Соколова Надежда Игоревна

Ведьма развлекается

Глава 1

Новые и старые знакомые

Даниил:

Лес наконец-то заснул.

Ноябрь в этом году обрадовал детишек неожиданным ранним снегом, взрослых – тяжелыми зимними приготовлениями, а меня – дополнительными мозгодробительными хлопотами, видимо, чтобы опять на скуку не жаловался.

Детвора из окрестных сёл и деревень твердо решила, что небольшая открытая полянка перед моими владениями – самое лучшее место для постройки очередного снежного городка, и теперь наслаждаются ежедневными «кровавыми» битвами, вплоть до наступления глубокой ночи, не только мелкие негодники, но и вся лесная живность…

Белкам, еще не успевшим сменить свои яркие летние шубки на менее заметные, доставалось сперва сильнее всех: они были отличными мишенями для обеих сражающихся «армий». А сельские пацаны, в отличие от многих городских, довольно меткие стрелки… После нескольких особо точных попаданий краснохвостые красавицы перепугались и стали появляться исключительно в самой гуще леса, не рискуя нарушать новые зимние границы, а тех, кто уже успел пострадть от «боевых действий», мне пришлось откармливать лесными орехами. Между прочим, из собственных запасов!

Волки пока были сытые, за лето они хорошо откормились, но я все же переживал: зима, судя по всему, будет долгой и холодной. А это значит, что из леса мне в холода надолго отлучаться никак нельзя, чтобы серые хищники не обнаглели вконец и не пошли гулять по людским селеньям.

Кому крупно повезло, так это Михайло Потапычу. Он нашел удобную и глубокую пещеру в самом сердце леса, залег в неё еще в середине октября и теперь спокойно смотрит сладкие сны. Деревенская молодежь его донимать перестала, теперь у них иное развлечение: кто больше оленей выследит. Лес-то царским считается, убивать здесь сохатых нельзя, они все царю принадлежат. А вот следить за ними никто не запрещал.

И «охотятся» теперь эти умники, поднимая шум и гам во весь лес: то в пустую лисью нору, укрытую глубоким снегом, по глупости своей какой-то недотепа попадет, вытаскивай его потом, то кого-то из молодняка потеряют: визгу на весь лес стоит, а леший искать должен. Часто мне по ночам спать не дают. Я уже вместо Потапыча готов им ребра переломать!

С Ариной Яговной мы наконец-то помирились. Нет, свою избушку она мне до сих пор изредка вспоминает, заставляя отчаянно краснеть при этом, но теперь уже нечаянной встречи с ней я не боюсь и её угодья по широкой дуге не обхожу. Наоборот, часто в гости заглядываю на чай с малиной и блины с джемом и сметаной. Печёт их старушка мастерки. Я порой сам не замечаю, как тарелку с верхом съедаю, и если бы не мои ежедневные хлопоты да заботы, совсем бы растолстел.

Сама Яговна рассказывала, что к ней после нашего путешествия профессор Цирин несколько раз заглядывал, постоянно соблазнял преподаванием в своей магической академии, ярко рисовал картины общения с одаренной молодежью. Старушка на это отвечает, что ей нужно время, чтобы подумать, но, судя по всему, ближе к началу лета все же сорвется к магам, будет адептам собственный опыт в теории и на практике передавать. Очень уж оживляется она, едва о магах и магии речь заходит. Сразу видно: скучно ей здесь одной живется, всё тоскует по тем временам, когда по миру свободно путешествовала.

А вот непоседа Лена, или, как ее частенько называет Цирин, «33 несчастья», после наших долгих странствий и её глупых выходок дорогу в мой лес позабыла. Так что я в кои-то веки наслаждаюсь тишиной и покоем! Хотя, стоит признать, и скучно без нее изредка бывает…

Магдалена:

Свобода! Что за сладкое, просто волшебное слово! Особенно после очередного общения с родными!

Сразу же после приезда я с головой окунулась в накопленные за время моего отсутствия повседневные дела: постоянные заговоры, наговоры, успешное лечение коров от абсцесса и Елисея – от похмелья. Ну и Пашка, конечно же, как же без него! Хотя, честно признаюсь, отвыкнув от знакомого круга общения, я сначала была рада ему, как дорогому родственнику, но потом он своими непрекращающимися слезными просьбами и мольбами вновь привычно довел меня до белого каления. В этот раз, кстати, до бунта дело не доходило. Как объяснила мне однажды Василиса, ее супруг прилюдно пообещал знаменитому бунтарю и страдальцу, что после очередного «смущения» народа «героя» отправят в дальнюю деревню и навсегда запретят ему появляться в Китеже. Подействовало. Пашка присмирел, но за мной по-прежнему таскался хвостиком и ныл, прося найти ему принцессу.

В первую же ночь после возвращения во дворец в мой сон почему-то вновь пришли ирги. Они были если не разгневаны, то уж точно сильно раздражены.

- Глупая девчонка… - шипела, зависая неподалеку от меня, главная среди них. - … ты должна была непременно убить в подземелье этого мальчишку-цирха…

- Но почему? Чем может помешать вам или миру неинициированный паренек? – Я честно пыталась понять, в чем смысл, но в ответ раздалось лишь неразборчивое злобное шипение, и из сна меня сразу же выкинуло. Уснуть в эту ночь мне больше не удалось, размышления насчет приснившегося тоже ни к чему не привели. Я просто не могла понять мотив этого несостоявшегося убийства.

Утром я попыталась связаться с Цириным, посчитав, что ректор может знать что-то больше меня, но тот отреагировал чересчур неадекватно: едва увидев мое лицо на экране своего талифана[1], он быстро сделал знак, отгоняющий любую нежить, и немедленно отключился. Я всерьез обиделась и больше общаться со своим бывшим учителем не пыталась.

Время летело быстро и незаметно, и я уже позабыла обо всем на свете, когда однажды ночью во сне ко мне пришел дед. Вернее, забрал меня в свою каморку и строго предупредил, что утром у меня будет всего несколько часов на сборы. Вот же «засада», как любят выражаться адепты! Я и забыла уже о его ультиматуме! Пришлось рано утром тащиться к сонному, недавно вставшему Елисею.

- Чего тебе не спится в такую рань? – поинтересовался недовольно царь, уже одетый в свой парадный костюм и шелковую мантию (ждал с утра пораньше послов из Фрезии).

Я подавленно вздохнула:

- Не поверишь, ко мне ночью пришел дед, сильный маг, и предупредил, что утром я должна уехать домой…

Выглядела я настолько несчастной, что Елисей хмыкнул, а Василиса, как раз вошедшая в комнату, обняла нерадивую ведьму за плечи, прижала к своему нарядному платью и участливо спросила:

- Всё настолько плохо?

Я подняла на подругу страдальческий взгляд:

- Мои родичи терпеть не могут мою работу и мой образ жизни. Для них было бы идеальным, если бы я вышла замуж за давно приготовленного для меня жениха, заперлась в его замке и стала рожать детей, каждый год – по 5-6 детей.

- Приготовленного жениха. Ну, Лена, ты о нем, как о жареной утке с яблоками, говоришь, - фыркнул царь. – Ладно, я тебя понял. Можешь отправляться на свидание со «злобными родственниками», только постарайся не пропадать надолго.

- Это будет зависеть уже не от меня, - еще раз мученически вздохнула я и вернулась в свои покои.

Собирать особенно мне было нечего. Книги и конспекты по магии я брать не стала, чтобы не нервировать родных, не одобрявших мое занятие. Положила в сумку шкатулку с амулетами, для непосвященного взгляда выглядевшими как обычные драгоценности дорогие и не очень, добавила туда же элегантный брючный костюм на всякий случай, немного карманных денег (выданный недавно казначеем Елисея честно заработанный аванс) и села ждать деда.

Тот, конечно, не замедлил появиться: через несколько секунд в комнате открылся пространственный портал, и оттуда вывалился усталый и какой-то замотанный родственник.

- А ты почему еще не одета, - обняв меня в качестве приветствия, поинтересовался он.

Я пожала плечами:

- Так у меня только костюмы и сарафаны, а ты сам знаешь, матушке моей платья в пол подавай.

Дед ухмыльнулся:

- Значит, надевай сарафан. Она же в курсе, где ты живешь, а значит, в платье в пол тебя точно не ждет.

Я послушно зашла за ширму в углу комнаты, быстро переоделась, и мы перенеслись в родовой замок, попав прямо в огромный мраморный зал, увешанный гирляндами из разноцветных стеклянных фонарей, явно гномьей работы, и искусственных цветов и фруктов.

Нас встречала целая толпа. У меня всегда было очень много родственников, и каждый из них в точности знал, что именно мне надо для полного счастья. Меня, естественно, с самого моего рождения никто и не думал спрашивать. Может, именно поэтому я так редко бывала дома. Зато теперь, похоже, все собравшиеся надеялись оторваться на мне за время вынужденного расставания со своей строптивой живой игрушкой… И мне заранее это не нравилось…

- Магдалена, девочка моя! – Стройная моложавая женщина невысокого роста, изящно сложенная и хорошо одетая, сжала меня в объятиях. – Как же я соскучилась!

Если бы не дед за спиной, я бы точно сбежала, а так… Широкая, пусть и немного искусственная улыбка на лице, и наигранно-жизнерадостное:

- Здравствуй, мама!

- А похудела-то как! – Герцогиня Ириада ант[2] Антанайская, похоже, всерьез собралась пересчитать все ребра у своей ненаглядной блудной дочери.

- Ири, ты ее так задушишь, - послышался сбоку недовольный голос отца.

Я повернула голову и слабо улыбнулась своему родителю-великану, герцогу Найтесу ант Антанайскому.

- Здравствуй, папа.

Ответить он не успел.

- О! Да никак Ленка объявилась!

Мое спасение – тетушка Элеонора, или Эли, как она требовала, чтобы я ее называла, - милая невысокая толстушка-хохотушка, спешила из другого конца помпезно украшенного зала.

Тетя была черной вороной в нашем «благообразном» семействе. Она носила брюки в общественных местах, занималась наукой, была проста в общении и дружила с дворовыми и крестьянами, утверждая, что они помогают ей находить новые идеи для ее научных опытов. Родственница была старше меня на семь лет, но все же еще не вышла замуж и по меркам местной аристократии считалась старой девой, на что, впрочем, не обращала ни малейшего внимания.

Матушка, чьей младшей сестрой являлась Эли, при одном ее появлении привычно скривилась, но меня из объятий все же выпустила. Сзади весело хмыкнул дед. Только он, известный и могущественный маг Скаратей ант Фарионен, понимал и даже частично одобрял поведение своей младшей дочери.

Тетушка тем временем приблизилась, окинула меня критическим взглядом и покачала головой:

- Брюки тебе идут больше.

- Элеонора! – Мамина тонкая душевная организация не вынесла подобного «разрыва шаблонов», но родственница лишь чуть скосила глаза в сторону сестры, с удовлетворением удостоверилась, что та не упала, по своему обыкновению, в очередной затяжной обморок, и вновь повернулась ко мне:

- Надолго приехала?

- Не знаю, - честно ответила я. – Мой работодатель, вообще-то, просил особо не задерживаться. Работы очень уж много.

Мама картинно вздохнула:

- Магдалена, деточка, я, конечно, прекрасно понимаю, что ты ценный сотрудник и без тебя будет трудно, но все же нужно и своей семье время уделять!

- Я думаю, мы попозже найдем компромисс, - вступил в беседу молчавший до этого дед. – А пока, Ириада, проводи дочь в ее комнату, пусть переоденется, и прикажи лакеям накрывать на стол. Девочка с утра еще не завтракала.

Мой желудок (предатель!) покорно подтвердил эти слова музыкальным звучанием, заставив меня покраснеть от стыда, а родственников – рассмеяться.

- Да, папа, ты прав!

И меня потащили сквозь плотную толпу родичей.

Глава 2

Не желаете ли пообщаться?

Замковый повар расстарался на славу. Стол буквально ломился от блюд: жаркое из оленя под кисло-сладким сметанным соусом, запеченные в тесте голуби, чье нежное мясо обожал отец, молочный поросенок с яблоками, картошка, запеченная с овощами, новомодное введение – стейк из телятины – для деда и некоторых моих дядюшек, различные овощные и мясные салаты, ну и конечно же выпивка: вина, разные виды коньяка, морс и компот для молодежи.

Поесть мне толком не дали. Общество ждало общения, так что пришлось выступить в роли сказителя-шута. Родственники, кроме деда и отца, были свято уверены, что я занимаюсь только лишь целительством, попросту говоря, работаю знахаркой.

Разуверять их было бессмысленно, так как серьезные магические приключения, по мнению моей родни, могли выпасть только на долю физически и психически сильных мужчин-магов, женщины же должны были возиться с травками на огороде, шептать наговоры от родильной горячки крестьянам да лечить от простуды и похмелья. Так что за столом я рассказывала исключительно о своей недолгой службе при дворе императора Фрезии и подробно описывала жизнь и быт далекой и сказочной для местных Роси.

Но вот и десерт. Торт, коржи с медом и клубничным вареньем, мороженое в розочках – уж это-то мне дали поесть. Зато сами сотрапезники, пока я молчала, живо обсуждали рассказанные мной истории. Теперь тем для сплетен прибавится, но зато и меня на какое-то время, надеюсь, оставят в покое.

Наконец завтрак закончился.

- Магдалена, детка, ты составишь нам компанию в гостиной?

О, нет!

Нервно расправляю несуществующие складки на пышных юбках нежно-голубого муслинового платья (я в нем похожа на фарфоровую куклу с полки, такую же глупую и безвольную, но мою ненаглядную маменьку этот факт нисколько не волнует), делаю глубокий вдох и медовым голоском девочки-отличницы уверяю:

- Конечно, мама.

Матушка затмила довольной улыбкой само солнце:

- Отлично! Я взяла на себя смелость пригласить к нам на чай Ульриха. Думаю, ты будешь рада его увидеть!

Ой… Где там дед? Может, уже смылся, и я смогу быстренько открыть портал прямиком в родную академию? И плевать, что мне ректор скажет… Нет, вон он сидит, гад такой, довольно ухмыляется! Ну как же, бесплатное развлечение! Знал же, знал, что этот… здесь будет! И даже не подумал предупредить!!!

Ульрих ант Вальденштар был герцогом, сыном самого крупного землевладельца во Фрезии, дальним родственником императора и моим женихом. Вернее, личной головной болью. Мужчине было уже давно за тридцать, но выглядел и вел себя он как наивный ребенок.

Всю свою жизнь Ули, как звали его приятели и недруги (вторых было намного больше), посвятил поисках любой информации о цирках и лернееях. Да, по иронии злодейки-судьбы, именно мой ненаглядный жених был «повернут» на этих расах настолько, что совершенно не обращал внимания на все происходящее вокруг него. Инфантильный остолоп под два метра ростом - именно так я сразу же охарактеризовала его после нашей первой встречи.

Мне было пятнадцать, и я точно знала, чего хочу от жизни. Он же смотрел на меня своими наивными телячьими глазами, хлопал длинными девичьими ресницами (мечта любой кокетки при дворе императора, между прочим!), ныл об отвратительных библиотеках не только во Фрезии, но и по всему миру, и изредка отпускал тупые комплименты насчет моей внешности и одежды. Естественно, никто не спрашивал, хочу ли я быть женой вот этого чудовища. Меня просто поставили перед фактом. Отцу срочно понадобились деньги на поместье, и он не нашел ничего лучше, как продать собственную дочь.

Бунтовать я не стала, просто повернула на пальце подаренное мне дедом колечко и оказалась у него в келье. Скаратей, узнав, пришел в настоящее бешенство, вернулся со мной в замок, устроил фирменный разнос моим родителям, и свадьбу сразу же отложили; меня же, по настоянию того же деда, отправили учиться магии в академию. Пару раз за эти годы я видела своего женишка на официальных приемах, когда приезжала домой на каникулах. И вот теперь такой «сюрприз»! Впрочем, в эту игру можно играть не только маме. Тем боле, что у меня после недавней поездки есть в рукаве высшие козырные карты. И я покладисто улыбнулась:

- Я буду рада увидеть Ульриха, мамочка.

Отец и дед явно что-то заподозрили, сверкнули попеременно глазами, но вмешиваться, слава богам, не стали. Мать же ничего не поняла и победоносно улыбнулась. Ничего, как известно, лучше всего смеется тот, кто смеется последним.

Максимилиан Цирин:

- Адептка Агата, объясните, пожалуйста, что именно вы делали ночью на крыше общежития для преподавателей мужского пола?

Смотрит в пол, молчит, видимо, пытается придумать, чтобы такого сказать, чтобы я ложь не почувствовал, но и чтобы своих истинных намерений не открыть.

За то время, что девочка учится в академии, она прямо расцвела: стала уверенной в себе, перестала зажиматься и сейчас даже, перед лицом ректора, сидит в кресле, расправив плечи. И сразу видно, что девочка вырастет симпатичная, хоть и не красавица. А вот от фамилии отчима отказалась наотрез. Заявила, что не хочет быть связана с этим семейством ничем, даже именем. Хотя к тете с дядей на каникулы поедет. Часто с ними переписывается, улыбается, когда письма от них получает. Ну и правильно. На этом свете у каждого из нас должны быть за спиной те, кто всегда поддержит и поможет. Пусть в данном случае это будет гоблин со знахаркой-женой.

- Адептка Агата, я повторяю свой вопрос. Что именно вы делали ночью на крыше общежития для преподавателей мужского пола?

Побольше холода в голос. Хотя девчонку этим не испугать. Не в той ситуации мы с ней познакомились, чтобы она меня боялась. Опасается – это да, но скорее не меня, а возможности вылететь из академии.

Подняла глаза, смотрит прямо, как будто что-то для себя решила. И голос такой уверенный, звонкий.

- Я хотела попасть в комнату профессора Альтера ант Церского, профессор Цирин.

Да уж. Лучше бы я и не спрашивал…

- Ты действительно думаешь, это была хорошая идея: посреди ночи заявиться к своему отца через окно?

Вздрогнула, покраснела.

- Вы знали?

Передергиваю плечами.

- Естественно. Практически с самого начала. Это только он настолько слеп, что искренне не понимает, почему одна из адепток так сильно его ненавидит.

Ребенок потупился. И сразу же, с жаром:

- Я не ненавижу! Я презираю!

Ой-ой-ой… А дело-то хуже, чем я предполагал… Девочка не только мстить собиралась. Она, похоже, мечтает, чтобы отец наконец-то обратил на нее внимание. Только странные способы для получения этого внимания выбирает.

- Хорошо, не будем пока о твоих чувствах. Как ты забралась на крышу, мне понятно: твои закадычные подружки, Сьюзи или Роза, отвезли. Мне непонятно другое. Что конкретно ты собиралась делать в комнате профессора Церского?

Девочка на мгновение замялась, но потом все же сунула руку в карман мантии вытащила оттуда травку. Маленькую такую травку, с желтым стеблем и розовыми цветочками. Я резко закашлялся, подавившись воздухом. Теперь понятно, почему она даже в моем кабинете перчатки не сняла.

- Агата, ты с ума сошла, - прохрипел, придя в себя. Дите смотрело настороженно, пытаясь понять, какое наказание я придумаю. – Ты хоть понимаешь, что именно скретчер[3] вызовет у твоего отца?

- Да что тут такого, - передернула плечами малолетняя хулиганка. – Ну почешется немного.

И с вызовом добавила:

- Вряд ли ему будет хуже, чем было мне в той деревне!

Ясно. Обида сильная, отца девчонка точно не простит.

- А ты в курсе насчет побочного действия этой травки, - вкрадчиво интересуюсь у адептки.

Широко распахиваются удивленные глаза:

- А у нее разве есть побочное действие?

- Представь себя. Хотя… Кто там у вас курс о флоре читает? Вареника Бориславская? Ну эта-то могла и не сказать. Скромница, видите ли. Ты уже знаешь, откуда берутся дети?

Покраснела, отвела глаза, кивнула.

- Так вот после твоей травки у профессора Церского полгода не будет никаких контактов с женским полом, причем вообще. Скретчер вызывает к женщинам стойкое отвращение. Ты этого хотела?

Сидит полыхает щеками:

- Нет. Я… Я не знала…

- Не сомневаюсь. И что мне теперь с тобой делать?

Впрочем, вопрос был риторическим. Ответ я уже знал.

Магдалена:

В Китеже уже была зима, стало морозно, недавно выпал первый снег, и дома стояли, словно накрытые легкой узорной шалью. Детвора вовсю каталась на санях и лыжах и пыталась лепить снежную бабу. В селах, насколько я слышала, даже устраивали на отдельной территории настоящие снежные побоища, создавая специальные городки. Молодежь развлекалась по полной.

Здесь же, на юге Фрезии, погода была еще осенней, хоть и довольно прохладной. Я, летний цветок, холод не любила. В такое время года я старалась по меньше времени проводить на улице и побольше – у камина, укутавшись в плед, читая очередной трактат о магии и попивая горячий вайс[4]. Увы. В ближайшее время позволить себе подобную роскошь я не могла. Приходилось, поддерживая одной рукой подол длинного шерстяного платья, неся в другой дамскую сумочку, пробираться по осеннему лесу. Ботинки были новыми и жали по всей ширине. Матушка вновь не угадала с размером, я же свою обувь в сырой лес надевать не хотела. Листва, намоченная вчерашним дождем, чуть слышно хлюпала под ногами. Я в очередной раз порадовалась, что плащ с подбивкой и капюшоном не пропускает влагу. Иначе домой я вернулась бы уже как минимум с бронхитом. Вполуха слушая бормотание своего жениха, я молча страдала.

- Магдалена, ты меня не слушаешь!

И с такой обидой в голосе! Как будто кто-то другой его когда-нибудь слушал.

Я повернулась к Ульриху. Высокий, широкоплечий, голубоглазый шатен с длинными, до плеч, волосами и вечно наивным, просто телячьим выражением на лице, он отпугивал от себя въевшейся в кровь занудностью. Выдержать его самодовольные разглагольствования больше пары минут не мог никто. Одетый в теплое драповое пальто и высокие сапоги, укутанный шарфом, с надвинутой глубоко на лоб меховой шапкой, он напомнил мне капусту с ее уймой «одежды».

Ответить я не успела: где-то сбоку раздался то ли всхлип, то ли стон. Насторожившись, я нырнула под голые ветви дуба Там же должна быть поляна, совсем чуть-чуть надо пройти… За спиной недовольно бубнил Ули, но я не вслушивалась.

Вот, наконец, и поляна. Едва оказавшись на ней, я встала, как вкопанная. Нет! Только не это! Только не Ники!

- Это всего лишь олень! – Недовольный голос за спиной придал мне злости. – Хочешь, я добью его? Будет мясо на ужин…

Договорить он не успел. Взмах рукой, и оба - и олень, и мой жених, - погружены в стазис. А я стала лихорадочно думать. Что же делать? Ники – оборотень. Вылечить его в звериной оболочке нельзя. А в человечью он обернуться не сможет: слишком слаб. В отчаянии я позвала, ни на что не надеясь:

«Даня!!!»

Долгое молчание, а потом тяжкий вздох:

«Лена, скажи, что ты всего лишь мой ночной кошмар!»

И этот туда же! Но обижаться сейчас я не могла…

«Даня, только ты мне можешь помочь! Он умирает, Даня!»

Неразборчивое ругательство, а потом:

«Сможешь открыть портал к Яге?»

Смогу ли я? Конечно!

Знакомый жест, словно раскрываются тяжелые ворота, и передо мной горница Яги, та самая, в которой бабушка кормила наш ужином. Сама Яга сидит за столом, накрытым для чаепития: самовар, горка блинов, варенье в пиалах. Увидев меня, по-доброму улыбается:

- Что произошло, Лена?

Я отступаю в сторону, показывая застывшего в стазисе оленя, стараюсь не заплакать от страха и боли:

- Вот. Это Ники, мой друг. Он – оборотень. Я только что нашла его. Не знаю, что делать?

Леший, сидящий рядом с Ягой, встает и качает головой:

- Да, Лена, не ищешь ты легкой жизни.

Только когда раненое животное было наконец переправлено в дом Яги, а сама бабушка несколько раз клятвенно заверила меня, что с моим другом будет все в порядке, и портал закрылся, я вздохнула с облегчением и обернулась, чувствуя дрожь в руках от усталости, потери энергии и перенапряжения.

Ох… Ули… Как же я о нем забыла… Стоит глазами сверкает. Да уж… Простая травница, которой меня мама выставила в глазах жениха, на все подобные действия явно не способна. И что делать? Придется, видимо, рассказывать правду.

Взмахнула рукой, снимая стазис, и сразу же услышала гневное:

- Ты мне ничего рассказать не хочешь???

Надо же. Наш самовлюбленный герцог решил ради разнообразия и других послушать.

- Что именно?

- Что это за олень? Что ты делала на поляне? И откуда ты это все умеешь???

Сколько вопросов-то…

- Ники – оборотень и мой друг детства. Да, представь себе, я дружу с оборотнями. А насчет остального… Ты же все равно не поверишь…

- А ты попробуй. Может, я пойму, почему моя невеста-знахарка ведет себя, как заправский боевой маг.

С трудом удержалась от хмыканья. Ты, мой дорогой, еще настоящих боевых магов не видел.

- Может, потому что я не знахарка?

Аллилуйя! Я пробудила в нем любопытство?

- Кто же тогда?

- Магиня. Учитель говорит, что довольно сильная.

- То есть, твоя мать меня обманула?

- да нет. Она и сама искренне верит, что я – знахарка. Правду знают только отец и дед.

Кивает.

- Хорошо, допустим. А то, чем ты занималась несколько минут назад. Я прав, ты же открывала портал?

- Да. В один из лесов на Роси, к знакомому лешему.

Ой, как у тебя, милый мой, лицо-то сразу вытянулось. Ну да, правильно, лешии и оборотни – не та, неправильная компания для герцогини и твоей будущей супруги. Ты, небось, таких сущностей десятой дорогой обходишь.

- И с кем еще ты знакома?

- Ты не поверишь, но с лернеем.

Бинго! В глазах не просто любопытство. Нет, там жгучий огонь желания казаться на моем месте. И ведь поверил же, поверил, даже не раздумывая.

- Где ты с ним познакомилась?

А стойка! Ну прям-таки борзая, учуявшая зайца.

- В одном из своих путешествий. Он – дух, Хранитель Забытой Библиотеки.

Да уж. Похоже, я перестаралась со своими честными ответами. Мой будущий супруг впал в ступор. И стазиса никакого не надо. Но нет, вроде как уже отмирает.

- Ты. Была. В. Библиотеке???

Прошептав про себя заклинание-щит, я кивнула и выставила вперед руку с браслетом:

- Вот. Хранитель подарил. Сказал, захочу вернуться, этим браслетиком воспользуюсь.

Мда… Тюля тюлей, а двигается-то быстро. Если б не мой щит, то, думаю, и руку мне оторвал бы. А так, стоит напротив меня, пробить заклинание не может и смотрит обиженно, как будто у дитя последнюю игрушку отобрали.

- Тебе же он все равно не нужен. Ты не сможешь понять его ценность. Отдай мне браслет.

Помню, когда я была на старших курсах, после того как наша группа довела своими нескромными вопросами до нервного припадка скромного и тихого преподавателя по флоре Варинику Бориславскую, Цирин, белый от едва сдерживаемой ярости, устроил нам ночную прогулку по кладбищу, кишевшему свежеподнятыми зомби. В качестве бонуса, так сказать. Обычно магов общего направления в такие места не посылают. Но профессор, видимо, решил сделать для нас исключение. Никогда не забуду, как мы гоняли несчастных зомбаков по всей территории кладбища, радуясь, каждый своей, индивидуальным игрушкам.

Так вот, я тогда была очень удивлена, обнаружив, что у нежити, которой положено быть бесчувственной и тупой, глаза были совершенно дикие и ошалевшие. Вот именно такой взгляд был и направлен сейчас на меня.

Пожав плечами, я сняла амулет и кинула его на траву позади Ульриха. Еще мгновение, и цацка уже надета на запястье у гиганта.

- Как им пользоваться? – спросил Ули, с жадностью разглядывая новую игрушку.

- Сдвинь одну из бусин на браслете, и перенесешься в Библиотеку, - почти дословно процитировала я слова Хранителя.

Надо же, поверил. И сдвинул, без малейшего колебания привел в действие портал перемещения и пропал. На миг на той стороне показалось шокированное призрачное лицо Хранителя, потом раздался его негодующий вопль:

- Видящая!!!

И портал захлопнулся.

Я довольно улыбнулась и потерла руки. Ну вот и всё. Теперь мы долго не увидим Ули.

Глава 3

Откровения и открытия

Максимилиан Цирин:

Пространственный портал распахнулся, и мы с Агатой шагнули в небольшую, но уютную комнату, утопающую в коврах. В своей гостиной Альтер ант Церский не пользовался никакой мебелью. Только ковры и мягкие пуфики. И вот сейчас он, привлекательный худощавый мужчина среднего роста, сидел на одном из подобных пуфиков и читал нечто увлекательное, так как его чувственные полные губы то и дело раздвигались в улыбке. Вернее, читал до нашего появления. Вскинув голову и увидев непрошенных визитеров, Альтер вскочил и с удивлением спросил:

- Профессор Цирин? Агата? Что-то случилось?

- Случилось, - кивнул я и махнул рукой, давая хозяину разрешение сесть обратно. Сам же уселся прямо на ковер. Агата испуганно прижалась к моему боку. Вот же мелкая трусиха. Как мстить отцу за испорченное детство, так это мы можем, а когда приходит время ответ держать за свои бандитские действия, тут же скукоживаемся под боком у ректора.

Альтер все еще продолжал стоять, недоуменно смотря на нас своими глубокими синими глазами.

- Садись, Альт, разговор будет неофициальным и нелегким.

Приятель опустился назад на высокий пуфик и испытывающее взглянул на меня:

- Что-то произошло, Макс?

- Произошло. Только не сегодня, а 13 лет назад. Голые Скалы, замок Альфора ант Цивесского, небольшое селение на его землях, селянка Зара. Припоминаешь?

Несколько секунд Альт задумчиво молчал, припоминая события тех давних лет, потом ошеломленно взглянул на меня и повернулся к моей ученице:

- Агата???

Девочка всхлипнула, все так же смотря в пол и боясь поднять глаза на отца.

- Агата, - кивнул я.

- Но я… Я не знал… - Мужчина был явно растерян. – Даже подумать не мог, что…

- Понимаю. И думаю, что вам с Агатой надо обязательно будет пообщаться вдвоем, без свидетелей. Но пока она к такому разговору не готова.

Очередной портал, и я приказал:

- Агата, сейчас иди в свою комнату. Завтра явишься на занятия, как обычно.

Ребенок кивнул и, не поднимая глаз, встал и шагнул в портал. Тот тут же захлопнулся. А я повернулся к хозяину комнаты:

- У девочки было очень тяжелое детство. Не знаю, винит ли она в этом тебя до сих пор, но внимание твое ей явно необходимо, причем, как ты понимаешь, внимание именно отца, а не преподавателя. Вот, можешь полюбоваться.

Из подпространства выпал аккуратно упакованный в прозрачный белый пакет скретчер. Альтер отпрянул, глядя на растение с настоящим ужасом:

- Это она принесла?

- Да. Её охранка засекла этой ночью на крыше, прямо над твоей спальней. О побочных действиях почесуйчика она не знала, а вот чесаться хотела тебя заставить.

- Хороший подарочек… Хотя… Кто я такой, чтобы ее винить… Как ты догадался, что она - моя дочь?

- Из всех знакомых мне магов только ты мог так свободно обращаться с червешами.

- Теперь уже и червеши… Весело… Надо ей посоветовать выбрать специализацию, связанную с флорой и фауной… Цены ей, как магу, не будет…

Я пожал плечами и поднялся с ворсистого ковра.

- Тебе сейчас надо многое обдумать. Да и ей тоже. Мой тебе совет: не тревожь ее хотя бы пару дней. Если я понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти.

И я шагнул в портал.

Магдалена:

- То есть как это – ушел??? – Стоя в холле, матушка в недоумении смотрела на меня.

- Мам, я ж уже сказала: заявил, что у него много дел, и ушел. – Передав плащ Краму, бессменному нашему дворецкому, я повернулась к родительнице:

- У меня жутко гудят ноги после нашей долгой прогулки. Ты не против, если я пропущу ужин?

Герцогиня рассеянно кивнула, все еще переживая, что ее матримониальные планы потерпели полное фиаско, и я спокойно удалилась в свою комнату.

Уже больше получаса я лежала на своей шикарной широкой кровати, вытянув ноги и бездумно глядя в потолок, украшенный безвкусной лепниной. Настроение было… Да не было его вообще. Вот опустошенность – та да, была. Нет, я, конечно, была рада, что одной проблемой на сегодняшний день стало меньше. Но полностью от навязчивого внимания Ули меня это не избавит, лишь отсрочит дату свадьбы. А мать так просто не отстанет. И вот именно это меня и «добивало». В родном доме я всегда чувствовала себя, как зверь в клетке. Мамина любовь меня убивала, в буквальном смысле этого слова…

Дверь раскрылась, пропуская незваную гостью, и сразу же закрылась. На этот раз – на замок.

- И что тоскуем, девица-красавица? – На круглый дубовый столик у кровати опустился поднос, а моя гостья уселась, поджав ноги, на кровать. – Спорим, ты с утра ничего не ела?

- Даже спорить не буду, - улыбнулась я. – Ты, Эли, как всегда, права.

- Вот. Я тоже так думаю. Поэтому налетай на бутерброды с колбасой и сыром. Ужин, конечно, не ахти какой, но не с голодным желудком же спать ложиться.

Я согласно кивнула и взяла с подноса угощенье.

Говорили мы долго, почти всю ночь. Я рассказала тетке обо всех своих приключениях, в том числе о цирках и лернеях. Да, конечно, не должна была, да, Цирин будет в ярости, когда узнает, но мне нужен был хоть кто-то, кто не будет говорить мне гадости в лицо, а наоборот, поймет и пожалеет. Я была права.

Когда мой рассказ закончился историей исчезновения Ули, Элеонора пренебрежительно фыркнула:

- И из-за кого из этого мужского племени ты так серьезно переживаешь? Все они козлы!

- Эли, - улыбнулась я. – Ты ж, кроме Ули, никого из моих знакомых не знаешь.

- Так познакомь. За чем дело встало. Давай прямо утром, как проснемся, соберемся и отправимся к тебе в Китеж.

- Ты серьезно? – Удивленно посмотрела я на тетку. – мать же не отпустит.

- Да куда она денется. На тебя она уже посмотрела-полюбовалась, с женихом твоим в очередной раз попыталась свести. Так что все, ее миссия, считай, исполнена.

- А дед?

- Ленка, когда ты такой трусихой стала? Ничего тебе мой батюшка не сделает.

Я лишь вздохнула.

Ночью у меня снова были посетители. На этот раз – Хранитель. Дух был явно недоволен моим поведением.

- Видящая, как ты могла???

Ох, сколько пафоса. Неужели Ули так быстро успел его довести до полной кондиции? Хотя в способностях своего жениха я никогда не сомневалась. Но вслух я спросила другое:

- Откуда вы в моем сне? Вы же не ирги?

- Мы когда-то создали иргов, - отмахнулся от моего вопроса лерней. – И я, как последний из своей расы, до сих пор могу ими повелевать. Ты лучше объясни, почему ты прислала в Библиотеку, закрытое место, этого глупого теленка???

- Ну.. Вообще-то, он не теленок, а мой будущий муж. Вы ведь не хотите, чтобы меня заперли в хозяйских покоях, разлучив со всеми амулетами, и заставили всю свою жизнь заниматься только мужем и многочисленными детьми?

Дух внимательно посмотрел на меня и ухмыльнулся:

- Я понял твою мысль, Видящая, и готов помочь тебе. Не беспокойся. Твой возможный супруг выйдет из Закрытой Библиотеки только тогда, когда ты сама этого захочешь. Но браслет я тебе все же верну. Так. На всякий случай.

И утром на моей руке вновь красовался древний амулет. Здорово. Прав был профессор: лерней от меня так просто не отстанет. Но хоть обещал с Ульрихом помочь. И на том спасибо.

На завтрак я опоздала, чему только обрадовалась. Надев байховый цветистый халатик, спустилась по черной лестнице в кухню. Повар обрадовался мне, как родной. Да, в принципе, это почти что так и было: я спасла от родильной горячки его дочь, и теперь Жданир, каждый день глядя на своих внуков, вспоминает меня добрым словом.

Наевшись пшенной каши, сваренной для слуг, и запив её клюквенным морсом, я маленьким бочонком выкатилась в общий зал. Именно там меня и поймали Эли и дед.

Тётушка была одета по-дорожному: под длинным теплым пальто черный брючный костюм, который, несмотря на полноту Элеоноры, очень ей шел, полусапожки на каблуке-шпильке из кожи антара[5], на голове шляпка с широкими полями, в руках саквояж с вещами, готовый лопнуть при любом неосторожном движении.

- Э… Деда? Эли?

Скаратей хмыкнул:

- Ты ж сама долго гостить здесь не хотела. С Ири я пообщался. Она сейчас занята отловом твоего беглого жениха, - внимательный взгляд мне в глаза, я краснею, отвожу взгляд, смотрю неотрывно в пол, понимая, что тетка меня не выдала и ничего отцу не рассказала, дед довольно кивает головой в такт каким-то своим мыслям. – Так что мешать твоему немедленному возвращению в Китеж она не будет. Твой отец сразу же после завтрака, который ты умудрилась проспать, срочно отбыл ко двору императора по какому-то жутко тайному внутреннему делу, остальные родичи, как ты понимаешь, приехали в замок не столько ради тебя, сколько ради бесплатных трапез и развлечений. Поэтому я решил в этот раз пойди на поводу у своей дочери и переправить вас обеих на Рось. У тебя есть несколько минут. Иди собирайся.

И вот уже через несколько минут я вместе со своей неутомимой тетушкой стою возле царского дворца и вдыхаю такой желанный запах свободы!

- Лена? – раздался сбоку удивленный голос моей подруги. А вот и она сама, одетая в долгополую меховую шубу, выходит из-за дворца, значит, проводила очередную ревизию погребов. Правильно. Слуг здесь надо постоянно проверять. Вороватые они больно. У нас в замке подобного никогда не бывает. Хотя, может, потому и не бывает, что матушка всех в железной перчатке держит, никому волю не дает…

Василиса между тем подошла ко мне и порывисто обняла:

- Ты же говорила, что на несколько дней уезжаешь?

Я довольно улыбнулась:

- Слава богам, я ошиблась. Знакомься: это Эли, моя тетушка. Ты ведь не будешь против, если она немного погостит здесь? Эли, позволь тебе представить Василису, царицу Роси.

- Конечно, не буду, - улыбка подруги была искренней и сияющей. – Добро пожаловать в Китеж-град, Эли.

- О, благодарю! У вас тут так чудесно! Я будто в волшебную сказку попала!

Надо же, как у тети глаза от возбуждения искрятся…

- Рада слышать. Пройдемте во дворец. У нас сегодня очень уж морозно.

- Лена! – а вот и Елисей. Одет в домашний велюровый костюм, значит, на сегодня послов не ожидается. – Ты так быстро вернулась. Признаться, мы с Василисой боялись, что потеряем тебя еще на месяц!

Я расплылась в довольной улыбке:

- Не дождетесь! Кстати, позволь представить тебе мою тетушку Эли. Эли, это Елисей. Правитель Роси.

Поселили Элеонору неподалеку от моих покоев. Я боялась, что она будет недовольна предоставленной ей комнатой, так как дома обитала в гораздо более удобных, а главное – больших апартаментах, но тетя сияющим взглядом оглядела помещение, заявила, что просто в восторге, и потащила меня осматривать город.

Китеж был древним и славным городом. Весь застроенный деревянными домами, он поражал впервые видевших его путешественников необычными резными узорами на стенах, дверях, окнах дворцов знати и домов обычных людей. Первый раз познакомившись с этой зодчей музыкой, я пришла к мнению, что город – живое существо, наполненное своей, непонятной мне, защищающей жителей магией. Дерево было тут основным строительным материалом.

«Дерево – оно живое, дом из дерева и защитит своих хозяев, и сил и придаст», - объяснил мне как-то один из слуг. На мое возражение, что камень от пожара предохранит намного лучше, мужчина только снисходительно усмехнулся: «Вы, госпожа ведьма, видать, издалека к нам прибыли. В Китеже пожаров никогда не бывает. Дерево и город людей хранят». И правда, как это ни удивительно, но за все время моего пребывания на посту ведьмы в Китеже не случилось ни единого пожара. Сначала я удивлялась, но потом списала все на магию города и стала относиться к этому, как к должному. И вот теперь я выступала в качестве гида, показывая Элеоноре все достопримечательности столицы. Тетушка шла, буквально раскрыв рот от удивления. Её голова так и крутилась во все стороны.

На площади Семи богов выступал гусляр. Несмотря на холод, народу вокруг собралось немало. Эли решительно потянула меня в ту сторону. Народный певец как раз закончил одну балладу и начал другую. Надо признать, текст был чудесным, просто завораживал.

Вечер. Воет во дворах

Вьюга-пакостница.

Что тебе внушает страх?

Почему не спится?

Ночь студена и темна,

Снег с небес слетает.

Почему лежишь без сна?

Что тебе мешает?

Спи, дружок, закрой глаза,

Насладись виденьем.

Снег прозрачен, как слеза

В воздухе весеннем.

Скоро уж придет капель

И вернутся птицы.

А пока же пой, метель.

Друг, сомкни ресницы[6].

Я слушала, и перед моим внутренним взором развертывалась картина: звездная ночь, небольшая деревушка, тихий женский голос, поющий колыбельную, обещающий кому-то конец зимы и холодов…

Глава 4

Опыты и их результаты

Максимилиан Цирин:

Я любил преподавательскую деятельность. Мне нравилось вкладывать в неокрепшие юные умы необходимые им знания, видеть, как они становятся профессионалами в своем деле, радоваться их успехам и анализировать их неудачи. Я не делал разницы между курсами и с выпускниками был так же строг, как и с новичками. Каждый раз, входя в аудиторию, я старался понять, насколько продуктивным будет занятие. Вот и сегодня, появившись на пороге, я оглядел первый курс: в первом ряду, конечно же, «ботаники». Среди них выделяется Арнольд форнем Васкаринати, мальчик-цирх[7], появившийся в нашем времени благодаря машине времени. Он жаден к знаниям, «глотает» любую литературу, появляющуюся в его поле зрения. Часто библиотекарь обнаруживал его застывшим возле книжной полки, увлекшимся чтением очередного магического фолианта. В эти мгновения он не замечал ничего и мог стоять так часами, не чувствуя усталости. Отличник, он не кичился своими знаниями, всегда был готов помочь однокурсникам и считался душой компании.

Рядом с ним всегда сидит тролль, Эронир дерн Шабалий, сын простого воина. Магия у троллей практически отсутствовала. Ее зачатками владели только члены правящего клана. И когда у обычного воина родился ребенок с магическими способностями, это поразило всех родственников. Мальчика обучили не только физическим искусствам, но и, что было редкостью в его касте, грамоте, и отправили, едва он достиг нужного возраста, в мою академию. Нужно сказать, принимая Эронира, я сильно сомневался, будет ли парень способен тянуть сложную программу, ведь знаний у него было явно меньше, чем у однокурсников. Но тролль и цирх, к моему удивлению, довольно быстро нашли общий язык, и Арни помогал другу в любых предметах.

Средние ряды – или «цветник» - наши красавицы, больше думающие о своей внешности, чем о получаемых знаниях. Королева среди них Ойрин Веленайская, магиня в пятом поколении. В отличие от своих предков, она была менее одаренной, но ничуть не переживала по этому поводу, искренне веря, что иссиня-черные волосы, изумрудные глаза и ярко-красные губы привлекут к ней гораздо больше мужского внимания, чем знания, заложенные в ее голове.

За самыми последними партами, как обычно, собирали или отстающие адепты, или те, о которых принято говорить «сорви-голова». И пол здесь не играл ни малейшей роли. Неразлучное трио – Сьюзи, Роза и Агата – видимо, придумывало очередную пакость, вон как склонили головки друг к другу. И чего еще от них ожидать?

Только в магической академии дочери графа могли на равных общаться с бастардом, девочкой, выросшей в бедной крестьянской избе. Ничего удивительного здесь нет. В своем учебном заведении я, хоть и сам принадлежал к высшей аристократии, не терпел ни чванства, ни заносчивости и серьезно наказывал за любое возможное деление по социальному признаку. Адепты понимали это буквально сразу и, начав учиться здесь, забывали о происхождении, оценивая человека по уровню дара и успеваемости. Тех же, кто не желал мириться с подобным положением дел, я немедленно отчислял.

Вот меня заметили, и шум исчез сам собой. Отлично, приступим к занятию. У первого курса я традиционно читал «Основы стихосложения при создании индивидуальных магических заклятий». Довольно сложный предмет, не каждому адепту по зубам.

Сев за стол, я обвел взглядом аудиторию:

- Ну что ж, адепты, приступим к обучению. На прошлом занятии мы с вами рассматривали особенности создания заклятий, запрещающих прикасаться к гробницам древних богов. Вашим домашним заданием было написание подобного заклинания. Сьюзи, ты готова продемонстрировать нам, что у тебя получилось?

Голубоглазая двойняшка поднялась со своего места и вышла к столу. Я начертил знак отрицания, призванный отменить действие любого, даже самого сильного заклятия, и попросил:

- Начинай.

И по аудитории разнесся звонкий девичий голос:

Проклят будь тот, кто желает

Дом старых богов осквернить!

Пусть страха огонь в нем пылает,

И не захочет он жить!

Всесильные боги не любят

Того, кто тревожит их сон.

Они нечестивца погубят,

И смертью умрет страшной он!

Тебе же, о грешник несчастный,

Не будет пощады, поверь!

Лишь гроб ты откроешь опасный,

Тебя разорвет страшный зверь!

- Неплохо, очень неплохо, вот только…

Договорить мне так и не удалось. Воздух вокруг вдруг ощутимо сгустился и за несколько секунд превратился в непонятную сущность, чем-то похожую на собаку, если бы, конечно у той были крылья, 3 хвоста и 10 лап. В аудитории раздались крики. Арни! Это заклятье - его рук дело! Помощничек! Магия цирхов до сих пор была мне практически не знакома, вот почему знак отрицания не подействовал. Но размышлять обо всем произошедшем времени не было. Мгновенное создание портала, и вся группа отправляется в другую часть академии, я же остался один на один со странным существом.

Даниил:

Мда… Если ты хотя бы шапочно знаком с Леной, скука тебе точно не грозит… А ведь как спокойно все начиналось: зимнее тихое утро, натопленный дом, накрытый стол, горячий самовар, интересный разговор с Ариной Яговной. Я внимательно слушал рассказ о её появлении в одном из селений.

- Скучно мне, Даня, все время одной-то. Ты редко заходишь, со зверьем и не пообщаешься. Вот и решила вспомнить молодость, так сказать, выйти в люди.

- Вы бы хоть предупредили, Арина Яговна. Я бы помог тела пособирать, - пошутил я, прекрасно зная, чем обычно кончаются подобные походы.

Старушка погрозила мне кривым пальцем:

- Вот я тебе посмеюсь над слабой пожилой женщиной, бесстыдник. Ну вот ответь мне честно, что такого страшного иль необычного в моем появлении у них было? Почему они все дружно ломанулись в столицу, да еще и в храм Семи богов[8]? Что я, из чертогов Морока[9], что ли, только недавно вышла?

Ответить я не успел: в голове раздался полный паники голос одной знакомой ведьмы:

«Даня!!!»

Я морщусь, пытаясь убедить себя, что голос лишь послышался. Яга видит это и встревоженно спрашивает:

- Что-то случилось?

- Угу. Моей спокойной жизни только что пришел конец.

И уже мысленно:

«Лена, скажи, что ты всего лишь мой ночной кошмар!»

Не повелась, не обиделась, не исчезла. Наоборот:

«Даня, только ты мне можешь помочь! Он умирает, Даня!»

Я выругался, правда, мысленно. И кого еще она там прибила? Вот же… 33 несчастья!!!

«Сможешь открыть портал к Яге?»

Хотя кого я спрашиваю? Через несколько секунд Лена раскрывает портал. Яга, увидев мою собеседницу, по-доброму улыбается:

- Что произошло, Лена?

Ведьма отступает в сторону, показывая застывшего в стазисе оленя, стараясь не заплакать:

- Вот. Это Ники, мой друг. Он – оборотень. Я только что нашла его. Не знаю, что делать?

Я встаю и качаю головой:

- Да, Лена, не ищешь ты легкой жизни.

Оленя лечили мы оба. Я поддерживал его жизненные силы, щедро делясь своими, Яговна врачевала раны. Провозились всю ночь, и к утру сил ни у меня, ни у нее не было уже ни на что. Зато на диване спало уже совершенно здоровое животное.

Интересно, откуда Лена знает, что это оборотень? Неужели она с ним знакома? Если да, ни капли не удивлюсь. Я вообще отучился удивляться, когда дело касалось этой безалаберной магини. Одни цирхи с лернеями чего стоят…

Магдалена:

В честь приезда моей тетушки Василиса и Елисей накрыли стол. «Скромный», по заверению подруги, ужин состоял из блинов с красной икрой и сметаной, нескольких видов каш, пирогов с рыбой и мясом, запеченных в тесте гусей и уток и небывалого разнообразия соков, вин и водки. Моя родственница от подобного приема была в шоке.

- Это же еда, достойная императора, - бормотала Элеонора, накладывая на тарелку очередное блюдо. Диету тетя никогда не соблюдала, считая, что хорошего человека должно быть много, и не обращая внимания на смешки за спиной.

Мои работодатели с умилением наблюдали за Эли и ее здоровым аппетитом.

Покончив с основными продуктами, мы собирались приступить к десерту, когда за окнами послышался шум. Елисей удивленно вскинул брови и повернулся к стоявшему гипсовой статуей мажордому:

- Пойди выясни, что там такое.

Мажордом поклонился и вышел из зала. Вернувшись через несколько секунд, он с невозмутимым видом доложил, что стража пытается не пустить во дворец Пашку, который, напившись, решил, что ему жизненно необходимо на ночь глядя увидеть ведьму.

- Выпорю, - грозно сощурился царь. – Совсем распоясался.

- Ой, - оживилась вдруг Эли. – Это же тот самый начитанный крестьянин, что Лене прохода не дает? Елисей, позвольте, пожалуйста, мне с ним пообщаться.

Мы все, включая мажордома, удивленно посмотрели на прямо-таки пылавшую энтузиазмом Элеонору. Царь растерянно пожал плечами:

- Да пожалуйста, если Вам так интересно. Только предупреждаю: он пьяный, может быть буйным.

- Ничего страшного, - легкомысленно отмахнулась тётя, не видя проблемы. – Я диких быков без страха усмиряла, с крестьянином тем более совладаю.

- Хорошо, пусть будет так. Василий, проводи Пашку в комнату возле зала.

Камердинер почтительно поклонился и вышел отдать приказ. Помещение, в которое должны были привести буяна, было небольшой подсобной комнатой, в которую слуги обычно вносили продукты, прежде чем подать их господам. Кроме двух стульев и широкого стола никакой другой мебели там не было.

Эли предвкушающе улыбнулась и вышла из зала. Мы же переместились поближе к месту события, которое было отделено от нас лишь занавеской. Елисей чуть отодвинул полотно, и вся комнатушка предстала перед нами, как на ладони.

Тетя зашла в комнату и села на стул спиной к нам. Облокотившись на спинку, она закинула ноги одну на другую и с интересом стала ждать появления Пашки. Одета моя родственница была по местным меркам довольно вызывающе: брючный костюм на Роси носили только мужчины или наездницы, а полусапожки были чересчур дорогими даже для обитателей дворца. И хоть крестьянину были невдомек все эти тонкости, не понять, что женщина выглядит слишком уж необычно, он не мог. Поэтому, едва войдя в комнату, Пашка в удивлении воззрился на тетушку и брякнул:

- Ты кто такая?

Элеонора обожала краситься, причем макияж ее был всегда чересчур вызывающим. Вот сейчас она улыбнулась своими кроваво-красными губами, и у меня появилось ощущение, что бедного мужика просто съедят, причем со всеми потрохами. Видимо, он подумал о том же, потому что икнул и отступил на шаг к двери.

Что? Дичь пытается бежать? Допустить этого Эли никак не могла. Она медленно встала со стула, потянулась всем телом и спросила неожиданно глубоким, завораживающим голосом:

- Это ты принцессу заказывал?

Рядом тихо хрюкнула Василиса. Я мысленно похвалила себя за находчивость: с самого начала представления я накинула нас троих звуконепроницаемый полог и теперь не боялась, что своим смехом мы себя выдадим.

Тем временем Пашка остановился, внимательно взглянул на стоявшую перед ним женщину и недоверчиво спросил:

- Так ты принцесса?

- А что, не похожа? – И тетя кокетливо похлопала накрашенными ресницами. На мой взгляд, вышло не очень, но вот крестьянину почему-то понравилось. Он, как завороженный, некоторое время глядел на Эли, а потом вдруг хрипло произнес:

- Ты, это, оделась бы. Здесь холодно.

Оделась? Зачем? Тихий голос Василисы, с трудом сдерживающей смех, рядом:

- Лена, декольте.

А… Ну да… Тётушка, как всегда, отличилась, и костюм вышел не строгим, а с глубоким вырезом. А Пашка-то, смотрите-ка, какой заботливый…

Элеонора между тем стрельнула глазками:

- Холодно? Наоборот.

И дальше томно, с придыханием:

- Я вся горю от страсти…

- Его того и гляди кондрашка хватит, а хоронить нам придется, - прокомментировал сквозь смех Елисей.

Пашка и в самом деле выглядел не очень: на щеках румянец, по лицу крупными каплями катит пот, грудь часто вздымается под старым кафтаном. Да и дрожит весь, того и гляди упадет.

- Ну что же ты, - продолжала развлекаться тетушка.- Сам ведь принцессу хотел. Здесь я.

- Я… Я это… Пойду я…

Дверь громко хлопнула, мужика и след простыл.

- Ах, какой мужчина, - вздохнула огорченно Эли.

Наша троица тихо всхлипнула от смеха на полу.

Глава 5

Неожиданные последствия

Максимилиан Цирин:

- Хозяин… - существо шипело с какой-то заунывной тоской и непонятной болью, я стоял в охранном контуре и наблюдал, как оно бродило по аудитории, слепо, как новорожденный кутенок, тыкалось в стены и все время выло, горько так, можно сказать, со вкусом.

За дверями аудитории столпились все сильные преподаватели академии. Именно они наложили «охранку»[10] на комнату и теперь решали, что можно сделать в такой ситуации. Передо мной такого вопроса не был. Я уже несколько минут безуспешно пытался мысленно докричаться до негодного помощничка Сьюзи. В том, что именно малолетний цирх и является хозяином этого страшилища, у меня сомнений не было. Но мальчишка упорно не отзывался.

Устав звать, я выругался на языке этого мальчишки и сразу же услышал неуверенное:

«Профессор Цирин?»

«Отчислю, - хмуро пообещал я. – Ты почему молчал все это время?»

«Я… Я боялся, что меня зовет оно… Это… То, что в аудитории… Но оно ведь ругаться не может…»

«Считай, что по моему предмету у тебя неуд. Пересдавать будешь не меньше десяти раз».

Обида и горечь в голосе:

«За что???»

«За неуместную помощь. А теперь отойди от любого живого существа, рядом с которым находишься, и приготовься. Буду тебя вытаскивать сюда».

«Но профессор! Оно же меня убьет!!»

Я тяжело вздохнул:

«Бестолочь ты малолетняя. Еще одно твое слово, любая, даже малейшая попытка возражения, и практику будешь отрабатывать под присмотром Магдалены».

Тихое испуганное ойканье:

«Не надо Лену! Я все понял…»

Да, проникнуть сквозь «охранку» нельзя. Нашим магам. Но я недаром каждые выходные проводил в компании этого последнего представителя своей мифической расы. Да и конспект моей ученицы, в который она записала все запомнившиеся ей заклятия цирхов из запретной книги, тоже постоянно шел в ход. В полном объеме древней магией я, естетсвенно, так и не овладел, но кое-что смог понять и использовать. Вот и сейчас я собирался испробовать на Арни одно из заклинаний высшего порядка, добавив туда магию вымершей расы.

Несколько слов, пассы руками, и буквально в то же мгновение в аудиторию ввалился мой адепт, правда, вид у него был изрядно пожеванный. Неужели последствия заклинания. Ладно, с этим позже. А сейчас…

- Хозяин!!! – существо обрадовано рвануло к мальчишке. Ну точно потерявшийся пес, нашедший вдруг своего заблудшего владельца. Тот сперва испуганно дернулся, видимо, собираясь бежать, потом заметил мое свирепое лицо и тут же остановился с покорным видом, позволяя недопсу обнюхать себя.

«Знакомься, Арни, это твое наследство», - с едкой иронией уверил я паренька.

Цирх скривился, будто лимон съел:

«И что мне с ним делать?»

«Для начала – просто поговорить. Спроси, разумный ли он. Если да, то узнай имя и возможности. Дальше разберемся».

Мальчишка загрустил, но спорить не рискнул. Вместо этого он с явной неохотой повернулся к непонятному существу, которое все это время радостно мело всеми тремя хвостами чистый пол комнаты, и поинтересовался:

- Ты разумный?

- Да, хозяин!

- Тогда объясни, кто ты, как тебя звать, что ты можешь.

Ну дает. Так пригрузить бедную сущность.

Но недопес вроде и не против пообщаться.

- Я – шантал. Мы служим твоей расе всю свою жизнь. Защищаем, охраняем. Имя мне можешь дать только ты.

Охраняешь, значит….

«Арни, пересдачи отменяются. Скажи этому псу, что пока ты будешь находиться в этих стенах, он должен будет охранять всю академию».

«Профессор, я лучше передам его Вам».

И уже сущности:

- Я назову тебя Виндер[11]. Так вот, Виндер, сейчас мне охранник не нужен. Когда ты мне понадобишься, я тебя позову. Пока же приказываю тебе подчиняться моему учителю, профессору Цирину, что стоит рядом. Ты понял?

Безэмоциональное:

- Как прикажешь, хозяин.

И уже мне:

- Что прикажешь, новый хозяин?

- Лучше зови меня профессором. Пока твой молодой хозяин будет находиться в стенах академии, ты должен будешь охранять ее, следить за порядком и пресекать любые попытки нарушений. Подробно я все объясню тебе позже.

Договорившись с шанталом, как можно его вызвать, я отпустил сущность и повернулся к парню:

- Послушай, малолетний гений, еще одна попытка помочь с подобным результатом, и у моей выпускницы Магдалены появится личный ученик. Ты все понял?

Мальчишка содрогнулся:

- Не надо! Я понял!

- Отлично. Тогда пойдем успокоим всех остальных.

Магдалена:

Утро началось весело. Для меня, по крайней мере. Не успела я толком проснуться, как приставленная ко мне молоденькая горничная, опасливо косясь на мое опухшее ото сна лицо, сообщила, что ко мне с боем рвется Пашка. Стрельцы и охрана пытаются как-то остановить его натиск, но мужик совсем обезумел. Трезвый, он уверяет, что ведьма нужна ему срочно, что это вопрос жизни и смерти. «Угу, вот прибью его, и будет ему вопрос сразу и жизни, и смерти», - раздраженно подумала не выспавшаяся я. Вслух же произнесла:

- Ясочка, пойди скажи, что я через несколько минут выйдут. Пусть дворцовые двери не ломают.

Девушка поклонилась и бросилась выполнять мое указание. Я же, ругая всех и вся, встала с такой теплой и уютной постели и поковыляла к шкафу.

Натянув на себя теплые гамаши и домашние шерстяные штаны, сверху надев кофту из меха сатрана[12], а на голову – шапку-ушанку, я обула в темном коридоре валенки и вышла во двор.

Опять снега за ночь насыпало. Просто горы вокруг. Вот же волшебная Рось… Обильная на снега страна…

- Матушка ведьма, матушка ведьма! – ко мне тщетно пытается пробиться сквозь живую цепь из стрельцов Пашка. Ты смотри-ка, действительно, трезвый. И даже одет цивильно. Что-то явно случилось. Может, вчерашнее тетушкино представление повлияло? Хорошо бы, если так.

- Пропустите его, - приказываю сотнику.

Пашка подбегает ко мне, взволнованно начинает размахивать руками и быстро шептать, так, чтобы никто, кроме нас двоих, ничего не услышал:

- Матушка ведьма, в ножки тебе поклонюсь, что хочешь, сделаю, только верни принцессу! Я знаю, ты можешь! Это же ты ее вызвала!

Какую принцессу? Что он такое городить? Еще не протрезвел после вчерашнего, что ли? Вчерашнее… Эли… Так вот он о чем…

- Ты же вчера сам ушел.

Мужик покаянно опустил голову:

- Испугался я, матушка ведьма. Не думал никак, что ты меня все же услышишь и желание мое наконец-то исполнишь. Семью богам молю: верни принцессу! Понравилась она мне шибко!

Мда… Дела…

- Знаешь что, прямо сейчас я тебе ничего обещать не могу. Приходи вечером, после петухов, тогда все и решим.

Проводив обнадеженного Пашку, отправилась прямиком к своей ненаглядной родственнице. Не одной же мне страдать от ранней побудки. Как оказалось, та уже не спала. Уже одетая. Она сидела перед столиком и что-то писала.

- Эли? К тебе можно?

Тетя повернулась, засияла улыбкой:

- Лена! Заходи. Ты чего так рано проснулась?

- Да вот, разбудили. Думала, что и ты все еще спишь.

Элеонора смутилась, отвела глаза:

- Не спится что-то…

Это еще что такое????

- Эли? У тебя все в порядке?

- Как сказать…

- Эли??? Не томи. Что случилось?

Долгое молчание. Я уже начала беспокоиться, что произошло что-то серьезное, когда тетушка наконец выдала, все так же не смотря на меня:

- Лена, мне, похоже, твоя помощь нужна…

- Да, конечно. Чем смогу. Что делать надо?

- Ты ведь его знаешь? Ну, Павлика?

Кого??? Тщетно пытаюсь сообразить, о ком идет речь, потом мозг спотыкается на имени, и до меня начинает доходить…. Это что же, моя родственница только что Пашку Павликом назвала?

Стараясь не расхохотаться, киваю:

- Знаю. Лучше, чем хотелось бы.

- Ну вот… Ты не могла бы нас с ним как-нибудь аккуратно свести?

Зависаю на несколько мгновений, потом осторожно спрашиваю:

- Эли, он что, тебе и правда понравился?

В ответ лишь вздох.

-Эли, меня полчаса назад подняли с постели, потому что он пытался пробиться ко мне. При встрече просил «вернуть принцессу», говорил, что ты ему понравилась.

- Правда?! – вскинула голову тетушка. – И что ты ему ответила???

- Предложила прийти вечером, после петухов. Так что у тебя есть время.

Судя по довольному виду Элеоноры, вечером снова ожидается веселье…

Даниил:

Пришел в себя оборотень довольно быстро: мы с Яговной только-только отдышались после бессонной трудовой ночи, даже позавтракать толком не смогли, а на диване уже послышалось шевеление. Мы и глазом моргнуть не успели, как на месте оленя под простынью оказался высокий худощавый парень лет двадцати-двадцати двух. Ошеломленно помотав головой, Ники (кажется, так его называла Лена?) с удивлением посмотрел на нас:

- Где я?

- В избушки Бабы Яги, - честно ответил я.

Парень скептически хмыкнул. Я повернулся к молчавшей до сих пор старушке:

- Они с Леной, видимо, очень близкие друзья, раз так одинаково реагируют…

Гость моргнул:

- Вы знаете Лену?

- Угу. Тут многие ее знают. – Я не стал добавлять, что о таком знакомстве мечтали далеко не все. – Она тебя в лесу раненым нашла и сюда переправила.

- Да? Не помню ничего…

- Неудивительно. Ты в таком плачевном состоянии был, что вряд ли что-то запомнил бы.

Наше общение прервал желудок оборотня. Ники покраснел, Яга улыбнулась.

Завтракал гость, сидя на диване и завернувшись в простыню: никакой подходящей одежды для него у Арины Яговны не нашлось. За едой и познакомились. Пока молодой растущий организм с жадностью наворачивал яичницу с бутербродами и запивал всё чаем с малиной, я пересказал историю нашего с Леной знакомства и в красках описал последующее путешествие. Парень только ахал.

- Нет, Лена, конечно, на многое способна, но чтобы заклинание переврать… - Ники покачал головой, дослушав до конца.

- Профессор Цирин в это тоже не верил. Как оказалось, напрасно. А как ты в лесу раненный оказался?

Оборотень смутился:

- Извините, я должен был представиться раньше. Я ближайший сосед Лены: Николас Ваценит, барон. Ну и оборотень тоже. Последний в своем роду.

- Последний барон или оборотень?

- И то, и другое. В лес меня потянула полная луна. Обернулся на поляне, а дальше и не вспомню ничего. Я, когда оленем бегаю, себя не осознаю. Очнулся уже здесь.

Глава 6

Люди, которые играют в игры

Магдалена:

К предстоявшей вечерней встрече тетушка готовилась тщательно: плотно пообедав, чтобы, не дай боги, желудок не подвел в самый ответственный момент, она окинула взглядом полководца свои наряды (три костюма, взятых из дома «на всякий случай») и решительно отправилась на местный базар. Что там можно было найти в середине зимы, да еще при снеге и морозе, я представить себе не могла, но взялась сопровождать родственницу, дабы та ненароком не заблудилась в извилистых улочках Китеж-града.

Как и следовало ожидать, на улице мерзли три-четыре торговца, предлагая народу замерзшую квашеную капусту, сено для лошадей, тоже уже изрядно примороженное, и «булочки, горячие свежие булочки!» На морозе? Горячие? Ну-ну…

Расстроенная, Элеонора повернула назад. Во дворце она куда-то отправила приставленную к ней горничную, а когда девушка вернулась, они обе заперлись в тетушкиной комнате.

Василиса и Елисей с интересом наблюдали за всей этой суетой.

- Вот, Лена, что значит деятельный человек, - с усмешкой обратился ко мне государь, сидя на софе и попивая мед из своего необычного кубка. – Скука покинула это место еще с твоим появлением, но когда здесь обосновалась и твоя тетушка, всем сразу стало весело.

- Оно и заметно, - со вздохом я облокотилась на окно. – Эли явно новых впечатлений не хватает, вот она и развлекается.

«Лена, ты далеко от моего леса?»

Я вздрогнула.

«Даня?!!!? Что с Ники???»

В ответ пришло недовольное:

«Да не кричи ты. Вот же шальная. Оглушила, блин. Здоров твой оборотень. Только одежда ему нужна. Ты у Яги объявиться сегодня сможешь?»

Естественно!

«Да, конечно! Скоро буду!»

- Лена? – Василиса с Елисеем смотрели напряженно. – Что у тебя с лицом? Что-то случилось?

- Что? А, да. В общем, всё в порядке. Я просто по мыслесвязи с местным лешим говорила. Потом расскажу. Елисей, мне нужна мужская одежда. Моего хорошего друга ранили, сейчас ему лучше, но он совсем раздет.

- Ты что же, в лес перед закатом поедешь? Не боишься? – нахмурилась подруга.

- Да что ты, Василиса. Никуда я не поеду. Открою портал туда. И порталом же вернусь. Полчаса-час, не больше.

- Хорошо, - кивнул, вставая, царь. – Я сейчас отдам распоряжения. Тебе подберут одежду.

Открывала портал я в своей комнате.

Яга и леший все так же сидели за столом. На диване, закутанный в простыню, расположился мой друг. Увидев меня, он удивленно вытаращился на открытый портал. А вот Даня, уже привычный к подобной картине, сориентировался быстрее: подойдя, взял тюк с вещами и перенес его в дом, давая возможность мне пройти.

Оказавшись в доме у Яги, я первым делом обняла довольную старушку и только потом подошла к Ники.

- Ну здравствуй, рогатый.

- Привет, ведьма.

Мы улыбнулись друг другу. Подобные шуточные приветствия появились у нас с самого начала дружбы, никто на такое не обижался. И сейчас я был очень рада видеть старого друга живым и здоровым.

Пока оборотень одевался, я присела к столу.

- Ты худая, как щепка, Лена, - ласково пожурила меня Яга, подвигаю поближе блюдо в пирожками. Я взяла один и, укусив, даже зажмурилась от удовольствия: яблоко! Мой любимый фрукт.

- Не в коня корма, бабушка, - прожевав, весело ответила гостеприимной старушке.

Леший хмыкнул и поинтересовался:

- Чем ты сейчас занимаешься?

Я, отложив пирожок, подробно рассказала и о посещение своих родственников, и о развлечениях тетушки. Хохотали все трое: Ник, переодевшись, тоже занял место у стола.

- Да уж, нескучно ты живешь, Лена, - хмыкнул он.

Я пожала плечами:

- Никогда скучать не любила. – И сразу, без перехода: - А тебе идет форма стрельца. Не хочешь у Елисея послужить?

- Вот это у тебя хватка, - восхитился Даня. – Твой друг только сегодня после серьезного ранения оправился, а ты его уже в царские стрельцы вербуешь.

- Ну а почему нет. Зато и ему скучно не будет. Тем более, - повернулась я к Ники, - ты понятия не имеешь, что с тобой в лесу случилось. Может, убить кто-то хотел не оленя, а барона.

Парень помрачнел:

- Я думал об этом. Наверное, ты права, мне надо отсидеться где-нибудь подальше. Тем более, что опыт военной службы у меня имеется. А твое начальство не будет против?

- Не думаю. Спецы ему нужны всегда.

Елисей действительно не возражал. Выслушав подробную информацию о способностях и умениях оборотня, он кивнул и вызвал к себе начальника стражи. Я же тем временем с любопытством повернулась к Василисе:

- Как там подготовка к свиданию?

Подруга понимающе улыбнулась:

- Тоже ждешь развлечения? Пашка еще не приходил, тетя твоя из своей комнаты не показывалась.

За спиной раздались шаги, и мужчины, что-то обсуждавшие чуть дальше от нас, вдруг замолкли. Проследив, как меняются, точно в калейдоскопе, выражения на их лицах, от изумления до шока, я осознала, что тётя наконец пожаловала. Мы с Василисой обернулись и так и застыли на месте.

Вы когда-нибудь видели толстых фей? И не надо начинать мне рассказывать, что фей вообще не бывает, что они вымерли еще в эпоху 3-х Царей[13]. Я вас спрашиваю: вы когда-нибудь видели толстых фей? Вот и я – нет. По крайней мере, до этого самого момента. Так что моя челюсть, с грохотом упав на паркетный пол, так и осталась там лежать. Сама же я с изумлением смотрела на то, во что превратили мою ненаглядную родственницу.

В зал вкатился крупный розовый меховой бочонок, обшитый по всему периметру воланами и оборками. Посреди бочонка переливалось всеми цветами радуги лицо Элеоноры: красные губы, зеленые веки, розовые щёки, чёрные брови…

Бррр… Я бы, на месте Пашки, при виде этого создания, бежала бы на другой конец света! И это моя тетя! Какой кошмар!

Но, видимо, сама тетушка была вполне удовлетворена результатом. «Подкатившись» к нам с Василисой, она задорно спросила:

- Ну, как я выгляжу?

Пока моя подруга пыталась подобрать слова, чтобы ненароком не обидеть гостью, возле нас материализовался Ники:

- Тетушка Элеонора, вы сногсшибательны!

И ведь ни словом не солгал! Вот это умение! Тети вид действительно сшибает с ног! Но Эли приняла эти слова за комплимент и довольно улыбнулась:

- Николас, и ты тут! Какими судьбами?

- Да вот, заехал Лену навестить. А вы куда так разоделись?

Женщина зарделась:

- На свидание, мой мальчик, на свидание.

Продолжить общение у этих двоих не получилось: в зал заглянул мажордом и объявил, что на пороге дворца мнется Пашка.

- О, Павлик! – оживилась тетя и выпорхнула из комнаты.

Мы бросились к уже знакомой портьере. Я в последнюю минуту накинула на всех звуконепроницаемый полог.

И снова вольная поза, и снова открытый рот у Пашки. Но в этот раз он сориентировался гораздо быстрей:

- Ты это, чей-то так легко одета седня? На улице холодно, замерзнешь-то.

- А мы пойдем на улицу? – нежно проворковала Элеонора, медленно вставая и призывно покачивая бедрами. – Как скажешь, милый. Я шубку надену.

Рядом прыснул Ники:

- Во твоя тетя зажигает.

Пашка тем временем, гулко сглотнув, посторонился, чтобы позволить Эли выйти из комнаты. Каким взглядом он ее провожал!

- Втюрился, - с ноткой сожаления проговорил Елисей. – Теперь уже и принцессы не нужны.

Да, похоже, что так. Герцогиня сумела за пару свиданий завоевать сердце простого крестьянина.

Мажордом между тем помог тёте облачиться в теплую меховую шубу и обуть сапоги, и оба объекта нашего внимания вышли на улицу. Мы, вместе с накинутым пологом, перебрались в холл-прихожую, поближе к окну, выходившему на улицу. Из него было отлично видно резное крыльцо и широкий двор, освещаемый магическими светильниками (я заряжала их магией раз в сутки).

Снег, шедший всю ночь, чуть подтаял, и где-то на окраинах Китежа днем дети весело играли в снежки. Видимо, Эли вспомнила об этом, или моей тете было мало положительных эмоций, так как, не успев выйти во двор, она наклонилась, слепила снежок и точным броском «приголубила» одного из стрельцов, шедшего по своим делам. Сразу же после сделанной пакости Эли резво спряталась за спину широко ухмыльнувшегося Пашки и показала язык обернувшемуся в недоумении стрельцу. Тот, сообразив, в чем дело, хмыкнул, наклонился за снегом, и уже через несколько секунд во дворе кипела снежная битва.

- Вот же шило у твоей тёти в одном месте, - восхищенно присвистнул Ники. – Это ж уметь надо: только вышла во двор и сразу же завела всех поблизости.

- У Лены получается ничуть не хуже, - «приласкал» меня смеющийся Елисей.

Ну спасибо, уж похвалил, так похвалил.

Максимилиан Цирин:

- Господин ректор, к вам адепт первого курса, Арнольд форнем Васкаринати, - открыв дверь, уведомил меня секретарь. Арни? Мы же только утром виделись. Что такого могло произойти?

- Пропусти, - велел я красавцу эльфу, работающему у меня в должности секретаря уже не первый год. Оилиуний Иенаринеус, младший сын Владыки Вечного Леса, обладал своевольным характером и не желал подчиняться установленным эльфийскими предками правилам. Место секретаря ректора магической академии было наилучшей защитой для той свободной жизни, которую он вел вдали от дома. Высокий, стройный, просто-таки божественно красивый, он ненавидел свою идеальную внешность и обладал неуживчивым, скверным характером. Общаться с ним больше двух-трех минут не мог никто. Мне же на его характер было откровенно плевать. Паренек был исполнительным, умным и преданным мне и академии. Остальное меня волновало мало.

Через пару секунд дверь отворилась вновь, и в кабинете появился цирх. Выглядел он явно не слишком хорошо: бледность лица, непонятно почему дикий взгляд, трясущиеся руки.

- Что еще произошло? – нахмурился я.

Вместо ответа паренек вынул из кармана своей студенческой формы сложенный вчетверо лист бумаги и с какой-то странной обреченностью протянул мне.

И что его могло так напугать?

Разворачиваю. Читаю. Стихи. Да, неплохо написанные, но всего лишь стихи:

Страстная, жаркая, дерзко-опасная,

Горько-смешливая и непорочная,

Вся, как янтарь, вдохновенно прекрасная,

Поступь - воздушная, святость - восточная.

Необъяснимая, слабая, нежная,

Тайная, лёгкая и безыскусная,

Приторно-сладкая, в мыслях небрежная,

Грешная, мудрая, сумрачно-грустная,

Верная, скромная, пряная, чуткая,

Часто - надёжная и безответная,

Странно бесстрашная, робкая, жуткая,

Гордость небесная, книга заветная.

Непостижима, с загадкою венчана,

Тайна вселенская, набожность кроткая,

Неповторимая, вечная, женщина

Словно из радуги царственной соткана.

- И? Что такого страшного в обычных стихах?

- Не в обычных. Это стихи одного нашего древнего автора, Аркани форнем Филисари. Я тогда, в подземелье, читал вам троим его стихотворение о вечных странниках, заблудившихся в Небе, помните? Так вот, это произведение тоже он написал.

А вот теперь я завис. Это что же получается, у меня в академии находится ещё один цирх???

- Да, - кивнул адепт, словно подслушав мои мысли, - кто-то еще, кроме меня, здесь точно знает этого автора. А он был известен лишь в узком кругу любителей. Так что только цирх.

- Не буду спрашивать, уверен ли ты. Спрошу только: как? Как такое могло произойти?

- Не знаю. Но по-другому этот листок со стихами я никак объяснить не смогу.

- Весело… И самое страшное во всем этом то, что помочь нам теперь может только один человек: Магдалена.

Арни недоверчиво посмотрел на меня:

- Вы серьезно? Она же здесь все разнесет?

- Ну, - пожал я плечами, - отучилась же она здесь в свое время. И, как видишь, академия до сих пор цела. Так что, да, я серьезно. Видишь ли, Магдалена получила за время наших странствий два уникальных дара: она стала официально признанной наследницей не только твоей расы, но и расы лернеев, живших задолго после тебя. Теперь она способна видеть и понимать многое из того, что нам с тобой непонятно и не видно. Если кто и сможет обнаружить здесь цирха, пусть даже и под серьезными, скрывающими сущность заклятиями, то только она.

- Ох, чувствую я, всем здесь будет очень весело, - пробормотал с несчастным видом адепт.

Магдалена:

Немного поиграв в снежки, наша странная парочка отряхнула с себя снег и куда-то направилась, мы же остались без развлечения. Впрочем, ненадолго.

«Магдалена, где ты сейчас находишься?»

Упс… Надо же… САМ Цирин меня осчастливил. То к нежити приравнял, даже выслушать не захотел, талифан мгновенно отключил, а то вдруг по мыслесвязи нарисовался.

Но учителю моему бывшему если не ответишь, только проблемы получишь, поэтому сказала, стараясь скрыть удивление:

«Во дворце Елисея, профессор».

И тут же удовлетворенное:

«Отлично, сейчас буду».

И действительно, портал раскрылся, и из него вышел Цирин.

Как всегда, подтянут и элегантен, настоящий аристократ: классический черный костюм с белой сорочкой под пиджаком, кожаные туфли, явно сшитые по последней фрезийской моде. Говорят, он – тайный советник императора Фрезии. Да и галантности у него не отнять: поцеловал руку зардевшейся Василисе, любезно поприветствовал Елисея и Ника и обернулся ко мне:

- Иди к себе, собирайся. Ты мне нужна срочно.

И уже моим работодателям:

- Ваши Величества, я приношу свои искренние извинения, но Магдалена мне просто необходима сейчас в академии. Очень надеюсь, что ненадолго.

- Это как-то связано с вашим предыдущим путешествием? – нахмурился, подозревая неладное, Елисей.

- Именно, - кивнул Цирин. – Связь очень тесная.

И опять ко мне:

- Ты еще здесь? Магдалена, у нас действительно нет времени. Давай быстрей.

Вот же! Как с другими общается, так сама любезность! А мною всегда командует, как распоследней рабыней!

Но возражать, зная, что ректор мысли мои, даже самые сокровенные, с недавних пор без проблем читать может, не стала, послушно поплелась наверх собираться.

Интересно, что же такое могло у него приключиться, что я настолько срочно понадобилась? Впрочем, сама скоро все узнаю.

Что собирать магине, особенно если она привычна к путешествиям и не сидит долго на одном и том же месте? В мою бессменную котомку (потерянную мной в чужом лесу и возвращенную обратно старым лешим, охранявшим тот лес) я положила шкатулку с амулетами, похожими на драгоценности, элегантные женские перчатки из черной антарской[14] кожи, миниатюрный кинжальчик, да-да, то самый, украшенный самоцветами и якобы предназначавшийся для самозащиты, хотя я всегда резала им продукты, предпочитая защищаться заклинаниями, пару смен белья, запасной брючный костюм, расческу и зеркальце. Всё. Я готова. Всем остальным меня всегда снабдит родная академия.

Глава 7

Возвращение блудной дочери

Магическая академия в этом мире была одна. Школ, дающих начальное магическое образование, было несколько в каждой стране. В любом мало-мальски крупном городе находилась как минимум одна магическая школа. Академия же была одна. Почему так сложилось, ответить не мог никто. Может, потому что действительно сильных магов, способных обучаться здесь несколько лет, а затем не провалиться на выпускных экзаменах, было не так уж и много. Большая часть магически одаренных существ заканчивала лишь школы и оставалась работать в меру своих сил и таланта там же, где проходила обучение.

В каждой школе были свои требования к учащимся. Где-то не брали бедных, где-то, наоборот, - богатых, были и такие, в которых обучались лишь по расовому признаку. И только академия принимала всех. Главным мерилом при поступлении и обучении был талант.

Официально данное учебное заведение не принадлежало ни одному государству, хоть и находилось на землях фрезийской империи. Отцом и матерью адептам был ректор. Он судил, наказывал, поощрял, издал указы. Бессменным ректором академии был Цирин. Поговаривали, что саму академию основали «под него», чтобы он то ли не мешал при дворе, то ли наоборот, помог императору во время какого-то важно дела. Правду не мог рассказать ни один из ныне живущих.

Сейчас Цирин обладал небывалой властью: с ним советовались представители правящих родов разных рас, к нему, как к последней надежде, обращались существа со всего мира, особенно те, кто отчаялся получить желаемое в своих государствах. Некоторые даже с уверенностью утверждали, что в стенах академии Цирин укрывал беглых преступников, используя их во благо своему детищу. Но это все было на уровне слухов. Сам же ректор не спешил делиться ни с кем информацией.

Все это я вспоминала, пока ректор вводил меня в курс дела в своем кабинете. Да, здесь ничего не поменялось. Я, как одна из самых непоседливых адепток, бывала в этой комнате практически каждодневно. Естественно, выслушивая очередную нотацию о недопустимости моего поведения, ну или же получая очередное наказание.

Я хорошо запомнила обстановку: и этот огромный лакированный дубовый стол, служивший верой и правдой моему бывшему учителю не один десяток лет, и магические фолианты на полках справа, расставленные в определенном порядке, и защищенное различными заклинаниями, ничем не пробиваемое окно, всегда занавешенное узорчатой портьерой…

- Магдалена, вернись с небес на землю. Ты слышала, что я рассказывал?

- Да, конечно, профессор. Вы считаете, что в академии находится ещё один цирх, и полагаете, что только я смогу его обнаружить.

- Почти всё верно. Только это не я так считаю. Это Арни в этом уверен. Вот, полюбуйся.

Я развернула поданный мне листок и с любопытством прочитала стихотворение.

- А что в нем такого необычного?

- Наш цирх уверяет, что написано оно их древним поэтом, Аркани форнем Филисари.

Я присвистнула:

- Даже так? Очень интересно… Где Арни его нашел?

- Говорит, что в библиотеке.

- А зачем его оставили там?

- Понятия не имею. Возможно, забыли.

- Угу. Ясно. И какую роль в поисках вы отводите мне?

- Я объявлю тебя, как нового преподавателя, читающего спецкурс. Помнишь тему своей дипломной?

Ой, помню, конечно. Он что, и правда хочет, чтобы я это читала?

- «Магическая поэзия и ее влияние на окружающую действительность». Профессор, вы серьезно?

- Более чем. Раз наш новый цирх любит стихи, есть вероятность, что она одном из занятий он что-нибудь процитирует, что-нибудь такое, что Арни сможет узнать. Ну или в крайнем случае ты сможешь опознать это существо по ауре.

- Если она у него не скрыта каким-нибудь мощным заклинанием или амулетом.

- Всё может быть. Поэтому я и говорю о спецкурсе. Жить будешь в преподавательском корпусе, неподалеку от меня.

- Чтобы вы за мной присматривали?

Ректор хмыкнул:

- Умная девочка. Так, теперь последнее. Ты помнишь, я рассказывал о шантале?

- О той магической сущности, которую вызвал Арни своим стихотворением? Помню.

- Сейчас ты с ним познакомишься.

И в сторону:

- Виндер, появись.

Воздух завибрировал и соткался в некую странную сущность, этакую собаку с крыльями, 3 хвостами и 10 лапами.

- Слушаю, профессор, - прорычала сущность. Потом вдруг резко повернулась ко мне и потрясенно спросила:

- Императрица???

Ректор раздраженно закатил глаза:

- Опыты, Магдалена.

Потом шанталу:

- Она – человек. Пробудет здесь недолго. Охранять ее просто необходимо, первым делом – от неё самой. Понятно?

- Да, профессор.

- Отлично. Можешь быть свободен.

Сущность исчезла, оставив меня наедине с ректором и новыми вопросами.

«Квартиру» мне выделили на втором этаже трехэтажного преподавательского общежития неподалеку от двери в апартаменты ректора. На некоторое время я стала хозяйкой трех комнат, небольшой кухоньки и ванны. Все чистенько и уютно, хоть и очень штампованно. Ну да мне не привыкать.

Оказавшись одна, я первым дело вынула из кармана припасенное овсяное печенье, положила на салфетку на край ирдийского ворсистого ковра, постеленного на паркетном полу, отошла на пару шагов и тихонько позвала:

- Лиска, а Лиска, смотри, что я тебе принесла!

В углу зашуршало, и на ковре оказалась маленькая бородатая женщина, одетая в грубый хлопчатый комбинезон.

- Ленка вернулась, - по-доброму улыбнулась она, спрятала печенье в карман одежды и спросила: - Надолго? И почему здесь?

- Понятия не имею, - ответила я. – А здесь, потому что ректор дал спецкурс читать.

- Понятно, - степенно кивнула домовушка. – Не волнуйся, Ленка, присмотрю я за твоими покоями.

- Спасибо, Лиска. С меня причитается.

- Ну, это уж понятное дело, - хитро хмыкнула моя собеседница и растворилась в воздухе.

Я довольно ухмыльнулась. С мелкой домашней нечистью я всегда дружила, как в родном замке, так и в академии. Мне проще было подкупить их вкусняшкой или мелкой услугой, чем самой следить за состоянием своей одежды, например. С Лиской я познакомилась сразу же по прибытию. Веселая, беззаботная, она обладала легком отзывчивым характером и всегда готова была помочь. Не бесплатно, конечно, но и цену не задирала, ограничиваясь несколькими печеньями в неделю.

И сейчас давняя, пусть и корыстная, дружба мне была как нельзя кстати: домовушка не только за комнатами и вещами присмотрит, но и всегда доложит, кто заходил ко мне в мое отсутствие и чем тут занимался.

Приняв ванну и выпив чай с бутербродами (Лиска расстаралась, принесла колбасу, хлеб и сыр), я легла спать. Уже засыпая, вспомнила, что забыла рассказать Цирину об очередном появлении иргов. Впрочем, время еще будет…

Спецкурс был назначен на послеобеденное время. Так что утром я могла подготовиться к занятию; с лекциями особо мудрить не стала, решив сделать упор не на теорию, а на практику. Тем более что после пар Цирина по основам стихосложения при создании индивидуальных магических заклятий народ уже должен был знать, как создавать стихи, наполненные магией.

Ректор настаивал, чтобы я вела занятия у всех курсов. Спорить с Цириным было себе дороже, так что я согласилась. И сегодня утром меня ожидали занятия у первого и второго курсов.

К нужному времени я зашла в аудиторию. Курс, как я видела, пришел в полном составе: 32 адепта. Немало. Впрочем, в моей группе изначально было 40 учеников. До выпускных экзаменов дошло всего 25 адептов.

Меня заметили, и шум смолк сам собой. Я подошла к преподавательскому столу.

- Здравствуйте, адепты. Меня зовут Магдалена ант Антанайская. Я буду вести у вас спецкурс «Магическая поэзия и ее влияние на окружающую действительность». Вопросы есть?

Есть. Сразу же вон рука поднялась. И что интересно, из «цветника». Чем эта краля могла заинтересоваться-то? Я вот никогда в тех рядах не сидела, предпочитала задние парты.

- Слушаю. Только представьтесь, пожалуйста.

- Ойрин Веленайская. Скажите, вы та самая Магдалена ант Антанайская, что обручена с Ульрихом ант Вальденштаром, родственником императора?

Действительно, что еще ее могло заинтересовать?

- Именно. Но больше на личные вопросы я отвечать не буду. А теперь приступим к лекции. На занятиях с профессором Цирином вы уже успели узнать об основах магического стихосложения. Кто перечислит правила подобного вида стихосложения?

Тролль. Ну надо же.

- Да, пожалуйста.

- Эронир дерн Шабалий. Правил 3: стихи должны обладать рифмой, формой и смыслом.

- Все верно. Но самое главное – не переборщить.

Начертив знак отрицания, я улыбнулась своим воспоминаниям:

- Один из адептов на занятие по магическому стихосложению решил предоставить вот такие вирши:

Нежный взгляд.Легкий вздох.

Вечная бессонница.

А усну - приснится скоморох,

Иль кроваво-красная конница.

Что со мною? Я не знаю,

Но кошмары постоянные.

И никак их смысл не поймаю,-

Ускользают, окаянные.

Может, это все любовь?

Мучает бессонницей?

Может быть, не знаю..; вновь

Снится мне та конница.

По аудитории пронесся смешок.

- Вы вот сейчас смеетесь, а тот адепт потом постоянными кошмарами страдал: ему снился красный шут, перемазанный то ли в крови, то ли в женской помаде, по уши влюбленный в автора сего опуса. Целители только руками разводили.

Смех перерос в гогот.

- Госпожа преподаватель, а вы сами какие стихи писали? Можете нам почитать?

Вот же неуемная! Говорила же, что больше не буду отвечать на личные вопросы. Хотя… Почему нет.

- Я?

Она не вовремя приходит,

Не спрашивая позволенья.

И сразу темы мне находит.

И я пишу стихотворенья.

О, Муза! Дар иль наказанье-

Кто ты такая для меня?

А может, ты - мое призванье?

Иль взбрык взбешенного коня?

Ответь же мне! Уж нет терпенья!

Я так хочу узнать ответ,

Понять, кто ты, в одно мгновенье,

И все ж услышать: "да" иль "нет".

- И не было никаких последствий?

- Были. Стихи стали качественней. – На этот раз в хохоте явно появились нотки одобрения.

Практика у второго курса прошла примерно так же. Разве что о женихе меня никто не спрашивал. Но там и «цветник» был другой: более взрослый, более самоуверенный. Они слушали объяснения вполуха, что меня вполне устраивало: отыграюсь на следующем занятии, когда буду проверять их вирши.

Занятия длились уже месяц. Я исправно проводила семинары, ставя галочки в журнале, отмечая всех, кто мне казался подозрительным. Но все это было бессмысленным: если цирх действительно был среди адептов, он очень умело маскировался.

- Может, это кто-то из обслуживающего персонала? – как-то спросил на очередном мозговом штурме, проводимом вечером после занятий в кабинете ректора, Арни.

Мы с профессором дружно хмыкнули.

- Тут весь персонал – духи или домовые. Под них уж точно не замаскируешься, - пояснил нашу реакцию Цирин.

- Тогда кто?

- Терпение – высшая добродетель. Не спеши.

Я вздохнула:

- Интересно, как на это раз ирги отреагируют?

- А они тут при чем? – не понял Цирин.

- Так я видела их во сне уже после нашего путешествия.

- И ты до сих пор молчала??? – Ректор потрясенно взглянул на меня.

- Я пыталась вам сказать, но вы, как увидели меня, талифан выключили. Помните, тогда?

Что я вижу? Мой бывший учитель умеет смущаться?

- А почему они к тебе приходили? – не обращая внимания на реакцию Цирина, спросил цирх.

Я замялась. Вот как сказать мальчишке, что его хотели убить? Да еще и моими руками?

- Магдалена? – профессор уже справился с собой и подозрительно смотрел на меня. – Что они тебе сказали?

- Сказали, что я должна была убить Арни…

В кабинете повисло молчание.

- Почему? – потрясенно подал голос вконец подавленный паренек.

- Я у них спросила то же самое. Вместо ответа меня выкинули из сна.

- Все интересней… - задумчиво пробормотал ректор. – Недаром я не верил в их доброе участие. Осталось только понять. Что именно они задумали.

- Да, забыла сказать: ирги, оказывается, были созданы лернеями.

- А это ты откуда узнала?

Понимая, что выворачиваться бессмысленно, я подробно рассказала о встрече с женихом и способе избавления от оного.

- Да, Магдалена, ты не перестаешь меня удивлять…

- Я не должна была отправлять его в Библиотеку?

- По-хорошему – нет. Но раз уж Хранитель пообещал тебе содействие, то об этом Ульрихе можно не беспокоиться.

Как это обычно бывает, всё открылось случайно:

Я сидела в библиотеке, погруженная в магический трактат Ольхеруна Свитомольского[15], когда рядом раздался тихий всхлип. Я оторвалась от книги и подняла голову: недалеко от меня, положив руки на голову, тихо плакала черноволосая девушка-старшекурсница. Рядом с ней, придавленный огромным фолиантом, лежал лист бумаги с каким-то текстом. Поднявшись с места, я подошла и встала рядом. Текст оказался стихотворением, по структуре напоминавшем то первое, после обнаружения которого меня вызвал сюда Цирин:

Сильный ветер, белый снег,

Дальнее селенье.

На дороге человек.

Нет ему спасенья.

Снег давным-давно метёт,

Вьюга воет волком.

Человек уж устаёт.

А идти - без толку.

Лучше лечь и умереть.

Нет отваги в сердце.

Некому за ним скорбеть,

Обмыть полотенцем.

Снег идет который век,

Заметает доступ.

На дороге человек...

Умирает... Просто...

Да уж… Жизнерадостно… Похоже, я нашла цирха… Да и девушку эту я знаю.

- Здравствуй, Лорен. Что-то случилось?

- Госпожа ант Антанайская, - адептка, вздрогнув, подняла заплаканное лицо. – Извините. Я не слышала, как вы подошли.

- Я поняла. Скажи, Лорен, это твое стихотворение?

Девушка внимательно посмотрела на меня и утвердительно произнесла:

- Вы ведь уже знаете, кто я? Да?

Я кивнула:

- Знаю. Пойдем пообщаемся.

Взмах рукой, и портал в комнату открыт. Адептка молча прошла вперед. Я – следом.

Как только портал закрылся, я кивнула на одно из кресел, стоявшее на ковру:

- Присаживайся.

Сама села в соседнее кресло.

- Как ты очутилась здесь, Лорен? Ведь ваша раса давно погибла.

На глазах у моей собеседницы вновь появились слезы, но она сдержалась и тихо ответила:

- Один лерней в машине времени переместил.

Опять машина времени. Да что ж такое! Чувствую я, что пора наведаться в заброшенный гномий город и разгромить хранившийся там экземпляр!

- А с лернеем ты как познакомилась?

Вместо ответа девушка сняла с пальца неприметное колечко, и я с трудом удержалась от аханья. Так вот как, оказывается, выглядит неудачная инициация! У Лорен оказалось уродливое лицо, вытянутое, как у ящерицы, с непонятными рожками над волосами. Видимо, эти самые рожки должны изображать гребень, как у взрослых особей. На руках были когти и чешуйки.

- Не хватило сил на оборот? – участливо спросила я.

Адептка кивнула и вернула кольцо на место.

- Но в таком случае тебя должны были отправить в Поля, нет?

- Вам Арни рассказал? Не удивляйтесь. Я чувствую в нем цирха. И в вас – тоже, хоть у вас и нет второй формы. Да, меня выгнали в Поля. Там меня тот лерней и подобрал. Он же и колечко дал, чтобы внешность и сущность скрыть. Не знаю, зачем я ему понадобилась, он не говорил. Но какое-то время я прожила у него дома, а потом, когда он понял, что его раса обречена на гибель, он переправил меня в будущее, а сам остался умирать со своими… Меня выкинуло неподалеку от академии, и я решила попробовать поступить сюда… Что со мной теперь будет?

Действительно, что? Зная брезгливость Арни, думаю, что ничего хорошего.

Или все же… Профессор меня убьет, когда узнает…

- Лорен, как ты смотришь на то, чтобы пожить у Бабы Яги?

Блеск в заплаканных глазах:

- У самой настоящей? А они еще остались?

- Угу. Я лично одну знаю.

И я открыла очередной портал.

Даня и Яга снова сидели за столом. Да что ж такое, переехал этот леший сюда, что ли? Впрочем, это только к лучшему. И я довольно улыбнулась:

- Бабушка, добрый вечер! О, Даня! И ты тут! Отлично! Бабушка, вы не могли бы мне помочь?

Ну вот как, как, скажите мне, Яга всё поняла, лишь мельком взглянув на Лорен? Сразу же вскочила, стул пододвинула, чаю ей налила. Вот я больше чем уверена, что и настоящее лицо адептки тоже наша хозяйка разглядеть сумела.

- Лена, солнышко, в чем помощь-то нужна? – это уже ко мне.

- Лорен – адептка академии, но пока оставаться там ей нельзя. Может она у вас некоторое время пожить?

- Конечно. Мне, старухе, скучно в одиночестве. Даня, вон, редко заходит. Так что я буду рада гостям.

Глава 8

Проблемы поодиночке не появляются…

Даниил:

У Лены теперь новая традиция: появляться у Арины Яговны, когда мы ужинаем.

Портал возник буквально за секунду, из него вышли ведьма и какая-то девчонка, явно еще ученица, причем последняя была с заплаканными глазами. Это что ж, Лена ее до слез довела? Зная эту девушку, ничуть не удивлюсь.

- Бабушка, добрый вечер! О, Даня! И ты тут! Отлично! Бабушка, вы не могли бы мне помочь?

Не прошло и нескольких минут, как у Яговны появилась постоялица. И ведь девчонка явно не простая. Вон как Лена с нашей хозяйкой с ней носятся. А она сидит, вся в комок сжалась.

Уж не у Цирина ли ведьма ее увела? С этой станется… Представляю, как профессор рассвирепеет, если это и в самом деле так.

Но зато теперь Яге скучно не будет. А то вечно мне пеняет, что редко появляюсь. Да как тут часто бывать, если волки вконец обнаглели и пытаются окрестных селян объедать? Кому-то же надо за этим живым царством присматривать!

Магдалена:

Ну вот, девочку пристроила, пора теперь к бывшему учителю с повинной явиться. Ой, чую, он обрадуется новости… Да так обрадуется, что мне мало не покажется… Но зато Лорен хоть немного отдохнет от того напряжения, в котором она жила всё это время…

Ректор был у себя. Увидев меня, выходящую из портала с угрюмым выражением на лице, он прозорливо поинтересовался:

- И что ты опять натворила?

- Вы Арни позовите, попросила я, чтобы мне дважды все не рассказывать.

- Понятно. Цирха ты все же нашла. Сейчас будет здесь Арни.

Меня слушали, не прерывая. Только адепт скривился, услышав описание Лорен, но такая реакция была как раз предсказуема. И ректор это тоже заметил. Когда я замолчала, Цирин некоторое время о чем-то думал, потом уточнил:

- Какой, говоришь, курс? Выпускной? Эти уже все экзамены сдали, теперь к финальным испытаниям и защите диплома готовятся. Лорен я помню: умная адептка. И не кривись, Арни. Девочка не виновата, что у вас такие идиотские законы были приняты. Пусть и правда пока поживет у Яги. Я наведаюсь к ним, пообщаюсь с обеими. Может, что путное из этого и выйдет.

Ректор не злится? Странно. Я думала, он будет в ярости. Хотя… Он же, насколько я помню, все хотел Ягу в академию заманить, вот и шанс представился еще раз на эту тему со старушкой пообщаться.

Вышли мы из кабинета вдвоем с цирхом.

- Арни, у меня пара вопросов есть.

Паренек возвел глаза к потолку:

- Вот знал я, что спокойно жить ты не можешь. Открывай портал, пошли к тебе, там и поговорим.

Я кивнула, и уже через несколько минут мы сидели в моей гостиной. Лиска, отрабатывая выданное ей на днях печенье, содержала мои «апартаменты» в идеальной чистоте. Сегодня она, видимо, рассчитывая на дополнительную благодарность, даже установила на ковре между креслами чайный столик, на котором стояли графин с морсом, пиалы и вазочка с шоколадными конфетами. «Вечерняя заря» - с трюфелями, мои любимые. Знает же, паршивка, чем подкупить.

- И что у тебя за вопросы? – Арни, привыкший за время учебы к скромным условиям в студенческой общаге, с удовольствием плюхнулся в мягкое кресло и, не спрашивая, налил себе морс.

- Кто такая Императрица? У вашей расы, естественно.

Нет, ну кто ему виноват, что он в это время морс пил??? Знал же, с кем разговаривает! Не мог сначала проглотить, а уже потом спрашивать??? Естественно, весь ковер оказался забрызганным, а сам цирх, поперхнувшись, начал кашлять.

- Смерти ты моей хочешь, - пробормотал он, придя в себя.

- И правильно хочет. Ишь, взял моду чужие ковры грязнить, - раздался из ниоткуда ворчащий голос Лиски, и с испачканной вещи начали стремительно исчезать пятна.

Парень раскрыл рот и изумленно вытаращился на это действо, я же только хмыкнула:

- Арни, у вас что, домовых не было?

- Нет… Так ты и с домовыми знакома?

- Есть немного. Лиска, спасибо. Я отблагодарю.

Довольный смешок домовушки раздался прямо из воздуха, и сразу же всё стихло.

- Да, Лена, умеешь ты жить красиво… Даже заклинания применять не нужно, все за тебя сделают.

- Так сам подружить с домовыми, кто ж мешает, они и тебе помогать будут.

- Ладно, посмотрим. Насчет твоего вопроса… Ты вообще где об Императрице услышала? – На этот раз, спросив, цирх не стал ни есть, ни пить. Умный мальчик. На лету учится.

- Твой шантал меня так назвал при первой встрече.

Я буквально услышала тот звон, с которым отпала на пол челюсть моего гостя. Несколько секунд он задумчиво молчал, видимо, пытаясь переварить новость. Потом произнес:

- Шантал. Тебя. Императрицей. Поздравляю, Лена, ты влипла. Цирин, кстати, в курсе?

- Угу. Это при нем случилось.

- И как отреагировал?

- На опыты обещал отправить.

- Дельная мысль.

- Прекрати меня пугать. Лучше объясни нормально, чем мне это может грозить.

Парень задумчиво потер подбородок.

- Видишь ли, Лена… Как бы тебе все правильно изложить… У моей расы было древнее предание, что создали первых цирхов Император и Императрица. Насколько это применимо к сегодняшней науке, можно сказать, что нас вывели из пробирки, мы – искусственно созданные организмы, появившиеся в результате одного опыта, удачного или нет – другой вопрос. Отсюда и способности к трансформации, и прохождение инициации. Так что то, что шантал назвал тебя Императрицей, возводит тебя в ранг мифической Прародительницы моей расы. Теперь, в принципе, я начинаю понимать, почему ирги так хотели, чтобы ты меня убила при первой встрече. Они боялись появления в этом времени моих родичей. И, как видим, не зря: девчонку-полуцирха, застрявшую в своей трансформации, ты уже нашла…

- Э… Арни, а размножались вы как? Тоже через пробирку?

- О! Это еще более интересная тема. Размножались мы обычным путем, но каждый, кто становился избранником цирха, вне зависимости от расы, мог со своим партнером зачать ребенка, который наследовал в себе все гены моих родичей. То есть, по-простому, если я женюсь на эльфийке, а Лорен выйдет замуж за человека, и у меня, и у неё родятся полноценные цирхи, способные к полной трансформации. Вот тебе и начало возрождения умершей расы.

- Круто…

- Именно. И да, Цирин знает об этой нашей способности.

Максимилиан Цирин:

Проводив Магдалену и Арни, я отдал необходимые распоряжения секретарю и открыл портал в леса Роси, с точкой выхода возле домика Бабы Яги.

Дверь открылась практически мгновенно. Вот ведь какое чутье у хозяйки!

- Профессор, рада видеть, - гостеприимно улыбнулась Яга. – Проходите. Мы как раз чаёвничать собрались.

В домике было натоплено и очень уютно. На столе, накрытом клеенкой с золотистыми разводами, как обычно красовались высокие горки блинов и пирожков, в блюдцах – несколько видов варенья. Лениво и неспешно гудел самовар. Лорен сидела на диване и гладила балдевшую кошку, любимицу хозяйки. Увидев меня, адептка поднялась и поклонилась:

- Здравствуйте, профессор.

Я кивнул и сел на один из стульев.

- Сперва чай. Поговорите потом, - подошла Яга.

Не против. Готовит старушка просто великолепно.

Как и всё хорошее, трапеза вскоре подошла к концу, и хозяйка тактично удалилась на кухню, позволяя нам с Лорен свободно пообщаться.

- И как долго ты планируешь здесь отсиживаться? – задал я сразу главный вопрос.

Девушка потупилась:

- Пока не знаю. Здесь тихо и спокойно, там я все время в напряжении была, боялась, что меня будут презирать.

- Это ты об Арни сейчас? Можешь не краснеть. И так понятно. Ты теперь вечно от него прятаться будешь? Впрочем, хорошо, тебе нужно время – оно у тебя будет. Как решишь вернуться, пообщайся с Даней. Это местный леший. Яга поможет выйти с ним на контакт. Пока же – вот, материалы для подготовки к финальным испытаниям и защиты диплома. От учебы в академии тебя никто не освобождал, пусть даже и учиться остаток времени ты будешь заочно.

- Я поняла. Спасибо, профессор…

И глазки в пол. Ох уж эти адептки. Вот за что я Магдалену ценю, хоть и стараюсь держать ее от академии подальше, так это за то, что она не боится смотреть в глаза и стеснительностью не страдает.

Разговор с Ягой прошел еще легче. Хозяйка возилась у плиты, когда я зашел в комнату.

- Благодарю, сударыня, за чудесную трапезу. Позвольте поинтересоваться: вы обдумали мое приглашение?

- Искуситель вы, профессор, - вздохнула пожилая женщина. – Вот на кого я дом и хозяйство оставлю?

- На ту же Лорен, - пожал я плечами. – В академии ее очень хвалили преподаватели по флоре, фауне и целительству. Подучите ее немного, отшлифуете знания, и пусть после окончания обучения сидит здесь, исполняет ваши функции. Все равно от людей и нелюдей она сейчас старается подальше держаться.

- А что, - задумалась Яга. – Неплохая идея… А насчет вашего предложения… Приеду к вам в академию, только не раньше начала следующего учебного года.

- Великолепно. Тогда позвольте откланяться.

Портал в кабинет, и вот уже я снова в стенах родного академии.

Буквально сразу же в голове раздался голос ведьмы, полный панических ноток:

«Профессор! Они летают! Я не знаю, что делать!!!»

Не дойдя до своего стола пары шагов, я вздохнул и устало потер виски руками. Вот же собрание всех неприятностей в одном лице…

«Кто летает, Магдалена?»

«Адепты… Старший курс…»

Это как? Кто и что мог там натворить, чтобы старшекурсники взлетели?

«Где вы?»

«На полигоне…»

«Сейчас буду».

Магдалена:

Сегодня я должна была принимать зачет по своему спецкурсу у старшей группы. Никаких сюрпризов или неожиданностей не ждала: адепты уже взрослые, да и полуцирх, Лорен, отсутствовала. Я планировала отпустить учеников пораньше и насладиться тишиной библиотеки. Ведь завтра уже надо было возвращаться на работу, во дворец.

Действительно, с самого начала проблем не было. Помня о своих способностях притягивать к себе не только приключения, но и неприятности, принимать зачет я решила на полигоне, большой магически защищенной местности, служившей всем в академии спортзалом и местом для отработки всевозможных заклинаний.

Все шло хорошо, пока не вышла показывать свои знания самая слабая адептка-выпускница (и как Цирин ее раньше не отчислил?), Аринэ Вересийская. У девушки практически не было способностей, учиться она не любила, и я не понимала, что ее держит в лучшем магическом заведении мира.

Привычно начертив знак отрицания, я кивнула, и адептка начала читать:

Плету из бисиринок-слов

Мозаику чудесную.

Мне каждый слог помочь готов:

Пишу лазурь небесную,

Рисую воздуха хрусталь

И зелень изумрудную,

Твою вселенскую печаль,

Глаза,улыбку чудную.

Волшебный взгляд и нежность губ

Мое сердечко вынули,

Твои власа и милый чуб

На душу сеть накинули.

Теперь твоя я навсегда.

Прижми меня к своей груди.

Пусть не коснется нас беда.

Меня из дому укради.

Мы будем плавать в небесах,

На облаках играть в лото,

Есть ягоды, грибы в лесах,

И не отыщет нас никто.

Мда… Откровенно слабо. Впрочем, от Аринэ я ничего лучше и не ждала. Да и не на вечере поэтов ей выступать. А так, чтобы получить зачет, пойдет. Я уже собиралась поставить «зачтено» в ведомость и закончить занятие, как из группы адептов послышали вскрикивания. Обернувшись, я в немом изумлении уставилась на своих учеников, которые, крича и ругаясь, поднимались в воздух, нелепо размахивая конечностями. Кто-то, судя по пассам руками, пытался применить магию, но это не помогало, и несчастного волокло вверх.

Аринэ в шоке смотрела на своих сокурсников, а я готова была выругаться от бессилья. Лорен. Я вот больше чем уверена, что стихи для самой слабой адептки в группе писала полуцирх, так сказать, в виде шефской помощи. Надо же, «Мы будем плавать в небесах»… Действительно, плавают…

Тут вскрикнула и сама Аринэ: неведомая сила подняла ее в воздух и потащила к одногруппникам, а потом буквально прилепила к самому сильному адепту группы, Арсинецию ант Вартенскому. Ну вот я и нашла причину, по которой девушка не уходила из академии… «Прижми меня к своей груди»… Прижал. Только вряд ли ему это нравится…

Пора звать Цирина…

«Профессор! Они летают! Я не знаю, что делать!!!»

Тяжелый вздох, и измученный голос:

«Кто летает, Магдалена?»

«Адепты… Старший курс…»

«Где вы?»

«На полигоне…»

«Сейчас буду».

Портал появился практически сразу же. Цирин, внимательно посмотрев на парящих в воздухе студентов, повернулся ко мне:

- Лорен?

- Думаю, да.

- И кому она помогала?

- Аринэ Вересийской.

- Это той, от кого пытается сбежать внебрачный сын императора?

Действительно, Арсинеций ант Вартенский всячески старался, хоть и безуспешно, избежать тесного контакта с ошалевшей от такого поворота событий, но все же довольной девушкой. Увы. Слишком сильна была незнакомая магия.

- Да.

- Великолепно… Виндер!

Шантал появился в то же мгновение:

- Профессор? Императрица?

- Отмени магию цирхов. Верни адептов с небес на землю.

- Слушаюсь.

Еще пара секунд, и весь старший курс стоит на земле, чуть ли не в струнку вытянувшись перед разозленным ректором.

- Виндер – свободен.

Шантал исчез.

- Адептка Аринэ Вересийская.

Слабая ученица буквально сжалась в комок под грозным взглядом Цирина.

- Незачет по спецкурсу. Пересдавать будете лично мне. Пока не пересдадите, никакого допуска к защите. Понятно?

Обреченное:

- Да, профессор.

- Отлично. Остальные… - ректор повернулся и вопросительно посмотрел на меня. Я кивнула. – Остальные могу начинать готовиться к финальным испытаниям и защите своих дипломных работ. Всем всё понятно?

Нестройное:

- Да, профессор!

- Тогда можете быть свободны. Все.

Когда мы остались одни, мой бывший учитель устало покачал головой:

- Ой, боюсь, это заклинание мне еще акунется. Ты запомнила его?

- Да, полностью.

- Отлично.

Портал, и мы в кабинете ректора. Цирин указал мне на стул рядом с рабочим столом:

- Садись и пиши. Постарайся ничего не перепутать.

Я подчинилась и слово в слово записала запомнившееся стихотворение.

Листок с текстом ректор брал, словно это был ядовитый и крайне опасный паук. Прочитал текст. Некоторое время сидел молча. Потом:

- Кто, говоришь, его написал?

Настороженно смотрю на учителя:

- Вы думаете…

- Да тут и думать не надо. И так все понятно. Вот император обрадуется будущей невестке. Вовремя я ее отослал к Яге…

- Она все же цирх, пусть и не до конца обернувшийся.

- Намекаешь, что это явно лучше безродной девчонки, повиснувшей у него на шее? Боюсь, Артон твоего оптимизма не разделит… Ладно, будем надеяться, что никаких особых последствий не предвидится. До завтрашнего утра ты свободна. Можешь наслаждаться библиотекой. А завтра перенесу тебя назад, во дворец.

Глава 9

К чему приводит упрямство

Библиотекой я наслаждалась всю ночь, поэтому, естественно, утром была похожа на зомби. Нам, адептам, во время обучения разрешалось пользоваться только частью хранившихся здесь книг. А вот у преподавателей возможностей было явно больше. И все те годы, что я училась в академии, я мечтала попасть в закрытый фонд. Ведь только один трактат об искусстве создания расторопных и вежливых слуг из неживой материи (не из трупов, а из земли или глины, големов, то есть) неизвестного автора глубокой древности заставлял адептов идти на различные ухищрения, чтобы хоть глазком взглянуть на запретный фолиант. И подобных книжных сокровищ здесь было множество. Поэтому вполне естественно, что Цирин нашел меня за столом ранним утром. Я еще не спала, но уже откровенно, не стесняясь, зевала.

Критически осмотрев мою полусознательную тушку, профессор недовольно покачал головой, раскрыл портал и вместе со мной оказался во дворце, прямо рядом с троном Елисея. Тот, кстати, сидел вместе с Василисой на софе. Оба что-то обсуждали и бурно жестикулировали, пока не увидели гостей.

- Это уже начинает входить в привычку, - ворчливо вздохнул мой работодатель немедленно поднимаясь и давая возможность ректору положить меня рядом с подругой. – Как только она уходит на очередное задание, жди, что вернется недвижной тушкой. Что на этот раз? Снова отчаянно спасала мир?

- Если бы. Засиделась за запретной литературой в библиотеке академии, - хмыкнул профессор. И уже мне: - Твои вещи перенесу сам. Спи, горе луковое.

И я действительно заснула.

Приснился мне дед. Он стоял посреди своей кельи и расстроенно качал головой:

- Ох, Лена, и почему мне нельзя ни на минуту вас оставить…

Я удивленно нахмурилась:

- И что еще я сделала не так?

- Многое. Вот скажи, например, зачем ты познакомила Эли с тем крестьянином?

- Ты сейчас о ком? О Пашке, что ли? Деда, да я уверена: она просто развлекается.

- Если бы. Она влюбилась, Лена, влюбилась первый раз в жизни и ни в какую не хочет домой возвращаться.

Что???

- Деда, ты вот сейчас что, серьезно? Герцогиня и крестьянин? Да ну, брось.

Но дед лишь грустно посмотрел на меня.

- Ой…

- Вот и ой. Эли мужским вниманием не избалована, а тут вдруг стала светом в окошке. Но твоя мать никогда не допустит подобного чудовищного мезальянса.

- Ладно, мать. Я сама не представляю себе, что тётя могла найти в этом деревенском чурбане. Деда, а ты не пытался ее уговорить?

- За то время, что ты находилась в академии, я много что пытался сделать. Итог один: она пускает в ход тяжелую артиллерию и начинает или своими химическими опытами все вокруг разносить, или плакать. Как думаешь, что для меня предпочтительней?

Да уж.. Женских слез дед боялся как огня. А уж когда плачет любимая младшая доченька с неустроенной личной жизнью… Представляю, каково ему было…

- И что же делать?

- Не знаю. Знаю только, что возвращаться домой она не желает, да и родные ее не поймут и не примут, если она все же решится связать свою судьбу с этим крестьянином. Ох-хо-хо. Моя дочь и какой-то лапотник. Думай, Лена, думай, как их разлучить. Да так, чтобы Эли как можно меньше страдала.

Дед исчез, а я проснулась в своей постели. Интересно, кто меня сюда принес из тронного зала? Впрочем, сейчас надо думать не об этом… Ну, Эли! Ну, учудила! Связаться с Пашкой! Это ж надо было до такого додуматься!

Встав с кровати, я заметила на столе шкатулку. Значит, Цирин сдержал обещание и действительно перенес мои вещи. В расстроенных чувствах, я подошла к своему хранилищу амулетов и стала вертеть в руках разные колечки-подвески, пытаясь хоть как-то успокоиться. Да… И что же придумать??? Василиса с Елисеем точно не придут в восторг, если тётя притащит в выделенные ей комнаты крестьянина. А к нему домой, в ту развалюху, я сама свою родственницу не пущу…

Взгляд остановился на небольшом черном мешочке со шнурком. Подарок замка. Замка… А это идея, пусть и сумасшедшая, но идея. Только сперва нужно с Эли переговорить.

Переодевшись (мои работодатели приставили ко мне горничную, но я предпочитала делать все сама: годы в академии давали о себе знать) в домашний байховый костюм, я вышла из комнаты. Где сейчас может быть тётя? Очень надеюсь, что у себя. Судя по солнцу за окном, дело движется к вечеру. Надеюсь, моя родственница еще не успела сбежать на очередное свидание.

Эли оказалась в своей комнате: лежа на кровати, она что-то с интересом читала; увидев меня, отбросила книгу, подбежала, обняла, взлохматила волосы:

- Привет, пропащая душа. Где ты была? Твои друзья сказали, что тебя забрал в академию ректор, но так и не смогли объяснить, почему. Что случилось?

Рассказать? Почему бы и нет. Неприятный разговор я всегда начать успею.

Мы обе залезли с ногами на пышную перину, и я начала в подробностях описывать свои приключения. Когда я закончила, Элеонора хмыкнула:

- Так вот куда Артон своего внебрачного сыночка дел. Всё высшее общество Фрезии гадает, что с парнем сталось, а он преспокойно учится в академии. Сильный хоть маг?

- Да. И довольно способный.

Тётя удовлетворенно кивнула:

- Значит, можно не бояться, что императрица его со свету сживет.

- Почему она вообще его так ненавидит? Ведь ее брак с императором произошел после рождения парня.

- Борьба за престол, Лена. Императорская пара вместе уже 7 лет, а императрица до сих пор не понесла. В некоторых кругах поговаривают, что она бесплодна.

- Да уж. Как хорошо, что я далека ото всех этих сплетен и подковерных игр…

И безо всякого перехода:

- Эли, ко мне ночью дед приходил.

Моя родственница скривилась:

- Просил повлиять на меня? Никак не может смириться с тем, что я уже выросла и способна сама распоряжаться своей судьбой?

- Эли, ну вот что ты такое говоришь? Дед не моя матушка. Он действительно тебя любит.

- Угу. Вот только не хочу я в замок возвращаться, понимаешь? Все высшее общество Фрезии со своими интригами и желанием подсидеть ближнего своего меня уже достало.

- Так не возвращайся. Пашка-то тут при чем?

При упоминании крестьянина лицо тети посветлело.

- Павлик… Он добрый, заботливый, меня понимает…

- Эли, он старый, да и крестьянин, к тому же.

- Почему старый? Ему всего 32.

Пашке??? 32??? Я думала, ему за 50…

- А насчет его социального положения… Знаешь, Лен, на меня никто из знати не смотрел так, как смотрит этот крестьянин… Так что вся эта разница – такая чушь…

- А то, что ты никакая не принцесса, ему известно?

- Конечно. Он мне сам сказал, что, мол, принцессы так себя не ведут, но его все устраивает.

Еще бы. Не принцесса, так герцогиня. Недалеко от первоначального плана ушел. Но вслух я это говорить не стала, чтобы не обижать родственницу.

- Хорошо, а его уровень тебя не смущает? Он же двух слов связать не может.

- Зато я могу. И что? Стала от этого счастливей?

Да, у моей тетушки на все есть ответы. И возражает она довольно логично. И все же, все же. Кто она, а кто – Пашка…

- Эли, а жить вы где будете?

- Вот именно это меня и смущает. Единственное, кстати. Но можно потребовать у отца свою долю наследства.

Я закашлялась:

- Эли, ты меня, конечно, прости за то, что я сейчас скажу, не обижайся, правда, но из вас двоих мужчина вроде как он. И ему надо о вашей совместной жизни задумываться, а не тебе. На его месте я бы на деньги жены жить не согласилась.

Тетя понурилась:

- Вот и он не хочет…

О! Еще не все пропало. Гордость у него есть, оказывается.

Вот только тётю жалко. И чисто по-женски я ее могу понять: ей хочется обычного женского счастья, пусть и с тем, кто ей ничуть не подходит.

- Знаешь, у меня есть одно предложение. Но всё будет зависеть от реакции твоего возлюбленного.

Боги, что я творю. Дед меня за это убьет. А Цирин ему еще и поможет…

Родственница вскинулась, смотря на меня с надеждой. Вздохнув, я вытащила из кармана костюма тот самый черный мешочек со шнурком и положила на перину:

- Вот. Помнишь, я тебе рассказывала о мыслящем замке? Это его подарок: камни, которые я могу высыпать там, где захочу построить свой дом. Как ты понимаешь, хибарой он не будет, скорее замком. И этому самому замку будет нужна экономка, ну а ее муж может выполнять любые физические работы: например, дрова наколоть или воду наносить. Если Пашка согласится, вы оба станете наемными работниками, и никуда уезжать вам не нужно будет.

На месте тети я бы точно оскорбилась, что ее из потомственной аристократки, герцогини понижают до экономки, почти служанки. Но правильно говорят умные люди: любовь слепа. Элеонора и не подумала обижаться, наоборот, засияла:

- Спасибо тебе, Лена! Я сегодня же спрошу у него. Думаю, он согласится!

Ну а если он сам не согласится, ты, милая тетушка, сумеешь на него надавить…

Максимилиан Цирин:

Дверь в кабинет раскрылась, и в комнату вошел мой секретарь:

- Господин ректор, к вам адепт Арсинеций ант Вартенский.

А вот и последствия сказываются… Надо же, как быстро… И суток не прошло.

- Пусть войдет.

Оилиуний поклонился и вышел. Буквально сразу же после его ухода в комнату зашел императорский сын.

- Профессор Цирин, прошу, выслушайте меня.

- Что случилось, Арсинеций?

- Профессор Цирин, адептка Лорен вартен Сабиро не появилась сегодня на занятиях…

- И? Насколько я помню, ты не староста, чтобы отмечать тех, кто отсутствует.

Парень опустил голову:

- Я… Мне нужно ее видеть… Профессор, вы ведь знаете где она? Пожалуйста, помогите мне встретиться с ней.

Как там было? «Теперь твоя я навсегда…»? Да уж, император определенно будет в восторге…

- Арсинеций, ты ведь неслабый маг. Да и защита на тебе сильная. Неужели ты не понял, что тебя приворожили?

- Понял. Но все равно хочу ее видеть. Прошу, профессор!

И что делать?

- Лорен сейчас готовится к индивидуальной сдаче финальных испытаний. Не думаю, что ее нужно отвлекать. Да и тебе не мешало бы подумать об окончании учебы и только после этого заниматься своими личными делами. Но я все же пойду тебе навстречу и в ближайшее время переговорю с девушкой. Если она захочет тебя видеть, я устрою вашу встречу.

Внебрачный сын императора вздохнул:

- Благодарю, профессор. Я буду ждать вестей от вас…

Да уж, мало мне забот было. А ведь еще есть Агата и ее отец. Девочка все время бегает от Альтера, не желая с ним разговаривать; тот расстроен, не знает, что делать. Может, отправить их двоих куда-нибудь в Голые Скалы на недельку, устроить им курс выживания? Все больше склоняюсь к этой мысли…

Даниил:

Нет, ну вы на них посмотрите! Спелись, две бандитки! И ведь как технично и правильно кидают! Будто мысли друг друга читают! Хотя… Может, и правда, читают.

Я увернулся от одного снежка и тут же получил за шиворот второй. Сразу же вслед за этим раздался дружный девичий смех. Ну ничего, я найду, как вам отомстить!

Шепнул пару слов, и смех мгновенно перешел в громкий визг, причем тоже в дружный и девичий. Вот, правильно, бельчата, обстреливайте их сверху. А то ишь, нашли моду нападать на беззащитного лешего! Я аж засмотрелся.

- Даня, прекрати! Ну хватит!

Угу, сейчас.

- А я что? Я ничего, это вас белки любят.

Лена и Лорен переглянулись, и в следующую секунду под ногами у меня оказался лед. Я неловко взмахнул руками и «поцеловал» скользкую поверхность. Ну, заразы!

- Молодежь, хватит шалить, - донесся из домика веселый голос Арины Яговны. – Девочки, не обижайте Даню. И давайте заходите в дом. Обед остыл совсем.

Убежали. И даже не помогли подняться.

Это Ленка дурно на Лорен влияет. Пока ведьмы нет, та тихая и скромная, от своих конспектов и учебников голову не поднимает. Ну и Яговне по дому помогает. А как только ведьма в гости заявляется, у обеих крышу сносит.

Вот кто меня дернул сегодня днем к Яге зайти? Сразу на улицу потащили: поиграй с нами, Даня. Поиграл. На свою голову. Ну ничего, найду я на них управу.

В доме, как обычно, чисто, тепло и уютно. Когда я зашел, мои мучительницы уже сидели за накрытым столом. Да, уж очень гостеприимна хозяйка: голубцы, пельмени, вареники, в горшочке явно тушеное мясо, в миске - жаркое. Ну и морс с компотом, куда ж без них. Старушка алкоголь очень не любит.

Магдалена:

- Лена, ты с ума сошла! Ты хоть понимаешь, что будет, когда, не если, заметь, когда, это все раскроется??? – Елисей взволнованно расхаживал по тронному залу вот уже почти полчаса, пытаясь объяснить мне то, что я прекрасно понимала и без него.

- Хорошо, тогда предложи выход. И не надо мне говорить о необходимости разлучить этих двоих, мол, время лечит. Этого алкоголика оно, может, и вылечит, и он забудет тетю после очередной бутылки. А Эли? С ней что будет? Она, вон, деду уже истерики закатывала, когда тот пытался вернуть ее в замок. Ну давай, я слушаю твои предложения.

- Лена, но не свадьба же, - вступила в разговор подруга. – Ты же сама понимаешь, что они очень уж разные. А если дети родятся? Каково им будет жить с пониманием, что ни в одно приличное место из-за этого жуткого мезальянса их не примут.

- Василиса, мне ты зачем рассказываешь? Я всё прекрасно осознаю. Вот давай, я сейчас позову сюда Эли, и вы оба постараетесь убедить тетушку в ошибочности ее действий. Ну вот что вы оба глаза отводите? Я не пойму: как красиво доводы приводить и четко доказывать неправильность ее поступка, - так это ко мне, а как свои мысли высказать на эту тему самой Эли, так почему-то отказываетесь. Елисей, ну ты ж здесь царь и бог. Сошли Пашку на рудники, отправь в дальнюю деревню, запрети ему жениться, в конце концов. Покажи свою власть. Нет? Почему? Ну что молчишь? И дед, и вы почему-то уверены, что я способна повлиять на Элеонору. А то, что именно она, а не мамки с няньками и не родная мать, меня вырастила и вынянчила, и я, соответственно, хочу, чтобы она была счастлива, вы в расчет не берете!

Царь Роси тяжело вздохнул:

- Я понимаю твои мотивы, но то, что ты предлагаешь… Ладно, они оба согласны на тебя работать. Этому я не удивляюсь. Пашке после его полуразвалившейся халупы замок раем покажется. Тетя твоя променяла титул на чувства. Глупость, конечно, но тоже понять можно. Ну так пусть и живут вместе. Но не брачный же обряд. Да как только император Фрезии узнает о подобном… Он же мою страну в порошок сотрет!

Я пакостливо ухмыльнулась:

- Елисей, вот ответь мне честно: тебя только это волнует? Тогда смею тебя обрадовать: ничего с твоей страной е случится. Артон будет только счастлив, что тетя уже не представляет для него никакой угрозы. Что хмуришься? Не понимаешь? Ты об Арсинеции ант Вартенском что-нибудь слышал?

- О внебрачном сыне императора? Естественно, слышал. А он тут при чем?

- Ой, Елисей, я тебе давно говорила: нужно налаживать разведку. А ты все в благородного играешь… Сестра Василисы, императрица Каролина, Арса ненавидит. И чтобы парня не подставлять под удар, император обучал его вдали от дворца. Начальный курс магии преподавал ему мой дед, Скаратей ант Фарионен, и паренек часто бывал у нас в замке. Ну и влюбился в веселую и бойкую Элеонору. Артон, перепугавшись, что детская влюбленность перерастет в что-то серьезное, отправил сына, еще не полностью подготовленного, кстати, к нам в академию. Так что конкретно в этом случае император только спасибо скажет тебе, когда узнает, что объект детской влюбленности сына удачно пристроен.

- Да уж… Лена, шпионка из тебя выйдет превосходная. Может, пойдешь ко мне на полставки?

- Ни за что. Мне магических проблем в твоем царстве хватает. Но мы отвлеклись. Скажи, ты даешь разрешение на скреплении брака на площади богов[16]?

Мой работодатель тяжело вздохнул:

- Похоже, ты не оставляешь мне выбора. Только сначала объясни свою затею с замком.

Я замялась, и венценосные супруги с подозрением посмотрели на меня.

- Лена, мне кажется, ты что-то скрываешь, - вынесла наконец вердикт Василиса.

Я вздохнула.

- Скорее умалчиваю. Профессор приказал роб этом никому не рассказывать… Но тетя уже знает, так что по шее от своего бывшего учителя я получу в любом случае…

Запустив магическую следилку, я удостоверилась, что нас никто не подслушивает, и рассказала друзьям о своих настоящих приключениях.

- И вот сейчас наконец-то пришло время воспользоваться подарком того одушевленного замка и создать свой собственный дом.

- Даже не знаю, радоваться или огорчаться, услышав другую версию… - задумчиво пробормотал Елисей. – Все же та, первая, была намного безопасней…

- Вот потому я все время и молчала. И если бы не Эли с ее навязчивым желанием выйти замуж за крестьянина, я бы продолжала молчать. Но тетю жалко. И в халупу к Пашке я ее не пущу.

- Угу. И где ты собираешь строить свой замок?

- Так на Ведьминой горе. Самое подходящее место. Ты мне все равно обещал за работу землю возле Китежа выделить. Василиса, ну не бледней ты так сильно. Ничего со мной там не случится. Я же сама ведьма, об этом ты не забыла?

- Лена, но то же Ведьмина гора! Наши все ее за версту обходят. Вряд ли даже Пашка с его безбашенностью туда отважится сунуться.

- Ну вот заодно и проверим его чувства.

- И жадность, - мрачно добавил Елисей. – Не нравится мне твоя идея, Лена, совсем не нравится.

- Но добро ты даешь?

- Если ты настаиваешь…

Через некоторое время у меня на руках была дарственная на мое имя, уведомлявшая любого желающего, что Ведьмина гора и прилегающая к ней территория в радиусе 3 километров принадлежат отныне магине Магдалене ант Антанайской за ее службу на благо Роси.

А уже через час я была у Яги. Официально – мне надо было проверить, как идут дела у Лорен, неофициально – перед тем, как соваться на Ведьмину гору, я все же хотела собрать любую информацию об этом таинственном, навевающем ужас на обывателей месте.

Надо сказать, появилась я в лесном домике как раз вовремя: Лорен уже устало терла глаза, пытаясь запомнить хоть что-то из необходимого для финальных испытаний материала. Да и Даня совсем кстати пришел, Ягу проведать. Мы с полуцирхом вытащили его на улицу и с наслаждением намылили шею, а потом за обедом жадно уминали стряпню нашей гостеприимной хозяйки.

Глава 10

Отчаянные поступки и их последствия

- Ведьмина гора… - Яга покачала головой. – Любишь ты приключения, Лена.

Мы расположились за столом в гостиной, отправив Даню и Лорен любоваться зимним лесом. Леший пытался было протестовать, но старушка мягко попросила его дать нам возможность пообщаться наедине. Странно, но после такой просьбы Даня покорно дождался, пока девушка оденется, и они отправились гулять.

- Бабушка, ну вот зачем вы меня заранее пытаетесь напугать. Я помню, что говорится об этом месте: что, мол, там ведьму в древности сожгли за ее гадкие поступки, и что, мол, до сих пор там стоны ее предсмертные слышатся, а кто туда сунется, через несколько месяцев покойником становится, никакое лечение не спасает. Но народу только дай волю, он и меня в ранг жуткой колдуньи возведет. Не верю я, что там все так ужасно, как люди твердят.

- Знаешь пословицу: «Нет дыма без огня»?

- Согласна. Но ведь есть еще и другая: «У страха глаза велики». Вот потому я и пришла к вам, чтобы узнать, что там такого страшного. Я ж туда все равно сунусь, да еще и с собой кого-нибудь прихвачу, чтобы не так страшно было.

- И потом будет то место называться не горой, а котлованом, - улыбнулась хозяйка.

- Скорее мороковой пустошью[17], - хмыкнула я. – Так что там стряслось-то? Ведьма вообще была? Или народ, как то часто бывает, сам выдумал, сам испугался?

- Ведьма как раз была, это совершенно точно. Люди поговаривают, что появилась она в наших краях несколько столетий тому назад одним пасмурным утром непонятно откуда, безо всяких вещей, лишь со странной корзинкой в руках. Да и выглядела уж очень необычно, крестьяне от нее шарахались, вестницей Морока все время называли.

- А необычно – это как?

- Конусообразная голова, сильно вытянутая кверху, отверстия там, где должны быть уши, три глаза, узкий рот, практически не видно носа, скошенный подбородок, нет шеи, голова словно приклеена к телу, маленькое круглое тельце как у ребенка, страдающего избыточным весом, короткие руки с узкими ладонями и пальцами-обрубками и небольшие широкие ноги без пяток, но с перепонками на месте пальцев

- Класс. Ведьма-лерней.

- Что, прости? – недоуменно поинтересовалась Яга.

Я в общих чертах пересказала ей наши приключения в Забытой Библиотеке.

- Ну надо же, - удивилась старушка, - да, действительно, чудеса.

- Так а что с ней случилось?

- Убили ее. Якобы, она отравила какого-то путника, а у того были сильные покровители. Ее дом, небольшую избушку, обложили соломой и подожгли. Она там и сгорела, заживо.

Меня передернуло:

- Великолепное окончание этой гадкой истории. Очередной крестьянский самосуд во всей его красе и дикости. Очень мило. Небось, те, кто все это устроил, следующей же ночью спали сном младенца. Ладно, схожу сегодня в полночь туда, на месте разберусь.

Даниил:

Мы с Лорен неспешно прогуливались по зимнему лесу, дыша свежим морозным воздухом. Я заодно наблюдал за поведением своей подопечной. Вот сейчас, когда Лены нет рядом, это совершенно другая девушка: тихая, даже застенчивая, скромная, спокойная, полностью адекватная. И общаться с ней можно без проблем.

- Даня, ты прости нас, пожалуйста. Мы не хотели тебя обижать, ни я, ни Лена…

Я хмыкнул и перевел разговор на другую тему:

- Почему ты решила заниматься у Яги, а не заканчивать учебу в академии?

Адептка отвела взгляд:

- Меня особо никто не спрашивал… Лена узнала, кто я, увидела, что я плачу, и предложила пересидеть какое-то время здесь.

- Кто ты? А что, ты не человек?

Грустная улыбка. Лорен снимает неприметное кольцо с мизинца, и передо мной оказывается полуцирх. Вот как, оказывается, выглядит неудачная инициация. Кольцо сразу же возвращается обратно.

- Понятно, - киваю я. - А до слез кто довел? Арни?

Удивление в глазах:

- Ты знаешь Арни?

- Да уж. Довелось познакомиться. Тот еще тип.

И я позволяю давнему «подарку» ведьмы проявить себя во всей красе. Девушка пораженно осматривает меня, потом задумчиво бормочет себе под нос:

- Но ты же леший. Как такое может быть? Да и не чувствую я в тебе цирха.

Следующие несколько минут я пересказывал в подробностях наше осеннее приключение. Лорен слушала внимательно, не перебивая. Когда я закончил, она некоторое время задумчиво молчала, потом осторожно заметила:

- Теперь понятно, почему ты не любишь Лену.

Кто? Я?

- С чего ты взяла? Я готов ей шею свернуть за ее пакости. Но если понадобится, пойду с ней в очередное ее «приключение», правда, не надеясь остаться в живых. Это ж настоящий магнит для неприятностей: когда она рядом, нужно молиться любым богам этого мира, чтобы не умереть раньше срока.

Девушка улыбнулась:

- Зато с ней нескучно.

- О, да. И это, наверное, единственная положительная черта ее взрывного характера.

Погуляв примерно с час, я посчитал, что времени посекретничать у Арины Яговны с Леной было вполне достаточно, и решительно повернул к домику, собираясь сдать адептку на руки старушке и заняться наконец своими прямыми обязанностями. Наивный мечтатель…

Не успела за нами обоими захлопнуться входная дверь, наконец-то согревая нас, промерзших в такую стужу с макушки до пят, как хозяйка обрадовано повернулась к нам и с искренней радостью на лице сообщила, обращаясь к ведьме:

- А вот, Леночка, и твой провожатый пожаловал.

Так… Во что еще меня пытаются втянуть? И ведь попробуй откажись…

Магдалена:

Входная дверь, разделяющая комнату и сени, открылась, впуская лешего и адептку. Яга, повернувшись на звук, довольно сообщила мне:

- А вот, Леночка, и твой провожатый пожаловал.

Кто, Даня? На Ведьмину гору? И кто из нас сошел с ума? Что делать лешему возле призрака лернея и решительно настроенной ведьмы? Да уж, старушка как придумает что…

Судя по скептическому выражению на лице лешего, он, еще не зная, в чем дело, уже заранее ждал от нас с Ягой только пакостей. И, в принципе, не так уж и ошибался.

Странно, но информацию о Ведьминой горе и необходимости сопровождать меня туда этой ночью Даня воспринял с мученическим спокойствием.

- Я слишком долго жил спокойно, - пробормотал он.

Наша хозяйка скептически хмыкнула:

- Не хорони себя раньше времени. Да и развлечься тебе надо. А то этой зимой совсем мхом покрылся.

Спорить с Ягой леший не стал, лишь тихонечко, как-то обреченно вздохнул.

Вышли мы через час. Я на Ведьминой горе не была ни разу, а значит, и портал туда построить не могла.

- Проведу тебя потаенными лесными тропками, они время сократить помогут, - заявил Даня, когда я посетовала, что до полуночи к горе подойти не успеем.

Брать с собой ничего не стали. Все, что необходимо, было у меня с собой (вернее, на мне), а лишние вещи только помешают.

В назначенное время мы с лешим вышли на полянку перед домом, он крепко взял меня за руку, что-то прошептал себе под нос, и нас затянуло липкой, словно паутина, серой дымкой. Вся местность вокруг сразу же исказилась, стала какой-то зыбкой, искривленной. О подобном изменении пространства только читала, да и то – в запрещенных фолиантах, знала, что в таких случаях необходимо четко держаться проводника, нельзя разговаривать, вертеть головой и отвлекаться, поэтому безропотно позволила Дане вести себя, куда он считал нужным.

Понятия не имею, сколько прошло времени, но дымка неожиданно исчезла, и мы оказались прямо у подножия Ведьминой горы. На самом деле настоящей горой это место не являлось. Скорее, это был довольно высокий холм с отвесными склонами и довольно широкой верхушкой.

- За нами наблюдают, - тихо, сквозь зубы сообщи леший.

Да? Странно, а я ничего не чувствую. Ну да ладно.

Я сняла колечко, маскирующее мою измененную ауру, и буквально в ту же секунду передо мной склонилась в поклоне небольшая призрачная фигурка:

- Добро пожаловать в мое последнее пристанище, Видящая.

- Благодарю. Как мне тебя называть?

- Хельгира, Видящая.

- Хельгира, в моей власти даровать тебе Вечность. Желаешь ли ты этого?

Заминка. Дух явно колебался. Наконец:

- Я буду рада служить тебе, Видящая.

Оппаньки. Что же тебя держит в этой реальности? Почему ты не хочешь уйти в Вечность?

- Хельгира, мне нужно это место. Я собираюсь поставить здесь свой замок, живое строение. Желаешь ли ты обитать в нем и защищать всех его жителей?

- Как тебе угодно, Видящая.

Я удовлетворенно кивнула и. прошептав нужное заклинание, слевитировала нас с лешим на вершину холма. Там я вытащила мешочек, высыпала камни на ладонь и задумалась: ну вот что сейчас делать? Какой должен быть мой следующий шаг?

«Просто положи нас на землю и мысленно представь, что бы ты хотела получить», - прошелестело в моей голове.

Хорошо, как скажете. Наклонилась. Положила. Представила.

«Теперь иди домой. Утром замок будет выстроен».

Да как скажете.

Максимилиан Цирин:

- Адептка Агата! – Я чувствовал, что еще немного, и моей хваленой выдержке все же придет конец. Этот ребенок был еще хуже Магдалены. Та, по крайней мере, подобного себе не позволяла.

Девочка сжалась в комок, определенно мечтая стать невидимой. Я, глубоко вздохнув, сбавил обороты:

- При поступлении ты принимала клятву. Будь добра, перечисли основные пункты из раздела «Маг не имеет права».

- Маг не имеет права, - послушно забубнила ученица, - намеренно причинять вред любому разумному существу, его здоровью, уму и сознанию, если только самому магу, его жизни, здоровью, уму и сознанию не грозит опасность; оскорблять и унижать гордость любого мыслящего существа, намеренно принимая его чувство собственного достоинства; применять полученные знания для уничтожения телесной оболочки, ума или сознания любого разумного существа…

- Достаточно. Вижу, теорию ты запомнила неплохо. Теперь скажи, дитя, ты действительно не считаешь своих родственников, по крайней мере, часть из них, разумными существами?

Угрюмо молчит. Смотрит в пол, понимая, что убивать ее я уж точно не буду, и делает вид, что не понимает ей заданного вопроса. Ну что ж… На каждое действие есть и противодействие.

- Виндер!

Шантал в ту же секунду появляется в кабинете:

- Что прикажете, профессор?

- Перенеси сюда профессора Альтера ант Церского.

- Слушаюсь, профессор.

Эту уникальную способность шантала работать пространственным порталом я открыл сравнительно недавно и теперь пользовался ею при каждом удобном случае. Сама сущность питалась эмоциями, и мы заключили договор, по которому Виндер, появляясь перед провинившимся адептом, мог выпивать, например, страх, волнение, раздражительность, что успокаивало провинившихся, хоть и лишало их незначительной части энергии, слегка ослабляя энергетическую оболочку. Нас обоих подобный договор полностью устраивал: шантал получал регулярное питание, я же не тратил собственные силы на постоянное создание порталов для перемещения.

Знакомое изменение пространства, и вот уже возле стола появляется Альт. Сущность, видимо, выдернула его из постели, так как одет он был в домашний байховый халат и тапочки на босу ногу. Недоуменно взглянув на меня, приятель тут же заметил дочь и нахмурился:

- Что она теперь натворила?

- Расскажешь сама? – повернулся я к провинившемуся ребенку. – Или я порадую твоего родителя повествованием о твоих подвигах?

- Я защищалась, - буркнул колючий ёж в лице моей нерадивой адептки.

- Интересная защита: менять телесную оболочку и сознание у родственников.

Альт, услышав, тихо застонал: по-хорошему, любой маг, проделавший такое, должен был быть серьезно наказан, вплоть до полного запечатывания его магической силы, и то, что я не созвал комиссию, а всего лишь вызвал ближайшего родственника провинившейся, было чересчур большой уступкой с моей стороны.

- И в кого она их превратила? - мрачно поинтересовался приятель.

- В домашнюю птицу. Догадываешься, зачем я тебя вызвал?

- Да, дай мне несколько минут, чтобы переодеться и собраться.

И профессор Альтер ант Церский исчез в портале.

Даниил:

Да, в этот раз, как ни удивительно, ничего смертельно опасного с нами не произошло, и я уже ночью смог оказаться дома.

Хельгира, еще один дух цирха. Магдалена с каждым днем просто обрастает «свитой».

Да и сам замок получится занятный: живое строение с обитающим в нем разумным привидением. Вот уж жители этого чудного места порадуются… Интересно, сама ведьма планирует остаться жить в этом чуде? Или же только поселит в нем кого-то из своих многочисленных родственников?

Магдалена:

Мой личный родовой замок вышел на славу: высокий, в три этажа, внушительный, созданный из цельного исканского камня[18], с тянущимися вверх изящными башенками, украшенными необычными узорчатыми шпилями, с гербом моего рода на массивным железных воротах, просторный и светлый внутри, освещаемый в дневное время необычной овальной формы окнами, а самое главное – способный по моему желанию изменять и пристраивать помещения.

Мебели в замке не было, но это – дело времени. Сперва нужно пообщаться с Элеонорой и рассказать ей обо всех особенностях их с Пашкой нового жилища.

К присутствию думающего и говорящего призрака тётушка, как ни странно, отнеслась довольно благосклонно:

- Отлично! Хоть будет с кем пообщаться! А то Павлик бывает иногда таким букой!

Пашка? Букой? Да, я явно мало знаю о своем будущем родственнике… Боги, крестьянин-лапотник вскоре станет моим дядей… Такое мне даже в самом страшном кошмаре присниться не могло…

- Дед не появлялся?

- Папа? Был один раз. Я расплакалась, и он сразу же исчез.

Я восхищенно посмотрела на собеседницу:

- Ну, Эли, ты даешь. Сразу же применяешь запрещенное оружие.

Тётя самодовольно улыбнулась:

- Как любит говорить прислуга в замке у твоей матушки: «Не мы такие, жизнь такая». Если бы он меня не доводил до истерики своим упрямством, то и слёз не было бы.

Угу. Так я и поверила.

Обряд бракосочетания должен был пройти на следующее утро. Все те несколько дней, что оставались у моей родственницы для подготовки, она провела в нервных хлопотах: деньги, подаренные ей на свадьбу Елисеем, она практически полностью потратила на шикарное свадебное платье себе и чуть менее дешевый костюм Пашке. Я считала это недальновидным поступком, но не спорила: хочется тёте почувствовать себя настоящей невестой – пусть. Чем бы ни тешилась, лишь бы счастлива была.

С самого утра Элеонора была возбуждена и заметно нервничала: она разумно опасалась, что ее отец каким-то образом узнает о свадьбе и постарается сорвать обряд. Я втайне думала так же и даже готова была оправдать любые действия деда заботой о совей неразумной младшей дочери, но волнующуюся Эли все же всячески успокаивала.

Пышные бело-розовые юбки, практически полностью облегающий фигуру тети лиф, расшитый золотыми нитями, шуба из соболей, скрывающая это одеяние, копна волос, уложенная в какую-то странную прическу, больше напоминающую стог сена, привычный вызывающе яркий макияж, - и моя родственница готова стать замужней женщиной.

Спустились вниз. Во дворце замка уже стоит карета, запряженная четверкой элитных лошадей из царской конюшни. Внутри уже сидит Василиса, одетая просто, но элегантно. Елисей, узнав о намерении жены присутствовать при заключении данного неравного брака, недовольно нахмурился, но спорить со своевольной супругой не стал.

Обряд должен был проводиться на Площади богов, так как жених и невеста были подданными разных государств, а значит, и веровали в разных богов. Поэтому вначале их брак должны были одобрить в храме Роси, а уж затем – во фрезийском святилище.

Пашка уже ждал нас на площади, возле росийского храма. Да уж, шелковый праздничный костюм крестьянину явно не идет. В подобном одеянии он похож на гнома-переростка. Но мы с Василисой тактично промолчали, и молодые зашли в святилище Семи богов.

Раннее утро, никого из зевак еще нет, из свидетелей только мы с царицей. Я бы на месте тети обиделась на такое невнимание, но Элеонора, похоже, не придала данному факту ни малейшего значения. Наоборот, она вся сияла от счастья.

Обряд был самым простым: жрец, зевая спросонья, уточнил у жениха с невестой, добровольно ли они вступают в брак, поинтересовался у свидетелей, есть ли какая-нибудь причина, по которой сочетать этих двоих свадебным обрядом никак нельзя (естественно, есть! Неравное социальное положение! Но я, конечно же, промолчала), выслушал ответы, прочитал древнюю роскую обрядовую молитву, и на запястьях у жениха с невестой появились черные знаки – свадебные браслеты, по рисунку точь-в-точь напоминающие друг друга.

Так, полдела сделано. Теперь нужно отметиться во фрезийском храме.

В нашем с тетей святилище обрядовое действие проходило гораздо более долго: сначала – молитва жреца о благополучии молодых, затем – молитва Элеоноры Азине с просьбой благословить брак, и только после служитель храма занес имена тети и Пашки в специальную храмовую книгу, записав заодно и их социальное положение, и объявил брак состоявшимся. По окончании его речи Эли с мужем обзавелись еще одной отметкой, там же, на запястьях, чуть пониже браслетов. На этот раз рисунок был ярко-оранжевым и изображал соловья, птицу, считавшуюся во Фрезии священной, так как она принадлежала Азине. Чем дольше супруги будут жить вместе, тем менее ярким будет становиться рисунок, но полностью не исчезнет даже после их смерти, показывая, что и на небесах этим двоим предназначено быть рядом друг с другом.

К Ведьминой горе кучер нас вез с опаской. Согласился он ехать туда только после обещания щедрого денежного вознаграждения. Подъехав, мужик долго с изумлением разглядывал замок, выросший за одну ночь на вершине той самой «нечистой» горы.

- Успокойся, любезный. Бояться здесь нечего. Это теперь мои владения, я подчинила себе всю местную нежить и нечисть, - сказала я, понимая, что теперь слава обо мне пойдет еще более устрашающая, чем была до сих пор.

Кучер немного недоверчиво поглядел на меня, но, вроде бы, больше не пытался немедленно дать деру и позволил нам выйти без проблем из кареты и вынести свои вещи. Только после этого наш извозчик хлестнул лошадей, спеша укрыться от страшной ведьмы и ее непонятного жилища за стенами города.

От вершины к подножью горы теперь вела дорожка, обладающая магическими свойствами: тех, кто не замышлял ничего дурного против обитателей замка, она поднимала наверх практически за секунду. Те же, кто хотел попасть внутрь с дурными помыслами, могли кружить на одном месте часами, а то и сутками, не приблизившись к строению ни на шаг.

Едва мы поднялись, ворота замка распахнулись сами собой. Я скосила глаза на нового родственника: как он отреагирует на подобное действие? Но, видимо, тетя успела предупредить суженого обо всех необычных особенностях их нового дома, потому что Пашка и бровью не повел. Зайдя в холл, я позвала:

- Хельгира, покажись.

Дух появился из ниоткуда, и вот тут уже мои спутники вздрогнули. Впрочем, это их проблемы. Пусть привыкают.

- Приветсвую тебя, Видящая.

Я кивнула и представила находящихся со мной людей.

Моим подарком тетушке была мебель, которую она сама выбрала для их с Пашкой комнаты в крыле для слуг. Ничего особенного: двуспальная широкая кровать, стол, стул, два кресла, платяной шкаф. Всю остальную обстановку я намеревалась приобрести позже и планировала обставить замок исключительно в моем вкусе.

Пока супруги и Василиса знакомились с обстановкой, я по мыслесвязи дотянулась до своего бывшего учителя:

«Профессор Цирин?»

Молчание. Потом усталое:

«Магдалена? Что у тебя случилось?»

Чувствуя себя палачом-мучителем, отвечаю:

«Ничего особенного. Просто я наконец свой замок построила».

Смысл сказанного ректор понял сразу:

«Ты сейчас там? Открывай портал».

Привычным жестом развожу руки, и через образовавшийся портал появляется учитель.

Глава 11

Заварили кашу? Расхлебывайте.

Нормально осмотреться Цирину не дали: с экскурсии вернулись мои спутники. Едва завидев гостя, тётя радостно улыбнулась и подскочила к нему:

- Максимилиан! Какой сюрприз! Что вы здесь делаете?

Профессор буквально за секунду оценил и брачные украшения на руках у герцогини, и мрачную физиономию крестьянина (Пашка что, ревнует? Вот это новость!).

- Элеонора, вы великолепно выглядите. Впрочем, как всегда. Примите мои самые искренние поздравления. – Ректор учтиво поцеловал руку зардевшейся Эли, проигнорировал еще больше помрачневшего «молодого» супруга и повернулся к Василисе:

- Ваше величество, счастлив, что имею честь сегодня видеть вас снова.

И уже мне:

- Магдалена, если ты не очень занята, удели мне время, пожалуйста.

В переводе на обычный язык: «Магдалена, ты сейчас срочно пойдешь со мной». И что там снова произошло?

Отправив подругу порталом во дворец и попрощавшись с тетей, я отправилась вслед за учителем.

- Скаратей тебя убьет, - были первые слова Цирина, когда мы очутились у него в кабинете.

Я скривилась:

- Спасибо, профессор, вы умеете утешить.

- Всегда к твоим услугам. – И тон такой ядовитый. – Рассказывай, что еще ты успела наторить.

Ведьма-лерней ректора заинтересовала:

- К тебе, Магдалена, притягивает не только неприятности, но и интересных сущностей. Нужно будет мне как-нибудь пообщаться с этой Хельгирой.

Вместо ответа я охнула:

- Профессор, меня затягивает в воронку…

Цирин сперва изумленно приподнял брови, но затем сразу же удовлетворенно хмыкнул:

- Быстро он отреагировал, хоть не очень-то и оперативно. Не беспокойся: на эти стены наложены мощные заклятия. Никуда ты отсюда не денешься.

Это сейчас о ком сказано было? О деде? Тогда мне действительно лучше в кабинете у учителя пересидеть… Вот только ощущения не самые приятные: как будто по тебе снова и снова проводят огромным жестким ершиком для мытья посуды. Впрочем, терпела я это не очень долго: посреди комнаты неожиданно раскрылся портал, и из него вышел разгневанный Скаратей ант Фарионен собственной персоной. Это что получается, они с ректором хорошо знакомы, раз у моего деда есть сюда доступ?

Додумать мне, естественно, не дали.

- Магдалена, ты хоть понимаешь, ЧТО ты натворила???

Да что ж он так кричит-то? У меня чуть перепонки в ушах не лопнули.

- Здравствуй, Скар, - опережая меня, вклинился как ни в чем не бывало, Цирин. – Не кричи на девочку. Она мне скоро понадобится, причем желательно в своем уме.

Это сейчас что было? Ректор к деду на «ты» обратился, да еще и имя сократил? Они друзья-приятели? Странно. А почему дед мне ничего о таком знакомстве не рассказывал?

- Макс, - между тем недовольно передернул плечами мой родич. – Не мешай воспитательному процессу.

- Тебе напомнить, что ты сейчас находишься у меня в гостях, а я терпеть не могу крик? Так что воспитывай, пожалуйста, потише. Да и не особо долго, пожалуйста. Твоя внучка мне нужна в другом месте. Должна же быть от нее хоть какая-то польза.

Э… А то, что я им полуцирха нашла, уже не считается?

- И куда ты снова хочешь ее отправить? – Поинтересовался уже чуть более спокойно дед.

- В гости к магине и гоблину. Магдалена, подними челюсть. Тебе с ними еще общаться.

- Профессор, вы сейчас о Миле и Андреасе говорите? – осторожно, стараясь не глядеть в сторону родственника, уточнила я.

- А что, ты еще с кем-то из гоблинов знакома?

Смешно…

- Нет… Но… Зачем мне туда?

- Пообщаешься с Агатой и ее родичами, всеми скопом. Если, конечно, сможешь их на птичьем дворе выловить.

Ой-е… И как я не подумала…

- Я гляжу, у тебя тут веселье полным ходом, - насмешливо хмыкнул дед. – Не буду отвлекать.

И уже мне, угрожающе:

- С тобой я не закончил.

И портал перенес Скаратея ант Фарионена подальше из магической академии.

Максимилиан Цирин:

- То есть как это «не идет на контакт»? Это сильнейший маг, разбирающийся во всех заклинаниях, связанных с флорой и фауной. – Я хмурился, отказываясь что-либо понимать.

Сразу же после раскрытия преступного замысла Иржина я подарил Миле, хозяйке таверны «Вечные странники», маленький камушек необычного лилово-зеленого цвета, с помощью которого женщина при крайней необходимости могла связаться со мной.

Первый раз она воспользовалась этим средством связи несколько дней назад, когда обратилась ко мне с просьбой позволить Агате, ее племяннице, посетить родственников на зимних каникулах. Ничего хорошего от встречи с бывшей родней я не ждал, но отказывать не видел смысла: настоящий маг должен уметь держать себя в руках и не позволять своим эмоциям возобладать над разумом. У адептки держать себя в руках получалось крайне плохо, а значит, посещение бывшей семьи было хорошим шансом лишний раз потренировать свою выдержку.

Конечно же, просто так, безо всякой страховки, отпускать девочку я не собирался, поэтому навесил на нее магический маячок, с помощью которого собирался отслеживать не только ее место пребывания, но и любую незаконную деятельность ребенка. У маячка была еще одна функция: при любом серьезном злоупотреблении магией Агату мгновенно перенесло бы в мой кабинет.

Её и перенесло, буквально через сутки после того, как я отправил адептку порталом в таверну. Рекордный срок. Остальные «трудные» ученики держались всегда дольше.

Понимая, что от упрямой девчонки никакой полезной информации добиться нельзя, я тут же погрузил шокированную Агату в стазис и связался с заплаканной Милой, от которой и узнал последние новости.

Оказалось, девочка провела в таверне лишь вечер и утро, а потом отправилась в свой предыдущий дом, проведать горячо любимую мать. Там ее встретили в штыки сводные братья и сестры, дети стали оскорблять друг друга. Никто не знает, что конкретно услышала адептка, но она почему-то решила наказать обидчиков и, даже не сомневаясь в правильности своих действий, превратила родственников в кур и уток. Хотелось бы мне знать, где она раскопала это заклинание, ведь подобные вещи раньше третьего курса не изучаются…

Понимая, что ребенок ничуть не раскаивается в совершенном, я вызвал отца адептки, профессора, прекрасно владеющего необходимыми заклинаниями. Альт еще вчера был должен был выйти на контакт и сообщить, как продвигаются дела. Сегодня, не получив от приятеля никаких известий, я связался с Милой, от которой и узнал, что лучший специалист в своей области «не идет на контакт».

Мила горько вздохнул:

- Я… Я не знаю, профессор Цирин… Он не хочет ни с кем общаться, сидит и смотрит в одну точку. С ним сейчас Андреас…

Какая прелесть… Что там у них еще произошло?

- А где Агата?

- Рыдает у себя в комнате. Говорит, что папу жалко, что она не хотела, чтобы всё так случилось.

Опять Агата… Хотя я уже и не удивлен…

- Профессор, - робко позвала хозяйка таверны.

- Да, Мила?

- А этот элегантный мужчина действительно отец Агаты?

- Да. И о своей дочери он не знал пока девочка не очутилась в академии. Но об этом потом. Я скоро у вас буду. Открою портал в ту комнату, в которой мы разговаривали с Ирижином. Она пустая?

- Да, профессор.

- Отлично, - кивнул я и отключился.

Вот же как все не вовремя. Один туда я точно не отправлюсь. Придется Магдалену подключать.

«Профессор Цирин?»

Эта девчонка читает мои мысли…

«Магдалена? Что у тебя случилось?»

«Ничего особенного. Просто я наконец свой замок построила».

О, боги…

«Ты сейчас там? Открывай портал».

Замок мне понравился: большое, уютное помещение, в котором действительно можно жить. А вот известие о свадьбе герцогини и простого крестьянина мягко сказать удивило. И ладно бы, красивый мужчина, так нет же, гном-переросток, да еще, судя по всему, и жутко ревнивый. Вот что в нем Элеонора нашла?

А главное, как все друг с другом ладно сошлось: сначала - замок, потом – свадьба. Готов поспорить: руководила всем моя бывшая ученица…

Появлению Скара в своем кабинете я даже не удивился. И снова кричит. Никакой выдержки. Пришлось вмешаться в этот так называемый «воспитательный процесс».

Проводив давнего приятеля, я ввел Магдалену в курс дела.

- Профессор Альтер ант Церский? – Недоуменно переспросила девушка. – Он же сильный маг. Что такого непонятного с ним могло случиться?

- Вот именно это я и собираюсь выяснить. Ты же мне нужна, чтобы проконтролировать Агату и попытаться снять заклятия с её сводных братьев и сестёр. Всё поняла?

- Да, учитель. Мы прямо сейчас отправляемся?

Я кивнул и открыл портал.

Магдалена:

Вот уж не думала, что вновь попаду в эту таверну. Тут, как я погляжу, за прошедшие несколько месяцев ничего не изменилось: ни обстановка комнаты, в которой Цирин когда-то допрашивал злоумышленника, ни тихо всхлипывающая Мила, ожидавшая нас, сидя на кровати.

- Добрый день, - вежливо поздоровалась я и тут же оказалась прижатой к груди расстроенной женщины.

Позади кашлянул ректор:

- Мила, где этот проштрафившийся ребенок?

Агата сидела в соседней комнате на кровати и плакала. Вернее, плакала она уже довольно давно. Сейчас же у адептки была банальная истерика: она тихо подвывала, глядя в одну точку на стене напротив, по красному, опухшему от слез лицу было понятно, что в таком состоянии она пребывает не первый час.

Профессор не стал долго наслаждаться открывшейся ему картиной. Взмах рукой, и на девочку сверху полился душ, причем, судя по немедленно раздавшемуся жуткому визгу, вода была ледяная. Ну да, это любимое наказание Цирина, как для плакс, так и для драчунов. Всегда стопроцентный результат. Вода, надо сказать, лилась исключительно на провинившуюся адептку. Постель оставалась сухой. Еще пара секунд, и мучительный душ прекратился. Очередной взмах – одежда на Агате высохла мгновенно.

Я скосила глаза на Милу: женщина застыла в шоке.

- Успокоилась? – ледяным голосом поинтересовался ректор. – Тогда я слушаю тебя внимательно: что произошло и почему твой отец «не идет на контакт»?

Ребенок растерянно моргнул, приходя в себя, и выдал:

- Я… Я «Волю[19]…» применила…

Ох… Даже я до такого никогда не додумывалась в своих «развлечениях»… Это ж запретное заклинание… Цирин же ей сам шею свернет, как куренку, только лишь бы комиссию не созывать… Пора отсюда сматываться…

- Мила, - я потянула женщину за руку, видя, как бледнеет от ярости мой бывший учитель, - пойдемте. Нам сейчас лучше уйти.

Хозяйка таверны все еще находилась в шоковом состоянии, только поэтому я смогла без проблем вывести ее из комнаты.

Дверь за нами закрылась, и только тогда женщина опомнилась:

- Агата, - на меня умоляюще посмотрели, - что с ней будет?

Вот что ей ответить?

- Понятия не имею. Ваша племянница применила запретное заклинание, которого и знать-то не должна. За такое обычно как минимум запечатывают магию.

- А как максимум?

- Это будет зависеть от выдержки профессора, - честно призналась я.

Максимилиан Цирин:

Вовремя Магдалена хозяйку увела. Впрочем, ничего страшного с этой малолетней дурищей не произойдет: всего лишь запечатаю магию и отправлю подышать свежим воздухом.

Вы когда-нибудь пробовали жить без воздуха? Не провести несколько секунд и потом с наслаждением сделать вдох, а именно жить? Невозможно? Вот так и тому, кто родился магом, невозможно представить себе жизнь без магии. Именно поэтому процесс «запечатывания» крайне болезнен для нас. И правом «запечатывать» обладает не более десятка высших магов во всем мире. Я, как ректор академии, один из них.

Подойдя к дрожащей от страха адептке, я произнес выученную наизусть сложную формулу, коснулся плеча провинившейся и покачал головой:

- Видят боги, Агата, я держался до последнего. У тебя еще был шанс, ты его упустила.

Да, мне не нужно было знать, по какой причине девчонка применила запретное заклинание. Достаточно было самого действия.

«Магдалена, оставь Милу за дверью, а сама зайди».

Дверь осторожно приоткрылась, и в комнату опасливо заглянула ведьма. Не знаю, что именно она ожидала увидеть, но практически сразу же с облегчением вздохнула, зашла, прикрыв дверь.

- Открой портал в свой замок.

Удивление на лице, но хоть не спорит.

Заученное движение, и мы в новом доме моей бывшей ученицы. Сразу же из воздуха соткался призрак-лерней.

- Видящая, - поклон в строну Магдалены. Та кивнула в ответ и повернулась ко мне:

- Что нужно делать, профессор?

- Вот она, - я повернулся к застывшей от изумления Агате, - теперь под домашним арестом с полным запечатыванием магии. Мне все равно, чем она будет здесь заниматься, но выходить за пределы замка она не имеет права, пока я лично не появлюсь здесь и не заберу ее. Все ясно?

- Да,- в глазах и ведьмы появилась жалость. – Я поняла, профессор.

И тут же призраку:

- Хельгира, проследи за девочкой.

- Как прикажешь, Видящая.

Снова портал, и мы вернулись в таверну.

Магдалена:

«Запечатывание», значит… Бедный ребенок… Жить без магии, как простые смертные… Я бы повесилась… Впрочем, я до ее «шалостей» никогда не опускалась. Все было гораздо менее опасно, хоть иногда и с более серьезными последствиями.

И что теперь будем делать?

Последний вопрос я задала вслух и тут же получила ответ:

- Ты берешь Милу и идешь расколдовывать родных Агаты. Я займусь ее отцом. Всё понятно?

- Да, профессор.

Что ж непонятного-то? Как обычно, на мне самая грязная, причем в прямом смысле, так как эту птицу еще поймать надо, часть работы. Но спорить с Цириным, когда он только что «запечатал» свою адептку? Я что, самоубийца?

Мила все так же стояла в коридоре, там, где я ее оставила, даже позу не поменяла. Увидев нас с ректором, вздрогнула, умоляюще посмотрела. Мой бывший учитель прошел мимо, я же остановилась:

- Все с ней в порядке, жива-здорова. Пока побудет в одном мсете, где ей будет скучно, но навредить там она никому не сможет, так что не вижу смысла переживать.

Глубокий вздох облегчения, вырвавшийся из груди женщины, подсказал мне, что наша хозяйка уже напридумывала себе ужасов.

- Цирин сказал, чтобы мы вдвоем пошли к дому, где живет мать Агаты.

- Да, конечно, - засуетилась женщина. – Я сейчас переоденусь, и пойдем.

Ну вот и хорошо, пусть отвлечется.

Здесь, на юге, снега еще не было, но одета я была все же не по сезону, так как шубу снял, еще попав в кабинет Цирина; сейчас на мне был брючный костюм, от холода не спасавший. Мила поделилась со мной своим теплым пальто, в котором я, со своими костями и почти полным отсутствием мяса, практически утонула.

Был разгар рабочего дня, но прохожих на улицах попадалось немало; и каждый из них провожал нас с хозяйкой таверны любопытными взглядами. Ну да, что ж это за чучело идет рядом с Милой, рукавами, как помелом, размахивает, да еще и полы пальто одной рукой придерживает, чтобы носом землю не пропахать. Но к такому или подобному отношению я за свою жизнь привыкла, а моя спутница была полностью погружена в свои мысли и шла, не обращая никакого внимания на зевак.

Домик, где жила когда-то Агата, поразил меня своей убогостью и размерами: для восьми человек в нём явно не было места. И пусть сейчас Иржин и адептка здесь не живут, но как можно ютиться в этой халупе, вот-вот готовой развалиться от одного дуновения ветра, оставшимся шестерым: матери и ее детям?

Огорожен домик был редким частоколом, скорее издевательством, чем настоящей оградой. Возле ветхой калитки на небольшом чурбане, игравшем роль стула, сидела, сильно сгорбившись, женщина средних лет.

- Зара, - негромко окликнула сестру хозяйка таверны.

Та встрепенулась, подняла голову, и я поразилась ее глазам: мутные, бесцветные, как у древней старухи. А ведь она примерная ровесница моей спутницы, выглядящей намного моложе.

- Мила? – между тем спросила сестра. И голос у нее странный: сухой, треснувший. Ненормально это…

Не слушая, о чем говорят сестры, я перешла на магическое зрение и с трудом сдержала крик. Обычному человеку и неопытному магу было незаметно то, что открылось мне с моими возможностями Видящей: женщина вся была укутана в плотный серый кокон, высасывавший из нее все жизненные силы, мешавший не то что жить, даже двигаться. И самое страшное было в том, что я понятия не имела, что передо мной. В академии мы такого точно не проходили. Да и в тех книгах, что я успела прочесть из запретного фонда, ничего подобного тоже не упоминалось.

- Лена, что с тобой? – встревоженный голос пробился, словно через толстый слой ваты. Мила… да, точно, мы же здесь по другому поводу. С этим я разберусь чуть позже.

- Все в порядке. Где ваш птичник? Пойдем поищем детей.

Зара вздрогнула от моих слов, попыталась подняться, не смогла и лишь слабо махнула рукой, указывая за дом.

Да уж. То, что называлось гордым словом «птичник», было скорей похоже на большую собачью конуру с прилегающим к ней широким грязным полем. Хотя здесь загородка была качественной, птицы сами улететь не могли. И то хлеб. Но все же… Птенцы все сейчас разгуливают на улице. Определить, человек это или птица, на глаз нельзя. Нужно обязательно взять объект в руки. На мне пальто, костюм. И как я буду в таком виде их вылавливать?

Через несколько минут и поле рядом с птичником, и сама местность возле домика оглашались сочными ругательствами с подробным анатомическим описанием всех возможных действий. Причем ругалась не только я. Мила, решившая по доброте душевной помочь мне, довольно скоро стала выдавать такие перлы, что я заслушалась. Вот что значит жизнь в селе! Сколько новых знаний приобретаешь! Я вот даже и не знала, что хвост четвероногого друга человека может использоваться в подобных выражениях!

Праздношатающиеся зеваки облепили ограду и с интересом наблюдали за боями людей против птиц. Пока побеждали птицы: мне удалось поймать только троих птенцов, но никто из них заколдованными детьми не был. Зато измазалась я за это время, как самая настоящая свинья… А мои длинные черные волосы давно превратились в такую же черную, но уже паклю. Да и запах от меня шел отвратительный…

Не знаю, чем бы все закончилось, если бы не подоспевшая помощь.

- Что здесь происходит? – поинтересовался знакомый голос, и я чуть не подпрыгнула от счастья: Цирин!!!

- Да вот, бабы развлекаются, - хмыкнул кто-то из толпы.

Убью! Не посмотрю на профессора! Здесь же в землю закопаю, рядом с этими треклятыми птицами!

Не знаю уж, что там прошептал ректор, но зевак вдруг как ветром сдуло. А затем раздался вкрадчивый голос учителя:

- Магдалена, не позорь мена. Скажи, что эта дурная идея копаться в грязи была не твоей.

Я подняла голову и тут же опустила ее вновь: рядом с профессором стояли, усмехаясь, гоблин и Альтер ант Церский. Последний – целый и невредимый. Интересно, как Цирин смог так легко снять последствия «Воли…»?

Рядом тихо ойкнула Мила. Ага, тоже наших гостей разглядела. Представляю, как будет хихихать над ней Андреас.

- Магдалена, - напомнил о себе профессор.

- Моя, - тяжело вздохнув, честно призналась я, стараясь не смотреть на учителя.

- Я ж тебе говорил: на такое только Магдалена способна, - послышался веселый голос отца Агаты. Вот же зараза!

Укоризненно посмотрев на двух свинок в птичнике, Цирин пробормотал очищающее заклинание и повернулся к коллеге:

- Действуй.

Альтер ант Церский довольно прищурился и повел рукой. В следующий миг всё на грязном поле застыло: и цыплята, и взрослые птицы, и мы с Милой… Ухмыльнувшись, маг протянул руку, и к ней, как к магниту, стали «приклеиваться» цыплята. Через несколько минут нужные особи были найдены, а мы с Милой смогли выбраться из грязи на твердую землю за птичником.

«Профессор, мать Агаты смертельно больна», сообщила я по мыслесвязи учителю, едва обретя почву под ногами.

Цирин нахмурился:

«Ты уверена?»

«Да. Я взглядом Видящей смогла разглядеть плотный серый кокон вокруг неё, высасывающий все жизненные силы. Но я не знаю, что это».

«Пойдем посмотрим».

И уже вслух, веселящемуся коллеге:

- Альт, идем с нами. Ты мне нужен.

Отец Агаты к тому времени уже закончил расколдовывать детей. Почувствовав, что приятель чем-то озабочен, он кивнул, и мы все трое зашагали к калитке.

Зара сидела там же, в той же позе. На нас она не обратила никакого внимания.

Глава 12

Необычные выводы

Максимилиан Цирин:

Почувствовать живое существо, находящееся под действием запретного заклинания, может любой более-менее сильный маг, поэтому я сразу понял, где искать Альта.

Приятель нашелся в одной из комнат для гостей. Гоблин, сидевший рядом с ним, подскочил, едва увидев меня:

- Господин маг, рад вас видеть!

Еще бы ты, Андреас, не был рад: появляясь у тебя, я каждый раз решаю все твои проблемы…

- Давно он в таком состоянии? - ответив на приветствие кивком, я указал на Альта.

- Да уже часов пять… Мы с Милой понятия не имеем, что делать…

«Воля…» не зря относилась с запретным. Это заклинание полностью подавляло все чувства и желания сущности, делая из той нечто, сильно похожее на вареный овощ. И профессор Альтер ант Церский сейчас служил живым примером того, что случается, если по беспечности и рассеянности сильный маг вдруг отправится куда-нибудь, не прикрывшись элементарным щитом…

- Выйди, Андреас. Снятие этого заклятия – не самая приятная картина.

Хозяин таверны почтительно поклонился и угрём выскользнул в коридор, закрыв за собой входную дверь.

Несколько нужных слов, пассы рукой, и тело приятеля, до сих пор неподвижное, забилось в судороге, выгнулось, как от разряда молний, из груди послышался полухрип, полустон. Ничего-ничего, терпи. Могло бы быть и хуже, если бы у Агата силенок хватило. А так ты всего лишь застрял в пограничном состоянии. Везунчик ты, Альт…

- Хватит…

- Надо же. Быстро ты в себя пришел, - удовлетворенно хмыкнул я и прекратил «лечение».

Приятель сверкнул на меня своими сиими глазами:

- Садист…

- Есть немного. Давай приводи себя в норму.

Альт трясущейся рукой достал из кармана маленький оранжевый шарик – магический накопитель, предназначенный на подобных внестандартных ситуаций, разломил его пополам и с блаженной улыбкой вдохнул воздух.

- Всё, я готов. Чем она меня саданула?

- «Волей…». Не бледней. Жива твоя дочь. С запечатанной магией сидит под охраной. Так просто подобными заклинаниями не бросаются. Как ты сумел ее довести за такое короткое время?

Профессор магии скривился:

- Пошутил неудачно.

- Да? Очень интересно, что такого ты мог ляпнуть, что девчонка не побоялась запретного заклинания. Не мнись. Рассказывай.

Приятель вздохнул:

- Предложил шашлык приготовить из маленьких цыплят.

- А в роли мяса должны были ее родичи участвовать? Умно. Нет, знаешь, в этой конкретном случае я ее оправдаю и даже к тебе приставлю, пусть под твоим началом курсовую по защитным заклинаниям пишет. Заодно еще немного на тебе потренируется.

Альта перекосило:

- Садист.

- Повторяешься. Мозги включай, пусть и иногда, прежде чем девчонке подобное говорить. И вообще, вставай давай. Пошли ее родичей из грязи вылавливать.

- Там им самое место, - пробурчал профессор магии, но все же поднялся. – Ты один здесь?

- Нет. С Магдаленой. Не надо на меня так смотреть. Она сильная магиня.

- А еще совершенно безбашенная. Я не удивлюсь, если она начнет этих птенцов из грязи руками вылавливать.

- Ладно тебе. Не такая уж она и тупая.

- Посмотрим… Слушай, а тот мужик, хозяин таверны… Мне кажется, или он под личиной?

- Не кажется. Гоблин он.

Альт недоуменно нахмурился:

- Э… Ты меня сейчас разыгрываешь? Гоблин? Здесь? Да еще и женатый?

- Потом расскажу. Пошли давай.

Андреас вызвался показать, куда ушли женщины, и уже через несколько минут мы подходили к нужному месту. Бедный район, небольшие домишки. Да уж. Если Иржин жил здесь, да еще и с кучей детей, ничего нет удивительного в том, что у него снесло крышу от зависти.

Еще издалека мы услышали гогот. Нет, не громкий смех, а именно гогот. А потом увидели и толпу.

- Развлекаются, - многозначительно проронил с гадкой ухмылкой Альт.

Да, похоже, я переоценил количество мозгов в голове у моей бывшей ученицы....

- Что здесь происходит? – поинтересовался я, подходя к толпе.

- Да вот, бабы развлекаются, - хмыкнул кто-то из мужиков, отодвигаясь и позволяя мне подойти ближе к ограде.

Бабы? Хотя да. В таком одеянии Магдалена больше похожа именно на бабу… А уж как смачно они обе ругаются… Заслушаешься…

Прошептал очередное заклятие, внушив всем зевакам необходимость разойтись по своим делам, и как только мы остались одни, ядовито поинтересовался у этого грязного чудища в одежде на несколько размеров больше:

- Магдалена, не позорь мена. Скажи, что эта дурная идея копаться в грязи была не твоей.

Вскинулась и тут же смущенно опустила голову. Надо же. Мы умеем стыдиться совершенной глупости. Молчит, упорно смотрит себе под ноги и сопит, не желая отвечать.

- Магдалена, - напоминаю о своем присутствии.

- Моя, - выдавила с огромной неохотой.

- Я ж тебе говорил: на такое только Магдалена способна, - ухмыльнулся рядом Альт.

Укоризненно посмотрев на двух свинок в птичнике, я пробормотал очищающее заклинание и повернулся к приятелю:

- Действуй.

Того долго просить не надо: довольно прищурился и повел рукой. Как только все, включая барышень, застыли, Альт протянул руку, и к ней, как к магниту, стали «приклеиваться» цыплята. Скоро всё было закончено, а наши дамы наконец-то смогли выбраться из птичника. Я скосил глаза на Андреаса. Доволен развлечением, аки тот свин. Чувствую, долго еще он будет припоминать жене это ее «приключение».

«Профессор, мать Агаты смертельно больна», ворвался в мои мысли голос Магдалены.

Я нахмурился:

«Ты уверена?»

«Да. Я взглядом Видящей смогла разглядеть плотный серый кокон вокруг неё, высасывающий все жизненные силы. Но я не знаю, что это».

«Пойдем посмотрим».

И уже вслух, веселящемуся приятелю:

- Альт, идем с нами. Ты мне нужен.

Тот, вмиг посерьезнев, кивнул.

Рядом с дрянной оградой в виде гнилых кольев на маленьком чурбачке, видимо, выполнявшем здесь роль стула, сидела женщина. Возможно, в молодости она была красавицей, потому к ней и потянуло ветреного и влюбчивого Альта, но сейчас перед нами была настоящая сгорбленная старуха. Она никак не отреагировала на наше появление, продолжая смотреть в землю.

- Она постоянно так сидит, а мы голодные ходим, - послышался рядом грустный детский голосок.

Повернувшись, я и мои спутники увидели бывших гусят, младшему из которых было года два, старшему, вернее, старшей, той, что с нами заговорила, - не больше шести. Да, маловато для осознанной работы. И если их мать ничем не занимается, значит, они действительно вечно голодные. Теперь понятно, почему они ополчились на сытую и хорошо одетую Агату.

А вот и хозяева таверны подошли.

- Мила, - обратился я к сестре Зары, - она давно такая?

Та вздохнула:

- Как только Агата уехала, она меняться начала. Последний месяц уже в таком виде находится.

Месяц? Двужильная женщина.

- Мила, уведи детей. И сами с Андреасом уходите. Мы попробуем помочь ей.

Женщина кивнула и обратилась к племянником:

- Пойдемте, сорванцы, покормлю вас.

Те с явной неохотой, поминутно оглядываясь, направились за родственниками в таверну.

Я накинул полог, защищавший нас от чужого внимания, и повернулся к хмурому, молчавшему до сих пор Альту:

- Ты что-нибудь видишь?

Приятель покачал головой:

- Легкую полупрозрачную пленку, но, думаю, это не то, о чем ты спрашиваешь.

Я видел то же, и меня это напрягало.

- Не то. Магдалена утверждает, что она укутана в плотный серый кокон, который и высасывает из нее все жизненные силы.

Профессор магии заинтересованно повернулся к моей бывшей ученице:

- Интересно, каким образом ты это увидела?

Девушка замялась, и я поспешил ей на помощь:

- Потом, Альт. Я сам отвечу на все твои вопросы.

Приятель внимательно взглянул на меня, но развивать тему не стал, лишь кивнул, показывая, что запомнил мой ответ.

- Как бы то ни было, - продолжил он прерванную беседу, - я никогда ни о чем подобном не слышал.

Я тоже. И это приводило меня к мысли о магии уже исчезнувших цивилизаций, например, лернеев. Или цирхов. Да уж, мало мне проблем.

- Она изменилась после исчезновения Агаты, - послышался задумчивый голос Магдалены.

Я нахмурился:

- Ты думаешь, между ними такая сильная связь, что дочь высасывает из матери все силы? Вряд ли. Я скорее поверю в проклятие.

- Иржин?

- Видимо. Только непонятно, каким образом? Он ведь не маг, а у сущностей без магических сил проклятия такой силы не имеют. Нет, что-то тут явно нечисто. Альт, ты не хочешь вернуться в академию?

Дураком мой приятель никогда не был:

- Макс, совесть имей. Я и так втянут в это дело. Понимаю, у вас с Магдаленой какие-то страшные секреты, которые простым смертным знать не положено, но ведь есть еще и Вечная Клятва[20].

- Иными словами, тебя грызет любопытство. Ладно, обойдемся без Клятвы. Надеюсь, ты не так глуп, чтобы проболтаться кому-нибудь об увиденном. Магдалена, активируй браслет.

Магдалена:

Снова в Библиотеку? Нет, конечно, сейчас, когда со мной два сильных мага, остаться там навсегда не по своей воле я не боюсь, но все же… Впрочем, с учителем спорить бесполезно.

Подойдя вплотную к мужчинам, я отделила две бусины и сжала их пальцами. Миг, и мы на месте.

- Приветствую тебя, Видящая. Маг. – Хранитель безэмоционально поклонился нам с Цириним, проигнорировав изумленного увиденным Альтера ант Церского.

- Да будут дни твои длинны, Хранитель, - ответил ритуальной фразой ректор. Я же спросила:

- А где Ули?

Дух улыбнулся, что для неподготовленного человека смотрелось жутковато:

- Твой жених спит, Видящая. Мне кажется, ему сейчас необходимо отдохнуть.

Я благодарно кивнула:

- Да, я тоже так думаю. – Встречаться с Ули мне совершенно не хотелось.

Лерней пошевелил рукой, и из воздуха сразу же появились удобные мягкие кресла, в которые мы с Цириным и уселись. Альтер ант Церский, поколебавшись мгновение, последовал нашему примеру, вовсю глядя на духа.

- Что привело вас ко мне?

- Вопрос, - взял инициативу в свою руки мой учитель. – Скажи, ты слышал что-нибудь о магическом коконе серого цвета, выпивающем из своей жертвы всю жизненную энергию?

- Серая гниль? – недоуменно нахмурился Хранитель. – Где вы могли с ней встретиться? Это заклинание даже у моего народа несколько тысяч лет считалось утерянным.

- Оригинальное название, - пробормотал молчавший до сих пор Альтер ант Церский. На него никто не обратил внимание.

- В одном из человеческих селений умирает женщина. Магдалена увидела вокруг нее этот кокон. Никому другому он не заметен. Можно ли как-нибудь остановить действие заклятия?

- Это заклятие может отменить только кровный родственник. У нее есть кто-нибудь, кто владеет магией?

- Да, дочь. Но она сама еще ничего не знает. Обычный ребенок, хоть и магически одаренный.

- Ясно. Тогда погрузите ее в стазис, пока дочь не сможет ее вылечить. Известно, кто наложил заклятие?

- Нет. Возможно, это сделал ее муж, но он давно отправлен в тюрьму. Я даже не знаю, жив ли он.

- Человек? Он не смог бы. Это заклятие лернеев. И только лерней способен его наложить.

- Час от часу не легче. Как у нас могли появиться представители твоей расы?

- Меня тоже беспокоит этот вопрос.

- Но Хельгира же проникла, - вмешалась я в мужской разговор.

Дух повернулся ко мне:

- Хельгира Изворотливая? Ты знакома с ней, Видящая?

- С ее духом. Она решила жить привидением в моем замке.

- Очень интересно… Мы умели проникать только в прошлое. Будущее было нам не подвластно. Как давно она у вас?

- Точно не знаю, возможно, несколько столетий.

Хранитель ненадолго замолчал, потом покачал головой:

- Мне нужно время, чтобы все обдумать. Возможно, какие-то знания остались в древних фолиантах. Я приду к тебе во все, Видящая, если у меня будет что-то новое.

Поблагодарив лернея, мы встали, и я перенесла нашу небольшую группу назад, ко все так же сидящей Заре.

- Макс, ты мне должен подробное объяснение, - проворчал едва пришедший в себя от новых впечатлений Альтер ант Церский.

Цирин ухмыльнулся:

- Я как-то не сомневался в твоем любопытном характере. Пообщаемся, Альт, но не сейчас. Сначала надо решить, что делать с этой несчастной.

- А что тут можно сделать, - пожал плечами профессор. – Я вижу только одни выход: объяснить Агате, что мать может спасти только она, причем своим примерным поведением и отличной учебой.

- Да ты интриган, друг мой, - покачал головой ректор. – Я уже думал об этом. Но женщину надо где-то держать все это время.

- В стазисе-то? Не ухаживая? Да где угодно.

- Может, и так. Оставить хотя бы у Магдалены в замке.

Мне такая идея не понравилась совершенно. Но когда меня кто спрашивал, тем более – Цирин?

Наложив на женщину стазис, переведя ее в горизонтальное положение и легко, словно пушинку, подняв над землей, ректор внимательно посмотрел мне в глаза. Я мученически вздохнула.

Портал в замок, и вновь передо мной зависла Хельгира.

- Видящая, - очередной поклон.

- Собери здесь всех, - приказал я.

Дух кивнул и исчез.

Через несколько минут в зал быстрым шагом вошли молодожены и Агата. Девочка явно плакала: глаза были опухшие, лицо – измученным.

- Лена, что-то случилось? – торопливо спросила тетушка, вопросительно взглянув на парившую в воздухе женщину.

Адептка не сказала ничего, лишь с изумлением и некоторым облегчением смотрела на отца. Тот упорно не обращал на нее никакого внимания.

- Случилось, - ответил за меня Цирин. – Эта женщина будет висеть в таком состоянии в одной из комнат. К ней не заходить, не пытаться ничего делать с ней или неподалеку от нее. Всем ясно?

Троица кивнула.

- Отлично. Агата, ты идешь с нами.

Я тем временем мысленно обратилась к замку:

«Уложи ее где-нибудь, пожалуйста, чтобы никто ее не видел. Пусть побудет пока в тишине и покое».

«Будет сделано, Наследница», - пришел ответ. И под изумленными взглядами Альтера и Агаты женщина растворилась в воздухе.

Опять портал, и мы уже в таверне, в той самой комнате, где «беседовали» с Иржином.

- Значит, так, – Цирин присел на кровать. Мы с профессором ант Церским уселись на стулья напротив. Агата осталась стоять посередине комнаты. – Твоя мать, Агата, смертельно больна. Вылечить ее сможешь только ты, как кровный родственник и возможный маг. Повторяю: возможный, так как идея вернуть тебе магию мне не нравится. Но я пойду на это, если ты поклянешься, что отныне забудешь о своих шалостях, возьмешься за ум и начнешь прилежно учиться.

- Клянусь, - тихо пробормотала все еще шокированная девочка. Вокруг нее сразу же вспыхнуло голубое сияние.

- Клятва принята, - кивнул ректор. – По возвращении в академию я верну тебе магию. И да, теперь твой личный куратор – профессор Альтер ант Церский. По всем вопросам будешь обращаться к нему.

Не ожидавший такой подлянки маг открыл было рот, чтобы возразить, но Цирин как-то странно посмотрел на приятеля, и тот проглотил сорвавшиеся было слова негодования.

- Раз возражений нет, тогда отправляйтесь в академию. Я появлюсь позже.

Какие могут быть возражения, когда ректор раздает распоряжения?

Альтер открыл портал и вслед за Агатой шагнул в него.

- Профессор, а что мы будем делать? – поинтересовалась я.

- Мы пообщаемся с Андреасом и Милой. Не нравится мне эта Серая Гниль. Из ниоткуда она появиться не могла.

Узнав о магическом характере болезни сестры, хозяйка таверны лишь вздохнула:

- Я чувствовала, что с ней что-то не так, но ничего обнаружить не могла…

Мы вчетвером сидели за столом в зале. В благодарность за очередное решение семейных проблем гоблин и его жена накормили нас сытным обедом (или уже ужином? Я совсем потерялась во времени с этими переходами…), и сейчас мы обсуждали сложившуюся ситуацию. Детей Зары супруги решили оставить у себя. Мила, насколько я успела увидеть, искренне переживала за племянников.

- Вы не знаете, кто мог наложить это заклятие? Может, какой-то незнакомец заходил в село?

- Да нет. С вашего появления прошлым летом здесь больше никого не было. Я расспрашивала детей. Они говорят, что чужих людей возле дома не видели.

Опять пусто. Но кто-то же должен был поработать с этой лернейской Гнилью…

Во дворце я появилась вечером, усталая и измученная, и тут же попала в цепкие руки своих работодателей.

- Кто на тебе что возил? – поинтересовался Елисей, с садистским выражением на лице разглядывая меня.

- Цыплят гоняла, - ляпнула, не подумав, я. За что и поплатилась. Усадив меня на софу, супруги заставили пересказать все дневные приключения.

- Весело живешь, Лена, - хмыкнул царь, дослушав рассказ. – Кстати, ты сейчас о лернеях заговорила, а я вспомнил, что мне где-то за пару лет до твоего появления здесь жаловался кто-то из купцов, что к нему в лавку приходил непонятный человек: сам маленький, тщедушный, весь в черном, голос глухой и хриплый, не разберешь даже, мужчина или женщина. Перещупал весь товар, а на раздраженный окрик матери хозяина взглянул на ту злобно, повернулся и ушел, так ничего и не купив. А через пару недель женщину похоронили. И тоже были сильная вялость, упадок сил, мутные и пустые глаза.

- Ты намекаешь, что это был тот самой маг, которого мы ищем? – нахмурилась я.

- Не знаю. Но случай тот из-за его необычности запомнил. Так что, все возможно.

- Спасибо. Я сообщу Цирину при случае. Хотя вряд ли это чем-то нам поможет…

Глава 13

Очередная горсть проблем

Ночью меня вытащил к себе дед. Уставший, раздраженный, с нахмуренными кустистыми бровями, он открыл было рот, собираясь, видимо, научить меня жизни, но потом внимательно вгляделся в свою непутевую внучку и саркастически поинтересовался:

- Кто и как долго на тебе ездил?

Смешно… От усталости даже во сне не держали ноги. Бесцеремонно сев на кровать, я рассказала родственнику обо всех событиях этого жуткого дня.

- Будущая герцогиня гоняет гусят… Да уж… Очень оригинально… Магдалена, вот скажи, там свидетелей очень много было? Я ж со стыда сгорю, если мою ненаглядную внученьку кто-нибудь из старых знакомых узнает в этом амплуа…

- Деда, - поморщилась я. – Ну хватит, а.

- Что «хватит»? Тебя зачем в академию отправили? Чтобы ты научилась магией пользоваться или по грязи, как свинья, лазила? Я бы на месте Цирина не стал с тебя грязь счищать, отправил бы в таком позорном виде через все село. Кстати, как поживает моя не менее ненаглядная дочурка?

Ну вот. Началось.

- Деда, а что мне было делать? Эли явно страдала. Она меня, между прочим, вырастила и вынянчила, пока вы все, включая матушку, делами своими занимались. И что, мне нужно было отплатить ей за это, помешав выйти замуж?

- Сколько пафоса. Магдалена, он ей не пара. Между прочим, до твоей матери эта информация уже дошла. Представляешь, что было?

- Стихийное бедствие по имени «Ириада», - пожала я плечами. – Только не пойму, зачем ей переживать? Тетя в замок мужа не привела, оформила брак по всем законам. В чем проблема?

- В репутации семьи, - прошипел раздраженно дед. – Ты хоть задумалась, что теперь о нас всех будут говорить?

- Да кому какое дело, кто и что будет говорить? Или мама переживает, что семейка моего женишка решит расторгнуть помолвку? Так я буду только рада.

- Уже расторгли.

- Слава богам!

- Магдалена, не паясничай!

- Деда, ну вот чего ты завелся? Ты же знаешь, как я всегда относилась к Ули. Зачем мне этот брак?

Скаратей склонил голову на бок и медовым голосом поинтересовался:

- Ты хочешь остаться старой девой с пятном на репутации?

Я с изумлением вытаращилась на родственника:

- Деда, что и где стряслось? С каких пор ты стал задумываться о моей репутации? Когда тебя волновал мой социальный статус? И почему именно я? Элеоноре ты позволял спокойно заниматься тем, что ее интересовало, не заморачиваясь статусами.

- Магдалена, выбирай слова. Что за вульгаризмы.

- Деда, не съезжай с темы, пожалуйста. Что могло случиться, из-за чего ты в корне поменял свои взгляды?

Э… Что происходит? Мой ли это дед? Сильный маг, не пасовавший перед трудностями, Скаратей ант Фарионен отодит глаза, стараясь не смотреть на собственную горячо любимую внучку? Что и где я могла упустить?

- Я думаю, тебе пора. Мы все обсудим потом. С Элеонорой я еще побеседую.

И меня выкинуло из сна. Чудно… Просто шикарно… И что это было????

Даниил:

Кто-то упорно пытался прорваться в лес. После летних событий я учел свои ошибки и по всему периметру поставил охранки. И вот теперь сработало три из них. Некая сущность хотела скрыться в моем доме, залечь здесь на дно, чтобы не быть обнаруженной, и я был уверен, что ничего хорошего от этого существа ожидать нельзя.

На дворе было раннее утро. Будить ведьму не хотелось, но, похоже, другого выбора у меня нет. Один я с этим «нечто» не справлюсь.

Сказал бы мне кто, что я буду рад появившейся способности общаться по мыслесвязи. Рассмеялся бы в лицо. Но вот вишь, как жизнь-то распорядилась. И такая способность пригодилась.

«Лена? Ты не спишь?»

Ответ пришел почти мгновенно:

«Даня? Что случилось?»

Умная девочка. Знает, что просто так я её вызывать не стану.

«В лес кто-то ломится. У меня охранки сработали».

«На что они у тебя настроены?»

«Не знаю. Но никто из существ с дурными помыслами сюда приникнуть не сможет».

«Ясно. Ты у себя?»

«Да».

Портал открылся, и в мою комнату буквально ввалилась ведьма, одетая в нечто среднее между домашней пижамой и костюмом для прогулок. Выглядела она не очень: усталая, осунувшаяся, с кругами под глазами.

- Только ты меня не спрашивай, чем я занималась, - взмолилась она и сразу же сосредоточенно замолчала.

Да, видать, достали ее сильно этим вопросом…

Магдалена:

Я так надеялась поспать, так хотела поваляться в кровати хотя бы до полудня и наконец-то почувствовать себя отдохнувшей. Но судьба, как обычно, решила развлечься по полной за мой счет.

Едва я очутилась у себя в комнате, как по мыслесвязи прорвался леший:

«Лена? Ты не спишь?»

Чтобы Даня объявился сам? Уже зная, что ничего хорошего меня не ожидает, я ответила, подскакивая к шкафу и лихорадочно роясь в нем в поисках одежды:

«Даня? Что случилось?»

Ну он и обрадовал…

«В лес кто-то ломится. У меня охранки сработали».

Натягивая штаны, уточнила:

«На что они у тебя настроены?»

Ответ, естественно, не вдохновил:

«Не знаю. Но никто из существ с дурными помыслами сюда приникнуть не сможет».

А вот и нечто вроде кофты.

«Ясно. Ты у себя?»

«Да».

Отлично. Открыла портал, попала в уже знакомую комнату с уже знакомым резным столиком из красного дерева.

- Только ты меня не спрашивай, чем я занималась, - попросила, понимая, что одета я как минимум странно, и стала настраиваться. Мило… Очень мило… А не наш ли это давний знакомец, убивший взглядом мать купца? Чего он испугался, если пытается скрыться в лесу? И, видимо, знает о волшебных свойствах лесов на Роси. Да, нужно вызывать Цирина.

«Профессор, у нас большая проблема…»

Вздох, тяжелый, мучительный, как у умирающего:

«Что еще, кроме тебя, может быть проблемой?»

Ну спасибо… Приласкал, отец родной. Они что, все сговорились сегодня?

«Например, тот тип, что Серую Гниль направо и налево вешает».

«Ты хочешь сказать, это был не единичный случай???» - буквально рычит, как будто я в этом виновата.

«Профессор, он сейчас пробьет охранки и затеряется в лесу».

Молчание. Потом:

«Ты у Дани?»

«Да. В той самой комнате».

Выйдя из портала, ректор, в отличие от меня одетый вполне цивильно, в мужской костюм для верховой езды (ну вот когда он успел переодеться?) коротко кивнул лешему, окинул мою одежду ироническим взглядом и в свою очередь настроился. Потом покачал головой, прошептал несколько слов, и откуда-то вдруг донесся жуткий, просто нечеловеческий вой.

Мы с Даней, не сговариваясь, вздрогнули.

- Это что было? – угрюмо поинтересовался леший.

- Ничего особенного, довольно потер руки профессор. – Простая проверка на истинные чувства и эмоции. Чем меньше гадостей в сущности, тем слабее крик.

- То есть, это «нечто» - вестник Морока?

- Что-то вроде. Хотя я сомневаюсь, что оно знает о Мороке.

- Другая раса?

- Да. Думаю, что лерней.

- И что теперь делать?

- Хороший вопрос. Узнать бы еще, что ему надо…

Голову вдруг сжало, будто в жутких тисках. Ой…. Что же мне так плохо????

«Верни мою жену, Видящая!!!!»

Что? С огромным трудом, сходя с ума от жуткой, просто непереносимой мигрени, спросила:

«Кого?»

«Жену!!! Ты заперла ее!!! Верни Хельгиру!!!»

- Лена, что с тобой!

- Магдалена, прекрати нас пугать!!!

Боль отступила, резко и неожиданно, а я оказалась на диване. Напротив - Цирин и Даня, жутко взволнованные.

- Что случилось?

- А это мы тебя хотим спросить, - покачал головой профессор.

- Ты вдруг побелела и упала в обморок.

Я? В обморок?

- Я знаю, что ему надо. Он ищет жену.

- И где мы её найдем? – скептически поинтересовался ректор.

- Ее не надо искать. Это Хельгира.

- Та самая, что Изворотливая?

- Да, профессор.

- Тогда открывай портал в свой замок. Пообщаемся с этим странным призраком.

- Хельгира, я тебя сейчас распылять буду! – С этим криком я выскочила из портала, злая, не выспавшаяся, несправедливо обвиненная. И кем? Каким-то уродом!

Мужчины шагнули следом молча.

- Видящая? – Призрак мгновенно соткался из воздуха. – Чем я провинилась перед тобой?

- Не ты. Твой ненаглядный супруг!

- У меня нет… - начал было призрак, запнулся, удивленно спросил: - Эйранис здесь? Он жив?

- Понятия не имею, кто это был, мне он не представился. Но да, жив и деятелен! Ломает мне голову и наводит Серую Гниль на людей!

- Он посмел угрожать тебе? – у Хельгиры угрожающе сузились глаза.

- Он меня чуть не убил мигренью, - рефлекторно я поднесла руку к виску, как бы желая защитить его.

- Он больше не тронет тебя, Видящая, - призрак, видимо, был так разъярен, что даже сбился на шипенье в конце. Пообещав это, Хельгира пропала.

- Куда это она? – удивленно спросил леший.

- Думаю, с этим самым Эйранисом разбираться, - хмыкнул Цирин. – И я ему заранее не завидую. Магдалена, давай возвращаться по домам. Я еще поспать хочу. Хоть немного.

А уж как я поспать хочу…

Максимилиан Цирин:

Неужели этот сумасшедший день наконец-то закончился??? Сначала – Альт и Агата, потом – Магдалена со своим сумасшедшим «домашним» призраком и его жутким муженьком. Да еще и Скар обещал появиться утром. Этому-то что неймется? Последний раз, когда он у меня был лично, я «удостоился чести» заполучить его драгоценную внучку в свою академию. До сих пор не уверен, что рад этому.

Утро пришло чересчур рано. Мне казалось, что заснул я только что, а уже в углу скреблась домовушка, появляющаяся у меня каждый день в полвосьмого.

- Алиса, приготовь мне вайсу, - попросил я, не открывая глаз.

- Одну минуту, профессор, - послышался тихий голосок.

Напиток действительно был готов уже через минуту. И маленькая бородатая женщина аккуратно опустила поднос с вайсом и горьким шоколадом на постель передо мной.

Пил я медленно, стараясь почувствовать вкус. Увы. Из-за жуткой утомляемости я смог лишь поправить свой энергетический баланс, а вот сам напиток обычной радости не принес.

В восемь я был уже в своем кабинете. Сидя за столом, пытался сосредоточиться на очередном списке нарушений.

- Трудишься, аки пчелка, - услышал я насмешливый голос приятеля, вышедшего из портала.

- И тебе утро, хоть и недоброе, - не поднимая головы от бумаг ответил я. – Что у тебя произошло?

- Артон хочет всю информацию о новой влюбленности своего отпрыска.

- Быстро сработали. Скар, дай мне пару минут. Я наконец одолею последние две страницы и отвечу на все твои вопросы.

Приятель послушно замолчал. Я еще некоторое время тупо смотрел на документ, понял, что все равно ничего в голове не уложится, и со вздохом отложил бумагу.

- Выглядишь отвратительно свежим и отдохнувшим, - взглянув на Скара, буркнул я, с неудовольствием замечая и хороший цвет лица, естественный, в отличие от моего, и блеск в глазах, и черный, с иголочки, костюм. Нет, моя одежда тоже выглядела великолепно, Алиса свое дело знает. Но вот остальное….

Приятель хмыкнул.

- Ты вообще спал этой ночью? – поинтересовался он.

- Не знаю, - признался я честно. – Твоя любимая внучка умеет находить неприятности повсюду.

- И что она опять натворила? – В глазах Скара появилось любопытство.

Вздохнув, я кратко пересказал события минувшей ночи.

- Да уж, любите вы развлекаться. Слушай, Макс, как бы ее немного на привязи подержать?

- Кого? – не понял я.

- Да Магдалену.

- Так… Скар, чего я не знаю?

Приятель опустил глаза:

- Есть у меня один нехороший слушок, я и верить не хочу, но и Магдалену предупредить не могу.

- Рассказывай. Потом поговорим о возлюбленной Арса.

- Нечего особо рассказывать. Я недавно у пифии[21] был, по своим делам. Лично мне она ничего конкретно не сказала. А вот насчет Магдалены выдала нечто непонятное. Я даже записал, чтобы не забыть. Сама она комментировать отказывается.

- Пифия? Отказывается комментировать? Что ж там за «стишок» был?

Скар поморщился:

- Да странное что-то. Вот, смотри:

На стол лег сложенный вчетверо лист. Привычно начертив знак отрицания, я прочел непонятное стихотворение:

В окно смотрит Вечность

И белым крылом

Сметает часы и минуты.

Святая Беспечность

За древним столом

На ленточки режет валюту.

Любовь и Судьба

Вновь играют в крикет,

Смеясь над людскими мечтами.

Надежда слаба,

А Чудес уже нет.

Заставлен алтарь их крестами.

Не верь, не проси,

Не пытайся понять.

Вокруг миражи и фантомы.

И нимбам мессий

Не дано воссиять

В эпохи больших  переломов.

- Чушь какая. Скар, это похоже на бред сумасшедшего.

- Может быть. Только вот любимая игра Ульриха, когда она отвлекается от своих поисков, как раз крикет. А у ее отца, Найтеса ант Антанайского, на гербе как раз кресты.

- И что? У меня тоже есть кресты, а некоторые мои ученики всерьез увлекаются крикетом. Не разводи панику, Скар.

Приятель помолчал и потом неохотно выдавил из себя:

- Мне еще до похода к пифии сон приснился: Магдалена лежит на алтаре, а над ней кто-то склонился, с ножом и крестом в руках…

Я нахмурился:

- А вот это уже серьезно. Я понял тебя. Переговорю с твоей внучкой. Что там Артон хотел узнать?

- Многое. – Скар как-то сразу успокоился, услышав мое обещание. – Кто она? Откуда? Как вообще получилось, что ей удалось пробиться через магическую защиту? И самое главное: куда ты ее спрятал?

- Да уж. Ладно, по порядку, с конца: она сейчас в Роси, готовится к финальному состязанию и дописывает диплом. Пока всё не закончится, я к ней никого не подпущу. Кто, откуда, как пробилась… Скар, она цирх. И не надо смотреть на меня, как на психа. В существование лернеев ты почему-то поверил сразу же.

- Рассказывай.

- Что?

- Все, что я еще не знаю насчет своей внучки. Что ты так смотришь? Думаешь, я не знаю, что без ее способности влипать в неприятности вы и лернеев не нашли бы. Теперь давай остальное.

Глава 14

Общение приятное и не очень

Магдалена:

Утро добрым не бывает…

- Госпожа ведьма, госпожа ведьма, - кто-то немилосердно тряс мою сонную тушку. – Проснитесь, госпожа ведьма.

С трудом открыла глаза. Ясочка…

- Прокляну, - пробормотала через силу.

Девушка резво отскочила от кровати, но сдаваться не собиралась:

- Госпожа ведьма, вас Его Величество зовет.

Кто? А… Елисей…

- Который час?

- Десять уже, госпожа ведьма.

- Брысь отсюда. Скажи, приду минут через пятнадцать.

Горничная поклонилась и выскочила из комнаты.

У… Как я зла… Как спать хочется…

Кое-как выползла из постели, наколдовала себе горячий вайс, сделала жадно глоток, обожглась и смачно выругалась. Но в голове вроде немного прояснилось. Ладно, надо собираться. Обещала ж прийти через пятнадцать минут.

- Лена! Какой упырь тебя грыз?

Хорошее приветствие, просто отличное.

- И тебе доброе утро, Елисей. А где Василиса?

- Как обычно, проверяет припасы, - пожал плечами надёжа-государь. Пристрастие жены к постоянному контролю, в том числе и провизии, он не понимал и не одобрял, но с супругой по мелочам не спорил.

- Ясно. Так что случилось?

- Ники твой труп приволок.

- Он не мой. Куда приволок? Чей труп?

- Сюда. Стрельцы на улице нашли, перепугались жутко, твоего дружка позвали. А он не наше ничего лучше, как в подвал к нам, где темницы, это тело перетащить.

- Так. Ничего не понимаю. Давай по порядку. Почему перепугались стрельцы? Зачем они позвали Ники? И чей, наконец, труп?

- Да не знаю я, чей, - раздраженно махнул рукой мой работодатель. – Почему позвали Ники? Так надо во дворце чаще бывать, тогда все знать будешь. Сотник отпросился на месяц к семье в деревню, пока его нет, командует Ники. А вот насчет стрельцов действительно непонятно: они не робкого десятка. Я сам не пошел осматривать тело, велел тебя разбудить. Кто ж знал, что ты из норы загрызня[22] только выползла?

- Ха-ха. Смешно. Ладно, пошли посмотрим, что там за труп.

Подвалы дворца издревле делились на несколько частей. В одной хранили спиртное, в другой – продукты, в третьей держали заключенных, а в четвертую, самую дальнюю и маленькую, сваливали трупы тех, кого по какой-то причине не могли сразу же похоронить. Вот как раз в четвертую, самую холодную часть мы и направились, предварительно надев валенки и тулупы.

У входа в небольшую комнатку стоял Ники, охраняя вход, как верный часовой.

- Подруга, кто тебя так покусал? – поприветствовал он меня.

Рядом хмыкнул Елисей.

Я в ответ нервно оскалилась, но эти двое лишь весело рассмеялись. Заразы!

В помещении было неимоверно холодно, но я быстро забыла о температуре, когда увидела лежавшее на леднике тело. Ни крови, ни рваных ран. Мужчина как будто спал, но даже профану в медицине было ясно, что он мертв.

- Лена? Ты ничего не хочешь рассказать?

- Хочу. Но не здесь. Пойдемте отсюда. Ники лучше идти с нами. Ему пригодится то, что я расскажу.

На этот раз мы зашли не в тронный зал, а, предварительно раздевшись, в небольшую уютную комнатку в глубине дворца – личный кабинет Елисея, куда он вел тех, с кем хотел поговорить без лишних глаз и ушей. Письменный стол напротив окна, несколько кресел, бар со спиртным в углу, полки с книгами – вот и вся обстановка.

Накинув по привычке на нас троих звуконепроницаемых полог, я уселась в одно из кресел и с наслаждением откинулась назад.

- Елисей, ты помнишь, я рассказывала о лернеях?

Царь покосился на оборотня, но я кивнула:

- Он уже знает. Так вот, там, на леднике, лежит именно лерней. И звали его, насколько я знаю, Эйранис.

Мой рассказ о ночных событиях мужчины выслушали более чем внимательно.

- То есть, ты хочешь сказать, что твой призрак отомстил за покушение на тебя? – недоверчиво спросил царь.

- Именно. Насколько я поняла, своих Видящих лернеи чуть ли не обожествляют.

- Но тот Эйранис на тебя все же напал, - скептически заметил оборотень.

- Так на мне было кольцо. А оно полностью скрывает мою ауру. Он просто не знал, на кого покусился.

- А потом пришла любящая супруга и всё ему объяснила, - подхватил Елисей.

- Можно и так сказать, - пожала я плечами. – Надо, кстати, узнать у нее, каким образом она попала сюда, в будущее. Хранитель в Забытой Библиотеке утверждал, что это невозможно, а эти двое разгуливают по нашему времени, как у себя дома.

Максимилиан Цирин:

Проводив Скара, я снова попытался сосредоточиться на работе. Как назло, в голове будто ватой все обложило. Вспомнив об обещании, данном внебрачному сыну императора, я тяжело вздохнул и решительно открыл портал во двор к Яге.

Лорен с хозяйкой были на улице, разгребали снег перед домом. Не понимаю, почему старушка не хочет пользоваться магией. Полуцирх весь снег смела бы за секунду. Но хозяин-барин.

- Дамы, вам помочь?

Обе, обернувшись, улыбнулись.

- Да мы уже закончили. – Яга призывно повела рукой в сторону дома. – Заходите. Будем чай пить.

Не знаю, что подействовало сильней: травяной чай с душистым мёдом или оладушки хозяйки, но к концу чаепития «вата» в моей голове практически исчезла, и я вновь мог четко и связно мыслить.

Убрав со стола, старушка тактично оставила нас с адепткой наедине.

- Я тебя поздравляю: проявились последствия твоей магии, - не став ходить вокруг да около, «обрадовал» я девушку.

- Какой магии? – недоуменно спросила та.

- Присущей твоей расе, естественно. Ты помогла своей сокурснице, Аринэ Вересийской, создать стихотворное заклинание, а приворожился Арсинеций ант Вартенский. Причем приворожился к тебе.

Девушка побледнела:

- Внебрачный сын императора Фрезии?

- Именно. Парень был у меня пару дней назад, просил о встрече с тобой. Я ответил, что все будет зависеть от твоего желания.

- Но… Зачем? Он не понимает, что чувства не настоящие? Что он приворожен?

- Говорит, что понимает, но на встрече все равно настаивает.

- А если я не хочу?

- Поздно. Тобой заинтересовался сам Артон. Я сегодня принимал бывшего воспитателя Арса и рассказал ему, кто ты такая, естественно, умолчав и твоем внешнем виде. Так что поговорить с адептом тебе в любом случае придется. Другое дело, что отвечать на его чувства ты не обязана, и если откажешь ему, я всецело тебя поддержу. Поняла?

- Да. И когда нам нужно увидеться?

- Только после защиты диплома. Раньше я ни тебя, ни его до общения не допущу. Вопросы?

- Нет вопросов, учитель. – Девушка явно была подавлена. Ничего, в следующий раз будет думать, прежде чем писать любовные стихи.

Магдалена:

Без Элеоноры и ее сердечных дел во дворце вновь поселилась скука. Я уже неделю наслаждалась тишиной и покоем, венценосные супруги радовались обществу друг друга, а мой замок потихоньку обзаводился мебелью.

Сначала я выбрала комнату, самую большую и светлую, как мне показалось, потом извела несколько десятков листов бумаги, чтобы нарисовать всё так, как мне хочется. Художник из меня, конечно, аховый, но более-менее корявый план с изображением всей желанной мебели я получила.

- Кто кого здесь убил, - ядовито спросил Елисей, рассматривая мое художество.

Я фыркнула:

- Как будто ты рисуешь лучше.

- Я - царь, мне рисовать не положено.

- А я – ведьма, тоже могу без рисования прожить.

На софе хмыкнула Василиса:

- Вы еще подеритесь. Елисей, ну вот что ты придираешься? Всё же понятно.

- Угу. В мельчайших подробностях, - съязвил мой работодатель и повернулся ко мне. – От меня что нужно?

- Отдать приказание своим столярам-плотникам. Пусть изготовят нужную мебель.

- И не умрут от смеха при этом. Ладно, не сверли меня глазами. Будут тебе столяры-плотники.

И уже через несколько дней я любовалась своей обстановкой: ковер на стенах, ковер на полу, возле окна – письменный стол, рядом – тумбочка для бумаг. На одной из стен сплошь полки, забитые книгами. У другой стены стоит широкая кровать с удобным матрасом, цветастым постельным бельем и теплым покрывалом. Неподалеку – пара кресел и стулья. Шкафом, вмещающим в себя всю мою немногочисленную одежду и обувь, служила отдельная комната рядом с вешалками, выдвижными ящичками и комодом. Еще в одну, напротив, я с помощью магии провел горячую и холодную воду, установила унитаз и ванну. Всё. Теперь здесь действительно можно жить. И ничего, что на обстановку трех комнат ушли все мои сбережения. Это того стоило.

С тетушкой и ее супругом я, пока была занята, не пересекалась.

В день выдачи зарплаты я призвала Хельгиру (я настолько увлеклась обстановкой замка, что о загадочной смерти найденного лернея с призраком не заговаривала – не до этого было) и попросила:

- Покажи в общих чертах, чем именно занимались здесь моя тетя и ее муж.

Бывшая ведьма понятливо кивнула, и перед моими глазами поплыли картинки: Пашка колет дрова для камина и носит воду для плохо оборудованной кухни (магическая печь, пара кастрюль, сковородка, тарелки, вилки, ложки), Эли хлопочет у плиты, подметает пол. Так… А это что такое???

- Она беременна???

Призрак улыбнулся:

- Так практически сразу и понесла от мужа.

Что со мной сделает дед…

- Ясно. Позови ее сюда, а когда уйдет, появись. Нам нужно будет поговорить.

Если Хелтгира и поняла, о чем конкретно будет разговор, то ничем своих эмоций не выдала. Поклонившись, она исчезла, а через какое-то время в мою спальню зашла дражайшая родственница. Действительно, беременна… И вся сияет от счастья.

- Ты звала, Лена?

- Да, Эли. – Я кивнула на деньги на тумбочке. – Это зарплата для вас обоих.

В отличие от меня, родственница никакого дискомфорта при получении платы от собственной племянницы не испытывала. Довольно улыбнувшись, она положила, даже не считая, всю сумму в карман и села в кресло напротив:

- Меня отец отсюда вытащить пытается, - сообщила тетушка мне.

- Как это «вытащить» и почему «пытается»? – Не поняла я.

- Так замок его не пропускает.

- Что? - Я удивленно моргнула. – Дед пытается появиться здесь, а замок его не пускает?

- Ну не прямо здесь, а в моем сне. Я почти каждую ночь слышу, как он ругается, будто сквозь толстый слой ваты, но вытащить меня в свою келью не может.

Оп-па…

«Замок, я тебя обожаю!»

Довольный тихий смешок:

«Благодарю, Наследница».

- Это тебе теперь нельзя из замка выходить, пока не родишь, - задумчиво посмотрела я на родственницу.

- Да я и не стремлюсь никуда, - беспечно пожала та плечами. – Мне и здесь хорошо.

Действительно, с милым рай и в шалаше. Зачем куда-то выходить, если продукты привозят окрестные крестьяне, да еще и дерутся за продажу товара (сразу после постройки замка Елисей пообщался со своими министрами, те нехотя поставили мое строение на довольствие и методом кнута и пряника заставили старост присылать на Ведьмину гору два раза в неделю телеги с продуктами; платила я, не скупясь, больше, чем народ заработал бы на рынке, так что скоро страх перед горой был преодолен), стены защищают от назойливых родичей, работы мало, платят прилично… Не жизнь, а малина. То-то Пашка на картинках призрака за недолгий срок семейной жизни так раздобрел…

- Да и сговорились они, - между тем вздохнула Элеонора.

- Кто? – потеряла я нить рассуждения.

- Да Павлик с замком.

Опять тихий смешок.

- Это как? – Мои брови удивленно поползли вверх.

- А вот так. Как только начну чем-нибудь серьезным заниматься, ну, там, полы мыть, опыты свои проводить, как тут же оказываюсь в своей комнате, - пожаловалась горько родственница. – А мне, между прочим, скучно тут одной. Павлик вечно на дворе, работает, а мне в это время что делать?

Ну Пашка правильно делает, что работает, понимает, что если будет лениться, быстро отсюда вылетит. А вот тётя…

- Эли, ты, между прочим, беременна. Вот родишь – сразу уйма дел появится. Никто и мешать не будет.

- И ты туда же, - с несчастным видом скривилась моя собеседница и сменила тему.

Обсудив со мной текущие дела в замке и немного посплетничав, тетушка наконец-то ушла к себе. Тотчас же, как я и велела, из воздуха появилась Хельгира:

- Ты звала, Видящая?

Ну… Можно и так сказать…

- Да. Как ты попала сюда, в это время?

- Через портал, - недоуменно пожал плечами призрак.

- Странно. Хранитель в Библиотеке уверен, что вы могли путешествовать только в прошлое, но никак не в будущее.

- А, вот ты о чем, Видящая. Тот, кто назвался моим мужем, на самом деле был моим женихом. Он и сконструировал нечто, позволявшее переместиться куда угодно в будущее. Выходить за Эйраниса я не желала, поэтому воспользовалась втихую его изобретением и сбежала за пару суток до свадьбы. Мне и в голову не могло прийти, что он отправится вслед за мной.

- Понятно, - кивнула я. – Можешь быть свободна.

Бывшая ведьма поклонилась и мгновенно исчезла. Я же открыла портал во дворец.

Максимилиан Цирин:

- Ты – садист!

- Я это уже слышал, - меланхолично заметил я, неспешно попивая обжигающий кофе. Все-таки жизнь прекрасна, когда выспишься. – Что еще она вытворила?

- Она ходит ко мне по двадцать-тридцать раз в день, отчитывается о всех своих проблемах и неудачах, она…

- Альт, прекрати завывать, как девственница перед брачной ночью.

Приятель вздохнул:

- Она в последнее время совершенно не высыпается, читает всю литературу, которую советуют на лекциях, включая дополнительную. Если бы не ее подружки-драконессы, она засыпала бы прямо в коридоре, по дороге на пары. Это ненормально, Макс!

- Согласен, - кивнул я. – Вот и поговори с ней. Объясни, что она перегибает палку, что так недолго и с ума сойти.

- Пытался. Она постоянно твердит, что виновата предо мной и Зарой, что она поклялась, что надо учиться… Макс, я уже не знаю, что можно сделать!

Несколько секунд я размышлял над возникшей проблемой, потом удовлетворенно улыбнулся:

- Магдалена и ее замок.

- В каком смысле? – не понял Альт.

- В самом прямом. У них ведь скоро первая практика. Вот и поторопим немного события.

- Думаешь? – Приятель явно сомневался.

В ответ я ухмыльнулся и позвал по мыслесвязи:

«Магдалена?»

«Профессор Цирин? Что-то случилось?»

«Да. Мне нужен твой замок».

«Агата?»

Какая догадливая ведьма!

«Именно».

«Что нужно от меня?»

«Появишься здесь, когда позову, заберешь ее в замок и попросишь свое строение всячески усложнить ей жизнь – темой ее практики как раз будут мыслящие не-люди».

«Жестоко», - хмыкнула моя бывшая ученица.

«Зато мозги на место встанут».

«Я поняла. Сделаю, профессор».

- А теперь позови сюда свою дочь, - повернулся я к молча наблюдавшему за мной приятелю.

Тот кивнул и вышел из кабинета.

Да, девчонка и впрямь выглядит неважно: лицо вытянулось и осунулось, под глазами фиолетовые круги, сама шатается, как после долгого запоя.

- Адептка Агата, - передо мной по щелчку пальцев появились ведомости. – Большая часть ваших преподавателей поставила вам зачет автоматом. Оставшиеся три предмета вы досдадите после практики. В отличие от вашего курса, у вас будет индивидуальное задание: вам нужно будет войти в контакт с мыслящим существом, которое не является человеком, и получить у него как можно больше информации о нем самом и его собратьях. Вашим объектом будет разумный замок уже знакомой вам магини Магдалены.

Ученица вскинулась:

- Это там, где мама?

- Правильно, но увидеть ее вам будет позволено только после успешной сдачи практики. Вам все понятно?

Нет, правильно я постоянно говорю: главное в жизни – правильно мотивировать. Вон как глаза загорелись.

- Я поняла, профессор!

- Отлично. С собой ничего брать не нужно. Всем необходимым вас снабдят на месте.

«Магдалена?»

«Сейчас буду, профессор».

Глава 15

Главное – правильная мотивация

Магдалена:

Мы с Василисой пытались готовить, да-да, по-настоящему, безо всякой магии. Оккупировав кухню и выгнав оттуда повара и его помощников, мы решили доказать самим себе и насмешнику Елисею, что, как любые женщины, вне зависимости от своего статуса, мы можем соорудить что-нибудь не только съедобное, но и вкусное, из любого, пусть даже минимального количества продуктов.

- Лена, ну вот куда ты льёшь сметану? Зачем она там, в сыром тесте?

- Так ее же всегда подают вместе с пельменями.

- Вместе, Лена, уже с приготовленным продуктом, а не вливают во время готовки.

- Ты-то откуда знаешь?

- Так это же логично!

Угу. И сразу нос задрала.

- А не логично сперва обвалять рыбу в муке и только потом класть на сковородку? Она же у тебя сгорит сейчас. Кстати, ты её солила?

- Ой…

Вот вам и логика… И как же вовремя буквально спасительно прозвучало по мыслесвязи:

«Магдалена?»

«Профессор Цирин? Что-то случилось?»

«Да. Мне нужен твой замок».

Интересно, зачем. Хотя я, похоже, знаю ответ.

«Агата?»

«Именно».

«Что нужно от меня?»

«Появишься здесь, когда позову, заберешь ее в замок и попросишь свое строение всячески усложнить ей жизнь – темой ее практики как раз будут мыслящие не-люди».

«Жестоко», - хмыкнула я.

«Зато мозги на место встанут».

«Я поняла. Сделаю, профессор».

- Ты что там хмыкаешь? – подозрительно поинтересовалась подруга, чувствуя подвох.

Я посмотрела на неё и улыбнулась, широко так улыбнулась, ото всей своей щедрой души:

- Меня Цирин зовет.

- Это что, я одна буду тут готовить??? – Праведному возмущению Василисы не было предела.

- Зато мужа порадуешь, честно скажешь, что если он и траванется, то исключительно твоей готовкой. – И, увернувшись от брошенного в меня яйца, разбившегося неподалеку, я довольно расхохоталась и помчалась наверх, к себе в комнату, переодеваться.

Теплые штаны, кофта, сверху куртка. На ноги – ботинки. Все, я готова. И почти сразу же услышала:

«Магдалена?»

«Сейчас буду, профессор».

Привычно открыла портал, шагнула в знакомый мне кабинет.

В комнате, кроме Цирина, была только Агата. Выглядела адептка просто отвратительно, но глаза сверкали решительностью.

- Агата, с магиней Магдаленой ты знакома. Она будет в этот раз твоим персональным куратором по практике.

Бедный ребенок. Но, видимо, есть за что так жестоко ее наказывать.

- Пойдем, - повернулась я к девочке и раскрыла портал в холл замка.

Уже по сложившейся традиции, меня приветствовала Хельгира.

- Предупреди Эли и Пашку (ну не поворачивается у меня язык по-другому этого новоявленного моего родственничка назвать!), что у нас будет жить Агата. Так как замок пока не обустроен, спать она будет в моей комнате. Все ясно?

- Да, Видящая.

Поклон, и призрак исчез.

«Замок, перебрось нас в мою комнату», - мысленно попросила я. Мгновение, и вот уже мы с адепткой в моих апартаментах.

Девочка от удивления разинула рот:

- Что это было?

Я пожала плечами:

- Обычное общение с разумной сущностью, не-человеком, произошедшее по мыслесвязи. Какое задание у тебя?

Ребенок прикрыл глаза и оттарабанил, видимо, наизусть:

- Мне нужно будет войти в контакт с мыслящим существом, которое не является человеком, и получить у него как можно больше информации о нем самом и его собратьях.

- Ясно. Я засчитаю тебе практику только в том случае, если замок начнет слушаться тебя так же, как и меня. Понятно?

- Да, - кивнула адептка.

И смешок в мыслях:

«Странное задание».

«Ей надо отдохнуть от учебы. Пусть больше спит и ест. На контакт первые несколько дней вообще не выходи».

«Слушаюсь, Наследница».

Ну вот и отлично. Тетушка недавно жаловалась на скуку? С этим маленьким монстром ей будет очень весело.

Максимилиан Цирин:

- Господин ректор, к вам адепт Арсинеций ант Вартенский, - открыв дверь, уведомил меня секретарь.

Мне кажется, или это уже было? Вот что ему не сидится спокойно? Через пару месяцев, между прочим, финальные испытания!

- Пропусти.

- Профессор Цирин, прошу, выслушайте меня.

Однозначно, было…

- Что опять у вас случилось, Арсинеций?

- Я … Я жить без Лорен не могу!

Ой, сколько пафоса. Вот плохо Скар тебя в детстве воспитывал. Пороть надо было. Может, сейчас поумней был бы. Я бы однозначно порол, не посмотрел бы, что ты сын императора…

- То есть, ее мнения ты не спросил? И уж тем более не подумал, что девочка перепугана свалившимся на нее «царственным» вниманием и меньше всего сейчас хочет видеть тебя рядом. А уж о ваших с ней финальных испытаниях тем Дале не вспомнил? Главное – навязанные чужие чувства, да, Арс?

Молчит. Опустил голову, упрямо сжал челюсти, как его отец, когда очередную дурость сделал, а признаваться в этом не хочет, и молчит.

- Я был у Лорен, рассказал ей о твоем желании увидеться. Сразу после официального выпуска из академии у вас обоих будет такая возможность. А пока иди готовься.

Но когда это мне жилось спокойно? Не успел одного выпроводить, как секретарь снова стучится:

- Господин ректор, к вам профессор Вивьена Орсинская вместе с адепткой Розой ант Цивесской.

Ох… Надо было вслед за Арсом вовремя из кабинета сбегать. Вивьена – дама в возрасте, с бьющими через край амбициями и твердой уверенностью, что здесь, в академии, ее никто не ценит, преподаватели – зарвавшиеся нахалы-недоучки, адепты все сплошь тупицы, а я вообще не свое место занимаю. В общем, старушке давно на отдых пора. Да вот спец по личинам и галлюцинациям она первоклассный, заменить некем. Приходится терпеть. Интересно, как Роза попасться умудрилась? Они с сестрой уже наловчились все правила академии нарушать. Значит, что-то чрезвычайное случилось…

- Пропусти, - эльф поклонился и вышел, а в комнату буквально влетел маленький белый смерч, крепко вцепившись в руку заплаканной адептки.

Профессор Орсинская была дамой экстравагантной: маленькая, худенькая, она даже в своем пожилом возрасте носила исключительно белые наряды: белый костюм, белое пальто, белая шляпа, белые тапочки… Вот и сейчас ее седые «белые» волосы развевались на ветру, сама она, даже не запыхавшись, с надменным видом остановилась у стола, одетая в белое платье, дернула за руку, так, чтобы Роза оказалась рядом с ней, и требовательно уставилась на меня:

- Профессор Цирин! Я требую уважения к своим годам! Это уже никуда не годится! Нынешние адепты совершенно ничего не умеют! А ведь главное – и учиться не хотят! Вот хотя бы взять ее! Девчонка даже не соизволила наложить на себя качественную иллюзию, просто прикрылась мелким мороком! Я ей сразу заявила, что поставлю неуд по своему предмету и ей, и ее сестрице, к которой она так спешила!

А Роза-то не только заплакана. Вон на платье шов распорот. Да и коленка, похоже, сбита. Чтобы графские девочки, чистюли и аккуратистки, ходили в таком виде на людях? Видно, что-то с сестрой произошло, если девочка так бежала.

- Я вас понял, профессор Орсинская. Заверяю вас, что приму необходимые меры. Прошу, возвращайтесь на занятия. С адепткой я побеседую.

Вивьена победоносно вскинула голову, резко отпустила руку Розы и адмиральским чеканным шагом вышла из комнаты. Как же хорошо, что у нее нет детей. Достанься кому-нибудь такая родственница, так и императорских пыток не надо…

- Роза, что случилось? Что-то со Сьюзи? И хватит стоять столбом. Присаживайся, - я кивнул на стул.

Подбородок у девочки подозрительно задрожал. Ну вот только слез мне сейчас не хватало.

- Если ты сейчас разрыдаешься, я не смогу понять, в чем дело. Так что произошло?

- Сьюзи… Она… Ее сбили, ранили…

Драконессам для развития своей второй формы необходимо было хотя бы изредка, но подниматься в небо. Я не одобрял полетов (хоть и не имел права запрещать их), прекрасно понимая, что девочки еще очень юны и в случае неприятности не смогут себя защитить. Видимо, что-то подобное и произошло.

- Где она?

- В целительском боксе. Она… Её из катапульты сбили! У нее все тело поломано! Я не знаю, как она смогла сюда дотянуть…

Слезы все-таки полились, причем водопадом. Давая адептке возможность выплакаться, я задумался. Откуда у местных крестьян катапульта? Нет, конечно, существует вероятность, что молодая драконесса забыла обо всем и полетела к ближайшему городу. Но ведь это не несколько минут лёта. Большая перемена длится двадцать минут – как раз времени хватит, чтобы долететь до села и вернуться. А на прошлой паре она точно была, я лично в коридоре видел обеих. Значит, все же местные. Что ж, сначала навещу адептку, а затем побеседую со старостой.

- Успокоилась? – внимательно взглянул на Розу.

Девочка кивнула, вытирая на щеке последние слезинки.

- Хорошо. Пойдем посмотрим на твою сестру.

Портал – и мы у целителей. С тех пор, как главной здесь стала Анира ант Вукенийская, младшая дочь малоземельного графа на самом севере Фрезии, в боксе воцарились тишина и покой. Сильного дара у Аниры не было, зато были знания и выдержка, необходимые для качественного лечения больных. Ну и строгость по отношению к персоналу.

И сейчас сама Анира вышла нам на встречу из угловой палаты.

- Профессор, - короткий поклон. Потом к Розе, мягко, но настойчиво: - Никаких слез здесь не нужно. Твоя сестра скоро встанет на ноги. Своим видом ты ее только расстроишь. Успокаивайся.

- Я спокойна, правда. Можно мне ее увидеть? Пожалуйста!

Зашли мы вдвоем. Сьюзи лежала на кровати с перебинтованным телом. Увидев нас, попыталась встать, но я махнул рукой, показывая, что это не нужно, и строго посмотрел на Розу. В моем присутствии девочка плакать побоялась, подошла к сестре, присела на корточки, сжала руку. Я перешел на магическое зрение: даже моих скудных знаний по анатомии и целительству хватило, чтобы понять, что поработали здесь на славу. И адептка скоро встанет. А пока же…

- Сьюзи, ты вылетала за границы, или это случилось у нас?

- У нас, у ближнего села.

Очень интересно. Там староста Радек, степенный и умный мужик. Он о драконессах знает, сбить ни одну, ни другую не даст. Значит, надо самолично там появиться…

Оставив девочек наедине, я перенесся в кабинет. Если у крестьян катапульта и они рискнули сбить адептку, пусть и в облике дракона, значит, там что-то серьезное. Самому туда соваться будет неразумно. А вот с помощью неких сказочных существ…

Магдалена:

Вечерело. Солнце недавно село, окрасив последними яркими лучами молочно-голубой небосклон. За порогами домов все сильнее ревел ветер, словно медведь-шатун, зачем-то разбуженный зимой охотниками-неумёхами. К ночи точно пойдет дождь. А может, и снег повалит. С такой погодой не шутят. Да и пора уже, все же зима, а не осень, и так погода теплом долго баловала, снежок-то на землице тоже полежать должен.

К небольшому селу, громко споря и постоянно ругаясь, подходили трое: сухонькая маленькая старушка, укутанная в дербилу[23], местный аналог теплой шубы, высокий симпатичный парень, по виду явно сельский, в непонятном одеянии, возможно, содранном с чужого плеча, и девушка небольшого росточка, не просто худая, а костлявая, буквально перевязанная крест-накрест ремнями, как тюк с имуществом. Вернее будет сказать, подходили только двое: старушка и парень, девушку же они попеременно, с грубыми ругательствами, просто тащили за собой, словно молодую упрямую ослицу.

- Иди давай, дурында, вот пойдет сейчас снег, и что делать будем? Замерзнем же, - ворчала раздраженно старушка. Сейчас тащить «поклажу» была ее очередь, и она кидала из-под густых кустистых бровей недовольные взгляды на парня, явно наслаждавшегося вечером и даже не собиравшегося облегчать жизнь пожилой женщине, то и дело поводила своим большим крючковатым носом, словно нюхая воздух, как собака-ищейка, и явно большего всего на свете сейчас мечтала о тепле, уюте, вкусном ужине и горячем шайсе[24].

- Вам надо, вот вы и идите, - девушка угрюмо огрызалась, явно не желая передвигать ногами. – А я лучше в поле лягу и замерзну!

- Ну и кому ты хуже сделаешь? – добродушно осклабился молчавший до сих пор парень. – Помрешь же, глупая.

- И пусть! – с вызовом пропищала, кашляя от холода, упрямая спутница. – Все лучше, чем замуж за тебя идти!

Старуха хотела было ответить что-то явно нелицеприятное, но чуть не споткнулась о несколько бревен, наваленных перед самым селом, прямо на дороге.

- Это что еще такое? – Громко возмутилась она. – Нормальным людям пройти не дают. Того и гляди ноги себе поломаю!

- А это, бабушка, охрана такая, чтобы чужие не шастали, - послышался сбоку насмешливый голос, и на дорогу рядом вышел здоровенный молодой детина, легко поигрывая еще одним бревном, явно собратом тех, что лежали на земле.

- Да какие мы чужие, милок, - удивленно всплеснула руками бабка, не забыв придержать за ремень свою своенравную спутницу. – Местные мы, из Чащера, что тут недалече, идем в Ортон, к брату моему. Да вот, видно, до ночи не успеем, а под снегом лежать не хочется. Переночевать-то у вас можно?

- Можно, отчего нельзя, добрым людям мы всегда рады, - хмыкнул детина. – Только девка ваша что-то больно норовиста. На местную не похожа.

- А, эта, - бабка кинула презрительный взгляд на задравшую подбородок в тщетной попытке изобразить гордость девушку. – Так это я невесту своему племяннику присмотрела. Девка и правда с норовом, так оно и ничего, у молодых-то кровь горячая, поймут друг друга.

Девушка резко покраснела, парень довольно хмыкнул, детина ухмыльнулся.

- Твоя правда, бабушка. Пойдем, провожу вас к старосте нашему, Арту. У него и переночуете.

- Пойдем-пойдем, милок, - торопливо закивала старушка, дергая за ремень и заставляя «добычу» нехотя передвигать ноги.

Обычно в селах ложатся и встают по солнцу. Но светило уже давно зашло, а на сельских улицах было многолюдно: народ шатался между домов, переговаривался и многозначительно перемигивался. И везде ярко горели факелы.

- Это что ж, сынок, праздник у вас какой? – с любопытством спросила бабка, быстро семеня за проводником.

- Можно и так сказать, бабушка, - ухмыльнулся довольно детина. – Мы сегодня свободными стали!

Старуха с удивлением посмотрела в спину своего собеседника, но уточнять, о чем тот говорит, не стала.

В крестьянской избе было натоплено, но неуютно: грязь, копоть, на стенах – плохо замытые следы крови.

- Ты туда не смотри, бабушка, - посоветовал провожатый, подходя к неубранному столу с кучей объедков на нем и отодвигая два стула; на один из них он и уселся. – Это мы сегодня за свои права боролись.

И тут же громко:

- Арт, я тебе постояльцев на ночь привел!

Из-за перегородки послышалась возня, и через несколько минут оттуда появился по пояс голый пьяный карлик. Пошатываясь, он подошел к гостям, несколько секунд их осматривал, потом довольно протянул:

- У, какая краля, - и попытался приобнять девушку.

Та испуганно пискнула, стараясь увернуться от этой сомнительной чести. Тут же подскочил сидевший до этого парень:

- Ты, урод, мою невесту не лапай!

На урода карлик не обиделся, лишь ухмыльнулся:

- Подумаешь, какие мы гордые, - пошатнулся и упал прямо на пол, где тут же захрапел.

- Это кто, милок? – с изумлением спросила наблюдавшая за всем старуха.

- Да староста наш новый, - беззаботно пожал плечами детина. – Напился от радости. Ничего, к утру проспится, и пойдем мы с ним приступом на ту дуру, что на горе стоит.

- Так то ж замок, - ахнула бабка. – В нем, поговаривают, магов уйма.

- Тю, напугала. У нас катупальта есть.

- Может, катапульта, милок?

- Во, точно, она. Мы сегодня из нее стреляли, огромного зверя сбили, дракон называется. Ты, бабушка, небось, о таком и не слышала.

- Куда ж мне, милок, - тяжело вздохнула его собеседница. – Мы люди темные. А колдовства страшного вы не боитесь? Маги-то разбушеваться могут.

- Да что они нам сделают, нас же вон сколько, а их там не больше десятка!

«Профессор, они здесь все под дурманом!»

«Опоены?»

«Не знаю. Но несут явную околесицу. Бабушка уже с трудом сдерживается. Никакой магии ни я, ни Даня не чувствуем».

«Хорошо. Заканчивайте там комедию и открывайте портал в мой кабинет».

Глава 16

И воздастся каждому по вере его

- Милок, нам бы голову где преклонить, - старуха открыто зевала. Сказывался возраст: долгое пешее путешествие утомило женщину.

- Так там лежанки есть, - детина, не желаю вставать, рассеянно махнул рукой в дальний угол дома. Он, вероятно, был еще в мечтах о легкой и беззаботной жизни, о быстрой победе над магами, о своей грозной «катупальте».

Бабка кивнула и, не отвлекая деревенского полководца от его мыслей и планов, встала из-за стола и потащила свою упрямую спутницу в глубину домика. Парень, нехотя встав, пошлее за ними.

В одной из комнат действительно обнаружились лежанки – тюфяки, набитые соломой. Вот только находились они рядом со сломанными и обожженными кроватями.

- Дикари, - вздохнула Яга, разматывая на мне ремни. – Вот что с людьми алкоголь и дурман делают. Что сказал Цирин, Лена?

- Сказал прекращать комедию и открывать портал в его кабинет.

- Правильно, - кивнул леший. – Втроем нам здесь с этим пьяным сбродом не справиться. И все же, что здесь произошло? Не могли они просто так с ума сойти. Кто-то явно подзуживал, руководил. На и катапульту эту где-то надо было раздобыть.

- Ну это пусть маги разбираются, - отмахнулась старушка, заканчивая разматывать последний ремень. – Мне здесь как-то не по себе: воздух чересчур противный. Открывай, Лена, портал.

Меня изначально связали слабо, только для видимости, поэтому руки не затекли. Привычно раскрыв проход в кабинет ректора, я увидела, что он там не один: в комнате собралось примерно двадцать человек: преподаватели и самые сильные выпускники. Цирин решил устроить внеочередную практику? Впрочем, это его дело. Я отошла в сторону, давая возможность пройти, и скоро в домике появились сам ректор, его правая рука, Джаддер урх[25] Кранал аран[26] Витерас, чистокровный гном, умеющий «видеть» подземные и тайные ходы, секретарь Оилиуний Иенаринеус, надменный красавец эльф, чувствующий любую природную магию, Вивьена Орсинская, первый специалист личинам и галлюцинациям, Альтер ант Церский, превосходно ладящий как с миром флоры, так и с разнообразной фауной, и половина выпускного курса, включая Арсинеция ант Вартенского. В комнате сразу стало тесно.

- Рассказывай, - приказал ректор, кивком поздоровавшись с моими спутниками. Я захлопнула портал и посмотрела на своего учителя: он был предельно собран и серьезен. Что же тут такое происходит?

Я пересказала всю ситуацию, и несмотря на ее комичность, никто из пришедших даже не улыбнулся.

- Уходите отсюда, - велел Цирин, когда я закончила. – Куда угодно, но все трое, и пока я с тобой, Магдалена, не свяжусь, вы не разделяетесь. Понятно?

Я кивнула и открыла портал в домик Яги: когда учитель говорит таким тоном, спорить с ним опасно для жизни.

Максимилиан Цирин:

- Это Сладкая Смерть, - уверенно заявила Вивьена Орсинскя, когда я созвал преподавателей для совещания в своем кабинете. – Только этот галлюциноген способен так массово влиять на сознание людей и держать их «под кайфом» продолжительное время.

- Откуда во Фрезии, да еще и в обычном крестьянском селении, Сладкая Смерть? – нахмурился Оилиуний Иенаринеус. – Она растет только в Вечном Лесу.

- Значит, кто-то принес. И не удивлюсь, если специально.

- Вы думаете, Вивьена, это попытка устроить бунт против магов? – уточнил я.

- Это одна из попыток, - ответила магиня. – И я уверена, что за ней последуют другие, гораздо более жестокие. А это – так, пробный шар.

- Что ж, вполне возможно, что так все и есть. Значит, поступаем следующим образом: на случай, если это ловушка, идем туда впятером: я, Джаддер, Вивьена, Оилиуний, Альтер. Остальные преподаватели усиливают оборону.

- Нам не хватит людей, - подал голос Альт.

- Мы возьмем еще выпускников, самых сильных студентов. Вивьена, те трое, что сейчас проводят разведку в селе, могут нам помочь?

- Нет, - категорично покачала головой женщина. – Им лучше как можно скорее покинуть это место и не расходиться хотя бы несколько часов.

- Ясно. Тогда у тех, кого я только что перечислил, есть несколько минут на сборы. Встречаемся здесь же. Оилиуний, Джаддер, соберите выпускников и приведите их сюда.

К тому моменту, как Магдалена открыла портал, мы все были в полной боевой готовности.

Да, крестьяне повеселились знатно… Грабежи, насилие, убийства… Почти в каждом доме по трупу. Те, кто выжил, пребывают в твердой уверенности, что уж теперь-то они точно свободны (от чего, интересно?), а завтра у них начнется новая, более «сладкая» и веселая жизнь.

Магиня оказалась права: это действительно была Сладкая Смерть. Эльф нахмурился, почувствовав знакомый запах:

- Трава принесена из самого сердца Вечного Леса не далее чем пару суток назад. И принес ее человек, не эльф.

- Такое разве возможно? – в удивлении вскинул брови гном, пытавшийся найти любые тайные ходы в селении.

- До этого дня я бы ответил: нет. Теперь даже не знаю. Нужно обязательно пообщаться с Владыкой.

Это мне только что тактично намекнули, чем необходимо заняться в первую очередь? Ну спасибо. У Оилиуния с родственниками отношения были более чем натянутые, а значит, сам он «общаться» с отцом не будет. Никого другого тот не примет. Остаюсь я. Как будто мне других проблем мало.

- Никаких ходом, - заяви между тем гном. – Все, кто здесь был, пришли по земле.

- Или прилетели, - задумчиво пробормотал я.

- Думаете, катапульту для этого сюда привезли? – проявил смекалку Джаддер. – Чтобы никто другой по воздуху не смог объявиться?

- Пока не знаю. Но сбрасывать эту версию со счетов нельзя. Не просто так в маленьком далеком селении появилось такое убийственное для драконов оружие…

Одурманенных крестьян повязали и порталом отправили в тюрьму, сопроводив запиской, подробно описывавшей все произошедшее (катапульту я переправил туда же). Трупы похоронили, дома с дурманом сожгли. Теперь в селении никого не осталось, вокруг все было пусто и уныло.

Магдалена:

Я была у Яги, повторяла с Лорен пройденный материал. Старушка готовила ужин. Леший на улице разгребал снег, в очередной раз заваливший маленькую полянку.

Портал – и из кабинета вышел ректор, напряженный и чем-то взволнованный.

- Даня здесь? – спросил, поздоровавшись с нами кивком.

- Да, работает во дворе, - удивленно ответила я. Цирин выглядел более чем странно, и мне это не нравилось. Опять что-то случилось.

Позвав лешего в дом, наша хозяйка практически насильно усадила профессора за стол, налила чай, и только после того, как тот выпил нужное количество «волшебной жидкости» и успокоился, спросила:

- Что произошло?

Профессор вздохнул и рассказал, как крестьяне над селом возле замка сбили катапультой одну из драконесс.

- Мне нужна ваша помощь, сударыня. Ваша и Дани. Нужно проникнуть туда и попытаться понять, в чем дело. А потом сообщить мне.

- Без Лены мы с вами связаться не сможем, покачала головой Яга.

Цирин покосился на меня:

- 33 несчастья, боюсь, это правда, но, пожалуйста, постарайся не наворотить там дел.

Обидеться я решила потом, пока же только кивнула, показывая, что приняла к сведению его слова.

Проводив профессора назад в академию, мы стали собираться, заодно и придумали план. Объявить нас с Даней женихом и невестой была идея Лорен.

- Очень уж строптивая невеста получится, - хмыкнул леший.

- Так вы ее ремнями обвяжите, - в шутку предложила полуцирх. Её идею восприняли всерьез, и вскоре мы, подготовив свои маскарадные костюмы, вышли через портал неподалеку от академии и с воодушевлением стали играть каждый свою роль. Сначала было весело. Но когда все открылось, наше веселье резко пошло на убыль…

Вернувшись домой, Яга первым делом позвала Лорен:

- Противоядие от Сладкой Смерти знаешь?

Девушка, побледнев, кивнула.

- Тогда иди делай. Три порции. Где находятся травы, ты знаешь.- Договаривала она уже в пустоту, полуцирх бежала к сундукам.

- Вы думаете, мы зразились этой гадостью? – Нахмурилась я.

- Не знаю, но лучше перестраховаться. Кто бы ни занимался этот травкой, он очень умный и хитрый человек.

- Почему не эльф? – Удивился Даня.

- Ни один эльф никогда не будет себя травить этим дурманом. Нет, здесь поработал человек. А вот какие у него были идеи и желания – этого я не знаю. Может, ему не понравился прием в том селе, а может, всё это направлено против магов. Пусть Цирин с его командой разбираются. Там существа опытные.

Прибежала Лорен, вручила каждому по большой кружке со свежим зельем. Вкус был отвратный, но я заставила себя проглотить всё до последней капли.

- Вот теперь все в порядке, - удовлетворенно кивнула старушка, выпив залпом «лекарство» и даже не поморщившись. – Даня, негодник такой, не плюйся здесь.

Леший покраснел и виновато пробубнил:

- Так вкус же отвратительный.

- Зато жив останешься, – отрезала Яга.

Через некоторое время пришел через портал Цирин, увидел, что у нас все в порядке, удовлетворенно кивнул, дар разрешение расходиться и вновь исчез у себя в кабинете.

Отлично, теперь можно и во дворец отправляться.

Ночь я провела во дворце, снова, как и вчера, даже не сомкнув глаз. Елисей, чтобы не обижать жену, попробовал ее стряпню и теперь «радовал» слуг своим лицом цвета радуги, а меня – разнообразными болячками. Уж не знаю, что там Василиса намешала в свои блюда, но эффект был убойным, причем в прямом смысле этого слова: царь-батюшка регулярно навещал «кабинет задумчивости», иногда его рвало, питался он только моими зельями, от которых ему на некоторое время становилось лучше, и куриным бульоном, сваренным на этот раз мрачным поваром. Её Величество из своих покоев не показывалась, и я регулярно появлялась у нее с микстурой от истерики. В общем, всем во дворце было очень весело…

Утром я была злой, уставшей и совершенно не выспавшейся. Деда, надумавшего вдруг появиться без предупреждения в моей спальне, я встретила рыком смертельно раненного хищника. Тот даже опешил от такого «приветствия»:

- Магдалена, девочка моя, ты здорова?

- ………….!!!!!!!!!

- Понятно… И чем я могу помочь?

- Убей их всех, - простонала я, в изнеможении откидываясь на подушки. Очень сильно хотелось спать.

- Кого конкретно? По именам, пожалуйста.

- Начни с Елисея и Василисы.

- Ясно. И что с ними? Хотя молчи, я сам посмотрю.

И дед вышел из комнаты. Вернулся он через несколько минут, когда я уже засыпала, трясущийся от сильного смеха, да так, что слезы из глаз катились.

- Магдалена, умница моя, ты его от чего лечила?

- От несварения, - буркнула я угрюмо.

- А надо было от приворота.

Оххх… Я аж проснулась и на постели подскочила:

- Да, ты хочешь сказать, Василиса пыталась приворожить собственного мужа? Ты уверен?

Скаратей хмыкнул:

- Я больше десяти лет при дворе прожил, что такое приворот, знаю превосходно.

- Но зачем ей???

- Вот пойди и сама у нее сейчас спроси. Начальник твое уже там давно, живой и здоровый, рвет и мечет под дверью своей ненаглядной, а она тебя зовет, говорит, что только ты защитить ее можешь, - и дед громко расхохотался.

Я протерла глаза, слезла с постели и вышла в коридор. Скаратей, естественно, пошел следом, тщетно пытаясь успокоиться.

Да, действительно, Елисей был возле комнаты жены:

- Василиса, открой, мы просто поговорим. Ну что за детский сад, - выговаривал он раздраженно двери.

С той стороны послышались всхлипы:

- Без Лены не открою.

- Да что я тебя съем, что ли? А вот, кстати, и защитница твоя пожаловала. Лена, хоть ты ей скажи, ну что это за цирк!

- Василиса, это я, - подала я голос. – Открывай.

Послышался звук отпираемой двери, и мы наконец-то смогли проникнуть в покои царицы. Сама владелица комнат в заплаканным лицом стояла возле входа.

- Зачем? Вот скажи, зачем ты подсыпала приворотное зелье? И где ты его взяла? – Устало спросил царь.

- Я… Я не хотела… Там на полочке много разных пузырьков стояло, я с солью перепутала…

- Хорошо хоть не с мышьяком - хмыкнул безо всякого почтения к венценосным супругам Скаратей.

Подруга вспыхнула и уставилась в пол.

- Так, погодите, а как вообще приворотное зелье оказалось среди специй на кухне? - вмешалась я в семейные разборки. – Елисей, Василиса, кто еще, кроме меня, у вас тут магией или целительством себе на жизнь зарабатывает?

В комнате воцарилось молчание.

- Действительно, - пробормотал растерянно царь. – Откуда зелье на кухне?

- Никто, - ответила царица на мой второй вопрос. – По крайней мере, мне ни о ком не известно.

Ну вот мы и приплыли. По дворцу, как по собственному дому, свободно разгуливает злоумышленник и оставляет сильные зелья там, где ему хочется… Придется ставить охранку и фильтровать чувства, эмоции, желания слуг. Да уж, скучно мне точно не будет.

- Ваши Величества, - послышался насмешливый голос деда, - если моя внучка вам прямо сейчас не нужна, я украду ее у вас на пару секунд. Обещаю вернуть целой и невредимой.

Портал – и мы снова в его келье.

- Какая интересная у тебя работа, - язвительно поддел меня родственник.

- Спасибо за поддержку, - устало фыркнула я и уселась на чужую кровать. – Зачем я здесь?

- Затем, что я хочу повидаться с дочерью, а твой замок меня не пропускает, - сбросив маску весельчака, раздраженно ответил Скаратей.

- И не пропустит, по крайней мере, пока Эли не родит.

Ну вот я это и сказала. И совсем не страшно, правда же? А то, что дед начал дышать, как разъяренный бык, совсем ничего не значит. По крайней мере, я на это надеюсь…

- И давно?

- Почти сразу же.

Думает, считает. Потом угрюмо:

- То есть, избавиться от ребенка уже не получится.

- К твоему глубокому огорчению – нет.

- Пусть так. Открывай портал. Хоть на супруга ее полюбуюсь.

Дед у меня в замке? Ладно, пусть так.

В портал вошла первой и, выйдя в замке, мысленно попросила его:

«Пропусти моего деда, но, если сможешь, заблокируй его магию».

«Сделаю, Насленица», - послышалось в ответ, и воз меня тут же появился Скаратей. Следом за ним из воздуха соткалась Хельгира:

- Приветствую, Видящая.

Дед, не видевший до этого лернеев, с изумлением наблюдал за ней. Я же кивнула и спросила:

- Как Эли и Агата?

- Первая сейчас на кухне, готовит, беременность протекает спокойно; вторая у тебя в комнате: спит после очередных попыток наладить контакт с замком, - отчитался призрак.

- Хорошо. Позови сюда Эли. Предупреди, что здесь её отец и что у него заблокирована магия.

- Слушаюсь, Видящая. – И Хельгира исчезла.

- Это как это – заблокирована магия? – Нахмурился Скаратей, тщетно пытаясь прочесть хотя бы одно заклинание.

- Деда, твоя дочь беременна, ей нельзя волноваться. Вернется к тебе твоя магия, когда покинешь замок.

Родственник раздраженно сверкнул глазами, но промолчал. А их коридора в холл уже спешила тетушка:

- Папочка, как я рада тебя видеть!

Не знаю, что ответил бы тот, если бы владел магией и рядом не было бы меня, но так он искусственно улыбнулся:

- Ну здравствуй, Колобок. Пойдем, познакомишь со своим мужем.

На месте Эли я бы насторожилась, но та лишь расплылась в улыбке и поспешила по коридору. Дед пошел следом.

«Вмешайся, если понадобится», - встревоженно попросила я у замка, боясь, как бы эти два упрямца не натворили дел.

«Не беспокойся, Наследница», - пришел ответ.

Даниил:

Скоро уже придет весна. Белкам перестанут грозить меткие стрелки пяти-десяти лет, и краснохвостые красавицы снова будут безбоязненно скакать по деревьям у опушки. Проснется Михайло Потапыч и опять начнет развлекаться с местной молодежью. Деревенский народ потянется в лес по грибы-ягоды, а Арина Яговна отправится по болотам возобновлять свой запас трав. Моя жизнь вновь войдет в привычную колею, станет спокойной и упорядоченной.

Только почему мне так тоскливо при одной мысли об этом?..

Максимилиан Цирин:

Сладкая Смерть, катапульта, влюбленный внебрачный сын императора, болеющая драконесса, предстоящий разговор с правителем эльфов, запутавшийся в себе полуцирх, ну и конечно, мои личные 33 несчастья… И почему все это досталось лично мне?

Альт уже успокоился по поводу Агаты. Магдалена уверила его, что практика проходит без проблем, с девочкой все в порядке: она ест, спит и постоянно гуляет по замку, снова и снова напрасно пытаясь установить контакт с разумным сооружением. О матери, находящейся в постоянном стазисе в том же замке, ребенок, судя по всему, уже успел забыть. Ну и хорошо. Все равно, помочь родительнице Агата ничем не может, а душу травить незачем.

Крестьяне говорят: «Обжегшись на молоке, на воду дует». Так и я: получив неприятный опыт с одурманенными крестьянами, я расставил охранки возле остальных селений, находящихся неподалеку от замка. Так что если теперь что-то там случится, я узнаю об этом первым. Но как же хочется тишины и покоя, хотя бы на несколько недель!

Магдалена:

К моему удивлению, общение двух мужчин прошло без особых проблем. Не понравившись друг другу с первого взгляда, они мудро решили не тревожить беременную тетушку и при ней натянуто улыбались и общались чересчур вежливо. Когда Эли не было рядом, они друг друга игнорировали. Дед продолжал бывать в замке. Каждый раз при его появлении разумное строение блокировало его магию. Скаратея это раздражало, но ради любимой дочери, носившей своего первенца, он готов был мириться с временными неудобствами. Мне кажется, что хоть он и ворчит, но внука полюбит так же сильно, как и дочь, и первый будет вставать на защиту ребенка при любом упоминании о разнице в положении у родителей малыша.

Вернувшись во дворец, я везде порасставила охранник. На подробное сканирование персонала меня не хватило: усталость взяла свое, и я уснула прямо на софе в тронном зале. Проснулась, кстати, у себя в покоях. Кто меня перенес, я так и не узнала.

Василиса с Елисеем помирились. Удостоверившись, что супруга отравила его не нарочно, царь великодушно забыл о последствиях не удавшейся трапезы.

Хочется верить, что таинственный отравитель, притаившийся во дворце, хоть на пару недель возьмет перерыв, и я смогу наконец-то отдохнуть и вдоволь выспаться.

***

[1] Талифан – технико-магическое устройство, позволяющее на расстоянии разговаривать с собеседником и видеть его.

[2] Ант – приставка перед фамилиями высшего дворянства в Империях.

[3] Скретчер, или в народе – почесунчик розоватый, маленькая неприметная травка, растущая возле болот. Свое название получила от эффекта сильного жжения, которое возникает при соприкосновении тела с цветками. Жжение длится обычно две недели и сильно осложняет жизнь своим жертвам.

[4] Вайс – колдовской напиток из лесных трав и ягод, придающий пьющему его сил и энергии, способный поставить на ноги после любой, даже самой серьезной болезни и длительного физического истощения. Ценится магами и магическими существами, прост в приготовлении.

[5] Антар – хищное животное, внешне напоминает огромного толстого крокодила с зубами и хвостом пираньи. Поймать его чрезвычайно трудно, а убить – еще труднее. Именно из-за этой трудности шкура антара высоко ценится на рынке. Для магов она интересна тем, что, будучи эластичной, не пропускает кислоту, облегая тело, словно родная кожа.

[6] Стихи в книге авторские.

[7] Цирхи – волшебные существа, полуящерицы, полулюди. Населяли планету за 10-12 тысяч лет до лернеев. Отличались чрезвычайно скрытным характером и любовью к тайнам. Попасть в их страну могли только избранные. Славились своими ментальными способностями и возможностью передавать мысленные приказы на любых расстояниях. Больше о них ничего не известно. Предположительно, погибли от всемирной катастрофы.

[8] На Роси, в отличие от Фрезии, верили не в пять, а в семь богов: праматерь Радужницу, ее дочерей Ночницу, Зарницу, Деревяницу, Крашеницу и сыновей Морока и Вереска.

[9] Морок – бог смерти.

[10] «Охранка» или охранный контур – заклинание, мешающее любому существу, разумному или нет, покинуть пределы контура или пробиться внутрь его.

[11] Ветер на языке цирхов.

[12] Сатран – животное, проживающее на севере Роси. Похоже на овцу, только более высокое и толстое. Славится своим мехом, из которого вяжут кофты для знати.

[13] Эпоха 3-х Царей – фразеологический оборот, употребляется, когда говорящий хочет сказать, что такого события или пересонажа никогда не было и быть не могло.

[14] Антар – хищное животное, внешне напоминает огромного толстого крокодила с зубами и хвостом пираньи. Поймать его чрезвычайно трудно, а убить – еще труднее. Именно из-за этой трудности шкура антара высоко ценится на рынке. Для магов она интересна тем, что, будучи эластичной, не пропускает кислоту, облегая тело, словно родная кожа.

[15] Ольхерун Свитомольский был известен своими разработками в межрасовой магии. Он был твердо убежден, что, овладев определенными знаниями, человек сможет использовать природную силу эльфов, а гномы сумеют применить человеческую магию в своих экспериментах.

[16] Площадь богов – главная площадь любой столицы, так как именно на ней представлены храмы всех существующих религий мира.

[17] Мороковая пустошь, или пустошь Морока – часть подземного царства, в которое после смерти попадают самые отъявленные грешники.

[18] Исканский камень – ценящийся в магической среде строительный материал, позволяющий владельцу построенного из данного камня строения регулировать потоки магии в любом помещении.

[19] «Воля или смерть» - одно из запретных заклинаний, подавляющее любые зачатки умственно-психической деятельности у разумной сущности.

[20] Вечная Клятва – заклинание, не позволявшее поклявшемуся поведать любой живой душе о том, чему он был свидетелем.

[21] Предсказательница, владеющая магией.

[22] Загрызень – магически созданная нечисть.

[23] Дербила – женская длинная теплая одежда, которую носят в некоторых селах Фрезии.

[24] Шайс – слабоалкогольный спиртной напиток для крестьян. Пьют горячим.

[25] Частица-показатель клана, к которому принадлежит гном.

[26] Частица-показатель семьи, к которой принадлежит гном.

Content

Соколова Надежда Игоревна Ведьма развлекается