Присцилла Ширер, Джина Детвилер

Принцы-воины

Priscilla Shirer, Gina Detwiler

The Prince Warriors

* * *

© 2016 by В&Н Publishing Group, Nashville, Tennessee

© Иванова Α., перевод, 2021

© ΟΟΟ «Издательство ACT», 2021

Часть первая

Добро пожаловать в реальный мир

Джексону, нашему первенцу.

Нашему принцу-воину.

Глава первая

Прыжок

С этим прудом что-то было не так. Эван понял это сразу же, едва заглянул в его мрачные глубины. Что скрывалось там, внизу? Монстр? Вроде того, шотландского, как его там – Лох-Несс? Что-то такое же жуткое. Мальчик стоял неподвижно, слегка подрагивая и ожидая, что это «что-то» вот-вот вырвется на поверхность и поглотит его. Заживо. Разом. Он надеялся, что это произойдет очень быстро. Выносить мысль о том, как его будут жевать, было невозможно.

Тем более он достаточно мал, чтобы проглотить его не жуя. Не то что его старший брат, Ксавье. Большой, суровый Ксавье. Да еще и с крутым именем. У Ксавье даже мускулы имелись и волосы под мышками. Эван глянул на собственные тощие безволосые руки. На вид – ни единой мышцы. И неважно, сколько он подтягивается на ветке большого старого дуба на заднем дворе, – мускулы просто отказываются расти.

– Сегодня собираешься?

Эван обернулся и увидел брата, стоящего на старой покрышке, которая была подвешена на одной из ветвей дуба. Покрышка прилагалась к дереву, которое прилагалось к дому.

– Так ты сделаешь это сегодня? – На лице Ксавье было вечное всезнайское выражение, а его рот скривился в ухмылке.

С того самого дня, как два месяца назад они переехали в этот дом из города, Эван каждый день стоял на маленьком пирсе, уставившись на пруд и дожидаясь момента, когда же ему хватит храбрости прыгнуть. Чтобы показать Ксавье, что он не трус. Он поклялся сделать это до конца лета – до того, как пойдет в четвертый класс в новой школе. Он был уверен, что к тому времени нырнет уже раз сто, и вот до начала занятий осталась неделя, а он так этого и не сделал.

И каждый божий день, когда Эван, дрожа, стоял на пирсе, появлялся Ксавье и донимал его:

– Хочешь, я тебя подтолкну? – Ухмылка Ксавье стала шире.

– Уходи, – сказал Эван, стискивая зубы и кулаки.

Он снова повернулся к пруду. Прыгай! Прыгай!

Но насмешки брата были куда громче и заглушили ободряющие голоса в голове мальчика.

– Давай, это легко, – Ксавье спрыгнул с покрышки и прошелся по пирсу рядом с Эваном.

Старший брат был на десять сантиметров выше. А иногда Эвану казалось, что и на целый метр.

– Смотри на меня.

Ксавье прыгнул и с громким воплем врезался в воду, словно олимпийский пловец. Эван шагнул назад, чтобы не попасть под брызги от гигантского всплеска.

– Уходи! – крикнул он.

– Давай же, цыпа, – Ксавье подплыл к пирсу и подтянулся, вылезая из воды. – Просто сделай это.

Он хотел было схватить Эвана, но тот яростно оттолкнул брата:

– Оставь меня в покое!

– Цыпа! – снова рассмеялся Ксавье. – Цыплячья душонка! Ко-ко-ко! – Он отвратительно закудахтал на манер курицы и изобразил танец маленьких утят.

Эван ненавидел этот танец. Исполняя его, Ксавье выглядел по-дурацки, но всегда добивался именно того, чего хотел: доводил брата до белого каления. С красным от злости лицом Эван развернулся и врезался в Ксавье с такой силой, что оба свалились с пирса в мутный ил у берега. «Всего один удар, – думал Эван. – Дайте ударить его хоть раз, и я буду счастлив». На этот раз голос в его голове звучал громче.

– Мальчики! – окликнула мама с крыльца.

Конечно же, она наблюдала за ними. Она всегда говорила, что у нее глаза на затылке, и Эван подумал, что, возможно, это действительно так.

– Что происходит?

– Я ничего не делал! – выкрикнул Ксавье, прежде чем Эван успел раскрыть рот. – Просто хотел помочь ему прыгнуть…

– Ты врешь! – От ярости Эвана затрясло.

Он снова попробовал ударить брата, промахнувшись почти на локоть.

– Эван! Сейчас же марш в дом!

Мамин голос стал скрипучим. Дурной знак.

Оттолкнув Ксавье, Эван поднялся на ноги. Он был весь в грязи. Лицо горело, словно по шее поднималось пламя. Ксавье тоже встал, стирая грязь с плеч, – в его глазах по-прежнему прыгали смешинки.

– Эван! – повторила мама. – Марш!

– Цыпа, – шепнул Ксавье.

Эван поборол желание разреветься и потопал в дом.

* * *

Ксавье смотрел, как его младший брат уходит, и чувствовал себя неважно. Он знал, что Эван боится нырять в пруд. Мог бы помочь ему. Но всякий раз, когда он пытался, получалось что-то не то. Он думал, что поддразнивания разозлят Эвана достаточно сильно, чтобы нырнуть. Но не выходило. С братом у него никогда ничего не выходило – что ни делай. «Видно, так уж сложилось, – подумал Ксавье. – Мы всегда будем врагами».

Раньше ему нравилось быть старшим братом, заботиться об Эване, следить, чтобы он не попал в неприятности. Однажды, когда Эван был совсем малышом, Ксавье вытащил его из колыбельки, перевернул вверх тормашками и, держа за ноги, принес в родительскую спальню.

– Смотрите! – с гордостью заявил он. – Я держу Вана!

Насколько он помнил, мама пришла в ужас. А отец рассмеялся.

А вот потом они, кажется, только и делали, что ссорились. Эвана бесила любая мелочь. Ксавье заключил, что младший брат просто завидует, потому что Ксавье больше и лучше почти во всем. Но в конце-то концов – он ведь и на четыре года старше. И что странного в том, что у него есть мобильник? И в том, что он может ложиться спать на час позже? И в том, что на баскетболе капитаны всегда выбирают его в свою команду первым? Просто так устроен мир.

Некоторое время спустя Ксавье прошел в дом, где мать как раз закончила читать Эвану Закон о беспорядках. Так она это называла: «Закон о беспорядках». Что это, вообще, такое? Ксавье надо будет выяснить. Ему нравилось раскапывать всякую информацию. Какой бы вопрос он ни задавал отцу, тот отвечал: «Выясни», – и это, по мнению Ксавье, означало: «Не имею представления». Но, став старше, мальчик понял: его отец считал, что с некоторыми вещами надо уметь разобраться своими силами.

Эван был сослан в свою комнату до ужина. Потом – рано в постель. И никакого баскетбола. Ксавье слегка раскаивался. Надо было зайти в кухню и сказать маме, что это он дразнил Эвана. А вместо этого он направился в свою комнату и набрал на мобильнике «Закон о беспорядках».

Выскочили несколько ссылок.

«Принят в 1714 году британским правительством. Закон для предотвращения смут и мятежно настроенных сборищ…»

Что такое «смута»? Ксавье поискал. Хаос. То есть Закон о беспорядках наказывал тех, кто сеял хаос. Ладно, в этом есть смысл. Какой-то. А сработало? Ксавье проглядел остаток статьи. Выходило, что нет. Он заключил, что просто невозможно придумать правило против хаоса и ждать, что все будут ему следовать.

– Ксавье! Иди накрой на стол! – окликнула мама из кухни.

Время ужинать. Скоро придет отец.

Ксавье сунул мобильник в карман и спустился на кухню.

Он любил свой смартфон: Ксавье купили его всего пару месяцев назад, только когда они перебрались в этот дом из города. Ксавье думал, это было что-то вроде попытки откупиться за переезд из прежнего района. Но еще ему было сказано, что нужно давать младшему брату пользоваться трубкой. Делиться смартфоном с девятилеткой? И откуда вообще взрослые берут такие идеи? Из какого-нибудь бредового учебника для родителей?

– Накрывай на стол, – повторила мама, едва он вошел на кухню, и отвернулась, чтобы достать что-то из духовки.

– Сегодня очередь Эвана, – возразил Ксавье.

– Вы, ребята, хорошо помните, когда чья очередь, да? – Голос матери прозвучал строже обычного. – Просто, будь добр, сделай это. У меня нет времени на споры.

«Нет времени на споры».

Очередное мамино любимое выражение. Как это может не быть времени на спор? Звучит как бессмыслица. Ксавье считал умение спорить одним из главных навыков в жизни. Он даже подумывал о том, чтобы стать юристом, когда вырастет… Или профессиональным игроком в баскетбол. Он еще не решил.

Мальчик накрыл на стол. Вошел отец со своим портфелем, чмокнул маму в щеку и положил руку Ксавье на плечо:

– Ну, дружок, как прошел день?

«Я устроил Эвану неприятности», – подумал Ксавье. Но сказал:

– Ничего.

– Просто ничего?

Ксавье пожал плечами:

– Поиграл в баскетбол. Мистер Джей Ар говорит, что у меня потенциал. – Такое у тренера было любимое словечко. Потенциал. Ксавье оно нравилось. – Вечером еще одна отборочная игра. Я могу пойти?

– Не вижу препятствий. А где Эван?

– У себя в комнате, – ответила мать, – остывает (а это – мамино словечко для обозначения тайм-аута). Он снова подрался.

– Чтобы подраться, нужны двое, не так ли? – заметил отец, подозрительно глядя на Ксавье.

– Я ничего не сделал! – Ксавье снова пожал плечами с самым невинным видом. – Он просто бесится из-за того, что до сих пор боится нырять в пруд. И вымещает злость на мне.

– Он нырнет, когда будет готов, – сказала мама. – Ты уже налил всем воды?

Ксавье разлил по стаканам ледяную воду и помог маме разложить вилки и все прочее. Сейчас он демонстрировал свое лучшее поведение: «Я – хороший сын».

– Готов идти в школу на следующей неделе? – спросил папа, воруя стручок фасоли из миски на кухонном столе.

– Думаю, да, – ответил Ксавье.

Ему не хотелось, чтобы отец решил, что он чего-то боится, но мальчик старался не думать о школе – то есть о новой школе в новом городе с новыми ребятами. На самом деле он и не боится. В конце концов, он уже достаточно популярен в спортивном центре. В спорте он хорош – а это главное. Но какой-то маленький кусочек мозга Ксавье всегда сомневался в том, достаточно ли он на самом деле хорош.

Подняв глаза, мальчик увидел, что отец с любопытством уставился на него, словно мог читать мысли. Ксавье вымученно ухмыльнулся:

– Не волнуйся, пап. Все будет круто.

Отец улыбнулся в ответ.

Глава вторая

«А» означает «Агоратос»

Леви добавил последние штрихи к рисунку – нужно было верно передать детали. Сейчас он уже мог делать это на автомате. Он часто видел его во сне – странный символ, немного похожий на волнистую букву N или Х, зависит от того, под каким углом смотреть. Каждое утро Леви просыпался с этим изображением, горящим перед глазами.

Агоратос. Имя, которое кто-то снова и снова шептал у него в голове.

Что это такое? Что значит это слово? Почему оно его преследует?

Он сел на скамейку у стены в Центре спорта и досуга Сидар-крик, лицом к скейтерскому парку. Его собственный скейт стоял рядом. Все друзья Леви катались, разучивали новые трюки. За парковкой другие ребята собирались играть в баскетбол. Леви пробежал по ним взглядом и увидел новенького, Ксавье, трусцой выбегающего на площадку, – смеется, руки подняты вверх. В спортивном центре Ксавье быстро стал королем баскетбола или как минимум начал себя им считать.

– Эй, Леви! Иди сюда, чувак, покажи нам что-нибудь! – кричали друзья, зовя его прокатиться по рампе.

– Минутку, – отозвался мальчик.

Леви зевнул. Он любил кататься на скейте, но сейчас слишком устал. Его начал одолевать сон.

Агоратос…

Слово плавало у Леви в сознании, как перышко, покачивалось из стороны в сторону – вроде совсем близко, а не ухватишь.

– Что такое, Леви? Хочешь принять участие в отборочной игре?

Отцовский голос вернул его к реальности. Мальчик поднял взгляд на отца, который возвышался над ним со скрещенными на груди руками: Джеймс Артур, для всех прочих ребят – мистер Джей Ар. На шее у него висел свисток, что означало, что он собирается судить баскетбольный матч.

– Нет, спасибо, – ответил Леви.

– Что у тебя там? – Отец покосился на блокнот.

Леви наклонил блокнот к себе, чтобы отец ничего не смог разглядеть. Мальчик все еще не решил, хочет ли, чтобы кто-то узнал, как ему нравится рисовать. Рисовать – не круто. А потом папа захочет выяснить, что это за странный символ и почему Леви постоянно его изображает, – а ответить нечего.

– Э-э, ничего, – он чувствовал, как отцовский взгляд высверливает две маленькие дырочки у него в макушке.

– Ну, может, в следующий раз, да?

– Конечно. Звучит неплохо.

Леви смотрел, как папа трусцой пересекает парковку, направляясь на баскетбольную площадку. Теперь отец мог бегать только так. Говорил, что из-за футбола в колледже его колени слишком сильно изношены для нормального бега. За тренером, как обычно, пристроилась толпа ребят. Все дети любили отца Леви. Он провел в спортцентре множество вечеров – в том числе после долгого рабочего дня, добровольно, – чтобы у детей было действительно классное местечко, где можно потусоваться. И хорошо, потому что без мистера Джей Ара в этом месте воцарился бы полный хаос. Единственным представителем персонала здесь была студентка на полставки, которая большую часть времени торчала в кабинете. Попивая чай латте из «Старбакса» и переписываясь с друзьями, она изучала летние курсы, на которые можно записаться.

В это время с крыши мог спуститься на веревках целый отряд ниндзя, а она бы и не заметила.

– Леви!

Внезапно перед ним выросла Брианна Тернер – как обычно, с тюбиком блеска для губ в руке. Очевидно, Брианна только что им воспользовалась, потому что губы у нее выглядели так, словно она целовалась с кучкой блесток. На ней были черно-белые полосатые легинсы и розовое худи с пайетками вокруг карманов – и это притом, что на улице больше двадцати шести градусов. Брианна сунула блеск в карман худи и плюхнулась на скамейку рядом с Леви. От блеска пахло персиком.

– Привет, Бин[1], – поздоровался Леви.

Он по-прежнему называл ее так, хоть и знал, что на самом деле ей это больше не нравится. Он даже не мог вспомнить, отчего когда-то придумал именно такое прозвище. Может, потому, что она тощая, как фасолевый стручок? Или, может, это просто легче произносить, чем «Брианна».

– Что рисуешь? – Брианна нагнулась посмотреть, и густая масса длинных тугих кудрей, которые едва удерживала широкая сверкающая повязка, практически заслонила Леви обзор.

– Ничего, – он попытался спрятать блокнот, но Брианна выхватила его.

– Ты меня нарисовал? – улыбнулась она.

Брианна вечно считала, что всё вокруг имеет к ней отношение.

– Эй!

Леви отобрал блокнот, но девчонка уже успела мельком взглянуть на незаконченный рисунок:

– Погоди… Я где-то такое видела! – Она прищурилась, и это означало глубочайшую задумчивость.

Леви медленно повернул блокнот так, чтобы она снова могла посмотреть.

– Вот тут неправильно, – Брианна схватила карандаш и начала поправлять рисунок: – Видишь? Он вот такой. Эти завитушки более волнистые…

– Ты это видела? – в изумлении переспросил Леви. – Когда?

Брианна набрала в грудь воздуха, будто не была уверена, хочет ли рассказывать.

– Вчера ночью. И предыдущей. И… Почти каждую ночь до того.

Леви моргнул, раскрыв рот:

– Видела… В смысле во сне?

– Ага.

– Я тоже.

– Серьезно? – прошептала Брианна. Казалось, она испытала облегчение от того, что она такая не одна. – Это ужасно странно! Как вышло, что ты ни разу мне об этом не говорил?

– А как вышло, что ты не говорила мне?

Девочка пожала плечами:

– Я думала, ты решишь, что я свихнулась.

– Ну и со мной так же.

Брианна – Бин – была лучшим другом Леви столько, сколько он себя помнил. Хотя сначала она невероятно его раздражала. Она жила по соседству в крошечном доме вместе с бабушкой, дедушкой и тремя старшими сестрами. Когда они с Леви были малышами, для Бин не нашлось подруг ее возраста, с которыми можно было поиграть, так что она вечно приходила домой к Леви и хотела играть с ним. Сперва он поддавался просто потому, что жалел ее. Но Брианна все время настаивала на том, чтобы все делалось так, как хочется ей. Мама Леви сказала, это потому, что Бин – младшая из детей, и у них в доме нет босса.

Леви это доводило до ручки. К примеру, Брианна брала его фигурки «Мстителей», чтобы устраивать чаепития с куклами Барби. Слава богу, сейчас она это переросла.

Но когда они играли в «Уно» или «Монополию», она изобретала собственные правила, а потом меняла их, когда ей вздумается. Хуже всего было на кикболе[2], когда она сообщала каждому члену команды, что он делает не так, словно была тренером. Хорошо, что в кикбол Брианна после этого особо не играла – это могло испортить прическу, а прическа ни с того ни с сего стала для Бин делом невероятной важности. Леви никогда не мог этого понять.

Так или иначе, а теперь он уже привык к Брианне. Ему нравилось слушать ее истории. Она много читала и могла сама сочинять рассказы о чем угодно.

Однажды Леви попросил ее рассказать ему историю о травинке, и Бин выдала эпическую приключенческую сагу о стебельке травы, который изобретал новые и новые невероятные способы избежать газонокосилки. Брианна заставляла его улыбаться. Пусть даже она и правда была любительницей покомандовать.

– Как думаешь, что это? – спросил Леви.

Он знал, что у Бин точно есть какое-то мнение. Как всегда.

– Это называется «алеф». Вроде нашей буквы «А», только на другом языке.

– Откуда ты узнала?

– Дедушка Тони когда-то давно давал мне старую книжку – там был такой же символ на обложке. Я читала ее постоянно. Спросила дедушку, что значит этот символ, и он сказал: «А означает Агоратос».

Агоратос! То самое слово, которое Леви слышал во сне. Название такое странное, что это не может быть совпадением. Только Бин произносила «Аго́ратос», а он слышал «Агора́тос». Но все равно очень похоже. И потом, ее версия наверняка окажется правильной.

– Что это – Агоратос? – спросил Леви.

– Название королевства из книги.

– Ну, я-то ее не читал. Так почему мне все это снится?

– Может, читал, но просто не помнишь. Или, может, я тебе рассказывала.

Леви подумал, что такое действительно возможно. Бин болтала без умолку, и он не всегда ее слушал.

– Бриа-а-а-а-анна! Ты где? – Из здания спортцентра послышались пронзительные голоса девчонок. – Вообще-то, мы думали, ты нам поможешь!

– Мне надо идти, – Брианна с тяжелым вздохом спрыгнула со скамейки. – Они без меня ничегошеньки не могут.

Бин с тоской глянула на поле, где только что началась игра в кикбол. А потом выдохнула и слегка подтолкнула Леви:

– Идем. Поможешь нам украсить помещение для танцевальной вечеринки. Нам нужен кто-то высокий, чтобы вешать ленты.

– Я не занимаюсь украшениями, Бин. Это для девчонок. Я хочу немного покататься на скейте.

Лицо Брианны омрачилось, словно ее глубоко ранили. Но, если по-честному, лучше бы Леви не видели рядом с ней так часто, да еще и за такими занятиями, как украшение помещения.

– Отлично. Дело твое, – громко фыркнув, она развернулась и в раздражении ушла.

Леви пожал плечами, убрал блокнот в рюкзак, схватил шлем со скейтом и направился на скейт-парк.

Мистер Джей Ар и еще несколько отцов построили этот парк рядом со спортцентром, чтобы ребята могли кататься без опаски. Тут были рампы и столы, квотерпайп и даже фанбокс[3], который представлял собой большой ящик с несколькими прикрепленными к нему рампами. С десяток детей катались здесь, оттачивая олли[4] и кикфлипы[5]. Многие останавливались и давали пять Леви, пока он проталкивался к мини-рампе, где были его друзья – Джефф, Логан и Микки.

– Не прошло и полгода, – заметил Джефф. – Заболтался со своей девушкой?

– Она не моя девушка, – раздраженно ответил Леви.

Он наклонился проверить шнурки на своих новеньких «Вэнах»[6].

Это были черные высокие кеды с золотой вставкой сбоку. Леви вроде как специально хотел обратить на них внимание других ребят. Он всегда был придирчив по части обуви, но эти кеды были круче всех, что он когда-либо носил. Предполагалось, что он не должен их надевать, – мама не хотела, чтобы они исцарапались еще до того, как начнутся занятия в школе, – но Леви было просто необходимо выгулять обновку. А потом, они были слишком потрясными, чтобы не носить их.

Скейтеры крутились на квотерпайпе, оттачивали развороты и ноузслайды[7]. Леви собирался было на фанбокс, но вдруг услышал, что в здании центра поднялась какая-то суматоха: громкий смех и выкрики. Другие ребята прекратили кататься и тоже посмотрели в ту сторону.

– Что там такое творится? – спросил Микки.

– Пойдем посмотрим, – предложил Леви.

Бросив доски, скейтеры поспешили в здание.

Леви вошел первым и увидел Брианну с другими девчонками: сгрудившись у стены, они все еще держали в руках украшения для вечеринки. Некоторые казались напуганными, другие смеялись. Леви перехватил взгляд Брианны – она была в ярости.

В центре помещения стояли четверо здоровых парней угрожающего вида. Они хохотали, точно гиены, перед белой кучей, которая барахталась на полу. Потребовалось несколько секунд, чтобы Леви сообразил, что эта куча – ребенок, с ног до головы обмотанный туалетной бумагой.

– Смотрите! Мумия!

Леви мельком заметил красную оправу очков с толстыми линзами и клок темных волос, торчащий из бумажных лент. Он вздохнул. Мануэль. Тот убогий парнишка-ботан. Вечно ему достается.

Леви слышал, как друзья-скейтеры смеются вместе с остальными. Брианна, хмурясь, уставилась на них. Главарь шайки – парень по имени Лэндон – нагнулся и издевательским фальцетом обратился к Мануэлю:

– Он плачет! Наверное, хочет к мамочке!

Снова сиплый смех. Шутка была жестокая – наверное, Лэндон и не знал, что мама Мануэля умерла год назад. Или, может быть, знал, и сказал так именно поэтому. Злобно – как раз в его духе. Мануэль барахтался на полу, пытаясь выпутаться из бумажных лент.

– Чувак, только погляди на этого младенца, – сказал Джефф, пихая Леви в бок. – Похоже, сейчас заревет.

– Прекратите это!

Брианна, стиснув кулаки, промаршировала к Лэндону и его дружкам – целых тридцать пять кило взрывоопасной массы. Шайка лишь расхохоталась еще громче. Леви двинулся вперед, чтобы убрать девочку с линии огня, но Бин смела его в сторону.

– Своими делами займись, принцесса, – съехидничал Лэндон, отпихивая ее.

Брианна едва не упала, и Леви подавил импульс подойти и помочь. Она лишь взбесится от того, что он обращается с ней как с хрустальной вазой. Бин выпрямилась, одной рукой проверив, на месте ли повязка для волос.

Четверка продолжала цепляться к Мануэлю, спрашивая: «Эй, в чем дело, парень? Перегулял?» – и прочее в том же духе. Мануэль спотыкался, пытаясь встать на ноги.

Брианна направилась к Леви, в ее карих глазах пульсировал гнев.

– Ты должен ему помочь! – хрипло прошептала она.

Леви набрал в грудь воздуха. Что он может поделать? Мануэля было жалко, но Леви не собирался дать расквасить себе нос из-за него – да еще перед друзьями.

Тут дверь кабинета администрации распахнулась, и в зал ворвалась Мэри Стэнтон, студентка: в одной руке мобильник, в другой – стакан из «Старбакс».

– Что тут творится? – требовательно спросила она, явно недовольная тем, что ее оторвали от важной переписки с подругами.

Она быстро глянула на Мануэля и ахнула:

– Да что же вы натворили?

– Ниче такого, мисс Стэнтон, – ответил Лэндон насмешливо невинным голосом, пытаясь сделать строгое лицо.

Парни за его спиной продолжали хихикать. Студентку они не воспринимали слишком серьезно – она точно не смогла бы тягаться с четырьмя здоровыми лоботрясами.

– Ты должен привести отца! – зашипела Брианна Леви. – Мисс Стэнтон сама не разберется.

Брианна была права, и Леви это знал. Только мистер Джей Ар мог найти управу на этих четверых.

Леви собирался развернуться и бежать к двери, но тут что-то привлекло его внимание. Мгновенная вспышка над головой Лэндона. Леви моргнул, не понимая, что он увидел. Он хотел уже выкинуть это из головы, но снова заметил его – золотой предмет в несколько сантиметров шириной, который медленно вращался в воздухе, отражая свет. И тут мальчик понял, что это такое: тот же самый символ, который снился ему почти каждую ночь. Тот, что он недавно пытался нарисовать. Всё вокруг – парни, девчонки, зал – слегка поблекло в сравнении с этим поразительным, невероятным зрелищем. Как будто символ подсвечивался отдельным прожектором. Взгляд Леви остекленел, словно мальчик слишком долго таращился в телевизор.

– Да что с тобой? – Брианна пихнула его в плечо.

– Ты его видишь? – пробормотал Леви, указывая на штуковину над головой Лэндона.

– Что вижу?

Брианна повернулась посмотреть и по тому, как у нее перехватило дыхание, Леви понял: она тоже видит. Втайне он испытал облегчение. Приятно было понять, что все это происходит не только у него в голове.

Они молча смотрели на символ, не обращая внимания на суматоху. Это был он. «А» означает «Агоратос». Он висел в воздухе, сверкая, словно купался в каком-то несуществующем лунном свете. И это по-прежнему никого вокруг не беспокоило. Кроме Леви и Брианны.

В зал влетел отец Леви:

– Что происходит? – Его низкий голос эхом прокатился по помещению и вывел обоих ребят из транса.

Хулиганы попятились, смех утих. Большой, накачанный мистер Джей Ар привлек всеобщее внимание. Он помог Мануэлю подняться. Мэри Стэнтон тоже подбежала, горя желанием помочь – теперь, когда опасность миновала.

– Ты в порядке, сынок? – спросил мистер Джей Ар.

Мануэль кивнул, явно слишком взволнованный, чтобы говорить. Мистер Джей Ар поручил его заботам мисс Стэнтон, которая помогла мальчику выпутаться из остатков бумаги и повела в кабинет администрации.

Мистер Джей Ар перевел гневный взгляд на четверых парней. По спине Леви пробежал холодок. Он знал, каково это, когда этот тяжелый взгляд буравит тебя, если ты что-то натворил. Глаза отца могли светиться добротой, но стоит нажать не на ту кнопку – и они просверлят тебя до самых печенок.

– Эй, мы ничего плохого ему не сделали, – Лэндон с вызовом посмотрел в эти пугающие глаза.

Казалось, он вовсе не боится мистера Джей Ара. Этот парень был храбрее – или тупее, – чем думал Леви.

– Ребята, вам пора по домам, – мистер Джей Ар даже не повысил голос – ему это не требовалось.

Лэндон выдерживал его стальной взгляд еще мгновение, затем выдавил смешок и прогулочным шагом направился к двери со своими дружками на хвосте. «Да мы просто развлекались», – буркнул он на ходу. Символ над головой, кажущийся еще крупнее и реальнее, чем раньше, последовал за ним.

– Мы должны достать эту штуку! – шепнула Брианна, таща Леви к двери.

– Нет, Бин, ты с ума сошла.

Но Леви все равно пошел: странный знак вызывал его любопытство, хотя мальчик и боялся, что Брианна может снова попытаться встать на пути у тех парней. Выйдя за дверь, они увидели, что Лэндон встал у питьевого фонтанчика. Символ так и завис над головой у парня, по-прежнему медленно кружась и сверкая.

– Это наш шанс! Пока он не смотрит! – шепнула Брианна.

Остальные трое шли дальше, так что прямо сейчас Лэндон был один.

– Я все сделаю, – сказал Леви, выходя вперед. – Тебя он просто по стенке размажет.

«Скорее всего, он и меня размажет по стенке, но мне хотя бы будет легче это вынести». Мальчик обычным шагом подошел к склонившемуся над фонтанчиком Лэндону, делая вид, что тоже хочет пить… А потом протянул руку к вращающемуся над головой парня предмету.

Именно в этот момент Лэндон распрямился и стукнулся головой о руку Леви. Парень резко обернулся, его широкая физиономия побагровела:

– Идиот! Ты что затеял?

– Ничего, – ответил Леви, как ни в чем не бывало проводя рукой по волосам. – Я просто… увидел, как тебе на голову собирается сесть гигантский жук, и отогнал его.

– Жук? – Неожиданно Лэндон как будто встревожился.

– Да, один из таких больших, черных – как они называются?

– Чернорогая волкокрылка, – сообщила Брианна своим «я-куда-умней-тебя» тоном. – Также известная как Люпинас Ала… Марибунта. Самый неприятный вид жуков на свете. Жало у них – размером со стержень шариковой ручки. Обычно они целятся в глаза, чтобы впрыснуть яд прямо в мозг.

Глаза у Лэндона вытаращились, затем вернулись к нормальному размеру:

– Ты это просто придумала.

– Ничего не придумала, – со всей возможной серьезностью возразила Брианна. – Поверить не могу, что ты раньше ни одного не видел. Сейчас как раз сезон марибунта. Ты видел плакат, где описано, что делать в случае укуса?

Леви постарался спрятать усмешку. Брианна любила рассказывать истории. И очевидно, Лэндон ей поверил.

– Что… – начал было он, но потом передумал и отмахнулся от Брианны: – Никак не…

Леви крикнул:

– Вон он, опять! Пригнись!

Они с Брианной сделали вид, что пригибаются, а Лэндон чуть не распластался по асфальту, в страхе прикрывая голову руками. Именно этого момента Леви и ждал. Он схватил символ. Тот оказался реальным на все сто: плотным, как камень, что было удивительно, поскольку символ казался прозрачным.

Но у Леви не было времени удивляться: его охватило странное ощущение, которому было невозможно противостоять, – словно его утягивает вверх, в небо. Бин вцепилась ему в локоть, а значит, она тоже это почувствовала. Девочка ахнула. Казалось, что весь мир вокруг них искривляется, закручивается водоворотом, словно вода в ванне. У Леви промелькнула мысль – бросить все и немедленно прекратить это, но он обнаружил, что уже не может. Или на самом деле не хочет. Было страшно, но он должен был узнать, что произойдет дальше. Мир кружился так быстро, что Леви был не в состоянии перевести дух. Он крепко держался за странную штуковину наподобие буквы «А», а к другой его руке прильнула Брианна.

– Леви-и-и-и-и!

Мальчик слышал ее голос, но звучал он словно издалека, будто доносимый ветром. Окружающий мир – спортцентр, трава, деревья, Лэндон – слился в единый вихрь цвета, а потом разом исчез.

* * *

Лэндон выглянул из-под ладоней, ища ужасных жуков со смертельными жалами. Никаких жуков он не увидел, но и ребят тоже. Куда они делись? «Сбежали», – подумал Лэндон. А ведь он пролежал тут всего пару секунд. Странно. Так или иначе, их тут нет. Трусы жалкие. Выдумали эту дурацкую историю о здоровенных жуках. Наверное. Скорее всего. Ага. Можно подумать, его таким напугаешь. Лэндон распрямился и бросил взгляд по сторонам, убеждаясь, что никто не видел его припавшим к земле. Он выпятил грудь и вальяжно пошел прочь. В следующий раз, когда он увидит этих двоих, они за это заплатят.

Леви и Брианна стояли рядом, в изумлении глядя кругом. Они больше не видели странной буквы «А». И, честно говоря, ничего другого тоже.

– Где мы? – спросила Брианна.

– Не имею представления, – отозвался Леви.

Он покрутил головой, пытаясь найти хоть какие-то ориентиры. Но, насколько хватало взгляда, вокруг были лишь белый песок да красное небо.

Глава третья

Воображаемые драконы

Ужин прошел в тишине. Эвану не хотелось ни с кем разговаривать. А на брата он и смотреть не мог. Сразу после еды он поднялся к себе в комнату и не на шутку надулся. Его заставили рано лечь спать. Никакого баскетбола в спортцентре. За то, в чем не было его вины. А вообще-то, его вины ни в чем не было.

Он взял книгу, которую читал, – ту, что дедушка подарил на прошлое Рождество. На самом деле сперва она ему не понравилась, потому что выглядела старой, а старые книги Эван обычно считал ужасно скучными. Но эта книга вовсе не оказалась скучной. В ней рассказывалось о свирепом воине (который, разумеется, был еще и принцем), жившем в месте под названием Агоратос – прекрасной стране величественных за мков, высоких гор и интереснейших созданий, иногда слегка пугающих. Хорошая была история: со множеством сражений и битв на мечах, что было просто идеально, потому что только такие истории Эвану на самом деле нравилось читать. Принцу-воину постоянно приходилось спасать свое королевство от жутких драконов, которые не переставали нападать и палить дотла его деревни своим огненным дыханием, а потом забирать у людей все золото. Иногда принц-воин должен был спасать и принцесс, которые вечно влипали то в одну, то в другую неприятность. Вот эти части Эвана особо не интересовали.

Он подошел к шкафу и вытащил оттуда игрушечные доспехи. Не хотелось, чтобы старший брат знал, что он с ними до сих пор играет. Эван надел нагрудник, пояс, шлем. Они были всего лишь из пластика и уже стали ему маловаты. Плюс ко всему они были старомодные. Конечно, хотелось бы иметь комплект поновее, как в «Звездных войнах» или «Торе», но он бы никогда не осмелился о таком попросить. Ксавье поднял бы его на смех – даже притом, что Эван знал: сам Ксавье до сих пор хранит плащ от костюма Бэтмена, который надевал на вечеринку в шестом классе.

Эван взял деревянный меч и щит – их сделал дедушка, когда Эвану было шесть. Прямо посередине щита красовалась украшенная геральдическими символами первая буква его имени – «Э». Мальчик, приплясывая, принялся размахивать мечом, сражаясь с воображаемым драконом, который почему-то начал до ужаса напоминать брата.

Дракон Ксавье! Принц-воин Эван! Принцы-воины всегда побеждают.

Принц-воин: 1, 116, 437.

Дракон: 0.

Наконец Эван устал. Он затолкал доспехи под кровать к остальному барахлу, которое никак не мог удосужиться убрать, и пошел в ванную чистить зубы. Он слышал, как внизу хлопнула дверь. Ксавье вернулся с баскетбола. Эван быстро закончил свои дела в ванной, вернулся в комнату, плотно закрыл дверь и надел пижаму. По крайней мере им больше не приходится делить одну спальню, как в городской квартире.

Мальчик забрался в кровать с книжкой и фонариком, чтобы почитать под одеялом. Он слышал, как брат возится в ванной, а потом готовится ко сну. «Отмой зубную пасту с раковины», – подумал Эван. Ксавье никогда этого не делал. Мерзко.

Он ждал, что Ксавье заглянет к нему в комнату, чтобы подразнить брата пропущенным баскетболом, боязнью прыгать с пирса… да чем угодно. Кажется, у Ксавье всегда находилась причина, чтобы ввалиться без спроса и мучить его. Но ничего подобного не произошло. Эван ощутил что-то вроде разочарования. Может, Ксавье даже и не думает о нем, потому и не пришел позадираться.

Когда наконец дверь отворилась, в комнату вошла мама. Эван быстро погасил фонарик и спрятал книгу под одеяло.

– Тебе лучше? – спросила она, садясь на кровать.

Мама сунула руку под одеяло и вытащила книжку и фонарик. Она положила их рядом с подушкой Эвана. Мама вовсе не злилась. Просто хотела, чтобы он знал, что она знает. И всегда знала.

«У нее точно глаза на затылке», – подумал Эван.

Мама ждала ответа на свой вопрос, а Эван был не в настроении для разговоров по душам. Он отвернулся, натянул одеяло до подбородка и услышал, как она вздыхает:

– Эван, я знаю, что ты зол на брата, но вместо драк тебе нужно найти какой-то другой способ с этим справляться. Ваши стычки должны прекратиться.

– Что такое «стычка»?

– Это как битва, только короче. Эван, ты ведь понимаешь, что я говорю?

Эван не ответил. Он хотел было отвернуться к стене, но мама взяла его за плечо и развернула обратно, принуждая посмотреть на нее.

– Ну, понимаю. Я… попытаюсь, – вдруг проговорил Эван. – Больше никаких стачек.

– Стычек.

– Ага.

– Хорошо, – мама улыбнулась, поцеловала его в лоб и встала, чтобы уйти.

– Мам? – Эван откинул одеяло.

Мама обернулась к нему:

– Что, дорогой?

– Думаешь, я когда-нибудь побываю в… настоящей битве?

Мама слегка приоткрыла рот и обежала взглядом комнату, словно толком не знала, что ответить. Затем она вроде как улыбнулась:

– О да, малыш. Ты уже в ней.

– Уже?

Эван настороженно поднялся в постели, и мама снова подошла и села рядом:

– Ты и Ксавье…

– Я говорю не о… тычках или о чем-то таком. А о настоящей битве. С мечами и всяким прочим.

– А эта битва и есть настоящая, Эван. Есть коварный злобный враг, с которым ты всегда сражаешься – даже сейчас.

– Ксавье?

– Нет, это не Ксавье.

– А кто тогда?

– Кто-то, кто хочет оставаться в тени, чтобы ты вообще забыл о его существовании. Он сделает все, что сумеет, лишь бы ты чувствовал, что никогда не победишь.

– А я смогу? В смысле победить…

Мама ненадолго задумалась над этим.

– Будет нелегко, – сказала она в результате. – Но просто запомни, Эван: неважно, как тебя будет атаковать этот враг, – у тебя всегда уже есть все, что нужно для победы. Так что ты не должен бояться. Капиш?[8]

Она имела в виду «понимаешь?». У мамы имелась в запасе куча странных слов для обозначения самых разных вещей.

– Капиш, – согласился Эван, хотя вовсе не был уверен, что действительно понимает. – Но вот насчет этого врага…

– Мы еще поговорим завтра, – сказала мама, подмигивая. – Сладких снов, Эван, любовь моя.

После того как мама еще раз поцеловала Эвана на ночь (она любила все эти сладенькие поцелуйчики), мальчик лег и снова натянул одеяло до подбородка. Размышления о настоящих битвах отчасти пугали, хоть мама и сказала, что он не должен бояться. Он выглянул в окно и увидел серебристую луну, которая проглядывала меж ветвей большого старого дуба. Луна была здоровущая – больше, чем он когда-либо видел. Полная. Эван принялся представлять себя в сверкающих доспехах, принцем-воином на белом коне, который скачет по туманной долине к огромному замку на вершине высокой горы. Эван подумал было подняться, достать свои карандаши и нарисовать это. Луну, деревья, гору, принца Эвана и белого жеребца. Он зевнул. Может, завтра.

Глаза Эвана закрылись…

– Вставай!

Эван резко подскочил на постели, и книга с фонариком со стуком упали на пол.

– Что?

Он потер глаза, высматривая говорящего. Это, вообще, человеческий голос? Уверенности не было. Комнату затопила темнота. Вокруг мальчика двигались жутковатые тени от веток деревьев, качавшихся в свете полной луны.

– Быстрее!

Да, голос мягкий, шепчущий и в то же время громкий – он заполнял голову Эвана.

– Идем!

Через комнату метнулась тень. Не от ветки, а вроде живого существа. Енот? Кошка? Нет, для кошки великовато. А для человека – наоборот. Тень прыгнула на подоконник. В лунном свете Эвану удалось различить какое-то летящее одеяние вроде мантии. Пурпурной мантии. Тенистое создание повернулось, открывая взгляду светящийся символ на спине, – Эван бессознательно распахнул и тут же захлопнул рот.

Символ был тот же, что на обложке его книги. Книги об Агоратосе.

«Кто ты?» – хотел спросить Эван.

Но из его рта не вылетело ни звука. Он вообще не открыл его. Просто смотрел. Голова создания крутилась из стороны в сторону, но Эван не мог различить лица под капюшоном – словно на самом деле его и не было.

– Скорей! Пока не стало поздно!

– Поздно… – Эван сумел-таки заговорить, но каждому слову, кажется, требовалась целая вечность, чтобы сорваться с губ: – Поздно для… чего?

Внезапно дверь спальни распахнулась, и в комнату ворвался Ксавье:

– Эван, там такая штука в моей комнате…

Эван метнул взгляд на брата, на его вытаращенные глаза. Снова повернулся к созданию в окне. «Значит, и Ксавье его видит. Я его не придумал». Мальчик очень медленно поднял руку и нацелил палец на силуэт кого-то, сидящего на подоконнике.

Он слышал, как у Ксавье перехватило дыхание:

– Что… это… такое?.. – Со словами у него начались те же проблемы, что у Эвана.

Существо нетерпеливо заговорило:

– Принц Эван, принц Ксавье, следуйте за мной! Быстро!

И исчезло за окном. За окном второго этажа.

Эван глянул на застывшее лицо брата. Вид у Ксавье был такой, словно тот увидел привидение. Может, они оба его и видели. Но Эвану так не казалось. Его вдруг охватило любопытство. Он должен узнать, что это за создание и из-за чего вся эта спешка.

Выпрыгнув из кровати, Эван направился к окну.

– Стой! Что ты делаешь? – зашипел Ксавье.

– Он сказал, мы должны идти с ним! – отозвался Эван.

Оконные занавески бешено захлопали, словно на улице начался ураган. Эван выглянул, шаря взглядом по темноте. Существа нигде не было видно. Но мальчик заметил что-то другое – оно сверкало в ночном воздухе. Опять он! Тот же символ, что и в книге. Огромный, прозрачно-желтый и в то же время плотный, он сверкал и медленно вращался, вися в пустоте.

Эван снова услышал голос:

– Идем!

– Эван, ты не можешь отсюда прыгать – ноги сломаешь! – Ксавье подошел и встал рядом.

Тут брат тоже увидел ее – странную светящуюся штуковину в воздухе:

– Что это… – Голос Ксавье оборвался.

«Может, это сон», – подумал Эван. Наверняка.

А если так, то ведь не будет никакого вреда, если он последует за созданием-тенью и посмотрит, что случится дальше?

– Пойдем! – сказал Эван.

– Стой! – Ксавье почти кричал.

Но Эван не обратил внимания. Ведь это просто сон.

Он прыгнул.

Эван пролетел лишь несколько сантиметров, и его ноги коснулись земли. Странно. А потом ступни стали погружаться в густую черную жижу. Возможно, ил, но тоже какой-то странный. Липкий. Больше похожий на… тесто для пирога. Мальчик обернулся посмотреть на окно, из которого только что выпрыгнул, но никакого окна не было. Дом исчез. Эван посмотрел вверх. Небо над ним было ярким – красным. Не цвета мирного красного заката. А ярким, яростно-красным. Будто солнце залило кровью весь мир. Эван посмотрел по сторонам. Вокруг стояли высокие деревья с большими черными листьями – так тесно, что между ними не оставалось просвета. И они росли – становились все выше прямо на его глазах, утолщались, выпускали новые листья, закрывавшие багряный небосвод. Они обступали Эвана, точно гигантские жуткие солдаты, приближались. Он был окружен.

Мальчик услышал ужасный чавкающий звук и, обернувшись, увидел, что в тесте рядом появился его брат. Эван прочел в расширившихся глазах Ксавье страх и сильно этому удивился. Он-то всегда думал, что Ксавье не боится вообще ничего.

Братья посмотрели друг на друга, но ни один не произнес ни слова. Смешанные чувства каждого путались, мешали понять, что думать и что делать. В это мгновение тишина просто оглушала.

Затем перед ними возникло существо в пурпурной мантии, отчего оба едва не выпрыгнули из собственной кожи.

– Следуйте за мной!

Существо углубилось в чащу растущих деревьев, двигаясь скользящей, покачивающейся походкой – наполовину бегом, наполовину вприпрыжку, – точно индюшка, пытающаяся взлететь. Деревья на его пути меняли цвет листьев с черного на ярко-пурпурный и становились глянцевыми, как свежая краска, мантия существа будто бы окрашивала их.

– Нужно идти туда, – сказал Эван, указывая на лиловые листья.

– Но как? Нет ни тропы, ничего.

И то правда. Вокруг братьев теснились и все продолжали расти огромные деревья. Крошечные всплески пурпурных листьев казались среди них единственной надеждой.

– Оно сказало идти за ним. И отправилось туда. Так что идем!

Эвану пришлось собраться с силами, чтобы заставить ноги двигаться – выдергивать их из тестоподобной гущи и шагать вперед. Это было именно настолько трудно, насколько он и ожидал. Он сделал очередной шаг, направляясь к лиловой кляксе в плотной древесной стене, и заметил, что яркие листья затрепетали, словно от внезапного порыва ветра. Но стоило подойти ближе, как Эван понял, что на самом деле они разделяются, открывая взгляду узкую тропинку, размеченную новыми такими же листками. В конце пурпурного пути возникло существо, словно светящееся изнутри. Оно по-прежнему стремительно двигалось, но почему-то не пропадало из виду.

Эван обернулся к Ксавье:

– Давай! Сюда!

– Иду!

Двое ребят понеслись по лиловой тропе, и Эван в кои-то веки шел впереди. Это было все равно, как бежать по вязкой патоке – как в одном из тех кошмаров, где тебя преследуют, а ты никак не можешь оторваться от погони. Но затем стало легче. Набрав скорость, братья обнаружили, что их ноги больше не прилипают к земле, – они словно ступали по самой поверхности, чувствуя, как мокрая грязь брызжет на пижамные штаны. Пурпурные листья у них на пути дрожали и расходились в стороны, отстранялись с дороги, будто приветствуя их и расчищая путь. Эван подумал, что на самом деле листья машут им, зовут: «Сюда, сюда». Вдалеке, едва различимый, малыш в пурпурной мантии продолжал выписывать зигзаги меж деревьев, окрашивая на пути листья и указывая братьям путь.

– Эй, помедленнее! – попросил Ксавье.

Ему стало трудно не отставать от младшего брата, и это, определенно, было что-то новенькое. Эван обнаружил, что сон даже начинает ему самую чуточку нравиться.

А потом над головами ребят раздался рокот, и Эван замер на месте. Это гром? Но рокот не прекращался. Он нарастал, и огромные черные деревья вокруг мальчиков задрожали, словно от страха. Эван глянул на небо, которое из ярко-красного стало фиолетово-черным, как огромный синяк.

Запыхавшийся Ксавье нагнал брата:

– Это еще что такое?

Эван не ответил. Он был слишком напуган, чтобы разговаривать. Они услышали громкий треск, и тут ближайшее дерево треснуло, и края разлома стали красными, точно горячая зола в пылающем очаге.

– Молния! – проговорил Ксавье.

Но это была не обычная молния. Она ударила слишком близко – словно целила именно в них. Очередной треск – и другое дерево рядом расщепилось и тут же съежилось, мигом сгорев дотла.

– Осторожно! – крикнул Ксавье.

Мальчики увернулись от гигантского дерева, которое начало крениться и рухнуло на землю, рассыпав во все стороны Искры. Эван почувствовал, как вся его храбрость испаряется. Если это сон, то он становился уж слишком страшным: смертельные молнии, валящиеся деревья, нарастающий рокот, сотрясавший весь лес до самых корней, зловеще почерневшее небо… Теперь Эван хотел проснуться.

Он почувствовал на плече руку брата.

– Пойдем дальше, – сказал Ксавье, будто читая мысли Эвана. – Просто… Не оглядывайся, что бы ни случилось.

Эван кивнул, изо всех сил сдерживая слезы. Он не даст Ксавье увидеть их, это уж точно. Мальчик посмотрел на пурпурные листья – на единственный, казалось, путь вперед. Тьма вокруг сгущалась.

Эван услышал у себя в голове голос существа. Он был похож на его собственный голос, но все-таки отличался. Он был более глубокий. Более уверенный.

– Не сходи с тропы. И не оглядывайся, – сказал голос.

Так Эван и поступил.

* * *

Ксавье едва мог разглядеть маленькое существо в мантии, мелькавшее за деревьями и перекрашивающее их листья на ходу. Как оно могло двигаться так быстро? Ксавье даже не мог сказать, есть ли у него ноги.

Он постоянно поглядывал на брата, чтобы убедиться, что он рядом, – Ксавье не мог потерять Эвана. Мама бы его убила.

Мама. Папа. Где они? Что это за мир, куда они с братом попали? Он бросил взгляд на фиолетово-красное небо, которое, казалось, все время движется, едва не закручиваясь вихрем, словно надвигается ураган. Сильный ураган. Деревья кругом раскалывались, горели красным пламенем и валились, вздымая за собой тучи пепла. Обугленные, тлеющие ветви дождем сыпались со всех сторон на землю, падая так близко, что Ксавье чувствовал, как его жалят горячие угольки.

Он хлопал по ним, словно они были живыми кусачими комарами. Возможно, Эван был прав – возможно, это и правда сон, и ничего плохого с ними не случится. Возможно. Но ни в одном сне раньше душа Ксавье так не трепетала.

Он услышал тонкий вскрик и, обернувшись, увидел Эвана, зажатого веткой упавшего дерева. Опаленный ствол над ним щелкал и потрескивал, словно вот-вот обрушится. Ксавье кинулся к брату, цеплявшемуся за густую грязь в попытках высвободиться.

– Я застрял! – в панике крикнул Эван.

Падающее дерево кренилось над ним. Ксавье поднял ветку и схватил брата – пижамная штанина порвалась, пока он вытаскивал Эвана. Мальчики отползли как раз вовремя: дерево позади них рухнуло, выбросив фонтан огненного пепла.

– Ох! – Эван стер с руки сажу: кожа была слегка обожжена.

– Ты в порядке? – спросил Ксавье.

– Да, вроде бы.

Старший брат хотел было осмотреть руку Эвана, но тот резко отдернул ее.

Не останавливайтесь! Опять этот голос в их головах, который эхом отразился от деревьев. Ксавье с Эваном, пошатываясь, снова бросились вперед по пурпурной тропе. Позади с ужасными звуками валились деревья, словно крича в агонии. «Чувствуют ли деревья боль?» – задумался Ксавье. Ему казалось, что весь мир кричит в ужасе и смятении, а тьма все надвигалась.

«Куда мы идем? И когда туда доберемся? Закончится ли вообще эта дорога?» – гадал Ксавье.

И вдруг она закончилась. Тропа вывела их к широкой полосе воды – в спокойной водной глади отражалось пятнистое красно-фиолетовое небо. Краев водоема не было видно – огромный, он тянулся до самого штормового горизонта. И выглядел жутковато спокойным на фоне падающих деревьев, молний и нарастающего рокота позади, от которого дрожала земля под ногами ребят. Вода же оставалась недвижной, не тронутой даже мельчайшей рябью.

– Ого, – пробормотал Эван.

Мальчик переводил дух, уперев руки в колени. Он бросил взгляд назад, готовый бежать от опасности, если вдруг возникнет необходимость.

– Куда теперь?

Ксавье не ответил. Похоже, они зажаты между черными деревьями и спокойной водой – идти дальше было просто некуда.

– За мной!

Мальчики подскочили, переведя взгляд на озеро. Существо в пурпурной мантии зависло над зеркальной гладью.

– В воду! – прогремел голос, который почти заглушил творившийся за их спинами хаос.

А потом существо просто исчезло, точно его мгновенно засосало на дно.

«В воду?» Ксавье глубоко вдохнул, гадая, что это может значить.

– Он же вернется, да? – Эвану приходилось кричать, чтобы брат расслышал его за шумом рушащегося позади мира. – Он же просто пошел достать нам… лодку?

– Из-под воды? – крикнул Ксавье в ответ. – Думаешь, он подлодку приведет?

– Это же сон! – Эван вздернул подбородок с новообретенной уверенностью, словно убеждая сам себя. – Он как «Квест в королевстве».

– Так мы во сне попали в видеоигру? Оба? Одновременно?

– Ну да! Почему нет? Во сне может случиться что угодно. Эй, смотри-ка!

Он ткнул пальцем в воду. Ксавье увидел, как ровная поверхность слегка зарябила, меняя цвет. На воде появилось изображение – золотистое, словно тронутое невидимым солнцем.

– Это снова та штука из моей книги! – прокричал Эван. – Идем!

– Ты собираешься в воду? – спросил Ксавье. Он поверить не мог, что перед ним тот же мальчишка, который днем боялся прыгнуть в пруд. А потом старший брат вспомнил – это сон. По крайней мере Эван так думает. Хотя ему, Ксавье, происходящее казалось сном все меньше и меньше.

Очередная молния ударила прямо над их головами. Рокот стал оглушительным – Ксавье представил, как гигантский булыжник катится прямо на них, давя все на своем пути.

– Скорее! – выкрикнул Эван.

Он развернулся и ногами вперед прыгнул в воду.

– Эван!

Ксавье хотел удержать брата, но того уже и след простыл: воды поглотили его и сомкнулись над головой, точно врата. Ксавье остался один, беспомощный, на берегу озера. Ему показалось, что он видит слабый красноватый проблеск под глянцевой поверхностью воды. И он понадеялся, что скоро проснется, – раньше, чем этот сон станет еще хуже.

Глава четвертая

В пещеру

«Я под водой?»

Эван открыл один глаз – он не был уверен, что сможет что-нибудь разглядеть в подводном мраке. Что-то в этой воде отличало ее от нормальной. Она не была холодной – и даже мокрой тоже не была.

Мальчик медленно открыл второй глаз и вперился в мерцающую сине-серебряную толщу, в которой лениво плыли белые пузырьки, чуть-чуть поблескивая, словно до них доходили лучи солнца. Эван поднял руку и обнаружил, что может свободно ею двигать, не ощущая сопротивления воды. Тут и нет никакой воды, понял он. Эван осторожно вдохнул. Легкие наполнил воздух. Настоящий воздух. Кислород. И ничего он не под водой – на самом деле он был абсолютно сухой.

Он стоял на ногах – не погружался и не плыл. На твердой поверхности. На камне. Эван оглядел свою одежду. Порванная перепачканная пижама исчезла – она сменилась серой рубахой и гладкими штанами вроде кожаных. На рубахе был серебром вышит символ из книги про Агоратос. Эван коснулся его, и вышивка сверкнула.

«Где я?»

Он стал медленно поворачиваться, впитывая все, что видит. Пещера? Однажды он был в пещере. Это место напоминало ее всевозможными скальными образованиями – как там они называются? Сталактиты и сталагмиты.

Сталактиты гигантскими сосульками свисали со свода. Но здесь они сверкали серебристо-синим, словно светились изнутри. Сталагмиты росли из пола подобно небольшим сверкающим горным цепям. Даже от стен исходило странное потустороннее свечение. Где это он очутился? В подводной пещере без воды? И где Ксавье?

Эван шагнул, затем сделал еще один шаг, надеясь рассмотреть пещеру лучше. Он заметил несколько тоннелей, расходящихся в разных направлениях, но все они были абсолютно темными. Он что, должен зайти в один из них? Пурпурного малыша нигде не было видно.

Вдруг послышался скрежет, словно в мусороперерабатывающую машину кинули что-то слишком большое. Эван в испуге отскочил, завертелся и тут же увидел, что рядом стоит брат – совершенно сухой и одетый в точности как он сам.

Как будто мусорная машина выплюнула его целиком. Выражение у Ксавье было глуповатое – словно он совершенно не понимал, что происходит. Логично. Эван и сам ничего не понимал. Но он попал сюда первым, так что в кои-то веки ему есть чем похвастать.

– Ты вовремя, – уверенным тоном заявил он, чтобы Ксавье не догадался, как он на самом деле потрясен. А затем прибавил едва слышно: – Цыпа.

Ксавье не отреагировал на подначку. Он был целиком поглощен окружающим и остолбенело рассматривал фантастический светящийся ландшафт мира, в котором они очутились.

– Это все по-настоящему? – наконец спросил он, словно пытаясь уложить происходящее в голове. – Мы под водой?

– Мы прыгнули под воду, но сейчас мы точно не в воде, – заявил Эван, у которого было больше времени на то, чтобы все обдумать. – Похоже, мы прошли сквозь воду и оказались здесь. Под ней.

– Под водой? Совершенно сухие? И в другой одежде?

– Ага, это круто, – ответил Эван. – И – эй, раз уж это сон, случиться может все что угодно, так?

– А это что? – спросил Ксавье, указывая на пятнышки света, затанцевавшие вокруг них: одни почти неразличимые, другие размером с пушистую головку одуванчика.

Эван попытался схватить одно из них, но пятнышко метнулось прочь.

– Добро пожаловать в Агоратос, юные принцы.

Мальчики подпрыгнули на месте. Пещеру заполнил громкий голос, от которого сталактиты и сталагмиты завибрировали. Перед ними из ниоткуда появилась фигурка в пурпурной мантии – существо излучало свет, хотя его лицо по-прежнему было скрыто в тени.

– Здесь вы в безопасности.

Братья заключили, что с ними говорило именно существо, хотя казалось, что звук идет одновременно со всех сторон, словно множество голосов эхо, сливающихся друг с другом. Как у такого маленького создания мог быть столь мощный голос? И все-таки, несмотря на незначительный размер, в существе было что-то величественное. Что-то… королевское. Нечто такое, что заставило и Ксавье и Эвана поверить в его слова.

«Мы в безопасности».

Эван осторожно приблизился к существу, надеясь рассмотреть его получше. Малыш не пошевелился, но, тем не менее, откуда бы ни заходил Эван, лица создания он так и не разглядел.

– Ты тролль? – медленно спросил мальчик.

– Эван! – окрикнул смущенный Ксавье, но брат не обратил внимания.

– Эльф?

– Я. Рувах. – Каждое слово звучало как отдельное предложение, что придавало сказанному особую важность.

– Ру… кто? – переспросил Эван, морща нос.

– Ру-вах, – раздельно повторил пурпурный эльфотролль. – Ваш проводник в Агоратосе.

– Ру-вок, – Эван повторил имя медленно, словно пытаясь определить, что оно означает, а потом повернулся к брату и шепнул: – Точно не тролль.

Заговорил Ксавье, надеясь, что эльф-тролль-кто-он-там не расслышал последнего комментария.

– Э-э, сэр… Вы не могли бы просто сказать нам, где мы и что мы тут делаем?

– Вы в Пещере, – ответил Рувах все тем же размеренным, гулким голосом.

Эван усмехнулся и вполголоса бросил:

– Отличное название для пещеры.

Брат пихнул его локтем.

– Прежде чем двинуться дальше, вам следует должным образом снарядиться. Следуйте за мной.

Рувах медленно повернулся, открывая взгляду ребят сверкающую эмблему Агоратоса на мантии, а затем ринулся прочь по одной из темных галерей. Стены и свод на пути Руваха освещались пурпурными огнями, подобно листьям в темном лесу, подсвечивая предметы вокруг.

Ксавье не был уверен в том, что хочет идти дальше. Эван же уже начал расслабляться, готовясь к приключениям. В конце концов, это ведь просто сон.

– Доспехи! – воскликнул Эван, потому что то, что находилось в галерее, было очень похоже именно на них. – Ого! Миленько! – От вида этой амуниции остатки его страха улетучились. – Идем, Ксави!

И он кинулся следом за маленьким не-троллем по имени Рувах.

– Погоди! – засомневался Ксавье. – Ты правда думаешь, что это безопасно?

– Да брось, – отозвался Эван. – Мы в пещере, под озером, с малюсеньким фиолетовым чувачком-не-троллем. Что может быть безопаснее?

* * *

Ксавье поспешил за младшим братом, по-прежнему сомневаясь, что это стоит делать, но не видя другого выхода. Тоннель изгибался и поворачивал, иногда разделялся на несколько галерей, иногда неожиданно шел под уклон. Странное существо по имени Рувах, похоже, жутко спешило, но мальчики без труда поспевали за ним. Ксавье заметил, что движется куда быстрее, чем в действительности его могут нести ноги.

По мере того как галереи освещались, взорам мальчиков представали сотни – а возможно, и тысячи – комплектов амуниции, выставленных с обеих сторон. Нагрудники, шлемы, ремни, ботинки, щиты, мечи – все это выстроилось вдоль стен Пещеры. Бесконечные вариации доспехов, казалось, относятся к самым разным историческим периодам. На самом деле каждый комплект был четко промаркирован: под каждым имелась маленькая серебряная пластина с годом – 1649, 1875, 1947, 2013… И даты уходили далеко в будущее.

Тут были кожаные, железные, деревянные, бронзовые предметы и даже детали из какого-то материала странного цвета, который Ксавье не мог опознать. Какие-то из них были совершенно гладкие, другие – с замысловатой гравировкой на нагрудниках. Все шлемы тоже были разных форм и размеров: римские, греческие, викингские, – а кое-какие выглядели такими фантастическими, что ни в одном учебнике по истории Ксавье их точно не нашел бы.

Когда Ксавье с Эваном были помладше, они с друзьями из их старого района играли в «Короли и замки» в подвале многоквартирного дома. Подвал был темный и мрачный, с крошащимися стенами, которые легко было вообразить сырыми стенами настоящего замка. Ребята проводили там рыцарские турниры (со скейтами вместо коней) и эпические битвы на мечах, сделанных из линеек и кусков тесьмы от старой бейсбольной формы. Нагрудники они сооружали из картона и клочков алюминиевой фольги.

Но эти доспехи – эти доспехи! – выглядели реальными. Ксавье страшно хотел остановиться и потрогать их, просто чтобы удостовериться, что они настоящие, но Рувах летел слишком быстро.

Рядом с каждым комплектом амуниции находилась тяжелая дверь, закрытая на большой висячий замок. Что скрывалось за этими дверями? И вообще, разве кто-то когда-то слыхал о дверях в пещерах? Ксавье подозревал, что там спрятано нечто очень важное и интересное, – и изнывал от желания узнать, что именно.

Он так увлекся, разглядывая доспехи и двери, что едва не налетел на Руваха, который вдруг остановился посреди тоннеля. Эван тоже не смотрел под ноги, так что наскочил на Ксавье сзади, а потом, вскрикнув, шлепнулся на землю. Ксавье повернулся, чтобы помочь ему встать.

– Спасибо, что предупредил, – буркнул Эван.

– В следующий раз смотри, куда несешься.

Рувах медленно вытянул руки – до этого Ксавье и не осознавал, что у существа они вообще были. Руки оказались куда длиннее тела, но в складках пурпурной мантии их не было видно. Рувах указывал на ближайшие доспехи, которые были словно подсвечены прожектором. Эван подобрался поближе.

– Эй! Тут мое имя! – воскликнул он с удивлением, тыча пальцем в табличку, на которой затейливыми золотистыми буквами было начертано его полное имя с датой рождения. – А вот твои, Ксави! На них наши имена! И дни рождения! Невероятно!

Ксавье увидел свое имя с датой, так же золотом выгравированные рядом с другим комплектом амуниции. Ого. Значит, вот они. Его собственные доспехи.

Но эти доспехи вовсе не выглядели как доспехи! По крайней мере не как те, что Ксавье когда-либо видел раньше. Нагрудник из гладкого, похожего на пластик материала был белым и слегка треугольным – что-то вроде сервировочного блюда родом из космической эры. По центру его размещался большой круг пурпурно-серого цвета. Под нагрудником висел широкий ремень, тоже белый и гладкий, даже без пряжки.

Обувь стояла на отдельной маленькой полочке внизу. Белая, из того же материала, что и нагрудник, – ровного и очень гладкого. Рядом с нагрудником и ремнем висел большой золотой щит с той самой странной эмблемой в середине.

Белый закругленный шлем, вроде велосипедного, только глаже, с более тонким слоем подложки и изогнутым краем, лежал прямо над нагрудником.

А над всеми этими предметами висел – так, что и не достанешь, – длинный, элегантный меч с крошечной эмблемой Агоратоса, выгравированной на золотой рукояти.

Мальчики уставились на свои доспехи, придирчиво разглядывая каждую деталь. Прежде чем хоть один из них собрался с мыслями, чтобы задать вопрос, Рувах заговорил:

– Прибывая в Агоратос, вы должны надевать доспехи так быстро, как сможете. Без них вам нельзя здесь находиться. Вы всегда сможете найти их в Пещере, а в Пещеру вы должны попадать сквозь Воду. Это единственный путь сюда. Понимаете?

Пару мгновений братья огорошенно смотрели на Руваха.

– Это не похоже на настоящие доспехи, – наконец заявил Эван, явно разочарованный.

Ксавье думал в точности то же самое, но никогда не сказал бы такого вслух.

– В Агоратосе вы никогда не одержите победу, не будучи как следует экипированными, – продолжал Рувах, игнорируя замечание Эвана.

– Но это же просто сон, так? Воображаемое место, – заметил Ксавье с понимающим кивком, пытаясь убедить сам себя.

Рувах опустил голову в капюшоне и слегка склонил налево. Его правая рука поднялась на уровень груди и замерла там, где у существа могло быть сердце.

– Агоратос – настоящий мир, – сказал он. – И здесь вы – те, кем всегда должны были быть. Вы – принцы-воины.

– Принцы-воины? – оживился Эван. – Принцы-воины! Как в моей книге! Круто!

– Мне кажется, вы взяли не тех, – проговорил Ксавье, тряся головой. – В смысле мы же еще дети. И не принцы. И уж точно никакие не воины.

– Здесь, в Агоратосе, вы и те и другие, – возразил Рувах.

Голос создания теперь стал тише – он почти шептал. Хотя Ксавье по-прежнему не мог вычислить, откуда этот голос доносится.

– Мир, в котором вы живете вашей повседневной жизнью, – лишь тень реального мира. Того, в котором бушуют битвы и где находится ваш настоящий враг.

Эван навострил уши: внезапно он вспомнил разговор с мамой перед сном. Битвы… враг… тот враг, который не Ксавье.

– Что за битвы? – резко спросил он.

– Ты ведь любишь сражения, не так ли?

Тон Руваха изменился, стал мягче и одновременно бескомпромисснее. Эван знал, что существо говорит о его ссорах с братом, вроде той, на пирсе. Он бросил взгляд на Ксавье – и тот уставился в пол, будто тоже понял, о чем речь.

– Ты должен понять, кто твой истинный враг, – Рувах еще смягчил тон, и от звука его голоса Эвана пробрала дрожь. «Твой истинный враг…»

– Там, наверху, над водой – деревья и все это… – прошептал Эван. – Что все это было?

– А что ты видел? – задал ответный вопрос Рувах.

– Становилось все темнее, деревья падали, и весь мир рушился…

– Хаос, – внезапно подсказал Ксавье, вспоминая слово, значение которого смотрел этим вечером.

Смута. Хаос. Закон о беспорядках.

– Хаос – это работа врага, – откликнулся Рувах с кивком капюшона, словно подтверждал заявление Ксавье. – Враг сделает все, что в его власти, дабы отвлечь вас, сбить с толку, замедлить, одолеть. В Агоратосе он всегда рядом. Это его вотчина. Его замыслы проявляются гораздо явственнее в Агоратосе, нежели на земле, – вот почему в этом краю вам и следует должным образом снаряжаться. Победа, которую вы одержите здесь, определит исход сражений, которые вы ведете там.

– Что за этими дверями? – принялся выведывать Эван: – Подземелье или вроде того? Можно посмотреть?

– Когда придет время.

– А что насчет меча? Я могу его испытать? Выглядит тяжелым…

– Сперва ремень, – Рувах приглашающе повел рукой в сторону висящего на стене ремня.

Эван потянулся к нему.

– Нет… – сказал Рувах, но было поздно.

Как только пальцы Эвана коснулись ремня, вспыхнул яркий свет, и мальчика отбросило назад. С негромким «ой» он ударился о землю и вздрогнул от боли.

– Ты в порядке? – Ксавье кинулся помочь.

– Я – прекрасно, – буркнул Эван, отворачиваясь от брата и тряся кистью, словно обжег ее. – Ничего страшного.

Эван поднялся на ноги, и Ксавье отошел, озабоченно поглядывая на брата. На вид с ним и правда все было в порядке, но мальчик довольно сильно приложился спиной. И что это за вспышка? Должно быть, больно.

– Доспехи еще нужно получить. Я должен передать их вам, и, только когда вы примете ответственность, вы сможете надеть и использовать их, – объяснил Рувах.

Он снял со стены ремень и поднял повыше. На гладкой поверхности появились непонятные символы. Приглядевшись, Эван и Ксавье заметили, как символы запульсировали и пришли в движение, формируя слово:

И-С-Т-И-Н-А

– Почему тут написано «истина»? – спросил Эван.

– Ремень скрепляет все воедино.

Рувах не стал вдаваться в дальнейшие объяснения. Он передал мальчикам ремни. Ксавье взял свой, не совсем понимая, что с ним делать, ведь на ремне не было пряжки. Мальчик ждал указаний, но Рувах молчал. Старший брат посмотрел на Эвана, который крутил свой ремень так и эдак, пытаясь сообразить, как его надевать. В итоге Ксавье сдался и обмотал ремень вокруг талии, как пояс халата. Стоило ему это сделать, как ремень словно зажил своей жизнью, обвившись вокруг него и подогнав себя под размер мальчика. Два свободных конца срослись друг с другом так плотно, что стык стал не виден.

– Ничего себе, – заметил Эван. – Симпатичненько.

Он тут же повторил трюк: обернул ремень вокруг талии, и произошло то же, что и с Ксавье. Эван глянул на брата и ухмыльнулся, будто говоря: «Это сон, ведь так?»

Тогда Рувах снял нагрудник Ксавье и вручил мальчику. Ксавье с сомнением поглядел на доспех – ни единого ремешка, который можно было бы завязать. С другой стороны, с ремнем же сработало. Ксавье просто приложил доспех к груди и мгновенно почувствовал, как он видоизменяется, обретает новую форму, подстраивается под его размер, – в точности как ремень. Нагрудник сел как влитой, будто его пришили поверх рубашки. Ксавье ожидал еще какого-нибудь чуда – например, чтобы круг на груди засветился или на нем появились слова, – но ничего такого не произошло, и мальчик испытал легкое разочарование.

– Эта штука ни за что не остановит стрелу или удар меча, – произнес Эван, надев свой нагрудник. – Это даже не металл. Пластик или что-то такое. Плюс он слишком маленький! Он даже полностью не закрывает тело. И зачем такой нужен?

Он посмотрел на маленького не-тролля в надежде на нормальный ответ. Зря.

Ксавье промолчал, но мысленно согласился. Нагрудник казался больше похожим на стильный аксессуар – что-то, что носят космические ниндзя из будущего, – нежели на настоящую броню.

«Может, когда попадаешь в битву, он меняется», – подумал Ксавье.

Он пошарил по нагруднику в поисках кнопки «вкл», но не обнаружил ничего подобного.

– Ботинки, – Рувах вручил обоим мальчикам по паре обуви, которую они поторопились надеть.

Несмотря на отсутствие шнурков или застежек, ботинки легко скользнули на ноги и подстроились под размер ребят. Обувь оказалась вполне удобной: в районе лодыжек на ней даже имелись отверстия для вентиляции, так чтоб ходить в ней было легче. Эван попробовал сделать пару шагов, но особо впечатлен не был:

– Супер. А теперь мы получим мечи?

– Эван, – одернул его Ксавье.

– У вас есть все необходимое, – проговорил Рувах.

Вот тебе и на.

Рувах приблизился:

– Помните, три эти предмета вы должны надевать всякий раз, оказавшись в Агоратосе. Вы поняли?

– Ладно, так что насчет мечей? – спросил Эван.

Он изо всех сил старался не быть невежливым, но казалось совершенно неправильным, что доспехи у них будут, а остальное – нет. Рувах что, ждет, что они кинутся в битву экипированными лишь наполовину?

– Битвы в Агоратосе – не те же, что на земле, и посему сражаются в них иначе, – объяснил Рувах, словно читая мысли мальчика. – Этому тебе предстоит научиться, принц Эван. И тебе, принц Ксавье.

– Но почему нам? – спросил Ксавье. – Мы-то почему здесь?

– Вы были избраны, – Рувах помолчал, затем его интонация изменилась – он заговорил медленнее и печальнее: – Избраны были многие, но явились далеко не все.

– Может, их бы было побольше, если бы ваши доспехи выглядели чуточку более… как доспехи, – насмешливо заметил Эван.

Посмеиваясь, он взглянул на Ксавье, но тут же умолк, заметив неодобрение на лице брата. Ксавье тяжело вздохнул. Хотелось бы ему, чтобы Эван не говорил вслух все, что приходит на ум.

– Так что нам теперь делать? – продолжил Эван, убрав из голоса насмешку. – Потусуемся тут, пока не явятся враги?

– Вскоре вы все увидите сами. Сперва мы должны отправиться за остальными, – Рувах стремительно повернулся и двинулся по извивающейся галерее своей забавной виляющей походкой.

– Какими еще остальными? – крикнул Эван, срываясь с места. – Ты хочешь сказать, тут не только мы вдвоем?

Глава пятая

Вода в пустыне

Эван и Ксавье углублялись в тоннели до тех пор, пока внезапно не обнаружили себя вновь в помещении, в которое они попали, впервые оказавшись в Пещере. Никаких остальных здесь не оказалось – лишь пятна света плавали по залу.

Рувах молча воздел свои длинные руки к своду и поднял голову в капюшоне. Мальчики тоже посмотрели вверх, теряясь в догадках, на что там уставился их провожатый (при условии, что у него вообще есть глаза). Они не увидели ничего, кроме рядов сверкающих синих сталактитов.

Тут Рувах принялся медленно описывать руками круги. Сталактиты сразу стали бледнеть, становясь прозрачными, пока не исчезли совершенно, оставив в своде пещеры дыру – точно окно. Братья гадали, что же они увидят в этом «окне». Сперва там были просто цвета – белый и красный. А затем формы обрисовались четче, и белый стал подвижным зыбучим песком, а красный – необъятным небом.

– Ничего себе, – тихонько проговорил Эван. – Это как телик? Или по-настоящему?

– Это Агоратос? – спросил Ксавье. – Совсем не похож на то, что видели мы.

– Ага, – поддержал Эван. – Деревьев нет, один песок.

– Эй! – вдруг воскликнул Ксавье. – Я кого-то вижу!

Он различал две фигуры – мальчика и девочку, которые брели по песку. Они выглядели потерянными и очень усталыми, вяло тащась вперед с поникшими от изнеможения головами.

– Я знаю этих ребят, – Эван подошел на пару шагов, щурясь от ослепительной белизны песчаного мира в «окне». – Они из спортцентра. Что они там делают?

– Они должны найти Воду, как сделали вы, – произнес Рувах.

– Воду? – переспросил Эван. – Это похоже на пустыню. Какая там может быть вода?

– Она есть. Она всегда там. Позовите их. Укажите дорогу.

Братья обменялись непонимающими взглядами. Как они должны позвать этих ребят из подводной пещеры? Пару секунд они бездействовали. Рувах подошел ближе – так близко, что они почти чувствовали его шепот у себя на шеях:

– Позовите их. Время на исходе.

И Эван решил просто сделать это. Он не понимал, что именно нужно сказать, но приставил ладони ко рту и закричал в потолок:

– Эй, вы, там! Ребята!

Эхо несколько раз повторило его слова, и мальчик в изумлении увидел, как это эхо колеблет воздух. Волны звука как будто поднялись и прошли через невидимый барьер, отделяющий Пещеру от мира наверху.

Волны привлекли внимание Ксавье:

– Похоже… Мы все-таки под Водой.

Не веря глазам, старший брат почесал затылок.

Эван снова покричал, и Ксавье присоединился к нему, так что еще больше волн поднялось к отверстию в своде:

– Сюда! В Воду! Ищите Воду!

Мальчик в пустынном мире вдруг остановился и поднял голову, оглядывая горизонт. Он услышал зов братьев! Теперь Ксавье узнал его: это был Леви, сын мистера Джей Ара. Леви водился с компанией скейтеров, самых крутых ребят в спортцентре. Ксавье множество раз хотел принести свой скейт и присоединиться к ним, но трусил. Он не мог проделывать все те трюки, которые выполняли ребята. Ему показалось, что он и девочку узнает, – она часто носила это сверкающее розовое худи.

Леви зашагал целеустремленнее, махнув девочке, чтобы шла за ним. Он указал ей на что-то. Эван гадал, видел ли мальчик Воду теперь.

Но тут кое-что другое привлекло внимание Ксавье. Красное небо над двумя ребятами стало меняться – оно темнело, прорезанное фиолетовыми и черными полосами, – точно так же, как когда они с Эваном бежали темным лесом. Ксавье вспомнил расщепляющиеся и падающие деревья, которые обращались в пепел, будто весь мир вокруг горел. «Не к добру это», – подумал он.

Взгляд Ксавье метнулся к горизонту: мальчик знал, что произойдет дальше. Сердце его заколотилось в груди. Он приближался. Враг. Тот, о котором говорил Рувах. Тем двум ребятам надо добраться до Воды раньше, чем…

И тогда на горизонте вырос песчаный столб. А ветер крепчал, поднимая с земли все новый песок.

– Надвигается хаос, – пробормотал Ксавье, ни к кому не обращаясь.

– Что? – переспросил Эван.

– Он идет – смотри! – Ксавье указал на пустыню.

Лицо Эвана побелело от воспоминания о том, что им пришлось пережить, чтобы добраться до Воды.

Песчаный смерч, закручиваясь, поднимался к красным небесам, всасывая все новый песок и делаясь от этого все мощнее. Потом от него отделились еще несколько небольших смерчей, похожих на ноги и руки – и голову. Из последнего выроста прорвались два ярких луча, похожих на глаза, которые нацелились на Леви и Брианну.

– Это… гробель, – тихо проговорил Эван. – Песчаный гробель. Такие в моей книге тоже были.

– Гробель? – не понял Ксавье. – Что это?

– Существо – плохое существо, – сделанное из чего-то неживого.

– Им нужно поспешить, – сказал Ксавье.

По шее мальчика пробежали мурашки страха. Он приложил руки ко рту, набрал как можно больше воздуха и завопил:

– Быстрее! Доберитесь до Воды!

* * *

Леви тоже его увидел – огромную гору песка с горящими белыми глазами, растущими ногами и руками. Ничего похожего на обычный смерч.

– Бежим! – крикнул мальчик Брианне, хватая ее за руку.

Куда бежать, он не представлял. Но понимал, что, останься они на месте, ничего хорошего не выйдет:

– Скорее, Бин!

Ребята побежали, прикрывая глаза от горячего ветра, который жалил их лица и задувал прямо в рот. Когда первое дуновение этого ветерка долетело до их горящих щек, они были благодарны. После столь долгого похода по раскаленной пустыне глоток свежего воздуха был им просто необходим. Но это? Это вовсе не то, чего они ожидали.

– Куда бежать? – выкрикнула Брианна.

Леви снова услышал голоса. Кто-то кричал им. Откуда? Мальчик посмотрел вперед и увидел нечто – оазис, поблескивающий на фоне песка. Это и правда вода? Или только мираж?

– Вода! – закричал Леви. – Нам нужно к воде!

– Вода? Где?

– «Быстрее… Доберитесь до воды…»

Вода что, разговаривала с ними?

Брианна упала на колени, не в силах больше бежать против ветра.

– Иди и посмотри! – воскликнула она, накидывая капюшон в попытке защитить лицо. – А я подожду здесь!

– Нет, ты тоже должна идти! – прокричал Леви.

– Не могу! Я ничего не вижу!

Леви понял, что убеждать ее бесполезно, так что оставил Брианну и изо всех сил двинулся вперед, противостоя своим весом напору ветра. К счастью, оазис, который он заметил, не исчез – хоть и выглядел не совсем так, как мальчику показалось сначала.

По мере приближения к нему Леви понял, что перед ним не единый водоем, а несколько небольших лужиц – словно это было все, что осталось от пересохшего оазиса.

Одной рукой Леви прикрыл рот, чтобы не наглотаться горячего воздуха, смешанного с песком, буравящим кожу. Он упал на колени перед одной из лужиц и опустил свободную руку в воду. Вода была прохладной и освежающей, но водоем оказался слишком мелким даже для того, чтобы лечь в него ради укрытия. Леви переполз к соседнему в надежде, что тот будет поглубже. Но нет.

Мальчик бросил взгляд через плечо на песчаного гробеля, который кренился в его сторону. Руки монстра были достаточно длинны, чтобы смести что угодно на пути. Небо – точнее, та его часть, что была видна Леви, – превратилось в бурлящую палитру тревожных тонов: красного, черного, фиолетового. Время поджимало. Леви должен придумать способ спастись – или хотя бы спасти Бин. Лужицы, пусть и скудные, оставались их единственной надеждой.

Леви подполз к следующему водоему, низко пригибая голову от набирающего силу ветра, и запустил пальцы во влажный песок.

Все то же самое. Мальчик плеснул водой себе в лицо, гадая, как же ему принести Бин хоть чуть-чуть. Даже если удастся зачерпнуть немного горстями, к тому времени, как он доберется обратно к подруге, все вытечет или испарится.

Он уставился на воду. Почему он ждет, что что-то вот-вот случится? Почему слышит голоса, которые просят зайти в нее? Это же просто лужа.

«Вернись к Бин». Эта мысль не отпускала Леви. Брианна там одна. Если их собирается сцапать монстр, то пусть хватает обоих. Может, Леви как-то сумеет защитить подругу. Он обернулся, пытаясь найти ее взглядом, но теперь ветер был так силен, что мальчик не видел ничего дальше нескольких сантиметров. Его глаза слезились, но когда он захотел их протереть…

Уголком глаза Леви заметил движение. По одной из лужиц прошла рябь, будто в нее бросили камешек. Это ветер, подумал Леви. Ветер скоро вообще выдует отсюда всю воду. А потом снова раздались голоса, едва слышные из-за рева урагана: «Скорей! Идите в Воду!»

Похоже, рябь появлялась на поверхности одновременно с этими голосами. Леви подполз к водоему и заглянул в него. Когда рябь улеглась, он подумал, что видит отражение собственного обветренного лица. Но затем Леви понял, что это вовсе не лицо. Это было кое-что другое – та штука, которую он увидел над головой Лэндона. Та странная эмблема Агоратоса!

Он закричал Брианне:

– Бин! Иди сюда! Я нашел!

Голос Леви потонул в свисте ветра и жутких звуках миллионов сталкивающихся друг с другом песчинок.

– Бин! – заорал мальчик так громко, как только мог.

Но она не слышала.

«Скорей! Идите в Воду!»

Идти в воду? И что это даст? Это же всего лишь лужа. Но в ней был символ, и голоса по-прежнему призывали его, отчего поверхность лужи покрывалась рябью. Леви дотронулся до нее и почувствовал, как что-то тянет его – точно так же, как когда он схватил непонятный предмет над головой Лэндона.

– Бин! Сюда! Залезаем в воду! – Леви уже затягивало вниз: сперва по локоть, затем по плечо и наконец под водой оказалось все тело.

Он попробовал снова докричаться до Брианны:

– Иди сю…

И Вода поглотила его.

Глава шестая

На дно лужи

У Леви мерзли ноги. Странно, ведь он был полностью в воде. Разве нет? Мальчик приоткрыл глаза, ожидая увидеть мутную толщу. Но – никакой воды. Все вокруг светилось синим и белым. Леви выпустил воздух, который удерживал в ноющих легких. А потом вдохнул. Он мог дышать. Настоящим воздухом.

Он посмотрел вниз. Камень. Неудивительно, что ногам холодно. Всего мгновение назад он изнывал от жары, а ветер и песок жгли ему лицо.

Песок. Леви потрогал свою кожу. Гладкая, и никакого песка. Он потряс головой и запустил пальцы в курчавые волосы, ожидая, что на лицо ему дождем посыплются песчинки. Ничего подобного. Он был сухим – и чистым.

Одежда тоже изменилась. Вместо футболки «Тони Хок» и джинсов, Леви оказался облачен в плотные серые штаны и рубашку все с той же странной эмблемой, слабо светившейся в полумраке.

Он принялся разглядывать странные скальные образования вокруг и крошечные точки света, мерцавшие рядом с его головой. Вспомнил, как его затянуло в лужу, – ту, с символом. Казалось, что это произошло всего минуту назад, но, что, если прошло больше времени, а он не заметил? Казалось, он очнулся в совсем ином и еще более чудно́м мире.

Леви поднял глаза. Перед ним стояли три человека. Двое – дети, постарше и помладше. Это что… Ксавье? Тот баскетболист из спортцентра? И его младший брат? Третий был… И не человеком вовсе. Какой-то маленький фиолетовый пузырь чего-то, у чего не было лица.

– Добро пожаловать в Агоратос, принц Леви, – произнес фиолетовый пузырь.

Голос прогремел в помещении, пробрав Леви до самых печенок. «Значит, третий – все-таки что-то живое». Глаза немного привыкли к освещению, и Леви понял, что пузырь – на самом деле мантия.

– Мы ждали тебя.

– Да? – Горло у Леви саднило.

«Он знает мое имя? Странно. И назвал меня принцем. Еще страннее».

– Где я?

– В Пещере, – ответил паренек помладше очень уверенным тоном, словно прекрасно знал, о чем говорит. – А это Рибок. Не бойся, он не тролль.

– Ру-вах, – недовольно поправил Ксавье. – Ударение на последний слог.

– Ага, Ру-вах, – младший выделил каждый слог, как отдельное слово. – А я Эван, Э-Э-ван, а это Ксавье, Кса-а-ВЬЕ-Е-Е, мой брат. А ты Леви, так? Скейтер? Из спортцентра?

Леви кивнул, а потом затряс головой, словно пытаясь прочистить мозги от песка:

– Ураган… Вода… Я зашел в лужу… Увидел странную штуку…

– Герб Агоратоса, – произнес фиолетовый тип по имени Рувах. – Вот что привело тебя сюда.

– Так вот что это такое! – воскликнул Эван. – Герб, как у рыцарей на щитах. Герб Арогатоса.

– Агоратоса, – поправил Ксавье.

– Я так и сказал!

Ксавье покачал головой и шагнул к Леви:

– Твоя подруга все еще там, – он ткнул пальцем наверх.

Леви изумленно уставился туда: в дыре в потолке он видел монстра – песчаного гробеля, который ломился через пустыню. В потолке? Как же такое может быть?

– Би… Брианна? Где она?

Рувах поднял к потолку невероятно длинные руки и стал медленно описывать ими круги, будто перемещая точку съемки, пока не нашел бело-розовый комочек, который почти терялся в несущемся мимо песке. Тогда Рувах стал водить руками, как бы приближая картинку.

Теперь Леви ясно видел, что этот комочек – и есть Брианна. Она не шевелилась, словно уже сдалась.

У Леви перехватило дыхание:

– Я пытался сказать ей… Она не пошла, – он боялся, что может заплакать, и отвернул лицо от двух ребят: – Я ее потерял.

– Она не потеряна, – Рувах шагнул к Леви, но его лицо под капюшоном по-прежнему было обращено к Брианне. – Не бойся. Я могу привести Воду к ней.

Рувах указал наверх, и картинка вновь изменилась – теперь они крупным планом видели герб Агоратоса. Полный сомнений, Леви смотрел. И тут Рувах махнул руками и… Передвинул Воду. Изумленный Леви моргнул: лужица – Вода – поплыла по песку и оказалась прямо перед Брианной. Но девочка ее не видела. Она крепко зажмурилась, спрятав лицо в ладонях.

– Позови ее, – предложил Рувах.

– В каком смысле? – не понял Леви.

– Она тебя услышит! – сказал Эван. – Только кричи как следует.

Леви нахмурился. Он колебался.

– Давай! – крикнул Эван.

– Э… Окей. Бин! – Это был не вполне крик, и Леви почувствовал себя слегка по-дурацки.

– Бин? – хихикнул Эван.

– В смысле… Брианна! – произнес Леви громче, и его голос эхом разнесся по Пещере. – Брианна! Ты меня слышишь?

К удивлению Леви, окно над его головой подернулось рябью, словно его слова прошли какой-то невидимый барьер.

– Вот-вот, – подбодрил его Эван. – Продолжай в том же духе. Скажи ей, чтобы шла в Воду!

– Бин! В Воду! Иди в Воду!

Слова снова пробили барьер. Брианна вскинула голову и приподняла веки, но тут же закрыла глаза под натиском песка. Даже ее ресницы покрывал слой песчинок. Затем она снова открыла глаза – ровно настолько, чтобы посмотреть вниз. Увидев Воду, девочка невольно перестала жмуриться: она же знала, что всего секунду назад никакой лужицы не было.

– Брианна! Бин! Иди в Воду! Она прямо перед тобой! – Голос Леви набрал силу: она его слышала!

Брианна осторожно вытянула руку, легонько коснувшись поверхности Воды. Барьер вновь зарябил.

– Она ее видит! – воскликнул Леви: Рувах и правда привел Воду к Брианне. – Иди туда, Бин! В Воду!

Он кричал снова и снова, и двое мальчиков присоединились к нему.

Брианна все еще колебалась. Ветер крепчал, ураган набрал такую силу, что девочку было бы трудно разглядеть, если бы не блестящие искорки на повязке для волос.

– Не сдавайся, Бин! – Леви лихорадочно огляделся и увидел ряды сталагмитов.

Мальчик подбежал к ним и стал перепрыгивать с одного на другой, подбираясь ближе к своду. Он попытался просунуть сквозь барьер руку в надежде достать до Брианны, но невидимая преграда спружинила, как батут, сбив Леви с ног. Он со стоном свалился на камни.

– Она должна оказаться здесь сама, – спокойно произнес Рувах. – Другие могут ее призывать, а я могу дать возможность пройти, но выбор она должна сделать самостоятельно.

Двое других мальчиков кричали и швыряли в свод маленькие камешки, поднимая еще больше ряби. Леви снова вскарабкался на сталагмит и присоединился к их хору, колотя по барьеру руками:

– Бин! Иди сюда!

Теперь ему было плевать, что другие услышат, как он ее называет. Все, что имело значение, так это то, как вытащить ее из урагана в Воду.

* * *

Брианна, щурясь, глядела на лужицу перед собой, на символ Агоратоса – тот, что они видели над головой Лэндона. Он сверкал на поверхности воды.

Голоса снова и снова звали, словно доносились из самой лужи: «Иди сюда!»

Песок был у нее в ушах, во рту, даже в ноздрях. Гробель нависал над ней, его огромные песчаные руки смыкались вокруг, и дышать становилось все труднее.

А вода по-прежнему звала.

Брианна коснулась поверхности и почувствовала, как ее что-то тянет. Со странным ощущением девочка отдернула руку. Но вода была такой прохладной и давала облегчение после горячего жалящего песка. Брианна опустила в лужицу всю кисть. И вода потянула сильнее, утаскивая ее вниз. Она пыталась сопротивляться, но вода была такой приятной, прохладной, такой непесчаной. И Брианна позволила погрузиться в нее сначала руке, затем плечу… А потом закрыла глаза и провалилась вниз, во тьму.

* * *

Брианна закашлялась, давясь песком. Она дернулась и замахала руками, словно отбиваясь от гробеля. Потом бешено замотала головой, чтобы вытрясти песок из волос, с лица, изо рта, но через мгновение осознала, что урагана больше нет. Ее кожа была прохладной на ощупь, но не мокрой.

Наконец девочка открыла глаза, удивленная тем, что в них перестал лететь песок. А потом замерла, озираясь. Только взгляд Брианны метался туда-сюда – из стороны в сторону, вверх, вниз. Розовое худи и полосатые штаны исчезли. На ней была длинная серая рубаха и легинсы. И что самое странное, никакого песка или воды. Может, ей приснилось, что ее преследует песчаный монстр? Может, она до сих пор спит и видит сон внутри сна?

Брианна почувствовала чью-то руку у себя на плече и подскочила, ахнув от страха.

– Бин! Ты в порядке?

Обернувшись, девочка застыла от изумления:

– Леви? – Она уставилась на друга, в шоке от того, что и он здесь.

– Я все звал и звал тебя. Я боялся… У тебя был такой вид, будто ты не…

Он не договорил. Брианна заметила, что Леви совершенно сухой и на нем тоже нет ни единой песчинки. Да и одет он был почти так же, как она, а на груди светится символ Агоратоса. Все это становилось чересчур странным.

– Где мы?

– Думаю, в пещере.

– В пещере?

– В Пещере, – произнес чей-то голос.

Брианна обернулась посмотреть, кто это. Она увидела двух мальчиков и… фиолетового кролика? Все трое стояли в паре метров и таращились на нее. На мальчишках была такая же одежда, что на ней и Леви, только поверх нее еще были надеты какие-то странные предметы: белые нагрудные пластины, ремни и гладкие белые ботинки. Будто они собирались сыграть в лазертаг.

– Что за… – выпалила Бин. – Почему на мне нет песка?

Она потрогала волосы – даже прическа не испортилась. И повязка была на месте.

– На тебе нет песка, принцесса, – проговорил кто-то очень низким, гулким голосом, который эхом разнесся вокруг, – потому что Вода очистила тебя.

Брианна уставилась на фиолетовое существо – это оно говорило? И назвало ее… Принцессой?

– Что происходит? – Брианна снова повернулась к Леви: – На нас напало песчаное чудовище, а потом мы провалились в лужу? И оказались здесь?

– Это одно из правил, – сообщил мальчик поменьше, делая шаг вперед. – Чтобы попасть в Пещеру, всегда надо проходить через Воду. Это очень важно. Не забудь. А потом надо надеть доспехи. Правда, мистер… Рубах?

Старший мальчик вздохнул так, словно его что-то раздражало.

– Извините его. Я Ксавье, а это мой брат Эван. Мы сами только что сюда попали.

– Куда – сюда? – спросила Брианна.

– Добро пожаловать в Агоратос, – произнес говорящий фиолетовый кролик.

Хотя нет, не кролик. Но лица у него, похоже, все-таки не было. Может, это была фея?

– Я Рувах, ваш проводник.

– Он не тролль, – вставил Эван.

– Эван! – окрикнул Ксавье.

– Агоратос… – повторила Брианна, не в силах поверить.

– Очевидно, ты была права насчет того, как это произносится, – заметил Леви.

– Мы и правда здесь? В Агоратосе? В том самом, из моей книги? – Она несколько раз моргнула, словно по-прежнему пыталась вычистить из глаз песок. – А за вами, ребята, тоже гнался песчаный монстр?

– Это был песчаный гробель, – поправил Эван, которого переполняла уверенность в себе. – Но нет, мы были в лесу, и там на нас валились деревья. А потом мы добежали до большого озера, увидели тот символ – герб – и прыгнули в воду. Так и надо поступать, когда видишь герб на воде, – быстро сигать в нее. Хорошо, что ты так и поступила.

– Ага, – согласилась Брианна, по-прежнему сбитая с толку. – Наверное.

Леви снова положил ей на плечо руку.

– Эй, Бин, – тихо сказал он. – Все в порядке. С нами все хорошо. Верно?

– Просто восхитительно, – слабо ответила девочка, выдавив улыбку. – Я просто немного… Ну, понимаешь, – не в своей тарелке. В смысле тот монстр, гробель… А потом пещера… Для начала – как мы оказались в пустыне?

– Вам пришлось нелегко. – Теперь Рувах говорил мягко, словно знал, через что они прошли.

– Да, – подтвердил Леви. – Начались неприятности от того задиры, потом появился этот странный символ – герб – и завис у него над головой. Он казался совсем настоящим, так что мы схватили его. Следующее, что мы помним, – это как оказались в пустыне! А потом монстр…

– Гробель, – вставил Эван.

– Ага, пусть так. Он погнался за нами и…

– Враг знает, когда вы приходите в Агоратос, так что вам всякий раз нужно немедленно попасть к Воде – через Воду вы войдете в Пещеру, – сказал Рувах. – Опасно находиться в Агоратосе без экипировки.

– Как я вам и сказал, – добавил Эван. – Им нужны доспехи, верно, Ру?

– Не называй его так, – Ксавье легонько щелкнул Эвана пальцем по затылку.

– Прекрати! – Эван отмахнулся от брата.

Рувах кивнул под капюшоном:

– Да. Вам нужны доспехи. Вы двое, следуйте за мной. – Он повернулся к Ксавье и Эвану и молча медленно кивнул, словно предупреждая: «Не влезайте в неприятности, пока мы не вернемся».

Затем Рувах сорвался с места и исчез в одном из темных тоннелей, который тут же осветился фиолетовым.

– Лучше дуйте за ним, – посоветовал Эван. – Он ждать не будет.

– Идем, Бин, – сказал по-прежнему сбитый с толку Леви и схватил Брианну за руку: – Скорей!

– Доспехи? – Бросив взгляд на облачение Ксавье и Эвана, Брианна вздернула нос: – Я ни за что такое не надену!

Она продолжала протестовать, но Леви уже увлек ее за собой в тоннель.

Глава седьмая

Книга

Когда Леви и Брианна вернулись в главный зал Пещеры, братья уставились на них, раскрыв рты.

– Что это такое? – спросил Эван, тыча пальцем в доспехи Брианны, которые отличались от его собственных лишь инкрустацией в виде крошечных искорок, которые посверкивали в слабом свете Пещеры.

Даже ремень и ботинки девочки, казалось, переливались, словно их окунули в ее любимый блеск для губ.

– Доспехи не должны блестеть!

– Это мои доспехи, – заявила Брианна, уперев руки в боки. – Если им так нравится, пусть блестят. – Девочка была явно восхищена своими обновками, только добавила вполголоса: – Вот бы сейчас заполучить мой блеск для губ!

Доспехи Леви были такими же, как у братьев. Путешествие по тоннелям стало настоящим… Путешествием. Он жалел, что не было скейта. Рувах оказался неразговорчивым парнем и, что за запертыми дверями, – тоже не объяснил. А Леви очень хотелось узнать, что там. Брианна была слишком увлечена своей сверкающей амуницией, чтобы обращать внимание еще на что-то.

– Выглядит смешно, – буркнул Эван.

– Ты тоже смешно выглядишь, – фыркнула Брианна. – Кто видел шестилетку в доспехах?

– Мне почти десять! – выкрикнул Эван.

– Да какая разница. – Брианна величественным жестом откинула волосы.

– Юные воины… – Громовой голос Руваха оборвал их перебранку.

Все повернулись к провожатому, почувствовав настойчивость, которая исходила от его фигуры. Рувах поднял одну руку и указал на что-то, что внезапно возникло и зависло в воздухе. Это был большой свиток.

Движением руки Рувах призвал его, и свиток развернулся, открывая взгляду список правил, написанных в столбик затейливым шрифтом.

– Вот несколько вещей, которые вы должны помнить, чтобы добиться победы в Агоратосе.

И Рувах произнес правила вслух, пока ребята читали с листа:

№ 1. Всегда входить в Пещеру через Воду.

№ 2. Всегда немедленно надевать доспехи.

№ 3. Никогда ничего не оставлять в Агоратосе.

№ 4. Никогда не забирать ничего в свой мир.

– Так мы не сможем взять с собой доспехи? – уныло спросил Эван.

Ему страшно хотелось показать доспехи друзьям. Хотя экипировка была не такой уж грозной на вид, несколько крутых особенностей у нее все же были.

Капюшон Руваха повернулся в направлении мальчика:

– Не сейчас – но в свое время. Будь терпелив, юный принц.

– Ладно, – вздохнул Эван. – А теперь мы можем идти?

Вместо ответа, Рувах отвернулся от ребят в сторону одного из длинных темных коридоров. В отдалении блестело что-то золотистое, зависшее на уровне пояса. Было слишком далеко, чтобы сказать точно, что это. Рувах протянул свои длиннющие руки в тоннель, и мощный луч вырвался прямо из свода, подсветив висящий в воздухе объект. Теперь тот ярко выделялся на темном фоне стен Пещеры. Рувах сделал руками движение, словно подтягивая предмет к себе. И тот поплыл ему навстречу, причем невероятно быстро.

– Осторожно! Сейчас врежется! – Эван для надежности нырнул за один из сталагмитов.

Леви инстинктивно схватил Брианну за руку и оттолкнул с пути надвигающегося предмета, поскольку сама девочка, напротив, двинулась в его сторону, желая рассмотреть получше.

Странным образом предмет резко остановился в центре Пещеры и завис над полом, по-прежнему купаясь в золотистом свете. Луч слегка потускнел, и ребята смогли рассмотреть таинственный объект. Их глаза расширились.

Книга.

Большая книга на золотой подставке.

Том не был похож ни на один из тех, что они когда-либо видели в жизни. Ребята понимали, что это книга, но она светилась и слабо пульсировала, словно была не вполне реальной. Золоченый переплет был совершенно гладким: никакого названия – лишь герб Агоратоса. И этот герб не стоял на месте: он медленно крутился, будучи объемным, точно ЗD-изображение. Все восхищенно уставились на него.

– Это Книга, – сказал Рувах. – Она была написана Источником. Здесь вы найдете инструкции, которые помогут вам одолеть врага.

– Что это за Источник? – спросил Ксавье.

– Источник всего сущего: всей жизни, всей истины, всей мудрости. В Книге есть все, что вам понадобится, чтобы одержать победу в Агоратосе и на земле.

Рувах протянул руку к Книге. Дети почти ожидали, что она сорвется с места и куда-то понесется. Но, вместо этого, обложка раскрылась, совсем как у обычной книги. Разве что со звуком – вроде музыкальной ноты, – с ним обложка коснулась подставки. От первой страницы поднялся луч слабого света, будто бы звук вдруг сделался видимым. Рувах снова быстро шевельнул рукой, и страницы стали перелистываться, раскрываясь веером, при этом каждая играла собственную тихую ноту. Ноты складывались во что-то вроде мелодии, и Пещера наполнилась странной вибрирующей музыкой.

Рувах поднял руку, и страницы замерли, хотя музыка все еще тихо звучала в воздухе. Ребята подались ближе. Страница, которую раскрыл Рувах, была заполнена непонятными письменами, которые складывались в слова, точно таинственный код.

– Это новый язык? – спросила Брианна.

– Эта Книга не похожа на другие. Ее нельзя просто читать. Нужно открыть ее смысл. Сперва вы можете не понять откровения, но, сохранив его в уме, вскоре постигнете его значение. Все указания, которые вы получите от Книги, сохранятся здесь, – Рувах указал на диск на нагруднике Брианны.

Ребята посмотрели на собственные нагрудники, а затем снова на Руваха. Теперь они запутались окончательно.

– Принц Ксавье, сделай шаг вперед.

Ксавье неуверенно шагнул к светящейся Книге и встал на колени, хотя его никто не просил. Он сам не знал, почему сделал это, – просто подумал, что так надо. И в этом моменте было нечто пугающее.

Рувах кивнул и тронул страницу Книги. Зашифрованное послание засветилось, буквы поплыли, как бы оживая, затем поднялись со страницы и зависли в воздухе:

Суйту Пле дирножуу.

Ясп теука огехбе Двдове оюру.

На глазах ребят буквы медленно зашевелились, словно исполняя танец, и сложились в фразу:

Следуйте Пути доспехов.

Они укажут тебе верную дорогу.

Ксавье читал снова и снова, гадая, что же это означает. Путь доспехов? Рувах протянул руку и взял одну из букв – выдернул ее прямо из воздуха.

Прочие буквы потянулись следом, словно все они были связаны. Рувах скомкал их и бросил Ксавье. Мальчик был слишком шокирован, чтобы уклониться от броска: каждая буква влетела в диск на его нагруднике с той же тихой музыкой, которая заполнила пещеру, когда раскрылась Книга. Диск засветился бледным, переливающимся пурпурным цветом, будто золотые буквы крутились под поверхностью. Ксавье сделал вдох, словно впуская слова в легкие, и почувствовал, как они прорастают внутри, впечатываются в душу. Это было странно и даже немного пугающе – самый живительный вдох в его жизни.

– Ого… – тихо произнес он и бросил взгляд на Эвана, который раскрыл рот, но в кои-то веки не нашел слов.

Младший брат совершенно лишился дара речи – как в тот миг, когда увидел Руваха в своей комнате.

– Принц Эван, – произнес Рувах, и тот подскочил на месте, а потом медленно приблизился к Ксавье.

Эван тоже опустился на колени в благоговении перед чудесной Книгой. Рувах перевернул листы, как и раньше. Когда движение страниц замедлилось, у Эвана заколотилось сердце – он гадал, что же за указания будут ему даны. Страницы замерли, и Ру-вах указал на фразу, предназначенную Эвану еще до начала времен, – символы оторвались от бумаги и повисли в воздухе:

Неий влеь рпду пбутх Сяшмем одр ирет.

И снова буквы начали завораживающий танец:

Следуй путем древних, и обретешь мир.

– Что это значит? – спросил Эван, хмуря брови. – Путь древних?

Рувах не ответил. Вместо этого, он смял буквы и запустил их в диск на груди Эвана, так что тот засветился и тихонько загудел. Эван вздохнул глубже, чем когда-либо на своей памяти. Он поглядел на старшего брата, который с едва заметной улыбкой опустил руку ему на плечо.

– Принц Леви, – произнес Рувах.

Леви подошел туда, где преклонили колена двое других мальчиков. Он не стал опускаться на пол, а просто встал, перенеся вес на одну ногу и весьма неудобно себя чувствуя. Казалось, Рувах этого не заметил. Он просто снова стал перелистывать страницы, которые быстро зашелестели и явили взгляду перемешанные буквы, вскоре вставшие на свои места:

Врата, ведущие к разрушению, широки, а пути к ним легко следовать.

Брови Леви сошлись на переносице – вид у мальчика был обескураженный. Послание больше походило на предостережение, нежели на дружеский совет. Не то что у Эвана и Ксавье. Леви смотрел, как Рувах сминает буквы и отправляет в его нагрудный диск, видел свечение, слышал музыку. И был поражен тем, насколько полным был вдох после того, как пришли слова.

Брианна встала рядом с ним, покосилась на двух коленопреклоненных ребят, потом на Леви, пожала плечами и стала ждать своих указаний.

В молчании Рувах раскрыл новую страницу:

Истина приведет тебя в мой дом на священном холме.

Брианна довольно улыбнулась.

– Есть еще одно указание, которое должны получить вы все, – сказал Рувах, отправив слова для Брианны в ее нагрудный диск.

Он коснулся еще одной страницы, и перед ребятами всплыли буквы:

Прежде другого оберегайте свое сердце, ибо оно определяет ваш путь.

Рувах снова скомкал слова, и с финальным музыкальным аккордом они влетели в нагрудные диски всех четверых. Диски засветились ярче.

– Теперь, – произнес Рувах, – вы увидите место назначения, как только покинете Пещеру. Но не забывайте следовать за доспехами. Они поведут вас.

– Какое место назначения? – не поняла Брианна. – Это какой-то дом, как в моей инструкции? Или, может, замок? С единорогами?

– Узнаете, как только увидите.

– И все? – Ксавье слегка нахмурился: совсем непохоже на исчерпывающую информацию. – Никакой карты или хотя бы описания, куда мы направляемся? То есть предполагается, что мы будем сражаться в битве…

Голос Руваха остудил пыл Ксавье: он прогремел в Пещере так, что сталактиты задрожали, и эхом отозвался в сердцах ребят:

– У вас есть все необходимое.

Стены Пещеры заколыхались, и все начало меняться, как планы в фильме. Напуганные ребята огляделись. Когда они вновь посмотрели в сторону Руваха, тот уже исчез.

А затем и сама Пещера исчезла, будто кто-то выключил телевизор.

Была – и не стало.

Часть вторая

Путь доспехов

Глава восьмая

Врата, ведущие к разрушению

Ребята обнаружили, что стоят в центре урагана, из которого, казалось, выбрались навсегда. Они стояли спина к спине, тесно прижавшись друг к другу. Облако песка было таким густым, а ветер – таким яростным, что они не видели ни луча света, ни проблеска неба или солнца.

– Это опять тот гробель? – спросила Брианна, прикрывая голову, чтобы защититься от ужасного гигантского песчаного монстра, который совсем недавно чуть не засыпал ее.

– Эй, – произнес Леви, с удивлением глядя на свои руки. – А ведь ветра нет.

Он был прав. Ураган бушевал вокруг ребят, но песчинки не летели им в лицо, словно они находились в защитной оболочке или невидимом силовом поле.

– Как будто мы среди урагана, но не по-настоящему в нем, – сказал Эван, понизив голос.

Мальчик подошел к границе пузыря и ткнул пальцем в барьер. Но рябь, как по своду Пещеры, не пробежала. Граница была плотная, цельная и прозрачная, как стекло. На самом деле даже прозрачнее.

– Круть, – тихонько шепнул Ксавье.

– И как мы теперь должны отсюда выбираться? – спросила Брианна. – Найти это королевство или что там еще?

Словно в ответ, вокруг раздалось громкое потрескивание, явно предвещая неприятности. По пузырю поползли трещины – сперва они были крошечные, но вскоре опутали всю сферу запутанной паутиной.

– Выглядит не очень, – заметил Эван.

Ребята сгрудились, готовясь к неизбежному: пузырь вот-вот лопнет, и ураган ворвется внутрь. Трещин становилось все больше, а потрескивание становилось все отчетливее.

– Раскрывается! – воскликнула Брианна, подаваясь назад.

– Ага, но песок внутрь не летит, – ответил Ксавье.

Он, напротив, шагнул вперед, чтобы рассмотреть все как следует. Остальные последовали его примеру. Мальчик был прав: ураган не проникал внутрь.

– Это больше похоже на… двери.

Так и было: трещины превратились в щели, достаточно широкие, чтобы сквозь них можно было выглянуть наружу. За ними появилось трое врат: одни большие посередине и двое поменьше по сторонам. Средние врата были украшены золотым орнаментом, а те, что по бокам, были попроще – из грубо отесанного дерева. Над всеми тремя были выгравированы слова:

Полагайтесь не на собственное разумение.

Вокруг всех врат, подвешенных в пространстве, продолжал завывать ветер. И все же было видно, что каждые ведут в свой особый мир. За левыми вратами виднелась темная, угрюмого вида улица со старыми осыпающимися зданиями по обе стороны. Из вереницы фонарей горели лишь два на переднем плане. Тротуар выглядел сырым, словно в этом мире шел дождь.

Врата справа – единственные, которые вели обратно, в мир ревущего урагана.

Средние врата открывали взгляду симпатичную мощеную дорогу, которая тянулась среди деревьев и цветов и уходила в холмы. Дальше виднелись сады и водопады и зеленые горы, а еще дальше, на облачной подушке меж двумя горными вершинами, высился величественный замок.

Небо в этом мире было безоблачно-голубым, но повсюду виднелись предметы странных форм – они могли бы оказаться облаками, только были совершенно на них не похожи. Скорее они напоминали большие парящие в воздухе сине-пурпурные скалы.

– Дом на холме! – воскликнула Брианна, указывая на замок. – Хотя это больше похоже на дом на облаке, чем на холме, и даже не дом, а… Замок! Красивый, да? Кажется, об этом что-то говорилось в моем послании.

Девочка направилась было к центральным вратам.

– Стой! – Ксавье заступил ей дорогу. – Мы все должны следовать за доспехами. Помнишь? «Следуйте Пути доспехов…» Что бы это ни значило.

– И как нам это сделать? – спросил Леви. – Они говорящие или что-то в этом роде?

Ребята посмотрели на свои нагрудники, словно и впрямь надеялись, что те что-нибудь скажут.

– Ну, что говорят? – спросил Эван. – Вы что-нибудь слышите?

Эван и Ксавье покачали головами.

– Ну, я точно знаю, что туда мне не хочется, – Брианна ткнула пальцем в темную улицу слева. – Выглядит как… дом с привидениями. И совершенно точно я не вернусь в этот песчаный шторм. Так что остается единственный вариант. – Девочка снова приблизилась к средним вратам.

– Я согласен, – заявил Эван. – В смысле, зачем Руваху давать нам доспехи, а потом отправлять назад в ураган, из которого эти двое едва выбрались? – Он махнул рукой в сторону Брианны и Леви.

– Так чего мы ждем? – спросил Леви. – Идемте!

Вдруг в диске на нагруднике Леви что-то заклубилось, а потом слова вырвались наружу и повисли перед мальчиком:

Врата, ведущие к разрушению, широки, а пути к ним легко следовать.

Ребята медленно перечитали послание, их взгляды метались между загадочными словами и тремя вариантами.

Ксавье указал на средние врата:

– Выглядят очень даже широкими. Не думаю, что нам нужно идти этим путем.

– Но выбирать другие вообще нет смысла, – возразил Леви. – Ты только посмотри на них!

Ксавье так и сделал – и мысленно согласился. Оба пути казались одинаково непривлекательными. Он вдохнул поглубже:

– «Полагайтесь не на собственное разумение». Это написано наверху, видите?

– Написано, – задумчиво подтвердила Брианна, и тут диск на ее нагруднике засветился бледным светом и начал вращаться.

– Эй, погляди, – сказал Эван. – Твои доспехи что-то делают.

Брианна попыталась рассмотреть себя как следует, потом перевела взгляд на Эвана:

– Твои тоже.

Оба завороженно уставились на диски, которые выпустили лучи света в пространство между ребятами. Лучи пересеклись, затанцевали, закручиваясь, и сложились в изображение темной городской улицы, которая лежала за вратами слева. Затем картинка вдруг рассыпалась, и свет втянулся обратно в диски.

– Ого, – тихонько протянул Эван. – Кажется, они хотят, чтобы мы шли туда, – Он указал на левые врата.

– Туда? – переспросила Брианна с демонстративным ужасом на лице. – Быть такого не может. – Она постучала по своему нагруднику, пытаясь вызвать новую картинку, но ничего не добилась.

– Интересно, мы все должны туда идти? – проговорил Ксавье. – Наверное, нам следует держаться вместе…

В этот момент диск Ксавье тоже ожил, нарисовав картинку: ураган. Мальчик повернулся к правым вратам.

– Он говорит мне идти туда. – Плечи встревоженного Ксавье поникли: – И тебе тоже.

Ксавье указал на Леви. И правда, доспехи того рисовали такое же изображение.

– Что? Ну уж нет! – Леви затряс головой. – Не-а! Только не я. Я туда не вернусь.

– Но у нас теперь есть доспехи, – напомнил Ксавье.

– Эти-то? Думаешь, они могут защитить от такого? – Леви оглянулся на остальных, и те пожали плечами, дав понять, что весьма сомневаются на этот счет.

Леви снова покачал головой:

– Ни за что. Я иду туда. Встретимся на другой стороне. – Он развернулся и направился к средним вратам.

Брианна схватила его за плечо:

– Леви, я не думаю, что тебе стоит…

– За меня не переживай. Я буду в том прикольном замке и, может даже, раздобуду мороженого с карамелью к тому времени, как вы туда доберетесь. Развлекайтесь!

Он осторожно подошел к вратам, глубоко вдохнул, в последний раз оглянулся на друзей. Потом отвернулся, расправил плечи и шагнул через порог. Остальным показалось, что Леви прошел через невидимый занавес: пейзаж с мощеной дорогой поглотил его, словно мальчик в нем растворился.

Эван кинулся к средним вратам и уставился на пустую дорогу:

– Он просто… Исчез!

– Надеюсь, с ним все будет в порядке, – Брианна явно была встревожена.

– Может, Леви прав, – произнес Ксавье. – Может, нам нужно просто идти с ним. Этот путь кажется верным. И возможно, мы просто не понимаем, что на самом деле означают эти картинки… – Мальчик запнулся – его взгляд вдруг приковали к себе слова, начертанные над вратами:

Полагайтесь не на собственное разумение.

На самом деле в этом не было особого смысла, но ведь это доспехи сказали ему, куда идти. Он вздохнул, глядя на врата с ураганом:

– Похоже, мне все-таки туда.

И как только Ксавье произнес это вслух, он почувствовал, как в нем что-то раскрывается, высвобождая новую уверенность: да, это правильный путь.

– Тогда, видимо, нам нужно туда, – сказала Брианна, кивая на улицу старого города. – Там так темно. И мокро. И… старо…

– Древний путь! – внезапно выпалил Эван, точно у него в голове вдруг зажглась лампочка. – Может, в указании об этом и говорилось! Следуй древним путем!

– Путем древних, а не древним путем, – поправила Брианна.

– Без разницы! Там было сказано, если я пойду древним путем, все будет мирно, да?

– Там говорилось, что ты обретешь мир, – уточнила Бин.

– Ну почти, – Эван протопал к вратам, затем остановился и обернулся, выражение бодрой уверенности вдруг исчезло с его лица. – Так… Ты идешь или что? – обратился он к Брианне.

– Похоже, иду, – Брианна вдохнула поглубже и распрямилась, готовясь к худшему.

– Эй, – сказал Ксавье.

Брианна обернулась к нему. Ее глаза поразили мальчика: темно-карие, они словно искрились, как и весь ее костюм.

Ксавье почувствовал, как заливается краской, и понадеялся, что это не так заметно:

– Пригляди за моим братишкой, ладно?

– Я сам могу за собой приглядеть! – заявил Эван.

С этими словами он развернулся и прошел через врата. Как и Леви, Эван будто исчез за занавесом.

– Не беспокойся. – Брианна улыбнулась Ксавье. – Я уже поняла, что это необходимо.

Она показала ему два поднятых больших пальца, потом отвернулась, еще разок вдохнула и решительно направилась следом за Эваном. И тоже пропала.

Оставшийся в одиночестве Ксавье еще раз посмотрел на картинку, которую рисовал перед ним нагрудник. Просто для уверенности. Изображение не изменилось. Ураган. Ксавье снова глянул на средние врата, ведущие к замку в облаках.

– Я, наверное, спятил, – сказал мальчик со вздохом.

Он подошел к правым вратам, посмотрел на бешеный ветер и вихри песка, такие плотные, что они казались густым темным туманом. Ксавье выпрямился, сделал три быстрых вдоха, зажмурился и прошел через врата в ураган.

Глава девятая

Ходьба по кругу

Леви неторопливо шагал по мощеной дороге, наслаждаясь теплым солнечным светом и легким ветерком. А в Агоратосе довольно мило, подумал он. Солнце светило, было не очень жарко, но и не слишком прохладно. Вокруг мальчика порхали бабочки. По крайней мере он думал, что это они, хотя на самом деле эти существа не были похожи на тех бабочек, что он видел раньше. Размером с птиц, с огромными сверкающими крыльями, которые меняли цвет на лету.

Бабочки садились на деревья и цветы, росшие вдоль дороги, и медленно складывали крылья. Они следовали за Леви, играя друг с другом в чехарду и приземляясь на ветви деревьев и бутоны то слева, то справа от мальчика. У Леви появилось странное чувство, что они наблюдают за ним. Через какое-то время его даже начал нервировать их постоянный надзор. Леви кинулся к группе бабочек и замахал руками, чтобы спугнуть их. Бабочки отпрянули, но стоило продолжить путь, как они снова начали наблюдать.

Леви попытался выкинуть их из головы, сосредоточившись на замке впереди. Он выглядел еще более фантастическим, чем «Диснейленд». «Может, там есть горки, – подумал Леви. – И еда». Он немного проголодался. Сейчас бы мороженого. С крошкой печенья. И чтобы оно было полито густой карамелью и взбитыми сливками. То что надо.

Теперь замок казался сделанным из леденцов – Леви даже потряс головой, уверенный, что зрение обманывает его. Это и в самом деле было красиво: мерцающая постройка на подушке из облаков, приютившаяся между высокими туманными горными пиками, поросшими зеленью. Леви не мог не подумать о Брианне – жаль, что она не пошла с ним! Она бы наверняка подружилась с бабочками и придумала какую-нибудь безумную историю о том, что происходит в этом замке, – возможно, с феями, которые играют в «вышибалы» желейными конфетами или гоняются друг за другом на радужных единорогах.

Бабочки продолжали следить.

С брови Леви сорвалась капля пота. Он начал уставать от долгой ходьбы. Кстати, а сколько он прошел? Мальчик не имел об этом ни малейшего представления.

«Вот бы сюда мой скейт».

Ботинки сделались тяжелыми и горячими. Не было похоже, что сквозь отверстия для вентиляции проходит хоть какой-то воздух. Леви сел на пень у дороги и снял обувь. Отбросив ее, он вытянул ноги и пошевелил пальцами. «Так-то лучше».

Он встал босиком – брусчатка дороги оказалась прохладной и странно гладкой, а вовсе не такой изрытой и шершавой, как он ожидал. Удивительно. В конце концов, она же каменная. Но, возможно, все в Агоратосе в своем роде совершенно, и даже булыжники не ранят ноги. Поразительно.

Леви бросил взгляд на пень, на котором только что сидел. Что-то беспокоило мальчика, какое-то неотвязное подозрение словно преследовало его. Он оглядел дорогу, небо, деревья, бабочек – и потом снова пень. Не видел ли он его раньше? Пень казался весьма запоминающимся, потому что был похож на медвежонка из каких-то далеких краев.

Леви немного прошагал босиком, неся ботинки по одному в каждой руке. Впереди показался другой пень. Мальчик уставился на него. Медвежонок – точно такой же. И цветы вокруг – разве не такие росли вокруг того, первого, пня?

Зудящее подозрение стало сильнее. Взгляд Леви метался по сторонам в поисках какой-нибудь зацепки – и тогда-то мальчик осознал, что и деревья вокруг он уже видел. Может, их просто так высаживают, подумал он. Такой дизайн.

Но этот пень…

Он начал размышлять. Нет, не может пень быть тем же самым. Леви поднял глаза на далекий замок в облаках. «Дикость», – подумал мальчик. Было совершенно непохоже, чтобы замок хоть сколько-то приблизился. А ведь идет Леви уже несколько часов – по крайней мере ощущение именно такое. Хотя сказать точно все-таки трудно, потому что солнце на небе совсем не передвинулось. Возможно, прошло лишь несколько минут. И все-таки он ужасно устал, а далекое королевство – все такое же далекое, как в самом начале пути.

Что-то пошевелилось у него за спиной. Человек? Зверь? Леви быстро обернулся, но никого не увидел.

Он положил ботинки и потянулся потрогать пень. Гладкий и твердый – ни шершавых краев, ни отметок от зубов животных, ни запаха древесного сока или смолы, как у пней на заднем дворе его дома. По существу, этот пень выглядел как искусственные яблоки, которые мама Леви держала в корзинке на кухонном столе в качестве украшения. Мальчик вспомнил, как пытался укусить одно такое яблоко и с ужасом обнаружил, что оно пластиковое.

Понимание чуть не сбило его с ног, как двухтонный грузовик на полном ходу.

Пластик? Этот пень – фальшивый?

Леви вытаращил глаза, снова оглядываясь по сторонам. Его сердце стучало в бешеном темпе, пока до мальчика понемногу доходило, что все увиденное в этом мире – абсолютно все – сделано из пластика. Он трогал деревья, цветы – все оказалось подделкой. Он чувствовал ветерок, но листья на деревьях ни разу не шелохнулись. Единственное, что здесь двигалось, это бабочки.

Леви подумал, не поддельные ли и они, как те механические бабочки, которых он видел в интернет-магазинах, когда подыскивал себе новый скейт. Мальчик поставил ботинки и подошел к одному из насекомых, которое медленно хлопало крыльями, сидя на ненастоящем цветке. Леви протянул руку, коснулся бабочки…

– Ой!

Палец пронзила острая боль. Мальчик быстро отдернул руку и поднес к глазам – уже начал появляться ожог. С каких это пор бабочки жалят? Палец болел не на шутку. Леви потряс им, а ожог тем временем покраснел и вздулся. Как от укуса пчелы – однажды Леви был искусан как следует, когда им с друзьями показалось хорошей идеей зашвырнуть бейсбольный мяч в улей. Он хорошо помнил болезненные нарывы на руках и шее, которые распухли и зудели. А этот укус болел сильнее, чем все те, вместе взятые.

К счастью, боль скоро прошла – быстрее, чем от обычного пчелиного укуса. Но, посмотрев на палец, Леви увидел, что красное пятно становится пурпурным. Кожа вокруг натянулась, словно… твердела. Не мог же шрам появиться так быстро? Пурпурный сменился глубоким темно-серым. Леви тронул загрубевшую корку, наросшую на коже, – она была холодной и твердой, как… металл.

Сердце мальчика застучало еще быстрее, он почувствовал, как в животе заплетается тугой узел страха. Бабочка все порхала, наблюдая за ним. Ее крылышки меняли цвет: яркий красно-желто-фиолетовый растворялся в темно-сером того же оттенка, что корка у Леви на пальце. А еще крылья меняли форму: мягкие грациозные линии изгибались и зазубривались. Почти как если бы бабочка становилась металлической.

И она продолжала за ним следить. А потом Леви увидел десятки красных лучей, похожих на лазерные, которые бабочка выпустила из глаз.

Мальчика пробрала дрожь. Страх мягко зашептал ему на ухо, словно сама бабочка заговорила: «Ты в ловушке».

Он медленно подался назад, а бабочки стали слетаться к нему. Они садились на деревья и цветы вокруг, медленно хлопая крыльями, которые уже не были разноцветными. С этими бабочками что-то явно было очень не так. Чем сильнее становился страх Леви, тем спокойнее делались они – словно ждали… Чего-то.

Леви пошел быстрее, затем еще быстрее. Вот бы сюда его скейт! Потом он побежал, но, похоже, так никуда и не переместился. Замок оставался все так же далек.

Словно он ходит по кругу.

Запыхавшись, Леви остановился. Уставился на камни под ногами. Сделал шаг, другой. Он одновременно и двигался и нет. Внезапно он подумал о циркаче, которого видел однажды, – тот балансировал на огромном шаре. Циркач бежал, заставляя шар вращаться, но в действительности оставался на месте…

Леви снова зашагал быстрее – ноги слишком ныли, чтобы бежать. Он не мог вспомнить, где оставил свои ботинки. Леви положил их на землю, когда подошел к бабочке, так что, должно быть, они до сих пор стоят возле пня. Но, когда пень снова показался в поле зрения, их там не оказалось. Мальчик подумал, не пойти ли поискать обувь, но не представлял, с чего начать. Куда бы ни шел, он, похоже, никуда не приходил. Вид впереди не менялся. Леви гадал, настоящий ли он или просто картинка, как декорация на сцене.

Он остановился, осознав, что смысла идти больше нет. Было ясно, что он не движется вперед. Но, возможно, если пойти назад, то можно как-то вернуться к вратам, где остались ребята. Может, Ксавье еще там. Леви долго думал, куда ему идти. Он мог бы поделиться с Ксавье подозрением, что путь через ураган, пожалуй, был бы все-таки вернее.

Составив в уме план, мальчик почувствовал себя лучше. Он обернулся и зашагал обратно. Может, по пути ему попадутся ботинки. Но произошло совершенно то же самое, что и раньше. Вид так и не изменился. Леви ничуть не приблизился к месту, откуда пустился в путь. Никаких врат больше не было.

Он угодил в западню.

«Нет, я обязательно выберусь. Рувах же не бросит меня здесь, так?»

Насчет Руваха уверенности не было. Он ведь даже лица этого чувака не видел. Может, это какой-то злой дух в обличье помощника, и он с самого начала хотел заманить Леви в это кошмарное место. Злобные существа ведь частенько обитают в пещерах? Как тролли?

«Он не тролль». Насчет этого Эван был вполне уверен. Но что понимает этот мелкий пацан?

– Ладно, Рувах, если ты меня слышишь, скажи: куда мне теперь идти?

Никакого ответа. Леви посмотрел на свой нагрудник. Он был темным. Диск не вращался. Мальчик несколько раз стукнул по нему кулаком, пытаясь запустить. Но все без толку.

«Мама, папа…»

Они за него волнуются? Отец, наверное, все еще в спортцентре, ждет его? Возможно, родители даже не знают, что он пропал. Солнце же не сдвинулось – может, и в его мире время стоит на месте. В его мире. Интересно, земля еще существует? А что с остальными, куда они пошли? Тоже застряли где-нибудь?

Леви стоял, размышляя о том, что ему теперь делать, и вдруг почувствовал, что земля под ногами завибрировала. Дрожь была слабой, но достаточной, чтобы привлечь внимание. Он замер в страхе, что любое движение может вызвать новые неприятности. Прошло несколько секунд ожидания. Но, чего именно он ждет, Леви не знал.

Тишина.

Может, ничего страшного? Мальчик хотел поднять ногу, чтобы шагнуть вперед, но не смог. Посмотрев вниз, он задохнулся. Босые ноги медленно исчезали в мощеной дороге, словно она плавилась.

Подняв голову, Леви закричал:

– Помогите!

Но его мольба вернулась лишь эхом, оставшись без ответа.

Глава десятая

Не оборачивайся

Ксавье поднял руки, прижал ладони к лицу, плотно сомкнул губы и зажмурился, ожидая, что его завалит песком, едва он шагнет во врата. Ему понадобилось всего мгновение, чтобы осознать: ничего такого не происходит. Он открыл глаза и выглянул сквозь щелочку между ладонями. А затем опустил их, пораженный тем, что яростный ураган не трогает его. Шторм бушевал повсюду, но сам Ксавье его не чувствовал.

Ксавье находился внутри урагана, но не в нем. «Леви», – подумал он. Хотел бы он вернуться и рассказать тому, что этот путь в итоге все же оказался верным. Но, посмотрев назад, Ксавье не увидел врат. Он заметил, что его нагрудник едва заметно пульсирует светом, и эта пульсация ускоряется в зависимости от того, в какую сторону он смотрит. Ксавье крутился на месте, пока пульсация не превратилась в полноценный луч, нацеленный на землю прямо у него под ногами. Он сделал шаг в эту сторону. Затем еще один. Свет по-прежнему падал в ту сторону, указывая путь. Ксавье посмотрел вперед, но не увидел ничего, кроме бешено кружащегося песка. И все же мальчик делал шаг за шагом, убедившись, что луч из нагрудника светит ровно и не мигает, а воздух вокруг него остается спокойным.

«Как там Леви?» – подумал Ксавье, пробираясь сквозь ураган. Может, стоило быть понастойчивее и не давать выбрать не тот путь? Но, возможно, Леви в полном порядке – сидит в том красивом замке и лопает мороженое, как и сказал. Ксавье предполагал, что выяснит это, когда сам попадет в этот замок. Если попадет. Потому что конца и края песчаному урагану видно не было. Ни намека на тот прекрасный замок, который все видели за широкими вратами, – хотя бы где-то вдали.

Правильный ли выбор он сделал?

Все, что он знал наверняка, так это то, что теперь пути назад нет.

Ксавье продолжал шагать, следя за лучом нагрудника, чтобы не терять верный курс. Через некоторое время он заскучал. Иногда через просветы в урагане можно было увидеть солнце, этакий нечеткий белый шар в небесах. Интересно, это то же солнце, что и у них, в их мире? Но шар не двигался по небу, так что было невозможно понять, сколько прошло времени, – и вообще, шло ли время.

Ксавье подумал о родителях – они уже проснулись? Знают ли, что братья исчезли? Он гадал, каково приходится Эвану в хмуром городе с такой суровой на вид девочкой с большими глазами. Они уже добрались до замка? Тоже едят мороженое, поджидая его?

Ксавье не мог вспомнить, когда в последний раз он был по-настоящему один – вот как сейчас. Ощущение не самое приятное. Он бы предпочел не разделяться. Почему им нужно проходить через все это безумие, чтобы добраться до замка? И что делать, когда они до него доберутся? Там будет битва?

Ксавье надеялся, что Рувах вдруг появится и ответит на кое-какие вопросы. А потом вспомнил последнее, что маленький провожатый сказал им перед тем, как исчезнуть:

«У вас есть все необходимое».

Оставалось только верить, что это правда.

Ксавье сделал следующий шаг, и тут его нога погрузилась в песок по щиколотку. Он вытащил ее, шагнул снова, и повторилось то же самое. Неожиданно стало гораздо труднее вытаскивать ноги и шагать – каждый раз ботинки проваливались все глубже, пока Ксавье едва не застыл на месте. Сердце у него застучало, дыхание перехватило, стоило сообразить, по чему он шагает.

Зыбучие пески.

* * *

Эван и Брианна в тишине шли по темной улице, казавшейся бесконечной. По обе ее стороны высились угрюмые здания с захлопнутыми ставнями. Они кренились к дороге и жутко поскрипывали, словно готовясь наброситься на прохожих. Луны в небе не было, как и звезд. Ребята не могли различить, что впереди. Только уличные фонари, которые принимались мерцать при их приближении, давали хоть какой-то свет. Нагрудники ребят слабо сияли, отбрасывая на дорогу под ногами маленькие светлые пятна.

– Думаешь, здесь кто-то живет? – спросила Брианна, рассматривая обветшалые дома. – Может, зомби?

– Зомби не существует, – ответил Эван.

– Я читала книгу о них, – сказала Брианна. – Они прячутся в старых заброшенных зданиях вроде этих и нападают, когда ты идешь мимо по своим делам…

– Не существует никаких зомби! Ты слишком много читаешь.

– Откуда тебе знать? Ты-то, видать, вообще не читаешь?

– Читаю! – Эван раскраснелся. – Блин, и как же так вышло, что я оказался в этом кошмарном месте с мадам «знаю-все-на-свете»? Наверное, этот Роах меня ненавидит.

– Рувах! – раздраженно поправила Брианна. – Ты даже его имя правильно выговорить не можешь!

– Потому что оно ненормальное, – угрюмо буркнул Эван. – Я вообще ничего не понимаю. Мы должны были идти на битву. А это не битва! То есть какой в этом смысл?

– Что, если зомби…

– Будь тут зомби, они бы уже появились! И если бы появились, чем бы мы с ними сражались? У нас даже оружия нет!

– Рувах сказал, что у нас есть все необходимое. – Казалось, Брианна убеждает в этом больше себя, чем Эвана. – Если на нас что-нибудь выпрыгнет – мы разберемся, что делать. Верно?

– Например, что?

– Например… Пока не знаю. Доверяй доспехам. Так сказал Рувах. И твой брат тоже это говорил.

– Так ты теперь следуешь советам Ксавье?

– Похоже, он соображает, – Брианна слегка пожала плечами.

– Ты хочешь сказать, что я не соображаю?

– Нет, я не это хочу сказать! Просто он старше и… Наверное, знает больше.

Эван с отвращением потряс головой:

– Ты – как все остальные. Думаешь, Ксавье такой потрясающий. Но, уж поверь, если бы ты с ним пожила, то считала бы иначе.

Вместо ответа Брианна вздохнула. Какое-то время они шагали в молчании.

– Как считаешь, Леви в порядке? – Голос Бин смягчился от тревоги.

– Очень может быть, что у него дела получше, чем у нас тут, – пробурчал Эван.

– Не уверена. У него было вполне ясное указание насчет широких врат и всякого такого. Не думаю, что это была хорошая идея…

– Ну, мы-то следовали указаниям, и у нас дела пока не очень, да? В смысле – ты только оглянись!

– Да, тут жутковато, – согласилась Брианна. – Но хоть дождь больше не идет.

– А тебе лишь бы прическу не испортить, – пробормотал Эван себе под нос.

– Что ты сказал?

– Спрашиваю, – громко ответил Эван. – Ты уверена, что мы должны идти этой дорогой?

– Так говорят доспехи, – отозвалась Брианна.

Ребята уже сообразили, что нагрудники перестают мерцать и испускают ровный свет, когда они шагают в верном направлении.

– Ты его еще не видишь? – спросил Эван. – Замок? Мы должны уже быть близко.

– Не вижу. Я вообще ничего не вижу. У меня ноги болят! Мне нужно на минуточку присесть.

– Где присесть?

– Вон там! – Брианна указала на фонарь, который только что замигал. – На скамейку!

– Не думаю, что нам стоит останавливаться, – Эван с подозрением покосился на скамейку, словно в ней могла скрываться какая-то ловушка.

– Всего минуточку! Я устала! В Книге ничего не говорилось про то, что передышки запрещены, ведь так?

– Нет, но там и не говорилось, что они разрешены.

– Видишь? – Брианна шлепнулась на скамейку. – Наконец-то. Смотри, ничего не случилось. Я в порядке.

Эван поколебался, все еще сомневаясь в безопасности скамейки. Но через минуту тоже сел.

– Я скучаю по маме, – сказал он. – И по папе. А ты?

– Я не живу с родителями, – ответила Брианна.

– Не живешь? Как это? Они умерли?

– Нет, не умерли. Просто не могут обо мне заботиться. Мы с сестрами живем с бабушкой и дедушкой Тони.

– О да! Наши бабушки и дедушки – крутые, – заметил Эван. – Мой дедушка однажды сделал мне классные щит и меч. В смысле, когда я был маленький, – добавил он. – Дедушка умеет делать всякие такие вещи. Когда мама была маленькой, он построил ей настоящий дом на дереве. И если мы ходим к ним в гости, можно там поиграть. – Мальчик произнес это так, словно надеялся впечатлить собеседницу.

Не вышло.

– Блеск, – насмешливо отозвалась Брианна.

– Мы переехали за город, чтобы быть к ним поближе, – продолжил Эван.

– А ты хотел переехать?

– Не особо. Я скучаю по друзьям. Но иметь собственный дом и двор вполне неплохо. И еще у меня теперь есть своя комната.

Брианна вздохнула:

– Вот бы и у меня была собственная комната! Приходится жить вместе с сестрами, и мне почти не достается места, потому что я младшая.

– Ага, я знаю, каково это. Быть младшим. Ничего хорошего.

– Это точно.

Пару секунд они посидели молча. Затем Эван снова заговорил:

– Интересно, что они сейчас делают.

– Кто?

– Мои родители. Твои сестры. Наши… люди. Думаешь, они нас ищут?

Брианна пожала плечами:

– Мои сестры – вряд ли. Они почти не замечают, что я вообще существую. А бабушка и дедушка Тони… – Она примолкла. – Может, они еще не знают, что мы пропали. То есть – как долго мы здесь?

– Не знаю. Без понятия.

– И я.

Эван взглянул на небо, внезапно занервничав. Нужно попасть в этот замок, где бы он ни был. И поскорее.

– Нам нужно идти, – сказал он и встал.

– А-а-а! – вдруг закричала Брианна, не на шутку его напугав.

Мальчик повернулся на пятках и увидел, что скамейка перекосилась, как доска-качалка, и конец, на котором сидела Брианна, буквально погрузился в мостовую, словно идущий на дно корабль.

– Хватай мою руку! – завопил Эван.

Бин потянулась к его ладони, и мальчик принялся тащить, что было сил, рыча от натуги. Он боялся, что вовсе оторвет Брианне руку, но Бин ухитрилась оттолкнуться от тонущей скамейки.

Вместе они смотрели, как та тонет прямо посреди тротуара и в конце концов с громким бульканьем исчезает.

– Что происходит? – выдохнула Брианна.

– Не знаю. Но, думаю, нам нужно отсюда убираться!

Ребята попятились от дыры в земле, которая все ширилась, глотая булыжники мостовой и фонари. Она рокотала и стонала, словно монстр, пожирающий целые деревни. Ближайшее здание начало крениться, наклоняясь все сильнее и сильнее, когда из-под него уходила земля.

– Бежим! – крикнул Эван.

Ребята помчались по улице, но воронка настигала их, став настолько огромной, что целые дома за их спинами разваливались и осыпались в нее. Ненасытная пасть поглощала все на своем пути. И Эвану с Брианной едва удавалось бежать немного впереди.

Вдруг их нагрудники отчаянно замигали. Ребята остановились, крутясь во все стороны, пока лучи не стали ровными, – и светили они прямо на высокое здание чуть поодаль.

– Нам надо туда! – выкрикнула Брианна.

Ребята рванули к зданию, но не увидели ни дверей, ни окон, через которые можно было бы забраться внутрь. Одна сплошная стена.

– И что нам теперь делать? – Голос у Брианны дрожал, как и земля под их ногами.

Девочка прикрыла уши, защищаясь от жутких бурлящих звуков, с которыми в яму засасывало дома и дорожное покрытие.

Эван отошел назад, высматривая хоть что-нибудь, по чему можно было бы вскарабкаться наверх, или не замеченное ранее окно. Он обратил внимание, что луч его нагрудника тоже указывает вверх – прямо по стене.

По стене вверх?

– Нам нужно подняться по стене, – сказал мальчик Брианне.

– Подняться по стене? – ахнула та. – Ты чокнулся?

– А что такого? Человек-паук так умеет!

– Ты не Человек-паук!

Эван поднял ногу, и его ботинок тут же завибрировал и выпустил из подошвы длинные усики, которые присосались к стене…

«Как Человек-паук, – подумал Эван. – Клево!»

Глубоко вздохнув, мальчик оторвал от земли другую ногу и поставил на стену, так что его туловище повисло параллельно земле. Эван подумал, что сейчас грохнется и разобьет голову о тротуар, но ничего подобного не произошло. Он стоял на стене и с разинутым от изумления ртом смотрел прямо в беззвездное небо.

Глаза у Брианны стали еще больше обычного:

– Как ты это делаешь?

– Ботинки! Попробуй сама! – закричал Эван.

Земля под ногами Брианны страшно затряслась.

– Скорее! Вставай на стену! Или тебя засосет!

Девочка посмотрела на Эвана и кивнула, тяжело дыша. «Это как прыгнуть в ту лужицу, – подумала она. – И что мне терять?» Нагрудник освещал стену перед ней, словно подтверждая, что Брианна все делает правильно. Как раз в тот момент, когда земля под ней обвалилась, девочка запрыгнула на стену обеими ногами.

Ботинки ожили, выпустив несколько усиков и надежно закрепив ее на поверхности. Брианна то ли ахнула, то ли засмеялась. Ботинки держались на стене, точно паучьи лапки. Она ощущала себя невесомой – само ее тело сопротивлялось гравитации. «Может, так чувствуют себя астронавты», – пришло ей в голову. Брианна шагнула – ботинки легко отстали от стены и снова прицепились к ней, когда девочка поставила ногу. Эван пробежался по стене – он действительно выглядел как астронавт: ноги мальчика поднимались и опускались, точно в замедленной съемке. Брианна побежала за ним, наслаждаясь невероятным ощущением отцепляющихся и опять присасывающихся ботинок.

– Обалденно! – пробормотала Бин. – Вот я расскажу сестрам…

– Ой-ой-ой…

Здание, по которому они шагали, вдруг задрожало и закачалось.

– Сейчас рухнет! – завопил Эван. – Быстрее!

Они побежали вверх так быстро, как только позволяли ботинки, и перемахнули через угол крыши как раз в тот миг, когда весь дом стал оседать с ужасным грохотом.

Глава одиннадцатая

Рука помощи

Леви провалился по пояс в жидкую землю, которая теперь постепенно твердела, как бетон. Погружение замедлилось, но мальчик увяз уже так глубоко, что надежды выбраться не было.

– Помогите! – завопил он во всю мощь легких.

Но крик вернулся к нему эхом, словно отразившись от стены. Казалось, это невозможно, – разве что вокруг и правда были стены, которых он не видел.

– На помощь! – кричал Леви снова и снова, отчаянно надеясь, что кто-нибудь – может, хотя бы Рувах – придет ему на выручку.

Но лишь эхо собственных криков возвращалось к нему.

Врата, ведущие к разрушению, широки…

Он избрал неверный путь. Теперь он знал это. Но Рувах уж наверняка не бросит его тут. Наверняка он придет и спасет его…

– Рувах! Сюда! Помоги мне! – Леви подождал, но ответа так и не было. – Мне жаль, окей? Я ошибся! Пожалуйста, помоги!

Леви не услышал ни звука, кроме порхания крыльев бабочек. Все новые и новые насекомые садились на цветы по обе стороны дороги и спокойно смотрели, как он силится освободиться. Бабочки… Теперь эти существа уже не больно-то напоминали бабочек: темные угловатые крылья выглядели вырезанными из металлических пластин…

Марибунты.

У Леви участился пульс. В памяти внезапно всплыла история Брианны о страшных черных жуках с огромными жалами. Может, эти насекомые – настоящие марибунты, – может, они и правда существуют.

– Кто-нибудь, помогите! – заорал Леви с новыми силами.

– Эй?

Леви оглянулся, уверенный, что слышал чей-то голос. Слабый… Возможно, он просто вообразил его. Но тут мальчик увидел между деревьями кого-то, шагающего к нему. Ребенка.

– Ксавье? Эван? Это ты? – выкрикнул он.

Поначалу Леви плохо видел мальчика, но заметил что-то знакомое в том, как он одет, и в его движениях. Когда тот подошел ближе, Леви разглядел футболку «Тони Хок». Такую же, как у него, – она была на нем в спортцентре до того, как Леви взялся за герб и перенесся в этот мир. Может, тут еще один парень из спортцентра: его унесло следом за ними с Бин, и теперь они вдвоем попали в эту пластиковую капсулу? Или, может, Рувах послал кого-то спасти его.

Надежда затопила сердце Леви, а мальчик шел к нему так неторопливо, словно у него была целая вечность. Парнишка нес скейт. Обалденно! Они смогут катиться на нем по очереди и, может, найдут выход отсюда.

Но, когда мальчик оказался совсем близко, Леви начал терять уверенность. Он несколько раз моргнул: увиденное просто не могло быть правдой. Сжав руки в кулаки, он хорошенько потер глаза, затем снова посмотрел на мальчика. Очевидно, что-то случилось со зрением. Должно быть, это сон или ему просто начало мерещиться всякое оттого, что он слишком долго торчит в этом ненормальном мире. Потому что то, что он видит, попросту невозможно.

Мальчик выглядел точно как Леви.

Не веря глазам, Леви таращился на другого Леви. Лицо, одежда, его крутые «Вэны» – все то же самое. Даже родимое пятно на шее слева – это его родимое пятно. Леви раскрыл рот, но не смог проронить ни слова. Невозможно. Неправда. Он же смотрит на своего двойника.

Второй Леви остановился и с любопытством поглядел на него:

– Эй, чел, у тебя проблемы?

Даже говорит точно так же! Леви раскрывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Второй Леви подошел поближе и поставил скейт.

– Говорить умеешь? – спросил Второй Леви с кривоватой полуулыбкой.

Его улыбкой. С его слегка сколотым зубом.

– Ага, – сглотнув, наконец выдавил Леви.

Во рту совсем пересохло. От шока из-за того, что видит самого себя или своего клона, Леви разом позабыл, что застрял в земле.

– Но кто ты… Как ты…

Второй Леви присел, изучая ситуацию:

– Ого! Надо тебе отсюда выбираться, чувак. Помочь? – Он вытянул руку: – Держи, хватайся. Я тебя вытащу.

Леви уставился на протянутую к нему руку – его собственную руку, с таким же шрамом на предплечье, который остался после падения со скейта, когда ему было семь. Но это же не может быть он, да? Мальчик был уверен, что это галлюцинация.

Врата, ведущие к разрушению, широки…

Леви не слишком хорошо знал Руваха, но появилось ощущение, что Рувах не стал бы спасать его таким образом… Если бы вообще стал. Было в этом что-то слишком простое, слишком удобное. Но непохоже, чтобы другие варианты вообще имелись. Ему не выбраться из этой каши, кроме как приняв помощь от Второго Леви. Он вдохнул поглубже и потянулся к его руке.

Второй Леви схватил его ладонь. Хватка у него была сильная… и холодная.

– Тащи! – крикнул Леви, уперев вторую руку в край застывшей поверхности и используя как рычаг. – Тащи меня!

Но Второй Леви не стал этого делать. Он застыл, вцепившись в руку Леви. С нарастающим ужасом мальчик увидел, что клон меняется. Затвердевает.

Его пальцы посерели, и серый цвет пополз выше – по ладони, к запястью. «Он превращается в металл, как бабочки!» А потом серость с руки клона начала перетекать на руку Леви.

Мальчик отчаянно пытался вырваться из хватки клона, но тот вцепился намертво. Леви тянул изо всех сил, но, чем больше он старался, тем стремительнее серая металлическая оболочка разливалась по его руке. Так что Леви заставил себя стоять смирно. Он смотрел, как быстро меняется Второй Леви, как его ноги и руки охватывают металлические пластины с заклепками, как лицо исчезает под железной маской. Постепенно все человеческие черты превратились в детали механизма. Глаза стали двумя красными светящимися шариками, как у бабочек, и их взгляд, пульсируя, буравил Леви, точно дожидаясь, пока его тело станет таким же.

Леви глядел, как серый металл охватывает его руку – медленно и неумолимо. В конце концов, подумал мальчик, все тело станет металлическим. Точно таким, как эта ужасающая железная фигура, которая держит его мертвой хваткой. И с этим ничего не поделать.

– Рувах! – в отчаянии воззвал Леви. – Кто-нибудь! Помогите мне!

И снова его крик вернулся эхом, оставшись без ответа.

* * *

Ксавье с усилием вдавливал ноги в зыбучий песок, пытаясь отталкиваться, чтобы держаться на поверхности. Это было трудное и невероятно изматывающее занятие, но каким-то чудом удалось подняться достаточно, чтобы вытащить из песка одно колено. Мальчик выкарабкался и пополз по земле, ловя ртом воздух. Пронесло. Чудом. С минутку он полежал, давая себе успокоиться. Но вскоре почувствовал, как песок вновь подается. Ксавье быстро перекатился и на четвереньках пополз прочь, пока под ним не просел очередной участок песка. Он гадал, не доспехи ли завели его в ловушку.

Ксавье бросил взгляд на мерцающий нагрудник, на котором крутился диск, открывая взгляду слова: «Следуйте Пути доспехов. Они укажут тебе…»

– Ладно, указывайте, – произнес мальчик вслух.

Словно в ответ, нагрудник выпустил луч света на участок песка прямо перед ним. Пару секунд Ксавье неуверенно туда смотрел. Непонятно, чем этот участок безопаснее того, на котором он стоит сейчас. Но он спросил, и доспехи ответили. Ксавье поднялся на ноги и прыгнул, почти ожидая, что сейчас его снова засосет вниз. Ничего подобного. Он очутился на твердой земле, хотя она выглядела какой угодно, только не твердой. В изумлении мальчик уставился себе под ноги.

В метре от него осветился другой участок. Ксавье задержал дыхание и снова прыгнул, попав точно на светлую отметину. Здесь тоже была твердая почва. Песок вокруг ходил ходуном, как волны в океане, но там, куда падал луч, земля оставалась твердой и неподвижной.

Очередной луч – теперь подальше. Ксавье взмахнул руками, чтобы придать своему телу инерцию, и снова прыгнул. Он не верил, что долетит, но все же долетел. Все равно как перепрыгивать с камня на камень, пересекая ручей, только каждый раз расстояние между «камнями» оказывается все больше. Ксавье приходилось прыгать дальше, и каждый раз он сомневался, что у него получится, но все же получалось.

Примерно через десять скачков луч вдруг замер и нагрудник погас. Ксавье стоял на последней отметине, не зная, что делать дальше. При виде проваливающегося песка сердце его заколотилось. Он постучал по нагруднику, пытаясь вернуть его к жизни. Безрезультатно. Раздосадованный Ксавье едва не сорвал доспех и не швырнул прочь, но не смог отлепить его от рубашки.

Земля позади уходила в темную пропасть. Пустыня впереди продолжала качаться, будто штормовое море.

Они укажут тебе… УКАЖУТ…

«Надо просто подождать, – подумал Ксавье. – Наберись терпения. Жди. Они укажут, они укажут…»

Он твердил себе эти слова снова и снова, стараясь не думать о проседающей за спиной земле и о катящихся впереди песчаных волнах. Участок под ногами оставался твердым, по крайней мере, пока. Но Ксавье не знал, сколько он еще продержится.

Следуйте Пути доспехов…

Мальчик закрыл глаза, чтобы больше не видеть шторма. Он попытался думать о чем-то другом. О доме, родителях, об уроках, которые начнутся на следующей неделе. Школа – сейчас казалось, что она осталась за миллион километров. Что, если он больше никогда туда не попадет? Вернется ли он в свой мир? А он-то нервничал по поводу новой школы. Да это сущая мелочь по сравнению с тем, что ему приходится терпеть с самого прихода в Агоратос.

Агоратос.

Рувах сказал, что тут будут сражения, но это вовсе не та битва, которая представлялась Ксавье. Далекий враг, валящий деревья, молнии, песчаные бури и его собственные страхи и сомнения. Непохоже на честный бой. И уж точно не напоминает те сражения, о которых он читал, которые разыгрывал с братом или проходил в видеоиграх. Там врагом всегда был какой-то жуткий монстр, или дракон, или черный рыцарь на коне. Таких противников куда легче распознать и сразиться с ними. Но это куда тяжелее.

Ксавье насторожился. Он что-то услыхал. Какой-то новый звук в монотонном завывании шторма. Звучало как… смех.

Он распахнул глаза и всмотрелся в тучи песка – похоже, в буре появился просвет, точно оконце. Ксавье увидел сцену, а на ней – группу людей. Там Леви! И Эван! И Брианна! Они сидели за огромным столом, заваленным всевозможной едой, как на настоящем застолье для короля. Или даже нескольких королей. Все трое ели и весело болтали. Помещение казалось ужасно древним, точно пиршественный зал в замке. Тут ракурс изменился, словно камера отъехала, и Ксавье увидел сам замок снаружи, а затем и целое королевство – горы, долины, деревья и реки. Как на ладони!

Перед ним появилась тропа – несколько выступающих камней, ведущих сквозь зыбучий песок к далекому пейзажу. Вот оно! Прямая дорога! Всего в паре шагов. Скоро он окажется в замке с друзьями и братом и набьет живот чудесной едой. Только сейчас Ксавье осознал, как сильно он проголодался и хочет пить.

Он уже собирался перескочить на первый камень, но что-то заставило его помедлить с секунду. Этого краткого мига хватило, чтобы слова Руваха эхом зазвучали у него в сердце:

Следуйте Пути доспехов.

Ксавье глянул вниз, на нагрудник. Он был темным.

Мальчик снова постучал по диску. Он, вообще, включен? Может, батарейки сели? Рувах ничего не говорил о том, как все это заряжать.

Диск слабо засветился, и в воздух перед ним выплыли слова:

Прежде другого оберегайте свое сердце, ибо оно определяет ваш путь.

Сердце Ксавье желало прыгнуть на каменную тропу, ведущую к замку. Воссоединиться с братом и новыми друзьями. Но нагрудник не давал ему позволения.

– Ну же! Скажи что-нибудь! – раздраженно пробормотал Ксавье, постукивая сильнее.

Он поднял глаза к сцене с едой и друзьями, потом снова покосился на нагрудник. По-прежнему ничего.

Просто жди.

Ксавье подождал.

Они укажут тебе верную дорогу…

Огорченный, Ксавье закинул голову и с долгим вздохом посмотрел вверх. Он достаточно сильно откинулся назад – так, что нагрудник обратился к небесам. И вдруг он осветился, словно подожженный, и выпустил сверкающий белый луч. Но этот луч вовсе не был направлен на песок. Он указывал прямо вверх.

Ксавье проследил взглядом за лучом до высокого утеса – не меньше десяти метров от земли, – который был едва виден сквозь бурю.

«Серьезно? – сказал мальчик сам себе. – Вы хотите, чтобы я туда… запрыгнул?»

Луч четко указывал на вершину утеса. Чтобы покрыть такое расстояние одним прыжком, потребовались бы суперспособности. Ему ни за что такое не проделать. Представив себе последствия, Ксавье содрогнулся: упасть в бездонную пропасть? Быть заживо погребенным под песком?

Он еще раз взглянул на изображение прекрасного королевства, которое все еще ждало его. А потом вспомнил Леви и широкие врата. Какими реальными они казались, как манили к себе.

Полагайтесь не на собственное разумение.

Ксавье снова вздохнул. Был только один способ выяснить, что на самом деле правильно.

Он оторвал от земли одну ногу и вдруг ощутил, что с ботинками творится что-то странное. Ксавье опустил взгляд и увидел, что от подошв исходит бледное красноватое свечение. Нижняя часть ботинок сильно нагрелась. А свечение усилилось – мальчику даже показалось, что из подошв вырвалось пламя.

«Прыгай».

Он опять посмотрел на утес. Была не была. Ксавье присел, вдохнул поглубже и оттолкнулся от земли.

Ботинки будто бы подбросили его в воздух. «Такие бы пригодились на баскетбольной площадке» – пронеслось в голове у мальчика, когда он без труда взлетел к самой вершине утеса. И буря, и вся пустыня внизу тут же исчезли из виду. Он нацелился туда, куда указывал свет нагрудника.

Через мгновение Ксавье мягко приземлился, словно какой-то дружелюбный гигант аккуратно поставил его на нужное место. Он оказался на траве, на залитом солнцем лугу. Никакого песка. Небо голубело. Легкий ветерок ласкал лицо. Как будто Ксавье запрыгнул в совершенно новый мир. В мир покоя и отдыха – как на летних каникулах.

Ксавье глубоко вдохнул. Затем еще раз.

Он распрямил спину и стал озираться. Луг спускался к руслу речки, которая текла среди высокой травы и полевых цветов. Большие, будто бы ленивые ивы клонились к ней, опуская длинные ветви к самой воде. Ксавье вспомнил, как же ему хочется пить. Он вприпрыжку сбежал с холма, опустился на колени, зачерпнул пригоршню воды и плеснул в рот. Вода была чистой и холодной – просто изумительной. Мальчик выпил столько, сколько смог, а потом откинулся на спину в траве, развалившись в тени ив. Маленькая передышка – вот и все, что ему нужно. Из песчаной бури он выбрался. Осталось совсем немного, он уверен. Вокруг лениво порхали бабочки. Много, много бабочек. Ксавье улыбнулся. Он почувствовал, как тяжелеют веки. Становятся тяжелее всего на свете.

«Вздремну-ка я, – подумал он. – Совсем ненадолго…»

Глава двенадцатая

Поцелуи бабочек

– Мы упадем! – крикнула Брианна Эвану, стоя на крыше здания, которое начало оседать под ними.

Но ребята не упали, и крыша не обрушилась. По сути, это была даже не крыша – их взглядам открылся совсем другой пейзаж.

Луг.

Двое вымотанных ребят сели и стали глядеть по сторонам – на волны высокой травы и на цветы буйных оттенков, которые стелились до самой опушки густого леса. Никаких больше рушащихся домов и пропастей. Все было мирно, и единственным звуком оставался шепот легкого ветерка, который слегка пригибал цветы и остужал пылающие лица ребят.

– Где это мы? – тихонько спросила Брианна.

– Понятия… не… имею… – пробормотал Эван.

Брианна осторожно потрогала землю, пытаясь понять, насколько она твердая. Эван проделал то же самое, убеждаясь, что то, на чем они сидят, не собирается никуда проваливаться.

– На ощупь… нормально, – сказал мальчик.

Брианна коснулась кончиком пальца одного из цветов, потом пригнула его поближе к носу. Запах был просто изумительный.

– Обалдеть, – выдохнула девочка.

На цветок села бабочка, и Бин чуть не подпрыгнула от неожиданного движения, почти ожидая, что сейчас на нее кто-нибудь набросится. Увидев, что дело всего лишь в бабочке, девочка чуть не рассмеялась.

Эван продолжал осматриваться, тоже в ожидании чего-то жуткого. Он все пытался уложить происходящее в голове:

– Так… мы взобрались на крышу и оказались здесь. То есть крыша того дома была… вроде портала?

– Думаю, да.

Рядом с первой бабочкой села вторая. Они были куда больше обычных, с крыльями невероятных расцветок, сверкавшими на солнце. Расслабившись, Брианна улыбнулась. Она потянулась потрогать бабочку в полной уверенности, что та улетит. Но нет.

Эвану по-прежнему было любопытно, как они сумели взобраться по стене. Он поднял один ботинок, чтобы исследовать подошву. Выглядела она совершенно обычной. Никаких следов шипов, когтей или присосок – хоть чего-то, с помощью чего они могли прицепиться к стене.

– И как эти ботинки сумели такое? – пробормотал Эван по большей части сам себе.

– Это волшебные ботинки! – ответила Брианна, чье внимание все еще привлекали бабочки.

– Ага… Ру сказал, у нас есть все, что нам надо. Он полон сюрпризов, этот тип.

Брианна не ответила: она влюбленными глазами смотрела на бабочек.

– Эй, нам нужно двигать дальше, – сказал Эван, недовольный тем, что девочка его не слушает. – Я уже хочу есть.

Брианна наконец-то посмотрела на него, словно только сейчас поняла, что он еще здесь:

– Да. Я тоже, если подумать. И пить хочется.

– Я бы не отказался от виноградной содовой.

– Виноградная содовая! – Брианна закатила глаза. – Я бы не отказалась от большого стакана лимонада…

К ним направлялись, рассаживаясь на цветы вокруг ребят, все новые и новые бабочки, их блестящие крылья сверкали.

– Блестящие бабочки? Быть не может, – Эван был шокирован. – Наверное, это… как их там – аллюминации?

– Галлюцинации? – Брианна покачала головой: – Нет, они настоящие. И такие красивые! – Девочка наклонилась к бабочке, что сидела ближе других: – Привет, красотка-бабочка. Как тебя зовут?

– О господи, – буркнул Эван. – Теперь она разговаривает с бабочками.

Он с подозрением глянул на насекомых. Что-то в них совершенно точно было не так. Огромные, как птицы, они вроде как смотрели на ребят, а от этого становилось жутко неуютно. Хотя – ничего удивительного в конце концов: в этом мире ведь почти все не так, как на земле.

– Слушай, я не думаю, что нам нужно с ними возиться, – сказал Эван, вставая. – Надо идти дальше.

– Кто сказал? – Голос Брианны звучал раздраженно.

– Помнишь, что случилось в последний раз, когда мы решили передохнуть…

– Ой, да расслабься, Эван. Ты такой паникер! Доспехи еще даже не указали нам направление, куда идти.

– Сюда, – произнес чей-то голос, мягкий и тягучий, как мед.

Эван заозирался.

– Это ты сказала? – спросил он.

Брианна покачала головой. Она сомневалась, стоит ли говорить вслух то, что пришло ей в голову, потому что такое вряд ли было возможно.

– Думаю… Это бабочка… Кажется, это она сказала.

Брианна подобралась поближе и уставилась на насекомое.

– Иди за мной. – Бабочка хлопнула крыльями, оторвалась от цветка и перелетела на другой неподалеку, словно поджидая их. Остальные последовали ее примеру, и весь луг запестрел великолепными красками, точно живой ковер.

– Она говорила… Ты слышал? – Брианна сглотнула.

Она – даже со своим буйным воображением – никогда не представляла, что в жизни может происходить что-то настолько чудесное.

– Не-а, – ответил Эван.

Но он тоже слышал бабочку, и от этого ему сделалось еще тревожнее.

– Не слушай ее. Нужно подождать, пока доспехи…

Только Брианна пропустила его слова мимо ушей. Она гналась за бабочками, которые отлетали все дальше и дальше. Восхищенная девочка двигалась за ними к опушке леса.

– Вернись! – крикнул Эван.

Он побежал за Брианной, окликая ее, но она не обратила внимания.

Нагрудник Эвана замигал. Мальчик остановился и покружился на месте, пока луч не стал светить уверенно. И светил он в направлении, противоположном тому, куда направлялась Брианна.

– Эй! Подожди! Нам в другую сторону! – кричал ей мальчик, но Бин уже была слишком далеко. – Не туда!

Поздно. Брианна исчезла в лесу.

– Никогда она не слушает! – буркнул Эван сам себе.

Он посмотрел на нагрудник, затем на лес. Двинуться в путь самому или пойти за ней? Он не может бросить ее одну. Неизвестно, в какие неприятности она влипнет.

Эван вздохнул и побрел прочь от верного пути, направляясь в лес за Брианной.

В лесу царил такой мрак, что даже неба не было видно. Высокие деревья с черными, неприятного вида листьями напомнили Эвану тот лес, по которому они с Ксавье бежали перед тем, как попасть в Пещеру. Но тут не было слышно ни звука. Даже листья не шелестели. И никаких птичьих песен.

Странные бабочки садились на кусты и низкие ветви деревьев, выстраиваясь в шеренгу, точно маленькие солдаты. Здесь они уже не казались разноцветными – их крылья стали тусклыми, металлически-серыми. Бабочки словно пожирали Эвана взглядом красных светящихся глаз и медленно шевелили крыльями. Мальчик глубоко вдохнул и продолжал двигаться вперед в поисках Брианны.

Наконец он нашел ее. С ленивой ухмылкой девочка сидела на пне, уставясь на огромную бабочку (или что это вообще было), за которой гналась. Очевидно, Бин даже не заметила, что бабочка больше не сверкает. Насекомое вперило красный лазерный взгляд в глаза Брианны, словно подчиняя ее себе. Со стороны это выглядело так, будто девочка ведет приятный разговор, слышный только ей и ее собеседнице.

– Брианна! – позвал Эван.

Она повернулась к нему – и все бабочки сделали то же самое, остановив на Эване взгляд красных глаз-бусинок. Как будто слышали его и понимали, что он говорит. От их жутких взглядов Эван занервничал.

– Эй, Эван! Подойди, поздоровайся с моей новой подругой, – Брианна помахала ему, подзывая мальчика ближе.

– Брианна, доспехи говорят, нам нужно идти – в ту сторону, – Эван кивнул головой в направлении прочь от леса.

– Еще несколько минуточек! Элеонора как раз рассказывала мне чудесную историю…

– Элеонора?

– Так ее зовут! Кажется, это самое любимое мое имя из всех-всех-всех. Вот бы меня так звали…

– Брианна, эта бабочка – она ведь даже не бабочка! Ты должна сейчас же отойти от нее.

– Не глупи, Эван. Она очаровашка. Подойди познакомься…

Брианна смотрела на Эвана, так что не заметила, как ее милая маленькая бабочка – та, что завела ее сюда, – расправила крылья и поднялась в воздух. Эван уставился на крупное серое тело, поделенное на сегменты, словно броня, и на длинный хвост. Секундочку – у бабочек же нет хвостов? Но мощный хвост, извиваясь, потянулся к Брианне, и Эван понял: это совсем не то, что он подумал, – это жало. Он моргнул в шоке от увиденного. Но у бабочек и жал не должно быть!

Эван сорвался с места, крича на бегу:

– Осторожно!

Он помчался так быстро, как только позволяли ботинки.

– В чем дело? – Брианна повернулась, глянула на свою обожаемую бабочку и встревоженно распахнула глаза.

Девочка мигом сообразила, кто перед ней.

– Марибунта! – вскрикнула она.

Элеонора издала звук, напоминающий смешок, и выстрелила в девочку чем-то тонким и серебристым вроде дротика. Прежде чем Бин успела понять, что происходит, Эван заслонил ее собой. Зажмурившись, он приготовился к удару смертоносного жала.

– Эван! – крикнула Брианна.

Мальчик услышал клацанье и почувствовал толчок – дротик отбросил его назад, и он упал на спину. Распростершись на земле, Эван лежал неподвижно, гадая, жив ли еще. Он набрал в грудь воздуха. Потом еще разок. Кажется, жив. А ранен ли?

Эван открыл глаза и, поморщившись, посмотрел на свою грудь. Дротик из нее не торчал – он отскочил от нагрудника рикошетом и вонзился в ближайшее дерево. Эван чуть не рассмеялся, преисполненный чистой благодарности: доспехи в прямом смысле слова уберегли его сердце.

Брианна бросилась помогать.

– Скорей! Туда! – шепнула она, указывая на раскидистый куст.

Девочка быстро помогла Эвану подняться, и они нырнули в куст, прикрывая головы и стараясь вести себя по возможности тихо.

Злобная Элеонора явно рассердилась: она издала омерзительный скрежет, привлекая внимание других бабочкоподобных существ. Выглянув, Брианна увидела, как они собираются в стайку и прочесывают лес взглядом красных глазок-лазеров, шевеля в воздухе длинными усиками.

– Что они делают? – сдавленным шепотом спросил Эван.

– Ищут нас, – Брианна вглядывалась в листву. – Я где-то читала, что бабочки плохо видят в темноте. Но зато слышат… С помощью усиков.

Она приложила палец к губам, и оба затаились в тишине, а марибунты продолжали поиски.

Брианна как раз начала задаваться вопросом, сколько еще им удастся просидеть абсолютно неподвижно, когда ее нагрудник слабо запульсировал. Нагрудник Эвана сделал то же самое.

– Что они делают? – прошептал Эван.

– Не знаю.

Брианна не видела никакого света от нагрудников, но ощущала еле заметную вибрацию. И тут ей показалось, что она все поняла. Девочка шепнула:

– Они говорят нам, куда идти, – не сообщая им, куда мы пойдем.

Эван тоже наконец это понял.

Ребята начали двигаться внутри кустов, пока вибрация не прекратилась. Эван поднял палец и указал в нужном направлении. Бин согласно кивнула. Эван не видел в той стороне никакой тропы – один черный лес, но ему показалось, что он слышит откуда-то голос Руваха, – возможно, из крон деревьев? У вас есть все, что необходимо. Мальчик глубоко вздохнул. «Хорошо бы это сработало». Он поднял три пальца так, чтобы Брианна видела. Снова вздохнул. Загнул один палец, потом другой и наконец последний.

Оба выпрыгнули из укрытия и побежали. Заметив движение, марибунты рванули следом. Брианна схватила Эвана за руку, и ребята, пригнувшись, спотыкаясь о корни и цепляясь за ветки, помчались во весь дух. Смертоносные дротики засвистели со всех сторон – некоторые пролетали всего в паре сантиметров от их голов. Ребята не останавливались, пока Брианна не заметила яркий солнечный луч, пробивавшийся сквозь густые деревья.

– Туда! – крикнула она.

Они побежали на свет и, наконец с треском проломившись через густой подлесок, очутились в высокой светлой траве. Ребята упали в нее и затихли, тяжело дыша и ожидая, что злобные насекомые вот-вот набросятся на них. Но все вокруг было тихо.

Брианна первой приподняла голову над травой и увидела лишь красивых искрящихся бабочек, порхающих среди цветов на опушке.

– Куда подевались марибунты? – пропыхтел Эван, все еще задыхаясь.

– Непонятно. Похоже, превратились обратно… В бабочек… – Брианна едва смогла договорить.

Они посидели в прохладной траве еще немного, пытаясь восстановить дыхание. Эвану казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди – так сильно оно колотилось. По лицу мальчика тек пот, и он отер щеку.

– Едва пронесло, – заметил он.

Взглянув на Брианну, он с удивлением увидел ее большие глаза, полные слез.

– Прости меня, – она шмыгнула носом, вытирая глаза тыльной стороной ладони. – Мне так жаль. Я не хотела…

– Да-да, я знаю, – пробурчал Эван: ничто и никогда так не выбивало его из колеи, как вид плачущей девчонки.

– Спасибо, Эван… Что пошел за мной.

– Все в порядке.

Тогда Брианна сделала нечто кошмарное. Обняла его.

– Буэ! – Эван оттолкнул ее. – Никогда больше так не делай!

– Ой, прости, я просто пыталась сказать «спасибо», – смешалась Брианна.

– Благодари не меня, а Ру, – сказал Эван. – Он дал нам доспехи. И больше никаких бабочек, капиш?

– Капиш? Что это значит?

– Э-э… Да ничего. – Эван встал, отряхивая штаны. – Как ты назвала этих тварей? Мариачис?

– Марибунтас, – поправила Брианна.

Она вспомнила историю про Люпинас Ала Марибунта, которую рассказывала Лэндону. Большие черные жуки с жалами размером с шариковую ручку.

– Я не думала, что они на самом деле существуют.

Нагрудники ребят снова замигали. Эван закрутился на месте, пока луч не начал светить ровно.

– Пойдем, – позвал мальчик. – Нельзя останавливаться.

– Тут нет тропы!

– Неважно. Туда указывают доспехи. Значит, туда и идем.

Они прокладывали себе путь сквозь высокую траву, выискивая тропинку. Луг казался бесконечным. Но, когда почва пошла под уклон, идти стало легче. Эван различил внизу широкую реку – прохладная, манящая вода мягко перекатывалась через камни. А потом он увидел еще кое-что, от чего его сердце едва не разорвалось.

– Смотри! – прокричал Эван. – Это мой брат!

Глава тринадцатая

Вода поднимается

Ксавье проснулся от звука знакомого голоса. Он сел, моргая и пытаясь стряхнуть сон. Неизвестно, надолго ли он выключился.

– Ксави!

Он поднял глаза и увидел, как с холма несется брат. Позади бежала Брианна. На вид они были в полном порядке. Ксавье встал, до ужаса радуясь тому, что видит их. И понял, что стоит в воде: она просачивалась в вентиляционные отверстия на ботинках. Должно быть, уровень в ручье поднялся, пока он спал. Мальчик сделал несколько шагов к берегу:

– Эван! Брианна! Как вы меня нашли?

Оба заговорили одновременно, рассказывая невероятную историю: что-то о хождении по стенам и нападении огромных мерзких насекомых. Когда Брианна рассказала, как Эван пришел к ней на помощь, Ксавье с восхищением повернулся к младшему брату:

– Так держать.

– Ничего особенного, – ответил Эван, опуская голову, чтобы спрятать широкую улыбку.

– Ты видел Леви? Он здесь? – спросила Брианна.

– Я его не встретил, – ответил Ксавье.

– Может, он уже добрался до замка, – с надеждой проговорила девочка.

– А это настоящая вода? – спросил Эван, указывая на ручей. – Жутко хочу пить.

– Да, будь как дома, – сказал Ксавье. – Но осторожно: она быстро поднимается.

Эван с Брианной опустились на колени на берегу. Брианна аккуратно опустила в воду одну ладошку, а Эван с хохотом принялся плескать себе в лицо обеими руками.

– Эван, ты меня обрызгал, – недовольно сказала Брианна.

– Ничего не могу с собой поделать! Это почти так же вкусно, как виноградная содовая, – ответил Эван, наслаждаясь каждой каплей.

– Ничего похожего на виноградную содовую, – Брианна закатила глаза.

Когда они напились, Ксавье рассказал, что произошло с ним и как он оказался у ручья. История была удивительная, совершенно отличная от того, что случилось с Эваном и Брианной, и одновременно чем-то похожая.

– Твои ботинки стали реактивными? – благоговейно проговорил Эван. – Я тоже такие хочу!

– Эван, наши ботинки ходили по стене, – напомнила Брианна. – Для тебя это не круто?

– С реактивными получилось бы быстрее, – заметил мальчик. – Мы бы не шли, а просто долетели до крыши.

Брианна вскинула руки к небу.

– Так что случилось дальше? – Она повернулась к Ксавье, явно увлеченная его рассказом больше, чем Эван.

– Дальше я уснул, – признался Ксавье. – Не знаю, сколько проспал. – Он взглянул на ручей: вода уже подбиралась к его ботинкам. – Нам нужно подняться назад, на холм.

Нагрудник Ксавье быстро замигал, что всегда означало «пора выдвигаться».

– Я еще не закончил! – Эван продолжал плескаться. – Да и что за спешка? Мы только что удрали от роя гигантских мангобагов, или как ты их там называешь. Нам нужна передышка.

– Я и правда очень устала, – Брианна широко зевнула. – Боже, я и не понимала насколько. – Она с глубоким вздохом улеглась на поросший травой берег.

– Я тоже, – согласился Эван. – Спасение твоей жизни страшно меня вымотало.

– Тут очень-очень мило, – сонно проговорила Брианна.

– Ребята, здесь оставаться нельзя, – настаивал Ксавье. – Нужно подняться повыше!

– Знаю-знаю, – пробормотала Брианна. – Но не думаю, что это возможно прямо сейчас. Я слишком устала. Через минутку, ладно?

– Нет, не ладно! – заявил Ксавье.

– Ага… Нам надо идти… – выговорил Эван.

Он попытался встать, но что-то тяжелое прижало ему веки и словно толкнуло назад на мягкую прохладную траву. Мальчик попробовал стряхнуть это, но оно осталось, как большое мягкое плюшевое покрывало у него на постели дома, – это ощущение укутывало его, закрывало ему глаза.

– Нам… надо… идти… – Эван упал на траву и заснул.

– Народ, подъем! – крикнул Ксавье и потянул Эвана за руку, но без толку. – Просыпайтесь!

Это ничего не дало. А вода прибывала и уже лизала их ноги.

Ксавье подумал, не вода ли так их усыпила, – ведь он тоже выключился после того, как попил. Он впервые заподозрил, что этот прохладный освежающий поток может быть отнюдь не такой безопасной гаванью, какой казался. А потом Ксавье услышал шум – что-то вроде зарождающегося грома. Но он не закончился раскатом, как это обычно бывает.

Шум все нарастал, становился громче и громче. Ксавье посмотрел вверх по течению и увидел, что не только уровень воды повысился, – она еще и течет быстрее, барашками накатывая на камни. То, что это происходит так стремительно, было странно, но опять-таки, похоже, только так все и происходило в Агоратосе. И на этот раз Ксавье знал, что не спит.

Рокот превратился в рев. Ксавье увидел, как выше по течению поднимается стена воды и надвигается на них, будто где-то прорвало плотину. Вода гремела, устремляясь по руслу ручья, глотая пороги, затапливая растения и деревья по обе стороны.

Глядя на это, Ксавье почувствовал, как где-то в животе разверзлась пропасть. Он осмотрел насыпь – вряд ли она была достаточно высока, чтобы вода не добралась до верха, даже сумей он затащить туда двоих ребят. И даже на то, чтобы попытаться, времени не оставалось.

Мальчик снова попробовал растрясти Брианну и Эвана, но они даже не разомкнули веки, словно пребывали в каком-то трансе. Если Ксавье быстро не придумает что-нибудь, всех троих смоет.

Интересно, знал ли Рувах о том, что случится. «У вас есть враг, – говорил он. – Враг сделает все, что в его власти, дабы отвлечь вас, сбить с толку, замедлить, одолеть». Если все это – работа того врага, тогда Ксавье придется придумать, как победить его. И сделать это нужно как можно быстрее.

Если бы Ксавье как-то удалось удержать всех вместе, возможно, они бы сумели выплыть на волне. Но как? Ксавье отчаянно оглядывался в поисках длинной лозы или веревки. Веревки? Ничего подобного тут нет. Все, чем он располагает, это ремень.

«Ремень скрепляет все воедино», – всплыли в памяти слова Руваха.

Ксавье схватился за ремень обеими руками и разомкнул его. Притом что мальчик даже не мог различить места соединения, ремень с легкостью расстегнулся. Его длины не хватало, но, может, если его растянуть, удастся связать всех троих? Дело было почти безнадежным, но больше ничего придумать не удавалось. Ксавье быстро протащил ремень под спящими, сделал петлю, улегся посередине и затянул два свободных конца. Ремень распрямился, вытянулся, и, к облегчению Ксавье, его удалось застегнуть. Ребята оказались в одной связке, надежно сцепленные друг с другом. Ксавье обхватил Звана и Брианну и зажмурился, готовясь к удару.

Стена воды ударила в них с мощным ревом. Ксавье почувствовал, будто им выстрелили из пушки, точно клоуном в цирке. Поток был столь мощным, что выбил из легких весь воздух. Ксавье крепко держался за товарищей, пока прибывающая вода утаскивала их за собой. Он испугался, что их затянет на дно, но, вместо этого, почувствовал, как поднимается, всплывая на поверхность. Открыв глаза, Ксавье не смог различить ничего, кроме накатывающих на него безжалостных волн. Он кашлял и давился, пытаясь глотнуть воздуха. А потом понял, что их что-то окружает, сдавливает, защищая от напора воды. Ксавье увидел, что ремень вокруг их тел надулся, будто камера в шине. Ребята словно катились по самой безумной водной горке в их жизни.

Поток швырял их и плескал в лицо, закручивая в водоворотах и швыряя на камни. В какой-то момент ребята ударились о крупный утес и отскочили в воздух. Ксавье почувствовал, как желудок поднимается к глотке, но спасательный круг не дал удариться о камни. Они отрикошетили в стремнине и несколько раз сделали «колесо», от чего мальчика затошнило. И стоило вновь коснуться поверхности, как вода снова подхватила их и понесла еще быстрее. Брызги летели Ксавье в глаза, хлестали по лицу и рукам, но он по-прежнему крепко держал двух спящих, отчаянно стараясь поднять их головы над водой. Уверенность у него была лишь в одном: спасательный круг крепко держит их вместе.

«Какая жалость, что Эван все пропускает», – пронеслось в голове у Ксавье. Однажды в туристической поездке они сплавлялись на плоту, но это не шло ни в какое сравнение с происходящим. Было бы даже весело, если бы не было так страшно. Хотел бы он знать, закончится ли когда-нибудь эта поездка.

Но, вместо замедления, Ксавье ощутил, что течение набирает скорость. Ему удалось повернуть голову, чтобы разглядеть, куда их несет.

Водопад.

– Держись! – шепнул он и сам себе, и остальным, хотя они по-прежнему спали.

Мальчик закрыл глаза и крепко ухватился за Брианну и Эвана.

Они сорвались с края водопада, и с полсекунды Ксавье ощущал, что висит в воздухе, как мультяшный персонаж, который забежал за край пропасти, но не сразу это понял. Затем их подхватила падающая вода и потащила в неизвестные глубины. Желудок Ксавье намертво застрял в глотке.

«Просто водная горка в парке развлечений», – твердил он сам себе.

Только вот не было никакой уверенности, что они сойдут с этой горки живыми.

– А-а-ахх!

Словно по сигналу, Эван с Брианной одновременно проснулись именно в тот момент, когда их самодельный плот летел вниз по водопаду.

– Наберите воздуха и держитесь! – все, что успел сказать Ксавье, а потом вода выбила из него все слова.

Все закончилось в считаные секунды – хотя казалось, что прошел миллион лет.

Они врезались в поверхность, словно метеор, – на несколько ужасных мгновений ухнули под воду, а затем снова выскочили поплавком. Немного покачались на волнах, которые постепенно успокаивались и наконец стихли совсем.

– Что происходит? – Брианна кашляла водой во все стороны.

– Да, что это было? – проскрипел Эван. – Мне казалось, мы… Я думал…

– Водопад, – едва выговорил Ксавье, переводя дух и пытаясь унять сердцебиение. – Мы только что свалились… С водопада.

– Водопад! – воскликнул Эван. – Ты почему меня не разбудил?

– Я пытался. Вы в порядке?

– Вроде бы, – сказала Брианна. – А откуда взялся этот плот?

– Боюсь, вы не поверите.

Они укажут тебе верную дорогу. Инструкция не говорила, что дорога будет спокойной или легкой. Лишь верной.

– Теперь все в порядке, – Ксавье заметил впереди пляж и стал отталкиваться в воде ногами, направляясь к нему.

Едва ботинки мальчика коснулись земли, плот сдулся. Ксавье расстегнул ремень, все трое освободились и тут же закачались на неверных ногах.

Насквозь мокрых ребят подташнивало после безумной гонки. Ксавье потряс головой, чтобы избавиться от воды в ушах. Брианна с Эваном проковыляли немного по пляжу и упали на песок.

Ксавье снова застегнул ремень, по-прежнему удивленный его чудесными свойствами. Ремень снова идеально сидел на нем. Мальчик сел на песок и опустил голову между колен, чтобы унять головокружение.

– Я думала, что сплю, – удивленно проговорила Брианна.

– Ты и спала какое-то время, – ответил Ксавье. – Большую часть плавания по реке я ни одного из вас не мог добудиться.

– Плавания? По реке? – Брианна вытаращила глаза.

– Почему мы были такие сонные? – спросил Эван.

– Вода, которую вы пили, – сказал Ксавье. – Думаю, это из-за нее. Может, это была одна из тех атак врага, насчет которых нас предупреждал Рувах.

– Он даже не атакует, как нормальный враг, – заметила Брианна.

– А не это ли пытался сказать нам Рувах? – предположил Эван. – Хотя с его стороны было бы неплохо дать небольшое предупреждение.

– Может, в этом что-то есть… Мы всегда должны быть настороже, – задумчиво проговорил Ксавье.

– Ладно, и где мы сейчас? – Эван пришел в себя и начал оглядываться по сторонам.

– Думаю… Мы вон там, – Ксавье ткнул пальцем за спины ребят.

Эван с Брианной одновременно обернулись и раскрыли рты.

Вдалеке высоко, покоясь в кольце облаков, стоял величественный замок. Он купался в неземном свете и сверкал так, словно был не вполне реальным. Казалось, что замок тянется бесконечно, – множество башен и башенок гладкими заснеженными пиками врезались в небо, точно ледяные. Сам воздух вокруг замка был наполнен мерцающими огоньками, как в Пещере.

– Такой… красивый, – выдохнула Брианна.

– Ага, только как нам туда попасть? – спросил Эван.

Ничего похожего на тропу рядом не было.

Знакомый голос Руваха прервал их задумчивость:

– Хорошая работа, воины.

Все трое повернулись – и вот тебе на: Рувах стоял перед ними, словно вынырнул из-под воды. Теперь он казался более рослым, чем в Пещере, и под темным капюшоном можно было что-то различить. Ксавье даже показалось, что он видит кончик носа.

– Рувах! – воскликнул он. – Откуда ты…

– Как мы рады тебя видеть! – перебила Брианна. – А Леви там, в замке? Он добрался?

Рувах медленно покачал головой:

– Боюсь, нет. Леви… В ловушке.

– В ловушке?

– Он выбрал неверный путь. А неверный путь всегда ведет к катастрофе, – произнося эти слова, Рувах подался к Брианне и Эвану, точно имел в виду не одного лишь Леви.

– Ну так ты можешь пойти и вызволить его? – требовательно спросила Брианна, притопывая ногой. – У тебя разве нет магических сил или чего-то вроде?

– Боюсь, все устроено не так, – с искренним сожалением в голосе сказал Рувах. – Но в настоящий момент ему ничто не угрожает. В этом я убедился. Ступайте в замок, съешьте что-нибудь, и мы поговорим о том, что должно быть сделано. Кое-кто уже ожидает вас.

Одной из своих длиннющих рук Рувах махнул в направлении замка. Ребята повернули головы и с изумлением увидели чудесную лестницу, которая вела к замку прямо с пляжа. Ступеньки мерцали, словно сделанные из света.

– Откуда она взялась? – пробормотал Эван. – Еще минуту назад здесь ничего не было.

– Следуйте за мной. – И Рувах заскользил вверх по сияющим ступеням.

Брианна колебалась.

– Это безопасно? – с подозрением спросила она.

Рувах остановился и медленно повернул голову в капюшоне в направлении девочки. Затем его плечи приподнялись и упали – похоже, это был своего рода смех.

– Безопасно? – повторил он с внезапной беспечностью в голосе. – Это может быть безопасным или не быть таковым, но почти определенно будет того стоить.

Глава четырнадцатая

Воздушный замок

Ксавье осторожно ступил на лестницу из света, Эван с Брианной двинулись за ним. Лестница была совсем прозрачной, но держала их. Никто не стал говорить об этом: теперь у ребят уже ничто не вызывало особого изумления.

Они шагали по ступеням, и радость от того, что цель так близка, омрачало лишь отсутствие Леви. Добравшись до слоя облаков, ребята очутились на величественном балконе из гладкого белого камня, вроде мрамора, с видом на озеро. Перед ними красовались огромные ворота замка. Они сверкали, словно инкрустированные тысячами бриллиантов, так что при ярком солнце на них было почти больно смотреть. Пятнышки света сновали вокруг, мерцая, точно драгоценности. Сам воздух казался пронизанным звездным светом. Ребята огляделись, не понимая, что теперь делать.

Первым пошевелился Эван: он подбежал к краю балкона, чтобы посмотреть на лежащее внизу королевство. Остальные двое последовали за ним. С этой смотровой площадки было видно, что Агоратос куда больше, чем им представлялось вначале, – их взорам открывался бескрайний ландшафт с горами, лесами и реками. Но горы были вовсе не похожи на те, что ребята видели дома: они были высокими и закрученными в спирали, точно сделанными из каменных проводов, в кружевной бахроме древесных крон и ярких цветов. Со склонов срывались водопады, которые затем вливались в широкую голубую реку, вьющуюся по долине под поцелуями золотистых солнечных лучей. В сияющем золотом небе висели внушительных размеров глыбы, напоминающие скалы. Легкий бриз доносился с воды и овевал горы, придавая пейзажу мечтательную величественность.

– Ого! – Эван не смог придумать, что тут еще сказать.

– Что это? – спросила Брианна, указывая на глубокую расселину, отделявшую романтический пейзаж от более темных, недобрых земель с острыми зубастыми горами и черными деревьями без листьев.

Небо там было окрашено в миллион оттенков пугающих цветов – красного, черного и пурпурного, – и в нем парило гораздо больше странных огромных глыб и тяжелых мрачных туч, которые напоминали дым, просочившийся из острых горных пиков.

Через расселину был перекинут мост. Со стороны замка он был похож на древний пешеходный мост с увитыми плющом перилами и каменными ступенями. На середине мост превращался в конструкцию из угловатых черных балок, похожих на стальные рельсы, которые исчезали в низко стелящемся тумане.

– Это Скотос, – сказал Рувах. – Вотчина врага Агоратоса.

Брианна слегка поежилась:

– Это оттуда те мерзкие бабочки? Марибунты?

– А, да, – с низким смешком ответил Рувах. – Здесь их называют энтами. Вы обнаружите, что в Агоратосе вещи, которые выглядят невинными и знакомыми, могут оказаться очень опасными – даже смертельными. Полагаю, то же самое случается и в вашем мире. Как небольшая ложь, например, – капюшон Руваха повернулся в сторону Брианны, и девочка поняла, что проводник говорит о ней.

Она тут же вспомнила ту небольшую ложь насчет марибунт, которую скормила Лэндону.

Брианна потупилась.

– Я ничего такого не хотела, – пробормотала она.

– В том и опасность, – голос Руваха был суров, но добр.

Проводник махнул рукой:

– Теперь зайдите внутрь.

Ребята прошли за Рувахом через сверкающие ворота и оказались в замке. Они пораженно уставились на огромный зал, в центре которого стоял длинный стол, уставленный блюдами. Там были фрукты, сыры, хлеб, кексы, даже большие чаши мороженого.

Забыв все тревоги и отбросив уныние, все трое уселись и начали поглощать все, до чего могли дотянуться.

Брианна взяла маффин. С шоколадной крошкой – ее любимый. Казалось, на столе собрана вся ее любимая еда.

– Хотелось бы мне, чтобы Леви был здесь, – сказала девочка.

– Мне тоже.

Голос был низкий, но говорил не Рувах. Хотя этот голос определенно был знаком ребятам. Они обернулись и застыли в шоке. Перед ними стоял человек, которого они никак не ожидали здесь встретить.

– Мистер Джей Ар? – ахнула Брианна, поднимаясь со стула. – Мистер Джей Ар!

Она подбежала к тренеру и упала в его объятия. Девочка, похоже, даже не заметила, что он тоже в доспехах.

А вот братья это заметили. Они стояли без движения, взволнованные, но совершенно сбитые с толку при виде мистера Джей Ара без его фирменной кепки и футболки.

– Джеймс – тоже принц-воин, – пояснил Рувах, заметив недоверие на их лицах. – Как и вы.

Повисшая после этого непродолжительная тишина, казалось, состояла из незаданных вопросов.

– Как вы сюда попали? – наконец спросил Эван, все еще с набитым до отказа ртом.

– Я увидел рисунок Леви и понял, что, по всей видимости, он окажется здесь, – сказал мистер Джей Ар, не снимая руки с плеч Брианны. – Я пришел… Потому что подумал, что у него могут возникнуть проблемы.

Улыбка исчезла с лица Брианны.

– Он в ловушке, – шмыгнула она носом.

– Я знаю. – Мистер Джей Ар отпустил ее, подошел к столу и тяжело опустился на стул. – Это же произошло со мной, когда я впервые здесь оказался.

– Правда? – спросил Эван.

– Я шел собственной дорогой, делал все по-своему. Влип в крупные неприятности. Меня заманили на мост Скотоса, а потом захватили поддельщики.

– Поддельщики? – переспросил Ксавье.

– Да, прислужники врага.

– И что вас спасло?

– Вот это, – мистер Джей Ар постучал по своим доспехам, которые выглядели более сложными, чем у ребят.

Доспехи тренера состояли из нескольких секций и прикрывали не только весь торс, но и плечи. Мистер Джей Ар заметил интерес братьев.

– Доспехи развиваются вместе с вами, и это происходит тем быстрее, чем активнее вы их используете, – объяснил он. – А если вы ими не пользуетесь, они слабеют и портятся.

– Похоже, вы пользовались своими на всю катушку, – с восхищением в голосе заметил Эван.

– И кстати, до сих пор пользуюсь, – сказал мистер Джей Ар. – Времена бывали тяжелые. Но теперь я свободен благодаря мудрости Руваха и Книги.

– А почему же вы ничего не рассказали Леви? – спросила Брианна. – Почему не предупредили его?

– Я предупреждал, – мистер Джей Ар задумчиво опустил взгляд на свои ладони. – Точнее, пытался, и неоднократно. Но он, видно, толком не хотел меня понимать. Некоторые вещи важно открывать для себя самостоятельно. Верно, Рувах?

– Именно так, Джеймс, – согласился маленький провожатый.

Мистер Джей Ар тяжело и печально вздохнул. А потом он вскинул глаза и заговорил еще энергичнее:

– Надеюсь, вы наелись досыта, потому что нас с вами ждет работа.

Все повернулись к Руваху, который достал что-то из рукава и поставил на стол перед ними.

– Снежный шарик? – нахмурилась Брианна.

Предмет и правда был похож на сувенирный стеклянный шар, только снега внутри не было. Все собрались вокруг него, чтобы как следует рассмотреть.

Внутри шарика виднелось голографическое изображение их друга Леви, который по пояс застрял в чем-то вроде серого цемента. Он звал на помощь. Рука его была зажата в хватке какого-то механического существа. Она полностью посерела, став одного цвета с созданием, которое ее удерживало. На поверхности снежного шарика появлялись и гасли буквы: «Л-Е-В-И».

Затем буквы задрожали, словно шарик кто-то тряс. Ребята затаили дыхание, напряженно смотря, как буквы перегруппировались в новое слово: «3-Л-О»[9].

Брианна прикрыла рот ладонью, удерживая возглас. Слова ЛЕВИ и ЗЛО сменяли друг друга, читаясь то так, то этак.

– Что это значит? – спросила Брианна. – Леви становится злым?

– Нет, но он – в цепкой хватке зла, – ответил Рувах.

Брианна распрямилась, в ее глазах загорелось пламя. Она повернулась к Руваху и мистеру Джей Ару:

– Мы должны идти и вытащить его. Сейчас же!

– Мы так и сделаем, – сказал тренер: он выглядел очень обеспокоенным, но решительный тон Брианны все же вызвал у него слабую улыбку.

– Как нам туда попасть? – спросил Ксавье. – В это место, где он застрял?

– У меня есть друг, который сможет вас туда доставить, – сказал Рувах.

Он повел ребят и мистера Джей Ара в просторный внутренний двор, а затем обратно по лестнице к пляжу. Там Рувах встал у воды и воздел свои длинные руки высоко в воздух.

– Таннин! – прокричал он, и его голос отразился от глянцевой поверхности воды. – Таннин! Приди!

Вода всколыхнулась, будто взволнованная призывом Руваха. Из глубин раздался низкий рокот. Эван шагнул поближе к мистеру Джей Ару. Брианна придвинулась к Ксавье.

– Что происходит? – шепнула она.

Вода бешено забурлила, и на поверхность вырвалось нечто огромное, серебристое и крылатое.

Эван был уверен, что это лох-несское чудовище, хотя ни за что не сказал бы этого вслух при Ксавье. Так что мальчик стоял тихо, силясь не заорать от испуга.

Существо было невероятно огромным. В расправленном виде его крылья, наверное, дотянулись бы от одного берега озера до другого. Потоки воды каскадами стекали по радужным чешуйкам, а длинная шея угрожающе подрагивала. Голова была на удивление маленькая, с крупными желтыми глазами. Существо раскрыло пасть, низвергнув из нее поток воды и обнажив длинные острые зубы. А потом оно, похоже, жутковато улыбнулось.

– Не бойтесь, – мягко сказал Рувах. – Таннин не причинит вам вреда.

Гигантское существо устроилось на поверхности воды, спокойно моргая.

– Горп, – проговорило оно.

Ребята посмотрели друг на друга. Брианна ухмыльнулась. В этом создании, невзирая на его устрашающее явление, было что-то комичное.

– Когда-то Таннин был рабом, – продолжал Рувах. – Его принуждали служить правителю Скотоса и использовать огненное дыхание.

– Так… он… не опасен? – нервно спросил Эван.

– Таннин и мухи не обидит, – заверил мистер Джей Ар. – Хотя может поджарить любого энта, который рискнет показаться ему на глаза.

Существо вперевалку выбралось на берег, сложило крылья и покорно опустило голову перед Рувахом, точно большая собака.

– Горп, – повторило оно.

Брианна хихикнула. Ксавье и Эван смогли кое-как улыбнуться.

– Таннин отвезет вас к Леви, – сказал Рувах.

– Ты хочешь, чтобы мы ехали на драконе? – уточнила Брианна.

– Он кажется дружелюбным, – осторожно заметил Ксавье.

– Он не вполне дракон, – поправил Рувах. – Скорее морское чудище. С крыльями.

– А, ну конечно, это все объясняет, – проговорил Эван.

– Таннин множество раз меня выручал, – сказал мистер Джей Ар. – Именно он вытащил меня из Скотоса.

Он подошел погладить гигантскую шею существа. Таннин вытянул ее и легонько ткнулся в мистера Джей Ара головой:

– Горп.

– И тебе привет, – сказал тренер, улыбаясь, несмотря на тревогу. – Давненько не виделись.

Он бросил взгляд на ребят, которые все еще держались поодаль, пока Таннин качал головой туда-сюда, вывалив язык, а из его крупных ноздрей поднимались колечки дыма.

– Эй, не стоит судить книгу по обложке, верно? Так что – кто хочет сесть первым?

– Я, – Ксавье шагнул вперед.

Таннин пригнул голову к земле, чтобы мальчик смог взобраться на спину по шипастой шее. Эван возбужденно последовал за ним. Мистер Джей Ар помог взобраться Брианне. Между шипами на спине Таннина оставалось достаточно места, чтобы каждый мог усесться и держаться за гребень. Кожа чудища была скользкой и чешуйчатой. Ребята вертелись, пытаясь устроиться поудобнее.

– Плевое дело, – сказал Ксавье, оглядываясь на Эвана.

– Ага, точно, – младший брат выдавил улыбку.

– Вот бы мои сестры это увидели, – вздохнула Брианна.

Мистер Джей Ар вскарабкался Таннину на спину и уселся перед девочкой.

– В добрый путь, воины, – Рувах поднял руку. – Джеймс, будь осторожен.

С мрачной улыбкой тренер кивнул.

– А кто будет за рулем? – спросил Эван, слишком увлеченный драконом, чтобы обратить внимание на их обмен взглядами.

– И как им управлять? – подхватила Брианна.

– Таннин знает, куда лететь, – сказал мистер Джей Ар. – Пути врага не отличаются оригинальностью. Он заманивает людей в западню одним и тем же способом с начала времен. Просто держитесь крепче. Будет трясти. Поездка на Таннине – не самое простое дело в Агоратосе.

Насчет последнего он был прав. Таннин рывком взлетел в небо, точно вспышка света. Ребята отчаянно вцепились в шипы гребня.

– Приведите спинки кресел в вертикальное положение! – крикнул мистер Джей Ар.

– Тут… нужны… ремни безопасности! – взвизгнула Брианна.

Таннин совершил в воздухе немыслимую фигуру и ухнул вниз, словно силился встать на крыло более уверенно.

– Да он вообще умеет летать? – с ужасом взвыла Брианна.

– Спокойно. Дай ему время, – отозвался мистер Джей Ар. – Таннину нужно освоиться с крыльями. Бо́льшую часть времени он проводит под водой.

Ребята по меньшей мере дважды были уверены, что разобьются, пока Таннину не удалось выровнять свой полет.

– Обалденно! – крикнула Брианна, когда они воспарили – на самом деле воспарили! – над горными грядами, холмами, долинами, лесами и реками. Но темные земли Скотоса всегда оставались видны на горизонте, не исчезая из поля зрения. Таннин свернул в ту сторону, уклоняясь от огромных глыб, которые парили в золотистом небе.

– Что это за штуковины? – спросила Брианна.

– Небобрюхи, – прокричал в ответ мистер Джей Ар. – И мы совершенно точно не хотим их побеспокоить.

Гигантские крылья Таннина захлопали быстрее, поднимая его все выше; дракон нырял и резко поворачивал, огибая небобрюхов и горные вершины. Ребята возбужденно вскрикивали – их словно катали на «американских горках», от которых захватывало дух. Но возгласы слились в единый вопль ужаса, когда Таннин вдруг сложил крылья и камнем понесся вниз, прямо на землю.

– Держитесь! – проорал мистер Джей Ар. – В приземлениях он не силен!

Таннин ткнулся во что-то твердое и трижды отскочил, прежде чем остановиться, пригнуть шею и раскрыть пасть:

– Горп.

Ребятам понадобилась минутка, чтобы перевести дух. Мистер Джей Ар соскочил с драконьей шеи на землю.

Но это была не земля. Когда Ксавье поглядел вниз с массивного тела чудища, он увидел, что тренер как будто стоит посреди неба.

– Где мы? – спросил мальчик.

Мистер Джей Ар нагнулся и приложил ладони к невидимой поверхности, на которую они приземлились.

– Это купол, – сказал он. – Как снежный шарик, который показывал нам Рувах.

Тренер тревожно вгляделся в происходящее внизу. На первый взгляд там ничего не было, кроме пульсирующей серой массы, похожей на тяжелую тучу. Тренер постучал по барьеру, и туча распалась на составляющие – энтов. Целые сотни насекомых заполняли купол. Мистер Джей Ар снова застучал, и они разлетелись, открывая ему обзор.

– Леви!

Глава пятнадцатая

Внутрь купола

– Сынок! Держись! Я иду!

С поверхности купола мистер Джей Ар видел сына, который по пояс увяз в земле, будто в бетоне. Рука Леви была зажата в клешне большой металлической фигуры, и металл уже дошел до середины руки мальчика. Леви пытался вырваться, но казалось, что он ослабел, точно потерял не только последние силы, но и волю к сопротивлению.

Мистер Джей Ар снова постучал по куполу и позвал Леви, но тот его не слышал.

Остальные соскользнули со спины Таннина и встали на четвереньки рядом с тренером.

– Леви! – закричала Брианна, в ужасе от того, что у ее друга настолько серьезные неприятности.

– Я должен сейчас же спуститься! – Встав, мистер Джей Ар подошел к Таннину и что-то горячо зашептал в маленькое ухо дракона.

– Поверхность твердая. Как вы собираетесь… – начал было Эван.

Но он не успел договорить: огромное морское чудище раскрыло пасть и выдохнуло струю голубого огня, которая ударила в купол со звуком гигантской паяльной лампы. Невидимая стеклоподобная поверхность начала плавиться, и в ней образовалась неровная дыра с почерневшими краями. Ребята вскинули руки, защищая лица от жара. Мистер Джей Ар снова сказал что-то Таннину, и тот захлопнул пасть, выпустив дым из ноздрей.

– Леви! – крикнул в дыру мистер Джей Ар, и эхо несколько раз повторило его голос. – Сынок, ты меня слышишь? Я иду за тобой! Только держись!

Леви поднял голову, и на его лице мистер Джей Ар увидел страх и отчаяние. Мальчик пробовал заговорить, но голос был слишком слаб – даже эхо его не подхватило.

– Если Таннин расширит дыру, он, наверное, пролезет и сможет спустить нас, – предложил Ксавье.

– Нельзя, – возразил мистер Джей Ар. – Купол может разрушиться и ранить его. Все дайте мне свои ремни!

Тон у тренера сделался резким и повелительным, совсем не похожим на его обычный глубокий голос с нотками юмора. Ребята поспешили снять ремни и передать мистеру Джей Ару.

– Что вы собираетесь делать? – спросила Брианна.

Но мистер Джей Ар не ответил. Он прижал друг к другу концы ремней, которые вдруг слились в одну длинную веревку. Потом он дал один ее конец в зубы Таннину, и тот крепко закусил его, словно знал заранее, чего хочет тренер. Мистер Джей Ар быстро обмотал другой конец веревки вокруг талии.

– Что вы… – начал было Ксавье, но тут тренер вытащил меч.

Длинное сверкающее лезвие блеснуло на солнце.

– Ого! – ахнул Эван при виде меча, немедленно и страстно пожелав себе такой же.

Без лишних слов мистер Джей Ар прыгнул в дыру, по-прежнему сжимая меч в руке. Ремень растянулся, как шнур для экстремальных прыжков с моста. Ребята, не дыша, смотрели, как тренер тяжело ударился о землю и отскочил от нее – раз, другой, – пока не встал уверенно.

Энты хотели спикировать на него, выставив жала, но не смогли подобраться. Казалось, от меча исходит таинственная сила, которая держит их на расстоянии.

– Как силовое поле! – воскликнул Эван, теперь еще больше восхищенный прекрасным мечом.

Мистер Джей Ар развязал ремень и, держа меч обеими руками, кинулся к тому, кто удерживал его сына. Лицо усеяли капельки пота, из горла вырвался воинственный клич. Отец Леви обрушил меч на голову поддельщика и единым махом снес ее с плеч.

Голова покатилась по земле, красные глаза замигали. От перекрученных проводов, торчащих из шеи поддельщика, будто изогнутые древесные корни, разлетелись Искры. Глядевшие на это сверху ребята пораженно замерли.

Металлическая рука безголового поддельщика по-прежнему удерживала Леви, отказываясь разжиматься. Мальчик крутился, пытаясь вырваться, и тихонько постанывал. Мистер Джей Ар рубанул по металлической руке и стал бить по ней снова и снова, так что Искры летели во все стороны. Но рука все не отпускала жертву. Другая рука поддельщика с раскрытой ладонью качнулась в сторону тренера, словно железное существо собиралось пленить и его, как Леви. Мистер Джей Ар увернулся, коснувшись земли кончиком меча. В тот же миг энты выстрелили в него потоком дротиков. Тренер вскинул меч, чтобы отразить удар. Леви чуть не плача взывал к отцу:

– Бесполезно, бесполезно…

Ксавье повернулся к остальным:

– Не получается. В одиночку он не справится.

– Мы должны помочь, – сказала Брианна. – Идем!

Прежде чем Ксавье успел хотя бы спросить, как она собирается помогать, Брианна обеими руками ухватилась за ремень, сделала из него петли и просунула в них ноги.

– Подожди! – сказал Ксавье.

Но Бин не стала ждать. Она уже начала спускаться в дыру, перебирая руками и профессионально работая ногами, словно уже сто раз такое делала. Оказавшись над землей, она спрыгнула вниз и ринулась к мистеру Джей Ару. Девочка схватилась за металлическую руку поддельщика и изо всех сил потянула за нее, пока тренер продолжал рубить эту руку мечом.

– Отпусти его! – заорала Брианна.

– Надо нам тоже подключиться, – заявил Эван, наблюдая за происходящим.

Ксавье кивнул. Схватив ремень, он начал спускаться. Очутившись на земле, он придержал ремень для Эвана, и тот тоже благополучно оказался внизу.

Братья бросились на помощь тренеру. Его удары слабели: меч был тяжелым, и мистер Джей Ар утомился. Энты вились над ним кругами, точно голодные стервятники, готовые спикировать, как только меч коснется земли.

– Держите его! – Ксавье схватил тренера за руку и поднял меч в воздух, так что лезвие засверкало под солнечными лучами.

Энты заверещали и снова отступили.

– Бесполезно, – проговорил Леви, роняя голову на грудь.

– Я… не могу… этого… сделать, – мистер Джей Ар жадно ловил воздух. – Невозможно…

– Возможность есть всегда! – яростно воскликнула Брианна и повернулась к поддельщику, сжав кулаки: – Я сказала, отстань от моего друга!

Девочка пнула поддельщика ногой в ботинке.

И тогда что-то случилось.

Все замерли и уставились на трещину, которая зазмеилась по железной ноге поддельщика, расширяясь на глазах.

Брианна опустила взгляд на свою ногу. Ботинок выглядел в точности как раньше – никаких усиков он не выпустил. Но все же именно из-за него цельнометаллическая нога поддельщика только что треснула.

– Давай еще раз! – сказал Ксавье.

Брианна ударила снова. Появилась другая трещина. Свободная рука поддельщика качнулась к Брианне.

– Берегись! – воскликнул Ксавье и потянулся к девочке, чтобы оттолкнуть ее в сторону.

Но тут мистер Джей Ар рубанул по замахивающейся руке, и она раскололась на тысячу кусков, шрапнелью разлетевшихся в разные стороны.

– Продолжайте! – выкрикнул тренер.

Брианна, Эван и Ксавье принялись пинаться что было сил, и по всему металлическому телу поддельщика поползли новые и новые трещины. Удары меча стали эффективнее, раз за разом откалывая от врага по куску. Энты, встревоженные уничтожением поддельщика, взлетели повыше к невидимому барьеру и, трепеща, зависли там.

Наконец с леденящим кровь скрипучим стоном работавшего на всех оборотах двигателя поддельщик осыпался водопадом крошечных металлических кусочков. Внезапный порыв ветра взметнул их и закружил небольшим торнадо. Ребята смотрели, как вихрь железных осколков набирает скорость, устремляясь наверх – в дыру и прочь из-под купола. Энты, вереща от ужаса, бросились следом.

При виде такого зрелища воины остолбенели. Долгое время никто ничего не говорил. Наконец тишину нарушил Эван:

– Мы справились. – В его голосе не было воодушевления лишь облегчение и благодарность.

Мистер Джей Ар посмотрел на него и улыбнулся, прерывисто дыша:

– Вы справились. Все вы.

Казалось, тренера переполняют слишком сильные эмоции, чтобы говорить что-то еще. Он повернулся к Леви, опустился на колени и обнял сына, который по-прежнему был в ловушке окаменевшей земли. Мистер Джей Ар медленно обвил его руками:

– Сынок, ты в порядке?

Леви молча кивнул и уткнулся лицом в сгиб отцовского локтя. И тут земля под ними покрылась трещинами – в точности как поддельщик. Леви почувствовал, как бетонная хватка отпускает его, и закричал:

– Я падаю!

Мистер Джей Ар отбросил меч в сторону и обеими руками обхватил Леви, которого затягивало вниз.

– Помогите ему! – Ксавье, нагнувшись, вцепился в тренера, чтобы тот не потерял равновесие.

Эван обхватил брата за талию, а Брианна взялась за Эвана, и все они тянули Леви до тех пор, пока не свалились кучей на твердую землю. А потом тут же постарались отползти от провала, который продолжал шириться, размягчая землю вокруг.

– Давайте убираться отсюда! – крикнула Брианна.

Трещины на земле дотянулись до краев невидимого купола, а потом поползли по его стенкам. Вскоре купол был целиком покрыт кружевным рисунком трещинок, словно огромная паутина.

– Он разобьется! – воскликнул Эван.

Мистер Джей Ар схватил меч, поднял его высоко над головой, и осколки купола, которые падали вокруг ребят, стали обращаться в пыль на лету. Таннин над ними испустил приглушенный рев: купол подавался под его весом. Чудище распахнуло крылья и ринулось вниз, кучей плюхнувшись рядом с мистером Джей Аром. Оно открыло пасть, бросив конец ремня, и одарило тренера зубастой ухмылкой:

– Горп!

– Запрыгивайте! Ксавье, хватай ремень! – скомандовал мистер Джей Ар, поднимая меч повыше.

Ребята вскарабкались по шее Таннина и устроились между шипами на его спине. Тренер забрался следом и ухватился за шип.

– Вверх, Таннин! – выкрикнул он. – Ребята, пригнитесь!

Остальные подчинились, сжавшись и зажмурившись, а Таннин расправил могучие крылья и молнией понесся в небо. Брианна вскрикнула, но звук ее голоса потонул в оглушающем реве Таннина, с которым чудище вылетело из огромного облака пыли, поднятой рушащимся куполом. Распахнув пасть, Таннин выдохнул струю огня, расчищая дорогу в горных зарослях.

Вырвавшись наконец в чистое небо, он триумфально взревел:

– Горп!

Мистер Джей Ар открыл глаза и испустил долгий вздох облегчения, убирая меч в ножны. Таннин выровнял полет и мягко заскользил по золотистому небу.

– Все в порядке, можете больше не жмуриться, – разрешил мистер Джей Ар.

Ребята настороженно открыли глаза и ахнули: вид был необыкновенный. Легкое возбуждение от полета почти затмило пережитый страх.

– Это правда дракон? – спросил Леви, крепко обхватив руками шип на спине Таннина.

– Вроде того, – ответила Брианна. – Разве не очаровашка?

Спустя несколько коротких минут Таннин ухнул во дворик замка и с грохотом приземлился, едва не сбросив ребят со спины. Мистер Джей Ар рассмеялся и потрепал его по шее.

– Хороший дракон, – похвалил он.

– Горп.

Таннин пригнул голову, чтобы пассажиры могли слезть. Тренер спустился первым и помог остальным. Леви был последним – с глубоким вздохом он упал в руки отца.

– Спасибо, Таннин! – Брианна подбежала к голове дракона и обняла ее.

Таннин помотал головой, его маленькие глазки раскрылись вроде как от удовольствия. Эван с Ксавье также поблагодарили его.

– Горп!

Чудовище выпустило из пасти небольшое огненное облачко и взвилось в воздух, на секунду широко расправив крылья, перед тем как сложить их и с великолепным всплеском нырнуть на дно озера.

Глава шестнадцатая

Злой принц

– Свозвращением, воины. – Рувах вышел через сверкающие врата приветствовать их.

Ксавье, Эван и Брианна побежали ему навстречу, мистер Джей Ар шагал следом. Леви остался на месте, уставившись на замок и не веря собственным глазам. Он был босиком, и одна его рука оставалась металлической до самого плеча. Увидев Руваха, он со стыдом опустил голову.

– Мы рады видеть тебя, принц Леви, – произнес Рувах, подходя ближе.

Остальные ребята смотрели на них в тишине.

– Я не принц, – сказал Леви. – Я не заслуживаю этого титула.

– Сынок, – мистер Джей Ар опустился на колени рядом с ним: – Рувах не ошибается. А он назвал тебя принцем. Как и меня много лет назад.

Тут Леви впервые обратил внимание на то, что на его отце доспехи:

– Тебя?

– И я понаделал ошибок куда хуже твоих, уж можешь поверить. Большинство людей совершают ошибки. Но в этом и заключается прелесть того, чтобы быть принцем-воином Агоратоса. Даже если ошибаешься, можешь заслужить прощение.

– Да ты посмотри на мою руку, – в отчаянии сказал Леви, поднимая тяжелую металлическую кисть. – И ботинки… Я их потерял.

Он так низко склонил голову, что не видел Руваха, приблизившегося к нему с парой ботинок: они выглядели в точности, как прежние ботинки, что были на Леви. Рувах поставил их перед мальчиком:

– Ты говоришь об этих?

– Мои ботинки… – выдохнул Леви. – Как ты их нашел?

– Они и не терялись, – сказал Рувах. – Ты просто упустил их из виду.

– Больше я этого не сделаю! – пообещал Леви.

Он потянулся за обувью, но жесткие серые пальцы не смогли ухватить ее.

– Позволь, я помогу, – произнес Рувах.

Леви впервые увидел, как из широкого рукава их проводника появляется рука – по крайней мере, ему показалось, что это рука, хотя она сверкала серебристо-серым, а пальцы на ней были очень яркими и гладкими. Светящаяся рука коснулась металлической кисти Леви. Он ощутил, как по телу электрическим разрядом пробежали мурашки. Мальчик вздрогнул, но не отдернул руку. Металл на его руке начал теплеть, словно его подогревали. Потом он засветился красным и стал медленно растворяться: сперва превратился в тонкую металлическую фольгу, а затем осыпался мелкой пылью, которую унес ветер.

Леви крутил рукой так и этак, сгибая и разгибая пальцы.

– Спасибо, – сказал он, трогая каждый палец по очереди.

На кончике одного пальца осталась маленькая металлическая выпуклость – в том месте, куда его ужалил энт.

– Как напоминание, – пояснил Рувах, пряча руку.

Мистер Джей Ар склонился к Леви и закатал собственный рукав. В нескольких сантиметрах над локтем у него тоже была металлическая выпуклость размером с мелкую монетку. Леви никогда раньше не видел этого шрама. Он почувствовал, как слезы брызжут из глаз, и сморгнул их в надежде, что остальные ничего не заметят. Тренер ничего не сказал – просто заключил сына в тесные медвежьи объятия.

– И я хочу! – заявила Брианна и, подбежав к Леви, тоже его обняла.

– Остерегайся ее, – предупредил Эван Ксавье, чуть попятившись. – Она обожает обнимашки.

Ксавье слегка улыбнулся.

– А теперь надевай обувь, – сказал мистер Джей Ар. – И больше не снимай.

Леви натянул ботинки и неуверенно встал. Остальные ребята радостно заулыбались.

– Спасибо вам всем, что пришли за мной, – проговорил Леви. – Вы очень… смелые.

– А, ерунда, – отмахнулся Эван. – Плевое дело.

– Ага, плевое, – согласился Ксавье.

– К слову, о делах… – Эван покосился на Руваха: – Там еще остались кексы?

Рувах кивнул.

– И мороженое, – заверил он с тенью улыбки в обычно сухом голосе. – Лучше съесть его, пока не растаяло.

Он развел руки в стороны, и огромные ворота отворились. Четверо ребят вбежали в зал, где длинный стол был по-прежнему уставлен едой и вовсе не выглядел так, будто совсем недавно за ним пировали.

Леви уселся перед большой миской мороженого и ел до тех пор, пока его не затошнило. И это было лучшее ощущение в его жизни.

* * *

– Э-э, можно вопрос? – проговорил Ксавье, когда все насытились. – Черные деревья, пропасти, песчаный гробель, энты – что они все тут делают? В смысле почему Источник допускает их существование? Разве он не может просто сделать так, чтобы они исчезли? И вообще уничтожить Скотос?

С мгновение Рувах молчал. Ребята смотрели на него. На что смотрит сам Рувах, сказать всегда было трудно.

– Когда-то, – он наконец заговорил тише и мягче обычного, – в Агоратосе царила гармония. Великий принц по имени Поне́рос правил королевством. Но его это не удовлетворяло. Он хотел большего. Он возжелал захватить Высокий Престол, который принадлежит Источнику. Принц склонил на свою сторону многих существ в Агоратосе, объяснив им, что они получат больше власти и свободы, если их правителем станет он. Многие ему поверили.

Понерос собрал силы и поднял мятеж против Источника. Началась страшная война, и принц в ней потерпел поражение. Но, вместо того чтобы окончательно его уничтожить, Источник проявил бесконечную справедливость, правоту, сострадание и любовь, всего лишь изгнав принца на другую сторону расселины. Там Понерос должен оставаться, пока не придет время Возвращения – дня, когда Источник явит себя всему миру. Тогда все перевернется и те, кто избрал Скотос, будут уничтожены. Понерос знает, что времени у него не так уж много.

Но он по-прежнему не сдается. Он завербовал многих к себе на службу. Взял множество пленных, разрушил множество жизней. Поддельщик, с которым ты, Леви, столкнулся, был из армии Понероса. В ней таких бессчетное количество, и они могут принимать разные обличья.

– Ага, я знаю, – тихонько проговорил Леви. – Сперва он был похож на меня.

Брианна уставилась на него:

– Нет, это же был металлический монстр. Мы все видели.

Леви покачал головой:

– Когда я впервые увидел это… его… он был ребенком. И выглядел один в один как я. Как мой клон. У него был скейтборд! И моя футболка. Лицо, руки – все было как у меня. Я подумал, наверное, это галлюцинация. А потом он заговорил, и голос тоже был мой. Сказал, что поможет мне. Убедил… взять его за руку. – Последние слова мальчик почти прошептал.

Остальные сидели с раскрытыми ртами, не понимая, как на все это реагировать.

Капюшон Руваха качнулся:

– Поддельщики, как и их хозяева, прежде всего – великие обманщики. Вот почему вы всегда должны следовать Пути доспехов – иногда ваш злейший враг… это вы сами.

Смысл был ясен. Леви не видел глаз Руваха, но почувствовал, что провожатый смотрит на него. Мальчик медленно кивнул:

– Я все понял.

– Но что этот Понерос делает сейчас? – спросил Ксавье. – Он знает, что никогда не будет править Агоратосом, так? Его ведь уже победили.

– Да, ты прав, и он знает это очень хорошо. Единственная его надежда – настроить весь мир против Источника. А таких, как вы, – кто выбрал Путь доспехов, – он стремится обманом лишить радости от победы, которую Источник уже одержал. Вот почему против него и его замысла должно подняться как можно больше воинов. За каждую победу, одержанную здесь, одерживается еще одна там – на земле.

– Но что можем сделать мы? – спросила Брианна. – Мы ведь всего лишь дети.

– С вас все начинается, – сказал Рувах, убрал руки в рукава и вдруг снова уменьшился в размерах. – Теперь вы должны вернуться. Не бойтесь. Помните, у вас есть все, что необходимо.

Рувах повернулся, и сверкающие белые двери отворились перед ним.

– А мы вернемся? – окликнула Брианна проводника.

– И получим мечи? – спросил Эван.

– А как насчет единорогов? – добавила Брианна.

Рувах не ответил. Врата закрылись за его спиной. Все смотрели на них несколько мгновений, не понимая, что теперь делать. Брианна оглянулась первой:

– Смотрите!

Стол с едой исчез.

– Куда он подевался?

Ребята встали поближе друг к другу, мистер Джей Ар присоединился к ним. Казалось, стены начали таять, сливаясь с облаками внизу, так что вскоре вокруг остались лишь облака и свет. Облака заклубились вокруг всех пятерых, делая все вокруг белым и бесформенным. Вскоре белизна стала непереносимо яркой, словно они смотрели прямо на солнце.

– Закройте глаза, – сказал мистер Джей Ар.

Так они и сделали.

Глава семнадцатая

Обратно к началу

Леви сел и, моргая, огляделся. Он сидел на скамейке у здания спортцентра и смотрел на скейтеров. Его блокнот для эскизов был зажат в руке. Мальчик поднял глаза на небо. Послеобеденный свет. Выглядело знакомым. Он оказался…

– Привет. – Рядом села Брианна.

Леви посмотрел на нее, но ничего не сказал. Он взглянул на свои руки, как следует разглядел ладони. Выглядели они как обычно. И ощущались. Мальчик поднес пальцы к глазам и увидел что-то на кончике одного из них. Леви потрогал выпуклость – на ощупь она была твердой, как металл.

– Так это… было по-настоящему, – пробормотал Леви.

– Ага, – Брианна болтала ногами, равнодушно уставившись в пространство.

– Но как может быть, что мы вернулись… до нашего ухода?

Насколько мог видеть Леви, сценка перед ним повторяла события, которые происходили в тот вечер раньше.

– Не знаю. Наверное, время пошло задом наперед, – Брианна пожала плечами: – Бывает.

– Правда бывает?

Девочка посмотрела на него:

– А почему нет? – Она улыбнулась. – Ты в порядке?

– Да, наверное, – Леви прислонился затылком к стене. – Я серьезно напортачил.

Пару минут Брианна думала, как правильней ответить. Ее лучший друг совершил ошибку, но он и сам уже знает. Ей нет нужды лишний раз это подчеркивать.

– Я тоже, – сказала она. – Подставила Эвана под атаку марибунт. Без доспехов нам бы, наверное, пришел конец.

– Но ты… Ты сообразила, как отцепить от меня поддельщика.

– Да, вот так-то! – Брианна ухмыльнулась. – Так что иногда мы портачим, но получаем второй шанс. И тогда можем показать себя с лучшей стороны.

Леви потряс головой:

– Это не про меня. Со мной покончено.

– В каком это смысле?

– Рувах ни за что не доверит мне другую миссию.

– Леви, ты знаешь, что это не так. Он говорил тебе. И твой папа тоже, – Брианна помолчала. – Ты можешь поверить, что твой отец – принц-воин?

– Ага. Мой отец крутой.

Они посидели в тишине, глядя на скейтеров.

– Ну… И что нам теперь делать? – в итоге спросил Леви.

– Думаю, тебе пора пойти и покататься, – ответил Брианна. – А я пойду заниматься украшениями. Так?

– Ага, пожалуй. Только мне что-то не очень хочется сейчас кататься.

– Устал?

– Нет. Живот вроде болит.

– Ну, ты же слопал гору мороженого.

Их разговор прервал шум внутри здания – грубый смех и вопли. Скейтеры прекратили кататься и стали оглядываться. Кое-кто спрыгнул с досок и пошел посмотреть, в чем дело.

– Это окажется Лэндон и его дружки, – заметила Брианна с ощущением дежавю. – Довольно дико, да?

– Да уж, – согласился Леви. – Видно, теперь нам надо зайти внутрь.

– Ага.

Скейтеры уже вбежали в здание. Леви с Брианной встали и пошли за ними.

Картина была та же, что и в прошлый раз, – а может, это и был прошлый раз. Им дают второй шанс? Леви не чувствовал в этом уверенности. Он лишь знал, что что-то должно измениться.

Лэндон издевался над Мануэлем, а остальные смеялись и показывали на него пальцем.

– Скучаешь по мамочке?

Студентка, Мэри Стэнтон, вылетела из кабинета, держа в одной руке стакан с латте, а в другой – мобильник:

– Что тут творится? Да что же вы делаете?

Брианна потянула Леви за рукав:

– И что мы должны сделать?

Леви вспомнил указание, которое получил в Агоратосе: врата, ведущие к разрушению, широки. Теперь он знал, что это означает: правильный путь – не всегда легкий.

Все вокруг смеялись. Джефф схватил его за локоть и шепнул:

– Зацени хохму!

Леви посмотрел на друзей – мальчишек, с которыми тусовался каждый день. Все они потешались над Мануэлем с его дурацкими красными очками и огромным портфелем, который он всюду таскал с собой. Он носил старомодные боты и штаны, которые вечно были ему коротки. Леви вообще не понимал, зачем Мануэль пришел в спортцентр: он никогда не занимался спортом и ни во что не играл. А Леви всегда смеялся над ним вместе с остальными.

Но сейчас, глядя на корчащегося на полу парня, с ног до головы обернутого туалетной бумагой, он вспоминал, каково это – быть скованным и беспомощным, не в силах пошевелиться, когда вокруг эти жуткие энты. Они смотрят на тебя и, наверное, смеются – если энты вообще умеют смеяться. Леви представил, что бы сделали все эти ребята, увидев его в таком положении. А потом подумал, что бы сказал Рувах, если бы увидел Леви сейчас – как он стоит в общем кругу, ничего не делая. И смотрит.

«Но, возможно, Рувах и может видеть меня сейчас, ведь так?»

Леви сделал вдох.

– Эй, чувак, ты куда? – спросил Микки, когда Леви пробрался сквозь толпу зрителей в центр зала.

Он встал перед Лэндоном, медленно дыша и надеясь, что никто не заметит, как он внутренне дрожит. Ребята вокруг притихли, не понимая, что он затеял.

– Уйди с дороги, тупица, – рявкнул Лэндон, делая шаг вперед, чтобы оттолкнуть Леви.

– Нет, – ответил Леви.

Лэндон уставился на него. На лице парня читались удивление и злость. Леви повернулся к остальным:

– Вы правда думаете, что это смешно?

Он посмотрел на своих приятелей-скейтеров, которые, хмурясь, уставились на него в ответ, словно думая, что он спятил.

– А что, если бы вы были на его месте? Вы бы тоже смеялись?

Тишина. Дети в шоке уставились на Леви. Мисс Стэнтон тоже казалась шокированной. Она раскрыла рот, но не издала ни звука.

«Сейчас мой рейтинг сильно упадет», – подумал Леви.

И, словно в ответ, услышал в голове слова Руваха: «У вас есть все, что необходимо».

«У меня есть все, что необходимо, – повторил сам себе Леви. – Мне не нужно быть больше, или круче, или умнее. Я просто должен делать то, что правильно».

Он бросил взгляд вверх, надеясь, что над головой Лэндона снова появится сияющий герб Агоратоса. Его там не было. Но Леви показалось, что он ощущает присутствие Руваха рядом, – светящуюся белую руку, которая согрела его кисть и исцелила его. Мальчик выпрямился. Он ощутил, как в нем поднимается волна чего-то похожего на храбрость.

Леви повернулся к Лэндону:

– Хочешь поизводить кого-нибудь, Лэндон? Попробуй прицепись ко мне.

По толпе пробежал ропот. Никто не пошевелился.

Кроме Брианны.

– Да, – сказала она, встав рядом с Леви и дерзко скрестив руки на груди. – И ко мне.

Они бесстрашно стояли перед задирой. Брови Лэндона сошлись на переносице от ярости. Он сжал кулаки, будто собирался вышибить из ребят дух. Но, прежде чем Лэндон пошевелился, какая-то девочка вышла вперед и встала рядом с Леви и Брианной. Леви вспомнил ее имя – Айви. Она была примерно их возраста, только куда меньше ростом. Но она, выпрямив спину, стояла рядом с Брианной, уперев руки в боки, словно тоже была готова драться.

При виде двух девчонок, стоящих нос к носу с громилой, остальные ребята беспокойно заерзали. Пару секунд все было тихо. А потом рядом с Леви встали Микки, Джефф и Логан. Один за одним подтягивались другие дети, цепочкой вставая вокруг лежащего на полу Мануэля, который, замерев, выглядывал из-под бумажных лент. Мисс Стэнтон выронила мобильник.

Воцарилась долгая тишина.

Глаза Лэндона обшарили помещение – парень поморгал, больше не уверенный в том, что контролирует ситуацию. Он снова стиснул кулаки и напряг бицепсы, будто был готов взорваться. Приятели за его спиной нервно зашевелились. Напряжение густым туманом висело в воздухе.

Наконец Лэндон разжал кулаки и тряхнул головой. С резким смешком он попятился, легонько хлопнув ладонью одного из своих дружков.

– Идем, чуваки, – сказал он. – Сваливаем отсюда.

Лэндон медленно развернулся и зашагал к выходу. Буквально через секунду трое остальных двинулись за ним.

Леви увидел, что в дверном проеме стоит его отец. На выходе задирам пришлось пройти мимо него. Глаза у мистера Джей Ара были сердитые, но губы расплывались в уверенной и гордой улыбке. Леви сделал вдох – первый полноценный вдох за несколько минут – и посмотрел на Брианну. Та усмехнулась и обняла его. Мальчик быстро отскочил и повернулся к друзьям, которые уже начали смеяться и давать друг другу пять, как будто одержали долгожданную победу.

Мисс Стэнтон бросилась вперед, чтобы помочь Мануэлю подняться с пола и выпутать его из бумаги. Мальчик смущенно улыбнулся Леви.

– Спасибо, – пробормотал он.

– Всегда пожалуйста. – Внезапно Леви почувствовал себя старше; он чувствовал себя так, как будто только что взобрался на гору: – Я знаю, как важна помощь друзей тогда, когда ты в ней нуждаешься. – Он глянул на Брианну, а та ухмыльнулась.

– Хочешь, я позвоню твоему отцу, Мануэль? – спросила мисс Стэнтон, комкая туалетную бумагу.

– Нет, спасибо. – Мануэль выпрямился и поправил очки, хотя они и после этого сидели кривовато. – Со мной все в порядке.

Мистер Джей Ар подошел к ним и положил руку Леви на плечо. Мальчику показалось, что он видит слезы на глазах отца.

– Ребята, вы в норме?

– Ага, – ответил Леви.

– Мы – просто блеск, – подтвердила Брианна.

Глава восемнадцатая

Пробуждение

Эван резко сел на постели.

В окно лился яркий солнечный свет. Было утро. Он поглядел на пол, где все еще валялись его книга и фонарик. Все выглядело точно таким же, как когда он ложился спать. Может, ничего на самом деле не случилось? Это был просто сон? Разочарованный, мальчик вздохнул. Он свесил ноги с кровати и почувствовал, что мерзнет. Ногам было холодно. Причем одной – сильнее, чем второй.

Эван посмотрел на свою пижаму – ту самую пижаму с рыцарями, которую он надевал каждую ночь, кроме случаев, когда она отправлялась в стирку. И тут заметил, что одна штанина порвана.

Он вспомнил, что упал, когда бежал по лесу и его придавило большой веткой, а Ксавье разорвал штанину, вытаскивая его.

Так это все-таки было на самом деле?

Мальчик все еще ни в чем не был уверен. Он встал и, подойдя к окну, выглянул во двор. Все выглядело совершенно обычным. Пруд сверкал в солнечном свете. Вдруг Эвану подумалось, не спит ли в нем Таннин. Мальчик улыбнулся сам себе. Кажется, бояться лох-несского чудовища ему больше не нужно.

Но кое-что все же изменилось. Эван уставился в окно, пытаясь сообразить, в чем же дело. Несколько секунд его взгляд обшаривал знакомый двор.

И тут Эван увидел дерево. Гигантский дуб с шиной-качелями. Он был расколот прямо посередине и обуглился, точно… в него попала молния.

Эван застыл – к нему возвращались и волшебство, и ужас, и красота, и ощущение приключения. А потом – порванная пижама. И расщепленный дуб во дворе.

Так… Это все-таки был не сон!

Это произошло по-настоящему. Он был в Агоратосе. Он действительно был принцем. Принцем-воином.

Эван опустился на четвереньки и вытащил игрушечные доспехи из-под кровати. Мальчик разочарованно вздохнул. В настоящие они так и не превратились. По крайней мере пока. Рувах говорил, что когда-нибудь можно будет забрать доспехи с собой. Значит, братья вернутся в Агоратос. Рувах снова за ними придет. Эван был в этом уверен.

Ксавье – надо поговорить с ним. Эван ворвался в комнату брата, но она оказалась пуста. Странно. Вообще-то, Ксавье любит поспать. Он уже отправился обратно в Агоратос? Эван почувствовал, как при этой мысли в его животе начинает заплетаться небольшой узел гнева. Следуй путем древних, и обретешь мир. Услышав голос Руваха у себя в голове, мальчик расслабился. Он знал, что ему больше не нужно злиться из-за таких вещей.

Эван оделся и побежал на кухню. С облегчением он увидел, что Ксавье сидит за столом и уже наполовину опустошил миску кукурузных колечек. Когда младший брат вошел, Ксавье поднял глаза, но не улыбнулся. Мама наливала себе кофе.

– Наконец-то, соня. – сказала она. – Я уж собиралась подниматься и будить тебя.

– Что случилось с деревом? – спросил Эван.

Что-то не сходилось. Было непохоже, чтобы с Ксавье произошли какие-то перемены, – он по-прежнему игнорировал брата.

– Сильная гроза прошлой ночью. Ты разве не слышал? – спросила мама. – Боюсь, в дерево попала молния. Очень жаль. Я знаю, вы, мальчики, его любили. Я уже вызвала муниципальную службу, чтобы дерево спилили.

Эван посмотрел на Ксавье, и брат наконец-то встретился с ним глазами. Он почти незаметно улыбнулся и кивнул. Маленькое послание, которое не заметила мама.

– Ага, – произнес Эван. – Наверное, гроза была жуткая.

«Жуткая – не то слово».

– Удивительно, что она тебя не разбудила, – заметила мама.

– Ага, сам удивляюсь, – Эван уселся, чтобы насыпать себе колечек. – Слушай, мам, а мы можем пойти сегодня в спортцентр? В смысле я могу?

– Конечно, детка, – сказала мама. – Ксавье, ты пойдешь?

– Да, – равнодушно отозвался Ксавье. – Конечно. Почему нет?

Старший брат встал, чтобы поставить миску в мойку. Он взглянул на Эвана, поглощающего завтрак. Мальчик выглядел неимоверно счастливым. А вот Ксавье с самого момента пробуждения чувствовал себя странно: что-то его беспокоило. И он знал, что именно.

«Истина скрепляет все воедино».

Ремень из Агоратоса подходил к любой ситуации. Он всегда исправлял положение, даже если казалось, что ничто уже не поможет. Ксавье начал понимать, почему ремень назван Истиной. Лишь правда удержит их с братом вместе. Он знал, что ему нужно рассказать ее. Правду.

Ксавье прочистил горло:

– Мам?

– Да, дорогой? – Мама наклонилась через стол, обхватив чашку с кофе.

– Я должен кое-что тебе рассказать. Насчет вчера.

– О?

Ксавье заметил встревоженный взгляд Эвана – очевидно, тот решил, что брат собирается поведать маме об Агоратосе. Ксавье легонько качнул головой, успокаивая его.

– Эвана наказали из-за нашей драки. Так вот: это была… в некотором роде моя вина.

– Серьезно? – Мама не выглядела особенно удивленной.

– Я как бы… спровоцировал его. Подшучивал над ним, что он трусит. Мне жаль.

Мама глубоко вздохнула:

– Я рада, что ты мне все рассказал. Это был правильный поступок. Наверное, сегодня тебе не стоит никуда идти. У меня для тебя есть куча домашних дел…

– Нет! – вмешался Эван. – В смысле не страшно, что он это сделал. По-моему, он просто так по-дурацки пытался мне помочь. В общем, я не хочу, чтобы ты оставляла его дома. Я помогу с делами, если потом мы сможем пойти вместе. Ладно, мам?

Эван победно улыбнулся матери. Та прищурилась:

– Кто ты такой и что сделал с Эваном?

– Мам… – Мальчик закатил глаза.

– Ладно, ладно. – Мама быстро посмотрела на Ксавье. – Я напишу список, и, как только все будет сделано, вы сможете пойти в спортцентр.

– Круто!

Эван был признателен. Теперь у них с Ксавье будет время поговорить о случившемся без риска, что родители услышат.

– Но не забудьте, на следующей неделе начинаются занятия, и нам нужно кое-что купить для школы.

– Хорошо, – хмуро сказал Эван.

Он не стремился идти в новую школу и по новой заводить друзей. Он знал, что и Ксавье эта идея не по душе. Но, по крайней мере, они уже знают Леви и Брианну – и это должно помочь.

* * *

Ксавье и Эван ехали в спортцентр на заднем сиденье пикапа. Мама включила радио и подпевала.

– Сегодня утром, когда я проснулся, я включил мобильник, – шепнул брату Ксавье. – И там было это.

Он показал Эвану экран, и глаза младшего брата расширились:

– Это ты загрузил?

На мобильнике появилось приложение, которого раньше не было. Под знакомым символом заглавными буквами было подписано: «НЕВИДИМОЕ».

– Это же герб Агоратоса! – приглушенным голосом, чтобы не услышала мама, проговорил Эван. – Может, Рувах его прислал? Потрясно! Что оно делает?

– Не знаю. Боюсь открывать.

– Может, оно пошлет нас обратно в Агоратос!

– Что, приложение?

– Ну да… Попробуй!

– Мы в машине! Если мы прямо сейчас исчезнем, мама перепугается и врежется в дерево. Давай подождем, нужно добраться до места.

Эван откинулся на сиденье:

– Окей.

Глава девятнадцатая

Приложение

Эван увидел Леви в скейт-парке и подбежал к нему.

– Эй! – возбужденно крикнул мальчик.

Леви развернулся на скейте и без какого-либо выражения посмотрел на Эвана. Эван успел подумать, что Леви его не узнает, и едва не почувствовал себя глупо из-за того, что стоит перед ним с поднятой рукой. Но затем Леви тоже помахал, и Эван вздохнул с облегчением. Он глядел, как Леви катится к нему, разворачивается и подкидывает скейт в воздух, чтобы поймать одной рукой.

– Привет, – Леви слегка дернул подбородком в качестве приветствия.

Эван решил, что это круто:

– Привет.

Ксавье не спеша тоже подошел к ним, держа руки в карманах. Он ничего не сказал, просто неловко улыбнулся.

– Что новенького? – спросил Леви.

Ксавье пожал плечами:

– Особо ничего. А у тебя?

Леви тоже пожал плечами. Они молча смотрели один на другого, словно уже знали, что каждый думает. А потом, как по сигналу, все трое рассмеялись. Неловкость, которую они испытывали всего секунду назад, испарилась.

Втроем ребята дошли до стола для пикников и уселись. Леви прислонил свой скейт к скамейке. Ксавье вытащил телефон и показал приложение.

– Чудно́, – проговорил Леви. – На моем теперь тоже такое.

Он вытащил трубку из кармана и показал братьям.

– Просто появилось вчера, само собой. «НЕВИДИМОЕ». Не знаю, что это значит, но потом я тоже обратил внимание на герб.

– Ты его запускал? – спросил Эван.

– Ага. Но там просто куча картинок вперемешку. Я подумал, что приложение повреждено, и кинул его в корзину. А потом проверил телефон утром, и оно опять тут.

– Ого, – протянул Эван. – Это как те твои ботинки. Может, от него нельзя избавиться. – Он повернулся к Ксавье: – Запусти его, Ксави.

Старший брат разблокировал телефон и запустил приложение. Все напряженно ждали, что произойдет, словно думали, что их может засосать в трубку. Но ребята не увидели ничего, кроме вереницы странных рисунков и символов – как и говорил Леви, – все это было похоже на перемешанные кусочки пазла. Ксавье несколько раз коснулся экрана, но картинка не поменялась.

– Странно, – сказал Эван. – Но, знаете, чем-то напоминает Книгу – те перемешанные слова. Рувах распутывал их, чтобы дать нам указания.

– Наверное, только Рувах так может, – предположил Ксавье.

– Ну и что нам делать – позвонить ему? Интересно как?

– Мне кажется, Рувах больше из серии «не звони, пока я сам не позвоню», – сказал Ксавье, и все трое расхохотались.

– Чем заняты? – На скамейку рядом с Ксавье плюхнулась Брианна.

Она была в своем фирменном розовом худи, губы сверкали от свежего слоя блеска. Вьющиеся каштановые волосы были стянуты в толстый хвост. Девочка улыбнулась Ксавье, и он, ответив тем же, придвинулся ближе к Эвану, чтобы дать ей место.

– Посмотри-ка, – Ксавье показал ей мобильник.

– О да! – отозвалась Брианна и вытащила из кармана собственный. – Я думала, что потеряла его, когда… ну, вы поняли. Но потом я вернулась, и он опять оказался у меня в кармане. Дико, да? Я включила его, а там это приложение. Я его не загружала.

– Как по-твоему, почему оно называется «НЕВИДИМОЕ»? – спросил Леви.

– Наверное, потому, что таков Агоратос – невидимый мир. Он есть, но мы его не видим, пока там не окажемся, – предположила Брианна.

– А-га-а… – Эван глубокомысленно кивнул, хотя вид у него по-прежнему был озадаченный.

– Ты его запускала? – спросил Ксавье.

– Да, но в нем не оказалось никакого смысла. Так что я его удалила. А оно само собой восстановилось!

– И у меня так же, – сказал Леви. – Мы не можем продвинуться дальше первого экрана.

– Давайте попробуем одновременно, – проговорил Ксавье. – Может, хоть так оно сработает.

Ребята выложили телефоны на стол и нажали на иконку приложения. Три приложения запустились одновременно. Но результат был тот же – странные рисунки и символы.

В этот момент мимо прошествовал Лэндон со своими дружками, одарив Леви недобрым взглядом. Ребята спрятали мобильники на случай, если Лэндон замышляет схватить их и разбить или еще что-нибудь подобное.

– Теперь у него на меня зуб, – заметил Леви.

– Что-то случилось? – спросил Ксавье.

Леви поведал братьям о стычке с Лэндоном, а Брианна украсила его рассказ множеством сочных деталей.

– Ничего себе, – произнес Ксавье. – Так для вас время отмоталось назад? И события повторились?

– Ага. С вами произошло то же?

Ксавье помотал головой:

– Хотя, может, и произошло. Но мы оба спали.

– Думаете, мы вернемся в Агоратос? – прошептал Эван.

– Надеюсь, – сказала Брианна, втайне желая, чтобы их следующий визит прошел без участия песчаного гробеля или злобных марибунт.

– Привет, ребята.

Все четверо подняли глаза и увидели заучку Мануэля, который стоял перед ними с неловкой улыбкой. На нем была футболка с надписью: «Эйнштейн жжет», на плече висел неизменный портфель.

Мальчик поправил очки на переносице.

– Привет, – ответил Леви. – Как дела?

– Можно… поговорить с вами? Всего секундочку. Не хочу мешать.

– Все в порядке, – заверил Леви.

Он был удивлен. Никогда прежде Мануэль не пробовал заговорить с ним. Или, может, пробовал, но Леви был слишком занят своими друзьями, чтобы обращать на него внимание. Леви бросил быстрый взгляд на приятелей-скейтеров, надеясь, что они этого не видят. Потом подвинулся, давая место Мануэлю.

– Это мои друзья – Би… Брианна, Ксавье и Эван.

– Приятно познакомиться, – выговорил Мануэль, садясь и пристраивая портфель на коленях.

– Привет, – отозвались все трое.

– Еще раз спасибо за вчерашнее, – сказал Мануэль Леви и Брианне. – Это правда было потрясающе. И приятно. То есть никто никогда раньше ничего такого для меня не делал…

– Да все в порядке, – ответил Леви, ерзая на скамье.

– Но я… Э-э, не знаю даже, как спросить, но… Я увидел кое-что непонятное, когда все это происходило. Вот, подождите, сейчас покажу, – Мануэль раскрыл портфель и выудил оттуда большую пыльную книгу.

– Эй, у меня тоже такая есть! – воскликнул Эван.

На обложке книги красовался герб Агоратоса.

– И у меня, – присоединилась Брианна. – Откуда она у тебя?

– Мама дала, – объяснил Мануэль. – Перед тем как… В общем, она сказала, что ей ее дал отец, а ему – его отец. Она говорила, что это особенная книга, но я никогда ее толком не читал. Мне она казалась слишком детской: большой шрифт, картинки. Обычно я читаю только книги про науку. – Мануэль запнулся, и на его лице появилась смущенная улыбка. – Но вчера я увидел этот символ на твоей футболке…

– На моей футболке? – изумленно переспросил Леви.

– Да, он был на спине. И у нее тоже, – Мануэль мотнул головой в сторону Брианны. – Я вспомнил его и…

– У меня на футболке лого «Тони Хок», – возразил Леви.

Глаза Мануэля, которые и так казались большими из-за толстых стекол очков, стали еще больше.

– Наверное, мне почудилось. Прошу прощения.

Он запихал книгу в портфель и поднялся.

– Подожди, – окликнул его Ксавье.

Леви и Эван уставились на него. Ксавье наклонился к ним и тихо сказал:

– Он видел герб, как и мы.

– Но у меня на футболке его не было, – произнес Леви.

– Он все равно видел. Значит, он должен все знать. Я имею в виду – может, ему предначертано узнать. У него тоже есть книга. Мы должны ему рассказать.

– Но его не позвали, – возразил Леви.

– Может, это наша работа, – ответил Ксавье.

На это Леви ничего не ответил.

Мануэль все еще стоял у стола для пикника, сжимая портфель и смущенно глядя на ребят.

– Сядь, Мануэль, – сказал Ксавье. – Нам нужно… Кое-что тебе рассказать.

– Что рассказать? – Мануэль сел обратно и в нетерпении наклонился над столом.

– То, что ты видел, – медленно начал Ксавье, подыскивая слова, – было гербом Агоратоса.

– Ге… гербом?

– Агоратоса, из твоей книги. Это реальное место. И мы там были.

– Правда? – Глаза у Мануэля сделались круглыми, как блюдечки.

Он вытащил из портфеля тетрадь и принялся записывать. Ребята рассказали ему обо всем, что произошло в Агоратосе, о Рувахе и даже о Таннине. Через какое-то время Мануэль перестал писать и просто слушал, стараясь усвоить все новости, так и не понимая толком, верит он в это или нет.

– Вы же не… Пытаетесь меня околпачить, нет? – спросил он, когда ребята закончили.

Эван сморщил нос:

– Околпачить? В смысле надеть на тебя какой-то колпак?

– Это такое выражение, – Мануэль опять покраснел. – Мама часто…

Он не договорил. Повисла неуютная тишина.

– Все нормально. У моей мамы тоже много странных выражений, – попытался сгладить неловкость Эван.

– Мне жаль, что с твоей мамой так произошло, – сказал Леви.

Мануэль пожал плечами.

– Может, тебе стоит пойти с нами, – предложил Леви. – В следующий раз, когда мы туда отправимся. То есть если тебе нужны доказательства…

– Если отправимся, – поправил Ксавье. – Что, если нас больше не позовут?

– Нам еще нужно получить мечи, – напомнил Эван. – И щиты.

– И шлемы, – добавил Леви.

– Но как мы сумеем туда попасть? – спросила Брианна.

– За нами пришел Рувах, когда мы спали, – сказал Эван.

– Я не спал, – вставил Леви.

– Уверен?

– Конечно, уверен! Мы увидели герб над головой Лэндона, схватили его…

– Вы схватили его? – повторил Мануэль.

– Бин и я.

– Бин? – Мануэль прищурился и поправил очки.

Леви ткнул пальцем в Брианну, а та закатила глаза.

– Возможно, я смогу создать компьютерную модель герба, – пробормотал Мануэль. – Вроде ЗD-симуляции. Тогда мы все могли бы…

– Запрыгнуть в монитор? – Ксавье хихикнул. – Ты серьезно?

У Мануэля вытянулось лицо:

– Это была просто идея.

– Может, если ты сделаешь голографическую проекцию, как в шоу «Джет Форс»… – протянул Леви.

Он знал об увлеченности Мануэля научными проектами. И подумал, что если уж кто-то из них на такое способен, так это только этот парнишка.

– Придется написать программу, – сказал Мануэль. – На это понадобится время.

– Или можешь просто пойти к Лэндону и постараться заставить его опять к тебе прицепиться – тогда, возможно, герб снова появится, – встрял Эван.

– Эван! – Брианна легонько щелкнула мальчика по затылку.

Девочка поджала губы, и Эван слегка оторопел от того, как они сверкали.

– Чем это вы тут заняты, ребята?

Все подпрыгнули. Перед ними, сложив руки на груди, с очень строгим выражением лица стоял мистер Джей Ар. Все промолчали, не желая встречаться с ним взглядом. Может, им нельзя было говорить об Агоратосе? Наверное, он собирается их отругать. По крайней мере именно так все и выглядело.

Тут тренер расплылся в улыбке:

– Подловил.

Эван рассмеялся:

– Вы нас развели!

Все испустили вздох облегчения.

– Я вычислил, что вы, ребятки, пытаетесь додуматься, как вернуться в Агоратос, – проговорил мистер Джей Ар.

– Откуда вы знаете? – спросил Ксавье.

– Потому что и я с друзьями вечно пытался это сделать, – со смешком ответил папа Леви и наклонился к ребятам, опершись кулаками о стол.

– И вы что-нибудь придумали? – спросила Брианна.

Мистер Джей Ар покачал головой:

– Ну, вообще-то, я нашел один способ. Но не думаю, что расскажу вам о нем. Предоставлю вам возможность открыть его самим. – Посмеиваясь, он сделал паузу. – Не волнуйтесь: вы туда вернетесь. А пока – кто хочет сыграть в баскетбол?

– Я! – отозвался Ксавье.

– И я! – подхватил Эван.

– Я тоже! – заявила Брианна.

Леви покосился на нее:

– Правда? А у тебя прическа не испортится?

Глаза Брианны сузились:

– Боишься, что я тебя обыграю?

Эван хихикнул, и Ксавье ткнул его локтем.

– Я тоже играю, – сказал Леви, с тоской поглядев на скейт.

Мистер Джей Ар посмотрел на Мануэля.

– Ой, со спортом у меня все просто отвратительно, – Мануэль помахал руками в воздухе. – Кажется, у меня вообще нет координации между глазами и руками. А еще астма. А потом – смотрите! – Он указал на небо, которое быстро затягивали тучи. – Думаю, скоро все равно пойдет дождь.

– Как странно. Минуту назад вовсю светило солнце, – Брианна нахмурилась и подняла глаза к небесам.

– Пока дождя нет, – сказал мистер Джей Ар. – На одну игру времени хватит.

– Не знаю… – начал Мануэль.

– Решайся, – Эван усмехнулся: – Обещаю, мы будем с тобой помягче.

* * *

Мануэль встал у корзины, а остальные бегали по площадке, перепасовывая друг другу мяч. Каждый раз, когда кто-нибудь отдавал мяч Мануэлю, он бросал его в корзину. Промахиваясь на километр. Но, похоже, его это не очень расстраивало. Было весело. Он не мог припомнить, когда его в последний раз приглашали во что-нибудь поиграть. Обычно он сидел один в своей комнате, работая над экспериментами и изобретениями. Это было куда легче, чем общаться с другими ребятами, ведь все считали, что он с прибабахом.

В спортцентр Мануэля заставлял ходить отец. Он вел летние занятия в местном колледже и не хотел, чтобы Мануэль торчал дома в одиночестве – особенно после того, как мальчик едва не спалил этот самый дом в ходе неудачного эксперимента.

– Взрыв был совсем маленький, – объяснял Мануэль вернувшемуся домой отцу. – Он всего-то слегка опалил занавески.

Но отец понимания не проявил.

Так что теперь Мануэль был обречен проводить остаток лета в спортцентре, где его мучили задиры и игнорировали все остальные. Он считал дни до начала уроков – осталось всего пять! Но теперь совершенно неожиданно у него появились друзья. И все из-за этого ужасного происшествия с мумией.

– Йоу, Мануэль, твой выход! – Ксавье провел мяч вокруг бешено молотящего руками Леви и дал пас Мануэлю.

Тот поймал мяч, хотя удар едва не вышиб из него дух.

– Бросай!

Мануэль увидел, что к нему приближается Эван. Он запаниковал, глянул вверх и поскорее швырнул мяч в воздух. Мяч пролетел в кольцо – только с другой стороны, снизу вверх.

Эван и Леви с хохотом упали на площадку. Ксавье поймал мяч и осторожно ткнул Мануэля в плечо:

– Чувак, тебе просто нужно попрактиковаться.

Мануэль улыбнулся, но улыбка тут же погасла – он увидел, кто только что показался в поле зрения.

Лэндон вальяжно пересек площадку и уселся на скамейку у бровки. Он был один, без извечных дружков за спиной. Прежде Мануэль никогда не видел его в одиночестве. Грозный взгляд Лэндона, казалось, скоро проделает дырку у мальчика в животе.

– Слушайте, ребята, кажется, мне уже пора, – сказал Мануэль, которому стало трудно дышать. – Это все астма. Мне нужен ингалятор.

Словно в ответ на эти слова, на его очки упала капля дождя. Мануэль протер линзы и прищурился, глядя на небо. Там клубились темные тучи, затягивая последние клочки голубизны.

– О, смотрите, и дождь начался. Лучше пойти в помещение. Ведь так?

– Дождь не настолько сильный, – возразил Эван.

– А потом, ты же не можешь уйти посреди игры! – сказал Леви.

– Ну, я… Я правда не думаю… – заикался Мануэль, пятясь прочь с площадки.

Леви проследил за его взглядом и увидел наблюдающего за ними Лэндона. Сообразив, что к чему, он кивнул:

– Не волнуйся, мой папа здесь. Лэндон не посмеет ничего затеять.

Ксавье пару раз стукнул мячом о землю, но не успел сделать бросок – мистер Джей Ар дунул в свисток и протянул руки. Ксавье перебросил мяч тренеру. Мануэль вздохнул с облегчением – может, теперь они наконец уйдут с улицы. Новые и новые тяжелые капли оставляли мокрые отметины на площадке.

Но мистер Джей Ар повернулся к Лэндону:

– Эй, Лэндон, ты хочешь сыграть?

Ребята застыли.

– Что? – прошептал Мануэль, чувствуя, как у него дрожат колени.

– Давай, – продолжал мистер Джей Ар, не обращая внимания на смятение, которое вызвал.

– Пап, мы, вообще-то, не хотим с ним играть, – хрипло шепнул Леви.

– Если он в игре, то я пас, – сказал Эван. – Он будет играть грязно и, наверное, прикончит нас.

Лэндон встал, словно собираясь принять приглашение. Мальчики напряглись. Но Лэндон лишь отмахнулся, тряхнул головой и побрел прочь.

Плечи Мануэля расслабились, дышать стало чуть полегче. Может, не так ему и нужен ингалятор. Кажется, опасность миновала.

– Давайте, играем! – крикнул Эван.

И тут над их головами прогремел раскат грома.

Ребята подскочили на месте.

Мистер Джей Ар глянул в небо:

– Похоже, будет буря.

– Я так и знал, – напористо проговорил Мануэль. – Нам правда нужно уйти в помещение. Вероятность получить смертельный удар молнии на двадцать два процента выше во время занятий спортом под открытым небом…

Тяжелые темные тучи быстро приближались. Все вокруг резко потемнело, будто с неба упала гигантская тень. Раздался очередной громовой раскат. Порыв ветра застал всех врасплох и вырвал мяч из рук тренера. Мяч подскочил к Мануэлю, который вдруг исхитрился поймать его. Мальчик крепко вцепился в него обеими руками, а новый порыв ветра едва не сбил его с ног.

Мистер Джей Ар дунул в свисток и прокричал:

– Все внутрь!

Молния распорола темные облака, и на баскетбольную площадку хлынул дождь. С новым мощным раскатом небеса разверзлись, словно там опрокинулось гигантское ведро с водой.

Мистер Джей Ар потрусил прочь, направляя ребят в здание. Ксавье, Эван, Леви, Брианна и Мануэль быстро последовали за ним. Девочки с волейбольной площадки и ребята, игравшие в кикбол, прикрывая головы, спешили укрыться в помещении.

Оказавшись в здании, большинство детей направились прямиком в спортзал, чтобы закончить игры. Остальные сели за столы и занялись плетением шнурков и поделками. Мисс Стэнтон суетилась вокруг, раздавая принадлежности для рисования и всего остального, чтобы дать занятие каждому. Леви, Ксавье, Эван и Брианна сели за один стол и снова достали мобильники, чтобы еще раз попытаться заставить приложение работать.

Мануэль раскрыл портфель и достал ингалятор, хотя на самом деле он был ему не нужен. Мальчик прислонился к стене у двери и надеялся не попасться никому под ноги. Дождь барабанил по крыше, стучал в окна. Мануэль выглянул в небольшое окошко на двери и увидел, что Лэндон все еще стоит у изгороди без движения, даже не пытаясь укрыться от дождя. Он просто таращился на дождь и мок, безразличный к молнии и грому.

Взгляд Мануэля перебежал на баскетбольную площадку. Грозы в это время года не были редкостью, но все же именно в этой что-то казалось странным и подозрительным. Лужи на площадке быстро росли – она уже почти целиком скрылась под водой. Это казалось в высшей степени необычным.

А потом случилось нечто даже более странное. Мощнейший порыв ветра налетел на баскетбольную площадку и взбаламутил воду. Лужа закрутилась водоворотом и поднялась в воздух. Встревоженный Мануэль раскрыл рот. Он махнул новым друзьям, чтобы подошли посмотреть. Леви поднялся и встал рядом.

– Ты это видишь? – Мануэль ткнул пальцем в сторону площадки.

– Ага, – отозвался Леви. – Льет как из ведра.

– В чем дело? – Брианна тоже подошла и заглянула Леви через плечо.

Ветер набрал такую силу, что пригибал деревья чуть ли не к земле, а качели на детской площадке вертелись «солнышком». Водоворот на баскетбольной площадке вырос и закружился еще быстрее – теперь он напоминал небольшой смерч.

Ксавье и Эван присоединились к остальным у двери.

– Что происходит? – спросил Ксавье.

– Сильный ураган, – произнес Эван. – Как прошлой ночью.

Братья обменялись взглядами.

– Глядите! – вскрикнула Брианна. – Вы видите то же, что и я?

В воздухе над быстро набирающим силу смерчем завис большой золотой герб Агоратоса. Он медленно поворачивался, поблескивая в темном небе.

– Ого! – ахнул Эван.

Чего они не видели – так это Руваха в центре вихря, который водил руками по кругу, точно заставляя ветер кружиться быстрее, втягивать все больше дождевой воды и поднимать ее к небу.

– Придите, воины.

– Вы слышали? – спросил Ксавье.

– Что слышали? – не поняла Брианна.

– Придите, воины. В вихрь. Скорее!

– Кажется, я тоже слышал, – проговорил Эван. – Немного похоже на… Ру.

– Руваха, – поправил Ксавье. – И да, похоже.

– В вихрь!

Теперь это услышали все. Ребята посмотрели друг на друга, а затем на смерч, который стал еще выше. Говорить вслух не требовалось. Они и так знали, что будут делать.

– Сказать твоему папе? – спросил Эван, окидывая взглядом зал.

Все остальные были поглощены своими занятиями и не обращали внимания на происходящее. Компания девочек включила какую-то музыку и танцевала. Мистер Джей Ар стоял у двери кабинета администрации, разговаривая по телефону. Похоже, он не замечал ребят, стоящих у двери.

– Думаю, скоро он поймет все сам, – сказал Леви.

– Идем! – Эван первым толкнул дверь и выбежал под дождь.

Ксавье выбежал сразу за братом, пригибая голову от ветра.

– Давай! – Брианна потащила Леви за руку. – Скорее! Пока нас никто не видит!

Леви повернулся к Мануэлю:

– Ты тоже.

Он схватил мальчика за рукав и потянул за собой наружу.

Мануэль пытался сопротивляться:

– Нет… нет… опасно… мой ингалятор!

Леви пропустил мимо ушей его мольбы, следуя за Брианной.

– Идемте! – воскликнула Бин. – Мы возвращаемся в Агоратос!

Мистер Джей Ар услышал, как хлопнула дверь, и поднял глаза. Нахмурившись, он обежал взглядом зал и понял, что пятерых ребят, и в том числе его сына, здесь больше нет. Тренер подошел к двери и выглянул в окно как раз вовремя, чтобы заметить, как они исчезают в вихре на баскетбольной площадке. Сложив руки на груди, мистер Джей Ар со вздохом улыбнулся.

И Лэндон, который по-прежнему торчал под дождем, тоже видел, как они исчезают.

Часть третья

Освобожденный свободен всегда

Глава двадцатая

В вихрь

Ребята бешено закружились в вихре, который оторвал их от земли и потащил к темному небу. Ветер был столь силен, что натягивал кожу и не давал вздохнуть. Ксавье силился открыть глаза, чтобы разглядеть остальных: он увидел, как мимо проносится Эван, и схватил его за руку.

– Держитесь вместе! – прокричал Ксавье сквозь заунывный свист, чувствуя, как порывы ветра заталкивают слова обратно ему в глотку.

Леви ухитрился уцепиться за Брианну, а затем дотянулся до другой руки Эвана. Брианна попыталась схватить проносящегося мимо Мануэля, но не удержала: он отчаянно молотил руками и ногами.

– Не дергайся! – прикрикнула она.

– Мы все погибнем! – взвыл Мануэль.

Он схватил очки, пока те не слетели с его носа, и впился в них, точно в якорь.

– Ох, я тебя умоляю! – раздраженно выкрикнула Брианна.

Нога Мануэля лягнула воздух рядом с Ксавье, и тот поймал ее, прежде чем мальчика снова унесло. Брианна ухватила вторую ногу, так что они держали Мануэля вверх тормашками, но это было лучше, чем ничего.

– Что про… ис… хо… дит? – выдавил Мануэль.

Он выпустил очки, чтобы обхватить ногу Ксавье, – ребята кружились все быстрее и быстрее.

– Пока непонятно, – откликнулся Ксавье. – Просто держись!

Они подтянули друг друга поближе, зажмурились и накрепко вцепились в товарищей.

Казалось, прошла вечность, и ветер начал стихать. Ребята стали опускаться – сперва медленно, но все набирая скорость.

– Мы падаем! – взвизгнул Мануэль. – Мы разобьемся!

Через несколько секунд они вывалились из вихря на мягкую землю. И тут же появилось солнце. Ураган прекратился. Вокруг было тихо, разве что вдали шумела вода. Все уселись на земле, тряся головами и озираясь.

Мануэль поправил очки и, мигая, таращился вокруг, уверенный, что у него галлюцинации. Он больше не находился в спортцентре. В этом можно быть уверенным. Он сидел на мягкой травке на краю глубокой пропасти. Далеко внизу бурлил неглубокий стремительный поток: вода перекатывалась через камешки и крупные валуны. Мальчик поднял глаза и увидел перекинутый через пропасть мост.

Только вот раньше Мануэль никогда не видал таких мостов. Он начинался на одной стороне как сказочный мощеный мостик, увитый плющом и заросший мхом, и его ступени поднимались до середины пропасти. Но там, на середине, мост превращался в скопище черных клепаных балок, как у старых железнодорожных мостов. Другая сторона пропасти тонула в тумане, таком плотном, что деталей было не различить. И небо тоже выглядело жутко странно: с одной стороны оно было вроде как золотого цвета, а с другой – темно-красное. Обе половины были испещрены крупными грузными объектами, похожими на парящие скалы.

– Где мы? – прошептал Мануэль. – В Канаде?

– Добро пожаловать в Агоратос, – отозвался Леви, встряхивая головой, чтобы унять головокружение.

– Это Агоратос? – Мануэль заморгал, убеждаясь, что ему не привиделось. – А что там такое? – Он указал на другую сторону пропасти.

– Думаю, Скотос, – ответил Ксавье, вставая, чтобы разглядеть получше. – Хотя сейчас он выглядит не так, как раньше.

– Скотос? – переспросил Мануэль.

Он помнил это слово по книге, которую дала ему мама. Было в нем что-то очень неприятное.

Брианна встала, стряхивая травинки с одежды:

– Мои волосы…

Девочка принялась ловить выбившиеся прядки, затягивая их обратно в хвост. Мануэль вытаращился на нее, не в силах поверить, что после пережитого испытания можно столько внимания уделять прическе.

– Мы вернулись! – Эван подпрыгивал от волнения. – Представляете? Это было быстро. Только где же Вода? Нам надо к Воде!

– Там, внизу, – ответил Ксавье, указывая на шумящий в расселине поток.

Все посмотрели туда – над поверхностью искрился герб Агоратоса. Определенно это была Вода.

– И как мы туда спустимся? – нахмурилась Брианна. – Склон крутоват, чтобы просто по нему слезть. А ботинок у нас нет.

– Думаю, мы должны прыгать, – сказал Ксавье.

– Прыгать? – Мануэль побледнел. – Прыгать? Да здесь же сотня метров с лишним! Мы убьемся, и наши тела размажет о камни…

– Ох, приятель… – Эван покачал головой.

Леви встал и заглянул через край:

– В этом вопросе я как бы согласен с Мануэлем.

Брианна издала звук, выражающий отвращение, и тряхнула «хвостом»:

– И чего вы все так боитесь?

Распрямив плечи, она промаршировала к краю пропасти. Посмотрела вниз, почувствовала, как кровь отливает от лица при виде того, как здесь высоко. Но герб был там – парил над Водой. Она должна показать этим мальчишкам, что не трусит, что ей по плечу ровно то же, что и им. Бин вскинула голову и глубоко вдохнула:

– Вот так это делается.

Зажмурившись, она прыгнула. Мануэль вскрикнул и отвернулся, не в силах смотреть на дальнейшее. Он услышал… ничего. Даже всплеска не было.

– У нее получилось! – воскликнул Леви.

Раскрыв глаза, Мануэль заглянул в пропасть.

Брианны не было видно, но на поверхности Воды появился слабый красный оттенок.

– Видите красный цвет? – спросил Ксавье. – Я видел такое, когда Эван впервые вошел в Воду. Думаю, он означает, что Брианна попала в Пещеру. Она в безопасности.

– Хорошо, – Леви вздохнул с облегчением.

– Там, внизу, пещера? – Мануэль поправил очки на носу и рассудил: – Видно, тут глубже, чем кажется.

Леви рассмеялся и подошел к обрыву. Заглянув через край, он пожал плечами:

– Как нечего делать!

И прыгнул, сделав переворот в воздухе перед тем, как войти в воду. На этот раз Мануэль не отводил взгляда и видел, как Леви упал в поток, но его вовсе не размазало о камни: выглядело так, словно мальчик просто прошел насквозь без единого всплеска. И в воде снова появился и почти сразу исчез красный оттенок.

– Готов, Ван? – спросил Ксавье у младшего брата.

– Конечно, без проблем. – Встав на краю пропасти, Эван поколебался лишь с мгновение, а затем зажал нос одной рукой, а вторую вскинул в воздух, словно держа меч. – Агоратос!

С этим боевым кличем он прыгнул и исчез в Воде, оставив за собой красную тень. Мануэль, не веря глазам, помотал головой. И тут осознал, что теперь Ксавье смотрит на него. Он медленно попятился, замахав руками в воздухе:

– Нет… нет…

– Давай, – сказал Ксавье. – Я тебе помогу. Берись за мою руку.

Ксавье подошел к краю пропасти и протянул руку к Мануэлю, который сделал к нему несколько крошечных шажков.

«Раз, два, три…» – Мануэль считал шаги про себя. – «Четыре, пять, шесть…»

Оказываясь в пугающих ситуациях, он всегда считал. Мама научила его делать так давным-давно. «Если приходится тяжко – считай». Мануэль толком не знал почему, но всегда так делал. Вчера, во время происшествия с мумией, он дошел до сорока трех.

«Семь, восемь…»

Он протянул руку и ухватился за Ксавье.

– Я досчитаю до трех, и мы прыгнем, ладно? – Ксавье крепко сжал пальцы на кисти Мануэля, чтобы тот не вырвался.

«Девять, десять…»

Мануэль зажато кивнул.

– Один…

– Погоди! – Мануэль снял очки и затолкал в карман. – Ладно, давай.

Ксавье кивнул:

– Два…

«Три» он так и не произнес. Ксавье прыгнул на счет «два», таща Мануэля за собой.

Мануэль испустил душераздирающий вой, падая в пропасть, снова уверенный, что умрет.

– Одиннадцать, двенадцать! – последние два числа он прокричал вслух, зная, что это – последнее, что он произносит в жизни.

«Не слишком-то выдающиеся предсмертные слова», – подумалось ему.

Через несколько секунд они врезались в Воду. Мануэль думал, что его сердце разом остановится. Он почувствовал тягу, будто его смывало в унитаз (хотя, вообще-то, он никогда раньше не представлял себе такого опыта), и приготовился встретить конец.

Когда Мануэль снова открыл глаза, то стоял на твердой земле. Непохоже было, чтобы он умер или хотя бы намок. Подняв руки, он ощупал лицо, грудь, живот. Посмотрел на ноги. Все было целым и, кажется, невредимым. Вытаскивая очки из кармана брюк, Мануэль ожидал увидеть стекла, раздавленные в кашу. Но на линзах не было ни единой трещины.

Его взору открылся сверкающий пейзаж: синие горы, сосульки, снежинки… стоп… нет… Это же не горы и не сосульки. Это…

К нему с ухмылкой подошел Ксавье:

– Добро пожаловать в Пещеру.

* * *

Пещеру?

Если это была пещера, то самая странная из всех, что Мануэлю доводилось видеть. Скальные образования светились словно изнутри. Маленькие комочки света плавали в воздухе вокруг. А самое удивительное – здесь было совершенно сухо. И на нем больше не было его одежды. Мануэль уставился на толстую серую рубаху и штаны – у него на груди слабо мерцал герб Агоратоса. «Когда это я успел переодеться?» – подумал он. Может, от падения он отключился? Или, возможно, все это вообще сон, решил мальчик.

– Вижу, вы привели друга, – послышался глубокий голос, эхом отразившийся от стен. – Добро пожаловать, принц Мануэль.

Мануэль не понимал, звучит ли голос снаружи или внутри его собственной головы. Повернувшись, он увидел перед собой крошечную фигуру в пурпурной мантии. Лицо фигуры было скрыто под большим капюшоном. Остальные ребята, одетые в точности как Мануэль, собрались вокруг.

– Э-э, здравствуйте, – дрожащим голосом произнес Мануэль, гадая, отчего существо в капюшоне назвало его принцем.

– Я ждал тебя. Не бойся. Я – Рувах. Твой проводник в Агоратосе.

– Приятно… познакомиться… Ру-вах, – Мануэль согнулся в неловком поклоне (принцы ведь так делают, да?), отчего Эван подавил смешок. – Рад оказаться здесь… наверное.

Мануэль постарался говорить обычным тоном, чтобы остальные не сочли его полным трусом. Но, вообще-то, так было нечестно – ясно же, что они здесь уже бывали.

– Сначала ты должен попасть в Пещеру, – с великолепной самоуверенностью Эван выступил вперед, – чтобы достать свои доспехи. И всегда надо проходить через Воду. Она отмечена гербом – ну, знаешь, тем символом из книги, – так что ты не пропустишь. Это очень важно.

– Доспехи? – повторил Мануэль.

– Ага, – подтвердил Леви. – Без них в Агоратосе не выжить.

– Тут что… опасно?

– Иногда, – подтвердил Ксавье.

– Тут есть поддельщики, – сказала Брианна. – И песчаные гробели. И злобные бабочки, которых называют энтами. И иногда земля превращается в зыбучий песок, а здания падают, и нужно быть готовым.

– Эй, ребята, давайте полегче с ним, – сказал Ксавье, видя, как у встревоженного Мануэля отпадает челюсть. – Он же только что прибыл.

– Тебе нужно надеть доспехи, – не унимался Эван. – Правда, Ру?

– Не называй его так, – прошептал Ксавье, легонько пихая брата в бок.

– Ты прав, принц Эван. Идем, принц Мануэль, – Рувах протянул спрятанную в рукав руку к мальчику, подзывая его: – Следуй за мной.

Обернувшись, проводник двинулся к одному из тоннелей. Мануэлю волей-неволей пришлось идти следом.

– Остальные также должны подготовиться, – не останавливаясь, проговорил Рувах. – Искры укажут вам путь.

– Искры? Они так называются? – переспросила Брианна. – О-о-о, мне это нравится! – Она заворковала, глядя на сверкающее пятнышко света, которое радостно танцевало, мерцая, у нее перед глазами: – Ты такая хорошенькая!

Искра отлетела в сторону темной галереи, и Брианна поспешила за ней. Ксавье, Эван и Леви последовали за своими Искрами в другие коридоры.

– Идем, принц Мануэль!

Рувах почти исчез из виду, так что Мануэль поторопился за ним. Несмотря на то что приходилось бежать, он не чувствовал, что задыхается или нуждается в ингаляторе. «Я могу дышать», – подумал он. Мануэль не мог вспомнить, когда он в последний раз бегал и дышал без усилий. У этого парня, Руваха, что, есть магические силы? И кто он вообще такой?

Бессвязные вопросы крутились в рациональном мозгу Мануэля. То, что он видел и слышал с того момента, как прыгнул в торнадо, заставляло его усомниться во всем, что он знал о мире. Агоратос представлялся краем безграничных возможностей. Это вызывало страх, но и приятное волнение тоже.

Темный тоннель освещался по мере их приближения, и внимание Мануэля вскоре привлекли комплекты доспехов, которые выстроились вдоль стены. Столько разных видов: некоторые очень старинные, некоторые футуристические, а некоторые вообще ни на что не похожие. Рядом с каждым комплектом были указаны имя и дата. Мальчик хотел остановиться и рассмотреть их поближе – его мозг ученого уже бурлил теориями. Но Рувах не снижал темп.

А затем без предупреждения встал на месте и развернулся. Мануэль резко затормозил.

– Вот твои доспехи, – сказал проводник, указывая на нечто у стены, рядом с чем красовалась небольшая табличка с полным именем и датой рождения Мануэля.

Мальчик уставился на доспехи, которые ничуть не напоминали доспехи. И близко не столь внушительные, как некоторые из тех, что они миновали по пути. Хотя меч был ничего, да и щит выглядел довольно серьезным. А вот нагрудник – не что иное, как тонкая пластина с диском по центру. Ботинки и пояс – тоже гладкие, без украшений.

– Это… доспехи? – протянул Мануэль, не желая обидеть Руваха, который, несмотря на размер, казался довольно грозным.

– Сперва ремень, – Рувах снял его со стенда и вручил Мануэлю: – Ремень всегда в первую очередь.

Когда проводник взялся за ремень, на нем засветились какие-то странные символы, но затем исчезли, и на их месте возникло слово «ИСТИНА».

– Истина? – не понял Мануэль.

– Ремень скрепляет все воедино, – загадочно ответил Рувах.

Мануэль, как и другие до него, уставился на ремень, не понимая, что с ним делать. Но, когда он приложил его к талии, ремень обернулся вокруг нее, будто обладал собственной волей, и два конца срослись друг с другом.

– Замечательно, – пробормотал Мануэль.

То же самое он сказал о нагруднике, дивясь его странной форме, а затем тому, как нагрудник пристал к рубашке, подстроившись под размер Мануэля, словно был сделан специально для него.

Мальчик нерешительно постучал по поверхности:

– Кажется довольно тонким, – заметил он.

Не было похоже, что нагрудник остановит удар меча или, если уж на то пошло, хотя бы шарик жеваной бумаги. А уж эти шарики были Мануэлю прекрасно знакомы.

– Что он делает? – Мальчик провел пальцем по диску, будто пытаясь прокрутить его.

Рувах не ответил, а просто вручил Мануэлю пару ботинок, которые с легкостью натянулись на ноги. Мануэль походил кругом, испытывая новую обувь. Брианна упоминала о ботинках, когда ребята были у пропасти. Но Мануэль не понимал, что в этой обуви такого особенного, – разве что она была совсем не похожа ни на что из того, что Мануэль носил прежде.

– Идем, – распорядился Рувах и живо развернулся к тому концу тоннеля, откуда они пришли.

Мануэль пошел следом. Он хотел спросить о мече и о многом другом, – включая двери под замками, расположенные рядом с каждым комплектом доспехов, – но не посмел. Было чувство, что Рувах не расскажет ничего, пока тебе действительно не понадобится это узнать.

* * *

Когда они вернулись в главный зал Пещеры, там уже поджидали Брианна и трое мальчиков, одетые почти так же, как Мануэль. Ребята стояли с гордым видом, довольные своими доспехами, и их кажущаяся непрактичность явно никого не беспокоила.

– Эй, отлично выглядишь! – сказал Леви.

– Спасибо, – скептически проговорил Мануэль.

– Лучше почитай правила. – Эван указал на большой свиток, который только что появился в воздухе над их головами.

Мануэль прищурился, слегка шевеля губами во время чтения. Он уже знал большинство из этих правил: например, что необходимо добираться до Воды, как только попадаешь в Агоратос. Но было тут и кое-что непонятное.

– Почему мы не можем… – начал было Мануэль, но тут, перебив его, в зале прогремел голос Руваха:

– У вас есть миссия.

Мануэль подскочил – только он один. Остальные, похоже, уже привыкли к этому грохочущему голосу.

– Миссия спасения.

– Миссия спасения? – переспросил Эван. – Мы же уже спасли Леви.

– Теперь вы должны спасти узника Скотоса, – сказал Рувах.

– Скотоса! – повторил Эван. – Но мы не можем туда идти! У нас даже мечей нет!

– У вас есть все, что необходимо.

В этот раз ребятам показалось, что Рувах как-то особенно подчеркнул эту фразу, хотя никто не смог бы сказать, как именно. Может, проводник говорил не только о доспехах.

– Кого мы должны спасти? – спросил Леви.

– Следуйте за мной.

Рувах повел их в зал, где они раньше не бывали; он был меньше и темнее. Ни светящихся сталактитов, ни искр. Единственным источником света здесь была лампа, стоявшая на деревянном столе. Еще на столе лежала маленькая деревянная коробочка.

– Открой ее, – Рувах указал на Ксавье.

Мальчик шагнул вперед и с опаской открыл шкатулку, будто ожидая, что оттуда что-нибудь выпрыгнет. Но ничего такого не произошло, и он заглянул внутрь.

– Она пустая, – разочарованно сказал Ксавье.

Все ребята вытянули шеи, чтобы посмотреть, но в коробочке не оказалось ничего, кроме пурпурной обивки, как в шкатулке для украшений.

– Что ты видишь? – спросил Рувах.

Ксавье присмотрелся повнимательнее.

– Ну… Здесь что-то было.

Он увидел выемку на обивке и начал узнавать форму. Предмет, оставивший эту выемку, был длинным и узким, с утолщением на одном конце и расширением на другом. Это было похоже на что-то, что Ксавье как-то видел в кино, – старомодное, но знакомое.

– Э-э… Может, ключ?

Рувах медленно кивнул под капюшоном.

– Ключ, – произнес он, – который отпирает комнаты.

– Вы про те комнаты под замками, мимо которых мы проходили? – уточнил Мануэль.

Рувах снова кивнул.

– Что с ним случилось? – спросил Эван.

– Ключ был украден, – ответил Рувах.

– Понеросом? – предположил Леви.

– Принцем-воином Агоратоса.

Ребята примолкли, поглядывая друг на друга.

– Вы о ком-то… вроде нас? – тихонько спросил Эван.

– Будем называть его… Рук. Покамест, – Рувах вытянул руку – все, кроме Леви, видели такое впервые.

Рука выглядела так, словно состояла из света; на ней не было ни складок, ни морщин, как на обычной руке. Рувах развернул ее тыльной стороной вниз, и из ладони вихрем вырвался поток яркого света, заставивший ребят на мгновение прикрыть глаза.

Рувах начал рассказывать историю, и, пока он говорил, в световом луче появлялись картинки – как иллюстрации к рассказу.

– Рук был превосходным принцем-воином, но Скотос всегда вызывал у него любопытство. Он часто спускался к мосту Слез, чтобы посмотреть на пропасть и увидеть другую сторону. Похоже, у него было чувство, что там его что-то ждет, что-то, чего ему не хватает на этой стороне.

Эван подался к брату, прикрыв рот ладонью, и шепнул:

– Это, наверное, тот мост, что мы видели, когда сюда попали.

Ксавье толкнул его локтем, чтобы слушал молча.

В луче показался принц-воин, который медленно прошел по мосту и остановился на середине – там, где каменные ступени превращались в металлические балки. Вокруг его головы весело кружили бабочки, их красные глаза сверкали, хотя воин, похоже, не замечал этого.

– Энты рассказывали ему фантастические истории о чудесах Скотоса, – продолжал Рувах. – Источник всегда предупреждал его, что они – лгуны и мошенники, но их истории все больше захватывали Рука.

– Эти насекомые умеют говорить? – тихонько спросил Мануэль.

– О, еще как, – вздохнула Брианна.

На картинке появилась другая фигура – гораздо крупнее, похожая на человеческую, но слишком темная и вытянутая, как тень на стене.

– Затем однажды на мосту навстречу Руку вышел Понерос. Он пообещал Руку все богатства Скотоса, его королевства, если тот украдет ключ и доставит Понеросу в его крепость.

Появились новые изображения: прекрасный замок, горы золота, стол, заставленный едой.

– А как Понерос узнал об этих комнатах? И о ключе? – спросил Ксавье.

– До мятежа он часто бывал в Пещере. Он знал тайну комнат, но не ведал, где спрятан ключ.

– Зачем ему понадобился этот ключ? – спросил Леви.

– Он верил, что, спрятав содержимое комнат от принцев-воинов, обеспечит себе победу над Агоратосом, – ответил Рувах. – Но не решился рисковать, появившись здесь самолично. Ему требовался союзник – кто-то, кто захочет предать нас. Рук принял предложение. Он украл ключ и отнес его Понеросу.

Движущаяся картинка в луче света показала Рука, принца-воина, открывающего шкатулку и достающего ключ. На следующем изображении Рук вручал ключ тенеподобной фигуре.

Эван представил вереницу таинственных запертых дверей в темных коридорах.

– Значит, то, что в этих комнатах, очень важно. Но что же это такое? – Он задал вопрос как бы между делом, словно надеялся заставить Руваха проговориться.

Проводник не сказал ни слова. Эван пожал плечами, как бы говоря: «Ну, я хоть попытался».

– Так теперь Рук – король в Скотосе? – спросил Леви.

– Ничего подобного. Он – узник, которого содержат в подземелье крепости Хаоса. Он осознает, какую ошибку совершил, и умоляет о спасении.

Картинка с прекрасным замком вернулась, но теперь она менялась на глазах у ребят: красивые каменные стены и башенки таяли, обнажая беспорядочный остов из металлических балок и опор. Цвета садов и окружающих пейзажей слились в мерзкую кашу, как бывает, когда намешаешь слишком много красок. От всей этой картины веяло опустошением и горем.

А потом картинка поблекла. Рувах спрятал руку обратно в мантию. Ребята долго стояли молча, растревоженные историей, которую услышали и увидели.

– Так ты хочешь, чтобы мы отправились туда – в эту крепость – и спасли Рука? – через некоторое время произнес Ксавье. – Но почему? Он предал тебя. Обокрал тебя. Он наказан.

– Но вы же не бросили меня, когда я застрял, – напомнил Леви.

– Это другое…

– Нет, не другое. Так, Ру? – Леви задумчиво посмотрел на проводника.

Рувах медленно кивнул под капюшоном.

– На вас – ботинки мира. Они нужны для того, чтобы приносить добрые вести узникам, которых требуется освободить. А шанс обрести свободу должен быть дан каждому.

– Как вести могут кого-то освободить? – Эван сдвинул брови. – Разве нам не нужны пилы для решеток? Или динамит? И мечи, чтобы сражаться со стражей?

– Вам нужно только это, – из-под мантии Рувах достал небольшой свиток, скрепленный печатью с гербом Агоратоса, и вручил его Леви: – Береги его до тех пор, пока не сможешь отдать тому, кто нуждается в освобождении.

Леви взял свиток и усмехнулся из-за того, что хранителем выбрали именно его. Мальчик осторожно положил свиток в карман.

Рувах кивнул.

– А как насчет указаний для нас? – спросил Ксавье.

– А… – Рувах воздел длинные руки и протянул их к темному углу комнаты.

Угол осветился, открыв взгляду длинный прямой коридор, в конце которого виднелся сверкающий предмет. Ребята немедленно узнали его.

– Книга! – воскликнула Брианна.

Книга поплыла к ним, будто Рувах притягивал ее. На этот раз в укрытие нырнул Мануэль, уверенный, что книга врежется в него. Остальные удержались от смеха, кроме Эвана, который рассмеялся вслух:

– Видели, как он пригнулся?

– Ага, и, помнится, ты как-то сделал то же самое, – Ксавье щелкнул его по затылку.

Мануэль выглянул из-под сложенных рук и, вытаращив глаза, уставился на золотистую книгу, мерцающую перед ним на причудливом пьедестале.

– Ох, ничего себе, – пробормотал он. – Никогда еще не видел такой реалистичной голограммы.

– Потому что это не голограмма, – ответил Леви.

Рувах приблизился к Книге и поднял к ней руку – страницы начали перелистываться, затем замерли. С них в воздух поднялись буквы, которые сложились в слова:

Смотри прямо вперед и не отводи взгляда от того, что перед тобой.

Слова зависли на мгновение, а потом Рувах словно вытащил их из воздуха и метнул в каждый из дисков у ребят на нагрудниках, где фраза закружилась, заставляя диски светиться. Мануэль постучал пальцем по своему диску, пытаясь сообразить, как он работает.

– Это какая-то новая проекционная технология, я такой еще не видел, – проговорил он. – Жаль, у меня нет с собой тетради…

Рувах снова начал листать страницы. Все, затаив дыхание, смотрели, как из Книги поднимается и обретает связность новый набор инструкций:

Придерживайся моих указаний, не забывай их.

Храни их, ибо они – ключ к жизни.

– Чьих указаний? – не понял Мануэль.

– Источника, – сказала Брианна. – Это он написал Книгу.

– Но где же сами указания? – непонимающе произнес Ксавье. – К примеру, насчет того, как нам попасть в Скотос и пробраться в крепость?

– Ага, и как не попасться и не превратиться в поддельщиков? – добавила Брианна.

– Доспехи поведут вас, – безмятежно промолвил Рувах, словно тревоги ребят ничуть его не тронули.

– Я серьезно думаю, что нам нужно больше снаряжения, – нервно проговорил Мануэль. – Если мы собираемся отправиться на вражескую территорию – я хочу сказать, там же могут быть охранники с мечами и пиками и, возможно, артиллерия…

Все ребята заговорили разом, сыпя все новыми и новыми возражениями.

– Помните, на вас – ботинки мира, – громовым голосом сказал Рувах, пресекая все разговоры. – Доверьтесь доспехам. У вас есть все необходимое.

И с этими словами Рувах и сама пещера исчезли.

Глава двадцать первая

Наводя мосты

Пятеро ребят снова очутились на краю глубокой расселины, на дне которой кипел быстрый поток. Землю на другой стороне по-прежнему затягивал густой туман. Красное небо пронзали фиолетовые сполохи, и то тут то там висели странные небобрюхи.

– Где же мост? – спросил Леви.

Через мгновение ребята осознали, что мост Слез, который они ясно видели при первом своем появлении, исчез.

– Рувах не предупреждал, что мост пропадет! – воскликнул Эван.

– Может, Понерос знал, что мы на подходе, – предположил Ксавье. – И лишил нас единственной возможности пройти к нему.

– Откуда он мог узнать? – встревожилась Брианна. – Разве он мог слышать, о чем мы разговариваем в Пещере?

– Возможно, он сам или один из его шпионов видели наше появление, и Понерос насторожился, – как всегда, Мануэль попытался найти разумное объяснение всему происходящему. – В любом случае моста нет, так что сегодня в Скотос мы не пойдем, если только Рувах не построит новый. Честно говоря, для меня это большое облегчение. Я бы совершенно не хотел совершать туда поход в первый же свой день здесь. – Мануэль поправил очки и криво улыбнулся: – Нам нужен другой план.

– Я согласен, – поддержал Эван, – голосую за то, чтобы отправиться в замок, взять себе мороженого и придумать новый план.

Ксавье закатил глаза.

– Нам дали указания – следовать указаниям, – напомнил он. – Это значит, нужно делать то, для чего Рувах послал нас сюда.

– Но как? – спросил Леви. – Нам что, слезть вниз и потом вскарабкаться по другой стороне? Или прыгнуть, как в прошлый раз?

Ксавье задумчиво поглядел на воду внизу, потом покачал головой:

– Герба нет. Не думаю, что мы должны прыгать.

– Если бы у нас был какой-нибудь скалолазный инвентарь, это было бы возможно, – заявил Мануэль. – Или какие-то материалы, из которых я бы мог построить летательный аппарат…

– Летательный аппарат? – рассмеялся Леви. – Ты серьезно?

– Ну, дома у меня почти получилось, только его забрал отец. Сказал, слишком опасно. – Мануэль пожал плечами, словно до сих пор не мог взять в толк, в чем была проблема.

– Когда-то я читала книгу, в которой герой бросает веревку через реку, и на другой стороне она зацепляется, а потом все перебираются по ней, – припомнила Брианна. – Может, мы могли бы использовать для этого ремни.

Эван возвел глаза к небу:

– Это не сработает.

– Вообще-то, идея неплохая, – возразил Ксавье. – В любом случае попробовать стоит.

Брианна глянула на Эвана с видом «накося, выкуси», на что он постарался не обратить внимания.

– Давайте мне ваши ремни, – распорядился Ксавье.

Все подчинились.

– Они никак не могут быть настолько длинными, чтобы достать до другого берега, – покачал головой Мануэль.

– О, ты еще не видел их в работе, – улыбнулась Брианна.

Ксавье сцепил концы ремней. К изумлению Мануэля, они срослись в один длинный трос. Но мальчик все равно покачал головой:

– Длины мало.

Ксавье собрал трос в бухту, точно ковбой, который собирается заарканить теленка. Глубоко вдохнув, мальчик изо всех сил метнул трос на противоположную сторону пропасти. Ремень раскрутился, взвившись в воздух… И упал, свесившись через край расселины.

Мануэль фыркнул:

– Я так и думал.

– Попробуй еще, – сказала Брианна.

Ксавье пробовал снова и снова. Но трос-ремень никак не долетал до той стороны и падал, ни за что не зацепляясь.

– Не работает, – констатировал Эван, искоса поглядывая на Брианну, которая избегала его взгляда.

– Видимо, это означает, что ремни мы использовать не должны, – заключил Ксавье.

Он расцепил трос и вернул всем ремни.

– Что теперь? – спросил Леви. – Может, нам удастся срубить несколько достаточно высоких деревьев, связать их ремнями и перекинуть через…

– И чем мы собираемся эти деревья рубить? – перебил Эван.

Пока остальные обсуждали разные идеи, Ксавье задумчиво смотрел на поток внизу. Указания из Книги снова и снова крутились у него в голове.

Диск на нагруднике, кажется, знал, о чем думает мальчик, потому что из него выплыли слова и повисли перед Ксавье: «Смотри прямо вперед и не отводи взгляда от того, что перед тобой».

Он поглядел выше, на другую сторону пропасти. И вдруг что-то увидел: какой-то проблеск, который затем стал ярче. Свет. Сияющий в густом тумане на той стороне.

«На вас ботинки мира».

Слова Руваха пульсировали в голове Ксавье. Он опустил взгляд на ботинки. Повернулся к остальным и воскликнул:

– Ботинки!

Все, замолчав, уставились друг на друга, пораженные его вспышкой. Ксавье сиял:

– Помните, что Рувах сказал перед самым исчезновением? «На вас ботинки мира». Ботинки перенесут нас на другую сторону!

– Правда? – с сомнением произнесла Брианна и поглядела на обувь.

Ботинки девочки довольно ярко сверкали сами по себе, но в данный момент, казалось, не делали ничего особенного.

– Они перенесут нас по воздуху?

Все остальные принялись изучать свою обувь, надеясь увидеть, как у нее растут крылышки.

Ксавье стиснул зубы и подошел к краю обрыва – туда, где прежде стоял мост. Мальчик глянул через край – падать было очень, очень далеко.

Смотри прямо вперед.

Голос стал громче, сильнее. Голос Руваха? Он призывал сосредоточиться. Мальчик поглядел на мерцающий огонек в тумане. Остальные затихли, наблюдая за ним. Ксавье набрал полную грудь воздуха.

– Ксави! Ты что делаешь? – вскрикнул Эван и собирался было схватить брата за руку.

Но слишком поздно. Ксавье уже поднял ногу, будто собирался подняться по несуществующей лестнице.

* * *

Шагая, Ксавье не отрывал взгляда от огонька. Он не будет смотреть вниз, в глубокое ущелье. Глубокий вдох, который он сделал, теперь распирал грудь. Нога опустилась. И встала… на что-то. Мальчик быстро глянул вниз. Камень. Ступенька лестницы, которой здесь не было всего секунду назад. Ксавье с облегчением выпустил воздух из легких.

– Смотрите! – закричал за его спиной Эван. – Ступенька просто появилась у него под ногой!

Ксавье снова вдохнул, чуть не улыбаясь от радости при виде каменной ступеньки, которая зависла под его ногой. Он развел руки, чтобы вернуть равновесие и заодно присутствие духа.

– Смотрите прямо вперед! – прокричал он. – Видите свет? Не отводите взгляда от того, что перед вами!

Он снова вдохнул, сделал еще шаг – и под ботинком появилась другая ступенька, парящая в воздухе и абсолютно надежная. Но стоило Ксавье оторвать ногу от первой ступеньки, как та исчезла. Ступени появлялись лишь в тот момент, когда их касалась подошва ботинка.

Остальные смеялись и аплодировали, взбудораженные открытием Ксавье.

– Поразительно! – воскликнула Брианна.

– Круто, – подхватил Леви.

– В некотором роде напоминает «Майнкрафт», – сообщил Мануэль.

Будучи любителем науки, он просто обязан был выяснить, как это работает. Мальчик подобрал крупный камень и встал на колени на краю обрыва:

– Может, ступеньки уже там, и мы просто не видим их.

Мануэль бросил камень туда, где под ногой Ксавье возникла первая ступень. Но камень ни обо что не ударился – он просто рухнул вниз, в пропасть.

– Надо же! – проговорил Эван, следя за его полетом. – Ступенька просто растворилась!

Ксавье снова шагнул, и под его ногой сотворилась новая ступень:

– Давайте, ребята!

– Сделаем это! – заявила Брианна. – Надо торопиться, пока плохие парни нас не засекли.

– Не думаю, что стоит, – засомневался Мануэль. – Я вроде как боюсь высоты…

– Это тебя вылечит! – Брианна встала на край пропасти и сфокусировала взгляд на слабом мерцании на другой стороне.

Пристальный взгляд на огонек успокоил девочку. Она повторяла слова, звучащие в голове: не отводи взгляда от того, что перед тобой. Бин вдохнула поглубже и ступила в воздух. На секунду ее сердце чуть не остановилось – девочке показалось, что сейчас она будет падать до самой речушки, бегущей по камням, но затем ее нога опустилась на что-то твердое.

Брианна торопливо покосилась вниз и увидела под ботинком камень. Она восторженно вскрикнула:

– Работает!

Следующим пошел Леви, Эван не отставал. Они оба тоже победно вскрикнули, когда под ногами возникли ступеньки, образуя лестницу через пропасть.

– Не опускайте глаза! – кричал Ксавье. – Просто смотрите на этот огонек!

– Идем, Мануэль, – позвал Леви. – Ты сможешь!

Стоя на краю ущелья, Мануэль нервно ломал руки.

– Может, я просто подожду здесь… – промычал он.

– Идем, Мануэль! Это весело! – Брианна запрыгала со ступеньки на ступеньку, будто играла в «классики».

Остальные рассмеялись. Они словно забыли о смертельных камнях далеко внизу и о территории врага, простиравшейся впереди, наслаждаясь вновь открытой магической силой своих ботинок.

Ребята почти добрались до середины, когда Ксавье вспомнил, что с той стороны мост выглядел иначе. Вдруг скоро ступеньки превратятся в металлические балки, на которых легко поскользнуться и упасть?

Он начал задумываться, не ждут ли на другой стороне шпионы врага, не наблюдают ли за ними, готовя ловушку. Разглядеть что-нибудь в тумане было невозможно – лишь слабый огонек.

Ксавье показалось, что он что-то слышит, – какое-то хлопанье, которое тут же стихло.

– Эй, ребята, тихо! – шикнул он на остальных, которые тут же перестали переговариваться и смеяться. – Слушайте.

Пару секунд не было слышно ничего, кроме печального свиста ветра. Друзья проследили за взглядом Ксавье, который смотрел прямо на огонек на туманном берегу.

Мальчик медленно выдохнул:

– Ладно, может, мне послышалось. Но давайте потише, окей? Не стоит привлекать к себе внимание.

Ксавье сделал еще один шаг, но еще до того, как под его ногой возникла ступенька, туманный берег взорвался движением, будто ожил. Мальчик мигом понял, в чем дело, и прокричал остальным:

– Энты!

Ксавье неподвижно стоял перед наступающей смертоносной ордой. Тонкий писк десятков насекомых сливался в единый звук, который пробирал до самых костей. Мальчик поднял руки, готовясь к нападению.

– Не отводите взгляда от света! – скомандовал он, но засомневался, что остальные расслышат его голос.

– А-а-а! – вскрикнула Брианна и пригнулась, размахивая руками перед лицом.

Энты налетели на ребят, и воздух вокруг превратился в море серых трепещущих крыльев.

– Бин! – воскликнул Леви.

Он стоял позади девочки и видел, что ступенька под ней почти исчезла, – ведь Брианна больше не смотрела на огонек.

Леви отбивался от жутких бабочек, прилагая все усилия, чтобы не терять концентрацию, и одновременно тянулся к подруге, пока ее ступень окончательно не растворилась.

– Бин! Смотри вперед!

Брианна открыла глаза и постаралась сосредоточиться на огоньке. Она зашаталась, ловя равновесие, и ступень под ней вновь проявилась. Леви с облегчением выдохнул. Но тут же услышал крик за спиной: Эвана так отвлекли энты, что, попытавшись двинуться дальше, мальчик шагнул в пустоту. Он начал падать, крича от ужаса, и, выбросив руку вперед, ухватился за ботинок Леви. Эвану удалось повиснуть на одной руке, его тело беспомощно болталось в воздухе. Леви нагнулся, чтобы перехватить его руку, по-прежнему стараясь не сводить взгляда со света.

– Эван! – крикнул Леви. – Держись!

Эван вцепился в ботинок Леви и другой рукой. Он раскачивался, пытаясь достать ногами до ступени. Но ничего не получалось.

– Помогите! – завопил Эван.

Брианна подалась назад и ухватилась за ремень Леви, чтобы придать ребятам устойчивость. Свободной рукой она отгоняла энтов, визжа: «Пошли прочь!» Невольно она отвела взгляд от огонька, и ее ступенька опять побледнела. Девочка вскрикнула, опасно раскачиваясь.

Ксавье бросил быстрый взгляд за спину и понял, что Брианна вот-вот свалится. Он попятился и прокричал:

– Смотри вверх!

Шагнув назад, Ксавье оказался на ступеньке Брианны. Ступень тут же начала твердеть. Задыхаясь, Брианна выровнялась.

– Что бы ты ни делала, не смотри на энтов и не смотри вниз, – предупредил Ксавье, и Бин кивнула, фокусируясь на огоньке и дыша как можно глубже.

Она шагнула на следующий камень.

Ксавье знал, что Эван в беде. Но, чтобы помочь, требовалось повернуться спиной к огоньку.

– Держись, Ван, – прокричал мальчик.

Вдохнув поглубже, он развернулся и присел, протягивая руку Эвану, чьи пальцы на ботинках Леви уже начинали разжиматься.

– Хватай меня за руку! – заорал Ксавье брату. – Быстрее!

– Не… могу… – выдавил Эван, мотая головой и закрывая глаза.

– Хватай! Сейчас же!

Эван подавился воздухом. Если он отпустит ботинок, то, вероятнее всего, пальцы другой его руки тоже разожмутся, и он полетит вниз, на камни. Он уставился на протянутую руку Ксавье – до нее оставалось сантиметров тридцать-сорок. Мальчик видел, что ступенька под Ксавье быстро бледнеет. Буквально через минуту она исчезнет, и брат упадет.

Сейчас или никогда.

Эван отпустил ботинок и вцепился в руку Ксавье. Старший брат с отчаянной силой потащил Эвана вверх, проволок через ступень Леви на свою и одновременно развернул их обоих лицом к огоньку:

– Смотрите на него!

Эван поднял голову, фокусируя взгляд на огоньке и стараясь игнорировать пикирующих энтов. Ступенька снова становилась тверже и достаточно окрепла, чтобы удержать их обоих.

Леви ссутулился и выдохнул воздух, который задерживал все это время.

– Ты в порядке? – спросил Ксавье, пока белый как полотно Эван восстанавливал равновесие и жадно дышал.

– Спасибо, – проговорил младший брат надтреснутым голосом.

Ксавье опустил руку ему на плечо:

– Продолжай идти. Не теряй концентрации. Энты ничего тебе не сделают, пока ты смотришь на огонек.

Эван кивнул и шагнул вперед, на новую ступень. Ксавье следил за ним, резкими вдохами загоняя воздух в легкие. Грудная клетка стала неожиданно тесной.

– Леви? – окликнул он.

– Да-да, я в порядке, – отозвался запыхавшийся, но с виду спокойный мальчик. – А вот Мануэль все еще на той стороне.

Ксавье вздохнул.

– Иди за Эваном, – попросил он. – А я вернусь за Мануэлем.

Он подождал, пока Леви минует его, и направился к другому концу моста. Там Ксавье подождал, пока ступенька под ним затвердеет, и негромко позвал:

– Мануэль?

– Я здесь! – откликнулся слабый голос.

Ксавье кинул быстрый взгляд за спину и увидел Мануэля на обрыве.

– Думаю, я просто подожду здесь, пока вы вернетесь. Покараулю.

– Мануэль! Ты должен держаться с нами! – Ксавье терял терпение. – Давай! Просто смотри на огонек на другой стороне, и все будет хорошо.

– Нет, спасибо! Мне очень жаль. Но я не могу.

Буквально минутку Ксавье размышлял, что же теперь делать. Бросить Мануэля здесь? Искушение было велико.

От парня вряд ли будет какая-то польза в этой миссии, но вот обузой он может стать действительно большой. Возможно, было бы лучше оставить его у моста – пусть ждет.

Но Мануэль получил те же указания, что и все они. Ему надо идти с ними. Для этого должна быть какая-то причина. Ксавье не знал какая, но понимал, что ему придется заставить парня перебраться через пропасть.

Ксавье видел, что остальные медленно, но верно продвигаются вперед, изо всех сил стараясь не замечать жужжащих энтов. Они справятся. Мальчик вздохнул. Не отводя глаз от огонька, он начал медленно пятиться, надеясь, что под его ногами все так же будут появляться ступени. Энты кружили над ним с горящими красными глазами, следя за каждым его шагом. Они пытались отвлечь его от огонька. Ксавье старался не думать о несущемся по камням внизу потоке.

Не отводи взгляд…

К тому моменту, как он добрался до Мануэля, остальные были уже почти на другой стороне. Уже легче.

– Мануэль, – сказал Ксавье, останавливаясь на первой ступени моста. – Идем. Я тебе помогу. Энты не навредят тебе, пока ты смотришь прямо на огонек.

– Откуда ты знаешь?

– Просто знаю, – заверил Ксавье. – Слушай, это как в тот раз, когда надо было прыгать. Все же обошлось, правильно?

– Я… Вроде да…

– Просто сделай это снова. Ботинки тебя понесут. Но идти должен ты, – Ксавье сделал шаг вперед, на появившуюся ступеньку. – Не отводи взгляда от того, что впереди.

Мануэль уставился на огонек на другой стороне. И обнаружил, что так почти не замечает ужасающего хлопанья крыльев насекомых. Он набрал воздуха в грудь и поправил очки. А потом шагнул.

«Один…»

И еще раз.

«Два…»

Мальчик считал шаги, идя позади Ксавье, и так добрался до середины моста, где ступени пошли вниз.

«Двадцать пять, двадцать шесть, двадцать семь…»

Он считал, сосредоточившись на огоньке. Энты вились вокруг его головы, но он продолжал не замечать их. Ксавье был прав: они не могут навредить ему, пока он на них не смотрит. Мануэль улыбнулся сам себе, расправил плечи и ускорил шаг. Он досчитал до сорока семи, а потом понял, что справился. Остальные ребята принялись тихонько подбадривать его, и он сошел с последней ступени на твердую землю.

– Было не так уж плохо, правда? – Леви потрепал его по спине.

– Кажется, нет. – Мануэль расплылся в широкой улыбке и повернулся к Ксавье: – Спасибо, что помог.

Ксавье пожал плечами, и на его лице появилась ответная улыбка. Потом он обернулся, чтобы осмотреться. Ничего, кроме мглы, он не увидел.

– Туманно тут, в Скотосе, – буркнул себе под нос Эван.

– Огонек, – сказала Брианна. – Тот, на который мы шли, – где же он?

Ребята побрели сквозь плотное серое покрывало в поисках источника света – и надежды.

Но огонек исчез. Мгла была такой плотной, что они больше не видели ни расселины, ни энтов. Туман все сгущался, надвигался на них, словно просачиваясь под кожу. Ребята сворачивали то в одну, то в другую сторону, постепенно впадая в панику: они осознали, что потеряли направление. Одно неверное движение – и они могут закончить свою жизнь на дне пропасти.

– Что нам делать? – спросил Мануэль, озвучивая страх, который владел всеми и в котором никто не хотел признаваться.

Ксавье глубоко вдохнул, пытаясь что-нибудь придумать.

Хаос. Смятение. Рувах описывал их как фирменные знаки Понероса. Враг хочет сбить их с толку. Вот зачем нужен этот туман.

Но у них есть доспехи. Нагрудники. Ксавье помнил, как стоял посреди бури и ждал, пока нагрудник скажет ему, что делать. Иногда на это требуется время – нужно быть терпеливыми.

– Все, стойте на месте, – сказал Ксавье. – Сохраняйте спокойствие. Мы просто ждем.

Он опустил взгляд на свой нагрудник, медленно дыша, выжидая. Другие сделали то же самое.

Казалось, прошла целая вечность, но вот диски на нагрудниках замерцали слабым светом. Ксавье с шумом выпустил воздух и принялся поворачиваться – он делал это, пока луч света не стал ровным. Остальные повторяли за ним. В отличие от прошлого раза, когда ребята были вместе, сейчас все нагрудники светили в одном направлении.

– Леви, свиток у тебя? – спросил Ксавье.

– Ага, – Леви нащупал свиток в кармане. – У меня.

– Хорошо, – бросил Ксавье. – Идите за мной. Так тихо, как можете.

Никто не стал спорить, даже Эван. Это Ксавье перевел их через мост. И ребята негласно признали его своим лидером.

– Если увидите кого-то, – начал Леви, – не заговаривайте с ним. Даже не смотрите на него. Особенно… – Он на секунду опустил взгляд. – Особенно если этот кто-то выглядит знакомым.

Ксавье кивнул:

– Верно.

Глава двадцать вторая

Хаос

Они тихо шагали вереницей сквозь туман, не разговаривая. Деталей ландшафта было не различить. Единственными звуками были случайный писк и хлопанье крыльев энтов, которые, похоже, следовали по воздуху, хоть снизу их было и не видно.

Ксавье не отрывал взгляда от нагрудника, который вел их, и время от времени шептал что-нибудь ободряющее остальным. Эван держался сразу за ним, следом шла Брианна, затем Леви, затем Мануэль. Никто не разговаривал: каждый уставился в спину идущего перед ним, время от времени проверяя направление по нагруднику. Земля под их ногами была мягкой и липкой, словно густая грязь. Но она хотя бы оставалась твердой и не норовила затянуть их в глубину.

Постепенно туман стал рассеиваться, и в поле зрения показались странные вещи: яркие цветы странных форм с клоунскими лицами, которые хаотично прорастали и увядали тут и там, и черные деревья с голыми ветвями, которые безумным образом закручивались вокруг друг друга и путались с ветвями соседей. Ксавье остановился: крупное красно-зеленое животное перебежало им путь. Оно напоминало собаку-робота с большими красными глазами-кнопками, консервной банкой вместо морды и длинным хвостом из нескольких деталей.

– Это что еще такое было? – пробормотал Эван, вытаращившись вслед исчезнувшей во мгле «собаке».

Ксавье понятия не имел. Смятение. Это был мир смятения, и ни в чем здесь не прослеживалось никакого смысла.

На пути ребят начали появляться крупные бугристые предметы. Они напоминали камни, но были не твердыми, а похожими на губку. Брианна ткнула в один из них носком ботинка, и предмет присосался к нему. Ахнув, девочка быстро отдернула ногу.

– Этот камень! – задохнулась она. – Он пытался меня схватить!

– Не приближайтесь к ним, идите своей дорогой, – сказал Ксавье.

Энты над их головами без устали наматывали круги под красно-фиолетовым небом.

Почва пошла под уклон, превратившись в узкий овраг. Но вместо воды в его глубине ребята увидели густую зеленую субстанцию, которая подрагивала, как желе. Они остановились, рассматривая ее. Эван нагнулся и потянул к субстанции палец, чтобы проверить, не желе ли это на самом деле.

– Не трогай! – резко одернул его Ксавье. – Перепрыгни через нее. Не прикасаясь.

Он знал, что в этом краю ничему нельзя доверять. Присев, мальчик оттолкнулся обеими ногами, и ботинки легко перенесли его через желейный поток, поставив в жидкую грязь на другой стороне.

– У меня аппетит разыгрывается, – пробубнил Эван и, когда остальные уставились на него, пожал плечами: – А что? Я люблю желе!

Они выбрались из оврага и снова остановились перед запутанной паутиной железных балок, преградившей путь. Казалось, сама земля здесь исчезала – ее заменили железные пересекающиеся перекладины, висящие в воздухе. Ксавье заколебался, а его нагрудник предупреждающе замигал.

– Что это? – спросил Леви.

Этого не знал никто. Их окружал замысловатый лабиринт из стальных рельсов, будто внутренности «американских горок» или недостроенного небоскреба. Тут и там просвечивали клочки грозового неба, и тут же была видна тень от большущего небобрюха, зависшего в вышине.

– Думаю, это может быть входом в крепость, – проговорил Ксавье и добавил почти беззвучно: – Крепость Хаоса.

Он посмотрел на диск на груди – тот светил ровно, показывая прямо вперед.

– Окей, мы идем внутрь.

– Внутрь? Туда? – дрожащим голосом переспросил Мануэль.

Ксавье кивнул:

– Идите за мной, след в след. Не отставайте.

Он осторожно выбирал дорогу по лабиринту балок, иногда останавливаясь, чтобы убедиться, что остальные идут за ним. Луч нагрудника часто и непредсказуемо менял направление. Иногда приходилось пройти по балке, балансируя, точно канатоходец; в другой раз требовалось перескочить с рельса на рельс, стараясь не смотреть в черную пропасть под ними. В какой-то момент Ксавье встал и поднял глаза – лабиринт перекладин становился выше, брусья удлинялись, искривлялись и закручивались один вокруг другого, вытягиваясь к набрякшему красному небу.

Вскоре паутина балок совсем закрыла свет. Ребят окутала темнота, дорогу приходилось искать лишь с помощью лучей от нагрудников. Все держались поближе друг к другу, продвигаясь медленно, как улитки, поскольку не знали, что окажется впереди.

– Я не в восторге от всего этого, – взволнованно пробормотала Брианна.

– Я тоже, – согласился Ксавье. – Но мы должны…

Не договорив, он замер: послышался новый звук – звук ритмично топающих шагов. Что-то двигалось прямо на них. Мальчик ждал, затаив дыхание, его сердце громко стучало в ушах.

Показалась тень, а за ней – большое неторопливое существо, сделанное целиком из металла, с красными светящимися дисками-глазами.

Поддельщик.

Он очень напоминал того, который недавно поймал Леви, только был крупнее – массивное тело было заключено в ржавые металлические пластины разных цветов, приклепанные друг к другу. Шлемоподобная голова в сравнении с туловищем казалась маленькой, но глаза светили, точно лазеры, прорезающие тьму.

Ксавье стоял совершенно неподвижно, надеясь, что остальные последуют его примеру. Взгляд поддельщика медленно скользил справа налево. Спустя леденящий кровь миг он снова пришел в движение: балки вокруг задрожали под медленными тяжелыми шагами. Ксавье подождал, пока поддельщик минует их и эхо его шагов затихнет. Мальчик медленно выпустил воздух из легких. Существо их не заметило.

И тут Мануэль чихнул.

Он держался изо всех сил, но просто не мог больше терпеть. Леви крутанулся на пятках и пронзил его яростным взглядом. Мануэль одними губами проговорил: «Простите».

Но было поздно. Поддельщик развернулся, и лазерные лучи его глаз высветили ребят.

– Бежим! – крикнул Ксавье.

Он ринулся вперед, ведя остальных сквозь невероятную мешанину балок, а громовые шаги поддельщика звучали все ближе. Ребята добежали до длинной металлической лестницы, которая спускалась во мрак.

– Сюда! – скомандовал Ксавье и бросился вниз, перескакивая через ступеньки и громко клацая ботинками по металлу.

Остальные спешили за ним, как могли. Мануэль споткнулся и едва не сбил Леви с ног.

– Прости! – опять шепнул он.

Леви восстановил равновесие – иногда занятия скейтбордингом очень выручают – и схватил Мануэля за шкирку, пока тот не провалился между ступенек.

Когда Ксавье добрался до самого низа, он увидел большую стальную дверь. Мальчик схватился за металлическую ручку и потянул. Дверь не шевельнулась. Заперто.

Тупик.

Нагрудники погасли.

Глава двадцать третья

Ключ к свободе

Снова и снова Ксавье дергал дверную ручку, но дверь не поддавалась. Он развернулся лицом к остальным и прислонился к двери спиной:

– Здесь заперто.

– Ты точно шел туда, куда указывали доспехи? – спросил запыхавшийся Леви.

– Мне казалось, что да… Или нет?

Ксавье пытался сообразить. Они бежали слишком быстро, а доспехи множество раз указывали новое направление. Может, он где-то свернул не туда?

Времени гадать не было. Поддельщик добрался до ступеней и спускался – каждый его шаг отдавался грохотом, пробирающим до самых печенок.

– Рувах… – прошептала Брианна, взывая к помощи проводника.

Девочка придвинулась к Леви и вцепилась в его рукав. Остальные сгрудились, готовясь к худшему.

– Простите меня, – прошептал Мануэль. – Это все я виноват. Если бы я не чихнул…

– Тихо, – оборвал его Эван.

Поддельщик топал вниз, и взгляд его красных светящихся глаз был прикован к ребятам. Похоже, он не спешил, словно наслаждался их ужасом. Брианна слабо всхлипнула и отвернулась, чтобы не видеть его. Поддельщик приблизился и протянул к девочке металлическую руку. Его пальцы распрямились.

Ксавье знал, что одно лишь прикосновение поддельщика начнет превращать ее в металл. «Но, если он коснется меня, ей и остальным может хватить времени, чтобы убежать, – подумал мальчик. – Он же не может схватить всех одновременно».

Ксавье с удивлением обнаружил, что чувство страха гораздо слабее, чем потребность защитить друзей и дать им шанс на спасение. Он встал перед Брианной и приблизился к поддельщику.

– Ксави! – шепнул Эван, видя, что он делает.

Остальные ахнули. Но Ксавье продолжал надвигаться на поддельщика. Он видел, как металлическая рука тянется уже к нему.

– Бегите! – шепнул он друзьям.

А потом закрыл глаза, ожидая прикосновения холодных твердых пальцев.

Но так ничего и не почувствовал.

Через миг Ксавье открыл глаза и увидел маленькие мерцающие комочки света, кружащие возле головы поддельщика, точно комары. Искры. Поддельщик яростно замотал головой, взгляд его светящихся глаз забегал, пытаясь проследить за движением Искр. А те оставляли за собой световые следы, как будто рисовали причудливые узоры, танцуя вокруг металлической головы. Узоры были прекрасны и очаровывали мириадами цветов – поддельщика они загипнотизировали.

Мануэль наблюдал весь этот спектакль с раскрытым ртом. Но потом он кое-что заметил: с широкого металлического ремня поддельщика свисало что-то длинное и черное, с рукояткой в завитках, похожих на те, что бывают на железных воротах у старых домов. Это было совсем не похоже ни на что, что он до сих пор видел в Скотосе, – предмет обладал изяществом, симметрией… Даже красотой.

И тут Мануэль сообразил, что это.

Ключ.

В указаниях Книги было что-то про ключ. А Рувах сказал, что ключ украли. Может, он говорил об этом ключе? А может, этот ключ отпирает двери тюрьмы?

Мануэль глянул на остальных: похоже, никто из них ничего не заметил. Все сосредоточились на Искрах. Ксавье застыл на месте, пальцы поддельщика замерли в считаных сантиметрах от его лица. Мануэль вдохнул поглубже, собрал всю свою смелость и начал двигаться к поддельщику.

Он споткнулся, зацепившись за массивный бронированный ботинок железного существа. Очки слетели с лица и клацнули, стукнувшись о металлическую ногу. Мануэль затаил дыхание, уверенный, что сейчас его настигнет смертельная хватка. Но поддельщик, казалось, ничего не заметил. Искры ткали сеть из света у него перед носом.

– Ты что делаешь? – шепнул Ксавье, боковым зрением наблюдая за Мануэлем.

Он не шевелился, опасаясь, что в любой момент может отвлечь внимание поддельщика от Искр.

– Ключ… – проговорил Мануэль, тыча пальцем в сторону ремня поддельщика.

Подняв глаза, он понял, что уже не видит ключ как следует. По сути, он вообще ничего толком не видит. Без очков.

– Можешь достать? – по-прежнему очень тихо спросил Ксавье.

Мануэль с уверенностью кивнул, перешагнул через ботинок поддельщика и сорвал ключ с ремня. Он оказался куда тяжелее, чем можно было предположить, и мальчик едва его не уронил. Поддельщик по-прежнему ничего не замечал. Мануэль выждал секунду, чтобы в этом убедиться, и пополз к остальным.

– Достал! – Он поднял ключ так, чтобы Ксавье его увидел.

– Попробуй открыть дверь! – приглушенно произнес Леви.

– Сперва забери очки, – пробормотал Ксавье.

– Но они мне не нужны…

– Нельзя ничего оставлять. Это одно из правил.

Мануэль вспомнил, что читал об этом в свитке в Пещере. Он кивнул и наклонился за очками, которые лежали у самой ноги поддельщика. На одном из стекол появилась большая трещина. Для надежности мальчик засунул очки в карман.

– Окей, – медленно прошептал Ксавье. – Теперь отпирай дверь.

Мануэль пополз к двери и ткнул ключом в скважину. Целую ужасную секунду ему казалось, что ключ не подойдет, но тот скользнул внутрь и повернулся. Замок, открываясь, щелкнул.

– Есть!

– Давайте, – сказал Ксавье. – Входите. Я за вами.

Мануэль налег на тяжелую дверь. Остальные присоединились. Дверь заскребла по полу и громко протестующе заскрипела, словно ее не открывали уже очень давно. Этот звук привлек внимание поддельщика, его голова повернулась к ребятам, а красные глаза бешено завращались, по-прежнему ослепленные световой паутиной, сотканной Искрами. Существо начало размахивать руками, пытаясь найти источник шума.

– Быстро! – скомандовал Ксавье. – Заходите!

Он развернулся, пригнувшись, чтобы уклониться от молотящих в воздухе рук поддельщика, а остальные кинулись в открытую дверь. Когда все оказались внутри, Ксавье быстро скользнул следом, на ходу выдернув из замка ключ, и плотно захлопнул дверь за собой. Ключ он для верности сунул в ботинок.

– Будем надеяться, что Искры задержат этого парня хотя бы ненадолго, – произнес он с глубоким вздохом.

Ксавье увидел, что они стоят в длинном узком помещении, вдоль стен которого расположены камеры, жутковато подсвеченные десятками зеленых ламп, свисающих с высокого потолка. Стены были заляпаны чем-то склизким и зловонным, а сам воздух пропах гнилью.

– Это тюрьма, – сказал Эван.

Эхо не повторило его голос: тяжелый сумрак этого места глушил все звуки.

– Рук где-то здесь, – проговорил Леви.

– Тут противно, – заметила Брианна. – И воняет.

– Но камер так много! – Эван покачал головой. – Как мы поймем, в которой из них Рук?

– Придется осмотреть каждую, – решил Ксавье. – Леви, ты, Мануэль и Брианна возьмете на себя эту сторону, а мы с Эваном – противоположную. Если найдете его – позовите. И лучше поспешить. Наверняка тут бродят и другие поддельщики.

* * *

Узники таращили глаза на проходящих мимо юных воинов. Некоторые из пленников были полностью металлическими, как поддельщики. Другие больше напоминали людей – только с металлическими частями тела: руками, ногами, торсом. Лодыжки и кисти рук каждого сковывали кандалы, и звук цепей, скребущих по полу, отражался от стен.

Леви переходил от камеры к камере, заглядывая в лицо каждому узнику. Свет от его нагрудника отражался в их глазах – по большей части пустых, без зрачков, словно души их покинули. Даже те, кто еще сохранил человеческий облик, тупо пялились на мальчика без тени эмоций. Другие лишь рычали или стонали. Леви они не пугали, но вызывали жалость.

Он прошел мимо очередного пленника, но затем остановился и вернулся. Этот был почти целиком металлический, только пальцы на одной руке оставались человеческими. Но глаза этого узника выглядели иначе, чем у других. Они были чувствующими, человеческими, а не пустыми и бессмысленными. Их взгляд следовал за Леви, и в нем читалось что-то вроде печали. Леви увидел на железном лице узника темные полосы и понял, что это следы слез.

Он вспомнил, как плакал сам, застряв в куполе и превращаясь в металл. Как его переполняло раскаяние из-за того, что он натворил. Спастись он не мог – мог лишь плакать.

– Эй, ребята, – тихо произнес Леви. – Кажется, я его нашел.

– Правда? – Брианна подошла к нему.

Леви заглянул между прутьями решетки, разглядывая лицо пленника.

– Ты Рук? – спросил мальчик.

Остальные собрались у камеры, а узник поднялся и побрел к ним, волоча за собой цепи. Он ухватился за прутья и прижал к ним металлическое лицо. Новая слезинка покатилась по ржавой щеке.

– Вы п-п-п… – Голос пленника надломился, словно он уже очень давно им не пользовался.

Узник покачал головой и начал заново:

– Вы пришли за мной?

Леви достал из кармана свиток и протянул пленнику. Рук пару мгновений непонимающе смотрел на него, а потом протянул к свитку свои человеческие пальцы. Они дрожали. Узник положил свиток на железную руку, сломал печать, развернул свиток и прочел:

Освобожденный свободен всегда.

– Свободен? – робко переспросил Рук. – Я… свободен?

Леви кивнул и попробовал улыбнуться узнику, чтобы придать ему уверенности:

– Рувах просил передать тебе это послание.

Эван, Брианна, Ксавье и Мануэль кивнули, приветствуя Рука, который потрясенно переводил взгляд с одного на другого, не в силах заговорить. Он вновь перечел написанное в свитке: «Освобожденный свободен всегда». Потряс головой, не веря в то, что все происходит на самом деле.

– Я не думал, что когда-нибудь вновь буду свободным… – Голос Рука скрежетал, как несмазанные петли.

Узник опустил голову, и ребята увидели, как из его глаз покатились слезы, оставляя все новые и новые полосы на металлическом лице.

– Я никогда не предполагал, что кто-то придет за мной.

Ксавье вытащил из ботинка ключ и передал Леви, а тот сунул его в замок на двери камеры. Мальчик повернул ключ, и через пару щелчков дверь со скрипом открылась.

– Цепи! – указал Мануэль.

– Этот ключ не подходит к замкам на них, – Ксавье поднес ключ к оковам Рука. – Он слишком большой.

– Может, тут есть пила, или молоток, или что-то еще, что можно использовать, – предположил Эван.

Ребята принялись рыскать вокруг в поисках чего-нибудь потяжелее, что помогло бы разбить кандалы. Леви просто стоял на месте, уставясь на свиток в металлической руке Рука.

– Рувах сказал: всё, что тебе нужно, чтобы стать свободным, – этот свиток, – наконец произнес Леви. – Используй его.

– А как?

Леви сам точно не знал. Он просто решил верить словам Руваха, что бы ни случилось. Вдруг свиток покраснел, как будто загорелся.

– Эй, смотрите! – Леви ткнул в него пальцем.

Рук опустил глаза и уронил свиток, а сам отскочил. Из одного конца свитка потянулась тонкая струйка дыма.

И тут Леви в голову пришла идея.

– Используй свиток! – повторил он. – Приложи его к цепям!

Рук поколебался, но затем неуклюже подобрал дымящийся свиток металлической рукой и прижал к оковам на запястье. Железо тоже покраснело, нагреваясь, будто свиток на самом деле его плавил. Ребята столпились у решетки, пораженно глядя, как обычный рулон бумаги шипит и плавит тяжелые кандалы на кисти Рука, пока оковы не разломились и не упали на пол.

– Вот это да, – пробормотал Эван.

Рук был невероятно возбужден. Он прижал горящий свиток к цепям на другой руке и неотрывно смотрел, как с ними происходит то же самое. Узник широко развел руки просто потому, что теперь мог это сделать, и тихо всхлипнул от радости. В этот священный момент сырые гулкие коридоры темницы наполнились радостью.

Но волшебный миг оборвался: в дверь тюрьмы заколотили так громко и устрашающе, что зеленые лампы закачались на цепочках. Ребята оглянулись и съежились от приступа страха.

– Поддельщики, – понял Ксавье. – Судя по звуку, сразу несколько. Они нашли нас.

– Быстрей! – поторопил Леви Рука. – Теперь ноги!

Узник поспешил расплавить кандалы на ногах, но все равно это заняло мучительно долгое время. Шум за дверью стал громче, лампы тряслись и раскачивались, а несколько штук даже лопнули, рассыпав по сторонам Искры. Ребята пригнули головы, уворачиваясь от осколков стекла.

– Нам нужно отсюда скорее выбираться, – снова и снова повторял Мануэль, прикрывая голову руками.

Рук шагнул в открытую дверь своей камеры.

– Спасибо, – прошептал он, пытаясь улыбнуться своим металлическим лицом. – Спасибо, что пришли и вытащили меня.

Вдруг дверь сорвалась с петель. Звуки, похожие на собачье рычание, эхом разнеслись по коридору. Разглядеть что-то было невозможно: горели лишь несколько ламп.

– Этой дорогой не выбраться, – Ксавье мотнул головой на дверь.

– Нам конец! – взвыл Мануэль.

– Я знаю другой путь наружу, – прошептал Рук. – Идите за мной!

Ксавье выдернул из двери ключ и вместе с остальными побежал за Руком в дальний конец коридора. Казалось, что там ждет очередной тупик, но Рук опустился на колени и пошарил по полу человеческой рукой, что-то бормоча себе под нос. В итоге он обнаружил, что искал: крышку, как у люка.

– Вот она! – воскликнул он. – Поможете мне? Один я не справлюсь…

Мальчики присели и вместе вытянули круглую металлическую крышку и отбросили прочь. Они заглянули в дыру. Внизу медленно текла черная склизкая жижа. Выглядела она совсем не привлекательно. Но нагрудники у всех разом засветились, указывая вниз.

– Что это за дрянь? – спросила Брианна.

– Жидкие отходы, – ответил Рук. – Из крепости. Тоннель ведет к расселине.

– Гадость.

– Я пойду первым.

– Отличная мысль, – отозвалась девочка.

Рук опустил ноги в дыру, что было не так просто с его металлическим телом. А затем спрыгнул.

Ребята видели, как он с хлюпаньем проваливается в грязь.

– Всё в порядке! – крикнул он. – Прыгайте!

Один за другим все попрыгали в отверстие. Ксавье пропустил остальных вперед. Он видел, как приближаются враги, слышал их рокочущие голоса – поддельщики перетряхивали камеры в поисках чужаков.

Ксавье посмотрел на железную крышку – ему не под силу поставить ее на место и в то же время спрыгнуть. В конце концов поддельщики поймут, куда они делись. Но с этим, к сожалению, ничего нельзя поделать.

Ксавье соскочил в густую грязь. Он погрузился по щиколотки. Жуткие звуки, которые издавали поддельщики, эхом отражались от металлических стен наверху. Брианна зажала уши.

– Нам нужно туда! – громким шепотом произнес Рук, тыча пальцем в одну сторону.

– Нет, туда, – возразила Брианна, указывая в противоположную. – Мы должны следовать указаниям доспехов.

– Нет-нет, этот путь приведет к пропасти! – спорил Рук. – Вам туда не надо. Это тупик!

– Что ж, а мы идем туда, – заявил Эван. – Ты с нами или нет?

Рук попытался спорить, но без толку. Ребята были настроены решительно. Он пошел за ними по противному тоннелю, который множество раз поворачивал и изгибался, пока не закончился, как и говорил Рук, дренажной трубой, содержимое из которой лилось в расселину – в бурлящий поток далеко внизу.

– Я же говорил, нам не сюда! – воскликнул Рук. – Тут нет выхода! Если мы пойдем назад, то сможем выбраться и попасть к мосту…

– Моста больше нет, – перебил Леви.

– Нет? – непонимающе повторил Рук. – А как же вы сюда попали?

Ребята столпились у края трубы, глядя на утес на противоположной стороне. Рук совершенно не представлял, что они делают.

– Что происходит? – спросил он.

Похоже, все чего-то ждали. Рук проследил за их взглядами, но ничего не увидел.

– Там! – воскликнул Эван, указывая пальцем.

Рук посмотрел туда и различил слабый мерцающий огонек, который подмигивал им с края обрыва. А потом, к своему ужасу, он увидел, как Эван заносит ногу над пропастью.

– Стой! – крикнул Рук, но опоздал.

Только Эван не упал. Под его ногой возникла каменная ступень. Мальчик продолжал шагать, словно поднимался по невидимой лестнице, а у него на пути появлялись все новые и новые камни. Ксавье и Брианна быстро двинулись за Эваном. За ними пошел Мануэль. Рук был ошеломлен.

«Должно быть, дело в ботинках», – подумал он. Когда-то и у него были похожие, но они никогда не делали такие невероятные вещи. А может, и делали, но он просто забыл. Он опустил взгляд на свои босые металлические ноги.

Прямо перед тем, как ступить в пропасть, Леви оглянулся и увидел, как Рук безнадежно смотрит на свои ноги. Мальчик вдруг понял, что здесь не так. Рук не мог перебраться через расселину – у него не было ботинок.

Остальные быстро поднимались по ступенькам. Леви задержался и глянул обратно в тоннель. Наверное, Рук мог бы вернуться, подумал мальчик. Пойти другой дорогой… Но шаги приближающихся поддельщиков уже звучали в тоннеле. Нет, этот ход заказан. Враги будут здесь через несколько минут.

Рук потупился, отворачиваясь.

– Иди, – сказал он. – Ступай с друзьями. Я… Найду другую дорогу.

Рук пошел обратно – к тоннелю и приближающимся поддельщикам.

Его удрученный вид разорвал Леви сердце. Он-то знал, каково сейчас Руку. Знал, как это – чувствовать себя осужденным. Леви никому не пожелал бы такой участи.

– Постой, – сказал мальчик.

Он опустился на колени и снял ботинки. Он понимал, что делает именно то, чего обещал не делать больше никогда, но каким-то образом знал, что Рувах все поймет. Это не ради его собственных эгоистичных желаний. А ради кого-то другого.

– Нет-нет, ты не можешь… Тебя схватят! – воскликнул Рук.

– Надевай быстро!

Из-за вибрации от топота поддельщиков по тоннелю весь обрыв задрожал. Враги приближались.

– Я их обратно не надену, – заявил Леви. – Так что лучше тебе их взять или нас обоих поймают.

Он нервно посмотрел в сторону тоннеля, где уже мог различить движущиеся во тьме тени.

Рук неохотно принял и надел ботинки. Несмотря на то что его ноги были куда больше, да еще металлические, ботинки подошли. Он поднял руку, прощаясь с Леви.

– Смотри прямо на этот огонек, – сказал Леви. – Не своди с него взгляд, что бы ни происходило.

Рук понимающе кивнул.

– Спасибо, – произнес он. – Я этого не забуду.

Он повернулся, шагнул в расселину, и под его ногами начали появляться ступени, ведущие на противоположную сторону.

Леви смотрел, как он уходит, и в сердце мальчика словно бил родник чего-то похожего на счастье.

А потом он повернулся к поддельщикам, подняв руки в знак того, что сдается.

Глава двадцать четвертая

И все-таки свободен

Когда Рук дошел до конца лестницы, он вдруг понял, что не стоит на краю пропасти. Невероятным образом лестница вывела его на широкий белый балкон замка, куда, как казалось, ему больше никогда не позволят прийти. Он был дома. Он увидел друзей Леви, и они радостно повернулись поприветствовать Рука, но улыбки исчезли, когда ребята поняли, что Леви с ним нет.

– Где Леви? – спросила Брианна, заглядывая Руку за спину, словно подозревая, что мальчик мог спрятаться.

– Он… он… дал мне ботинки, – сказал Рук; слова выходили из него короткими толчками. – Я не просил, он сам решил так сделать. Он сказал мне идти… А поддельщики приближались.

Брианна округлила глаза. Ее нижняя губа слегка задрожала. Потом она развернулась на пятках и, подбежав к Ксавье, уткнулась лицом в его рубашку. Мануэль повесил голову. Эван рванул к краю балкона и заглянул через него в надежде увидеть где-нибудь Леви – вдруг ему все же удалось как-то сбежать. Но никаких следов друга он не обнаружил.

– Леви! – закричал он, но его зов, эхом разнесшийся над землей, остался без ответа. – Леви! – Тишина.

Эван обернулся, сложив руки на груди и уставясь в землю:

– Я чего-то не понимаю. Почему Рувах послал нас туда за кем-то, но сделал так, чтобы кто-то остался там взамен?

– Думаете, именно я это сделал?

Ребята обернулись и увидели Руваха, вплывающего в сверкающие ворота замка. Рук опустился на колени, низко склонив голову:

– Рувах, я в твоем распоряжении. Я заслуживаю стать твоим рабом. Я предал тебя. Я – ничто. Ты можешь осудить меня…

– Добро пожаловать домой, принц-воин, – произнес Рувах.

Он вытянул свою длинную руку. Ярко светящаяся ладонь легла Руку на голову. Металлический шлем начал постепенно плавиться, открывая взгляду песочного цвета волосы, карие глаза и круглое румяное лицо. Человеческое лицо. Рук оказался старше, чем предполагали ребята, хотя и не сильно, – ему было, наверное, двадцать с чем-то, хотя выглядел он так, словно жизнь ему выпала нелегкая.

Рук медленно поднялся, а металл продолжал отваливаться от его шеи и груди, плеч и ног. Он вытянул руки, пораженный собственным преображением. Рук больше не был одет как раб. На нем был собственный комплект доспехов.

– Спасибо, – тихо проговорил он и снова рухнул на колени, низко согнувшись перед Рувахом, снова спрятавшим руки в рукавах. – Спасибо.

Ботинки Леви, которые были на ногах у Рука, теперь стояли рядом. Брианна отпустила Ксавье, кинулась к ним и прижала к груди. Рувах наклонился к ней:

– Отчего ты плачешь, принцесса?

– Оттого, что они забрали Леви, – выговорила девочка между всхлипами. – Он отдал Руку свои ботинки, и теперь он в плену…

– Ты не веришь Словам, которые я дал тебе?

– Дал мне?

– Всем вам.

Брианна опустила взгляд на свой нагрудник – диск закрутился, высвобождая фразу, которая всплыла в воздухе над ребятами:

Освобожденный свободен всегда.

– Я не понимаю, – Брианна покачала головой. – Как это может быть правдой?

– Это всегда правда. Даже для тех, кто, возможно, не знает об этом.

– Но Леви ведь знал, так?

Рувах кивнул:

– Безусловно, знал.

И тут воздух разорвал звук жутко расстроенной трубы, за которым последовало беспорядочное хлопанье крыльев. Ребята и Рук ошарашенно обернулись и увидели дракона Таннина, который собирался приземлиться прямо во дворе замка. Все кинулись врассыпную, а Таннин рухнул на живот, бешено молотя гигантскими крыльями, и испустил очередной трубный рев, заставив ребят зажмуриться и заткнуть уши.

Проехавшись на брюхе, Таннин остановился в нескольких сантиметрах от ворот замка. Ребята открыли глаза и непонимающе уставились на огромное существо. Что он тут делает? Рувах не призывал его, хотя, похоже, не удивился его прибытию. Он подошел к дракону и медленно кивнул. Таннин кивнул в ответ, пыхтя по-собачьи, и наклонил голову, словно желая, чтобы его погладили.

Несмотря на свое расстройство, Брианна подбежала потрепать Таннина по голове. И уловила движение – повернув голову, девочка увидела, как кто-то скатывается по длинной чешуйчатой шее.

Это был Леви.

– Леви! – Брианна подскочила к лучшему другу и обняла, едва он стал босыми ногами на твердую землю.

Долгое время девочка не могла выговорить ничего другого – она просто крепко сжимала Леви.

– Мне дышать нечем, – со смехом выдавил тот.

Мальчики с приветственными воплями подлетели к нему и принялись хлопать по спине. Рук и Рувах молча наблюдали за их воссоединением.

– Что произошло? – наконец спросила Брианна, выпуская Леви. – Как ты освободился?

– Сам толком не знаю, – Леви покосился на Руваха. – Я стоял на краю, и поддельщики были готовы вот-вот схватить меня. Но тут я услышал шум и увидел, как в расселину влетает Таннин, выписывая зигзаги. Ну… Я и прыгнул.

– Ему на спину? – спросил Эван. – Круто!

– Ага, вроде того, – согласился Леви. – В общем, он меня поймал и принес сюда.

– Освобожденный свободен всегда, – рассмеялась Брианна сквозь слезы.

– Я сам только об этом и думал. Я предположил, что если это правда, то они не смогут меня захватить. Не знал, как это работает, но знал, что сработает обязательно.

– Ты ничего не забыл, воин? – с хитрецой спросил Рувах, указывая рукой на одиноко стоящую поодаль пару ботинок.

Леви кивнул, подошел к ним и снова надел ботинки на ноги.

– Слушай, Ру, – начал Эван, не обращая внимания на то, как нахмурился Ксавье при звуке этого имени, – знаешь, я тут думал: было бы неплохо, если бы мы могли… Э-э, получать указания от Книги дома. Ну, когда нам требуется помощь в чем-то.

Рувах кивнул:

– Вы можете. И должны.

– Можем? – переспросила Брианна. – Как?

– Она на кончиках ваших пальцев.

– И что это означает? – потребовал ответа Эван.

Но Рувах, как всегда, не стал вдаваться в объяснения. Вместо этого он двинулся к массивным дверям.

– Пиршество ждет вас. Всех вас, – он отдельно кивнул Руку, который с благодарностью склонил голову.

Ребята потянулись друг за другом в пиршественный зал – все, кроме Ксавье, который отстал и подошел к Руваху. Он вытащил из ботинка ключ и протянул его проводнику.

– Он открыл двери тюрьмы, – сказал Ксавье. – Я подумал, что, может быть, это тот самый ключ, который был украден… Ну, который открывает двери в Пещере.

Когда Рувах увидел ключ, его капюшон дернулся.

– Это не тот ключ, – звучным голосом произнес проводник. – Но это ключ.

– Знаю, что ключ, но…

– Это ключ к ключу, но не ключ.

В полнейшем замешательстве Ксавье моргнул:

– Э-э, я не понял, что…

– Скоро ты все поймешь. Разреши? – Рувах протянул светящуюся руку, и ключ быстро исчез в его рукаве. – Хорошая работа, принц Ксавье.

– Его нашел Мануэль, – признался Ксавье.

Рувах понимающе кивнул:

– Хорошо, что ты за ним вернулся, не так ли?

– Да. Думаю, да, – Ксавье повернулся к пиршественному залу, но помедлил и снова взглянул на Руваха: – Мы когда-нибудь увидим, что в этих комнатах?

– Когда придет время, это будет ваш выбор – не мой, – ответил Рувах.

С этими словами маленький проводник крутанулся на месте и стремительно исчез, оставив Ксавье в облаке света.

Глава двадцать пятая

Сила ботинок

– Леви, больше жизни! – Мистер Джей Ар перебросил мяч сыну.

Леви был так ошеломлен, что мяч отскочил от его плеча.

– Сынок, ты в порядке?

– Ага, в полном.

Мальчик бросил взгляд на Ксавье, Эвана, Брианну и Мануэля. Он увидел, что они в том же замешательстве, что и он. Ребята снова находились на баскетбольной площадке, словно ничего не произошло. Совсем как в первый раз.

Стряхнув оцепенение, Леви побежал за мячом и бросил его обратно отцу. Мистер Джей Ар отдал пас Ксавье, который профессионально провел мяч и отдал Мануэлю. Тот заметил несущегося к нему Эвана и изо всех сил подкинул мяч. И каким-то чудом этот мяч попал в кольцо.

– Ты забил! – закричал Ксавье, возвращая мяч.

– Правда? – Мануэль поднял глаза.

– Эй, Мануэль, а как ты разбил очки? – спросил мистер Джей Ар, подходя, чтобы забрать мяч.

Мануэль с секунду таращился на тренера, а потом снял очки и уставился на них. Видел он не очень хорошо, но зато смог нащупать пальцем на стекле большую трещину. Мальчик поднял очки, чтобы показать другим ребятам – в доказательство того, что все произошедшее с ними было реальным. Они ухмыльнулись друг другу. Мануэль снова повернулся к мистеру Джей Ару:

– Э-э… Должно быть, это все влажность. Резкие перепады атмосферного давления могли расколоть стекло.

– Резкие перепады? – Мистер Джей Ар поднял бровь и понимающе посмотрел на ребят. – О, понятно.

Ксавье собирался отдать мяч Леви, но тут на площадке показался Лэндон. Его руки были засунуты глубоко в карманы. Парень многозначительно поглядел на них, а потом хлопнулся на скамейку, уперся локтями в колени и продолжал пялиться на ребят.

Пытаясь не обращать на него внимания, Ксавье дал пас Леви, и тот повел мяч к кольцу. Эван вырвался вперед, чтобы блокировать его. Леви покосился на Мануэля, который застыл, точно статуя, готовый при необходимости бежать.

И тут по какой-то странной причине, краем глаза наблюдая за Лэндоном, Леви вспомнил Рука. Что-то общее было у этих двоих.

Узник был беспомощен, прикован, заперт за железными решетками. Леви вспомнились слезы, от которых ржавели его щеки. Мальчик почувствовал, как желудок слегка скрутило – словно перед серьезной контрольной или сверхсложным трюком на скейте. Вместо того чтобы вести мяч дальше, он зажал его под мышкой и пошел туда, где сидел Лэндон.

Парень посмотрел на него, и Леви вновь охватило ощущение чего-то знакомого. Несмотря на всю заносчивость, в глазах Лэндона проглядывала тень усталости – и надежды. Как и у Рука. И Леви понял, что нужно сделать.

– Хочешь сыграть? – тихо спросил он и протянул парню мяч.

Лэндон вытаращил глаза. Потом он встал, перевел взгляд с Леви на мяч и обратно. Другие ребята не издали ни звука. Леви предположил, что они просто уставились на него, гадая, не съехал ли их друг с катушек.

Лэндон подался назад, и на секунду Леви подумал, что он примет предложение. Но затем парень потряс головой и встал, отмахиваясь от Леви. Он побрел прочь, вновь запихнув руки в карманы мешковатых джинсов.

И тогда Леви обратил внимание на обувь Лэндона. На парне были старые, тяжелые рабочие ботинки, такие изношенные, что держались лишь благодаря клейкой ленте. В таких ботах в баскетбол не поиграешь.

– Погоди, – окликнул Леви.

Лэндон молча обернулся через плечо.

– Можешь взять мою обувь, – сказал Леви. – В смысле если хочешь сыграть.

Выражение лица Лэндона изменилось: суровая гримаса слегка смягчилась. Парень бросил взгляд на свои ноги, и Леви увидел, что на самом деле он смущен. И тогда Леви решился. Он сел на скамейку и снял ботинки. Свои новенькие «Вэны». Черные с золотой вставкой. Мальчик оглядел их на прощание, а потом предложил Лэндону.

Парень вылупился на Леви так, словно тот потерял рассудок. Остальные обменялись озадаченными взглядами. Мистер Джей Ар улыбнулся себе под нос.

Лэндон вернулся и сел:

– Почему ты отдаешь мне свои кеды?

– Чтобы ты мог сыграть.

– Но так ты не сможешь играть.

Леви пожал плечами:

– Не страшно. Просто посмотрю. Все равно я так себе баскетболист. Ты, пожалуй, играешь получше.

– Откуда ты знаешь?

– Как-то заметил, как ты играешь.

Леви помнил, как однажды вечером уходил из спортцентра: его отец запирал здание, и Леви увидел Лэндона, стучащего мячом о площадку, – парень думал, что его никто не видит. Лэндон помялся, глядя на других ребят. Потом снова посмотрел на Леви. Протянул руку и взял у него кеды.

– Спасибо, – пробубнил верзила.

– Без проблем, – ответил Леви.

Под наблюдением Леви Лэндон зашнуровал ботинки, подобрал мяч и вышел на площадку. Мануэль от ужаса замер у кольца – наверное, представлял, как Лэндон использует первую же возможность, чтобы стереть его в порошок. Лэндон стукнул мячом раз, два и повел его. Ксавье подбежал, чтобы поставить блок, но Лэндон легко уклонился – для парня его размеров он был шустрым. Он крутанулся на пятках, стукнул мячом об пол, готовясь к броску из-под кольца. Но посреди прыжка заметил съежившегося под кольцом Мануэля. На мгновение всем показалось, что сейчас Лэндон набросится на мальчика. Казалось, он подумывает именно об этом. А потом он почти аккуратно перекинул Мануэлю мяч.

Мальчик в шоке поймал мяч и заколебался, не зная, что теперь делать. Затем отчаянно швырнул мяч в корзину и промазал. Сморщившись, Мануэль попятился, готовый к возмездию. Но Лэндон вроде как и не заметил промаха. Он вернул мяч и продолжил игру.

Леви сидел на скамейке, снова босой. Но на этот раз ему не было грустно. Его сердце переполняло нечто чудесное, что-то такое, чего не могли дать ни трюки на скейте, ни баскетбольный счет. Он заметил, что папа смотрит на него, и широко улыбнулся. Отец улыбнулся в ответ.

Брианна подошла и уселась рядом, бросив взгляд на его носки.

– Ты и обувь, – произнесла она, освежая слой блеска на губах. – Вы просто не созданы для того, чтобы быть вместе, да?

Леви улыбнулся ей:

– Боюсь, да.

Мобильник Брианны чирикнул. Она вытащила его из кармана худи, удивившись, что трубка до сих пор там.

Девочка разблокировала экран, и на нем немедленно запустилось приложение «НЕВИДИМОЕ».

– Эй, смотри-ка, – Брианна протянула телефон Леви: – Приложение открылось.

– Ага, но тут все те же странные картинки и символы, – заметил Леви.

Брианна с минутку подумала:

– Помнишь, что сказал Рувах? Книга – на кончиках наших пальцев. Помнишь? Может, он имел в виду то, что приложение – наша карманная Книга.

– Мне показалось, это просто очередное его непонятное выражение.

– А может, и нет. Может, все по-другому, – Брианна прижала указательный палец к экрану и удерживала несколько секунд.

И вдруг картинки и символы задвигались по экрану, перемещаясь и складываясь в изображение, хорошо знакомое обоим: герб Агоратоса.

– Это же герб!

– Это обложка Книги, – понял Леви. – Открой!

Брианна снова притронулась к экрану, и изображение перелистнулось, открывая взгляду пустой экран с мигающим курсором. Брианна коснулась строки, точно не зная, с чего начать. И сделала первое, что пришло в голову: напечатала свое имя. На экране тут же появились слова:

Хорошая работа, добрый и верный слуга.

У тебя получилось доказать, что ты заслуживаешь доверия в мелочах. Тебе будет оказано доверие и в чем-то большем.

Леви выудил из кармана свой мобильник и тоже запустил приложение. Прижав палец к экрану, он услышал металлический щелчок и вспомнил, что на кончике пальца у него осталось пятнышко металла. Отдернув руку, Леви потер палец. Сердце у него упало.

Брианна положила ладонь ему на плечо:

– Почему бы тебе не попробовать другой рукой? – мягко предложила она.

Переложив телефон в правую руку, Леви сделал новую попытку. И приложение откликнулось. Как и у Брианны, на экране всплыло изображение Книги, и мальчик вздохнул с облегчением.

Он впечатал свое имя, и на экране появилось то же указание, что и у Брианны. Долгое мгновение Леви смотрел на него – после всего случившегося он и не думал, что прочтет о себе подобные слова. Поглядев на Брианну, он ухмыльнулся:

– Тут сказано, что нам доверят нечто большее. Так что, видимо… Мы еще туда вернемся.

Брианна кивнула, и уголок ее рта поднялся в улыбке:

– Блеск.

Эпилог

Рувах двигался по погруженным в тишину залам Пещеры к комнате с пустой шкатулкой. Рук следовал за ним в более медленном темпе, разглядывая место, где он так давно не был, и которое, как ему казалось раньше, он больше никогда его не увидит. Это чудо, подумал он, что получилось вернуться в Пещеру. Что Рувах позволил ему вернуться.

Он смотрел, как белая сияющая рука Руваха появляется из длинного рукава – на ладони лежал ключ, который дал проводнику Ксавье. Ключ, открывший дверь темницы Рука.

– Что ты с ним сделаешь? – спросил Рук проводника.

– Ты сохранишь его, – Рувах вручил ключ Руку.

– Я? – Рук подался назад, не желая притрагиваться к ключу. – Нет…

– Да. Теперь это твоя миссия. Оберегай этот ключ. Сделай так, чтобы он не попал вновь в руки Понероса.

– У него есть множество других ключей от тюремных камер, – заметил Рук.

– Да, но каждый ключ, вырванный из его рук, – это наша победа.

Спустя миг Рук протянул руку за ключом и опустил его себе в карман.

– Ты понимаешь, что Понерос будет зол, узнав, что я пропал, – проговорил он.

– Он уже знает, – ответил Рувах. – Мы должны подготовить воинов. Сегодня Понерос потерпел поражение. Он захочет… Отомстить.

– Ты сказал Джеймсу?

– Да. Он присмотрит за ними. Как и мы.

Рук кивнул:

– Но ключ… Тот, что открывает двери в комнаты воинов… Ты хочешь, чтобы я вернулся и забрал его? Потому что я сделаю это, ты знаешь. Я твой должник.

Рувах медленно покачал головой:

– Ты сделал достаточно. Я займусь остальным. – Его рука исчезла в рукаве. – Ступай с миром, принц Рук. Я позову, когда буду снова нуждаться в тебе.

Рук с улыбкой отвернулся и посмотрел в темный тоннель. Он различал лишь вереницу запертых дверей. И почувствовал приступ тоски – он до сих пор не знал, что за ними. Почему же он, украв ключ, с самого начала не открыл свою дверь? В то время ему было все равно: он не думал ни о чем, кроме несметных богатств, обещанных Понеросом. Ему даже в голову не пришло поинтересоваться, почему Понеросу так хотелось заполучить тот ключ. А теперь он, вероятно, потерян навсегда.

Рук снова глянул в сторону Руваха и понял, что тот исчез. Воин стоял в комнате наедине с пустой шкатулкой. Он вздохнул, сунул руку в карман и нащупал отданный ему ключ. «Оберегай этот ключ», – приказал Рувах. Он так и сделает. Но и использует его. Потому что остается еще множество других узников, которых нужно освободить.

– Спасибо, – прошептал Рук в никуда.

Он закрыл пустую шкатулку. А потом повернулся и вышел из комнаты.

Приключения продолжаются в следующей книге…

Принцы-воины и невидимое вторжение

Рук знал, что все идет не по плану. Он прыгал с балки на балку, таща за собой товарища – узника, которого он только что освободил.

– Скорее! – наполовину прошептал, наполовину крикнул он, хоть и знал, что это не поможет.

Ноги узника были закованы в металл, и сочленения заржавели без использования. Хотя его руки все еще были человеческими, и это немного облегчало Руку задачу: за них было проще ухватиться.

– Я не могу, – пропыхтел узник. – Мне… Нужно… Отдохнуть…

Рук приостановился, опасно балансируя на узкой балке, перекинутой через пустоту. Под ними простиралась черная бездна, а над головой тянулась вверх спутанная масса стальных рельсов, будто перекрученный скелет, закрывающий бо́льшую часть клубящегося красным неба.

Рука подташнивало от того, что он снова в крепости Хаоса – черном замке на границе Скотоса, вотчины Понероса, врага. Рук не так давно вырвался отсюда, спасенный группой ребят, доставивших ему сообщение: «Освобожденный свободен всегда». Он вернулся, чтобы передать это сообщение другому пленнику. И принес ключ.

Ключ.

Он открывал тюремные двери. Ребята забрали его у врага. Рук потянулся к карману и нащупал кончиками пальцев длинный блестящий предмет с закрученной ручкой, убеждаясь, что он по-прежнему на месте. Что бы ни произошло, он не должен потерять ключ.

– Сюда! – позвал он товарища, указывая на балку.

Ботинки Рука цеплялись за сталь, точно резина, и он был уверен, что не поскользнется. Но металлические ноги узника жутко скользили по перекладине, от чего волосы Рука поднимались дыбом. Он слишком хорошо помнил, каково ему самому было ковылять на железных ногах, которые теперь вновь стали человеческими благодаря тем ребятам. И Руваху – тому, кто послал их.

«Если бы только я тщательнее все продумал», – сказал себе Рук. Попасть в крепость было легко, слишком легко. Узкий луч света из его нагрудника указывал ему дорогу на каждом шаге. Никто не пытался его остановить. Поддельщиков – полностью механических солдат армии зла, собранной Понеросом, – нигде не было видно. И все же Рука не оставляло ощущение, что за ним следят. Возможно, энты – те мерзкие железные насекомые, что любили выдавать себя за бабочек. Наверное, они прятались где-то рядом и не сводили с него взгляда своих красных лазерных глазок.

Руку следовало бы придумать что-нибудь получше, а не пытаться просто уйти тем же путем, каким он пришел. Но он так страстно желал освободить чью-то душу и выбраться из этого кошмарного места по возможности скоро, что не предпринял должных мер предосторожности. Он думал, что знает дорогу. А крепость, казалось, постоянно двигалась, трансформировалась, и путь исчез, а все известные ему выходы оказались заблокированы.

Хаос. Смятение. Вот они, охранные системы Понероса.

Балка под ними задрожала, вынуждая беглецов остановиться. Воздух вокруг наполнился грохотом, звуком тяжелых шагов, разнесшимся эхом по лабиринту стальных рельсов.

– Это они, – душераздирающе тонким голосом проскрипел узник. – Они идут.

Поддельщики, подумал Рук. Это ловушка. Теперь враги схватят и его, и пленника.

– Как твое имя? – спросил Рук.

– Фи… Финн, – дрожа, выдавил узник.

– Что ж, Финн, нам нужно дойти до конца этой балки. А потом… Что-нибудь придумаем. – Рук надеялся, что в его голосе не звучит отчаяние, которое он испытывает.

Он медленно двинулся дальше по узкой опоре, одной рукой держа руку Финна, чтобы тот не потерял равновесие и не полетел в пропасть.

Прошла, казалось, вечность, когда Рук наконец дошел до конца балки и вцепился в вертикальную опору, торчащую из пустоты. Финн тоже ухватился за нее. Вся конструкция тряслась и вибрировала от шагов приближающихся поддельщиков. В чернильной тьме вокруг появились красные светящиеся диски, и они приближались.

– Куда? – шепнул Финн.

– Наверх!

Голос, казалось, раздался прямо с неба. Почти детский. Голос девочки.

Рук и Финн подняли головы, силясь разглядеть, кто это сказал. Они не могли разглядеть ничего, кроме небольших рваных клочков красного неба, проглядывающих сквозь путаницу балок, и… Звезд. Казалось, сквозь перекрученную паутину балок над ними просачивалась россыпь маленьких огоньков. Не звезд… А Искр – крошечных сверкающих комочков света, которые обретались в Пещере. Рук почувствовал, как внутри него забил ключ облегчения. «Рувах пришел!» Но голос точно не принадлежал Руваху. Определенно, к ним обращалась девочка.

– Ну, давайте – вы идете? – поторопил их голос.

Рук едва мог рассмотреть очертания человека, стоящего на балке, на фоне клочков неспокойного красного неба.

– Сюда! Лезьте!

Как вообще эта девочка сюда забралась? Может, это какая-то хитрость. Понеросу они хорошо удаются. Обман – его стиль.

Но все равно – разве у них был иной выбор, кроме как послушаться? Неожиданно Рука охватили необъяснимая уверенность и глубокое спокойствие. Он посмотрел в наполовину человеческое лицо Финна, в глазах которого плескался страх:

– Ты видел?

Огромный поддельщик, сжав металлические кулаки и готовясь ударить, прыгнул на балку, с которой только что сошли беглецы. Когда поддельщик приблизился, Рук выхватил меч и, рубанув по железной руке, отсек ее. Поддельщик взвыл, его красные глаза завращались от ярости, а отрубленная рука рассыпалась на куски и обратилась в пыль. Враг попятился, споткнулся и упал с балки в темную пустоту.

Но вскоре на его месте оказался еще один. И третий.

– Замечательно, – буркнул Рук себе под нос.

– Вы идете или как? – настаивал голос.

– Да как я должен…

– Используй ремень!

Ремень!

И вдруг Рук понял. В ту же секунду, как очередной поддельщик кинулся к ним, Рук сорвал с себя ремень – широкий гладкий белый пояс без какой-либо видимой застежки. Воин подбросил один конец вверх. Ремень удлинился в несколько раз, и его конец обмотался вокруг балки. Тонко натянутый, ремень загудел, словно гитарная струна.

– Держись за меня! – воскликнул Рук и подпрыгнул.

Ботинки вознесли беглецов в воздух как раз тогда, когда на них бросились еще несколько поддельщиков. Рук перекинул одну ногу через балку, вокруг которой обмотался ремень, затаскивая себя и Финна наверх.

– Плевое дело, – едва дыша, выговорил он, посылая Финну слабую ободряющую улыбку.

Финн попытался улыбнуться в ответ своим полуметаллическим лицом.

– Вы слишком медленные! – прокричала девочка, которая успела взобраться еще выше.

Девчонка начинала действовать Руку на нервы.

Он глянул вниз и увидел, как поддельщики карабкаются по стальным балкам. «Для таких больших и неуклюжих железяк они довольно проворны», – подумалось ему. Рук отвязал ремень, перекинул второй конец через балку повыше и снова подпрыгнул, крепко держа Финна.

Теперь Рук видел девочку гораздо лучше. Она карабкалась к верхушке крепости, где торчащие концы голых балок упирались в тревожное пурпурно-красное небо. Огненно-рыжие волосы девочки разметались вокруг лица на кусачем ветру. Она держалась за балку одной рукой, оглядывая горизонт:

– Да поднажмите вы уже!

Рук снова подскочил, Финн вцепился в него, и ремень поднял обоих. Поддельщики внизу продолжали взбираться на балки, буравя тьму красными глазами. Куда, ради всего святого, направляется эта девочка? Похоже, она ведет их в ловушку.

Когда наконец Рук и его полуживой груз оказались на вершине, девочка с рыжими волосами приветствовала их тяжелым вздохом:

– Долго же вы, – процедила она.

– Слушай, попробуй сама тащить наверх стокилограммового железного бугая! Без обид, друг, – Рук бросил извиняющийся взгляд на Финна и снова повернулся к девочке.

Отвязав ремень, он снова надел его, убедившись, что меч по-прежнему в ножнах. У девочки, как заметил Рук, меча не было – лишь ремень, нагрудник и ботинки. Как у тех, других ребят, вспомнил он. Тех, которые его спасли. Но этой девчонки среди них не было, в этом он вполне уверен. И снова Рук подумал, не ловушка ли это, – что, если девочка работает на Понероса?

– Кстати говоря, кто ты такая? Тебя послал Рувах? И как мы собираемся отсюда выбираться?

– Собираемся прыгнуть, конечно!

– Что? – Рук моргнул, надеясь, что неправильно ее расслышал.

Балка, на которой они стояли, начала раскачиваться от вибрации, которую создавали лезущие наверх поддельщики.

– Сейчас же! – воскликнула девочка с каким-то восторгом в голосе: – Вперед!

Прежде чем Рук успел среагировать, она схватила его за руку и подпрыгнула прямо в бушующее небо, таща беглецов за собой.

продолжение следует…

Благодарности

Джерри Ширеру-старшему: спасибо за то, что всегда был настоящим мужчиной – богобоязненным, чтящим свою семью и дающим своим сыновьям – Джексону, Джерри-младшему и Джуду – путеводный компас, как быть хорошим человеком. Я вечно буду благодарна за то, что ты сделал меня своей женой и матерью своих детей. Я прошу Бога о том, чтобы трое наших мальчиков превратились в таких же принцев-воинов, как ты.

Джерри-младшему и Джуду: без паники. Это трилогия. Следующие две книги уже посвящены каждому из вас. Мама вас любит. Мы с отцом очень ценим то, что нам довелось растить таких сильных и храбрых принцев-воинов.

Киту и Калебу: вы гении. Я и представить не могла, что маленькие мальчики, знакомые мне с самого рождения, вырастут из любопытных младенцев в креативных и полных идей тинейджеров, которые столькому меня научат. Вы – невероятно умные, открытые новому и глубокие юноши. Молюсь, чтобы ни один из вас не утратил своего блестящего воображения в каком бы то ни было возрасте. Продолжайте взращивать собственную индивидуальность. Соответствие нормам слишком переоценивают. ВЫ – прототипы принцев-воинов.

Джине: эта книга и серия не были бы доведены до ума без тебя. Твое перо – великолепно настроенный инструмент, превращающий обычные концепции в фантастические ландшафты и незабываемые сцены. Спасибо, что была моим партнером, что брала персонажей и сюжетные линии, которые сидели у меня в голове и беспорядочных компьютерных файлах, и заставляла их оживать. Ты, моя подруга, ниспослана мне Небом.

Дэну, Джане, Мишель, Рэйчел и издательской группе «В&Н Kids»: спасибо, что ухватили мое ви́дение и оставались в одном русле со мной до самого конца. Для нас с Джерри это честь – служить вместе с вами следующему поколению воинов.

Моим племянникам и племянницам – Кариcсе, Джессике, Тре, Канаану, Джоэлу, Джей-два, Кэмдену, Келси, Кайлару, Алене, Кейти, Камрину и Оливии: вы – вдохновение, стоящее за моими персонажами. С каждой написанной страницой я просила Господа сделать всех вас смелыми и верными принцами и принцессами-воинами. Пусть враги трясутся, видя в вас огонек божественного духа. Наследие вашей семьи живет в вас.

Об авторах

Присцилла Ширер – доморощенная изготовительница коричных рулетов, учительница Библии и автор бестселлеров, которая и не знала, что ее книги («Резолюция для женщин» и «Всем сердцем») оказались в списке бестселлеров «Нью-Йорк таймс», пока кто-то ей не сказал. Потому что у кого будет время следить за такими вещами, растя трех стремительно взрослеющих сыновей? Когда она и Джерри, за которым Присцилла уже шестнадцать лет как замужем, не заняты руководством движения «За пределы проповедничества», они, по большей части, убираются и пытаются удовлетворить аппетиты этих трех ребят. И именно это побудило Присциллу придумать свою фантастическую историю на очень даже нефантастическую тему духовной борьбы – чтобы помочь вырастить новое поколение принцев-воинов под своей крышей. И под вашими крышами тоже.

Джина Детвилер планировала стать учителем, но переключилась на писательскую деятельность, так что ей не приходится слишком рано вставать по утрам. Она стала автором пары книг в разных жанрах («Авалон» и «Молот бога» – под псевдонимом Джина Миани) и пьес, но предпочитает писать (и читать) книги для юношества. С мужем и тремя прекрасными дочерьми Джина живет в Буффало, штат Нью-Йорк, где бывает много снега. Она польщена и благодарна за возможность сотрудничать с Присциллой в работе над «Принцами-воинами».

Примечания

1

Bean (англ.) – боб, фасоль.

2

Кикбол – командная игра, правила которой похожи на бейсбольные. В кикбол играют с большим мячом вроде футбольного.

3

Все это – снаряды для тренировки трюков на скейтборде.

4

Трюк, во время которого скейтбордист подпрыгивает и приземляется вместе с доской.

5

Трюк, когда скейтбордист подпрыгивает, переворачивает доску в воздухе и приземляется на нее.

6

Имеются в виду модные скейтерские кеды фирмы Vans.

7

Трюк, во время выполнения которого передняя часть скейта скользит по бордюру, а задняя висит в воздухе.

8

Искаженная форма итальянского «capische?» – «понимаешь?», – распространенная в Америке.

9

В английском языке слова LEVI (Леви) и EVIL (зло) состоят из одних и тех же букв.

Content

Присцилла Ширер, Джина Детвилер
Принцы-воины

Часть первая Добро пожаловать в реальный мир

Глава первая Прыжок

Глава вторая «А» означает «Агоратос»

Глава третья Воображаемые драконы

Глава четвертая В пещеру

Глава пятая Вода в пустыне

Глава шестая На дно лужи

Глава седьмая Книга

Часть вторая Путь доспехов

Глава восьмая Врата, ведущие к разрушению

Глава девятая Ходьба по кругу

Глава десятая Не оборачивайся

Глава одиннадцатая Рука помощи

Глава двенадцатая Поцелуи бабочек

Глава тринадцатая Вода поднимается

Глава четырнадцатая Воздушный замок

Глава пятнадцатая Внутрь купола

Глава шестнадцатая Злой принц

Глава семнадцатая Обратно к началу

Глава восемнадцатая Пробуждение

Глава девятнадцатая Приложение

Часть третья Освобожденный свободен всегда

Глава двадцатая В вихрь

Глава двадцать первая Наводя мосты

Глава двадцать вторая Хаос

Глава двадцать третья Ключ к свободе

Глава двадцать четвертая И все-таки свободен

Глава двадцать пятая Сила ботинок

Эпилог

Принцы-воины и невидимое вторжение

Благодарности

Об авторах

Примечания