Мара Гааг

Третья смена

© Мара Гааг, текст, 2021

© Диана Лапшина, ил. на обл., 2021

© ООО «Издательство АСТ», 2021

1

Алиса дулась на маму. Сначала потому, что они все-таки уезжают, – девочка до последнего момента надеялась, что мама передумает. Потом за то, что ей не разрешили взять с собой в машину планшет. «А вдруг разобьешь!» – строго сказала мама и убрала его в коробку. А то, что вместо «Макдоналдса» они заехали подкрепиться в невзрачное придорожное кафе, стало последней каплей.

В меню не было наггетсов, картошки фри и мороженого, по радио скрипуче играло какое-то старье и пахло кислой капустой.

Алиса заранее ненавидела эту Порубежную, куда они переезжали из пусть и не очень большого, но все-таки города. И название какое, будто бы край света! А все потому, что в Порубежной находится единственный на всю область научный экспериментальный завод, куда Алисину маму пригласили работать инженером.

Мама очень радовалась новой должности. Говорила Алисе о карьерных перспективах и о большой зарплате. «Вот только какой в этом смысл, – отвечала Алиса, – если там даже магазинов нет?» И кинотеатров, и торговых центров. Вообще ничего интересного. Но мама только улыбалась и обещала, что дочке понравится на новом месте.

И сейчас, ковыряя вилкой в тарелке с макаронами по-флотски, Алиса злилась из-за невкусной еды и маминых обещаний, что они будут в новом доме совсем скоро.

Жить в доме Алиса тоже не хотела. Ей нравилась их прежняя квартира в новостройке, где у нее была собственная комната, а еще большая кухня и интернет-телевидение с мультфильмами.

Дом представлялся ей покосившейся избушкой с заросшей мхом крышей, как на картинке из книги сказок. И обязательно с трубой, из которой валит вонючий черный дым. Ведь Порубежная – это деревня, какие еще дома там могут быть?

– Доедай! – сказала мама и пошла мыть руки.

Алиса незаметно спихнула остатки макарон под стол, где уже притаился в ожидании полосатый местный кот.

– У нее перспективы, понимаешь? – страдальчески сказала Алиса коту. – А мне, значит, они не нужны, да? Буду ходить в деревенскую школу. И жить в избушке на курьих ножках.

Вздохнув, Алиса встала из-за стола. Кот доел весь фарш, а макароны не тронул и теперь смотрел на девочку вопросительно.

– Может, убежать, а? – шепотом спросила у него Алиса. – Добраться до тети Эли и остаться жить у нее. А мама пусть делает свою карьеру в этой деревне.

Кот равнодушно зевнул и начал умываться.

– Готова? – Мама вернулась к столику. – В туалет не нужно? Проводить тебя?

– Мама! – Алиса укоризненно нахмурила брови. – Я сама схожу, если надо будет. Ты со мной так говоришь, как будто я маленькая.

– Ты у меня уже не маленькая, да. – Мама нежно посмотрела на дочь, потом обняла и поцеловала в щеку. – Моя взрослая девочка!

Алиса стерпела мамин приступ нежности, потом послушно пошла за ней к машине. Убежать – это, конечно, заманчиво: настоящее приключение. Но кругом сплошной сосновый лес, да и маму жалко. Как она одна останется?

За себя Алиса не волновалась. В марте ей исполнилось десять, и она считала себя вполне самостоятельной. В городе сама ходила в школу и обратно, а мама доверяла ей покупать продукты в магазине и даже пользоваться духовкой. Алиса научилась печь яблочный пирог по рецепту из интернета, чем поразила как-то раз приглашенных на чай одноклассниц. Интересно, в новом доме будет духовка? Или получится испечь яблочный пирог в печке?

Машина тронулась с места. Мама включила радио, но на знакомых волнах раздался треск.

– Выехали за пределы зоны вещания, – объяснила мама. – Может, выберешь диск?

Алиса потянулась к кармашку на задней стороне водительского сиденья. Здесь лежали ее старые раскраски, альбом с наклейками и потрепанная коробка с цветными карандашами. А еще – диски со сказками, песнями из диснеевских мультфильмов и мамина любимая классика: Вивальди, Бетховен и Рахманинов.

Алисе тоже нравилась классическая музыка, особенно Вивальди.

– Давай «Осень»! – Девочка протянула маме диск.

Под бодрые скрипичные мотивы они въехали в Порубежную.

На въезде стояла постовая будка со шлагбаумом. Мама вылезла из машины и долго о чем-то говорила с охранником, показывая документы. Тот несколько раз их просмотрел, потом, хмурясь, обошел машину со всех сторон. Алиса на всякий случай вжалась в сиденье. Потом охранник вернулся в свою будку, поговорил с кем-то по телефону и только после этого поднял шлагбаум и разрешил им проехать.

– Похоже, нам здесь не очень рады! – не удержалась Алиса.

– Просто еще не успели оформить пропуск, – возразила мама. Алиса заметила, что у нее немного дрожали руки от волнения.

– Чтобы поселиться в избушке, нам тоже будет нужен пропуск? – съязвила девочка.

– Не вредничай, Алиса. – Мама повернулась к ней и устало улыбнулась. – Мы почти на месте.

Алиса вздохнула и стала смотреть в окно. Они ехали по идеально ровной дороге, которую плотно обступал с боков сосновый лес. Минут через десять над деревьями показался стеклянный купол крыши самого высокого в поселке здания – завода, а потом Алиса увидела ряд одинаковых серых домов и аккуратные прямоугольники зеленых газонов.

На деревню, какой ее представляла себе девочка, это совсем не было похоже.

2

Дом тоже оказался непохожим на избушку. Алиса, напевая мелодию без слов, носилась по лестнице между вторым и первым этажом. Настроение у нее заметно улучшилось.

– Он правда наш? Честно-честно? – В очередной раз сбегая вниз, девочка с разбегу налетела на маму, которая заносила в дом коробки из машины. – Я могу выбрать любую комнату?

– Пока я работаю в Порубежной, он наш. – Мама поставила коробку на пол и присела на краешек стула, чтобы расшнуровать ботинки. – Наверху две спальни, одна будет твоя, другая моя. Выбирай любую.

– Ура! – Алисе даже стало немного стыдно за то, что она так сердилась на маму.

Дом и правда был как с картинки – светлый, с большими окнами и аккуратным палисадником за невысоким забором. А внутри – новая мебель, светлый ковер на полу в гостиной, плавно переходящей в кухню, где Алиса сразу обнаружила большой холодильник с двумя дверцами и современный духовой шкаф.

– Вот это да! – удивилась девочка. – Мам, как думаешь, в таком сколько булочек за раз можно испечь?

– Всё попробуем позже. Сейчас поужинаем, и спать! Завтра будет сложный день! – Мама достала из сумки контейнеры с едой, приготовленной еще утром на их старой кухне.

При взгляде на них Алисе снова стало грустно. Завтра она пойдет в новую школу, но там не будет ее подруги Ани и любимой классной руководительницы. Интересно, получится ли завести здесь друзей?

Из-за тревожных мыслей она никак не могла заснуть. Даже после того, как мама прочла ей вслух пару глав из книги о новых приключениях Нэнси Дрю. Она крепко зажмурилась, и мама, решив, что дочь уснула, выключила свет и тихо вышла. Лежа в темноте, Алиса подумала, что ей в спальню обязательно нужен ночник. Не то чтобы она боялась темноты или воображаемых монстров под кроватью – для этого она считала себя слишком взрослой. Но сегодня на стенах новой комнаты ей мерещились тени ветвей огромных деревьев и силуэты доисторических чудовищ.

Снаружи дом плотно окутывала ночная тьма. Еще в городе, перед переездом, мама объяснила ей, что Порубежная – это охраняемый государственный объект. Поэтому после девяти вечера на улицах не горят фонари, и жителям запрещено выходить из дома без крайней необходимости. Когда Алиса спросила почему, мама пожала плечами и сказала, что это называется комендантский час. Так часто бывает в местах, где совершают важные научные открытия, и придумали такое, конечно, для безопасности. Если все будут соблюдать правила, бояться совершенно нечего.

Алиса смотрела в темноту за кружевной шторой и представляла, будто дом стоит на дне океана, погруженный в чернильно-синюю, текучую глубину. Она уже засыпала, убаюканная шепотом воображаемых волн, как вдруг за окном что-то вспыхнуло и сразу погасло.

Что-то, похожее на луч фонарика.

Может, это специально назначенный человек проверяет, соблюдают ли комендантский час? Или произошло что-то важное, из-за чего пришлось его нарушить?

Алиса заерзала в кровати, но желание встать и выглянуть в окно сдержала. Потом решительно натянула одеяло на голову и снова закрыла глаза. Мама права, нужно хорошо выспаться перед днем в новой школе.

Но спала она беспокойно, поэтому с утра неважно себя чувствовала. Мама потрогала ее лоб и сказала, что это все от переживаний по поводу переезда. Может, стоит еще немного поспать – у пятых классов занятия идут во вторую смену, после обеда. Или, если она не хочет, может вообще сегодня никуда не идти. Можно начать завтра – в новой школе шестидневка. Но Алиса хотела, поэтому быстро съела приготовленные мамой на завтрак блинчики с творогом и убежала наверх – собраться к первому школьному дню.

В ее старой школе не было формы, только правило носить светлый верх и темный низ. Алиса всегда ходила в кремовой блузке и черных брюках, иногда даже позволяла себе надевать джинсы, и никто не был против. А вот в школе Порубежной форма была обязательной. Из шкафа девочка достала заранее приготовленный, идеально выглаженный сарафан в синюю клетку и белую рубашку. «Интересно, – подумала она, примеряя, – у мамы на работе тоже есть форма? Наверняка есть».

Мама занесла в ее комнату коробки с вещами, которые они не успели распаковать вчера вечером. Алиса с энтузиазмом принялась расставлять по полкам свои книги и игрушки.

– Сильно не напрягайся, а то устанешь! – посоветовала мама, раскладывая одежду в шкафу. – Успеешь еще всё расставить.

Но Алисе очень хотелось поскорее заполнить комнату вещами, чтобы почувствовать себя дома. К обеду они вместе распаковали почти все коробки. В маминой спальне Алиса тоже помогала, разрезая скотч и подавая маме стопки вещей, поэтому проголодалась и немного устала. После обеда ей захотелось прилечь, но мама начала собираться на работу и торопить дочь, поэтому девочка взяла себя в руки и отправилась одеваться.

Мама уже заводила машину, когда Алиса вышла из дома в новой форме и со своим любимым рюкзаком за спиной. Рюкзак ей подарила тетя Эля, мамина старшая сестра, и Алисе очень нравились серебряные и фиолетовые бабочки на нем. Привычная вещь успокаивала, как будто впитала в себя все хорошее, что Алиса могла забрать из города с собой.

– Ну что, готова? – Мама широко улыбалась.

Алиса тоже решила сегодня улыбаться и вести себя так, как будто быть новенькой совсем нестрашно.

Они отъехали от дома, и мама включила музыку. Алиса посмотрела в заднее стекло автомобиля на новый дом, окруженный высокими соснами. Вот чьи тени она видела ночью на стене своей спальни!

Она вспомнила про свет фонарика, но решила об этом не думать. «Порубежная – абсолютно безопасное место», – так сказала мама. Ничего плохого здесь не может случиться.

3

Школа была странной. Алиса никогда раньше не видела здание, состоящее из двух совершенно разных частей.

С одной стороны возвышался новенький корпус из ярких цветных панелей и с большими современными окнами. С другой была старая кирпичная кладка и узкие рамы с облупившейся краской, а на крыше кое-где даже проросла трава.

– Старая часть закрыта на ремонт, – пояснила мама, – и все учатся в новой, конечно же. Учителя тебе всё объяснят. Давай беги, а то опоздаешь. После занятий сразу домой! Здесь ходит специальный автобус для учеников.

Алиса поцеловала маму в щеку, вылезла из машины и побежала к школьному крыльцу. Вокруг носились дети в одинаковой форме. Девочки в сарафанах, мальчики в брюках, и все в белых рубашках. Алиса решила завтра прицепить к карману рубашки свою любимую брошку в виде бабочки, чтобы хоть чем-то отличаться от остальных.

У крыльца она остановилась, разглядывая табличку над входной дверью: «Центр образования „Порубежная”».

Тут же на нее налетела какая-то девчонка и едва не сбила с ног.

– Чего встала, коза? – Девчонка уставилась на Алису, потирая ушибленную руку.

– Сама ты коза! – обиделась Алиса. Настроение у нее сразу испортилось. – Я тут новенькая, первый день вообще-то.

– Оно и видно. – Девчонка хотела сказать что-то еще, но ее окликнули.

Обернувшись, она помахала рукой подружкам, потом еще раз смерила Алису взглядом с ног до головы и побежала дальше.

– Деревенщина! – шепотом сказала Алиса и вошла в школу.

Внутри все было новехонькое. Пахло свежей краской, как будто строить закончили только вчера. Алиса потопталась у закрытой раздевалки, потом, прыгая поочередно то на одной ноге, то на другой, переобулась в белые кеды и направилась к лестнице.

– Где у вас учительская? – спросила она у пробегающих мимо мальчишек постарше, но они проигнорировали, увлеченные своей болтовней.

Больше ни с кем заговорить Алиса не решилась. Она прошла до конца коридора, но на дверях классов не было табличек с надписями, только безликие номера. Прозвенел звонок, коридоры сразу опустели. Алиса поднялась на третий этаж и заглянула в первый же кабинет.

– Извините, – сказала она, – я сегодня первый день и не могу найти учительскую.

Преподавательница положила на стол журнал и указку:

– Это этаж начальных классов. Ты ведь пятиклассница? Тогда тебе нужно на первый. Спускайся вниз, по коридору прямо, потом налево, мимо раздевалки и физкультурного зала, потом направо – и будет кабинет директора. Найдешь?

Алиса неуверенно кивнула и, так как учительница продолжила вести урок, больше не обращая на нее внимания, тихо закрыла дверь.

Как там она сказала? На первый этаж, мимо раздевалки, направо… или налево?

В школе стояла жутковатая тишина. «Наверное, бόльшая часть детей приходит сюда в первую смену», – решила Алиса.

Девочка спустилась к раздевалке и посмотрела по сторонам. Заглядывать в кабинеты, где уже вовсю шли занятия, ей не хотелось. Алиса обошла раздевалку, свернула направо и оказалась в глухом и темном коридоре, который заканчивался приоткрытой дверью. Тусклого света из-под нее едва хватало, чтобы что-то различить.

– Ладно. Ни капельки не страшно! – сказала Алиса самой себе.

Бегом добралась до двери и распахнула ее.

За дверью обнаружилась короткая лестница, всего в пять ступенек. Следом еще один коридор без дверей и окон, с тусклыми лампами, висящими на проводах. Наверное, ремонт закончили не во всем здании, решила Алиса. И как будто в подтверждение заметила впереди закрытый строительной пленкой проем. Девочка уже хотела повернуть назад, но потом решила, что впереди могут быть занятые ремонтом рабочие. Вдруг у них найдется время, чтобы отвести ее в учительскую или в кабинет директора. Приободренная этой мыслью, Алиса нырнула под заграждение из пленки.

В нос ударил запах пыльной мебели, какой бывает в старых квартирах. Прошлым летом Алиса вместе с мамой была в группе волонтеров, которые помогали одиноким пенсионерам по хозяйству. Больше всего ей запомнился этот запах. И еще то, как щекочет в носу от пыли, которую давно никто не убирал.

Алиса чихнула, потом огляделась. Рабочих нигде не было видно. Посреди небольшого помещения стояли сдвинутые вплотную парты, а на них высились стопки учебников, перевернутые школьные стулья, свернутые в рулоны старые учебные карты и таблицы. «Должно быть, сюда после ремонта отнесли списанную мебель и школьные принадлежности», – догадалась Алиса. Она уже хотела повернуть обратно, как вдруг впереди хлопнула дверь. Девочке показалось, что она услышала приглушенный смех и шаги, но потом все затихло.

– Эй! – Алиса крикнула со всей силы и сама испугалась того, как громко у нее вышло. – Эй, кто здесь? Я новенькая, и я заблудилась! Вы можете проводить меня к директору?

Снова хлопнула дверь. Кто-то тихо сказал пару слов, потом в ответ кто-то другой хихикнул, и снова все замолчали. Алиса приготовилась бежать со всех ног, но потом вспомнила гадкую девчонку, которая едва не сбила ее на входе, и рассердилась.

– Знаете, я вас отлично слышу! И это не смешно! Но я ни капельки не боюсь!

Она решительно подошла к двери, откуда слышались звуки, и резким движением распахнула настежь.

Это был кабинет биологии, но совсем не похожий на современный. Алиса никогда не видела столько банок с формалином и гербариев в старых деревянных рамах. Стеллажи тянулись вдоль стены, парты стояли ровно в ряд, стулья были выдвинуты, словно в ожидании учеников. А у классной доски обнаружилась модель человека, разрезанного пополам, чтобы были видны все мышцы и внутренние органы.

– Ничего себе, – пробормотала Алиса и на всякий случай огляделась.

Если здесь и был кто-то, то уже убежал, в классе стояла тишина. Девочка на цыпочках прошла вдоль полок, рассматривая заспиртованных лягушек и змей. В полный восторг ее привела рамка с коллекцией бабочек. Алиса осторожно взяла ее в руки и перенесла на парту.

Алиса обожала бабочек. Мама в прошлом году подарила ей на день рождения большую тематическую энциклопедию, и Алиса выучила несколько латинских названий. И сейчас, увидев знакомые слова, с интересом всматривалась в образцы под стеклом. Они были очень похожи на картинки из книги, только больше размером и не такие яркие.

Оставив бабочек, Алиса снова подошла к полкам, где нашла увесистую книгу по энтомологии с потрепанным корешком. Вернувшись за парту, она села и стала читать. Книга оказалась серьезной, напечатанной мелким шрифтом, совсем как мамины научные книги по физике.

Алиса пыталась вникнуть, но не могла, хоть и перечитывала строчки по несколько раз, чтобы понять, о чем идет речь. Слишком много географических названий и незнакомых слов встречалось в тексте. Девочка сама не заметила, как задремала, убаюканная монотонным описанием строения сибирского шелкопряда.

4

Алису разбудил легкий толчок в плечо. Открыв глаза, она не сразу сообразила, где находится. Класс был полон детей, которые рассаживались по местам и негромко переговаривались. А рядом стоял мальчик ее возраста в школьной форме и круглых очках.

– Привет! – сказал он, улыбаясь. – Ты новенькая?

Алиса выпустила из рук книгу о насекомых и протерла глаза. По партам медленно скользил оранжевый закатный солнечный луч из окна.

– Я, кажется, заблудилась, а потом заснула. Потому что ночью плохо спала, из-за переезда. А это какой класс?

– Мы пятый «В». – Мальчик протянул ей руку. – Меня зовут Антон, а тебя?

– В моей старой школе были только «А» и «Б», – удивилась Алиса, потом спохватилась и протянула руку в ответ. – Я Алиса. Не знаю, в каком я должна быть классе, но точно в пятом.

– Здорово будет, если в нашем! – обрадовался Антон. – Тебе нравятся насекомые, я вижу, ты про них читаешь. Мне они тоже нравятся! Хочешь сидеть со мной за одной партой?

– Давай! А ты каких любишь больше всего? Я вот бабочек.

– А я пауков! – Антон бросил рюкзак на парту и сел на стул рядом с Алисой. – Они такие классные, но люди их боятся, а некоторые даже ненавидят. Мне кажется, это несправедливо, ведь они такие интересные!

– Я не боюсь пауков. А в моей старой школе была девочка, которая боялась всех насекомых вообще. Если в класс залетала оса, она с криками убегала сразу, даже во время урока, представляешь?

И Алиса изобразила убегающую в страхе одноклассницу, размахивая руками над головой и выпучив глаза. Антон рассмеялся.

В класс вошла учительница, и все дети притихли.

– Тема сегодняшнего урока – фотосинтез! – объявила она и принялась писать что-то на доске.

– А у вас разве не делают перекличку перед началом урока? – шепотом спросила Алиса. Ее беспокоило, в своем ли она оказалась классе. – Как узнать, кто пришел, а кто нет? И я не слышала звонка!

– У нас всегда и все ходят на урок, – так же шепотом ответил Антон. – По-другому не бывает.

Алиса достала из рюкзака тетрадь с ручкой и посмотрела на Антона. Мальчик листал страницы учебника, ища нужную тему.

– А мне еще не выдали учебники! – вспомнила Алиса.

– Ничего, – улыбнулся Антон, – я с тобой поделюсь своим, а после урока сходим в библиотеку.

«Вот бы это оказался все-таки мой класс», – подумала Алиса. Она никогда не думала, что может подружиться с мальчишкой, но с Антоном явно было о чем поговорить.

Урок пролетел быстро, и вместо привычного звонка учительница просто объявила о начале перемены. Может, звонки еще не установили, предположила Алиса. Ремонт все-таки.

На улице темнело, но свет в школе не включался.

– Хочешь, сходим за учебниками в библиотеку? – предложил Антон.

– Давай, – согласилась Алиса. – А как мы туда дойдем, не видно же ничего?

Антон достал из кармана рубашки фонарик на шнурке.

– Вот, у нас у всех такие. Они очень яркие, с ними легко читать даже в темноте.

– Ого! – Алиса взяла фонарик в руки. – А можно я посвечу?

– Давай, – Антон показал ей направление, – библиотека там.

Пока они шли по коридору, становилось все темнее. «Странная все-таки школа», – подумала Алиса. Уж свет-то могли сделать для учеников. Но идти с фонариком по темной школе было очень захватывающе, поэтому вслух она ничего не сказала.

– Сюда! – Антон придержал дверь, чтобы Алиса могла войти.

Луч фонарика осветил стеллажи с книгами от пола до потолка.

– А нас не будут ругать, что мы сами взяли учебники? – засомневалась Алиса. – Может, все-таки стоит подождать библиотекаря?

– У нас здесь нет библиотекаря. – Антон ловко двигался в темноте.

Алиса старалась светить на книги фонариком, но мальчик так быстро переходил от стеллажа к стеллажу, что она едва за ним поспевала.

– Вот! – Антон протянул ей стопку книг. – На первое время хватит.

– Спасибо! – Алиса положила их на стоящую рядом парту. – А как мы узнаем, что урок начался, если нет звонка? И во сколько уходит автобус, я не опоздаю на него?

Антон посмотрел на нее так серьезно и внимательно, что девочке на секунду стало не по себе. Что она такого сказала? Она уже хотела спросить об этом, как вдруг Антон снова заулыбался и предложил:

– Хочешь поиграть? В прятки, например? А потом пойдешь на автобус.

– Нам точно не влетит? За то, что мы здесь?

– Не-а. – Антон нырнул за ближайший стеллаж. – Давай, ты первая водишь. Считай до десяти и не подглядывай!

– Хорошо! – Алиса честно закрыла глаза, выключила фонарик и принялась считать вслух.

Когда она дошла до восьми, чуть-чуть приоткрыла глаза. Книжные полки были едва различимы, значит, на улице уже совсем стемнело.

– …девять, десять! – объявила она. – Я иду искать!

Нарочно громко напевая, она прошла вдоль стеллажей и включила фонарик. Заглянула в угол с книгами в коробках и под стол библиотечной конторки, но Антона нигде не было.

– Эй! – забеспокоилась Алиса. – Ты где?

Вокруг стояла тишина. Девочка осторожно вышла из кабинета, посветила фонариком в коридор. Как же темно! Просто невероятно, что детям разрешают находиться в школе в такой темноте. Нужно будет поговорить об этом с мамой. Может, нужно кому-нибудь пожаловаться, чтобы электричество быстрее починили?

Антона нигде не было. В школьных коридорах стало так тихо, что звук собственных шагов начал пугать Алису.

– Антон! – снова позвала она, но уже гораздо тише, и тут заметила за поворотом вереницу включенных фонариков.

Это определенно был пятый «В», и ученики ровным строем, молча, почти бесшумно шли по коридору мимо склада старых парт и стульев.

– Подождите меня! – крикнула Алиса, спрятала фонарик в карман и побежала к классу со всех ног.

Она почти догнала детей, когда кто-то схватил ее за рюкзак и резко оттащил в сторону.

– Отпустите! – Алисе стало по-настоящему страшно.

Девочка изо всех сил колотила по руке незнакомца, но он продолжал тащить ее в сторону от удаляющегося класса.

Похититель прижал ее к стене, осмотрел, потом снова поволок по коридору. Алиса отчаянно брыкалась и даже пыталась укусить его за руку, но у нее не получилось.

Внезапно стало светлее. Девочка узнала коридор, по которому пришла сюда, – тот самый, с проемом, закрытым строительной пленкой. Лампочки покачивались на проводах, пленка колыхалась, как от ветра. Похититель грубо толкнул ее вперед, и Алиса, вырвавшись, побежала вниз по лестнице, а потом встала и обернулась. Бородатый человек в синей спецовке стоял на ступеньках и хмуро смотрел на нее.

– Что вам от меня надо? – крикнула Алиса.

– Это ты Самойлова? Тебя вся школа ищет.

Мужчина шагнул к ней, а Алиса завизжала и бегом бросилась по петляющим коридорам. Добежав до раздевалки, она уткнулась в собственную маму и расплакалась от пережитого страха.

– Алиса! – Мамин голос дрожал. – Дочка, как ты всех напугала! Где ты была?

– Она заблудилась и заснула в старом крыле. – Бородатый человек не спеша вышел из-за поворота. – Ученикам нельзя туда ходить, там ведутся ремонтные работы.

Рядом с мамой стояли высокий мужчина в очках и девочка лет десяти. Алиса узнала в ней ту самую забияку, с которой столкнулась утром у дверей школы.

– Это Вадим Сергеевич, директор школы, – сказала мама, – а это его дочь Катя. Вы с ней в одном классе.

– Но я уже была на уроке в своем классе! – возразила Алиса, вытирая слезы. Ей было стыдно, что она расплакалась при посторонних, и теперь она злилась. – На биологии. Мы проходили фотосинтез.

Мама и директор переглянулись.

– У тебя был сложный день, – сказал Вадим Сергеевич. – Все вокруг незнакомое, а ты не выспалась, вот и заблудилась. Хорошо, что Михаил Семенович тебя нашел.

Алиса сердито покосилась на бородатого человека.

– Это школьный сторож, – пояснила мама. – Я не думаю, что он хотел тебя напугать. Просто он переживал, потому что мы нигде не могли тебя найти.

Сторож хмыкнул и скрылся в коридоре, откуда пришел.

Вадим Сергеевич с видимым облегчением вздохнул:

– Думаю, Алисе лучше завтра побыть дома. Выспаться, привыкнуть к новому месту за выходной. А в понедельник мы с Катей встретим ее прямо у дверей школы, всё покажем и объясним. Правда, милая?

Катя кивнула отцу, не спуская глаз с Алисы.

– Давай-ка поедем домой! – Мама крепко сжала руку дочери в своей. – До начала комендантского часа осталось немного, и я не хочу ехать быстро в темноте.

Алиса молча последовала за ней. Сев на заднее сиденье машины, она посмотрела на темные окна старого школьного корпуса. По телу побежали мурашки, и девочка обхватила себя руками. И только тогда заметила, что в кармане все еще лежит фонарик Антона.

5

Мама ее рассказу не поверила. Алиса чувствовала одновременно и обиду, и неловкость. Вроде не врешь, но все вокруг считают иначе.

– Тебе просто приснилось, – уговаривала ее мама на следующее утро, заплетая свои волосы на ходу, пока Алиса в самом мрачном настроении доедала оладьи. – Такое бывает, когда нервная система перенапрягается. Просто забудь и все, в понедельник тебя встретит новая подруга, и все будет хорошо.

– Она мне не подруга, – пробормотала Алиса с набитым ртом, но мама искала в сумке ключи от машины и то ли не услышала, то ли просто сделала вид.

– Всё, я побежала. – Она поцеловала дочь в щеку. – Будь умницей и из дома не выходи пока, ладно? Поспи, почитай, посмотри мультики. Я в обеденный перерыв позвоню.

Алиса не ответила, провожая маму взглядом, и, как только та скрылась за дверью, достала из кармана фонарик.

Если фонарик был настоящий, значит, Антон тоже был. И урок биологии, и дети, идущие друг за другом в полной темноте. Алиса ни на секунду не усомнилась в том, что это был никакой не сон. Вот только как это доказать маме?

Доев завтрак, она поднялась в свою комнату и попыталась читать книгу про Нэнси Дрю. Но смысл прочитанного постоянно ускользал, а в голове мелькали картинки вчерашнего дня – коридор, закрытый строительной пленкой, темная библиотека, учебные пособия в банках. Может, пробраться туда и унести в качестве доказательства, например, бабочек в рамке? Или подождать, пока пятый «В» вернется, и попросить Антона самого поговорить с мамой или с директором? Может, тогда Алису даже зачислят в его класс. Можно еще поискать учительницу, которая вела биологию. Уж ей-то точно поверят! Но Алиса не запомнила ни имени, ни как она выглядела.

Ей очень хотелось встретиться с Антоном еще раз. Тем более, она должна вернуть ему фонарик.

Решившись, Алиса быстро оделась и выскользнула из дома. Дорогу до школы она запомнила – сначала прямо, мимо коттеджей, потом налево, вдоль гаражей. Потом будет небольшой искусственный пруд, окруженный тополями, и детская площадка, а за ней школьный двор.

Она немного засомневалась, куда повернуть после маленького продуктового павильона. Направо дорога сужалась, и дома стояли плотнее друг к другу, слева тротуар тянулся вдоль ухоженного парка с высоченными тополями. Немного подумав, девочка пошла мимо парка и вскоре увидела впереди школьное здание.

Вот только как забраться в старое крыло, не попадаясь никому на глаза? Алиса обошла школу, но никакого входа, кроме центральных дверей, не обнаружила. Прозвенел звонок, школьный двор опустел. Выждав еще пару минут, девочка вошла и осмотрелась. Вестибюль нового корпуса пустовал, раздевалка была закрыта, как и вчера. Стараясь не шуметь, Алиса прошла мимо нее к тому месту, из которого вчера попала в старое здание.

По пути до нужного коридора ей никто не встретился, и девочка вздохнула с облегчением. Однако впереди ждал неприятный сюрприз. Дверной проем, который вчера прикрывала строительная пленка, оказался заколочен досками. Сквозь щели между ними Алиса видела сдвинутые парты, стулья и склад списанных учебников. Без особой надежды она подергала доски, но они были прибиты на совесть.

– Эй! – позвала Алиса шепотом в надежде, что ее услышит кто-нибудь на той стороне. – Эй, есть здесь кто-нибудь? Можете позвать Антона из пятого «В»? Мне нужно ему кое-что отдать.

Она не надеялась, что ей ответят, поэтому вздрогнула от неожиданности, когда просвет между досками заслонила тень.

– Ты кто? – спросили на той стороне.

– Меня зовут Алиса. Я вчера была здесь на уроке биологии. Мы с Антоном играли в прятки, а потом он кое-что у меня забыл. – Она показала фонарик.

На той стороне раздались тихие шаги и шушуканье. Потом другой голос сказал:

– Антон сегодня не пришел. Мы не можем его позвать.

– А вы можете отвести меня к нему? Как к вам попасть?

Дети снова шепотом посовещались. Алиса не разобрала ни слова.

– Понимаете, мне никто не поверил, что я была вчера с вами на уроке. А я очень хочу, чтобы меня зачислили в ваш класс. Скажите хотя бы, где он живет! Я сама отнесу ему фонарик. – Алиса переминалась с ноги на ногу от нетерпения.

За ее спиной раздались гулкие шаги, и девочка обернулась. А когда снова повернулась, детей за заколоченным проемом уже не было.

– Что ты здесь делаешь? – спросил ее сторож.

Алиса вздрогнула, попятилась и прижалась спиной к стене.

– Если тронете меня, я закричу! – предупредила она. – Очень громко.

– Тебе здесь быть нельзя! – отчеканил сторож. – Давай, уходи.

– Но там же другие дети! – возмутилась Алиса. – Почему я не могу пойти к ним?

– Там никого нет, поняла?

– Вы всё врете! Я только что с ними разговаривала, а вчера…

Бородатый человек бесцеремонно схватил ее за локоть и потянул в сторону.

– Слушай, девочка, – сказал он устало, – ты влипнешь в неприятности, если продолжишь лезть туда, куда не надо. Лучше иди на урок или к своей маме – и больше никогда сюда не приходи.

– Да что с вами такое! – Алиса дернулась и вырвала свой локоть из его руки. – Хорошо, я сейчас уйду. Только не надо меня опять хватать руками.

Она бросила взгляд на забитый досками проем – сквозь щели просачивался солнечный свет. В лучах медленно плыли пылинки.

– Идем. Я тебя провожу, – сказал ей сторож.

Алиса демонстративно зашагала вниз по лестнице, игнорируя его. Она шла быстро, но слышала тяжелые шаги за спиной до самого выхода из школы.

Оказавшись на безопасном расстоянии, девочка свернула на детскую площадку возле пруда. Потом спряталась за стволом большого тополя и еще раз осмотрела здание школы. Особенно то место, где заканчивался новый корпус, и начинался старый.

Должен быть другой вход. Ведь дети из класса Антона как-то туда попадают. Только вот ни крыльца, ни дверей у старого корпуса не было.

Нужно было спешить домой, ведь мама обещала позвонить в обед. Разочарованная тем, что план сорвался, Алиса бегом вернулась к коттеджам. В голове появлялись все новые и новые теории о пятом «В». Может, это дети военных, которым нельзя общаться с другими учениками? Или класс, на котором ставят какие-то эксперименты? Мысли взбудоражили. Нужно будет расспросить маму о том, чем конкретно занимаются на заводе.

Не успела она повернуть ключ в замке входной двери, как раздался телефонный звонок. Не разуваясь, Алиса подбежала к нему и схватила трубку.

– Алло? Мам, это ты?

– Привет, дорогая! – Мамин голос звучал устало и встревоженно. – Слушай, у нас здесь кое-что случилось, мне придется сегодня задержаться на работе. Нужно понаблюдать за одним прибором в лаборатории, без него мы не получим важных измерений. В общем, до начала комендантского часа не успею вернуться, тебе придется ночевать одной. Как думаешь, справишься?

Алиса напряженно молчала.

– Не обижайся, пожалуйста. – Мама старалась говорить ровно, но Алиса слышала, что она нервничает. – Такое больше не повторится, обещаю. Я позвонила Вадиму Сергеевичу, они с Катей зайдут тебя проведать. Хорошо? Алло, дочка, слышишь меня?

– Не волнуйся, мам, – сказала Алиса. – Я справлюсь, все будет хорошо.

– Ты мое солнышко! – Мама на том конце провода с облегчением вздохнула. – Я тебе еще позвоню, ладно? Ужин в холодильнике, только разогрей.

– Хорошо, я поняла. Не переживай.

– Я тебя люблю! – Мама вздохнула. – Через пару часов позвоню еще раз.

– И я тебя! – Алиса положила трубку.

В городе она бы обрадовалась тому, что будет ночевать в квартире одна. Можно было бы пригласить подружек и устроить пижамную вечеринку, всю ночь не спать, петь караоке или смотреть мультики. Но сейчас ей было не по себе, особенно после всего, что произошло в школе.

– Подумаешь! – сказала она сама себе вслух.

Потом включила на кухне телевизор на полную громкость, достала из морозилки брикет мороженого и отправилась наверх, в свою комнату.

6

Мама перезвонила через пару часов, и Алиса отчиталась ей, что никуда не выходила, съела ужин, а потом мороженое и почти дочитала книгу. Не успела она положить трубку, как раздался звонок в дверь.

– Кто там? – Алиса привстала на цыпочки, чтобы посмотреть в дверной глазок.

За дверью стояла задира Катя с картонной коробкой в руках и ее папа, директор школы.

– Здравствуй, Алиса! Это мы, Вадим Сергеевич и Катя. Мама тебя предупредила, что мы зайдем узнать, как твои дела?

– Это было совершенно необязательно. – Алиса открыла дверь. – Здравствуйте.

Директор с дочерью вошли, и Катя протянула Алисе коробку.

– Мы принесли пирожные к чаю, – сказал Вадим Сергеевич. – Ты не против?

– Сейчас чайник поставлю. – Алиса приняла коробку из рук Кати и поставила на кухонный стол. – А вы можете мне рассказать побольше про вашу школу?

– А что ты хочешь знать?

Вадим Сергеевич сел за стол и сложил руки перед собой.

– Ну… Про старый корпус, например. Почему туда нельзя ходить?

Директор поправил очки на носу:

– Потому что эта часть здания в аварийном состоянии. К тому же там много старого хлама, который сложили не очень надежно. Того и гляди что-нибудь упадет. Администрация Порубежной еще не решила, снести этот корпус или попробовать отреставрировать.

– Вообще странно, что ты смогла туда попасть, – подала голос Катя, – обычно там все закрыто наглухо.

– Разве там не проводят уроки? – предприняла последнюю попытку Алиса.

– Последний раз там были ученики год назад. С тех пор кроме школьного сторожа никто туда не заходил. Ну и кроме тебя.

Алиса поерзала на стуле, смутившись, но свисток чайника на плите разрядил обстановку. Катя открыла коробку с пирожными, а Вадим Сергеевич разлил чай по чашкам.

– Если тебе страшно ночевать одной, ты можешь сегодня побыть у нас, – предложил директор.

– С чего вы взяли, что мне страшно? – Алиса невозмутимо откусила кусок клубничного пирожного и едва успела ухватить падающую с него крупную ягоду.

Катя закатила глаза.

– Я должен был спросить. Но рад, что ты такая самостоятельная. Если что-нибудь понадобится, можешь в любое время звонить.

Он достал из кармана визитную карточку с номером телефона и положил на стол.

– Ага, спасибо. – Алиса принялась за второе пирожное, не сводя глаз с Кати.

Задира чувствовала себя не в своей тарелке, ей явно было неловко. Может, боялась, что Алиса расскажет отцу о столкновении на крыльце школы, или ей совсем не нравилась идея дружить, как и самой Алисе.

– Ну что же, мы, пожалуй, пойдем. – Вадим Сергеевич кашлянул в кулак и поднялся со стула.

Катя проворно вскочила вслед за ним.

– Спасибо за пирожные! – Алиса закрыла за гостями дверь на задвижку и, на всякий случай, еще на два полных оборота замка.

Они явно что-то скрывают! И школьный сторож, и директор. А эта Катя! Просто глаз с нее не сводила все время.

Алиса фыркнула. Запоздало вспомнила, что хотела спросить про брошку. В этой школе все так строго, вдруг и украшения с формой носить нельзя?

Она не спеша доела пирожные, а потом взглянула на часы – почти девять вечера. Комендантский час вот-вот начнется, и фонари на улицах Порубежной погаснут. Кто вообще решил, что в темноте безопаснее? Разве не проще ярко осветить все вокруг, тогда все и всех будет видно. Что-то скрывают не только в школе. Вся Порубежная – один большой секрет.

Зевнув, Алиса покосилась на телефон. Мама не позвонила еще раз. Может, поговорила с Вадимом Сергеевичем и решила, что у дочки все хорошо? Или что та уже легла спать?

Побродив немного по дому, Алиса забралась в кровать. Свет в комнате она погасила, а вот в коридоре оставила гореть и даже приоткрыла дверь, чтобы поток света проникал в спальню.

Мысли снова вернулись ко вчерашнему дню, уроку биологии и пятому «В». Алиса встала, взяла из рюкзака фонарик Антона и снова залезла под одеяло.

Фонари за окном разом погасли, и дом обступила плотная темнота. Алиса уже задремывала, когда за окном мелькнул всполох света. А следом еще один.

Девочка встала, вглядываясь в темноту сквозь узорные шторы. Потом подошла к окну и отдернула их.

По улице двигались в ряд яркие пятна света, похожие на рой светлячков. Как завороженная, Алиса следила за ними, а потом включила фонарик Антона и направила луч сквозь стекло к веренице других.

И ей ответили. Фонарики разом повернулись в ее сторону, и на секунду показалось, что на улице стало светло. Алиса смотрела во все глаза, но видела только смутные очертания детских фигур. Сердце билось так, будто она только что пробежала стометровку на уроке физкультуры.

Дети ждали еще несколько минут. Потом двинулись в прежнем направлении. Постепенно их силуэты скрылись, и улица снова стала непроницаемо темной.

7

Мама нашла ее на полу возле окна, завернувшуюся в одеяло и с фонариком в руке.

– Алиса, милая! – Мама крепко ее обняла. – Тебе было страшно? Прости меня, пожалуйста. Я больше не буду оставлять тебя одну на ночь, обещаю!

– Все хорошо, мам. – Алиса зевнула. – Просто мне хотелось узнать, что происходит на улице ночью, вот я и смотрела в окно, а потом заснула! Какие планы на сегодня?

– Сегодня же воскресенье! Так что предлагаю прогуляться, а потом испечь сладкого и посмотреть кино. Как тебе?

– Отлично! – Алиса потянулась и села. – А что на завтрак?

– Оладьи. Выбирай, шоколадные или банановые?

– Шоколадные!

– Тогда умывайся, одевайся и спускайся вниз! А я пока приготовлю.

Алиса с улыбкой проводила маму взглядом. А потом посмотрела на фонарик и сразу перестала улыбаться.

Это тоже был не сон.

Алиса решила, что в следующий раз она пойдет за этими детьми и все выяснит.

После завтрака мама решила съездить за покупками. Для этого пришлось покинуть Порубежную – в поселке было только два продуктовых магазина, аптека и один хозяйственный.

Алиса обратила внимание, что работник пропускного пункта, который в первый раз долго проверял мамины документы, сегодня просто помахал им рукой.

– Это потому, что у меня на машине теперь удостоверение! – похвасталась мама.

– А чтобы попасть к тебе на работу, мне, например, тоже будет нужен пропуск? – спросила Алиса.

– Нет, со мной тебя пропустят и так. А ты хочешь прийти ко мне на работу?

– Да, мне интересно, какой у тебя там кабинет и где вы обедаете, – соврала Алиса, и мысленно добавила: – «И чем вы там вообще занимаетесь таким секретным».

– Здо́рово! – обрадовалась мама. – Тогда завтра устрою тебе экскурсию после школы, идет?

– Ага! – Алиса отвернулась к окну. – Будет классно!

До соседнего городка они добрались за полчаса. В торговом центре Алиса выпросила у мамы энциклопедию о пауках, чтобы подарить Антону. Маме она, конечно, не сказала, для кого книга, а та вовсе не удивилась новому интересу дочери. Потом они поели в кафе, и Алисе стало казаться, что жизнь вот-вот вернется в прежнее, нормальное русло, без комендантского часа и загадочного класса в старом школьном корпусе.

Маме захотелось обновить гардероб, и они прошлись по магазинам с одеждой. Хоть Алиса и шутила, что в обновках будет очень удобно возить ее в школу и покупать продукты, – больше-то ходить в Порубежной некуда – мама все равно выбрала темно-красное платье и туфли-лодочки. Девочка подумала и тоже взяла себе новые кроссовки и голубую спортивную кофту с капюшоном. Правда, через десять минут залила ее вишневым морсом из стаканчика и расстроилась. Но мама, вместо того чтобы отругать ее, долго и заразительно смеялась, и Алиса стала смеяться вместе с ней.

В Порубежную они вернулись после обеда. Испекли торт «Рыжик» по рецепту тети Эли – с вареной сгущенкой и грецкими орехами. Потом смотрели кино про супергероев, пили чай с тортом, и Алиса сама не заметила, как задремала. Сквозь сон она чувствовала, как мама укрыла ее пледом и оставила на диване в гостиной.

До утра ей снились яркие бабочки и черные пауки в странном саду, полном хищных цветов и деревьев с радужной листвой.

А разбудил ее яркий солнечный свет из окна и аппетитный запах.

– Вставай, соня! – Мама уже жарила утреннюю порцию оладий. Бурлила кофеварка, шипел чайник на плите. – А не то я на работу опоздаю!

Алиса подняла голову и огляделась. Ее школьная форма висела на стуле, рядом стоял рюкзак.

– Вадим Сергеевич утром привез тебе учебники. Первый раз вижу такого заботливого директора! – Мама рассмеялась, выкладывая оладьи на тарелку. – Давай, завтракай, потом бегом чистить зубы и делать уроки. Катя написала тебе домашнее задание на листочке. Я заеду за тобой в обеденный перерыв и отвезу в школу.

– Хорошо. – Алиса встала и потерла глаза. – А тебе не кажется, что он странный?

– Кто?

– Ну, Вадим Сергеевич. Как-то это все подозрительно, как будто он специально за нами следит.

– Перестань. Здесь живет небольшое сообщество, все друг друга знают, работают вместе или рядом. Просто для нас это непривычно.

Алиса не ответила, втягивая носом аппетитный запах банановых оладий.

– Да, и вот еще. Пригласи Катю к нам в гости, ладно? Будет здорово, если вы и правда подружитесь! – Мама положила сковородку в раковину и пошла наверх одеваться.

Алиса фыркнула. Потом быстро достала из пакета и переложила в рюкзак купленную вчера энциклопедию о пауках. На сегодня у нее есть еще кое-какие планы.

Сделав домашнее задание, до обеда она слонялась по дому, переставляла вещи с места на место, и то и дело поглядывала на часы, а потом оделась и стала ждать. Мама приехала вовремя, посигналила с улицы. Она довезла ее до школы и буквально вручила Вадиму Сергеевичу и Кате, которые, как и обещали, ждали в школьном вестибюле.

– Какой у тебя любимый предмет? – поинтересовался директор.

– Биология, – ответила Алиса. – И русский. А математику не люблю.

– А Катя как раз любит математику. Она у нас отличница, очень хорошо решает задачи, так что можешь к ней обращаться за помощью, если понадобится.

– Угу. – Алиса с подозрением посмотрела на Катю, которая с равнодушным видом разглядывала что-то в другом конце вестибюля.

– Ну, тогда я пойду. Катя тебе все покажет. – Вадим Сергеевич ободряюще улыбнулся, попрощался с мамой и отошел в сторону.

Мама быстро обняла Алису:

– После уроков никуда не уходи. Я заеду за тобой и устрою экскурсию на заводе, как обещала.

– Хорошо, мам! – кивнула Алиса.

Ей уже не терпелось удрать от Кати и поискать вход в старое крыло.

– Ну что, пошли, – произнесла Катя. – Первым уроком литература. Покажу тебе кабинет, чтобы ты опять не заблудилась.

– Знаешь, я бы лучше одна тут побродила до звонка, – замялась Алиса.

– Ну уж нет! – возразила Катя. – Если ты опять заберешься куда-нибудь не туда, мне точно от папы влетит. Так что идем вместе.

Алиса понуро побрела за ней вверх по лестнице. На втором этаже располагались кабинеты для средних классов, в коридорах с гомоном носились и пятиклашки, и восьмиклассники.

Перед входом в кабинет Катя демонстративно пропустила новенькую вперед. Алиса вошла и огляделась. В классе было всего человек десять, считая ее. Все они разом подняли на нее глаза, и девочке стало неловко.

– Это наша новая ученица, – представила ее Катя, – которая в пятницу заблудилась в старом крыле.

Алисе показалось, что часть учеников посмотрела на нее с уважением, и она немного приободрилась.

– Я Самойлова Алиса, – представилась она.

– Привет, Алиса! – вразнобой ответил класс.

– Можешь пока сесть, где хочешь. Придет учитель и пересадит, если будет нужно. – Катя отправилась к своей парте, а Алиса обвела класс взглядом и выбрала застенчивую девочку с длинной косой, чем-то похожую на ее подругу Аню из предыдущей школы.

– А можно сесть с тобой? – спросила Алиса.

– Садись, конечно! – Девочка быстро убрала свой рюкзак с соседнего стула. – Меня зовут Лера.

– Приятно познакомиться! – Алиса улыбнулась в ответ.

Но только она хотела спросить Леру про пятый «В», как прозвенел звонок.

8

Ускользнуть от бдительной Кати удалось только на большой перемене. Вместе с Лерой Алиса отправилась на детскую площадку возле пруда, прямо за школьным двором. Они уселись на качелях, и Алиса уже собиралась было расспросить Леру о том, что она знает о старом корпусе, как Катя незамедлительно появилась.

– Ты что, опять сбежать вздумала? – возмутилась она.

– Мы просто посидеть здесь собирались, – вступилась за Алису Лера, – пока идет перемена.

Катя смерила ее высокомерным взглядом и опять обратилась к Алисе:

– Мне сказано за тобой смотреть. Поэтому давай-ка ты не будешь добавлять мне проблем и просто останешься на виду.

– Может, я не хочу, чтобы ты за мной следила! – возмутилась Алиса. – И дружить я с тобой тоже не хочу, ты мне не нравишься.

– Взаимно! – прищурилась Катя. – Но хотя бы пару дней давай сделаем вид, чтобы родители от нас отвязались.

– Ладно, – Алиса надула губы, – но имей в виду, что мне нужно будет ненадолго отлучиться. Передать кое-что одному… другу.

– Ты уже успела тут друзей завести? – удивилась Катя. – Быстрая ты.

– Вроде того. Проблема в том, что я не знаю, как его найти.

– Его? Твой друг – мальчишка?

– Его зовут Антон. Я знаю, что он учится в пятом «В» и что он любит пауков.

– У нас нет пятого «В». Только «А» и «Б», – подала голос Лера, и тут все трое примолкли, потому что на площадке появился человек.

Он был взъерошенный, как будто не расчесывался неделю. В растянутой футболке и очках, съехавших набок. Пошатывающейся походкой он подошел к краю пруда и остановился, неотрывно глядя на девочек.

– Это еще кто? – Алиса вскочила с качелей и попятилась.

Мама учила ее сразу убегать при виде подозрительных личностей, а этот человек выглядел очень подозрительно.

– А, это Чокнутый, – Катя махнула рукой, – не обращай на него внимания, он безобидный. Просто с катушек слетел.

– Это как?

– Ну, крыша поехала, – пояснила Катя. – Он раньше здесь работал, а потом заболел. Болтается здесь, улыбается все время и несет всякую ерунду. Говорят, он даже лежал в психушке.

Чокнутый улыбнулся еще шире и помахал девочкам рукой. Лера нерешительно помахала в ответ.

– Ну зачем ты его внимание привлекаешь? – брезгливо сказала Катя. – Сейчас придет, начнет опять рассказывать всякий бред, фиг от него отвяжешься.

– Все равно нам пора, скоро звонок будет. – Лера тоже встала с качелей.

– Так куда, ты говоришь, тебе нужно пойти? – Катя снова переключила внимание на Алису.

– Давай потом! – заторопилась Алиса.

Она побаивалась Чокнутого, и одновременно ей стало его жаль.

Девочки двинулись в сторону школы, а Чокнутый провожал их взглядом. Алисе показалось, что он смотрит именно на нее.

Когда уроки закончились, Алиса сразу побежала на школьную парковку. Мама еще не приехала, и девочка некоторое время стояла и наблюдала, как часть детей забирают родители, а остальные занимают места в большом школьном автобусе.

– Автобус отъезжает через пять минут! – объявил водитель по громкой связи, и ученики потянулись к парковке со школьного двора и детской площадки у пруда.

– А ты кто такая? – раздался голос за спиной.

Алиса вздрогнула и повернулась.

Перед ней стоял Чокнутый и улыбался. Стекла его очков пересекала тонкая трещина, одна дужка была сломана и небрежно перемотана синей изолентой.

Девочка попятилась.

– Меня зовут Алиса, – сказала она. – Я жду маму, она сейчас за мной приедет.

– Алиса, Алиса! – Чокнутый покачал головой. – А где твой белый кролик?

– У меня нет кролика.

– Кто же тогда покажет тебе дорогу? – Чокнутый рассмеялся.

– Дорогу куда?

Алиса сама не заметила, как достала из кармана фонарик Антона и сжала в ладони, как будто он мог уберечь ее от опасности. Чокнутый внимательно проследил глазами за ее движением и, увидев фонарик, переменился в лице.

– Что это такое у тебя? – спросил он шепотом.

Алиса разжала пальцы, показывая фонарик. Чокнутый нахмурился, потом закрыл лицо руками. Девочке показалось, что он готов расплакаться.

– Это не твое, не твое ведь. Зачем ты его взяла?

– Вы знаете, чей он? Знаете Антона? – рискнула спросить Алиса. – Мы играли в прятки после урока, и я не смогла отдать фонарик обратно – Антон взял и исчез. Теперь я нигде не могу его найти.

Глаза Чокнутого расширились.

– Эти дети приходят в третью смену. Только вот без фонарика твой друг не сможет найти дорогу в темноте. Тебе придется самой пойти туда.

– Куда мне нужно пойти?

– В Порубежную наизнанку, – сказал Чокнутый. – Вместе с детьми из третьей смены.

Из ступора Алису вывел автомобильный гудок. Она быстро спрятала фонарик в карман, а Чокнутый торопливо заковылял прочь с парковки.

– Алиса! – Мама помахала ей рукой из машины.

Девочка быстро подбежала к ней.

– Готова к экскурсии? – весело спросила мама.

Алиса кивнула, но думала она в этот момент совсем о другом. Чокнутый, конечно, и правда не в себе, но он узнал фонарик и точно знает про пятый «В». Как он сказал: «Дети, которые учатся в третью смену»? И что такое Порубежная наизнанку? Какая-то часть города, спрятанная от посторонних глаз?

– Мам, а сколько учебных смен в этой школе? – спросила Алиса.

– Как и везде, две. А что?

– Да так. Просто интересно. Здесь ведь все иначе: и суббота не выходной, и в форме надо ходить. Вдруг и третья смена есть?

Мама искоса посмотрела на нее и перевела тему:

– Как дела в школе? Уже завела подруг? Как тебе Катя?

– Если честно, не очень. Она сердитая какая-то и грубая. Но я сегодня сидела за одной партой с другой девочкой, Лерой. Знаешь, она чем-то похожа на Аню. Думаю, мы с ней подружимся.

– Ну вот и хорошо. – Мама с видимым облегчением вздохнула. – А насчет Кати… Я не думаю, что она плохая. Просто слишком серьезная. Дай ей шанс, и она наверняка тебе понравится. Обещай, что попробуешь, ладно?

Алиса промолчала. «Далась ей эта Катя!» – с досадой подумала она.

9

На территорию завода они въехали через огромные автоматические ворота, которые очень медленно поднимались и опускались. Алиса зажмурилась, представив, что будет, если они вдруг упадут на автомобиль. Наверняка перерубят пополам, как гильотина.

Про гильотину она узнала на факультативном уроке истории, когда проходили французскую революцию. Жуткий образ падающего смертоносного лезвия долго не выходил из головы, и сейчас Алиса постаралась прогнать мысли о нем.

Мама припарковала машину. Вход в здание завода был похож на пропускной пункт в аэропорту – два человека в форме осматривали всех, кто входил и выходил через рамки-сканеры. Мама прошла первой и сразу направилась к камерам хранения у стены. Алиса боязливо шмыгнула за ней, оглядываясь на охранников, но они не обратили на нее никакого внимания.

Мама взяла два пакета в одном из шкафчиков, потом они вошли в бесшумный лифт, похожий на ракету.

– Сначала перекусим, потом я покажу тебе, где работаю. Ты ведь наверняка проголодалась после уроков? – Мама открыла один пакет, достала и накинула поверх своей блузки белый халат. Потом протянула Алисе второй сверток: – Вот, надень. Здесь специальная накидка, защитная, без них по нашему заводу ходить нельзя.

Алиса послушно надела похожую на плащ от маскарадного костюма накидку. Мама заботливо помогла ей справиться с завязками.

Из лифта они вышли прямо в столовую.

– Здесь мы обедаем! Или ужинаем, если надо. Ну и в любой момент можно зайти просто попить кофе. – Мама обвела рукой просторное помещение со столами и стульями. Стены и потолок были стеклянными, а вся мебель белой. – Выбирай столик, а я пойду возьму нам еды. Не возражаешь против куриного супа?

Алиса помотала головой. Когда мама отошла, она осмотрелась. Большинство людей в столовой не обращали на нее внимания. Некоторые приветственно улыбались, если замечали ее любопытный взгляд. Девочка выбрала один из столиков у стеклянной стены и села. Отсюда была видна вся Порубежная, и сверху она казалась даже меньше, чем Алиса себе представляла.

– Ну как, нравится вид? – Мама поставила на стол два подноса с тарелками. – Смотри, вот наш дом! – Она указала пальцем, и Алиса сразу нашла нужную крышу.

– А что вы все-таки здесь делаете? – спросила девочка, уплетая суп. Он оказался очень вкусным, хотя Алиса и подозревала, что на самом деле он из пакетика, вроде лапши быстрого приготовления. – Я имею в виду, вы что-то изобретаете секретное?

– Сначала прожуй, потом спрашивай! – рассмеялась мама. – Завод производит разные экспериментальные приборы для институтов и исследовательских центров. Иногда мы даже сами не знаем, что собираем, – нам присылают чертежи и материалы, и мы просто делаем. А испытывают это все уже сами заказчики.

– Разве можно делать прибор и не знать, для чего он? – удивилась Алиса.

– Мы знаем, как они работают. Просто иногда нам не говорят, зачем они нужны. Но что поделать, государственная тайна! – Мама подмигнула. – Доедай, я покажу тебе свой кабинет и комнату для отдыха.

Алиса послушно съела суп, пирожок с капустой и выпила морс из прозрачного стакана. Мама отвела ее к ряду умывальников у соседней стены, помыть руки, а потом они снова вошли в лифт-ракету. Мама нажала кнопку следующего этажа.

– Здесь я провожу бо́льшую часть времени, – сказала мама, когда они вышли. Алиса оглядела светлые стены и автоматические двери, похожие на декорации космического корабля. – На каждом этаже есть комната для эвакуации на случай аварии, со средствами защиты и выходом на пожарную лестницу.

– А можно посмотреть?

– Конечно!

Они прошли еще немного, потом мама нажала кнопку в стене. Створки дверей бесшумно распахнулись, в помещении загорелся свет. Алиса обвела глазами полки с аккуратно сложенными костюмами химзащиты. Взгляд наткнулся на красную стеновую панель, похожую на пожарный щит.

На нем в ряд висели фонарики. Точно такие же, как тот, что сейчас лежал у нее в кармане.

– А это зачем? – спросила Алиса, с трудом скрывая волнение в голосе.

– Если вдруг отключится электричество, сработает аварийная система и оборудование перейдет в особый режим работы. Тогда нам понадобятся эти фонари. В их лучах видны излучения важных приборов, так мы сможем их контролировать. Фонарей ровно столько, сколько людей работают на этом этаже. Выносить их за пределы завода строго запрещено.

– Они что, опасные?

– Ну что ты, вовсе нет. Просто это особенная технология, секретная. Нельзя, чтобы она попала в руки кому-то чужому.

– Ясно. Скажи, мам, а на заводе случалось что-то необычное? Какие-нибудь аварии?

– Не волнуйся, даже если что-то произойдет, я буду в порядке. Ты же сама видела, какое тут все современное и как много всего сделано для безопасности.

– И все-таки были?

– Говорят, год назад отключалось электричество, – ответила мама. – Вышла из строя подстанция. Но это была не авария, просто небольшой сбой. Пострадавших нет, неполадки устранили, кое-какие системы заменили на новые. Так что никаких поводов для беспокойства. Ну что, идем дальше?

Алиса еще раз посмотрела на стенд с фонариками, а потом кивнула.

10

В школе на следующий день Алисе было неспокойно. Между уроками она выходила во двор и высматривала Чокнутого, жалея, что вчера испугалась и не расспросила его подробнее. Лера держалась рядом, ей было интересно узнать о загадочном друге Алисы из несуществующего пятого «В». Катя с явным неодобрением наблюдала за ними, но пока не вмешивалась.

– А что еще известно об этом Чокнутом? – спросила Алиса у Леры, когда на большой перемене они ускользнули на детскую площадку возле пруда. – Кем он был до того, как заболел?

– Школьным учителем, – с готовностью ответила Лера, как будто только и ждала возможности поговорить об этом. – Вел математику, кажется, а еще ходил с классами в походы и на экскурсии. Сейчас о нем мама заботится, она на пенсии, а раньше на заводе работала. Говорят, она даже хотела на них в суд подавать за то, что случилось с ее сыном, но потом передумала.

– Так это с ним случилось на заводе? – напряглась Алиса.

– Вроде как да… – Лера замялась. – Знаешь, родители не разрешают об этом спрашивать и сами не обсуждают. Вроде как секретная информация. Знаю, что он был на экскурсии, когда что-то случилось, ну и вот. – Она развела руками.

– А ты знаешь, что это такое? – Алиса показала ей фонарик Антона.

– Фонарик?

– Ну да, только он не простой. С завода. У них там в комнатах для эвакуации такие висят. Мама сказала, он не просто светит, а еще что-то там излучает.

– Ты что, стащила его с завода? – ужаснулась Лера.

– Да нет же. Мне дал Антон. Я же рассказывала тебе про мой первый день в школе. И про детей с фонариками. Точь-в-точь такими же!

– Если честно, я решила, что тебе приснилось, когда ты уснула в старом крыле. Так и директор сказал.

– А фонарик я из сна с собой прихватила, по-твоему?

– М-да, – Лера ненадолго задумалась, – наверное, спрашивать что-то еще у учителей бесполезно.

– Я тоже так думаю. Придется выяснять самим. Ты как, со мной?

Лера колебалась:

– А как мы будем выяснять? В старое крыло не попасть, вход туда заколочен, ты сама сказала.

– Попробуем спросить у Чокнутого. Он точно что-то знает, и фонарик узнал.

– Ладно, – Лера кивнула в сторону приближающейся к ним Кати, – осталось разобраться с еще одной проблемой.

– Эй, вы там! – окликнула Катя. – Есть разговор!

– Давай, выкладывай. – Алиса незаметно спрятала фонарик в карман.

– Папа решил, что будет здорово, если я устрою вечеринку с ночевкой для друзей. И очень настаивал, чтобы я пригласила тебя, – обратилась она к Алисе.

– Я приду, если мама разрешит. Но только вместе с Лерой.

– Да мне вообще все равно, – Катя тряхнула головой. – Чем больше народу, тем довольнее будет папа.

– А ты? – осторожно спросила Алиса. – Если ты не хочешь эту вечеринку, сказала бы отцу об этом.

– Ты не представляешь, каково быть дочерью директора. И старостой класса. И еще много кем только потому, что твой папа директор.

– Но это же неправильно, если тебя заставляют.

Катя посмотрела на нее, прищурившись:

– Хочешь сказать, твои родители тебя не заставляют делать ничего, что ты не хочешь? Так я и поверила.

– Мы с мамой обычно договариваемся и находим решение, которое нравится всем.

– Везет тебе. Значит, ты была не против переезда в Порубежную?

– Ну… – Алиса пожала плечами, – это было очень важно для мамы и ее карьеры. Поэтому мне пришлось согласиться.

– Вот видишь! – Катя с победным выражением лица задрала подбородок. – Они всегда заставляют нас делать то, что им нужно. Короче, жду вас обеих в пятницу около шести. Папа сам позвонит вашим родителям и предупредит. Возьмите с собой пижамы и зубные щетки.

Лера и Алиса переглянулись, а Катя зашагала обратно к школе.

– Как насчет того, чтобы удрать с этой ночевки и посмотреть, что творится, когда выключают все фонари, а? – предложила Алиса.

– Выйти на улицу в комендантский час? – удивилась Лера. – А если нас поймают?

– Кто?

– Взрослые? Охрана?

– В комендантский час по улицам ходит охрана?

– У меня папа работает в охране, его и других посменно назначают патрулировать. Поэтому он иногда бывает на улице ночью, когда всем остальным нельзя. Вдруг они нас поймают?

– И что они нам сделают? Отругают? Отвезут домой к родителям?

– Я не знаю. Но ведь комендантский час не просто так придумали, – все еще пыталась возражать Лера. – Вдруг это и правда опасно?

– Ты что, думаешь, по улицам ночью бродят мутанты? Или зомби?

Лера покачала головой:

– Думаю, если бы мой папа и его патруль встретили зомби, все бы об этом знали. Такое непросто скрывать.

– Мне кажется, если выходить по ночам правда было бы опасно, все бы об этом знали. И рассказывали бы друг другу, чтобы уж точно никто так не делал. Мы нарушим правило один раз, ничего страшного. Тем более, что у нас есть уважительная причина. Нам нужно найти Антона и вернуть ему фонарик. Потому что, если Чокнутый прав, – Антон не может без него приходить в школу на занятия.

– Это звучит довольно странно. И очень любопытно.

– Я тоже так думаю. Поэтому чем скорее выясним, что здесь происходит, тем лучше.

Девочки пожали друг другу руки. Алиса почувствовала, что Лера все еще не уверена в их плане, поэтому ободряюще улыбнулась:

– Это будет гораздо интереснее, чем пижамная вечеринка у Кати.

Лера хихикнула.

11

Остаток недели пролетел в привычном режиме. Алиса старалась по возможности не привлекать к себе внимания в школе. Один раз натолкнулась на сторожа, но сразу убежала, как будто он мог прочесть ее мысли и разгадать план. Каждый вечер она старалась не заснуть, чтобы еще раз увидеть в темном окне вереницу фонариков, но, как назло, крепко засыпала.

Наконец наступила пятница. После уроков мама сама отвезла ее к Кате и Вадиму Сергеевичу, пожелала весело провести время и сказала, что заедет утром следующего дня.

– Совершенно необязательно! – заявила Алиса. – Я сама приду домой, здесь недалеко. И хватит меня опекать, как будто я маленькая.

– Ладно, как скажешь, – мама нервно постучала пальцами по рулю, – но если что – сразу звони, хорошо?

– Не волнуйся! – Алиса поцеловала ее в щеку на прощание, и внутри что-то кольнуло, как будто она испугалась, что видит маму в последний раз.

«Все будет хорошо», – сказала она самой себе. Причин для страха нет, совсем никаких. Все получится, она найдет Антона, отдаст ему фонарик и книгу про пауков, а потом вернется домой.

И все-таки странное предчувствие не отпускало. Алиса помогала Кате, Лере и другим приехавшим девочкам оборудовать комнату для общей ночевки, выбирать фильм, готовить пиццу на вечер – и всё как будто на автомате. Лера несколько раз спросила, все ли у нее в порядке, но Алиса ограничилась кивком головы.

Когда за окном погасли фонари, в комнате тоже выключили свет, и все уселись перед экраном. Алиса и Лера тихо выскользнули в коридор.

– Где твоя одежда? – шепотом спросила Алиса.

Свою она заранее спрятала в пакете возле входной двери.

– Тут, – Лера показала ей свой рюкзак, – все время ношу с собой.

– Переоденемся, когда выйдем из дома. На всякий случай.

Лера кивнула. Они сменили выданные Катей тапочки на свои кроссовки, Алиса повернула задвижку и приоткрыла дверь. Девочки по очереди протиснулись через образовавшуюся щель, потом Алиса осторожно потянула дверную ручку на себя, чтобы закрыть.

Только оказавшись в кустах через дорогу, Алиса шумно выдохнула.

– У меня ощущение, что я нырнула под воду! – весело сказала она. – Так же голова кружится.

Лера боязливо огляделась по сторонам:

– Как все-таки жутко…

Вместо ответа Алиса достала фонарик Антона.

– Не включай сейчас! – засуетилась Лера. – Нас же заметят! Давай подождем, пока глаза привыкнут к темноте.

– А если мы пропустим детей с фонариками, пока будем ждать? – возразила Алиса.

Они уже переоделись, и Лера затолкала пижамы в пакет, чтобы спрятать под кустом.

– Кого ждать? – раздался голос со стороны дороги. Девочки едва не подпрыгнули от испуга. Между зарослями протиснулась Катя, и вид у нее был сердитый:

– Вы что, думали, я не замечу, как вы смылись? – грозно начала она, но Алиса умоляюще сложила руки и приложила палец к губам.

– Пожалуйста! – сказала она тихо. – Не выдавай нас. Мы вернемся через пару часов, может, раньше, никто и не заметит! Мне очень нужно найти Антона.

– Куда вы собрались?

Вместо ответа Алиса встала на цыпочки, осмотрелась, а потом показала рукой направление. Катя и Лера посмотрели туда и увидели едва различимые пятнышки света между деревьями.

– Это третья смена! – сказала Алиса. – Так назвал их Чокнутый. Они возвращаются с уроков, и мне нужно пойти за ними, чтобы вернуть Антону его фонарик.

Лера обхватила себя руками, как будто замерзла. Катя переводила взгляд с нее на Алису, потом произнесла:

– Никуда вы не пойдете. По крайней мере, без меня.

12

Ночи в мае обычно бывают светлые, но на Порубежную это, похоже, не распространялось. Почти наощупь девочки пробирались по обочине дороги, то и дело натыкаясь на кусты и бордюр. Лера настояла, чтобы Алиса не включала фонарик, пока они не подойдут ближе к детям. Тишину нарушало стрекотание сверчков в траве.

– Как думаете, нас уже заметили? – с тревогой спросила Катя.

– Если бы заметили, мы бы уже знали, – ответила Лера. – Папа рассказывал, что они ловили только одного нарушителя, и это был Чокнутый. Больше никто не выходил в комендантский час.

Катя хмыкнула. Алиса смотрела вперед, и на мгновение ей показалось, что она потеряла из виду идущих с фонариками детей. А еще она с досадой поняла, что забыла книгу в пакете с одеждой. Но возвращаться было слишком рискованно.

– А как же они? – спросила она у Леры, когда световой луч снова мелькнул в отдалении. – Почему их патруль никогда не задерживает?

– Я не знаю. Папа мне не рассказывал ни про какую третью смену.

– Я кое-что знаю, – встряла в разговор Катя. – Говорят, когда на заводе случилась авария год назад, Чокнутый был там не один, а со своим классом.

– И что? – Алиса затаила дыхание. Фонарики мелькали совсем близко, и она едва сдержалась, чтобы не побежать к ним.

– А то, что все дети погибли, и военные всё это скрыли. Чокнутый остался жив, но ты сама видела, в каком он состоянии.

– Хочешь сказать, это не настоящие дети, а привидения? – жалобно спросила Лера.

– Что знала, то и сказала.

Алиса остановилась, и Лера налетела на нее со спины. Катя встала рядом, и Алиса слышала, как она тяжело дышит – то ли от быстрой ходьбы, то ли от испуга.

Алиса достала фонарик и, направив в сторону других огоньков, включила. Девочки замерли. Дети из третьей смены остановились, лучи фонариков развернулись и на мгновение ослепили Алису.

Она зажмурилась и попятилась, задев плечом испуганно охнувшую Леру. Катя осталась стоять на месте, прикрыв ладонью глаза.

– Мне нужно увидеть Антона! – сказала Алиса. – Можно мне с вами?

Лучи света шарили по лицу, и ей совсем не было видно тех, кто держал фонари.

– Я хочу пойти с вами! – повторила Алиса и решительно двинулась вперед.

Дети опустили фонарики, и Алиса с облегчением потерла глаза рукой.

– Они ведь идут к заводу! – сказала Катя. – Интересно, зачем?

– Идем и узнаем! – Алиса ухватила за руку Леру, и все трое двинулись к детям, стоящим впереди.

– Привет! – нерешительно сказала Алиса.

Девочка во главе шеренги приложила палец к губам, а потом жестом велела им встать в конец строя. Когда Алиса, Лера и Катя послушались, дети снова пошли вперед.

– Вы объясните, куда мы идем? – встревоженно спросила Катя.

– На экскурсию после уроков, – спокойно ответил шагающий впереди мальчик. – Мы делаем так всегда.

– Они и правда похожи на зомби! – испуганно прошептала Лера.

Алиса ободряюще сжала ее руку в своей.

За всю дорогу никто из детей не произнес больше ни звука, и девочки тоже молчали. Впереди показалась огромная автоматическая дверь, через которую въезжали на территорию Алиса с мамой. Но шеренга прошла мимо. Лучи фонариков осветили небольшой проход прямо в стене здания. Дети встали напротив него полукругом и замерли.

– По одному, – скомандовала девочка, которая шла впереди всех.

Алиса с удивлением наблюдала, как от света фонариков очертания проема становились ярче и четче. Но как только лучи соскальзывали с какой-то его части, проем исчезал, и на его месте оказывалась кирпичная кладка.

– Моя мама говорила, что в свете этих фонарей видны какие-то особенные излучения, – торопливо зашептала Алиса девочкам. – Может, это секретная технология: с фонариком двери видно, а без него – нет?

– Военные разработки! – уверенно сказала Катя. – И нам наверняка влетит за то, что мы сюда пришли!

Тем временем дети один за другим скрывались в проеме. Сколько Алиса ни вглядывалась, ничего за ним рассмотреть не могла.

– Ладно, – решительно сказала она, – идем.

– Я не уверена, что хочу туда. – Лера отступила на шаг. – Прости, Алиса. Но это выглядит очень… опасно. Я боюсь.

– Я тоже подожду здесь. – Катя покачала головой. – Если тебя долго не будет, позову на помощь. Но лезть туда, – она кивнула на загадочный проход, – у меня нет никакого желания.

– Как хотите. – Алисе стало немного обидно и страшно. Но она уже проделала весь этот путь и понимала, что если сейчас поддастся панике, потом пожалеет. – Я только отдам Антону фонарик и вернусь. А потом расскажу вам, что удалось выяснить.

Одной из последних она нырнула в проход и на всякий случай зажмурилась. А когда открыла глаза, вокруг было тихо, темно и холодно.

– Эй! – Алиса посветила фонариком вокруг, но никого не увидела.

– Ты не из моего класса! – раздался за спиной обеспокоенный голос, и девочка быстро обернулась.

Перед ней стоял Чокнутый. Только выглядел он совсем иначе – на нем был строгий костюм с галстуком и новые очки.

13

– Откуда у тебя фонарик? – потребовал ответа учитель.

– Он у меня случайно оказался. – На всякий случай девочка спрятала фонарик за спину и отступила на пару шагов. – Я пришла, чтобы вернуть его владельцу. Вы ведь знаете Антона из пятого «В»?

Ей не нравился холод, от которого по коже бежали мурашки, не нравился пристальный взгляд этого нового Чокнутого. И то, что все дети внезапно пропали, ее напугало.

Чокнутый шагнул к ней, и Алиса, не выдержав, побежала назад. Вот только прохода в стене больше не было. Дрожащими руками девочка пыталась высветить проход фонариком, но видела только заросшие серым мхом кирпичи в стене.

Чокнутый схватил ее за плечо, но она вырвалась и снова побежала, не разбирая направления. Здание завода выглядело иначе – не было огромных автоматических ворот, пропускной будки и больших стеклянных окон, только старая кирпичная стена. Алиса бежала вдоль нее, пока та не закончилась, потом свернула в сторону ведущей к школе дороги.

Это была Порубежная, но другая.

Все дома выглядели заброшенными и обветшалыми. Палисадники заросли колючими кустами, окна были темными, а стекла в них мутными. Алиса бежала, пока не стала спотыкаться от усталости. Привыкшие к полумраку глаза различили здание школы впереди, и девочка не сразу поняла, что с ним не так.

Нового корпуса не было. Только старый, из осыпающегося красного кирпича, с маленькими окнами в облупившихся рамах. На месте детской площадки и пруда с тополями зияла дыра в земле.

Алиса осторожно приблизилась и заглянула внутрь. Грязевая жижа на дне шевелилась и чавкала. На поверхности надулся и лопнул большой пузырь, а под ним промелькнула чешуйчатая спина. Чей-то круглый глаз уставился на девочку из грязевого болота, моргнул и снова скрылся. Алиса отшатнулась. Сердце как будто подпрыгнуло к горлу. Она медленно отошла назад и перевела дыхание.

Что же делать дальше? Алиса почувствовала себя очень уставшей, ныли ноги и кружилась голова. Назад страшно – там странный новый Чокнутый, да и дети куда-то пропали. Может, вернуться туда позже, а сейчас пойти домой? Если, конечно, он существует на этой стороне.

Коттеджи тоже выглядели заброшенными. Добравшись до своего дома, Алиса дернула на себя дверь, и та неожиданно открылась. Внутри было темно, но включать фонарик она побоялась.

– Мам! – позвала Алиса на всякий случай. Никто не ответил.

Наощупь девочка поднялась по лестнице, добралась до своей спальни и залезла на кровать. Одеяло было холодным, но она все равно завернулась в него с головой, надеясь согреться, и сама не поняла, как уснула.

Алису разбудил настойчивый стук во входную дверь. Она вскочила с кровати, все еще не понимая, где находится. Сквозь штору пробивались тусклые рассветные лучи, всю спальню заполнила мутная дымка, похожая на туман. Это была ее комната, и в то же время не совсем та. Мебель, обои на стенах, вещи – все выглядело старым и брошенным. Высунувшись из-под одеяла, Алиса сразу замерзла. Поэтому завернулась в него, как в кокон, и на цыпочках спустилась вниз.

В дверь продолжали колотить. Девочка вжала голову в плечи и тихо спросила:

– Кто там?

– Впусти меня, пожалуйста. Я могу тебе помочь!

Голос был странный, как будто кто-то взрослый пытался говорить, как ребенок. Алиса поплотнее завернулась в одеяло и отступила от двери.

– Не бойся меня, пожалуйста. Я хочу помочь! Понимаю, что ты напугана и не знаешь, что делать. Ведь на этой стороне всё…

Алиса резко распахнула дверь, и стоящее на пороге существо покачнулось, едва не сбитое ею, но все же договорило:

– …наизнанку.

Перед Алисой стояло чудовище, похожее разом на большую кошку и сказочного единорога. Густой мех был такого черного цвета, что, казалось, впитывал свет, а в заостренных копытцах застряла жухлая трава. Длинный хвост с кисточкой на конце беспокойно мотался из стороны в сторону. Голову с большими ушами венчал витой и острый рог, огромные черные глаза без зрачков уставились прямо на Алису.

Девочка закричала от испуга, уронила одеяло и попятилась. Существо зажмурилось, прижало к голове кошачьи уши.

– Не подходи ко мне! – Алиса попыталась захлопнуть дверь, но существо ловко проскочило в дом.

– Пожалуйста, не бойся! – попросило оно. – И не кричи так, а то сбегутся сюда всякие, кто пострашнее.

– Кто ты? Что тебе надо? – Алиса на всякий случай залезла на стол и схватила первое попавшееся – крышку от кастрюли.

Крышка на ощупь оказалась склизкой, как будто заплесневевшей, и девочка с отвращением бросила ее в чудовище. Оно увернулось, скользя копытами по кафелю, и укоризненно покачало головой:

– Я видела тебя вчера вечером, проследила за тобой от школы. Решила дать сначала поспать, чтобы ты отдохнула, а потом уже подойти и помочь. А ты вот как, вещи в меня бросаешь. Если не станешь меня слушать – быстро превратишься в такую, как я. И никогда уже отсюда не выйдешь. Поняла?

Алиса выдохнула и досчитала про себя до десяти и обратно. Существо наблюдало за ней, не делая попыток приблизиться снова.

– Ладно, – Алиса старалась успокоиться, но сердце все равно стучало в ушах, – только не подходи ко мне близко.

Существо оскалилось, и девочку снова накрыла волна паники. Алиса не сразу поняла, что оно так улыбается.

– Ты, наверное, нарушила комендантский час и пошла за детьми с фонариками? – спросило существо. – Я тоже. Но так и не смогла найти дорогу назад. Без фонарика это невозможно.

– У меня есть фонарик, – осторожно сказала Алиса.

– Откуда? – Существо так разволновалось, что шерсть на загривке встала дыбом.

– Мне его оставил один мальчик. Я хотела вернуть, но дети из его класса сказали, что он не пришел.

– Потому что без фонарика не найти ни входа, ни выхода! Если он у тебя есть, значит… значит, и я могу попасть домой? Слушай, – существо в нетерпении облизнулось ярко-красным языком, потом моргнуло, – чтобы ты перестала меня бояться и поверила мне… посвети на меня фонариком. Увидишь меня такой, какая я на самом деле.

Алисе совсем не хотелось показывать фонарик – вдруг существо захочет его отобрать? Но любопытство победило. Не сводя глаз с монстра, она достала фонарик из кармана и включила.

Очертания чудовища в свете размылись, и Алиса увидела девочку. Ненамного старше ее самой, одетую в знакомую школьную форму – белую рубашку и сарафан в синюю клетку.

– Меня зовут Тамара. Я учусь в восьмом «А». Точнее, училась, до того, как попала сюда. А тебя как зовут?

– Алиса, – ответила Алиса, озадаченная этим преображением.

Как только она выключила фонарик, на месте Тамары снова стояла химера с рогом.

– Теперь понимаешь? – Существо снова моргнуло. – Если задержишься, начнешь изменяться, как всё здесь.

– Мне нужно отдать фонарик Антону, и мы с тобой выйдем отсюда! – решительно сказала Алиса.

– Если отдашь ему фонарик – не выйдем.

– Он откроет для нас проход, я уверена. Нельзя лишать его возможности возвращаться в… нормальный мир.

– Никто из детей с фонариками не согласился мне помочь, хотя я просила. А их учитель…

– Это Чокнутый! Но я недавно видела его возле школы, там, на другой стороне. Днем, и без фонарика.

– С учителем все сложнее, видишь ли, он… располовинился.

– Это как?

– Это всё ученые, у них на заводе что-то случилось. Поэтому открылся проход на изнанку, а учитель и его класс оказались в эпицентре. Дети переместились сюда, а вот он оказался одновременно и там, и тут. Точнее, его половина. Изнанка того, чем он сейчас является. Вывернуло его, понимаешь? – Существо захихикало.

– Тебя, получается, тоже? – Алиса кивнула на копыта и рог. – Но ты выглядишь жутковато. Как… – она помедлила, вспоминая слово, – как химера.

Тамара, кажется, сму тилась:

– Может, такая я и есть изнутри?

Алиса подумала, что было бы интересно узнать, какая изнанка у нее самой, но вслух не сказала.

– Если ты готова, найди теплую одежду и иди за мной. Попробуем отыскать твоего Антона и выход отсюда. – Тамара в нетерпении мотала из стороны в сторону хвостом.

Алиса осторожно слезла со стола и, все еще опасливо поглядывая на существо, поднялась наверх. Вся одежда в шкафах пахла плесенью.

– Это потому, что на другой стороне она вся чистая. Поищи то, что точно было грязным, – посоветовала Тамара за ее спиной.

Алиса зашла в ванну и достала из стиральной машинки голубую спортивную кофту. Она помнила, что залила ее вишневым морсом в торговом центре сразу после покупки. Но здесь кофта выглядела абсолютно чистой.

– Мир наизнанку, значит? – Алиса не знала, чего в ней сейчас больше, – любопытства или желания поскорее вернуться домой. – Это только Порубежная, или другие города тоже?..

– Только Порубежная. – Химера шевельнула ушами. – Я думаю, все дело в радиусе действия прибора.

Алиса надела кофту и натянула на голову капюшон.

– Ладно, пошли. Надеюсь, мы скоро будем дома.

14

Здесь все было затянуто дымкой. На тусклом сером небе ни облачка, неподвижный холодный воздух покалывал кожу, как будто в нем застыли невидимые снежинки. Алиса сжала руки в кулаки и втянула в рукава кофты. Химера шла рядом, цокая по асфальту копытами.

– Вот как выглядела бы необитаемая Порубежная? – Девочка всматривалась в дома с темными окнами и заросшие палисадники.

– Эта Порубежная очень даже обитаема, – возразила Тамара. – Далеко не все ее жители безобидны, зато все хорошо умеют прятаться. Так что старайся не отходить от меня далеко. Я смогу тебя защитить.

Алиса на всякий случай шагнула ближе к химере, хотя на самом деле еще не решила, кто страшнее – уже знакомый монстр, утверждающий, что на самом деле школьница, или незнакомые, прячущиеся от посторонних глаз.

– Разве мы не в школу идем? – удивилась Алиса, когда они свернули с дороги.

– Нет, конечно. Твой приятель совсем в другом месте.

Они дошли до развилки, где в настоящей Порубежной стоял маленький продуктовый павильон. Алиса сбавила шаг, осматривая его. Стены металлического вагончика сплошь покрывали сухие ветки плюща и кляксы разрастающейся ржавчины, хотя девочка точно помнила, что он был ярко-зеленым. Вывеска висела криво, на одном гвозде, а буквы на ней почти стерлись.

Через маленькое окошко Алиса заметила внутри движение, а потом услышала тихий жалобный писк.

– Нам лучше поторопиться, – сказала Тамара, заметив, что ее спутница почти остановилась. – Ты же не хочешь опоздать домой к ужину?

– Там кто-то есть! Похоже, он застрял и хочет выбраться!

Как будто в подтверждение из вагончика раздались настойчивые царапающие звуки.

– Пойдем! – Химера нетерпеливо притопывала копытцами.

– Может, надо его выпустить? – Алиса подошла к двери. Она была закрыта снаружи на маленькую ржавую щеколду.

– Если кого-то там заперли, то это неспроста.

– Но он же просит о помощи, слышишь?

Писк за дверью перерос в тихий скулеж.

– Похоже на щенка! – Алиса решительно отодвинула щеколду и распахнула дверь. – Зачем запирать тут собаку?

Тамара, ощетинившись, попятилась.

Из темноты павильона появилась одна мохнатая нога. Потом другая. Оцепеневшая Алиса смотрела, как из вагончика медленно выбирается огромный паук. Он остановился, разглядывая девочку четырьмя парами глаз. Потом заметил Тамару, угрожающе присел и быстрыми семенящими шагами направился к ней.

Химера зашипела и бросилась бежать. Паук был больше нее в два раза и быстро догонял. К тому же раздвоенные копытца девочки-монстра то и дело застревали в высохших, но все еще крепких стеблях плюща, покрывающего землю вокруг павильона. Алиса громко закричала и побежала за ними, пытаясь отвлечь паука на себя. Но он уже догнал Тамару и навис над ней. Химера развернулась, наклонила голову, готовясь ударить преследователя рогом. Алиса бежала к ним и понимала, что не успеет, – кто-то обязательно поранит другого.

Внезапно возникшая в голове мысль заставила девочку остановиться. Вытащив фонарик, она включила его и направила на паука.

Сразу став маленьким, совсем незаметным, он провалился в сухие ветки плюща и забарахтался там.

– Отойди на безопасное расстояние! – крикнула Алиса Тамаре. – Я буду светить на него, пока ты не спрячешься.

Химера посмотрела на нее, потом на своего обидчика, но вместо того, чтобы отойти, решительно занесла копыто над сухими стеблями.

– Что ты… – выдохнула Алиса и погасила фонарик, но было поздно.

Тамара яростно била копытом сухой плющ, размолов его в труху. Судя по тому, что паук больше не появился, месть удалась.

– Зачем ты это сделала?

– Зачем ты его выпустила? – спросила в ответ Тамара. – Глупая девчонка! Я ведь тебя предупреждала! Хорошо, что додумалась использовать фонарик! А ну-ка дай его мне, еще потеряешь!

Алиса поджала губы и отступила назад.

– Нет! – твердо сказала она. – Фонарик останется у меня. А потом мы отдадим его Антону, и он выпустит нас отсюда. А ты… ты очень злая.

С этими словами Алиса пошла вперед.

– Думаешь, если бы ты провела здесь столько же времени, сколько и я, осталась бы добренькой и продолжала всех жалеть? – Химера догнала ее и пошла рядом.

Алиса продолжала молчать. Ей было очень жаль паука, а Тамара нравилась все меньше.

– Ну ладно, прости меня, – примирительно сказала химера. – Я очень испугалась. Кстати, нам вот туда! – Она махнула головой в сторону.

Алиса повернула голову и увидела покосившийся двухэтажный дом из потемневших от времени бревен.

– Что это за место? – спросила она.

– Это дом, – с готовностью ответила Тамара. – Для всех тех, кто пришел с той стороны.

– И Антон здесь?

– Зайди и узнаешь. – Тамара села на землю и неуклюже почесала ухо копытом. – Может, здесь, а может, и нет.

Но Алиса не спешила заходить.

– Может, пойдешь первой?

– Сначала ты, я следом!

– Мне кажется, ты врешь. Ты сказала, что просила детей с фонариками тебе помочь, но они не согласились. А почему ты просто не отправилась с ними, когда они шли в школу? Или не воспользовалась чьим-нибудь фонариком? И если все с той стороны сейчас в этом доме, что тебе мешает самой зайти и взять фонарик?

Химера, казалось, расстроилась.

– Ладно, – проворчала она. – Нет там твоего Антона. Я просто хотела кое-что тебе показать. Кое-что интересное.

– Показывай здесь, снаружи! – потребовала Алиса.

Бревенчатый дом ей не понравился. Казалось, он вот-вот рухнет, и запах изнутри шел очень неприятный. Заходить туда совсем не хотелось, тем более после того, как Тамара призналась, что Антона там нет.

– Ладно, смотри. Только отойди на всякий случай в сторону. – Тамара оскалилась в улыбке, потом поддела копытом камешек, лежащий на траве, и с удивительной меткостью забила его в приоткрытый дверной проем.

Буквально через пару минут из него вылетело два камешка. Как будто кто-то изнутри бросил их обратно.

Химера подвинула камешки друг к другу и посмотрела на девочку.

– Не понимаю, что в этом такого? – рассердилась Алиса. – Ты бросила один камень, кто-то бросил в тебя два. Кто там прячется? Еще один монстр?

– Ты удивишься, но там совсем никого нет. Никого вроде нас с тобой, я имею в виду. И посмотри внимательно на камни! Они одинаковые.

Девочка присмотрелась. Камни и правда были похожие: одинаковой формы, цвета, и даже блестящие гранитные крапинки повторяли друг друга.

– Туда можно забросить все что угодно! – пояснила Тамара. – И получить второе точно такое же. Может, попробуем с фонариком? Тогда один будет у тебя, а другой у меня.

– Ну вот уж нет! А если он не вернется обратно?

Алиса нерешительно подошла ближе и заглянула в дверной проем.

В доме стояла абсолютная непроницаемая темнота, как будто кто-то разлил чернила, которые заполнили каждый угол и каждую трещину. Не найдя ничего подходящего, чтобы попробовать, она забросила внутрь подобранную с земли ветку.

И сразу отшатнулась, потому что две ветки со свистом вылетели наружу.

– А ты сама не пробовала туда заходить? – спросила она Тамару.

– Вот еще! Зачем мне две меня? – удивилась химера.

– А две меня тебе зачем? Почему ты хотела, чтобы я туда зашла?

Химера, казалось, немного смутилась:

– Видишь ли, мне ужасно надоело быть одной. Я подумала, вдруг, если тебя станет две, одна из вас захочет остаться и жить со мной вместе?

Алиса с опаской покосилась на нее, потом посмотрела по сторонам. Судя по всему, от этой странной девочки-химеры толку не будет, искать Антона придется самой. Вот только где? Вернуться к заводу и ждать, пока дети снова там появятся? Или попробовать поискать их в школе?

– Если хочешь, можем пойти к школе, – словно прочитав ее мысли, сказала Тамара. – Я больше не буду тебя обманывать, обещаю. Ты не представляешь, как сложно не сойти с ума в этом месте!

– Не представляю, – согласилась Алиса. – И не очень хочу представлять. Поэтому нужно быстрее отсюда выбраться.

Она решительно зашагала по дороге.

Химера поднялась с земли и последовала за ней.

15

Вместо знакомой аллеи впереди раскинулась серая пустошь. Алиса хорошо помнила, как это место выглядело в настоящей Порубежной – ровные тротуары с белыми бордюрами вдоль стриженых газонов и клумб с тюльпанами и нарциссами. Ряд цветных киосков, в которых продавали мороженое, прохладительные напитки и сладости. Здесь же вся площадка была покрыта ровным слоем серой, похожей на пепел почвы.

Заметив, как внимательно смотрит на пустошь девочка, химера сказала:

– Я бы тебе не советовала туда соваться.

– Это почему? – спросила Алиса. – На первый взгляд там вообще ничего нет.

– Только на первый взгляд! – Тамара ускорила шаг, обогнала Алису и обернулась, в нетерпении болтая из стороны в сторону хвостом. – Лучше поверь мне на слово. Я не знаю, что там, но видела разных существ, которые туда заходили и не возвращались. Идем дальше.

– Вообще-то я и не собиралась туда идти, но после твоих слов решила, что нужно попробовать.

Алиса развернулась и зашагала к пустоши.

– Я не шутила! – Химера подбежала к ней и встала, преграждая дорогу. – На этот раз нет!

– Может, там есть какой-то невидимый вход? – Алиса достала фонарик. – Еще один портал, где прячутся дети?

– Да нет же! – Тамара помотала головой. – Там плохое место, туда не надо заходить.

– А на другой стороне здесь киоски с конфетами, – возразила Алиса.

Она направила луч фонарика на серую почву, но ничего не изменилось. Только легкая рябь пробежала по воздуху.

– Я тебя предупреждала, если что! – рассердилась Тамара. – Сгинешь тут и никогда не вернешься домой, слышишь?

Алиса не ответила, рассматривая, как колеблется воздух под лучом фонарика. Чем дольше она светила на одно и то же место, тем быстрее становилась рябь. Девочка подошла ближе. Прозрачная поверхность невидимой стены изменилась и начала переливаться радужными оттенками, как масляная пленка на воде.

– Ого! – Алиса осторожно прикоснулась к ней подушечкой указательного пальца.

Палец наткнулся на упругую преграду, потом преодолел ее и оказался внутри. Девочка отдернула его и осмотрела. Кожа несколько секунд переливалась, как будто Алиса окунула палец в пузырек с перламутровой краской, а потом снова стала нормальной.

– Не ходи туда! – в последний раз попросила химера, но Алиса, зажмурившись, нырнула в загадочную субстанцию, как в воду.

Сначала ей стало тепло. После колючего воздуха другой стороны девочка с удовольствием расправила плечи, потом открыла глаза.

Ее окружал сад. Узловатые яблони и вишни цвели, наполняя воздух сладковатым запахом. Под ногами стелилась изумрудного оттенка трава.

– Вот это да! – воскликнула Алиса, но не услышала собственного голоса.

Она попробовала еще раз, но звука не было. Девочка подошла к дереву и постучала по стволу. Пальцы почувствовали шершавую кору, а стука не прозвучало.

– Эй! – громко сказала Алиса, но что-то будто проглотило звук в самом начале.

Она чувствовала, как напрягается горло, но сколько бы ни старалась, вокруг стояла плотная непроницаемая тишина.

На секунду Алису охватила паника. Она подумала о вакууме – таком, как в космосе – в котором нет звуков и совсем не получится дышать, – и едва не задохнулась от страха. Но потом сделала глубокий вдох, взяла себя в руки и еще раз внимательно осмотрелась.

Под яблоней росли кустики, похожие на клубнику. И, конечно же, Алисе немедленно захотелось клубники так сильно, что она даже почувствовала ее аромат. Раздвинув листья, девочка обнаружила на стеблях несколько сочных ягод.

Недолго думая, она сорвала их и отправила в рот, ожидая почувствовать вкус такой же яркий, каким был запах.

Но вместо ягодной мякоти Алиса ощутила на языке жесткий песок.

Запах был таким сильным, что она не удержалась и попробовала снова.

И снова во рту оказалась земля.

Так сложно сопротивляться аппетитному аромату клубники! Вот же она, у нее в руках. Алиса в недоумении перебирала в руках ягоды и снова попыталась съесть одну.

Тем временем кто-то ухватил ее за кофту и настойчиво потянул назад. Алиса обернулась и увидела Тамару. Химера сердито щурила черные глаза и тащила девочку из беззвучного сада зубами за край капюшона.

Алиса схватила несколько ягод в надежде, что за пределами сада они станут съедобными. Но как только химера выволокла ее за прозрачную стену, обнаружила в руках серый песок.

– Что это такое? – Алиса, не стесняясь, с отвращением выплюнула все, что успела засунуть в рот. На зубах неприятно скрипели песчинки.

– Это обманка. Ловушка. – Тамара брезгливо отряхнулась, избавляясь от частичек перламутровой пыли на своей черной шкуре. – Я же говорила тебе не ходить туда.

– Мало ли, что ты говорила! – рассердилась Алиса. – Еще ты говорила, что в том доме Антон и другие дети, но их там нет. Могла бы предупредить, что за этой стеной… такое!

– А ты бы мне поверила? – огрызнулась химера.

– Но зачем это здесь? Для чего? Я не понимаю, какой смысл в беззвучном саде с фальшивыми ягодами!

Химера вместо ответа мотнула головой в сторону. Алиса проследила взглядом за ее движением и увидела множество маленьких птичьих скелетов.

– Что это значит? – От такого зрелища девочке стало не по себе.

– Оно заманивает птичек и мелких животных запахом вкусных фруктов, а когда те наедаются землей, переваривает их. – Тамара смерила Алису взглядом с ног до головы и задумчиво добавила: – Тебя оно, конечно, не смогло бы переварить, ты слишком большая. Но кто знает, если бы ты набила желудок песком и не смогла двигаться…

– Все. Хватит, я поняла, – Алису передернуло от отвращения, – давай-ка продолжим путь.

– Как скажешь. Главное, не потеряй фонарик. Или лучше отдай его мне.

– Ну уж нет! – Алиса стиснула фонарик в кармане и зашагала вперед.

Химера, недовольно цыкнув, последовала за ней.

16

Путь до школы Алиса решила срезать через парк. В той, другой Порубежной, это был ухоженный сквер с подстриженными кустами и ровными дорожками. Здесь он больше походил на лес. Голые деревья без намека на листву плотно соприкасались массивными ветвями, создавая над головой крышу, сквозь которую едва пробивался свет. Алиса включила фонарик и решительно шагнула между стволами. Химера с опаской следовала за ней, не решаясь возражать. После неудачи с попыткой заманить девочку в дом и садом-ловушкой она явно решила вести себя осмотрительнее.

Фонарик выхватывал фрагменты зеленой травы и белой краски на стволах деревьев. Но стоило ему соскользнуть в сторону, как снова была видна только серая кора и голые ветки. Алиса начала привыкать к этому раздвоению мира и приободрилась. Даже начала петь вполголоса и воображать, как скоро вернется домой. До тех пор, пока кто-то не схватил ее за капюшон и не поднял над землей.

Тамара зашипела и закрутилась волчком под Алисой, беспомощно размахивающей руками и ногами в воздухе.

– Что происходит? – Алиса вертела головой, пытаясь рассмотреть то, что было у нее за спиной.

Она вслепую направила фонарик через плечо в надежде, что обидчик уменьшится в размерах, как это случилось с пауком, но ничего не произошло. Ее поднимало все выше.

– Пожалуйста, не надо! – упрашивала кого-то химера внизу. – Она мне нужна, оставь ее!

Судя по последовавшему за этим короткому взвизгу, ей ответили коротко и однозначно.

– Алиса! – раздался тихий голос. – Алиса, не бойся!

– Кто вы? – Девочка почти достала руками до переплетенных веток.

Стараясь не уронить фонарик, она кое-как уцепилась за них и начала раскачиваться, чтобы закинуть ноги и забраться на дерево.

– Мы тебе поможем. Мы знаем, где другие дети.

– Она тоже говорила, что знает, но обманула! – возразила Алиса. Ее попытка забраться на ветки удалась, и теперь она чувствовала себя гораздо увереннее. – Так что нет, я вам не верю, и мне не нужна помощь. Я сама найду класс, и выход отсюда тоже.

– Какая же ты у меня смелая, совсем взрослая! – сказал другой голос, и Алиса на миг похолодела, узнав его.

– Мама? – Алиса вцепилась в ветку так, что побелели костяшки пальцев. – Мама, ты здесь?

– Конечно, милая, я здесь, чтобы помочь тебе! – прошелестело в ветвях.

– Где ты? – Девочка до рези в глазах всматривалась в сумрачные переплетения стволов.

– Я здесь! Иди сюда! – ласково позвал голос.

Алиса осторожно поползла по ветке вперед. Гладкая кора скользила под пальцами, и она едва не выронила фонарик, стараясь уцепиться. Она ползла, пока не уперлась в широкий ствол.

– Мама? – еще раз позвала Алиса.

Кора на стволе заскрипела и начала медленно разъезжаться в стороны, открывая темное круглое дупло.

– Сюда, дорогая! Иди ко мне! – подбадривал мамин голос.

– Не верь им! Они читают твои мысли! – донесся слабый голос химеры снизу, а потом снова жалобный взвизг.

Алиса на секунду поддалась панике, едва не упала с ветки, а потом разозлилась:

– Моя мама на той стороне. Ее здесь нет и не может быть! – сказала она громко.

Дерево в ответ снова заскрипело, дупло открылось шире, и из него потянуло знакомыми запахами – мамины духи, утренние оладьи, ее, Алисы, шампунь с клубничным запахом.

– Вы украли их из моей головы! – сердито сказала Алиса и направила в дупло луч фонарика.

Скрип прекратился и дупло исчезло. В свете фонарика Алиса увидела картинку с той стороны – яркие тополиные листья и хвост белки, проворно карабкающейся по стволу.

Все затихло.

– Эй! – Алиса посмотрела вниз, ища Тамару. – Эй, ты где? Я сейчас постараюсь спуститься.

Ответа не было, поэтому Алиса взяла фонарик в зубы и, как следует обхватив руками ствол, начала спуск. Кора дерева была скользкой – или это вспотели руки – и постоянно казалось, что она вот-вот соскользнет вниз и разобьется.

То ли подействовал свет фонарика, то ли в самом деле высота не была такой большой, как показалось с перепугу, но очень скоро ноги коснулись земли. Алиса отняла руки от дерева и села на землю.

Химера обнаружилась неподалеку. Древесные корни и ветви обхватили ее за шею и прижали к стволу, поэтому она слабо дергала ногами и тяжело дышала. Алиса бросилась к ней, начала распутывать. Некоторые ветки легко отгибались в стороны, другие с хрустом ломались на части. Освободившись, Тамара тут же вскочила на ноги и отбежала от дерева на безопасное расстояние.

– Прости, идея идти через парк была неудачная, – сказала ей Алиса.

Химера тряхнула головой:

– Ладно, не одной же мне совершать ошибки. Надеюсь, ты не потеряла фонарик?

Алиса незаметно похлопала рукой по карману кофты. Фонарик был на месте.

– Идем, – сказала она Тамаре. – До школы недалеко. Главное – не подходить к деревьям и не слушать их голоса, верно?

Тамара одобрительно кивнула.

«Вообще-то она могла бы и заранее предупредить о деревьях-телепатах, – подумала Алиса, – или сказать спасибо за то, что ее спасли».

Но химера шла молча, на всякий случай выставив вперед свой рог.

Парк закончился. На другой стороне дороги Алиса увидела яму на месте детской площадки. А за ней – старый школьный корпус.

17

Этого крыльца она раньше не видела. Должно быть, на той стороне его снесли, когда пристраивали новую часть. По бокам ступенек стояли две цементные клумбы с землей, из которой торчали тонкие стебли с похожими на колокольчики бутонами. Алиса потянулась к одному из них, но цветок внезапно щелкнул лепестками, как пастью, и едва не укусил ее за палец. Алиса быстро отдернула руку.

– Здесь гораздо интереснее, чем дома, правда? – спросила Тамара.

– Кусачих цветов я точно раньше не видела, – согласилась Алиса и, на всякий случай держась подальше от клумбы, поднялась по ступенькам к входной двери. – Но мне куда больше нравятся обычные. А тебе?

Химера не ответила. Большие кошачьи уши настороженно прижались к голове, а копытца цокали по ступенькам. Внезапно она поскользнулась, и ноги разъехались в стороны. Алиса едва успела схватить свою спутницу за шею, чтобы удержать от падения.

– Задушишь же! – возмутилась Тамара. – Споткнулась просто, подумаешь! Со всеми бывает.

– Я просто помочь хотела. – Девочка осторожно отняла руки от монстра, но, не удержавшись, легонько погладила черный, блестящий мех.

Ей показалась, химера не возражала. Как будто даже довольно ухмыльнулась зубастой пастью.

«Наверное, ей ужасно одиноко здесь, – подумала Алиса, – и очень хочется домой. Поэтому она так странно ведет себя со мной».

– Пошли уже внутрь. – Тамара отряхнулась и толкнула носом девочку в бок. – Ты первая.

Алиса открыла дверь и вошла. Так она и представляла себе деревенскую школу – небольшой вестибюль с узкими зелеными скамейками вдоль стен, выцветший линолеум на полу. Из вестибюля вели два тускло освещенных коридора: один вперед, второй налево. Алиса выбрала первый. Над головой мерцала единственная лампа без плафона.

– А ты, наверное, бывала на уроках в старом корпусе, да? – обратилась она к Тамаре и, не услышав ответа, обернулась. Химеры рядом не было. – Эй, где ты?

Внезапная тишина вылилась на нее, как ведро холодной воды. Алиса зябко поежилась, спрятала руки глубже в карманы кофты. После спуска с дерева ладони жгло и саднило. Она не решилась осмотреть их, подозревая, что сильно ободрала кожу. Особенно, когда выпутывала из древесной ловушки Тамару. Интересно, куда она делась? Неужели решила сбежать? Или с ней что-то случилось? Опять споткнулась и упала? Наверное, непросто передвигаться на копытах, когда до этого всю жизнь ходил на двух человеческих ногах. Но здесь вроде нет ступенек, и пол совсем не скользкий. Алиса обеспокоенно огляделась. И только потом поняла, что фонарик пропал.

Она вернулась назад, в вестибюль, потом выглянула на крыльцо. Химеры нигде не было.

Алиса почувствовала, как сильно устала. И зачем она вообще пошла за пятым «В», полезла в этот проход? Сидела бы уже дома. Обсуждала с мамой пижамную вечеринку у Кати. Как теперь она попадет на другую сторону без фонарика? Неужели останется здесь навсегда и превратится в странное чудовище, как Тамара?

Алиса села на скамейку у стены и всхлипнула.

В оцепенении девочка просидела около часа, жалея себя и рисуя в воображении безнадежные картины будущего. Устав плакать, она задремала, но ударивший в лицо луч света заставил ее открыть глаза.

– Я говорил тебе, не лезь куда не надо. Но ты все равно здесь! – услышала она сердитый голос школьного сторожа.

– Это правда вы? – Алиса на всякий случай встала и попятилась к дверям. – Вы настоящий, или кто-то опять пытается читать мои мысли и воспоминания?

– Смотрю, ты уже успела познакомиться с этой стороной. – Сторож грубо схватил ее за локоть, потянул к себе и внимательно осмотрел в свете фонарика.

Алиса недовольно щурилась, но не сопротивлялась:

– Думаете, я уже стала наизнанку? И теперь не смогу вернуться домой?

Сторож хмыкнул, убрал фонарик и отпустил девочку.

– А вы знаете, где другие дети? Антон и остальные из пятого «В»? – с надеждой спросила Алиса.

– Зачем они тебе?

– Я должна отдать фонарик. Чокнутый сказал, что без него дети не могут ходить в школу.

– Это правда, – подтвердил сторож. – Давай сюда, я передам.

– Не могу, его забрали.

– Кто?

– Она сказала, что ее зовут Тамара и что на самом деле она, как я, и попала сюда случайно. А выглядит так, потому что здесь все наизнанку. Думаю, это она украла у меня фонарик. Не понимаю только, почему она меня бросила, мы ведь договорились выбраться отсюда вместе.

– Ты видела химеру? Где она?

– Я не знаю. Мы вошли в школу, а потом она исчезла.

– Это плохо. – Сторож нахмурился. – Нужно ее поймать.

– Она просто хочет домой. На ту сторону, – сказала Алиса. Ей захотелось оправдать Тамару, защитить ее, хотя она все еще сердилась.

– Фонарик нужно вернуть. Ты ведь догадываешься, что произойдет с твоим приятелем, если он не сможет ходить на урок долгое время?

Алиса помотала головой. Сторож вздохнул.

– Пойдем, – сказал он, – я кое-что тебе покажу.

Алиса послушно последовала за ним по узким школьным коридорам. Кое-где на потолке тускло светили лампы, некоторые из них мигали, издавая неприятный гул.

– А почему вам можно здесь находиться, а мне нельзя? – рискнула спросить девочка.

Сторож посмотрел на нее из-под насупленных бровей:

– Любопытство до добра не доводит. Ты ведь уже в этом убедилась. Все равно хочешь знать?

Она неуверенно кивнула.

– Примерно год назад, – начал рассказывать сторож, – когда класс после уроков отправился на экскурсию, на заводе сломался один очень сложный прибор – ускоритель частиц. Все, кто находился рядом с ним, исчезли. Кроме учителя. Его нашли в очень странном состоянии, долго пытались лечить, но ничего не вышло.

Алиса кивнула, вспомнив о двойнике Чокнутого и о том, что рассказывала про него Тамара.

– Потом класс появился в старом школьном корпусе на уроке биологии. Как ни в чем не бывало отправился на экскурсию и снова пропал. Так ученые нашли проход сюда, на изнанку.

– Но почему никто не попытался их остановить? – удивилась Алиса. – Разве нельзя было просто отвести их домой и не пускать на завод?

Коридор закончился широкой двустворчатой дверью. Вместо ответа сторож настежь распахнул ее, и Алиса замерла, не веря своим глазам.

– Я не могу объяснить тебе, как происходит искажение реальности. – Голос сторожа глухо отозвался под потолком физкультурного зала. – И многие из ученых, изучающих этот феномен, тоже не смогут. Они наблюдают, делают выводы. Все, что мы знаем, – дети попали в пространственно-временную ловушку. И, если попытаться их насильно из нее вытащить, – они превратятся в кого-то другого.

– Как Тамара! – прошептала Алиса.

– Да, как она. Поэтому ее необходимо поймать, а фонарь вернуть владельцу.

В полумраке старого спортивного зала Алиса смотрела на детские фигуры, заключенные в прозрачные, висящие в воздухе сферы.

Она на цыпочках двинулась вдоль парящих пузырей, ища среди детей Антона. Заглянув в один, вздрогнула и отпрянула в сторону. Глаза у заключенного внутри ребенка были широко открыты.

– Не прикасайся к оболочке, – предупредил сторож, – это разбудит их раньше времени.

– И что тогда?

– Цикл нарушится. Ребенок может погибнуть.

– Когда они проснутся?

– Скоро. Поэтому мы должны поторопиться и найти твою подружку. Забрать у нее фонарь, пока она не натворила дел.

– Я не знаю, где ее искать. Может, она открыла портал и уже на другой стороне, дома.

– Портала всего два. Один из них здесь, в школе. Отсюда дети попадают на урок биологии. Второй – на заводе, в том месте, где произошла авария. После урока класс вернется из него.

– Значит, нужно идти на завод! – Алиса решительным шагом направилась к выходу.

Сторож задумчиво посмотрел на девочку и двинулся следом.

18

До завода они добрались быстро. Алиса едва поспевала за широко шагающим сторожем, поэтому совсем запыхалась, когда впереди показались большие металлические ворота.

Сторож толкнул одну створку, и она медленно, с душераздирающим скрежетом, открылась.

– Я нигде не вижу Тамару, – с сожалением сказала Алиса.

– Она внутри! – уверенно ответил сторож.

Они прошли через двор, усыпанный осколками кирпича. Алиса поморщилась, наступив на один из них. Ноги очень устали от ходьбы, а в животе урчало. «Интересно, – подумала она, – едят ли что-нибудь дети из пятого „В”?»

Вход в здание был таким же, каким Алиса его помнила. Только лифта-ракеты в вестибюле не оказалось – видимо, его построили уже после раздвоения Порубежной.

Они поднялись на третий этаж по широкой лестнице. Сторож достал из кармана связку ключей, потом открыл первую дверь – в такой же комнате на той стороне хранились костюмы химзащиты. Он достал с полки сверток, похожий на сложенную рыбацкую сеть, и маленький прямоугольный прибор. Алиса хотела спросить, зачем все это нужно, но сторож прижал палец к губам, показывая, что следует вести себя тихо. Девочка послушалась. Они прошли дальше по этажу. Впереди коридор расширялся до размеров небольшого зала. Уже на подходе Алиса услышала знакомый цокот копыт.

Сторож кивком указал ей направление, потом пропустил вперед. Химера действительно была там. Осторожно сжимая фонарик в зубах, она кружила вокруг стойки с приборами, которые мигали красными лампочками и издавали очень низкий, едва различимый гул.

– Пытаешься уйти без меня? – не выдержала Алиса.

Она подошла ближе и остановилась.

Услышав ее голос, Тамара прижала уши к голове. Потом медленно положила фонарик на пол, наступила на него раздвоенным копытом и молча посмотрела на Алису.

– Зачем ты бросила меня? Мы же договорились найти выход вместе! – обиженно сказала Алиса.

– Ты глупая девчонка, – заговорила химера. – Серьезно думаешь, что тебя просто так отпустят, если узнают, что ты здесь была? За этими детьми постоянно следят. И как только ты к ним подойдешь – тебя тоже поймают и будут ставить над тобой опыты. Я пыталась тебя отговорить, но ты упрямая. Что мне было делать? За долгое, очень долгое время появился шанс, ведь ты принесла ключ! Я не могу тебе позволить отдать его!

– Но фонарик очень нужен Антону! Вдруг цикл прервется, и он…

– Станет как я? – Тамара наклонила голову набок и фыркнула. – Ты и правда не понимаешь? Из цикла по-другому не выбраться. Думаешь, твой Антон хочет быть лабораторной крысой? Как заводная игрушка, засыпать в пузыре, потом просыпаться и идти с остальными на уроки, потом сюда и снова в пузырь? Ты видела это место, здесь гораздо интереснее, чем там, на другой стороне. Мы все могли бы освободиться и сделать его своим миром, без взрослых, без дурацкой школы, без правил и расписаний!

– Но ты сказала мне, что хочешь домой! – растерялась Алиса.

– Вот еще! – Тамара оскалилась. – Я хочу закрыть проход, навсегда. Чтобы все дети остались здесь, изменились, и мы жили все вместе, как…

Химера не успела договорить. Сверху упала сеть, и ее края крепко примагнитились к полу. Тамара волчком закрутилась в ловушке, пытаясь выбраться, но только запуталась еще больше. Из коридора вышел сторож, сжимая в руке прибор. Каждый раз, когда он нажимал на кнопку, по поверхности сети пробегал электрический разряд. Химера взвыла, рванулась изо всех сил, а потом затихла.

– Что вы делаете? – Алиса набросилась на сторожа с кулаками. – Отпустите ее, вы делаете ей больно!

– Замолчи и стой тихо! – рявкнул он на нее. – Иначе и тебя посажу в клетку.

Алиса сделала единственную вещь, показавшуюся разумной. Она бросилась бежать.

Но сторож за ней не гнался. Алиса поняла это уже на лестнице, поэтому повернула назад и спряталась за дверью открытой комнаты. Она слышала, как сторож нервно мерит шагами зал. Что-то затрещало, химера снова взвизгнула. Раздался пугающий звук, как будто что-то тяжелое волокут по полу. Потом лязгнула железная дверь, и два раза повернулся ключ в замке.

Сердце колотилось, гулко отзываясь в ушах. Алиса обхватила голову руками и медленно сосчитала до десяти, успокаивая сбившееся дыхание. Значит, Тамара вовсе не хотела возвращаться домой. А этот сторож, недаром он ей не понравился с первой встречи! Он использовал ее, чтобы поймать Тамару, а помогать вовсе не собирался.

Алиса услышала шаги совсем близко, зажмурилась и постаралась не дышать, чтобы не выдать себя. Сторож быстрым шагом прошел мимо и спустился по лестнице. Убедившись, что он не возвращается, девочка выскользнула из комнаты и вернулась в зал.

У дальней стены она увидела клетки. Их было несколько – небольших, выкрашенных в черный цвет, похожих на те, в которых держат собак в ветеринарных клиниках. В одной из них на боку лежала химера. Она часто дышала, и все ее тело сотрясала мелкая дрожь.

– Тамара! – Девочка прижала руки к лицу, стараясь не расплакаться. – Прости, пожалуйста, это из-за меня он тебя поймал!

– Я же говорила, что ты глупая, – ответила химера, с трудом поднимая голову.

Алиса заметила, что одно ее ухо в крови.

– Ты поранилась? Сейчас я попробую тебя вытащить.

Девочка подергала дверь клетки, осмотрела замок. Химера равнодушно наблюдала за ее действиями большими черными глазами.

– Может, где-то есть запасные ключи? – предположила Алиса. – Или лом?

– Думаешь, такая хилая девчонка, как ты, сможет сломать замок?

– Ты можешь перестать грубить, а? Я пытаюсь помочь.

– Не выйдет. – Тамара с трудом поднялась на ноги. Рог в клетке не помещался, и ей пришлось просунуть его через прутья наружу. – Там, – она указала в сторону гудящих приборов в центре зала, – где-то остался фонарик, я закатила его под стойку. Найди его, спрячься и жди. Скоро дети будут здесь. Увидишь портал – беги.

– А как же ты?

– Я еще покажу им, кто тут главный! – Тамара свирепо фыркнула. – Они понятия не имеют, каково это, жить здесь, быть такой, как я! И уж точно они не смогут использовать меня в своих дурацких экспериментах.

Алиса нашла фонарик под стойкой и сжала в ладони.

– Я тебя не брошу, – решительно сказала она. – Что-нибудь придумаю, слышишь?

– Ага, ну да. – Химера снова легла и положила голову на передние ноги. Рог со скрежетом царапнул металлические прутья.

Алиса вернулась в комнату, надеясь отыскать там ключи или что-нибудь, чтобы выломать дверь клетки. Из инструментов нашлась отвертка, плоскогубцы и маленький молоток. Вернувшись в зал, она попыталась расковырять механизм замочной скважины, но отвертка сломалась. Для плоскогубцев и молотка прутья клетки оказались слишком толстыми.

– Я же говорила, – химера устало прикрыла глаза, – ничего не выйдет.

Прибор на стойке издал странный гудящий звук, который нарастал, становясь громче.

– Начинается, – прошептала Тамара.

Алиса испуганно попятилась, а потом спряталась за последней клеткой, в самом углу. Гул перешел в оглушительный треск, воздух заискрился и задрожал. Портал открылся, но первыми из него вышли не дети.

19

Появившиеся люди были в одинаковых белых халатах, перчатках и защитных масках на лице. Они сразу направились к клетке с химерой, а у одного из них в руках был узкий металлический шприц. При виде него Тамара зашипела и угрожающе оскалилась.

– Держи ее за рог! – скомандовал один человек в халате другому. Из-под маски голос звучал глухо.

Ученые прижали отчаянно брыкающегося монстра к прутьям клетки и сделали укол в шею. Глаза Тамары помутнели, ноги подкосились, она медленно опустилась на пол. Люди в халатах выждали еще несколько минут, потом открыли клетку. Вытащили химеру наружу и понесли к проходу. Алиса с ужасом наблюдала за происходящим.

Когда они почти преодолели проход, химера резко взбрыкнула и вырвалась. Стрельнув взглядом в сторону спрятавшейся Алисы, она ударила рогом сначала одного, потом второго ученого, разодрав им халаты, и, спотыкаясь, выбежала через портал на другую сторону. Ученые не пытались ее преследовать. Один из них быстрыми, привычными движениями заклеивал металлизированной лентой повреждения на одежде товарищей. Другой достал из сумки на поясе пистолет и направил в сторону сбежавшего монстра, но не спешил стрелять.

Пошатываясь, Тамара вышла на лужайку перед заводской стеной и втянула носом воздух. Ее черная шерсть окрасилась оранжевыми бликами в лучах закатного солнца. Алиса, затаив дыхание, ждала, что она превратится в девочку, которую она видела в свете фонарика. Но вместо этого очертания тела химеры начали рассыпаться. Она неподвижно стояла, глядя на небо, а силуэт все истончался и бледнел, пока на ее месте не осталась только горстка черной пыли. Алиса ахнула и сразу же зажала рот руками. Ученые, не торопясь, подошли к месту, где только что стояла Тамара, и осторожно собрали пыль в контейнер.

Дети из пятого «В» стояли перед порталом, не реагируя на происходящее. А когда ученые отошли в сторону – один за другим шагнули на изнанку. За последним учеником портал сжался в яркую светящуюся точку и исчез, а дети направились к лестнице. Алиса смотрела во все глаза, но Антона среди них не было.

Очень осторожно, стараясь не шуметь, Алиса преодолела разделяющее их расстояние и встала в конец строя.

Снаружи их ждал другой Чокнутый. Один за другим дети будто растворялись в воздухе. А учитель, строго глядя на Алису, произнес:

– Ты не из моего класса.

20

– Значит, ты пришла сюда, чтобы вернуть ему фонарик? – переспросил еще раз Чокнутый. Алиса уже минут двадцать сбивчиво объясняла ему, кто она и что здесь делает, едва сдерживаясь, чтобы не заплакать. – И никто тебя не остановил? Невероятно!

Девочка кивнула.

– Пойдем, – Чокнутый бережно взял ее за руку, – я отведу тебя к Антону, а потом подумаем, что делать дальше.

– А что случилось с вами? – спросила Алиса, пока они шли по дороге. – Почему вы не попали в ловушку, как пятый «В», и не ходите с ними на ту сторону?

– Могу только предполагать, что с нами произошло. Я ведь обычный школьный учитель, – вздохнул Чокнутый. – Знаю наверняка только, что пока не могу покинуть это место. Но ученые обещали со всем разобраться и в ближайшее время вернуть нас всех домой. Нужно просто немного подождать.

Алиса подняла на него глаза:

– Но там, на той стороне, прошел целый год!

– Не может быть!

– А вдруг они и не собираются вас возвращать? Вдруг это часть военного эксперимента? В Порубежной комендантский час – после девяти никому нельзя выходить из дома. Старое школьное здание заколочено и туда никого не пускают. Никто в городе и не знает о том, что с вами произошло! А Тамара! Она ведь погибла, а эти ученые даже не попытались ей помочь!

Чокнутый немного помедлил с ответом, поправляя очки:

– В таком случае, я правильно сделал, что спрятал Антона, когда он вернулся без своего фонарика.

Они дошли до нужного дома. Чокнутый отрыл дверь и жестом пригласил Алису войти первой. Девочка сначала осторожно заглянула внутрь и только потом вошла.

Внутри дом выглядел гораздо ухоженнее, чем снаружи. Было тепло и чисто, пахло едой. У Алисы забурчало в животе. На столе лежали стопкой школьные учебники, а на кровати в углу комнаты сидел Антон.

Мальчик выглядел странно, слишком бледным, а когда он поднял глаза, Алиса вздрогнула, увидев, что зрачки в них посветлели и почти слились с радужкой.

– Прости меня, – тихо сказала Алиса. – Это я виновата, что ты начал меняться.

Она протянула ему фонарик.

Антон взял его, и Алиса отвела взгляд от пальцев, покрытых полупрозрачной чешуей.

– Я надеюсь, ты сможешь восстановить свой цикл. И мне очень жаль, что с вами такое случилось.

– Ты дочитала ту книгу про бабочек? – спросил вдруг мальчик. Его голос звучал хрипло и надтреснуто.

– Нет, – Алиса села рядом. – Мне так и не удалось еще раз попасть в старый корпус. Но зато я все-таки смогла найти тебя здесь.

Антон слабо улыбнулся, и Алиса улыбнулась в ответ.

– Знаешь, – сказала она, – я ведь купила для тебя подарок. Только во всей этой суете оставила его возле дома этой Кати. Так обидно. Но я обязательно проберусь к вам на занятия и принесу его тебе, обещаю. Или оставлю у прохода, чтобы ты непременно нашел. Это книга про пауков, энциклопедия. Я даже немного ее почитала, так интересно! А еще, представляешь, я тут видела большого паука. Он был совсем не страшный, даже чем-то похож на собаку… Тебе бы понравился.

– Спасибо. – Антон робко коснулся ее руки, потом достал из кармана рубашки круглые очки и надел их. – Все-таки очень жалко, что ты не в моем классе.

– И мне, – прошептала Алиса.

Они еще немного посидели рядом.

– Я тебя не пугаю? – спросил Антон. – Дети из моего класса не хотят со мной разговаривать, потому что я становлюсь похож на монстра.

– Ты вовсе не похож на монстра! – возмутилась Алиса. – Это все… временно, скоро ты снова станешь самим собой.

– Или наоборот. – Мальчик внимательно посмотрел на свою руку, потом перевел взгляд на Алису. – Тогда мне придется уйти отсюда и быть снаружи совсем одному.

– Там снаружи вовсе не так уж и плохо. Даже интересно. – Алиса перебрала в голове все, что ей удалось увидеть, но не смогла придумать, как рассказать Антону об этом так, чтобы не напугать еще больше.

– Учитель говорит, людям там не место.

– Про паука я тебе уже рассказала. А еще я встретила там одну… – Алиса вздохнула при воспоминании о Тамаре, – одну девочку. Она уже изменилась, но только внешне. В свете фонарика я видела, какой она была раньше.

– Она стала монстром?

– Может и так, но я ее не боюсь. Ей было одиноко, и она хотела найти друзей.

– А где она сейчас?

– Ну… – Алиса снова вздохнула и решила соврать: – Я думаю, она все еще ждет, когда придет кто-нибудь похожий на нее, чтобы вместе исследовать этот мир.

Антон немного приободрился:

– Значит, мне надо будет найти ее, когда окажусь снаружи.

– Давай надеяться, что тебе не придется уходить. Все-таки фонарик уже у тебя. – Алиса улыбнулась и добавила: – Извини, что забрала его.

– Если честно, я рад, что так получилось. Ведь я подружился с тобой!

– Наговорились? – раздался над головой голос Чокнутого, и дети разом подняли головы. – Думаю, на сегодня хватит. Вам нужно поесть и поспать. А завтра мы подумаем, как вернуть Антона в класс, а тебя, Алиса, – домой.

Алиса поняла, что и правда вот-вот упадет в обморок от голода и усталости. А учитель принес с кухни две тарелки с чем-то, похожим на серую жижу.

– Что это? – с подозрением спросила девочка, глядя, как Антон с жадностью набросился на еду.

– Ты ведь уже поняла, что здесь все выглядит иначе, чем там. – Чокнутый подвинул тарелку к ней. – Попробуй. На вкус как картофельное пюре.

Алиса послушалась и зачерпнула жижу ложкой. Уже через секунду она опустошила свою тарелку, а потом опрокинулась на кровать и сразу заснула. Антон свернулся с ней рядом.

Чокнутый заботливо укрыл их обоих одеялом и вздохнул.

Утром, когда Алиса проснулась, Антона рядом не было. За столом сидел Чокнутый и что-то чертил на бумаге, хмуря брови.

– А где Антон? – Девочка оглядела комнату и села на кровати.

– Я отвел его в школу. Надеюсь, если он сегодня пойдет с остальными на урок биологии и обратно, изменения остановятся. А если нет – придется выбираться отсюда самим и не надеяться на помощь ученых.

– Вы придумали, как вернуть всех домой? – с надеждой спросила Алиса.

– Я близок к этому, – кивнул Чокнутый. – Я подумал, что раз мы имеем дело с пространственно-временным искажением, значит, вход и выход, через которые пятый «В» попадает на изнанку и обратно – это просто две части уравнения.

– Точно, вы же учитель математики. – Алиса потянулась и протерла глаза. – Надо же, я и не думала, что математика когда-нибудь поможет мне спастись!

– Кто-то должен вернуться и предотвратить аварию во время экскурсии. Тогда класс не попадет в ловушку, и ничего этого не случится. Я попробую, если найду вход в червоточину.

– Куда-куда?

– В пространственно-временной коридор между нашим миром и изнанкой. Находясь в нем, можно быть и там, и здесь одновременно. Это временной парадокс. Вот только как найти этот коридор…

– А на что он похож?

– Возможно, на очень темное место. Самое темное из всех.

Алиса задумалась:

– Кажется, я поняла, о каком месте вы говорите. Там внутри черным-черно. Мы с Тамарой бросили туда камешек, а обратно вернулось два. Только если это туннель во времени, разве камень не должен был исчезнуть и появиться в другом месте?

– Думаю, войти с изнанки и выйти наружу может только что-то, принадлежащее другой стороне, настоящей.

– Тогда у вас не получится, – нахмурилась Алиса. – Скорее всего, вас здесь тоже станет два.

– Что ты имеешь в виду? – удивился учитель.

– Вы ведь и так находитесь и здесь, и там одновременно. Только вы там, в Порубежной… – она помедлила, подбирая слова, – немножко другой. Наизнанку. Но это точно-точно вы.

Чокнутый снял очки и устало потер глаза:

– Если ты говоришь, что в Порубежной есть я другой, и правда ничего не выйдет.

– Но я ведь смогу! – оживилась Алиса. – Я пришла снаружи, у меня нет двойника. Я знаю, где эта чрева…

– Червоточина, – подсказал Чокнутый.

– …червоточина, – поправилась Алиса, – и знаю, что нужно делать.

Чокнутый надел обратно очки и посмотрел на нее очень серьезно:

– Это может быть опасно. Я ведь не физик, и все, о чем сказал, я представляю только в теории. Я даже не знаю, сможем ли мы – там и тогда – увидеть или услышать того, кто находится в червоточине.

– Но это лучше, чем просто сидеть и ничего не делать, правда? – Алиса встала с кровати и расправила на себе смятую кофту. – Так что я попробую. Хуже уже точно не будет.

– Я не могу позволить тебе так рисковать! – возразил учитель. – Ты ведь просто ребенок!

– Пятый «В» тоже просто дети, – ответила ему Алиса, – а ученые все равно ставят на них свои опыты. Кто-то должен это прекратить, потому что лично я быть подопытной не собираюсь.

21

Алиса вышла из дома и огляделась. Утро было таким же тусклым и холодным, как вчерашнее. «Это, наверное, значит, что в Порубежной сейчас тепло и солнечно», – подумала Алиса. Серая дымка ползла по земле, забираясь всюду, куда могла проникнуть. Девочка зябко поежилась и спрятала руки в карманы.

– Запомни, если войдешь в червоточину, не покидай ее не в своем времени. А то получится еще один временной парадокс, и ты станешь своим собственным двойником, – сказал Чокнутый. Он без конца теребил очки и, как показалось Алисе, был очень взволнован.

– У меня получится! – сказала она, обращаясь больше к себе самой, чем к Чокнутому, а потом решительно зашагала по дороге к развилке с вагончиком.

– Удачи тебе, Алиса! – тихо сказал учитель ей вслед, но она не обернулась.

Миновав заросший плющом продуктовый вагончик, девочка увидела впереди покосившийся дом из темных бревен. Она вспомнила о Тамаре и о том, как они стояли здесь, перед ним. Неужели это было только вчера? Алисе казалось, что прошло гораздо больше времени.

Она на мгновение задержалась перед входом, вглядываясь в густую темноту внутри. А потом зажмурилась и шагнула вперед.

Вокруг было тихо, только едва различимый гул щекотал уши. Алиса заставила себя открыть глаза и увидела мерцающую полупрозрачную стену. Такую же, как та, за которой прятался фальшивый сад. Червоточина походила на трубу, и через ее оболочку Алиса увидела движущиеся картинки.

Сначала там была она сама, идущая по дороге несколько минут назад.

Алиса двинулась вдоль стены. Кадры за ней менялись, как будто кино крутили в обратном направлении: вот она говорит с Антоном и возвращает ему фонарик. А вот идет со сторожем на завод, чтобы найти Тамару. При виде химеры у Алисы сжалось сердце. Вдруг получится и ее спасти? Она приложила ладонь к мерцающей стене и едва удержалась, чтобы не предупредить девочку-монстра об опасности. Если она это сделает, то не сможет дойти до конца и помочь пятому «В».

Алиса решила больше не смотреть на то, что происходит с другой стороны червоточины, и решительно пошла вперед. Внезапно картинки погасли, и стало темно. Девочка испугалась, не понимая, что происходит, а потом впереди мелькнул знакомый луч фонарика.

– Всем построиться! – раздался взволнованный голос Чокнутого. – Не бойтесь! Всем достались фонарики? Сейчас придет охрана и скажет, что делать и куда идти. Держитесь рядом, не расходитесь!

Алиса поняла, что видит момент, где все началось. Пятый «В» на экскурсии, и прибор вот-вот откроет проход на изнанку. По темным и мерцающим стенам туннеля побежала частая рябь, как по воде от сильного ветра.

– Уходите отсюда скорее! – крикнула девочка, но дети ее не услышали.

Чокнутый собрал класс вокруг себя и велел всем включить фонарики. Должно быть, когда отключилось электричество, он нашел их в комнате, которую показывала ей мама. Алиса увидела, как лучи света отражаются от стен и потолка, а, натыкаясь на прибор, меняют его очертания. Как тогда, когда она сама светила фонариком на говорящие деревья в парке, только сейчас свет выворачивал реальность наизнанку. И тогда ее осенило.

– Выключите фонарики! – крикнула Алиса что есть сил и надавила руками на стену червоточины.

Мерцающая оболочка прогнулась, как резиновая, и, судя по всему, стала еще прозрачнее, потому что на этот раз учитель ее заметил.

– Посвети туда! – велел он одному из учеников.

– Это все из-за фонариков! – повторила Алиса. – Скажите им выключить их! Если вы этого не сделаете, весь класс попадет в ловушку!

Кто-то из класса направил фонарик на нее, и по толпе детей пробежал испуганный шепот, как будто они увидели привидение.

Алиса в отчаянии огляделась. Чокнутый сказал ей ни в коем случае не выходить из червоточины не в своем времени, а изнутри она совсем ничего не могла сделать.

– Вы пятый «В», вы пришли на экскурсию после урока биологии! – быстро заговорила девочка в надежде, что класс и учитель не только видят ее, но и слышат. – Если вы сейчас же не погасите фонарики, их свет и излучение от той штуки создадут дыру во времени и пространстве! Пожалуйста, послушайте меня!

Один ребенок из класса отделился от толпы и подошел к червоточине. Алиса воспряла духом, узнав в нем Антона.

– Выключи! – Она указала ему на фонарик, а потом закрыла ладонью глаза. – Оставайтесь в темноте!

– Стой на месте! – попытался остановить его учитель. – Не приближайся, мы не знаем, что это такое!

Алиса с надеждой смотрела на Антона. Мальчик медленно приблизился, не обращая внимания на Чокнутого.

– Выключите фонарики! – еще раз повторила Алиса, прижимаясь руками и лицом к стене туннеля. – Свет, выключите свет!

– Оно хочет, чтобы мы погасили свет! – взволнованно сказал Антон.

Дети загудели, переговариваясь.

– Тихо, тихо! – одернул их учитель. – Не двигайтесь с места, скоро придет помощь. Антон, быстро иди назад, кому говорю!

Антон еще раз посмотрел на Алису, потом обернулся к классу:

– Надо сделать, как оно говорит! – решительно сказал он и выключил свой фонарик. – Давайте!

Под потолком завыл сигнал тревоги. Дети одновременно погасили фонари – Алиса только успела заметить растерянное выражение лица учителя. С облегчением она отступила назад, надеясь, что все сделала правильно. И в этот момент над головой раздался громкий хлопок.

Червоточина сворачивалась, издавая низкий тревожный рев. Алиса бросилась бежать в обратную сторону. Мерцающие стенки пространственно-временной трубы блекли и гасли, а за спиной все поглощала плотная, осязаемая темнота. Девочка чувствовала, как она догоняет ее, вот-вот коснется и засосет в черноту. От страха подкосились ноги, силы почти кончились. Алиса прыгнула прямо в мерцающую стену и прошла сквозь нее наружу.

22

Теплый майский воздух обжег кожу, как будто она с разбегу нырнула в теплую воду.

Алиса обнаружила себя на лужайке перед Катиным домом. Громко стрекотали сверчки, а закатное солнце почти спряталось за горизонтом.

– Эй, ты чего? – Лера испуганно трясла ее за руку. – Что случилось?

– А? – Алиса огляделась вокруг, ничего не понимая.

– Мы думали, тебя подменили на зомби! – скорчила гримасу Катя. – Уже минут пять стоишь и не двигаешься.

– Я правда здесь? – Алиса на всякий случай взяла за руку Леру, словно ища поддержки.

– Струсила, что ли? – фыркнула Катя. – А ведь сама всю неделю нас изводила с этим ночным пикником.

– Ой, смотрите! Вот они! – Лера помахала рукой кому-то за деревьями, и Алиса увидела троих мальчишек, бегущих к ним с другой стороны улицы.

– Привет!

Запыхавшийся Антон резко затормозил прямо перед ними, и Алиса от неожиданности отступила. От бега круглые очки сползли мальчику на нос, и он ловко задвинул их на место. Антон выглядел точно так же, как когда она увидела его в первый раз на уроке биологии. Только как будто чуть старше, и одет он был в спортивный костюм вместо школьной формы.

– Мы не опоздали?

Его друзья тоже поравнялись с девочками и несколько минут шумно отдувались после пробежки.

– Как стадо носорогов! – возмущенно сказала Катя, а Лера не выдержала и рассмеялась.

– Это Дима, а это Сережа, – представил Антон своих приятелей. – Они тоже хотят вступить в ваш клуб любителей страшных историй!

– Мы принесли с собой бутерброды и вишневый сок! – Дима потряс пакетом. – Где будет пикник?

– У нас пирожные и чай в термосе! – Лера улыбнулась, снимая со спины рюкзак. – А по страшным историям у нас главная Алиса.

– Это мы еще посмотрим! – с вызовом отозвалась Катя.

Алиса непонимающе смотрела на ребят и не верила, что она здесь. В ушах все еще вибрировало эхо от рева исчезающей червоточины.

– Ну ты чего опять встала, как замороженная! – Катя шутливо двинула ее локтем в бок. – Где коврик? Не на траве же сидеть будем.

Как во сне, Алиса сняла с плеча увесистый рюкзак и заглянула внутрь. Пляжный коврик, сложенный в несколько раз, занимал в нем почти все место. Девочка достала его, протянула Кате и не сразу заметила спрятанную на дне рюкзака книгу.

Это была энциклопедия о пауках, которую она попросила у мамы для Антона в прошлое воскресенье.

Девочки устроились на коврике и достали из рюкзаков еду для пикника. Мальчишки расселись полукругом прямо на траве. Антон занял место напротив Алисы, которая первым делом взяла себе бутерброд, – есть хотелось нестерпимо. Катя открыла термос, налила горячего чая и протянула стаканчик Лере.

– Кто первый будет рассказывать? – спросил Сережа.

Над их головами пролетела невидимая птица – дети услышали только шорох крыльев и пронзительный вскрик. Лера сказала «ой!» и прижалась к Сереже плечом. Все посмотрели на Алису.

– А как вам такое, – неуверенно начала она. – Порубежная вывернулась наизнанку, и в ней появились всякие жуткие штуки, вроде говорящих деревьев, которые крадут воспоминания из твоей головы и заманивают тебя, чтобы съесть. А еще дети, которые оказались там, могут превратиться в монстров, если вовремя не окажутся на уроке!

– Как мутанты, что ли? – перебил ее Дима. – Я читал много историй про мутантов!

– Не знаю. – Алиса смутилась. Ей ужасно хотелось рассказать о пережитом, объяснить друзьям, что с ними всеми произошло, но она не решилась. – Это как-то связано с тем, что делают на заводе, и со всякими научными приборами. Вдруг они могут открывать ходы в другие измерения?

Лера хихикнула:

– Звучит вообще не страшно! Ну правда, кого можно напугать наукой?

– Наши родители на заводе изучают такие вещи, кстати! – вступился за Алису Антон. – Это называется квантовая физика! Например, черные дыры или кротовые норы.

– Кротовьи, это в земле, что ли? – прыснул со смеху Сережа.

– Да нет, это так называют туннели во времени и пространстве.

– Да, а еще их называют червоточинами, – приободрилась Алиса. – Они могут соединять между собой параллельные миры, например.

– Это уже не страшилки, а научная фантастика! – сказала Катя, передавая Алисе стакан с чаем. – Мы же не клуб супер-умников, – она покосилась на Антона, – а любители страшных историй!

– Давайте я попробую! – оживилась Лера. И начала рассказывать приглушенно под одобрительные возгласы друзей: – Однажды класс отправился на экскурсию по музеям в другой город. А в дороге их настиг густой-густой туман. Автобус въехал в него, пропал, и все дети в нем тоже!

– И что дальше было? – спросил Дима.

– А потом их видели в этом автобусе и на этой дороге, только много лет спустя! – Лера перешла на таинственный шепот. – Дети стучали в окна и просили их выпустить, вот только автобус не остановился, а снова исчез!

Катя громко фыркнула и чуть не подавилась чаем.

– Послушайте лучше мою историю! – Дима отложил бутерброд. – У одного подъезда все время сидел старый дед и что-то себе под нос бормотал. А еще рисовал на асфальте классики, только цифры в них были перепутаны. И вот одна девочка решила прыгать по этим классикам прямо по цифрам, от одного до девяти. А дед в это время сидел на скамейке рядом, посмотрел на нее и снова забормотал. Девочка допрыгала до последнего квадрата, и…

В кустах за спиной раздалось шуршание, и дети от неожиданности едва не подпрыгнули.

– Эй, мелкий, ты где? – раздался недовольный голос. – Я не собираюсь тебя всю ночь искать! Собирайся, и марш домой!

– Ну вот, – расстроенно сказал Сережа. – Это моя старшая сестра. Выследила меня все-таки.

Алиса обернулась и увидела Тамару.

Она тоже выглядела старше, чем тогда, в свете фонарика на изнанке. А еще у нее была модная короткая стрижка и очень сердитое выражение лица.

– Привет! – сказала ей Алиса и улыбнулась. На душе стало легко и радостно.

Тамара мельком взглянула на нее, ничего не ответила, а потом потянула за руку Сережу:

– Давай, пошли домой. Мама волнуется, на улице темно уже.

– Ладно, ребят, мне придется идти. – Сережа с виноватым видом встал и отряхнул коленки. – Дим, расскажешь мне завтра продолжение про классики?

– Про прόклятые классики! – отозвался Дима зловещим шепотом.

– Да мы тоже скоро домой пойдем, – утешила Сережу Катя. – Думаю, для первого ночного пикника хватит. Тем более, все бутерброды и пирожные уже съели.

– Мы с Димой тоже девочек проводим, и домой! – заверил друга Антон.

Они помахали на прощание Сереже и Тамаре, а потом Алиса обернулась к Антону.

– У меня есть для тебя подарок, – нерешительно сказала она. – Не знаю, правда, понравится тебе или нет.

Девочка достала из рюкзака энциклопедию и протянула ему.

– Ого! – Антон взял книгу в руки и осторожно пролистал. – Супер! Откуда ты узнала, что я люблю пауков?

– Ну… – Алиса засмущалась, не зная, что ответить, но положение спасла Катя:

– А что там с классиками и дедом у подъезда?

– А то, что если прыгать прямо по цифрам и одновременно читать стишок, то попадешь в страшное место! – Дима вытаращил глаза. – Может, прямо в ад!

– Ну вы даете! – снова фыркнула Катя. – Прошлый век какой-то. Это разве страшилки?

– А у меня тоже одна история есть! – сказал Антон. – Только она случилась на самом деле, когда мы с классом в прошлом году на экскурсию по заводу ходили. Отключился свет, и весь класс видел привидение! Даже наш учитель математики. Оно хотело, чтобы мы погасили фонарики. И когда мы это сделали, привидение сразу исчезло. А потом пришла охрана и включила свет обратно. Все очень быстро закончилось, наверное, минут за пять. Максим Александрович потом сказал, что это нам со страху, наверное, показалось. Хотя, если честно, я даже не успел испугаться.

Алиса уже набрала воздуха, чтобы спросить, не было ли то привидение похожим на нее, как солнце скрылось за горизонтом, и на мгновение Порубежная погрузилась в темноту. А потом ярко вспыхнули вдоль дороги фонари.

Дети собрали пустую посуду, коврик для пикника и, перешучиваясь, двинулись к Катиному дому.

У палисадника Алиса осторожно погладила распустившийся на клумбе нарцисс, а когда цветок покачнулся от ее прикосновения, на всякий случай отдернула руку.

– Там что, пчела? – с любопытством спросила подбежавшая к ней Лера. – Меня один раз укусила. Точнее, сразу три, когда я случайно нашла на чердаке улей. Страшно было, жуть! Мама отвезла меня в больницу, и там мне сделали укол от аллергии на всякий случай. Но рука все равно опухла на целую неделю.

– А я видела во сне, как меня укусил цветок, – ответила Алиса. – Приснится же такое!

– У него были зубы? – прыснула от смеха Лера.

– Не знаю. Может, острые шипы? Кстати, кусачие цветы и правда существуют. Они питаются насекомыми. Приманивают их запахом, а потом – бах! – захлопываются и переваривают! – Алиса сделала большие глаза.

– Ты придумала! – не поверила Лера.

– Ничего подобного!

– Она не придумала, правда! – подтвердил Антон. – Хотите, заходите к нам завтра на урок биологии, я вам Венерину мухоловку покажу.

При упоминании об уроке биологии Алиса вздрогнула.

– Ладно, мы пошли! – заторопилась Катя, увидев, как Вадим Сергеевич машет им из окна рукой.

– Вы нас в свой клуб-то принимаете? – спросил Дима на всякий случай.

– Конечно, принимаем! – отозвалась Лера.

– Хотя твоя история была не очень, – добавила Катя. – У Антона лучше получилось.

Попрощавшись с мальчиками, они вошли в дом.

– Как ваш ночной пикник? – поинтересовался директор, пока девчонки переобувались.

– Ну так себе, – ответила Катя. – Для первого раза сойдет.

– А мне понравилось! – возразила Лера. – И чур я первая чистить зубы!

Пока подруги толкались у двери в ванную комнату, Алиса подошла к окну и посмотрела на улицу.

– А тебя не напугали страшными историями? – шутливо спросил ее Вадим Сергеевич.

Алиса покачала головой и улыбнулась. «Теперь меня не очень-то просто напугать!» – подумала она.

– Ты идешь? – спросила Катя. Лера выглядывала у нее из-за плеча.

– Одну минуту, – попросил Вадим Сергеевич. – Хочу спросить кое-что у Алисы, а потом отпущу ее к вам.

Пожав плечами, Катя начала подниматься по лестнице. Лера на секунду задержалась на первой ступеньке, потом отправилась вслед за ней.

– Слушай, Алиса, – начал директор серьезно, и внутри у девочки все испуганно сжалось. Вдруг он сейчас скажет что-то про изнанку или червоточину? – У меня к тебе важный вопрос.

– Какой?

Вадим Сергеевич поправил волосы, стараясь скрыть неловкость. Алиса внимательно за ним наблюдала.

– Мы с твоей мамой договорились завтра вместе пообедать. Я хотел сначала сказать тебе. Надеюсь, ты не против.

Алиса с облегчением выдохнула.

– Я совсем не против, – сказала она. – И по секрету скажу, мне кажется, вы моей маме очень нравитесь.

Директор покраснел, а довольная произведенным эффектом Алиса отвернулась от него и последовала за подругами наверх.

Спальные места они устроили прямо на полу. Лежа под одеялом и глядя в потолок, Алиса никак не могла заснуть, думая обо всем, что произошло за эти два дня. Об Антоне и его друзьях, которые стали старше на год (а значит, на заводе с ними ничего не случилось, и они продолжили учиться в школе, перейдя из пятого класса в шестой). О Тамаре, которая хоть и перестала быть монстром, но, судя по всему, сохранила свой вредный характер. И о себе, маленькой девочке, которая прошла через пространственно-временную червоточину и всех спасла.

– Ты, кстати, в курсе, что наши родители завтра вместе обедают? – шепотом спросила у нее Катя. Лера уже тихо сопела во сне. – И это не то чтобы деловой обед.

– Ну и ладно, – Алиса склонила голову на бок, – твой папа хороший, заботливый. Моя мама красивая. И умная. А ты вроде не такая противная, если узнать тебя получше.

Катя тихо рассмеялась и сделала вид, что сейчас бросит в Алису подушкой:

– Ладно. Спокойной ночи!

– До завтра! – ответила Алиса и отвернулась к окну.

Ей показалось, что за стеклом мелькнуло что-то яркое, похожее на луч фонарика. С бьющимся сердцем Алиса тихонько встала и на цыпочках подошла к окну.

Свет от уличного фонаря отражался от стекла припаркованной у дома машины. Яркий блик то вспыхивал, то снова пропадал, заслоняемый тенью от качающейся ветки.

«Пора спать!», – велела себе Алиса, забралась под одеяло и крепко зажмурилась.

С улицы даже через закрытое окно доносилось стрекотание сверчков, и едва различимый голос майского ветерка в сосновых иглах шептал о том, что вот-вот наступит лето.

Content

Мара Гааг
Третья смена

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22