Лесневская Вероника Сергеевна

Невеста на выход

Невеста на выход

Вероника Лесневская

пролог

Осторожно толкаю дверь рукой, и та бесшумно открывается. Сразу вижу Максимилиана: он сидит спиной ко мне в кожаном кресле, откинувшись на широкую спинку. Рядом на полу начатая бутылка виски и стакан.

Решил пойти по стопам отца - и утопить проблемы в алкоголе? Нет, дорогой, я тебе этого не позволю. И так легко не сдамся.

Тихо подхожу к Максу и опускаю руку ему на плечо. Мужчина вздрагивает и, как в замедленной съемке, поворачивает ко мне голову. Смотрю в его глаза, такие пустые и уставшие.

Нет, он вовсе не пьян, скорее, разбит и подавлен.

Стравинский накрывает мою руку своей, нежно проводя пальцами, но уже через мгновение, будто одумавшись, резко отбрасывает ее и встает.

- Что ты здесь делаешь? – произносит холодным, отстраненным тоном.

Каждое его слово будто льдинка, осколки которой больно впиваются в сердце.

- Макс, я знаю, что случилось. И хочу сказать тебе, это не важно! Все не важно! - говорю быстро и скомкано, лишь бы не дать ему себя перебить. – Ты должен знать, я с тобой, несмотря ни на что! Вместе мы…

Мужчина хмурится и сжимает губы до тонкой линии. Подходит ближе, скрестив руки на своей вздымающейся от негодования груди.

- Нет никаких «мы»! - бросает мне прямо в лицо. – Не знаю, каких воздушных замков ты настроила в своей миленькой рыженькой головке, но нас с тобой ровным счетом ничего не связывает!

Я испуганно замираю: кто этот человек, что стоит сейчас передо мной?

- Ты специально отталкиваешь меня? Макс, не делай этого с нами. Только не сейчас! – мое сердце готово выпрыгнуть из груди, а на глазах выступили непрошенные слезы. Поспешно смаргиваю их, чтобы Макс не заметил и не принял это за жалость. Но он видит, и черты его лица становятся еще жестче.

- Думаешь, если я провел с тобой ночь, то на следующий день мы побежим вприпрыжку под венец? Глупая, наивная девчонка! Знал бы, что ты такая, вообще никогда бы не связался с тобой! – громко, надрывно смеется Стравинский, запрокинув голову назад.

Этот хохот разрывает мою душу на части. Хочется зажать уши, чтобы хоть как-то заглушить его. Что же ты делаешь, Макс? Чего добиваешься?

Будто услышав мой вопрос, он обрывает свой смех и приближается ко мне практически вплотную. Хватает рукой за подбородок, стискивая до боли, и впивается в мои губы жестким, грубым поцелуем. Пытаюсь высвободиться, но тщетно. Мужчина буквально сминает мои губы, кусает, нарочно делая мне больно, и при этом не отпускает. Его свободная рука ползет по моей талии, спускается все ниже и сжимает бедро, кажется, останется синяк. Макс чуть ли не впечатывает мое тело в свое, настолько сильно, что я не могу дышать.

Все прекращается так же внезапно, как и началось. Будто демон, вселившийся в Стравинского, вдруг покинул его тело. Покинул ли?

Максимилиан порывисто отстраняется, и я, наконец, получаю возможность сделать вдох.

- Считай, что это прощальный подарок. А теперь уходи! – рявкает и толкает меня к двери.

Но я не слушаюсь, а наоборот, делаю шаг навстречу Максу. Он рывком хватает меня за плечи и встряхивает, как какую-то тряпичную куклу.

- У тебя есть хоть капля гордости? - ревет мужчина, и в этот момент он похож на дикого разъяренного зверя. – Убирайся, черт возьми! Пошла вон!

Стравинский упорно тащит меня к выходу, несмотря на то, что я сопротивляюсь, как могу, и вышвыривает на улицу, словно нашкодившего котенка. Или наскучившего?

Напоследок он захлопывает дверь прямо перед моим носом. От неожиданности зажмуриваю глаза. Пытаюсь отдышаться, но ком в горле не позволяет этого сделать.

- Ма-акс! - кричу истошно в закрытую дверь и яростно бью по ней кулаками.

В ответ слышу лишь затихающий звук быстро удаляющихся шагов.

Вот и все?!

Поворачиваюсь спиной к двери и медленно сползаю вниз, прямо на ледяное, припорошенное снегом крыльцо. Горло душат слезы, они стекают по щекам, оставляя тонкие дорожки, и капают мне на одежду. Глаза застилает туман обиды.

Все же не может вот так закончиться?! После того, что было... Нет, только не сейчас…

Выход первый

Несколько месяцев назад. Карина

Я еще раз покрутилась перед зеркалом. Оттуда на меня смотрела рыжеволосая девушка: большие карие глаза чуть подчеркнуты тенями, не слишком густые ресницы стали длиннее и пышнее благодаря туши, ненавистные веснушки скрыты под тональным кремом, скулы выделены легким румянцем, пухлые губы (хоть что-то, данное мне природой, сейчас в моде) покрыты прозрачным блеском. На мне элегантный летний бежевый костюм с брюками-палаццо, под пиджаком скрывается шелковый алый топ с черными кружевными вставками (он еще выполнит свою роль, но об этом позже).

Все, как Ему нравится, да и родители одобрят мой образ - ни капли не сомневаюсь. Мне самой импонирует такой сдержанный стиль.

Надеваю черные лодочки на максимально плоской подошве, ведь Он невысокого роста (еще один пунктик в моем списке), беру клатч и быстро выбегаю в гостиную, потому что Ему нравятся пунктуальные девушки.

Мама, конечно же, уже там, делает вид, что листает журнал, но на самом деле ждет меня.

- Карина, милая, ты уже готова? - спрашивает она очевидное, просто выигрывая время, чтобы просканировать меня оценивающим взглядом с головы до ног.

Маме за сорок, однако папины финансы и чудеса косметологии помогают ей оставаться молодой и безумно красивой. Рядом со мной она выглядит скорее сестрой, чем родительницей. Голубоглазая блондинка с безупречной фигурой, вымученной диетами и спортзалом, она привыкла ловить на себе восторженные взгляды мужчин. При этом мама отчаянно молодится, дошло до того, что в один прекрасный день она потребовала называть ее по имени.

- Да, Амелия, лучше приехать пораньше и подождать, чем опоздать и показать свою невоспитанность, - сказала я то, что она хотела услышать.

Судя по потеплевшему взгляду матери, проверку я прошла успешно: наряд одобрен, настрой правильный. Пусть так и думает, а потом поплачу у нее на плече, порассуждаем на тему "что же нужно этим мужикам, ничем им не угодишь" и получу пару месяцев отдыха от кавалеров.

Дело в том, что сразу после моего совершеннолетия мама загорелась идеей удачно выдать меня замуж. Отец сразу же занял нейтральную позицию, при любом нашем разговоре ссылался на большую занятость и оперативно скрывался в кабинете.

Меньше чем за два года мама успела подобрать для меня десятки кавалеров. Толстые и подкачанные, смекалистые и беспросветно глупые, мачо и ботаны, нахальные и молчаливо-скромные, блондины, брюнеты, математики, программисты, гуманитарии, спортсмены, но главное, что их объединяло, - все были выходцами из интеллигентных и до неприличия богатых семей.

Сначала я пыталась бунтовать, ругалась с мамой, даже убегала из дома, потом решила зайти с другой стороны - и просто грубо отшивала каждого нового кавалера на первом же свидании. Незамысловатая стратегия работала до тех пор, пока один из них, особенно ранимый и нежный мальчик, не пожаловался своим родителям, в точности повторив мои слова, без цензуры. Уважаемая семья дипломатов, а именно на них я умудрилась нарваться, такой обиды стерпеть не смогла. Разразился скандал, который косвенно, но все же подпортил имидж моего отца и негативно сказался на его строительном бизнесе. В итоге, меня ждал долгий и неприятный семейный разговор, в котором на сей раз участвовал и папа, позорные извинения, что мне пришлось промямлить обиженному комнатному дипломатическому цветочку, отвратительные минуты примирения с объятиями и слюнявым поцелуем в щеку - и месяц наказания.

Мама лишила меня всех гаджетов, запретила выходить из дома (благо, было лето и мне не пришлось пропускать учебу в университете), общаться с подругами, посещать светские мероприятия. Вместо этого я должна была сидеть затворником и "думать о своем поведении". Что ж, и я надумала...

- Максимилиан Стравинский - очень приятный молодой человек, в свои 27 уже имеет два высших образования. Его отец владеет крупным издательством, мачеха держит небольшой салон красоты. Конечно, не самый удачный вариант по сравнению с предложенными мною ранее, но ты же носом крутила. Теперь будем довольствоваться тем, что осталось... - мать многозначительно хмыкнула, пробуравила меня взглядом, а после, будто опомнившись, подошла ко мне и нежно обняла. - Удачи, девочка моя, ты сегодня особенно красива - и учла все, что я тебе говорила. Максимилиан будет сражен!

О, да, мама! Ты даже не представляешь, насколько! Просто разрывной выстрел в голову!

- Надо бежать, такси уже у входа, - я аккуратно освободилась из объятий и направилась к двери.

В несколько шагов я преодолела холл, не переставая чувствовать на себе пристальный мамин взгляд. Лишь проскочив наш огромный сад, выйдя на улицу и дождавшись, когда массивные кованые ворота автоматически закроются за моей спиной, я смогла вздохнуть спокойно, но лишь на секунду. Ведь дальше мне необходимо претворять в жизнь свой новый план.

1.

Слева от ворот я сразу же увидела серый автомобиль "Ауди" с шашечками на крыше. Я в нерешительности подходила ближе и ближе, пока не опустилось стекло со стороны водителя и в зеркале показалось довольное лицо моей подруги. Стараясь не торопиться (на случай, если мама решила проследить за мной через камеру наблюдения), я важно села на пассажирское место. И лишь закрыв за собой дверь, с визгом бросилась к Марине, обняла ее сзади вместе со спинкой кресла и чмокнула в щеку.

- Эй, невеста, отпусти - задушишь! - засмеялась Марина и, освободившись от моей хватки, завела автомобиль.

- Я тоже рада тебя видеть, - подмигнула подруге и подалась вперед так, чтобы расположиться ровно посередине, между двух передних спинок. - Заморочилась ты на этот раз, Мари. Шашечки где раздобыла? Да и автомобиль явно не в твоем вкусе.

- Чего не сделаешь ради бедной-несчастной подруги, которую хотят отдать в лапы красивого и богатого жениха! - Марина театрально положила руку на грудь и слегка запрокинула голову, не отвлекаясь при этом от дороги. - Шашечки в сувенирном нашла, а машина брата. Он, конечно, очень удивился, когда я попросила ее, но лишних вопросов не задавал. У нас же железное правило не лезть в личную жизнь и прикрывать друг друга перед родителями.

- Мои вы мушкетеры! - улыбнулась я. - Сменку не забыла?

- Обижаешь! - Мари тряхнула своими черными, вытянутыми утюжком и аккуратно уложенными волосами, протянула руку на соседнее сиденье и бросила мне сверток. - В этот раз твой заказ особенно дикий.

- Что ж поделать. Все по списку! - развела я руками и заглянула в пакет. Оттуда я вытащила светло-голубые рваные джинсы, черную косуху с клепками и главную изюминку образа - черные лаковые туфли на высоченном каблуке и платформе. При виде этого даже у меня лицо непроизвольно скривилось, что уж говорить об интеллигенте с двумя высшими.

- Все дизайнерское, кстати, чтоб не заподозрил неладное, - не оборачиваясь, сказала Мари. - Жаль, что не увижу его реакцию. Ты вообще сможешь на таких каблах ходить - ты же высоты боишься, - рассмеялась подруга.

- Смогу... как-нибудь, - прокряхтела я, переодеваясь на заднем сидении. - Мама сказала, он невысокого роста и надо соответствовать, чтоб не смущать мужчинку. Ну, вот, я и соответствую! - я еле застегнула эти ужасные туфли, накинула косуху просто наверх топа, нанесла яркую помаду на губы, а в завершение спрятала волосы под стильной косынкой и надела большие солнцезащитные очки.

Последнее - исключительно в целях конспирации, ведь если по дороге я такая "красивая" встречу кого-то из маминых подруг, то мне несдобровать.

Итак, мой план на сегодня прост: прихожу, отпугиваю потенциального жениха - и он сам меня бросает. Перед этим я, конечно же, узнала у мамы все известные ей подробности и составила список больных мест, чтоб по ним бить.

Стратегия оправдала себя уже дважды, правда, там было полегче: в первый раз я молчала и разыгрывала дикую стеснительность, так что наскучила моему спутнику спустя полчаса, на втором свидании я просто искренне призналась, что наука - это не мое, а я мечтаю стать дизайнером и приносить конкретную пользу людям, неся им красоту и комфорт, однако мой кандидат наук из известной профессорской семьи такой запал не разделил, на чем и разошлись.

После каждого "расставания" я делала вид, что крайне расстроена и разбита, а далее получала от мамы перерыв для того, чтобы "прийти в себя". Последний мой отдых затянулся на два месяца, так что от нынешнего свидания я никак отвертеться не могла.

- Страшно красива! - вырвала меня из воспоминаний хихикающая Мари. - Ну, что, едем к ресторану?

- Нет, покатаемся еще по городу. До встречи еще минут десять. А мы планируем опоздать... неприлично сильно опоздать.

- Слушай, Карина, а ты не думала, что среди всей этой вереницы женихов может оказаться твоя судьба, а ты ее просто пропустишь? - подруга серьезно посмотрела на меня через зеркало заднего вида.

Я придвинулась к ней как можно ближе и прямо на ухо прошептала:

- Судьбу не спугнешь. Если мой, то никуда не денется!

- Ты или отчаянная фаталистка, или беспросветная дура, - вздохнула Мари.

- Судьба у меня такая, - развела я руками и улыбнулась...

Я переступила порог ресторана ровно через 35 минут после назначенного времени и, честно говоря, начала опасаться, что жених меня не дождался. Навстречу мне вышел администратор с дежурной, будто приклеенной к лицу улыбкой - и в нерешительности замер. Пока он судорожно думал, подхожу ли я им по статусу и дресс-коду, я бросила: "Меня ждут за пятым вип столиком" - и быстро, пока он не опомнился, зашагала в глубь зала.

Нужно признать, что место мой жених выбрал отличное. Светлое просторное помещение с выдержанным в бежевых и шоколадных тонах декором, по залу разливается мелодия скрипки, но не классическая, а ее современная адаптация, уютные вип кабинки укрыты от посторонних глаз невесомыми балдахинами, а мебель - это удивительное сочетание хай-тека с выдержанной английской классикой.

Я могла бы рассматривать этот дизайн вечно, однако должна была идти уверенно и быстро, насколько позволяли эти проклятые каблуки, ведь за мной по пятам двигался растерянный, но упертый администратор.

Нужный столик располагался в одной из закрытых кабинок, что меня не могло не радовать: меньше шансов столкнуться с кем-то из знакомых. Где-то в глубине души заворочался червячок сомнения, а не перегнула ли я палку со своим внешним видом? Взяв себя в руки, я мысленно закопала слизкого гада обратно, и резко отдернула балдахин.

- Привет, Макс! Я - Карина, - с разбега плюхнулась в кресло напротив него: долой манеры!

Максимилиан поперхнулся чаем и закашлялся так, что даже ничего не смог сказать влетевшему вслед за мной администратору, а лишь махнул ему рукой, указав на выход. Отлично, одной проблемой меньше. Я сняла очки и освободила рыжую копну волос от косынки. Еще бы туфли снять... И сжечь! Но такого удовольствия я себе позволить не могу - вечер только начинается.

- При-вет, - откашлявшись, прохрипел Максимилиан. На глазах моего горе-жениха выступили слезы. Я на автомате пересела ближе, налила воды из графина и протянула ему стакан.

- Жив?

- Не дождешься! - отшутился он в ответ и сделал глоток воды.

За эти секунды я, наконец, смогла нормально рассмотреть очередного маминого протеже - почему бы и нет. Товар лицом, как говорится.

Максимилиан вовсе не красавец - до невозможности обычный парень: ровные темно-каштановые волосы, острый нос, тонкие губы, сжатые в прямую линию, будто он всегда всем недоволен. Но глаза - это отдельная история. Большие, ясные, голубые с зелеными вкраплениями - они смотрят прямо в душу, заставляя забыть обо всем. Вот и я попалась - сижу и просто пялюсь в его глаза, а он тоже хорош: не отводит взгляд, а будто изучает меня. Эх, Макс, по этому предмету тебя ждет незачет, прости.

Чтобы разорвать зрительный контакт, я изображаю тупейшую улыбку, на которую только способна, встаю во весь рост (плюс каблуки) и со словами: "Здесь жарко, не поможешь?" - поворачиваюсь к нему спиной. Максимилиан аккуратно стягивает с меня косуху, слегка касаясь пальцами моих оголенных плеч. Я на мгновение замираю и, кажется, чувствую его дыхание на своей обнаженной спине. Кожа покрывается мурашками - я обхватываю себя руками.

Тем временем мой спутник не придумывает ничего лучше, как опять закашляться. Значит, тот самый алый топ сделал свое дело: впереди он смотрится достаточно прилично, а вот сзади... глубокий вырез вульгарно открывает спину до самого низа. "Максимилиан предпочитает скромных и сдержанных девушек", - проносятся в голове слова мамы. И тут же эхом раздаются мои собственные мысли: "Это был перебор".

Не в силах развернуться и встретиться взглядом с Максом, я просто отхожу и сажусь на самое дальнее от него кресло. С трудом подняв глаза, пытаюсь прочесть, какие эмоции выражает его лицо, и не могу - оно непроницаемо. Повисшую над нами, словно тяжелая грозовая туча, тишину разрывает внезапно появившийся официант.

- Вы готовы сделать заказ?

- У вас есть коктейль "Секс на пляже"? - я одарила официанта своей придурковатой улыбкой и хлопнула глазками.

Макс в очередной раз подавился кашлем. Что-то я начинаю беспокоиться - он вообще выживет сегодня?

- Нннет, но... - промямлил официант, глядя не на меня, а на Максимилиана, как будто ища в его лице союзника.

- Такой красивый большой ресторан, а даже нет коктейля? И в меню все не по-русски, - я откинулась на спинку кресла и демонстративно надула губы.

- Карина, позволь я сделаю заказ, - мой жених, наконец, смог выдавить из себя что-то, кроме хрипов. - На свой вкус. Надеюсь, тебе понравится, - добавил он с какой-то показной нежностью в голосе.

Наверно, это была особая тактика, чтоб угомонить меня. Допустим. Я промолчала и лишь кивнула головой. Макс быстро показал официанту на несколько пунктов в меню - и тот поспешно удалился, от греха подальше.

- Ты добралась без проблем? - Максимилиан явно намекал на мое вопиющее опоздание, однако сегодня я не понимаю намеков.

- Прекрасно добралась! А что?

- Не важно... Итак, что привело тебя сюда, Карина? - мой спутник положил руки на стол, скрестив в замок, и сел так, будто это не свидание, а деловые переговоры, причем заведомо провальные - ни при каких обстоятельствах контракт подписан не будет. Однако уйти неприлично. Ох, уж эти правила приличия...

- Ты, - от искусственной улыбки у меня уже начало сводить скулы.

- Я? Ты меня даже не знаешь. Зачем ты решилась на свидание вслепую?

- Мама говорит, что главное в жизни - удачно выйти замуж, а ты, по ее мнению, - подходящий кандидат, не идеальный, конечно, но... - вот тут я даже не соврала, однако Максу такой ответ не понравился.

- А чего хочешь ты? - этот вопрос немного выбил меня из колеи, ведь именно его я хотела бы слышать от своих родителей.

- Я просто хочу быть счастливой, - искренне выпалила я и пожала плечами.

- И ты думаешь, что деньги принесут тебе счастье?

Я не придумала ничего лучше, как опять включить "блондиночку" (да простит меня мама) и глупо улыбнуться в ответ. Иначе наш разговор рискует стать осмысленным, а мне это не нужно.

- А ты почему согласился? Неужели сам девушку найти не можешь?

- Лучше будь один, чем вместе с кем попало, - задумчиво проговорил Макс.

- Ой, это же статус из соцсети, да? - противно пропищала я - и в этот момент даже мне самой захотелось себя ударить.

- Это Омар Хайам, - со скучающим видом протянул мой неудавшийся жених.

Так-с, клиент готов, выносите тело.

- Не знаю такого, кинешь ссылку? - реакции собеседника я не увидела, так как параллельно набирала под столом смс для Мари, чтобы та приехала и забрала меня. Думаю, хватит издеваться над Максимилианом - он и так все понял.

Вскоре официант принес наш заказ. Стало жутко интересно, что же там выбрал мой спутник. На стол передо мной опустилась тарелка с нежнейшим стейком из мраморной говядины средней прожарки. К нему подали легкий овощной салат с оливковым маслом и бокал красного вина. Да, это сложно назвать идеальным и тем более изысканным блюдом для дамы, но я просто обожаю мясо, так что в моем случае попадание оказалось точным. Я втянула носом воздух - и в животе предательски заурчало.

Но нужно держать себя в руках! Мари уже должна быть возле ресторана.

Новая безумная идея яркой лампочкой зажглась в моем измученном мозге. Едва ушел официант, как я прикрыла рукой рот, изображая тошноту, и сквозь покашливания прохрипела: "Я не ем мясо! Это чудовищно!"

Вскочив из-за стола, я продолжила:

- Это же была маленькая розовая свинка, совсем недавно она кушала травку и мило похрюкивала. А вы ее убили! - контрольный выстрел, пора мне завязывать с самодеятельностью.

- Это корова, - прошептал Максимилиан, встал, сделал шаг ко мне - и замер в растерянности. Из моих глаз брызнули слезы, и теперь я просто давилась смехом из-за всей этой ситуации и несуразного вида напуганного жениха. Я выбежала из випа и помчалась в уборную. К счастью, указатели позволили мне не блуждать по залу, а быстро добраться до цели и плотно закрыть за собой дверь. В противном случае, все посетители ресторана разбежались бы от моего истеричного хохота.

Я пришла в себя, сбрызнула лицо водой, попутно промокнула отвратительную помаду. Честно говоря, меня одолевало желание прямо отсюда сбежать к Мари и уехать, наконец. Но мой телефон остался в кабинке.

Когда я вернулась, со стола уже успели убрать всю еду, а Макс задумчиво мерил шагами пол. Увидев меня, мигом подошел вплотную. По росту он оказался немногим ниже меня (и то только благодаря моим высоченным каблукам), но даже при этом умудрялся смотреть на меня будто сверху вниз, снисходительно.

- Ты в порядке? - участливо спросил он.

- Не дождешься! - вернула ему его же шутку и осеклась. - Извини, но за мной уже приехала подруга. Я обещала пойти с ней... на шоппинг.

- Да, тебе не помешает, - чуть слышно пробубнел мужчина.

- Что?

- Что?

- Я пойду, - схватила клатч, телефон и вспомнила про косуху, которая с начала вечера так и лежала на диване возле Максимилиана.

Он быстро понял мое замешательство и галантно предложил свою помощь. "Скоро ты от меня отделаешься, не беспокойся," - подумала я, а в груди как-то неприятно кольнуло.

Я развернулась, чтобы Макс надел на меня косуху, но что-то пошло не так. Вместо холодной кожи с металлическими клепками я почувствовала на себе его обжигающую ладонь.

Он нежно провел рукой по моей спине и задержался на талии. Тело будто прострелил разряд тока. Я вздрогнула, гневно развернулась к нахалу и чуть не отвесила ему пощечину, но вовремя сдержалась - просто выхватила свою куртку и убежала прочь. Вслед я услышала лишь недоуменное "хм".

Да, Карина, все-таки перегнула палку. Впредь будь умнее и не провоцируй в "женихах" животные инстинкты - до добра это не доведет...

Выход второй

Я вскочила ни свет ни заря, быстро собралась и, не дожидаясь завтрака, помчалась в универ. Нет, я вовсе не опаздывала, даже наоборот. Просто всю эту неделю я пытаюсь избежать разговора с мамой, пока что довольно успешно. Вот и сегодня мне удалось улизнуть из дома до того, как она проснулась.

Сидя в пустой аудитории, я мысленно прокручивала свое свидание и думала, что и как я скажу маме. В том, что Максимилиан уже не появится в моей жизни - я не сомневалась. Но как в очередной раз отвести от себя подозрения и выйти "несчастной брошенной" - вопрос.

- Привет, дорогая! Ты что, уже ночуешь здесь? - Марина с грохотом бросила свою сумку на стол и уселась рядом со мной.

- Привет, Мари, я только зашла, - отмахнулась я.

- Ну-ну... Максик твой не объявился? - заговорщически шепнула она мне на ухо, потому что в аудиторию уже начали стекаться наши однокурсники.

- Во-первых, никакой не мой, а во-вторых, я тебе говорила, что такое шоу ни один здравомыслящий человек не согласится повторить, - я выдавила из себя улыбку.

- Не жалеешь?

- Конечно, жаль парня...

- Ты знаешь, что я о другом, - Мари пристально посмотрела на меня.

От ответа меня спас радостно подбежавший к нам Пьер. Мы дружим еще со школы, и только нас с Мари он посвятил в свою маленькую тайну. Дело в том, что по паспорту он просто Петр Валунов - и твердо уверен, что дизайнер Петя не вызовет доверия и должного уважения, а вот для Пьера Валуа будут открыты двери самых богатых особняков и фешенебельных ресторанов страны, а может, даже зарубежья. Поэтому твердо решил со временем поменять документы, а пока просто скрывать настоящее имя. Преподаватели на удивление эту его странность поняли и поддержали, ну, а мы с Мари молчим, как рыбы, хотя наедине подруга не упускает случая укусить нашего Петю.

- Ну, что, Пьеро, подготовил эскизы для Адольфовны? - такое прозвище с легкой руки Мари получила одна из наших преподавательниц за суровый характер и любовь к немецкому искусству.

- Не зови меня так. А эскизы еще с прошлой недели готовы, - Пьер важно поправил свои угольно-черные кудри, аккуратно разложил на столе листы и, делая вид, что обиделся, молча сидел в ожидании начала пары.

- Ладно тебе, - обняла его Мари. - А эскизы шикарные! Впрочем, как всегда!

Я не могла не согласиться. У Пети талант и какое-то особое видение мира. Он обязательно добьется успеха, и абсолютно не важно, под каким именем.

Я же сегодня получу нагоняй, ведь с событиями последних недель я совсем забросила учебу. Делая вид, что исполняю мамину мечту, я вовсе забыла о своей. А ведь каких усилий мне стоило защитить свое право самостоятельно выбрать профессию.

С детства я бредила искусством, но у отца на меня были другие планы. Единственный ребенок в семье, я должна была работать в его строительной компании, а потом и вовсе перенять бизнес. Папа нашел престижный вуз в Англии - и я даже подала туда документы. Но в последний момент закатила скандал, по итогам которого мы сошлись на том, что я поступлю на факультет дизайна интерьера, что хоть немного, но перекликается с направлением семейного бизнеса. Свою роль тогда сыграла и мама, которая задалась целью найти мне жениха, а значит, у отца оставалась надежда обзавестись толковым зятем и будущим главой компании в одном лице.

Я же о своем выборе не пожалела ни разу. Более того, я в числе лучших на потоке, а недавно даже получила свой первый небольшой заказ, что для студента третьего курса сродни фантастике. И сейчас мне нужно сосредоточиться на своем будущем, а не бегать по бессмысленным свиданиям.

2.

Пары пролетели, как в тумане. В счет прошлых заслуг мне дали отсрочку по невыполненным заданиям, так что со спокойным сердцем и новыми силами я пошла к Мари. Только там я могла плодотворно поучиться без маминых расспросов, советов и оханья. Просто не готова ко всему этому, не сегодня...

Пьер увязался за нами с твердой решимостью подтянуть успеваемость такой бездельницы, как я. И, честно говоря, я очень благодарна обоим за заботу и поддержку. Без них я бы, наверно, давно сдалась и плыла по течению... реки Темза.

- Может, хоть кофе выпьем? - со скукой в голосе протянула Мари, пока я корпела над эскизами для Адольфовны, а Пьер искал в просторах интернета информацию для моего будущего реферата по истории искусств. Мы лишь промычали в ответ что-то несвязное.

Мой мобильный то и дело вибрировал в беззвучном режиме - мама очень ждала меня дома, и мое смс с оправданиями, похоже, ее не убедило.

- Карина, а вдруг это твой жених звонит? - игриво подмигнула Марина и схватила мой телефон.

- Кто? - встрепенулся Пьер и даже развернулся к нам.

- Мари шутит, - процедила я сквозь зубы и гневно взглянула на подругу. У нас с ней давний договор о том, что никто не должен знать о моих свиданиях и вообще о том, что мама ищет мне жениха. Вся эта ситуация в принципе кажется мне унизительной.

Мари звонко захохотала и покрутила в руках телефон:

- Шучу, зато смогла хоть на секундочку отвлечь вас от учебы!

Пьер сразу же потерял всякий интерес и вернулся к экрану ноутбука. А я неодобрительно покрутила головой и протянула руку, чтоб выхватить у Мари свой мобильный. Но она не собиралась так легко сдаваться: вскочив на диван, подняла телефон над головой и показала мне язык. Я последовала ее примеру - и уже через минуту две великовозрастные дамы прыгали, как сумасшедшие, по несчастным подушкам и заливисто смеялись.

Да, мама бы не одобрила такое поведение. Родители же Марины, несмотря на статус и достаток, более лояльно относились к своим детям и не диктовали им каждый шаг. Порой я даже завидовала подруге, конечно, по-доброму...

Телефон опять завибрировал, но на этот раз коротко, оповещая, что пришло смс. Мари, продолжая хихикать, разблокировала экран, быстро пробежалась по нему глазами - и озадаченно посмотрела на меня, протягивая мобильный.

- И лучше присядь, - пробормотала она.

На экране мерцало пять пропущенных звонков от неизвестного номера и смс. "Извини, мы неправильно друг друга поняли. Думаю, нам стоит встретиться завтра. Я приеду за тобой в восемь. Макс".

Я нервно сглотнула и непонимающим взглядом уставилась на Мари, как будто это она приглашает меня на второе свидание. Подумать только, это же мое первое второе свидание в жизни! Настолько серьезно я еще не влипала, что я сделала не так?

- Похоже, он извращенец, если пригласил еще раз ту самую женщину-вамп, что я видела в машине тем вечером, - прошептала подруга. - Ну, или все-таки судьба.

- Дура ты! Лучше подскажи, что мне делать, - вздохнула я и принялась собираться домой. Надо рассказать маме "замечательную новость" - и, быть может, удастся избежать расспросов под предлогом, что мне необходимо выспаться перед важной встречей.

Наскоро запихнув в сумку все наброски, я чмокнула Пьера в щеку и со словами: "Мама звонила. Мне пора!" - умчалась домой.

***

- То есть завтра он приедет к нам в восемь? Это так неожиданно, - Амелия провела рукой по своим идеальным платиновым волосам и растерянно улыбнулась.

- Нет, ма... Амелия. Я думаю, будет лучше, если он встретит меня у входа. Не стоит раньше времени пугать мужчину знакомством с родителями.

Перед глазами предстала картина: Максимилиан в нашей гостиной неспеша пьет чай и мило обсуждает с мамой фасон моего свадебного платья, состав букета, список гостей и медовый месяц. А я тихо сижу, как перед казнью, в ожидании их приговора... Бррр, страх какой!.. Надо срочно что-то придумать!

- Как мудро ты мыслишь, моя дорогая! Я доверяю тебе самостоятельно подготовиться к этому свиданию. На этот раз я вижу, что ты услышала меня и серьезно отнеслась к своему будущему. А теперь иди отдыхай! И можешь, вообще завтра не идти в этот свой... университет архитектуры и дизайна, - Амелия скривилась, как будто съела особенно кислый лимон... целиком. - Завтра ты должна сиять, моя девочка!

Я молча поцеловала маму в щеку и поднялась в свою комнату. Учебу пропускать ради какого-то очередного жениха я, конечно же, не собираюсь, как и ложиться спать пораньше. Сейчас я должна продумать, как отпугнуть от себя этого "стойкого оловянного солдатика" и, что немаловажно, где спрятать вещи и переодеться, ведь Макс обещал подъехать к самому дому (не лень же ему было адрес узнавать и мой номер телефона, настырный какой!).

Но, как только я села за стол, вместо того чтобы коварно создавать сценарий провального свидания, взяла лист бумаги, карандаш - и рука, будто управляемая неведомой силой, сама начала порхать над белым полотном, рисуя причудливые линии. Через несколько часов работы все вокруг меня было завалено набросками будущего проекта дизайна интерьера - того самого своего первого заказа, к которому я все никак не могла приступить. Из-под моего карандаша вышло необычное смешение стилей - слишком яркое и дерзкое, даже для меня, но я почему-то была уверена, что заказчику понравится.

Уже начало светать, когда я открыла ноутбук и запустила программу для создания проекта

- Красивая машинка, - сказала я вместо приветствия и провела пальчиком по двери серебристого майбаха, которую галантно распахнул передо мной хмурый Максимилиан. Растягивая каждое движение, медленно, но уверенно приводя жениха в бешенство, я расположилась на переднем пассажирском сидении и, наконец, смогла немного перевести дух.

Эта пятница не задалась с самого начала. Случайно, не 13-е? После бурной ночи, проведенной с ноутбуком, я, конечно же, опоздала в универ, а потом засыпала на всех парах, за что получила порцию неодобрения от Пьера и стопку вопросов от Мари. Дабы не ухудшать свое и без того плачевное положение, я поспешно ретировалась и позорно сбежала от друзей домой. Голова раскалывалась, так что, лишь переступив порог своей комнаты, я упала на кровать и проспала до самого вечера.

Ровно в 19.00 зазвонил мобильный. С трудом поборов желание выбросить его в окно, а заодно и того, кто находится на другой стороне линии, я все же провела пальцем по зеленой кнопке. Голос в трубке заставил меня мгновенно проснуться. "Добрый вечер. Я приеду через час. Надеюсь, ты будешь готова!" - тоном, не терпящим возражений, произнес Максимилиан. Промычав в ответ что-то вроде "угу", я отключилась и помчалась в душ.

Наскоро нанеся макияж, собрав непослушные волосы в высокий хвост и надев то, что первое попалось под руку, я выскочила через черный ход, пробежала задний двор и оказалась с противоположной стороны от того места, где должен был ждать меня горе-жених. Хотя, учитывая все произошедшее, сегодня, скорее, это я - горе-невеста.

Дойдя до угла забора, увитого плющом, я оглянулась по сторонам, благо, сгущающиеся сумерки скрывали меня от посторонних глаз, и полезла по ветвям к своему тайнику. На одном из шпилей, торчащих наверху каменной стены, среди зеленой листвы притаился пакет с теми самыми "дизайнерскими" вещами от Мари. Единственное, что я успела сделать этим утром для подготовки к свиданию - так это спрятать сюда наскоро собранную "сменку"...

Переодеться полностью времени (да и смелости, учитывая, что я на улице) не хватило, поэтому я натянула ненавистные каблуки вместо удобных лодочек, косуху - вместо элегантного укороченного пиджака, а свои вещи поместила в тайник. Уже на ходу я подумала, что, должно быть, нелепо смотрюсь в облегающем платье цвета молочного шоколада в сочетании с грубой кожаной курткой и туфлями стриптизерши...

- Ты выглядишь... прекрасно! - то ли прорычал, то ли проскрипел зубами Макс, сжимая руль до белых костяшек. - Как прошла неделя?

Пытается расположить меня к себе, завести беседу. Но зачем ему все это, не понимаю! Может, и вправду извращенец, как говорила Мари?

По радио заиграла одна из современных песен-однодневок, лишенных смысла, мелодии, рифмы - одним словом, убийца мозга. Как по команде, мы одновременно потянулись к кнопке выключения, но в самый последний момент я... сделала громче.

- Это же одна из моих любимых песен, - прокричала я прямо в ухо Максу, отчего тот поморщился, и повернула громкость до упора.

Было ощущение, что в моей голове стадо тараканов бьют в музыкальные тарелки, но я радостно размахивала руками и делала вид, что подпеваю. Мой спутник лишь сосредоточенно смотрел на дорогу. Когда закончилось это мучение, я объявила следующий трек тоже "неплохим" и продолжила.

Мой мозг просто взрывался, однако Макс оставался спокоен (или делал вид?). Я уже собралась объявить капитуляцию и выключить жалобное мяуканье, раздававшееся из колонок, как мы, к счастью, приехали.

Максимилиан как-то по-дружески взял меня за руку и провел внутрь престижного клуба, где сегодня, по его словам, выступает известная джаз-рок группа. Но настоящим сюрпризом для меня оказалось то, что за столиком нас уже ожидали его друзья.

- Мои друзья детства: Олег и его сестра Марго, - произнес Макс, приблизившись ко мне почти вплотную, так как музыка здесь играла хоть и приятная, но громкая. - А это... Карина.

- Приятно познакомиться, - я протянула ребятам руку, а после добавила, - Макс о вас... ничего не говорил, - и послала невинный взгляд напрягшемуся жениху.

- Макс? - удивленно расширила свои и без того большие серые глаза Марго и непонимающе тряхнула густыми каштановыми волосами. - Ты же не любишь, когда тебя так называют... - тихо пробормотала.

Так, а это что за пунктик? И почему мама ничего не рассказала мне о трепетном отношении жениха к своему полному имени Максимилиан? Сдает позиции или источники информации подвели? Вот так, до всего приходится додумываться самой и действовать интуитивно. Что ж, Максимка, продолжим.

- Вот сейчас и познакомимся! - угловатое лицо Олега расплылось в улыбке чеширского кота, а я поежилась и непроизвольно придвинулась ближе к своему спутнику. Что-то не нравится мне этот "друг", прямо какая-то нелюбовь с первого взгляда.

- Мы уже сделали заказ, - прокричала Марго. - Но не волнуйся, Максимилиан предупредил, что ты не ешь мясо. И мы тоже не будем. Устроим вегетарианскую вечеринку, - она по-доброму подмигнула мне, заставив невольно улыбнуться в ответ, а вот братец нахмурился. Хотя я его настроение разделяла. Честно говоря, я совсем забыла о своем "вегетарианстве" - угораздило же меня устроить Максу весь этот спектакль.

Марго отсалютовала мне бокалом шампанского:

- Что ж, за знакомство?

- Позволь мне за тобой немного поухаживать, - спохватился Олег, потянувшись к бутылке шампанского. - А то Максимилиан у нас за рулем, - боковым зрением я заметила, что мой спутник несколько напрягся и повернул лицо в мою сторону.

- Я не пью... - прокричала я, а после паузы добавила, - шампанское. Может, что-то покрепче?

Олег замешкался, а Макс налил себе колу и осушил стакан в пару глотков. Шоу должно продолжаться - решила я и подозвала официантку. Несколько минут спустя резвая блондинка уже несла нам бутылку водки и пару рюмок.

- Вот теперь можно и за знакомство, - подмигнула я Максу.

- Ты уверена? - одними губами спросил он, пока Олег наливал мне водку, ну, и себе за компанию.

С приклеенной улыбкой взяла рюмку, набрала в рот ее содержимое и, делая вид, что запиваю, тут же выплюнула все в колу. Губы и язык жгло нещадно - так что хоть в этом плане играть не приходилось. А еще сильнее меня прожигали три пары удивленных глаз.

- З...за знакомство, - пролепетала Марго и, виновато взглянув на Максимилиана, сделала маленький глоток из своего бокала. Олег, подумав немного, осушил свою рюмку, и как-то неприятно-слащаво мне улыбнулся.

Я невольно вздрогнула и повернулась к своему несчастному жениху (надо прекращать его так называть, а то и привыкнуть немудрено).

- Мааакс, - противно протянула я и провела пальцем по его руке, - А пойдем танцевать, - широкая улыбка в качестве контрольного выстрела. Хотя, судя по предыдущему свиданию, его мои пули не берут.

Вот и сейчас сидит с непроницаемым выражением лица и просто молча смотрит на меня. Потом берет мою руку, слегка касается губами и с улыбкой, но строго произносит:

- Конечно! Но чуть позже, - и придвигает мне тарелку с каким-то салатом, любезно принесенным официанткой. - Давай сначала поужинаем.

Я замечаю, что его взгляд скользит мимо меня, куда-то в противоположную сторону зала. Оборачиваюсь, пытаюсь рассмотреть, что привлекло внимание Максимилиана или кто, но там слишком темно и многолюдно. Заметив мой интерес, он поспешно прячет глаза и принимается за свой ужин.

Некоторое время ребята пытаются вести беседу, но слова тонут в громкой музыке. Поэтому нам остается лишь ковыряться вилками в своих тарелках и время от времени выпивать. Инициатором последнего, кстати, все время выступает Олег. Он то и дело наполняет мою рюмку и с видом кота, обожравшегося сметаны, следит, как я якобы опрокидываю ее в себя.

Уже второй раз за вечер я прошу блондинистую официантку забрать мой стакан с колой и принести новый, чем привлекаю внимание Марго. На ее вопросительный взгляд лишь пожимаю плечами и кричу: "Пузырьки выдохлись. Не люблю без пузырьков".

Марго хочет что-то сказать, но Макс вдруг встает из-за стола.

- Я на пару минут, не скучайте, - кричит он, но смотрит не на нас, а куда-то в толпу.

Потом делает вид, что целует меня в щеку, а на самом деле лишь касается ее своим дыханием, - и уходит. Пытаюсь проследить взглядом, куда, но он мгновенно теряется в толпе. Что за спектакль, а главное - кто потенциальный зритель? Явно не друзья... Вопросительно смотрю на Марго, но она лишь улыбается и зовет танцевать.

Танцевать так танцевать. К тому же, музыка располагает. Если бы еще не эти ужасные туфли - ноги просто огнем пекут!

Марго оказалась очень веселой и приятной девушкой, не чета своему братцу. Мы беззаботно плясали под зажигательные композиции джаз-рок группы, смеялись и дружно отшивали подвыпивших мужчин, бездарно пытающихся с нами познакомиться. В общем, команда из нас вышла что надо. Уверена, что мы могли бы подружиться... Где-то в параллельной вселенной, но не в этой - мысленно одернула я себя.

- Идем водички выпьем, - кричу я Маргарите, видя, как очередные пижоны пританцовывают в нашу сторону.

- Ага, только давай сразу к барной стойке, она ближе.

Танцуя, мы не заметили, как оказались в самом центре зала. Я оглядываюсь, долго ищу глазами наш столик и нахожу с трудом. Он пуст: Макс все еще не вернулся, а Олег... Впрочем, плевать, куда он делся. Надеюсь, уехал домой. А вот спутника моего хотелось бы найти, для кого я тут наряжалась и "напивалась"?!

У барной стойки нас встречает красивый бородач, подмигивает и уже через секунду ставит перед нами два стакана минералки. Наконец-то, можно немного перевести дух. Только сейчас я ощущаю, что мои ноги уже не болят - они просто онемели.

- Максимилиан так мало нам рассказал о тебе. Вы давно знакомы? - улыбнулась Марго.

- Нет, недавно. А что он говорил обо мне? - не удержалась я от вопроса. Хотя какая мне разница, что он там говорил.

- Просто сказал, что придет с девушкой. Мы часто собираемся в клубе - здесь всегда отличная музыка, - девушка сделала глоток воды и заговорщически сказала, - Знаешь, Максимилиан - добрый и отзывчивый человек! Ты поймешь это, когда ближе его узнаешь. Просто с недавнего времени он несколько... закрылся.

- А что случилось? - еще один непрошенный вопрос, ответ на который мне не нужен. Не нужен же, да?

- Будет лучше, если он сам тебе все расскажет. Ты хорошая, хоть и... странная. Мне кажется, у вас может получиться...

Марго продолжала что-то говорить - или это в ней уже говорило выпитое шампанское, - но я не слушала. Мое внимание привлекала пара, которая стояла у входных дверей. Высокая девушка с точеной фигурой и черными длинными волосами стояла спиной ко мне, так что я не могла видеть ее лица. А рядом... Максимилиан что-то эмоционально говорил ей... Так вот к кому он сбежал "на пару минут", которые чудным образом растянулись минимум на полчаса. Конечно, в компании такой модели время летит незаметно...

Необъяснимая злость наполнила меня, выбивая здравый смысл. Привел меня с друзьями знакомиться, а сам... А если я бы и вправду хотела отношений, верила бы ему - как было бы больно! Что ж, сейчас я напомню о себе!

Со стаканом в руке я обошла Марго, замолчавшую на полуслове, и начала быстро пробираться сквозь густую массу людей к выходу. Толкала, наступала на ноги, ловила вслед ругательства, уронила и разбила стакан с водой, но шла дальше. До тех пор, пока кто-то не схватил меня за руку.

- Уже уходишь? - в нос ударило тяжелое алкогольное амбре, а передо мной возникло лицо Олега. Самоубийца, что ли?

Я выдернула руку и уже готова была выместить на нем весь накопившийся гнев, но заметила идущую в нашем направлении Марго. Ее большие, немного обеспокоенные глаза будто вернули меня в реальность. Вдох-выдох. Спокойствие, только спокойствие, как завещал великий Карлсон.

- Ты так быстро сбежала. Что случилось? - взволнованно поинтересовалась Маргарита.

- Да так, показалось, - хмыкнула я и посмотрела в сторону выхода. У дверей уже не было видно ни Максимилиана, ни его брюнетки. Да и черт с ними, в самом деле! Чего это я на ровном месте будто с цепи сорвалась? Ох, и доведут меня эти свидания, нужен перерыв!

- Пойдем потанцуем? - улыбнулся мне Олег, за что получил легкий удар в бок от Марго и ее грозный предостерегающий взгляд.

Меня, конечно, такая перспектива не прельщала. Но я вдруг подумала, что это может стать жирной точкой вечера. Максимилиан должен быть взбешен, когда узнает (а он узнает, по глазам Марго вижу), что его подвыпившая девушка радостно отплясывала с другим...

Поэтому глупо улыбаюсь и иду с Олегом на танцпол, чувствуя, как спину прожигает недовольный взгляд Марго, а может, не только ее?

Виляю бедрами, грациозно двигаю руками, кружусь, но все время держу мерзкого дружка на расстоянии.

К моему огорчению, музыканты объявляют медленный танец. Первый за весь вечер!

Олег молниеносно притягивает меня к себе вплотную и, путаясь в ногах, пытается вести. Выглядит это, наверно, так же нелепо, как чувствуется. Собираюсь оттолкнуть его от себя и уйти за столик, как ощущаю нагло ползущую руку на своем бедре.

- Убери свою руку или я оторву ее тебе вместе с кое-чем еще! - кричу Олегу на ухо. И он, на удивление, слушается! Даже отстраняется от меня, от чего сразу чувствую облегчение и выдыхаю.

Через мгновение понимаю, что Олег испугался вовсе не меня...

Меня хватают за руку, прокручивают вокруг своей оси - и вот я уже прижата к крепкому мужскому телу. Голова кружится от запаха дорогого пряного парфюма и... злости. Встречаюсь глазами с бездонными озерами Максимилиана - и тону. Не могу отвести взгляд, не могу убрать руки с его накачанных плеч, не могу отстраниться, не могу отказаться от этого нарастающего тепла между нашими телами, не могу перестать ловить его дыхание на своих губах...

Или не хочу?..

Максимилиан

Пигалица малолетняя! Что она о себе возомнила? А я тоже хорош - повелся на рассказы Виолы о "скромной, умной девочке из приличной семьи". Видела бы она эту "девочку" на первом свидании. Боевой раскрас, байкерская куртка, рваные джинсы, как будто ими полы мыли не один год, и этот вызывающий топ. Одним словом, чертовка - и копыта надела соответствующие.

Но хороша чертовка - я бы не отказался от такой на пару ночей. Мда, похоже, история с Катериной ничему меня не научила, так и продолжаю западать на смазливые мордашки и соблазнительные фигурки.

Если бы я не хотел отвлечься и развеяться, то никогда не согласился бы на авантюру Виолы. Тоже мне, сваха. До сих пор не понимаю, как она меня убедила на это договорное свидание. Мачеха всегда имела на меня особое влияние. Она была намного младше отца, красивая, жизнерадостная, наивная. Нет, вы не подумайте, я не видел в ней женщину, скорее - сестренку, которой мне так не хватало. Да и она, как мне казалось, всегда безумно любила исключительно отца, даже когда он этого не заслуживал.

Женщины - вообще странные существа. Бросаешь весь мир к их ногам, а они сбегают на выжженную солнцем пустую планету. Вот и Виола из многочисленных поклонников выбрала отчужденного, склонного к выпивке, азартным играм и свободным связям Анатолия. Нет, мой отец не всегда был таким - что-то надломилось в нем после смерти матери. И в итоге, вместо одного я потерял сразу двух родителей. Со временем мы с папой отстранились и превратились в чужаков, соседствующих под одной крышей. Я не разделял его образа жизни, а он считал, что я не имею права на голос. Так что самым близким человеком для меня стала Виола.

С Катериной совсем другое дело. Модель с ногами от ушей, кукольным личиком, подтянутым телом, она взяла меня своей внешностью. Это была затмевающая разум страсть. Я почти поверил, что влюблен и даже готовился сделать ей предложение, но Катерина выбрала планету побогаче. Причем узнал я об этом совершенно случайно, в самом разгаре "полета". Видимо, стерву вполне устраивало "двойное гражданство"...

С тех пор прошло уже полгода, но моя мужская гордость все еще уязвлена. Отныне я зарекся - не иметь ничего общего с подобными пустышками. Рядом со мной должна быть такая себе серая мышка, чтоб заглядывала в глаза и ловила каждое слово. Нет, любить я ее не собираюсь, а вот в качестве девушки сойдет, на первое время, пока не отойду от предательства Катерины. Пусть дома сидит, крючком вяжет, зато не улетит на другую планету.

В таком ключе я и думал, соглашаясь на затею Виолы. К тому же, раньше она никогда не лезла в мою личную жизнь, а тут прям вдохновилась этой "девочкой", не знала, на каком блюде мне ее преподнести. И я сдался, со скукой ожидая предстоящую встречу.

А появилась Карина - ворвалась огненным вихрем, снесла все мои планы, а вместе с ними и голову с плеч.

Я так до конца и не понял ее. Беспросветно глупая, но с острым язычком, облаченная в кожу, но убежденная вегетарианка, вызывающая и вульгарная, но готова была испепелить меня взглядом, когда я не удержался и всего лишь дотронулся до ее обнаженной бархатной спинки...

Всю неделю не мог выбросить этого дьяволенка из головы - и в итоге пригласил ее в клуб. В конце концов, почему бы не развлечься? Вот что делает с мужчиной долгое отсутствие женщины - начинаешь интересоваться всем, что движется.

О своем решении я пожалел почти сразу. Карина умудрилась превратить многообещающий вечер в один из кругов ада.

Я стойко терпел ее ужасное пение в машине, рядом с ним даже бездарные песни из динамиков казались тонкой классической музыкой. Терпел отвратительные туфли-ходули, из-за которых она еле ковыляла. Терпел противное "Мааакс", такое писклявое и немного с надрывом. Терпел ту зелень, которую мы все жевали, как кролики, чтоб не оскорбить чувства вегетарианки. Терпел недвусмысленные взгляды Олега в ее сторону, хотя сам не понимал, почему они меня так злят...

Однако, когда Карина начала заливать в себя водку, подобно алкоголику со стажем, я готов был просто уехать домой - и пусть с ней Олег разбирается.

Меня остановил смутно знакомый силуэт в толпе. Какого-то черта Катерина вернулась из Милана, куда ее увез денежный папик сразу после нашего расставания. Она тоже заметила меня и снисходительно махнула рукой в знак приветствия.

Буря чувств и эмоций поднялась откуда-то из глубины моего сознания и вмиг стерла долгие полгода. Вот стерва! Ненавижу, все так же ненавижу!

Пытаясь игнорировать Катерину, демонстративно приблизился к что-то визжащей Карине и поцеловал ее руку.

Пусть знает, что я тут не страдаю.

Но стерву это только подзадорило. Через какое-то время я увидел, что Катерина направляется прямо к нашему столику. Разыграв маленькую сценку нежности, я пошел на перехват - нельзя, чтобы бывшая ближе познакомилась с моим непутевым чертенком.

- Привет, Максимилиан, как ты? - промурлыкала Катерина.

- До встречи с тобой все было прекрасно, - рявкнул я, - Чего тебе?

- Все еще злишься? - она как бы невзначай поправила черные, как и ее жалкая душонка, волосы, - Просто хотела поздороваться с дорогим мне человеком.

- Не дороже твоего папика, так что возвращайся к нему скорей. И надеюсь, мы больше не увидимся. Меня ждут друзья.

- И та рыжеволосая алкоголичка? Твоя новая любовь? Совсем отчаялся, видимо, за эти полгода, - рассмеялась она.

Вот стерва, весь вечер наблюдала за нами...

- Закрой свой грязный рот! Ему больше подходит другое применение, так что иди к папику и займись делом, - я толкнул Катерину плечом и пошел в сторону танцпола.

- Нет никакого папика, это была ошибка! - крикнула она вслед, но мне уже было все равно.

В толпе я заметил их...

Дьяволенок откровенно танцевала, заставляя мое сердце биться чаще, а рядом с ней чуть ли не из штанов выпрыгивал Олег.

Я ускорил шаг, чтобы забрать пьяную девчонку, увезти домой и сдать ее родителям, а то потом обвинят меня невесть в чем...

И тут чертов медляк. Пока я добрался до "парочки", Олег успел изрядно облапать Карину, да и она не сильно сопротивлялась. Очередная стерва.

Я кипел от злости. Думаю, это была заметно, потому что Олег при виде меня сразу убрал руки и отошел на безопасное расстояние. А я схватил Карину, но, вместо того, чтобы увести из клуба, прижал к себе.

Она вонзила тоненькие пальчики в мои плечи, даже не пытаясь оттолкнуть, - лишь испуганно смотрела мне в глаза и часто дышала. А еще так сладко пахла вишней - этот аромат туманил разум.

Я приблизился к ее лицу и не мог оторвать взгляд от сочных губ, зачем-то скрытых под яркой помадой. Единственное, чего я хотел сейчас, - просто попробовать их на вкус...

Мелодия оборвалась...

Карина

Домой мы ехали в гнетущей тишине. По радио играла ненавязчивая музыка, дорога была не нагруженной, а Макс упорно молчал, поджав губы. Майбах ехал достаточно быстро, но аккуратно.

Я откинулась на спинку кресла и смотрела на мелькающие за окном деревья и здания, мысленно желая поскорее оказаться дома и навсегда забыть об этом вечере...

Наш танец в клубе длился недолго. Как только закончилась композиция, музыканты объявили короткий перерыв и включили фоновую музыку.

Максимилиан резко отстранился, с трудом сдерживая полыхавший в его глазах гнев (а может, что-то еще?), схватил мою руку и потянул за собой. Он делал большие, быстрые шаги, поэтому я еле успевала ковылять вслед на каблуках.

Пару раз я оступилась и даже чуть не упала, но Макс вовремя подхватил меня, сокращая между нами дистанцию. А потом со словами: "Пить надо меньше!" - вновь потянул меня к выходу. Сказать что-то в ответ не хватало ни сил, ни смелости - и так довела беднягу до белого каления. Да и сама дрожу, как лист на ветру... штормовом. Ко всему прочему, по легенде, я - вдрызг пьяная и не очень верная девушка, так что ситуация не самая подходящая для того, чтобы еще и устраивать скандал.

Подойдя к нашему столику, который все еще пустовал, Макс сгреб в охапку вещи, включая косуху, и, не отпуская моей руки, вывел меня на улицу.

Стравинский с грохотом распахнул пассажирскую дверь майбаха и буквально запихнул меня внутрь, потом бросил все вещи на заднее сидение, сел за руль. И с этого момента походил скорее на живую статую или на робота-водителя.

Макс не проронил ни слова и ни разу даже не повернулся в мою сторону. Просто сжимал руль и время от времени переключал передачи.

Молчала и я. К чему разговоры, что я ему объясню? А главное - зачем? Все правильно, я добилась своего - твердила сама себе, уставившись в боковое окно.

Даже когда мы подъехали к моему дому, Максимилиан не поменял позы. Он так и сидел, глядя перед собой, держа руки на руле и демонстрируя всем своим видом, что я должна немедленно уйти. Вот и прекрасно!

Я открыла дверь, поставила одну ногу на землю и уже собиралась уйти по-английски, как в последний момент какая-то неведомая сила заставила меня обернуться и зачем-то сказать:

- Не слишком доверяй друзьям детства. Некоторые из них вырастают скользкими типами.

- Что? - повернул голову Макс.

- Прощай, - я выпорхнула из автомобиля, но замешкалась у ворот - в таком виде мне домой нельзя. К счастью, майбах сразу тронулся - и быстро скрылся из виду.

Все, дело сделано. На этот раз окончательно и бесповоротно.

Отгоняя непонятно откуда накатившие грустные мысли, я тихо обошла стену и прокралась к тайнику. В кромешной тьме было нелегко найти, за что ухватиться - руки скользили по стеблям плюща. Усложняли задачу и высокие каблуки.

Запыхавшись, я все же долезла до верха забора, нащупала пакет и дернула его на себя. С первого раза он не поддался, ничего не получилось и со второго, третьего... Тогда я решила забраться чуть выше, но нога запуталась в лиане - все мои попытки освободиться были тщетными.

В один прекрасный момент я просто соскользнула с вьющегося растения - и, вскрикнув и зажмурив глаза, полетела вниз. Приземление было на удивление мягким: чьи-то сильные руки подхватили меня, аккуратно поставили на асфальт. Проклятые каблуки подвернулись - я чуть не упала вновь, но меня и тут подстраховали. Решила взглянуть на своего спасителя - и обомлела...

Брови нахмурены, глаза темные, словно бездна, губы сжаты в такую тонкую линию, что их почти не видно, ноздри раздуваются, как у быка при виде красной тряпки - Максимилиану мой ночной променад явно не по душе. В руке он сжимал злополучную косуху, которую я по глупости оставила в майбахе. Так вот, значит, зачем вернулся - отдать мне куртку, а в итоге застал в неоднозначной ситуации.

Не знаю, как меня провернуло в полете, но сейчас не я, а Макс стоял у забора, что давало мне место для маневра. Пока я раздумывала, поговорить с ним или сбежать от греха подальше, в плюще наверху что-то зашелестело. Буквально через мгновение со шпиля соскочил злосчастный пакет и с глухим звуком шлепнулся Максу на голову. Я прикрыла рот рукой и на всякий случай сделала шаг назад.

Нехорошо как-то вышло, ох, нехорошо...

Максимилиан задумчиво провел взглядом по траектории полета "неопознанного объекта" и поднял мой пакет. Я потянулась, чтоб выхватить его, но Стравинский оказался проворнее: успел не только заглянуть внутрь, но и совершенно бестактно осмотреть все содержимое.

Откровенный алый топ и рваные джинсы, элегантный пиджак и сдержанные лодочки - я перебрала в голове все, что Макс мог увидеть в пакете, и тяжело вздохнула. Какое-то время в голове мужчины, похоже, шел сложный мыслительный процесс, а потом глаза блеснули опасным огоньком.

- Не знаю, какую игру ты затеяла и зачем, но не на того напала! Game over! - грубо засунув косуху в пакет, он швырнул его мне, резко развернулся и ушел прочь.

Выход третий

Две недели спустя. Максимилиан

- Отец дома? - спросил я Виолу за завтраком.

- Не кричи. Отдыхает, - грустно ответила мачеха, поправила свое и без того идеальное светло-медовое каре и отвела взгляд.

- Опять ревела из-за него? Во сколько он вернулся? Пьяный в стельку?

Позади послышались громкие шаги. В столовую буквально ввалился мой отец, молча окинул нас взглядом, подошел к столу и налил себе стакан воды. Потом еще один.

- Особенно продуктивно потрудился этой ночью? - не удержался я от упрека и, несмотря на немую просьбу Виолы остановиться, добавил, - А не хочешь поработать на благо своего издательства? А то подчиненные уже забыли, как ты выглядишь...

Анатолий смерил меня строгим уставшим взглядом. Его карие глаза наполнились кровью, то ли от бессонной ночи, то ли от злости, а скорее, все сразу. Черные, чуть тронутые сединой волосы были взъерошены, на лбу и в уголках губ залегли глубокие морщины, трехдневная щетина придавала всему образу еще больше потертости и неухоженности.

Из-за регулярных гулянок папа выглядел намного старше своих 52-х лет. Особенно нелепо он смотрелся рядом с хрупкой 30-летней красавицей Виолой. Она появилась в нашей жизни шесть лет назад - через год после смерти матери - и каким-то чудом вытащила отца из депрессии. Виола была нашим ангелом-хранителем, но сейчас даже она ничего не могла сделать...

- Если что-то не нравится, выметайся отсюда! Вот это все заработал я! - отец сделал рукой круговое движение и ткнул себя пальцем в грудь. - А ты привык жить на готовеньком!

- Я не вылезаю из издательства! И, как могу, решаю его проблемы, которых, между прочим, накопилась тьма! - ярость захлестнула меня. - А ты бухаешь и баб тискаешь по клубам!

Виола поспешно встала и обняла мужа за плечи, пытаясь успокоить, а параллельно испепеляла меня взглядом. Я и сам знал, что когда отец в таком состоянии, разговаривать с ним бесполезно, тем более подобным тоном, но меня уже было не остановить.

- Сегодня наше издательство пригласили на открытие выставки. Может, сходишь ты, помятый и пропитый, а? Вот пресса порадуется! - последние слова я проорал во весь голос.

- Как ты смеешь, щенок! Пошел вон! - плевал слюной Анатолий.

Мне было что ему сказать, но, посмотрев на разочарованную Виолу, я просто взял свой кожаный пиджак и вышел из дома, со всей дури хлопнув дверью.

***

На мероприятие я прибыл за пару минут до его открытия. Опаздывать - не в моих правилах, но сегодня очень хотелось нарушить их к чертям собачьим...

Растяжка у входа гласила, что я имею честь находиться на персональной выставке картин "талантливого и подающего большие надежды юного художника" Николая Ключевого. Я мысленно выругался - Колю я знаю с пеленок, из-под его "кисти" более-менее сносно выходили разве что матерные слова и голые бабы.

Избалованный сын известного бизнесмена Валерия Ключевого в свои 22 года уже успел бросить три учебных заведения, спустить несколько папиных миллионов, полечиться от наркозависимости... В общем, послужной список там что надо. А теперь, оказывается, он художник! Что ж, посмотрим на его мазню...

Отказаться от такого "счастья" я не мог. Ключевой-старший был школьным другом моей матери, в свое время помог отцу открыть издательство. Хороший мужик, не чета своему отпрыску, - деньги его ничуть не испортили. Да и ко мне Валерий всегда хорошо относился. А сейчас поддержка миллионера Ключевого особенно важна.

Кроме того, мне не помешают новые знакомства. Уверен, мало кто упустит возможность выразить свое восхищение художественными потугами богатенького отпрыска - и заодно, как бы между прочим, обсудить пару инвест-проектов с его отцом.

Выдающиеся деятели культуры и искусства тоже не смогут пройти мимо этого "прорыва в сфере современной живописи" - такие связи опять-таки на руку мне как директору издательства.

Так что, улыбаемся и машем. Хотя нет, сначала бахнем шампанского, а после - улыбаемся и машем!..

***

В лобби пятизвездочного отеля, принадлежащего Ключевому, а именно здесь и проводилась выставка, было многолюдно. Конечно же, не обошлось без прессы. Объективы камер и фотоаппаратов были направлены на худосочного брюнета с модно выбритой бородой, поставленной челкой и с шарфом на шее. Я даже не сразу признал в нем Колю. Он вещал что-то о новом дыхании авангардизма и тыкал пальцем в свои полотна.

Я проследил за направлением его руки и... ни капли не удивился. Что-то из разряда "палка-палка-огуречик, вот и вышел человечек". Зря только холсты марал да дорогие рамы поганил.

- Весьма... концептуально, не находите? - послышался за спиной тихий голос. Я повернулся и с улыбкой поприветствовал старого знакомого.

Художник, известный далеко за пределами нашей страны, владелец галереи современного искусства, он пришел сюда исключительно из интереса, а не преследуя какие-то меркантильные цели.

- Особенно "Закат на Бали". Смотришь - и с головой окунаешься в... атмосферу, - поддержал я.

Картина состояла из клякс разных форм и оттенков цвета детской неожиданности. Где здесь закат, где Бали и, главное, где живопись - сказать было сложно. Мы отсалютовали друг другу бокалами и дружно засмеялись в голос, обращая на себя внимание толпы.

- Максимилиан, дорогой, здравствуй! Сколько лет, сколько зим, - к нам с широкой улыбкой направлялся младший Ключевой. Мы быстро обменялись липким рукопожатием - сколько я помню Колю, у него всегда были мокрые ладони. - Представишь нас? - он устремил масляные глазки на моего друга-художника. Видимо, хотел услышать пару ласковых о своих "картинах".

Оставив их вдвоем, я поспешно скрылся в толпе. Иначе, боюсь, не удержусь от комментариев.

На протяжении всего вечера я вел разговоры "о высоком" с посетителями выставки, обменивался контактами, заводил новые знакомства и укреплял старые. Свою миссию на сегодня я выполнил на пять с жирным плюсом.

Решив, что заслужил право на отдых, я подошел к столику с шампанским, возле которого со скучающим видом стояла пышногрудая брюнетка.

- Искусство нужно принимать дозировано, иначе оно быстро утомляет, не так ли? - шепнул я ей на ухо. - Но Вами можно любоваться вечно, потому что Вы прекрасны! Предлагаю немного отдохнуть от высокого, - подмигнул и подал ей бокал.

- Ах, что? - во все 32 отбеленных зуба улыбнулась мадам. - Меня пригласил Николя, а сам даже не подошел за весь вечер. Меня зовут...

Имени ее уже не слышал.

Все мое внимание забрала мелькнувшая в толпе девушка с рыжей копной волос, аккуратно уложенных в высокую прическу. Облегающее черное платье со сдержанным декольте. Ножки прикрыты до середины щиколотки. На маленьких ступнях - аккуратные туфли-лодочки на небольшом каблучке. Девушка не одна - судя по всему, рядом с ней родители. Вместе они смотрят на полотна и переговариваются...

Нет! Этого не может быть! Мне показалось!..

Я делаю несколько шагов, игнорируя обиженное жужжание брюнетки, имени которой сегодня так и не узнаю. Иду дальше сквозь толпу и не могу остановиться. Лечу как мотылек на огонь...

Вот уже девушка улыбается Николаю, подает ему руку, игриво отстраняется, когда он берет ее за талию... И... мы встречаемся взглядами...

Это она!

Мы все еще в разных частях зала, далеко друг от друга, но я уже точно знаю: это она!

Не остается никаких сомнений после того, как вижу ее реакцию. Рыжая смотрит на меня глазами кота из "Шрэка", пропуская мимо ушей все, что ей усиленно втирает Коля.

На какое-то мгновение время вокруг останавливается. В груди закипает гнев вперемешку с чем-то еще, необъяснимым.

Так и стоим, уставившись друг на друга. Глаза в глаза. Как будто вокруг больше никого нет...

Ну, что, дьяволенок, поиграем?..

3.

Карина

- Ах, вернисаж, ах, вернисаж! Какой позор, какой пассаж! - напевала я себе под нос, рассматривая так называемые "картины" Николая Ключевого.

Кто он такой и, тем более, что он рисует, я до сегодняшнего дня знать не знала. Но с легкой руки моей неугомонной мамы за пару часов до мероприятия чуть ли не выучила всю его биографию.

- Что ты там бормочешь? - слегка ущипнула меня Амелия, при этом оглядываясь по сторонам.

- Говорю, пейзаж красивый. Посмотри, - подмигнула я стоящему рядом с нами папе.

Он скривился и чуть улыбнулся уголками рта.

Знакомьтесь, Константин Огнев - президент крупной строительной фирмы и по совместительству мой отец. Кареглазый, рыжеволосый (это у нас семейное), молод душой, но при этом серьезен и строг. А еще честен в любой ситуации.

- "Виски, деньги, пять утра", - папа со смешком прочитал название картины, - Уверена, что это пейзаж?

- Я уже ни в чем не уверена, - хихикнула я, за что получила толчок в бок от мамы.

- Ладно, девочки мои. Пойду поздороваюсь с Валерием, а вы не скучайте, - сказал папа и подмигнул мне украдкой.

Я понимала: мы здесь только из-за того, что отец этого чудо-художника - один из инвесторов нашей строительной фирмы. Подозреваю, что большинство гостей также пришли на эту выставку вовсе не из любви к искусству. Каждый из них наверняка преследует какие-то свои цели. К моему глубочайшему сожалению, Амелия не исключение. Она навязалась пойти на этот сомнительный светский раут лишь для того, чтобы предложить мне очередного жениха (или меня ему?).

С момента позорного расставания с Максом прошло около двух недель. Амелия все это время терпела мое упорное молчание и, видимо, сделала свои выводы. На удивление, ни жалости, ни упреков в мою сторону не последовало. Как и новых свиданий.

Но стоило мне расслабиться, как одним не предвещающим беды утром прозвучало: "Собирайся, мы едем на открытие выставки Николая Ключевого. Очень перспективный молодой человек... Предупреждаю: если надумаешь устроить скандал или выкинуть что-нибудь в твоем духе - мы немедленно отправим тебя в Англию! Отец будет только за!".

И вот я здесь...

- Карина, мы пойдем знакомиться с Николаем, - улыбнулась мне Амелия, вырывая из неприятных воспоминаний, взяла за руку и потянула за собой.

- Мы? - усмехнулась я. - Замуж тоже вдвоем пойдем? Боюсь, папа не одобрит.

- Не говори ерунды, - шикнула мать, - Поздороваюсь и отойду. Но учти. Буду неподалеку, чтобы ты ничего не вытворила.

Николай оказался весьма слащавым... мальчиком. Мужчиной его назвать сложно. Щупленький, манерный, с идеальной, но реденькой бородкой, напомаженной челочкой и дурацким шарфом вокруг тонкой шеи.

Да уж, чем дальше в лес, тем мельче женихи. Хотя Макс был неплох... Так, отставить, чего это я! Вспомнила на свою голову. Еле отделалась тогда!.. С Николаем этим придется действовать помягче - сын инвестора как-никак. Я не имею права подставлять отца.

Мило улыбнулась и протянула художнику-выскочке руку для приветствия. Захотелось сразу же одернуть ее и вымыть с мылом. Дело не только в потной ладони и слюнявых губах (хотя кого я обманываю, это было фиаско), но в том, как он смотрел при этом на меня и как мял кисть... брр. Не знаю, реальна ли любовь с первого взгляда, но отвращение с первого касания я прочувствовала в полной мере.

Мама, как и обещала, быстренько удалилась, а мне пришлось вести светскую беседу с Николаем. Он говорил много и нудно, хвалил себя, водил меня от одного "пятна Роршаха" к другому, гордо называя их своими картинами...

- Карина, я хочу вас... нарисовать! - заявил вдруг он и по-хозяйски положил руку мне на талию.

Я знала, что Амелия поглядывает на нас, поэтому отстранилась аккуратно, как бы невзначай, борясь с желанием надеть Николаю на голову одну из его картин.

И вдруг... Ощущаю, будто кто-то прожигает меня взглядом. Ищу глазами маму - сейчас она мило беседует с какой-то семейной парой и, кажется, не обращает на меня внимание.

Но странное чувство не проходит, а наоборот, нарастает. Что за мистика!

- Могли бы встретиться... Поговорить... об искусстве... - доносятся до меня обрывки монолога Николая.

А я все вглядываюсь в толпу. Ищу - и сама не знаю, что или кого...

И вдруг!

Сердце пропускает удар и ухает вниз. Моргаю, пытаясь прогнать наваждение. Но оно не только не исчезает, а еще и приближается...

Взглядом хищника, загнавшего свою жертву, на меня смотрит Максимилиан...

- Творческие люди должны держаться вместе, верно? - касается моей руки Николай.

- Угу, - мычу я, все еще находясь в оцепенении.

Стравинский усмехается и салютует мне бокалом шампанского.

- Эй, ты чего? - Николай становится прямо передо мной, на какое-то мгновение переводя внимание на себя.

Выглядываю через его плечо и вновь смотрю в толпу, но Максимилиана там уже не нахожу.

Чувствую, как мой телефон коротко вибрирует. Дрожащими руками достаю его из сумочки, читаю смс: "Через пять минут жду тебя на втором этаже. Не явишься - подойду сам. Выбирай".

Сколько же ступеней на этой лестнице? Каждый шаг отдается звонким стуком каблуков, но кажется, что удары моего сердца намного громче.

Уйти от Николая оказалось не так сложно. Стоило прервать его очередную пламенную речь заявлением, что мне срочно нужно в дамскую комнату, как его высокое художество само затерялось в толпе. Улизнуть от мамы тоже получилось на удивление быстро - она слишком увлеклась светскими беседами с другими гостями. Однако времени не так много - Амелия может хватиться меня в любой момент. Но сейчас меня волнует вовсе не это...

Передо мной широкий коридор. Пол устлан светлым ламинатом, в соприкосновении с которым цокот моих каблуков только усиливается, на потолке - громоздкие хрустальные люстры, направо и налево - двери цвета красного дерева, которые ведут в номера.

Здесь тихо и пусто. Неужели все постояльцы ушли смотреть на картины?..

Ну, так где он?..

Дойдя до середины коридора, резко разворачиваюсь на каблуках и решаю вернуться на выставку. И будь что будет! Глупо вообще было идти на поводу у этого странного типа!..

Внезапно меня хватают сзади и грубо затаскивает в один из номеров, который почему-то оказался не заперт. Успеваю лишь вскрикнуть, как рот накрывает тяжелая мужская рука.

Брыкаюсь, разворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с Максимилианом, обездвиженная в его крепких объятиях и прижатая к стене. Точно извращенец!

- С ума сошел? Отпусти сейчас же! - процедила сквозь зубы.

- Странный способ извиниться! Попробуй еще раз! - тихо, но грубо произнес Макс.

- Отпусти, иначе я закричу! - не уступала я, однако от этого его хватка только усилилась.

- Ага, только воздуха побольше набери, а то стены здесь толстые, - криво усмехнулся мужчина.

Я еще не видела его таким злым. Неужели так задела его самолюбие? Зря вообще пришла сюда, мало ли что у него в голове!

Словно прочитав мои мысли, Макс нахмурился, рывком отодвинул меня от стены, держа за плечи, затащил в гостиную и бросил в мягкое кресло. Сам взял стул и сел напротив так, что мои колени оказались зажаты между его бедер. Руками он обхватил кожаные подлокотники. Я затаила дыхание и вжалась в кресло, не сводя глаз с разъяренного мужчины.

- Я жду объяснений, - чеканя каждое слово, проревел он. - Что за чертов спектакль ты тогда устроила? И зачем?

Так, спокойно, вдох-выдох. Как там учат разговаривать с психами? Тихо, сдержанно, но твердо. Быть непоколебимой, как скала. Не позволить ему себя запугать... Вдох-выдох... Я - скала!

- Нну! - прикрикнул Макс.

К черту скалу. Дура, надо же было такую кашу заварить!

- Я все объясню, - мирно подняла руки, будто хочу сдаться. - Только можешь отодвинуться? Ты меня пугаешь.

Максимилиан помедлил, но свой стул с места не сдвинул. Он лишь слегка откинулся на спинку и скрестил руки на груди, выжидательно уставившись на меня. Ладно, хоть так...

- Там, в ресторане, я не соврала. Мама действительно помешана на моем удачном замужестве...

- Странный способ привлечь парня, - хмыкнул мужчина, наверно, вспомнив мое поведение и внешний вид на свиданиях.

- Не перебивай!.. Мне самой это не нужно. В ближайшее время я не собираюсь замуж ни по расчету, ни по любви...

- Но все же бегаешь этим свиданиям?

- Почему бы и нет, это весело. Да и вдруг кто приглянется и заставит изменить свои взгляды.

Тут я уже врала, потому что не хотелось открывать ему душу, жаловаться на непонимание родителей, рассказывать о грозящей мне ссылке в Англию. Скорее всего, он просто посмеется надо мной. Подумаешь, Англией напугали. Звучит действительно смешно.

- А я, значит, не приглянулся? - вдруг спросил Максимилиан.

Почему-то это подействовало на меня, как удар под дых. Я нервно хихикнула.

- Прости, - пожала плечами. - Извини за испорченные свидания. Раз уж мы все решили, можно я пойду?

- Ключевого отпугивать? Или наоборот? Может, он тебе понравился, ну, или миллионы его отца? - холодно произнес мужчина.

- А это уже не твое дело! - я повысила голос и попыталась встать.

Максимилиан толкнул меня обратно в кресло и навис надо мной, уперевшись кулаками в спинку по обе стороны от моего лица. Было страшно и одновременно... волнительно. Его лицо оказалось настолько близко, что я могла рассмотреть легкую щетину на щеках, мимические складки на лбу, зеленые крапинки в пылающих огнем глазах и.. его губы. Я шумно выдохнула.

Да что происходит, в конце концов!

Макс, будто опомнившись, резко отстранился, встал, опрокинув стул, и зашагал по гостиной. Я молча наблюдала за ним до тех пор, пока он не остановился и, засунув руки в карманы, заговорил:

- В общем так, я сейчас вплотную занят делами издательства. Постоянные встречи, мероприятия, деловые ужины... Мне нужна невеста. Для статуса. Знаешь ли, семейный мужчина вызывает больше доверия... Так что некоторое время побудешь моей невестой на выход, так сказать. Твоя задача - ходить со мной на разные мероприятия и играть влюбленность.

Я чуть не задохнулась от возмущения! Хам, за кого он меня принимает! Я вскочила и, хватая ртом воздух, выпалила:

- А не пошел бы ты... обратно на выставку! Я тебе не эскортница! - и пихнула Макса ладонями в грудь, но тут же мои запястья оказались в его крепкой хватке.

- Ты не поняла. Это был не вопрос, а констатация факта. Какой эскорт, тебе до него расти и расти. Скорее актриса... погорелого театра. А я всего лишь предлагаю перенаправить твой пыл в созидательное русло, - подмигнул нахал.

Я высвободила руки, со злостью оттолкнула мужчину и направилась к выходу.

- Что ж, тогда мне придется рассказать твоим родителям о наших "замечательных" свиданиях, - крикнул мне вслед Максимилиан.

- Вперед! Тебе все равно никто не поверит!

Конечно, я блефовала. Если родители обо всем узнают, это станет последней каплей и моим билетом в Англию. Прощай, мечта - привет, королева...

Максимилиан

Дерзкая, строптивая, эта чертовка раздражала меня и заводила одновременно. Подошла бы, объяснила все, извинилась - и расстались с миром. Так нет же! Сначала ищи ее по всему этажу, потом лови и держи, чтоб не сбежала, хотя сама же пришла. Могла бы вообще проигнорировать смс, и ничего бы я не сделал. Не устраивать же скандал на мероприятии Ключевого - я себе не враг!..

Но она пришла, в одно мгновение привела меня в бешенство. И тут "Макса" понесло. И занесло...

Дернул же меня черт придумать эту сделку с невестой на выход! Захотелось проучить дьяволенка, наказать, поставить на место и... не отдать Николаю. Присмотрела себе более успешного жениха, а я, видишь ли, не приглянулся. Еще и посмеялась надо мной!..

Вообще, надо разобраться во всей этой истории со сватовством. Не заодно ли Карина со своей меркантильной маман? Дьяволенок так искусно врала и играла, что с моей стороны доверять ей как минимум глупо, тем более, после Катерины. А как максимум - опасно.

Да и я собственными глазами видел, как игриво Карина общалась с Николаем - откровенно соблазняла. Что ж, придется разрушить ее планы...

Я догнал дьяволенка уже в коридоре, схватил за руку и повел за собой вниз по лестнице.

- Куда ты меня тащишь, отпусти! - брыкалась девушка.

- Идем проверим, поверят мне или нет... Кстати, Николай - мой друг детства, - приврал я. - Заодно и он послушает, какая ты на самом деле, - шах и мат тебе, дьяволенок.

Похоже, мои слова о сыне миллионера произвели должный эффект. Карина остановилась, устремила на меня свои янтарные глаза и чуть слышно пробормотала:

- Я согласна.

- Что? Не слышу! - не удержался от насмешки.

- Я согласна побыть твоей невестой, - повторила она чуть громче. - Но у меня есть условия...

- Не думаешь, что ты не в том положении, чтобы ставить условия?

Проигнорировав мой вопрос, дьяволенок продолжила тем же спокойным тоном:

- Во-первых, мы должны четко оговорить срок...

- Полгода, - выпалил я и осекся.

Именно столько времени прошло после разрыва с Катериной. Почему я назвал этот отрезок времени?

- Так долго... - монотонная фраза чертенка резанула по сердцу, неужели я ей так противен? - Что ж, допустим, - девушка вела себя как на деловых переговорах. - Во-вторых, мои родители все это время должны верить, что у нас с тобой все серьезно. Возможно, они захотят познакомиться или хотя бы поздороваться с тобой.

- Я подумаю об этом условии. Только учти, что касается моих родителей, то от них держись подальше! Уж точно не собираюсь знакомить их с... тобой, - последнее слово я произнес пренебрежительно.

Я не допущу в свою семью эту лживую охотницу! Просто поиграю и выброшу...

Карина поджала губы и отвернулась.

- И еще. Не позволяй себе лишнего! Никаких поцелуев, прикосновений и всего прочего, ясно? - строго рявкнула она.

- Только если ты сама не попросишь, - подмигнул я и заметил, как на ее щеках выступил легкий румянец. - Ты куда? - крикнул я через минуту, когда девушка застучала каблучками вниз по лестнице.

- Мы все решили. Я возвращаюсь на выставку, - дьяволенок взглянула на меня исподлобья, держась рукой за поручень.

- Раз уж ты теперь моя "невеста", тогда спустимся вместе. Заодно и с родителями познакомимся, так уж и быть, - мне вдруг остро захотелось заявить свои права на эту девушку, пусть даже и фиктивные.

В глазах Карины мелькнул страх, или мне показалось.

- Не сегодня. Будет странно, если мы вдруг появимся вместе под конец мероприятия и объявим себя женихом и невестой, не находишь? - отрезала она и уверенно пошла вниз.

Что ж, беги к своему Николаю, а я прослежу, чтобы он не угодил в твои сети. Хватит того, что у Валерия Ключевого сын - такой раздолбай, так еще ему и невестку-лицемерку! Ну, уж нет...

Выход четвертый

Карина

- Ты уверена, что между Николаем и Максимилианом хочешь выбрать последнего? - лицо Амелии было мрачнее грозовой тучи.

- Да, мое решение окончательное. Ты же сама отправляла меня на свидание к Стравинскому! Твой план сработал!

- Да... Но Николай...

- Вот и определились, - я чмокнула маму в щеку и быстро вышла из дома, чтоб не продолжать тяжелый разговор.

Голова просто раскалывалась. Мало того, что выходные выдались на редкость нервными. В субботу эта выставка, в воскресенье объяснение с мамой. Так еще ночами пришлось вносить правки в эскиз интерьера - тот самый мой первый заказ. В целом проект клиенту понравился, однако он просил доработать пару моментов. Ничего сложного, но как выкроить время, когда ты сама себе не принадлежишь, а твоей жизнью играют, как в шахматы. Сначала Амелия, а теперь еще и Макс...

Благодарю провидение, что тогда на выставке Стравинский все-таки послушался и не спустился вместе со мной к гостям: кто знает, как отреагировала бы мама. Более того, он вообще будто испарился после нашего разговора на лестнице. Я даже подумывала, не плод ли это моей больной фантазии...

Амелия была сама не своя, когда я вернулась, и буквально испепеляла меня взглядом. За время моего отсутствия Николай не скучал, что, в принципе, вполне ожидаемо. Он любезно общался с пышной брюнеткой, которая чуть ли не заглядывала ему в рот.

- Взгляни, как надо себя вести с мужчиной, - процедила Амелия сквозь натянутую улыбку. - Где ты была?

Отвечать мне не нужно было, ведь к нам как раз направлялся папа. Он хоть и не вникал в наши дела, но мама при нем предпочитала молчать. Иногда мне даже интересно, как бы он отреагировал на ее лекции на тему: "Успешные женихи и где они обитают"?

Домой мы возвращались в полной тишине. Отец после разговора с Ключевым думал о чем-то своем, мама хранила молчание. А я, наконец, смогла немного перевести дух...

- Амелия, Максимилиан предложил мне встречаться. Я согласилась, - ошарашила я мать, едва мы остались наедине.

Соглашаясь на сделку Макса, я успокаивала себя тем, что такой расклад мне, в принципе, только на руку. У меня появится лже-жених - и Амелия, наконец, оставит меня в покое. Но не тут-то было...

- А как же Николай?

- Его я даже не заинтересовала...

- Потому что ты совсем не старалась! - всплеснула руками Амелия.

Потом мы многократно возвращались к этому разговору, но каждый раз заходили в тупик.

То же самое случилось и этим утром. Поэтому единственным моим спасением, как обычно, стал побег в универ.

***

Заполненная аудитория встретила меня шумом и суетой. Здесь я могла отдохнуть сердцем и душой, отвлечься от всего того скетч-шоу , в которое превратилась моя жизнь.

- Ну, что, ты готова? - радостно спросила меня Мари во время одной из перемен.

- К чему? - искренне недоумевала я.

- Неужели забыла? - подруга демонстративно скрестила руки на груди и надула губы. - Мы же договаривались сегодня после пар поехать на шоппинг! И присмотреть наряды для Хэллоуина!

- Офф, - вздохнула я тяжело. - Конечно, забыла. Ты же знаешь, что я не понимаю этот праздник. Какая-то вакханалия сатанизма, навязанная нам западом...

- Да-да-да, а во всем виновата Америка, - закатила глаза Марина. - Это просто повод хорошо повеселиться! В этом году мы всей группой идем в клуб. Там какая-то особенно крутая программа, так что выбора, как ты понимаешь, у тебя нет. Не будь занудой!

- О чем речь? - подсел к нам Пьер.

- О Хэллоуине. Мы с Кариной идем сегодня по магазинам подбирать костюмы. Хочешь с нами? - глазом не моргнув, протараторила подруга. - Кстати, а кем тебе хотелось бы быть на Хэллоуин?

- Адекватным человеком, - пробубнил Пьер.

Я хихикнула и дружески его обняла:

- Вот кто меня понимает! - но, видя расстроенные глаза Марины, добавила, - Ладно, пойдем мы на твой шоппинг. Да, Пьер? Но чисто за компанию. На Хэллоуин лично я не собираюсь, даже не уговаривай. В этом году я пас - хватит с меня переодеваний.

Пьер вопросительно приподнял бровь, Мари хмыкнула, а я сделала вид, что готовлюсь к следующей паре

4.

Октябрь в этом году выдался на редкость теплым. Легкий ветерок развевал волосы, забирался под расстегнутую куртку и дарил ощущение не холода, а свободы, солнечные лучи уверенно пробивались сквозь облака и нежно касались кожи, под ногами шелестела золотисто-багряная листва - в такую погоду хотелось просто гулять по бульвару и не думать ни о чем.

- Вот, сюда зайдем! - вмиг опустила меня с небес на землю Мари.

Подруга взяла меня за локоть и затащила в один из бутиков. За нами следом смиренно поплелся Пьер. Я вообще удивлена, что он все-таки согласился на эту девчачью авантюру.

Мари радостно перебирала вешалки с разнообразными костюмами, то и дело прикладывая их к себе. Мы с Пьером со скучающим видом устроились на диванчике.

- Нет, так дело не пойдет, - топнула ногой подруга. - Вы так уныло сидите, что только портите мне настроение! А ну-ка! Оба идите сюда, сейчас же!

- Слушаюсь и повинуюсь, - засмеялась я, вставая.

- Померь вот это и это! А тебе, Пьер, сейчас что-нибудь подберу, - не унималась Марина.

Парень хотел воспротивиться, но силы были неравные. Подруга буквально затолкала меня в примерочную, а сама повела Пьера в мужской отдел.

Я осмотрела наряды, которые наспех вложила мне в руки Мари. Так, развратная ведьмочка, кровавая медсестра... Банально до жути... Более-менее адекватным мне показалось длинное облегающее платье в черно-красных тонах, к которому прилагались аккуратные красные рожки. А-ля дьяволица. Избито, зато удобно и не слишком откровенно. Его и решила примерить, чтобы подруга, наконец, отстала от меня и занялась своим образом на Хэллоуин.

Думаю, сходные мысли крутились и в голове Пьера. Когда я вышла из примерочной, он неуверенно переминался с ноги на ногу у зеркала, а вокруг задумчиво ходила подруга в образе Мертвой Невесты (ох, уж этот Тим Бартон). Пьер был облачен в черные брюки, алый жилет, плащ и остроухую шапочку, правда, последнюю Марина при мне заменила на рога, которые вполне естественно выглядывали из кудрей. Такой себе Мефистофель на современный лад. Тьху-ты, не праздник, а бал Воланда, брр...

- Эй, парень, кажется, нас выпустили из одной палаты дурдома, - я положила руку на плечо другу и подмигнула нашему отражению в зеркале.

А потом мы хором рассмеялись - даже Марина не удержалась.

Успокоившись, Пьер некоторое время изучал наши образы, после чего выдал:

- Карина, а может, все-таки сходим на Хэллоуин? Вон, и костюмы парные подобрали, - и как-то иначе посмотрел на меня, дожидаясь ответа.

- И ты, Пьер! - отшутилась я.

- Вот и решили, - всплеснула руками Мари.

Парировать дальше я не смогла, так как услышала настойчивую вибрацию своего телефона. Угораздило же меня беспечно оставить его вместе с сумкой прямо на столике у диванчика. Пока я подошла и взяла в руки мобильный, звук уже прекратился. На дисплее мигало уведомление о семи пропущенных от... Максимилиана. Перебрав в мыслях все известные мне ругательства, я решила просто убрать телефон поглубже в сумку, как будто это поможет мне спрятаться от проблемы.

В этот момент пришло сообщение: "Сегодня ровно в шесть вечера будь готова. Дресс-код официальный, без твоих штучек. Проигнорируешь - сама знаешь, что будет".

Дрожа от ярости, я набрала: "Я тебе не девочка по вызову! О выходах в свет предупреждай заранее! У меня уже есть планы на этот вечер!"

"Значит, отмени. В 18.00 я возле твоего дома... Или внутри. Тебе решать" - холодный ответ.

Чертов манипулятор! Такое чувство, будто я попала в рабство! Необходимо срочно что-то с этим делать!

- Случилось что? - Мари попыталась через мое плечо заглянуть в телефон, но я быстро его заблокировала.

- Нет, но звонила мама. Мне нужно домой. Сейчас, - последнее слово выделила интонацией, не терпящей препирательств, и сразу ушла переодеваться.

Я пулей вылетела из бутика, чуть не сбив на ходу удивленного Пьера. Часы показывали 16.03...

Белая блузка с серыми гипюровыми вставками, мышиного цвета юбка-карандаш высокой посадки, легкое белое пальто, ботильоны на низком ходу. Минимум мейка и строгий пучок на голове. Хотел официально и без моих "штучек" - получай! Как тебе такая невеста?

- Куда ты? - на мгновение отвлеклась от глянцевого журнала Амелия, когда я вошла в гостиную.

- К Максимилиану. Он пригласил меня... - я задумалась, ведь даже не знаю, куда иду, - на свидание.

- Больше похоже, будто ты собралась на собеседование, - фыркнула мама. - Впрочем, как знаешь, - и вновь углубилась в чтение.

Массивные настенные часы заунывно пробили шесть раз, и с каждым ударом мое сердце все ускоряло бег. Пора! Словно в тумане, быстрыми широкими шагами вышла из дома, преодолела двор и выскочила за ворота.

А там буквально налетела на уже поджидающего меня Максимилиана, на секунду оказалась в его объятиях и тут же резко отстранилась. Какой же зануда все-таки - минута в минуту приехал.

- 18.03, - вместо приветствия сказал Стравинский и постучал указательным пальцем по циферблату своего "ролекса", потом бегло окинул меня взглядом и бросил небрежно, - Мда. Из крайности в крайность.

- И тебе добрый вечер! А часы твои спешат, - съязвила я, хоть это и не было правдой, - Зануда, - пробормотала одними губами.

- Лучше бы ты поспешила, - рявкнул Максимилиан, пока мы подходили к автомобилю.

Я выжидающе остановилась возле передней пассажирской двери. Однако нахал не открыл ее, а целенаправленно проигнорировал не только меня, но и элементарные правила приличия. Он лишь ухмыльнулся, обошел капот и вальяжно плюхнулся на водительское место.

Ну, а я... Гордо и независимо, насколько могла это изобразить, сама открыла себе дверь и по-царски расположилась в кресле.

Максимилиан хмыкнул и резко тронулся с места. Мне пришлось пристегнуться, чтоб не улететь, пока он с бешеной скоростью гнал по ухабистой дороге. Странный тип, что у него в голове?

- Так куда мы едем? - спросила я, как только мы выехали на ровную трассу.

- Узнаешь, - буркнул Максимилиан.

- Что за тайны? - возмутилась в ответ. - Вдруг ты вообще маньяк! И везешь меня в темный лес, чтобы...

- Размечталась, - его громкий смех эхом прокатился по салону.

Продолжать разговор было бессмысленно, поэтому я включила радио.

- Ты же не собираешься петь? - встрепенулся мужчина.

- Пф, еще чего. Сегодня я не в голосе. И уж тем более не в настроении...

Вместо ответа опять прозвучал раскатистый хохот. Я демонстративно отвернулась к окну и решила провести остаток пути в полном молчании.

- От тебя в этот вечер требуется не так много, - первым нарушил тишину между нами Максимилиан, - Меньше говори, больше улыбайся. Общаться и знакомиться там ни с кем не требуется. Ты больше для красоты, хотя, судя по твоему внешнему виду, и с этим напряг будет...

В следующее мгновение он протянул правую руку к моей прическе, быстро растрепал пучок, освобождая от шпилек, нащупал резинку, которая его держала, сорвал и выбросил ее через приоткрытое водительское окно. Причем все это молниеносно и не отвлекаясь от вождения! Чертов Копперфильд!

Опомниться не успела, как волосы рассыпались по плечам, а на сиденье упали оставшиеся шпильки.

- Не смей прикасаться ко мне! - сурово произнесла, когда ко мне вернулась способность говорить.

- Так намного лучше! - довольно протянул Максимилиан.

- Если тебе что-то не нравится, в любой момент можешь разорвать нашу сделку, - невозмутимо пожала плечами, хотя внутри все кипело: вот же хам!

- А ты только этого и добиваешься, да? Чтоб опять выйти на охоту за богатенькими женихами...

- Думай, что хочешь, - я уставилась на дорогу, с трудом сдерживая обиду.

Почему он так относится ко мне? Я же все объяснила!..

Впрочем, плевать! Пусть скорее убирается из моей жизни! Надеюсь, и полгода не протянет...

Мы подъехали к застекленному многоэтажному зданию, которое свечкой уходило ввысь. Я сразу поняла, что здесь находится издательство Стравинских. Почему бы сразу не сказать, куда мы направляемся? Может, Максимилиану просто нравится играть на моих нервах? Мстит мне?.. Вслух свои вопросы я озвучивать не стала, дабы избежать очередной волны негатива. Хватит с меня на сегодня.

Максимилиан галантно предложил мне руку (и кто из нас лицемер?), а потом мы вместе вошли в просторный холл. Как настоящий джентльмен (именно "как", ведь я уже знаю, каким на самом деле может быть Стравинский!), помог мне снять пальто в гардеробной и нежно увлек за собой, показывая путь.

"Идеальный жених", коим он хотел сегодня казаться, придержал массивную дубовую дверь, пропуская меня вперед. Я переступила порог невероятно огромного конференц-зала и ахнула.

Здесь было очень торжественно, но в то же время уютно: высокий потолок, усыпанный точечными светильниками, стены теплых бежевых оттенков, на полу - ламинат цвета медового дуба.

Пространство было условно разделено на несколько зон. Слева от нас - коричневые кожаные стулья, расставленные полукругом в несколько рядов. Справа, у стены, организован фуршет: шампанское, фрукты, закуски. Напротив, посередине зала стоял круглый стол с аккуратной горочкой книг одного автора.

- Зачем было делать тайну из обычной презентации книги? Не мог мне по дороге сказать? - не выдержала я. - И почему здесь, в кулуарах, а не в библиотеке или книжном магазине, где априори больше потенциальных читателей?

- Новый автор, ограниченный тираж, презентация пройдет в узком кругу, а потом книга будет представлена широкой общественности, - отчеканил Макс, напрочь проигнорировав мой первый вопрос.

Он внимательно осматривался по сторонам, будто оценивая, насколько хорошо все организовано. Молниеносно к нам подлетела длинноногая шатенка. Как я поняла позже, сотрудница издательства и по совместительству ведущая сегодняшнего мероприятия.

- Максимилиан Анатольевич! Вы как раз вовремя! Мы уже все подготовили. Можем начинать хоть сейчас! - она порхала вокруг нас, а точнее, вокруг Макса.

- Хорошо, Инночка, спасибо! - мило улыбнулся Стравинский этой "Инночке", а меня аж передернуло. - Дай мне минут десять поздороваться с гостями - и потом можешь открывать презентацию.

Макс приобнял меня и слегка подтолкнул вперед, намекая, что нам пора войти в глубь зала.

- Да, конечно! - захлопала глазками девушка и, помедлив немного, отошла, пропуская нас.

Гостей собралось достаточно много. Некоторые уже заняли свои места в ожидании начала, но большинство неспешно ходили по залу, пили шампанское, общались друг с другом, наполняя помещение монотонным гулом.

- Не мешало бы представлять "невесту" своим знакомым вместо того, чтобы молча водить ее за собой, как собачку! Или забыл, пока флиртовал с подчиненной? - прошептала я на ухо жениху, когда мы оказались в толпе.

Для этого мне пришлось привстать на цыпочки, потому что без каблуков я сразу оказалась ниже своего спутника. Даже немного заскучала по тем ужасно неудобным "туфлям стриптизерши".

- Ревнуешь? - самодовольно ухмыльнулся Макс, повернув и наклонив ко мне голову так, что теперь мы оказались лицом к лицу. При этом он продолжал обнимать меня за талию.

В зале стало душно, или мне показалось?

- Беспокоюсь за свой имидж, - гневно прошипела я. - Не успела в "невесты" записаться, как бонусом рога получила.

Мужчина снисходительно смотрел на меня сверху вниз и улыбался. Максуля, не нервируй меня!..

Среди посетителей презентации я почти сразу заметила знакомые лица. Конечно, Стравинский не мог не пригласить своих друзей детства.

Первой к нам подошла Марго. Бегло осмотрела меня с ног до головы, слегка улыбнулась одними уголками рта, а потом обняла:

- Ну, здравствуй, дорогая! - а дальше шепотом, - Авантюристка. Так и знала, что сильно зацепишь его.

- Привет, - я непонимающе уставилась на нее.

- Максимилиан! Почему не предупредил, что будешь не один? Вот хитрец, - переключилась Марго на моего лже-жениха.

Тем временем к нам присоединился Олег. Я инстинктивно прижалась к Максу и почувствовала, как он напрягся. С ума сойти: что ни друг, так хочется бежать от него без оглядки. Олег, Николай - оба меня раздражают и немного пугают. Рядом с ними даже холодный нахал Стравинский кажется спасительным райским островом. Специально, что ли, таких друзей подбирает, играет на контрасте...

Олег пожал Максу руку, лишь мельком посмотрев в мою сторону. И только через некоторое время вновь устремил на меня свои прищуренные бесцветные глаза.

- К-карина? - выдавил он, заикаясь. - Привет. Рад видеть.

Ага, конечно. В клубе твоя радость как-то заметнее была, аж перла, особенно под градусом.

- Что ж, выбирайте места поудобнее. Скоро начнем! - обратился к друзьям Максимилиан и поспешно увел меня в сторону.

В какой-то момент он шепнул мне:

- На Олега можешь не тратить силы. Он из обычной семьи рядовых педагогов. Не твоего полета птица.

- Пошел ты! - со злостью бросила ему прямо лицо.

Получилось громко, даже слишком, но, похоже, окружающие не услышали. Или сделали вид. Макс, в свою очередь, нахмурил брови и отстранился от меня, переключая все внимание на гостей.

Наслаждаясь временной свободой, я подошла к столу с книгами. Взяла одну из них и задумчиво покрутила в руках.

- Сборник стихотворений "Нити судьбы". Автор: Алекс Великий, - прочитала я вслух и медленно провела пальцами по гладкой обложке. - Если это псевдоним, то скромность - явно не самая сильная сторона автора.

Я почувствовала на себе внимательный взгляд Стравинского. Когда Макс успел подойти так близко? Подняла голову, посмотрела в его необъяснимо притягательные глаза и вдруг подумала: а ведь его имя происходит от латинского maximus, что означает "большой, величайший". Докрутить эту мысль я не успела, так как рядом с нами появился очередной гость.

- Добрый вечер, рад Вас видеть! - поприветствовал его Максимилиан, не сказала бы, что искренне...

На вид незнакомому мне мужчине было за сорок: заметные залысины в седоватой шевелюре, под глазами прочно обосновались темные мешки, круглый живот выпирал из-под пиджака, раздвигая полы и до отказа натягивая благородную костюмную ткань в районе одной несчастной застегнутой пуговицы. Казалось, эта пуговица вот-вот выскочит и застрелит кого-нибудь в зале...

- Карина, познакомься. Альберт Васильевич - бизнесмен, депутат, талантливый поэт, - и вновь ни капли искренности в голосе.

- Да брось ты! Поэзия - всего лишь мое хобби, - зарделся мужчина.

- А это Карина, моя... невеста, - Макс произнес последнее слово с запинкой. Привыкай, дорогой, сам придумал все это шоу.

Я одарила Альберта ослепительной улыбкой и протянула руку для приветствия. Мужчина успел лишь слегка коснуться ее пухлыми лоснящимися губами, как тут же Максимилиан привлек меня к себе и крепко обхватил за талию.

- Как Вам книга, Альберт? - сухо спросил Стравинский.

- Приобрел. Обязательно полистаю на досуге. Познакомите с автором?

- Он желает оставаться инкогнито. Пока что, - задумчиво произнес Макс.

Значит, А. Великий - это все-таки псевдоним! Кто может прятаться за ним? Смутные догадки и предположения закопошились в моей голове... Не может быть!

- Как вы думаете, что побуждает автора скрывать и настоящее имя, и свою личность? - игриво обратилась к Альберту, игнорируя сжимающуюся руку на моей талии.

- Милая, этому может быть масса причин. Величайшие классики писали под вымышленными именами...

- Да, конечно, Вы правы. Мне просто интересно, каковы мотивы конкретно этого автора? Может, он настолько не уверен в своих силах и элементарно стыдится своих творений?

- Я пробежал парочку глазами, вполне достойные произведения...

- Тогда им движет меркантильность. Вся эта загадочность - своеобразный пиар-ход, чтобы книга лучше продавалась. Ведь тайна только будоражит фантазию читателя. Вот и я не могу удержаться от домыслов.

Я взглянула на Макса и испугалась: его лицо налилось багрянцем, губы сжаты, а глаза метали изумрудные молнии.

- Знаете, многие авторы выбирают псевдонимы ради благозвучия и литературности, - выдал депутат, а я сразу ухватилась за эту тему.

- Действительно, не исключено, что настоящее имя нашего поэта далеко от поэзии. Какой-нибудь Вася Паскудин или Петя Дристунов... - рядом со мной закашлялся Стравинский. - Совсем другое дело Алекс Великий! Звучит!

- Хм, - почесал живот Альберт.

- А может, под этим псевдонимом скрывается гей, транс или женщина? Знаете ли, в нашей стране их не очень жалуют. Я имею в виду, людей нетрадиционной ориентации. Хотя... и женщин тоже, - не унималась я, слыша тяжелое дыхание Максимилиана. Казалось, он вот-вот закипит, засвистит, как старый чайник, и из него повалит пар.

- Что вы, у нас толерантное государство. Вот я как депутат...

- Скорее всего, это просто зажравшийся сынок богатеньких родителей со своими тараканами в голове. Спорим, он сейчас здесь, среди нас, - заговорщически подмигнула немного ошарашенному Альберту. - Ходит, выспрашивает мнения о его стихах, еще и сам себя нахваливает... Как ты думаешь, милый? - обратилась к своему "жениху" и игриво положила руку на его вздымающуюся от гнева грудь.

- Хотя ты, как директор издательства, наверно, лично знаком с автором?

- Нет.., дорогая, - с трудом выдавил из себя Макс. - Мы общались исключительно по электронной почте. Уверен, у него есть веские причины издаваться под псевдонимом...

- Да-да! - радостно согласился Альберт и поспешно удалился, оставив меня на растерзание злобному жениху.

Но тут по залу разлилась приятная музыка. И визгливый голосок "Инночки" оповестил присутствующих о торжественном открытии презентации.

Максимилиан напряженно посмотрел на меня, молча взял под локоть и потащил к свободным стульям в первом ряду.

Кажется, я спасена. Но ненадолго...

Презентация проходила в теплой дружеской атмосфере. Поскольку автор-аноним, то о нем почти не говорили - в основном речь шла о творчестве. На протяжении всего вечера звучали стихотворения из сборника.

В какой-то момент я даже потеряла связь с реальностью, полностью погрузившись в поэзию Алекса Великого, пропуская через себя каждую строчку. Стоит признать, автор хорош, чертовски хорош! Поверить не могу, что это он написал!..

Раздражал лишь писклявый голос "Инночки" в перерывах между выступлениями чтецов. Когда она вещала, это было похоже на скрип пенопласта по стеклу. Хотелось сильно зажать уши или выпрыгнуть в окно, а еще лучше, выбросить эту дамочку.

- Подумай о другой ведущей, это невыносимо, - шепнула я Максу во время очередного приступа визга Инны.

- Да уж, - вздохнул он обреченно, но тут же будто опомнился. - Кхм, предпочитаю сам решать, кого ставить ведущей, без твоих советов.

- Если бы ты выбирал ее по профессиональным качествам, а не за "особые заслуги", нам всем не пришлось бы терпеть этот ужас, - не удержалась от колкости.

- Послушай, Карина... - повернулся ко мне Максимилиан, но я шикнула на него, поскольку на импровизированную сцену вышел чтец и начал декламировать очередное стихотворение.

- Тихо, не мешай, - чуть слышно произнесла я...

Кажется, все без исключения гости мероприятия вдохновились лирикой поэта и внимали каждому слову, льющемуся из уст талантливых чтецов.

Закрывал презентацию сам Стравинский. Пока мужчина неспешно выходил на сцену, я вдруг вспомнила о его отце: разве он не должен тоже присутствовать здесь как владелец издательства?..

Максимилиан бархатным голосом говорил какие-то общие слова, благодарил присутствующих, при этом никак не касался в своей речи ни автора сборника, ни его стихотворений, тем самым только укрепляя мою догадку.

Я откинулась на спинку стула, скрестила руки на груди и с победной улыбкой посмотрела на Макса. Встретившись со мной взглядом, Стравинский запнулся.

- Аплодисменты автору, кем бы он ни был! - послышалось из толпы.

Весь зал встал, как по команде, и просто взорвался громом аплодисментов.

***

- Твой отец опаздывает или?.. - спросила я у Максимилиана после презентации.

Зал тем временем наполнился шумом и суетой. Гости делились впечатлениями, допивали шампанское и потихоньку собирались расходиться.

- Или... - рявкнул Стравинский.

- Просто я думала, что он, как владелец издательства, должен...

- Думать тебе не к лицу, - криво ухмыльнулся мужчина. - Отец занят. И неужели ты думаешь, что я притащил бы тебя в издательство, будь он здесь? По-моему, в отеле я ясно дал понять, что на пушечный выстрел не подпущу к своим родителям такую, как ты!

От обиды сердце сжалось, а в глазах защипало. Взяв себя в руки, я спокойным уверенным голосом произнесла:

- Отец был настолько занят, что пропустил презентацию книги, принадлежащей перу своего сына?

Максимилиан вздрогнул, обхватил меня за плечи и увел прочь от толпы, в самый дальний угол зала.

- Откуда ты узнала, что это я? - чуть слышно процедил он.

Стравинский стоял напротив меня, слишком близко, практически вплотную, и больно сжимал мои плечи. Я смотрела в его потемневшие глаза и не могла вздохнуть, будто кто-то перекрыл вентиль, поставляющий в зал кислород.

- Я не знала, - как можно непринужденней попыталась произнести я, но голос предательски дрогнул. - Я лишь предположила, а ты сам выдал себя с потрохами. И вот сейчас окончательно подтвердил мою догадку. Так себе конспиратор! - совсем осмелела под конец своей речи.

- Только попробуй кому-нибудь сказать!

- Иначе что? - с вызовом смотрела на обозленного мужчину, а он лишь гневно раздувал ноздри. - Что если я прямо здесь, - повысила голос, - и сейчас скажу всем, - еще громче, - что Алекс Великий...

А дальше все, как в тумане..

Макс резко притянул меня к себе, прервав на полуслове, и накрыл мои губы жестким поцелуем. На мгновение я забыла, как дышать. Его губы соединились с моими в каком-то немыслимом танце. По телу разливалось приятное тепло, а в душе поселилось ощущение правильности всего происходящего...

***

- Максимилиан! Я повсюду ищу тебя! - из сказки, которая рисковала стать взрослой, нас вырвал хрипловатый женский голос.

Я отскочила от Макса, тяжело дыша, и уставилась в пол, не в силах поднять глаза ни на лже-жениха, ни тем более на гостью, заставшую нас в столь пикантном положении. Стравинский же просто молчал.

- Я так спешила на презентацию, так хотела увидеть тебя, но съемки, пробки...

- Мне это не интересно, - отрезал Макс, взял меня за руку и повел по направлению к выходу.

Навязчивая девица догнала нас уже в коридоре. Я собралась с духом и смогла, наконец, смело посмотреть на нее. В конце концов, невеста я или как? Нечего тут за моим женихом бегать!

- Представишь нас? - обратилась я к Стравинскому, не сводя глаз с этой особы.

Про себя с недовольством отметила, что она красивая, даже слишком. Высокая голубоглазая брюнетка пренебрежительно пробежалась по мне взглядом, после чего послала Максу ослепительную улыбку. Вот гадина!

- Это Катерина, старая знакомая, - он с особой интонацией произнес слово "старая", несколько двусмысленно. - А это Карина - моя невеста, - показательно обнял меня за талию и прижал к себе.

- Даже так, - протянула Катерина. - Нам нужно поговорить... Наедине!

Все никак не уймется змеюка!

- Нам с тобой не о чем говорить, убирайся! - внезапно рявкнул Макс и указал на двери.

Что-то мне подсказывает, что их связывает нечто большее, чем "старое знакомство". Хотя почему это должно меня волновать?

- Не завидую тебе, милочка. Он - хам, мужлан и настоящий тиран! - сказала она мне, изображая сочувствие.

- Когда мужчины неуважительно относятся к женщине, это почти всегда показывает, что она первая забылась в своем обращении с ними, - на автомате процитировала я Дидро.

Катерина тряхнула своими длинными черными волосами, повернулась на каблуках и модельной походкой продефилировала к выходу. Я неотрывно смотрела ей вслед с таким чувством, что где-то ее уже видела. Но где?

- Эту фразу тоже в соцсетях вычитала? - припомнил мне наше первое свидание Макс.

- Конечно, - нарочито глупо хлопнула я глазами, тем самым вызывая на его лице легкую улыбку. - Рекомендую. Для вдохновения. Там статусов на новый сборник стихов хватит. И псевдонимов тоже, - не смогла я без насмешки.

- Я отвезу тебя домой, - севшим голосом произнес Максимилиан. В его глазах читалась всепоглощающая усталость.

- То, что произошло по окончании презентации, никогда не должно повториться! - строго сказала я Максу, когда он галантно открыл передо мной дверь автомобиля (работа на публику продолжалась).

- Хорошо, мы больше не будем разговаривать с Катериной, - усмехнулся он.

- Прекрати. Ты прекрасно понял, о чем я!

- О нашем поцелуе? - Стравинский приблизился и как бы невзначай убрал прядь волос с моего лица. - Мне показалось, что тебе понравилось...

- Тебе показалось! - рявкнула и быстро села в майбах.

Я уставилась в окно, пока Макс занимал водительское кресло и заводил автомобиль. Рассматривая людей, снующих у издательства, заметила Катерину. Она стояла спиной ко мне и общалась с Олегом. Значит, и друзья у них с Максимилианом общие...

Пользуясь тем, что меня скрывает затемненное стекло, я внимательно оглядела Катерину, пытаясь вспомнить, где же ее видела. Изящная фигура, шикарные длинные волосы, жеманные движения...

- Это же она была в клубе! - не заметила, как произнесла это вслух.

- Что? - отозвался Макс, когда автомобиль тронулся и бесшумно поехал по гладкой дороге.

- Значит, спектакль с невестой на выход ты устроил для Катерины? В этом театре абсурда на самом деле только один зритель - твоя бывшая! - вывалила я все, что думаю.

- Что за бред!..

- Не боишься, что за полгода, которые ты нам отвел, она просто плюнет на тебя и найдет другого? Куй железо, пока горячо!

- Перестань нести чушь, Карина! - прикрикнул Стравинский.

Конечно, он злится! Я же с легкостью разгадала его "гениальный" план! Его "невеста-аксессуар" оказалась умнее, чем ожидалось. Попался - и теперь выкручивается, как уж на сковороде.

- Знаешь, что! Кажется, свою роль я выполнила. Катерина приревновала. Так что отпусти уже меня с миром и беги налаживать отношения со своей любимой..

- Просто заткнись, иначе я выкину тебя из машины... На ходу... полном!

Глаза Макса полыхали гневом. Он крепко сжимал руль и тяжело дышал. И я даже поверила, что он в состоянии выполнить свою угрозу. Инстинкт самосохранения заставил меня вжаться в кресло и умолкнуть.

***

Погруженная в свои мысли, не сразу заметила, что автомобиль остановился около моего дома. Стравинкий сидел неподвижно с уже традиционным выражением лица "выйди и закрой дверь с той стороны". Ну, а я (тоже традиционно) не могла не "попрощаться" так, как умею...

- Вай, неужели режим "идеального жениха" выключен, а правила этикета не писаны для такого сурового мужика, как ты? - язвительно произнесла я, испытывая его терпение.

- Хочешь поиграть в принцессу или дверь заклинило? - парировал Макс.

Он наклонился ко мне, положил правую руку на подголовник, а левую протянул к пассажирской двери и демонстративно подергал, пока та не открылась.

А я оказалась заключенной в кольце его рук. Слишком близко...

Максимилиан не спешил отстраняться. Вместо этого он посмотрел мне в глаза, опустил взгляд на губы и пару секунд будто вел некую внутреннюю борьбу. А потом, порывисто вздохнув, запустил руку в мои волосы и поцеловал. Не так, как на презентации, а легко и нежно, словно извиняясь или боясь навредить.

Как только его губы коснулись моих, опять вернулось уже знакомое чувство, что все именно так и должно быть. Ощущение, будто два пазла, наконец, сложились в единый рисунок.

Через мгновение Макс прервал поцелуй и слегка отстранился, точно дразня меня. Теряя рассудок и сметая все правила приличия, я, одной рукой обхватив его шею, а другой вцепившись в лацкан пиджака, притянула этого невыносимого мужчину ближе и сама впилась в его губы.

Что я делаю!? Надо остановиться сейчас же! Но голос разума тонул в потоке бушующей страсти...

Не знаю, сколько длился наш поцелуй, но, когда мы с трудом оторвались друг от друга, оба тяжело дышали, как марафонцы в конце забега.

- Дьяволенок, - выдохнул Макс мне в губы.

- Что? - искренне не поняла я. Мужчина вдруг изменился в лице, будто очнулся от сна.

- Говорю, хорошо целуешься, - он резко убрал руки и увеличил между нами дистанцию. - Профессионально. Натренировалась небось на своих богатеньких женихах. Личная жизнь-то у тебя, ох, какая интересная!

Я буквально захлебнулась от возмущения и обиды. Занесла руку и хотела со всей силы влепить Максу смачную пощечину, но он молниеносно перехватил мою кисть. Я лишь успела длинными ногтями оставить пару царапин на его скуле. Уже что-то, хотя этот гад заслуживает большего!

- Раз уж тебя так волнует моя личная жизнь, можешь написать об этом в своих бездарных стихах! - выпалила я первое, что пришло в голову, элементарно не зная, чем его зацепить побольнее.

Стравинский нахмурился и отпустил мою руку. Воспользовавшись свободой, я выскочила из машины и со всей дури хлопнула дверью.

На ватных ногах добралась домой. Вокруг все плыло, как в тумане.

Откуда-то издалека до меня донесся голос мамы:

- Карина, ты уже вернулась? Все хорошо?

- Да, мам, - ничего не соображая, произнесла я.

- Я же просила не называть меня так! - возмутилась Амелия.

- Конечно, мам.

Я с трудом поднялась в комнату и, когда за мной захлопнулась дверь, бессильно осела на пол. Из глаз полились непрошеные слезы...

Выход пятый

Максимилиан

Скорость - это все, что мне сейчас нужно. Пустая трасса позволяет до упора вжать педаль газа в пол. Врывающиеся через открытое окно потоки воздуха больно бьют по лицу, охлаждают голову и сердце. Пульс на пределе - там же и стрелка спидометра.

Я не знаю, сколько времени еду так, в никуда. Телефон разрывается от звонков Виолы. Но я не готов ответить...

Дьяволенок, что ты сделала со мной?..

Идея позвать Карину на презентацию возникла в моей голове спонтанно. Я слишком нервничал по поводу того, как мое творчество воспримет общественность. Боялся также, что настоящее имя каким-то образом выплывет наружу. Ведь тогда отец сделает все, чтоб утопить меня еще до того, как я хотя бы приближусь к поверхности литературного мира. Он всегда был против моего увлечения стихами, желал для меня "лучшего" будущего: какого именно, лишь ему было ведомо.

Благодаря поддержке матери я все же поступил на филологический факультет. Вопреки отцу. Но после ее смерти Анатолий пригрозил лишить меня наследства, если не получу юридическое образование, причем непременно за границей. Он утверждал, что знание законов защитит нас и наше издательство "от разных проблем".

Но я подозревал, дело не только в этом - отец стремился убрать меня с глаз долой. Он просто не мог изо дня в день видеть в собственном доме виновника той ужасной трагедии, которая унесла жизнь его жены... И был прав. Этот тяжелый груз душит меня по сей день...

Пока я отбывал свою ссылку вдали от дома, в жизни Анатолия появилась Виола. Я не вникал в подробности их отношений, но когда, отучившись, вернулся на родину, то увидел семейную идиллию.

Да, я не сразу принял Виолу, считал, что папа таким образом предает память матери. Но со временем смирился, узнал свою мачеху ближе и искренне привязался к этому ангелу. И даже поверил, что мы сможем стать счастливой семьей. Вместо этого отец, "обрадовавшись" моему возвращению, просто сгрузил на меня все дела, буквально похоронив под ними, и ушел в загул...

О сегодняшней презентации он ничего не знал, да и не хотел: мероприятия издательства его давно не интересовали. Тем не менее, я был весь на иголках. И почему-то думал, что только Карина сможет отвлечь меня своими выходками, но даже не подозревал, насколько...

Специально пригласил ее впритык, чтоб позлить. И результат не заставил себя долго ждать... Карина буквально вылетела на меня из ворот, нервная, грозная, запыхавшаяся. Маленькая ведьма, только метлы не хватало.

Типичный костюм офисного планктона, гулька на голове - она нарядилась так мне назло, но даже не подозревала, насколько мило выглядела. Еще эти веснушки, которые проступили на румяных щечках!...

Шпилька за шпилькой - и вечер перестал быть томным...

А потом все завертелось как в калейдоскопе. И вот уже мы с Кариной целуемся в машине у ее дома...

Стоп, Максимилиан! Какого черта!

Одна часть меня тянулась к дьяволенку, как плюс к минусу, но другая тут же возвращала в реальность, напоминая о горьком опыте с Катериной. Недаром эта стерва появилась в издательстве - сама судьба прислала мне знак, мол, не расслабляйся, не верь красивым бабам.

Карина ничем не лучше - такая же лицемерка. Только умнее и искуснее. Ей ничего не стоило разыграть целый спектакль - оглянуться не успел, как стал ее преданным зрителем. Завоевать нужного ей мужчину - вообще по щелчку (да только я ей не слишком нужен, так, чисто из спортивного интереса).

Стоит лишь вспомнить, как она флиртовала с Олегом, как игриво строила глазки Николаю, как мило протягивала ручку Альберту. С каждым она была по-своему притягательной. И все мужики, как один, мгновенно попадали в ее ловко расставленные сети. Похоже, я не стал исключением?

И в то же время, как она отчитывала меня за Инну, как злилась, решив, что нужна мне лишь для того, чтобы вернуть Катерину. Будто ревновала. Или делала вид?

А с каким вниманием слушала мои стихотворения, аж сердце сжималось - для меня почему-то так важна была ее оценка. С другой стороны, она уже тогда догадывалась, кто автор.

Значит, все было фальшью?..

Да она же опять играла со мной! Расставляла силки, усыпляла бдительность, чтоб легче было мной манипулировать. И не более...

Пора завязывать со всей этой историей! Хотел проучить дьяволенка, а в итоге сам проиграл.

Отныне сделка с невестой на выход аннулирована в одностороннем порядке. Так будет лучше для всех...

***

Погруженный в свои мысли, я не сразу заметил, как выехал на оживленный участок дороги. Из-за поворота вылетела серая иномарка и, громко просигналив, завизжала тормозами. Я резко выкрутил руль вправо и съехал на обочину, каким-то чудом избежав столкновения.

Остановившись и включив аварийку, уронил голову на руль и перевел дух.

Телефон требовательно завибрировал.

- Да, Виола, прости, не мог ответить...

- Боже, Максимилиан, наконец-то, - ее голос надрывался. - Толик в больнице. Его избили, я не знаю подробностей. Приезжай скорее!

5.

Несколько дней спустя. Карина

- У меня отличная новость! - в аудиторию радостно вбежал Пьер, размахивая какими-то распечатками.

Однокурсники недоуменно уставились на него. А мы с Мари, кажется, даже рты открыли от удивления. В нашего спокойного, сдержанного, чопорного отличника сегодня будто кто-то вселился. Пьер в несколько прыжков подлетел к нам и, не общая внимания на всеобщее замешательство, заговорщически подмигнул:

- Ни за что не догадаетесь!

- Вызывайте экзорциста, - первой отошла от шока Мари. - Что там у тебя?

- Нет-нет, не здесь! - однокурсники разочарованно вздохнули и вернулись к своим делам. - Предлагаю поход в кафе. Это дело надо отметить!

- Вообще-то, сейчас начнется пара... - приподняла бровь подруга.

- Сегодня по расписанию остались лекция и семинар у одного преподавателя. К тому же, предмет не профильный. Ну, зачем дизайнерам Основы безопасности жизнедеятельности? Потом отработаем. Собирайтесь!

- Ну, не скажи, - протянула Мари и нерешительно посмотрела на меня, будто ожидая разрешения на прогул.

- Кто ты и куда дел нашего друга, признавайся быстро или не избежишь проблем! - нарочито строго произнесла я.

- Ой, все. Не хотите - так и оставайтесь в неведении, - Пьер скрестил руки на груди и смешно надул губы.

Воспользовавшись моментом, я выхватила у него распечатки и быстро пробежалась глазами по тексту.

- Мари, собираемся! Это того стоит! - заключила я и улыбнулась друзьям.

***

- Все еще не могу поверить, что мы вошли в сотню! - радовался Пьер, попутно уплетая мороженое.

- Но это не значит, что мы полетим в Париж. Впереди - финальный отбор, - задумчиво произнесла Мари, ковыряя вилкой тирамису.

Все наши разговоры в кафе сводились лишь к одному - речь шла о Международном конкурсе молодых дизайнеров. Заявки на участие мы подали еще в начале учебного года, подготовили эскизы, заполнили анкету - и , честно говоря, ни на что не надеялись. Ведь среди тысяч конкурсантов будут отобраны всего пятьдесят лучших, которые и отправятся на тренинги в Париж. Целый месяц обучения у ведущих мировых дизайнеров - для обычных студентов это подарок свыше. И вот мы уже в сотне - буквально за шаг до мечты!

- Обязательно пройдем этот финальный отбор! Нужно верить в свои силы! - Пьер обнял меня за плечи и подмигнул сидящей напротив Мари. - К тому же, сотня - это уже победа!

Пережив порыв счастья друга, я отодвинулась, сделала глоток кофе и на мгновение погрузилась в свои мысли. Было бы неплохо уехать в Париж, бросить все, отвлечься и забыть то, что произошло.

- Эй, ты в порядке? - шепнула Мари, когда Пьер отошел, чтобы расплатиться по счету. - В последнее время ты сама не своя. Может, расскажешь, наконец, что случилось?

- Все хорошо, - я выдавила из себя улыбку. - Тебе показалось.

- Да, мне показалось, что мы подруги... - обиделась она.

Успокаивать Мари и тем более что-то объяснять у меня не было моральных сил. Я знала, что поступаю как последняя стерва по отношению к тем, кто меня действительно любит. Но все же встала и молча вышла из кафе. Спину мне прожигали возмущенные и недоуменные взгляды друзей.

На оживленный проспект спускались первые сумерки. Вокруг сновали куда-то торопящиеся и вечно опаздывающие люди. Я взяла такси и некоторое время думала, какой же пункт назначения назвать водителю. Домой не хотелось, Мари и Пьера только что оставила за спиной, а больше мне некуда было податься.

- Прямо, - сказала я.

Таксист пожал плечами и завел автомобиль.

Я потеряла счет времени. Мы бесцельно блуждали узкими улочками и широкими трассами. Водитель напряженно поглядывал в зеркало заднего вида и хмурил свои густые черные брови.

- Куда едем-то, красавица? А то так и бензин закончится, - наконец, не выдержал он.

Подумав секунду, я выпалила:

- Остановите у ближайшего клуба!

- Может, домой все-таки? Чего на ночь глядя по клубам шастать, приключений искать... - причитал таксист, но все же припарковался у неизвестного мне заведения.

Я мельком взглянула на неоновую вывеску, где красовались цифры "77" (надеюсь, это не возрастной ценз), и, расплатившись и отпустив такси, уверенно направилась к входу. Грузный охранник скучающим взглядом пробежался по мне и, решив, что фейс-контроль я прошла, пропустил внутрь.

Музыка невыносимо била по ушам, в зале было не многолюдно: для тусовщиков еще детское время - они начнут стягиваться ближе к ночи. В нос ударил резкий запах курева с примесью чего-то еще.

Я подошла к барной стойке и заказала сок. Яркая блондинка недовольно сморщила нос, но все же налила мне стакан апельсинового фреша. Выпив его чуть ли не залпом, я вышла на танцпол.

Пару неуверенных движений - и вот я уже кружусь под бахающие звуки, которые здесь зовутся музыкой. Закрываю глаза, пытаюсь отпустить себя, расслабиться, но все равно ощущаю неловкость.

- Привет! - орет мне кто-то прямо в ухо, и этот голос кажется мне смутно знакомым.

Нехотя поворачиваюсь в сторону "крикуна" и ругаю свою "везучесть" всеми известными мне словами великого могучего. Передо мной стоит Олег!

- Ты одна, без Максимилиана? - широко улыбается он, а я судорожно ищу пути отступления.

- Я уже ухожу! - не могу придумать ничего умнее и разворачиваюсь в сторону выхода.

Но Олег придерживает меня за руку. Мысленно прикидываю, чем его можно прибить в случае чего и где спрятать тело, однако он лишь говорит:

- Ты извини за мое поведение тогда в клубе. Не знаю, что на меня нашло. Понравилась, наверно, сильно, - грустно улыбнулся. - Невеста Максимилиана - мой друг!

Спасибо, хоть не сказал: "Невеста Максимилиана - моя невеста". А то мало ли, может, у них там своя коммуна... И о чем я только думаю!

- Все в порядке. Просто забудем об этом, - протараторила я, желая поскорее отделаться от нежелательного собеседника.

Олег будто прочел мои мысли, попрощался и вернулся на танцпол. Почувствовав облегчение, я села за барную стойку и вновь озадачила невзлюбившую меня блондинку своим заказом.

- Молочный коктейль с шоколадом, - специально ошарашила ее, наблюдая за реакцией.

- Может, еще мороженое? - язвительно уточняет барменша.

- Пока нет, но я подумаю над вашим предложением.

Не сразу замечаю, что рядом со мной подсаживается коренастый мужчина.

С заказом блондинка справляется на удивление оперативно: видимо, хочет побыстрее отделаться от неприбыльной посетительницы. Честно говоря, я и сама не понимаю, что здесь делаю. Сижу, потягиваю коктейль, наблюдаю за танцующими, хотя нет, скорее, дрыгающимися в конвульсиях людьми.

- Потанцуем? - звучит за спиной грубый голос.

Замечаю, что мужчин рядом со мной уже трое - и они буквально окружили меня.

- Да, конечно, но попозже! Мне нужно в дамскую комнату, - как можно непринужденней говорю я и встаю.

Уши заложило от громкой музыки, во рту неприятный привкус, голова кружится, а горло першит - еще не хватало заболеть. На ватных ногах иду в сторону уборной.

Чувство усталости сменяется каким-то необъяснимым весельем с нотками бесшабашности. Останавливаюсь в коридоре и подрагивающими пальцами набираю номер Макса. Сейчас я ему все выскажу!..

***

Настойчивый солнечный лучик пробивается сквозь щель между шторами и светит прямо мне в лицо, заставляя чуть приоткрыть глаза и вновь зажмуриться. Просыпаться не хочется.

Поворачиваюсь в необыкновенно мягкой постели, путаюсь в шелковых простынях. Терпеть не могу такую ткань, слишком скользкая и холодная, и откуда это вообще здесь?! Каждое движение отдается тупой болью в голове. С трудом открываю глаза, закрываю - и в панике распахиваю их вновь.

Я не узнаю окружающей обстановки. Бордовые габардиновые шторы, массивная мебель цвета дуба венге, зеркальное панно над кроватью, на стенах - бежевые обои с абстрактным рисунком.

Где я, черт возьми?

В ужасе осознаю, что абсолютно не помню, как покидала клуб. Олег, барменша, три амбала. Все словно в тумане

Сажусь на кровати и чувствую легкое головокружение. Понимаю, что на мне чужая футболка. Черная, с надписями, подозреваю, мужская. И от этого подозрения становится не по себе. Где тогда моя одежда, и кто ее снял... Так, а белье? Фух, хоть белье на месте!..

- Проснулась, - разрывает тишину до боли знакомый голос. Вздрагиваю и натягиваю простыню до подбородка.

На пороге комнаты, ухмыляясь, стоит Максимилиан...

Ранее. Максимилиан

Последние несколько дней стали для меня сущим адом.

Поздней ночью после выставки я приехал в больницу к отцу. В приемной уже сидела заплаканная Виола. Ничего толкового добиться от нее я так и не смог. Размазывая по лицу слезы вместе с макияжем, она лишь пролепетала:

- Мне позвонили из больницы - и вот я здесь. Доктор сказал, Толика нашли в какой-то подворотне у ночного клуба "77". Слава богу, случайный прохожий вызвал скорую, иначе... - мачеха разрыдалась.

В этот момент из палаты папы вышли двое полицейских. Видимо, брали показания.

- Вы найдете этих негодяев? - бросилась к ним в отчаянии Виола. Я придержал ее за руку и поспешно притянул к себе.

- Анатолий Стравинский отказался от дачи показаний. Сказал, что упал, - и заявление о побоях писать не собирается, - развел руками один из блюстителей порядка, невысокий и полноватый.

- Упал? - вскрикнула мачеха, вырываясь из моей хватки. - У него же вместо лица - месиво!

- А вы поговорите с ним и убедите подать заявление, - подключился второй полицейский, щуплый и молоденький, видимо, новичок. - А наши полномочия на этом заканчиваются, - пожал плечами.

И оба поспешили удалиться.

Виола уткнулась мне в грудь, надрывно всхлипывая. Постояв так некоторое время, я все же отстранил ее, бережно усадил на один из стульев, стоящих вдоль стены, и направился в палату.

Моему появлению отец был не рад, впрочем, как и ожидалось. Он демонстративно отвернулся к противоположной стене и сделал вид, что спит. Я же спокойно взял стул и сел возле кровати, показывая: отступать не собираюсь:

- Ну, и что случилось? Бутылку не поделили с друзьями-алкашами? Хотели сообразить на троих, а тут пришел четвертый? Скажи, кто победил хоть? Не хочу разочаровываться в способностях Анатолия из рода Стравинских.

Я специально выводил отца на эмоции, чтоб он хоть что-то выпалил в ответ. Но тот упорно молчал, сопя носом, как бык перед прыжком на красную тряпку. Что ж, тореадор еще поборется.

- А может, с бабой какой договориться не смог? Думаю, эта информация будет интересна Виоле, - добивал отца словами. Ну, же, папа, что с тобой случилось, выскажи это в гневе, ну!

- Молчи, щенок! Я никогда ей не изменял, - прошипел он, не поворачиваясь, и вновь притих. Да что ж такое!

- Ну, тогда придется провести свое собственное расследование, первое в жизни, хоть юридическое образование заграничное оправдаю. Где, говоришь, это случилось, недалеко от клуба "77"? Не мог поприличнее место выбрать? Что ж, оттуда и начнем, - я резко встал со стула, опрокидывая его, и направился к выходу.

- Не смей в это лезть! Тебя в порошок сотрут! И Виолу заодно, - обеспокоенно бросил отец мне вслед и осекся, видимо, осознав, что сболтнул лишнее.

Я остановился в дверях и взглянул на Анатолия, который опять лежал ко мне спиной.

- Кто это сделал и почему? - вырвалось у меня, хотя я знал, что больше не выужу из него ни слова.

В ответ тишина. Я вышел к Виоле и отвез ее домой. Хватит, и так настрадалась.

***

Через пару дней отец убедил Виолу забрать его из больницы под расписку, при этом обещал исправно ходить на перевязки и прочие процедуры. Я был против этой самодеятельности, но мачеха преследовала меня с таким умоляющим взглядом, что пришлось сдаться.

Договорившись с врачами и подписав необходимые документы, я стоял во дворе больницы, нервно дожидаясь Анатолия с Виолой. Наконец, массивные двери распахнулись, выпуская их на улицу.

Отец шел, прихрамывая, правая рука в гипсе. Лицо пострадало больше всего: губа разбита, на скулах синяки, один глаз заплыл. Красавец, да и только.

Я протянул папе руку, предлагая свою помощь, но он гордо прошел мимо. Что ж, это у нас семейное - свои проблемы решать самостоятельно. Анатолий открыл перед Виолой дверь автомобиля, а потом и сам сел на заднее сидение.

Дома мы совсем не разговаривали. Сославшись на плохое самочувствие, отец закрылся в своей комнате. Виола изредка заглядывала к нему, носила подносы с едой.

Я же поднялся к себе наверх и погрузился в неприятные мысли. Несмотря на предостережение папы, я все же решил осторожно выяснить, что с ним произошло. Вот только с чего начать? Пока что у меня нет ни единой зацепки. Кроме, разве что, этого клуба "77", хотя вообще не факт, что он имеет отношение ко всему этому делу.

Тяжело вздохнув, я взъерошил руками волосы и плюхнулся на кровать. Так и лежал неподвижно, уставившись в потолок, пока в мою комнату не ворвалась взволнованная Виола.

- Максимилиан, он совсем меня не слушает! - в панике запричитала она прямо с порога, ища моей поддержки. - Ему нужно отдыхать, а он бродит по дому и... пьет, - вздохнула тяжело.

Я нахмурился: меня-то отец и подавно не послушает! Но все же спустился на первый этаж и направился в кухню. Анатолий задумчиво и нервно мерил шагами пол, держа в левой руке стакан виски (правая-то в гипсе). Я взглянул на оставленную на столе бутылку: полупустая.

- Может, хватит топить проблемы в алкоголе? Поговорим? - взорвался я.

- Не лезь, - отрезал отец.

- Что с тобой случилось? Расскажи, и мы вместе найдем выход!

- Не твое дело, - рявкнул он, залпом выпивая алкоголь.

- О себе не думаешь, так подумай о Виоле! - решил я надавить на больное. - Она вся на нервах. Своим поведением ты же просто убиваешь ее!

- Не собираюсь слушать нотации от человека, который сам в свое время... - начал говорить на эмоциях Анатолий и осекся. Но я и так все понял.

- Ну же, продолжай! От человека, который сам в свое время убил собственную мать?

В порыве ярости я схватил ту самую бутылку виски и разбил ее о кафельный пол. Потом развернулся и чуть не столкнулся на ходу с ошеломленной Виолой, которая молча наблюдала за нами.

- Переночую в квартире, - шепнул ей и, взяв с тумбочки в гостиной ключи от машины, направился к выходу.

- Сын, я не это имел ввиду... - послышалось за моей спиной.

Что конкретно имел ввиду отец, я так и не узнал, потому что его слова заглушил грохот захлопнувшихся дверей.

***

Я немного поколесил по вечернему городу, успокаиваясь, и добрался до своего пункта назначения лишь ближе к ночи. Квартира находилась на самой окраине и служила для меня "норой", где можно спрятаться от проблем, как бы это нелепо ни звучало, и остаться наедине со своими мыслями. Небольшая спальня, зал, кухня и туалет с ванной - в тесноте, зато тихо и спокойно.

Честно говоря, по поводу обстановки я сильно не заморачивался - просто оставил в таком виде, в каком она досталась мне от бывшего хозяина. Оформлена квартира была, мягко говоря, не изысканно, но это меня волновало в последнюю очередь.

Войдя в свой личный оазис, закрыл за собой дверь, стянул ботинки и устало присел прямо на тумбочку для обуви. Тяжелый день...

Тишину разорвала противная трель мобильного телефона. Я посмотрел на дисплей.

Дьяволенок!

Да, именно так я и забил телефон Карины. Хотя надо было удалить его к чертям, но все руки не доходили.

Мой палец завис над кнопкой отключения. Сомневаясь и борясь с самим собой, в итоге я все же нажал на зеленую трубку.

- Макс, ты ко-зел! - донесся писклявый голосок из динамика.

На фоне громыхала тяжелая музыка. Я невольно сжал телефон и взглянул на часы: уже далеко за полночь. Сердце тревожно защемило.

- Карина, ты пьяна?

- Я не пью! - чеканя каждое слово, произнесла Карина, и хихикнула.

Черт, мне это определенно не нравится!

- Где ты? - прикрикнул я, натягивая ботинки обратно. - Я приеду за тобой.

- Не кричи на меня! Ты просто хам! Холодный бесчувственный хам! - выдала она на одном дыхании.

- Все-все, я не кричу, - как можно спокойнее сказал я. - Просто скажи мне, где ты, и я отвезу тебя домой, - ласково говорил с ней, как с ребенком. - Ты же хочешь домой?

Повисла мучительная пауза. Я терпеливо молчал, дожидаясь ответа. До скрипа сжал зубы и нервно постукивал указательным пальцем по корпусу телефона. Хотелось наорать на эту невозможную девчонку, но я сдерживался из последних сил.

- Да, - наконец, тихонько ответила дьяволенок. - Мне здесь не нравится...

- Хорошо, только скажи мне, где ты, - продолжал ее уговаривать.

- Ладно, я...

Я замер, вслушиваясь в ее слова, и, кажется, даже дышать перестал. Но она вдруг замолчала, а потом возмущенно вскрикнула:

- Это вообще-то женский туалет, Олег! Уходи!

Олег? Какой к черту Олег? В трубке послышалась какофония шороха, свиста и лязга (видимо, Карина уронила телефон), а потом издалека донесся мужской голос. И тут я понял, какой именно Олег!

В груди поднималась буря ярости, постепенно захватывая и парализуя мозг. Убью обоих!

Лихорадочно набрал номер друга и грозно рявкнул:

- Ты с Кариной? Где вы, черт возьми?

- Эээ... - замялся Олег, разозлив меня тем самым еще сильнее. - Это не то, о чем ты подумал! Я тут... А она... И потом...

- Адрес! - проревел я в трубку.

- Ночной клуб "77", - ошарашил он меня.

Подумать только, это место меня преследует!

- Оставайтесь там, я приеду. Если хоть пальцем ее тронешь или кто-то другой тронет, голову тебе оторву!

Я бросил трубку, сорвался с места и, как угорелый, помчался к машине. Додумался же Олег отвести Карину в этот барыжник! А она тоже хороша! Рестораны и элитные клубы ей, значит, не подходят. А притон какой-то - пожалуйста!.. Казалось, я ехал целую вечность. И всю дорогу проклинал себя за то, что купил квартиру у черта на куличках.

Скорость выше допустимой границы, а глаза застилал гнев...

Я увидел их издалека. Карина стояла, прислонившись спиной к машине и сердито сложив руки на груди, а Олег беспокойно ходил вокруг, то и дело озираясь по сторонам. Едва завидев меня, он помахал рукой и рванул ко мне навстречу. Я жестом заставил его остановиться: пусть дьяволенка охраняет, а то та вытворит еще что-нибудь, за ней не заржавеет.

Припарковался, вышел из машины и, пикая сигнализацией, направился к парочке.

- Я все сделал, как ты сказал. Она еще идти со мной не хотела, уговаривать пришлось, - суматошно мельтешил возле меня Олег.

- Зачем ты вообще ее сюда привел, больше некуда было на свидание сходить, что ли? - на эмоциях я схватил друга за грудки и готов был испепелить его взглядом.

- Что? Нет! - встрепенулся тот и примирительно поднял руки. - Я пришел сюда один. Смотрю, вроде Карина появилась на танцполе. Поздоровался, еще о тебе спросил. И все! А потом заметил, что вокруг нее три амбала крутятся, проследил за Кариной до самого туалета, чтоб никто ее там... - на этих словах я хорошенько тряхнул Олега, а тот затараторил еще быстрее, - в смысле, чтоб ничего не случилось. Хотел домой отвезти, а тут ты позвонил и наорал мне в трубку. Как ты вообще узнал, что я рядом?

Я прищурил глаза и некоторое время сканировал лицо друга, пытаясь понять, говорит ли он правду. Потом успокоился, все же отпустил его и быстрыми шагами направился к дьяволенку. Она по-прежнему стояла в образе обиженной девчонки.

Устремила свой пустой взгляд сначала на Олега, потом перевела на меня.

- Я никуда не поеду с Олегом! Он мне не нравится! - выдала Карина с ходу, вызывая у меня невольную улыбку. Как дитя малое, ей-богу!

- А со мной поедешь? - спросил осторожно.

Рыжая помолчала минуту, что-то взвешивая и анализируя в своей пьяной головке, а потом капризно надула губки:

- Нет, ты злой и все время меня обижаешь. Я поеду с... Такси! - выговорила, наконец, она.

Я тяжело вздохнул, вплотную подошел к Карине, схватил и перекинул ее через плечо. Пока она брыкалась и лупила своими маленькими кулачками мою спину, быстро донес ее до автомобиля, игнорируя косые взгляды охранника и гостей клуба. Усадил на переднее пассажирское сидение, пристегнул ремнем безопасности и захлопнул дверь. А это оказалось не так сложно, как я ожидал.

- Завязывай ты с таким отдыхом, - крикнул на прощание Олегу, кивнув на неблагополучный клуб. - И выясни, что за амбалы к Карине подкатывали!

В ответ он лишь пожал плечами и уныло проводил взглядом мою отъезжающую машину.

По дороге Карина уснула. Ее огненно-рыжие волосы разметались по спинке кресла, как языки пламени, опасного и... манящего. Я то и дело поглядывал на ее красивое умиротворенное лицо: пухлые губки, аккуратный носик, который она смешно морщит, когда злится, дерзкие веснушки, хаотично разбросанные по щекам...

Что творится в этой очаровательной головке? Кажется, мне никогда не понять Карину. Наверно, и не надо...

Взвесив все за и против, я решил все же привезти дьяволенка в свою квартиру. Просто потому, что слабо представлял, как буду объясняться с ее разъяренными родителями, если доставлю ее домой в таком состоянии. А Карина даже слова мои подтвердить не сможет!

Нет, дождемся утра. Тогда и решим, что делать дальше.

В квартиру мы добрались глубокой ночью. Мне пришлось нести отключившуюся Карину на руках до лифта. Выйдя на нужном этаже, я поставил ее на ноги, прислонив к стене и придерживая одной рукой за талию, а другой - некоторое время ковырял ключом замочную скважину. Карина несколько раз пыталась сползти по стене, и я еле успевал ее ловить.

Наконец, вечно заедающий замок был побежден, и мы вместе буквально ввалились в прихожую. С горем пополам снял с нас верхнюю одежду и отнес Карину в спальню, уложив на кровать.

Все вещи дьяволенка пропитались куревом, тяжелое амбре мгновенно разлетелось по комнате. Нет, так дело не пойдет.

Взял одну из своих футболок, первую попавшуюся под руку, и подошел к спящей Карине. По возможности быстро, но аккуратно стянул с нее до жути узкие джинсы, ругая дурацкую моду, которая сейчас оказалась очень не кстати. Потом приподнял девушку, усадив ее перед собой так, что мы оказались лицом к лицу, и принялся за ее свитер.

В какой-то момент Карина встрепенулась и начала отталкивать меня, не понимая, где она и что происходит.

- Тише-тише, все хорошо, - я обнял ее и погладил по голове.

- Макс, - прошептала она, успокоившись, и прижалась ко мне сильнее.

Я замер, ощущая влажные и немного неловкие поцелуи на моей шее.

- Карина? - позвал я неуверенно.

- Ммм, - выдохнула она мне в ухо, слегка обхватив губами мочку и вызвав полчища мурашек на моей коже.

Осторожно отрываю дьяволенка от себя, держа за плечи, но она нежно смотрит на меня из-под длинных ресниц, мило улыбается и, запустив руки мне в волосы, целует в губы. Отклоняется назад и, не прерывая поцелуй, увлекает меня за собой.

Что-то в моей голове щелкает, напрочь отрубая здравый смысл.

Прихожу в себя, когда уже лежу на ней сверху, а мои руки блуждают по ее стройному телу, цепляясь за кружевное белье. Резко отстраняюсь и встаю, слыша недовольное мычание. Напоследок бросаю беглый взгляд на полуголую Карину, которая почему-то слишком гармонично смотрится в моей постели, и отворачиваюсь, сжимая руки в кулаки, злясь на самого себя.

Что творишь-то? Ведешь себя, как прыщавый подросток! Девчонка не в себе, а ты и рад стараться!

Вдох-выдох... Поворачиваюсь: дьяволенок спит как ни в чем не бывало. Натягиваю на нее футболку, укрываю и ухожу прочь..

Карина

По комнате резонирующей волной разносится оглушительный визг - и я понимаю, что это мой собственный. Хватаю с кровати большую подушку и со всей силы запускаю ею в Макса. Видеть его насмехающуюся физиономию - невыносимо! Что бы ни произошло между нами этой ночью, пусть знает: все было ошибкой! Моя ненависть к этому пижону никуда не делась, наоборот, только возросла!

Макс лениво отступает в сторону, уворачиваясь от подушки, потом неспеша берет ее в руки и вразвалочку направляется ко мне:

- Решила вспомнить детство и устроить перьевой бой? Спешу тебя разочаровать: эта - из синтепона.

Ловкий бросок - и подушка пролетает четко над моей головой и опускается рядом на кровать.

- Где мои вещи? - опять срываюсь на крик.

Резко вскакиваю, заворачиваясь в простыню, и чувствую, как виски простреливает острая боль. Голова кружится, к горлу подкатывает тошнота, а ноги слабеют. Теряю равновесие и падаю... прямо в руки Максу, который вдруг оказывается рядом, подхватывает меня и укладывает обратно в постель. А сам садится на краешек, внимательно вглядываясь в мое лицо:

- Ты как?

- Бывало и лучше! - закрываю глаза и массирую виски, пытаясь унять боль.

- Побила собственный рекорд по пьянству? - криво ухмыляется Максимилиан.

- Я не пью! - чеканю, садясь и подкладывая под спину подушку.

- Да, я в курсе. Видел, - с сарказмом в голосе говорит мужчина.

- Если ты намекаешь на наше свидание в клубе, то это был всего лишь трюк, - коротко объяснила ему, как именно имитировала употребление алкоголя. - Даже Марго, кажется, заметила. Я боялась, что ты достаточно умен - и разоблачишь меня в два счета, но... - разочарованно развела руками.

Макс нахмурился и некоторое время изучающе смотрел на меня, прищурившись и наклонив голову набок. Как будто решая, верить мне или нет.

- От меня же даже перегаром не пахнет!

Я психанула, пододвинулась к нахалу и приблизила свое лицо к его, мол, проверь! И тут же пожалела об этом. Мужчина посмотрел на меня как-то странно, его взгляд потемнел и опустился на мои губы.

- Так, Макс, - произнесла строго, отстраняясь. - Что произошло?

Он выдохнул и насмешливо ответил:

- Уверена, что хочешь знать? - споткнувшись о мой яростный взгляд, продолжил. - Ты позвонила из клуба, и я забрал тебя.

- Позвонила? Тебе? - скептически переспросила. - И что сказала? - нервно сглотнула.

- В любви признавалась, - серьезно сказал Макс, но в его глазах плясали чертики.

Я попыталась вспомнить, что было в клубе, но разум плотной завесой застелила мгла.

- Врешь, - сказала после небольшой паузы.

- Но ты засомневалась, - победно рассмеялся этот несносный тип и щелкнул пальцем меня по носу.Не нравится мне это его игривое настроение. Ох, не нравится!

- Так, мне пора домой! - попыталась вновь подняться на ноги, но Макс остановил меня, придержав за плечи и усадив обратно.

- Что ж ты такая резкая! - рявкнул он, и я невольно сжалась. - Понимаешь, если ты не пила...

- Не пью я! - повторила возмущенно.

- Если не пила, значит, тебе что-то подмешали. Неизвестно, какие последствия от этого, а ты тут скачешь, как горная коза! - отчитал меня, как ребенка.

- Подмешали? Невозможно! Я же... - прокрутила в голове обрывки того, что могла вспомнить: сок, коктейль, Олег, три мужика. - Не знаю! Может, это твой дружок Олег? - не удержалась от того, чтобы озвучить главного подозреваемого.

- Олег, между прочим, тебя оттуда вытащил и охранял, пока я не приехал. Неизвестно, куда бы ты еще вляпалась, если бы не он.

Я скривилась недоверчиво. Олег слабо смахивает на рыцаря на белом коне. Хотя, может, я просто не разбираюсь в людях...

- Мне нужно позвонить родителям, - спохватилась я.

- Я отправил им смс с твоего телефона. И Мари. Это же твоя подруга? Судя по тому, как она названивала, да. Кстати, мобильный сильно пострадал в туалете клуба - Олегу пришлось по частям его из-под толчков доставать...

- Что? - перебила я Макса. - Что ты им написал? Где мой телефон?

Макс открыл верхний ящик прикроватной тумбочки и кивнул на него. Я схватила мобильный, быстро листая исходящие.

"Мама, я переночую у подруги", - гласило смс для Амелии.

"Прикрой меня перед мамой. Если что, я у тебя", - а это для Мари.

Я ошарашенно посмотрела на Максимилиана. Это же надо было так все продумать, до мелочей, ну, за единственным исключением... И зачем ему вообще меня выгораживать?

- А не маньяк ли ты часом? Всех успокоил, чтоб жертву не искали, а сам тем временем - чик! - провела пальцем по своему горлу.

- Прекращай применять свои эротические фантазии к реальной жизни, - громко захохотал этот хам, а я недовольно хлопнула его ладонью по предплечью. - Нет, это навыки с юрфака. Кто учился раскрывать дела, тот разберется, как их скрыть, - подмигнул он мне.

- Ага, только одного не учел, - решила утереть нос этому "следаку". - Я не называю Амелию мамой.

- Почему? - свел брови Макс.

- Она не хочет. Считает, что наличие взрослой дочери ее старит. И вообще Амелия никогда не хотела детей, - начала откровенничать, но тут же заставила себя замолчать.

Этого еще не хватало! Жилетку себе нашла? Да эта жилетка сама тебя в порошок сотрет и, насмехаясь, развеет по ветру!

- Мне нужна моя одежда! - угрюмо обратилась к Максу.

- Говоришь, как терминатор. А ботинки и мотоцикл тоже? - раскатистый мужской смех заполнил комнату.

Я молча скрестила руки на груди и послала нахалу полный негодования взгляд. И уже через пару минут Максимилиан принес мне выстиранные вещи и бросил их на кровать.

- Вчера ты вся провонялась этим барыжником. И как тебя занесло туда? - осуждающе проговорил он.

- Случайно, - буркнула в ответ.

- Такие случайности до добра не доведут! Впредь думай головой, если там, конечно, есть, чем думать, - его тон стал холодным и повелительным.

- Выйди, я переоденусь, - хотелось побыстрее отделаться от этого переменчивого мужчины.

- Пф, что я там не видел? - язвительно хмыкнул он.

Я готова была взорваться от злости и зашибить хама ударной волной!

- То, что ты посмел увидеть и рассмотреть, обратно пропорционально уровню твоего воспитания! - выпалила я возмущенно.

- Ой, какие словечки! А куда же делась тупая Карина из ресторана?

- Ничего, таких тупых целая армия - и все готовы. Обязательно найдешь себе под стать!

- А умная, значит, не согласится? А если купить? - завел старую пластинку Макс, раздражая меня еще сильней.

- Мы же уже выяснили, что финансы - не совсем твой конек. В этом забеге есть лошадки и посильнее, - в сердцах ляпнула то, что совсем не думала.

- Тебе виднее, - он вылетел из спальни, хлопнув дверью.

Где я вообще? За пределами жилого комплекса, в котором находится квартира Макса, - бескрайний пустырь. Ни людей, ни машин. Степь да степь кругом. Только ветер гудит, яростно треплет волосы и забирается под одежду.

"Ты вернешься, даже до десяти сосчитать не успею", - крутятся в голове надменные слова Максимилиана. Он предлагал отвезти меня домой, но я сделала все вопреки, из-за чего теперь и страдаю. Впрочем, ничего нового.

Так, сейчас просто вызову такси!

Проверяю сумку и карманы, но не нахожу мобильного. Перед глазами всплывает яркая картинка: тумбочка в спальне, а на ее лакированной поверхности - мой поцарапанный и битый доходяга-телефон. Вот растяпа!

Уныло плетусь обратно, захожу во двор, поднимаюсь на нужный этаж и, проклиная свою рассеянность, дрожащим пальцем вдавливаю кнопку звонка. Дверь открывается тут же.

- Десять, - с напыщенным выражением лица бросает мне Максимилиан.

Замечаю, что он полностью одет. Неужели собирался идти за мной?

Сразу отбрасываю эту мысль, как ненужную и деструктивную. И максимально непринужденным тоном говорю:

- Телефон забыла.

К моему удивлению, Стравинский сразу достает его из кармана и протягивает мне. Я неуверенно мнусь на пороге, крутя в руках мобильный. Макс снисходительно улыбается, берет меня за локоть и выходит, закрывая за собой квартиру, со словами:

- Поехали, горемыка...

***

- Где тебя носит? - зашипела на меня Амелия, едва я переступила порог дома.

Я растерялась не столько от ее ледяного тона, сколько от внешнего вида. На маме было бирюзовое коктейльное платье, которое выгодно подчеркивало фигуру, игриво оголяло плечи и прикрывало стройные ноги до колен. Куда это она так вырядилась? Чего я не знаю?

- Я же была у Мари... - промямлила тихо. Убедительно врать я никогда не умела.

- Знаю, и я ей звонила. Просила передать тебе, чтоб быстрее возвращалась домой! - мама в ярости. С чего бы это?

Достаю из кармана телефон, провожу пальцем по треснутому дисплею: тьма пропущенных от Амелии и еще больше - от Мари. Кажется, от подруги мне сильно достанется, но я подумаю об этом потом. Решать проблемы будем по мере их поступления...

- Ну, я... - замялась и виновато улыбнулась маме.

От допроса с пристрастием меня спас внезапно появившийся папа. Он поспешно спустился со второго этажа, на ходу борясь с непослушным галстуком. Отец был одет в строгий костюм глубокого синего цвета, под пиджаком - белоснежная рубашка. Дресс-код торжественный, однако повод пока что оставался для меня загадкой...

- Дорогая, поможешь мне? - обратился к Амелии, та расплылась в улыбке и принялась завязывать ему галстук. Папа же перевел взгляд на меня. - Карина, милая, иди к себе, соберись и переоденься. Через час к нам на ужин приедет Валерий Ключевой с сыном. У нас наклевывается прибыльный совместный проект, хотим обсудить его в неформальной обстановке, - подмигнул мне и кивнул в сторону лестницы.

Я нахмурилась: вспомнила Николая и его мокрые ладошки - непроизвольно передернулась. Вслух, конечно же, ничего не высказала. Я понимала, как для папиной фирмы важны партнерские отношения с Ключевым.

Пользуясь представившейся возможностью сбежать, быстро поднялась по лестнице, прожигаемая косыми взглядами Амелии, и скрылась в своей комнате. Сколько мне дали на сборы? Час? Такое ощущение, что жизнь готовит меня к армии. Печально усмехнулась и решила первым делом отправиться в душ.

Распаренная и довольная, завернутая в пушистое махровое полотенце, вернулась в спальню, на ходу вытирая волосы. Где-то в ворохе моих вещей разрывался телефон.

- Карина, ты в порядке? - услышала взволнованный крик Мари, едва лишь поднесла трубку к уху.

- Да, моя хорошая. Я же писала тебе, - с деланной непринужденностью ответила я.

- "Прикрой меня перед мамой"? Думаешь, это меня успокоило? Я тут места себе не нахожу! Где ты была всю ночь? - произнесла с такой интонацией, будто это она моя мать, а не Амелия!

- Я... - начала я и закашлялась.

- Даже не думай мне врать! Я тебя насквозь вижу... То есть слышу... Короче, ты поняла.

- Мари, извини, это долгая история. Но я сейчас не могу говорить. У нас ужин с Ключевыми, а я в полотенце.

- А "мистер Потные Ладошки" тоже будет? - хихикнула Мари, сбрасывая напряжение между нами.

- Ох, ты слишком много знаешь, - засмеялась я.

- Недаром говорят, самый страшный враг получается из бывшей лучшей подруги. А ты, кстати, сейчас по краю ходишь! - многозначительно протянула последнюю фразу девушка.

- Знаешь, ты права, - серьезно произнесла я. - Пора нам поговорить по душам.

А почему бы и нет? В конце концов, с кем, как не с лучшей подругой, я могу обсудить ситуацию, в которую меня затянул Макс?! Мари всегда была для меня родной, а я закрылась от нее.

- В четверг Хэллоуин, на вечеринке и поговорим. От посторонних ушей проще всего скрыться в шуме толпы, - философствовала она.

- Но я же совсем не... - начала протестовать я.

- Знаешь что! - отрезала подруга. - Ты так проштрафилась, что просто не имеешь права на отказ. Пьер завезет твой костюм. Да-да, я все-таки купила то платье, что ты мерила. Встретимся на вечеринке и, возможно, я тебя прощу, - заключила она и бросила трубку.

Я мельком взглянула на часы: до ужина оставалось меньше получаса. Кажется, я серьезно опаздывала, но почему-то эта мысль меня совсем не волновала. Размеренными движениями достала и подключила фен и, прикрыв глаза, принялась неспеша сушить волосы. Это были слишком тяжелые сутки, и, кажется, мои нервы на исходе.

Когда я спустилась в гостиную, все уже были в сборе, так что четыре пары глаз устремились исключительно на меня. Как я не споткнулась и не скатилась кубарем с лестницы от такого пристального внимания - не знаю. Наверно, это моя суперспособность.

Стараясь выглядеть свободно и непринужденно, медленно подошла к столу и, улыбнувшись, поприветствовала гостей.

- Добрый вечер! - Валерий Ключевой встал и обнял меня, как старую добрую знакомую. - Прекрасно выглядишь, Кариночка!

- Спасибо, - смущенно пролепетала я.

И сразу же напряглась, потому что теперь очередь здороваться подошла к его сыну. Николай осмотрел меня с ног до головы жадным и будто оценивающим взглядом, особенно задержавшись на вырезе в виде капли на моей груди. К слову, на мне было вполне приличное платье: облегающее, нежного персикового цвета, доходящее до лодыжек, правда, с игривым разрезом сбоку, который в данный момент я пыталась скрыть. Волосы я аккуратно уложила наверх, открыв шею, и лишь несколько локонов опускались на лицо.

Николай подошел ближе, коснулся моего оголенного плеча своей влажной рукой и как-то неловко чмокнул в щеку, обдав меня прокуренным дыханием. Я непроизвольно поежилась и закашлялась. Все это время я чувствовала, как за мной наблюдает Амелия. О ее мыслях и целях нетрудно было догадаться...

Мое место оказалось напротив Николая. Уверена, мама постаралась. Ну, хоть не рядом - и на том спасибо. Слева от меня сидела Амелия, а во главе стола - Константин с Валерием.

- Я предлагаю построить не просто отель, а целую сеть развлекательных комплексов. С игровыми автоматами, спортивными залами, кинотеатрами, клубами и прочими-прочими заведениями. Такой себе Лас-Вегас, только у самого моря, - воодушевленно вещал мой папа.

Его глаза горели, а он сам был готов бороться за свою идею до последнего вздоха. Огнев к каждому проекту, относился, как к ребенку. Вынашивал его в голове, взращивал, холил и лелеял, закрывая глаза на любые недостатки. Ключевой же был человеком прагматичным.

- Ты же понимаешь, каких нереальных вложений требует этот проект, - серьезно проговорил Валерий. - Да и трудностей с получением разрешительных документов будет немало...

- Зато, когда все будет реализовано, каждый вложенный миллион превратится в миллиард! - отец эмоционально стукнул ладонями по столу.

- Твои слова да инвесторам в уши, - грубо захохотал собеседник. - Один я точно не потяну твою идею фикс, придется привлекать других. Возможно, работать с конкурентами...

- Это исключено!.. - замотал головой Огнев. - Я подготовил все расчеты! Как только я покажу тебе их, ты поймешь, что проект реален!

- Однако я предлагаю сначала поужинать, - усмехнулся инвестор, назидательно поднимая палец вверх. - На сытый желудок и мысли приходят верные!

Безусловно, мой отец просто так не сдался. Весь вечер он сыпал терминами и цифрами, с энтузиазмом доказывал что-то Ключевому. В какой-то момент я просто абстрагировалась от всего происходящего вокруг. Из полусна-полутранса меня вывела Амелия, ущипнув под столом за бедро. Я ойкнула, обращая на себя заинтересованные взгляды гостей.

- Все в порядке, извините, - покраснела я от неловкой ситуации.

Когда отец и Валерий вернулись к своему разговору, мама шепнула мне на ухо:

- Будь приветливей к Николаю!

В этот миг ощутила, как моя кровь закипает и раскаленной лавой движется по венам, - настолько я была разгневана. Но все, что я могла сделать в сложившейся обстановке, так это послать Амелии ледяной взгляд, кричащий о том, что не согласна на такую "удачную партию". И вообще, больше никаких женихов! С меня хватит!

Твердо решила, что выскажу все свои мысли маме после ужина, наедине. И пусть делает со мной, что хочет! Исподлобья взглянув на Ключевого-младшего, вдруг осознала, что Англия - не самый худший из возможных исходов...

Остаток вечера я лениво ковырялась в своей тарелке или нервно крутила в руках изрядно потрепанный мобильный, который непонятно зачем захватила с собой. Как будто надеялась, что кто-то позвонит и спасет меня от этого ужасного ужина.

Краем глаза то и дело ловила на себе неоднозначные взгляды Николая. Не могу понять, ему-то я зачем? Неужели внезапно воспылал ко мне своей мокрой любовью? Не верю!..

Телефон в моих руках требовательно завибрировал - от неожиданности дернулась и уронила его на пол. Из-под стола настойчиво орала динамичная тяжелая мелодия. Сразу поняла, кто именно мне звонит, потому что этот бешеный рингтон поставила на одного единственного человека...

- Прошу прощения, - мило улыбнулась и хлопнула глазками Ключевым, а потом нырнула под стол, чтобы заткнуть несносный аппарат.

Попыталась отключить его, однако трещина на дисплее не позволяла мне этого сделать - сенсор не слушался. В итоге, пришлось ответить.

- Да, - тихо прошипела, прижимая телефон к уху и выбираясь из-под стола.

- Ты спала, что ли? - как только бархатный голос Максимилиана коснулся моих ушей, я почему-то почувствовала облегчение и спокойствие.

- Нет...

Вставая, вдруг ударилась головой об угол стола и громко айкнула от неожиданности и мерзкой боли.

- Что у тебя там происходит, в конце концов? Ты где? - раздраженно рявкнул Макс.

Как обычно, в своем репертуаре!

- Я дома, - ответила ему и обратилась к гостям, которые задумчиво изучали меня. - Прошу прощения, я на минутку, - и выскочила из гостиной.

Решила зайти в смежную комнату, где располагался кабинет отца, и, плотно прикрыв за собой дверь, заговорила в трубку:

- Зачем ты звонишь, Макс?

- Да ты - сама доброжелательность! - усмехнулся тот, а потом произнес тихо. - Карина, я хотел бы поговорить с тобой...

- Сейчас это не очень удобно, - перебила его. - У нас в гостях Ключевые. Обсуждают с отцом какой-то супер-проект и...

- И Николай? - грубо спросил Стравинский.

Какое ему дело до наших гостей? Странный мужчина!

Но ответить ему не успела, так как в комнату вошел Николай. Легок на помине! Теперь почти полный комплект раздражающих меня людей - только Олега не хватает!

- Кариночка, милая, тебя все заждались! - нарочито громко и приторно сладко обращается ко мне Ключевой-младший.

Я ошеломленно смотрю на него. Тем временем мобильный слабо щелкает, оповещая о том, что абонент на другом конце бросил трубку.

- Какая к черту Кариночка-милая? - завожусь с пол-оборота. - Что-то не припомню, когда мы стали с тобой настолько близки. Может, амнезия накрыла?

Николай лишь слащаво улыбается и подходит ко мне вплотную.

- Знаешь, наши родители вовсе не против нашего скорейшего... хм... сближения. Да и я тоже, - он проводит липкими пальцами по моей щеке, спускаясь к подбородку, но я резко откидываю его руку.

- А я про-тив! - произношу по слогам и собираюсь уходить.

Но Николай останавливает меня, прижимает к себе и впивается в мои губы слюнявым поцелуем. В нос ударяет вакханалия запахов - смесь табака, шампанского и сладковатого парфюма. К горлу подкатывает тошнота.

Реагирую молниеносно: бью мерзкого типа коленом между ног, потом хватаю и выкручиваю его руку, полностью обездвиживая. Редкие уроки самообороны не прошли даром - тренер бы мной гордился.

- Ааа! - тоненьким голоском визжит Николай на весь дом.

Как баба, в самом деле! А куда же делся альфа-самец?- Еще раз прикоснешься ко мне, хоть пальцем, убью! - рычу ему в ухо. Гнев все еще клокочет в моей груди.

В комнату вбегает Валерий, за ним заходят Константин и Амелия. Они пораженно смотрят на меня. Да уж, представляю, как это выглядит со стороны. Картина маслом "Не опознали"!

Отпускаю трясущегося Николая, посылаю всем глупую улыбку и хлопаю глазками. Мило так: хлоп-хлоп!

***

- Какой позор! - сокрушается Амелия и театрально хватается за сердце. - Ты же леди! А ведешь себя, как пацанка!

Ключевые ушли сразу же после инцидента, так что теперь мама смело выплескивает на меня весь накопившийся негатив.

Отец тем временем хмуро стоит у книжного шкафа, засунув руки в карманы и не отводя от меня внимательного взгляда. Ну, а я упорно молчу, сидя в кресле и опустив голову. Пока мама не выговорится, оправдываться нет смысла.

Завершив гневную тираду, Амелия простреливает меня яростным взглядом и, уперев руки в бока, говорит:

- Мы отправим тебя в Англию! Может, там научишься манерам, - звучит, как приговор.

- Подожди, дорогая, - вмешивается Огнев, подходя ближе. - Сначала дадим ей слово, - садится рядом на диван и обращается ко мне. - Что произошло, дочка?

- Николай поцеловал меня против воли, а я возмутилась. И вспомнила пару приемов самообороны от Льва Васильевича, - виновато развела руками и заметила, как на лице моего отца мелькнула легкая улыбка, которая тут же была скрыта под маской строгого родителя.

- Вот! А я всегда была против этих ее тренировок! Возмутилась она! Оторва! - вновь завелась Амелия, но отец поднял руку, жестом останавливая ее пламенную речь.

- Карина, Коля тебе совсем не нравится? - спросил, прищурив глаза.

Я бросила взгляд на злющую Амелию - и тут же перевела обратно. Набрав полные легкие воздуха, выпалила:

- Папа, я встречаюсь с Максимилианом Стравинским!

Густые брови Огнева взлетели вверх - и он удивленно посмотрел на маму:

- Ты знала? - спросил строго, а я испуганно вжалась в кресло.

- Ой, да у них все несерьезно, - отмахнулась Амелия.

- Ты знала? - громче повторил отец, и на этот раз мама промолчала, нервно закусывая нижнюю губу. - Понятно... Карина, послушай, мы живем в 21 веке - и договорные браки сейчас, кажется, уже не в моде. Да, Амелия? - рявкнул он, и та поспешно закивала. - Скажу честно, мы с Валерием рассматривали возможность познакомить вас с Николаем. Но я ничего не знал о твоих отношениях с Максимилианом, - тяжело вздохнул. - Стравинский - хороший парень, и ты вправе сама выбирать, с кем тебе быть, - подытожил отец.

Сказать, что я была поражена, - ничего не сказать. Неужели к моему мнению, наконец-то, прислушались? Кажется, я сплю - ущипните меня!
- Но! Николай же... - начала Амелия, однако Огнев перебил ее.

- Я поговорю с Валерием. Не думаю, что этот... кхм... инцидент как-то повлияет на наши отношения. А теперь иди к себе, мне надо поговорить с мамой.

Папа подал мне руку, чтобы я поднялась с кресла, обнял и поцеловал в лоб, а потом бережно подтолкнул к выходу.

- Милый, я все объясню, - донесся взволнованный голос Амелии, когда за мной захлопнулась дверь.

Дальнейшего разговора я уже не слышала. Разбитая и уставшая, поднялась в свою комнату и упала на кровать прямо в одежде. Кажется, сегодня я одержала маленькую победу. Но расслабляться не стоит - исход главной битвы все еще неясен.

Выход шестой

Максимилиан

Кого я обманываю? Подсел на нее, как последний наркоман. И тянусь в поисках очередной дозы, которая убивает меня. Как же так! Опять все грабли мира - мои! Фермер чертов!

Со злостью бросаю телефон, который мчится чуть ли не со скоростью пули, встречается со стеной и разлетается по частям, звеня детальками об пол. Яростно впечатываю несчастный корпус ногой в паркет - экран покрывается трещинами и лопается.

Через минуту в комнату вбегает испуганная Виола:

- Что случилось? Я слышала шум, - удивленно смотрит на остатки моего мобильного, а потом беспокойно вглядывается в мое лицо. - Ты в порядке?

- Все хорошо, Виола, все просто прекрасно, - выдыхаю я и сажусь на край кровати. Мачеха следует моему примеру.

- Ты можешь рассказать мне, что тебя гложет, - берет меня за руку и подвигается ближе. - Где ты был прошлой ночью? И с кем?

Удивленно смотрю Виоле в глаза и не могу прочесть, какие чувства плещутся там. Машинально сбрасываю ее руку и резко встаю.

- В квартире, Виола... - делаю паузу, - один! Пожалуйста, не строй из себя "мамочку". Тебе это не идет.

Виола багровеет от обиды, вскакивает и поспешно покидает мою комнату, с громким треском захлопнув дверь.

Молодец, Макс, план по ругани на сегодня выполнен и перевыполнен! И вишенкой на испорченном торте стал человек, который всегда относился ко мне со всей душой. Надо бы извиниться...

Завтра...

Сегодня явно не мой день...

***

Вместо противного звона будильника встать с постели меня заставляют вредные солнечные зайчики из окна. Который час?

Пытаюсь рукой нащупать мобильный. С трудом поднимаю налитые усталостью веки, смотрю на пол и обреченно вздыхаю. Среди кусков железа нахожу свою сим-карту - придется купить ей новый "дом".

Некоторое время ищу глазами, где же в моей комнате находятся часы. Ох, уж этот век гаджетов: без них, как без рук. Цепляюсь взглядом за циферблат на стене - и громко ругаюсь. Я безнадежно опаздываю в издательство, да еще и на совещание!

Наспех собравшись, выбегаю из комнаты, по дороге сталкиваюсь с Виолой, целую в щеку в знак приветствия - и покидаю дом.

Автомобиль петляет по узким переулкам, пытаясь срезать путь. Но все равно оказываюсь в пробке, нетерпеливо тарабаня ладонями по рулю. Боковым зрением замечаю магазин сотовой связи и паркуюсь...

Продавец-консультант, издалека завидев меня, быстро подбежал, чуть не столкнувшись со мной в дверях, и принялся навязчиво мельтешить вокруг. Жестом остановил его нелепые потуги и коротко озвучил, какая модель телефона мне нужна. Паренек помчался на склад.

- Принесите два, - подумав, крикнул ему вслед.

- Одинаковых? - моргнул продавец.

- Второй - женского дизайна, - отрезал в ответ, сам себя ругая за эту слабость...

В издательство я прибыл, когда все уже собрались в конференц-зале. На пороге меня встретила переминающаяся с ноги на ногу Инна и затараторила:

- Максимилиан Анатольевич! Я все утро вам звоню, а вы вне зоны доступа. Все уже готово, ждем вас. Они уже расходиться хотели, - махнула рукой в сторону сидящих за круглым столом сотрудников, - но я не позволила.

- Молодец, Инноч... Инна, - зачем-то поправил себя, - спасибо! - и громко обратился к присутствующим. - Доброе утро! Можем начинать!

По залу прокатилось эхо вздохов. Отреагировал молниеносно: встал, уперевшись руками в стол, и строго посмотрел исподлобья на подчиненных. Гул стих, а все мгновенно сделали серьезный, внимательный вид. Так-то лучше.

Началось совещание с планерки. Пока озвучивались отчеты по отделам и намечались рабочие задачи, я, вставив сим-карту в новый телефон, листал список пропущенных. Невероятное количество звонков из издательства, парочку - от Олега, несколько смс, но ни одной весточки от... нее.

А ты, Макс, рассчитывал на что-то другое? Наступив на грабли, наслаждайся фейерверком!

6.

Из хаоса неприятных размышлений меня вырвал шум в зале. По окончании планерки рядовые сотрудники начали расходиться по своим рабочим местам, а за столом остались мои заместители, редакторы и руководители некоторых отделов.

- Что ж, переходим к совещанию. Начнем с отдела продаж. Какие новости? - я перевел взгляд на худосочного паренька в очках, который вжал голову в плечи.

Это Дмитрий, начальник отдела продаж. Толковый малый, но уж слишком неуверенный в себе. Судя по его виноватому лицу, дела у нашего издательства так себе. Я напрягся.

- Максимилиан... Анатольевич, - тихо начал он и, прокашлявшись, пролепетал. - Тираж книги "На этом свете" провалился. Не продано ни одного экземпляра. Компании и книготорговцы, с которыми мы сотрудничаем, отказались закупать и...

- Ясно, - оборвал его на полуслове.

В принципе, это было ожидаемо. Книга принадлежала перу одного из представителей золотой молодежи, возомнившего себя великим писателем. А печать тиража - своеобразный подарок от богатого отца, ему-то мы эту испорченную сыном-графоманом бумагу и спихнем.

- Что еще?

Дмитрий сжался еще сильнее. Казалось, вот-вот он свернется в клубочек и закатится куда-нибудь под плинтус. Волнение несчастного парня начало передаваться и мне.

- Компания "Инь-Янь" не подписала с нами контракт, - произнес он, опустив глаза на бумаги, которые нервно сминал и теребил пальцами.

А вот это уже плохо. Издательство и так переживает не лучшие свои времена. Каких усилий мне стоило разобраться с долгами, оставленными после отцовского "руководства", а тут опять убытки. Я перевел взгляд на коммерческого директора Ярослава Степановича, полноватого мужчину средних лет в сером костюме.

- Чем мотивировано такое решение? - обратился к нему.

- Говорят, что нашли издательство с более выгодными условиями, - нервно дернул одним плечом тот. - Без этого контракта мы потерпим ощутимые убытки. Надо бы на чем-то сэкономить, - многозначительно стрельнул глазами в директора по маркетингу Ольгу, видную, но немного стервозную блондинку с планшетом в руках.

- Мы не будем экономить на рекламе, - я сразу понял ход мыслей Ярослава Степановича и, предугадывая его следующий вопрос, сказал. - И на празднике, посвященном юбилею издательства, тем более! Иначе пресса быстро пронюхает, что наши дела неважны. И тогда не то, что новые, а и старые партнеры разбегутся, - "серый костюм" попытался возразить, но я остановил его. - На сегодня вопрос закрыт, обсудим его в более узком кругу. И жду ваших реальных предложений! Теперь обсудим грядущее мероприятие, - указал взглядом на Инну.

Девушка встала и, поправив свое короткое платьице, затарахтела, с энтузиазмом вещая о ходе подготовки к празднику. Выслушав ее красочный доклад, я лишь бросил короткую фразу:

- Найдите профессионального ведущего.

- Но я... - начала Инна и осеклась, встретившись с моим серьезным взглядом. - Хорошо, Максимилиан Анатольевич. Но придется увеличить затраты...

Я кивнул, а где-то недалеко обреченно вздохнул коммерческий директор.

***

Первая половина дня пролетела стремительно. То ли из-за того, что я проспал с утра, то ли потому, что мыслями витал где-то далеко за пределами издательства. На обеде я заехал домой: вчерашняя ссора с Виолой не давала мне покоя.

- Привет! - спокойно произнес я, входя в гостиную, и сел на диван рядом с мачехой.

Она листала какие-то каталоги со всякими модными штучками для своего салона красоты.

- Привет! - улыбнулась она и убрала с лица выбившийся из прически платиновый локон.

Виола не умела долго обижаться - и это был еще один из ее многочисленных плюсов.

- Прости меня за вчерашнее. Был тяжелый день...

- Да, брось, я уже и забыла. А вот с отцом поговори, он очень переживает после вашего разговора, места себе не находит. Я, конечно, до сих пор не в курсе, что случилось с твоей матерью, но уверена: Толик не собирался ни в чем обвинять тебя. Ты неправильно понял! - нахмурила брови мачеха.

В ответ я лишь неопределенно промычал, отчего Виола недовольно хмыкнула. Обсуждать мать и отношения с отцом ни с ней, ни с кем бы то еще я не готов, по крайней мере, сейчас. А возможно, никогда...

Повисшую над нами тишину разорвал громкий звонок в дверь.

- Откроешь? Я на минуточку, - попросила мачеха, а сама направилась в комнату к Анатолию.

Я кивнул, радуясь, что не придется продолжать разговор, быстро преодолел коридор и распахнул двери, собираясь поприветствовать нагрянувшего гостя...

Серьезно?

Карина

Мое утро началось не с кофе. Прямо возле уха требовательно завибрировал телефон. Я вскочила и чуть не свалилась с кровати, все еще не различая границы между сном и реальностью.

Протерла глаза и, не обратив внимания на номер, провела пальцем по дисплею. Получилось не с первого раза - всему виной последствия бурного приключения моего мобильного в клубе. Наконец, смогла ответить.

Голос на том конце линии подействовал на меня лучше любого энергетика.

- Доброе утро, Карина. Надеюсь, не разбудил.

- Да, Игорь Александрович, доброе. Слушаю вас, - на одном дыхании выдала я и замерла в ожидании того, что он мне скажет.

Игорь Александрович - мой будущий начальник, точнее, руководитель той самой дизайн-студии, где я пытаюсь получить работу. Мой проект после целого ряда поправок был, наконец, готов, сдан и отправлен заказчику, так что теперь я, затаив дыхание, ожидала вердикта.

- Заказчик просмотрел ваш дизайн-проект, но у него остались некоторые... кхм... вопросы. Я договорился, что вы лично приедете и обсудите все на месте.

- О, я... - выдохнула взволнованно.

Интересно, эта студия всех стажеров отправляет к своим богатым, влиятельным клиентам (они здесь исключительно такие)? А если я сделаю что-то не так? Рискованно... Или конкретно с этим человеком никто не смог договориться? И на амбразуру решили бросить самого ненужного работника, проще говоря, постороннего человека, так кстати подвернувшегося под руку?

- И еще, Карина, если вам удастся угодить этому... кхм... заказчику и оформить сделку, то место дизайнера в нашей студии - ваше!

От неожиданности я поперхнулась и закашлялась. Подозреваю, Игорь Александрович отправляет меня на заведомо провальное задание.

Что ж, зря меня недооценивают. Теперь у меня есть цель - и я сделаю все, чтобы, наконец-то, отвоевать эту работу.

- Я согласна, диктуйте, - уверенно говорю я, отчего начальник как-то неоднозначно хмыкает.

- Хорошо. Заказчик - Виолетта Игоревна Ланская, адрес сейчас сброшу смс-кой. Я пообещал ей, что вы будете в час, - быстро тараторит мужчина, видимо, чтобы я не успела передумать.

- Уже даже пообещали, - усмехаюсь я. - Принято. Разрешите выполнять?

- Что? - недоумевает Игорь Александрович. - Ах, да, конечно. До связи! - и отключается.

Через минуту на мобильный приходит сообщение. Запоминаю адрес и имя заказчика. До обеда времени еще достаточно, так что успею подготовиться ко встрече. Виолетта Игоревна, готовьтесь, мы просто обязаны договориться!

Задумчиво кручу в руках телефон. Вчера Макс хотел о чем-то со мной поговорить и по голосу было похоже, что это нечто серьезное. Может, стоит перезвонить? Как минимум, неприлично игнорировать человека. А как максимум... Не хочу копаться в своих мотивах, а просто тыкаю пальцем в экран и пытаюсь выбрать нужный номер.

От моих манипуляций трещина становится больше и расходится в разные стороны тоненькой паутинкой. Дисплей окончательно отказывается меня слушаться.

Как не вовремя!

Наверно, не судьба...

Принимаю душ, одеваюсь в сдержанный юбочный костюм нежного бирюзового цвета. Долго просматриваю эскизы, файлы на компьютере и флешке - все, что связано с вымученным мною проектом. Беру с собой папку с бумагами - и, кажется, я готова.

Пару секунд собираюсь с духом перед тем, как спуститься в гостиную. Потому что совершенно не представляю, как вести себя с Амелией, если вдруг с ней столкнусь.

Мои опасения оправдались: она сидела в кресле у телевизора, насупленная и недовольная.

- Доброе утро, - неуверенно пролепетала я.

В ответ мама лишь слегка кивнула головой, а потом нехотя указала взглядом на коробочку, что лежала перед ней на столе. Я подошла ближе, чтобы рассмотреть, что внутри.

- Новый телефон? - удивилась я. - Мне? Вы купили мне мобильный? Спасибо, у меня как раз...

Амелия поднимает палец вверх, указывая, чтобы я притихла, а потом отрицательно качает головой. Честно говоря, терпеть не могу эти игры в молчанку. Но мама умеет обижаться только так.

- А кто купил? Откуда это? - задаю неправильный вопрос, ведь на него нельзя ответить односложным жестом.

Амелия лишь пожимает плечами и демонстративно разворачивает журнал, намекая, что разговор окончен, если это, конечно, можно назвать разговором.

Что ж, подарками не раскидываются. Потом разберусь, откуда он. А сейчас достаю новенький смартфон, переставляю в него сим-карту из своего пострадавшего, и выхожу из дома.

***

Стою на пороге двухэтажного дома и неуверенно царапаю ногтями папку с эскизами. Вот уже минут пять я все никак не могу решиться нажать на кнопку звонка.

"Добрый день, Виолетта Игоревна, меня зовут Карина Огнева. И я - ваш дизайнер", - как мантру, повторяю про себя текст приветствия.

Так, соберись, тряпка, и не разбирайся! Выдыхаю, натягиваю на лицо милую улыбку и вдавливаю до упора звонок, слыша, как изнутри доносится довольно мелодичная трель. Одними губами еще раз нашептываю то, что планирую сказать заказчику.

Дверь открывается, и от этого учащается мой пульс, а сердце бьется где-то в горле. Дежурная улыбка. Поднимаю глаза и...

- Серьезно? - в унисон восклицаем мы вместе с хозяином этого дома.

Передо мной стоит не кто иной, как Максимилиан Стравинский собственной персоной! Похоже, моя судьба - отчаянная приколистка, раз уж подбрасывает мне такие ситуации. Или я у нее на особом счету?

Макс не спешит впускать меня внутрь, а наоборот, выходит сам, чуть прикрывая за собой дверь.

- Как ты узнала мой адрес? Мама твоя подсобила? Ну, и зачем ты здесь? - цедит он сквозь зубы.

- Я... - не до конца оправившись от шока, мычу что-то несвязное.

- Не поверю, что соскучилась, - ухмыляется мужчина, а потом со злостью добавляет. - Я же предупреждал: не приближайся к моей семье!

Как только ко мне возвращается способность говорить, а мысли в голове прекращают отплясывать чечетку, я смело смотрю прямо в глаза Максу, гордо вздернув подбородок, и уверенно, с легким налетом стервозности, говорю:

- Если ты думаешь, что все в этом мире крутится вокруг тебя, спешу тебя разочаровать. Нет. Я пришла не к тебе. Меня ждет Виолетта Игоревна...

- Что тебе нужно от моей мачехи?

Ах, вот, кем ему приходится мой заказчик. Это многое объясняет. Теперь понятно, почему у нее другая фамилия. Видимо, они с отцом Макса не расписаны. Но это не мое дело...

Открываю рот, чтобы сказать нахалу пару ласковых, но за его спиной вдруг распахивается дверь, и на пороге появляется молодая эффектная блондинка. Никогда бы не подумала, что это мачеха Макса. Больше похожа на сестру или... Так, никаких "или"!

- Добрый день, Виолетта Игоревна, меня зовут Карина Огнева. И я - ваш дизайнер, - с вымученной улыбкой выдаю ей отрепетированную фразу и протягиваю руку, боковым зрением замечая, как Стравинский изменился в лице.

- Максимилиан, это ко мне! - с сияющим лицом говорит она и тут же задумчиво закусывает нижнюю губу. - Карина Огнева? Дочь Амелии? - медленно киваю головой в ответ. - Вы же с Максимилианом, - растерянно переводит взгляд с меня на своего пасынка и обратно.

Мы с Максом на секунду встречаемся глазами и сразу же отворачиваемся друг от друга. Да уж, неловкий момент.

- Впрочем, это не мое дело, - расплывается в ослепительной улыбке Виолетта и показывает мне рукой, приглашая войти.

Исподлобья поглядываю на Макса: он стоит, засунув руки в карманы брюк, и, кажется, злится. Я не могу до конца понять, какие эмоции сейчас выражает его лицо. Вздыхаю, переминаюсь с ноги на ногу и нерешительно переступаю порог дома, с которого, возможно, начнется моя карьера дизайнера. Поэтому нужно отбросить все сомнения и вспомнить, зачем я здесь. Вижу цель - не вижу препятствий. И тебя, Максимилиан Стравинский, тоже не вижу! Ты не сможешь мне помешать поймать свой шанс за хвост, блондинистый такой, с платиновым отливом.

- Знаете, Кариночка, вот вроде все так, но чего-то не хватает, - мило произнесла Виолетта Игоревна после получаса нудных обсуждений и внесения правок.

Мои нервы начали сдавать, но я из последних сил держала себя в руках. Мы посмотрели, кажется, все возможные стили, перебрали разные цвета и оттенки, материалы и элементы декора. И в конце концов... просто вернулись к исходному проекту!

Усугубляло мое и без того плачевное состояние то, что все это время рядом был Макс. Он стоял возле арки, разделяющей гостиную и кухню, молча наблюдая за нами. Словно надзиратель! Я то и дело невольно поглядывала на него, встречаясь с его задумчивыми синими с зеленцой глазами.

- Ваша гостиная визуально будет казаться светлее и просторнее, а персиковые оттенки придадут ей тепла и уюта. При этом мы сохраним фукциональность, сделаем нишу вот здесь, - я тыкала пальцем в эскизы, в очередной раз перечисляя преимущества моего проекта и пытаясь достучаться до этой непробиваемой женщины.

- А может, все-таки выкрасим стены в розовый? - вдруг хлопнула ресницами Виолетта, окончательно введя меня в ступор.

Я бросила быстрый обреченный взгляд на Максимилиана, будто ища поддержки, но тот лишь весело усмехнулся и, развернувшись, направился в кухню.

- Виолетта Игоревна, - выдыхаю я после паузы. - Я все же советую вам...

- Виола, это и правда отличный дизайн-проект, предлагаю на нем остановиться, - обрывает мою речь Стравинский, возвращаясь, и ставит на стол перед нами два стакана с соком.

Недоуменно приподнимаю одну бровь и с подозрением смотрю на Максимилиана: почему это он вдруг решил помочь, что задумал? Мужчина подмигивает мне и улыбается одними уголками рта, еще больше изумляя и обезоруживая. Осторожно перевожу взгляд на заказчицу, ожидая ответа, но вижу, как она поменялась в лице: явно чем-то недовольна. В мгновение ока хмурое выражение сменяется неестественной улыбкой, и Виолетта заботливо говорит Стравинскому:

- Максимилиан, кажется, ты уже опаздываешь на работу.

- Не очень оригинальный способ от меня избавиться, - смеется тот. - Но да, ты права, пойду собираться. Надеюсь, гостиная не станет розовой к тому времени, как я вернусь?

Макс быстро поднимается по лестнице, ведущей на второй этаж, и оставляет меня наедине с миссис "не знаю, чего я хочу, но не того, что вы предлагаете". Предатель!

Виолетта провожает взглядом своего пасынка и, когда тот скрывается из виду, поворачивает голову ко мне. Неуверенно смотрю на нее и жду приговора.

- Карина, - произносит серьезно. - Что у вас с Максимилианом?

От неожиданности вздрагиваю и отвожу взгляд. Этот вопрос заводит меня в тупик. Действительно, что? Сделка? Статус - "невеста на выход"?

- Эммм... Ничего, - говорю почти правду.

- Карина, - почему-то каждый раз, когда Виолетта обращается ко мне по имени, по моей спине пробегает холодок. - Ты извини, но я в курсе, что у вас было свидание. Это я... ммм... поспособствовала вашей встрече. Однако Максимилиан мне абсолютно ничего не рассказывает! - обиженно всплеснула руками.

Я усмехнулась: конечно, ничего не рассказывает! Чем ему хвастаться? Тем, что какая-то девица устроила ему антисвидание, даже два, с "романтическим" продолжением в кустах? Или тем, что теперь у него есть фиктивная невеста? Так себе послужной список у Макса.

- Не о чем рассказывать, Виолетта Игоревна. Нас ничего не связывает, - произношу тихо, пряча глаза.

- Понятно, - женщина улыбается и участливо берет меня за руку. - Знаешь, я думаю, твой дизайн-проект нам подходит. Мы можем подписать договор.

Эти слова прошибают меня похлеще электрического тока. В душе я просто ликую и танцую ламбаду, но внешне стараюсь выглядеть спокойной.

- Спасибо, Виолетта Игоревна. Уверена, мы сработаемся! - невозмутимо говорю я.

Женщина кивает, потом бросает взгляд на тумбочку у стены и поспешно вскакивает с диванчика, на котором мы все это время сидели.

- Я сейчас, только отнесу Максимилиану телефон, - щебечет она и хватает с тумбочки мобильный.

Что-то он мне напоминает. Кажется, это та же модель, что и у моего утреннего подарка, только цвет другой. Совпадение? Подумаю об этом потом.

Сейчас меня волнует другое. Не изменит ли эта женщина по пути свое решение? Уж очень все шатко и неопределенно.

Каждая минута ожидания кажется мне вечностью. Чтобы хоть как-то скоротать время, собираю эскизы, потом встаю и подхожу к камину, на котором стоят фоторамки. Рассматриваю снимки. На одном из них Виолетта в обнимку с красивым мощным брюнетом, который выглядит намного старше ее. Наверно, это и есть отец Максимилиана.

Перевожу взгляд на другую фотографию. Передо мной Макс в мантии выпускника вуза, серьезный и, кажется, немного грустный. Протягиваю руку и провожу подушечками пальцев по холодному стеклу, оставляя след.

Чуть поодаль, за часами, замечаю еще один снимок и беру в руки. С него на меня смотрит счастливая семья: женщина, чьи черты лица напоминают мне Максимилиана, Анатолий, но только гораздо моложе, и мальчик лет тринадцати - его сине-зеленые глаза сложно не узнать.

- Добрый день! - слышу за спиной мужской голос. Тембр, как у Макса, только грубее и с хрипотцой

Чуть ли не подпрыгиваю от неожиданности и выпускаю из рук рамку, которая летит на пол и со звоном встречается с паркетом. По стеклу расползается трещина, прямо по изображению женщины, имени которой я не знаю, искажая и, в конечном итоге, полностью скрывая ее лицо.

Быстро хватаю рамку, царапая палец об осколки и оставляя кровавый след на ней, и виновато поворачиваюсь к мужчине:

- Извините, я случайно!

- Да уж, Максимилиан будет недоволен, - задумчиво произносит тот и забирает у меня снимок, задерживается на нем взглядом, тяжело вздыхая. - Скажем, что это я разбил, - подмигивает мне.

Выглядит мужчина, мягко говоря, неважно: лицо в синяках, правая рука в гипсе. Дополняют образ отросшая щетина и взъерошенная темная шевелюра. От того красавца, которого я видела на снимке, сейчас мало что осталось.

Вопрос вылетает из моих уст быстрее, чем я успеваю его обдумать:

- Вы же отец Макса?

На этих словах мужчина удивленно поднимает брови и, наклонив голову, всматривается в мое лицо. Я нервно обхватываю себя руками, будто пытаясь защититься.

- Макса? - медленно произносит он. - Давно я не слышал это имя. Максом сына всегда звала Александра, и после ее смерти он запретил кому бы то ни было обращаться к нему так. Но не тебе?! - Анатолий тепло улыбается, а я замираю ошеломленно.

- Александра - это мать Макса... симилиана? - запинаясь, спрашиваю я, и старший Стравинский кивает утвердительно.

Александра. Перед глазами всплывает обложка книги и надпись "Алекс Великий". Вспоминаю все, что наговорила на презентации. Закрываю глаза и выдыхаю. Какая же я дура!

Анатолий разворачивается и молча уходит на кухню, оставив фоторамку на столе. Наблюдаю, как там он пытается достать что-то из шкафчика, но загипсованная рука усложняет процесс.

Подбегаю к мужчине и касаюсь его руки со словами:

- Давайте я вам помогу!

Анатолий хмыкает и качает головой:

- Никогда не предлагай мужчине свою помощь - он может счесть это за жалость, - серьезно говорит он, глядя мне прямо в глаза, а потом черты его лица смягчаются. - Присаживайся.

Мда, понятно, с кого Макс берет пример.

Но я-то уже понимаю, что это просто ледяная оболочка, под которой он пытается скрыть свою боль. Послушно занимаю один из стульев у барной стойки. Анатолию все-таки удается взять бутылку виски с полки, вторым этапом он приносит два стакана.

- Я не пью, - спохватываюсь я, вызывая насмешку на лице мужчины.

- Я тоже, - садится рядом, - не пил. До смерти Александры.

- Что с ней случилось? - вырывается у меня, но я тут же прикрываю рот рукой. - Извините.

- Автокатастрофа...

Стравинский-старший наливает себе и тут же залпом опустошает стакан.

- Вы же понимаете, что это не выход? - указываю взглядом на алкоголь.

- Ты говоришь, как Максимилиан, - хмыкает Анатолий и как-то по-отечески смотрит на меня. - Вы с ним... вместе?

Что же за день откровений сегодня? Надо убираться поскорее из дома Максимилиана. И из его жизни...

- Нет, - коротко бросаю я, но, кажется, Анатолий не верит. - Я здесь от дизайн-студии и...

- Значит, будете, - перебивает меня и наливает себе еще виски.

- С чего вы взяли? - во мне поднимается возмущение.

- Я просто знаю, - пожимает плечами мужчина и осушает еще один стакан.

Анатолий хочет сказать мне что-то еще, но вдруг морщится и хватается рукой за сердце. Тяжело дышит и сгибается пополам, упираясь гипсом в барную стойку. Резко встаю и приближаюсь к нему, но не знаю, чем помочь. Зря я прогуливала медико-санитарную подготовку, ох, зря! Не придумываю ничего лучше, как позвать Макса.

Выскакиваю в гостиную, но не рискую подняться в его комнату.

- Ма-акс! - кричу я, кажется, на весь дом.

Тот появляется буквально через пару секунд, в несколько широких шагов преодолевает лестницу и подбегает ко мне, хватая за плечи и взволнованно глядя в глаза:

- Что случилось?

- Твоему отцу, - освобождаюсь от его хватки, - плохо.

В гостиную поспешно спускается и Виолетта. Веду их на кухню, где все так же, согнувшись, сидит Анатолий. Макс бросает недовольный взгляд на выпивку, на отца - и переводит на меня. Его глаза пылают гневом, и я невольно сжимаюсь.

Виолетта мечется вокруг Анатолия, просит Максимилиана принести какие-то лекарства, но тот лишь закипает от злости. В какой-то момент он просто смахивает со стола бутылку вместе со стаканами и истошно орет:

- С ума сошли! Что вы здесь устроили?

- Максимилиан, пожалуйста, - чуть не плачет Виолетта, но пробудившегося зверя, кажется, уже не остановить.

Рискую подойти к нему ближе - и касаюсь ладонями его лица, заставляя Макса посмотреть мне в глаза. Мужчина замирает, но его кулаки все еще сжаты, а тело напряжено.

- Макс, сейчас твоему отцу очень плохо, - спокойно, но твердо говорю я. - Поэтому, пожалуйста, принеси лекарства, а уже после выскажешь все, что думаешь. Хорошо? - легко провожу пальцами по его щекам, не прерывая зрительного контакта, как бы тяжело он мне не давался.

Максимилиан медлит, а потом молча разворачивается и уходит. Кажется, он меня услышал. По крайней мере, я очень на это надеюсь...

- Говорю же, будете, - раздается хриплый смешок Анатолия за моей спиной, и я не сразу понимаю, о чем он.

Стравинскому-старшему после принятого лекарства стало легче. Виолетта все еще суетилась вокруг него, я настаивала на скорой, а Макс хмуро следил за всем со стороны.

- Прекратите! - рявкнул Анатолий и встал со стула. - Я пойду к себе. Все в порядке!

Виолетта подскочила к мужу, желая помочь, но, споткнувшись о его предупреждающий жест, тут же отпрянула. Да уж, правило Стравинских распространяется на всех.

Анатолий прошел мимо сына, бросив на него быстрый взгляд, и направился к себе. Виолетта засеменила следом. Глядя на все это, я кардинально поменяла свое мнение о ней. Из легкомысленной блондинки, коей она показалась мне при первом знакомстве и общении, она превратилась в сочувствующую и, чего уж таить, глубоко несчастную женщину, которая пытается спасти и исцелить того, кто этому всячески противится.

Когда отец и мачеха покинули кухню, я перевела свое внимание на Макса. Он стоял, прислонившись спиной к стене, покрытой бамбуковыми обоями, и смотрел прямо перед собой пустым, холодным взглядом. Не знаю, какая кошка пробежала между Максимилианом и его отцом, однако сейчас ни один из них не готов сделать шаг навстречу. Так и убивают друг друга, медленно, мучительно, методично.

- Я завезу тебя домой, - обратился ко мне Стравинский тоном, не терпящим возражений. Но когда меня это останавливало?

- Не стоит, я уже вызвала такси, - соврала я.

- Карина, пожалуйста, не спорь, - закатил глаза Макс. - Я устал с тобой бороться, особенно сейчас, - он говорил это искренне, а в его голосе проскользнули нотки отрешенности и измученности.

Мне надо бы развернуться и покинуть этот дом, вместе с проблемами его обитателей, забыть, как страшный сон, но здравому смыслу вопреки я подхожу к Стравинскому и беру его за руку.

- Так не борись, - чуть слышно говорю ему. - Ты же сам записал меня во враги, - и пожимаю плечами.

- Иди сюда, дьяволенок, - выдыхает Макс и притягивает меня к себе, заключая в объятия.

Впервые за все время нашего знакомства я даже не пытаюсь сопротивляться. Наверно, тоже устала. Моя голова покоится на груди Максимилиана, и я слышу учащенное биение его сердца. Одной рукой мужчина держит меня за талию, другую - запускает в мои волосы, вызывая дрожь по всему телу. Чувствую, как он целует меня в макушку и замирает, уткнувшись носом, а я закрываю глаза. Не понимаю, в какой момент этот несносный нахал стал для меня чем-то большим, чем лже-женихом?

И без того кратковременную идиллию прерывает громкий женский кашель. Нехотя открываю глаза и вижу Виолетту. Она серая, как грозовая туча, того и гляди - шарахнет молнией. Ее вид отрезвляет меня, словно ушат ледяной воды. Я отталкиваю Макса. Он не хочет меня отпускать даже после того, как уже заметил присутствие мачехи, но все же сдается.

- По поводу дизайн-проекта... - холодно цедит Виолетта, - я дам вам ответ на днях. До свидания!

- Виола! - строго смотрит на нее Максимилиан, но та просто уходит прочь.

Я же, пользуясь моментом, перемещаюсь в гостиную и забираю свой проект, а вместе с ним и разбитую фоторамку, оставленную на столе Анатолием. Последнюю виновато протягиваю Максу, пряча глаза:

- Извини, это я разбила, случайно.

- Ты - ходячая катастрофа, - усмехается он, а потом хмуро смотрит на рамку. - Откуда кровь?

- Я порезалась немного и испачкала. Прости, - шепчу я, а Макс меняется в лице.

Он приближается ко мне вплотную и берет за запястья, осматривая мои руки. На пострадавшем пальце тонкая дорожка запекшейся крови: выглядит так себе, конечно.

- Жить буду, - пытаюсь пошутить я, пока Макс несет спиртовые салфетки и пластырь.

Потом заботливо обрабатывает мой порез и заклеивает палец. А я... не могу сдержать улыбки.

- Что? - Стравинский поднимает на меня глаза, а я лишь неопределенно пожимаю плечами. - Не переживай насчет проекта, я поговорю с Виолой, - просто добивает меня своей участливостью.

- Нет, не нужно, - машу головой я, забирая руку из его теплых ладоней. - Пусть она сама решит, для меня это важно.

Максимилиан как-то странно смотрит на меня, чуть наклонив голову и прищурившись, а потом заключает:

- Хорошо, как скажешь.

Да что с ним не так сегодня? Честно говоря, это начинает пугать. Затишье перед бурей? Игнорируя жалкое попискивание своей интуиции, все же соглашаюсь поехать с Максом. Пока он добрый...

Остановив возле моего дома, Стравинский сразу выходит из автомобиля и с показной галантностью распахивает передо мной дверь. Не человек, а американские горки: никогда не знаешь, на каком повороте тебя с ним занесет и куда скинет. Мешкаю, растерянно рассматривая этого паяца.

- Не так? Надо было с поклоном? - с насмешкой говорит он, видя мое замешательство.

- Тебе когда-нибудь надоест надо мной издеваться? - с показной суровостью произношу я.

- Вряд ли, - подает мне руку и помогает выйти из машины.

Теперь мы оказываемся с ним лицом к лицу. И у меня нет пути отступления - спиной упираюсь в холодный металл автомобиля.

- Послушай, Макс...симилиан, - заикаясь, обращаюсь к Стравинскому и из-за всей этой истории с именем забываю, что хотела спросить.

- Хм, отец рассказал? - приподнимает одну бровь и настороженно вглядывается в мои глаза.

- Да, - честно признаюсь и жду его реакции.

- Не заморачивайся, я уже привык к тому, как ты меня называешь.

Макс упирает руки в машину по обе стороны от меня, приближается так, что я чувствую его дыхание на своей коже - оно обжигает. Потом наклоняется к моему уху и шепчет:

- Возвращаю должок, - нежно прикусывает мочку, после чего спускается поцелуями вниз по шее. Слегка откидываю голову назад, открываясь Максу, но он останавливается и как-то странно смотрит на меня, а в его глазах плещется зеленый огонь.

О, нет! Я уже в курсе, к чему это все приводит, плавали - знаем. А потом оскорбит и посмеется? Нет, спасибо, сыта по горло таким поведением, добавки не надо! От этих качелей начинает тошнить!

Пытаюсь вызвать в себе злость и вытеснить те непонятные, пугающие чувства, которые поднимаются внутри от близости с Максимилианом. Отталкиваю невыносимого мужчину, выбираясь из кольца его рук, и собираюсь идти домой.

- Я позвоню тебе, - говорит он так, будто мы и вправду встречаемся.

Не успеваю додумать эту мысль, как вспоминаю, о чем хотела с ним поговорить.

- Послушай, это же ты прислал мне новый смартфон? - спрашиваю Стравинского, и по выражению его лица все понимаю. - Я не могу его принять.

Хочу достать телефон, но Макс останавливает меня.

- Ладно, отдашь. Но позже, - взмахивает указательным пальцем. - Ты хочешь сейчас остаться без связи? Как тогда узнаешь, какое решение примет Виола? И как сообщишь о нем своему работодателю? И...

- Все-все, поняла, - поднимаю руки ладонями вверх. - Ты умеешь уговаривать, - добавляю со вздохом. - Но потом я телефон верну!

- Хорошо. Считай, я дал его тебе в аренду, - подмигивает мужчина.

- В аренду? И чем же я, по-твоему, должна расплачиваться? - хмурюсь от непонятной перспективы.

Вместо ответа он заливисто смеется, а потом выдает:

- Да что с тебя взять-то, кроме анализов.

Я хлопаю его ладонью по плечу, но мои губы сами расплываются в улыбке: слишком уж заразительный у Макса хохот.

- Ладно, иди уже, добропорядочный налогоплательщик, - ухмыляется мужчина и серьезно добавляет, - потому что с каждой твоей улыбкой мне все сложнее тебя отпускать, - касается моей руки, поглаживает пальцами, посылая заряды тока и заставляя сердце биться, как сумасшедшее. Мой личный дефибриллятор... Нет, никакой он не мой!

Я встряхиваю головой, прогоняя захлестнувшие меня чувства, и делаю шаг назад, разрывая ту невесомую связь, что протянулась между нами. Слишком много непонятных действий и эмоций на сегодня. Я должна спокойно обдумать все случившееся.

- Мне пора. Пока, - лепечу я, но голос надрывается. Максимилиан лишь улыбается в ответ, мило так, нежно.

Все, хватит!

Резко поворачиваюсь к нему спиной и уверенно шагаю по направлению к дому. Да, я бегу с поля боя. И мне не стыдно. Мне просто необходим антракт!

Я знаю, что Макс все еще смотрит мне вслед. Чувствую. Хочу обернуться, но не позволяю себе этого сделать, поспешно прячась за коваными воротами, с грохотом закрывающимися за моей спиной.

Выход седьмой

Максимилиан

Автомобиль мчится по мокрой скользкой дороге. Крупные капли дождя, подгоняемые ураганным ветром, барабанят по крыше, лупят по стеклу, соединяясь в потоки воды, застилающие видимость. Визг тормозов, скрип руля, вывернутого до упора вправо - и полнейший мрак...

Машина на обочине, врезалась в столб. Передняя часть вмята внутрь, будто покрыта фольгой, а не металлом, стекла разбиты, под капотом что-то дымится. В кресле, закинув голову назад, сидит женщина, придавленная подушкой безопасности, но не пристегнутая ремнем. Длинные мелированные волосы (чтобы скрыть раннюю седину) хаотично разметались по спинке, некогда счастливые зеленые глаза закрыты, на правильной формы, овальном лице нет ни царапины. Но женщина не дышит...

Быстрая вспышка и провал в забытье...

Мы едем вдвоем с Кариной. Как обычно, то шутим и смеемся, то язвим и ругаемся. Смотрю на ее красивое лицо, провожу одной рукой по шелковистыми локонам. Вдруг нас ослепляет яркий свет, в ушах раздается сигнал автомобиля, а потом треск и лязг металла.

С трудом разлепляю глаза, вокруг хаос. Сразу поворачиваю голову на мою пассажирку. Она без сознания. Рыжие волосы на макушке и висках становятся алыми - от крови. Ее крови. Хватаю девушку за плечи, обнимаю. Судорожно пытаюсь прощупать пульс на ее шее - и... просыпаюсь в холодном поту от собственного крика.

Отбрасываю в сторону подушку, которую все это время сжимал до боли в руках, сажусь на кровати и потираю пальцами виски.

Сон! Это всего лишь сон! Давненько меня не мучили кошмары...

Хватаю в руки телефон, на часах три ночи. Пальцы тянутся, чтобы набрать Карину, убедиться, что с ней все в порядке, но вовремя останавливаю себя. Только напугаю девчонку своей паранойей.

Это был сон - напоминаю я себе и откидываюсь на спинку кровати.

Протягиваю руку и беру с тумбочки снимок из той самой рамки, которую разбила Карина. Провожу пальцами по изображению мамы. На фото она улыбается, и ее зеленые глаза, кажется, смотрят мне прямо в душу. Да только там пустота...

***

Заснуть в эту ночь так и не получилось. С трудом дождался рассвета, и, как только первые лучи солнца заполнили мою комнату, тут же позвонил Карине и не придумал ничего лучше, как просто пожелать ей доброго утра.

Она что-то промычала в трубку спросонья. В принципе, мне достаточно было лишь услышать ее голос. Собрался отключаться, как дьяволенок затараторила:

- Макс, если ты что-то запланировал на сегодня, то извини, но нет. Мне нужен отгул от всех этих "выходов". И вообще, нам следует серьезно поговорить!

- Хорошо, согласен, - ответил я, но Карина, кажется, не услышала. Или у нее уже вошло в привычку со мной спорить.

- Нет, я серьезно, - продолжала ругаться сама с собой, пока я просто улыбался в трубку. - Я правда не могу. Сегодня же Хэллоуин, и я встречаюсь с друзьями.

Хэллоуин... Я и забыл об этом дурацком празднике, вообще его не признаю... Что она сказала? Встречается с друзьями?

- Какими друзьями? - нахмурился я. - Где?

- Вот только не начинай! - взорвалась девушка.

- Я же должен знать, откуда тебя потом в бессознательном состоянии вытаскивать! - прикрикнул на нее.

- Ну, уж нет. Больше я тебе такого удовольствия не доставлю! - возмущенно произнесла она и бросила трубку.

Вредный, упертый дьяволенок! За какую-то минуту разговора смогла вывести из себя. Да у нее талант!
Захотелось бросить все, рвануть прямо к ней домой, похитить и посадить под замок. Огромный такой, амбарный замок. Жаль, что это противозаконно.

7.

Злой и нервный, я наспех собрался и спустился в гостиную, где меня уже ожидали Виола и Анатолий. Подкинул их к кардиологу - пусть доктор разбирается с моим непредсказуемым отцом, - а сам отправился в издательство.

Работа полностью поглотила меня, но это дало свои плоды. Вместо соскочившей компании "Инь-Янь" мы наладили отношения сразу с двумя потенциальными партнерами и уже готовили контракты. Зависший тираж оперативно сплавили заказчику, правда, с внушительной скидкой, зато хоть затраченные деньги вернули и вышли в ноль. Напоследок в деталях обсудили предстоящее мероприятие. Коммерческий директор, конечно, все еще был недоволен, но это его обычное состояние. Ничего, прорвемся!

Более-менее разобравшись с основными делами издательства, зашел в кабинет и развалился в широком кожаном кресле, повернувшись лицом к огромному, в пол, окну и прикрыв глаза.

Сквозь полудрему я почувствовал, как на мои плечи легли женские руки и начали нежно массировать. Уставший мозг рисовал образ Карины, и я уже был готов отдаться во власть иллюзии. Как вдруг руки поползли ниже, умелыми пальчиками расстегивая рубашку, шею обдало чьим-то неестественно эротичным дыханием, а в нос проник приторный запах ванили. Слишком реальные ощущения, как для сна. Какого черта!

Стремительно развернулся в кресле, чуть ли не сбив с ног незваную гостью. Ею оказалась Катерина, в откровенном наряде и с боевым раскрасом на кукольном лице. Подготовилась!

Игнорируя мой полный злости взгляд, она резво села ко мне на колени и обхватила шею руками, прижимаясь всем телом.

- Соскучился? Я - очень! - с придыханием шепнула, покрывая мое лицо поцелуями.

Какая же дрянь! Я вскочил, сбросив с себя эту присосавшуюся пиявку.

- От тебя разит чужими мужиками, - прорычал, поправляя измятые рубашку и пиджак. - Убирайся отсюда!

- А от твоей алкоголички чем разит? - ехидно произнесла эта стерва.

Хотелось ее ударить, но я держал себя в руках.

- Прежде, чем говорить о ней, сначала помой свой грязный рот с мылом. А лучше прокипяти, - рявкнул и указал ей на дверь.

- Даже так, - задумчиво протянула Катерина. - А что если я скажу, что беременна?

- Пф, от кого?

- От тебя, - невозмутимо соврала она, от чего мне стало еще противнее.

- Катька, - назвал ее так, как она терпеть не может. - Мы с тобой расстались более полугода назад! - рассмеялся ей в лицо. - Так тебе уже рожать скоро, где твой живот? Или ты слон? Тогда сроки соответствуют.

- Что? Я не поняла, - Катерина глупо хлопнула наращенными ресницами и округлила рот, как рыба, хватая воздух.

Как я вообще мог когда-то связаться с этой пустоголовой куклой? Вот что делают с мужиком инстинкты.

- Уходи по-хорошему, иначе я охрану вызову, - как можно спокойнее сказал я и отмахнулся, как от назойливой мухи. Хотя почему "как"?

Стерва надула губы и зло посмотрела на меня:

- Ты об этом пожалеешь, - прошипела эта змея и, наконец-то, покинула мой кабинет.

Я нервно запустил руку в волосы и взъерошил их. Эти бабы меня с ума сведут! Пора брать ситуацию в свои руки...

- Как там наш безнадежно больной? - обратился к Виоле, едва лишь переступил порог дома.

Не то, чтобы мне было плевать на отца, просто он подозрительно быстро отошел вчера от приступа. Как по мне, его губят не болезни, а алкоголь и праздный образ жизни. И делает он это с собой целенаправленно, будто назло всем...

- Между прочим, у него действительно шалит сердце, - пристыдила меня мачеха. - Доктор выписал лекарства и рекомендовал покой. Сейчас Толик отдыхает в спальне. Так что лишний раз не раздражай его.

- Ха! Пусть лишний раз не бухает, а лучше позаботится о своем здоровье! - парировал я и, присев за стол напротив Виолы, спросил. - Ты одобрила дизайн-проект?

- А тебя только это и волнует? - вспыхнула она румянцем. - Да, позвонила уже Карине и дала свое согласие. Доволен?

- В чем, черт возьми, дело, Виола? Почему у тебя такая реакция? И по поводу вчерашнего - что это было? - нахмурился я.

- Ты о чем? - язвительно произнесла мачеха. - О том, что, пока отцу было плохо, вы тут зажимались по углам с этой девицей?

Волна злости захлестнула меня, превращаясь в цунами. Я встал, откидывая стул, и со всей силы стукнул кулаками по столу. Наклонившись ближе к мачехе, грозно прорычал, выделяя каждое слово:

- Выбирай слова! У "этой девицы" есть имя - и ты его прекрасно знаешь! Если еще раз позволишь себе нечто подобное, я за себя не ручаюсь!

Я предупреждающе поднял указательный палец и строго посмотрел на женщину. Она вся сжалась от страха и напряженно смотрела на меня, аж как-то жаль ее стало. Поэтому, пытаясь совладать со своим гневом, медленно развернулся и направился к себе.

- Ты влюблен? - с надрывом в голосе прошептала Виола мне в спину.

- Это не твое дело! И не смей впредь лезть в мою жизнь, - уже спокойнее, но настойчиво проговорил я, оборачиваясь. - Поняла?

- Да, прости, - еле слышно ответила Виола, а на ее глазах заблестели слезы.

Пусть обижается! Слишком уж она заигралась в "мамочку", пора бы ей сбросить эту маску. Или ею движет нечто иное? Мотивы и поведение Виолы мне до конца не понятны. Женщина - и этим все сказано!

До вечера закрылся в своей комнате, перебирая крупицы информации, полученной от частного детектива. Да, я не придумал ничего лучше, как нанять одного из моих давних приятелей, чтобы он помог выяснить, кто и почему избил отца. Игорь Кравченко более десяти лет проработал следователем, после чего открыл свое сыскное агентство. Чем черт не шутит, вдруг он сможет разобраться в этом мутном деле.

Пока что, правда, верилось с трудом. Игорь проверил записи с камер наблюдения и подтвердил, что Анатолий заходил в ту роковую ночь в клуб "77", но дальше следы обрывались. Мистика какая-то. Придется все-таки самому наведаться туда, хотя даже от мысли этой тошно...

В мою дверь тихонько постучались.

- Что? - крикнул я, наспех пряча бумаги в ящик стола.

- К тебе там Олег и Маргарита приехали. Утверждают, что вы договаривались, - пролепетала, чуть приоткрыв дверь, Виола и тут же удалилась.

Кажется, немного перестарался с "перевоспитанием" своей мачехи.

Внизу меня ожидал цирк-шапито, иначе я это назвать не могу. Олег, выряженный и загримированный под зомби, и Марго - медсестра из Сайлент-Хилла. С такими ночью в темной подворотне встретишься - разрыв сердца получишь.

Только сейчас я вспомнил, что и вправду обещал ребятам поехать с ними в клуб на Хэллоуин. Как не вовремя это все!

- Эээ, а где костюм. Ты что, забыл? - возмутился зомби голосом моего друга.

Я невольно рассмеялся. Детский сад да и только.

- А что на мне, по-твоему? Пижама? - показал на свой офисный костюм. - Поехали, пока не передумал.

***

Зал наполнен людьми до отказа, точнее, какими-то непонятными существами. Вампиры, оборотни, штук десять графов Дракула, девушки в откровенных нарядах будто из секс-шопа - в общем, кто на что горазд. Воплотившийся в реальность алкогольный делирий, а не праздник. Музыка громыхает, тела дрыгаются в каком-то непонятном, только им ведомом ритме. На сцене проходят пошлые конкурсы.

Во что сегодня превратился чуть ли не единственный нормальный клуб в этом городе? Сложно поверить, что именно здесь мы были на концерте джаз-рок группы. С Кариной. Надо бы еще раз позвонить дьяволенку. Вляпается же опять во что-нибудь, непутевая.

Занимаем свой, заранее забронированный столик в углу, вдали от посторонних глаз. Делаем заказ и, пока его несут, я задумчиво кручу в руках телефон.

- Я ненадолго отлучусь, - обращаюсь к друзьям, пытаясь перекричать музыку, после чего направляюсь к выходу, чтобы все-таки сделать звонок.

С трудом пробиваюсь сквозь толпу "упырей". Далековато мы забрались, в случае чего - не спасемся. Из депрессивных мыслей меня выводит рыженькая головка, мелькнувшая в бурном море людей. Кажется, у меня начинается паранойя. Или нет?

Ускоряю шаг, расталкивая танцующие парочки и наступая на чьи-то ноги. Игнорирую возмущенные возгласы, которые тонут в общем гуле. Ищу глазами своего фантома - и нахожу...

Карина стоит ко мне спиной. Длинное, облегающее идеальную фигуру платье черного цвета с красными вставками, похожими на языки пламени. Сзади глубокий вырез, открывающий взору бархатную спинку. Рыжие волосы убраны наверх, отчего шея кажется еще длиннее и привлекательнее. Из шелковистой прически выглядывают милые рожки. Дьяволица, да и только!

Нервно сглатываю ком в горле, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. И замечаю рядом с Кариной какого-то кучерявого брюнета в костюме черта. А это еще что за барашек рогатый? Он улыбается во все тридцать два и учтиво протягивает ей руку, видимо, приглашая на танец.

Сейчас ты у меня попляшешь. Разминаю шею, сжимаю кулаки и направляюсь к сладкой парочке.

Бе-бе, черная овечка, есть ли у тебя шерсть? Вот и проверим...

Карина

Поспешно сбежала вниз прямо в коротком халатике. Там меня уже ждал Пьер, в наряде Мефистофеля и с коробкой в руках. Искренне улыбнулась ему, поцеловала в щеку и забрала свою посылку. Друг немного смущен. С чего бы это?

- А где Мари? - спохватилась я, выглядывая подругу.

- Мы заедем за ней, - не сводя с меня глаз, произнес Пьер. - Она еще собирается.

Я лишь пожала плечами и развернулась, чтоб уйти в свою комнату и переодеться, но вовремя одумалась:

- Пьер, присаживайся, располагайся, чувствуй себя, как дома, но не забывай, что ты в гостях, - хихикнула сама своей шутке, пока друг стоял истуканом. - Мне как-то даже неудобно оставлять тебя одного.

- Все в порядке, - наконец-то отмер гость и, дотронувшись до моего плеча, тихо сказал. - Беги уже, собирайся!

Кивнула и помчалась наверх.

Платье в пол, красные туфли на небольшом каблучке, вечерний мейк, высокая прическа, пара аксессуаров и, конечно же, рожки. Улыбнулась своему отражению - довольно симпатично вышло и ни капли не вульгарно.

Вернулась к Пьеру, поймав его восхищенный взгляд.

- Правда, классно? - крутанулась вокруг своей оси и засмеялась. Друг помешкал, заставляя меня напрячься, а потом показал большой палец. - Мда, комплименты - это явно не твое, - усмехнулась я, - но спасибо. Идем, - накинув длинное пальто, заключила я и взяла Пьера под руку.

В клуб мы прибыли поздно, так как долго пришлось ждать Марину, а потом еще торчать в пробках. Это место я сразу узнала, ведь именно здесь состоялось мое первое в жизни второе свидание. С Максимилианом...

Мы пробились сквозь толщу танцующих тел и подошли к своему столику. Не успели расположиться, как Мари воскликнула:

- Идем танцевать, - и, не дожидаясь ответа, рванула куда-то в толпу.

Я лишь улыбнулась ей вслед - как это на нее похоже! Девочка-зажигалка. Мне идти в гущу подвыпившего народа не очень хотелось, и я уже собралась присесть, как Пьер протянул руку, приглашая на танцпол.

- Я не... - попыталась воспротивиться, но друг был непреклонен.

- Идем! Ненадолго. Все равно наш заказ нескоро принесут, чего сидеть-то.

Пока я думала, получится ли у меня отвертеться или все же придется поддаться уговорам, сзади меня обхватили чьи-то горячие руки. И вот я уже прижата спиной к мужскому телу и обездвижена. Одна рука этого нахала покоилась на моем животе, вторая - сжимала плечо. Обнаженной спиной я чувствовала каждую пуговицу его рубашки.

- Привет, дьяволенок, потанцуем, - знакомый шепот коснулся моего уха, и я сразу поняла, чей это голос.

Повернула голову и лицом к лицу оказалась с Максом, буквально утонув в его глазах, которые в свете лазеров казались нереальными, но, кажется, в них затаился гнев.

- Убери руки! - опомнилась я, высвобождаясь из его объятий и чувствуя, как он, все же послушав меня, ослабил хватку.

Дальше произошло нечто неожиданное. Пьер, наблюдая всю эту картину, резко оттянул меня от Стравинского и спрятал за своей спиной. А потом замахнулся и налетел на Макса, но тот умело блокировал удар, после чего схватил и выкрутил руку моему другу, не давая даже пошевелиться. Оправившись от шока, я подбежала к ним, собираясь разнять. В это время Максимилиан, наклонившись, что-то грозно кричал Пьеру в ухо.

- А, ну, отпусти его, - рявкнула я на Стравинского, хлопнув его по плечам. - Совсем с ума сошел?!

Мужчина умерил захват, а потом и вовсе отошел от моего несчастного одногруппника. И, как будто издеваясь, поднял руки вверх:

- Он сам виноват, - ехидно усмехнулся.

Но Пьер не сдался - я видела это по его глазам. Поэтому встала между ним и Максом, уперев руки в грудь друга, и серьезно произнесла:

- Произошло недоразумение, Пьер! Успокойся! Я его знаю! - кивнула на Стравинского.

В это время к нам уже приближалась взволнованная Мари. Не знаю, что именно и с какого момента она видела, но общая картина, кажется, ей не понравилась. Подруга уперла руки в бока и приняла воинственный вид.

- Что тут происходит, - тоном директора школы, наставляющего непутевых учеников, произнесла она. - Это еще кто? - кивнула на Макса. - Тебя на секунду одну оставить нельзя! - а это уже было адресовано мне.

- Вот с последним согласен, - подал голос Стравинский и по-хозяйски притянул меня к себе. Попыталась высвободиться, но тот лишь сильнее сжал руку на моей талии.

- Это Максимилиан, мой... - запнулась я, - знакомый.

- Жених! - одновременно со мной выпалил Макс. Послала ему полный негодования взгляд, но он лишь улыбнулся в ответ.

- Максимилиан, - медленно повторила Марина, опуская руки и задумчиво рассматривая Стравинского.

Пьер все это время стоял молча и хмурился, то и дело сжимая кулаки.

- А вы, наверно, Мари, - протянул ей руку для приветствия Макс. - Карина много о вас рассказывала, - соврал глазом не моргнув.

- Нет, не рассказывала, - тут же возмутилась я.

Мари переводила взгляд то на меня, то на Стравинского.

- Максимилиан, - наконец, выдала она. - Присоединяйтесь к нам, раз уж такое дело, - и указала рукой на наш столик.

- Нет. К сожалению, он торопится, - посмотрела я на мужчину, намекая, что ему лучше уйти.

- Никуда я не тороплюсь, - хмыкнул нахал и послал добрую улыбку Марине. - С удовольствием приму ваше приглашение.

- Вот и славненько, - хлопнула в ладоши подруга и направилась к столу. За ней, опустив голову, последовал и Пьер.

Я же развернулась к Максу так, чтобы оказаться напротив, и процедила:

- Что ты делаешь?

- А что? - невозмутимо хмыкнул он.

Пользуясь моментом, смогла окинуть его взглядом, как бы невзначай. Безусловно, такой серьезный мужчина не напялил бы на себя хэллоуинский костюм. Строгий пиджак, чуть измятая после потасовки черная рубашка, брюки. Все как обычно, но в нынешних декорациях Макс и без наряда был похож на владыку ада, спустившегося на землю, знаете, как тот Люцифер из современного сериала. Еще эти опасно поблескивающие зеленцой глаза...

Машинально протянула руку и расправила воротник его рубашки. Макс перехватил мою кисть и поднес ладонью к губам. Несмотря на разливающееся по коже приятное тепло, среагировала молниеносно. Успела отдернуть руку и отступить назад.

- К чему весь этот фарс? Ты же обещал мне отгул! Как ты вообще меня нашел?! - топнула я ногой.

- Успокойся, дьяволенок! Ты же моя невеста, - провел ладонью по моей щеке.

- Еще чего! И почему ты называешь меня так? - я просто уже не могла контролировать свои эмоции.

- Дьяволенком? Ты сейчас серьезно? - дотронулся пальцами до рожек, торчащих из моих волос, и рассмеялся.

Потом развернулся и, прижав меня к себе, повел к столику, где нас уже ждали друзья. Присаживаясь, все же напоследок стрельнула в него злым взглядом. Да, возможно, этот бой я проиграла. Но война еще идет. И тебе не поздоровится, Максимилиан!

В нашей не очень дружной компании царила немного напряженная атмосфера. После того, как с легкой руки Макса к нам присоединились Олег и Марго, сразу же повисло неловкое молчание. Я сидела у стены в самом углу, куда меня буквально впихнул Стравинский, чтоб не сбежала, наверно, и уныло теребила салфетницу. Макс то и дело поглядывал на меня, но я делала вид, что не замечаю. Счастливую "невесту" разыгрывать не собираюсь, пусть и не надеется.

Когда принесли заказ, сразу принялась за свой стейк. Я всегда много ем, если нервничаю. А сейчас я вообще на грани, так что пора пополнить силы. И плевать, что обо мне подумают. С наслаждением пережевывая кусочек нежного мяса, почувствовала на себе недоуменные взгляды.

Подняла глаза и чуть не поперхнулась: на лицах Марго и Олега читался такой шок, что я отодвинула от себя тарелку и замерла, будто преступник, застигнутый на месте преступления. Посмотрела на Макса, подсознательно ища поддержки, но он сидел, скрестив руки на груди, и ухмылялся, наблюдая, как я буду выкручиваться. Его явно забавляла вся эта ситуация.

- Ты больше не вегетарианка? - первой заговорила Марго.

Марина недоуменно посмотрела на меня, но потом, поняв, о чем речь, тихонько хихикнула.

- Эмм, да, решила сменить... ориентацию, - ляпнула я.

Макс прыснул от смеха, за что я ткнула его локтем в бок.

- Не надо ориентацию! - просто давился хохотом. - Просто у Кариночки было временное помутнение сознания, а сейчас она вновь стала нормальным человеком, - издевался он.

Мари к этому моменту устала сдерживать себя и тоже разразилась смехом. И только Пьер оставался серьезным и с прищуром наблюдал за нами. Марго и Олег пожали плечами и больше не поднимали тему моего "вегетарианства".

На протяжении вечера ребята все-таки наладили общение, вместе пили шампанское (благо, мой отказ друзья Макса восприняли уже как само собой разумеющееся) и довольно весело отплясывали под бахающую клубную музыку. Пьер тоже, кажется, перестал дуться и даже осмелился пригласить на танец Марго. Следом встал Олег и, нахохлившись, повернулся к Мари, но тут же передумал, столкнувшись о мой убийственный взгляд, буквально кричащий: "Лапы прочь от моей подруги!" В итоге он просто куда-то испарился, видимо, ушел на поиски другой жертвы.

Мы остались втроем. Мари поглядывала то на меня, то на Макса и нервно ерзала на диванчике.

- Ты что-то хочешь спросить? Говори уже, Марина, - не выдержал Стравинский.

- Максимилиан, почему ты все-таки пригласил на второе свидание... это, - она сделала неопределенный жест рукой и кивнула в мою сторону.

Я со всей силы пнула ее под столом ногой, а Макс усмехнулся, обращаясь ко мне:

- Ты точно уверена, что она - хорошая подруга? - и засмеялся.

- Живот не надорви, - рыкнула на него и взглядом приказала Мари молчать.

Но она не поняла, или в ней заговорило выпитое шампанское.

- Нет, серьезно! Где мы прокололись? - не унималась девушка, а тем временем я, кажется, уже синяки ей набила на ногах.

- Мы? - заинтересовался Стравинский и подался ближе к ней, положив руки на стол.

- Я с Кариной с самого начала всей этой катавасии с женихами, - гордо ткнула она себя в грудь, а я просто закрыла лицо руками. - И еще ни один женишок не доживал до второго свидания...

- Звучит угрожающе, - веселился Макс.

- Мари! - прикрикнула я на нее, но это не возымело эффекта.

- Правда! Так с теми Карина помягче еще обходилась. А у тебя вообще не было шансов! Каблуки, чтоб ты ниже ростом был, - раз, - начала загибать пальцы Мари, а я готова была провалиться сквозь этот пыльный деревянный пол прямо в земное ядро и сгореть там от стыда. - Дурацкий прикид - два. Плюс кричащий мейк, вопиющее опоздание... А когда Карина рассказала, что вытворяла на свидании, мне вообще жалко тебя, парень, стало.

Макс слегка нахмурился и напряженно спросил:

- А что еще рассказала Карина?

- Ничего, - развела руками Мари. - После второго свидания молчала, как рыба об лед. Я даже обиделась на нее. Тоже мне, подруга, - надула губки.

Стравинский откинулся на спинку дивана и взял меня за руку под столом. Попыталась высвободиться, но он лишь усилил хватку, при этом поглаживая кисть большим пальцем.

- Говоришь, ни один жених не дошел до второго свидания? - самодовольно ухмыльнулся мужчина. Вот павлин, распустил тут свой хвост!

- Неа, - махнула головой подвыпившая подруга и добавила мечтательно. - Ты, наверно, - ее судьба! А я говорила! - посмотрела на меня победно.

- Наверно, - согласился вдруг Макс, заставляя мое сердце трепыхаться, как птица в клетке.

Так, спокойно!

Полюбовавшись нами с глуповатым выражением лица, Мари встала и со словами: "Я в туалет!" - пошла, слегка покачиваясь. Я опустила голову и сделала вид, будто созерцаю поверхность стола. И радовалась, что в полумраке не видно моих горящих румянцем щек.

Макс придвинулся ко мне. Так близко, что мне не хватало воздуха, но бежать было некуда: я буквально вжалась в холодную стену, а внутри полыхал пожар. Этот контраст просто с ума сводил.

Стравинский одну руку положил на спинку дивана, а вторую - на стол. Ну, все, теперь точно не спастись. А надо ли?

Он долго задумчиво смотрел на меня, будто готовясь сказать что-то важное, но выдал в итоге лишь это:

- Карина, в следующую субботу в издательстве праздник, посвященный юбилею. Хочу пригласить тебя...

Понятно, невеста на выход снова в деле. Я хмуро свела брови и бойко ответила:

- Дресс-код? Прическа? Время? Разрешите идти готовиться? - и отсалютовала, как новобранец.

Макс улыбнулся и провел пальцами по моим волосам, делая вид, что поправляет локон, хотя там и так все было идеально уложено.

- Просто пригласить, без каких-либо условий.

- И я даже могу отказаться? - удивленно изогнула одну бровь, а мужчина кивнул. - А как же сделка?

- Забудь ты об этой сделке, - насупился Макс.

- Ты сам эту кашу заварил, а теперь забудь? Если бы тогда в отеле после нашего разговора ты просто отпустил меня с миром, ничего этого не было бы! - неопределенно сделала круг указательным пальцем.

- И ты действительно хотела бы, чтобы ничего этого не было? - серьезно произнес Стравинский, нежно провел тыльной стороной ладони по моей щеке и замер, напряженно вглядываясь в мое лицо, будто пытаясь найти там ответ.

А я не спешила что-то говорить. Просто тонула в его потемневших глазах, задыхаясь от неизвестных мне ранее чувств. Наше молчание затянулось. И я не придумала ничего лучше, как запустить руки в его волосы и порывисто поцеловать мужчину. Макс растерялся на мгновение, но потом ответил на поцелуй, углубляя его.

Его горячие руки скользили по моему платью, исследуя тело сквозь тонкую ткань и посылая миллионы мелких импульсов. Моя ладонь, не слушая голоса разума, поползла под пиджак Макса. Теряя рассудок, я бесстыдно ощупывала его крепкие мышцы через рубашку, царапала ноготками. Кажется, я даже слышала гулкое биение его сердца - и оно звучало в унисон с моим.

Макс остановился на секунду, потом чуть приспустил плечико на моем платье и, сильнее прижав меня к себе, начал осыпать поцелуями шею, слово горящими углями, спускаясь к ключице. И ниже, прямо к ложбинке груди. Мой невольный стон заглушила громкая музыка. Обжигающая ладонь Макса гладила мою обнаженную спину, все смелее и уверенней, пробираясь умелыми пальцами под оборки ткани. В его руках я забыла, как дышать...

Нужно же остановиться? Прямо сейчас! Да? А впрочем...

Выбрасываю белый флаг. Ты победил, Макс, потому что я больше не хочу с тобой воевать...

Стравинский заставил себя остановиться. Сделав глубокий вдох, отодвинулся и, аккуратно поправив мое платье, будто заметая следы, одними губами прошептал: "Прости". Я обхватила себя руками, желая хоть как-то унять дрожь во всем теле. Макс отвернулся, стараясь не смотреть на меня, взял стакан минералки и осушил его в пару глотков.

Через минуту за столик начали возвращаться ребята. Вовремя же Стравинский все прекратил! Я сидела молча, пытаясь восстановить дыхание, и благодарила провидение за то, что сейчас мое лицо скрывает темнота.

Вернулась и Мари, села напротив, подперев рукой голову и мило улыбаясь нам с Максом. А глаза такие пустые-пустые. Состояние подруги не укрылось от пытливого взгляда Пьера. Он посмотрел на Мари, а потом на меня, намекая, что пора ее увозить. Я понимающе кивнула. Все это время Макс, не отрываясь, хмуро наблюдал исподлобья за нашими переглядываниями.

- Мы поедем, - обернулась к Стравинскому и встала, ожидая, что он выпустит меня из-за стола. Честно говоря, у меня уже все онемело сидеть тут, как в будке.

Вместо этого Макс резко дернул меня за руку, не сводя злого взгляда с Пьера, и я плюхнулась обратно на диван.

- Я подвезу, - отрезал он и махнул головой моему одногруппнику, мол, проваливай.

- Эй, друг, полегче! - вскочил со своего места Пьер, и Стравинский последовал его примеру.

- Тамбовский волк тебе друг! - рыкнул Макс, пробуждая в себе зверя.

- Прекратите оба! - я встала и вытолкала мужчину из-за стола, наконец, обретая желанную свободу действий. - Нам с тобой надо поговорить, сейчас! - крикнула прямо ему в лицо, а напоследок обернулась к Пьеру. - А вы собирайтесь. Я буду ждать на улице!

Схватила Макса за руку и потянула за собой в сторону выхода. А что, только ему можно меня таскать повсюду, как чемодан с ручкой? Странно, но мужчина не сопротивлялся и даже не накричал на меня. Захватив верхнюю одежду из гардеробной, вышли, наконец, на улицу.

Я вдохнула свежий, по-осеннему холодный воздух и укуталась в пальто. Порывистый ветер трепал мою прическу, высвобождая и роняя локоны на лицо и шею. Макс подошел вплотную, обхватив меня за плечи и глядя прямо в глаза.

- Не упрямься, дьяволенок, - нежно произнес он. Кажется, зверь спрятался, но надолго ли. - Поехали со мной, так мне будет спокойнее.

- А как будет лучше мне, тебя не интересует? - возмутилась я, а мужчина закатил глаза. - Во-первых, я не собираюсь ехать в одной машине с Олегом. Не нравится он мне - и все тут!

- Ты не поедешь с Олегом, - улыбнулся Макс. - Ты поедешь со мной.

- Во-вторых, я должна сдать Мари родителям в целости и сохранности, - мужчина хотел что-то сказать, но я перебила его. - К тому же, с Пьером я в безопасности. Мы знакомы с детства! Он мне как брат!

- Брат? - насмешливо переспросил Макс. - Смотрит он на тебя совсем не по-братски, готов сожрать своими глазищами.

- Не неси чушь! - взорвалась я.

- Ты правда такая наивная или притворяешься? - встретившись с моим недоуменным взглядом, заключил. - Понятно... Короче, сейчас ты едешь со мной - и это не обсуждается. За Марго и Олегом заеду после.

Сильно обхватил мое запястье и быстро повел к автомобилю, я еле успевала за ним, мелко перебирая своими каблучками, которые то и дело застревали в тротуарной плитке. И снова здравствуйте, мистер Зверь!

- Хватит, Макс, остановись! - срываясь на истерику, закричала я и со всей силы дернула рукой, чуть не упав.

Стравинский рванул ко мне и подхватил за талию. Но я тут же высвободилась, после чего выплеснула на него весь накопившийся поток эмоций:

- Всю жизнь за меня решали, что мне делать, как одеваться и вести себя, с кем встречаться и за кого выходить замуж! И я боролась, всегда боролась. А тут появляешься ты, и тоже диктуешь свои правила! Может, еще на цепь меня посадишь и клеймо поставишь?

- Если надо будет, так и сделаю, - рявкнул Макс в сердцах, но осекся, встретившись с моим разочарованным взглядом. - Прости, - потянулся, чтобы обнять меня, но я отступила назад и, увидев, что из клуба выходят Пьер и Мари, быстро зашагала к ним.

- Невозможная девчонка, - донеслось мне вслед.

Не оборачиваясь, я пронеслась до машины Пьера и, усадив сначала Мари, залезла на пассажирское сидение. Краем глаза заметила, что Макс тоже приближался к нам.

- Головой за нее отвечаешь, - небрежно бросил он Пьеру.

- Без тебя знаю, - парировал друг, занимая водительское место.

Я целенаправленно не смотрела в окно, чтобы не встречаться взглядом со Стравинским. Ничего хорошего я там все равно не увижу. Сидела, опустив голову и теребя свои пальцы, и ждала, когда автомобиль тронется.

- Вы с ним - просто идеальная пара, - мечтательно промурлыкала Мари рядом со мной. - Какой мужчина! Говорю тебе, судь-ба! - по слогам отчеканила она.

Пьер раздраженно фыркнул и завел машину. Я же рискнула напоследок поднять глаза на свою "судьбу", как выразилась подруга. Макс стоял невдалеке, спрятав руки в карманы, и испепелял взглядом наш автомобиль, нервно играя желваками и уже привычно сжав губы в тонкую линию.

"Невыносимый мужчина", - прошептала я, откинувшись на спинку, и мои губы тронула легкая улыбка...

Кажется, угрозу Макса Пьер воспринял буквально, так как довел меня до самого крыльца и терпеливо ждал, пока я открою дверь ключом. Родители уже давно спали, поэтому взглядом пригласила друга войти. Он помялся немного, но все же кивнул.

Расположились на кухне и, пока закипал чайник, я села напротив Пьера. Мы вдвоем смотрелись нелепо, будто сбежали с детского утренника. Друг запустил руку в свои волосы и снял, наконец, дурацкие рога, а я последовала его примеру. Переглянувшись, рассмеялись тихонько, чтоб не разбудить родных. Мы с Пьером всегда понимали друг друга с полуслова, он заменил мне брата, которого у меня никогда не было, но о ком я так сильно мечтала, будучи единственным ребенком в семье.

- Карина, у меня есть хорошая новость. По поводу конкурса, - помедлив, заговорил он.

- Известны результаты? Что же ты молчал весь день! - воскликнула я на эмоциях и тут же прикрыла рот ладонью, а потом прошептала. - Я сто лет уже страницу свою не проверяла: совсем не слежу за рейтингом участников!

- Хотел поговорить, когда мы соберемся втроем, но в клубе как-то было не до этого, - сложил руки в замок и хмыкнул.

- Да уж, - вздохнула я, а потом уставилась на друга. - Так какой итог, не томи!

- Мы с тобой прошли. Вдвоем, - выдал Пьер и затих.

- А Мари? - спросила я, заранее предугадав ответ. Парень отрицательно мотнул головой. - Ясно, я сама с ней поговорю... Когда начинаются тренинги?

- Через неделю, грубо говоря. Организаторы берут на себя все хлопоты по оформлению визы и документов, а также бронированию билетов. Нам нужно вылетать или в субботу, или в ночь на воскресенье. Как раз день на заселение, а в понедельник с раннего утра начинается обучение, - глаза Пьера блестели радостным предвкушением.

- Воскресенье, - отрезала я. - Полетим в воскресенье.

В голове сразу всплыли слова Макса о юбилее издательства... Мероприятие в субботу. И хоть пока что я не дала своего согласия, однако машинально освободила для себя этот день... Я задумалась: наверно, следует сообщить ему, что я улетаю на целый месяц? С другой стороны, его реакция непредсказуема. А если он еще узнает, что я еду вдвоем с Пьером, так вообще посадит меня на цепь. И прощай, Париж. Буду ночами выть на луну на заднем дворе Стравинских... Нет, не скажу! И вообще, ничего я ему не должна! Ведь так?..

- О чем задумалась? - вернул меня в реальность Пьер. - Прикидываешь, отпустит ли тебя этот безумный тиран? - ехидно произнес, намекая на Макса.

Эти слова резанули слух, и я моментально подняла на него гневный взгляд.

- Ты мне как брат, Пьер, но это не дает тебе права так отзываться о нем! Слышишь? Не смей! - на одном дыхании выпалила я. - А если что-то не нравится, дверь там, - махнула рукой и встала.

Сама не ожидала от себя такой неконтролируемой злости. Что со мной происходит?

- Как брат, - обреченно хмыкнул Пьер. - Ладно, уже поздно, мне действительно пора, - и направился к выходу.

Нет-нет! Неужели Макс оказался прав? И я правда настолько наивна, что не замечаю очевидного? Я не переживу, если потеряю друга из-за каких-то невесть откуда взявшихся у него чувств! Нет! Мы же родные люди! Наша дружба важнее!

На пороге Пьер обернулся и грустно взглянул на меня, будто ожидая чего-то. Потом вздохнул и покачал головой, криво улыбнувшись. И я окончательно все поняла...

Простояла неподвижно, словно живая статуя, до тех пор, пока друг не скрылся за дверью, и хмуро поплелась в свою комнату. Сердце сжалось, на глаза навернулись слезы безысходности. Дурацкая любовь! И кому она нужна? Мне - нет! Только все портит!..

"Я дома. Жива-здорова. И даже целиком, а не по частям", - зачем-то кинула Максу смс, уже находясь в постели и закутавшись в одеяло.

"Спокойной ночи, дьяволенок" - ответ пришел немедленно...

Выход восьмой

Неделю спустя. Карина

Длинное темно-бордовое платье из благородного бархата выгодно выделяло фигуру, вырез в стиле "анжелика" со спущенными плечами делал акцент на грудь. А мои волосы, лишь слегка собранные возле лица, открывая его овал, на всем этом фоне казались огненными, будто языки пламени...

Я была готова еще задолго до назначенного времени, и теперь нервно ходила по комнате. Как будто на свидание собираюсь, а не на официальное мероприятие. Хотя одно другому не мешает?..

Макс приехал раньше. Впервые за все время он не ждал меня на улице у машины, а позвонил в дверь. Сердце прыгнуло в груди и затаилось, постукивая еле слышно, будто боясь спугнуть момент.

Я выпорхнула в гостиную и с улыбкой открыла Максу. За какие-то доли секунды он изменился в лице. Его восхищенный взгляд скользнул по мне, будто обволакивая всю, а глаза блеснули зеленым огоньком.

Стравинский выглядел серьезно и официально. Впрочем, как всегда. Но сегодня образ идеального мужчины был слегка подпорчен. Я нахмурилась: на скуле Макса красовался внушительный синяк. И это еще меня нельзя одну оставить, чтоб ничего не натворила?

- Что случилось? - взволнованно шепнула я, проведя пальцами по его лицу.

Максимилиан поцеловал мою руку, обхватив запястье, и усмехнулся:

- Упал.

- А потом встал и еще упал, и так три раза? - проворчала я, кивая взглядом на сбитые костяшки на его руках.

Взгляд Стравинского помрачнел, и я поняла, что вряд ли добьюсь от него правды. На душе было как-то неспокойно, но я отогнала от себя недоброе предчувствие. А зря...

- И ты собираешься идти в таком виде на праздник? - сменила я тактику.

- А есть варианты? - насмешливо произнес он.

Я поспешно кивнула, взяла его за руку и повела вверх по лестнице.

- Эй, куда? - опешил Макс. - Выход с другой стороны.

- В мою комнату, - буркнула в ответ, продолжая тянуть его за собой.

- Ты что, вот так сразу? Нет, я не такой! - сквозь смех издевался Стравинский.

- Размечтался, - процитировала его же самого.

Войдя в комнату, указала ему на кресло, а сама принялась рыться в своей косметичке. Быстро нашла тоналку и повернулась к Максу.

- Что ты задумала? - настороженно приподнял он одну бровь.

- Сейчас замажу твой синяк - и будешь красавчик, - радовалась я своей гениальной идее.

Стравинский моего энтузиазма не разделял. Он выставил ладони вперед и запротестовал:

- Во-первых, я и так красавчик, - на этих его словах я фыркнула и закатила глаза. - А во-вторых, не буду малеваться, как баба какая-то...

- Да ты сегодня - сама тактичность, - недовольно уперла руки в бока я. - Уж лучше как баба, чем как бродяга после перепоя!

- Что? - выдохнул Макс. - А ну иди сюда!

Он притянул меня и усадил к себе на колени, а я инстинктивно обвила руками его шею. Одна его ладонь непринужденно покоилась на моем бедре, а вторая поглаживала спину. Мы смотрели друг другу в глаза, пока я не осмелилась слегка провести своим носиком по его. Макс воспринял это как призыв к действию и накрыл мои губы поцелуем, властным, страстным.

- Пора ехать, - будто уговаривая сам себя, сказал через некоторое время мужчина. - С тобой слишком хорошо, чтобы забыть обо всем, - коснулся губами шеи, вырывая мой невольный вздох.

- Нечего мне зубы заговаривать, - опомнилась я. - Никуда я с тобой вот таким не поеду, - и , пользуясь его замешательством, выскользнула из плена крепких рук.

- Ладно, мажь уже, - сдался Макс. - Только если будет заметно, вытру!

- Не будет, - подмигнула я ему и достала спонж, игнорируя обреченный вздох мужчины. - Проверено. Я себе так веснушки скрываю...

- Очень зря! - отозвался Стравинский. - Они у тебя прелестные, - и поцеловал меня в нос, заставив невольно сморщиться.

Макс рассмеялся, глядя на меня, а потом откинулся на спинку кресла, подставляя мне свое лицо. Что ж, сейчас загримируем!..

***

Справилась я даже быстрее, чем предполагала. Вышло довольно натурально, но благодарности я, конечно же, не дождалась. Вместо этого Стравинский недовольно выдохнул, косясь на свои часы, и потянул меня вниз. В гостиной мы столкнулись с моим отцом.

- Привет, ты уже вернулся, а мы... - растерянно пролепетала я, не зная, какой реакции от него ожидать.

Все-таки Амелия не отступилась и все эти дни методично уверяла папу, что Максимилиан мне не пара. В то же время, разговоров со мной она упорно избегала. Мама выбрала какую-то иную тактику, и меня это, признаться, не на шутку пугало. Особенно сейчас...

Стравинский, видя мое замешательство, сразу взял ситуацию под свой контроль. Задвинув меня за спину и выступив вперед, он протянул Константину руку.

- Добрый вечер! Приятно познакомиться с вами лично, - крепкое рукопожатие. - Я имел наглость пригласить Карину на юбилей издательства. Надеюсь, вы не против, - Макс широко улыбнулся.

Хорош! Может же быть милым, когда захочет!

- Привет, Максимилиан. Конечно, - серьезно, но по-доброму произнес мой отец. - Только верни принцессу к полуночи, - рассмеялся он. Я капризно надула губы, а папа подмигнул мне и бросил напоследок. - Хорошего вам вечера, ребята, - и направился к себе.

- Ага, и прослежу, чтоб принцесса не превратилась в дракона, - шепнул Максимилиан мне на ухо, захлопывая за нами дверь.

8.

Холл издательства встретил нас шумом и суетой. Вокруг сновали гости в вечерних нарядах, то и дело подходили к нам и здоровались, поздравляя Макса и попутно оглядывая меня несколько оценивающе.

Уже по совсем не доброй традиции нас встретила Инночка. Она бабочкой порхала вокруг Стравинского, хотя нет, больше она ассоциировалась у меня с назойливым комаром, который так и норовит высосать всю кровь. Девушка тараторила миленьким, заискивающим голоском:

- Добрый вечер, Максимилиан Анатольевич. Ведущий на месте, гости собираются, действуем согласно принятому плану... - остановилась, посмотрев испуганно на Стравинского, а потом перевела взгляд на меня и растянула лицо в фальшивой улыбке. - Добрый вечер, Карина Константиновна, добро пожаловать.

От неожиданности я хватанула ртом воздух и закашлялась, легонько кивнув Инне в ответ. "Небось Стравинский постарался", - подумала про себя и усмехнулась.

Пока девушка продолжала что-то вещать, я пробежалась по ней взглядом. Миниатюрная фигурка облачена в короткое переливающееся платье цвета морской волны. Глубокий вырез выставлял напоказ пышную грудь, декоративный поясок подчеркивал тонкую талию, а туфельки на высоких шпильках при маленьком росте девушки делали ее ноги бесконечными. Вот леший, эта Инночка очень даже ничего! А если принять во внимание ее суетливость и желание угодить Максу во всем, картина вырисовывалась отнюдь не радужная.

Заметив мою реакцию, мужчина притянул меня ближе и быстро чмокнул в висок.

- Ты такая смешная, когда ревнуешь, - шепнул довольно, когда Инна отошла.

- Ты такой смешной, когда выдаешь желаемое за действительное, - передразнила я его.

Мы поднялись на третий этаж здания и прошли до конца коридора. Макс учтиво распахнул передо мной дверь, и я не могла сдержать удивленного возгласа. Это оказался невероятно огромный зал с массивными люстрами, паркетным полом и благородной лепниной на стенах и потолке. На противоположной от двери стороне были сплошные зеркальные панели в пол. Одна створка была открыта, и я догадалась, что она ведет на просторный балкон.

- Да вам здесь балы устраивать можно, - восхищенно выдохнула я.

- Я подумаю об этом, - усмехнулся мужчина. - А вообще, надо бы тебе экскурсию провести по нашему зданию. Иначе так и будешь каждый раз раскрывать свой прекрасный ротик в недоумении, - я ткнула его локтем в бок за эти слова, но он невозмутимо продолжил. - Вот в понедельник этим и займемся.

Понедельник. Я улетаю. На месяц. Надо сказать ему. Сейчас или никогда! Набрав воздуха в легкие, повернулась лицом к Максу.

- Я должна сказать тебе кое-что... - замялась я, проведя пальцами по вороту его рубашки, усыпляя бдительность.

Договорить мне не дала шикарная блондинка несколько стервозного вида, которая подлетела к нам и произнесла, делая особый акцент на букву "а" в каждом слове:

- Ма-аксимилиа-ан А-ана-атольевич, можно ва-ас на-а минутку, - она говорила медленно, растягивая слова, и мне захотелось перемотать ее вперед, как старую пленочную видеокассету. - Есть па-ару вопросов по прессе и пиа-ару...

- Да, Ольга, - прервал ее Макс, и я вздохнула с облегчением. - Карина, ты позволишь? Я ненадолго.

Получив мое молчаливое согласие, он поцеловал меня в щеку и направился вслед за блондинкой, которая что-то показывала ему на своем планшете.

Зал стремительно наполнялся гостями. Я стояла в стороне от толпы, недалеко от выхода, наблюдая за царящей здесь суматохой. Не заметила, в какой момент потеряла Макса из виду.

Меня небрежно толкнули в плечо, заставляя отойти от двери, и прошаркали мимо. Обернулась: это в зал запустили журналистов. Операторы расставляли видеокамеры, фотографы выбирали места с наилучшим обзором, корреспонденты занимали специально выделенные стулья с табличками "СМИ".

Отойдя подальше от этого муравейника, начала пристально вглядываться в гущу народа. Просто прекрасно! Я даже в замкнутом пространстве умудрилась потеряться!

Через некоторое время увидела знакомую фигуру в толпе: мужчину с загипсованной рукой. Неужели отец Макса пришел на мероприятие? Кажется, он не слишком часто появлялся в издательстве. Что ж, нужно подойти поздороваться...

А вот и сам Максимилиан, наконец-то!

Стоит напряженно напротив отца, спрятав руки в карманы брюк. Желваки ходят, губы сжаты, глаза злющие. Анатолий что-то говорит ему, эмоционально размахивая руками. Я обернулась на копошащихся у входа журналистов: настраиваются, осматриваются и готовятся к работе.

А что если Макс сейчас устроит своему отцу скандал, наплевав на правила приличия, как он любит делать? На глазах у всех почетных гостей и прессы. От этого взрывного мужчины можно ожидать чего угодно!

Быстрыми шагами направилась к Стравинским. Прильнула к Максу, одной рукой взяла его под локоть, а второй - поглаживала предплечье, стремясь успокоить его, как какого-то бешеного зверя. Он вздрогнул от неожиданности и пристально посмотрел на меня.

- Добрый вечер! Рада вас видеть! Как ваше здоровье? - защебетала я, обращаясь к Анатолию, и его взгляд потеплел.

- Добрый, Карина, - подмигнул мне заговорщицки, словно радуясь, что оказался прав по поводу нас с Максом. Однако вслух сказал другое. - Все еще терпишь его? - кивнул на сына, а тот заметно напрягся. - Золотая девчонка, береги ее, - и демонстративно отвернулся от нас, теряясь в толпе.

Я почувствовала, как мужчина рядом со мной немного расслабился, выдохнул и накрыл мою руку своей.

- Что ты делаешь? - проговорила я. - Здесь полно прессы, а ты решил отношения выяснять с отцом? Серьезно? - рявкнула ему в лицо.

Вместо ответа Макс взял меня за подбородок и порывисто поцеловал, будто желая снять напряжение и растворить во мне все свои переживания.

- Я тебе не антистресс, - прошипела недовольно, отстраняясь от мужчины.

- О, нет! - протянул нахал. - Скорее наоборот! - и опять накрыл мои губы своими, словно в зале больше никого нет, кроме нас...

Легкая музыка разливалась по залу, теряясь в шуме голосов. С каждой минутой становилось все жарче и душнее. Хотелось выйти на балкон, а лучше вообще сбежать из этого постоянно жужжащего улья. Максимилиан все время с кем-то здоровался и обменивался ничего не значащими фразами. Попутно знакомил с мной, и у меня, кажется, свело скулы от натянутой улыбки.

- У меня развивается социофобия, - шепнула я Максу в перерыве между нескончаемыми "здравствуйте, спасибо, приятно вас видеть".

- Я уже давно этим болен, хронически, - погладив меня по спине, ответил Макс.

Хотела уже попросить его выйти на минутку на балкон, как вдруг увидела в толпе человека, которого в принципе не хотела бы встретить, нигде и никогда. И он направлялся прямо к нам вместе со своим отцом.

Я попятилась назад, прикидывая, куда бежать ближе: в дверь или в окно. Мое поведение не укрылось от внимания Стравинского, он еще крепче обнял меня за талию и пристально всмотрелся в мое лицо. Проследив за моим растерянным взглядом, нахмурился.

С таким видом и поприветствовал подошедших к нам Валерия и Николая Ключевых. Я спрятала глаза и опустила плечи. Скрыться не получилось, и как вести себя сейчас с ними, я не знала. Поэтому просто стояла молча, пропуская мимо ушей все, о чем они беседовали с Максом, пока не прозвучало мое имя. Я вздрогнула и посмотрела в сторону говорящего.

- Рад тебя видеть, Карина, - улыбнулся Валерий. - Как твои дела?

- Вз-заимно. Хорошо, - пролепетала я, заливаясь краской.

- Ну, я заметил, - хмыкнул тот, поглядывая на обнимающего меня Максимилиана. - Мы поговорили с твоим отцом, он все объяснил, - намекнул Ключевой на инцидент с его сыном. - Знаешь, взял у него контакты Льва Васильевича. Думаю, моему Коленьке пригодится, - и рассмеялся, снижая градус напряжения.

Тем временем Николай сжал свои несчастные кулачонки и гневно посмотрел на меня, но, встретив не менее грозный взгляд Макса, тут же сник.

- Кто такой Лев Васильевич? - спросил Стравинский, как только Ключевые от нас отошли.

- Мастер спорта, - буркнула я, не желая развивать тему.

- И кто он тебе? - мужчина чуть наклонил голову.

- Ты же не отстанешь? - вздохнула я, а Макс отрицательно качнул головой. - Только обещай не издеваться! - он, помедлив, все же кивнул, и я продолжила. - Помнишь, у нас был ужин с Ключевыми, ты еще позвонил в тот момент? Ну и...

Я коротко пересказала ему события того дня. На моменте, где я выкрутила руку Николаю, Макс уже хохотал в голос, обращая на себя внимание рядом находящихся гостей.

- Ты обещал! - насупилась я.

- Все-все, сдаюсь, - хрипло произнес он сквозь смех. - А то еще наставишь мне синяков.

- У тебя своих хватает, - ехидно прищурилась я.

- Слушай, с тобой и телохранителя не надо! И в темной подворотне не страшно, - опять рассмеялся, и я ущипнула его. - Ай, дерешься? - продолжал хохотать.

- Не переоценивай мои возможности. Амелия всегда была против этих тренировок, и вскоре забрала меня из секции. Зато бегаю быстро, так что останешься сам разбираться в своей темной подворотне, - хихикнула я.

- Что происходит между тобой и мамой? - Макс вмиг стал серьезным, будто кто-то переключил программу.

- Я не знаю, Макс, - честно ответила я и неопределенно повела плечами. - Она вообще никогда не хотела иметь детей... И теперь всячески пытается от меня избавиться, поскорее выдав замуж и желательно продав при этом подороже, - опустила глаза в пол.

- Ну, этого я не позволю, - твердо сказал Стравинский, проведя ладонью от моего плеча к спине, по границе соблазнительного выреза моего платья.

- Что-то вроде "сам буду обижать, но другим в обиду не дам"? - подняла на него грустный взгляд.

- Есть такая слабость, - подмигнул в ответ, после чего поднес ладонь к моему лицу, очертив кончиком большого пальца линию нижней губы.

Наверно, если сейчас я скажу ему о предстоящих тренингах в Париже, он не успеет сильно разозлиться. Ведь так? Нервно кусаю губы, собираясь открыть рот и, наконец-то, выдать мою "радостную" новость, как звучат оглушительные фанфары. А потом голос ведущего заполняет зал. Он говорит слова приветствия, показывает какой-то видеоролик, дальше вещает о чем-то абстрактном, высоком, а потом передает слово "главе издательства". Макс переглядывается со своим отцом, который сейчас стоит не так далеко от нас вместе с Виолеттой, после чего направляется к сцене.

- Постарайся ничего не натворить, пока меня не будет рядом, - небрежно бросает мне, а я обиженно прожигаю взглядом его спину. Вот же нахал!

Максимилиан говорил долго, серьезно, уверенно глядя на собравшихся. Показывал какие-то графики, в которых я ничего не понимала, но, судя по кривой, дела издательства идут медленно, но все же вверх. Я обернулась на Анатолия и заметила гордость в его взгляде. Готова поспорить, что сейчас он восхищался своим сыном! Не смогла удержаться от улыбки: как же они с Максом похожи характерами, оба на вид ледяные, но это лишь защитная оболочка. Перевела взгляд на сцену, но боковым зрением заметила смутно знакомую женскую фигуру.

- Да, он хорош, - через некоторое время моих ушей достиг мелодичный голосок. - Я-то знаю, - с нотками высокомерия.

Нехотя повернула голову на звук, заранее понимая, что мне не понравится увиденное. И не ошиблась: рядом со мной стояла та самая Катерина, все такая же идеальная. На ней было "маленькое черное платье", игриво выделяющее грудь и выставляющее напоказ шикарные ноги, на ступнях - туфли на шпильках, которые добавляли сантиметров ее и без того высокому росту. Кажется, теперь мне ясно, откуда у Макса пунктик о каблуках...

Смотрела на меня Катерина сверху вниз - и у нее это отменно получалось. Совладав с эмоциями, я приняла равнодушный вид и, бросив на нее скучающий взгляд, отвела глаза. Похоже, не такой реакции ожидала эта бывшая, так как пару минут она молчала, а после выдала немного раздраженно:

- Нам нужно поговорить, не находишь?

- Разве нам есть, о чем говорить? - демонстративно зевнула я и как бы невзначай отмахнулась от навязчивой женщины.

- Например, о моих отношениях с Максимилианом, - уже шипела Катерина, но не получив должной реакции с моей стороны, выдала. - И о моей беременности..

Кажется, это был шах и мат. Мое сердце ухнуло вниз. Она же врет, да? Это не может быть правдой... Заметив мое замешательство, Катерина подошла ближе и ехидно шепнула:

- Если что, я буду на балконе. Приходи, посплетничаем, - и направилась в сторону застекленных панелей.

Я напряженно смотрела ей вслед, размышляя, что предпринять. Разум подсказывал: надо дождаться Макса и открыто поговорить с ним. А уж по его реакции пойму, кто из них говорит правду. Или не пойму?

Пока мозг отвлекся на мыслительный процесс, какая-то неведомая сила толкнула мое тело к злосчастному балкону. Ноги сами меня несли навстречу чужому прошлому, которое способно убить мое настоящее.

А ведь просил же Макс ни во что не вляпаться, пока его нет рядом. И что? Вот я уже бодро шагаю к его бывшей, чтобы услышать историю ее непорочного зачатия. Или все же порочного? А если Стравинский - будущий отец? Я просто обязана это выяснить!..

Мое любопытство меня погубит! И причем сделает это, кажется, в ближайшее время...

Когда я преодолела стеклянную дверь и тихонько прикрыла ее за собой, то сразу увидела Катерину. Она стояла у перил спиной ко мне, ветер развевал ее идеальные смоляные волосы. Больше здесь никого не было, и это к лучшему. Будто почувствовав мой взгляд, Катерина резко развернулась, и я заметила промелькнувшую на ее лице тень победоносности. Кажется, ее коварный план только что начал претворяться в реальность, и поспособствовала этому я. Поежилась от холода, обхватив себя руками. Как же я сглупила, попавшись на эту удочку. Но отступать уже поздно...

Гордо вскинула подбородок и вопросительно посмотрела на Катерину. Она же надменно молчала, слово выжидая, когда я сорвусь. Что ж, я развернулась на каблуках и собралась в зал.

- Тебя совсем не волнует то, что я беременна от Максимилиана? - усмехнулась она мне в спину.

- Ты врешь! - процедила я, не оборачиваясь.

- Уверена? - хмыкнула Катерина, раздражая меня не на шутку. - Наверно, Максимилиан говорил тебе, что мы расстались более полугода назад, но...

Я подошла к женщине, с прищуром вглядываясь в ее лицо, но увидела там лишь актерскую маску. Полгода? Именно такой срок Макс отвел нашей сделке. Почему? Чтобы забыть Катерину? Отомстить? Или вернуть? Внутри все противно сжалось...

- Но ты же не думаешь, что мы ни разу не встречались за эти полгода? - продолжала женщина, приторно улыбаясь. - Максимилиан вообще мужчина страстный. Считаешь, он был один все это время? Знаешь, почему мы расстались? Я застала его с этой его сотрудницей... - брюнетка пару раз щелкнула пальцами, будто вспоминая имя.

- С Инночкой? - слетело с моих уст, и я тут же сама себя отругала за это. Если она врет, то я только подкидываю ей факты. А если не врет?

- Точно! - воскликнула Катерина. - Но я его простила, тем более теперь нас связывает нечто важное, - она демонстративно положила руку на свой живот, а меня передернуло.

- Я услышала тебя, - произнесла как можно спокойней, хотя внутри все клокотало. - А теперь, пожалуй, я хочу услышать версию Макса, - и сделала шаг назад.

Но Катерина, бросив быстрый взгляд куда-то за мою спину, вдруг фурией налетела на меня. Схватив за запястья, притянула мои руки к своим волосам, при этом истошно вопя. Я резко оттолкнула эту сумасшедшую, и она отлетела слишком далеко, к перилам, умоляюще глядя мимо меня.

- Какого черта здесь происходит! - рыкнул Макс мне в затылок. Я повернула голову, всматриваясь в его хмурое лицо и пытаясь понять, какие эмоции его наполняют. - Неужели так сложно ни во что не ввязываться, - шепнул мне так, чтоб Катерина не слышала.

- Эта ревнивица напала на меня, вцепилась в волосы, - сквозь театральные всхлипы верещала брюнетка, а потом начала медленно сползать по перилам вниз, прямо на холодный пол.

- Она врет, - округлив глаза, пролепетала я.

Макс грубо выругался, подошел к Катерине и присел на корточки, что-то говоря ей. Но разобрать я не смогла: его слова тонули в порывах ветра. Мужчина повернулся ко мне.

- Карина, возвращайся в зал, я тут сам разберусь, - бросил он.

- А может, еще свечку подержать? - не удержалась от колкости.

Сам он, видишь ли. Наедине с этой куклой. Да я сейчас взорвусь от злости! Особенно видя ее довольное выражение лица!

- Карина, пожалуйста, - указал взглядом на стеклянную дверь.

- Как скажешь, Макс, - произнесла еле слышно и вышла.

Сам, говоришь? Да пожалуйста! Предоставляю тебе полную свободу действий!

С этими мыслями я быстро шагала через зал по направлению к выходу. В груди все горело. Ну почему я вечно попадаю в такие ситуации?

Почти у двери меня кто-то остановил, взяв за руку.

- Уже уходишь? - спросил Анатолий, когда я повернулась к нему. - Поругались с Максимилианом?

Иногда мне кажется, что он видит меня насквозь. И как это у него получается? Потомок Нострадамуса и Ванги? Грустно улыбнулась своим мыслям.

- Нет, просто здесь душно, выйду на улицу, - пытаясь совладать с эмоциями, хрипло ответила я.

- В той стороне есть балкон, - Анатолий взглянул на меня с подозрением, не отпуская.

- Там занято, - не смогла подавить в своем голосе гневные нотки.

Анатолий нахмурился, и в этот момент напомнил мне Макса. Я вздохнула, желая скорее покинуть зал, но Стравинский-старший не позволял мне этого сделать. Неожиданно на помощь пришла Виолетта.

- Здравствуй, Карина, - равнодушно обратилась ко мне. - В чем дело? - настороженно взглянула на мужа, и тот наконец отпустил мою руку.

- Добрый вечер, - промямлила я. - Извините, мне нужно на свежий воздух, - выйдя и закрыв за собой дверь, сорвалась на бег.

Длинное узкое платье мешало делать широкие шаги, дурацкие туфли замедляли ход, каблуки застревали в щелях, заставляя терять равновесие. Не хватало еще обувь здесь оставить. На ступеньках. Как чертова Золушка. Да только вместо принца, кажется, мне попался лютый огр. Того и гляди - съест и не подавится. С моей-то удачей это вполне ожидаемо!..

Отдышаться смогла лишь в салоне такси, когда автомобиль тронулся с места. Мобильный завибрировал, но я проигнорировала, точно зная, кто может мне звонить.

Уже дома я посмотрела пропущенные. Просто тьма - от Макса, и парочку - от Пьера. Перезвонила другу, который напомнил, что самолет на шесть утра, а он сам заедет за мной в четыре. Что ж, выспаться сегодня не получится, да и, наверно, я бы не смогла уснуть...

В сотый раз перепроверила чемодан, просто чтоб хоть чем-то занять себя, ведь вещи я собрала еще позавчера. Завтра я лечу навстречу своей мечте! То, о чем я грезила долгие годы, потихоньку становится реальностью. Я должна быть счастлива и горда собой! Но почему же тогда так паскудно на душе?..

Ближе к полуночи на мобильный пришло смс от Макса.

"Ответь, дьяволенок, иначе я прямо сейчас приеду к тебе и поставлю на уши весь дом!" - даже представила, каким тоном он бы это произнес.

"Я очень устала, давай поговорим завтра", - шустро набрала я текст, точно зная, что никакого "завтра" у нас с ним не будет...

Выход девятый

Максимилиан

Как только Карина оставила нас, я схватил бывшую за плечи, отчего та поморщилась, рывком поставил ее на ноги и прорычал прямо в лицо:

- Слушай меня, дрянь, и слушай внимательно. Или ты навсегда исчезаешь из моей жизни, или я расскажу прессе душещипательную историю твоего предательства, не забыв упомянуть, с кем именно ты спала...

Я многозначительно посмотрел на Катерину и удовлетворенно хмыкнул, заметив в ее глазах неподдельный страх. Дело в том, что она грела постель некоему важному члену правительства, миллионеру и по совместительству "примерному семьянину". Я сам не так давно совершенно случайно узнал его имя, которое и озвучил бывшей для пущей убедительности.

- Он же меня уничтожит, - пролепетала Катерина, но тут же добавила. - У тебя нет доказательств!

- Уверена? - приподнял бровь, испепеляя эту стерву взглядом. - Даже у стен есть глаза и уши.

Конечно, я блефовал, но старался делать это убедительно. Главное, заставить эту дуру оставить меня в покое! Точнее, нас...

- Это ударит по твоему имиджу, - не унималась Катерина.

- Разве не видишь, что мне плевать на имидж? - криво ухмыльнулся я.

- Неужели она стоит того? - печально спросила бывшая, намекая на Карину.

- Она стоит всего! - вырвалось у меня. - А тебе советую найти новый объект. Или все же идем к прессе? Как раз полный зал! - схватил ее за локоть и потащил к двери.

Катерина вырвалась, промямлила: "Я исчезну!", - и поспешно закивала, как собачка на приборной доске автомобиля. Даже смешно стало. А потом направилась в зал.

- Что ты наговорила ей? - бросил стерве вслед, но та лишь испуганно оглянулась и ускорила шаг. - Черт, а вот это хреново...

Я вернулся в зал, буквально ныряя в толпу людей. Изнутри меня грызло неприятное предчувствие. Взглядом искал Карину, но разумом понимал, что, скорее всего, она сбежала. Дьяволенок всегда так делает - рвет когти подальше от меня, не разобравшись. Хотя на этот раз у нее, признаться, была весомая причина.

Вышел в коридор, набирая ее номер, но в ответ услышал только гудки. Что ж, и это тоже ожидаемо.

- Ищешь свою сбежавшую невесту, - раздался насмешливый голос отца.

- Знаешь, где она? - повернулся к нему.

- Понятно, где. Сбежала, - хмыкнул папа, специально раздражая меня. - Я бы от тебя тоже сбежал, - усмехнулся, а потом добавил серьезно. - Будешь круглым дураком, если не вернешь ее, - и как ни в чем не бывало двинулся обратно в зал.

Спасибо, капитан Очевидность, помог!

Остаток вечера я постоянно набирал дьяволенка, наверно, рассчитывая взять ее измором. Уже дома отправил угрожающее смс. Ответ пришел быстро, но почему-то не успокоил меня. Я действительно был готов рвануть к Карине посреди ночи. Но все же заставил себя успокоиться и дождаться утра. Как оказалось, очень зря...

***

На улице едва забрезжил рассвет, а я уже спускался в гостиную, полностью одет и собран. Всю ночь меня одолевало странное чувство, будто я что-то упустил. Или кого-то?

- Как дела? - звучный голос отца застал меня врасплох.

Я закашлялся от неожиданности. Анатолий сидел в кресле в гостиной и со скучающим видом листал газету. Почему-то мне показалось, что он целенаправленно поджидал меня.

- Бессонница? - бросил ему небрежно и направился в кухню.

- Поговорил с ней? - следом за мной вошел и отец.

Теперь ясно, что именно его интересует. Правда, не совсем понимаю, почему...

- Да, - солгал я и включил кофемашину.

- Врешь, - тут же хмыкнул папа.

- Вру, - не стал отпираться, а смело посмотрел ему в глаза.

- Что с лицом? - нахмурился Анатолий, разглядывая мой синяк. - Не поделил с кем-то что-то? Или кого-то? - его губы изогнулись в саркастичной улыбке.

Отец решил, что я подрался из-за Карины? Каково же будет его удивление, когда он узнает правду.

- Неудачно сходил в твой любимый клуб "77", - ошарашил его. - Подумал, почему бы не поговорить по душам с местными. Но секьюрити меня почему-то выперли, решив оставить пару синяков на память. Два удара отбил, третий - пропустил. Не знаешь, что за традиция у них такая - любопытных посетителей месить?

Анатолий захлебнулся слюной и посмотрел на меня со смесью злости и страха.

- Щенок! Я же говорил, чтобы ты не лез! - взревел он. - Подставишь всех нас! И девчонку свою заодно!

- Расскажи, во что ты вляпался и, возможно, я прекращу, - серьезно посмотрел отцу прямо в лицо.

Но тот в сердцах стукнул кулаком по кухонной стойке и молча отвернулся от меня.

- Я так виноват перед вами, - тихо прошептал отец, но я услышал и сделал пару шагов к нему.

Будто опомнившись, Анатолий тут же пулей вылетел из кухни, поднялся к себе и закрылся в комнате. Что ж, значит, мое расследование продолжается. "Ты не оставляешь мне выбора, па", - одними губами произнес я в пустоту.

9.

Максимилиан

Через час я уже стоял на пороге дома Огневых. Мобильный дьяволенка упорно не отвечал, а потом и вовсе отключился, бодренько заявив, что абонент, видишь ли, больше не абонент. Грубо выругался и требовательно зажал кнопку звонка. Обещал поставить весь дом на уши? Выполняю!

Дверь мне открыла худая, даже слишком, блондинка и надменно устремила на меня свои голубые глаза. Быстро восстановил в голове крупицы информации, полученные от Карины о ее семье, и, широко улыбнувшись, приторно проговорил:

- Здравствуйте, Амелия, прекрасно выглядите, - на ее лице мелькнула тень самодовольства, но внешне женщина осталась холодной. - Извините за беспокойство в столь ранний час, я к Карине, она дома?

Амелия удивленно подняла брови, но практически сразу хмуро свела их к переносице. Мимика у этой женщины, конечно, невероятная. Никогда не поймешь, что на самом деле она думает...

- Кариночки нет дома... И не будет... Примерно месяц. А вы разве не в курсе? - она подняла подбородок и с прищуром посмотрела на меня.

В моей голове эти слова звучали примерно как музыкальные тарелки: "Бамс! Бамс!" На этот раз дьяволенок превзошла саму себя!

- Где она? - неуверенно спросил я, честно говоря, не надеясь на ответ.

- Рано утром улетела в Париж, - хмыкнула Амелия, сложив руки на груди. - Не уверена, что имею право сообщать что-то еще, раз уж Карина не посчитала нужным вас предупредить...

В Париж? А почему бы сразу на Луну не улететь? Чтоб уж наверняка! Однако ты меня недооцениваешь, дьяволенок. Если мне что-то нужно, я даже из-под земли достану!..

Невольно сжал руки в кулаки, но, поймав на себе настороженный взгляд Амелии, заставил себя расслабиться.

- До свидания! - не долго думая, блондинка просто захлопнула передо мной дверь.

Ладно, есть еще план Б. На ходу набираю Олега. Он отвечает не сразу, а потом в трубке звучит его сонное хриплое "алло".

- Доброе утро, тусил всю ночь? Говорил же тебе, завязывай с этим, - напал я на друга, вводя его в ступор, чего, в принципе, и добивался. - А теперь быстро скинь мне номер Мари.

- Эээ... Я не... - промямлил Олег.

- Брось, я заметил, как ты обхаживал ее в клубе, пока Карина не видела. Неужели телефончик не стрельнул? Диктуй давай...

Прибыв в издательство, я закрылся в своем кабинете и набрал Марину. Каждый гудок эхом проносился в моей голове.

- Мари, это Максимилиан. Куда уехала Карина? - выпалил я, едва лишь в трубке прозвучал характерный щелчок. - Я знаю, что в Париж. Но мне нужен адрес... Явки, пароли - я должен знать все.

- Хмм, - протянула девушка, и я замер в ожидании. - Они с Пьером победили в конкурсе молодых дизайнеров и улетели на курсы на месяц. Почему ты об этом не знаешь?

Я с такой силой сжал в руке мобильный, что услышал треск пластика... С этим бараном. В Париж. На месяц. Мой мозг взрывался, отказываясь принимать информацию. Глубокий вдох. Сейчас главное - не спугнуть Мари.

- Мы с Кариной немного... повздорили, - выдал ей почти правду. - И вместо того, чтобы поговорить, она втихаря улетела в Париж.

- Как это на нее похоже, - после паузы произнесла девушка. - Максимилиан, я не знаю, где они остановились... - меня покоробило от этого "они", я обреченно вздохнул и рухнул в кресло. - Но я постараюсь это выяснить, - и отключилась, оставляя мне надежду.

Поздно вечером на мобильный пришло смс с адресом. В режиме онлайн забронировал билет на ближайший рейс в Париж и номер в отеле. Романтики захотелось, дьяволенок? Получишь!..

Карина. Париж

Мы остановились в трехзвездочном отеле на окраине Парижа. Право выбора места я предоставила Пьеру. Все дело в том, что его семья небогата, и я понимала: номер в каком-нибудь роскошном отеле на целый месяц сильно ударит его по карману. Так что, стиснув зубы и искренне желая поддержать друга, я согласилась на первый же предложенный мне вариант. В конце концов, какая разница, где ночевать, а целыми днями мы все равно будем пропадать на курсах в лучшем институте дизайна!

Однако на протяжении длинного и извилистого пути к отелю мой энтузиазм заметно поубавился. В запотевшем окне такси мелькали отнюдь не вдохновляющие картинки, сменяя друг друга: разрисованные граффити стены, невзрачные кафешки, кричащие неоновые вывески, неприметный рыночек под открытым небом с покосившимися прилавками и разбросанными картонными паками, одинокие бездомные, обшарпанные стены домов...

Автомобиль остановился возле высокого, довольно приличного здания и, едва выпустив нас, рванул с места на следующий вызов. Стеклянные двери отеля распахнулись, гостеприимно приглашая нас внутрь. Светлый холл, приветливый ресепшен - и вот мы уже поднимаемся по лестнице с чемоданами в руках.

Мой номер оказался очень маленьким, но вполне уютным. На входе узкая прихожая, дальше - комнатушка, где помещались кровать, тумбочка и стол. Слева от окна заметила дверь, что вела в крохотную душевую. Что ж, и на этом спасибо. Конечно, Пьер предлагал забронировать просторный номер на двоих, что-то вроде люкса местного разлива, однако я отказалась наотрез: это уж слишком! Комната друга находилась через стенку от моей и, думаю, была подобной планировки. В целом, жить можно.

Но главный минус заключался в другом. Добираться отсюда до Триумфальной арки, в районе которой находился нужный нам институт, было невероятно долго и сложно, учитывая, что мы с Пьером ездили на метро.

Первый наш учебный день вымотал меня, еще даже не начавшись. Мы очень рано встали, но все равно чуть не опоздали на курсы, львиную долю которых я просто проспала с открытыми глазами. Мозг упорно отказывался работать. Лишь к концу дня я более-менее включилась в работу, получила свое творческое задание и радостно собралась обратно в отель, мечтая, наконец, отдохнуть. Но моим планам не суждено было претвориться в реальность...

Я увидела его издалека. Мимолетом бросила взгляд на парковку возле отеля и уже не смогла отвести, встретившись с его изумрудными глазами. Макс стоял, оперевшись спиной об автомобиль, напряженно сложив руки на груди и перекрестив ноги. И с недоброй ухмылкой смотрел прямо на меня, прожигая насквозь.

От неожиданности я споткнулась и покачнулась, но упасть мне не позволил Пьер, аккуратно придержав за талию. Тут же сбросила с себя его руки, сделав это слишком резко. Друг проследил за моим взглядом и охнул:

- Этот сумасшедший преследует тебя?

- Возвращайся в отель, Пьер, а я поговорю с ним, - твердо сказала я, не разрывая зрительного контакта с Максом. Как будто боялась, что он исчезнет, стоит мне моргнуть.

- Карина, я не могу оставить тебя с ним наедине. Он выглядит... злым, - долго подбирал нужное слово друг.

- Нет, иди, все в порядке. Он не сделает мне ничего плохого, - быстро пролепетала я и шепотом добавила. - Никогда.

Но Пьер услышал и со словами: "Никогда не говори никогда", - обиженно зашагал к дверям отеля.

А я направилась к парковке. Чем ближе подходила к Максу, тем сильнее билось мое сердце, норовя и вовсе выпрыгнуть из груди. Мужчина стоял неподвижно, застыв в своей позе, и просто изучал меня взглядом, напряженным и недовольным. Замерла в нескольких шагах от Макса, не решаясь приблизиться.

- Боишься? - хмыкнул он. - Правильно делаешь, - оттолкнулся от автомобиля и выпрямился, засунув руки в карманы. - Ну, и когда ты собиралась рассказать мне, что летишь в романтическое путешествие с Пьером?

Я раскрыла рот от растерянности, но быстро взяла себя в руки. Лучшая защита - это нападение, да?

- А когда ты собирался рассказать, что твоя бывшая беременна от тебя? - выпалила на одном дыхании, следя за реакцией Стравинского.

- Она и не беременна, - пожал плечами Макс, как будто ожидая подобного вопроса. - По крайней мере, точно не от меня...

- А я здесь не в романтическом путешествии, а на курсах, - парировала я. - Уверен, что не ты будущий отец? - добавила срывающимся голосом.

- Карина, я не страдаю амнезией! - рассмеялся он, и это подействовало на меня успокаивающе. - Я прекрасно помню, с кем и когда спал...

- Список ведешь? - издевка вырвалась сама собой.

- Ага, подробный отчет с графиками. Предоставить? - колко отреагировал Макс.

- Обойдусь!

Какой-то безумный коктейль из жгучей ревности и одновременно влечения к этому мужчине захлестнул мой разум. Отвернулась от Макса, чтобы не показывать своих истинных чувств, вырывающихся наружу. Но он воспринял это по-другому, молниеносно оказавшись рядом и схватив меня за руку.

- Серьезно? Ты опять решила сбежать? - возмущенно рявкнул Стравинский. - Я проделал такой путь не для того, чтобы ты смылась через пять минут! - его голос стал грубее и громче. - Поехали, - и повел ближе к автомобилю.

- Куда? - удивленно выдохнула, даже не пытаясь вырываться.

- Для начала поедим где-нибудь, а потом проведешь мне экскурсию по Парижу. Не зря же ты тут почти два дня прохлаждалась, - усмехнулся Макс, немного раздраженно.

- Не прохлаждалась! А училась! - возмущенно выпалила я, а потом, подумав немного, все же решилась спросить. - Почему полгода, Макс? И как вы расстались с Катериной?

Стравинский опешил и внимательно посмотрел на меня. Несмотря на сумбур в моих вопросах, он сразу понял, о чем речь.

- Она мне изменила, и не раз, - коротко бросил. - А полгода... Просто вырвалось, этот срок ничего не значит...

- Оговорочка по Фрейду, - буркнула недоверчиво, не двигаясь с места.

- Садись! Сейчас же! Иначе я запихну тебя в машину силой! - отчеканил Стравинский, распахивая пассажирскую дверь и подталкивая меня в салон автомобиля.

Автомобиль остановился на площадке у подножья Монмартра. После ужина в одном из милых французских ресторанчиков, кажется, Макс стал добрее. Как там говорят, путь к сердцу мужчины... хотя в случае Стравинского, как пролегает этот путь, - тайна, покрытая мраком...

Макс подал мне руку и, когда я вышла из машины, как бы невзначай притянул меня к себе, нежно глядя в глаза. Я задержала дыхание. Что этот мужчина делает со мной? Или во всем Париж виноват?

Рядом с нами затормозил автобус - и из него высыпали разношерстые туристы. Их глаза горели неподдельным интересом. Этот факт не укрылся от внимания нелегальных торговцев - афроамериканцев, которые мгновенно оказались рядом, обвешанные побрякушками, платками и прочими сувенирами. Как новогодние елки, только черные.

- Пять шук - один евро, номално-номално! - на ломаном русском уговаривали они туристов, тыча в лицо каждому брелками в виде Эйфелевой башни.

Хмуро проследив за этой суматохой, Макс обхватил меня за талию и увел подальше от толпы. Мы нырнули на улицу художников, и здесь я просто растворилась, с восхищением рассматривая картины. Невероятные виды французской столицы оживали на холстах, играя красками.

В какой-то момент мое внимание привлек забавный карикатурист с длинными седыми волосами и бородкой, как у старика Хоттабыча. Поймав на себе мой взгляд, он улыбнулся и махнул нам рукой.

Недолго думая, я направилась к нему, потянув за собой Макса.

- Ты что задумала? - удивился тот, но, завидев карикатуриста, тут же запротестовал. - Нет, даже не думай! Мне в реальности всего этого фарса хватает. Не жизнь, а сплошная карикатура, - хмыкнул недовольно.

- Ой, прекрати! - хихикнула я. - Ты просто боишься, что твой образ идеального зануды будет подпорчен, - ткнула его пальцем в грудь, а потом развернулась и уселась на стульчик напротив художника. - Просто постоишь в сторонке, пока меня нарисуют, - буркнула через плечо.

Макс промычал что-то неразборчивое и насупился. Он стоял истуканом за моей спиной, засунув руки в карманы, как телохранитель.

- Рисуйте не меня, а его, - шепнула я Хоттабычу, когда Стравинский отвлекся на проходящих мимо людей.

Карикатурист заговорщицки подмигнул мне и взял в руки карандаш, начав водить им по бумаге, словно волшебной палочкой. Через пару минут он уже протянул мне рисунок. С него на меня смотрел Макс - обе его ипостаси одновременно! Одна половина лица улыбалась с нежностью, а вторая злилась с тонко сжатыми губами. Невероятно. Хоттабыч - просто гений. Или психолог. А может, все сразу.

Пока я пялилась в карикатуру, Макс оплатил сей шедевр и подошел ко мне вплотную. Заглянув в бумагу, он резко вырвал ее из моих рук.

- Ерунда какая-то, - хмыкнул он. - Он же вроде тебя рисовал?

- Неа, - игриво протянула я. - Тебя. Похож? Как по мне, один-в-один, хоть в паспорт вклеивай. Все узнают, - смеялась я, пока Макс хмурился. - Отдай, - протянула руку.

Но Стравинский сделал шаг назад, отрицательно махнул головой и поднял руку с рисунком вверх, чтоб я не достала. В глазах этого несносного мужчины заплясали зеленые огоньки. Ах так, да?

Подошла к нему и встала на носочки, чтоб забрать листок, но совсем чуть-чуть не могла дотянуться. А Макс лишь смеялся, перекладывая рисунок из одной руки в другую. И тогда я решилась на запрещенный прием: неожиданно чмокнула его в губы, отвлекая внимание. Пользуясь секундным замешательством, выхватила, наконец, его "портрет", сложила в несколько раз и засунула в карман пальто. И потом победно взглянула на Макса. Но тот лишь усмехнулся и потянулся к моим губам, страстно целуя.

Кажется, я опять проиграла... Хотя...

***

Мы стояли у парапета возле базилики Сакре-Кер. Отсюда открывался шикарный вид на Париж - город был, словно на ладони. И в этот момент казалось, что весь мир принадлежит нам... Да, это точно влияние Парижа! Иначе почему я схожу сейчас с ума?

- Карина, - позвал Макс, будто собирался спросить что-то важное.

- Ммм? - только и смогла промычать я, когда его крепкие руки обвили мою талию.

- Я все никак не могу понять, почему ты согласилась на этот цирк со свиданиями? Ты же такая упертая и непокорная, неужели маму испугалась? - после паузы выдал он.

- Англия, - пожала плечами я и, видя его недоумение, на одном дыхании выложила все, как есть. А потом затихла, следя за его реакцией.

Макс мягко провел подушечками пальцев по моему лицу и приподнял за подбородок, заставляя меня утонуть в его глазах. Мелкие капли дождя сорвались с неба и коснулись моих щек, заставляя зажмуриться. В этот момент Макс накрыл мои губы своими, ласково, трепетно, как будто мы все начинали с нуля, оставив позади наши ссоры и проблемы...

Дождь усиливался, превращаясь в ливень. Капли, подгоняемые резкими порывами ветра, били по волосам и лицу, забирались за воротник. Но я не обращала внимания, обвив руками шею Макса, ловила тепло его губ. Однако в какой-то момент этого стало недостаточно - я поежилась от холода, чувствуя, что дождь намочил мое пальто и добрался до блузки под ним.

Стравинский заметил мою реакцию, отстранился и, взяв меня за руку, быстро повел к машине. Правда, быстро не получилось, потому что нам пришлось преодолеть несколько лестниц прежде, чем спуститься с холма. Мне казалось, что я промокла до нитки. Макс включил обогреватель в салоне автомобиля, но это не слишком спасало.

Мужчина вжал педаль газа в пол, но при этом внимательно следил за дорогой. Я стучала зубами, кутаясь в мокрое пальто, и все никак не могла согреться.

Мы остановились возле шикарного отеля, и я тут же нахмурилась:

- Возможно, ты решил, что у меня топографический кретинизм, но не до такой же степени, - прошипела я. - Это не мой отель! Я туда не пойду, - сложила руки на груди, не переставая дрожать от холода.

- Как скажешь, - бросил Макс и открыл водительскую дверь. - Ночуй тогда в машине, потому что я в такую погоду больше никуда не поеду, - и вышел, оставив меня.

Что ж, если это был его тактический ход, то он удался. Потому что я тут же выскочила следом и, поравнявшись со Стравинским, гордо вошла в холл отеля, слыша торжествующий смешок.

Как только мы оказались в просторном номере, Макс помог мне снять пальто и буквально затолкал меня в душевую комнату.

Я включила горячую воду и подставила руки, наслаждаясь теплом. Свою блузку я сполоснула от следов дождя и повесила на сушилку. Раздевшись, нырнула под обжигающие струйки воды и, наконец-то, перестала дрожать, чувствуя, как меня обволакивает жар.

Потянулась за полотенцем и вдруг с ужасом заметила, что на вешалке нет ни одного халата. Разве они не должны быть в отеле такого класса? Осмотрела все шкафы и полки, но так ничего и не нашла. Грустно взглянула на мои мокрые вещи на сушилке и, завернувшись в полотенце, робко приоткрыла дверь.

- Макс, - переминаясь с ноги на ногу, растерянно произнесла я, - здесь нет халата.

- Хорошо, я позвоню на ресепшен, - донесся его равнодушный голос.

- Но... - засмущалась я. - Мне сейчас нечего надеть.

Макс, кажется, закашлялся. Потом я услышала какие-то шорохи и приближающиеся шаги.

- Вечная проблема женщин - нечего надеть, - усмехнулся он, подходя ко мне, но глаза оставались серьезными. Протянул мне свою рубашку и, заметив мое замешательство, хмыкнул. - Что? У меня не было времени собирать чемоданы. Бери, что есть. Я вообще планировал забрать тебя и уехать.

- И что тебя остановило? - на выдохе шепнула я, одной рукой придерживая полотенце на груди, а другую протягивая за рубашкой.

- Не нашел ящика подходящего размера... С замком, - рассмеялся Макс. - Сама бы ты не поехала.

- Ма-акс, - виновато пролепетала я. - Я правда хотела тебе сказать, но все не решалась. А потом эта Катерина...

Он как-то странно смотрел на меня, лаская взглядом, отчего мне стало неловко. Потом ослабил ворот своей рубашки, словно ему не хватало воздуха, и отвел глаза, бросив торопливо:

- Иди переоденься, - и направился в гостиную.

***

Я недовольно уставилась на свое отражение в небольшом запотевшем зеркале. Кажется, в полотенце я выглядела более целомудренно. Мужская рубашка на женском теле сама по себе смотрится весьма пикантно, а если учесть, что это вещь Макса... на мне. От этой мысли пересыхало в горле.

Обхватив себя руками, подсознательно пытаясь таким образом спрятаться, я выскочила из ванной, прошмыгнула мимо Стравинского и зарылась в широком кресле, подогнув под себя ноги. Со словами: "Наконец-то!" - он направился в душ, на ходу стягивая с себя рубашку.

Жарко, почему здесь так жарко!..

Вернулся Макс слишком скоро, в брюках и с голым торсом. Если бы не влажные волосы и капельки воды на его теле, я бы подумала, что он и вовсе не был в душе. Мой взгляд невольно скользнул по его широкой, крепкой груди, опустился на подкачанный пресс. Я нервно сглотнула и выдохнула, кажется, слишком шумно. Макс, поймав мой взгляд, самодовольно улыбнулся и сел на диван, вальяжно закинув ногу на ногу. Ну не индюк напыщенный?

- Одна рубашка в сушке, вторая на тебе. Так что извини. Конечно, есть вариант, как исправить ситуацию, но тебе он не понравится, - игриво подмигнул мне, отчего на моих щеках проступил румянец. Макса явно позабавила такая реакция.

Я молча отвернулась и уставилась в окно, откуда открывался прекрасный вид на Эйфелеву башню, которая в темноте ночи переливалась яркими огнями. Словно маяк, ждущий заблудившиеся корабли.

- Я забронировал этот номер на твое имя. До конца месяца, - разорвал гнетущую тишину Макс. - Сам не могу задержаться здесь дольше, чем на пару дней, при всем желании. Оставлю тебе ключ-карту. Отсюда рукой подать до твоего института. И район благополучный. Я все предусмотрел...

- Опять? Ты опять решаешь за меня? - мгновенно вспыхнула я, как спичка, и вскочила на ноги, забыв о своем весьма откровенном внешнем виде.

- Я сделал так, как тебе будет лучше! Ты остаешься жить здесь! - Макс последовал моему примеру, поднявшись с дивана, и сейчас стоял напротив меня.

- Я буду жить с Пьером! - воскликнула со злостью.

- Ты хоть понимаешь, как это звучит? - разъяренным медведем проревел он и придвинулся ко мне.

- Ты - неуравновешенный параноик! Для тебя все звучит не так! - кричала ему в лицо, хотя сама понимала, что ляпнула ерунду, однако отступать не хотелось. - Читай по губам: я не буду жить здесь!

Макс раздраженно обхватил свою голову руками, потирая пальцами виски.

- Ты просто невыносимая! Как же я устал от тебя, - обреченно рявкнул он.

- Ну, так отдохни! - выпалила я, но тут же пожалела об этом.

Стравинский крепко сжал меня за плечи, притянул к себе, заставив меня упереться ладонями в его грудь, и хрипло проговорил:

- Не могу, черт возьми! - выдохнул мне в губы. - Ты как вирус, от которого лихорадит! Как яд, что проникает в кровь и мгновенно разносится по всему организму, - я ошеломленно смотрела в его пылающие глаза и даже приоткрыла рот в растерянности, а Макс продолжал говорить, искренне, порывисто, но с легким налетом безысходности. - И ничем не вылечить! Пытался! Не могу... Особенно, когда ты вот так смотришь на меня, - последнее проговорил почти шепотом.

Я забыла, как дышать. Весьма своеобразный способ признаться в своих чувствах. Хотя это так... по-Стравински.

Не отрывая взгляда от Макса, провела ладонями по его обнаженному торсу вверх, очерчивая крепкие мышцы, и обвила руками его шею. Наше дыхание соединилось, за ним слились и губы. Он целовал меня жадно, как будто все никак не мог насытиться. Я отвечала ему не менее страстно, прижимаясь сильнее, чувствуя жар его тела.

Ты тоже - мой яд, Макс. Смертельно опасный яд...

***

Я не заметила, как мы оказались в спальне. Не прерывая поцелуя, Макс бережно уложил меня на невероятно мягкую, пахнущую лавандой постель, и сам оказался сверху. Порывисто запустил руку в мои волосы и сжал на затылке, вынуждая меня чуть откинуть голову назад. Оставив мои губы, проложил дорожку из поцелуев по шее, обжигая кожу своим жарким дыханием. Я затаилась, пропуская через себя каждое его прикосновение, будто пытаясь распробовать и запомнить каждое мгновение с ним.

Макс вдруг отстранился и слегка приподнялся на локтях, всматриваясь опьяненным страстью взглядом в мое лицо, словно ожидая какой-то реакции. Я выгнулась ему навстречу, жадно прильнув к таким желанным губам, и схватилась руками за его мощные плечи. Макс глухо зарычал, углубляя поцелуй, не в силах больше сдерживать свои чувства. Неужели я пробудила в нем зверя?

Его действия становились смелее, а ласки откровеннее. Моя рубашка в один миг была просто разорвана им, решительно и резко, что заставило меня охнуть от неожиданности. Горячая мужская рука легла на мой голый живот, медленно спускаясь, выводя какие-то причудливые узоры, и вдруг дерзко скользнула в самый низ и осталась там, срывая с моих губ полустон-полукрик.

Я теряла разум в объятиях этого родного мужчины, отдаваясь без остатка неизвестным мне ранее ощущениям. Казалось, что вместо крови по моим венам разливалась кипящая лава. Сердце неистово трепыхалось в груди. Тело то дрожало, то билось в агонии. Миллионы мелких импульсов прошлись внутри, взрываясь фейерверком.

В сознание меня привели мои же стоны, приглушенные поцелуями Макса. Отметая все нормы морали, как что-то ненужное, протянула руки к пряжке его ремня. Привстала, борясь с такими же непослушными, как и их хозяин, брюками, и выходя в итоге победителем.

Нырнув с головой в пучину чувств и эмоций, я полностью утратила связь с реальностью, отдавая себя во власть желанного мужчины. Время для меня потеряло значение. Все было неважно, кроме нас двоих.

И вдруг низ живота пронзила резкая боль, заставляя меня вскрикнуть и зажмуриться...

- Боже, Карина, - ошеломленно выдохнул мне в шею Макс и замер, позволяя мне немного прийти в себя. Я видела, каких нечеловеческих усилий ему стоила эта пауза.

- Все хорошо, Макс, все хорошо, - повторяла я, как заклинание, покрывая поцелуями его плечи и впиваясь ногтями в спину. - Не останавливайся.

Макс старался быть осторожнее, но бурлящая страсть оказалась сильнее, сметая последние крупицы его выдержки. Резкие вспышки боли с моем теле смешивались с легкими волнами наслаждения, и это просто сводило с ума. Балансируя на грани сна и реальности, я выкрикивала имя единственного мужчины, без которого, кажется, моя жизнь не имела бы смысла...

Я просыпаюсь посреди ночи от того, что кто-то крепко сжимает меня в объятиях, до боли, не позволяя сделать вдох. Пытаюсь понять, где я нахожусь, но мысли путаются в голове.

- Нет... Нет... - доносится до моих ушей срывающийся голос Макса.

Мужчина все не отпускает меня, сильнее обхватывая руками. Я чувствую, как по его телу проходит дрожь. Что происходит?

- Макс, отпусти, ты меня задушишь, - хрипло шепчу ему на ухо.

Он замирает, ослабляет хватку, я делаю глубокий вдох и, подавившись воздухом, кашляю. Макс берет меня за плечи и испуганно вглядывается в мое лицо, как будто не до конца осознавая, настоящая я или плод его воображения. Вижу, что на его лбу проступила испарина, да и сам он весь влажный, как после забега.

- Прости, - словно очнувшись, покрывает поцелуями мое лицо, зарывшись руками в волосы.

Мягко отодвигаюсь и серьезно смотрю ему в глаза:

- Макс, что случилось? Тебя мучают кошмары? - легонько касаюсь его щеки.

- Не бери в голову. Это всего лишь сон, - хмурится он.

- Расскажи, - шепчу ему прямо в губы, обхватив ладонями его крепкую шею.

Макс пытается отстраниться и спрятать взгляд, но я не позволяю ему этого сделать.

- Мне снится гибель моей мамы, - помедлив, все же коротко бросает он и думает, что так легко от меня отделается.

- Расскажи, - повторяю тихонько.

Мужчина будто сомневается, подбирает слова...

- Она погибла в автокатастрофе, - наконец, выдает он. - И это я ее убил, - как обухом по голове. И замолкает.

- Что случилось? - не унимаюсь я.

И Макс заговорил. Его слова лились, как бурная река, прорвавшая плотину и сметающая все на своем пути. Он рассказывал о матери, которая всегда его поддерживала, об отношениях с отцом, о непонимании и постоянных ссорах. Никогда я еще не видела Макса таким... настоящим. Хотелось обнять его и забрать всю его боль, но я боялась, что он сочтет мой порыв за жалость. Я лишь неотрывно смотрела в его глаза, не двигаясь, боясь спугнуть мужчину, который открылся мне, слегка приподняв свою ледяную маску. Но мне и этого достаточно...

- В тот вечер мы в очередной раз сцепились с отцом. Он доказывал, что я беспросветно глуп и выбрал не тот путь, не ту профессию, все не то, - начал заводиться Макс, и я провела рукой по его предплечью. - На наши крики вышла мама, она всегда старалась тушить огонь между нами, но в этот раз я в сердцах наорал и на нее. Потом схватил ключи от машины и просто уехал. Я мчал по дороге в никуда, просто, чтобы выпустить пар и привести мысли в порядок. В зеркале заднего вида заметил автомобиль отца. Думал, это он решил меня догнать. Вместо того, чтобы остановиться, сильнее ударил по газам, - он перевел дыхание и продолжил. - Я не заметил, как на встречку выехал грузовик, только потом узнал, что его водитель уснул за рулем... Я вильнул в сторону и смог избежать столкновения, но автомобилю, который ехал позади меня, не повезло: уворачиваясь, он на полном ходу врезался в столб на обочине, - мужчина нервно сглотнул. - За рулем оказалась мама, и к тому моменту, как я прибежал к машине, она была мертва. Без единой царапины. И подушка безопасности сработала исправно, только ремень не был пристегнут. Маму как-то неудачно встряхнуло во время удара и...

Макс замолчал, погружаясь в свои нелегкие воспоминания.

- Я... виноват... - произнес после мучительной паузы, но я не дала ему договорить.

- Нет, Макс, не смей себя винить, слышишь! - провела ладонями по его щекам и заставила посмотреть на меня. - Виноват тот гад, который выехал на встречку. Виновато роковое стечение обстоятельств. Виновата чертова судьба, в конце концов. Но не смей винить себя! Отпусти маму!.. И твой отец... Он любит тебя, это видно, просто он - своеобразный человек...

Мужчина мягко улыбнулся мне, погладив по голове, словно ребенка, потом притянул к себе и обнял.

- Ты - мой ангел, дьяволенок, - выдохнул Макс мне в висок и зарылся носом в волосы.

- Сам понял, что сказал? - хихикнула я, и это несколько разрядило обстановку. - Ты что-то недоговариваешь? - отстранившись, серьезно посмотрела на него и уловила тень сомнения на его лице. - Ну?

- В последнее время мне начало сниться, что я теряю тебя в похожей автокатастрофе, - с трудом выдавил из себя это признание.

- Ты меня не потеряешь, - шепнула нежно и прильнула к его губам.

Макс мгновенно ответил на поцелуй, его руки заскользили по моему телу. И только сейчас я осознала, что все это время мы были обнажены. Но смутиться не успела, так как прикосновения желанного мужчины тут же вызвали жар внутри, заставляя откликаться на ласки. Макс откинулся на подушки и увлек меня за собой, покрывая поцелуями плечи. Положил ладони на мои бедра, сжимая нежную кожу. И я снова оказалась во власти родного мужчины, растворяясь в наших чувствах...

Сквозь полудрему провела рукой по кровати: рядом никого не было. Открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света из окна.

- Ма-акс? - неуверенно позвала я, осматривая комнату. Вчера, честно говоря, мне было совсем не до этого.

Спальня оказалась слишком помпезной: резная мебель, лепнина на потолке, вычурные многослойные шторы, расписанные какими-то непонятными сюжетами стены... Я поморщила носик: или у Макса совершенно отсутствует вкус, или ему все время так "везет". Больше склоняюсь ко второму...

Нехотя встала с кровати и потянулась, попутно ища глазами свои вещи. Взглядом наткнулась на разорванную рубашку, несколько пуговиц валялись на полу. Заливаясь румянцем, обмоталась в простынь и выглянула в гостиную. Моя миссия сейчас - прошмыгнуть незамеченной в ванную, где сушились мои вещи, и там переодеться.

Но грубый голос Макса заставил меня встрепенуться и изменить свои планы. Я пошла на звук и оказалась в небольшой кухне. Оперевшись о барную стойку, спиной ко мне стоял Стравинский и говорил с кем-то по телефону на повышенных тонах. Я даже поежилась, слушая его властные нотки.

- Что ты сказала, Виола? Он... что? - продолжал рычать Макс в трубку, не замечая моего присутствия. - Ты уверена? Ничего не предпринимай, ни с кем не разговаривай, пока я не прилечу, поняла?.. Черт, - выругался, отключив телефон, и нервно потрепал свои волосы.

- Что-то случилось? - подала голос я и подошла ближе.

Макс повернулся ко мне, и я заметила, что он взволнован и взбешен, однако его эмоции тут же скрылись под непроницаемой маской. Сердце противно екнуло.

- Все в порядке, - выдавил из себя улыбку, но я не поверила ни ей, ни его словам. - Но мне придется улететь домой сегодня.

- Но ты говорил... - промямлила растерянно, вспоминая, что он обещал остаться на пару дней.

- Знаю, прости, - отрезал Макс и отвернулся к кофемашине. - Хочешь кофе?

- Нет, я пойду переоденусь, - вздохнула обреченно, даже не пытаясь пробиться сквозь невидимую стену, которую он опять воздвиг между нами. - Подбросишь меня в институт? - он лишь кивнул в ответ.

Всю дорогу мы молчали, да и приехали довольно быстро. Макс был прав: от отеля легко добираться в институт. Вот только это все равно ничего не меняет: он пытается руководить мной, а я сопротивляюсь. В этом все мы!

Максимилиан подает мне руку и не разжимает ладонь даже после того, как я уже выхожу из машины. Недоуменно смотрю на него. Он достает из кармана ключ-карту и вкладывает мне в ладонь.

- Ты же знаешь, что я не буду жить там, - говорю тихонько.

- Знаю, - грустно улыбается Макс. - Но мне будет спокойнее, если ключ будет у тебя. Мало ли что...

- Хорошо, пусть так, - своим скорым согласием завожу его в тупик.

Нежно, почти невесомо целует меня на прощание и отпускает. Уже поворачиваюсь, чтобы идти в институт, как слышу его бархатный голос:

- Может, полетишь со мной?

Сердце бьется в какой-то неистовой аритмии. Вплотную приближаюсь к Максу и глядя в глаза, произношу то, что ему не понравится:

- Не могу. Это, - указываю на здание за моей спиной, - очень важно для меня. Не заставляй меня делать выбор.

Максимилиан лишь кивает, как будто другого ответа и не ожидал, поспешно целует меня и направляется к водительскому месту.

- Макс, - окликаю его, и он замирает у открытой двери. - Я прилечу на выходные, - выдыхаю с улыбкой.

- Я буду ждать, - одними губами шепчет мужчина и садится в машину, будто боясь, что если задержится еще хоть на секунду, то уже не сможет заставить себя уехать.

Выход десятый

Максимилиан

Всю дорогу меня буквально разрывало на части. Я не хотел оставлять дьяволенка, но и то, что произошло дома, не мог проигнорировать. Если это правда, то... Нет, даже не хочу думать о подобном исходе! Сейчас приеду и во всем сам разберусь. Скорее всего, Виола все неправильно поняла, да и ее так легко обвести вокруг пальца. Одним словом, баба...

На ходу набрал Игоря, частного сыщика, который всеми силами помогал мне разобраться в мутной ситуации с отцом. Непосредственно перед моим отлетом в Париж он как раз заикнулся и каких-то подвижках в деле, однако тогда моя голова была забита другим... Точнее, другой...

- Максимилиан, я до тебя никак не мог дозвониться! - тут же слышится в трубке прокуренный голос Кравченко. - Ты в курсе, что произошло?

- Я только с самолета. Телефон был отключен, - рапортую я, вторя его тону, и уже тише добавляю. - В общих чертах. Можно что-то сделать?

- Рисково, - хмыкает Игорь. - Ты когда будешь дома, я приеду. Это не телефонный разговор...

- Встретимся через полчаса, - произнес я и тут же услышал характерный щелчок в трубке.

Стоило мне открыть дверь дома, как ко мне сразу подбежала заплаканная Виола, будто ждала меня все это время у порога. Кинулась на меня с объятиями, уткнувшись мокрым лицом в шею, и начала всхлипывать. С трудом оттянул ее от себя и строго проговорил:

- Успокойся! Покажи документы!

Виола поспешно закивала, метнулась в кабинет и уже через минуту протянула мне бумаги. Это были копии договоров якобы купли-продажи, заверенные нотариусом. На каждом стояла подпись отца. По документам, все наше имущество: издательство и дом - отходило некоему Василию Кобылину, хотя, уверен, это лишь подставное лицо.

- Что говорит отец? - хмуро обратился к Виоле. - Где вообще этот гад? - заорал на весь дом так, что мачеха подпрыгнула от неожиданности. И тут же заревела.

- Он... В больнице... - сквозь всхлипы выдала она. - Сердце не выдержало. В тяжелом состоянии, - слезы из ее глаз просто хлынули градом.

- Это он еще легко отделался, спрятался от меня, - рявкнул сердито, однако внутри гадко защемило: еще не хватало отца потерять.

Сквозь громкие рыдания и причитания Виолы я не сразу расслышал звонок в дверь. Отправил мачеху в ее комнату, приказав не высовываться, и открыл Игорю. Мы сразу прошли в кабинет и плотно захлопнули за собой дверь. Включив старенькое радио, сел за стол и вопросительно посмотрел на Кравченко. Тот, в свою очередь, протянул мне копии документов, которые я уже видел, поэтому лишь кивнул в ожидании новой информации.

- В клубе "77" есть вип-казино. Вход туда только по специальным картам, и у твоего отца она была, - Игорь пожал плечами, выдерживая паузу, а я откинулся на спинку кресла. - Он действительно проиграл все ваше имущество, а правила там нерушимы, сам понимаешь.

- Это не правила, - рыкнул я. - Это чертов лохотрон! Как его накрыть, Игорь? Ведь должен быть способ...

- Подожди, - поднял руку, прерывая меня жестом. - Ты не знаешь главного, - помолчав, шепнул. - Я выяснил, кто прикрывает казино, и не одно, а целую сеть по всему городу. Фамилия Емельяненко тебе о чем-то говорит?

Я тяжело выдохнул и стукнул кулаком по столу. Если вляпываться, так по самые уши, да, пап? Речь шла о том самом влиятельном члене правительства, с которым, к слову, и спала Катерина. В его руках были не только миллионы, но и админресурс, что автоматически делало мою задачу почти невозможной. Я обреченно посмотрел на Игоря и заметил, что он прячет глаза.

- Что еще ты не договариваешь? - сурово спросил. - Ну?

- Есть кое-что, - сдался он. - Помнишь жучок, что ты изловчился оставить в клубе, в кабинете этого Кобылина?

- Да, и вынес оттуда пару синяков... И? - я подался вперед, внимая каждому слову Кравченко.

- Этот придурок Кобылин обсуждал кое-что интересное, я скину тебе запись. Есть там и разговор с твоим отцом. Это косвенные доказательства, но все же... - развел руками Игорь.

- Нормально, - я хлопнул ладонью по своему колену. - Надо попытаться.

- Это серьезный риск. Если этот, - Кравченко многозначительно ткнул пальцем вверх, - впряжется, нам несдобровать, - покачал головой. - Тебе надо сразу искать влиятельную поддержку и... Советую вывезти семью за границу, мало ли, как далеко все зайдет... И я пас, ты уж извини, - поднял ладони вверх.

- Я понимаю, дружище. Спасибо! - нервно сглотнул я и пожал ему руку. - Но я просто обязан вернуть все имущество и... доброе имя нашей семьи. Особенно сейчас... Так что да, я пойду до конца.

***

Оставшись один в кабинете, я набрал Ключевого. Тот ответил немедленно - мой звонок не стал для него неожиданностью.

- Ты по поводу отца? - я кивнул, словно Валерий может это увидеть. - Я понимаю, что именно ты от меня хочешь. Дай мне два дня на раздумья. Я сам тебе перезвоню, - и бросил трубку.

Мой мобильный с размаху полетел в стену. Кажется, это уже входит в дурную привычку, хотя плевать. Яростно выдвинул все ящики массивного письменного стола в поисках папиной заначки. Ну, конечно! Откупорил найденную бутылку виски и запустил ею в шкаф, наблюдая, как коричневая жидкость расплескивается в разные стороны и окрашивает белоснежный пушистый ковер. От удара стекла разлетелись, осыпая пол острыми осколками. Но мне и этого было мало. Кожаный стул-кресло на колесиках с моей нелегкой руки полетел в противоположную стену, сбивая навесные полки, как кегли в боулинге. Страйк, черт возьми!..

В груди клокотало от злости и безысходности. Какого черта это все произошло именно сейчас? За что?

Повернулся спиной к двери, уперевшись кулаками в поверхность стола. Кажется, в этой комнате выжил только он...

Чувствую, как кто-то прижимается ко мне сзади, обхватывая тоненькими ручками плечи. Резко разворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с Виолой.

- Что ты... - недоуменно произношу я, но она прерывает меня поцелуем.

Какого хрена? Этот мир сошел с ума или погрузился в долбанный апокалипсис?

Грубо отталкиваю мачеху от себя и непроизвольно вытираю губы тыльной стороной ладони. Как будто с сестрой целовался, тьху!

- Ты с ума сошла? - мой крик оглушает меня самого.

- Я люблю тебя, - добивает меня Виола, лишая способности говорить. - Сама не знаю, как и когда это произошло, но... Я с тобой, я поддержу тебя, не брошу.

- Как сына, я надеюсь? - аккуратно спрашиваю, но мачеха отрицательно машет головой. - Не разочаровывай меня еще больше! - повышаю опять голос.

Виола вздрагивает и пятится к двери, глотая слезы. Приехали, остановка "Дурдом"!

- Виола, - устало, но твердо говорю я. - Собирай чемоданы, и чтоб к концу недели тебя здесь не было.

- Но куда... - пищит она, однако я не даю ей договорить.

- К своим в Германию поедешь. Ты говорила, у тебя там сестра, - Виола собиралась что-то сказать, но я жестом прервал ее. - Это не обсуждается. Иди, - мачеха послушно вышла, опустив голову.

В тот же момент полуживой телефон завибрировал где-то в углу. Надо же, качественный попался, консультант не обманул. Горько усмехнулся своим мыслям и поднял мобильный, в глубине души уже догадываясь, кто и зачем звонит.

- Да, Константин, я вас слушаю...

10.

Карина

Всю неделю сердце было не на месте, а ночами мучили кошмары. Это заразно, что ли? Душа тянулась к Максу, но разум твердил: надо не забывать и о своем будущем. Любовью сыта не будешь, а вот карьеру строить надо, и сейчас я делаю свои первые шаги.

Я сказала "любовью"?..

Пятница пролетела словно в тумане. С трудом дождавшись вечера, быстро собрала дорожную сумку, проверила документы и билет на самолет, который забронировала сразу после отъезда Макса. К слову, в тот же день я оставила ключ-карту на ресепшене отеля, оплаченного им, и отказалась от номера. Администратор с натянутой улыбкой сообщил, что деньги будут возвращены в течение недели, и пожелал мне хорошего дня. Стравинский будет в ярости, но иначе я не могла.

Из мыслей меня вырвал Пьер, который, коротко постучав, тут же ввалился в номер, лишь пожав плечами в ответ на мой недовольный взгляд. Заметив, чем я занимаюсь, хмуро свел брови к переносице.

- Ты куда?

- Домой на выходные, - отрезала я. - К понедельнику вернусь.

- Но мы хотели прогуляться по Парижу, - приблизился и взял меня за руку, которую я тут же отдернула.

- Ты хотел, - поправила его спокойно. - Думаю, без меня не заблудишься.

- Мчишься к своему Максу? - с плохо скрываемым раздражением бросил Пьер.

- А даже если и так? - с вызовом посмотрела в его глаза.

- Перемелет он тебя и выбросит! - чуть ли не закричал друг, и я впервые увидела его таким. - Типичный потребитель, которому плевать на чувства!

Ошеломленно посмотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Я прекрасно осознавала: в нем говорит ревность, но понятия не имела, что мне предпринять. Сделала несколько шагов назад и, тяжело вздохнув, твердо произнесла:

- Выйди из моего номера, Пьер! - махнула рукой в сторону коридора.

Он помедлил, но все же развернулся и покинул комнату, хлопнув дверью так, что, кажется, даже стекла задрожали.

С первыми лучами солнца я покинула отель. Я не спала всю ночь и невероятно нервничала по дороге в аэропорт. И лишь в самолете смогла выдохнуть с облегчением. Однако неприятное предчувствие не покидало. Списала это на усталость после тяжелой недели. Откинулась на спинку кресла и сама не заметила, как задремала...

Едва мои ноги коснулись земли, как я сразу достала мобильный, ругая себя за эту слабость. Однако пальцы сами набрали нужный номер. Макс не отвечал, заставляя меня нервничать еще сильнее. Часы показывали 9.15 утра, не может же он спать в это время?

На дисплей телефона упали почти невесомые снежинки и тут же растаяли. Зима уже тянет свои ледяные пальчики к хмурому ноябрю, но я даже рада этому: холод отрезвляет мысли. Подставила лицо первому снегу, закрыв глаза и глубоко вдохнув морозный воздух. Сердце требовало немедленно поехать к Максу, но разум упорно направлял домой, и я подчинилась воле последнего.

В гостиной меня уже ждали Амелия и папа. Я удивленно округлила глаза, но тут же расплылась в счастливой улыбке. Сбросив с себя верхнюю одежду, подбежала к родителям.

- Меня не было всего неделю, а вы уже успели так соскучиться, - хихикнула я, целуя папу в небритую щеку. - А что бы вы делали, если бы я уехала учиться в Англию! - подмигнула маме.

- Кстати, об Англии, - начала мама, но тут же прервала свою фразу.

Я недоуменно посмотрела на нее, а потом перевела непонимающий взгляд на отца. Он жестом предложил мне присесть, намекая, что нам предстоит серьезный разговор. Я нервно сглотнула, а в груди скрутился комок страха.

- Карина, - тяжело выдохнул папа, - ты в курсе, что Анатолий Стравинский проиграл в казино все имущество своей семьи? - и затих, наблюдая за моей реакцией.

Сердце ухнуло куда-то вниз и отказалось возвращаться. Я задержала дыхание и поднесла руку ладонью к губам.

Это сон! Кошмар! Проснись, Карина!

Но я не просыпалась... Зажмурила глаза, пытаясь взять себя в руки, и вновь распахнула, твердо и уверенно взглянув на отца.

- Нет, не в курсе. Это ужасная новость. Но она не меняет моего отношения к Максу, - медленно произнесла, догадавшись, к чему ведет этот разговор.

- Я же говорила! Упертая глупая девчонка! - вскочила Амелия. - Ты понимаешь, они потеряли все! Анатолий в больнице, а у Максимилиана даже нет денег, чтоб оплатить ему операцию! Это дно! - всплеснула руками и тут же обхватила себя за плечи.

- Мне плевать, - спокойно ответила я, не отводя глаз и даже не сдвинувшись с места, что взбесило маму еще больше.

Амелия раскрыла рот, чтобы сказать что-то еще, но вмешался Константин.

- Дорогая, помолчи, - нежно и при этом властно сказал он ей. - Доченька, пожалуйста, выслушай меня, - подался вперед, обращаясь ко мне. - Тут дело не столько в деньгах, это наживное, сколько в испачканном имени, так сказать. Эта... кхм... ситуация подняла такую шумиху, все только о ней и говорят. И если кто-то пронюхает, что моя дочь близка с сыном лудомана, это сильно ударит по нашему бизнесу...

- Что ж, тогда, может, отречешься от дочери? Потому что я не собираюсь отрекаться от Макса, уж прости, - со злостью выпалила я и встала.

- Не горячись, детка, - по-доброму сказал папа, заставив меня замереть в нерешительности. - Я не заставляю тебя отказываться от него. Я предлагаю вам расстаться на время, пока все уляжется. Думаю, тебе все-таки следует отучиться в Англии. И образование получишь, и переждешь там до тех пор, как ситуация не наладится...

- Нет! Нет! - отчаянно махала головой я. - Ни за что, слышите? - крикнула обоим родителям. - Вам придется меня оглушить и отправить бандеролью. Сама я не уеду!

Уверенными шагами устремилась к выходу, по пути захватив пальто. Не оборачиваясь, покинула особняк, захлопнув за собой дверь.

Через полчаса я уже у дома Макса. Расплачиваюсь с таксистом и чуть ли не сталкиваюсь нос к носу с Виолеттой. Медленно обвожу ее взглядом: заплаканные глаза и раскрасневшееся лицо, в руках - чемодан.

- Вы уезжаете? - надрывно спрашиваю я. - Сейчас? Вы же нужны ему! Как вы можете, - последнее почти шепчу.

- Никто ему не нужен, - всхлипывает она, - разве что, кроме тебя, - добавляет с раздражением и, отталкивая меня, направляется к своей машине.

Дом не заперт. В гостиной беспорядок. Ноги сами ведут меня в кабинет.

Осторожно толкаю дверь рукой, и та бесшумно открывается. Сразу вижу Максимилиана: он сидит спиной ко мне в кожаном кресле, откинувшись на широкую спинку. Рядом на полу начатая бутылка виски и стакан.

Решил пойти по стопам отца - и утопить проблемы в алкоголе? Нет, дорогой, я тебе этого не позволю. И так легко не сдамся.

Тихо подхожу к Максу и опускаю руку ему на плечо. Мужчина вздрагивает и, как в замедленной съемке, поворачивает ко мне голову. Смотрю в его глаза, такие пустые и уставшие.

Нет, он вовсе не пьян, скорее, разбит и подавлен.

Стравинский накрывает мою руку своей, нежно проводя пальцами, но уже через мгновение, будто одумавшись, резко отбрасывает ее и встает.

- Что ты здесь делаешь? – произносит холодным, отстраненным тоном.

Каждое его слово будто льдинка, осколки которой больно впиваются в сердце.

- Макс, я знаю, что случилось. И хочу сказать тебе, это не важно! Все не важно! - говорю быстро и скомкано, лишь бы не дать ему себя перебить. – Ты должен знать, я с тобой, несмотря ни на что! Вместе мы…

Мужчина хмурится и сжимает губы до тонкой линии. Подходит ближе, скрестив руки на своей вздымающейся от негодования груди.

- Нет никаких «мы»! - бросает мне прямо в лицо. – Не знаю, каких воздушных замков ты настроила в своей миленькой рыженькой головке, но нас с тобой ровным счетом ничего не связывает!

Я испуганно замираю: кто этот человек, что стоит сейчас передо мной?

- Ты специально отталкиваешь меня? Макс, не делай этого с нами. Только не сейчас! – мое сердце готово выпрыгнуть из груди, а на глазах выступили непрошенные слезы. Поспешно смаргиваю их, чтобы Макс не заметил и не принял это за жалость. Но он видит, и черты его лица становятся еще жестче.

- Думаешь, если я провел с тобой ночь, то на следующий день мы побежим вприпрыжку под венец? Глупая, наивная девчонка! Знал бы, что ты такая, вообще никогда бы не связался с тобой! – громко, надрывно смеется Стравинский, запрокинув голову назад.

Этот хохот разрывает мою душу на части. Хочется зажать уши, чтобы хоть как-то заглушить его. Что же ты делаешь, Макс? Чего добиваешься?

Будто услышав мой вопрос, он обрывает свой смех и приближается ко мне практически вплотную. Хватает рукой за подбородок, стискивая до боли, и впивается в мои губы жестким, грубым поцелуем. Пытаюсь высвободиться, но тщетно. Мужчина буквально сминает мои губы, кусает, нарочно делая мне больно, и при этом не отпускает. Его свободная рука ползет по моей талии, спускается все ниже и сжимает бедро, кажется, останется синяк. Макс чуть ли не впечатывает мое тело в свое, настолько сильно, что я не могу дышать.

Все прекращается так же внезапно, как и началось. Будто демон, вселившийся в Стравинского, вдруг покинул его тело. Покинул ли?

Максимилиан порывисто отстраняется, и я, наконец, получаю возможность сделать вдох.

- Считай, что это прощальный подарок. А теперь уходи! – рявкает и толкает меня к двери.

Но я не слушаюсь, а наоборот, делаю шаг навстречу Максу. Он рывком хватает меня за плечи и встряхивает, как какую-то тряпичную куклу.

- У тебя есть хоть капля гордости? - ревет мужчина, и в этот момент он похож на дикого разъяренного зверя. – Убирайся, черт возьми! Пошла вон!

Стравинский упорно тащит меня к выходу, несмотря на то, что я сопротивляюсь, как могу, и вышвыривает на улицу, словно нашкодившего котенка. Или наскучившего?

Напоследок он захлопывает дверь прямо перед моим носом. От неожиданности зажмуриваю глаза. Пытаюсь отдышаться, но ком в горле не позволяет этого сделать.

- Ма-акс! - кричу истошно в закрытую дверь и яростно бью по ней кулаками.

В ответ слышу лишь затихающий звук быстро удаляющихся шагов.

Вот и все?!

Поворачиваюсь спиной к двери и медленно сползаю вниз, прямо на ледяное, припорошенное снегом крыльцо. Горло душат слезы, они стекают по щекам, оставляя тонкие дорожки, и капают мне на одежду. Глаза застилает туман обиды.

Все же не может вот так закончиться?! После того, что было... Нет, только не сейчас...

На следующий день. Карина

Запахи больницы проникают в нос, лишая возможности мыслить здраво. С детства боюсь врачей, какая-то странная фобия. Но все же иду по длинному светлому коридору в нужное мне отделение.

На медицинском посту меня останавливает медсестра:

- Вы к кому? Время для посещений закончилось, - тоненько говорит она.

- Анатолий Стравинский в какой палате? - отрешенно спрашиваю я.

- В реанимации, - с ходу отвечает она, будто тут все только о нем и говорят. - К нему вообще никого не пускают, извините, - пожимает своими хрупкими плечиками.

- Могу я поговорить с его лечащим врачом?

- Михаил Петрович в ординаторской, - показывает рукой на кабинет, и я, не теряя времени, иду в том направлении.

Уверенно стучусь в дверь и тут же ее открываю. Широко улыбаюсь сидящему в кресле мужчине средних лет. Врач смотрит на меня поверх своих очков, а рука так и замирает над историей болезни, которую он заполнял, пока я не помешала.

- Здравствуйте, Михаил Петрович, - как можно доброжелательней говорю ему и сажусь на стул напротив. - Меня интересует состояние Анатолия Стравинского...

- А вы, собственно, ему кто? - щурится то ли с недоверием, то ли просто из-за плохого зрения.

- Невестка, - нагло вру, не прекращая улыбаться. - Только вернулась из Франции, - а тут даже лгать не пришлось.

- Хм, что ж, - доктор устало потирает виски. - Состояние стабильно-тяжелое, нужна срочная операция. Желательно, за границей. Я говорил уже об этом с вашим мужем, - на этом слове мое сердце забилось быстрее, но я заставила себя успокоиться. - Мы подали Анатолия Стравинского на квоту, но, сами понимаете, очередь там движется медленно. Ваш муж собирает деньги на платную операцию, но...

- О какой сумме идет речь? - перебиваю Михаила Петровича и после того, как он озвучивает цифру, говорю. - Мне нужны реквизиты. И еще, - добавляю поспешно. - Я надеюсь, наш разговор останется в тайне? Просто мой муж, - невольно вздрагиваю от своих же слов, - не любит, когда я лезу в его дела. А я просто хочу помочь, - честно признаюсь.

Реакцию Михаила Петровича сложно понять: он невозмутимо сидит и сканирует меня взглядом.

- Чужая семья - потемки, и я предпочитаю туда не лезть, - наконец, выдает доктор.

Я удовлетворенно киваю и, попрощавшись, спешу покинуть ординаторскую и больницу в целом. Не хватает еще тут с Максом столкнуться.

- Ты опять была у Максимилиана? - хлестко бросает Амелия, стоит мне лишь переступить порог дома.

Я игнорирую ее вопрос и, оставив пальто, молча прохожу мимо.

- У вас с ним что-то было? - срываясь на крик, визжит она мне в спину.

- Это не твое дело! - поворачиваюсь и смотрю ей в лицо, а у самой на глаза наворачиваются слезы. Почему же так больно!

- Боже, Карина, - Амелия хватается за сердце, если, конечно, оно у нее есть. - У тебя хоть хватило мозгов предохраняться? - от ее слов меня коробит. - Если ты... Ты не понимаешь, что такое нежелательная беременность!..

- Зато ты понимаешь, да? - обрываю ее грубо и, уже не сдерживая всхлипов, вываливаю на нее свои эмоции. - Не понаслышке знаешь, как это - растить и воспитывать ребенка, которого никогда не хотела, и потом стараться как можно скорее избавиться от взрослой дочери, ммм?

- Что ты говоришь, Карина, - ошеломленно шепчет Амелия. - И как ты разговариваешь с матерью!

- С матерью, которая даже мамой себя называть не позволяет? - взрываюсь я, сметая все вокруг ударной волной. - Так себе мать! Инкубатор, скорее!

Вместо ответа гремит звонкая пощечина. Кажется, этот звук эхом разносится на весь дом. Я не сразу осознаю, что случилось, как будто наблюдаю со стороны. Амелия так и замирает с занесенной рукой, испугавшись своих же действий. Прикладываю ладонь к своему лицу - щека горит. Впервые за всю жизнь мама ударила меня, но, стоит признать, я и сама перегнула палку.

Не произнеся больше ни слова, разворачиваюсь и поднимаюсь в свою комнату, слыша шепот Амелии: "Прости".

Уже простила, мам, впрочем, как и всегда...

До самого вечера закрываюсь у себя в полном одиночестве, дожидаясь отца. Я уже знаю, что ему скажу и как буду действовать дальше. Это решение далось мне нелегко, но именно оно кажется мне единственно правильным. Тем не менее, душа просто рвется на лоскутки.

- Папа, нам надо поговорить, - серьезно произношу я, заходя в его кабинет и плотно прикрыв двери.

Константин молча поднимает на меня взгляд и кивает на кресло. Вдох-выдох. Как же тяжело! Кажется, я вот-вот потеряю сознание от нервного напряжения.

- Я согласна на твое... предложение, - выдаю на одном дыхании, и отец сразу понимает, о чем речь. - Но у меня есть одно условие...

- Ты будто деловые переговоры ведешь, - усмехается, положив руки на стол. - Говори, я слушаю.

Я протягиваю записку с суммой, необходимой на лечение Анатолия, и реквизиты клиники. Константин пару секунд изучает бумаги и понимающе кивает еще до того, как я успеваю договорить.

- Пожалуйста, оплати операцию Стравинскому-старшему, и я уеду, куда и когда скажешь. Только Макс не должен знать, откуда поступили деньги, хорошо? - замолкаю, потому что в горле пересохло.

- Я согласен, - быстро отвечает папа и с сожалением смотрит на меня. - Я договорюсь, чтобы тебя зачислили с января, сразу на второй семестр, но в Англию ты уедешь уже сейчас.

- Как скажешь, папа.

Мой маленький мирок рушится в этот миг, как карточный домик. Все, что люблю, я вынуждена оставить здесь. Кажется, часть меня сейчас умирает, содрогаясь в конвульсиях. "Со временем станет легче", - уговариваю себя, но ни капли не верю своим же словам...

Продолжение в книге "Жена на выход"

Content

Лесневская Вероника Сергеевна Невеста на выход

Невеста на выход Вероника Лесневская

пролог

Выход первый

1.

Выход второй

2.

Выход третий

3.

Выход четвертый

4.

Выход пятый

5.

Выход шестой

6.

Выход седьмой

7.

Выход восьмой

8.

Выход девятый

9.

Выход десятый

10.