нет, – озабоченно произнес гранд-адмирал, – запросите их командира.

Через несколько секунд, получив доклад своих пилотов, командир «Рапторов», находившийся на мостике линкора в зоне управления файтерами, передал всю информацию Гранину. Кристофер Снайпс и еще несколько человек вместе с ним, покинувшие «Айсини», находились в целости и сохранности на борту почтовой ракеты. Эвакуация прошла удачно, но пилоты «Эриний», докладывали, что тоже встретили легкие шиванские корабли. Столкновение прошло без потерь, новейшие перехватчики и их хозяева снова проявили себя с великолепной стороны.

– Отличная работа, мальчики, – морщины на лбу гранд-адмирала немного разгладились, – но здесь у нас сейчас немного жарковато для посадки. Держитесь пока в стороне и берегите почтовую ракету как зеницу ока. «Россия» примет вас позже.

Уже в немного приподнятом настроении он вернулся к главному обзорному экрану линкора, где рядом с дрейфующим в туманности фрегатом Нео-Терры закипела ожесточенная схватка.

* * *

– Слышал, Алекс? Сам гранд-адмирал приказал вам никуда не соваться, – заботливо подтвердил командир шестьдесят четвертой эскадрильи Илья Нестеров лидеру группы благополучно вернувшихся с задания «Эриний», – видишь, как о вас беспокоятся.

– Точно о нас? – в голосе пилота было сомнение. – Или вот об этой маленькой почтовой ракетке, что болтается позади наших файтеров?

– Думаешь, мне лучше уточнить это у нашего командования? – серьезным тоном переспросил Нестеров.

– Не стоит, говорят, что Гранин немного вспыльчив, если лезть к нему под руку во время боя, – сразу пошел напопятную его друг, – тем более все равно мы истратили весь боезапас, пока бродили в окрестности нейтронной звезды в поисках нашего подопечного. Если мы куда-то и сунемся, то пользы от нас будет немного.

– Мыслишь как настоящий командир, – похвалил его Илья, которому еще не хватало потерять в сегодняшней баталии остатки своей и без того немногочисленной группы, – кстати, и действуешь так же. Если судить по записи, то местечко, где вы побывали, гостеприимным не назовешь.

– У меня обшивка до трех тысяч кельвинов раскалилась, когда я там за охотниками гонялся, – охотно поделился впечатлениями Маршан, – а Стефану, как обычно, не повезло, в него попала молния размером с линкор. А что здесь у вас происходит? – в свою очередь поинтересовался он. – Нам с четырех астрометров толком не видно ничего. Вроде около «Айсини» какая-то буча? Прищучили наконец Акена Боша?

– Буча? – усмехнулся его командир. – Да тут весь линкор на ушах стоит, у нас пошли в бой все эскадрильи. Вокруг нас с Натальей прямо какая-то карусель вертится, и только мы одни сидим, отдыхаем да на вас смотрим в оптике.

Как бы в подтверждение своих слов командир «Рапторов» снова посмотрел по сторонам. Зоны управления всеми семью эскадрильями «России», располагавшиеся прямо перед возвышением центрального мостика, походили на растревоженные ульи. На бесчисленных виртуальных экранах, висевших перед командирами групп и их помощниками, мелькали десятки зеленых и красных отметок кораблей и файтеров Альянса и Шивы, ведущих отчаянный бой за беспомощно дрейфующий фрегат Нео-Терры. И только там, где располагались Илья и Наталья, на местах управления своей шестьдесят четвертой эскадрильей, было тихо и спокойно. Четыре вернувшихся сверхтяжелых перехватчика и почтовый модуль с людьми спасенного «Кристо» находились слишком далеко от места сражения, к которому теперь уже почти подоспела «Россия», готовясь ввести в дело свои грозные лучевые орудия.

– Погоди, я вам сейчас картинку боя сброшу, – нашелся Нестеров, – у нас же здесь все распараллелено с остальными эскадрильями, – похвастался он.

– Боевое взаимодействие, Алекс, – пискнула, сидящая рядом с ним Синарин, – чтобы сразу знать, кому прийти на помощь.

– Именно так, – подтвердил ее командир, быстро, как пианист по клавишам, пробегая кончиками пальцев по управляющей панели, – держи картинку из зоны двести сорок второй и сто седьмой эскадрилий. Как раз они «Айсини» от бомбоносов спасают.

– Спасают «Айсини» от шиван? – удивленно откликнулся Алекс через четыре астрометра пустого пространства. – Ты не ошибся, может, наоборот, помогают ее уничтожить?

– Да здесь сам черт не разберет, почему вдруг шиване собрались ее разбомбить, – почесав нос, признался ему Илья, – но командованием было ясно приказано сменить статус фрегата с враждебного на дружеский. Теперь мы ее защищаем, хотя я вот, к примеру, ясно вижу наш десантный корабль, который летит к «Айсини» явно не с добрыми намерениями.

Он озабоченно посмотрел на фигурку десантного судна, на полном ходу идущего сквозь круговерть отчаянно палящих друг в друга файтеров Альянса и Шивы. Фрегат мятежников пережил уже две атаки шиванских бомбоносов, но смог уцелеть, хотя и был изрядно изуродован ближними разрывами. Сейчас, похоже, начиналась третья и последняя атака, четыре оставшихся шиванских «Серафимов» огромных бомбоносов, вооруженных тяжелыми боеголовками, совершили очередной разворот и под прикрытием десятка охотников снова устремились к покореженной «Айсини». Сам перевес в сражении уже определенно склонился на сторону Альянса, оба драккара шиван отступали под наседающими на них бомбардировщиками Огюста Бланкара, и было очень похоже на то, что концевой корабль врага, большой драккар класса «Ракшаса», получивший несколько торпедных попаданий, вряд ли сможет пережить сегодняшний бой. Сама «Россия» подошла уже практически на радиус действия своих батарей и вот-вот готовилась открыть огонь по противнику.

– А ты не знаешь, где там моя подруга воюет? – поинтересовался неожиданно Маршан, очевидно оценив картинку, транслируемую ему командиром. – По значкам непонятно, кто в какой машине сидит.

– Найра? Без проблем, – беззаботно усмехнулся Илья, – командованию известно все. – Он прикоснулся к управляющей панели и через несколько секунд сообщил: – Лиссен… так… она в машине «Дельта один», перехватчик «Персей», совсем рядом с десантным кораблем, видишь, со своим звеном только что вираж заложила.

– Боевая девица, – недовольно пробурчал Алекс, – вечно лезет в самое пекло.

– Зато погляди, как она с «Серафимом» расправилась, с одного захода! – восхищенно воскликнул Нестеров. – Молодец! Я даже, если хочешь, могу вас друг с другом… Черт!

Командир «Рапторов» вдруг с ужасом увидел, что перед носом отчаянной «Дельта один» вдруг взорвалась оборонительная зенитная боеголовка, выпущенная последним из уцелевших бомбоносов. Легкий «Персей» мгновенно исчез в облаке разрыва, а сам значок файтера, мигнув, пропал с экранов радаров.

– Найра! – раздался отчаянный крик Алекса. – Ее сбили! Илья, я иду к ней!

Нестеров пришел в себя.

– Маршан, стоять, это приказ! – рявкнул он, с ужасом наблюдая, как начали быстро меняться цифры на экране, обозначающие координаты его друга. – Ты все равно туда не успеешь!

Илья растерянно переглянулся с замершей на своем месте Натальей.

– Он же себя своими руками под трибунал тащит, – с отчаянием сказал пилот.

– Надо связаться с Найрой, – сообразила Синарин, но вдруг запнулась и тихо добавила, – если она жива.

Нестеров на мгновение благодарно стиснул ее руку.

– Алекс, вернись обратно! – крикнул он, в то время как его пальцы метались по управляющей панели. – Сейчас мы свяжемся с Лиссен. Да стой ты ради бога!

Илья вдруг с облегчением заметил, что «Эриния» его друга перестала ускоряться. А тем временем Наталья быстро перенастроила вид с оптических датчиков «России».

– Жива твоя Лиссен, – выдохнул он, глядя на изображение спасательной капсулы, вылетевшей из облака огня, но на вид целой и невредимой, – сейчас я с ней соединюсь. И вернись в строй! – вдруг заорал он.

Но выйти на связь с катапультировавшейся астролетчицей оказалось не таким простым делом. Отвлекшись на своего непослушного подчиненного, Илья потерял из вида капсулу Найры, а когда снова обнаружил, то оказалось, что она пуста! Нестерову пришлось, проклиная все на свете, устроить самые настоящие розыски на поле боя, пока Синарин изо всех сил плела нервничающему Алексу байки о неполадках и задержках в каналах связи с его подругой.

В конце концов, выяснилось, что Лиссен подобрал десантный корабль «Квеб», проходивший в тот момент недалеко от кувыркающейся в космосе спасательной капсулы со сбитого «Персея».

– Час от часу не легче, – пробормотал себе под нос Илья, – они же «Айсини» на абордаж брать собрались.

Тем не менее он сообщил эту новость Маршану, опустив, правда, некоторые детали.

– Так что не переживай, все с ней нормально – добавил Нестеров в конце, – и сохраняй ради бога свое место в ордере. Я даже не представляю, каким образом мне придется выгораживать тебя перед начальством после этих твоих последних маневров.

– Ты и есть начальство, – отмахнулся от его последних слов Алекс, но обратил внимание на первые, – с ней точно все нормально?

Вздохнув в ответ, Нестеров связался с третьим пилотом «Квеба».

– Девушка со сбитого файтера? – переспросил пилот корабля. – Да вроде все с ней в порядке, сидит вон в десантном отсеке, там у нее знакомые. Погодите, сейчас на их командира переключу, а то у нас здесь работы много, стыковка через минуту.

Илья не успел даже слово вставить, как уже услышал знакомый девичий голос.

– Лиссен на связи!

– Найра, это Илья Нестеров.

– Поняла. Что стряслось? – было совсем не похоже, что несколько минут назад Лиссен пришлось катапультироваться из взрывающегося истребителя.

– Скажи, пожалуйста, пару слов для Алекса, а то он собирается броситься на твое спасение, – взмолился командир «Рапторов», – я уже не знаю, чем его задержать.

Вместо ответа он неожиданно услышал дружный мужской хохот, оборвавшийся звуком, похожим на хорошую затрещину. А через несколько секунд Нестеров и Синарин, чуть ли не седея от ужаса, слушали успокаивающие слова сбитого командира полу-эскадрильи «Королей самоубийц».

– Ал, у меня все нормально, – бодро кричала Найра в шлемофон, как она объяснила, командира десантной группы, – мы только прогуляемся с ребятами на фрегат. Туда и обратно. Они мне обещали показать живого шивана.

Затем послышались звуки какой-то возни.

– Урвик, дай сюда винтовку, ты все равно не умеешь с ней обращаться, – похоже, Лиссен имела какой-то авторитет среди громил десантников, – забыл, как я обстреляла весь ваш отряд на первенстве флота в этом году?

– Он только рукопашный бой запомнил, – прозвучал чей-то голос, – до момента, пока не получил от тебя прикладом, – и снова раздался дружный смех.

Илья в ужасе переглянулся с Натальей.

– Хорошо, что связь с «Эриниями» односторонняя, – стараясь говорить негромко, произнес он, – Найра, спасибо! Ты Алекса успокоила. Он вот только говорит, чтобы ты была на «Айсини» поосторожней.

– Нет проблем, только подстрелю хотя бы парочку этих пятилапых тварей, – кровожадно ответила девушка, и Нестеров с Си-нарин услышали хорошо различимый звук передергиваемого затвора тяжелой штурмовой винтовки, – до встречи на «России», ребята.

Со щелчком связь с «Квебом» оборвалась, и Илья тут же услышал возмущенный вопль своего друга, прекрасно слышавшего весь разговор, но лишенного возможности в нем поучаствовать.

– Командир, какого черта! – Маршан был в гневе. – Почему ты не отговорил ее? Там же опасно!

– Ал, ну что я мог еще сделать? – оправдывался командир. – Она же не могла взять и сойти с десантного корабля. Тем более, ты только хотел узнать, все ли с ней в порядке. И вообще, – в голосе Нестерова зазвучал упрек, – если ты сам не подчиняешься моим приказам и несешься, черт знает куда, спасать свою девушку, то как, по-твоему, меня должен слушать пилот из другой эскадрильи?

В ответ на это справедливое нарекание Алекс несколько смутился и после паузы пробормотал извиняющимся тоном, что он, мол, немного погорячился.

– Не переживай, Ал, – тоже уже спокойно произнес Илья, – я думаю, все будет в порядке, посмотри сам, бой с шиванами уже почти закончился. Десантники возьмут фрегат на абордаж, и «Квеб» скоро вернется на «Россию». У них там двести человек с тяжелым штурмовым вооружением, что, они Найру не прикроют?

– Вернется домой, прибью, – посопев, сердито озвучил свои будущие намерения Маршан, – и плевать, что она чемпион флота по рукопашному бою.

Глава 10

Сражение за мятежный фрегат подходило к концу. Файтеры Альянса очистили пространство вокруг «Айсини» от вражеского присутствия, флагманский линкор Гранина так и не успел открыть огня. В стороне от места главного боя в яркой вспышке исчез «Ракшаса», торпедированный эскадрильей Бланкара, а второй шиванский драккар отчаянно отстреливающийся от наседающих «Боанергосов» землян, все еще пытался совершить субзвездный прыжок, чтобы уйти от преследования. Десантный «Квеб» уже состыковался с носовыми воротами спустившего флаг фрегата, и теперь гранд-адмирал с минуты на минуту ожидал известий от командира своего штурмового отряда.

Но ждать пришлось немного дольше, чем планировал Гранин. Ракета со спасенным Кристофером Снайпсом и его людьми уже приблизилась к «России» для посадки, а азартный Бланкар успел добить и второй драккар шиван, так и не сумевший уйти в подпространство, когда, наконец, «Квеб» вышел на связь по заработавшему снова каналу коммуникации с «Айсини».

– Мы добрались до кормового отсека управления, – доложил командир группы Патриш Барнере, рослый офицер, казавшийся еще огромнее в своем штурмовом скафандре, – здесь несколько десятков человек из команды фрегата.

– Что происходит на «Айсини»? – быстро спросил командующий.

– Ничего хорошего, – ответил командир десантной группы, – корабль почти полностью лишен энергии, работают только аварийные батареи. Разрушения внутри огромные. Все переходы завалены мертвыми людьми из экипажа, вернее… – тут Патриш немного запнулся, – тем, что от них осталось.

– Вы встретили шиван? – задал новый вопрос гранд-адмирал. – Офицер из команды говорил, что они остались на фрегате.

– Нет, ни одного, – отрицательно качнул головой Патриш, – я имею в виду ни одного живого, уточнил он, – но, вот отдельные их части нам по дороге попадались.

– Что за бред? – вырвалось у Гранина.

– Я не знаю, но мне показалось, что они, возможно, взрывались перед своей гибелью, что ли, – у командира десантников самого был растерянный вид, – по крайней мере, так можно судить по их останкам и тем, что осталось от людей, которые были рядом. Правда, здесь все еще и перемешалось в одну кровавую кучу, гравитация на корабле работает крайне нестабильно. Мы прошли «Айсини» по центральному проходу от носа, где высадились, до кормового поста управления и везде одно и то же.

– Они могут скрываться где-то на корабле, – настаивал гранд-адмирал, – будьте начеку.

– Этот парень, Раск, был весь белый от ужаса, когда говорил нам про шиван, – подтвердил капитан «России».

Патриш повел широкими плечами своего скафандра:

– Может, он просто сошел с ума от страха. Нам сказали, что какойто флаг-лейтенант застрелился здесь, не выдержав напряжения. Но дело не в этом, – командир штурмовой группы озабоченно нахмурился, посмотрев куда-то в сторону, – а в том, что фрегат может взорваться в любую минуту. Кормовые реакторы потеряли стабильность и довольно быстро плавят защиту. Хорошо бы нам убраться отсюда, пока еще есть время.

Гранин еле сдержался, чтобы не выругаться вслух. Потратить столько усилий, чтобы, наконец, поймать «Айсини», и снова оказаться у разбитого корыта! Но если Патриш прав, то необходимо немедленно отдать приказ покинуть всем обреченный фрегат. Даже, если они и найдут на корабле за оставшиеся минуты оборудование, связанное с таинственным проектом Боша, все равно у них не останется времени, чтобы в нем разобраться.

– Забирайте тех, кто выжил из команды, и немедленно уходите с «Айсини», – приказал он, – больше ничего сделать нельзя.

Командующий услышал рядом сочувственный вздох командира линкора, когда изображение командира десантников пропало с виртуальной панели.

– Это наши ящерицы с Анххафом перестарались, – сказал Орнео, – говорили же им аккуратнее бить… то есть быть.

Гранд-адмирал мрачно кивнул, соглашаясь.

– Или он так боялся, что Бош от него все-таки свинтит на своем фрегате, – сделал предположение Кролла, – что разнес ему двигатели со стопроцентной гарантией?

– Это мы скоро выясним, – тоном, не предвещавшим васудианскому вице-адмиралу ничего хорошего, произнес Гранин, – сажай всех на линкор, мы идем за «Псамтиком».

Через двадцать минут, когда огромный линейный корабль, приняв на борт всю свою свиту, уже набирал необходимую скорость для ближнего прыжка, на мостике «России» наконец появился долгожданный Кристофер Снайпс. После короткого представления, поприветствовав командующего и ближайших к нему офицеров команды, гость сразу перешел к делу.

– Вы смогли захватить «Айсини»? – был его первый вопрос.

Вместо ответа Кролла молча указал ему на один из обзорных экранов своего корабля. Обломок носовой оконечности с пустой глазницей турболазера когда-то наводившего страх на врагов – все, что осталось после взрыва от последнего корабля Нео-Терры, медленно вращался в пространстве, поблескивая в голубом свете туманности.

Снайпс со странным выражением на лице пригладил свои совершенно седые волосы, вглядываясь в последнее свидетельство существования когда-то грозного военного корабля.

– И Бош тоже? – вопрос был краток, но все поняли, что имел в виду гость.

Ответить ему жестом было уже сложней.

– Вот, как раз с ним некоторые проблемы, – прокашлявшись, произнес гранд-адмирал, – он теперь на шиванском корабле.

Кристофер вопросительно приподнял брови, и Гранин, не дожидаясь новых вопросов, быстро рассказал ему о событиях, произошедших за последние несколько часов.

– Я до конца не верил, что он может на такое пойти, – задумчиво кивнув, произнес Снайпс, – но похоже, он решил, что это его единственный выход.

– Какой выход? – немного раздраженно переспросил командующий. – Вы думаете, он пересел на шиванский перевозчик по своей воле?

– Нет, не совсем, – примирительным тоном ответил гость, – в этом он как раз и ошибся. Союз шантажом слишком рискованная штука, и, видимо, Акен в этом убедился.

Гранин с трудом сдержался.

– Кристофер, мы пошли на большой риск, спасая вас из туманности, – жестко сказал он, – и теперь мне нужна вся информация, которой вы располагаете. Не говорите загадками.

Снайпс спокойно встретил жесткий взгляд гранд-адмирала.

– Поэтому я сейчас и стою здесь, – так же спокойно ответил он, – хотя, не скрою, мне просто приятно даже находиться среди своих. Особенно, после года ежедневного ожидания смерти в случае провала. Я думаю, вы знаете, как поступал Бош в таких случаях.

Гранин немного смягчился.

– Кристофер, тогда, может быть, мы пройдем с вами в оперативный зал и побеседуем наедине? – предложил он.

– Разумеется, – согласно кивнул гость, – но прежде я должен сообщить вам кое-что здесь. – Он вытащил из своего кармана небольшую чип-карту. – Как я понял, «Псамтик» пустился в погоню за шиванским перевозчиком. Но скорее всего, он не сможет выйти точно в том месте, где тот появится после субзвездного перехода.

– И никто не сможет, – подтвердил командующий, – в любом случае, придется проводить сканирование ближайших окрестностей и отправлять к перевозчику, если он будет там, группу файтеров.

– Тогда я бы советовал вам не удваивать свои силы там, где появится васудианский дредноут, – предложил Снайпс, протягивая чип капитану «России», – а выйти непосредственно ко второму порталу. Если шиванский корабль уйдет от Анххафа, то мы сможем перехватить его там, когда он попытается совершить межзвездный прыжок.

Командир линкора неуверенно посмотрел на Гранина, не решаясь брать в руки подозрительный маленький чип, сулящий его линкору новые проблемы.

Гранд-адмирал, немного подумав, решительно тряхнул головой.

– Орнео, меняй точку выхода, – твердо сказал он, – всем готовиться к переходу по новым координатам. Мы с Кристофером будем в оперативном зале.

Затем Гранин повернулся к Снайпсу.

– Прошу вас следовать за мной, – пригласил он, предупредительно кивнув головой своему гостю, – я думаю, разговор будет долгий, а времени до прыжка осталось не очень много.

* * *

Оказалось, как, впрочем, и подозревал гранд-адмирал, Древние вовсе не были такими белыми и пушистыми, какими рисовали себя в своих последних посланиях неведомым потомкам. Правда, за какой надобностью им потребовалось взрывать материнское солнце встретившейся им на дороге чужой цивилизации, не смог понять даже сам Акен Бош, глубже всех пробравшийся в их тайны. Но зато, установив этот факт, он сумел выяснить, каким образом они ухитрились осуществить такой катаклизм. А после этого мятежному адмиралу уже было легко понять причину такой на первый взгляд странной враждебности Шивы к Древним. Неизвестно как бы еще земляне повели себя на месте шиван, если бы их Солнце по чьей-то прихоти вдруг стало сверхновой, испарив до атомов свои планеты вместе со всеми обитавшими там живыми существами. А именно это и произошло в бывшей звездной системе после грандиозного взрыва, который превратил ее в расширяющуюся безжизненную туманность, куда затем и проник через портал Кносса крейсер «Тринити». Может быть, как и шиване, с трудом за тысячелетия восстановив из обожженных останков свою культуру, земляне тоже перестали бы радушно относиться к новым пришельцам. Особенно, опознав через восемь тысяч лет во включенном неизвестным васудианским адмиралом портале в далекой системе Ларамис творение ненавистных им Древних. Да и Васуда, оказывается, тоже не нашла ничего более лучшего, чем подставить под ярость обрушившегося на нее Шивы своих же врагов землян, которым перед лицом такой страшной угрозы ничего не оставалось, как вынужденно стать союзниками васудианцам. Выходит, Акен Бош никогда и не верил в искренность разумных рептилий, вдруг предложивших Земле мир после четырнадцатилетней изматывающей войны. И тем более не верил он в долговечность такого вынужденного союза. Поэтому отыскав таинственный луч смерти Древних, способный взрывать звезды, он, должно быть, смело пустился на поиски Шивы, чтобы объяснить им, кто на самом деле их враг, но дать им это понять со своей позиции силы, позиции обладания огромной мощью. Бош мог бы стать повелителем всей галактики, имея прирученные флоты шиван и угрожая непокорным своим супероружием. Но все пошло не так, когда он со всеми своими кораблями угодил в ловушку гениального Вито Витторио. Аке-ну пришлось явиться к Шиве не полноправным партнером с могучим флотом, а жалким просителем на одном фрегате, да к тому же преследуемым всеми военными кораблями Альянса…

– Да, где же этот чертов «Псамтик»? – вывел Гранина из задумчивости голос Орнео. – Он должен был болтаться где-то рядом уже, как минимум, полчаса.

При этом командир линкора с отвращением разглядывал на обзорном экране изображение второго Кносса, точной копии портала из системы гамма Дракона. «Россия» находилась совсем недалеко от очередного найденного творения Древних, чтобы по плану Снайпса, который вернулся на мостик после субзвездного прыжка вместе с гранд-адмиралом, перехватить шиванский перевозчик, где, как предполагалось, находился сам Бош.

– Не забыть бы еще запереть в каюте нашу Мину Харгроув, – уже вполголоса пробормотал Кролла, искоса поглядывая на командующего, – иначе она опять бросится в свою ракету, ошалев от радости при виде портала. А нам снова придется ее отдирать от этой карусели Древних, или кого там еще, будь они все неладны.

Но Гранин пока был полностью поглощен своими мыслями и лишь мельком взглянул на товарища.

– Значит, на «Айсини» было только оборудование для связи с Шивой, – он повернулся к Кристоферу, – и больше ничего? А то, про что вы говорили…

Снайпс утвердительно кивнул:

– А то про что я говорил, находится где-то на Ригеле. Но, где именно, знает только сам Бош и, может быть, еще несколько человек из его ближайшего окружения. Второй прототип этого оружия был на «Ухуру», но насколько я знаю, этот линкор был потерян Бошем в домене Васуды.

Гранд-адмирал еще раз мысленно воздал должное гению Вито Витторио, лишившему Акена его главного козыря.

– И шиване, вероятно, разобрали фрегат изнутри на кусочки, в поисках этого прототипа?

Собеседник командующего кивнул еще раз.

– И теперь они, к примеру, могут захотеть перевернуть все населенные миры Альянса, чтобы найти эту штуку, – сказал он.

– Ну, положим, это пока у них не очень получается, – заметил Гранин, – но ход ваших мыслей, откровенно говоря, меня беспокоит.

– Я на самом деле еще плохо представляю, что и как может им сообщить сам Бош, если он сейчас у шиван на положении пленника, – задумался Снайпс, – вернее, если честно, совсем не могу представить.

– Я тоже, – хмуро кивнул гранд-адмирал.

Он попытался было мысленно вообразить, как мятежного адмирала допрашивают гротескные фигуры чужаков в пятилапых экзоскелетах и как Бош торопясь выдает всю секретные сведения об Альянсе. Картина была настолько фантастической, что у Гранина непроизвольно вырвался короткий смешок. Это же чистый сюрреализм!

Но Снайпс оставался серьезным.

– Боюсь, что нам надо быть готовым к любым вариантам развития событий, – сказал он.

– Где же этот проклятый «Псамтик», – все монотонно бубнил капитан «России», в то же время ревниво выставляя ухо в сторону негромкого разговора Гранина и его собеседника, – а, ну наконец-то! – вдруг обрадованно вскрикнул он. – Данил, посмотри сюда, мы вроде что-то нашли!

Гранд-адмирал быстро вернулся из межзвездных далей на палубу своего флагмана.

– Нашли дредноут Анххафа? – быстро спросил он.

Кролла уставившись в один из своих виртуальных экранов, неожиданно отрицательно повертел головой.

– Непонятно что творится в двух световых минутах отсюда, – озадаченно сказал он, – какие-то обрывки сообщений в радиодиапазоне. Но шифр васудианский.

– Если это «Псамтик», то он должен был давно выйти на нас по каналу мгновенной связи, – нахмурился Гранин, – запроси тогда их сам.

Орнео переадресовал приказание командующего офицеру службы коммуникаций, и через несколько секунд перед Граниным появилось изображение незнакомого ему васудианского военного.

– Вас запрашивает «Россия»… – гранд-адмирал ощутил вдруг нехорошее предчувствие, – что у вас происходит? Почему «Псам-тик» не выходит на связь?

Ответ васудианца поверг всех трех офицеров в состояние шока.

– «Псамтик» только что уничтожен шиванским кораблем класса «Сатана», – бесстрастно прозвучал голос автопереводчика.

Гранину показалось, что палуба линкора уходит из-под его ног. Кролла тоже выглядел крайне ошеломленным, лишь только Снайпс не изменился в лице, как будто ожидая такое известие.

– Мы смогли эвакуировать с дредноута мерса Анххафа, но он тяжело ранен, – казалось, офицер союзников не замечал, какой эффект производят его слова, – от «Псамтика» перед гибелью удалось отойти двенадцати спасательным модулям.

Гранд-адмирал чудовищным усилием воли взял себя в руки. Хотя появление нового шиванского джаггернаута мгновенно разрушило все его планы и грозило страшной опасностью всем кораблям Альянса, которые сейчас находились в туманности, первым делом Гранин обязал себя постараться спасти остатки команды дредноута союзников, погибшего под ударом второго «Сатаны».

– Где сейчас находятся спасательные модули с вашего корабля? – хриплым голосом спросил он, оставляя на потом вопросы, рвущиеся у него с языка.

– Мы совершили стандартный эвакуационный прыжок на тридцать световых секунд, – ответил васудианец, – пока нас прикрывает группа файтеров, которые тоже успели покинуть дредноут.

– «Россия» сейчас находится в двух минутах от вас и готова принять все модули на борт, – оценив обстановку, уже спокойнее произнес командующий, – вы немедленно получите наши координаты для того, чтобы совершить переход в наш сектор.

Пока спасшиеся с «Псамтика» модули получали необходимую им информацию и разгонялись для нового ближнего прыжка, чтобы выйти к «России», гранд-адмирал расспросил васудианского офицера о подробностях трагедии с дредноутом вице-адмирала Анххафа.

Как оказалось, преследуя уходящий вражеский корабль, «Псамтик» совершенно неожиданно напоролся на новый джаггернаут, которому шиванский перевозчик, очевидно, смог передать точные координаты дредноута. Анххаф успел только засечь своими сканерами корабль, унесший с собой Акена Боша, как на него обрушился, казалось, возродившийся из ничего монстр Шивы. «Псамтик» пытался сопротивляться, но бой завершился за какие-то несколько минут. Сам Анххаф был тяжело ранен, когда чудовищный лучевой удар прошил насквозь оба бронированных борта васудианского корабля рядом с боевой рубкой, где находился васудианский командующий. Вице-адмирала союзников успели переправить на эвакуационный модуль, но вместе с ним дредноут успело покинуть не более трети команды. Двенадцать спасательных модулей, уходя из-под удара джаггернаута, совершили короткий субзвездный переход в сопровождении нескольких десятков файтеров, тоже успевших покинуть погибающий «Псамтик».

– У меня одного такие ощущения, что кто-то попеременно окунает меня то в ледяную, то в кипящую воду? – пробормотал капитан «России», объявляя очередную боевую тревогу на вверенном ему корабле.

Гранд-адмирал прекрасно понял, что имел в виду его товарищ. Воюя с Нео-Террой, командующий мог достаточно точно оценить силы мятежников и соответственно спланировать свои действия против неприятеля. Но в случае с шиванами у Гранина даже приблизительно не получалось верно представить военный потенциал противостоявшего ему врага. Каждый раз ему казалось, что Шива сокрушен, и каждый раз тот удивлял гранд-адмирала новым мрачным сюрпризом. Неужели, все, с чем перед этим встретился Альянс, было лишь очередной пробой сил для шиван и за порталом, перед которым находилась теперь «Россия», таится новая неисчислимая вражеская рать?

– Мы заберем спасательные модули с дредноута и начнем отвод наших сил из туманности и, скорее всего, с гамма Дракона тоже, – произнес командующий. – Кажется, я слишком заигрался с Шивой, – хмуро признался он, – а этот враг пока нам не по зубам. По крайней мере, до тех пор, пока мы точно не выясним, сколько у шиван есть еще сил.

– Да уж, второй джаггернаут – это чистой воды жульничество, – поддержал его Кролла, втайне обрадованный решением Гранина отвести свой флот, а значит, и его любимую «Россию» из предательской туманности, – а если у них еще и третий есть?

– А вот это мы попробуем успеть выяснить, – сказал гранд-адмирал, сурово взглянув на капитана линкора. – Командира шестьдесят четвертой эскадрильи немедленно ко мне!

* * *

До прыжка оставалось совсем немного времени. Четыре «Эри-нии», быстро подходящие к обозначенной точке перехода, сцепившись друг с другом законцовками своих плоскостей, сейчас представляли собой невиданное еще никем в туманности зрелище. Но наблюдать здесь за ними было пока особо некому, находящаяся вдалеке «Россия» была занята приемом спасательных модулей с погибшего дредноута Васуды, один за другим выскакивавших из подпространства рядом с гигантским кораблем. Все торопились, в любой момент в секторе могли появиться пустившиеся по следу сбежавшей добычи шиванские охотники и кто знает, может быть даже сам «Сатана». А вокруг линкора Альянса настороженно кружили две эскадрильи истребителей, готовые в любой момент перехватить появившегося врага.

«Мне нужны пилоты для выполнения особого задания, – вспомнил слова гранд-адмирала, командир группы “Эриний”, уже готовящихся включить свои гиперприводы, – мне необходима срочная информация о том, что может находиться за вторым обнаруженным порталом. Но у нас нет времени, чтобы разбираться, похож ли он на Кносс или чем-то от него отличается. К тому же сама “Россия” должна сейчас немедленно возвращаться на гамма Дракона. А другого корабля, который мог бы пройти в портал и проскользнуть обратно мимо “Сатаны”, у нас здесь нет. Ваши сверхтяжелые перехватчики единственные, кто может это сделать. Миссия почти самоубийственная, но вы должны послать туда пилотов, в которых абсолютно уверены». А в ком мог быть до конца уверенным новый командир шестьдесят четвертой эскадрильи, у которого осталось всего несколько исправных машин?

Илья глубоко вздохнул, снова ощутив на своих плечах давившую камнем ответственность. К тому же известие о втором ши-ванском джаггернауте совсем выбило его из колеи, впрочем, как и остальных его товарищей по эскадрилье. До этого момента пилота хоть немного успокаивала мысль, что «Рапторы» понесли все свои потери не напрасно, пожертвовав лучшими товарищами, чтобы одолеть главного шиванского монстра, не уступающего по мощи легендарному «Люциферу». А теперь Илье стало казаться, что они столкнулись со страшной безликой силой, безжалостно перемалывающей в своих челюстях флоты Альянса, силой, которая не ослабеет никогда. Пилот вспомнил о своих наивных мечтах гнать шиван до края галактики и горько усмехнулся – он слишком недооценивал врага. Дай бог, чтобы второй джаггернаут Шивы оказался последним. А если нет? Где, наконец, эта проклятая материнская звездная система шиван с ее планетами, орбитальными станциями, верфями и космическими портами? Или они так и будут искать ее, пока Шива окончательно не разрушит их собственный мир?

– Что ты сказал, командир? – Нестеров вдруг услышал по интеркому вопрос Маршана и понял, что последние свои слова он, забывшись, произнес вслух.

Голос его друга был невесел, и он не сыпал, как обычно, своими шутками. Алекс переживал свое несчастье. У его подруги Най-ры Лиссен не задалась «прогулка» по «Айсини», о которой еще совсем недавно она так весело сообщила Илье. Во время эвакуации с фрегата Нео-Терры группа десантников попала под внутренний взрыв в погибающем корабле. Никто не был убит, но несколько человек получило тяжелые ранения, в том числе и Лиссен. Сейчас девушка, погруженная в медицинскую кому, находилась в госпитале «России».

– Я сказал, что все будет нормально, – постарался как можно уверенней произнести эти слова Илья, про себя надеясь, что ему это удается, – и мы все вернемся с задания домой, а ты Ал, скоро уже будешь прогуливаться с Найрой по переходам нашего линкора, когда она пойдет на поправку.

– Врач сказал, что ее придется эвакуировать медицинским транспортом на Капеллу, – буркнул в ответ Маршан, – так что погулять не получится.

– Главное, что она осталась жива, – подбодрил друга Нестеров, – наша медицина лечит любые ранения, даже такие серьезные. А раз врач сказал на Капеллу, значит, надо на Капеллу.

Сейчас Илья был полностью уверен в своих словах. Хотя Най-ра, как сказал врач, и получила тяжелые термобарические травмы от взрыва внутри «Айсини» в своем небронированном летном астрокостюме, ее теперешнее состояние не внушало больших опасений медикам. Современные технологии позволяли спасти любого раненого, лишь бы только оставался невредим его головной мозг. Остальное считалось наживным делом. Скорее всего, Лис-сен требовалась трансплантация внутренних органов, поэтому ее и было решено отправить в специализированный госпиталь в систему Капеллы. Правда, еще оставался вопрос, сможет ли Найра после выздоровления вернуться в строй пилотов-истребителей. Будь у Ильи побольше времени, он, конечно, все разузнал бы поточнее, чтобы успокоить своего друга, но именно времени у него и не было. И у остальных тоже.

– Может, она хотя бы более осторожной станет после всего этого – вздохнул Маршан, – иначе я так долго не выдержу.

– Когда мы вернемся на Капеллу, будем по очереди навещать ее, пока Найра не выздоровеет, – утешил товарища Илья, – за увольнительными дело не заржавеет, я как командир эскадрильи тебе обещаю, – он не стал упоминать о своем временном статусе комэска «Рапторов».

– Тем более, там она будет в большей безопасности, – заметил по интеркому третий пилот группы, Томальски, – в отличие от всех нас здесь.

– Перестань, Стефан, – вдруг оборвала его Наталья Сина-рин, тоже внимательно прислушивавшаяся к разговору, – кроме нас приказ командующего больше выполнить некому. Мы единственная уцелевшая четверка, и мы знаем друг друга лучше остальных.

– Я не это имел в виду, – смутился пилот, – просто…

– Не бросайся на него, Натка, – неожиданно приободрился Алекс, – наш Стефан сеет уныние по привычке, ему просто не всегда везет в бою. Вот взять, к примеру, последний вылет…

Илья слегка улыбнулся, ближайшая перспектива начинала переставать казаться ему чересчур безнадежной. Главное, чтобы с ним вместе всегда были такие друзья, рядом с которыми не страшно и погибнуть. Он вспомнил, как, собрав всю свою четверку на короткий брифинг, сообщил товарищам о подробностях нового задания, которое дал им сам главнокомандующий флотами Альянса. Ведь Нестерову действительно было больше не на кого положиться, остальных пилотов по своей эскадрилье он знал совсем немного, слишком мало времени им было уготовано судьбой до того самого рокового вылета к шиванскому джаггернауту. И его ребята не подвели, не струсили перед прыжком в неизвестность.

А теперь дело за командиром, за Ильей, провести четыре «Эри-нии» сквозь десятки тысяч световых лет и вернуть их обратно.

Он постарался сосредоточиться, на экране радара значки файтеров его группы уже почти вплотную приблизились к точке перехода, находившейся рядом с новым порталом. В сущности, с виду задание выглядело не таким уж и трудным. Надо было приблизиться к порталу, стабилизирующему второй внутригалактический мост, совершить длинный прыжок, включив одновременно гиперприводы всех четырех перехватчиков, провести короткую разведку на той стороне и вернуться обратно за наградами и славой. Все бы ничего, но несколько деталей делали их задание почти самоубийственной миссией. Никто не знал, насколько новый портал похож на Кносс, у команды ученых Альянса не было никакой возможности хоть как-то внести ясность в этот вопрос, слишком мало было у них времени. Совершить длинный переход могли только четыре «Эринии», состыкованные вместе, поэтому, если группа Нестерова потеряет хотя бы одну машину, домой не вернется уже никто. А главное, никто не гарантировал, что, даже возвратившись, пилоты найдут свой линкор рядом с порталом. Если «России» будет грозить реальная опасность от второго шиванского джаггернаута, то кораблю придется отступить в систему гамма Дракона, и возвратившиеся сверхтяжелые перехватчики не смогут без дозаправки даже добраться до Кнос-са, не говоря уже о том, чтобы самим вернуться из туманности во владения Альянса.

– Внимание, группа, переход через тридцать секунд, – нарочито уверенным голосом сообщил он своим товарищам, стараясь отбросить в сторону свои сомнения.

Его рука потянула рукоять разрешения запуска генераторов подпространственной матрицы. Через тридцать секунд автоматически и синхронно включатся гиперприводы всех четырех «Эриний». Илья почувствовал небольшую перегрузку и услышал усилившийся гул турбин – необычная конструкция из четырех перехватчиков стала понемногу ускоряться.

– А ты включил камуфляж? – неожиданно поинтересовался Алекс.

Нестеров, всполошившись, молча рванулся к панели управления. Как он мог про такое забыть! Перед самым вылетом техническая команда, обслуживавшая машины его эскадрильи, наконец вроде бы отладила устройства маскировки, стоявшие, но пока еще ни разу не использовавшиеся на этих новейших перехватчиках. Они должны были имитировать спектр излучения шиванских охотников на всех известных землянам диапазонах. Правда, никто не знал, как в точности сработает такая штука при встрече с врагом, и Маршан немедленно об этом осведомился.

– Думаешь, прокатит перед шиванами? – скептически спросил он.

– При близком знакомстве вряд ли, – ответил Илья, краснея под полетным шлемом от своей оплошности, – но несколько лишних минут, может быть, нам подарит. Да вы только посмотрите на это! – неожиданно вырвалось у пилота.

Он вдруг увидел, что летит плоскость к плоскости с тремя ши-ванскими охотниками, отливающими зловещими красно-черными цветами. Пилоту никто не успел ответить, уже через секунду четыре охотника Шивы, тесно прижавшиеся к друг другу, взошли на эфирный мост, ведущий в неизвестность.

* * *

– Группа «Эриний» прошла через портал, – доложили командующему, – сканерами зафиксирована конфигурация штатного перехода.

Илья ошибался, за его группой пристально наблюдали с «России», несмотря на кутерьму с васудианскими спасательными модулями, один за другим стыкующимися с огромным линкором.

– Доктор Харгроув успела просчитать структуру портала? – спросил Гранин. – Мне надо знать точно, сколько времени потребуется группе Нестерова, чтобы пересечь эфирный мост.

Офицер по связям с учеными (должность, спешно воскрешенная капитаном «России») вытянулся с виноватым видом.

– Ей требуется еще время, господин гранд-адмирал, – доложил он.

– Она что думает, мы вечно около этой карусели торчать будем? – возмутился Кролла.

– Доктор Харгроув сообщила, что если ей разрешат перелет к порталу, данные, возможно, будут готовы быстрее, – сообщил офицер.

Командир линкора возмущенно всплеснул руками.

– А потом нам ее снова спасать? – задал он риторический вопрос и поспешно повернулся к гранд-адмиралу: – Данил, к нам пристыковался последний модуль с «Псамтика», надо решать, что делать дальше.

– Я должен знать, что находится за порталом, – наклонив голову, упрямо сказал командующий, – второго шанса у нас может не быть.

Капитан «России» хотел было заметить, что, если они по-прежнему будут торчать у портала, то у них и первого шанса не будет, что уже наглядно продемонстрировала печальная судьба васудианского дредноута. Но поразмыслив, он не решился спорить со своим товарищем, зная характер Гранина.

Командующий заметил беспокойство Кролла.

– Если мы увидим джаггернаут, мы отведем «Россию» на Гамма Дракона, – успокоил он командира линкора, – я не собираюсь жертвовать нашим кораблем, Орнео. Но пока есть возможность, мы будем ждать наших мальчишек.

– И одну девчонку, – вздохнув согласился Кролла и, заметив вопросительное выражение на лице Гранина, добавил: – там, в группе, один пилот девушка, Наталья Санторин. Или Синерин?

Пока командир линкора вспоминал фамилию девушки-пилота, к гранд-адмиралу поступил срочный вызов с самой «России». Это был главный медик корабля Тулак Линтотт.

– Господин гранд-адмирал, – у Линтотта был взволнованный голос, – у меня для вас важное сообщение.

Гранин еще не успел сообразить, какое может быть к нему дело у главного доктора линкора, как тот огорошил его своей новостью.

– У нас только что умер от ран адмирал Анххаф. Мы не сумели его спасти.

Командующий гневно ударил ладонью по пластикатовой стойке.

– Почему вы не сумели?

– Он уже умирал, когда его доставили в госпиталь, – торопливо объяснил Линтотт, – а наше жизнеобеспечивающее оборудование не рассчитано на васудианцев. Если бы он был человеком, то мы спасли бы его, даже если от него осталась одна голова, но здесь мы оказались бессильны.

Гранин хмуро кивнул, его гнев быстро прошел.

– Ждите меня через минуту, я прибуду проститься с мерсом Анххафом, – он посмотрел на капитана «России», – так надо, Ор-нео, я должен. Следите за обстановкой вокруг без меня, я буду на связи.

Кивнув всем, гранд-адмирал прошел мимо примолкших офицеров и спустился с мостика. Внизу его уже ждал горизонтальный лифт для быстрой переброски членов экипажа между дальними отсеками двухкилометрового линейного корабля.

Главный медик лично встретил Гранина на выходе на третьей палубе «России» и быстро повел по коридору к помещению, куда, как он сказал, было перенесено тело вице-адмирала Анхха-фа. Командующий уже издали увидел двух васудианских офицеров, с оружием в руках неподвижно стоящих в карауле у закрытых дверей отсека.

– Они никого сюда не пускают, – боязливо шепнул Линтотт гранд-адмиралу, – потребовали пустой отсек и перетащили его сюда.

– Хорошо, – не поворачиваясь к медику, сказал Гранин, – вы можете пока идти, я пойду один.

Он спокойно подошел к бесстрастным часовым и остановился прямо перед ними. Оставшийся поодаль Линтотт вдруг с удивлением увидел, что союзники молча отдали честь гранд-адмиралу, а еще через мгновение распахнулись и двери в отсек.

Пройдя внутрь, Гранин оказался в почти пустом помещении, где он сразу увидел возвышение, по-видимому, сделанное васу-дианцами из всего того, что оказалось у них под рукой, на котором укрытое тканью покоилось тело погибшего вице-адмирала Альянса. Рядом с Анххафом, держа его за безвольно упавшую руку, стоял офицер в форме союзников. Заметив, что кто-то вошел, офицер обернулся, и командующий увидел, что это молодая васудианка с подкрашенными шипами на небольшой элегантной головке.

– Здравствуйте, мерс гранд-адмирал, – он услышал ровный женский голос автопереводчика вместе с шелестом губ васудиан-ки, – мы благодарны, что вы пришли сюда в этот скорбный час. Меня зовут Нифрирра, я временно приняла командование из рук мерса Анххафа.

– Я соболезную, марси Нифрирра, – произнес Гранин, подходя ближе и снимая свой головной убор, – вице-адмирал Анххаф был храбрым военачальником. И он погиб в бою.

– Такое считается прекрасной смертью в нашем роду, – наклонила голову васудианка, – но скорбь от этого не становится меньше.

– Если вам что-то необходимо, вы можете полностью полагаться на меня, – сказал гранд-адмирал, – мы сделаем все возможное, чтобы воздать должные почести мерсу Анххафу. Это наш долг.

– Благодарю вас, мерс Гранин, – ответила Нифрирра, – но прежде мы хотели бы вернуть вам свой долг. Перед смертью мой… – в этот момент автопереводчик на мгновение замялся, но затем продолжил: – Мой кузен взял с меня слово: рассказать именно вам то, что до сих пор считается постыдной тайной Васу-ды уже много лет.

– Постыдной тайной? – удивленно переспросил командующий. Неожиданно яркая догадка пронзила его мозг, и он вспомнил все свои давние подозрения. – Это связано с Великой Войной, не так ли?

Васудианка помолчала несколько секунд, видимо собираясь с мыслями.

– Мы давно подозревали, что вы уже о многом догадываетесь, мерс Гранин, – наконец сказала она, – но у нас были свои причины хранить секреты. Лишь только когда мы вместе с вами сокрушили могущество Нео-Терры, в императорском клане, к которому я и Анххаф имеем честь принадлежать, начались колебания. После последних сражений в туманности Анххаф хотел сам говорить с вами, но он не успел. Но наша тайна начинается не с Великой Войны, а с еще более ранних времен. Аристократия Васуды верит, что наш императорский род ведется от самих Древних, их мизерной части, спасшейся от предков шиван. Этой войне тысячи лет, и так получилось, что мы втянули в нее цивилизацию Земли.

– Цивилизацию Земли, – эхом повторил гранд-адмирал.

В пазле, который он складывал последние несколько месяцев, наконец стали становиться на свои места последние детали.

Норис Сорги, третий лорд Звездного Адмиралтейства, был бы доволен своей проницательностью, а доктор Мина Харгроув продала бы душу за то, чтобы узнать, что сейчас ровным голосом автопереводчика рассказывала Гранину молодая васудианка императорского происхождения.

Звезды в нашей галактике соединены невидимыми обычному глазу связями, как острова, вздымающиеся в океане, составляют части единого целого, скрывающегося под водой. Межзвездные мосты, соединяющие системы, рождаются в чудовищных вспышках сверхновых звезд, когда сотрясаются сами основы мироздания. Эти мосты могут быть стабильны, а могут и рушиться со временем, и чтобы их укрепить, надо строить порталы, подобные тем, каким был Кносс. Но Древним мало было путей между звездными системами, которые проторила для них природа, и они научились взрывать сверхновые сами.

Гранин увидел, как над песочного цвета ладонью васудианки засветилось что-то похожее на многолучевую звезду, наглядная картина того, как при взрыве сверхновой разбегаются лучи будущих эфирных мостов на сотни и сотни световых лет. Его внимание привлекли две тонкие линии, вырвавшиеся дальше всех, намного, в десятки раз дальше. Когда-то давно, примерно восемь тысяч лет назад, они достигли и мира Шивы, по трагической случайности, инициировав взрыв материнского солнца этой далекой цивилизации. Вероятность такого события была один на триллион, но оно произошло, и Древние, сами того не зная, подписали себе смертный приговор. Их заинтересовали эти два странных внутригалактических моста, и укрепив созданные переходы порталами, они отправились прямо навстречу своей гибели. Уцелевшие шиване, те, которые не попали под прошедший термоядерный шторм, уничтожили разведку Древних и, собрав оставшиеся силы, пришли отомстить остальным. Ко времени нечаянной встречи они уже успели освоить подпространственные перелеты, что и позволило некоторым из них уцелеть после взрыва их материнского солнца. Шиване карающим мечом обрушились на ничего еще не подозревавших Древних, уничтожив всех, кого смогли найти.

– Затем они вернулись обратно, восстанавливать свою отброшенную далеко назад цивилизацию, – женский голос автопереводчика был все так же ровен и бесстрастен, – а единственный уцелевший корабль Древних высадился на планете Васуды и принес культуру племенам разумных рептилий. Чтобы их не нашли враги, последние Древние уничтожили свой корабль и изменили свои тела, так, чтобы стать одними из нас. Наш императорский род ведет свое основание от них, существ с разумом Древних и телами васудианцев. С тех пор прошли тысячелетия, но мы помним о тех, кто принес нам свет знаний, но вместе с ними мы получили и родовое проклятье. Двадцать три года назад мы нашли нестабильный эфирный мост в одной из наших систем. Шла тяжелая война с землянами, на которой Васуда напрягала последние силы, и поэтому мы не можем сейчас осудить васудианского военачальника, случайно отыскавшего странной формы портал в звездной системе, куда привел его этот эфирный мост. Мы ведь думали найти за ним чудовищной силы оружие, о котором помнили все эти тысячи лет, чтобы с его помощью уничтожить вашу Землю.

Гранин на секунду представил себе эту картину и ужаснулся. Все-таки в последующей гибели столицы Васуды Прайм от рук Шивы можно было усмотреть некую вселенскую справедливость. Как говорится, не рой другому яму…

– Но как вы включили найденный вами портал? – спросил он. – Легенды плохие помощники в том случае, когда имеешь дело с утерянными технологиями.

– В действительности все оказалось просто, – ответила Нифрирра, – портал включается, когда сквозь его кольцо проходит большой корабль. Он и включился, но об этом узнали не только мы.

– И шиване решили, что это Древние снова принялись за свои штучки, – продолжил за нее Гранин, – и пришли к вам.

– Мы были в отчаянии. Шива мгновенно уничтожил наши корабли в этой системе, и нам ничего не оставалось, как пропустить его дальше через Ларамис в ваш звездный домен Росс сто двадцать восемь. А затем мы предложили вам мир. Это и есть самая постыдная и страшная тайна Васуды.

Главнокомандующий задумчиво кивнул, теперь все сходилось. Правда, за исключением одного важного момента.

– Что стало с тем порталом после уничтожения «Люцифера»? – спросил он. – Как вы смогли его взорвать во время Великой Войны?

– Мы не взрывали его. Переход из системы, где находился портал, на Ларамис был и так нестабилен, – ответила васудиан-ка, – как оказалось, он самопроизвольно схлопнулся, и сами ши-ване со своим флотом возмездия оказались заперты в наших мирах.

– Значит, они не только громили нас, но и еще искали путь домой, – догадался Гранин, – теперь понятно, почему, уничтожив «Люцифер», мы так относительно легко добили остальные шиван-ские корабли. У них просто-напросто не было подкреплений и линий снабжения. Проклятый Бош! – вдруг вспомнил он про главу мятежной Нео-Терры. – Не включи он таким же образом Кносс, как и ваш адмирал, мы бы не слышали о Шиве еще тысячу лет!

– У нас нет причин любить этого человека, – сказала Ниф-рирра, – но, справедливости ради, надо отметить, что он тоже не знал многого. Иначе бы он сразу рассорил бы нас с вами, выдав эти тайны. Но и мы опасались вас после окончания Великой Войны, многие не верили, что вы сокрушили «Люцифер» обычным оружием.

– Зря опасались, мы не обманывали вас – заметил командующий, – но это недоверие сыграло на руку всем нашим врагам – и Акену Бошу и Шиве. Хорошо, что еще ваш «Молот Света» вышел тогда из игры. Кстати, это они нашли первый портал?

Раскрашенные чешуйки на голове Нифрирра слегка приподнялись.

– Нет, – сказала она ровным голосом переводчика, – «Молот Света» не имел отношения к этому. Но они верили, что наш мир падет, как мир наших предков, и мы сможем уцелеть, только так же, как уцелели последние Древние. Тогда никто из васудианцев не знал, что «Люцифер» может быть уязвим и что эфирный мост от портала в систему Ларамис уже разрушился. Но это печальная для нас тема, основателем «Молота Света» был младший брат императора.

Неожиданно разговор Гранина и васудианки был прерван срочным вызовом на персональный коммуникатор гранд-адмирала. На связи был капитан «России».

– Данил! – командир линкора был взволнован намного больше, чем главный медик корабля пятнадцать минут назад. – С поста наблюдения докладывают, к нам через этот чертов портал идет что-то огромное, и оно скоро появится здесь!

* * *

– Вниз! Вниз! Вниз! – только что покинувший иллюзорный мир подпространства Илья, никак не мог понять, откуда до него доносится этот чей-то бешеный крик в сопровождении знакомого тревожного перезвона и вспыхивающих перед глазами багровых зарниц.

Только через секунду после того, как, повинуясь отработанным автоматическим рефлексам, он уже бросил свою машину резко вниз, пилот сообразил, что вспышки и перезвон – это включившаяся система аварийного оповещения файтера, а дико вопит никто иной, как его товарищ Алекс Маршан, и делает это по очень серьезной причине. Совсем рядом с ними уходила в подпространство гигантская туша шиванского джаггернаута, и четырем только что вынырнувшим оттуда же «Эриниям» не стоило оказываться у нее на пути.

– Молодчина, Ал! – Илья с облегчением увидел, что все остальные машины его группы, автоматически расцепившиеся после гиперпрыжка, целы и невредимы, – ты нас всех выручил.

– Я чуть голос не сорвал, когда увидел эту штуку, – действительно с хрипотой в голосе, пожаловался его товарищ на исчезающий позади их в подпространстве шиванский корабль, – хорошо, что обошлось. Он мог затянуть нас за собой.

– Получается, это уже третий «Сатана», – раздался в интеркоме мрачный голос Томальски.

Илья в это время торопливо осматривался, звено его перехватчиков было первым, кто забрался так далеко во владения Шивы. Пилота поразил блеск окружающих его машину звезд, казалось, миллионы их сияли со всех сторон с невиданным никогда еще людьми великолепием. Но услышав слова Стефана, он тут же вернулся к реальности, почувствовав мгновенный укол страха. Даже один джаггернаут стал серьезным испытанием для Альянса, а если к нему прибавится еще два? Но действительность оказалась намного хуже, чем он мог даже предположить.

– Вижу на радаре шесть кораблей класса «Сатана», – он услышал упавший голос Синарин, на машине которой стоял мощный поисковый локатор для всей группы, – расстояние сто пятьдесят астрометров.

У Нестерова мгновенно пересохло в горле, когда он увидел на экране радара данные, оттранслированные ему Натальей. Шесть характерных отметок гигантских шиванских кораблей, каждый из которых был размером с «Колосс», были ясно читаемым смертным приговором Альянсу. По сравнению с этой опасностью «Люцифер», с которым едва справились земляне двадцать два года назад, мог показаться теперь безобидной игрушкой. Вокруг шиванских монстров горели значки десятков сопровождающих их меньших кораблей, но пилот даже не обратил на них внимания.

– Похоже, у нас проблемы, – наконец безрадостно выговорил он, – шиване снова нас провели. Мы не сможем сражаться с таким флотом. И никто не сможет.

– Интересно, где мы все-таки находимся, – пробурчал Мар-шан, пытаясь отвлечься от мыслей о мрачном будущем Альянса, – я столько звезд вокруг в жизни не видел. Это и есть материнская система шиван?

– Наверное, мы в самом центре шарового скопления, – предположил Илья, снова и снова тщательно пересчитывая число джаггернаутов, – но какое это сейчас имеет значение, Алекс?

Он глубоко задумался над тем, что увидел. Похоже, что пока непосредственная опасность группе его «Эриний» не грозила, сканеры его машины не фиксировали в непосредственной близости никаких подозрительных всплесков. Может быть, сработал камуфляж, а может, шиване просто даже не обратили внимания на несколько появившихся файтеров, которые сейчас казались не более чем пылинками на фоне их мощи.

– А тот шиванский корабль, который только что прыгнул, он получается прямо к «России» выскочит, – вдруг первым сообразил Стефан, – и как мы тогда вернемся?

Нестерову, который в этот момент напряженно размышлял, что делать дальше, возвращаться или продолжить разведку, слова товарища помогли принять решение. Если третий «Сатана» временно отрезал им путь домой, то его группе лучше не торопиться запускать свои гиперприводы, а вместо этого стоит внимательно осмотреться в логове дракона, где они оказались по приказу гранд-адмирала Гранина.

– Мы останемся здесь еще ненадолго, – решительно сказал он, – тем более пока нас, кажется, не распознали. Наталья, запускай широкополосное сканирование, посмотрим, что тут водится еще.

– Хочешь найти еще парочку джаггернаутов? – невесело хмыкнул Маршан и как будто сглазил.

Через несколько минут поиска Синарин доложила:

– Вижу еще один объект класса «Сатана», а рядом с ним… – девушка замялась, – какие-то три странные структуры. В трех световых минутах от центрального светила. Сканеры фиксируют там аномальный гравитационный фон. Что это может быть, командир?

Илья некоторое время изучал данные, полученные Натальей, и знакомое возбуждение охотника постепенно начало охватывать его, вытесняя страх перед шиванской армадой, которую он сейчас видел перед собой.

– Что это конкретно такое и для чего оно, я сказать не возьмусь, – деловито произнес он, наконец крепче сжимая штурвал своего перехватчика, – но для наших тяжелых торпед, сдается мне, сегодня это вполне подходящая цель.

Глава 11

– Одномоментная эвакуация всего населения системы? – вице-губернатор домена Капеллы, седой грузноватый человек, своим видом чем-то неуловимо напомнивший гранд-адмиралу ушедшего Витторио, даже приподнялся в своем кресле от удивления. – Вы действительно думаете, что это возможно? У нас здесь двадцать пять миллионов человек! Как вы себе это представляете?

Сидевший рядом с чиновником военный комендант главной орбитальной инсталляции Капеллы станции «Аркадия» принял озабоченный вид. В отличие от вице-губернатора, комендант находился в прямом подчинении у Гранина, поэтому спорить с командующим ему даже не приходило в голову, мысленно он уже начал прикидывать необходимое для такой грандиозной миссии количество кораблей.

– Другого выхода у нас сейчас нет, – сухо, почти неприязненным тоном ответил гранд-адмирал, потирая покрасневшие от недосыпания глаза, – враг не должен знать о местоположении наших эфирных мостов, ведущих на Вегу и эпсилон Пегаса, до самого последнего момента. Иначе Альянс взорвет их мессонными зарядами и миллионы человек окажутся, заперты на Капелле вместе с шиванским флотом. Мы должны эвакуировать всех разом, – закончил он, – для этой цели мы используем все корабли, в том числе и военные.

– Лучше бы военные корабли озаботились войной, – раздраженно произнес вице-губернатор, – их прямым занятием.

– Я просил бы вас не указывать мне, что делать с моими кораблями, – внешне спокойно, но внутренне уже закипая, сказал Гранин, – и имейте в виду, все руководство домена отправится на эфирный мост только на последнем корабле.

– Да вы… да, как вы… – возмутился чиновник, потеряв при этом всякое сходство с погибшим адмиралом, – я не позволю вам говорить со мной в таком тоне! На что это вы мне намекаете? Я не позволю…

– Ну, тогда попробуйте поговорить с шиванами, – прервал его гранд-адмирал, – чтобы они позволили вам, не торопясь, перевезти с Капеллы в центральные системы двадцать пять миллионов человек.

Вице-губернатор задохнулся от возмущения, не находя для ответа слов.

– Я прошу вас, – военный комендант примиряющим жестом приподнял руку, поворачиваясь к чиновнику, – давайте не будем тратить время впустую. Господин гранд-адмирал лучше всех нас может оценить ситуацию, и если он утверждает, что необходима именно такая эвакуация, значит, так оно и есть.

– Да я не отрицаю ее необходимости, – пробурчал вице-губернатор, которому, как и любому другому жителю системы Капеллы, вовсе не хотелось оказываться за сожженными мостами в компании шиван, – просто, если использовать и военные корабли, то кто будет нас защищать во время этого великого исхода? Мы никогда еще не видели такой армады!

– Я, думаю, господин гранд-адмирал разрешит это вопрос, – успокаивающе произнес комендант, – но обращаясь к практической стороне дела, нам как можно скорее необходимы данные о количестве и вместимости военных кораблей, которые будут предоставлены для эвакуации.

Гранин, с благодарностью посмотрев на коменданта, молча кивнул. Главнокомандующий флотами Альянса, вернее, тем, что от них сейчас осталось, чувствовал запредельную усталость. За последние семьдесят часов он не сомкнул глаз, не считая часов кратковременных подпространственных переходов, тоже не приносивших ему отдыха. Но, главное, что сейчас давило чудовищным грузом на плечи гранд-адмирала, не давая ему даже мимолетного послабления, было чувство непоправимой ошибки, совершенной им, когда, одолев «Сатану», он самонадеянно направил свой флот во владения шиван, рассчитывая, что после этой победы у врага вряд ли остались серьезные силы для дальнейшего сопротивления. Как он ошибался!

Сначала новый шиванский джаггернаут, копия уничтоженного с таким трудом «Сатаны», сокрушил флагманский дредноут Анххафа и убил самого васудианского военачальника. Затем такой же корабль, появившийся рядом со вторым порталом, чуть было не уничтожил саму «Россию», ожидавшую группу своих сверхтяжелых перехватчиков из разведывательного рейда. Линкор с трудом успел уйти, получив пару тяжелых попаданий с мощных лучевых сот вражеского корабля. Затем уже после отступления, больше похожего на бегство, флагман Гранина угодил под новую атаку шиван уже рядом с узлом внутригалактического перехода до гамма Дракона. Линкор догнали три тяжелых драккара, под прикрытием которых на «Россию» обрушилось несколько десятков шиванских бомбоносов.

В итоге, линкор вернулся в систему гамма Дракона в виде изуродованной развалины, нуждавшейся в немедленном ремонте. Но на этом неприятности только начались. Крейсер Альянса «Крым», выполняя приказ командующего, остался в туманности и совершил обратный бросок ко второму порталу, чтобы попытаться спасти экипажи четырех «Эриний», отправленных в опасный разведывательный рейд. К счастью, самоубийственное путешествие крейсера завершилось успехом, «Крым» смог обойти шиванские корабли, вдруг заполонившие туманность, и поднял на борт всех четверых пилотов эскадрильи «Рапторов», которые, вернувшись из разведки, уже десять часов лежали в дрейфе, почти потеряв надежду на спасение. От этих молодых ребят и пришли леденящие известия о новой шиванской армаде. А затем из туманности, как из порванного мешка, хлынули корабли Шивы. В мгновение ока они заполонили уже оставленную Альянсом систему гамма Дракона и на плечах отступающих кораблей союзников прорвались в домен Капеллы. Врага удавалось сдерживать некоторое время, но только до тех пор, пока эфирный мост не перешли девять гигантских джаггернаутов Шивы, мгновенно разметавших на своем пути все оборонительные заслоны. В системе Капеллы началась паника.

Никто не ожидал такого мощного и быстрого вторжения шиван.

У самого Гранина в эти безумные моменты несколько раз возникал соблазн последовать последнему примеру его бывшего наставника Вито Витторио, который сам свел счеты с жизнью. Казалось, что все с грохотом рушится под откос и уже совсем скоро для Альянса наступит конец света. Но неожиданно для всех ситуация странным образом стабилизировалась. Шиванские джаггернауты вместо дальнейшего наступления вдруг заняли позиции в пятидесяти миллионах километров от красного гиганта Капеллы, периодически рассылая оттуда свои легкие силы по всей звездной системе. Получив неожиданную передышку, соединения Альянса выиграли время, чтобы прийти в себя и перегруппироваться. Командующий смог пресечь набирающую силу панику и спланировать оборонительные действия.

Как и во время Великой Войны, когда линкоры союзников уступали по мощи аналогичным шиванским кораблям, так и сейчас, сложившееся положение спасали легкие силы Альянса. Файтеры истребительных эскадрилий непрерывно атаковали охотников Шивы, которые, как предполагал Гранин, могли заниматься поисками межзвездных мостов в другие системы Альянса. Бомбардировщики всех типов охотились на драккары шиван, тут и там появлявшиеся в различных секторах домена Капеллы. И все это время командующий встревоженно следил за своим главным врагом, почти неуязвимыми в бою джаггернаутами Шивы. Но как ни странно, огромные шиванские корабли пока продолжали находиться на прежнем месте около одной из звезд Капеллы, занимаясь какими-то своими таинственными делами, непонятными для людей.

Но Гранину было очевидно, что такое положение вещей вряд ли продлится слишком долго. И единственным доступным сейчас выходом, позволявшим хоть на время спасти Альянс, оставалось только уничтожение обоих эфирных мостов, ведущих из Капеллы в домены Веги и эпсилон Пегаса. Только так можно было отсечь шиванскую армаду от остальных владений союзников, после чего оставалось лишь надеяться на то, что враг не сможет найти других дорог в миры Альянса. Но сейчас взрыву мессонных бомб, рушащих межзвездные мосты, мешали двадцать пять миллионов ни в чем не повинных жителей системы Капелла. Именно их судьбе была посвящена сегодняшняя встреча гранд-адмирала Гранина и высшего руководства домена, в котором только что было введено чрезвычайное положение.

– Ровно через сорок восемь часов в назначенной точке сбора перед узлом межзвездного перехода на эпсилон Пегаса начнется массированный переброс судов по эфирному мосту, – продолжил командующий флотами Альянса, и перед ним и его собеседниками тут же зажглась трехмерная карта звездной системы, наглядно демонстрирующая слова гранд-адмирала. – На всю операцию будет отведено не более полутора часов, затем к узлу приблизится линкор «Бастион» с мессонным зарядами на борту и подорвет мост. Это в лучшем случае, – лицо Гранина еще более посуровело, – потому что, если рядом с узлом в это время появится хотя бы один джаггернаут, мы взорвем «Бастион», не дожидаясь окончания эвакуации.

– Да, да, – поддержал его комендант, – это будет ужасная, но необходимая мера. Мы не должны допустить дальнейшего распространения шиванской заразы. Хотя я стараюсь надеяться, что этого не случится.

– И вы думаете, за полтора часа вы переправите всех людей? – скептически хмыкнул вице-губернатор, наблюдая, как десятки крохотных фигурок, изображающих собой эвакуационные транспорты, покидают домен Капеллы, – вряд ли мы сможем усадить всех наших граждан в корабли даже за сорок восемь часов.

– Вы забываете про второй мост, который ведет на Вегу, – возразил Гранин, – еще через двадцать четыре часа по нему будут уходить корабли моего флота. Все гражданские лица, которых мы не успеем переправить на эпсилон Пегаса, должны быть отправлены на Вегу этим же путем.

– Если Вега сама не взорвет мост со своей стороны до этого времени, – все так же скептически заметил чиновник, – в этом домене располагается правительство Альянса, и я не удивлюсь, если они так и сделают. Как, впрочем, и руководство на эпсилон Пегаса.

– Вы больше меня знакомы с нравами наших верхов, – соглашаясь, пожал плечами гранд-адмирал, – но в системе эпсилон Пегаса сейчас распоряжается адмирал Бохун, а он выполнит мои приказы, я в нем уверен. Но насчет Веги, может быть, вы и правы, – Гранин мрачно кивнул, – но, тем не менее, выбора у нас нет, а я, к сожалению, не президент Альянса. Потому что, если мы начнем выводить корабли постепенно, шиване быстро определят местоположение наших межзвездных порталов и смогут прорваться на плечах отступающих в следующие системы.

Сейчас командующий был уверен в своем решении, как единственно правильном. Только одномоментная переброска всех кораблей на эпсилон Пегаса, а затем и на Вегу, могла обмануть шиван и спасти максимальное количество мирных граждан Альянса. Пока, чтобы не дать возможности шиванским разведчикам быстро определить местоположение обоих узлов межзвездного перехода, действовал строжайший приказ, воспрещающий пересечение обоих эфирных мостов во всех направлениях. На Вегу и эпсилон Пегаса ушли информационные капсулы с соответствующими предупреждениями. Гранин не беспокоился за своего ставленника, адмирала шестого флота, дислоцированного в системе эпсилон Пегаса. Бохун был старым воякой с железными нервами. Получив команду гранд-адмирала, он будет держать мост открытым столько, сколько потребуется, даже если рядом появится хоть все девять джаггернаутов Шивы.

Ситуация на Веге была гораздо сложнее, это был правительственный сектор, новая столица вместо утерянной Земли, поэтому Гранин прекрасно осознавал, что если Совет Альянса перестрахуется и взорвет мост до Капеллы со своей стороны, то флоту гранд-адмирала вместе с остатками беженцев потом будет некуда возвращаться. В последние часы информационных капсул с Веги больше не поступало, и Гранин никак не мог понять, хороший это или дурной знак.

* * *

– Конвой из трех судов принял, – подтвердил Нестеров по каналу мгновенной связи, – мы отправляемся к точке ближнего перехода.

На экране радара ярче засияли значки двух транспортников класса «Арго», для пущей простоты поименованных как «Лямбда-1» и «2», только что отошедших от жилых комплексов главной космоверфи Капеллы. Своих личных названий эти корабли, по плану уже готовившиеся к отправке на слом, не имели. Пилот недоверчиво посмотрел на их изображения, приближенные оптикой его «Мирмидона». Было трудно поверить, что обе эти развалины с бортами, выцветшими от солнечной радиации, сейчас битком набиты людьми и васудианцами, спасающимися от шиванского вторжения. В отличие от этих кораблей, космический госпиталь «Везалий», тоже присоединенный к конвою, выглядел франтом, невесть как забредшим в промышленный сектор Капеллы. Казавшийся блестящим бездельником на фоне работяг транспортников, сверкающий как ночной город огнями длинных балок-переходов, соединяющих кормовую и носовую части корабля, «Везалий» на самом деле уже почти двое суток метался по системе, принимая на борт больных и раненых граждан, которых было невозможно эвакуировать другими кораблями.

– В точке выхода к вам присоединится васудианец, тяжелый крейсер «Небту», – сверившись с какими-то своими данными, торопливо добавил взмыленный офицер-диспетчер с далекой «Аркадии», – дальше к узлу перехода на эпсилон Пегаса пойдете под его прикрытием. С ним будет еще один гражданский лайнер. До связи.

– До связи, – с благодарностью в голосе попрощался пилот, неожиданное сообщение о васудианском корабле, спешащего к ним на помощь, немного приподняло ему настроение.

В интеркоме Илья услышал облегченный вздох Маршана:

– Молодцы, ребята. У меня камень с плеч упал.

– Медицинских кораблей всего несколько штук на всю Капеллу, наверное, поэтому они усилили нас васудианцем – догадался Нестеров, – так-то четырех наших файтеров вполне хватило бы, чтобы провести три гражданских корабля.

Но внутри он был рад, понимая душевное состояние своего товарища. На «Везалии» сейчас находилась Найра Лиссен, перевезенная туда с «России». Линкор получил слишком тяжелые повреждения при отступлении из туманности, чтобы быть подходящим местом для продолжающей пребывать в медицинской коме девушки. Алекс поклялся, что будет защищать теперь космический госпиталь до последнего вздоха или, если надо, будет таранить шиван своей машиной. Получив в прикрытие целый тяжелый крейсер союзников, Илья надеялся избежать такой перспективы. Помощь была явно не лишней, то тут, то там по всем секторам домена Капеллы, судя по приходящим обрывочным сообщениям, шиванские корабли атаковали гражданские конвои, ожидающие разрешения на финальный бросок к узлу межзвездного перехода до эпсилон Пегаса.

Но сейчас даже наличие рядом целого линкора не могло гарантировать спасения ни Лиссен, лежащей в одном из бесчисленных медицинских отсеков «Везалия», ни Маршану, поклявшемуся до конца беречь ее. Никто не знал, как пройдет эвакуация десятков судов и удастся ли обрушить за собой звездные мосты. Над всеми висел дамоклов меч джаггернаутов Шивы, и никто не ведал, когда он низвергнется на людей. Но почему-то именно в эти часы близость надвигающегося конца заставляла людей крепче любить друг друга. Алекс, обычно подтрунивавший над своими отношениями с Найрой, вдруг, как оказалось, теперь не мог жить без нее, и Илья в глубине души чувствовал, что его друг действительно не покинет систему Капеллы, если этого не сделает и космический госпиталь с Лиссен на борту. Подумав об этом, пилот тут же вспомнил, как несколько часов назад, во время короткого отдыха на «Аркадии», он увидел, что Наталья и Стефан украдкой целуются перед дверями комнаты, откуда они только что вышли. И сейчас они тихо о чем-то разговаривали через свои интеркомы, и Илья мог поклясться, что речь у них шла не об обсуждении маневров по прикрытию транспортов конвоя.

– Говорит группа семидесятой эскадрильи, – Илья быстро связался с капитанами вверенных ему гражданских кораблей, – примите координаты точки ближнего перехода.

Все три судна неторопливо выстроились в растянутую колонну, покидая зону космоверфей Альянса, обреченных на уничтожение после эвакуации всего их персонала, и начали понемногу ускоряться, чтобы достичь необходимых для прыжка скоростей. Четыре военных файтера, четко держа строй, шли пока походным порядком рядом с колонной.

– Давненько мы в конвоях не ходили, – сообщил пилот товарищам, – пожалуй, еще с кампании на Денебе. Помните наш первый совместный вылет?

– Но там-то мы хоть были благородными «Молотоголовыми» из всем известной пятьдесят третьей эскадрильи, – ворчливо отозвался Маршан, – а сейчас, прости Господи, стали «Синими львами». Как я Найре об этом потом расскажу?

– Ал, семидесятая эскадрилья ничем не хуже других, – приструнил друга командир, – тем более от наших «Рапторов» остались одни только пилоты без машин. Скажи спасибо, что дали возможность летать хоть на чем-то.

– Да уж, сидеть на «Мирмидоне» после моей сверхтяжелой ласточки, – вздохнул Алекс, – это… это… Да я даже не знаю, как это назвать. До сих пор сердце кровью обливается, когда вспомню, как мы их в туманности бросили.

Все остальные пилоты небольшой группы тоже завздыхали, Маршан наступил на общую больную мозоль. По сравнению с потерянными «Эриниями» любой другой файтер Альянса, даже изящный новый «Персей», казался безнадежно устаревшим. Что уж тут можно было сказать о потрепанных «Мирмидонах», на которые бывших пилотов шестьдесят четвертой эскадрильи пересадили после их возвращения из разведывательного рейда. С другой стороны, когда четверка сверхтяжелых перехватчиков, вернувшись из владений Шивы, вышла к точке рандеву с «Россией» и нашла вместо линкора лишь информационную капсулу, то в тот момент Нестеров и его товарищи готовы были пересесть хоть на ступы с помелом, лишь бы только вернуться домой. Им пришлось долгие десять часов пролежать в дрейфе, выключив все бортовые системы и положившись на приказ с капсулы оставаться на этом месте, пока их, наконец, не отыскал крейсер Альянса, специально отправленный на спасение «Рапторов».

Но корабль смог взять только людей, а все четыре «Эринии» с пустыми энергоблоками пришлось расстрелять в упор лучевыми орудиями крейсера. Последние исправные машины шестьдесят четвертой эскадрильи, ставшие неподвижными мишенями, не смогли долго сопротивляться главному калибру большого корабля и через несколько секунд превратились в россыпь тающих в облаках туманности осколков.

– Смотрите, космоверфи взрываются! – Илья вдруг услышал взволнованный голос Натальи.

Далеко позади ушедшего конвоя, уже приближавшегося к точке запланированного субзвездного прыжка, начали распадаться в ярких бесшумных вспышках бесконечные, длиной в десятки километров, сборочные ремонтные и жилые комплексы главной верфи системы Капелла. Там, где еще недавно стояли в ремонте линейные корабли «Колосс» и «Россия», теперь бушевали взрывы пущенных вразнос реакторов, раньше питавших энергией это гигантское сооружение.

– Ерунда, – слегка презрительно хмыкнул Алекс, – никакого сравнения с той штукой, которую мы подорвали в гостях у шиван. Нас тогда только на одной взрывной волне пронесло пару астрометров. Кстати, командир, наши так и не выяснили, что это было?

– Нет, – неохотно ответил Нестеров, вспомнив, что ему сказал по этому поводу сам командующий флотами Альянса, когда уже после возвращения на «Россию», пилота лично вызвали для доклада на мостик линкора.

«Пилот, вы сегодня совершили или величайший подвиг, или величайшее преступление», – вот, что именно сказал ему гранд-адмирал, просматривая запись его вылета на том месте, где четыре «Эринии», закамуфлированные под шиванских охотников, вместо того, чтобы вернуться обратно на линкор с собранными разведданными, вдруг по приказу сорвиголовы-командира устремились к исполинским шиванским сооружениям, обнаруженным ими в самом сердце вражеских владений. Если честно, то Илья и сам не ожидал, что всего от четырех, пусть даже очень мощных торпед, будет такой сокрушительный эффект. В невероятном силы взрыве исчез даже один шиванский джаггернаут, охранявший эти странные сооружения и легкомысленно подпустивший четырех «охотников» на слишком близкое расстояние. Если бы эти три «чертовы мельницы», как на ходу окрестил их Маршан, не детонировали бы еще с такой внушительной временной задержкой, то кто знает, удалось бы группе Нестерова вообще вернуться домой со своего задания. С одной стороны, это было безусловной победой, принимая тем более во внимание уничтоженный таким удивительным образом джаггернаут Шивы. Но с другой стороны, не это ли побудило шиван, нанести Альянсу ответный визит, который грозил сейчас союзникам новым апокалипсисом? Хотя формально наказывать Илью было не за что.

В рейде ему было приказано действовать по обстоятельствам, среди которых была и возможность нанесения ущерба врагу. Никто же не мог предвидеть, что четыре несчастных файтера смогут устроить такой погром Шиве. Во всяком случае, Гранин пока велел Нестерову помалкивать до полного прояснения ситуации, если она, конечно, вообще когда-нибудь сможет проясниться, после чего приказал быстро перевести нашкодившую у шиван группу пилотов в семидесятую эскадрилью «Синих львов», которую почему-то издавна недолюбливал Алекс Маршан и которая сейчас базировалась на главной орбитальной инсталляции «Аркадия».

– Хоть бы записи дали нам посмотреть, – пробурчал его друг, – а они взяли и потерли все, в первый раз такое вижу, и ты, командир, молчишь как рыба.

– Всему свое время, Ал, – нетерпеливо отозвался Нестеров, готовя свою машину к приближающемуся прыжку, – не переживай, командование оценит нашу работу.

– Да плевать на их награды, – вдруг произнес Маршан, – мне главное Найру сейчас вытащить.

– Мы это сделаем, – твердо пообещал ему Илья. – Внимание, звену приготовиться, прыжок через двадцать секунд, – скомандовал он, – мы пойдем вперед транспортов.

Через пятнадцать минут четыре истребителя землян, завершив субзвездный прыжок, вынырнули из подпространства в обозначенном секторе звездной системы, где их уже поджидали васудианский тяжелый крейсер «Небту» и пассажирский лайнер «Сулла». Рядом с кораблем союзников, ожидающим конвой, крутились легкие перехватчики типа «Серапис», издали похожие на диковинных бабочек. Илья быстро вышел на связь с союзниками, и их новости заставили встревожиться всех четверых пилотов. Сорок минут назад васудианцы заметили в секторе пару вражеских разведчиков, сумели один сбить и теперь ждали более серьезных гостей. Тем временем позади «Мирмидонов» из подпространства начали выходить транспортные корабли, завершающие ближний переход. Пора было формировать конвой.

Нестеров посмотрел на бортовые часы, великий исход в систему эпсилон Пегаса уже должен был начаться. Согласно очередности, установленной штабом по эвакуации, десятки судов, сопровождаемые военными кораблями и разбросанные по всей системе, совершали сейчас прыжки к одному из двух узлов межзвездного перехода с домена Капеллы. После завершения субзвездных прыжков, все эти разнокалиберные корабли, собранные со всех уголков системы, от мелких балкеров до огромных пассажирских лайнеров, и все как один набитые до отказа тысячами и десятками тысяч беженцев, должны были еще пройти несколько астрометров, перед тем как один за другим взойти на эфирный мост, ведущий к спасению. Недалеко от портала дежурил совсем недавно списанный патриарх межзвездного флота, линкор «Бастион», когда-то любимый флагман гранд-адмирала Вито Витторио. Нагруженный мессонными зарядами и управляемый искусственным интеллектом, он был готов обрушить эфирный мост в любой момент после завершения операции или в самый ее разгар. Теперь это зависело от шиван, насколько быстро они смогут обнаружить крупные перемещения кораблей Альянса и отправить сюда свои почти неуязвимые джаггернауты.

На всю операцию отводилось всего полтора часа, и очередь совершить прыжок к узлу перехода на эпсилон Пегаса конвою, который охраняло звено Нестерова, наступала уже через сорок семь минут. Но, даже благополучно проводив вверенные им транспорты, сами пилоты на своих машинах должны были оставаться в системе Капеллы еще как минимум на двадцать четыре часа, пока не откроется последний мост на Вегу, через который смогут уйти военные корабли Альянса вместе с оставшимися гражданскими судами, уничтожив затем за собой межзвездный портал. Как ни размышлял над этим Илья, но по всему выходило, что шансы на спасение его и товарищей были не очень велики. И это, если им еще повезет и никого не собьют в последних боях, и если мосты не взорвут преждевременно, и если… Но он уже почему-то не ощущал при этих мыслях ни тени малейшего страха, полностью положившись на свою судьбу.

От размышлений пилота оторвал вызов с васудианского крейсера.

– Фиксируем всплески шиванской конфигурации, – доложил ему равнодушный голос автопереводчика, – большая группа.

Илья бросил взгляд на свои сканеры подпространственных возмущений, они тоже замигали тревожными сигналами. Враг готовился появиться недалеко от конвоя.

– Передаем приказ всем судам, – очевидно, командир «Неб-ту» принял какое-то решение, – разворачиваться к точке семнадцать, сто два, эшелон тридцать шесть, мы вас прикроем до отхода.

Новый курс уводил конвой в сторону от предполагаемого сектора, где должны были выйти после прыжка шиванские корабли. Сам же васудианский крейсер начал медленно разворачиваться по направлению к врагу.

– Мы можем помочь вам, – Илья торопливо переключал системы своего «Мирмидона» в боевой режим.

– Группа «Альфа», следуйте за конвоем, – бесстрастно отрезал голос переводчика, – ваша задача – прикрытие гражданских судов.

– Выполняю, – дисциплинированно отозвался пилот. – Звено, занять охранный ордер, – скомандовал он через интерком своим товарищам.

Прошло несколько томительных секунд ожидания, и наконец, на радаре начали появляться первые значки выходящих из подпространства шиванских кораблей.

– Один малый драккар, один большой… вот черт, – вслух считал врагов Маршан, – а теперь и бомбоносы посыпались… два… четыре… восемь? Ну и достанется же сейчас нашим союзникам…

«Небту», развернувшись в боевую позицию, готовился встретить врага всеми своими мощными лучевыми батареями. Но и у шиван было чем ответить васудианскому кораблю, огромный драккар класса «Молох» начал движение наперерез тяжелому крейсеру союзников, сопровождаемый своим меньшим собратом. Перехватчики васудианцев и шиванские охотники тоже готовились начать свой смертельный танец. С минуты на минуту должен был начаться бой.

* * *

Грандиозная операция по эвакуации двадцати пяти миллионов жителей домена Капеллы подходила к концу. За прошедший час уже больше сотни гражданских кораблей благополучно ушли по эфирному мосту в систему эпсилон Пегаса. Один за другим и целыми вереницами, завершая свои субзвездные прыжки, из подпространства появлялись космические суда, собранные со всех уголков системы и до отказа наполненные людьми и васудианцами. Ближний переход внутри звездной системы обеспечивал выход в заданном районе с погрешностью до нескольких астрометров, в зависимости от многих факторов, и поэтому после его завершения кораблям требовалось пройти еще немалое расстояние, чтобы, наконец, взойти на эфирный мост, ведущий к спасению. Пока все шло по плану, хотя гранд-адмиралу Гранину, контролировавшему ход операции с мостика «России», которая находилась сейчас рядом с главной орбитальной инсталляцией системы, все чаще докладывали об атаках его кораблей силами шиван по всему домену Капеллы. Некоторым караванам приходилось из-за этого прибывать к межзвездному мосту раньше определенного им времени, и периодически десятки судов начинали скапливаться перед узлом межзвездного перехода, ожидая разрешения на прыжок в систему эпсилон Пегаса.

– Как-то чересчур гладко все идет, не находишь? – нервно процедил гранд-адмирал стоящему рядом командиру линкора.

Тот посмотрел на часы.

– Скоро, я думаю, начнется самое интересное, – безжалостным тоном заявил он, подливая масла в огонь опасений командующего.

Кролла был крепко обижен на своего старшего товарища за то, что тот в последний раз чуть не погубил его любимую «Россию» в туманности. «И какого черта, ему потребовалось лезть в это осиное гнездо голыми руками, – раздраженно думал он, – и что теперь делать с тем, что оттуда вылезло?» Капитан слегка прищурился на боковую виртуальную панель, выводившую изображение центрального сектора, где в пятидесяти миллионах астрометров от красного гиганта Капеллы нависла молчаливой угрозой армада шиванских джаггернаутов. Он вспомнил, какой ошеломляющей новостью стало для всех появление второго «Сатаны», уничтожившего васудианский флагман, и какая суматоха, чуть ли не паника случилась на мостике «России», когда они увидели третий джаггернаут, выходящий из подпространства рядом с порталом, куда они только что послали в разведку звено Нестерова. А когда в систему Капеллы вошло уже девять этих гигантских кораблей, Кролла предложил своему старшему другу готовиться писать завещания своим наследникам. Но теперь, когда рядом со второй звездой Капеллы находилось уже больше восьмидесяти этих, похожих друг на друга как две капли воды огромных шиванских монстров, капитан понял, что и завещания теперь уже никому не понадобятся.

– Что ты имеешь в виду под «интересным»? – сурово спросил командующий, наблюдая, как его военные корабли, эскортировавшие гражданские конвои, проводив своих подопечных до эфирного моста, рассредоточиваются затем вокруг межзвездного портала.

– Очень просто, Данил, – невозмутимым голосом ответил капитан «России», – сколько нужно шиванам времени, чтобы заметить этот проходной двор и сообразить, что к чему?

– Догадливый ты у меня, – вполголоса пробормотал гранд-адмирал, – «Бастиону», еще раз проверить готовность всех систем! – передал он приказ вице-адмиралу Лайону Сэра, который сейчас на своем спешно залатанном «Картидже» руководил прикрытием уходящих гражданских судов.

Командующий сейчас находился в сложной ситуации, после всех сражений у него не осталось ни одного целого линкора. Разбитая «Эниши» давно отправилась на Вегу, поврежденные линейные корабли «Картидж» и «Хатшепсут», прикрывавшие в настоящий момент эвакуацию, также готовились по плану уйти с последними гражданскими транспортами. Его флагман «Россия», по горестным уверениям Орнео, тоже уже не годился для полномасштабных звездных битв. Оставался «Колосс», осуществлявший дальнее прикрытие операции и находившийся сейчас с небольшим эскортом в трех световых минутах от места эвакуации. Но и он также был поврежден в битве с «Сатаной». Семнадцать оставшихся крейсеров Гранина были сейчас разбросаны по всем секторам системы, где они защищали уходящие транспорты и старались отвлечь шиван от главного места эвакуации, вступая с врагом в мелкие стычки. Хотя, по их докладам, главные силы Шивы, те самые восемьдесят джаггернаутов, в бой пока не вступали. Может быть, они просто не видели для себя достойного противника?

– Кстати, никто не выяснил, что они там делают? – Кролла ткнул пальцем в изображения шиванских монстров. Со стороны казалось, что эти огромные корабли отбрасывают на диск Капеллы зловещие тени. – Кучкуются там вместо того, чтобы размазать нас одним ударом по всему домену.

– А ты бы стал использовать лучевую батарею, чтобы прихлопнуть комара? – ответил ему вопросом на вопрос Гранин, – пока шиване и так неплохо справляются, только что васудианцы докладывали, что они за десять минут потеряли тяжелый крейсер.

– Что поделаешь, мир его праху, – пробормотал капитан «России», не выказывая никакого сожаления по поводу потерь союзников, – но зачем они к звезде присосались? Никогда такого не видел.

– Харгроув говорит, что она наблюдает очень странные изменения напряженности подпространственных полей рядом с Капеллой, – неохотно сообщил товарищу Гранин, – она увеличилась примерно в тысячу раз.

При этом сам гранд-адмирал почему-то вспомнил засекреченную им запись рейда четверки «Эриний», где те уничтожили какие-то странные структуры шиван, расположенные примерно на таком же расстоянии от центральной звезды их материнской системы. Судя по мощности взрыва, количество энергии аккумулированной в этих структурах было поистине колоссальным. Не лишила ли диверсия Нестерова шиван местной энергостанции, питавшей джаггернауты Шивы? Гранин припомнил, сколько ресурсов потреблял один только «Колосс». Но зачем Шиве столько суперлинкоров? Или был прав Витторио, и «Сатана» – это не только боевые корабли, но и летающие города шиван, кочующие от звезды к звезде?

От этих мыслей гранд-адмирала отвлек новый тревожный доклад Сэра.

– Нас, кажется, раскрыли, – сообщил вице-адмирал по каналу мгновенной связи, – мы фиксируем многочисленные под-пространственные всплески, судя по всему, к нам приближается целая эскадра.

Командующий резко подался вперед, как будто боялся, что Сэра его не расслышит.

– Лайон, твоя главная задача не пропустить Шиву на эфирный мост, – его голос был твердым и безжалостным, – взрывай «Бастион», как только поймешь, что время настало. Действуй без колебаний. Помни, вся ответственность за возможную при этом гибель гражданских судов лежит только на мне.

Вице-адмирал кивнул с унылым видом.

– Но мы все же попробуем сначала повоевать, – сказал он, – надо дать пройти примерно еще двадцати кораблям, среди них три больших пассажирских лайнера – и в общей сложности это три миллиона человек. Мы должны попытаться дать им шанс.

– Хорошо, действуйте, – одобрил его решение Гранин, и изображение его подчиненного в который раз уже за сегодня растаяло в воздухе.

– Стоя они там, что ли, едут? – поразился услышанному капитан «России». – Как они впихнули в два десятка кораблей столько народа?

– Скоро сам узнаешь, – хмуро ответил гранд-адмирал, – «Россия» повезет на Вегу еще примерно триста тысяч человек оставшегося персонала с «Аркадии», можешь уже готовить апартаменты.

– Ты про это ничего не говорил, – удивленно произнес Кролла, – поэтому мы здесь находимся?

– Всем не хватило места в транспортах, – нетерпеливо сказал Гранин, – к тому же это последняя действующая станция в системе, здесь до сих пор работают люди, они ремонтируют и заправляют наши корабли.

Командир линкора в ответ только печально вздохнул, он уже перестал удивляться тому, какие новые испытания придумывает для его любимой «России» жестокий гранд-адмирал.

Тем временем эскадра Шивы вышла в расположение сил Альянса. По мостику линкора пронесся едва заметный общий вздох облегчения. Шиване не пустили в ход «Сатану». Но даже и без этого почти неуязвимого монстра силы шиван были внушительными. С поста наблюдения «Картиджа» быстро опознали два звездных разрушителя класса «Равана» с многочисленным эскортом, состоящим из больших и малых драккаров. Через несколько секунд после окончания прыжка доки разрушителей начали покидать целые стаи шиванских охотников и бомбоносов, а затем вся эта армада двинулась на немногочисленный по сравнению с ней флот Альянса.

– Не удержат их наши, – пробормотал вполголоса капитан «России», искоса поглядывая на Гранина, – «Картидж» и дредноут Васуды и так уже побитые.

– Им надо продержаться двадцать семь минут, – командующий посмотрел на счетчик времени, а затем перевел взгляд на очередную колонну гражданских судов, только что вышедших из подпространства в четырех астрометрах от узла межзвездного перехода. – Но ты прав, столько времени они не выстоят.

К двум линейным кораблям Альянса, закрывающим дорогу шиванской армаде, присоединились тяжелый васудианский крейсер «Кехре», за которым следовал казавшийся на его фоне малышом «Мекет» – легкий крейсер союзников. Четыре «Аэолуса» землян: «Сталворт», «Темплар» «Мальта» и «Эртанакс», корабли с мощнейшим зенитным вооружением также начали подтягиваться к линкорам, выстраиваясь в оборонительный ордер, чтобы прикрыть поврежденных гигантов от атак шиванских бомбоносов.

Со стороны все это выглядело внушительно, но гранд-адмирал как опытный военный не обольщался. Не пройдет и десяти минут, как шиване двумя остриями разрушителей пронзят строй кораблей Альянса и выйдут к межзвездному порталу, не оставляя ни единого шанса гражданским судам, не прикрытым броней из неостали.

– Лайон, отходи к узлу оборонительным ордером! – наконец приняв трудное решение, резко скомандовал Гранин. – Мы отправляем к вам «Колосс».

Не прошло и нескольких минут, как единственный супер-линкор Альянса, готовый к бою, оказался в тылу у наступавшей эскадры шиван. Получив заранее координаты врага, «Колосс» оказался в самой удобной позиции для атаки. Уже через две минуты его могучие лучевые залпы стали наносить серьезные повреждения обоим звездным разрушителям Шивы. А их ответные удары, казалось, никак не влияли на бронированного гиганта. Ободренные появлением такого помощника, остальные корабли союзников также усилили свой огонь по врагу. Шиване попали в классическую двухходовку, описанную во всех учебниках по тактике звездных сражений, но с лица командующего все равно не сходило озабоченное выражение. Такой бой обычно выигрывала та из сторон, которая последней пускала в ход главные силы, лишая своего противника свободы маневра. Но у гранд-адмирала не осталось в запасе никаких резервов, а его противник мог наводнить поле боя десятками новых кораблей. И у врага было больше восьмидесяти джаггернаутов, в отличие от единственного супер-линкора Гранина.

– Что-то увлеклись наши ребята, – опытный капитан «России», похоже, думал о том же, что и его старший товарищ, – им уходить надо на эпсилон Пегаса, а не фраги набирать, – рассудительно произнес он, в то же время с восхищением наблюдая, как после десяти минут ожесточенной перестрелки один из шиванских кораблей, огромный разрушитель класса «Равана», вышел из боя, а затем взорвался через несколько секунд, разлетаясь во все стороны тысячетонными обломками.

– Я надеюсь, Сэра понимает, зачем он там находится, – командующий с нарастающим беспокойством следил за тем, как «Картидж» и «Хатшепсут» все никак не могут оторваться от избиения шиван, попавших в огневые клещи союзников.

Наконец, у межзвездного портала показались последние гражданские транспорты, уходящие из системы. Линкор землян и васудианский дредноут начали синхронно разворачиваться к мосту на эпсилон Пегаса, на который они должны были взойти после ухода оставшихся судов с эвакуируемыми на них обитателями домена Капеллы. Огонь с этих двух уходящих кораблей ослабел, но «Колосс» по-прежнему продолжал раздавать врагам мощные удары. Уцелевший разрушитель Шивы с несколькими оставшимися драккарами начал отступать в сторону от межзвездного портала, а за ним сквозь обломки уничтоженных шиванских кораблей следовал суперлинкор Альянса.

Гранин в последний раз вышел на связь с «Картиджем»:

– Лайон, я беру командование на себя. Вы хорошо поработали. До встречи на Веге.

Он еще услышал, как с мостика линкора ему дружно ответили «Служим Альянсу» и слова вице-адмирала «Ждем вас на Веге через двадцать часов», а затем огромный корабль землян начал набирать ход, чтобы уже совсем скоро взойти на эфирный мост, ведущий в другую звездную систему. Шесть оставшихся крейсера Альянса тоже начали разгоняться для прыжка, но они не следовали за линкорами. Этим кораблям предстояло еще раз сыграть в смертельно опасную игру с Шивой в домене Капеллы, прежде чем, сопровождая «Россию» и последние гражданские транспорты, устремиться к Веге. Гигантский «Колосс», закончив свою работу, тоже собирался уйти в глубины подпространства, чтобы через двадцать часов, если понадобится, снова ударить своими сокрушительной силы залпами по врагу, перед тем как последним из кораблей Альянса покинуть звездную систему Капеллы. После ухода суперлинкора, по плану, должны были сдетонировать мессонные бомбы со стороны домена Веги, навсегда отрезая шиван от оставшихся владений Альянса.

А пока бывший флагман флота «Бастион», превращенный сейчас в самоходную мессонную боеголовку, готовился сыграть свою последнюю роль здесь, у перехода на эпсилон Пегаса. Обреченный на смерть патриарх межзвездного флота, управляемый искусственным интеллектом, полным ходом шел к узлу, чтобы после ухода земного «Картиджа» и васудианской «Хатшепсут» одним чудовищным и самоубийственным взрывом обрушить за ними эфирный мост, соединяющий системы Капеллы и эпсилон Пегаса. Сейчас «Бастион» окружали десятки файтеров, последнее прикрытие старого гиганта. Только легким машинам могло хватить времени после начала финального отсчета до детонации для того, чтобы уйти в подпространство, за секунды до взрыва мессонных зарядов в чреве линкора.

Но флоту Альянса было не суждено завершить операцию по грандиозной эвакуации успешно. На пересечку курса уходящему суперлинкору вдруг вышел сам «Сатана». Гранд-адмирал со всего маху ударил по пластикату стойки управления и даже не почувствовал боли.

– Грефе, – взревел он, – немедленно убирайся оттуда!

Но он уже сам видел, что его приказ безнадежно запоздал. «Колосс» только-только начал свой разгон до скорости субзвездного перехода, все его двенадцать силовых реакторов работали на полную мощь, но быстро ускорить такую махину было не под силу даже им. Гранин вдруг почувствовал, как у него холодеют руки. Шиване, в свою очередь, разыграли комбинацию, поймав в ловушку единственный суперлинкор Альянса.

– Может, прорвутся? – с надеждой в голосе произнес Кролла.

Командующий мрачно смотрел на пересекающиеся курсы «Колосса» и «Сатаны». Перед его глазами на секунду всплыло зрелище «Эниши», полностью выведенной из строя всего лишь несколькими попаданиями главного калибра шиванского джаггернаута. Суперлинкор был намного крепче, но при таком пересечении курсов и попадания будут исчисляться десятками. Гранин вспомнил, как не так давно в такую же западню, но уже к «Колоссу» попал флагман «Рипалс» мятежного адмирала Коха. Он тоже пытался прорваться мимо ведущего огонь мощнейшего корабля Альянса и взорвался за несколько секунд до ухода в подпространство.

Неожиданно гранд-адмирал заметил, как «Колосс» изменил курс.

– Они принимают бой, – вдруг догадался стоявший рядом капитан «России», – Герра разворачивается бортом!

Через несколько секунд, подтверждая его догадку, «Колосс» вышел на связь.

– Завершайте эвакуацию, – Гранин услышал спокойный голос командира суперлинкора, – нам уже не успеть. Уводите из сектора оставшиеся корабли, мы постараемся задержать «Сатану».

Гранд-адмирал еще не успел ответить, как вдруг из лучевых сот шиванского джаггернаута ударили четыре клинка багрового пламени, скрестившись через мгновение на корпусе «Колосса». Связь с кораблем мгновенно оборвалась, но было видно, как суперлинкор, будто оправившись от тяжкого удара, дал ответный залп по врагу своими лучевыми батареями.

Гранин с тоской смотрел в направлении узла перехода, который защищал ценой своей жизни «Колосс» и где, расцветая серебристо-синими сполохами подпространственных зорь, всходили на эфирный мост последние корабли, уходившие на эпсилон Пегаса.

– Передайте приказ по всем каналам связи на «Колосс». Спасательным модулям с корабля идти к «России», – глухо сказал он, – они должны услышать. Легким силам обеспечить прикрытие. Крейсерам оставить сектор.

Через несколько минут все было кончено. Единственный суперлинкор Альянса, корабль, который проектировался и строился почти двадцать лет заключившими союз людьми и васудианцами, пал под ударами своего более сильного врага. Не в силах смотреть на то, как гибнет его лучший корабль, Гранин опустился в свое кресло и закрыл лицо руками. Над мостиком «России» повисло гнетущее молчание.

Через несколько секунд, справившись с собой, командующий вновь поднялся на ноги. Он увидел, как выполняя его приказ, оставшиеся на поле боя пилоты легких машин мчатся к спасательным капсулам с гибнущего «Колосса», которые десятками отходили от раскаленных докрасна бортов разламывающегося исполина.

Повергнув своего противника, шиванский джаггернаут, не обращая внимания на спасающихся с него землян и васудианцев, двинулся к новой жертве, линкору «Бастион», который все еще продолжал приближаться к своей цели. Но «Колосс» погиб не напрасно, огромный корабль Шивы уже не мог догнать земной линкор. Через несколько минут на мостике «России» зазвучал финальный отсчет, а тем временем в подпространство по направлению к флагману Гранина продолжали уходить спасательные модули с «Колосса» и охраняющие их файтеры.

Отсчет закончился и обзорные экраны «России» потемнели. Взрыв эфирного моста совершился, «Бастион» исчез в невидимой отсюда вспышке, и больше некому и нечему было передавать теле-изображение того, что осталось от межзвездного портала на последний оставшийся в системе Капеллы линкор Альянса.

Гранин повернулся к своему товарищу.

– Мы должны закончить то, что начали, – безжизненным голосом сказал он, – подготовь мне ракетный катер до «Аркадии», мне надо проверить работу вице-губернатора с подготовкой финальной эвакуации. Кто не успеет на Вегу, останется здесь навсегда.

Капитан «России» послушно закивал и устремился выполнять приказ своего командира. Гранин снова опустился в свое кресло. Он чувствовал себя абсолютно вымотанным и опустошенным, и лишь только осознание своего долга перед доверившимися ему людьми заставляло гранд-адмирала думать и действовать дальше. Операция по эвакуации жителей домена Капеллы от шиванского вторжения сама по себе прошла успешно, хотя и закончилась катастрофой с «Колоссом». Тем не менее почти двадцать пять миллионов человек и их союзников находились сейчас в безопасности в системе эпсилон Пегаса за разрушенным звездным мостом. Теперь командующему предстояло завершить вторую часть операции, перебросив примерно еще около пятисот тысяч человек на оставшихся у него кораблях на Вегу, а затем, взорвав и последний эфирный мост, соединяющий пока еще домены Капеллы и Веги. Если судьба еще раз соблаговолит Альянсу, то меньше чем через двадцать часов владения союзников и их врагов разделит непреодолимая межзвездная пропасть. Но для этого надо действовать. И действовать быстро.

– Долго он еще с катером возиться будет? – раздраженно произнес Гранин, поднимаясь с места. – Или мне пешком идти на «Аркадию»?

– А господин гранд-адмирал не мог бы уделить мне перед этим предприятием совсем немного его времени? – услышал он вдруг за спиной вежливый, знакомый и неприятный голос.

Гранин резко обернулся. В двух шагах от него стоял сам глава службы внутренней безопасности Кловис Мартанов собственной персоной. Несколько секунд гранд-адмирал с хмурым удивлением рассматривал нежданного гостя. Выглядел Мартанов не очень презентабельно. Его синий мундир был разорван в нескольких местах, лицо покрывали следы копоти. Но взгляд блеклых голубых глаз был точно таким же сонно выжидающим, как и несколько месяцев назад во время их первой встречи на «России».

– Откуда вы, черт возьми, здесь взялись? – приветствие Гранина нельзя было назвать слишком вежливым, но Кловис не оскорбился или, по крайней мере, сделал такой вид.

– Но вы же сами приказали всем спасшимся с «Колосса» прибыть на ваш корабль, вот я и здесь, – скромно сказал он, пытаясь закрыть пальцами горелую прореху на своем кителе и распространяя вокруг себя запах жженого пластиката.

Нетерпеливо нахмурившись, Гранин вспомнил, что Марта-нов действительно в последнее время находился на суперлинкоре. Надо же, в самом пекле и то ухитрился уцелеть!

– Имейте в виду, если вы собираетесь меня арестовать, то это не слишком умная мысль, – сразу предупредил нежданного гостя командующий, бросив быстрый взгляд на своего адъютанта Рихана Крэйга, который опустив правую руку в карман, с безразличным видом стоял сейчас позади главного особиста.

– Нет, нет, нет, о чем вы говорите, господин командующий! – Мартанов для гарантии безопасности своих намерений даже поднял руки. – У меня к вам только очень важный разговор. Я и раньше просил вас уделить мне время, но вы…

Гранин испытал легкую неловкость, когда вспомнил, куда именно он послал Кловиса в тот раз. Впрочем, тот был сам виноват, что полез командующему под горячую руку. В любом случае, гранд-адмирал не ждал от Мартанова слишком важных новостей.

– Неужели снова очередной заговор против Альянса? – с хмурой язвительностью спросил Гранин. – Если так, то прошу прощения, сейчас я очень занят. Отложим до следующего раза.

Повернувшись, он хотел уже пройти мимо так некстати появившегося главы службы ВБ, как вдруг замер на месте от еле слышных слов Кловиса, адресованных только командующему. «Мы заполучили полностью проект ЕТАК, господин гранд-адмирал», – услышал он.

* * *

– Поверить не могу до сих пор, что мы потеряли такой корабль, – печально произнесла Синарин, – он столько раз выручал весь наш флот.

Сидевший рядом с ней Стефан неловко погладил девушку по руке.

– Но хоть команда успела спастись, – он попытался утешить Наталью, – кстати, ведь благодаря нашей помощи.

– А теперь у нас задача спастись самим, – неожиданно назидательным тоном прервал их беседу Алекс, который расположился в кресле напротив новоявленных влюбленных пилотов и задумчиво подбрасывал в руке полупустую упаковку летных стимуляторов, – что-то мне здесь совсем перестало нравиться, – он критически осмотрелся вокруг. – И командир опять где-то потерялся.

– Тебе-то хорошо, твоя Лиссен уже в безопасности, – вздохнул Стефан и еще раз погладил Наталью, но уже по плечу.

– Вот именно, – многозначительно произнес Маршан, – поэтому мне бы очень хотелось побыстрее к ней присоединиться. И еще когда-нибудь позвать в гости вас и Илью на нашу свадьбу.

– Командование сообщило, что окно на Вегу откроется через три часа, – вспомнила последние известия Синарин, – наверное, мы уйдем с ними.

– Наверное, – слегка передразнил ее Алекс, – вот то, что вокруг скоро не останется ни единой живой души, это я знаю точно. А про нас как всегда «наверное».

Маршан вдруг перегнулся вперед и заговорщицки посмотрел на своих товарищей.

– Как только появится командир, хватайте его за руки, – понизив голос, как будто боясь, что его кто-нибудь услышит, сказал он, – а я его слегка придушу до тех пор, пока он не скажет нам всей правды.

Алекс, конечно, шутил, но как говорится, в каждой шутке есть доля истины. Илью уже во второй раз срочно вызывали к самому гранд-адмиралу Данилу Гранину, и его лучший друг никак не мог объяснить себе, зачем командованию снова понадобился простой пилот Нестеров. Хотя в первый раз, когда это произошло на «России» после возвращения их группы из разведывательного рейда, Маршан не сильно удивился. Во-первых, он тогда в основном думал о Найре, а во-вторых, чудеса, которые они увидели и, чего уж греха таить, устроили за вторым порталом, заслуживали того, чтобы Гранин услышал о них лично от Ильи. Но, по крайней мере, их командир мог бы подробно рассказать о беседе с гранд-адмиралом хотя бы своему лучшему другу, а не вздыхать виновато и не оправдываться военной тайной. В итоге, все трое товарищей Ильи до сих пор недоумевали, по какой причине они вдруг оказались в составе совершенно незнакомой им эскадрильи, тем более базирующейся не на родном линкоре, а на главной орбитальной инсталляции домена Капеллы, знаменитой «Аркадии». Нет, конечно, Алекс был бы совсем не против еще раз оказаться на этой станции, о прошлом визите на которую он сохранил самые приятные воспоминания, но точно не сейчас, когда саму инсталляцию уже покинули почти все ее обитатели, а вокруг то и дело появлялись шиванские корабли. В этот момент трое товарищей чувствовали бы себя гораздо спокойнее на «России», тем более когда все большие корабли уже покинули или готовились покинуть домен Капеллы, наводненный врагом. А им приходится сейчас сидеть в опустевших ангарах юго-западного крыла «Аркадии», где почти уже не осталось местного персонала, и ждать новых приказов рядом со своими потрепанными в последних боях «Мирмидонами».

Он еще раз подбросил в воздух упаковку со стимуляторами. За последние сорок часов он с товарищами употребил их столько, что хватило бы на два месяца обычной летной работы. Хорошо, что хоть они успели немного отдохнуть на «Аркадии» после возвращения с операции по прикрытию гражданских конвоев, в конце которой погиб «Колосс» и взорвался «Бастион». И хотя для того, чтобы заснуть, им тоже потребовались очередные пилюли, сейчас, по крайней мере, пилоту больше не казалось, что он воздушный шар, вот-вот собирающийся взлететь. Но теперь отдых грозил перейти в вечный покой, если через три часа их не заберет какой-нибудь из последних уходящих больших кораблей. Маршан вдруг вспомнил, что этим кораблем для них по плану должен был быть «Колосс», и тяжело вздохнул.

– Вы только посмотрите, – Наталья с удивлением вытянула вперед руку, – наша «Россия» уже уходит! Неужели они закончили эвакуацию?

На обзорных экранах небольшого помещения, где отдыхали пилоты, было отчетливо видно, как звездный линкор сначала неторопливо, а потом все быстрее начал удаляться от орбитальной инсталляции. Маршан подскочил со своего места и прибавил увеличение на отходящий корабль.

– Так и есть, – упавшим голосом сказал он, – а вместе с ними еще крейсер «Лемнос» и шесть… нет, семь транспортов и медицинское судно «Гален», – он судорожными движениями начал перелистывать обзорные панорамы станции. – Могу вас поздравить, – наконец через минуту мрачно заявил он, – похоже, мы остались здесь одни.

Пилот рухнул обратно в кресло и уставился на своих товарищей. Стефан и Наталья ошеломленно переглянулись.

– Все большие корабли ушли?

– Если не считать двух танкеров у северного моста, – кисло уточнил Алекс, – но такие суда обычно не используют для эвакуации.

– А как Илья может сейчас разговаривать с Граниным, если командующий уже отбыл? – задал вдруг резонный вопрос Томальски.

Маршан озадаченно почесал лоб.

– Пилоты, мне кажется, нам пора залезать в свои машины и догонять своих, – после небольших раздумий сказал он, – похоже, про нас просто забыли.

– А как же командир? – одновременно спросили Синарин и Томальски.

Алекс не успел ничего сказать в ответ, как упомянутый командир буквально влетел в комнату.

– Ребята, поднимайтесь, – крикнул Илья, ухватившись за дверную створку и все еще задыхаясь от бега, – и за мной в ангар, остальные наши уже там.

– Слава богу, а то я уже собирался брать командование в свои руки, – буркнул Маршан, пытаясь скрыть таким тоном свою радость от своевременного появления товарища, – но ты хоть расскажешь по дороге, за что тебя так полюбил гранд-адмирал?

– Ты говорил с ним по мгновенной связи? – торопливо поднимаясь с места, поддержала Алекса вопросом Наталья.

Илья немного озадаченно посмотрел на своих друзей.

– Нет, Гранин остался здесь. На «Аркадии», – уже спокойнее, отдышавшись, ответил он.

Глава 12

Двенадцать уже потрепанных в боях легких истребителей класса «Мирмидон» торопливо отходили от юго-западного крыла главной орбитальной инсталляции в заданный им сектор. Илья спешно проверил работу бортовых систем своей машины, одновременно пытаясь держать под контролем окружающую обстановку. К вылету эскадрилью готовили всего несколько техников из оставшегося обслуживающего персонала станции, и они вполне могли что-нибудь упустить в уже не раз перелатанном файтере. А сейчас любая неисправность, как это уже знал Нестеров и все остальные пилоты его эскадрильи, могла привести к гибели. Не далее чем через час им предстояло навсегда оставить домен Капеллы вместе с последними кораблями Альянса, и пилоты понимали, что уже никто не успеет их спасти в случае если они останутся позади уходящих отсюда конвоев.

Но пока, судя по показаниям бортового транспьютера, его «Мирмидон» был в относительном порядке. «Лишь бы опять у Стефана, как обычно, ничего не стряслось», – подумал пилот, по привычке суеверно постучав по маленькой деревянной вставке своего ложемента и посмотрев в сторону невезучего товарища. Но тот пока благополучно рассекал космические просторы, и Нестеров вдруг улыбнулся, вспомнив, насколько суевернее его оказался сам гранд-адмирал Данил Гранин. Или командующий просто посмеялся над своим верным астролетчиком?

«Пилот первого класса Нестеров, вы должны уже быть в курсе нашей завершающей операции в системе Капеллы», – Гранин встретил его в главном боевом зале «Аркадии» с бронированным куполом, уходящим на сотню метров вверх. Вокруг них было всего несколько офицеров, занятых своими делами перед огромной трехмерной картой домена, на которой отчетливо выделялся участок, где был расположен узел межзвездного перехода Капелла – Вега.

«Так точно, – ответил пилот, – мы прикрываем последние конвои перед уходом». Командующий устало кивнул. «Все верно, но кое-что изменилось. Операция будет проходить по прежнему плану, но с дополнением. – Он потер лоб, как бы решаясь, что именно сообщить пилоту. – Мы попробуем перед нашим уходом нанести удар шиванам, – сказал Гранин, – для этой цели в самом начале эвакуации в систему войдет линкор “Мессана”. Я не сумасшедший, – продолжил командующий, заметив выражение лица пилота, – корабль будет вооружен… экспериментальным оружием, – с запинкой добавил он. – Правда, откровенно говоря, мы не знаем, сработает оно или нет, но рискнуть стоит».

«Моя задача?» – спросил Нестеров, стараясь уже ничему не удивляться. Гранд-адмирал задумчиво посмотрел на пилота, затем вдруг слегка улыбнулся и положил руку ему на плечо. «Не знаю, поймешь ли ты меня, но попробуй, – сказал Гранин. – Все мы флотские люди немного суеверны, и так получилось, что меня с тобой многое связывает. Ты первый отыскал “Айсини” в системе Денеба, после чего завертелась вся карусель с шиванскими проектами Боша. Ты выручил меня и всех нас в бою с “Раваной” в туманности за Кноссом. Ты был рядом с Николаем, когда вы вместе срубили рога “Сатане”. И именно твоя группа устроила грандиозный взрыв в материнской системе Шивы, после чего, правда, случилось то, что случилось» – командующий снова слегка улыбнулся.

– Ну-ну, не тушуйся, вы ведь только выполняли боевую задачу. В конце концов, может быть, именно из-за ваших действий восемьдесят шиванских джаггернаутов занимаются сейчас чем-то непонятным рядом с солнцем Капеллы. Как раз там, где мы теперь сможем нанести им удар, которого они не ожидают. И кстати, в том, что у нас здесь, может быть, получится, есть большая заслуга и Анастасии Нестеровой».

«Заслуга мамы? – не удержался Илья. – Но, я надеюсь, ее не будет на “Мессане”?» – «Нет, на этот счет не беспокойся, твоя мать сейчас в безопасности. На “Мессане” буду я, – ответил командующий. – Но я хотел бы, чтобы и ты со своей группой был рядом. На счастье. И к тому же ты сын Петра, пилота, который переломил хребет самому “Люциферу”», – вдруг добавил гранд-адмирал и потрепал Илью по плечу.

Илья снова вздохнул, возвращаясь к действительности. Не мог же он и вправду рассказать обо всем этом своим товарищам и тем более командиру эскадрильи «Синие львы», который и так не слишком приветливо смотрел на своего нового ведущего группы, которого ему навязали по распоряжению сверху. Хорошо будет смотреться пилот, которого прислали «на счастье»!

Он постарался сосредоточиться на своей работе пилота истребителя. Как раз перед их вылетом главный пост наблюдения «Аркадии» сообщил им о появлении звездного разрушителя класса «Равана» на расстоянии примерно сорока световых секунд от инсталляции. Дистанции, неудобной для атаки самим тяжелым кораблем, но идеально подходящей для удара бомбоносами по станции, которую сейчас защищали не более двух десятков легких машин. Сама орбитальная инсталляция своими бесчисленными лучевыми и ракетными батареями могла бы отбиться даже от целой вражеской эскадры, но на самом деле, сейчас она была беззащитна. Почти весь персонал уже покинул «Аркадию», и теперь ее могли прикрыть своим огнем только несколько автоматических батарей. Взлетевшие же с нее файтеры «Синих львов» получили приказ встретить линкор «Мессана», флагман первого флота, который должен был прибыть уже с минуты на минуту с секретным заданием, как объяснили пилотам на коротком брифинге. Пожалуй, в этот раз только Нестеров знал больше всех, но благоразумно помалкивал. Зато остальные пилоты, в том числе и командир эскадрильи Арно Беттин, вслух недоумевали, зачем линкору стыковаться у оставленной станции с двумя транспортными кораблями, которые уже успели отойти от «Аркадии» и теперь медленно шли к точке будущего рандеву. Пока побеждала версия, что на линкоре ради большей безопасности эвакуируют все самое высокое начальство.

Хрипнул интерком. Это был Алекс.

– Командир, а ты что думаешь на этот счет? – старательно невинным тоном спросил он. – Если транспорты с людьми, то им и правда, проще прыгать сразу к узлу на Вегу.

– Я думаю, что нам надо следить за обстановкой, – невозмутимо ответил пилот, – поскольку данные с поста наблюдения станции к нам уже не поступают. А лично я вижу на горизонте, по крайней мере, одного шиванского разведчика.

– Ого, да, похоже, на станцию гости, – присвистнул Маршан, сверяясь данными своего мощного поискового локатора, – восемь штук бомбоносов с прикрытием!

В отеркоме раздался голос командира эскадрильи:

– Первая и вторая группа, выдвигаемся за мной к транспортам, командование за них почему-то сильно переживает.

Восемь файтеров синхронно изменили курс и устремились к медленно ползущим транспортным кораблям.

– Командир, а мы? – напомнил о себе Нестеров.

– Продолжайте идти к точке рандеву с «Мессаной», – нетерпеливо бросил Арно, – мы здесь сами справимся. И не задавайте лишних вопросов!

– А ты удивлялся, почему я не люблю семидесятую эскадрилью, – услышал Илья из интеркома негромкий, но ехидный голос своего друга.

Через несколько минут стало ясно, что транспортные корабли пока не являются целью для атаки появившихся шиван. Огромные «Серафимы», бомбоносы размерами в несколько раз большими, чем у любого бомбардировщика Альянса, неторопливо маневрировали рядом со станцией. Немногочисленные автоматические зенитки «Аркадии» открыли по ним стрельбу, но бронированные гиганты, с легкостью прорвавшись сквозь неплотный огонь плазменных пушек, выпустили с одного захода десятки своих боеголовок. Очень быстро вся орбитальная инсталляция покрылась вспышками от корежащих ее мощных взрывов.

– Так она долго не продержится, – тоном профессионала сообщил Томальски, – где ее защита?

– Стефан, станцию сейчас некому защищать, – ласково ответил ему Маршан, – все, кто на ней был, уже пересели вон на те два транспорта, видишь?

– Да, кстати, Стефан, – всполошился вдруг его командир, с трудом оторвавшись от притягивающего взгляд зрелища гибели опустевшей гигантской инсталляции, – у тебя с машиной все нормально, неполадок нет?

– Все в порядке, – после секундной паузы слегка растерянно ответил пилот, – а что за мной опять плазменный хвост, как в прошлый раз?

– Не переживай, это я так на всякий случай, – успокоил его Илья, но его тут же перебил Алекс:

– Командир, еще с десяток охотников!

Присмотревшись к данным, переданным с локатора своего товарища, Нестеров неожиданно нахмурился:

– Это не охотники ребята. Это «Василиски», внимание!

Тревога его не была безосновательной. «Василиски», известные землянам еще с Великой Войны, больше походили по своему назначению на легкие бомбардировщики Альянса. Быстрые, но со слабым вооружением, эти противники были неопасны для огромной орбитальной инсталляции, но представляли серьезную угрозу для незащищенных гражданских кораблей. Вряд ли бы шиване отправили их для атаки «Аркадии». И уже через минуту стало ясно, что их курс пересекается с направлением движения двух транспортов.

– Сейчас Арно им всыплет, – профессиональная солидарность побеждала в голосе Алекса, и Илья почти услышал, как тот нетерпеливо заерзал в своем пилотском кресле, – вовремя командование ему подсказало.

Со стороны с Маршаном можно было согласиться. Файтеры «Синих львов» уже успели приблизиться к кораблям, нуждающимся в защите, и каждый из восьми истребителей Альянса уже выбирал свою цель в приближавшемся строе противника.

Но Нестеров по-прежнему оставался встревоженным.

– Это не крейсера, Ал, им хватит даже пары боеголовок, – обеспокоенно произнес он, глядя, как «Василиски» стремительно приближаются к транспортам, – мы должны им помочь.

– Командир, мы же ждем «Мессану», у нас приказ, – запротестовал дисциплинированный Маршан.

Но Илья ни секунды не колебался с ответом.

– Пришло время, когда мы сами должны принимать решения! – он сдвинул вперед сектор газа. – Группа за мной!

– Ал, верь командиру! – вдруг услышал он веселый голос Синарин и вспомнил атаку «Раваны» в туманности, где они тоже рванулись в атаку без приказа.

Они успели к головному транспорту буквально в последнюю секунду, в короткой лобовой атаке уничтожив два прорвавшихся «Василиска». Эти шиванские машины не были серьезными противниками для истребителей, но Илья, проскочив всего лишь в нескольких десятках метров от своего противника, сразу получил в лоб несколько плазменных зарядов и зенитную боеголовку, взорвавшуюся в опасной близости. Но его враг взорвался позади него, а машина пилота получила, по счастью, всего лишь легкие повреждения. Это могло считаться везением, поскольку «Мирмидоны» не отличались хорошим бронированием.

Выскочив из атаки, пилот завертел во все стороны головой, отыскивая товарищей.

– Видишь, Ал, мы отлично сработали! А, черт, – вдруг воскликнул он, – концевой корабль получил попадание!

В огромное судно врезались, как минимум, две шиванские боеголовки. Если бы на месте «Василисков» оказались тяжелые бомбоносы, то гибель транспорта была бы неизбежной, но даже сейчас полученные кораблем повреждения были слишком серьезными. Он начал постепенно отставать от разгоняющегося головного судна, из его пробитых бортов били длинные огненные фонтаны. Уцелевшие «Василиски», опустошив свои арсеналы, на максимальном ускорении стали уходить от подбитого корабля, не принимая боя с разозленными «Синими львами».

– Осторожнее, – в отеркоме раздался резкий голос командира семидесятой эскадрильи, – у него там под завязку энергоблоков!

Файтеры, как по команде, шарахнулись подальше от извергающего огонь транспортника. А в это время в двух астрометрах от атакованного конвоя из подпространства начал выходить большой военный корабль.

– Это «Мессана», – облегченно воскликнул Маршан, – как говорится, лучше поздно, чем никогда.

Прибытие мощного линейного корабля Альянса изменило ситуацию, теперь для успешной атаки шиванам нужно было гораздо больше сил. Транспортное судно, которое успела защитить группа Нестерова, через несколько минут уже вошло в зону действия зенитных батарей линкора, и за него можно было не беспокоиться. Зато второй корабль, по-прежнему фонтанировавший огнем из отсеков с поврежденными энергоблоками, теперь представлял для «Мессаны» гораздо большую опасность, чем десяток атакующих бомбоносов Шивы. Даже со стороны было понятно, что стыковка линкора с этим судном станет крайне рискованным предприятием. Очевидно, это тоже быстро поняли на «Мессане», и от поврежденного транспортника одна за другой отошли две спасательные шлюпки, взяв курс на линкор.

Отвлеченный этим зрелищем пилот даже позабыл про свое неподчинение приказам командира эскадрильи. Но Арно Беттин быстро напомнил о себе.

– Нестеров, какого черта ты болтаешься здесь? – раздался в отеркоме злой голос командира «Синих львов». – Ты не слышал моего приказа прикрывать выходящий из подпространства линкор?

Илья на секунду растерялся от неожиданности, но к нему на помощь пришел его товарищ Алекс.

– Мы же спасли первый транспорт, – возмутился тот, – иначе вы бы остались вообще без обоих судов!

– Маршан, я не спрашивал тебя, – взревел Арно, обозленный намеком на свою неудачу, – и мне не нужны пилоты, которые летают сами по себе и считают, что танкер дороже линкора!

– Я виноват, командир, – Нестеров попытался исправить ситуацию, – сорвался, неправильно оценил обстановку.

– Хорошо, я дам тебе шанс исправить дело, – голос командира вдруг стал ледяным, – бери свою группу и отгони от станции шиванские бомбоносы. Ты слышал приказ?

– Но, командир, – снова растерялся пилот, – на «Аркадии» же никого не осталось. Какой смысл отгонять от нее шиван?

– Или ты выполняешь приказ, или идешь под трибунал за повторное неподчинение командиру, – прошипел потерявший самообладание Арно. – Вольно!

Отерком щелкнул, разорвав связь и оставив Нестерова и его товарищей наедине с бессмысленным, но обязательным к выполнению приказом.

– Влипли, – услышал он расстроенного Томальски.

– Да какого черта! – вдруг зазвенел голос Маршана. – Давайте покажем этим львятам, как дерутся настоящие пилоты!

Илья посмотрел в сторону гибнущей орбитальной инсталляции. Шиванские бомбоносы, подавив сопротивление оставшихся зенитных батарей, дерзко крутились совсем рядом с «Аркадией», неторопливо выцеливая ее уязвимые точки. Несколько охотников Шивы держались поодаль от своих подопечных, явно не ожидая ни с какой стороны угрозы от отступающего отовсюду противника. Пилот прищурился, быстро прикинув план внезапной атаки.

– А ты прав, Ал, давай покажем, – решительно подтвердил он. – Идем двумя парами. Мы с тобой отвлечем охотников. А вы, ребята, – обратился он к Стефану и Наталье, – пощипайте в одном заходе бомбоносов.

Через секунду четыре «Мирмидона», выполнив плавный разворот, помчались обратно к орбитальной инсталляции. Расслабившиеся охотники шиван опомнились только тогда, когда атакующие файтеры землян прошли уже половину расстояния до своей цели. От двух маленьких, похожих на паучков корабликов, бросившихся наперерез атакующим «Мирмидонам», быстро отделились черточки ракет. Илья с Алексом, идущие впереди, одновременно бросили свои машины в противоракетный маневр, отстреливая грозди электромагнитных ловушек, и, уже через несколько секунд обойдя шиванские «подарки» закружились в смертельном танце с врагом.

Файтеры Синарин и Томальски проскочили вперед мимо ведущих отвлекающий бой товарищей и нацелились на пару огромных бронированных «Серафимов», оторвавшихся от основной вражеской группы. Но внезапно навстречу им в самоубийственную атаку выскочил третий шиванский охотник, срывая на себя заход землян. Через несколько секунд пространство расцветилось чередой взрывов, в которых на мгновение исчезли все три противника.

– Наталья сбита, я поврежден!

Илья вздрогнул, услышав крик Томальски и чуть было не выпустил из прицела вражескую машину, от которой уже отлетали во все стороны куски обшивки от попаданий автоматических пушек «Субак», поочередно выплевывающих пламя с обеих плоскостей его файтера.

– Держитесь! – крикнул он в ответ, и наконец, шиванский охотник развалился на куски под его выстрелами. Мимо его «Мирмидона» на помощь Наталье и Стефану пронесся Алекс, уже расправившийся со своим противником. Нестеров на мгновение перевел дух и завертел головой, отыскивая своих товарищей. Он увидел уходящий в сторону спиральный след сбитой машины Синарин, в конце которого блеснул огонек отстрелившейся спасательной капсулы. Истребитель Стефана кружил рядом с ней, как птица, защищающая выпавшего из гнезда птенца.

– Говорит «Мессана», немедленно прекратите атаку и возвращайтесь! – пилот вдруг услышал в отеркоме знакомый стальной голос. – Орбитальная станция будет взорвана нами через пять минут!

– Так точно, господин гранд-адмирал, – снова опешил Нестеров, совсем не ожидавший услышать Данила Гранина вместо своего командира. – Мы только выполняли приказ комэска.

– И кстати, выполнили, – услышал он скромное замечание Алекса и обнаружил, что огромные шиванские бомбоносы, оставшиеся без прикрытия, пустились наутек, не желая связываться с дерзким противником.

– Я сейчас сам переговорю с вашим командиром, – голос гранд-адмирала не обещал ничего хорошего Арно, – повторяю, немедленно возвращайтесь к «Мессане».

Послушно сделав разворот в направлении флагмана первого флота, Илья увидел, что головной танкер, спасенный его группой, уже вплотную приблизился к линкору. Второе судно, оставленное экипажем и по-прежнему полыхавшее, удалялось все дальше от обоих кораблей. Спасательные шлюпки, отошедшие от брошенного транспорта, уже успели состыковаться с «Мессаной» и теперь были почти незаметны на ее огромном корпусе. Восемь файтеров семидесятой эскадрильи заняли оборонительный ордер вокруг линейного корабля.

– Наталья, ты в порядке? – Нестеров нашел на локаторе отметку спасательной капсулы Синарин, всего, что осталось от ее боевой машины.

– Даже испугаться не успела, – бодрым, но все еще подрагивающим голосом ответила девушка.

Илья с облегчением вздохнул:

– А ты, Стефан, как у тебя дела?

– Как обычно, – мрачно ответил пилот, – вышел из строя гиперпривод.

– А сейчас, что ты там делаешь? – вдруг заинтересовался его командир, глядя на загадочные эволюции истребителя Томальски.

– Я не собираюсь ждать, пока сюда притащится эвакуационный модуль, – буркнул в ответ Стефан, – если он, вообще, притащится.

Нестеров увидел, как его файтер быстро догнал капсулу Натальи и, включив магнитные дифлоки, мгновенно притянул крохотную металлическую коробку к себе. «Молодец парень, – подумал он, – спасателей и, правда, времени ждать нет».

Через несколько секунд три уцелевших «Мирмидона», исполняя приказ Гранина, уже летели к «Мессане».

– Это что получается, наш гранд-адмирал чуть было не погиб на транспортном корабле? – удивился Маршан, пристроившийся справа и снизу в сотне метров от файтера Томальски, внимательно следя за тем, чтобы его товарищ случайно не потерял свой бесценный груз.

– Поэтому он, наверное, невзлюбил нашего командира эскадрильи, – вставила замечание Синарин, которую сейчас, как коршун пташку, нес в своих магнитных захватах Стефан.

– К дьяволу такого командира. Я теперь точно знаю, почему не люблю «Синих львов», – ответил Алекс. – А так, нас вообще должны включить в новую эскадрилью, посадить на «Эринии» и сделать Илью комэском.

– С этим мы потом разберемся, – рассудительно сказал Томальски, – а вот, что нам делать сейчас? Окно на Вегу закрывается через полчаса, и до узла лететь двадцать минут. А нам с Найрой еще и не на чем.

– Сядешь на «Мессане», – решил Нестеров, – а мы с Алексом будем ждать приказа командования. Я не думаю, что оно решит бросить здесь линкор со всем экипажем.

– И вместе с собой заодно, – уточнил Маршан.

«Да вот как раз с собой-то проще простого», – подумал Илья, вспомнив выражение лица гранд-адмирала при их последней встрече. Но вслух он говорить товарищам ничего не стал, тем более что неожиданно появилась новая тема для обсуждения. Все оставшиеся возле линкора файтеры «Синих львов», вдруг выполнив синхронный маневр, быстро разогнались до прыжковых скоростей и, блеснув восемью серебристыми звездочками, исчезли в подпространстве.

– А это кто-нибудь объяснит? – растерянно спросил Алекс.

– Действительно, странно, – недоумевая, согласился Нестеров и потянулся к управляющей панели, – сейчас я запрошу «Мессану». Может быть, они ушли к межзвездному узлу на Вегу?

– Командир, подожди, – вдруг взмолился Томальски, – давай мы сначала Наташу доставим на линкор.

– Стефан прав, – поддержал его Алекс, – нам не стоит пока привлекать к себе лишнего внимания. Давай сначала посадим ребят, мы-то сможем прыгнуть до Веги, а Стефан с Наткой нет.

– Хорошо, – после секундного колебания согласился Илья. Действительно, в такой непонятной ситуации стоило сначала позаботиться о своих товарищах. Вряд ли от двух оставшихся исправными «Мирмидонов» будет зависеть судьба Альянса. Они уже близко подошли к «Мессане», и Нестеров отчетливо видел корпус спасенного ими танкера, пристыковавшегося к огромным энергоприемникам линейного корабля. Пилот заметил, что флагман первого флота начал медленно разворачиваться носом к солнцу Капеллы. Нестеров вспомнил слова Гранина о «секретном оружии» и с сомнением вздохнул, даже этот гигантский линкор казался безобидной игрушкой по сравнению с армадой шиванских джаггернаутов. Что он может сделать с десятками монстров Шивы, любой из которых был сильнее даже «Колосса»?

На подходе к линкору на связь с Нестеровым снова вышло начальство в лице незнакомого ему офицера.

– Рихан Крэйг, адъютант командующего, – представился он, – пилоты, когда вы наконец уберетесь на Вегу?

У Ильи окончательно пошла кругом голова.

– Гранд-адмирал отдал нам приказ возвращаться на «Месса-ну», – все еще дисциплинировано, но уже начиная внутренне закипать, ответил он.

– Вы разве не получали приказ от этого… вашего Арно? – в свою очередь удивился офицер. – Около межзвездного портала к Веге шиване наседают на уходящие конвои. Гранд-адмирал приказал всем легким файтерам отправляться в этот сектор, дорога каждая минута.

– Мы не услышали от командира эскадрильи ни единого слова на этот счет, – устало произнес пилот, начиная понемногу догадываться о причинах молчания Арно, – и вообще, господин гранд-адмирал лично приказал нам быть здесь рядом с «Месса-ной» на… – он сдержался, чуть было не процитировав точные слова командующего.

Но, казалось, помощник Гранина сам был о многом осведомлен.

– Ситуация изменилась, вам надо уходить, – после секундного молчания сказал он, – мы не уверены, что «Мессана» сможет вернуться на Вегу. Энергоресурсов с одного танкера может и не хватить для выполнения нашей задачи, а второй мы потеряли. Поэтому гранд-адмирал приказывает вам уходить к узлу на Вегу, там вы сможете сесть на «Россию» и покинуть систему Капеллы.

Илья почувствовал, что его как будто бросили в холодную воду.

– Я понял, – упавшим голосом наконец сказал он, – но у нас один файтер с поврежденным приводом и с капсулой на борту. Ему не прыгнуть к Веге.

– В таком случае ему лучше сесть на «Мессане», – констатировал Крэйг, – это хоть и половинчатый, но все же шанс. Отправляйте вашего товарища к кормовым воротам. На носу линкора скоро будет чересчур жарко. Прощайте.

Отерком умолк, и Илья невидящим взором уставился вперед, до боли стиснув пальцы на штурвале своего истребителя.

– Надо прощаться, командир, – услышал он тихий голос Синарин.

Пилот постарался взять себя в руки.

– Прощаться еще рано, – решительно сказал он, заставляя себя верить в свои слова – Крэйг говорил, что «может и не хватит», а я уверен, что хватит и останется еще!

– В любом случае, мы сейчас расстанемся, – грустно заметил Стефан.

– И встретимся на Веге, – твердо поставил точку Нестеров, – Стефан, сажай свой файтер по корме «Мессаны». А мы с Алом продолжим бить Шиву, пока есть боезапас. До свиданья, ребята, мы уходим.

– И поторопись, Стефан, с посадкой, мне кажется, они собираются разбить все тарелки в этой посудной лавке, – добавил Маршан, меняя курс своей машины вслед за командиром. – И Наталью береги! – напоследок крикнул он.

* * *

Впоследствии все, кто участвовал и выжил в этом последнем сражении с Шивой возле эфирного моста, соединявшего домены Капеллы и Веги, сравнивали его с дьявольским пеклом по накалу и жестокости противостояния сторон. Шиване пустили в ход только легкие силы, возможно, опасаясь потерять еще один джаггернаут в пламени мессонной вспышки, как это случилось при взрыве «Бастиона», и теперь десятки охотников и бомбоносов всех мастей и размеров накатывали бесконечными волнами атак, захлестывая оборонительный периметр военных кораблей Альянса. Но командующий флотами гранд-адмирал Данил Гранин сумел и здесь переиграть своего врага. Основная часть гражданских судов с миллионами эвакуируемых уже успела отойти на эпсилон Пегаса, и теперь атаки Шивы здесь встречал военный флот – оставшиеся в системе Капеллы крейсера союзников при поддержке «России» и ее файтеров. Все они прикрывали переход на Вегу последних восемнадцати гражданских кораблей. Но им пришлось принять на себя весь натиск врага, чтобы дать возможность спастись другим.

Когда два «Мирмидона» семидесятой эскадрильи выскользнули из подпространства в четырех астрометрах от эфирного моста на Вегу, пламя грандиозного звездного сражения уже почти догорело.

– Командир, ты видишь «Россию»? – услышал Илья разочарованный голос своего товарища. – И где обещанная нам звездная битва?

– Ты еще от них не устал? – осадил его Нестеров. – Тогда посмотри вперед, рядом с узлом шиване атакуют наши корабли.

В эту секунду его машину сильно тряхнуло, и он едва успел заметить несущийся навстречу обломок какого-то корабля. Это сработал автопилот, уводя его «Мирмидон» от лобового столкновения. Илья ошеломленно огляделся вокруг. Везде, куда только можно было кинуть взгляд, в окружающей его бесконечности он видел только обломки. Тысячи обломков погибших в битве кораблей Шивы и Альянса.

– Ал, ты только взгляни, – еле выдавил он, – что здесь произошло?

– Беру свои слова обратно про обещанную битву, – после секундного молчания сообщил Маршан, – это больше похоже на бойню. Надеюсь, наша мать уцелела, хотя я ее здесь и не вижу.

Нестеров внимательней присмотрелся к сражению, все еще догоравшему вдалеке.

– Там два наших крейсера и один васудианец, – посчитал он, – и пять уходящих транспортов.

– Плюс два драккара шиван, – продолжил за него товарищ, – и… господи, да сколько же там бомбоносов!

– Надо помочь нашим, – Илья решительно взялся за штурвал, – с остальным разберемся потом.

– Подожди, командир, – охладил его пыл Алекс, – посмотри на их скорость. Они прыгнут через минуту. Нам к ним не успеть.

В этот момент Маршана прервал резкий сигнал бедствия, идущий на общей волне. Оба пилота завертели головами, отыскивая корабль, просящий помощи.

– Посмотри, Ал, на три часа в одном астрометре, – он наконец увидел свою цель, – там четыре «Гермеса», идут колонной.

– Так это, наверное, спасательные модули, – догадался Маршан, – значит, какой-то крейсер не дошел до узла.

Илья, тем временем, вызывал уходящие боевые корабли Альянса.

– Говорит семидесятая эскадрилья! – взывал он в космическую пустоту. – У нас здесь четыре спасательных модуля!

– И мы тоже, – поспешил дополнить его товарищ. – А что такого, командир, – добавил он уже по интеркому, – у нас межзвездных гиперприводов на «Мирмидонах» тоже нет.

– Это крейсер «Спарта», – наконец ответил один из уходящих кораблей, все еще продолжавших отстреливаться от наседающего противника, – мы уводим последний конвой. Простите, ребята, – в голосе неизвестного офицера прозвучало сочувствие, – но мы ничем не можем помочь, мы уже уходим на эфирный мост.

– Есть еще в системе наши корабли?

– Попробуйте дождаться «Мессану», – так же сочувственно ответил офицер, – желаем вам удачи.

Через несколько секунд отчаявшиеся пилоты увидели далеко впереди среди вспышек взрывов восемь серебристых сполохов от всходящих на эфирный мост к Веге кораблей.

Нестеров, потрясенный их уходом, не сразу заметил, что его вызывает один из четырех «Гермесов». Наконец он машинально включил отерком.

– Вы можете обеспечить нам прикрытие? – в голосе человека со спасательного модуля звучали панические нотки.

Илья, не отвечая, посмотрел вперед на два шиванских драккара и целую свору охотников и бомбоносов, закрывавшим им дорогу до эфирного моста, который они в любом случае не могли перейти на своих крохотных «Мирмидонах».

– С удовольствием, коллеги, – казалось, Алекс понял состояние товарища и решил, вмешавшись в разговор, чтобы пошутить хотя бы в последний раз, – но это увеличит продолжительность вашей жизни максимум на пару минут.

– Это конец, Ал, – безжизненным голосом произнес Нестеров, глядя, как десяток охотников быстро разворачивается в их направлении – мы опоздали. «Мессана» пришла позже, чем рассчитывала, и мы сами еще сильно задержались с Натальей и Стефаном. Эвакуация закончилась. Алекс, мы здесь одни.

– Но «Мессана» должна вернуться! – возмутился его друг. – Ты же сам про это говорил. Она отгонит драккары от узла.

– Нам с тобой это уже не поможет. Охотники Шивы окажутся здесь намного раньше, – пилот трезво оценивал свои шансы, – а «Гермесы» я здесь не брошу. Им не продержаться без нас и пяти секунд.

– Ну, тогда единственное, что нам осталось, так это подороже продать свою жизнь, – странно спокойным тоном подвел общий итог Маршан, – да, командир?

– Значит, ты со мной, Ал? – голос Ильи вдруг дрогнул от захвативших его чувств.

– Я буду с тобой до конца, – услышал он в ответ и улыбнулся, ощутив в душе теплую волну благодарности к верному товарищу.

Два файтера Альянса начали описывать плавную дугу в пространстве, стараясь оказаться между приближавшимся врагом и четырьмя практически беззащитными спасательными модулями, битком набитыми людьми. Рука Нестерова плавно легла на панель пуска ракет, их теперь можно было не экономить. Через несколько секунд силуэт первого шиванского охотника оказался в рамке прицела, захваченный системой наведения истребителя. А позади, прикрывая спину товарища, мчался файтер Маршана, тоже изготовившийся к своему последнему бою.

Прозвенел сигнал готовности, и, повинуясь команде пилота, из ракетных контейнеров боевой машины рванулись вперед черточки двух ракет. Но прежде чем они смогли достичь врага, красная отметка на радаре, вдруг мигнув, пропала, и Илья увидел далеко впереди вспыхнувшую серебристую звездочку.

– Они уходят, командир, – раздался в интеркоме ликующий крик Алекса, – они не приняли боя!

Пространство впереди внезапно наполнилось новыми серебристыми вспышками. Шиванские охотники и бомбоносы почему-то один за другим начали уходить в подпространство, оставляя поле боя своему врагу.

Илья вдруг почувствовал, что он весь дрожит с головы до ног. Напряжение, охватившее его, было слишком велико. Но, похоже, их неминуемая гибель по какой-то причине снова отсрочилась. Пространство перед узлом межзвездного перехода пустело на глазах, даже оба шиванских драккара и те начали торопливо разгоняться для прыжка, как будто два бросившихся навстречу им файтера землян вдруг стали представлять для них смертельную угрозу.

– Что произошло, Ал? – хриплым голосом спросил пилот, все еще боясь поверить собственным глазам.

– Если я скажу, что они испугались нас с тобой, то, наверное, ты не поверишь, но другого объяснения у меня нет, – к Маршану вернулся оптимизм, – представь, я так подскочил на месте от радости, что влетел шлемом в бронестекло!

– Надо решать, что делать дальше, – быстро оборвал восторги товарища Нестеров.

Он снова вышел на связь с «Гермесами».

– Говорит прикрытие. Всем модулям на максимальном ускорении идти к узлу межзвездного перехода, – приказал он после недолгих раздумий, – есть шанс, что мы увидим там «Мессану».

– Но там же драккары! – раздался панический ответ с головного «Гермеса».

– Они уже набирают скорость для прыжка, – успокоил своих подопечных пилот, – ускоряйтесь немедленно. И имейте в виду, у нас очень мало времени.

Колонна из четырех корабликов начала быстро набирать ход.

– Ты думаешь, «Мессана» появится? – с надеждой спросил Маршан.

– Я очень хочу в это верить, Ал, – сказал Илья, и у него вдруг появилась уверенность, что отступление шиванских кораблей как-то связано с оставшимся у орбитальной инсталляции линкором Альянса.

– Это было бы несправедливо, безвестно сгинуть здесь после всего того, что с нами произошло, – поддержал его Маршан и вдруг удивленно присвистнул, – ого, командир, ты только посмотри на сенсоры. Откуда здесь такое увеличение солнечной радиации?

Илья озабоченно перевел взгляд на приборную панель. Алекс был прав, транспьютер его машины внезапно тоже начал фиксировать все более возрастающий уровень гамма-излучения. Пилот не успел еще ничего толком сообразить, как вдруг кокпит его «Мирмидона» затопило ярким безжалостным светом.

– Командир! – взволнованно закричал Алекс. – Что-то неладное творится с солнцем Капеллы!

Нестеров торопливо включил заднюю обзорную панель и зажмурился от слепящего блеска. Через мгновение светофильтры приглушили свет, и перед ошеломленным пилотом предстало зрелище, которого он еще никогда не видел. Диск звезды, почти сто лет дававшей пристанище кораблям Альянса, расширялся на глазах, разбрасывая вокруг ослепляющее белое сияние. Зазвенела система тревоги файтера, предупреждая о непрерывно нарастающем уровне солнечной радиации.

И в этот момент они вдруг услышали голос, исходящий, казалось, из самого центра сияния. Голос, воззвавший к ним с небес медными трубами Судного дня.

– Говорит «Мессана», мы только что вышли рядом с узлом межзвездного перехода на Вегу. Всем, кто слышит нас здесь! Капелла стала сверхновой звездой! Повторяю, Капелла стала сверхновой! Все, кто может добраться до узла, у вас есть только пять минут, чтобы быть взятыми на борт нашего корабля перед прыжком. Вы должны успеть!

И они успели.

Эпилог

Он как был, в парадном мундире, опустился на уже пожухлую, но все еще мягкую траву и, откинувшись на спину, устремился взглядом в темнеющее закатное небо. Невысокие деревья с уже почти облетевшей листвой, стоявшие по берегу маленького озера, казались будто вырезанными в прозрачном вечернем воздухе. Несколько минут он наслаждался окружающей его тишиной, почти наяву ощущая, как ему передается спокойствие этих мест.

За спиной послышалось негромкое кряхтение.

– Прошу прощения, гранд-адмирал, за причиненные неудобства, – он услышал голос Нориса Сорги, уже бывшего третьего лорда Звездного Адмиралтейства, – но теперь медицинские процедуры – это неотъемлемая часть моей жизни.

Гранин сообразил, что он лежит в присутствии пожилого человека, и торопливо поднялся на ноги, отряхивая свою одежду. Сорги уже разместился на небольшой удобной скамейке, радушным жестом приглашая гранд-адмирала присесть рядом с собой.

– Я вспоминал, как мы были на этом же месте с Витторио, – сказал Гранин, осторожно опускаясь на хрупкого вида скамью, – подумать только, это было всего полгода назад, а теперь его уже нет с нами.

– Да, уходит наше поколение, – откликнулся бывший третий лорд, – скоро уже никого не останется из тех, с кем я был рядом в Великую Войну.

– Без вашей помощи мы бы не выиграли и вторую войну с Шивой, – попытался подбодрить его гранд-адмирал, – я до сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю ваш дьявольский план по нейтрализации Акена Боша.

На лице Нориса на секунду появилась довольная усмешка, но почти сразу же исчезла. Он вспомнил, что Витторио рассчитался за этот план своей жизнью.

– Вито не должен был принимать такое поспешное решение, – произнес он, глядя прямо перед собой, – но я не знал об этом и не смог ничего предупредить.

Оба собеседника на минуту умолкли, отдавая дань памяти покойному адмиралу.

– Так и что было дальше? – снова оживился Сорги. – Как полагается в хорошем романе, наш разговор прервали на самом интересном месте.

– Дальше? – Гранин задумался, вспоминая, на чем он остановился перед тем, как врачебный андроид, весь увешанный медицинской аппаратурой, возник в уютной гостиной особняка бывшего третьего лорда, куда тот пригласил гранд-адмирала, услышав о его приезде в столицу.

– Когда ты увидел на мостике своего линкора подкопченного Мартанова, – слегка улыбнувшись, напомнил ему Норис, – вернее, сначала почувствовал его по запаху.

– Я тогда подумал, что он хочет раскрыть мне глаза на очередной заговор, – признался Гранин, – но оказалось, дело было совсем в другом. Помните, он забрал в свои застенки всю команду «Сандера»?

Сорги согласно кивнул.

– Мы тогда костерили его на все лады, но этот палач, действительно, сумел выбить из захваченных нами мятежников все, что они знали. Там был один человек по имени Малрус, который оказался ключом к проекту ЕТАК. Кстати, – гранд-адмирал усмехнулся, – Кловис так и не сознался, какими способами он добыл из него информацию, и вообще, остался ли жив этот бедолага.

– Видишь и от службы внутренней безопасности бывает польза, – заметил Норис, – и кстати, именно Мартанов, как ни трудно в это поверить, сдал с потрохами своего покровителя Кима Рей-нала, когда тот самолично собирался взорвать межзвездный узел со стороны Веги, узнав о появлении десятков джаггернаутов в системе Капеллы. Министр всегда до дрожи в коленях боялся шиван. Теперь он тоже, – Сорги вздохнул, – как и я, доживает свои дни в отставке.

– Поэтому у меня тогда и было одновременно два желания, – вспомнил свою последнюю встречу с главным особистом гранд-адмирал, – одной рукой дать ему по морде за все его интриги, а другой обнять как родного брата за то, что он для нас сделал.

– Он бы, наверное, сильно удивился, если бы ты одновременно исполнил оба своих желания, – негромко рассмеялся Сорги.

– Не знаю, мне показалось, что он был готов к сразу обоим вариантам, – усмехнулся Гранин, – учитывая и то, что он сообщил мне обо всем этом в последний момент. Хотя частично была и моя вина, – признался он, – я до этого обошелся с Мартановым слишком круто. Но с другой стороны, никто ведь и не думал, что от взрыва сверхновой будет какая-то польза, пока Кловис не сообразил посчитать расстояние, на котором находились шиванские джаггернауты от Капеллы.

– То есть мы опять ошиблись, думая, что этот проект Боша связан с попыткой коммуникации с Шивой, – не то спросил, не то констатировал бывший третий лорд.

– Коммуникация с шиванами занимали важную часть проекта, – возразил Гранин, – другое дело, что Акен собирался выйти на связь с Шивой с конкретной целью. Чтобы сообщить им, что он обладает оружием, которое когда-то почти уничтожило их цивилизацию, а затем заключить с шиванами союз, где он играл бы главную роль.

– Получается, то, что рассказывала тебе эта Нифрирра, оказалось правдой, – задумчиво произнес Норис, – и эта правда скоро воссияет на небосклоне всех наших обитаемых систем, – бывший третий лорд посмотрел в темнеющее небо, как будто ожидая увидеть там сияние вспыхнувшей сверхновой звезды.

– Через несколько лет у нас на время появятся серьезные проблемы, когда излучение от вспышки Капеллы достигнет наших систем, – подтвердил гранд-адмирал, – но овчинка стоила выделки. Благодаря деятельности Мартанова, его подчиненные быстро обнаружили на Ригеле одну из установок Древних, штуку, которой они взрывали звезды. Этот Малрус, оказывается, был самым близким доверенным лицом Акена и знал обо всем, что нам было необходимо. Правда, он не знал, сработает устройство в итоге или нет. Но все же его смонтировали на флагмане первого флота и отправили корабль в домен Веги, а наши специалисты успели разобраться, как работает эта штука, которой стукнуло уже восемь тысяч лет. Конечно, были и сомнения в ее работоспособности, но если смог включиться Кносс, то почему бы этого не сделать и еще одной конструкции Древних? Правда, инструкция к ней была посложнее, чем просто пролететь сквозь портал для его включения, но наша команда лингвистов вместе с Анастасией Нестеровой успешно справилась с этой проблемой.

– Не зря, значит, Акен так хотел, чтобы к нему побыстрее доставили нашу знаменитую ученую, – хмыкнул Сорги, – а мы все терялись в догадках, зачем она ему была нужна.

– И нам повезло, что мы успели ее вытащить перед самым носом Боша, – подтвердил Гранин, – но все равно, мы до последнего момента не были уверены в том, что устройство Судного дня сработает.

– Да уж, вряд ли можно было провести предварительные испытания этой штуки, – кивнул Норис, не удивившись названию, которое гранд-адмирал дал этому артефакту Древних, – а кстати, ты не в курсе, какой у нее принцип действия?

– Честно сказать, я не специалист, но в общих чертах идея такова, – Гранин наморщил лоб, пытаясь вспомнить, что ему рассказывала об этом Мина Харгроув, – известно, что длинные под-пространственные прыжки осуществляются только в областях, слабо искривленных гравитацией, поэтому все узлы межзвездных переходов и располагаются довольно далеко от самих звезд. А на близкие прыжки в пределах звездных систем приходится тратить тем больше энергии, чем ближе вы находитесь к звезде или другим массивным телам. И тем более, считалось невозможным выйти из прыжка внутри материального объекта, к примеру, внутри той же звезды или планеты. На это бы потребовалось бесконечно много энергии.

– Помню, помню, – откликнулся бывший третий лорд, – это мы проходили еще в начальных классах школы. Но, судя по твоему рассказу, невозможное оказалось возможным?

– Оказалось, да, – подтвердил гранд-адмирал, – когда пересылаемый объект достаточно мал, затраты энергии не бесконечны, хотя все же достаточно велики. В этом мы сами убедились на «Мессане», на которой разместилась установка. Нам еле хватило энергоресурсов, чтобы убраться из домена Капеллы после того, как мы взорвали звезду вместе со всей шиванской армадой.

– Этак что угодно можно взорвать? – заинтересовался Сорги.

– В том-то и дело, что нет, – разочаровал его Гранин, – годится не всякая звезда. Чтобы запустить гравитационный коллапс, требуются определенные условия, иначе все закончится пшиком. Но нам повезло, Капелла оказалась идеальным вариантом.

– А я уже было пожалел, что вы не устроили взрыв чуть раньше на гамма Дракона.

– Я тоже об этом думал, – признался гранд-адмирал, – тогда бы не потребовалось проводить эвакуацию двадцати пяти миллионов человек и, может быть, не погиб тогда «Колосс». Но с другой стороны, какой смысл просто взрывать звезду, если рядом нет шиванской армады? Если бы джаггернауты находились хотя бы в одном световом получасе от точки взрыва, они успели бы уйти в подпространство. Капелла стала нашим счастливым шансом.

– Да, похоже, шиване проявили неосторожность, – заметил Норис, – и зачем они подвели весь свой флот так близко к звезде? Ведь они могли получить информацию от Акена о втором существующем устройстве.

– Значит, не получили, – задумчиво сказал Гранин, – может быть, в нашем мятежном адмирале остались какие-то человеческие чувства, и он смог направить врага по ложному следу после того, как рухнули все его планы. Все-таки он был от плоти Земли.

– Мы никогда этого не узнаем, Данил, – философски произнес Сорги, все еще разглядывая высыпавшие на небе звезды, – Бош унес все свои тайны с собой.

– Ну, это как сказать, – заметил гранд-адмирал, – джаггернауты все же не зря собирались рядом с Капеллой. Помните, я говорил вам, что они сильно изменили гравитационное поле звезды? Наш главный физик Мина Харгроув подозревает, что они собирались соорудить там свой эфирный мост и, используя силу Капеллы, хотели заявиться к нам в гости, минуя наши узлы межзвездных переходов.

– А зачем им так усложнять задачу? – недоуменно приподнял бровь Норис. – И как боевые корабли могут сотворить межзвездный переход?

– Мы многого не знаем о шиванах, – ответил Гранин, – но, скорее всего, восемьдесят джаггернаутов были не просто флотом, а целой мобильной цивилизацией, покинувшей насиженное место где-то далеко-далеко отсюда. Еще Витторио предполагал, что «Сатана» не просто огромный военный корабль, а сооружение наподобие наших орбитальных инсталляций.

– Может быть, ты скажешь, зачем они и с места сдвинулись, и заявились на Капеллу? – недоверчиво улыбнулся Сорги, зябко поеживаясь от поднявшегося прохладного ветерка.

– Об этом могли бы рассказать четыре пилота, засадившие тогда Шиве в задницу занозу, но, к сожалению, им не пришлось настолько долго там задержаться, чтобы успеть выяснить, что к чему, – задумчиво пробормотал гранд-адмирал. – Это отдельная история, – поправился он, заметив недоуменный взгляд бывшего третьего лорда, – и если она прояснится, мы, наверное, точно узнаем, что именно двинуло всю армаду шиван с другого края галактики в наш мир. Но что касается вашего предыдущего вопроса, то, как мне кажется, я знаю ответ, – Гранин ненадолго умолк, раздумывая.

– Взрыв «Бастиона» обрушил не только эфирный мост до эпсилон Пегаса, но и уничтожил «Сатану», который оказался в тот момент рядом. Да и сами враги до этого знали, что мы можем разрушать межзвездные мосты, еще с того времени, когда мы, хоть и неудачно, но попытались взорвать Кносс. Поэтому они, скорее всего, и не стали пускать в ход джаггернауты около перехода на Вегу, ограничившись применением только легких сил. Они прекрасно понимали, что мы можем в любой момент уничтожить и этот мост, если рядом появится еще один «Сатана», как мы это и сделали с мостом на эпсилон Пегаса. Им удалось проскочить переход в домен Капеллы с гамма Дракона на волне паники, но здесь они стали понимать, что еще раз такой ход уже не пройдет. Поэтому создание своего собственного межзвездного моста имело бы для шиван весьма практический смысл.

– Но если ты прав и Шива был в состоянии совершить межзвездный прыжок и без наших мостов, тогда получается, что если бы не «Мессана», то мы скоро увидели бы их джаггернауты у себя над головой, во всех наших системах? – в ужасе переспросил Но-рис. – И все понесенные Альянсом жертвы оказались бы напрасными?

– А ведь мы еще не знали, сработает устройство или нет, – подлил масла в огонь Гранин, – я же говорю, это был счастливый шанс, один на миллион. Но в тот момент я особо не распространялся на эту тему, сами понимаете. Нам хватало паники и без этого.

Бывший третий лорд даже замолчал на какое-то время, ужасаясь про себя тому, на краю какой пропасти, оказывается, еще совсем недавно стоял Альянс.

– Но, я надеюсь, весь этот кошмар уже позади и все эти джаггернауты сгорели в огне сверхновой? – наконец, справившись со своими чувствами, сказал он.

– Боюсь вас расстроить, Норис, – вздохнул в ответ гранд-адмирал, – но, похоже, нескольким удалось ускользнуть даже от огня сверхновой. Уходя, мы зафиксировали шесть подпространственных воронок. Так что, может быть, наш Акен Бош еще жив.

– И где они сейчас? – даже в полутьме спускающейся ночи Гранин разобрал выражение страха на лице бывшего лорда Звездного Адмиралтейства.

– Не беспокойтесь, их уцелело всего несколько штук, и они теперь разбросаны в радиусе тысячи световых лет, – утешил он собеседника, – в конце концов, Древние взрывали звезды не ради уничтожения других цивилизаций, а для того, чтобы проложить новые звездные пути. Мы сделали то же самое, правда, с другой целью, но так получилось, что остатки шиван разлетелись по ним во все стороны. Зато теперь перед нами снова открыты десятки новых дорог. Наша мечта сбылась, хотя и таким нечаянным образом. Я думаю, что несколько вражеских джаггернаутов, разбросанных по всем этим мирам и разделенных друг с другом сотнями световых лет, не будут нам большой угрозой еще очень долго. А к тому времени, когда мы встретимся с ними снова, у Альянса уже будут новые могучие линкоры, такие, как «Колосс», построенные на Земле и в новых освоенных нами системах.

– На Земле? – потрясенно переспросил Сорги и взялся рукою за сердце. – Ты сказал на Земле?

– Ну да, – подтвердил гранд-адмирал, с беспокойством глядя на бывшего третьего лорда, – взрыв Капеллы восстановил эфирный мост и в Солнечную систему тоже. Совсем скоро мы отправим туда корабли. Вы в порядке, Норис?

– Я и не мечтал дожить до этого дня, – глухо произнес Сорги, и Гранин заметил на его глазах блеснувшие в лунном свете слезы, – жаль только, что многие из нас уже этого не увидят. Данил, – он вдруг схватил собеседника за руку, – я могу полететь с вами? Ты знаешь, мне пришлось уйти в отставку после гибели Вито, и сейчас я просто старый человек, доживающий здесь свои дни без связей и лишних средств. Мне уже многого не надо, но единственное, чего я бы хотел перед смертью, так это снова увидеть Землю, которую мое поколение потеряло столько лет назад.

Гранд-адмирал ощутил чувство признательности и сочувствия к этому немолодому человеку, замершему рядом в ожидании его ответа.

– Норис, я буду только польщен, если вы станете рядом со мной на мостике моего флагмана, – искренне сказал он, – и это, поверьте, будет самое меньшее, что я могу для вас сделать. Единственно, – он на секунду запнулся, – мы с вами не будем там первыми. Перед нами в Солнечную систему войдут легкие корабли. Я раньше вашего должен одному пареньку из рода Нестеровых, без помощи которого мы бы вряд ли здесь сейчас с вами разговаривали.

– Я знал Петра Нестерова, – с удивлением в голосе произнес Сорги, – а ты говоришь о?..

– О его сыне, – с улыбкой продолжил командующий флотами Альянса, – есть у них в семействе такая традиция, спасать мир.

* * *

Четыре соединенных в одно целое «Эринии» сошли с эфирного моста и, снова разделившись, начали постепенно замедлять свой бег. Лучи небольшой желтой звезды, встретившей новейшие перехватчики Альянса, ласково коснулись их бронированных боков. Ведущий головной машины, командир группы, пилот прима-класса Илья Нестеров, совсем недавно возглавивший эскадрилью «Рапторов», быстро убедился, что межзвездный переход прошел нормально. Файтеры трех его товарищей – Алекса Маршана, Натальи Синарин и Стефана Томальски – шли рядом, поблескивая броней неостали, а впереди прямо по курсу сияла яркая звездочка, которую Илья узнал бы из тысячи других, звезда, к которой он стремился вернуться столько времени, сколько он себя помнил.

– Солнце, ребята, – с трудом смог произнести он, чувствуя, что ему перехватывает горло, – мы все-таки вернулись к Земле.

Они все услышали его, но молчали, не в силах вымолвить ни слова, и только смотрели на маленький желтый диск, ласково светивший им через сотни миллионов километров. Даже смешливый Алекс забыл в эту секунду все свои шутки, которые приготовил к этому случаю.

– Убей меня бог, что это за фокусы, на наших сенсорах ни единого гравитационного всплеска! – вдруг раздался на общей волне чей-то уверенный мужской голос. – И с каких это пор простые файтеры научились путешествовать среди звезд, да еще в таком виде?

Илья подскочил на своем месте, только сейчас заметив на радаре своей машины многочисленные отметки.

– В пяти астрометрах группа кораблей! – запоздало крикнул Маршан.

– Это свои, Алекс, – пилот увидел, как отметки на виртуальном экране налились спокойным зеленым светом, – нас уже встречают.

– Тогда вам стоит представиться, – сурово сказал голос, – мы уже три дня фиксируем здесь непонятную активность в подпространстве, согнали сюда кучу военных кораблей, ждем вторжения. А вместо этого здесь без стука, без звука появляются четыре маленькие машинки и сразу же утверждают, что они свои.

– Если вы имеете в виду вторжение шиван, то уверяю, здесь вы их больше не увидите, – придя в себя, авторитетно заявил Маршан, – мы их разгромили окончательно, восстановили эфирный мост и вернулись к Земле с приветом от Альянса.

Нестеров внутренне пришел в ужас при таком приветствии от лица Альянса, но на суровый голос тирада Алекса оказала неожиданное воздействие. Его обладатель добродушно расхохотался.

– Узнаю себя молодым, – отсмеявшись, заметил он, – тогда вопрос снят, я вижу, что вы действительно свои. И в таком случае, разрешите горячо поприветствовать вас от лица земных сил самообороны и от меня, адмирала Петра Нестерова, лично. Мы двадцать три года ждали этого дня.

Когда эти слова дошли до сознания Ильи, у пилота все поплыло перед глазами. Он бросил взгляд на свой красный лауритовый браслет, все еще не в силах поверить тому, что только что услышал.

– Вы Петр Нестеров? – ошеломленный вопрос Алекса убедил пилота, что это не сон.

– Ну, вообще-то, сорок четыре года уже как, – подтвердил адмирал, – но я подозреваю по вашему юному голосу, что вы еще не родились, когда мы оказались здесь, провалившись в воронку к этому дьявольскому «Люциферу» вместе со своими товарищами.

– Тогда вам надо срочно познакомиться с нашим командиром, – пробормотал Маршан, – он у нас почему-то тоже Нестеров.

В эфире на несколько секунд воцарилась мертвая тишина.

– Я нашел тебя, отец, – наконец нарушив ее, с трудом произнес Илья, ощущая, как какая-то неведомая сила стискивает ему горло, – я все-таки нашел тебя.

И он почувствовал, что по его лицу вдруг потекли счастливые слезы, которых он, впрочем, совсем не собирался стесняться.

Content

Михаил Ахметов
Разрушители звезд

Пролог

Часть первая ТЕНИ ПРОШЛОГО

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Часть вторая ЗА КРАЕМ МИРА

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Часть третья НАШ ЗВЕЗДНЫЙ ЧАС

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Эпилог