Владимир Маркин

Самые громкие преступления XXI века в России

Фотографии на обложке: Павел Бедняков / Фото ИТАР-ТАСС, Анвар Галеев

В коллаже на обложке использованы фотографии: Andrey_Kuzmin, Undergroundarts.co.uk / Shutterstock.com

Во внутреннем оформлении использованы фотографии из личного архива Владимира Маркина, а также: Татьяна Кузнецова, Максим Богодвид, Владимир Федоренко, Андрей Стенин, Геннадий Светланов, Сергей Пивоваров / РИА Новости; Павел Бедняков, Станислав Красильников / Фото ИТАР-ТАСС; © Владимир Федечкин / Фотобанк Лори / Legion Media

В оформлении схем использованы иллюстрации Strejman, Gaulois_s / Shutterstock.com

Рецензии

И треснул мир напополам, дымит разлом, и льется кровь, идет война добра со злом…

Uma2rmaN,

песня из х/ф «Ночной дозор»

Нон-фикшн, документальная проза. Особый, очень востребованный новейшим временем литературный жанр. Минимум вымысла, реальные персонажи и события, которые еще совсем недавно были в топе новостей, будоражили, заставляли возмущаться или сострадать.

Книга, которая сейчас перед вами, — из их числа. Острая, злободневная, беспристрастная. Об уголовных делах, которые у всех на слуху. О доказанных фактах и неизвестных ранее подробностях. О таких нюансах, которые в корне меняют масштаб случившегося и заставляют взглянуть на произошедшее совсем иначе. Эта книга — о людях, которые преданно служат своему делу и благодаря чутью, интуиции и профессионализму которых все эти преступления в конце концов оказались раскрытыми. Эта книга о тех следователях, о ком до сегодняшнего дня было мало что известно. И очень даже зря.

Поймал себя на мысли, что «Самые громкие преступления XXI века в России» напоминало некогда безумно популярный сборник рассказов Льва Шейнина «Записки следователя». О буднях советского уголовного розыска. Когда автор пишет от первого лица, к тому же о том, о чем знает не понаслышке, при этом искренне и предельно честно, а читатель вправе сам делать свой выбор — в том числе и нравственный, — на чьей он стороне; наверное, в этом и кроется главный залог будущего успеха. А, значит, большего и пожелать нельзя.

Алексей Пиманов,

\российский режиссер, продюсер, журналист, телеведущий, генеральный директор телекомпании «Останкино»

Великолепная книга. Очень важная и нужная. Написано талантливо, легким, доступным языком. Виден глубокий анализ материалов. Следственный комитет не раз доказывал качество своей работы. Это наш коллективный Шерлок Холмс. Более того, даже Шерлок Холмс вряд ли справился бы с теми задачами, которые ежедневно решают сотрудники нашего доблестного СК, работая в тяжелейших условиях, раскрывая страшные преступления. Мы рады тому, что представители СК методично освобождают нашу страну от негодяев.

Владимир Жириновский,

председатель ЛДПР

Всем поклонникам криминального детектива, я думаю, книга будет очень и очень интересна, тем более что все это не выдуманные истории, некая фантазия автора, а настоящие дела, с настоящими преступниками и реальная, уникальная работа следователей! Жизнь здесь выглядит куда более изощреннее любого даже самого поражающего воображение киносценария!

Сергей Безруков,

российский актер театра и кино, народный артист России

Всякого литератора, берущегося за перо, за исключением, наверное, немногих гениев, остро волнует вопрос: будет ли иметь его сочинение успех у читающей публики?

Автор книги «Самые громкие преступления XXI века» — руководитель управления взаимодействия со средствами массовой информации Следственного комитета Российской Федерации Владимир Маркин на этот счет может быть спокоен: его книга буквально обречена на успех в силу, по крайней мере, трех причин.

Во-первых, это известность самого автора. Не столь уж часто мы видим представителя правоохранительного ведомства, который выступает в СМИ не только с официальными заявлениями, но и со своей гражданской позицией, и эта позиция вызывает в обществе самые яркие дискуссии. Не могу сказать, что я, как адвокат, во всем согласен с его суждениями и оценками, но они всегда интересны.

Во-вторых, это само содержание книги. Во все времена читателей привлекали рассказы о преступлениях и их раскрытии — отсюда неувядающая популярность детективной литературы. Причину этого сформулировал бессмертный Шерлок Холмс: «преступление алой нитью пронизывает бесцветный клубок жизни»: «вычленение» этой нити требует огромных познаний, способностей к дедукции, нестандартного мышления и просто удачи. Любому человеку, кроме каких-то совсем уж безнадежно испорченных натур, присуще чувство справедливости: нам хочется, чтобы злодей был изобличен и наказан, и наши симпатии всегда на стороне сыщика.

В-третьих, это бесспорный писательский талант автора, умеющего занимательно и в то же время профессионально представить перед читателем сложнейший процесс раскрытия запутанных преступлений.

Когда мы читаем очередной детективный роман, всякий раз невольно закрадывается мысль: а так ли все это происходит на самом деле или все это плод воображения автора? На книгу Владимира Маркина с уверенностью можно поставить воображаемую печать: «С подлинным верно». Автор был непосредственным свидетелем раскрытия тягчайших преступлений, постоянно общался со следователями и другими должностными лицами, знаком с результатами экспертиз — словом, его повествование в полном смысле документальное. При этом оно отнюдь не перегружено чисто техническими подробностями, книга читается легко и порой даже кажется, что описываемые события — плод художественной фантазии автора, однако мы тут же вспоминаем, что все это — реальные факты.

Некоторые подробности ужасных преступлений, впрочем, способны шокировать читателя. Таков, например, рассказ о расследовании дела «таганрогского маньяка» Валерия Сидляра, осужденного к пожизненному лишению свободы за убийство малолетних девочек. Но эти подробности необходимы: без них невозможно правдиво рассказать о совершенном преступлении и его раскрытии. Маркиз де Сад в свое время писал, что он детально показывает ужасы пороков и преступлений для того, чтобы читатель проникся отвращением к ним. Возможно, маркиз лукавил, но сам подход, безусловно, верный.

У многих людей возникает законный вопрос: возможно ли в принципе воссоздать картину преступлений, совершенных несколько лет назад, и установить виновного в них, при том что многие важнейшие улики неизбежно утратились, память свидетелей потускнела, а сам подозреваемый предъявляет вроде бы безупречные доказательства своей невиновности? На примере работы следователя Следственного комитета Валерия Хомицкого мы видим, что расследование такого дела можно поставить на практически научную основу, когда на основе сбора и анализа громаднейшего количества фактов следователь с помощью дедукции делает единственно возможный вывод, который и оказывается истиной. В то же время мы убеждаемся, что важнейшим качеством настоящего следователя является способность к совершенно нестандартным предположениям, которые, на первый взгляд, выходят за пределы вероятного. Невольно вспоминается все тот же бессмертный Шерлок Холмс: его дедуктивные принципы реально работают!

При чтении рассказа об этом деле возникает надежда, что и другие «громкие преступления», совершенные много лет назад, не столь уже безнадежны в плане перспективы их раскрытия, как это порой кажется широкой публике; важно только, чтобы уголовное дело попало в руки человека, для которого расследование преступлений — не просто служебная обязанность, но и человеческое призвание. Чтобы преуспеть в любой профессии необходима, как ни парадоксально, значительная доля идеализма, и профессия следователя — не исключение.

В наше время особое внимание граждан привлекают преступления коррупционного характера, которые, как может показаться, приобрели какой-то лавинообразный характер. Рискну, однако, предположить, что дело не в резком «размножении» числа коррупционеров на всех уровнях, а в том, что правоохранительные органы стали более эффективно расследовать их деяния.

Обывателю, начитавшемуся разных «разоблачительных» сайтов, порой кажется, что здесь все просто: все же видят, что тот или иной чиновник живет явно не на зарплату, чего тут разбираться? Между тем, как показывает Владимир Маркин в своем рассказе о судьбе бывшего министра финансов Московской области Алексея Кузнецова, все не так просто. Этот министр в своей тяге к роскоши явно вдохновлялся примерами двух французских королей — Людовика XIV и Людовика XV. Его «версальские» поместья и устраиваемые им и его супругой Жанной Булах «валтасаровы пиры» поражали воображение даже искушенной в прелестях «dolce vita» изысканной публики. Все это происходило на фоне непрерывного «похудания» областного бюджета и публичных заявлений министра о том, что «денег нет». Любопытно, что французские власти, любящие порой порассуждать о коррупции в нашей стране, почему-то не спешат экстрадировать его в Россию. Будем, однако, надеяться, что это все же произойдет, и в ходе судебного процесса мы узнаем много интересного о том, как разрушение дорог и жилищно-коммунальной сферы оборачивается немыслимым в цивилизованном мире процветанием новых «хозяев жизни», убежденных в том, что законы написаны (перефразируя Дж. Оруэлла) для бесправных «пролов», а не для них — членов «внутренней партии большого бабла».

Владимир Маркин справедливо замечает, что преступник всегда оставляет следы и по этим следам его можно обнаружить и изобличить — было бы желание, умение и политическая воля «сверху». Что касается политической воли, то она сегодня, безусловно, есть. А в том, что следователи по коррупционным делам умеют работать, — мы убеждаемся из рассказа Владимира Маркина.

Не стану пересказывать другие «громкие дела XXI века», будучи уверен, что читатель сам узнает о них, прочитав книгу Владимира Маркина. В этой книге есть мрачные эпизоды, читать которые порой тяжело. В ней встречаются отвратительные персонажи, которые, казалось бы, по какому-то бесовскому замыслу вдруг наводнили нашу жизнь. Но в целом книга получилась оптимистичной. Из нее читатель вынесет убеждение в том, что зло не всесильно: любое преступление может быть раскрыто. А лица, его совершившие, могут и должны занять подобающее им место — на скамье подсудимых. Где им, не могу не сказать об этом, должны быть гарантированы их законные процессуальные права и квалифицированная защита.

Анатолий Кучерена,

адвокат, доктор юридических наук,

председатель Общественного совета при МВД РФ

Предисловие

Сейчас нередко можно услышать сетования по поводу того, что телеэкраны, Интернет, страницы печатных СМИ выливают на читателей и зрителей настоящий поток «чернухи». То есть заведомо негативной информации о преступлениях, ужасах, насилии. Это, дескать, привлекает внимание и лучше всего продается. Во многом такие упреки, увы, обоснованы. Но если вы, прочитав заголовок на обложке моей книги, решили, что получите очередную порцию смакования кровавых убийств и коррупционных скандалов, то могу сказать одно — вы ошибаетесь.

На страницах книги речь пойдет не о том, как торжествует зло.

На страницах книги речь пойдет не о том, как торжествует зло. А совсем наоборот — о борьбе со злом. Борьбе, которую ведут следователи Следственного комитета России. Для них это повседневная работа и, одновременно, поединок с сильным и коварным противником, требующий невероятного напряжения и самоотречения. И при всех трудностях он завершается победой. Вот главная идея этой книги — злу не должно быть места в нашей жизни. Но оно не уйдет само по себе, слишком заманчивым представляется скользкий путь для тех, кто продал душу дьяволу наживы и вседозволенности. Поэтому на битву с преступниками выходят рыцари добра и справедливости — главные герои моего повествования.

И еще одно обстоятельство побудило меня начать работу над книгой. В ней идет речь о преступлениях, которые прогремели на всю Россию и за ее пределами, стали поводом для множества разговоров и пересудов. Но вот парадокс — чем больше говорят о каком-то резонансном событии, тем больше оно обрастает ореолом таинственности, загадочности, чуть ли не мистики. В итоге его подлинная сущность теряется за мифологизированной оболочкой, радужной или, наоборот, мрачно-непроницаемой. В итоге появляется возможность истолковать его как угодно.

Неопределенность, недосказанность всегда открывает дорогу для сознательных искажений фактов. Мы наблюдаем, как в современном мире настойчиво фальсифицируют историю, перекраивая ее события в угоду проводникам античеловеческих идей. То же самое относится и к истории криминальной. Следователи знают, каким серьезным бывает давление на них и со стороны прессы, и со стороны умело создаваемого и подкармливаемого общественного мнения. Каждое задержание крупного коррупционера, занимающего видный пост, непременно связывают с участием следствия в какой-то закулисной борьбе, с выполнением чьего-либо заказа. Преступника стараются выставить жертвой, его подлинные темные дела еще глубже задвигают в тень, выставляя на первый план малозначительные или вовсе выдуманные факты.

Моя книга — о том, как происходило расследование громких преступлений на самом деле.

Моя книга — о том, как происходило расследование громких преступлений на самом деле. На ее страницах звучат живые голоса следователей, распутывавших сложно сплетенные криминальные клубки. Поэтому здесь так много сведений, которые раньше не звучали нигде, — того, что журналисты называют эксклюзивом. Разница в том, что приводятся эти сведения не ради создания сенсации, а для выявления истины. Это позволяет читателю погрузиться в такие жизненные ситуации, которые не под силу придумать самым талантливым писателям и сценаристам. Истина превосходит любые фантазии.

Встречаясь с журналистами и отвечая на их вопросы, порой каверзные, я всегда подчеркивал: следователи никогда не участвуют в политических играх. Они в любой ситуации выполняют только один заказ — заказ государства на борьбу с преступностью и на искоренение коррупции. Однако, делая свое нелегкое дело, докапываясь до самой сути, следователи неизбежно вытаскивают на свет длинную цепочку обстоятельств, сопутствующих совершению преступлений. Очень часто эта цепочка бывает связанной с ситуацией в политической, экономической, общественной жизни России, а нередко — и других стран. Поэтому раскрытие громких преступлений позволяет увидеть всю совокупность условий, которые позволили свершиться злу. То есть через призму важных уголовных дел можно рассмотреть, чем и как больно сегодняшнее общество. А значит, найти пути его исцеления. Враг же у следователей только один — тот, кто нарушает закон и не дает людям жить.

Через призму важных уголовных дел можно рассмотреть, чем и как больно сегодняшнее общество.

Каждая из глав книги раскрывает важнейшие грани следственной работы.

Дело о массовом убийстве в станице Кущевская — там следователям во главе с председателем комитета Александром Ивановичем Бастрыкиным пришлось столкнуться со стеной страха, который испытывали местные жители перед бандой всемогущих, как им казалось, Цапков. И этот страх был побежден, люди поверили в то, что справедливость и законность восторжествуют. Они пошли на контакт со следствием, и зло было наказано.

Маньяк из Таганрога Валерий Сидляр, совершивший зверское убийство двух малолетних сестренок, придумал чудовищный изощренный план для обеспечения своего алиби. Ему удалось в течение нескольких лет уходить от возмездия, хитроумно запутывая следы. Но проницательность и профессионализм следователя позволили изобличить преступника, еще раз напомнив всем, что у злодеяний нет срока давности.

История раскрытия хищения огромных средств из бюджета Московской области заставила следователей превратиться в экономистов и финансистов. Они распутали сложнейшую схему воровства, созданную преступной группой во главе с министром финансов Подмосковья Алексеем Кузнецовым. Казнокрады были опытными и грамотными, учитывали все аспекты, но следователи оказались сильнее, потому что они выполняли свой долг и ощущали за собой чувство непоколебимой правоты.

Убийство журналистки Анны Политковской очень старались превратить в политическое событие. Массу усилий довелось приложить следственной группе, чтобы разгадать многоходовую комбинацию, добраться до каждого, кто приложил руку к организации преступления. Все попытки направить расследование по ложному следу оказались тщетными, убийцы и их пособники предстали перед судом.

Гибель прогулочного судна «Булгария» на Волге унесла жизни сотен пассажиров и отозвалась болью в сердцах россиян. Следователи досконально изучили все причины трагедии, включая технические характеристики и особенности эксплуатации судна. Они пришли к выводу, что погоня за прибылью заставила владельцев «Булгарии» и ответственных должностных лиц забыть об обеспечении безопасности людей, что и привело к катастрофе. К сожалению, с такими ситуациями работникам Следственного комитета России пришлось сталкиваться еще не один раз.

На примере расследования уголовных дел просматривается история формирования, развития и роста уникальной правоохранительной структуры — Следственного комитета России. Особая значимость следственной работы подтверждается результатами деятельности Следственного комитета России. Для следователя нет запретной информации, нет закрытых территорий, нет неприкасаемых лиц — есть только высшие интересы восстановления справедливости. Достижение таких целей позволяет преодолеть любые преграды.

Своим появлением эта книга обязана прежде всего Председателю Следственного комитета России Александру Ивановичу Бастрыкину, который вдохновил меня на ее написание. И, конечно, следователям Валерию Хомицкому, Александру Филину, Петросу Гарибяну, Рустаму Габдулину. Они не просто помогали — они принимали самое активное участие в ее написании. Выражаю искреннюю благодарность всем без исключения сотрудникам Следственного комитета, следователям, руководителям региональных управлений за их профессиональную самоотверженную работу, без которой эта книга не появилась бы!

Владимир Маркин

Глава 1

Поединок с дьяволом

(о расследовании преступлений «таганрогского маньяка»)

Прерванный пикник

В тот воскресный день конца весны — 20 мая 2007 года — Наталья и Константин были безудержно счастливы. Погода была совсем уже летняя, солнце над приморским городом Таганрогом палило как в июле. В лесополосе, где они уединились, пели птицы, благоухали цветы и травы, небо ослепляло голубизной — словом, природа ликовала вместе с двумя студентами радиотехнического института, которые собирались через неделю подать в загс заявления и стать мужем и женой.

Они вообще-то собирались уединиться в другом месте, но по дороге встретили своего однокурсника, который посоветовал пойти именно в лесополосу, сказал, что для пикника вдвоем лучшего пейзажа не отыскать. Они, конечно, не предполагали, чем завершится их пребывание в этом райском уголке. Спустя несколько лет, вспоминая о расследовании одного из своих самых сложных и запутанных уголовных дел, старший следователь по особо важным делам при председателе Следственного комитета России Валерий Хомицкий скажет, что именно тот момент, когда парень и девушка по совету приятеля свернули со своего пути и изменили маршрут, стал точкой отсчета в судьбе опаснейшего преступника, который до этого мог спокойно убивать и насиловать, оставаясь безнаказанным.

Все было чудесно, но вдруг идиллию влюбленной пары нарушило какое-то странное предчувствие. Практически одновременно сразу у обоих вдруг возникло ощущение, что они не одни в этом майском лесу. Рядом кто-то есть.

Практически одновременно сразу у обоих вдруг возникло ощущение, что они не одни в этом майском лесу. Рядом кто-то есть.

Присмотрелись и действительно метрах в сорока от своей лужайки увидели мужчину с голым торсом, стоящего на четвереньках. Он делал какие-то непонятные движения. Был так поглощен своим занятием, что ничего вокруг не замечал.

Сладкая парочка почувствовала себя не так уютно и даже — тревожно. Минут через десять они еще раз посмотрели — он был все еще на том же месте. Ну и пусть, решили жених и невеста, какое нам до него дело.

И тут они услышали крик — именно с той полянки, где полуголый мужик возился на четвереньках. Константин успокоил свою девушку, предположив, что люди там занимаются тем же, чем и они, то есть любовью. А кричат от страсти и от удовольствия. Но Наталья сразу отбросила это предположение — она поняла, что это крик боли и ужаса.

Уже с чувством тревоги, перемешанной с чувством необъяснимого страха, студенты осторожно наблюдали из-за кустов за человеком, который продолжал возиться, стоя на четвереньках. Теперь он двигал руками так, будто бил кого-то, кто находился на земле. Издалека трудно было разглядеть, что же там происходило. Неожиданно мужчина поднялся во весь рост, накинул рубашку и пошел в сторону дороги, которая тянулась за лесополосой. Наталья и Константин увидели, как он сел в автомобиль серого цвета и уехал. Причем Константин, разбиравшийся в автомобилях, определил, что это была «Мицубиси Галант».

Что же там происходило? Эта мысль не давала студентам покоя. И почему мужчина так поспешно уехал, причем один?

Все-таки, набравшись смелости, они решили подойти и посмотреть. Пока шли сорок метров, их одолевал если не страх, то точно сильное волнение — вдруг увидят что-нибудь, не предназначенное для посторонних глаз? Еще и крик этот странный… Но то, что они увидели на соседней полянке, заставило Константина, идущего впереди, самого закричать от ужаса.

Но то, что они увидели на соседней полянке, заставило Константина, идущего впереди, самого закричать от ужаса.

Он повернулся к своей подруге и крикнул, чтобы она не подходила близко, не смотрела в эту сторону… А лежали там тела двух маленьких девочек. Одна, совсем крошечная, не шевелилась. Вторая, постарше, с разбитой головой, еще дергалась в предсмертных судорогах. Воскресная майская идиллия завершилась для счастливых влюбленных страшным шоком.

Забыв обо всем, они бросились прочь от места жуткого зрелища. Пришли в себя, только когда лесополоса осталась далеко позади. Что надо делать в таких случаях, они не представляли. Заявить в милицию? Но ведь тогда первое подозрение может пасть на них. Будут проверять, допрашивать. Нет, лучше пока молчать, решили они.

Соседи по общежитию обратили внимание, что жених и невеста, отправившиеся на пикник оживленными и счастливыми, вернулись оттуда потерянными и подавленными. Не нужно было быть психологом, чтобы понять, что они пережили какое-то страшное потрясение и находились в состоянии, близком к прострации. Тем не менее никому, даже самым близким друзьям, Наталья и Константин не сказали, даже словом не обмолвились, какой страшной трагедии они стали невольными свидетелями. Следующие двое суток были бессонными. Они не могли ни о чем думать, кроме увиденного. Все их мысли остались в той лесополосе. И тяжесть этих ощущений усиливалась неизвестностью и чувством вины, что надо было сообщить.

Они не могли ни о чем думать, кроме увиденного. Все их мысли остались в той лесополосе. И тяжесть этих ощущений усиливалась неизвестностью и чувством вины, что надо было сообщить.

Пока они молчали, в СМИ появились сообщения об исчезновении двух девочек. Велись активные поиски 8-летней Альбины Худяковой и ее 3-летней сестренки Наташи Соболевской. Они пропали двое суток назад, в воскресенье, 20 мая. Мать послала Альбину в магазин за хлебом, а маленькая Наташа увязалась с ней, она везде бегала за старшей сестрой как хвостик. Девочки ушли из дома и не вернулись. И тогда Наталья и Константин, уже понимая, что это вовсе не исчезновение, а жестокое убийство, преодолев все страхи и сомнения, решили все рассказать следователям. Молодые люди показали то страшное место, где было совершено убийство. Да, кстати, если бы не студенты, случайно оказавшиеся в этом месте и в этот час, то неизвестно, насколько затянулись бы поиски малышек. И нашли бы их вообще? То место действительно было очень глухим и труднодоступным для транспорта. Я не случайно в начале главы сказал, что тот момент, когда влюбленная пара по совету друга изменила намеченный маршрут, стал решающим в раскрытии этого преступления.

Проверка показаний на месте, в ходе которой свидетели показали место обнаружения тел девочек

Константин показывает, в каком направлении скрылся мужчина, которого они видели на месте преступления

Уголовное дело было возбуждено таганрогской прокуратурой (до создания Следственного комитета России оставалось 4 месяца). И следователи прокуратуры были уверены, что найти преступника не составит большого труда. А возникла эта уверенность еще при обнаружении трупов девочек и первоначальном осмотре места преступления. Дело в том, что убийца и насильник слишком явно наследил на месте преступления — на теле и на белье старшей сестренки была обнаружена сперма, отсюда и возникла версия об изнасиловании. По заключению судебно-медицинской экспертизы смерть 8-летней Альбины наступила в результате открытой черепно-мозговой травмы головы в виде множественных оскольчатых переломов — то есть от удара камнем по голове. 3-летняя Наташа умерла от такого же удара, у нее зафиксировали тупую травму головы. К тому же было установлено, что у 8-летней девочки были регулярные половые контакты с мужчиной в анальное отверстие. Это укрепило следствие в убеждении, что искать надо именно педофила. И следователи, будучи уверенными, что скоро найдут преступника, действовали вроде бы грамотно, так скажем, по стандартной схеме. Ведь анализ спермы позволил выявить полный генетический код мужчины, которому она принадлежала, его ДНК. Значит, дело за малым — надо выстроить очередь из всего мужского населения города Таганрога, а если понадобится — всей Ростовской области, взять у каждого образцы биологического вещества — кроме спермы, это может быть кровь, слюна и т. д., — и сравнить с генетическим кодом предполагаемого преступника. Работа, конечно, трудоемкая, но не сказать, чтобы слишком сложная. Имея таких важных свидетелей, как Наталья и Константин, которые не просто подробно описали предполагаемого убийцу и насильника, да к тому же сообщили марку и цвет машины, на которой он уехал, вопрос о раскрытии этого преступления было лишь вопросом ну если не часов, то нескольких дней. И следователи, и оперативники были в этом уверены… Это обстоятельство, породившее ощущение кажущейся легкости, как выяснится в будущем, и сыграет со следствием весьма злую шутку.

Это обстоятельство, породившее ощущение кажущейся легкости, как выяснится в будущем, и сыграет со следствием весьма злую шутку.

Но это будет позже.

Добрый дядя режиссер

Следствию продолжает везти по всем направлениям. Буквально в тот же день появляется еще один свидетель. Им оказался некий Дмитрий Пычка, большой поклонник бега трусцой. Он добровольно пришел в милицию, откуда его препроводили к следователям. Этот человек рассказал следующее.

Ежедневно он совершал пробежки от окраины Таганрога по грунтовой дороге вдоль той самой лесополосы, где произошла трагедия. В минувшую субботу, 19 мая, за день до убийства, он, как всегда, бежал по давно знакомому маршруту в середине дня. И вдруг увидел машину — серую иномарку, стоявшую задней частью к дороге. Бегун обратил на нее внимание, потому что к тому месту, где она находилась, никакого подъезда со стороны дороги не было. Ему стало любопытно — как она туда попала? Потом, когда местность исследовали, выяснилось, что подъехать можно было лишь с противоположной стороны лесополосы, где проходила трасса. И было это как раз в том самом месте, где будут обнаружены тела двух убитых девочек.

Но это еще далеко не все. На следующий день, 20 мая, в воскресенье, физкультурник вновь вышел на ту же дистанцию примерно в то же время, может быть, с разницей в полчаса. Путь его лежал мимо того места, где вчера стояла серая иномарка. И теперь недалеко от этого места из лесополосы на дорогу вышел человек. Пычка, рассказывая об этом, уверенно заявил, что это был больной человек, внешне похожий на маньяка, какими их показывают в кино. Пояснил свои впечатления так: у человека были вдавленные глаза и такое выражение лица, будто он полностью отрешен от реальности и вообще не принадлежит себе. К тому же он был грязным и, что особенно поразило любителя бега, в более чем тридцатиградусную жару одет в черную рубашку с длинным рукавом.

Дмитрию Пычке встреченный незнакомец показался таким страшным, что он даже отбежал от него подальше в сторону и потом еще оглядывался, проверяя, не преследует ли его «маньяк».

Проверка показаний на месте, в ходе которой Дмитрий Пычка показал, в каком месте он увидел, по его мнению, похожего на маньяка мужчину

Описание внешности брутального мужчины из кустов и серого автомобиля в кустах полностью совпали с тем, что присутствовали в показаниях студентов.

Но и этим дело не ограничивается. Уже на следующий день, 23 мая, выясняется, что жертвой убийцы могла стать другая девочка. 8-летняя Аня Васильева рассказала, что, когда она шла в воскресенье на день рождения своей одноклассницы, к ней подошел незнакомый взрослый мужчина и сказал: «Лена, можно тебя на минутку?» Девочка ответила, что вообще-то ее зовут Аня. Но прохожего это не смутило, он настойчиво добивался разговора с ней, обещая сообщить что-то очень важное. В итоге школьница согласилась его выслушать, и тогда он попросил… посторожить его машину, которая стояла рядом, поскольку он забыл ключи от нее. Для этого нужно было сесть в салон автомобиля.

Аня была воспитанной девочкой, привыкла слушаться старших и не могла отказать взрослому человеку в его убедительной просьбе. Оказавшись на заднем сиденье автомашины, она заметила лежащие рядом листы формата А4. На каждом из них фломастером была сделана надпись: «Приглашаю на съемки фильма». Ребенка это заинтриговало.

Тем временем хозяин автомобиля вернулся, поблагодарил за помощь и завел доверительный разговор. Сообщил, что он режиссер Федор Бондарчук, тот, что снял фильм «9-я рота», здесь, в Таганроге, у него мобильная киностудия, и, увидев Аню, он сразу понял — она прирожденная актриса, у нее великое будущее. Первые пробные съемки необходимо было провести немедленно, и он стал уговаривать девочку ехать с ним.

Но, на свое счастье, Аня сказала, что, во‑первых, ее ждет подруга на дне рождения, а во‑вторых, она может отлучиться только с разрешения мамы. После чего предложила «Федору Бондарчуку» самому позвонить ее маме и обо всем с ней договориться. «Режиссер» опять попытался убедить школьницу в том, что для ее мамы будет очень приятным сюрпризом увидеть дочку в уже снятом фильме, поэтому надо сейчас же, не теряя времени, ехать на съемочную площадку. Надо сказать, что Аня росла в очень порядочной семье, ее родители весьма набожные люди, мама даже пела в церковном хоре. В школе ее тоже характеризовали как очень прилежную и дисциплинированную ученицу. Без маминого разрешения девочка никуда ехать с новым знакомым не собиралась. Это и спасло ей жизнь.

Позже, когда девочка описывала состояние и поведение своего собеседника, следователь сделал вывод, что его в тот момент терзали внутренние страсти — он уже «завелся», настроился на убийство. Но, видимо, чувство самосохранения победило — он понял, что если попытается увезти ребенка насильно, то может потерпеть неудачу.

Чувство самосохранения победило — он понял, что если попытается увезти ребенка насильно, то может потерпеть неудачу.

Девочка начнет кричать, сопротивляться, а они находились в центре города, днем, вокруг множество людей. Даже если не придут на помощь Ане, то наверняка запомнят машину, ее номер, а то и внешность владельца, сообщат в милицию… Короче, после напряженных размышлений и борьбы с самим собой «Федор Бондарчук» открыл дверцу автомобиля и выпустил намеченную жертву на волю — дескать, что же поделаешь, раз ты так маму слушаешься, не быть тебе знаменитой актрисой.

Описание внешности мнимого режиссера полностью соответствовало тому, что следователи уже слышали от предыдущих свидетелей, вот только с автомобилем возникла неувязка. Судя по тем приметам, что назвала Аня Васильева, она сидела в салоне не «Мицубиси Галант», а «Тойота Кроун». И цвет машины был не серый, а серебристый. Вот единственная деталь, которая на тот момент могла вызвать сомнение в том, что речь идет об одном и том же человеке. Но 8-летний ребенок мог перепутать не то чтобы марку машины, но и ее цвет.

Тем временем продолжали появляться все новые и новые свидетели, которые давали более подробные и важные показания. Оказывается, ранее несколько школьников и бабушек, гуляющих с внуками, видели мужчину, который с ключами от машины в руках довольно долго ходил вокруг детской площадки и приглядывался к играющим там мальчикам и девочкам. При этом было очевидно, что его собственного ребенка на этой площадке нет. Мужчина так внимательно рассматривал детей, что на него самого стали обращать внимание, после чего он уехал на автомобиле, по описанию похожем на «Тойоту Кроун». Приметы владельца авто также совпадали с теми, что уже озвучивались.

Наконец, большую пищу для выводов следствия дали показания знакомых погибших девочек. Многие из них обращали внимание на то, что старшая из них — Альбина — часто приходила домой с подарками, с коробками конфет, да и деньги иногда домой приносила, хотя и не очень большие. При этом на расспросы отвечала весьма уклончиво — то на улице нашла, то случайный прохожий подарил.

Особенно примечательными были показания женщины-дворника, что убирала по утрам во дворе дома, где жила семья девочек. К тому же она была их соседкой и, конечно, хорошо знала обеих сестер.

Женщина рассказала, как однажды часов в шесть утра увидела Альбину, которая возвращалась откуда-то домой. При этом девочка, которой в то время и восьми лет еще не исполнилось, была накрашена, с маникюром, в модной юбке и в туфлях на высоком каблуке. Настроение ее было очень веселым. На вопрос дворничихи — откуда она в столь ранний час, неужели дома не ночевала? — юная модница ответила задорной улыбкой.

Побеседовав со сверстницами погибшей Альбины, следствие вышло на ее подружку-одногодку, Наталью Сосновских. Та сообщила, что еще больше года назад, когда они ходили даже не в первый, а в подготовительный класс, Альбина поделилась с ней своей тайной, что у нее есть щедрый взрослый друг, который часто катает ее на машине, иногда даже возит в Ростов. При этом, конечно, попросила никому ничего не рассказывать, сохранить эту маленькую тайну от всех.

Надо сказать, что девочки росли без отца, с одной матерью, которая была, мягко выражаясь, женщиной даже не легкого, а очень легкого поведения. Она не утруждала себя не то чтобы воспитанием, а даже пропитанием детей. Поэтому дети фактически были предоставлены сами себе. При этом образ жизни матери отложился на их восприятии мира, по крайней мере Альбины. Младшей-то было только 3 года. А Альбина в свои 7 лет была открыта к случайным знакомствам и ночным похождениям.

Наталья Сосновских рассказала, что не так давно она этого взрослого друга видела. Альбина подходила к нему, когда они играли на детской площадке. Он дал ей бутылочку минеральной воды и что-то сказал. Выглядел «добрый дядя» странно даже с точки зрения детей — в жаркую погоду он был в кепке и в свитере-водолазке с воротником под горло.

Очень важное обстоятельство — эти показания с описанием одного и того же человека, давали свидетели, не знакомые друг с другом, никогда даже не общавшиеся, так что возможность какого-либо сговора была исключена изначально. Таким образом, круг подозреваемых резко сузился. Уже не надо было проверять генетический код всех мужчин Ростовской области. Нужно было найти человека определенной внешности и выяснить, где он находился в момент убийства двух сестренок.

И такой человек нашелся! Это был Валерий Анатольевич Сидляр, 1959 года рождения, житель Таганрога. Он занимался частным извозом и ездил на автомобиле «Мицубиси Галант» серого цвета. Все сходилось. Оставалось только грамотно оформить его задержание, и следователи могли поздравлять себя с успехом.

«Научу вас работать»

Следственная группа в тот момент располагалась в здании Управления внутренних дел города Таганрога. Туда и было решено, не откладывая, вызвать Валерия Сидляра на допрос. Поскольку дело было очень громкое и значимое, в Таганрог прибыли руководители правоохранительных структур Ростовской области. Тщательно готовились, продумывали каждый шаг, каждый вопрос, просчитывали заранее возможные варианты поведения подозреваемого. Все чувствовали — вот он, успех, мы близки к раскрытию особо тяжкого преступления.

Валерий Сидляр

И вот появился Валерий Сидляр. Внешне если он и напоминал Федора Бондарчука, то лишь отсутствием волос на голове. В городское УВД пришел пешком, машину — ту самую серую «Мицубиси Галант» — оставил где-то на подступах. Входя в кабинет следователя, он не подавал никаких признаков волнения. Наоборот, держался уверенно и даже несколько развязно. Чуть ли не с порога заявил, что все уже знают — газеты и телеканалы раструбили, что с места происшествия изъяли образцы спермы. В связи с этим он предлагает немедленно, без лишних разговоров, взять у него кровь на анализ, провести генетическую экспертизу, определить его ДНК и сравнить с ДНК того, кому принадлежит сперма на теле и белье убитой девочки. Это должно сразу пролить свет на все домыслы и предположения.

Автомашина Валерия Сидляра

Кроме того, он вытащил из кармана мобильный телефон и положил его на стол перед следователем. Предложил, если не сказать потребовал запросить детализацию всех абонентских соединений, включая те, что происходили в предполагаемое время убийства, и выяснить, в каком месте этот телефон работал.

Предупреждая возможные вопросы следователя, Сидляр сказал, что не помнит точно своего расписания — где и когда находился в воскресный день, 20 мая 2007 года, но уверен, что если предложенные им проверки будут проведены немедленно, то все и так станет ясно.

Генетическая экспертиза была проведена в кратчайшие сроки. Заключение по ней было однозначно — сперма, обнаруженная на месте убийства, Сидляру не принадлежит. Телефон, который подозреваемый выложил на стол следователя, в момент убийства работал — с него уходили звонки и на него тоже поступали. Но это было в районе места жительства Сидляра. С телефона шли звонки на номер учителя старшей дочери его сожительницы (он был женат повторно, состоял в гражданском браке). На его номер также поступали звонки — от людей, которые хотели воспользоваться его услугами как перевозчика грузов. Уже говорилось, что этот человек занимался частным извозом и давал по этому поводу объявления в местной прессе.

Собственноручно написанное объяснение Валерия Сидляра при первом вызове в следственный отдел

Получилось, что у Сидляра — стопроцентное алиби. Его вынуждены были отпустить. Он вышел из кабинета следователя со словами: «Я вас научу работать!»

У Сидляра — стопроцентное алиби. Его вынуждены были отпустить. Он вышел из кабинета следователя со словами: «Я вас научу работать!»

Следствие потерпело на этом этапе полное фиаско. Следственно-оперативная группа вместе с прибывшими многочисленными начальниками, как бы это помягче выразиться… Ну, в общем, как в сказке — вместо кареты, в которой хотели торжественно прокатиться, у них перед носом неожиданно оказалась тыква. Получалось, что показания многочисленных свидетелей потеряли, как показалось тогда, всякое значение.

Не оставалось ничего другого, как начинать проверки генетического кода всех мужчин, живущих в округе, — то, что в начале расследования представлялось верным путем, теперь оказалось рутинной работой, которая могла растянуться на долгие годы. Проверили тысячи людей, но обладателя спермы, найденной на месте убийства двух сестренок, среди них не было.

Проверка шла методично. Постоянно и неуклонно расширялся круг людей, в нее вовлеченных. Сначала было отработано мужское население Таганрога, потом — всей Ростовской области, затем настал черед близлежащих регионов.

В самый разгар расследования, а именно — в начале сентября 2007, в стране была создана новая правоохранительная структура — Следственный комитет России при Прокуратуре. Но по факту это было практически независимое ведомство, и следователи, работавшие в прокуратуре, в подавляющем большинстве просто перешли почти автоматически в новую организацию. Поэтому работа по делу не прекращалась, но именно с этого момента в деле наметился коренной перелом, хотя никто тогда еще об этом не знал. Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин с первых дней работы во главе ведомства уделял особое внимание именно подобного рода преступлениям и всегда строго спрашивал со следователей и с руководителей территориальных следственных отделов за нераскрытые преступления такой категории. Вот и дело об убийстве двух девочек в Ростовской области с самого начала он взял под свой личный контроль и не упускал его из виду до успешного завершения.

Практически на каждой коллегии Следственного комитета России Александр Бастрыкин требовал отчета о ходе расследования у руководителей СУ СКР по Ростовской области. Но, кроме безуспешного прочесывания мужского населения, им докладывать было нечего… Талант — это умение делать то, что не могут другие

Итак, минуло уже три с половиной бесконечно длинных года с того дня, когда в Таганроге было совершено убийство двух девочек. Расследование продолжалось все это время, но по-прежнему не приносило никаких результатов. Трудно сказать, сколько еще могло продолжаться это мучительное для всех состояние неопределенности. Но в конце концов терпение председателя Следственного комитета лопнуло и он распорядился — передать для дальнейшего расследования это уголовное дело из Следственного управления СКП по Ростовской области в Центральный аппарат СКР. Расследование поручил одному из опытнейших следователей Главного следственного управления, на тот момент государственному советнику юстиции 3-го класса Валерию Хомицкому. После ознакомления с копиями материалов дела он срочно выехал в Таганрог. И этот момент можно считать переломным.

В 2003–2005 годах старший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Валерий Хомицкий возглавлял расследование убийства гендиректора ОАО «Концерн ПВО «Алмаз-Антей» Игоря Климова, застреленного 6 июня 2003 года в Москве. В июле — октябре 2004 года была задержана банда, совершившая это преступление. В октябре 2005 года Мосгорсуд приговорил главаря банды Евгения Манькова к пожизненному заключению, непосредственного убийцу Александра Бурукина к 23 годам, еще пятеро соучастников получили от 22 до 24 лет.

В 2005 году Валерий Хомицкий участвовал в расследовании бесланского теракта.

Руководил следственной группой и раскрыл убийство первого зампреда ЦБ РФ Андрея Козлова. Это уникальное уголовное дело о заказном убийстве, когда была доказана вина не только исполнителя, организатора и посредников, но и непосредственного заказчика — банкира Алексея Френкеля.

Валерий Хомицкий расследовал еще целый ряд особо значимых дел. Безусловно, это один из лучших следователей Следственного комитета России.

Валерий Николаевич часто вспоминал и, наверное, уже никогда не забудет свою командировку в Ростовскую область, затянувшуюся на несколько лет. Когда он приступил к расследованию и знакомился с материалами уголовного дела, у него в первое время сложилось такое впечатление, что для раскрытия убийства Альбины и Наташи не надо ни большого ума, ни высокого профессионализма — именно так, как подумали те, кто занимался делом изначально. В самом деле — генетический код преступника известен, остается выполнить чисто механическую работу, хотя и чрезвычайно большую по объему. То есть попросту перелопатить все мужское население России, взять у подходящих по определенным признакам мужчин на выбор кровь, слюну или другие биологические объекты. А дело экспертов — сравнить генетический код каждого с кодом того, кто оставил на месте преступления свои следы. Да, это дело долгого времени, зато путь верный и, как ему на первых порах представлялось, единственно возможный. «Зачем я там нужен? — рассуждал Хомицкий. — Мой опыт, знания?»

По приезду он увидел полки с десятками толстых томов с материалами на тех лиц, кого уже отработали, и на тех, кого еще предстояло отработать… Он увидел, что в течение первых года-полутора биологические образцы старались брать у тех людей, которые по внешним данным похожи на описания очевидцев: студентов, спортсмена, девочки и других. Когда убедились, что ожидаемого результата это не дает, стали проверять уже всех подряд — и похожих, и непохожих. Он понял, что если идти по этому пути, т. е. расширить поиск биологических образцов, то на это уйдут не просто годы, а целые десятилетия. Возможно, для того, чтобы получить результат, пришлось бы в итоге проверить все мужское население страны. Такая долгосрочная перспектива никого не радовала, Хомицкого в первую очередь. И не потому что опасался рутинной работы, а потому что нутром следака чувствовал, что здесь что-то не так…

Чем больше он знакомился с конкретными обстоятельствами дела, тем больше это предчувствие укреплялось. И уже при изучении материалов осмотра места происшествия Валерий Хомицкий обратил внимание на необычное положение тел убитых детей. У старшей ножки были раздвинуты и рука положена так, будто она указывает на ее же половые органы. Младшая сестренка лежала рядом, и ее головка была запрокинута. Казалось, что она смотрит на старшую сестру. Заранее прошу прощения за такие подробные детали. Но это очень важный момент. В работе опытного следователя не может быть мелочей, буквально каждая деталь имеет значение. Никогда нельзя предугадать, какая из них сыграет решающую для раскрытия преступления роль.

В работе опытного следователя не может быть мелочей, буквально каждая деталь имеет значение. Никогда нельзя предугадать, какая из них сыграет решающую для раскрытия преступления роль.

Это еще раз подтверждает, что осмотр места преступления является важным следственным действием, которое нередко является залогом успеха в раскрытии преступления.

Хомицкий потребовал назначить ситуационную психологическую экспертизу. Ее результаты должны были объяснить — подобное положение тел могло возникнуть само по себе или здесь кроется что-то еще, о чем пока можно только догадываться.

Заключение экспертов, как и ожидалось, смогло пролить свет на ситуацию. Убитые так лежать не могли. Значит, преступник разложил их специально, видимо, для того, чтобы сделать фотографии.

Валерий Хомицкий сделал первый важный для себя вывод — скорее всего, злодей получал изощренное удовлетворение не только от совершения убийства детей, но и от созерцания их мертвых тел. Он построил из трупов порнографическую сцену, которую условно, по заключению экспертов, можно назвать так: «развратная девочка и наблюдающая за ней». Ему, видимо, очень нравилось наблюдать такие сцены, а поскольку с живыми подобные манипуляции проделывать трудно, он сделал это с мертвыми. Подробность сама по себе отвратительная, но очень ярко характеризующая личность убийцы-извращенца, его темный внутренний мир.

Подробность сама по себе отвратительная, но очень ярко характеризующая личность убийцы-извращенца, его темный внутренний мир.

Постепенно стали появляться и другие обстоятельства, заставившие Хомицкого серьезно задуматься. Это касалось той самой спермы, на анализ которой так уповали сначала. А ведь она была обнаружена не на половых органах, а на ручке убитой девочки и на ее белье, которое было отброшено в сторону, за несколько метров от тела. Нелогично получалось — если было изнасилование, и без применения презерватива, то сперма должна была остаться в других местах, но там даже ее следа нет. Если же педофил-убийца насиловал девочку в презервативе, то следов спермы вовсе нигде быть не должно, с целью сокрытия следов преступления ему следовало бы этот презерватив уничтожить или выбросить где-нибудь подальше от места, где совершалось злодейство. Не говоря уже о том, что у мертвой девочки не было обнаружено разрыва девственной плевы, а лишь кровоизлияние в этой области.

Почему никому из местных следователей и их начальников не приходили такие мысли в голову? Может быть, потому, что в работе следователя порой недостаточно знаний криминалистики, законодательства и даже опыта. Именно неординарность мышления, способность поставить себя на место преступника, даже переоценить его возможности, но ни в коем случае не недооценить, — вот что отличает талантливого следователя от обычного.

Именно неординарность мышления, способность поставить себя на место преступника, даже переоценить его возможности, но ни в коем случае не недооценить, — вот что отличает талантливого следователя от обычного.

Это, впрочем, касается и многих других профессий, далеко на первый взгляд не творческих.

Сделав для себя первые выводы о психологическом портрете предполагаемого убийцы, Валерий Хомицкий обратился к специалистам соответствующего медицинского профиля, и те только подкрепили его предположения.

Мысль об иномарке, на которой уехал преступник, заставила обратить внимание на еще одно обстоятельство. Ведь бегун-физкультурник удивился, увидев машину в таком месте, куда проехать было невозможно. А если возможно, то надо было очень хорошо ориентироваться на местности, знать ее досконально. Какой-нибудь залетный гастролер, который прибыл в Таганрог издалека, вряд ли мог быть на такое способен.

Так появлялись первые зацепки, постепенно менявшие всю картину совершенного преступления. Следователь сформулировал целый ряд положений, которым раньше значения не придавалось.

Первое. Дети преступника знали и в машину сели добровольно.

Почему? Потому что за хлебом они ходили почти в самом центре города. День был воскресный, и на улицах очень многолюдно. Попытка принудительно посадить не одну, а сразу двух девочек в машину непременно привлекла бы внимание окружающих. А так со стороны все выглядело вполне пристойно: кто-то позвал детей из автомобиля — возможно, их отец. Они спокойно сели и поехали. На это никто не обратил внимания.

Второе. От машины в лесополосу дети пришли сами, их никто насильно не тащил. Следствие назначило экспертизу почвы, изъятой с обуви и той, и другой девочки. Ее сравнили с почвой местности — на детских ботиночках была та же земля, что и в лесополосе. Это говорило о том, что преступник не мог привезти туда трупы детей, убитых, допустим, где-то в другом месте, и разложить их так, как ему хотелось. Кроме того, это противоречило бы показаниям тех двух студентов, что случайно оказались рядом.

Третье. Проанализировав все улики и показания, Валерий Хомицкий пришел к выводу, что насиловать Альбину у преступника необходимости не было. Ведь были показания, что некий взрослый друг постоянно катал ее в машине. А согласно заключению экспертизы — с ней регулярно совершали половые контакты анальным способом. А если преступник имел возможность общаться с девочкой, возить ее за город и делать с ней, что он хочет, одаривая за это конфетами и деньгами, зачем ему было ее насиловать? Следователь приходит к неожиданному для всех, но не для себя выводу, что в момент убийства сексуального насилия не было! Зато была его тщательно подготовленная и проведенная инсценировка! Для чего это понадобилось? Это теперь и предстояло выяснить.

Ну и наконец, сочетание человек — машина. Оно в многотомном деле было только одно. Видели людей, похожих на Сидляра, видели машины, такие же, как у него, — имеется в виду «Мицубиси Галант» серого цвета. Но и то, и другое совпадало только в случае с Сидляром. Вряд ли можно было предположить, что тут имело место случайное совпадение. Только он и его иномарка подходили под все описанные признаки. Значит, все-таки Сидляр. Валерий Хомицкий понимал, что он близок к цели, но ему надо было уловить неосязаемую нить, которая позволила бы направить расследование по нужному пути.

Валерий Хомицкий понимал, что он близок к цели, но ему надо было уловить неосязаемую нить, которая позволила бы направить расследование по нужному пути.

Конечно, оставались вопросы без ответов — с принадлежностью спермы, с телефоном, наконец, со второй машиной, на которой разъезжал «режиссер Федор Бондарчук» и мужчина, бродивший вокруг детской площадки. Но чутье подсказывало Хомицкому — ответ на них должна дать работа с Сидляром.

И вот Валерий Хомицкий решает провести внезапные обыски одновременно во всех помещениях, где проживал Сидляр. Интересно, кстати, кто мешал местным следователям сделать это еще четыре года назад? Еще тогда они многое бы для себя могли открыть в этом персонаже со «стопроцентным алиби». Обыски только утвердили Хомицкого в его предположениях. Чем больше предметов находили в ходе обысков, тем отчетливее вырисовывался «портрет Сидляра». Стало понятно, чем не только увлекался Сидляр, но и жил, что составляло радость его существования. Буквально везде, где проводил время Сидляр, находили порноматериалы, на которых были не только люди, но и животные. И что еще характерно, все фото и видео содержали чрезвычайную жестокость. Например, ролик, где девочки-школьницы зверски убивают свою сверстницу и одноклассницу. Убивают долго, доводя сами себя до полного изнеможения. Или ролик, запечатлевший сцену вскрытия трупов в морге. Там хорошо видно, как эксперт разрезает трупу живот, заворачивает кишки, вскрывает череп, достает оттуда мозг.

Дома и в гараже нашли большие стопки порнографических журналов. Некоторые статьи выделены, раскрашены фломастером, вырезаны. Это материалы, вызвавшие особое внимание Сидляра. Что же ему нравилось? Статьи с такими названиями — «Секта пожирателей младенцев», «Звездный час детоубийцы», «Маньяк на все руки», «Педофилов нигде не любят» и еще много тому подобного. Вот чем он наслаждался, от чего получал удовольствие, что занимало его ум и воображение.

Следствие приступило к изучению личности Сидляра. Выяснилось, что ранее он был женат, затем развелся. Двое детей — девочки — остались с женой.

Все люди, которые хорошо знали Сидляра, единодушно отмечали, что он был крайне жестоким, и эта жестокость проявлялась буквально на каждом шагу. Если шел по дороге и видел котенка, то не мог просто так пройти мимо, обязательно останавливался, чтобы побольнее пнуть животное ногой, а то и вовсе убить, размозжив голову.

Узнали, что однажды его дочь рассказала матери о том, какую картину с участием отца ей довелось наблюдать. Они в то время жили за городом в частном доме и держали там кроликов в клетках. Однажды девочка увидела, как отец взял живого кролика, подвесил его за задние лапки и стал использовать как боксерскую грушу. Бил бедное животное палкой изо всех сил и получал от этого явное наслаждение. Дочка случайно зашла в сарай и с ужасом воскликнула: «Папа, что ты делаешь?!»

Сидляр оглянулся, и дочери показалось, что с ним произошло какое-то мистическое превращение, лицо дико искажено, глаза страшные. Это был не ее отец, а какой-то совсем другой человек, в которого вселился дьявол.

Сидляр оглянулся, и дочери показалось, что с ним произошло какое-то мистическое превращение, лицо дико искажено, глаза страшные. Это был не ее отец, а какой-то совсем другой человек, в которого вселился дьявол.

Анализируя эту информацию, следователь вспомнил о реакции физкультурника, который утверждал, что на него из лесополосы вышел совершенно больной человек, маньяк, которого он испугался.

Позже следствием была назначена в отношении Сидляра стационарная психолого-психиатрическая экспертиза, которая выявила у него значимые реакции педофилического характера. Это был уже объективный научный вывод, но к нему пришли не сразу.

А тогда продолжалось изучение личной жизни Сидляра. Выяснилось, что после развода с женой и расставания с детьми он нашел себе сожительницу весьма оригинальным способом. Они с другом ехали на машине и, как говорится, «сняли» двух девчонок, увезли их на съемную квартиру. Одна из уличных знакомых так понравилась Сидляру, что он через некоторое время сделал ей предложение, вспомнив фильм «Красотка» с участием Ричарда Гира. Сказал ей: «Помнишь, как Гир стал жить с проституткой и сделал из нее достойную женщину? Вот и я хочу попробовать сделать с тобой нечто подобное». В итоге они стали сожительствовать, и через некоторое время у них появился ребенок, девочка, с врожденным заболеванием крови.

Мужчина № 2

Все это время Валерий Хомицкий обязан был докладывать ситуацию руководству Следственного комитета России, для чего его регулярно вызывали в Москву. И вот во время одного из своих приездов он изложил свои соображения, добавив, что уверен в своей правоте, интуиция подсказывает, что следствие движется в верном направлении. Его спросили в ответ: «Как же будешь все это доказывать?» Он честно сказал, что пока с трудом себе представляет, как именно, но уверен, что докажет. В работе следователя огромную роль играет не только профессионализм, но еще и такое качество, как интуиция. Она-то и подсказывала Валерию Николаевичу, что на этот раз преступник не уйдет от ответственности.

Вернувшись в Ростов, он отдал всей своей следственно-оперативной группе команду — готовить опознание. А это было очень непросто — прошло почти четыре года после совершения преступления. Студенты уехали по распределению. Физкультурник находился в длительной командировке. Остальные очевидцы тоже были в разных местах, в том числе и за пределами Ростовской области.

Валерий Хомицкий вспоминал, как трудно было собрать всех очевидцев в Таганроге в определенный день. Всему оперативному составу, участвовавшему в работе по уголовному делу, он поручил в течение месяца найти десять статистов, похожих на Сидляра как родные братья. Согласно процессуальному законодательству следователь имеет право проводить опознание, подобрав двух приблизительно похожих на подозреваемого людей. Но на этот раз был особый случай, и Хомицкий решил найти не приблизительно и даже не просто похожих, а чуть ли не десять близнецов Сидляра. Это вообще исключительный случай в практике. Конечно, с одной стороны, он шел на огромный риск. Потому что узнать среди десяти абсолютно похожих друг на друга лысых мужиков именно одного, да еще и спустя столько лет, — казалось чем-то нереальным. Зачем он так усложнял задачу? Но в том-то и был смысл этого опознания, чтобы ни у кого — ни у самих опознающих, ни у будущих присяжных заседателей — не осталось ни малейшего сомнения, что девочек убил именно Сидляр, а не кто-то, похожий на него. И вот настал тот самый решающий день. Я считаю, что тактику проведения этого следственного действия можно использовать как учебное пособие не только начинающим, но и следователям со стажем.

И вот настал тот самый решающий день. Я считаю, что тактику проведения этого следственного действия можно использовать как учебное пособие не только начинающим, но и следователям со стажем.

Если когда-нибудь кто-то будет снимать художественный фильм про эту историю, то сама по себе сцена опознания, без всякого художественного вымысла, несомненно станет апогеем в этом захватывающем триллере. А может быть, потянет и на отдельный фильм. Вы сами сможете убедиться в этом, даже услышав нехитрое описание с моих слов. В кабинете следователя расставили по номерам десять стульев. Сидляру, как опознаваемому, было предоставлено право занять любое место по его собственному выбору — так велит закон. Он сел на стул под номером 2. На остальные стулья рассадили статистов. Все было готово к опознанию. Напряжение достигло своего предела.

Валерий Хомицкий понимал, что в этот день решалась не только судьба подозреваемого, но и судьба уголовного дела, тянущегося уже четыре года, и его собственная судьба тоже. Если опознание принесет желаемый результат, то, даже не имея других доказательств, материалы дела можно будет направить в суд. Если нет — это будет означать окончательный провал расследования. Начать решили со спортсмена Дмитрия Пычки. Войдя в кабинет, он внимательно осмотрел всех, сидящих перед ним на стульях, и уверенно указал на того, кто сидел на стуле под номером 2, заявив, что именно этого человека он видел во время пробежки у лесополосы 20 мая 2007 года и его описывал в своих первоначальных показаниях.

Настала очередь той пары, что тогда отдыхала на природе и нашла мертвых детей. Во время разъяснения прав участникам процесса следователь указал, что опознающие вправе требовать, чтобы все, кто участвует в этом следственном действии, занимали те позиции, в которых они видели предполагаемого убийцу в лесополосе. То есть можно предложить им лечь, показать нанесение ударов, даже раздеться до пояса, потому что того мужчину в лесополосе видели полуголым и запомнили, что на его теле была обильная растительность.

Первой вошла Наталья. Внимательно осмотрев всех представленных для опознания лиц, она с разрешения следователя просила их раздеться до пояса, встать на четвереньки, имитировать нанесение ударов и тому подобное. Это продолжалось довольно долго.

Вот, например, всем опознаваемым предложили надеть кепку, чтобы Наталья смогла вспомнить именно тот образ, в котором преступник запечатлелся в ее памяти в тот день. Представьте, все десять человек стоят вдоль стенки в колонну друг за другом. И вот кепку надевает первый статист. Наталья практически без раздумья просит передать ее следующему. А следующий, под номером 2, как мы знаем, был Валерий Сидляр. Он спокойно напялил на себя головной убор и равнодушно, пустым взглядом смотрел в затылок впереди стоящего. В глазах Натальи отразился страх и ужас, которые она с женихом испытала в тот роковой день. Она практически сразу его узнала и готова была это сказать. Но ее как будто парализовало от увиденного, и она словно снова оказалась в той лесополосе четыре года назад. Несомненно, это именно тот человек, который был тогда на месте убийства девочек, и именно он забивал малышек. Поскольку условия опознания требовали провести следственное действие до конца. Кепку надели поочередно остальные статисты, но это было сделано скорее для соблюдения формальностей.

Но ее как будто парализовало от увиденного, и она словно снова оказалась в той лесополосе четыре года назад.

Ее попросили еще раз хорошо подумать. Она убежденно ответила — полностью уверена, что в лесополосе был именно этот человек и никто другой из присутствующих!

Затем Константин так же без колебаний показал на Сидляра. И женщина, гулявшая с малышом и видевшая у детской площадки подозрительного мужчину, который присматривался к играющим детям, тоже дала такой ответ.

Представляете, прошло четыре года, но все свидетели однозначно говорили — да, это был он!

Но самое сложное было впереди. Предстояло провести опознание с детьми — Аней Васильевой, которую «режиссер Федор Бондарчук» настойчиво звал сниматься в кино, и Натальей Сосновских, которой Альбина показала своего взрослого друга, катавшего ее на машине и одаривавшего красивыми вещами и конфетами.

Чтобы провести опознание с их участием, необходимо было решить несколько важных вопросов. Во-первых, опознаваемые не должны были видеть лица малолетних девочек — этого требовали интересы безопасности последних. Во-вторых, надо было свести к минимуму все различия в одежде опознаваемых, чтобы исключить всякую возможность ошибки из-за переключения внимания детей на отдельные детали.

В здании таганрогского УВД подготовили специальную комнату, перегороженную стеклом особого свойства, прозрачным лишь с одной стороны. То есть дети могли видеть Сидляра и статистов, а те их — нет.

Кроме того, закупили для всех участников мероприятия одинаковые лыжные костюмы и белые халаты, не скрывающие роста и телосложения. Тем самым был создан эффект «абсолютной похожести» и будущие адвокаты подозреваемого были лишены возможности заявить о какой-либо предвзятости и необъективности.

Аня Васильева долго разглядывала через стекло десятерых взрослых мужчин в абсолютно одинаковой одежде. Ей разъяснили — спешить не стоит, главное — не ошибиться и узнать того, кто выдавал себя за режиссера. Сказали, что она имеет право поднять любого из этих десяти и предложить ему совершить те самые движения, которые совершал человек, в чьей машине она сидела 20 мая 2007 года. Можно попросить его подойти к стеклу вплотную и тщательно разглядеть черты лица — ведь он все равно не увидит девочку.

После раздумий Аня предложила номеру 2 пройти по комнате сначала в одну сторону, потом в другую. Развернуться к ней лицом, подойти к стеклу и произнести несколько фраз. Затем подтвердила, что именно этот мужчина уговаривал ее стать кинозвездой. Вот он — фальшивый «Федор Бондарчук».

Остался всего один свидетель — малолетняя Наталья Сосновских. И тут в этом спектакле настала кульминация. Сидляр, прекрасно осознавая, что против таких аргументов трудно что-то придумать, даже с его изощренным умом, вдруг бросается навзничь на пол перед входом в кабинет, где проводилось опознание, упирается руками и ногами, проклинает всех и вся. В общем, устроил настоящую истерику с одной целью — сорвать это следственное действие. Но было уже поздно. Все свидетели, как я уже сказал, опознали его, все эти действия были запротоколированы и засняты на видео, в том числе и сама истерика Сидляра. Это, кстати, дало следователю основания провести опознание с Натальей Сосновских по фотографиям. Это тоже подтвердило версию следствия. Девочка опознала Сидляра.

Итак, результат получен, причем стопроцентный. Казалось бы, можно было направить дело в суд. Но он все-таки решил, что пока это слишком рискованно. Ведь у обвиняемого будет право выбрать суд с участием коллегии присяжных, и он наверняка им воспользуется. Значит, его судьбу будут решать не профессиональные судьи, а обычные люди, для которых эмоции могут оказаться важнее доводов рассудка.

Результат получен, причем стопроцентный. Казалось бы, можно было направить дело в суд. Но он все-таки решил, что пока это слишком рискованно.

Поэтому следователь не стал успокаиваться, а поставил перед собой следующую задачу — разрешить все спорные вопросы по поводу несоответствия генетического кода, телефонных звонков во время убийства, несовпадения автомобилей, в которых видели Сидляра. Сам же Валерий Сидляр был арестован и отправился в камеру следственного изолятора. Расследование вышло на качественно новый этап.

На дворе был июнь 2011 года. С момента убийства Альбины Худяковой и Наташи Соболевской минуло ровно четыре года и всего год с того момента, когда за дело взялся Валерий Хомицкий.

Итак, Валерий Сидляр в камере. На первом допросе он категорически отказывается от дачи показаний, изображая невинно пострадавшего, ложно обвиненного. Но, проанализировав сложившуюся ситуацию и все продумав, уже через день он обращается к следователю с заявлением: «Прошу меня допросить, я все подробно вспомнил, у меня есть алиби, я готов доказать, что полностью невиновен». Просьбу, разумеется, удовлетворили.

И тут следователю пришлось в полной мере ощутить, что напротив него сидит невероятно хитрый противник, соперник, продумывающий каждый свой шаг, каждое слово и способный заранее просчитать возможные ходы следствия. Все дальнейшее общение следователя с обвиняемым стало напряженным поединком, состязанием умов и характеров, в котором обе стороны выкладывались до конца, не жалея ни сил, ни времени, ни нервов.

Все дальнейшее общение следователя с обвиняемым стало напряженным поединком, состязанием умов и характеров, в котором обе стороны выкладывались до конца, не жалея ни сил, ни времени, ни нервов.

Валерий Хомицкий вспоминал потом, что они с Сидляром смотрели друг другу глаза в глаза и он читал в его взгляде: «Ты ничего не докажешь, не найдешь, я сильнее тебя, все продумал и ко всему подготовился, ничего у тебя не выйдет». А следователь, так же молча, одним только взглядом отвечал ему: «Нет, это у тебя ничего не выйдет. Я докажу! Я покажу, кто ты есть на самом деле». Напряжение между ними не ослабевало ни на секунду. Это невидимое противостояние ощущалось буквально до вынесения приговора. Это был самый настоящий поединок добра со злом.

Непригодившееся алиби

Сидляр сделал свой первый ход. Он заявил, что якобы вспомнил, что в воскресный день, 20 мая 2007 года, в своем гараже ремонтировал двигатель своего микроавтобуса «Мерседес Бенц». И начал очень подробно — чересчур подробно — описывать все обстоятельства, при которых этот двигатель вышел из строя. Оказывается, в апреле 2007 года он, выполняя заказ на перевозку людей, возил некий танцевальный ансамбль в Москву, откуда эти танцоры должны были лететь в Турцию (хотя в Турцию вполне можно улететь из Ростова, это сразу показалось следователю странным). При въезде в Москву движок начал стучать, и он высадил пассажиров и стал искать ремонтную мастерскую. Нашел там разобранный двигатель, но ремонтировать его оказалось дорого. И он принял решение добираться из Москвы до Таганрога… на буксире. С помощью своего московского родственника нашел тягач, который дотащил его до Каширского шоссе, а дальше добирался, останавливая попутные грузовые машины, которые также цепляли его на буксир. При этом постоянно подчеркивал, что выехал из Москвы 28 апреля. Ну а добрался только через несколько дней, к началу мая. Действительно, от Москвы до Таганрога по трассе 1146 километров и на попутках без двигателя быстрее не доберешься.

Следователь сначала не понимал, для чего обвиняемый ему так подробно все это рассказывает. При чем тут поездка в Москву, сломавшийся двигатель, транспортировка машины? А потом вспомнил. Когда он приехал в Таганрог осенью 2010 года и принял к производству дело об убийстве двух девочек, то запросил все уголовные дела по России, связанные с убийствами детей при схожих обстоятельствах. И оказалось, что 30 апреля 2007 года в лесу близ города Ивантеевка Московской области была убита 4-летняя Настя Мокрякова. Преступник изнасиловал ребенка, потом перерезал горло. Сидляр в этот момент был в Москве! Следствию удалось найти человека, который вытаскивал его микроавтобус из пригорода Москвы на буксире. Он вспомнил, что это было не 28-го, а 30 апреля. И этот водитель очень удивился — уже через десяток километров Сидляр сказал ему спасибо и объявил, что дальше найдет кого-нибудь другого. Стоило ли вызывать тягач, чтобы он протащил неисправный микроавтобус всего 10 километров из 1146? Странно. Тем более странно, что на следующий день он встретил родственника Сидляра, который обращался к нему с просьбой о помощи. Тот сказал, что Валера уже приехал домой, звонил, просил передать свою благодарность. Как же он мог так быстро оказаться в Таганроге на машине без двигателя?

Кстати, в Таганроге, на самом последнем отрезке пути, его тоже тащили на буксире. И это тоже выглядело странно. В тот же день, 30 апреля 2007 года, Сидляр позвонил в Таганрог своему знакомому и сообщил, что у него «накрылся движок», его машину тащат на буксире. При этом попросил завтра к определенному времени подъехать на площадь, где его оставят, и оттуда отбуксировать его в гараж. Если его буксировали от Москвы до Таганрога, то зачем подключать еще одного водителя, чтобы он буксировал его последние пять минут пути? Еще одна загадка.

А на самом деле микроавтобус «Мерседес Бенц» с Сидляром за рулем — делает для себя вывод Хомицкий — тащился на буксире только первые десять километров и последние два квартала в Таганроге. Остальное время он мчался по трассе на полной скорости с вполне исправным двигателем. Но — если бы у кого-то возникло подозрение о причастности Сидляра к гибели маленькой Насти Мокряковой из Подмосковья, то у него было бы железное алиби.

Сидляр понял своим изощренным умом, что следователь интересовался делом об убийстве ребенка в Подмосковье. И постарался отвести от себя все подозрения. Лишь дотошность Валерия Хомицкого помогла установить, что день его выезда из Москвы совпал с днем гибели Насти Мокряковой — Сидляр надеялся, что никто не вспомнит число спустя столько времени.

Позже следователь поймет и другое — почему обвиняемый так настойчиво повторял, что 20 мая 2007 года он ремонтировал свой микроавтобус. Да потому, что этот микроавтобус, как выяснится позже, тоже «засветился» на месте преступления. И весь этот маскарад с неисправным двигателем был заранее тщательно спланирован и исполнен для возможного алиби в случае, если на него не дай бог выйдут следователи по убийству Насти Мокряковой. А так, машина сломалась еще в Москве, всю дорогу полз на буксире. Не меньше десятка тягачей поменял. Свидетели нужны? Пожалуйста! Есть в Москве и в Таганроге. Остальные? Случайные люди на трассе, я их и не помню…

Примерно такой логикой руководствовался Сидляр. Но для Хомицкого было это очень важным дополнительным штрихом в понимании психопортрета Сидляра. Он только лишний раз убедился, что этот человек всегда готовит себе тщательное алиби или до или после совершения циничного и жестокого преступления. При расследовании этого дела Хомицкий не просто изучил весь жизненный путь Сидляра, он, по сути, мог быть его психотерапевтом. Он был знаком с его внутренним миром больше, чем кто-либо другой. Включая его родственников и близких. Более того, в ходе расследования были отработаны все убийства в Таганроге и области, по распоряжению Хомицкого были прочесаны все места, где, как правило, прячут трупы. В результате на свалках были обнаружены несколько расчлененных трупов женщин. Один из них был обнаружен недалеко от дома Сидляра, причем по результатам экспертизы, смерть женщины наступила примерно месяц назад. И что характерно, все женщины были по всей видимости неместными, потому за это время ни в самом Таганроге, ни в Ростовской области не было зафиксировано ни одной без вести пропавшей. Конечно, чутье следователя подсказывало Хомицкому, что убийство Насти Мокряковой и этих женщин — дело рук Сидляра, и он готов был это доказать. Но в тот момент не было ни возможности, ни времени распылять силы и средства на другие эпизоды. Необходимо было сосредоточить весь потенциал именно на таганрогской истории и довести ее до логического завершения, чтобы Сидляр как можно быстрее получил свой пожизненный срок и перестал представлять опасность для окружающих. А в деле об убийстве Насти Мокряковой и тех женщин еще будет поставлена точка.

Он должен был сосредоточиться и довести до конца таганрогскую историю, чтобы Сидляр как можно быстрее получил свой пожизненный срок и перестал представлять опасность для окружающих.

Юбилей-невидимка

Давление Хомицкого на Сидляра увеличивалось. Фактически на каждом допросе он методично вбивал очередной гвоздик фактов и доказательств в будущую «шконку» его одиночной камеры в «Вологодском пятаке»[1].

И тем не менее Сидляр цеплялся за любую соломинку, которая смогла бы вынести его на берег. Но тут уже не то что соломинка, ни бревно, ни плот не помогли бы. И в качестве такой соломинки он выдумал еще одно алиби вместо ранее провалившегося (его нахождения в районе дома и разговоров по телефону во время убийства).

Сидляр заявил, что 20 мая 2007 года, закончив дела в гараже, он вместе с супругой (так он называл свою сожительницу) и с детьми (у гражданской супруги была старшая дочь) сел в машину «Мицубиси Галант» и поехал отмечать день рождения, юбилей ее сестры, в город Новошахтинск. При этом обещал предоставить все фотографии с этого юбилея, рассказать все детали, как они туда ехали и приехали, где сидели, что там делалось. По его мнению, это должно было стать убедительным доказательством его полной невиновности.

Что ж, это было достаточно серьезно. Тогда следователь проводит обыски по всем адресам семьи виновницы торжества, в ходе которых было изъято множество фотографий. В том числе и с названного юбилея. Но среди празднующих и пирующих следователь не увидел Сидляра. Впрочем, того это нисколько не смутило, он тут же показал фотографии, где он вместе с мужем дочери виновницы торжества разделывает барана для праздничного стола. Объяснил, что он считается мастером по разделке бараньих туш, вот его и попросили этим заняться.

Хотя и очевидно, что здесь что-то не так, но необходимо было искать встречные доказательства, способные разбить состряпанное преступником алиби. На фотографиях были запечатлены десятки людей. И вот каждого из них стали вызывать на допрос, представлять фото и задавать одни и те же вопросы: что это за праздничное мероприятие? Где вы находитесь и кто находится рядом с вами? Допрашивали поголовно всех. При этом следователь обратил внимание на еще одно важное обстоятельство. В день, когда обнаружили трупы девочек, 20 мая 2007 года, в Ростовской области стояла ужасная жара, не меньше 35 градусов выше нуля. Это подтвердила и метеосводка, которую запросили, чтобы сомнений не осталось. А люди на фотоснимках сидят за столом во дворе довольно тепло одетыми — кто в кофте, кто в пиджаке, и так далее.

Появились и другие основания для сомнений, что все происходило именно в тот день и даже в тот год. Так, одна женщина сказала: «Да, это действительно я, а рядом со мной — наша бывшая сотрудница, которая уволилась в 2005 году и уехала куда-то из области».

Другая сказала, что себя, конечно, узнает, но не помнит, в каком именно году был этот юбилей. Однако такая прическа и такой цвет волос у нее были еще до 2004 года, потом она изменила свой внешний вид. Третья вспомнила, что кофту, в которой она сидит за столом на снимке, она подарила своей дочери году примерно в 2005-м.

В итоге удалось установить, что это действительно юбилей той самой женщины, о которой говорил Сидляр, но не в 2007 году, когда ей исполнилось 40 лет, а в 2002-м, когда ей стукнуло только 35.

Мало того, следователь разыскал человека по фамилии Ковалев, который якобы вместе с Сидляром ремонтировал микроавтобус в его гараже. Тот подтвердил: «Да, я приходил к Сидляру и помогал чинить двигатель, но точно помню, что это было после работы, а воскресенье — это единственный день, когда я не работаю». Допросили всех его родственников, допросили супругу, те подняли какие-то свои домашние записи и точно вспомнили, что в воскресенье, 20 мая 2007 года, они делали ремонт у себя дома, так как незадолго до этого переехали в новую квартиру. Так что к Сидляру в этот день однозначно никто из их семьи не ходил. Видимо, в логике и тактике поведения Сидляра появились очень заметные пробоины. Главное еще, что все описанные в новом алиби события происходили после обеда, а убийство произошло — до. Видимо, Сидляр уже от безысходности выдвигал свое последнее алиби с очень хрупкой надеждой на какое-то чудо. Но чуда не произошло.

Следственный эксперимент с важным свидетелем

Возникло еще одно любопытное обстоятельство. Следственно-оперативная группа перехватила и прослушала звонок сожительницы Сидляра Мухиной, адресованный его адвокату. Она была в панике и кричала, что в Новошахтинске проходит обыск за обыском, ищут их с Валерием фотографии, которых там быть не может. Мало того, на допросе ее просили показать маршрут, по которому они 20 мая 2007 года якобы ехали из Таганрога в Новошахтинск. А там всего одна дорога, через пост ГИБДД Самбек, все машины фиксируются — значит, теперь выяснится, что они через этот пост не проезжали.

Адвокат постаралась ее успокоить, сказал, что все, конечно, понимает, но надо учесть, что на дворе уже 2012 год, а информацию надо запросить за 2007-й, на посту ГИБДД с тех пор ничего не сохранилось, так что волноваться не стоит. Еще и добавил, что он уже побывал на том посту и через своих знакомых совершенно точно узнал, что никакой информации по маю 2007 года нет, она давно уничтожена.

Адвокату удалось убедить сожительницу обвиняемого, что беспокоиться не о чем. Она поверила. Но судьба сыграла с ними — и с Сидляром — злую шутку. Дело было в том, что сразу после убийства в областное УВД поступил запрос о предоставлении информации обо всех машинах, выезжавших из Таганрога в любом направлении, и это, конечно, было исполнено. Но при этом данная информация никем подробно не изучалась. Теперь, спустя несколько лет, Валерий Хомицкий к ней вернулся. Были рассмотрены все записи проезда машин через пост Самбек. Достоверно установлено, что 20 мая машина Сидляра «Мицубиси Галант» там не проходила. Но она проходила там многократно в другое время, в том числе 19 мая, то есть за день до убийства девочек. Появилась и еще одна информация — в этот же день было зафиксировано телефонное соединение с номером Сидляра как раз на том самом месте в лесополосе, где 20-го числа будет совершено убийство. То есть появляется информация о том, что он посетил место преступления накануне. Произошло это через несколько минут после того, как его машина прошла через пост ГАИ Самбек. Началась отработка этого важного эпизода.

Надо было точно установить, достаточно ли времени для проезда автомашины от поста до лесополосы, чтобы оказаться там в момент, когда произойдет звонок. Мог ли Сидляр успеть проехать до места совершения будущего убийства?

Был проведен следственный эксперимент, и сделали вывод, что в общем потоке машин, при обычной скорости движения, при средней загруженности автомобильной дороги на машине, идентичной той, что была у подозреваемого, можно полностью уложиться в то время, что прошло от проезда через пост до звонка. Попадание получилось буквально поминутным.

Теперь следственная группа возвращается к обработке показаний любителя бега, который еще на самых первых допросах указал, что видел сначала машину, указанную всеми свидетелями, а потом человека с внешностью маньяка в лесополосе вместе с этой машиной в течение двух дней подряд — в субботу и в воскресенье, 19 и 20 мая 2007 года. Причем оба раза это было во время его ежедневных пробежек, которые он совершает приблизительно в одно и то же время. Настал черед еще одного следственного эксперимента. Нужно было установить, успевал ли физкультурник Пычка добежать от своей квартиры до того места, где он увидел иномарку, до того момента, когда в этом роковом месте зазвонил телефон Сидляра.

Валерий Хомицкий вспоминал об этом эксперименте так. Сначала он побеседовал с Пычкой, который занимался бегом очень серьезно, практически профессионально. Решил, что сам побежит вместе с ним и выдержит эту дистанцию. При этом отдал команду, чтобы для чистоты эксперимента подобрали нескольких статистов, которые по своим физическим возможностям способны пробежать расстояние от дома Пычки до того места, где он увидел автомобиль Сидляра в заданном физкультурником темпе. Кроме того, был подобран специалист из управления криминалистики, который также должен был бежать вместе со всеми с видеокамерой и фиксировать все промежуточные точки дистанции, на которые Пычка будет указывать.

Было при этом обязательное условие — Пычка должен бежать в том темпе, в котором он бежал несколько лет назад, а следователь и статисты, невзирая на возраст и физическую подготовку, должны от него не отставать. Валерий Хомицкий решил, что сам сможет выдержать дистанцию, и выдержал. Прошли маршрут в заданном спортсменом темпе и прибыли к точке, где он видел машину и странного человека точно в указанное время.

Вот таким путем приходилось проверять соответствие показаний и действительных событий.

В итоге Хомицкому удалось установить, что расстояние 9,1 километра автомашина Сидляра преодолела примерно за 7 минут. Подтверждено следственным экспериментом и время, за которое любитель бега преодолел расстояние от своего дома до указанной им точки в лесополосе, где «засветились» машина и ее владелец. Все шло как по маслу, получалось стопроцентное попадание.

И это еще не все. Следствие установило главное — разумеется, с помощью экспертов. При работе с видеозаписью, сделанной на посту ГИБДД, они пришли к важнейшему выводу — 19 мая в машине Сидляра была малолетняя девочка! Это стало возможно путем увеличения фото с камеры видеофиксации. И даже сумели определить, что в ее ухе была сережка в форме кольца — точь-в-точь такая, какая была обнаружена у мертвой Альбины Худяковой. Следователь уже предвидел следующие шаги Сидляра — он может заявить, что точно такая же сережка есть у старшей дочери его сожительницы Мухиной, вот, дескать, она и была в машине. А дочь эта примерно того же возраста, что и Альбина. В тот же день Валерий Хомицкий вылетел в Ростов, где дочь Мухиной училась в спортивной школе, и выяснил, какие у нее сережки. Оказалось, что сережек в виде кольца у нее никогда не было.

Следствие делает следующий шаг — приглашают мать и других родственников убитых девочек и показывают им фотографии, сделанные и увеличенные экспертами по видеозаписи на посту ГИБДД. Мать категорически говорит: «На снимках моя дочь Альбина». То есть Сидляр возил ее в своей машине за день до убийства, причем привозил на то самое место, где будет совершено преступление. Это был очень весомый аргумент.

Срежиссированное убийство

Пришло время ответить на вопросы, связанные с днем 20 мая 2007 года. Следствию удалось восстановить не только передвижения Сидляра в этот день, но и план его действий, который был призван скрыть преступление.

Самым первым вопросом, на который был получен ответ, стал звонок с мобильного телефона. Как вы помните, он был сделан в момент убийства из района места жительства Сидляра. Но с его телефона могла позвонить и сожительница Сидляра и любой бомж за бутылку водки. Как показала детализация, соединение длилось не более минуты. Скорее всего, был сделан просто дозвон. А у самого Сидляра, как выяснило следствие, было несколько телефонов.

Более сложным представлялся вопрос по поводу разных машин, на которых видели Сидляра в день убийства. Следователь вспоминал, что, когда обвиняемый подробно рассказывал ему о том, когда, где и при каких обстоятельствах сломался микроавтобус, который он якобы ремонтировал в своем гараже в день убийства, было как-то не совсем понятно, зачем он это делает. Прояснилось это обстоятельство позже, когда в ходе работы по делу следственная группа в очередной раз обратилась к показаниям тех самых студентов, что находились в лесополосе в момент убийства, — Наташи и Кости. Ведь они, кроме словесных свидетельств, предоставили и вещественные — фотографии друг друга, которые делали во время своего пикника. И на одной из таких фотографий эксперты обнаружили изображение, которое при исследовании идентифицировали как автомашину. А конкретно — микроавтобус «Мерседес Бенц» белого цвета. Он тоже был на территории лесополосы и совершенно случайно попал на снимок счастливой парочки. И Сидляр, убеждая следователя, что в тот день эта машина находилась в гараже, где ее ремонтировали, пытался еще больше укрепить свое алиби: раз микроавтобус был неисправен, значит, в лесополосе его никак быть не могло. Но на самом деле он там был.

Эксперты установили по изображению, что на снимке именно микроавтобус, именно белого цвета, и даже рассмотрели две цифры номера из трех, которые совпадали с номерами на микроавтобусе Сидляра.

И это еще не все — при значительном увеличении изображения стало видно, что рядом с этой машиной стоит лысый мужчина — то есть, предположительно, Сидляр, а рядом с ним — две маленькие девочки. Все алиби обвиняемого были опровергнуты окончательно.

Но еще оставался у следствия один минус, как говорил Хомицкий. Это явное несовпадение автомашины, которую видели на месте преступления, и той, в которую Сидляр посадил девочку Аню, приглашая ее сниматься в кино у него как известного режиссера.

Итак, на месте убийства очевидцы видят машину «Мицубиси Галант», но не замечают ничего другого, поскольку слишком заняты собой. Эксперт на снимке видит микроавтобус «Мерседес Бенц», но не видит машину «Мицубиси». Потому что она находится в другой стороне. И есть третья автомашина — «Тойота Кроун», в которую Сидляр посадил «будущую артистку», свою несостоявшуюся жертву.

Восстанавливая ситуацию в мельчайших подробностях, следствие рисует такую картину происходящего. Сидляр изначально не собирался убивать именно этих двух девочек, собственно говоря, ему просто необходимо было убить кого-нибудь, только обязательно этот кто-нибудь должен быть ребенком. Положил глаз на девочку Аню, но с ней ничего не получилось, произошел срыв из-за поведения школьницы. Но преступник уже не может, не в состоянии отказаться от своего замысла, он решает убить ребенка, ему уже знакомого, — Альбину Худякову, знает, что она ему ни в чем не откажет и он легко достигнет своей дьявольской цели. Для этого направляется на машине к дому своей маленькой подруги. Но так получается, что та выходит из дома не одна, а с младшей сестренкой. Отступать маньяк не может, он забирает в свой автомобиль обеих. Старшей не привыкать с ним кататься, последняя совместная поездка была только вчера, а младшая бегает за ней как хвостик и так же без возражений забирается в чужую машину. Для того чтобы ввести следствие в заблуждение, преступник свою машину «Мицубиси Галант» заранее оставляет вблизи места предполагаемого убийства, при этом еще и маскирует ее в лесополосе. Микроавтобус «Мерседес Бенц» он ставит на промежутке пути между городом и лесополосой, также в заранее определенном месте. А третью автомашину — «Тойота Кроун» — использует для поиска жертвы. То есть задействует одновременно три автомобиля, два из которых принадлежат ему, а третий находится в его ведении — она передана ему для продажи.

Преступник уже не может, не в состоянии отказаться от своего замысла, он решает убить ребенка, ему уже знакомого, — Альбину Худякову, знает, что она ему ни в чем не откажет и он легко достигнет своей дьявольской цели.

Следствие установило людей, знакомых Сидляра, ранее видевших его на авторынке с «Тойотой», которую он хотел продать. Мало того, именно эту машину видели другие люди, когда он ходил с ключами от нее вокруг детской площадки. И свидетели продажи этой машины также нашлись.

Вот такая многоходовая комбинация преступника, которую пришлось разгадывать следователю.

Остался последний и самый трудный вопрос: откуда на месте преступления взялась чужая сперма? Для того чтобы ответить на него, пришлось вновь, уже не в первый раз, обратиться к изучению личности и биографии Валерия Сидляра. Следователю казалось, что он и так знает все об этом человеке, но выяснилось, что еще далеко не все. Валерий Хомицкий вновь решил пройти по всем вехам его жизненного пути — где родился, как учился в школе, как себя вел в детстве и в другие периоды жизни, с кем общался. Какое впечатление производил на окружающих…

И вот в ходе этого расследования вдруг всплыла такая информация. Оказывается, однажды его первая жена рассказала своим близким знакомым дикую историю о своем бывшем муже, которую она в свое время услышала от своей старшей дочери. А сама дочь некоторое время находилась в неплохих отношениях с новой сожительницей своего отца, той самой Мухиной, и даже нередко приходила к ним в гости.

И вот девушке довелось увидеть такую ситуацию. Сидляр, то есть ее отец, вернулся домой и вдруг вытащил из кармана презервативы, наполненные спермой, бросил их на холодильник. Это вызвало чувство омерзения и у дочери, и у сожительницы, последняя попыталась высказать неудовольствие. На что Сидляр ей ответил примерно следующее — ты должна помнить и понимать, кто ты для меня и кто я для тебя, откуда я тебя вытащил, здесь мой дом, а не твой, я буду делать все, что я хочу, и не смей задавать мне никаких вопросов. Еще он сказал что-то вроде: я — это я, другим быть не желаю.

Следователю необходимо было найти первоисточник. То есть первую жену Сидляра. Сделать это было также непросто, поскольку после развода эта женщина вновь вышла замуж, причем за гражданина США, и вместе с ним выехала в город Хьюстон, что в штате Техас. И тогда следователь принимает решение вылететь в Хьюстон. Женщину пригласили в российское консульство, где Валерий Хомицкий ее допрашивал в течение всего дня. Она подробно рассказала о своей жизни, в том числе о браке с Сидляром, о причинах развода с ним. Информацию о том, как дочь рассказала ей о выходке своего отца, таскавшего в карманах презервативы со спермой, она полностью подтвердила.

Конечно, возник вопрос: где Сидляр эти презервативы взял? По этому поводу следственной группе пришлось провести ряд не очень-то приятных мероприятий, но в конце концов удалось установить, что если с утра после выходного дня выйти на таганрогский пляж, то подобных предметов там в изобилии. Получается, что Сидляр именно этим и занимался — искал и подбирал чужие использованные презервативы, которые приносил к себе домой. Еще один штрих, очень ярко характеризующий его натуру. Ну а почему не удалось установить, кому принадлежит это биологическое вещество, несмотря на проверки тысяч мужчин? Здесь ответ, скорее всего, такой — презервативы в кустах на пляже мог оставить отдыхающий из любого, самого дальнего уголка России. Для того чтобы его вычислить, пришлось бы проверять не тысячи, а миллионы мужчин.

Когда доказательная база была уже полностью собрана, Сидляра в следственном изоляторе подвергли допросу на полиграфе Келлера — детекторе лжи. Полиграф выдал следующее заключение (оно построено на основании ответов испытуемого на задаваемые ему вопросы): Сидляр был ранее знаком с Худяковой. Совершал половые акты с Худяковой до 20 мая 2007 года. Сажал в свою машину Худякову и Соболевскую 20 мая 2007-го. Знает точно, кто лишил жизни Худякову и Соболевскую 20 мая 2007 года в Таганроге. Находился рядом в момент, когда Худякову и Соболевскую лишали жизни. Сидляр лишил жизни Худякову и Соболевскую 20 мая 2007 года в городе Таганроге. Это стало еще одним подтверждением того, что уже и так было доказано.

Рык зверя

1 июля 2014 года. Со дня убийства Альбины Худяковой и Наташи Соболевской прошло ровно 7 лет 1 месяц и 12 дней. Ростовский областной суд. На скамье подсудимых Валерий Сидляр.

Приговору предшествовал вердикт коллегии присяжных заседателей. Двенадцать человек внимательно выслушали во время судебного процесса все обстоятельства страшной истории. Перед ними развернулась картина той борьбы за установление истины, которую вело следствие в течение долгих лет. Шаг за шагом раскрывался перед присяжными трудный путь к истине, они ощущали, как сведения собирались буквально по крохам, при этом ни одно, даже самое мелкое с виду обстоятельство не осталось без внимания.

Согласно законодательству, присяжные заседатели не должны получать сведений о личности подсудимого, чтобы у них не возникло предвзятого отношения к нему, чтобы эмоции не заглушили голос разума. Но во время рассказа о том, как следствием преодолевалась тщательно продуманная защита обвиняемого, разрушалось многослойное алиби, им самим созданное и позволявшее ему в течение нескольких лет уходить от ответственности, члены коллегии понимали, какой хитрый и опасный противник был у следствия, как нелегко было добиваться правды.

Настал час вынесения вердикта. Присяжные сказали — «Виновен. Снисхождения не заслуживает». Те, кто хорошо знает историю суда присяжных в новой России, начиная с 1994 года, понимают, что такое единодушие говорит о многом. Присяжные заседатели, не будучи профессиональными юристами, нередко поддаются эмоциональным порывам и склонны проявлять жалость и сострадание не только к жертвам преступлений, но и к тем, кто сидит на скамье подсудимых, особенно, если у них опытные адвокаты и сами они умеют изображать невинных овечек. Поэтому процессы с участием присяжных всегда носят состязательный характер, и малейшее сомнение в истинности всегда толкуется в пользу подсудимого. Но на этот раз присяжные заседатели безусловно поверили неопровержимым доказательствам, собранным следствием.

Пока читался приговор, на лице стоявшего в стеклянной «клетке» Валерия Сидляра не дрогнул ни один мускул.

Сидляру назначено наказание в виде пожизненного лишения свободы с отбыванием в колонии особого режима.

НА ПОЛЯХ

Сидляр отправился отбывать наказание в колонию особого режима на остров Огненный в Вологодскую область. На криминальном жаргоне — «Вологодский пятак», первая из пяти ныне действующих в России колоний особого режима для приговоренных к пожизненному лишению свободы. Это печально известное учреждение расположено в строениях бывшего Кирилло-Новоезерского монастыря, стены которого поднимаются прямо из воды. Ближайший город — Белозерск.

Тюрьма для «врагов революции» появилась здесь вскоре после событий октября 1917 года. В 1997 году монастырь стал тюрьмой исключительно для заключенных, отбывающих пожизненную меру наказания. После введения в 1996 году в России моратория на исполнение приговоров к смертной казни эти приговоры стали автоматически означать пожизненное тюремное заключение.

Согласно официальным данным с острова Огненный не удалось бежать ни одному из «полосатиков» (сленговое выражение, происходящее от аббревиатуры ПЛС — «пожизненное лишение свободы»), хотя некоторые неформальные источники утверждают, что якобы побеги все же были, но не более одного-двух. «Вологодский пятак» присутствует во многих произведениях литературы и искусства. Именно из него выходит Егор Прокудин в фильме Василия Шукшина «Калина красная».

И вначале казалось, что решение суда он воспринял также спокойно. Но когда судья в завершение напомнил о традиционных десяти днях на апелляцию, Сидляра как будто прорвало. Подсудимому всегда предоставляют последнее слово перед оглашением приговора. Так вот по сути свое «последнее слово» во всей этой страшной истории Сидляр сказал уже после того, как огласили приговор и он понял, что больше никогда не увидит свободу и самое главное — никогда больше не сможет издеваться и истязать своих беззащитных жертв. Он начал кричать, визжать, как зверь. Присяжные и все присутствующие в зале суда наконец смогли увидеть и услышать настоящего Сидляра. Не того, кого он пытался из себя изобразить во время следствия и суда — ни в чем не виновного законопослушного семьянина и любящего отца, а того Сидляра, которого в последние мгновения своей короткой жизни видели две беззащитные девочки. Того Сидляра, которого узнал Хомицкий за время расследования, — жестокого, хитрого, безжалостного зверя. И его злобные крики со скамьи подсудимых и проклятия в адрес следователей и судей выглядели уже беспомощными и жалкими.

Присяжные и все присутствующие в зале суда наконец смогли увидеть и услышать настоящего Сидляра.

Гений следствия

Валерий Хомицкий приступил к расследованию убийства, совершенного в мае 2007 года, в сентябре 2010 года. Приговор Валерию Сидляру вынесен 1 июля 2014 года (вступил в законную силу 6 ноября 2014-го после обжалования обвиняемым). Все эти 4 года следователь фактически жил в Таганроге, лишь изредка приезжал в Москву увидеть жену и сына, решить самые неотложные дела на работе. В эти короткие периоды его пребывания в столице мы с ним практически всегда встречались. Он делился со мной своими впечатлениями, переживаниями, предположениями. И, сравнивая его настроение в то время, когда он только взялся за дело, и даже уже через месяц, я чувствовал, что ситуация меняется в лучшую сторону. Это при том, что Валерий Хомицкий очень осмотрительный и даже осторожный человек — он из тех, кто никогда не бравирует своей уверенностью в успехе, даже когда этот успех очевиден. Но я помню, что в начале расследования дела о двойном убийстве в Таганроге я ощущал его подавленность — а уже через несколько месяцев в его глазах появился блеск надежды.

Помню его скромные, скупые комментарии — «Ну посмотрим, посмотрим…» Таков характер этого человека. И даже сейчас, когда он опять расследует одно сложнейшее дело прошлых лет, которое не смогли довести до конца другие, рассказывает об этом очень осторожно, хотя уже есть очевидные результаты. Уже хорошо зная его, я понимаю, что это значит. И уверен — в ближайшее время мы узнаем об очередном его успехе. Он уже нащупал нить и осторожно тянет ее… чтобы не оборвалась раньше времени.

Он уже нащупал нить, и осторожно тянет ее… чтобы не оборвалась раньше времени.

После приговора Сидляру, когда Валерий Хомицкий уже получил свою заслуженную порцию комплиментов и поощрений от руководства, он поделился со мной, сказал, что это дело навсегда останется для него самым сложным и интересным и навряд ли ему еще предстоит столкнуться с чем-то подобным… Хотя — кто знает…

Глава 2

По следам «сакральной жертвы»

(расследование убийства Анны Политковской)

Расстрел на улице Лесной

7 октября 2006 года. Суббота. Не по-осеннему теплый день. Старая девятиэтажка, построенная еще в сталинские времена в самом центре Москвы, недалеко от Белорусского вокзала, — дом № 8/12 на Лесной улице.

Время 15 часов 57 минут. Мужчина среднего роста, плотного телосложения, в бейсболке, козырек которой закрывает лицо, в темном свитере-толстовке и, обратите внимание, почему-то с намотанной на согнутую в локте левую руку курткой подходит к подъезду № 2 и открывает дверь правой рукой. Сейчас вы поймете, для чего я описываю такие на первый взгляд маловажные детали.

Киллер Рустам Махмудов заходит в подъезд дома Анны Политковской за несколько минут до убийства. Стоп-кадр с видеокамер наружного наблюдения

Через несколько минут рядом с подъездом тормозит автомобиль ВАЗ-2110 серебристого цвета. Из него выходит женщина средних лет в длинном темном пальто, с седыми волосами, в очках, похожая на школьную учительницу. В руках у нее два пакета с продуктами.

Она достает из сумочки ключ кодового замка, подносит его к домофону. Дверь открывается, женщина входит в подъезд. На часах 16 часов 06 минут 39 секунд.

Меньше чем через полминуты — точнее, через 24 секунды — дверь подъезда снова открывается, и оттуда выходит тот же мужчина в бейсболке.

Если бы все это время за происходящим следила из окна какая-нибудь наблюдательная бабушка, она наверняка заметила бы, что та самая куртка, которая была намотана на левую руку, когда мужчина входил в подъезд, уже была надета поверх свитера.

Но, к сожалению, такой наблюдательной бабушки на тот момент не было. А восстановить в дальнейшем описанные события практически посекундно помогла камера наружного наблюдения. Быстрым шагом он направляется в сторону станции метро «Новослободская» и через несколько десятков метров садится в автомашину ВАЗ-2104 синего цвета.

В 16 часов 15 минут одна из жительниц подъезда № 2 вошла с улицы и нажала кнопку вызова лифта. Двери распахнулись, и то, что она увидела, заставило ее вскрикнуть от ужаса.

Двери распахнулись, и то, что она увидела, заставило ее вскрикнуть от ужаса.

На полу, между задней и левой стенками лифта сидела та женщина, что вошла в подъезд несколько минут назад. Казалось, что она просто очень устала и отдыхает. Но ее седые волосы стали алыми от крови. Кровь была и на очках, упавших на грудь. Справа валялись два пакета с продуктами со знаком гипермаркета «Рамстор», слева — пистолет с надетым на ствол глушителем.

Еще через 6 минут поступил звонок на номер 02: «В нашем подъезде убийство…» Следственно-оперативная группа приехала моментально. Уже через полчаса было возбуждено уголовное дело. А потом всю Москву, всю Россию, а вскоре и весь мир облетела срочная новость: «В подъезде своего дома убита Анна Политковская!»

Ее знали далеко за пределами нашей страны — как активную правозащитницу, как участницу переговоров с террористами, захватившими Театральный центр на Дубровке в 2002 году. Но больше всего обозреватель «Новой газеты» Анна Политковская была известна своими журналистскими расследованиями, посвященными войне в Чечне и коррупции в России и нашедшими свое отражение в многочисленных репортажах, статьях, книгах. Она была лауреатом множества российских и международных журналистских премий. Она открыто, очень резко и хлестко критиковала власть любого уровня, вплоть до самого верха. У нее было множество врагов из числа героев ее критических публикаций. Одни считали эту женщину символом честной и независимой журналистики, другие — чуть ли не главным разрушителем российской государственности. Ей посвящено множество выступлений известных политиков, общественных деятелей, военачальников, как восторженных, так и резко отрицательных. С первых минут получения известия о трагической гибели этой журналистки стало понятно, что данное событие вызовет огромный резонанс как в стране, так и по всему миру. Так и произошло.

Личная жизнь Анны Политковской была менее известна широкой публике, чем ее профессиональная и правозащитная деятельность. Все-таки она была звездой политической журналистики, а не кинематографа или шоу-бизнеса, выступала как публицист, а не как гламурная телеведущая.

Анна Политковская родилась в 1958 году в Нью-Йорке в семье советских дипломатов украинского происхождения (ее девичья фамилия — Мазепа). В 1980 году она окончила в Москве факультет журналистики МГУ. Свою журналистскую карьеру начала в 1982 году в «Известиях». Также работала в «Воздушном транспорте», газете «Мегаполис-Экспресс», творческом объединении «Эскарт», издательстве «Паритет». Затем, в 1994–1999 годах, Политковская была редактором отдела чрезвычайных происшествий «Общей газеты», а с 1999 года стала обозревателем «Новой газеты». С 1978 по 2000 год была замужем за тележурналистом Александром Политковским. У Анны Политковской остались двое детей — дочь Вера и сын Илья.

Трехкомнатную квартиру на седьмом этаже дома № 8/12 по улице Лесная Анна Степановна купила примерно за полтора года до убийства. Жила там одна, если не считать крупной, но очень миролюбивой собаки.

Анна Политковская

Осень 2006 года для нее была насыщена событиями в личной жизни, в основном драматическими. Уже несколько месяцев ее мать лежала в больнице, у нее диагностировали серьезное онкологическое заболевание, как говорят в народе — «рак в последней стадии». В самом конце сентября, не выдержав напряжения, скончался от инфаркта отец. Правда, в ближайшем времени ожидалась в семье и радость — дочь Вера готовилась стать матерью.

Как раз 7 октября исполнялось девять дней памяти отца Анны Политковской, Степана Федоровича. Поэтому она и отправилась по магазинам, зашла в супермаркет «Рамстор», чтобы купить продукты для приготовления поминального обеда. Еще она собиралась в этот день заехать в редакцию «Новой газеты», сдать важный материал. Но все планы на этот теплый субботний день оказались перечеркнуты выстрелами киллера.

7 октября 2006 года дежурным следователем (тогда еще Генеральной прокуратуры России) был Петрос Вараздатович Гарибян. Когда пришло известие об убийстве Политковской, он получил приказ срочно выехать на место преступления. Анну Политковскую Гарибян знал еще с 1997 года, когда работал в Московской областной прокуратуре. Ему было известно, что эта женщина отличалась независимым характером и подчеркнутой резкостью суждений, которые она часто высказывала в своих журналистских материалах. Был случай, когда ее едва не привлекли к уголовной ответственности за публикацию, в которой были высказаны обвинения в адрес одной из московских женщин-судей. Стало понятно, что расследование этого преступления будет происходить под пристальным вниманием прессы и общественности.

По воспоминаниям Петроса Гарибяна, когда он прибыл к дому по улице Лесной и вошел в подъезд, то увидел там большую следственно-оперативную группу. Молодой следователь из местного районного следственного отдела проводил осмотр места происшествия. Гарибян представился. Следователь поздоровался и, не отрываясь от дела, тактично попросил не отвлекать его от осмотра.

Петрос Гарибян, понимая важность проводимого следственного действия, отошел в сторонку и наблюдал за его действиями, пока никак не вмешиваясь, хотя уже прекрасно понимал, что дело будет передано в Главное следственное управление центрального аппарата. Он спокойно осматривал своим профессиональным взглядом место… без протокола, краем глаза наблюдая, как профессионально работает молодой следователь. Вскоре в подъезд вошли два человека, хорошо знакомые Гарибяну. Это были заместитель Генерального прокурора России Виктор Гринь и начальник следствия Генеральной прокуратуры России Сергей Иванов. Они подошли к следователю. Тот, видимо не зная в лицо высшее руководство, очень вежливо сказал им: «Я провожу осмотр места происшествия и прошу не мешать мне».

Кто-то из окружающих негромко заметил, что все-таки это руководители Генеральной прокуратуры. На что следователь, нисколько не смутившись от названных должностей, также не отрываясь от протокола, на секунду подняв голову, вежливо, но достаточно уверенно ответил: «Очень приятно, но прошу все же не мешать — я провожу осмотр. Когда я закончу, с удовольствием дам пояснения, отвечу на все вопросы и выслушаю все замечания». Все из следственно-оперативной группы почувствовали неловкость, ситуация складывалась щекотливая. Но тут замгенпрокурора Гринь совершенно спокойно произнес: «Прошу всех выйти и не мешать» и вышел из подъезда, предоставив молодому следователю возможность спокойно работать.

Все из следственно-оперативной группы почувствовали неловкость, ситуация складывалась щекотливая.

Это характерный пример поведения и следователя, и руководителя. Каждый должен заниматься своим делом. Все прекрасно понимали, что от первоначального осмотра места происшествия во многом зависит успешное раскрытие преступления.

Пистолет, обнаруженный на месте преступления в лифте подъезда дома Анны Политковской

Петрос Гарибян, не мешая работать молодому коллеге, сам внимательно осмотрел место происшествия. Он обратил внимание на то, как были разбросаны гильзы. С учетом характера ранений на теле убитой он сразу понял, что киллер спускался с площадки второго этажа — судя по всему, он наблюдал в окно за подходившей к подъезду Анной Политковской. Именно поэтому он не успел выстрелить ей в затылок, пока она стояла у лифта, и открыл стрельбу лишь тогда, когда его жертва вошла в кабину лифта и повернулась к нему лицом. Причем первый выстрел был мимо, пуля вошла в стенку кабины — и таким образом стало еще более понятно, с какой стороны был открыт огонь. Следующие три пули попали в цель — они прострелили грудь и ногу журналистки. Затем двери лифта захлопнулись, убийца нажал на кнопку, они снова распахнулись. Теперь был сделан контрольный выстрел в голову. Оружие следователи нашли рядом с трупом. В первых сообщениях в прессе говорилось, что это был пистолет Макарова. Это не так. В Политковскую стреляли из газового пистолета марки «ИЖ-71», переделанного для ведения огня боевыми патронами. Впрочем, по виду он практически не отличается от ПМ. Выстрелов в подъезде никто не слышал, поскольку пистолет был снабжен глушителем.

Следователь Петрос Гарибян вспоминал, что, когда после завершения осмотра места происшествия труп выносили из подъезда, никто не догадался придержать дверь, и это сделал он. Как выяснилось, тем самым он «засветился» на камерах телеканалов, представители которых в большом количестве успели съехаться к месту убийства. Когда в этот вечер увидел себя в эфирах федеральных новостей, ни он, ни тем более телевизионщики еще не знали, что именно Петросу предстоит раскрыть это одно из самых громких и сложных преступлений XXI века. А на следующий день, 8 октября 2006 года, уголовное дело по убийству обозревателя «Новой газеты» Анны Степановны Политковской поручили расследовать следователю по особо важным делам Петросу Гарибяну.

Собственно говоря, такой поворот развития событий никого не удивил. Все понимали, что столь резонансное дело, за которым будет пристально наблюдать не только российская, но и международная общественность, должно расследоваться одним из лучших профессионалов. Каковым, собственно, и является Петрос Гарибян.

Версий больше, чем фактуры

Итак, работа следствия началась.

О таких преступлениях, как убийство Анны Политковской, в силовых структурах обычно говорят, что они совершены «в условиях неочевидности». Ведь никто ничего не видел и не слышал. Но при этом, как ни странно (хотя на самом деле нисколько не странно), для всех был очевиден заказной характер этого убийства. Такая вот очевидность в условиях неочевидности.

Для всех был очевиден заказной характер этого убийства.

Но ведь заказное убийство — это всего лишь форма совершения преступления. Главный вопрос — каковы были мотивы его совершения? Кто заинтересован в смерти Анны Политковской? Какие цели при этом преследовались?

Но для того чтобы ответить на все эти вопросы, нужно было оперативно найти исполнителей, пособников, организаторов. Всем этим и предстояло ближайшие несколько лет заниматься следственно-оперативной группе во главе с Петросом Гарибяном.

А тем временем в прессе на все лады обсуждались и выдвигались версии, иногда имевшие мало общего с реальностью, зато способные вызвать большой ажиотаж и, соответственно, читательско-зрительский интерес. Самой популярной, конечно, была версия о том, что необходимо искать «чеченский след». Ведь абсолютное большинство наиболее известных публикаций Анны Политковской было связано именно с Чечней. Всего за десять дней до гибели журналистки в «Новой газете» вышла ее статья «Карательный сговор», в которой она утверждала, что чеченские силовые структуры, подконтрольные Рамзану Кадырову (в то время — премьер-министру Чеченской Республики при президенте Алу Алханове), возглавляют бывшие полевые командиры, якобы замешанные в многочисленных преступлениях.

Последним публичным выступлением Анны Политковской в эфире стало ее участие в программе «Час прессы» на радиостанции «Свобода». Это было 5 октября, за два дня до убийства. Программа была посвящена дню рождения премьера Кадырова, который пришелся на этот день.

Политковская дежурила в больнице у матери вместе со своей сестрой, прилетевшей из Британии. Прийти в студию не смогла и выходила в эфир по телефону, как вспоминают авторы программы, то есть выбегала из палаты, звонила и снова возвращалась. Говорила о том же, что и раньше: о том, что с тех пор, как чеченское правительство возглавил Рамзан Кадыров, в республике резко возросло число похищений людей, неугодных нынешней власти, о том, что она ведет собственное расследование по поводу применения в чеченских тюрьмах пыток, и вообще заявила о том, что в день рождения этого человека она мечтает увидеть его на скамье подсудимых.

Конечно, никто не мешал журналистам выдвигать любые версии, порой самые невероятные. В фильме об убийстве Политковской, снятом вскоре после событий 7 октября 2006 года, «по горячим следам», говорилось о том, что ей угрожали радикально настроенные националисты, что преступление может быть как-то связано с предстоящими в 2008 году президентскими выборами и так далее… Но предположение о том, что смерть журналистки связана с ее деятельностью в Чечне, и в этом фильме высказывалось как основное.

Ну и, наконец, еще одно обстоятельство, которое на все лады обыгрывалось в СМИ разной направленности. Как уже было сказано, двумя днями раньше, 5 октября, свой день рождения отмечал Рамзан Кадыров. А день убийства, 7 октября, пришелся на день рождения президента России Владимира Владимировича Путина.

Всем было известно, что Политковская не раз высказывала довольно резкие критические замечания в адрес главы Российского государства. И по медиапространству пошла гулять брошенная кем-то хлесткая фраза: «Кадыров, устранив Анну Политковскую, сделал Путину подарок ко дню рождения!»

Политковская не раз высказывала довольно резкие критические замечания в адрес главы Российского государства.

Петрос Гарибян вспоминал, что давление со стороны прессы было очень ощутимым. Убийство Политковской старались представить как громкое политическое дело. Информация о том, что след преступников тянется из Чечни, повторялась настойчиво и превращалась в некий стереотип, созданный усилиями СМИ.

Мне приходилось буквально отбиваться от всего этого, чтобы не пойти по ложному следу, говорил Петрос Вараздатович.

Для себя следователь довольно быстро сделал необходимые выводы по поводу данной версии. Он узнал, что Политковская постоянно приезжала в Чечню и встречалась там с очень большим количеством разных людей, включая лидеров боевиков. Если бы кому-то надо было устранить ее, сделать это на Кавказе было бы довольно просто. Она могла бы попросту исчезнуть, и никаких подозрений о причастности к этому Кадырова не возникло бы. Тем более сам Кадыров не раз предупреждал Политковскую об опасности, просил быть более осторожной и даже организовывал для нее сопровождение, оберегая от непредвиденных случаев. Предполагать, что после всего этого Кадыров совершит ее убийство в центре Москвы, да еще и в день рождения Путина, — полная нелепость. Ведь именно Путин вдохнул в него политическую жизнь и дал ему возможность проявить себя в мирное время.

Да и с любой точки зрения Рамзану Кадырову как раз была невыгодна гибель Политковской. Ведь в то время — летом и осенью он готовился занять пост президента Чеченской Республики, и столь резонансное убийство, жертвой которого стала известная журналистка, критиковавшая его в своих публикациях и выступлениях, принесло ему, безусловно, больше вреда, чем пользы. Поэтому заказчика преступления логичнее было искать среди врагов Кадырова, чем среди его друзей.

Заказчика преступления логичнее было искать среди врагов Кадырова, чем среди его друзей.

Так же, как и среди врагов президента России Путина, — ведь день для совершения преступления был выбран явно не случайно.

Очень важная деталь — уже на другой день после убийства Политковской последовало заявление олигарха Бориса Березовского, скрывающегося в Лондоне от российского правосудия.

Мне кажется некорректным вопрос «Кто убил?». Но вопрос «Почему убил?» — кажется корректным. Ее убили из-за принципиальной позиции, отношения к войне в Чечне, отношения к режиму Путина.

Мы с Политковской встречались несколько раз в Лондоне. Она — исключительный человек, абсолютно отвязанная, есть такой термин в русском языке.

Очень важно, что это произошло в день рождения президента РФ Путина. Россия возвращается к языческим временам, это — чисто ритуальное убийство, посвященное Путину.

Но я бы тут остерегался сказать, что в этом был заинтересован Путин. Но точно, что Путин инициировал это убийство. Своими действиями, разжиганием национальной розни, нетерпимостью к другому мнению. Конечно, за этим убийством, безусловно, стоит Путин и режим, который он создал.

Убил не Путин персонально, но режим, который он создал. Путин сам — недалекий парень, соображает плохо, маленький бандитик, он не понимает последствий того, что он делает. Это шпана, которая правит Россией. Эта шпана, безусловно, ответственна за убийство журналистки Анны Политковской.

То, что Путин не давал приказа убивать, — я в этом уверен. Но то, что это — последствие его политики, я тоже в этом уверен.

Убийство Политковской — не конец и не начало какой-то эпохи. Это — просто продолжение деградации режима Путина. Это — последние штрихи режима, который очень скоро закончится.

Не думаю, что власть заинтересована в расследовании преступления, как и в расследовании «Норд-Оста» и Беслана.

Я специально привел дословно цитату ныне покойного Бориса Абрамовича, чтобы оценить твердость выводов и тем более предсказаний. Мы-то помним, что эти высказывания пришлись на самый пик его ненависти к президенту. И то, что им двигали именно эти чувства и никакие другие, он сам подтвердил перед смертью в своем покаянном письме, в котором принес президенту извинения за все и фактически умолял предоставить возможность вернуться на Родину.

Хочу привести слова еще одного «беженца» — речь идет о самозванном министре иностранных дел непризнанной Чеченской Республики Ичкерия Ахмеде Закаеве. В тот момент он также находился в Лондоне — британский суд принял решение не удовлетворять просьбу российской стороны о его экстрадиции: — в России он обвинялся в причастности к множеству преступлений, включая захват заложников в Театральном центре на Дубровке и в Беслане. Этот деятель высказался о гибели Политковской 8 октября.

— Чеченский народ с гневом и возмущением воспринял сообщение о подлом заказном убийстве Анны Политковской, бесстрашной свидетельницы его многолетних истязаний. Движимая состраданием и профессиональным долгом, Анна не покорилась страху, не поддалась официальной античеченской истерии и была одной из немногих российских журналистов, последовательно, в течение многих лет разоблачавших преступления против человечности, совершаемые российской военщиной по отношению к беззащитному гражданскому населению Чеченской Республики.

Я имел честь быть лично знакомым с Анной Политковской и не уставал восхищаться ее бесстрашием, принципиальностью и одновременно с этим глубокой человечностью.

Поэтому для меня, как и для всех друзей и соратников Анны, ее гибель является и личной утратой. Призываю мировое сообщество решительно осудить демонстративную казнь одной из самых известных защитниц прав и свобод человека, а также призываю провести независимое международное расследование по факту этого чудовищного теракта.

От имени Президента ЧРИ Докки Умарова, чеченского Правительства и лично от себя хочу высказать решительное осуждение убийства Анны Политковской, преследующего цель устрашить других честных, независимых от власти журналистов России. Мы выражаем глубокое соболезнование родным и близким Анны Политковской. Память о великой российской женщине, сопереживавшей трагедии чеченского народа и сделавшей все, чтобы донести правду о ней до мирового сообщества, навсегда сохранится в наших сердцах и в свое время будет увековечена в Чеченской Республике.

Я не случайно привел подробные высказывания этих двух «политэмигрантов», как они называли себя, а на самом деле — обычных уголовников, в отношении которых был возбужден ряд уголовных дел, которые были объявлены в международный розыск и именно по политическим мотивам не выдавались британскими властями российскому правосудию. Их имена еще возникнут в ходе расследования этого уголовного дела…

Для полного понимания картины тех дней нельзя не привести слова самого президента Путина, которые он произнес сначала в интервью германской газете «Зюддойче Цайтунг», а затем в ходе визита в ФРГ на пресс-конференции в Дрездене. Отвечая на вопросы журналиста германской газеты, Владимир Владимирович категорически отверг версию о том, что за этим преступлением может стоять Рамзан Кадыров.

Владимир Владимирович категорически отверг версию о том, что за этим преступлением может стоять Рамзан Кадыров.

Нет, невозможно. И сейчас скажу почему. Потому что своими публикациями она не наносила ущерб его политической деятельности и не препятствовала развитию его политической карьеры. Несогласие, какое-то недовольство деятельностью Политковской в Чечне возможно. Но я не могу себе представить, что кто-то из официальных лиц мог додуматься до организации такого жестокого преступления.

Владимир Путин напомнил, что Рамзан Кадыров «относится к тем людям, которые в свое время воевали против федеральных сил в Чечне», и призвал не забывать об этом. Однако, подчеркнул президент, «сегодня мы привлекаем в правоохранительные органы Чечни, в органы власти в Чечне всех людей вне зависимости от их прежней жизни и политических убеждений».

В качестве примера он привел бывшего министра обороны правительства Масхадова, который недавно был избран в парламент Чечни. «Поэтому там непростой состав различных политических сил, непростой состав парламента, административных структур, но у них не было мотива, на мой взгляд, на организацию этого убийства», заявил президент.

«Кто бы его ни совершил и чем бы он ни руководствовался, это преступление не должно остаться безнаказанным. Убийство человека, женщины, матери направлено против нашей страны, против действующей власти и в России в целом, и в Чеченской Республике, которой эта журналистка профессионально занималась».

Глава государства также сказал, что политическое влияние Анны Политковской было незначительно внутри страны, и, скорее всего, она была более заметна в правозащитных кругах и кругах массмедиа на Западе.

При этом он отметил, что не намерен давать оценку взглядам Анны Политковской, хотя и считает, что они были «слишком радикальными». Однако, по мнению Путина, журналистка «во-первых, имела право на эти взгляды и, во‑вторых, может быть, как раз в силу этого радикализма и не имела такого широкого влияния на политическую жизнь в стране и тем более в Чечне».

И вот еще одна важная цитата Президента РФ:

«Она действительно была критиком действующих властей, что в основном свойственно всем представителям прессы, но она занимала радикальные позиции. В последнее время она сосредоточила свое внимание в основном на критике действующих официальных властей в Чечне. Своей критикой власти Политковская не могла нанести такого вреда России, какой нанесла ее трагическая гибель».

Кстати, убийство Пола Хлебникова (главный редактор русской версии журнала «Forbes», автор книг «Крестный отец Кремля Борис Березовский, или История разграбления России» и «Разговор с варваром»), расследованием которого также занимался Петрос Гарибян, как окажется впоследствии, будет иметь немалое значение для раскрытия убийства Анны Политковской. Во время следствия Гарибяну часто приходилось отвечать на каверзные вопросы, хотя сам он в тот период старался не общаться с представителями прессы, но избежать этого было невозможно. Однажды ему задали вопрос: не планировался ли допрос Кадырова на предмет его причастности к этому убийству? Следователь ответил: Публикации дают основания для возбуждения уголовного дела, да и то лишь в тех случаях, когда в них сообщается о совершенном преступлении. Аргументированных заявлений о том, что Рамзан Кадыров каким-то образом причастен к гибели Анны Политковской, я ни разу не читал, не видел и не слышал. Домыслов — да, полно. Но начинаешь выяснять у журналиста источник информации, он говорит: «Мне чеченцы в бильярдной сказали». Какие чеченцы, в какой бильярдной — ответа нет. И что, я должен с этим вызывать на допрос Кадырова? Результативно допросить человека на основании одних только слухов и домыслов невозможно. У следователя еще до начала допроса должны быть какие-то доказательства против подозреваемого: показания других фигурантов дела, свидетелей, вещдоки, материалы оперативной разработки. Если ничего этого нет, допрос просто не на чем построить. Можно, конечно, любого вызвать и спросить: «Не вы ли заказали Анну Политковскую?» Он ответит: «Нет, не я». И что дальше?

Первые зацепки

Пока журналисты состязались друг с другом, кто погорячее и пооригинальнее преподнесет очередную сенсационную информацию по убийству Анны Политковской, следствие занималось кропотливой работой. Имело значение все. Позже Петрос Гарибян скажет, что жизнь Политковской была «изучена буквально под микроскопом». Следователи достоверно установили, что журналистка не участвовала в каких-либо коммерческих проектах, отбросив, таким образом, предположения об убийстве в связи с разделом бизнеса или недобросовестной конкуренцией. Допросив коллег, родственников, друзей и соседей, проверили версию о возможных бытовых конфликтах, однако и в этой сфере ничего подозрительного не обнаружили.

Были проверены все счета убитой и движение денежных средств по ним — вдруг она дала кому-нибудь денег в долг, а должник решил не рассчитываться. Крупных сумм, во всяком случае, таких, за которые можно было бы поплатиться жизнью, журналистка не снимала. Таким образом, из всех возможных вариантов и остался единственный — убийство, связанное с профессиональной деятельностью. Она критиковала чиновников не только регионального, но и федерального уровня, поэтому круг подозреваемых был расширен.

Из всех возможных вариантов и остался единственный — убийство, связанное с профессиональной деятельностью.

Что же касается последних дней покойной, здесь пришлось сначала опираться на те записи, что были сделаны камерами наружного наблюдения, установленными на домах и на здании Внешторгбанка, рядом с которым жила журналистка.

Здесь возникли сложности. Оказалось, что эти камеры вели посекундные съемки, на изображениях было большое кристаллоналожение и лица людей получались очень нечеткими. К тому же, по стечению обстоятельств, например, рядом с человеком в бейсболке, идущим к подъезду, где жила Политковская, сразу появлялись еще несколько человек в бейсболках, ну и так далее. Техническая сторона дела из-за всего этого приносила большие проблемы.

Автомашина преступников, обнаруженная на автостоянке на Остаповском проезде, дом 21

Так, долго не удавалось определить, из какой машины вышел человек в бейсболке с намотанной на руку курткой. Очень долго рассматривали съемки, наконец с большим трудом удалось определить цвет и марку автомобиля — это была «Жигули» четвертой модели. Дольше всего пришлось провозиться с определением номера машины. Наконец и это удалось выяснить.

На бумаге рассказ об этом занимает всего несколько абзацев, а в реальности следователям пришлось потратить долгие месяцы для того, чтобы буквально по крупицам добывать необходимую для дела информацию.

Постепенно, поэтапно, отслеживая все передвижения Политковской, как в последний день ее жизни, так и в дни, тому предшествовавшие, следствие приходит к важнейшему для себя выводу: в течение нескольких дней ее «вели»! То есть за ней следили, наблюдали. И что немаловажно, делали это весьма профессионально.

Чтобы восстановить в деталях картину последних дней жизни журналистки, следователям и оперативникам снова пришлось потратить чрезмерно много времени. И этот труд был вознагражден. Эти дни были восстановлены буквально по часам. Для этого было изучено и проанализировано огромное количество распечаток звонков с мобильных телефонов, данных вышек сотовой связи, записи камер наружного наблюдения. Впоследствии эти материалы были представлены присяжным заседателям и ряду изданий, таким как The New Times, использовавшим их в своих публикациях, в частности в статье журналиста Ильи Барабанова «Как убивали Пнну Политковскую» в номере от 22 декабря 2008 года.

В результате анализа этих данных следователям удалось зацепиться за предполагаемого убийцу. Следователи сделали особый упор на следующую дату 3 октября 2006 года. Именно в этот день в 17 часов 02 минуты камера подъезда № 4 дома № 8/12 на Лесной впервые зафиксировала предполагаемого убийцу. То есть за 4 дня до преступления.

Цитирую статью в журнале The New Times:

«Человек в темной одежде, кепке и с перекинутым через левую руку предметом, напоминающим плащ» (так зафиксировано в документах следствия), движется вдоль дома от подъезда № 4 по ул. Александра Невского к подъезду № 2 на Лесной: здесь жила Анна Политковская. Дом Политковской — угловой. Подъезды № 3 и 4 выходят на улицу Александра Невского, подъезд № 2 — на Лесную. Человек подходит к двери подъезда, заходит внутрь, а через несколько минут, в 17 часов 09 минут, домой возвращается Анна Политковская. Проходит еще несколько минут, и журналистка выходит из дома с собакой, мужчина в кепке выходит вслед за ней, но не идет за Политковской, а уходит в том же направлении, откуда появился. Через день, 5 октября, история повторяется. Зафиксированный камерой все тот же мужчина снова проходит тем же маршрутом, вслед за ним, как и два дня назад, в дом заходит Политковская, а через несколько минут он выходит и вновь удаляется по улице Александра Невского. За день до убийства, 6 октября, камеры в районе дома Политковской засняли и автомобиль ВАЗ-2104. Слежка за домом продолжалась.

И вот наступил последний день.

Анна Политковская за 2 часа до убийства в магазине «Рамстор» на Фрунзенской набережной. Стоп-кадр с видеокамер наблюдения в магазине

7 октября 2006 года, за 2 часа до убийства: Анна Политковская, как свидетельствуют камеры наблюдения, идет к магазину «Рамстор» на Фрунзенской набережной. За ней следуют молодой человек и девушка. Через несколько минут они вышли из «Рамстора», а Анна осталась в торговом центре. Именно этот эпизод закрепил у Гарибяна его версию о слежке за убитой.

За полчаса до этого другая камера, на углу 3-й Тверской-Ямской улицы и Лесной, фиксирует автомобиль ВАЗ-2104. Машина едет по Лесной улице в сторону дома Политковской, проезжает его и уходит к дому № 10/16. Машина какое-то время петляет по району, и уже в 15 часов 55 минут ее фиксирует камера у дома № 10 по улице Александра Невского. Из нее выходит все тот же мужчина в кепке и темной одежде и идет по уже хорошо знакомому ему маршруту к дому № 8/12 по Лесной улице. Машина уходит в сторону Садового кольца.

Политковская возвращается из «Рамстора». Предполагаемый убийца в 15 часов 57 минут заходит в подъезд Политковской. Через 9 минут, в 16 часов 06 минут, к двери подходит Анна. У нее в руках пакет с продуктами из «Рамстора», она достает из сумочки ключи. В 16 часов 06 минут 35 секунд она подносит ключ кодового замка к домофону. В 16 часов 06 минут 39 секунд камера фиксирует, что она зашла в подъезд, но на кадре только тень, часть плеча, левая рука. Спустя 24 секунды дверь подъезда открывается, и из нее выходит убийца. За эти 24 секунды Анна Политковская успела подняться по ступенькам, нажать кнопку вызова лифта, который ждал ее на 1-м этаже, зайти в кабину. Звучит еле слышный хлопок. Как потом выяснится, пистолет был с глушителем. За ним еще и еще».

Получается, что жертва и будущий убийца не раз встречались в подъезде дома на улице Лесной. Если бы не слабое зрение Анны, то она наверняка бы увидела, что ежедневно в одно и то же время несколькими ступеньками выше ее этажа стоит мужчина и следит за ней. Однако, по всей видимости, она даже не подозревала, что за ней установлена слежка. Киллер и его сообщники старались досконально изучить привычки Политковской, ее расписание дня, постоянные маршруты. Когда она возвращается домой из редакции, когда выходит гулять с собакой. Какой рукой открывает дверь, куда при этом смотрит, как входит, как выходит.

Жертва и будущий убийца не раз встречались в подъезде дома на улице Лесной.

План устранения Анны был отработан до мелочей. По сути, они ежедневно репетировали убийство, и в этих репетициях журналистка, сама того не ведая, принимала непосредственное участие.

Появились в распоряжении следствия и распечатки звонков, которые в последние минуты жизни Политковской делались с помощью одних и тех же телефонов.

Вот звонок в 15 часов 52 минуты от Миусской площади:

— Она едет домой, братья…

В 16 часов 08 минут на этот же номер поступает ответный звонок:

— Я все сделал, брат, можно уезжать…

Главным вопросом на этом этапе для следствия стало установление принадлежности синей «четверки». Петрос Гарибян вспоминал об одном из эпизодов, связанных с этим. Был момент, когда он объявил этот автомобиль в розыск и дал об этом служебную телеграмму в ГУВД города Москвы. Каково же было его удивление, когда на следующий день полный текст этой телеграммы появился в одной из оппозиционных газет под заголовком «Следователь Петрос Гарибян объявил в розыск машину, проходящую по делу об убийстве Анны Политковской». Позже путем собственного поиска следствию удалось выяснить, что утечка информации произошла не без помощи дежурного по городскому ГУВД. Такие ситуации, по словам Петроса Вараздатовича, с одной стороны, мешали следствию, затрудняли его, с другой стороны — возможно, подстегивали следователей, заставляли их работать предельно тщательно и аккуратно.

И вот принадлежность машины установлена — она принадлежит семье Махмудовых из Ачхой-Мартановского района Чечни. Так что версия о «чеченском следе» подтвердилась, хотя совсем не в том виде, как это представляли не в меру ретивые журналисты.

Версия о «чеченском следе» подтвердилась, хотя совсем не в том виде, как это представляли не в меру ретивые журналисты.

По оперативной информации, братья Рустам, Ибрагим, Джабраил и Тамерлан Махмудовы входили в так называемую «лазанскую» группировку (по названию ресторана «Лазания» на улице Пятницкая в Москве). Лидером этой группировки считался чеченский криминальный «авторитет» Хож-Ахмед Нухаев, тот самый, что обвинялся в убийстве журналиста Пола Хлебникова.

Одновременно обозначился след в силовых структурах. Следователи выяснили, что заказ на убийство Политковской поступил к одному из лидеров «лазанской» группировки Магомеду Димельханову. Выполнение заказа было поручено братьям Махмудовым, которые привлекли к делу рыночного торговца и шофера банды Ахмеда Исаева. Пытаясь установить адрес Политковской, преступники обратились к бывшему оперативному сотруднику так называемого этнического отдела РУБОП Сергею Хаджикурбанову. Тот по своим каналам пробил адрес регистрации Политковской и передал бывшему главе Ачхой-Мартановского района Чеченской Республики Шамилю Бураеву. Кроме того, Хаджикурбанов организовал слежку за Политковской, обратившись за помощью к сотрудникам оперативно-поискового управления ГУВД Москвы Дмитрию Лебедеву, Дмитрию Грачеву и Олегу Алимову. К делу был также привлечен бывший милиционер, работавший в ЧОПе, Алексей Беркин. При этом все представители силовых структур, проходящие по делу об убийстве Политковской, не были знакомы ни с киллером, ни с заказчиком. Они просто выполнили за деньги «левую» работу и представления не имели, что их, по сути, просто использовали втемную.

Непосредственным исполнителем убийства, согласно выводам следствия, являлся Рустам Махмудов — это он заходил в подъезд, в то время как его братья Ибрагим и Джабраил ждали в машине.

К концу лета 2007 года — через год со дня расстрела в подъезде дома на улице Лесная было арестовано 10 человек: Алексей Беркин, Дмитрий Лебедев, Тамерлан Махмудов, Джабраил Махмудов, Ибрагим Махмудов, Олег Алимов, Магомед Димельханов, Ахмед Исаев, Сергей Хаджикурбанов и Дмитрий Грачев. Позже был арестован и Бураев. Киллеру Рустаму Махмудову на тот момент удалось скрыться. Были сведения, что он нашел пристанище в Европе.

Уже было ясно, что убийство готовилось двумя группами — первая следила за журналисткой, а вторая контролировала первую. В слежке за Политковской подозреваются бывшие сотрудники оперативно-поискового управления ГУВД. Вторая же группа состояла в основном из уроженцев Чеченской Республики.

Были обозначены следствием и мотивы преступления: дестабилизация обстановки в стране, изменение конституционного порядка, формирование в России кризисов, возврат к прежней системе правления, когда все решали деньги и олигархи…

Следователи уже понимали, что заказчики и организаторы хотели продемонстрировать не только гражданам России, но и всему миру, что у нас средь бела дня могут убивать известных людей и что правоохранительные органы якобы не в состоянии раскрывать такие дела.

Но оказалось, что они, мягко говоря, недооценили силу власти и профессионализм правоохранительных органов. К этому времени уже вовсю работала новая структура — Следственный комитет при прокуратуре (с 2007 г.). И уже через год, 18 июня 2008 года, было объявлено о завершении предварительного расследования. В октябре 2008 года было принято решение о направлении материалов в суд. 15 октября 2008 года состоялись первые слушания. На скамье подсудимых ждали своей участи 4 обвиняемых, не считая продолжавшего скрываться Рустама Махмудова. Многие высказывали тогда мнение, а стоило ли так торопиться. Может, надо было еще подсобрать доказательства? Так думал и Гарибян, хотя дело фактически было раскрыто. И сейчас, по прошествии времени, становится понятно, что эти предчувствия были обоснованны. В силу ряда обстоятельств слушание дела проходило не в Московском городском суде, а в Московском окружном военном суде. Кроме того, по настоянию адвокатов дело рассматривалось коллегией присяжных заседателей. Тогда такие суды практиковались, по сути, на уровне эксперимента. Сам суд присяжных, хотя и существовал к тому времени в России уже почти полтора десятка лет, с 1994 года, так и не стал настоящей опорой истинного правосудия. У всех на памяти оправдательные вердикты, которые в разных регионах, и столичных, и провинциальных, выносили присяжные заседатели. Иногда журналисты даже именовали их «присяжными оправдателями». Вот и этот суд стал еще одной яркой иллюстрацией этой меткой метафоры.

Я постараюсь подробно описать, как проходил этот процесс, чтобы вы, уважаемые читатели, поняли, почему он закончился оправдательным приговором.

Пиррова победа адвокатов

Зал заседаний Московского окружного военного суда не привык к подобным процессам, к такому количеству людей, к рассмотрению подобных уголовных дел. До сих пор здесь рассматривались дела, связанные в основном с воинскими преступлениями. А коллегии присяжных заседателей здесь, наверное, и вовсе никогда не бывало.

И вот теперь процесс по самому громкому преступлению в России последнего времени. На скамье подсудимых — трое бородатых людей. Они необычайно оживлены и веселы, особенно если учесть, что их обвиняют в пособничестве при совершении убийства. Настроение у них явно не подавленное.

Зал полон людей. В первых рядах сидят родственники подсудимых. Их много. Они выглядят воинственно. Черные бороды, черные одежды, горящие глаза, бросающие пристальные многозначительные взгляды в сторону присяжных, большинство из которых — женщины. Уже одной этой картины было достаточно для того, чтобы понять — присяжным очень неуютно.

По закону присяжные не должны общаться ни с кем из посторонних людей во время процесса, чтобы избежать любой возможности давления или какого-либо влияния со стороны. Они должны быть сосредоточены только на изучении представленных сторонами доказательств. Объективность — вот главное качество любого судьи, в чьих руках судьба других людей. А ведь присяжные заседатели — не только не профессиональные судьи, но даже не профессиональные юристы. Им труднее оценивать доказательства — в юридических вузах этому учат в течение нескольких лет, а присяжные получают лишь инструктаж. Им важно отвлечься от всего и принять взвешенное решение в спокойной обстановке.

Присяжные не должны общаться ни с кем из посторонних людей во время процесса, чтобы избежать любой возможности давления или какого-либо влияния со стороны.

Но какая же спокойная обстановка может быть под прицелом этих напряженно горящих глаз? Здание военного суда не оборудовано таким образом, чтобы присяжных заседателей можно было изолировать от родственников и друзей подсудимых. Они встречаются с ними в коридоре во время каждого перерыва. Туалет — общий, место для курения — тоже. К присяжным подходят вплотную, пристально их разглядывают, запоминают. Иногда приглашают к разговору, при этом делая всевозможные намеки. Дескать, сейчас вас закон охраняет, но так будет не всегда. А земля круглая, мы еще можем встретиться, найти человека даже в таком большом городе, как Москва, не составляет очень уж большого труда — вот Политковскую же нашли…

Все это мало способствует бодрости духа и олимпийскому спокойствию, которое надо сохранять при вынесении вердикта. Мало того, что на присяжных оказывалось давление на суде, они еще каждый день сталкивались с истерикой адвокатов, которую те устраивали в СМИ, обвиняя в убийстве не конкретных людей, а некую власть без объяснения мотивов.

Или вот еще характерный эпизод того процесса, наглядно демонстрирующий давление адвокатов на присяжных при полном попустительстве судей. Дело в том, что пистолет, найденный на месте убийства, был изначально направлен на экспертизу для определения ДНК преступника. Но биоматериала на рукоятке оказалось настолько мало, что невозможно было определить не то что ДНК конкретного человека, но хотя бы принадлежность по половому признаку. Поэтому заключение этой экспертизы не имело особого доказательственного значения для следствия. Но адвокаты, в отсутствие фактов для защиты подсудимых, решили воспользоваться именно этой экспертизой, вольно интерпретируя ее результаты. Они убеждали присяжных, что раз в заключении не указано, кому принадлежит ДНК — мужчине или женщине, то это, скорее всего, была женщина, тогда как следователи искали только мужчину! Разумеется, у следователей к тому моменту уже была совокупность других доказательств, подтверждающих, что стрелял именно мужчина. И утверждать, что это была женщина — полный абсурд! Но, размахивая перед и без того запутанными неизвестными терминами присяжными этой экспертизой, адвокаты сделали свое дело и закрепили в их сознании еще один неверный вывод, основанный на эмоциях, а не на фактах. Ну а суд, вместо того чтобы призвать адвокатов соблюдать установленный порядок и отвергнуть представленный с нарушением довод, промолчал.

Явно сказался на настроении присяжных и тот факт, что на скамье подсудимых не было ни непосредственного исполнителя убийства, ни заказчика. А кто был? Так, какие-то соучастники. Адвокаты умело этим пользовались, стараясь внушить неискушенным в юридических тонкостях присяжным, что от того, признают ли этих людей виновными или нет, ничего принципиально не изменится, главные злодеи в любом случае уйдут от ответа (хотя в итоге они от него не ушли, но это будет позже).

Результатом всего этого стал оправдательный вердикт присяжных, на основании которого суд был вынужден оправдать подсудимых и под ликующие возгласы многочисленных родственников выпустить их в зале суда. И только спустя несколько месяцев после вынесения этого решения, летом 2009 года, военная коллегия Верховного суда России отменила оправдательный приговор. Дело отправили на новое рассмотрение в Московский окружной военный суд, который в свою очередь вернул дело в Следственный комитет для дополнительного расследования.

Для многих в России вынесение оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей по делу Политковской стало шоком. В том числе и для следователей. И тем не менее, будучи уверенными, что на скамье подсудимых те, кто виновен в убийстве, нужно было стиснуть зубы и, еще раз сосредоточившись, фактически начинать все заново, собирать новые доказательства, закреплять старые. Петрос Гарибян не сомневался, что доведет все до конца. Только теперь никакой спешки. Сейчас нужно скрупулезно и тщательно отрабатывать каждую деталь. Одной из главных задач было — выйти на след исполнителя, Рустама Махмудова, и задержать его.

Для многих в России вынесение оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей по делу Политковской стало шоком.

Работа над ошибками

Но должно было пройти еще долгих четыре года, прежде чем убийство обозревателя «Новой газеты» вновь начнут рассматривать по существу — на этот раз в Московском городском суде. Теперь на скамье подсудимых сидели пятеро уроженцев Чечни: Лом-Али Гайтукаев, его племянники Рустам, Ибрагим и Джабраил Махмудовы, а также бывший оперативник ГУВД Москвы Сергей Хаджикурбанов. Никто из них своей вины не признавал.

Петрос Гарибян считает, что окончательного перелома в расследовании ему удалось добиться летом 2011 года — через два года после завершения первого процесса и за два года до начала второго, посередине срока. Это стало своеобразным «экватором», перейдя который следствие получило окончательно прояснившуюся картину преступления и смогло четко установить, каким образом распределялись роли действующих лиц в подготовке и убийстве Анны Политковской.

Итак, летом 2011 года произошли два важнейших события, позволившие вывести расследование на финишную прямую: сначала был задержан Рустам Махмудов, которого считали непосредственным исполнителем убийства. Затем следствию удалось выйти на основного свидетеля по делу, который одновременно был и одним из главных фигурантов, — начальника одного из отделов оперативно-поискового управления МВД подполковника милиции Дмитрия Павлюченкова.

Петрос Гарибян еще при просмотре съемок видеокамер обратил внимание, что наблюдение за жертвой осуществлялось профессионально. И в связи с этим отрабатывались сотрудники оперативно-поискового управления ГУВД города Москвы — «опушники» или «наружники», как зовут их в органах. Так он и вышел на Павлюченкова. Последний, хоть и начал давать показания еще в 2007 году, упорно не хотел говорить всей правды. Гарибян подозревал, что на самом деле этот человек знает гораздо больше, чем сказал на первых порах. Основной задачей было склонить его к сотрудничеству со следствием. Следователь очень много общался с самим Павлюченковым и даже с его родными — матерью, дядей, кстати, известным ученым, академиком. Следователю удалось добиться соглашения на досудебное сотрудничество со следствием от Павлюченкова. И это стало настоящей победой. И вот по частям, по маленьким эпизодам, как выражался следователь — «по кусочкам», подполковник милиции начал «отдавать дело».

Павлюченков рассказал, что в сентябре 2006 года к нему обратился бывший опер РУБОП Сергей Хаджикурбанов (был осужден за превышение служебных полномочий и на тот момент только что освободился). Бывший коллега и давний знакомый попросил его организовать слежку за Политковской. Сообщил он и о том, что если бы Хаджикурбанов «работал по Политковской» (то есть участвовал в организации убийства), то он бы обязательно привлек к делу некоего Наиля, племянника чеченского «авторитета» Лом-Али Гайтукаева. И еще — по словам начальника отдела «опушки», этот Наиль вместе со своими братьями ездил как раз на той самой синей «четверке», что была у дома на Лесной улице в день убийства Политковской. Это и стало основанием для задержания подозреваемых.

Имя Лом-Али Гайтукаева Гарибяну было знакомо — оно возникало в связи с расследованием дела об убийстве главного редактора русской версии журнала «Forbes» Пола Хлебникова. Последняя его книга была посвящена Хож-Ахмеду Нухаеву, главарю «лазанской» группировки, куда, по данным следствия, входили братья Махмудовы, который также упоминался в связи с делом Политковской.

Пол Хлебников был расстрелян вечером 9 июля 2004 года на выходе из редакции на улице Докукина в районе станции метро «Ботанический сад». Следователи считают, что непосредственным исполнителем убийства являлся Казбек Дукузов.

Ранее этот киллер расправился и с бывшим вице-премьером Чечни Яном Сергуниным. Он был убит 25 июня 2004 года у ресторана «Восточный дворик» на улице Покровка в Москве.

25 августа 2006 года, когда до убийства Политковской оставалось менее полутора месяцев, Лом-Али Гайтукаев был задержан за организацию покушения на убийство украинского бизнесмена, главы компании «Славутич-Регистратор», топ-менеджера финансово-промышленной группы «Приват» Геннадия Корбана, одного из ближайших соратников Игоря Коломойского. 19 марта 2006 года «Мерседес» Корбана обстреляли из автомата в Днепропетровске. Машина была бронированной, и предприниматель не пострадал, лишь его охранник получил ранение.

В апреле 2006 года незадачливого киллера в Днепропетровске приговорили к 14 годам лишения свободы, при этом он сдал своего главного подельника. В феврале 2008 года Московский городской суд приговорил Гайтукаева к 15 годам лишения свободы в колонии строгого режима. По иронии судьбы, это произошло буквально на следующий день после того, как Окружной военный суд оправдал Махмудовых и Хаджикурбанова.

Вот какая интересная фигура «засветилась» в деле по убийству Политковской еще в 2007 году.

А кто же такой был его таинственный племянник Наиль? Не кто иной, как Рустам Махмудов, предполагаемый убийца Анны Политковской, который еще в 1997 году участвовал в похищении коммерсанта, требовал за него выкуп, а потом скрывался от следствия под разными именами — в последнее время жил в Москве как «Наиль». И на этот раз ему вновь удалось скрыться, когда задерживали его подельников по убийству Политковской.

Толерантность бельгийского правосудия

Другой неотложной задачей следствия, связанной с разработкой «чеченской» группы обвиняемых, был поиск непосредственного исполнителя — Рустама Махмудова. Были сведения, что он скрылся в Европе, конкретно, в Бельгии.

Эта маленькая благополучная страна стала пристанищем для многих людей с темной биографией из разных концов мира. Правоохранительные органы Бельгии проявляют поразительную толерантность к преступникам всех мастей и трепетно следят за соблюдением их прав. И руководству Следственного комитета России пришлось убедиться в этом в полной мере. Многократные обращения к бельгийским коллегам по поводу помощи в розыске Махмудова, подозреваемого в убийстве, не давали никаких результатов. Председатель Следственного комитета Александр Иванович Бастрыкин неоднократно лично выезжал в Бельгию и проводил переговоры с руководителями местных силовых структур. Но и это не оказало существенного влияния на ситуацию. Через некоторое время стало известно, что в Бельгии находятся близкие родственники Рустама Махмудова, в том числе его жена и дети. Удалось установить, что родственники киллера регулярно встречаются с кем-то на вокзале, ведут какие-то переговоры, что-то куда-то передают. Но ничего более конкретного бельгийские детективы узнать не могли. Наконец, силовики из Бельгии восторженно доложили российским коллегам о своем «достижении» — телефоны родственников Махмудова поставлены «на прослушку»! Но… парадоксы законодательства этой страны таковы, что «прослушиваемого» обязаны об этом предупреждать — то есть извините, но мы за вами вынуждены следить. Конечно, ни о каком положительном результате такой оперативной разработки не могло быть и речи.

Ставшая притчей во языцех слабость бельгийских силовых структур уже через несколько лет приведет к большим трагедиям в этой маленькой стране. В ноябре 2015 года, когда в Брюссель привели следы парижских терактов, глава МВД Бельгии Ян Жамбон признался, что его страна не готова к полноценному противостоянию терроризму. А 22 марта 2016 года стал самым страшным днем в Бельгии с начала нового века. Началось все с двух взрывов в брюссельском аэропорту Завентем. Спустя некоторое время взлетел на воздух вагон поезда метро на станции «Мальбек», в непосредственной близости от зданий Еврокомиссии и Европарламента. Жертвами террора в Брюсселе стали 34 человека, порядка 250 получили ранения. Столица Европейского союза превратилась в центр европейского террора.

И все-таки настойчивость Председателя Следственного комитета России, который регулярно призывал правоохранительные органы Бельгии активизировать работу по поиску Махмудова, в конце концов возымела действие. Они действительно начали проявлять хоть какую-то активность. И даже такой активности оказалось достаточно, чтобы Махмудов, испугавшись, что его выдадут российским властям, решил покинуть гостеприимную Бельгию и тайно перебрался снова в Россию, а точнее, в свое родовое селение.

В конце концов следствию удалось получить оперативную информацию о его возможном местонахождении в одном из маленьких, затерянных в горах селений родного Ачхой-Мартановского района Чечни. И вот 31 мая 2011 года там его и задержали. При этом Петрос Гарибян успел вовремя передать полученную в ходе следствия ценную информацию организаторам задержания о том, что в коровнике Махмудова есть тайный лаз, закрытый тяжелой металлической крышкой. Выход из него — в соседнем доме, отделенном высоким каменным забором. Именно поэтому Махмудову не удалось скрыться. Сотрудничать со следствием Рустам Махмудов категорически отказался, своей вины ни в чем не признал. Такое поведение обвиняемых встречается достаточно часто, но это не имеет особого значения для следователя. Бывает, что собран целый комплекс доказательств, показания свидетелей, результаты опознаний, полностью изобличающих обвиняемого, но при этом он все равно продолжает отрицать свою вину. Конечно, признание вины облегчает работу следствия, прокурора и суда. Но даже если человек полностью признает вину и дает подробные показания, то в любом случае эти показания всегда тщательно проверяются следственным путем. Никогда следователь не будет строить доказательственную базу на одних только допросах обвиняемого. Признание вины далеко не всегда является объективным доказательством. Обвиняемый может признаться в том, чего не совершал, уводя следствие от ключевых фигурантов. Поэтому признание для квалифицированного и профессионального следователя является важным, но не обязательным условием. В данном случае речь шла о совокупности косвенных и прямых доказательств, которые фактически подтверждали друг друга.

Признание вины далеко не всегда является объективным доказательством.

Важный вещдок

Еще один прорыв у следствия наметился, когда Гарибян вышел на друга Павлюченкова — гражданина Белоруссии Олега Голубовича по прозвищу Нос.

В первый раз следователь допросил Голубовича в июне 2009 года. Разговор происходил доверительно, длился недолго, никакой видеозаписи не проводилось. Нос рассказал, как познакомился с Павлюченковым, Гайтукаевым, Наилем (он же Рустам Махмудов) и еще некоторыми лицами, фигурирующими в деле Политковской. Но тогда он ничего не сказал о причастности этих людей к убийству.

Но следователь чувствовал — Голубович знает больше, чем говорит, он знает, как готовилось убийство. Гарибян продолжал с ним работать. Но в 2010 году Нос исчез. Следователь дал поручение сотрудникам ФСБ найти его — поиски продолжались целый год. В итоге Голубовича нашли на Украине. Но самое главное заключалось не в этом. Как выяснилось, перед тем как сбежать, он обратился за помощью к… «Новой газете», где работала Политковская до своей гибели.

Следователя это заинтересовало. Он тесно сотрудничал с этим изданием, и, по его признанию, журналисты «Новой газеты» не раз помогали ему, даже прикрывали от нападок прочей прессы. Петрос Вараздатович делился с ними информацией, не опасаясь, что его подведут, и отношения с коллегами Анны Политковской у него сложились вполне дружеские. Следователь решил, что вправе рассчитывать на их содействие, и пригласил к себе шеф-редактора газеты Сергея Соколова.

Голубович действительно обратился в редакцию «Новой газеты». Причем сделал это с помощью адвокатов потерпевших — родственников убитой Политковской, ее дочери и сына. Сказал, что боится мести со стороны преступников и просит помочь ему скрыться. Ему помогли тайно перебраться на Украину — с помощью связей журналистов издания. Но самая главная новость, которую Гарибян услышал от Соколова, была совершенно неожиданной — оказывается, перед тем как лечь на дно, Голубович-Нос рассказал все, что знает об убийстве одному из адвокатов потерпевших. Его рассказ записан на видеокассете. У шеф-редактора хранилась распечатка показаний беглеца. Получалось, что адвокат потерпевших, да и сами потерпевшие целый год не передавали следствию имеющихся у них ценнейших показаний одного из свидетелей, способных коренным образом повлиять на ход расследования.

Пока налаживались контакты с украинцами и обговаривались условия командировки к ним, следователь обратился к потерпевшим и к их адвокатам-правозащитникам. Следователь стал буквально уговаривать их показать ему кассету с записью рассказа Олега Голубовича. Ответ был отрицательным, взаимопонимания не возникало. Петрос Гарибян убеждал потерпевшую сторону заявить ходатайство, официально обратиться с просьбой о том, чтобы следствие проверило правдивость этих показаний, ведь сами они их проверить не могут, значит, ценные сведения лежат мертвым грузом. Как можно держать под замком — причем в течение целого года! — ту информацию, которая может повлиять на результат столь долгого расследования. Ответ тот же — не дадим, и все.

Следователю не оставалось ничего другого, как пойти на хитрость. Он обратился в другую газету и попросил одного из журналистов опубликовать материал о том, что у потерпевших есть показания одного из основных свидетелей, изобличающие всех участников данного преступления, но они на протяжении года их не выдают следствию. На следующий день после выхода публикации следователю позвонил Илья, сын Политковской. Сказал — мы согласны передать кассету следствию.

Получив видеозапись, Петрос Гарибян отправился в командировку на Украину. Голубовича вызвали в российское посольство и там допросили, теперь уже официально. Затем он приехал в Москву и еще раз дал показания.

«Он отдавал нам дело по кусочкам»

В своих показаниях Голубович полностью изобличал своего друга Павлюченкова в активном сотрудничестве с преступниками. Привел Нос и конкретные примеры, в частности передачи киллеру оружия и денег. Запись двухчасовой беседы Олега Голубовича с Петросом Гарибяном в российском посольстве в Киеве многое расставила по своим местам.

Впоследствии об этих обстоятельствах подробно рассказывалось в прессе. В частности, в статье коллеги Политковской по «Новой газете» Надежды Прусенковой, опубликованной в этом издании 7 марта 2014 года под названием «Объект они называли Аней», а также в других материалах журналистки, таких как репортаж из зала суда в номере от 3 марта 2014 года.

С Дмитрием Павлюченковым гражданин Беларуси Олег Голубович познакомился осенью 2004 года в автосервисе в Малаховке. В этом автосервисе работал брат Голубовича Михаил, да и сам хозяин мастерской был белорусом. Павлюченков привозил на ремонт в автосервис свои машины. На тот момент он был еще майором, по словам Голубовича, «работал в отделе, который занимался наружкой в МВД».

Еще раньше Голубович в Тульской области познакомился с неким Максимом Червоня-Оглы, человеком темной биографии, близким к криминальным кругам. В 2005–2007 годах они вместе снимали квартиру в Люберцах (родном городе Павлюченкова). Червоня-Оглы занимался в том числе перепродажей квартир в Москве (то есть выступал в роли «черного риелтора»), Голубович иногда помогал ему с оформлением документов. В 2005–2006 годах оба, и Голубович, и Червоня-Оглы, не раз выполняли различные поручения Павлюченкова.

Примерно в августе 2006 года Павлюченков предложил Голубовичу и Оглы «поработать по журналистке». Сказал, что ее зовут Аня, живет на Лесной улице. «Что значит "поработать"?» — уточнил Голубович. «Проследить. За деньги».

Через две недели Павлюченков повторил Голубовичу свою просьбу, сказал, что помочь надо людям — его сотрудники уже взялись за дело, но Павлюченкову требовался «новый трезвый взгляд».

Голубович отказался, «так как не хотел участвовать в этих делах». А Оглы не отказался — несколько раз он говорил своему соседу по квартире, что ездил вместе с Шошиным (сотрудник отдела Павлюченкова) на служебной машине на Лесную улицу. «Они не называли ее по фамилии, называли журналистка или Анна».

В августе 2006 года Павлюченков попросил Голубовича и Оглы отвезти его в район станции метро «Беговая». Там к машине подошел мужчина кавказской наружности в спортивном костюме и красной бейсболке, сел на заднее сиденье и достал из-под переднего сиденья какой-то сверток. Задел конструкцию под сиденьем — раздался металлический звук, как будто ударился металл об металл. Потом вышел. Когда отъехали, Голубович спросил, кто это. «Наиль, — ответил Оглы. — Это киллер, ему оружие передали».

Голубович повздорил тогда с Павлюченковым, потребовал, чтобы его не втягивали в дела с оружием. Палюченков же ответил: «Прекращай, тут ничего такого нет».

С Наилем Голубович встречался еще дважды — по просьбе Павлюченкова они с Оглы передавали ему конверты с деньгами, по три тысячи долларов. Павлюченков как-то сказал, что Наиль — племянник криминального авторитета Лом-Али Гайтукаева. С ним Голубович тоже знаком — их представил друг другу Павлюченков, Лом-Али (Павлюченков называл его Лема) привозил на автосервис в Малаховку свою белую «Волгу». О племянниках Гайтукаева рассказывал и брат Голубовича Михаил. Говорил, что приезжали братья-чеченцы, просили «подлечить "четверку"». Это было в сентябре 2006 года.

Об убийстве Анны Политковской Голубович узнал из СМИ. Сопоставил факты и понял, что к этому причастны его знакомые.

Через несколько дней они с Павлюченковым и Оглы сидели в ресторане «Подосинки» в Люберцах. Павлюченков хорошо выпил и вдруг сказал: «Наиль молодец, по журналистке отработал чисто. Удалите его номер из телефонов».

По словам Голубовича, после убийства Павлюченков сильно нервничал, перестал ездить на работу на своей машине — просил его подвозить. В машине Павлюченков говорил, что Хаджикурбанов поручил братьям Махмудовым дело, а сам занимался технической стороной слежки, наружкой. Он говорил Голубовичу, что боится Хаджикурбанова и опасается, что заказчик захочет убрать организаторов.

Я просил не рассказывать мне это все. А он отвечал: а кому мне еще говорить? Макс (Червоня-Оглы) слишком много мелет языком.

По словам Голубовича, в те дни Павлюченков много пил.

А один раз, уже после убийства Политковской, Павлюченков вдруг сказал: «Жаль, что нет Гайтукаева, посоветоваться не с кем».

Мне было неприятно, что я со всеми ими знаком. Хотел порвать отношения, но мне не удавалось, говорил Голубович следователю.

В декабре 2006 года Павлюченкова сильно избили. Он объяснял, что это месть со стороны заказчиков убийства Политковской, хотя были сведения, что причина была в личных отношениях. В день, когда человеку, избившему Павлюченкова, вынесли приговор — это было зимой 2007 года, — у здания суда Голубович встретился с Хаджикурбановым. Позже Оглы сказал ему, что Хаджик (как его звали между собой знакомые) собирался его, Голубовича, и Оглы «убрать», за то, что они много знали «о той ситуации с журналисткой». Якобы Оглы удалось убедить Хаджика не делать этого.

На последний вопрос следователя «Почему Голубович не пришел со своими показаниями раньше?» свидетель ответил: «Опасался за свою жизнь». Павлюченков хоть и бывший, но сотрудник МВД, да и братья Махмудовы были на свободе.

Всего этого было достаточно, чтобы арестовать Дмитрия Павлюченкова. На тот момент у Петроса Гарибяна уже сложились доверительные отношения как с самим Павлюченковым, так и с его близкими.

— Работа следователя заключается не в том, чтобы напугать и сломить подследственного, — говорил по этому поводу Петрос Вараздатович. — Девяносто процентов успеха в нашем деле — найти правильный подход к человеку, а не просто «власть показать». Ведь каждый, с кем приходится общаться, — прежде всего человек, а уже потом обвиняемый. У него свой характер, свои психологические особенности, свой эмоциональный склад. Всем этим можно и нужно пользоваться. Поэтому я рекомендовал своего знакомого адвоката, очень высокопрофессионального. Павлюченков и его родственники понимали, что я ему желаю добра, а не зла. Я всего лишь добросовестно выполняю свою работу. И до сих пор у меня прекрасные отношения с матерью Павлюченкова и его дядей-академиком. Они умные, образованные люди и ситуацию восприняли очень объективно.

Девяносто процентов успеха в нашем деле — найти правильный подход к человеку, а не просто «власть показать».

Каждый, с кем приходится общаться, — прежде всего человек, а уже потом обвиняемый.

К тому времени я уже знал, что Павлюченков замешан не в одном, а как минимум в двух делах о заказных убийствах (второе — дело Пола Хлебникова). И в том, и в другом случае он действовал вместе с Гайтукаевым. Я предложил ему написать заявление о добровольном досудебном сотрудничестве — он согласился.

С показаний Павлюченкова, собственно, и началось раскрытие преступления еще в 2007 году. Дмитрий, как мне показалось, переживал из-за того, что стал соучастником убийства журналистки, поэтому шел с нами на контакт. С ним мы говорили, пожалуй, больше, чем со всеми остальными фигурантами дела, но наши переговоры сначала напоминали игру в кошки-мышки. Я обещал использовать все предусмотренные законом возможности для смягчения ему наказания, он сомневался, брал время на обдумывание, но все равно понемногу «отдавал» мне это убийство.

Досудебное соглашение с Павлюченковым стало вполне закономерным итогом работы следователя с ним и его близкими. А само заключение досудебного соглашения и признательные показания Павлюченкова стали важными доказательствами (которые, разумеется, подвергались тщательной проверке).

Продумали все до мелочей, но просчитались

И вот у следствия появился полный расклад по убийству Анны Политковской. Об этом следователь Гарибян рассказывал в своем интервью журналисту газеты «Коммерсант» Сергею Дюпину (материал был опубликован в номере газеты от 9 ноября 2012 года под названием «Целью заказчика была не только месть Политковской»).

Павлюченков рассказал, что примерно в начале июля 2006 года его знакомый Лом-Али Гайтукаев предложил ему, как он выразился, «выследить одну журналюгу». Фамилия тогда не называлась. От оперативника требовалось установить место проживания и маршруты передвижения объекта, за это Гайтукаев пообещал простить ему старый долг в 60 тысяч долларов и дать еще 20 тысяч долларов сверху. Павлюченков согласился и получил на руки бумажку, на которой были указаны адрес редакции «Новой газеты» в Потаповском переулке, адрес квартиры Анны Политковской на Долгоруковской улице и марка ее автомобиля. Павлюченков выставил в Потаповском переулке свою группу наблюдения. Трехдневная отработка объекта тогда результатов не дала: журналистка не появлялась ни дома, ни в редакции.

Павлюченков, будучи старшим офицером секретного подразделения ГУВД, не мог не понимать, что его подрядили под явный криминал. Но, по его собственным словам, боялся «авторитетного» Гайтукаева. Во время их очередной встречи, состоявшейся в начале августа, недовольный результатами наружного наблюдения Гайтукаев прямо сказал милиционеру: «Попытаешься соскочить с этого дела — отправишься к своему Богу раньше журналистки».

Показания обвиняемого проверялись следственным путем. Так, например, он указал, что в первый день неудачной слежки прилегающие к Потаповскому переулку улицы были перекрыты милиционерами, которые объяснили коллегам из ОПУ, что охраняют приехавшего президента Белоруссии Александра Лукашенко. Следствие установило, что Лукашенко действительно был в Москве 21–22 июля 2006 года и в эти дни посещал свое посольство на соседней с Потаповским переулком улице Маросейка. Отсутствие «объекта» тоже подтвердилось: как было указано в загранпаспорте Анны Политковской, в конце июля 2006 года она выезжала из России в Англию и Австрию.

Когда Павлюченкову предложили просмотреть записи видеокамер, установленных возле дома № 10 на Лесной улице, где произошло убийство, он опознал «четверку», на которой ездил Рустам Махмудов, среди других автомобилей, попавших в зону видимости камер. Павлюченков подробно описал и оружие убийства — газовый пистолет «Иж-71», переделанный под стрельбу боевыми патронами, а затем опознал его из четырех похожих пистолетов. Павлюченков заявил, что запомнил характерный сварной шов на стыке рукоятки и ствола, появившийся в результате кустарной доработки оружия. Кроме того, отметил разницу в цвете самого пистолета, выполненного из вороненой стали, и навинченного на него серебристого глушителя. Показания подтвердил биллинг.

По словам Павлюченкова, это оружие случайно нашел в вещах своего умершего тестя его приятель Владимир Набатов. Милиционер знал об этой находке, поэтому, когда Лом-Али Гайтукаев потребовал от него обеспечить Рустама Махмудова оружием, он сразу же поехал к Набатову. Тот без вопросов отдал пистолет Павлюченкову, а обвиняемый в этот же день передал его Махмудову. Опять же правдивость слов экс-милиционера следователи проверили по биллингу его телефонных контактов с Набатовым. Приятели, как выяснилось, созванивались лишь эпизодически, а 18 августа, в день приобретения и передачи оружия, телефоны всех троих участников «сделки» постоянно соединялись между собой.

Кстати, если вы помните, в начале главы я обращал ваше внимание, что, когда мужчина в бейсболке (теперь мы знаем, что это Махмудов) заходил в подъезд, на его левую руку была намотана куртка. Как оказалось, таким образом он прятал пистолет. Он не был левшой и производил выстрел правой рукой, но дело в том, что дверь в подъезд Политковской открывалась слева-направо наружу и правой рукой ее было открывать удобнее и не создало бы замешательства и промедления. Казалось бы, они продумали каждую мелочь, каждую деталь… Но всего невозможно учесть, тем более когда следствием была восстановлена полная картина с ее подробностями и деталями.

Казалось бы, они продумали каждую мелочь, каждую деталь…

Удалось установить, и что пистолет официально продали в Дагестане и там же переделали. Однако Ижевский завод поставил в эту республику 17 тысяч подобных моделей. Учитывая, что номер на стволе был спилен, найти его первых владельцев, как и домашних умельцев, переделавших оружие в боевое, оказалось невозможно. Но в данном случае это не имело особого значения для следствия.

Заказ на убийство был размещен через Гайтукаева. Он же организовал подготовку преступления на первом этапе. Однако 25 августа, как уже говорилось, его задержали за другое преступление — организацию покушения на украинского бизнесмена Геннадия Корбана. Из изолятора Гайтукаев позвонил знакомому и через него передал Павлюченкову, чтобы тот продолжил начатое. По стечению обстоятельств примерно через месяц после задержания Гайтукаева освободился из заключения их третий приятель Хаджикурбанов, отбывавший наказание за превышение должностных полномочий, и уже он стал командовать. По мнению следствия, Хаджикурбанов был в этой компании своего рода мозговым центром. А вообще эти трое знали друг друга много лет и были связаны, по полученным данным, не только приятельскими, но также деловыми и финансовыми отношениями.

Конечно, важным вопросом был и такой: в какую сумму обошлось организаторам убийство Анны Политковской? По признанию Павлюченкова, Гайтукаев дал ему 150 тысяч долларов. Эту информацию проверили, допросив приятеля милиционера — того самого Оглы, который подвозил его в день передачи денег на встречу с Гайтукаевым. Водитель сообщил на допросе, что Павлюченков вернулся с объемной сумкой и прямо в салоне автомобиля начал пересчитывать упаковки с валютой. Увидев наличность, Оглы, по его словам, тут же сказал пассажиру: «Дима, ты же должен мне 15 тысяч баксов. Может, прямо сейчас и рассчитаемся?» Однако Павлюченков ответил, что, мол, не может, поскольку эти деньги были даны «на Политковскую». 12 тысяч долларов из этой суммы экс-милиционер по требованию Гайтукаева отдал Рустаму Махмудову. Около тысячи заплатил своим подчиненным за слежку, выдавая каждому по 100–150 долларов за «дежурство». Оставшиеся 137 тысяч у Павлюченкова забрал Хаджикурбанов, как только вышел на свободу. То есть для самого экс-подполковника Павлюченкова выгода была только в одном — ему простили долг в 60 тысяч долларов, который, кстати, образовался из-за пристрастия к азартным играм, ведь сотрудник милиции был частым гостем тогда еще легальных казино.

На первый взгляд, логика организаторов не совсем понятна. Ведь журналистка Политковская ни от кого не скрывалась, не пользовалась охраной, не имела оружия и оперативных навыков, поэтому выследить и убить ее мог бы даже один Гайтукаев. Зачем ему понадобилось подключать к делу столько людей, тем более милиционеров, подвергая себя неоправданному риску?

Действительно, первоначально Гайтукаев собирался все сделать в одиночку. Однако начатая организатором убийства слежка не дала результатов. Дело в том, что в июне у Анны Политковской тяжело заболела мать и весь месяц она практически не появлялась ни дома, ни на работе, курсируя между квартирой матери на Фрунзенской набережной и больницей МПС в парке «Лосиный остров». Поскольку сроки поджимали, а результатов не было, Гайтукаев вынужден был обращаться к профессионалам.

Вот так и образовалась своеобразная «спайка» сотрудников элитного подразделения органов внутренних дел и преступников. Петрос Гарибян подчеркнул, что за этим стояла чисто материальная заинтересованность, желание получить деньги — кроме Павлюченкова, никто из сотрудников милиции не знал, с какой целью ведется наблюдение за людьми. Таких случаев в то время было немало — «опушников» нанимали не только преступники, но и, например, ревнивые мужья или жены, чтобы проследить за своими супругами.

Сначала Павлюченков дал команду своим сотрудникам, чтобы они проследили за Политковской, установили ее график, распорядок дня, постоянные маршруты, где она бывает, во сколько прогуливает собаку. Следили они таким образом три дня, а потом всю эту информацию передали Гайтукаеву, Хаджикурбанову и Махмудову — киллеру.

Стиль работы Гайтукаева был один и тот же — «опушники» три дня следили, потом передавали информацию киллерам. Те также еще три дня ходили за жертвой и следили, чтобы привыкнуть ко всем ее повадкам и не ошибиться, ни с кем не перепутать. Так было и с Хлебниковым, и с Политковской.

Теперь, когда дело повторно начали рассматривать в суде, следствие также знало о преступниках все: когда, где и с кем они общались, сколько денег и за что получали.

В конце мая 2014 года присяжные признали виновными в этом преступлении пятерых обвиняемых: братьев Рустама, Джабраила и Ибрагима Махмудовых, их дядю Лом-Али Гайтукаева и бывшего сотрудника МВД Сергея Хаджикурбанова.

А 9 июня 2014 года, в понедельник, Московский городской суд огласил приговор по делу об убийстве в октябре 2006 года обозревателя «Новой газеты» Анны Политковской. Двое из пятерых обвиняемых — Лом-Али Гайтукаев и Рустам Махмудов — были приговорены к пожизненному лишению свободы. Сергей Хаджикурбанов приговорен к 20 годам лишения свободы, Джабраил Махмудов — к 14 годам, а его брат Ибрагим — к 12 годам колонии строгого режима. Уголовное дело в отношении Дмитрия Павлюченкова, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, рассматривалось в особом порядке, при котором наказание подсудимому не может превышать 2/3 максимального срока. Суд приговорил его к 11 годам лишения свободы.

Кстати, с самого начала расследования сотрудники «Новой газеты», где работала Анна Политковская, очень внимательно, я бы даже сказал, ревностно наблюдали за расследованием. Иногда это даже принимало не совсем корректные формы. Но Петрос Гарибян с пониманием относился к этому. Они, наверное, были самой заинтересованной стороной, не считая следствия, в объективности расследования. Но что характерно, сам по себе приговор был встречен журналистами одобрительно. И они даже не скупились на комплименты следственной группе и лично Петросу Гарибяну. Это, наверное, один из немногих случаев, когда журналисты резко оппозиционной газеты, критикующие все и вся в стране, в том числе и работу Следственного комитета, в этот раз были просто вынуждены признать высокий уровень профессионализма наших следователей.

Кто же заказал «сакральную жертву»?

В 2005 году вышла в свет книга журналиста Владимира Соловьева «Русская рулетка». Она посвящена событиям 2003–2004 годов, но после убийства журналистки Анны Политковской изложенные в ней факты обрели особый смысл и заставили задуматься.

Соловьев приводит там свой разговор с Березовским, в котором опальный олигарх предлагает ему баллотироваться в президенты и говорит:

— Популярность Путина может упасть, но надо принести сакральную жертву в интересах демократии, чтобы все содрогнулись и отвернулись от Путина…

В качестве «сакральной жертвы» назывались как политики — такие как Борис Немцов, Ирина Хакамада, Иван Рыбкин, — так и популярные журналисты. Последние даже предпочтительнее, так как их убийства значительно больше будоражат народ, их можно объявлять «мучениками правды».

В материалах уголовного дела по убийству Анны Политковской среди показаний Дмитрия Павлюченкова есть и такие: когда Гайтукаев предупреждал его, что он в случае отказа от участия в подготовке преступления «отправится к своему Богу раньше журналистки», то при этом было сказано: «Это нужно большим людям — Закаеву и Березовскому».

Нелишне вспомнить, что именно эти «большие люди» были первыми, кто сделал публичные заявления по поводу убийства обозревателя «Новой газеты».

Я предлагаю вам, уважаемые читатели, еще раз вернуться к началу главы, где я привел заявления обоих, которые они сделали практически сразу после убийства журналистки. Не сложилось ли у вас впечатление, что текст этот был написал задолго до убийства Анны Политковской? Буквально на следующее утро выверенные и политически «грамотные» заявления видных политических оппозиционеров были на первых страницах западной прессы и наших либеральных СМИ.

Петрос Гарибян говорил, что еще при составлении собственного плана работы по раскрытию преступления — а он делал это в то время, когда уже появилась достаточная информационная база, необходимый банк данных, — одним из пунктов была отработка версии о том, что заказчиком является Борис Березовский.

Следователь беседовал со многими людьми из окружения олигарха, и большинство из них отмечали, что Борис Абрамович был крайне недоволен действиями Политковской. Он считал, что темой Чечни она стала заниматься с его благословения. Каждый раз, когда Анна прилетала в Лондон к своей сестре, она обязательно посещала офис Березовского. В мае 2006 года у них произошел конфликт, Политковская резко высказалась по этому поводу, сказав, что Березовский стал параноиком в отношении Путина и власти.

То есть Березовский стал считать Политковскую своим врагом, и она больше других подходила на роль «сакральной жертвы». Так же как убитый в 2004 году Пол Хлебников, как убитый годом раньше, в 2003, депутат Госдумы Сергей Юшенков, один из лидеров движения «Либеральная Россия»…

Поэтому следователь Петрос Гарибян имеет основания считать, что заказ шел из Лондона… Более того, мы с Петросом уже обсуждали, как в ближайшее время сделать соответствующее заявление в СМИ. А 23 марта 2013 года пришло сообщение, что Березовский найден мертвым в своем доме при странных обстоятельствах…

Глава 3

Последний рейс «Украины»

(о расследовании крушения теплохода «Булгария»)

Экстремальное плавание

В начале июля 2014 года у Московского районного суда города Казани собиралось немало людей. Шли последние дни процесса, который для слишком многих людей был связан с болью и горечью невосполнимых утрат. Собравшиеся были очень взволнованы, но в толпе не слышалось шума, разговаривали вполголоса, словно боялись спугнуть доходившие из зала суда вести.

Чуть в стороне ото всех стояли молодые мужчина и женщина — по виду семейная пара. Муж держал на руках малыша, которому на вид было около двух лет. Рядом стояла детская коляска с годовалым ребенком. Молодые родители были погружены в свои мысли и, казалось, не замечали происходящего вокруг. Перед ними разворачивались картины совсем недавнего прошлого, забыть которое было невозможно.

Перед ними разворачивались картины совсем недавнего прошлого, забыть которое было невозможно.

…Стоял такой же жаркий месяц июль. Только на календаре был не 2014-й, а 2011 год. Валерий и Людмила решили во время отпуска покататься на корабле по Волге. Теперь можно было взять с собой подросших детей — шестилетнюю Галочку и семилетнего Славика. Знакомые посоветовали взять билеты на двухдневный круиз в город Болгар на теплоходе с похожим названием — «Булгария». Очень удобно и, главное, совсем недорого — билеты стоили от тысячи до четырех с половиной тысяч рублей.

— Пора наконец показать детям исторические места, — говорил отец семейства. — Стыдно, живем всего в двухстах километрах от древней столицы — города Болгар — и до сих пор ни разу там не были. А ведь там есть на что посмотреть.

НА ПОЛЯХ

Современный город Болгар знаменит тем, что рядом с ним находится один из замечательных памятников культурного наследия Татарстана — древнее Болгарское городище.

Более семи веков назад на месте нынешнего административного центра Спасского района находился город, который был столицей Волжской Булгарии — государства, расположенного в междуречье Волги и Камы. Он же с тринадцатого века стал первой столицей Золотой Орды и долго оставался политическим, экономическим и культурным центром, пока его в пятнадцатом веке не разрушили.

Сегодня земля булгар, далеких предков современных татар, стала местом паломничества туристов. Их встречает обширное городище, окруженное валом и рвом длиной более пяти километров, где расположены архитектурные памятники XIII–XIV веков, такие как Соборная мечеть, Восточный и Северный мавзолеи, Ханская усыпальница, Малый Минарет, Черная и Белая палаты, Ханская баня и многочисленные археологические объекты.

В рекламном буклете «Северная Мекка (Булгар)» пишут:

«Историко-археологический комплекс Болгар включен в список памятников Всемирного наследия ЮНЕСКО. Сегодня это место называют самым полным заповедником золотоордынской архитектуры.

Именно в Болгаре заложены основы татарской государственности, а в 922 году болгары официально приняли ислам и связали свою судьбу с культурой исламского мира».

«Приглашаем вас окунуться в древнюю культуру Волжской Булгарии, совершив незабываемое путешествие на теплоходе, названном в честь страны наших предков — «Булгария», — зазывали рекламные буклеты и проспекты, упоминая, между прочим, и о том, что прогулочное пассажирское судно полностью соответствует всем современным требованиям безопасности. Реклама была яркой и убедительной. «Всего два дня на воде — а сколько впечатлений!»

Город Болгар, Республика Татарстан

И вот 9 июля семья поднимается по трапу на борт теплохода. Семилетний Славик еще никогда не путешествовал на корабле и восхищенно смотрел по сторонам, крутил головой. И вдруг — споткнулся о ступеньку трапа и упал, до крови содрав кожу на коленке.

— Ты не спотыкайся, малыш, это недобрая примета, — лениво заметил матрос, стоявший у борта.

Славик потер коленку, поскорее смахнул накатившиеся слезинки и поспешил на теплоход вместе с папой, мамой и сестренкой. На слова о плохой примете он не обратил внимания, поглощенный новыми необычными впечатлениями.

А между тем у его папы появилось нехорошее предчувствие. И не только потому, что маленький сынишка споткнулся и упал. Валерий в приметы не очень-то верил, как большинство современных людей. Но что-то внешний вид теплохода (точнее — дизель-электрохода, как было официально указано в буклете) не слишком соответствовал радужным ожиданиям пассажиров. Грязь на борту и на палубе. Члены экипажа — заспанные, с помятыми лицами, наряженные в какие-то замызганные «треники». От некоторых даже перед отплытием спиртным попахивало. Капитану и его старшему помощнику, похоже, до дисциплины на борту дела нет. Да и вообще судно вблизи производило впечатление старого и убогого, построенного в давние времена. Совсем не та картинка, которая была нарисована на рекламном буклете. Но предаваться невеселым размышлениям было некогда — нескончаемый поток веселых пассажиров, предвкушающих приятный «круиз выходного дня», вливался на судно. Вот мимо Валерия прошла молодая счастливая пара, судя по всему молодожены. Женщина с явными признаками беременности. И еще много других людей, вид которых был настолько безмятежным, что о плохом думать не хотелось. Кто-то из молодежи — а ее здесь было немало, пошутил насчет того, что, дескать, плывем на «Титанике», хорошо, что на Волге летом встречи с айсбергом опасаться не приходится.

Предаваться невеселым размышлениям было некогда — нескончаемый поток веселых пассажиров, предвкушающих приятный «круиз выходного дня», вливался на судно.

Когда спустились в каюту, Валерий все же поинтересовался у одного из членов команды — есть ли тут спасательные жилеты, ведь по правилам положено? Тот беспечно рассмеялся в ответ, иронически спросил — вы кататься на теплоходе хотите или экстримом на воде заниматься? Потом неопределенно махнул рукой на прикрепленный к стенке листок с очень мелким шрифтом — читайте, это инструкция, там все указано. Спасательных жилетов Валерий так и не нашел, а тут дочка Галочка запросилась на палубу, ей хотелось посмотреть отплытие и послушать музыку — теплоход отплывал под марш «Прощание славянки», как заведено на Волге.

Валерий забеспокоился бы гораздо больше, а может, и вообще сразу увел бы семью с этого корыта, если бы знал, что происходило вокруг этого судна всего несколько месяцев назад.

…25 марта 2011 года у «Булгарии» появился новый (очередной) субарендатор. Им стала предприниматель Светлана Инякина — высокая рыжеволосая женщина. Когда она брала судно в аренду, постаралась на этом максимально сэкономить. Ее сразу предупредили, что левый двигатель неисправен и для безопасной эксплуатации необходимо прежде всего поменять его на новый. Ну не для этого же Инякина приобретала «Булгарию», чтобы думать о какой-то там безопасности. Сезон короткий, надо срочно отбивать вложенные деньги. А тут лузеры лезут с какими-то советами и предлагают еще дополнительные затраты. «Достаточно и бэушного движка», — решает новый арендатор. Так на «Булгарии» вместо старого двигателя появляется по сути такое же старье с теплохода «Хирург Разумовский», который обошелся предприимчивой бизнесвумен гораздо дешевле. Он потом постоянно ломался — в том числе и незадолго до выхода в плаванье 9 июля 2011 года. В этот рейс до Болгар и обратно, который стал, кстати, восьмым по счету, судно ушло с одним работающим двигателем. Зато в документах было написано — проведен капитальный ремонт с заменой двигателя. По такому же принципу — «главное — прибыль, остальное — как-нибудь» — строилась и вся остальная эксплуатация теплохода.

Ну взять, например, набор и работу экипажа. Ни с кем из них не заключались трудовые соглашения, работники набирались без учета профессиональных знаний, зарплата в срок не выплачивалась. И еще один из важных факторов, влияющих на безопасность, — на судне был «недокомплект» персонала, из-за чего вместо трех смен люди вынуждены были меняться дважды за сутки.

Экономила хозяйка и на топливе. Как выяснит позже следствие, в тот трагический день, 9 июля 2011 года, «Булгария» вышла в рейс с уровнем топлива «ниже нижнего предела».

А за неделю до того, как судно двинулось в свое самое первое плавание, а это было за несколько месяцев до трагедии, Светлана Инякина приехала в Казанский отдел Ространснадзора, чтобы поблагодарить его начальника, Ирека Тимергазеева, с которым она была хорошо знакома. А благодарить было за что. Темиргазиев сумел предотвратить проверку сотрудниками Самарского отдела Речнадзора, которые просто бы запретили эксплуатировать по сути аварийное судно. Тогда даже у некоторых из его подчиненных это вызвало недоумение и негодование — как можно было без фактической проверки подписать разрешающие документы. На что их начальник коротко и жестко сказал: «Не суйтесь не в свое дело!»

Владислав Семенов

А еще раньше начальник отдела Ространснадзора вызвал своего подчиненного — инспектора Владислава Семенова — и сказал ему, что надо провести предлицензионную проверку теплохода «Булгария» «в самые короткие сроки и заключение должно быть положительным». Несмотря на вялые попытки возразить, заключение было сочинено не выходя из кабинета.

Удалось Инякиной найти общий язык и со старшим экспертом Камского филиала Российского речного регистра Яковом Ивашовым. Он одним росчерком пера разрешил эксплуатацию «Булгарии» в текущем, 2011 году, выдав хлипкому суденышку пропуск на долгое плавание по волжским просторам.

Если бы люди, которые в тот день заходили на палубу этого обреченного на катастрофу теплохода, знали хоть малую часть правды о «Булгарии», вряд ли нашлись бы добровольные самоубийцы. Да и экипаж, от которого изрядно несло спиртным, наверняка знал, что рискуют каждый раз, выходя в плавание. Может, только алкоголь и делал их такими беззаботными. Это как раз к таким случаям народ придумал поговорку: «Пьяному море по колено».

Итак, все экскурсии закончились, и после ночи в Болгаре предстоял путь домой — обратно в Казань. То трагическое утро 10 июля выдалось ветреным. Волны бродили по речной глади, волновали ее, предвещая шторм. «Булгария» отходила от причала города Болгар.

То трагическое утро 10 июля выдалось ветреным. Волны бродили по речной глади, волновали ее, предвещая шторм.

Валерий и Людмила стояли на палубе вместе с детьми. Мужчина заметил, что судно вроде бы кренится на правый борт. Опять попытался заговорить об этом с матросами, но те отмахивались — обычное дело, отойдем подальше от берега, там выровняемся. Их, как заметил Валерий, вообще ничего не беспокоило — ни то, что в каютах иллюминаторы не закрываются, ни то, что путь назад займет больше времени, чем ожидалось, — пассажирам уже сказали, что в Казани они будут не в семь вечера, как планировалось, а не раньше девяти. А почему позже — не объясняли. Ну не скажешь ведь пассажирам, что, кроме всего прочего безобразия, из строя окончательно вышел тот самый левый двигатель, на котором сэкономила хозяйка.

Между тем погода все ухудшалась — начался дождь. Казавшиеся большими волны перешли в штормовые. Теплоход обреченно плыл все дальше вглубь Куйбышевского водохранилища и все ближе к своей погибели. И хотя берега казались близкими, до них на самом деле было уже далеко — не менее трех километров. Вскоре вовсе заштормило. Многие стали спускаться в каюты, чтобы там провести остаток «незабываемого путешествия». Что ж, в такую погоду самое время поспать, набраться сил во сне.

Тут как раз детей позвали в музыкальный салон — там для них устроили представление. Звуки веселой музыки разнеслись над качающимся старым судном, над бушующими волжскими волнами, разгоняя тоску и печаль.

— С музыкой тонуть веселее! — опять сострил кто-то из студентов.

Галочка и Славик тоже попросились в салон, куда побежали почти все ребятишки, что были на борту. Людмила отвела их туда и вернулась к мужу. В каюту спускаться не хотелось. Что там делать? Тесно и скучно. Супруги решили остаться на палубе, в числе немногих понаблюдать за разыгравшейся речной стихией. Тем более что козырек палубы закрывал от дождя и ветра.

Было примерно половина второго часа пополудни, когда среди пассажиров возникло беспокойство. Крен на правый борт все усиливался, становился угрожающим. Вдруг кто-то снизу крикнул: «Вода в иллюминаторы льется! Где капитан? Куда он смотрит?»

Вдруг все сразу забегали, заметались. Теперь уже кричали, что вода в трюме, что теплоход тонет. Валерий и Людмила бросились к музыкальному салону, туда, где были их дети. Но к нему было невозможно пробраться — обезумевшие родители всех детей, плывущих на судне, рвались в ту же сторону, и возникла давка. И тут стало ясно, что теплоход переворачивается.

Казалось, что это длилось вечность, но на самом деле — прошло чуть больше 3 минут. Этим и объясняется, что мало кто успел сообразить, что делать. Валерий держал жену за руку, когда палубу накрыла огромная волна и все очутились в воде. Крики оглушали, вода лилась в открытые рты людей. А над гибнущим судном разливались волны музыки. Безобидная шутка студентов оказалось пророческой, и «Булгария» под музыку шла ко дну вместе с пассажирами.

Схема следования теплохода «Булгария»

Валерий пришел в себя на плоту. Как туда попал, не помнил, видимо, кто-то помог, вытащил из воды. Первая мысль — где жена, где дети? Сначала никто на него не обращал внимания, потом стали успокаивать, говорили, что все отыщутся, вот только до берега надо добраться. Появились очертания подходящего к плотам и шлюпкам судна. Вскоре стала различима надпись на борту — «Арабелла».

Жену Валерий увидел — она была в беспамятстве. Ее вместе с другими сильно пострадавшими на берегу отправили в больницу. А где дети? Где Галочка, Славик? Все, что осталось в его памяти, — они были там, где играла музыка, а он не успел их спасти…

Через несколько дней их найдут. Там, в музыкальном салоне, откуда почти никто из детей так и не выбрался. Они умирали в волжской воде под веселую танцевальную музыку. Из сорока детей, пустившихся в «незабываемое путешествие» на прогулочном судне «Булгария», в живых остались только одиннадцать.

Они умирали в волжской воде под веселую танцевальную музыку.

С того страшного дня с дождем и штормовыми волнами прошло целых три года. Как прошли? Валерий и Людмила не любят говорить об этом. Но они нашли в себе силы жить. И не только жить самим, но и дать жизнь двум сыновьям-погодкам. Старшего, которому уже почти два годика, назвали Славиком в память его погибшего братика. Три года спустя супруги, вместе с новыми детьми, приходили к зданию Московского районного суда в Казани и ждали, когда будет вынесен приговор тем, по чьей вине они потеряли детей, которых никогда не забыть. Рядом с ними стояли люди, потерявшие близких в «круизе выходного дня» в июле 2011 года. Они верили в то, что справедливость все же восторжествует. Хотя никого из погибших этим уже не воскресить.

Трагедия «Булгарии» потрясла весь мир.

12 июля 2011 года было объявлено в России днем общенационального траура по погибшим на Волге. По всей стране были приспущены государственные флаги, телерадиокомпаниям и учреждениям культуры было рекомендовано отменить развлекательные и увеселительные программы, передачи и мероприятия.

Между тем далеко не все из тех, кто обязан был по роду своей деятельности отвечать за безопасность пассажирских перевозок в том районе, где погибла «Булгария», испытывали чувство вины и раскаяния. Вот, например, как генеральный директор ОАО «Судоходная компания «Камское речное пароходство» Валерий Незнакин на следующий же день после крушения теплохода отреагировал на трагедию: «В данном случае за гибель пассажиров мы несем не юридическую, а лишь моральную ответственность».

То есть вроде как бы виноват, но… но только по-человечески. Очень похоже на отмазку. Я не я и лошадь не моя. Но по-человечески жалко.

А директор ООО «АргоРечТур», субарендатор погибшей «Булгарии» Светлана Инякина, и вовсе заявила разыскавшим ее журналистам: «Все в порядке было с теплоходом и по регистровым документам тоже, в технически годном состоянии был теплоход. Это просто штормовое предупреждение и сильный ветер. В шторм попали, и залило трюмы».

Это сказала мать двоих детей. Для нее «все было в порядке». Вроде бы виноваты ветер, шторм, хорошо еще не свалила на пассажиров, которые плавать не умеют…

Представляете, если бы следователи руководствовались объяснениями таких чиновников и бизнесменов?! Или серьезно относились к их публичным выступлениям?! Тогда ветер да небесные силы и были бы вечными ответчиками. Но мы-то с вами уже немного знаем, что происходило с судном и его экипажем и до трагедии, и в тот роковой день. На беду Инякиной, следователи с иронией относятся к таким заявлениям, а верят только фактам, поэтому, к ее удивлению, сразу после «трогательной» встречи с журналистами она была задержана и арестована.

Светлана Инякина

Беспрецедентное расследование

Практически с самого начала по указанию председателя Следственного комитета Александра Бастрыкина дело было передано в Центральный аппарат Следственного комитета России. Следственная группа прибыла на место катастрофы уже 10 июля. В тот же день возбудили первое уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 263 УК РФ.

Ч. 2 ст. 263 УК РФ — нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта и метрополитена лицом, в силу выполняемой работы или занимаемой должности обязанным соблюдать эти правила, повлекшее за собой крупные человеческие жертвы.

Через два дня, 12 июля, как раз в день всероссийского траура, возбудили еще одно уголовное дело, уже в отношении конкретных лиц — субарендатора судна Светланы Инякиной и эксперта Российского речного регистра Якова Ивашова по части 2 статьи 238 УК РФ. Затем было возбуждено еще несколько уголовных дел — впоследствии их объединили в одно.

Ч. 2 ст. 238 УК РФ — выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, а равно неправомерные выдача или использование официального документа, удостоверяющего соответствие указанных товаров, работ или услуг требованиям безопасности, что привело к человеческим жертвам.

Окончательно установить причину затопления судна можно было только по результатам судебной комиссионной судоводительской и инженерно-технической экспертизы, которая была незамедлительно назначена следствием. Тем временем в прессе появилась информация со ссылкой на некоего анонимного источника о том, что крушение «Булгарии» произошло по причине получения пробоин. Даже якобы Средне-Волжским филиалом Российского речного регистра было проведено освидетельствование теплохода. Ясно было, что это был провокационный вброс дезинформации. Такими нехитрыми приемами пользуются подозреваемые и их адвокаты и те, у кого горят пятки. Пока журналисты выдвигали свои версии, следователи приступили к работе с этим беспрецедентным по своей сути уголовным делом.

Начались работы по подъему затонувшего теплохода, который подняли и затем поместили в сухой док, где подвергли тщательному осмотру.

Работы по подъему теплохода «Булгария»

Теплоход «Булгария» в сухом доке

Параллельно велась работа на берегу, допрашивались арендаторы, субарендаторы, изымалась вся документация. Расследование уголовного дела поручили старшему следователю по особо важным делам Главного следственного управления Рустаму Габдулину. Он многое повидал в своей следственной карьере. Но даже спустя 5 лет он вспоминает о «Булгарии» с несвойственной людям его профессии эмоциональностью. Причин тому много. Одна из основных заключается в том, что на тот момент в России не было аналогов такому уголовному делу. Учиться было не у кого, примеров в следственной практике не находилось, опыт расследования подобных катастроф отсутствовал. Приходилось все осваивать впервые — следователь испытывал чувства мореплавателя эпохи Великих открытий, которого на неизведанном пути поджидало множество трудностей, опасностей и неожиданностей.

Прежде всего — до расследования дела по гибели «Булгарии» практически всегда ответственность за любую трагедию и вообще за всякое происшествие на воде несли вовсе не владельцы и представители контролирующих государственных инстанций, а капитаны. Так повелось — за свое судно отвечает в первую очередь капитан.

При этом примеры приходилось искать, как уже говорилось, не в российской, а еще в советской следственной практике, в уголовных делах иной исторической эпохи, в событиях 1980-х годов, отделенных десятилетиями.

5 июня 1983 года на Волге потерпел крушение теплоход «Александр Суворов».

Аркадий Смолин, собственный корреспондент РАПСИ. 10 июля 2014 года писал об этом на сайте агентства в публикации «Катастрофы на воде. Вердикт по "Булгарии" как венец эволюции»:

«При ясной видимости, хоть и в сумерках, в 22 часа 45 минут, судно на предельной скорости 25 километров в час вошло в непригодный для крупногабаритного судоходства пролет железнодорожного Ульяновского моста. Удар срезал ходовую рубку и всю верхнюю палубу вместе с кинозалом. Число погибших, по разным данным, составило от 176 до более чем 300 человек». Такая неопределенность связана с тем, что теплоход был перегружен (кстати, как и «Булгария», об этом будет сказано дальше), а также с тем, что в советское время о пострадавших во время аварий старались сообщать приблизительно, чтобы не вызывать у населения паники.

«Эксперты пришли к выводу, — пишет далее Аркадий Смолин. — Что причиной катастрофы стали четыре фактора: халатность первого штурмана, халатность рулевого, отсутствие сигнальных огней на мосту, а также то, что на пролете, через которое судно пройти не могло, стояла будка путевого обходчика, напоминавшая своими очертаниями щит судового пролета. Кроме того, капитаны судов к тому времени уже несколько месяцев жаловались на аварийное состояние моста и прилегающего участка, однако железнодорожники так и не приняли необходимых мер.

Изучив все эти факторы, следствие решило возложить всю вину на капитана Владимира Клейменова, который во время столкновения отдыхал в каюте. Поскольку на капитане не было обнаружено телесных повреждений, а команда судна не проявила никаких признаков дисциплины после катастрофы, на него также была возложена ответственность и за самоустранение от спасения пострадавших. Клейменов был приговорен к десяти годам лишения свободы. На седьмом году заключения капитан «Александра Суворова» был освобожден по состоянию здоровья и через несколько месяцев умер от инфаркта.

Схожие обстоятельства сопутствовали «преступлению» Вадима Маркова, капитана парохода «Адмирал Нахимов», затонувшего в Черном море 31 августа 1986 года. Собственно его вина, за которую он был осужден на четыре года лишения свободы, заключалась в том, что капитан, задав обороты и курс судна, в 23 часа направился в свою каюту. На мостике остался второй помощник Чудновский, который обнаружил у выхода из порта Новороссийск опасное сближение с сухогрузом «Петр Васев». Он вышел на связь с ним и уточнил порядок расхождения, на что получил подтверждение, что сухогруз пропускает пароход.

В итоге «Петр Васев», успев лишь незначительно погасить скорость, вошел в середину правого борта парохода. По официальной версии, в результате катастрофы погибло 423 пассажира и членов экипажа. В марте 1987 года капитанов Вадима Маркова и Виктора Ткаченко («Петр Васев») признали виновными по статье 85 УК РСФСР («Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации транспорта»): первый получил четыре года, второй — десять лет лишения свободы. В ноябре 1992 года указами президентов Украины и России оба капитана были помилованы и выпущены на свободу.

Таким образом, вместо разбора и анализа всех причин, создавших предпосылки для возникновения трагедии, поиска ответственных, следствие в описанных выше случаях исходило из того, что во всем происходящем с судном на воде всегда виноват капитан — даже если он никак не мог совершить ошибку, находясь, например, в тот момент во сне».

В истории расследования уголовного дела по крушению «Булгарии» все было иначе. Следователи начали с нуля изучать основы судоходства и судовождения, принципы ремонта речных судов и условий их выхода в плавание. В результате был проделан колоссальный объем работы — изучено огромное количество документации, проведено более тысячи допросов, около трех десятков обысков и выемок в различных регионах России, наконец — более двухсот экспертиз различного уровня сложности. Самой сложной из них стала уникальная комплексная судоводительская и инженерно-техническая экспертиза, которая проводилась в течение восьми месяцев — с августа 2011 года по март 2012 года. Именно по ее результатам окончательно определился круг подозреваемых. Такая напряженная и скрупулезная работа, длившаяся около года, позволила следователям установить во всех деталях и подробностях причинно-следственную связь между противоправными действиями обвиняемых и трагической гибелью более чем сотни людей. При этом необходимо было полностью воспроизвести действия каждого, дать оценку этим действиям, сопоставить их с техническим состоянием судна.

Чтобы проверить всего лишь одно утверждение о замене испорченного двигателя, приведенное Светланой Инякиной в свою защиту, следователи решили провести следственный эксперимент. Для этого пришлось найти точно такое же судно, как «Булгария», и абсолютно такой же двигатель. Задача была не из простых, ведь такого старья не так много осталось. В результате аналогичный двигатель нашли на заводе в Волгограде. В течение пяти часов длился следственный эксперимент. Снимали старый и устанавливали новый двигатель, проверяя насколько это возможно практически сделать своими силами. Оказалось, что в этом показания были правдивыми. Двигатель действительно заменили, но на такой же старый и непригодный к эксплуатации, купленный по дешевой цене. И самое главное — Инякина и ее соратники пытались выдать это все за проведение капитального ремонта теплохода, который, кстати, должен проводиться только на специализированном предприятии. И такой проверке подвергалась каждая фраза, каждый довод, приведенный обвиняемыми во время следствия. И если сначала подозреваемые чувствовали преимущество в силу своего образования и рода деятельности, то потом могли и сами поучиться у следователей профессиональным тонкостям в области судоходства.

Как бы ни было сложно следователям практически экстерном постигать науку судоходства, как ни тяжело укладывать в единую логическую цепочку все собранные доказательства и улики, но все же самым трудным в этом расследовании, по мнению самих следователей, стала работа с потерпевшими — как с теми, кто пережил ужас крушения «Булгарии», побывав в аду, так и с теми, кто в результате этой катастрофы потерял своих близких. Во время бесед и допросов эти люди заново переживали кошмар, который им очень хотелось забыть, выбросить из своей памяти. Практически у всех из них врачи констатировали различные формы психического расстройства — острую реакцию на стресс, тревожно-депрессивное состояние и другие признаки, меняющие восприятие жизни и окружающего мира. И следователи должны были подобрать к каждому из несколько сотен человек свой подход, постараться понять, иногда выступить даже в качестве психотерапевта. Все это требует неимоверных сил, психологических прежде всего. Ведь, с одной стороны, в ходе допроса нужно как можно больше получить информации, а с другой — не ухудшить и так тяжелое состояние психики потерпевших. Постепенно, шаг за шагом восстанавливалась картина трагедии, к которой привели погоня за наживой, халатное отношение к своим обязанностям и полное равнодушие к судьбам людей, оказавшихся заложниками ситуации. «Булгария» в таком техническом состоянии попросту не должна была выходить в рейс. Судно не могло быть допущено к эксплуатации. Но в море алчности нет берегов…

Во время бесед и допросов эти люди заново переживали кошмар, который им очень хотелось забыть, выбросить из своей памяти.

К началу августа 2011 года следствие, проделав огромную работу в короткий срок, смогло озвучить первые выводы, в том числе предварительную версию — крушение пассажирского судна было вызвано непригодным техническим состоянием теплохода, неисправностью двигателя, систем радиооповещения, неполным укомплектованием средствами спасения, а также превышением нормы заполнения судна пассажирами и членами команды (201 вместо положенных 156). Еще раз повторю, это была предварительная версия — по первоначальному комплексу следственных действий. Для того чтобы убедиться в этом однозначно, чтобы установить точную причину затопления теплохода и выяснить все мельчайшие детали, были назначены комиссионные судоводительская и инженерно-техническая экспертизы.

Но еще до окончания экспертизы полученных следствием данных было достаточно, чтобы предъявить обвинение главе компании-субарендатора затонувшего теплохода «Булгария» Светлане Инякиной и старшему эксперту Камского филиала Российского речного регистра Якову Ивашову. Потерпевшими признали более двухсот человек.

Удалось восстановить как долгую историю затонувшего судна, так и полную картину произошедшей 10 июля 2011 года трагедии.

10 июля 2013 года агентство «РИА Новости» опубликовало материал «Теплоход «Булгария»: характеристики и история судна» на оснвое открытах источников. В нем, в частности, указывалось:

«Булгария» — речной круизный двухпалубный дизель-электроход — была построена в 1955 году на судоверфи Narodny Podnik Skoda в городе Комарно на территории тогдашней Чехословацкой Социалистической республики, нынешней Словакии.

Длина судна — 80,2 метра, ширина — 14 метров, осадка — 1,9 метра, скорость хода — 20,5 километра в час, два двигателя 6NVD48 (дизельный четырехтактный бескомпрессорный реверсивный) мощностью 400 лошадиных сил каждый. Корабль был рассчитан на 140 пассажиров, максимальная пассажировместимость составляла 233 человека.

Первоначально корабль имел, кроме одно-, двух- и четырехместных кают, также шести- и восьмиместные, но в процессе эксплуатации каюты большой вместимости были переоборудованы.

На судне были два ресторана, бар, музыкальный салон, открытый солярий, медицинский пункт.

При постройке дизель-электроход получил название «Украина», в феврале 2010 года был переименован в «Булгарию» в честь Волжской Булгарии.

До 1962 года судно принадлежало Волжскому пароходству (порт приписки — Горький, ныне Нижний Новгород), затем было передано в Камское речное пароходство (в настоящее время — ОАО «Судоходная компания «Камское речное пароходство»).

В 1986 году корабль использовался как плавучая гостиница для ликвидаторов и строителей саркофага над аварийной Чернобыльской АЭС. После окончания работ «Украину» («Булгарию») в числе других наименее зараженных судов вернули в эксплуатацию.

До 2003 года судно эксплуатировалось в Перми различными турфирмами. В 2003 году «Камское речное пароходство» по экономическим причинам отказалось от использования дизель-электрохода, и несколько лет в законсервированном виде он стоял в доке. В 2006 году корабль прошел доковый ремонт, в 2007 году его вновь спустили на воду.

Каждый год, начиная с 2007-го, у теплохода был новый арендатор.

В 2011 году корабль был арендован ООО «Бриз», которым в июне 2011 года бъл сдан в субаренду казанской компании ООО «АргоРечТур» (Татарстан).

Судно ходило по водохранилищам и крупным озерам бассейна реки Волги (в том числе по реке Каме), выполняя туристические (прогулочные) рейсы.

Срок эксплуатации дизель-электроходов типа «Булгарии» не превышает 20 лет, более длительная эксплуатация судна возможна только при условии постоянного ремонта и модернизации. В реальности же такой капитальный ремонт производился в последний раз в 1980 году. То есть, представляете, судно не проходило ни одного серьезного ремонта фактически более 30 лет.

Жадность. Цинизм. Изворотливость

Тем временем следствие продолжало выявлять все новых и новых лиц, причастных к аварии. В суд направили ходатайство об аресте начальника казанского линейного отдела Волжского управления (ВУ) Государственного морского и речного надзора (Госморречнадзор, подразделение Ространснадзора) Ирека Темиргазеева, а также бывшего (он был уволен 18 июля) главного государственного инспектора этого отдела Владислава Семенова. 17 августа суд санкционировал их арест. Обоим на тот момент уже предъявили обвинения по части 3 статьи 293 УК РФ (халатность, повлекшая по неосторожности смерть двух или более лиц).

Следователь установил следующее. В мае 2011 года гендиректор компании «АргоРечТур» Светлана Инякина, арендовавшая «Булгарию», подала в Волжское управление заявку на получение лицензии. О том, что было дальше рассказал корреспондент газеты «Коммерсант» Андрей Смирнов в публикации «Суда типа «Булгарии» должны списываться и идти на кладбище» в № газеты от 8 августа 2011 года: «Предлицензионную проверку поручили Владиславу Семенову. В целях объективности проверку должна была проводить комиссия из трех представителей Ространснадзора, в состав которой, помимо Владислава Семенова, вошел Темиргазеев.

В акте проверки они указали наличие всех необходимых документов на «Булгарию», но, как установило следствие, это не соответствовало действительности. Так, не был в то время продлен акт ежегодного освидетельствования судна, который был выписан даже не на «АргоРечТур», а на другое юрлицо. Также не был продлен необходимый для получения лицензии договор на информационно-навигационное обслуживание. Вскрылся еще один любопытный факт: Инякина предоставила в казанский линейный отдел копию диплома об окончании Казанского речного техникума на имя некоего Мочкаева, а также договор с ним, по которому он выступил заместителем директора по эксплуатации «Булгарии». Однако, как установило следствие, этот диплом в реальности был оформлен на имя другого человека, а сам он никакого договора не подписывал. Иначе говоря, у нее работал человек, который отвечает за безопасность, не имея при этом никакого отношения к судоводительству.

По акту проверки «АргоРечТур» мог получить лицензию, но госпожа Инякина почему-то не обратилась за ней в Волжское управление. Судно так и ходило без лицензии, и в этом, как сочло следствие, был виноват и Темиргазеев, который «не принял мер предупредительного характера, что и повлекло трагические последствия», как записано в обвинительном заключении».

По ходатайству следствия Темиргазеев и Семенов были арестованы.

Характерно, что ни тот, ни другой так своей вины и не признали ни во время следствия, ни в суде. Ирек Темиргазеев заявил суду, что не считает себя виновным, поскольку, по его словам, «судов старше 30 лет вообще не должно быть, они должны списываться и идти на кладбище». При этом он постарался переложить всю вину на своего подчиненного Семенова, который непосредственно составлял акт, утверждая, что сам физически не мог «все охватить». В этом начальника отдела активно поддержал адвокат, заметив, что его подзащитному просто дали документ на подпись, а тот не усомнился в честности господина Семенова, с которым давно работал.

Сам судебный процесс характеризовался тем, что большинство из тех, кто оказался причастен к этой трагедии на Волге, понимая, что от ответственности уже не уйти, старались или переложить свою вину на других, или запутать следствие в лабиринте технических терминов и бюрократических решений, или вызвать к себе сочувствие рассказами о критическом состоянии своего здоровья или трудном положении семьи, а когда и это не помогло, то просто откровенно лгали. Исходя из практики расследования подобных уголовных дел крайне редко обвиняемые полностью признают свою вину на суде и уж тем более извиняются перед потерпевшими. Если прийти сегодня в любую колонию и поговорить с ее обитателями, то и там вы редко встретите виноватых. Кто бы то ни был — убийца, казнокрад, насильник, террорист или безобидный пьяница за рулем. Подавляющее большинство расскажут вам трогательную историю о том, как его осудили за преступление, которого он не совершал. Простой обыватель может в это поверить (на что, кстати, и рассчитывают обвиняемые и их адвокаты, настаивая на суде присяжных). Но для этого и есть следователь и прокурор в суде, поддерживающий обвинение от имени государства, чтобы остужать пыл особо изобретательных защитников, пытающихся ввести присяжных в заблуждение или надавить на их жалость. И это действует только тогда, когда у прокурора на руках железобетонные доказательства, добытые следователем, а точнее, их совокупность. И главный результат работы следствия в том и состоит, что именно такие доказательства представляются в суд.

Если прийти сегодня в любую колонию и поговорить с ее обитателями, то и там вы редко встретите виноватых.

Пытаясь доказать свою невиновность, а то и вовсе непричастность к произошедшей трагедии, Светлана Инякина тоже использовала все перечисленные приемы, присовокупив к ним в качестве виноватых еще и небесные и водные силы. Спустя годы Рустам Габдулин не переставал удивляться тому поразительному цинизму, с которым она держалась во время расследования уголовного дела. Не говоря уже о том, что она категорически не хотела признавать свою вину, она не подавала ни малейших признаков раскаяния и, конечно, не выражала никакого желания сотрудничать со следствием. Эта женщина держалась так, будто речь шла о каком-то пустяке, а не о гибели множества людей. Она настаивала на том, что от нее ничего не зависело в этой ситуации, во всем виноваты другие люди, а напоминания о том, как гибли пассажиры, как тонули дети на глазах родителей и родители на глазах детей, как родственники жертв катастрофы сходили с ума от горя, нисколько ее не трогали. Как это ни покажется диким, но она всю эту трагедию воспринимала как нечто второстепенное и незначительное. Крушение «Булгарии» потрясло и заставило содрогнуться от ужаса весь мир — но только не эту бизнес-леди. Складывалось впечатление, что этой женщине просто никого на свете не жалко. Она не скрывала, что намерена продолжить свое дело после освобождения из-под стражи. Она сидела на допросах с совершенно пустыми глазами, погруженная в какие-то свои размышления, и на следователя смотрела как на некоего назойливого приставалу, который мешает ей думать о важном и главном.

В июле 2012 года Инякина впервые дала интервью журналистам в качестве обвиняемой. Бывшая владелица «Булгарии» уже около года находилась в заключении, а родственники погибших на судне готовились отметить годовщину их памяти, еще раз вспомнить своих безвременно ушедших дорогих и близких людей.

В связи с этим появилось несколько материалов в СМИ, один из них — в газете «Комсомольская правда» от 5 июля 2012 года, его подготовил журналист Кирилл Шлыков.

В своем разговоре с представителями СМИ Светлана Инякина продолжала настаивать, что во всех бедах виноват экипаж судна и всех без исключения его членов, которым удалось выжить, надо привлечь к уголовной ответственности.

— Я еще в феврале 2012 года написала об этом письмо в Следственный комитет России. В нем я изложила свою позицию. Люди, которые были в тот день на «Булгарии», говорят, что экипаж был пьян. Они не исполняли своих служебных обязанностей.

Естественно, ее спросили: а кто же принял на работу таких речников?

— За набор команды отвечал капитан. Он приводил, или приходили люди сами, и он говорил, подходят они ему или нет. У меня были в подчинении люди, которые отвечали каждый за свой участок работы. Капитан вот набирал команду.

По ее утверждению, экипаж «Булгарии» оставил умирать людей на воде.

— Они (члены команды) попросту убежали. Свидетели утверждают то же самое. Плыли на плотах к берегу, а пассажиры в это время были в воде и ждали помощи.

Инякину спросили: знала ли она, что теплоход шел с креном?

— Это нормально. «Булгария» так выглядела всегда. Ничего криминального в этом нет. И в 2007-м она была такой. Все было хорошо.

Кроме того, была информация, что Светлана Инякина, узнав об ухудшении погоды, велела команде все равно выходить в плаванье, хотя можно было пересадить пассажиров на автобусы и отправить их в Казань. Это она, разумеется, тоже отрицала.

— Про автобусы я вообще первый раз от вас слышу. А выпустить теплоход в рейс я по определению не могу. Как это сделать?! Для этого есть диспетчерские службы. Да, мы созванивались с капитаном, и он сказал, что все нормально. Никаких проблем нет.

— Это мое. То, что я хочу и умею делать. Единственное, наверное, к людям буду уже не так добра. Надо быть стервой, чтобы «выжить» в этом мире. Я за последний год многое о себе прочитала, увидела, услышала. Чего только не наговорили. Обвиняли даже в алчности. Но это все неправда. Я всегда по-человечески относилась к тем людям, которые у меня работали. Помогала в трудной ситуации. Если нужно было уехать по личным делам, всегда отпускала. Деньги давала. После этого я много думала. Наверное главное, что я поняла, — не делай добра, не получишь зла.

Если не знать материалов уголовного дела, а просто послушать такую речь, то можно подумать, что это бедная, отзывчивая, щедрая и бескорыстная женщина. Но мы то с вами теперь все знаем. И самое страшное заключается даже не в том, что она себя оправдывает, а в том, что она сама верит в это. Про таких, наверное, говорят, что «у них-то совесть может и есть, но они ей никогда не пользуются».

Боливар не выдержал двоих

Возникали вопросы и по поводу самого судна «Булгария» — ведь за ним тянулся целый шлейф долгов. Зачем Светлана Инякина взяла его в аренду в таком состоянии, ведь это означало подписаться на кабальные условия? Никаких пояснений по этому поводу Инякина не дала — ни во время расследования, ни в ходе суда. Пришлось, как и во всем, восстанавливать картину по кусочкам, сопоставляя показания свидетелей и документы в деле.

ООО «Бриз», арендовавшее судно у владельца — ОАО «Судоходная компания «Камское речное пароходство», сдало его в субаренду Инякиной. По этому договору на субарендатора возлагались обязанности по ремонту судна под контролем Российского морского и речного регистра. Ставка аренды за судно была немаленькой — 1,6 миллиона рублей за одну навигацию с росписью платежей по месяцам. Об этом писала журналист газеты «Московский комсомолец» в Казани Лика Исаева в статье «Они утопили «Булгарию» 1 сентября 2013 года.

За свой счет Инякина должна была и отремонтировать судно для допуска к навигации, и обслуживать его в процессе. Опытные туроператоры от сомнительной сделки отказались. Инякина же захотела заработать и согласилась на все.

Первое время ей помогали родственники. Так, ее кузина Елена Китайгородцева вела бухгалтерию созданного Светланой ООО «АргоРечТур». В своих показаниях суду она рассказала о подлинном состоянии дел.

— Дела у компании «Престиж-тур Волга» (первая фирма, которой владела Светлана Инякина) шли не очень хорошо, — сказала следователю Китайгородцева. — Светлана тогда совместно с этой фирмой по договору фрахта арендовала теплоход «Украина». Потом уже судно получило название «Булгария». Так вот после той навигации за самарской фирмой-компаньоном, совместно с которой Инякина арендовала «Украину», остались долги. Инякина выступала поручителем самарской фирмы, поэтому долг размером более 1 миллиона рублей перешел на «Престиж-тур Волга». Так что по результатам навигации 2007 года «вышла в ноль».

Кстати, не улавливаете никаких аналогий с тем, что происходит с одноименным государством-соседом? Некогда новенькое судно, доставшееся по наследству от большой державы, переходило из рук в руки разным хозяевам, целью каждого из которых было только получение сверхприбыли любой ценой. И никто из этих временных хозяев никогда и не думал ни об экипаже, ни о пассажирах. Экипаж денег не получал, пил «горькую», а пассажиры, кто поумнее, вовремя сходили с судна. Те же, кто верил хозяину, с надеждой всматривались в горизонт, где им обещали счастье и благополучие. И только когда судно стало разламываться на части и пошло ко дну под веселый джаз куратора, стали о чем-то догадываться. И все-таки хочется надеяться, что наших соседей не постигнет участь судна «Украина-Булгария». Но я позволил себе маленькое лирическое отступление не случайно. К сожалению, люди ведутся на такие ситуации не только в повседневной жизни, но и в масштабах государства. Кто-то от безысходности, кто-то по наивности, а кто-то по глупости. Но люди не виноваты. Виноваты те, кто пользуется их наивностью, верой, а порой и, мягко выражаясь, недальновидностью.

Но вернемся к нашему расследованию. Получив в аренду «Булгарию», Светлана Инякина поставила ее на ремонт в пермский док. Работу поручила ООО «Светослава». Директор этой фирмы Виктор Шуткин признался следователю, что Инякина так и не оплатила ремонт.

— 25 мая 2011 года Инякина обратилась к нам с заявкой на ремонт «Булгарии». Мы посмотрели судно, составили смету ремонта. Всего на 156 тысяч рублей. Пришлось заменить левый вспомогательный двигатель — во время работ обнаружили трещину на коленвале. Сняли его со списанного судна и поменяли. Но денег за ремонт нам так и не перечислили.

Его показания подтвердил Александр Мефедовских, директор ООО «Пермский судоремонтный завод».

— Гендиректора «АргоРечТур» Светлану Инякину мы предупредили о том, что двигатель, который будет установлен на «Булгарию», уже был в употреблении, его сняли со списанного судна. Инякина пообещала оплатить стоимость всех ремонтных работ. Пообещала, но не сделала. Уже после того, как «Булгария» утонула, документы на оплату вернулись неподписанными.

Крен на «Булгарии» заметили давно. Выравнивали его просто — или закачивали дополнительное топливо, или не сливали фекальные воды. Накануне рокового рейса никто не стал вести очистные работы. Это стало известно в ходе следствия при внимательном изучении документов. Оказалось, что за прием хозяйственных и фекальных вод с «Булгарии» нужно было заплатить 740 рублей за тонну и 100 рублей за кубометр питьевой воды, да еще причальный сбор в речном порту Казани складывался из суммы в 12 рублей за каждый погонный метр судна. Выяснилось, что за причальный сбор, прием подсланевых вод и отработанного мусора, прием фекальных вод, пищевых отходов и сухого мусора и обеспечение питьевой водой необходимо было выплатить 30 559 рублей. На это также указывалось в упомянутой публикации журналиста Лики Исаевой.

Только представьте себе. Так и плавали с полупустыми топливными баками, но полными дерьма и мусора.

— Я спросил у боцмана: почему у теплохода крен? Он сказал, что это в пределах нормы. Я говорю: а почему так? Он говорит, потому что в одном баке есть бензин, а в другом нет, — признался следователю матрос Вячеслав Колосов.

Все члены экипажа в один голос заявляли о том, что Инякина не платила им зарплату, на все предупреждения о технических неполадках отмахивалась или проводила косметические ремонты. Дошло до того, что капитан Островский передал ей ультиматум: команда отказалась выходить в рейс из-за долгов.

— Да еще с прошлых навигаций Инякина должна была нам денег! Целых 136 тысяч рублей. Я за весь 2011 год получил 5 тысяч рублей, а должен был получить 60 тысяч. Она вечно кормила нас завтраками, — объяснял следователю первый помощник капитана Константин Пузанков. — Да, крен у теплохода был. У погибшего второго штурмана я узнал, что крен был с момента постройки и выравнивался топливом. По нормам топлива не хватало. На рейс Казань — Булгар 9 июля Инякина должна была дать нам 10 тонн топлива и одну тонну масла. В итоге мы ничего не получили. У меня оставалось топливо, на котором можно было съездить туда-обратно. Но если бы нам дали еще топлива, крен можно было бы снизить.

Яков Ивашов

Особое место в ходе расследования занял допрос свидетелей из Перми — работников завода, где ремонтировалась «Булгария», и сотрудников Камского филиала ФГУ «Российский речной регистр», где работал обвиняемый Яков Ивашов.

— Инякина пришла ко мне, сказала, что раньше эксплуатировала «Украину», что этот теплоход ей очень дорог, что решила продолжить этот бизнес. Я ее предупредил, что пароход достаточно сложный. Но Инякина сказала, что у нее есть люди, которые его подготовят, — говорил директор Камского филиала ФГУ «Российский речной регистр» Борис Кобелев. На вопросы следователя о том, имел ли Ивашов право не выдать разрешительные документы без наличия формуляра на двигатель, Кобелев ответил, что наличие формуляра обязательно и без него разрешительные документы выдать нельзя.

О том, как судно проверял после ремонта эксперт Яков Ивашов, следователю рассказал Константин Пузанков, присутствовавший во время приемки:

— Двигатели запустились со второго раза, немножко поработали. Их параметры проверили на холостом ходу и заглушили. Потом капитан сходил к Ивашову, принес уже подписанные документы. Ивашов сначала был в машинном отделении, потом проверил теплоход, принял его в эксплуатацию.

Несмотря на предупреждения членов экипажа, Инякина потребовала продолжить эксплуатацию судна.

— Мы в Казань из Зеленодольска уже на одном двигателе пришли, — говорил Пузанков. — Главный механик недоглядел уровень масла в левом главном двигателе, из-за чего он и сломался. Уже в Казани Инякина пригласила эксперта, он осмотрел двигатель и сказал, что его своими силами восстановить невозможно, судно нужно поставить на прикол. Но Инякина сказала нам: «Доработаем два рейса, сходим в Булгар, потом в Самару на одном двигателе, а потом посмотрим». С моей точки зрения, это было недопустимо. Пассажирскую эксплуатацию на одном двигателе производить нельзя!

Поломки для «Булгарии — Украины» были делом привычным. Про них вспоминали пассажиры рейсов, побывавшие на судне в навигации разных годов.

— Я ежегодно ездила в речные круизы вместе с группой инвалидов, сопровождая одну из больных, — вспоминала учитель-логопед Татьяна Февралева. — В одну из таких поездок — до Перми и обратно — 27 июня 2011 года я отправилась на «Булгарии». На корабле мне не понравилось, даже посуды толком не было, к тому же боцман и матросы были пьяные. Я их спрашиваю: почему вы выпиваете? А они отвечают: а вы знаете, в каких условиях мы работаем?! Пароход был в таком состоянии, что даже причалить в Казанском речпорту он не мог сам, его притягивали буксиром.

— Шли в Самару, сломался один двигатель, простояли на рейде часов шесть, пока ремонтировали, — добавила к этому экс-член команды Ширина. — Когда через некоторое время пришли в Тетюши, так там вовсе оба двигателя полетели! Только успели подплыть к берегу, оба дизеля вырубились, электрическое питание на судне отключилось. Пассажиров тогда домой отправляли автобусами. Кого в Самару, кого в Казань. Ремонтную бригаду вызывали из Казани.

Также во время следствия выяснилось, что ради разрешения на эксплуатацию и работу по туристическим маршрутам Светлана Инякина представила сомнительные документы. Для разрешения требуется, чтобы в компании, занимающейся пассажирскими перевозками на воде, были люди со специальным образованием. Среди сотрудников «АргоРечТура» таких не было, тогда пришлось вписывать «мертвых душ».

— Как в акте приемки оказались мои данные, понятия не имею! — говорил свидетель Хайруллин, директор Казанского пассажирского порта. — Я никогда зам. директора по эксплуатации флота «АргоРечТур» не был, данный акт сфальсифицирован. Как там могли оказаться данные моего диплома? В 2007 году я представлял Инякиной копию данного диплома для получения акта предлицензионной проверки теплохода «Украина».

Время шло, выяснялись все новые обстоятельства трагедии. Соответственно появлялись новые подозреваемые. Следствие установило и причастность старшего помощника капитана теплохода Рамиля Хаметова. Сам капитан Александр Островский, как известно, оказался в числе погибших. Тем не менее его вина была полностью доказана. Еще несколько лет назад уголовные дела прекращались еще на стадии предварительного расследования в связи со смертью подозреваемого. После внесения поправок в Уголовно-процессуальный кодекс только при согласии родственников дело может быть прекращено до судебного разбирательства. Дав свое согласие, родственники фактически признают вину погибшего в совершенном преступлении. При несогласии с прекращением у обвиняемого есть шанс на реабилитацию, если суд признает его невиновным. Но в данном случае в отношении капитана Островского был собран комплекс доказательств и суд признал его виновным, освободив от наказания в связи со смертью. А старшему помощнику было предъявлено обвинение в нарушении правил безопасности на водном транспорте. Он, как и другие члены экипажа, в тот роковой день был пьян, отмечали День речника. Гибель множества людей на фоне пьянства тех, кому были доверены их жизни, — это стало еще одним шокирующим штрихом в общей картине беды на воде Куйбышевского водохранилища. Старпом стал пятым обвиняемым по уголовному делу.

Гибель множества людей на фоне пьянства тех, кому были доверены их жизни, — это стало еще одним шокирующим штрихом в общей картине беды на воде Куйбышевского водохранилища.

Два года длилось расследование, потом еще год потерпевшие и обвиняемые знакомились с материалами.

Зная биографию судна с самой его закладки и до крушения, следователи провели реконструкцию крушения «Булгарии», восстановив все буквально по минутам.

Итак, в 13 часов 55 минут 10 июля 2011 года начавшаяся гроза со шквалистым ветром накренила теплоход, возвращавшийся из Болгар в Казань, на правый бок.

Несмотря на усилия капитана и экипажа, судно не смогло противостоять стихии и в считаные минуты затонуло в Куйбышевском водохранилище в трех километрах от берега в районе села Сюкеевский взвоз Камско-Устьинского района Татарстана на глубине 20 метров. Теплоход не дотянул до спасительной мели, к которой вел судно капитан, примерно 50 метров. Сигнал бедствия с «Булгарии» подать не успели, так как радиорубка была практически сразу же затоплена.

Из 201 человека, находившегося на борту, спаслись только 79. Погибли 122 человека, в том числе 29 детей. Люди, потерпевшие бедствие, находились на плаву на плотах, уцелевших плавсредствах и просто в воде рядом с ними.

Через некоторое время после крушения теплохода мимо спасшихся пассажиров прошло два грузовых судна — сухогруз «Арбат» и баржа с толкачом «Дунайский-66», капитаны которых не остановились, чтобы оказать помощь терпящим бедствие. В отношении них следствием было возбуждено уголовное дело по факту неоказания помощи терпящим бедствие и в 2012 году вынесен обвинительный приговор.

Спасшиеся после крушения «Булгарии» продержались в воде около двух часов, пока на помощь не подошел теплоход «Арабелла», который и спас оставшихся в живых людей.

Сразу после крушения началась поисково-спасательная операция, которая продолжалась 16 суток.

Основными причинами катастрофы дизель-электрохода «Булгария» явились невыполнение судовладельцем и капитаном судна требований безопасности, а также низкая квалификация и недисциплинированность экипажа. Непосредственной причиной затопления судна явилось существенное снижение его устойчивости в штормовых условиях в результате попадания забортной воды в помещения «Булгарии» через открытые бортовые иллюминаторы, что привело к возникновению значительного крена судна на правый борт и последующему затоплению его из-за дальнейшего поступления большого объема забортной воды в корпус судна с правого борта через главную палубу.

Самое сложное было доказать причинно-следственную связь между действиями всех причастных лиц и наступившими последствиями в виде гибели людей. И это, поверьте, гораздо труднее, чем по тому же самому убийству, когда и так понятно, что смерть наступила, предположим, в результате выстрела в голову. Сложность доказывания при расследовании таких дел, как крушение «Булгарии», в том числе и техногенных аварий, заключается в том, чтобы установить связь между действиями (бездействием) конкретных лиц и последствиями в виде смерти людей.

Мемориальный комплекс в Республике Татарстан в память о жертвах крушения речного теплохода «Булгария»

Тем временем в Казани открылся мемориал в память произошедшей трагедии. Он стоит на высоком берегу Волги, включает в себя часовенную церковь, мечеть и стену памяти с именами погибших пассажиров и членов экипажа «Булгарии» на центральной площади комплекса.

В СМИ указывали, что в открытии мемориала приняли участие сотни человек — родные, близкие погибших, те, кто выжил в страшном кораблекрушении, сотрудники МЧС, члены экипажа теплохода «Арабелла», спасавшие пассажиров «Булгарии», руководители региона, советник президента и полномочный представитель президента РФ в ПФО.

Участники церемонии почтили память жертв трагедии минутой молчания, со стороны Волги прозвучал протяжный корабельный гудок. Все просили прощения за то, что случилась такая страшная беда. Кроме ее главной виновницы.

«Булгария» утонула задолго до крушения»

Рустам Габдулин произнес эту фразу, когда дело уже готовилось к направлению в суд. Он вспоминал, как страшно ему было слушать показания пассажиров последнего рейса злополучного теплохода — они рассказывали, как пытались вытащить из покрытой мазутом воды жен, детей, как ботинками вычерпывали воду из прохудившихся плотов и как пытались докричаться до прошедших мимо судов. Но еще ужаснее было осознавать, что этих людей — женщин и мужчин, детей и стариков — обрекли на смерть еще в тот момент, когда они приобретали билеты на «круиз выходного дня». Еще до того, как они поднялись на борт, до того, как поплыли в Болгар. Потому что судно, которому они доверили жизни свои и своих близких, уже давно стало потенциальной братской могилой.

Ужаснее было осознавать, что этих людей — женщин и мужчин, детей и стариков — обрекли на смерть еще в тот момент, когда они приобретали билеты на «круиз выходного дня». Судно, которому они доверили жизни свои и своих близких, уже давно стало потенциальной братской могилой.

В материалах уголовного дела содержались ответы на вопросы о том, каким образом этот разваливавшийся теплоход стал средством наживы, переходя из руки в руки и успешно минуя все проверки.

Корреспондент газеты «Московский комсомолец» Лика Исаева в публикации «Они утопили «Булгарию», вышедшей в номере газеты от 1 сентября 2013 года, рассказала о переживаниях тех, кого коснулась эта трагедия. На тот момент со времени крушения прошло уже более двух лет.

Но для тех, кто выжил в катастрофе, и для родных тех, кто не выжил, время остановилось на отметке 13.55 — столько показывали судовые часы, когда в них залилась волжская вода.

Лилия Салахиева говорила следователю и потом повторила в суде, что уволилась из справочной 09, где раньше работала. Каждый раз, когда ее просили назвать телефон речного порта, ей становилось плохо, и выговорить этот номер она не могла.

За две недели до гибели «Булгарии» эта женщина написала на своей страничке в соцсетях радостное сообщение: «Я уже теща! А скоро буду бабушкой!»

Путешествие в город Болгар на теплоходе «Булгария» стало свадебным подарком родственников для ее единственной дочки Лейсан и зятя. Молодые ждали ребенка — исследование УЗИ показало, что у них будет сын, — и чувствовали себя невероятно счастливыми.

После крушения «Булгарии», потеряв единственную дочь вместе с не успевшим родиться внуком, Лилия Салахиева стала всегда носить с собой черно-белый распечаток снимка УЗИ — это все, что осталось у нее на память о несбывшемся счастье.

Ринат Шакиров — один из тех, кто был спасен после аварии. Он нашел в себе силы для разговора со следователем, но, когда дело дошло до суда, не смог туда явиться — это означало бы еще раз пережить тот кошмар, который его не отпускает. Показания Рината в суде зачитывались в его отсутствие. Он ушел в религию, бросил работу.

Гульнара Назарова отправилась в круиз вместе с 9-летним сыном Русланом. Маму спасли, а сына — нет. Он остался в музыкальном салоне. Гульнара работала на заводе, с которого в рейс на «Булгарии» поехали 38 человек. Вернулись назад всего 15.

— Мы заметили, что «Булгария» была низко посажена: иллюминаторы едва виднелись над водой, — говорила Гульнара следователю. — Экипаж был неопрятный, без униформы. Каюты в ужасном состоянии, окна подпирали какие-то палки. Наши были в шоке, но тактично промолчали. Сейчас понимаю: нам надо было бежать оттуда. Мы не были пьяными, как заявляла потом в интервью Светлана Инякина. Зато экипаж еле держался на ногах! В первый день в кают-компании я встретила рулевого. Он еле стоял на ногах и еще сказал мне: «Красавица, я бы сам с тобой потанцевал, но я уже никакой, а мне надо заступать на работу, я рулевой». В 2–3 часа ночи 9 июля началось самое интересное: команда праздновала что-то (2 июля празднуется День речника).

На следующий день нас пригласили на прогулку в Булгар. После прогулки погода сильно ухудшилась. Аниматоры позвали детей в детскую комнату на праздник, я отправилась с сыном туда. Малыши играли, но вдруг началась суматоха, забежала женщина и начала кричать: «Закрывайте иллюминаторы!» Взрослые бросились в каюты. Я бежала по коридору. Из закрытых дверей хлестала вода. Началась паника. У меня каюта была в другом конце теплохода от детской комнаты. Кто-то крикнул: «Мы тонем!» Увидела толпу бегущих детей. Ко мне подбежал мой сын Руслан, теплоход стал заваливаться, ребенок кричал: «Я боюсь!» Я стала надевать на него жилет, тут потух свет, как на «Титанике», люди облепили рекреацию, мы падали на лестницу спинами. В открытую дверь упал мужчина, мы упали сверху на него. Он открыл окно, и оттуда хлынула вода. Она за секунду наполнила каюту, я ударилась головой, потеряла сознание. Детей утащило вниз. Я всплыла, меня вытолкнуло. В 10 метрах примерно сидел на какой-то посудине член экипажа. Я тянула к нему руку и шептала: «Помоги, помоги». Он протянул руку. Спасенных рвало водой с мазутом, люди кричали: «Отплывайте, сейчас воронка засосет!» Была каша из людей. Когда поняли, что никто больше не всплывет, я увидела, что наше «плавсредство» протекает. Воду вычерпывали кроссовками. Мы не могли зажечь файеры: все было в мазуте, боялись сгореть. Только через два часа нас подобрала «Арабелла».

— Кто-то из членов команды помогал вам и другим спасаться? — спрашивал следователь.

— Их действия не были похожи на действия команды. Это был сброд пьяных, которые спасали только себя, — пылко ответила Гульнара Назарова.

Надо заметить — не только себя. Кто-то из вы¬живших во время допроса вспомнил, что обнаружил на одном из плотов спасенную диджейскую аппаратуру.

Все, кто давал показания во время расследования и затем выступал в суде, рассказывая о своем впечатлении от судна, отмечали, что «Булгария» производила удручающее впечатление: грязные помещения, недоукомплектованные спасательными средствами каюты, несоответствие заявленного комфорта реальному, плохое питание и бросающаяся в глаза ветхость судна и разнузданность экипажа.

Неожиданные подробности действий экипажа сразу после кораблекрушения всплыли во время допроса одного из пассажиров — Руслана Косанова. В ту поездку он отправился вместе со своей беременной женой Айгуль и друзьями, среди которых была и Лейсан, дочь Лилии Салахиевой. Обе молодые женщины, ждавшие детей, погибли.

— У меня было две стычки с членами экипажа, — сказал Руслан. — Когда я начал успокаивать людей, связывать плоты, чтобы держаться всем вместе (на некоторых было очень много народу, а на других по 1–2 человека), один из членов экипажа накричал на меня: «Тебе что, больше всех надо? Успокойся!» А другой пригрозил ударить меня веслом и бросить за борт. Он и потом угрожал мне. Недели через две, когда мы с ним встретились в прокуратуре, я его спросил: «Что же ты не дал сигнал SOS? Не предупредил о бедствии?» В ответ он начал мне угрожать расправой, — признался Косанов.

Был момент, когда следователь, не выдержав, спросил:

— Неужели никто не отказался от поездки, видя, в каком состоянии была «Булгария»?

— Нас словно что-то ослепило, — ответила ему Фарида Шагеева, одна из тех, кто выжил. — Думали, одну ночь можно потерпеть.

Вот цитата из журналистского материала Лики Исаевой:

«Дело «Булгарии» — показательное во всех отношениях. В России малым бизнесом, связанным с обслуживанием населения, очень часто занимаются люди, которыми движет лишь одна цель: разбогатеть любой ценой. Они залезают по самую макушку в кредиты, привлекают к общему делу мужей, жен, бабушек и дедушек, суют взятки направо и налево, чтобы кафе кормило, парикмахерская стригла, а теплоход плавал. И в этой погоне за наживой забывают о самом главном — о качестве услуг. И вроде бы уже всем вокруг понятно: в этом кафе можно отравиться, в парикмахерской — подхватить вшей, на теплоходе — утонуть. Но граждане все равно пользуются услугами фирм и фирмочек. Каждый из них думает: уж со мной-то ничего не случится. А хозяин с таким же тупым упорством подвергает риску своих клиентов. Он живет только одним днем — днем, когда можно заработать».

В России малым бизнесом, связанным с обслуживанием населения, очень часто занимаются люди, которыми движет лишь одна цель: разбогатеть любой ценой.

Ну, что ж, коль сможете, живите…

6 мая 2013 года Московский районный суд Казани приступил к рассмотрению дела. Дело о крушении теплохода слушалось больше года. Объем составил 96 томов. Были допрошены около 200 потерпевших, более 100 свидетелей. Проведено более 250 различных экспертиз, в том числе комплексная судоводительская инженерно-техническая судебная экспертиза, которая проводилась с августа 2011 по март 2012 года в Волжской государственной академии водного транспорта.

6 марта 2014 года суд был отложен для проведения повторной судоводительской и инженерно-технической экспертизы. На этом настаивали обвиняемые. Провести ее было поручено сотрудникам Санкт-Петербургского государственного университета морского и речного флота имени адмирала Макарова.15 апреля в Московском райсуде Казани были оглашены результаты повторной экспертизы. Согласно ее выводам, к аварии привела совокупность фактов: неготовность судна к плаванию как по техническому состоянию, так и по уровню подготовки экипажа, несоблюдение требований и правил безопасности судоходства командой, судовладельцем и контролирующими органами по подготовке судна к плаванию. Вторая экспертиза также полностью подтвердила выводы следствия о том, что «Булгария» была непригодна к выходу в навигацию в 2011 году.

25 апреля в ходе прений сторон прокурор потребовал для обвиняемых реальных сроков наказания в виде лишения свободы от 6 до 14,5 года. Самый длительный срок, по мнению гособвинения, заслужила Светлана Инякина.

Рамиль Хаметов

Приговором суда Светлана Инякина получила 11 лет лишения свободы с отбыванием срока в колонии общего режима. Обвинение просило для Инякиной наказание в виде лишения свободы на 14,5 года. Старший эксперт камского филиала Российского речного регистра Яков Ивашов, посчитавший, что «Булгария» может выйти в рейс, получил пять лет лишения свободы. Начальник Казанского отдела Ространснадзора Ирек Темиргазеев получил 6 лет лишения свободы с отбыванием срока в колонии общего режима. Главный государственный инспектор Казанского отдела Ространснадзора Владислав Семенов приговорен к пяти годам заключения с отбыванием срока в колонии общего режима. Старший помощник капитана судна «Булгария» Рамиль Хаметов приговорен к 6,6 года заключения в колонии общего режима. Хаметов — один из немногих, кто выбрался из тонущей «Булгарии» живым.

Сначала хотел в конце главы сделать какие-то выводы из этой трагедии, но тут мне случайно попались строчки неизвестного автора, посвященные этой трагедии на Волге. Лучшего постскриптума не придумать…

Не терпит море разгильдяев,

Не терпит, впрочем, и река…

И неумех, и негодяев

Подстережет наверняка.

Подстережет и вмиг накажет,

Накажет так, чтоб навсегда.

Не даст и шанса выплыть даже,

Она ведь мстительна, вода.

Ну, ладно тех, кто виноваты,

Ну, ладно тех, кто пренебрег…

Тут справедливо, час расплаты

Волны поставил поперек…

А вот за что детей и женщин

На это ржавое корыто?

Где все из дырок и из трещин,

Где что не сгнило, то разбито…

Зачем переться в шторм, скажите?

А я скажу… Все из-за денег.

Ну, что ж, коль сможете, живите…

Он не для всех был близко… берег.

Забыв о чести и о долге,

Проходят рядом теплоходы…

Подлец, кто мимо плыл по Волге,

И кто подсчитывал доходы.

(Автор неизвестен)

Глава 4

Бонни и Клайд подмосковного розлива

(о расследовании одной из крупнейших мошеннических афер в России)

За чей счет банкет?

Никогда музей в старинной усадьбе «Архангельское» в Подмосковье не был свидетелем торжества с таким фантастическим размахом, как 28 июня 2008 года. Все было совсем как в библейских преданиях о пирах Валтасара или в легендах о поражающих изобилием застольях древнеримских патрициев. А больше всего происходящее напоминало кадры из голливудских кинолент о причудах мультимиллионеров, не знающих, куда девать свои деньги, и придумывающих для себя все новые и новые изыски.

Все было совсем как в библейских преданиях о пирах Валтасара или в легендах о поражающих изобилием застольях древнеримских патрициев.

Гостей много — 250 человек, и все принадлежат к «избранным». Их привез к музею-усадьбе огромный теплоход. Еще накануне свадьбы, во время генеральной репетиции, «прогона» торжества, который состоялся в столичной гостинице «Националь», было определено, что на каждого из приглашенных будет потрачено в среднем по 20 тысяч долларов США.

Именитые гости привыкли к размаху — но роскошь и помпезность, с которой была обставлена свадьба, поразила даже их. Не мог скрыть своего изумления и отец жениха — американский сенатор Хармонд Реммелль, возглавляющий нью-йоркскую банковскую группу «Pryor Cashman», весьма состоятельный человек даже по американским меркам.

Официанты и другие служащие, которых привезли в «Архангельское» из ресторана гостиницы «Националь», тоже привыкли ко всякому, они сами были уверены, что уже не способны ничему удивляться, столько им пришлось насмотреться на «новорусских» богачей, соревнующихся друг с другом в роскоши. Но, по их общему признанию, ничего подобного им не доводилось видеть никогда.

Имена званых гостей написаны на табличках, расставленных по столам, — этот список впечатляет. Среди них сенаторы, депутаты, губернаторы, политики, банкиры, топ-менеджеры крупных российских компаний, известные деятели культуры. Я нарочно не называю конкретных имен гостей, потому что многие из них и сейчас занимают высокие должности и сделали свое имя не знакомством с устроителями этой свадьбы.

Свадьбе старались придать истинно королевский вид — поэтому выписали несколько десятков тысяч цветов из Британии, где свадебные цветочные традиции зародились в эпоху королевы Виктории и разошлись по всему миру. Все как у гоголевского Хлестакова: «Суп в кастрюле — прямо из Парижа!»

И еще одна особенность этого торжества — не гости преподносят подарки молодоженам. А сами получают от молодых огромные букеты, безумно дорогие сувениры с драгоценными камнями. По всему было видно, что устроители торжества из кожи вон лезли, чтобы оно было похоже на свадьбу миллионеров где-нибудь на Майями или Лазурном берегу.

Хотя меню свадебного стола с бесконечной переменой блюд напоминает о пиршествах уже русских царей — черная и красная икра, стерлядь, молочные поросята… Все представления о роскоши были собраны в этот день в «Архангельском». Ну и, разумеется, феерическая развлекательная программа с участием звезд эстрады.

…А примерно в это же время жительница одного из подмосковных городков Зинаида Ковалева на крохотной кухне двухэтажного дома постройки 1940-х годов готовила обед своему трехлетнему сыну Арсению. Вдруг она почувствовала, что пол под ее ногами зашатался. Женщина сначала подумала, что закружилась голова. Но буквально через несколько секунд стена, что была напротив плиты, стала сползать вниз. Уже через мгновение перед глазами Зинаиды вместо только что стоявшей стены оказалась пыльная улица — и хозяйке стало понятно, что с головой у нее все в порядке, страшное происходит не во сне, не в бреду, а наяву. Забыв обо всем, она подхватила трехлетнего малыша под мышку и стремглав бросилась на улицу. Это было сделано вовремя — через несколько секунд на кухню обрушились кирпичи и балки разваливающегося строения. Материнский инстинкт в сочетании с молниеносной реакцией спас женщину и ее маленького ребенка.

И хозяйке стало понятно, что с головой у нее все в порядке, страшное происходит не во сне, не в бреду, а наяву.

Позже Зинаиду Ковалеву спрашивали: как ей удалось так быстро сориентироваться, не растеряться? Она отвечала, что все очень просто: обрушение было вовсе не внезапным, а вполне ожидаемым. Не только Ковалева, а все жильцы дома были давно готовы к такому жуткому повороту событий. Уже давно они ложились спать в страхе быть погребенными под развалинами. Согласитесь, трудно поверить, что такое было возможно в начале ХХI века в нескольких десятках километров от столицы. Но это факт. За долгие десятилетия, прошедшие после постройки жилого двухэтажного здания, не было ни одного ремонта, все конструкции давно обветшали и пришли в негодность. И это было еще не самое плохое строение в районе. В ту пору многие дома в Подмосковье даже коммунальные службы отказывались ремонтировать из-за их ужасного состояния — чуть тронь, и рухнут. И ведь то же самое происходило со зданиями больниц, домов престарелых — в разваливающихся корпусах продолжали лечить больных, под крышу, готовую в любой момент провалиться, вселяли одиноких стариков… А про дороги Подмосковья я вообще молчу. Сколько тогда было придумано анекдотов на эту тему — смешных и грустных одновременно!

Уже давно они ложились спать в страхе быть погребенными под развалинами.

Вот наиболее характерный из них. Российский чиновник, ведающий дорожным хозяйством, приезжает в гости к европейскому чиновнику, занимающему такую же должность. У хозяина — приличный двухэтажный особнячок, небольшой, но хорошо благоустроенный садовый участок. Чиновник из России интересуется, сколько же получает его коллега. Услышав сумму зарплаты, выражает сомнение, что на такие деньги можно завести подобные удобства вроде дома и сада.

Тогда европеец решил открыть россиянину свою тайну. Подводит к окну и говорит:

— Видишь эту дорогу?

— Ну, вижу.

— Ее ширина должна быть равна пяти метрам.

— Так на вид столько и есть!

— Это на вид. А на самом деле ширина дороги — четыре метра девяносто пять сантиметров. Вот из этих пяти сантиметров и появились дом и сад.

Вскоре европейский чиновник приезжает в гости к российскому. У того коттедж в пять этажей из мрамора, всюду бьют фонтаны, садовый участок занимает площадь в несколько гектаров. Гость интересуется: наверное, хозяин получает намного больше, чем он. Нет, зарплата у россиянина-чинуши гораздо скромнее, чем у коллеги из-за рубежа. Он, в свою очередь, обещает открыть секрет своего благополучия, и оба опять подходят к окну.

— Видишь дорогу? — спрашивает российский хозяйственник.

— Какую дорогу? Вижу только пустырь, заваленный мусором.

— А здесь должна быть дорога…

Именно такой была ситуация в Подмосковье. В начале 2000-х министр финансов Московской области того времени Алексей Кузнецов, который, кстати, вполне подходит на роль главного персонажа этого анекдота с российской стороны, уверенно заявлял с высоких трибун, что денег в бюджете не хватает. И действительно в 2008 году бюджет области изрядно похудел. Это, конечно же, не могло не отразиться на благосостоянии жителей Подмосковья. И именно в это время, когда жители области перебивались с хлеба на воду, пытаясь выжить, министр финансов региона устраивает демонстрацию своих личных возможностей и амбиций. К той самой свадьбе в музее-усадьбе Архангельское он имеет самое непосредственное отношение. Потому что он вместе со своей супругой Жанной Булах выдавал замуж ее дочь за сына сенатора из США Тоусона Реммелля. По ориентировочным оценкам, это торжество обошлось не менее чем в 5 млн долларов. Эту свадьбу назовут самой дорогой в истории новой России. Ну прямо настоящий пир во время чумы.

Деньги, выложенные Кузнецовым за то, чтобы порадовать гостей изысканными деликатесами и дорогими подарками, как вы понимаете, были не последними. Его повседневная жизнь резко контрастировала не только с жизнью подавляющего большинства жителей области, но и с положением дел в экономике и финансах одного из крупнейших и некогда богатейших регионов в стране. Кузнецов с Булах жили в роскошном особняке на Рублевке, обустройством которого занималась Жанна Булах (поместье показано в документальном фильме немецкого режиссера Ирене Лангеманн «Рублевка. Дорога к счастью» (дословный перевод второй части названия с немецкого — «Адрес блаженства»).

— Это Версаль, — постоянно повторяет в кадре Жанна Буллок, показывая немецким операторам свои владения. Она и здесь хотела чувствовать себя королевой — на этот раз французской. Уверяет, что скоро вся земля в ее владениях будет засажена только красными розами.

Подражание обители французских монархов здесь ощущается во всем, порой доходя до абсурда. Перед огромным двухэтажным домом с башенками и окошками замысловатой формы — лужайка, расчерченная точно так же, как в Версале, с расходящимися лучами дорожками и фонтаном в центре. Куда ни упадет взгляд — мрамор, зеркала, золоченые рамки картин, люстры, канделябры, чучела на стенах, рояли обязательно белого цвета.

Ну и набор штампов из арсенала современной роскоши: мини-кинотеатр, бассейн, теннисный корт, винотека.

Хозяйка очень охотно рассуждает перед камерой о том, почему именно здесь они с мужем решили приобрести участок площадью более чем в тысячу метров, о том, что такое жизнь на Рублевке в ее понимании. Как о чем-то само собой разумеющемся говорит о своем материальном процветании, о положении в обществе и необходимости закреплять это положение внешними атрибутами вроде вот этого поместья.

Если же внимательно приглядеться к обстановке, которая окружает на экране героиню немецкого документального фильма, то можно почувствовать резкий диссонанс между роскошью и какой-то вопиющей безвкусицей, сочетанием несочетаемого. Все-таки «голубая кровь» не покупается за деньги, пусть даже огромные, и на каждом шагу выпирают излишества, желание кого-то удивить, поразить и — главное — заставить завидовать. Это неизбежное свойство людей, поднявшихся «из грязи в князи», а именно таким был «путь к блаженству» Жанны Булах. Главное, чтобы было похоже на королевский дворец, и за версту ощущался запах денег, которые, согласно поговорке, не пахнут.

Жанна как-то невзначай произносит, что собирается праздновать свой день рождения в Париже. Впрочем, Париж — это один из вариантов, который могла выбрать Булах. Отпраздновать свой день рождения или любой другой праздник или просто отдохнуть пару деньков она имела возможность в любом конце мира. Тем более к этому времени они успели обзавестись недвижимостью не только во Франции, но и в Швейцарии, Люксембурге, США. Причем вся эта недвижимость была предусмотрительно оформлена на имя Жанны Булах. Кузнецов тогда понимал, что к чиновнику такого уровня могут возникнуть вопросы, хотя нужно признать, что в то время еще не было такого жесткого контроля и запрета для государственных чиновников иметь недвижимость за рубежом. И тем не менее чиновники старались оформлять недвижимость и открывать счета на близких родственников, в том числе жен. Ни о каких декларациях о доходах они тогда еще не слыхивали и, ничего не боясь, скупали все движимое имущество, как «подорванные». Так вот, что касается недвижимости, оформленной на Булах. В годы, когда Кузнецов занимал должность министра финансов, они приобрели два отеля в Куршевеле — Pralong и Crystal, которые стоят друг за другом на самой вершине Куршевеля. Из обоих открывается шикарный вид на горные склоны, внутри самый большой на курорте бассейн, спа-салоны, бани, джакузи.

Бюджетокосилка: устройство и принцип работы

Московская область, как и другие субъекты Российской Федерации, делится на районы, или, как они сейчас называются, — муниципальные образования. В те годы в каждом таком муниципальном образовании, как, впрочем, и сейчас, вывозом мусора, ремонтом домов, укладкой асфальта на дорогах, всем обслуживанием жилищно-коммунального хозяйства занимались коммерческие предприятия. Оплачивать услуги этих предприятий должны из бюджетных средств администрации муниципальных образований. Но поскольку во всей Московской области и, естественно, в районах с финансами было туго, то перед коммунальщиками накапливались долги.

Чем должны были быть озабочены областные чиновники в такой ситуации? Учитывая, что бюджеты районов практически полностью зависели от финансовых вливаний из области, они должны были изыскать возможность погасить эти долги. Иначе все коммунальное хозяйство области, и так на ладан дышащее, может завалиться набок окончательно. И кто как не министр финансов должен был понимать это? И нужно отдать должное — он, конечно же, понимал. Но понятие это было своеобразным. Оценивая сложнейшую ситуацию с долгами коммунальщикам, он конструирует оригинальную и очень эффективную схему, позволяющую долги администраций районов перед предприятиями ЖКХ чудесным образом превратить в прибыль, но использовать их не для расчета с коммунальщиками, а в своих личных интересах. Вы спросите, как это возможно — из ничего сделать что-то осязаемое, из минуса сделать плюс? Казалось бы, если из бюджета области расплатиться с долгами муниципальных образований — получится ноль. Никто никому не должен. А откуда живые деньги и прибыль? Да все очень просто. Эту прибыль и реальные деньги нужно направить не тем, кто в них нуждается (муниципальным образованиям), а тем, кто, собственно, и придумал эту схему, то есть самому себе. Именно министр финансов Московской области Алексей Кузнецов является автором этой схемы — простой и сложной одновременно. И вместе с командой сообщников-подельников реализовал ее. Потому что одному провернуть такую операцию было бы нереально. Но и суммы даже для тех времен фигурировали нереальные — миллиарды рублей. Я попытаюсь коротко описать вам эту многоходовую комбинацию.

Одному провернуть такую операцию было бы нереально. Но и суммы даже для тех времен фигурировали нереальные — миллиарды рублей. Я попытаюсь коротко описать вам эту многоходовую комбинацию.

Итак… Кузнецов, зная, что у районов имеются значительные долги перед предприятиями ЖКХ, намечает себе в жертву для начала 4 района и дает команду главам этих муниципальных образований подсчитать долги. В районах подсчитали. Сумма получилась немаленькая — 2 миллиарда рублей. Районы составили соответствующие документы и передали в управление министерства финансов, которое на тот момент возглавлял первый заместитель министра финансов Валерий Носов. На основе этих документов оформляются гарантии. Кузнецов, предварительно получив визы в соответствующих министерствах правительства, подписал их у губернатора Московской области Бориса Громова, который полностью доверял ему.

Схема бюджетокосилки

Суть этих гарантий заключалась в том, что правительство Московской области гарантировало предприятиям выплату долгов, если администрация районов до февраля 2006 года не рассчитается с ними. Дальше, по логике вещей, эти гарантии должны были быть переданы предприятиям ЖКХ. И когда пришел бы срок выплаты в феврале 2006 года, коммунальщики, имея на руках документы, обратились бы в правительство и с ними бы рассчитались деньгами областного бюджета. Все дороги были бы заасфальтированы, жилые дома, школы и больницы отремонтированы, улицы в городах и поселках стали бы чище. Во всяком случае, стены бы точно не рушились. Но предприятиям гарантии никто не передал и, собственно, передавать не собирался. Как мы уже знаем, чистота улиц и разваливающиеся дома меньше всего интересовали Кузнецова. Его мысли были гораздо масштабнее. И все его действия были четко спланированными и продуманными. Он заранее инициирует принятие правительством Московской области статьи бюджета, предусматривающей выплату тех самых долгов в размере 2 миллиардов. То есть областная власть как бы берет на себя погашение долгов перед коммунальщиками за неплатежеспособность отдельных районов.

После этого доверенное лицо Кузнецова — Владислав Телепнев — получает команду подобрать 4 подставные фирмы, которым районы переуступают свои долги за ЖКХ, а предприятия продают. Взамен предприятиям должны были выдаваться векселя, которые никто им так и не предоставил. Почему предприятия соглашались? Да они просто надеялись получить хоть какие-то деньги за скопившиеся долги и даже догадываться не могли, что их просто использует в своей хитроумной схеме сам министр финансов области.

Итак, мощный поток бюджетных средств, который должен был быть направлен в районы и города Московской области, легким движением руки, как у фокусника-иллюзиониста, направляется по искусственно созданному руслу. И по сложным временно возведенным коммуникациям готов быть хлынуть в карман Кузнецова и его подельников. Когда было возбуждено уголовное дело и следствие уже пошло по этому руслу, то найти фирмы, на которые перебросили получение долгов, не составило никакого труда. Все фирмы, как и предполагалось, оказались фиктивными. Поскольку эти фирмы выполнили свое предназначение, они, естественно, лопнули. Но успели переуступить свои долги — теперь уже одной организации, которая называлась «Конфаэль» (не путать с известной кондитерской фабрикой, носящей такое же название). Она, по сути, была такой же подставной организацией, как и те, от кого она эти долги получила. Когда следователи пришли в офис фирмы, чтобы изъять хранившиеся там документы, то выяснилось, что этих важных бумаг там нет. По словам сотрудников, в офисе прорвало водопроводную трубу, и по странному стечению обстоятельств вода направленно хлынула именно на тот шкаф, где хранилась вся документация. Потоп смыл все следы. Обычный прием аферистов.

Потоп смыл все следы. Обычный прием аферистов.

Казалось бы, несмотря на то, что все сделано, чтобы уничтожить документы, следователю удалось удержать ту ниточку, за которую он уже прочно ухватился. Дальнейшее расследование показало, что все подставные организации, включая фирму «Конфаэль», принадлежат одной и той же компании — «НЭТ-финанс», а все счета этой компании находятся в Московском Залоговом банке. Внимание! В карманном банке Алексея Кузнецова и его команды! Так следователь, идя по цепочке, впервые выходит не на фиктивные фирмы-однодневки, а на конкретную кредитную организацию.

Соучредителем этого банка был первый заместитель министра финансов Московской области Валерий Носов. Именно к нему стекались все денежные потоки этой хитрой финансовой организации.

Для того чтобы было понятно, в какой связи Носов находился с Кузнецовым, внимательно прочтите скупые строчки его биографии.

Носов родился 28 августа 1971 года. Женат, имеет двоих детей.

С 1993 по 1998 год работал в КБ «Инкомбанк» — экономист, начальник отдела кредитования, начальник управления финансирования торговли, заместитель директора департамента торгового финансирования.

С июня по сентябрь 1998 года — директор дирекции ЗАО «ИК «Русское инвестиционное общество».

С октября 1998 по декабрь 1999 года — АКБ «Нефтехимбанк». Начинал с должности советника, затем стал зампредом правления, с июня 1999 года — председателем правления.

С декабря 1999 по июнь 2000 года — член совета директоров, вице-президент, директор дирекции корпоративных финансов ЗАО «ИК «Русское инвестиционное общество».

С 16 июня 2000 года — заместитель (затем первый заместитель) министра финансов правительства Московской области.

Являлся членом совета директоров МОИА — Московского областного ипотечного агентства.

Параллельно с госслужбой развивал собственный бизнес — ООО «Промэкспорт», ООО «Группа Интермаш», ООО «Артмедиа Груп», ФК «Горизонт» (в большинстве случаев формальным учредителем выступала супруга Носова Наталья). Также контролировал блокирующий пакет ООО «РИГрупп».

Особое внимание обратите на работу Носова в «Инкомбанке». Мало сейчас уже кто помнит, как бесславно завершилось существование на тот момент одного из крупнейших банков России. В 1998 году был крупный скандал, и у банка отозвали лицензию. Весь топ-менеджмент банка подозревался в хищении огромных сумм из средств вкладчиков и акционеров. А Носов, как нам уже известно, являлся одним из тех самых топ-менеджеров.

Но самое любопытное совпадение, что именно в это время таким же топ-менеджером, но должностью чуть-чуть покруче, был Алексей Кузнецов. Будучи первым вице-президентом «Инкомбанка», он был одним из подозреваемых по уголовному делу о хищении тех самых средств вкладчиков, которое расследовали в МВД. После того как лицензию у банка отозвали, каким-то чудесным образом уголовное дело прекратили. Но это дело прошлое, и не мне судить о том, что там на самом деле было, не зная подробностей. Важно другое. Не успели еще остыть страсти после того банковского скандала, как Алексея Кузнецова назначают министром финансов Московской области. А через какое-то время Кузнецов берет к себе заместителем Валерия Носова. Видно, хороший опыт получил этот «криминальный дуэт» в таком крупном коммерческом проекте, но впереди их ждали совсем другие горизонты, более грандиозные, что там какой-то банк, пусть даже крупный. В их руках вскоре окажется один из крупнейших регионов России.

Но вернемся к схеме увода денег из регионального бюджета. Все долговые бумаги, выкупленные у предприятий-коммунальщиков подставными фирмами и уступленные затем такому же подставному «Конфаэлю», оказались в итоге выкуплены организацией с очень мудреным названием — «Юрцентр Транснефтегазстрой», которую, в свою очередь, приобрел известный уже нам Владислав Телепнев. До 2005 года он был заместителем начальника Управления инвестиций кузнецовского министерства финансов.

Валерий Носов

И с этого момента разворачивается главный этап аферы, на котором комбинаторы приступили к превращению долгов в живые деньги. Носов, как представитель правительства Московской области, предлагает банку ВТБ купить долги у «Юрцентра». Это было предложение, от которого, прямо скажем, сложно отказаться. Во-первых, они предложили ВТБ купить права требования долга на общую сумму 2 миллиарда рублей по цене 1 миллиард 800 миллионов. То есть 200 миллионов просто так да плюс соответствующие проценты. Но самое главное, что, кроме приличной прибыли от такой сделки, банк получил и железную гарантию, что все долговые бумаги будут оплачены из бюджета Московской области. Как мы помним, для этих целей по инициативе Кузнецова в бюджет была внесена соответствующая статья, и теперь мы уже знаем, с какой целью он так рьяно лоббировал поправку в бюджете. Руководству ВТБ необходимо было просто обратиться в районы за выплатой.

Итак, согласие ВТБ получено. И вот наступает тот самый чудный момент, когда огромные долги, превратившиеся в живые деньги, по тем самым предусмотрительно выстроенным каналам, через мелкие и крупные плотины и запруды, хлынули туда, куда их изначально и планировали направить. Прежде чем продать долги, они обращаются в менее крупный банк «Межтопбанк», с просьбой выдать кредит «Юрцентру». При этом предоставляют предварительно полученное согласие того самого крупного банка выкупить долги у «Юрцентра». Для «Межтопа» это было серьезной гарантией. Так, «Юрцентр» получает кредит в размере 2 миллиардов рублей.

Полученные деньги со счетов «Юрцентра» тут же ушли на счет «Конфаэль», открытый в Московском залоговом банке. Затем по команде Алексея Кузнецова и Жанны Булах, которые полностью контролировали деятельность этого банка, сестра Кузнецова Елена перечисляет средства на счета семидесяти подконтрольных подставных фирм («плотины и запруды»), где они уже оказались в полном распоряжении организованной преступной группы. Так у мошенников впервые появились на руках реальные деньги. На них покупают валюту, которая тут же уходит на счета Кузнецова, Булах, Носова, предварительно открытых в банках Кипра, Франции, Швейцарии, США. На эту валюту и приобретаются за рубежом дома, отели, акции различных компаний. Пока это было «всего» 2 миллиарда рублей — но это было только начало.

Итак, реальные деньги получены, но долг, как мы понимаем, у «Юрцентра» перед «Межтопбанком» остался. По уже известной нам договоренности этот долг у «Юрцентра» выкупает ВТБ. Полученными от сделки деньгами «Юрцентр» расплачивается за кредит с «Межтопбанком». Все, «Межтопбанк» доволен и никаких претензий не имеет. Что же теперь происходит с ВТБ? Как и договаривались, став обладателем долга, обращается в районы с требованием расплатиться. Но так как в районах денег не было, банк выдает им кредиты, разумеется, с процентами, для выплаты себе же долга. ВТБ спускает 2 миллиарда в район, и в этот же день эта сумма возвращается в банк как оплата за долги. Обратите внимание — именно за долги! Не за кредиты. Район расплачивается за долги по обязательствам. И остается должен ВТБ кредиты с процентами! После чего районы обращаются в министерство финансов, Кузнецов дает команду вернуть ВТБ долг за кредиты районов и плюс еще проценты. Итак, крупный банк тоже доволен и никаких претензий не имеет. Администрации районов никому ничего не должны. А те, кому предназначались эти деньги (предприятия ЖКХ), даже не почувствовали их запаха, деньги за выполненные в большом объеме работы им уже никогда не выплатят.

Следователи прекрасно понимали, что такая махинация была бы просто невозможна без прямого участия министра финансов Московской области Алексея Кузнецова.

Следователи прекрасно понимали, что такая махинация была бы просто невозможна без прямого участия министра финансов Московской области Алексея Кузнецова. Но одно дело понимать, а другое — иметь конкретные доказательства. Да, кстати, как вообще вышли на эту коррупционную паутину? Это уголовное дело было возбуждено по материалам, выделенным из другого уголовного дела, совершенно не связанного с Кузнецовым. Все началось с банального эпизода. В Пушкинском районе Московской области тогда еще следователями прокуратуры расследовалось дело по факту незаконного строительства. В ходе обыска в районной администрации была обнаружена та самая гарантия, выданная правительством Московской области под оплату долга за ЖКХ. По этому факту был выделен материал проверки. После образования Следственного комитета РФ при прокуратуре материал автоматически был передан в ГСУ СК России по Московской области, и в мае 2008 года следователи возбуждают уголовное дело. Узнав о возбуждении уголовного дела и о том, что следствием повсеместно проводятся обыски, Кузнецов буквально через несколько недель покидает Россию на своем частном самолете с взлетной полосы VIP-терминала. Когда председателю Следственного комитета Александру Бастрыкину доложили, что речь идет не о каком-то малозначительном эпизоде, а о более масштабном воровстве бюджетных денег из региона, он передает это дело в Центральный аппарат и назначает руководителем группы одного из опытнейших сотрудников — старшего следователя по особо важным делам при Председателе Следственного комитета Александра Филина. Скорее всего, у вас возник закономерный вопрос: а почему же следствие сразу после возбуждения не задержало министра, почему дали ему уйти? Криминальный талант Кузнецова в том и состоял, что, придумывая эту сложную схему, он все продумал так, чтобы вообще избежать наказания, но на крайний случай чтобы было время сбежать из России, если вдруг правоохранительные органы начнут реально подбираться к нему и его команде. Это нам сейчас понятно, как действовал этот механизм и что Кузнецов в нем играл ключевую роль, а на первоначальном этапе это были еще даже не подозрения, а предположения, что ко всему этому может быть причастно первое лицо ведомства. Предстояла длительная работа по сбору и закреплению доказательств. К этому времени Кузнецова уже не было в России. Он быстро сообразил, что рано или поздно придут за ним. Александр Филин начинает проводить массовые обыски во всех подконтрольных министерству финансов фирмах, выемки многочисленных документов.

После обыска в офисе компании «НЭТ-финанс», принадлежащей заместителю Кузнецова Валерию Носову, следствие получает интересную информацию. Оказывается, свой офис компания «НЭТ-финанс» арендовала у «РИГрупп» — «Русской инвестиционной группы».

«НЭТ-финанс» и «РИГрупп» расположились в очень хорошем месте — в центре Москвы, на Славянской площади. Одним из учредителей «РИГрупп» являлся Носов, а соучредителем — Кузнецов. Офис находился в шаговой доступности от их кабинетов в министерстве финансов — очень удобно для ведения дел.

Компания «РИГрупп» являлась в то время финансовым агентом правительства Московской области и заказчиком по строительству многих важных объектов. Фирме в этом очень помогали подписи министра финансов области Кузнецова и его заместителя Носова. А руководила этой компанией в период махинаций в Подмосковье жена министра финансов Жанна Булах. Она же была учредителем этой компании. Александр Филин характеризовал ее как «дамочку с характером», которая крепко держала дело в своих руках и умела извлекать материальную выгоду из каждого своего шага.

Кто же такая Жанна Булах.

Родилась она 12 мая 1967 года в маленьком городе Кобрине Брестcкой области Белорусской ССР. Булах — фамилия ее первого мужа, военнослужащего. Неизвестно, есть ли у нее высшее образование — в прессе сообщалось, что она училась на факультете философии Ленинградского государственного университета, но в вузе заявляли, что такой студентки у них никогда не было. Именно первый муж Жанны стал отцом ее старшей дочери Зои, той самой, чью свадьбу с таким размахом отгуляли в усадьбе «Архангельское». В конце 1980-х или в самом начале 1990-х Жанна перебралась в США и вступила в фиктивный брак с американцем — при этом не расторгая первого брака. То есть в этот период у нее было два мужа на разных континентах.

Обоих своих мужей она бросила после того, как познакомилась с Алексеем Кузнецовым. Это произошло около 1992 года — Кузнецов был тогда заместителем председателя правления российского «Инкомбанка», а Жанна Булах устроилась в качестве переводчицы этого банка. Кузнецов вскоре тоже бросил свою прежнюю семью — жену и троих сыновей — ради новой белорусско-американской подруги.

В 1996 году Булах, так же как и ее муж Кузнецов, оказалась в центре того самого банковского скандала, о котором я уже рассказывал. Тогда сообщалось, что Булах в 1993–1996 годах делала крупные личные покупки по корпоративной кредитной карте «Инкомбанка», то есть за счет акционеров. Также в сентябре 1994 года она зарегистрировала фирму Avalon Capital и стала ее генеральным директором. В прессе писали, что эта компания, а также Tetra Finance Establishment в Лихтенштейне, руководителями которой называли Кузнецова и Булах, стали офшорами «Инкомбанка», куда выводились деньги из России. Тогда же супруги приобрели дом в пригороде Нью-Йорка. Не исключено, что развитию их личных отношений в немалой степени способствовали общие интересы — взаимная и горячая любовь к деньгам.

В 1998 году Булах, продолжая жить в США, получила гражданство этой страны, не отказываясь при этом от российского. В Штатах она за короткий срок, после сближения с Кузнецовым и соответственно «Инкомбанком», завоевала репутацию светской львицы, мецената и коллекционера картин. С 2007 года она была членом совета попечителей фонда Соломона Гуггенхайма — некоммерческой организации по поддержке современного искусства, созданной американским миллионером, «медным королем».

В том же 1998 году Кузнецов покинул «Инкомбанк», который вскоре после этого разорился, а в 2000 году был назначен на должность министра финансов Московской области. Там же свой бизнес в 2000 году развернула и Булах, став президентом «Русской инвестиционной группы» (ООО «РИГ», «РИГрупп»). Среди ее проектов были коттеджные поселки «Павловская слобода» и «Поливаново», несколько бизнес-центров и торговых комплексов, а также спортивные объекты, принадлежавшие «Спецстрой-2».

Допросить Жанну Булах следствию, к сожалению, не удалось. Прямо из офиса она срочно выехала в аэропорт и вылетела в хорошо ей знакомый Нью-Йорк. Это произошло сразу после того, как Россию спешно покинул ее муж.

Подошло время рассказать, что из себя представляет «изобретатель» и «главный комбайнер» уже известной нам бюджетокосилки.

Алексей Кузнецов

Алексей Викторович Кузнецов родился 6 ноября 1962 года в Москве. Окончив в 1985 году Московский финансовый институт по специальности «финансы и кредит», Кузнецов в октябре того же года начал работать экономистом и инженером-проектировщиком в главном вычислительном центре Госбанка СССР.

Всего за 2 года (с января 1990 г.) он сделал головокружительную карьеру в «Инкомбанке», пройдя путь от старшего экономиста до заместителя председателя правления банка, а еще через 2 года получил должность первого вице-президента. Причем курировал на этой должности работу банка с крупными корпоративными клиентами, его даже называли «серым кардиналом» «Инкомбанка».

А за два года до банкротства этого банка, в 1996 году, Кузнецов впервые оказался в центре коррупционного скандала. Американские акционеры и вкладчики «Инкомбанка» подали в суд, требуя выплаты дивидендов. Адвокаты вкладчиков выяснили, что руководство банка занималось хищением средств и выводом их в офшоры, причем выгоду от махинаций получал как президент банка Владимир Виноградов, так и топ-менеджеры, включая Кузнецова. Но вы уже знаете, чем закончилась эта история.

В феврале 1998 года Кузнецов покинул пост первого вице-президента «Инкомбанка», перед этим, по словам Эммануила Зельцера, доверенного лица Виноградова, выдав «невозвратный» кредит своим подконтрольным юридическим лицам на 15 миллиардов долларов США.

После этого Кузнецов стал президентом и одним из учредителей ЗАО «Инвестиционная компания «Русское инвестиционное общество — Р. И. О.», куда привел также ряд управленцев из «Инкомбанка». ИК «Русское инвестиционное общество» занималась реструктуризацией долгов банков и крупных корпораций, организация прекратила существование в 2000–2001 годах.

Также до 2000 года Кузнецов занимал пост генерального директора компании «Стандарт МТК» и был учредителем фирмы «Финтехком».

В марте 2000 года, после избрания Бориса Громова губернатором Московской области, Кузнецов был назначен на должность исполняющего обязанности министра финансов региона и уже в июне занял этот пост на постоянной основе. В 2004 году Кузнецов получил также должность первого вице-премьера области.

По некоторым источникам, во время работы в правительстве Московской области, в 2003 году, Кузнецов получил вид на жительство в США, а затем втайне стал гражданином этой страны, хотя двойное гражданство для чиновников было запрещено. Сам Кузнецов заявлял, что паспорта гражданина США у него никогда не было.

Но невольно возникает вопрос. Как человека с такой биографией, замешанного в крупном финансовом скандале международного уровня, женатого на гражданке США, назначили на такую должность? Это как минимум безответственно и труднообъяснимо. Чем же так Кузнецов смог угодить руководству области и войти в доверие? Мы не знаем, что стало причиной его назначения на должность, как он сумел убедить руководство области в своей необходимости и незаменимости. Возможно, губернатора подкупили его деловая хватка и обширные связи в среде крупного и среднего бизнеса, благодаря которым можно было бы инвестировать большие средства в экономику области, находящуюся на тот момент не в лучшем положении. И надо сказать, что эти ожидания на первом этапе Кузнецов оправдал. Правда, инвесторы эти были своеобразные. Они не привлекали средства для строительства крупных предприятий и заводов, ведь для этого нужны были «длинные деньги», надо было ждать, пока налоги от работы предприятий начнут поступать в казну. Гораздо проще было убедить губернатора, что вокруг МКАД необходимо продать или сдать в аренду землю под строительство торговых центров, которые тут же начнут приносить деньги. И тогда о соблюдении норм строительства самих сооружений, подъездных путей, экологических требований абсолютно никто не задумывался, да никто и не требовал. Не говоря уже о том, что при реконструкции МКАД проектировщики столкнулись с серьезными проблемами при создании удобных и современных съездов, потому что на этом месте уже были или готовые торговые центры, или выкупленные земли. И колоссальных трудов стоило нынешнему руководству Москвы и области исправить «ошибки», продиктованные желанием быстрее заработать. Только жесткая позиция руководства региона позволила привести в норму подъездные пути и хотя бы ограничить аппетиты хозяев.

Во время пребывания Кузнецова в должности министра финансов региона бюджетные деньги буквально рекой текли и на возведение других весьма сомнительных сооружений.

Например, в Рузе построили бассейн на пять тысяч человек при населении города в тринадцать тысяч! Денег было потрачено в три раза больше, чем планировалось изначально. И это на фоне того, что в некоторых районах, например, поликлиники находились в поистине бедственном состоянии. Алексей Кузнецов был инициатором создания нескольких бюджетных программ. Одна из них — по обновлению общественного транспорта. Тогда автобусы стоимостью в 8 миллионов рублей обошлись бюджету Подмосковья почти в два раза дороже. На тех же условиях была принята и программа ипотечного кредитования.

Естественно, у читателя возникают закономерные вопросы: а возможно ли было без ведома главы области реализовать все эти сложные схемы по уводу денег из бюджета, принимать сомнительные решения и распоряжаться финансами области по своему личному усмотрению? Неужели возможно под носом у губернатора спокойно украсть миллиарды и увести их за рубеж? На взгляд обывателя это кажется нереальным. Но следствие, поверьте, тоже ставило перед собой такие вопросы. Но ни одного факта, подтверждающего, что губернатор хоть каким-то образом замешан в этих схемах, получено не было. Это тот самый случай, и таких в следственной практике предостаточно, когда подчиненные, пользуясь доверием руководителя, крутят за его спиной коррупционные схемы. Возникает другой вопрос, но он уже стоит больше не в процессуальной плоскости, а в области компетенции руководителя, его стиля руководства, в конце концов — морально-нравственных качеств. Когда из бюджета выделяют огромные деньги на поддержание жилищно-коммунального фонда, как можно за все это время ни разу не поинтересоваться судьбой денег, элементарно не пообщаться с теми же самыми главами районов, я уже не говорю о людях, которые являются конечными потребителями услуг ЖКХ, и полностью довериться только своему окружению? Если бы губернатор пообщался с людьми тех районов, куда должны были быть направлены средства из бюджета, они на многое открыли бы ему глаза. Это тоже немаловажная характеристика руководителя, тем более руководителя региона. Но факт остается фактом — такого рода стиль руководства не является уголовно наказуемым.

Неужели возможно под носом у губернатора спокойно украсть миллиарды и увести их за рубеж?

После бала в «Архангельском»

Следствие продолжало упорно искать доказательства причастности Кузнецова и Булах к грандиозным финансовым аферам, поставившим Московскую область на грань полного банкротства и едва не превратившим этот процветающий когда-то регион в подлинную зону бедствия. Тщательно просматривались все сохранившиеся видеозаписи с рабочих мест задержанных и подозреваемых. А также с корпоративных праздников, в том числе со знаменитой свадьбы в «Архангельском». Обращало на себя внимание, что на этом поистине царском по размаху торжестве находилось очень большое количество должностных лиц разного ранга. Со многими из них следователи очень хотели бы поговорить. Но и тут возникла целая цепь преград. Оказалось, что 80 процентов лиц, которые присутствовали на свадьбе и потом проходили по делу, «просто-напросто сбежали», как сказал по этому поводу Александр Филин.

Дмитрий Котляренко

Одним из наиболее интересных для следствия свадебных гостей был Дмитрий Котляренко — гражданин России и США, а до 2008 года — генеральный директор ООО «РИГрупп» и член совета директоров Московского залогового банка. О нем следователь Филин рассказал в интервью газете «Коммерсант» (опубликовано 20 июля 2015 года).

Котляренко в 2009 году уехал в США, гражданином которых он является, но потом в рамках уголовного дела, которое расследовалось в МВД, его задержали на Кипре и выдали России. В 2011 году он получил три года лишения свободы за мошенничество и отбывал наказание в Мордовии. Когда наши следователи установили его причастность к мошенническим действиям в махинациях Кузнецова, Александр Филин официально предупредил руководство колонии, что Котляренко является подозреваемым в мошенничестве в особо крупном размере и легализации денежных средств. Но документы следователя не были предоставлены в суд на рассмотрение вопроса об условно-досрочном освобождении Котляренко. И на основании стандартного пакета документов и, видимо, очень положительной характеристики Котляренко освободили, и он тут же улетел в США.

В отношении сотрудников колонии было, конечно, возбуждено уголовное дело. Но это никак не смягчило для следствия потерю важного свидетеля и одновременно одного из подозреваемых. Все понимали, что наши «заморские друзья» уже вряд ли его вернут.

Нашелся еще один негодяй-чиновник, на этот раз в колонии, который при решении вопроса об условно-досрочном освобождении не сообщил суду, что этот человек проходит по другому уголовному делу и его никак нельзя отпускать. Представьте себе, из-за мизерной по размеру взятки, фактически из-за какого-то куска колбасы мелкие коррупционеры на местах готовы покрывать тех, кто ворует миллиардами.

А в конце 2008 года в Россию из США неожиданно вернулся заместитель Кузнецова — Носов. Цель его возвращения заключалась в стремлении замести следы. Судя по всему, он рассчитывал, что ему удастся подготовить, создать документы, которые позволят скрыть все, что они за эти годы наделали.

Но Валерия Носова задержали, на его имущество был наложен арест — на три квартиры, несколько машин. Картины, редкие книги и антикварные изделия из его коллекций были сданы на хранение в Третьяковскую галерею. Среди прочих ценных вещей были обнаружены драгоценности. Следователи проследили их путь и установили, что эти драгоценности были куплены за рубежом одной из подставных фирм, принадлежащих тому самому «Конфаэлю». У следствия появились основания провести обыск в загородной резиденции Кузнецова и Булах — в том самом «маленьком Версале».

Преступник всегда оставляет следы

Во время обыска в доме Кузнецова были найдены документы, которые имели лишь косвенное отношение к делу. Но… В одной из папок была найдена дискета. Совершенно обыкновенная с виду дискета. Но при расследовании дела об экономическом преступлении это равнозначно примерно тому, чтобы при расследовании дела об убийстве найти отпечатки пальцев на орудии преступления. В тот момент следователь даже представить себе не мог, что содержащаяся на этой дискете информация станет ключом к разгадке сложнейших схем коррупционеров. Вновь появившиеся документы были тщательно изучены — они прекрасно дополняли картину и укладывались в общую схему совсем как недостающие кусочки пазла. Именно данные, хранящиеся на этой дискете, помогли окончательно связать воедино все бюджетные махинации на территории Московской области с именами Алексея Кузнецова и Жанны Булах.

В тот момент следователь даже представить себе не мог, что содержащаяся на этой дискете информация станет ключом к разгадке сложнейших схем коррупционеров.

В итоге следствием сделан вывод — махинации в сфере ЖКХ, с которых, собственно, и началось расследование, оказались лишь маленькой частью общей картины преступлений, крошечной, едва видимой верхушкой айсберга.

Проверив, как на практике действует схема, которую я подробно описал выше, проверив прочность и надежность каналов вывода денег, в 2007 году Кузнецов с подельниками проворачивает абсолютно такую же схему, но уже с другими районами области на такую же сумму в 2 миллиарда рублей. Итого, только за 2 года в карманах и на зарубежных счетах Кузнецова и его ближайших соратников оказалось 4 миллиарда рублей.

Но если вы думаете, что в арсенале Кузнецова и Ко была всего лишь одна хитроумная схема, — вы недооцениваете их. Изобретательность мошенников, достойная лучшего применения, была изощренной и разнообразной.

Вот как, например, они похитили еще один миллиард рублей, применяя уже совершенно другую схему. Может, не такую сложную и трудоемкую, но при этом не менее эффективную.

Постановлением правительства Московской области в апреле 2005 года была утверждена программа развития системы регионального ипотечного жилищного кредитования на период до 2010 года. Одним из источников финансирования строительства являлись средства, привлеченные за счет размещения в период 2005–2006 годов облигационных займов, выпускаемых ОАО «Московское областное ипотечное агентство» (ОАО «МОИА»). Размещение облигаций на рынке ценных бумаг осуществляло уже известное нам ЗАО «Инвестиционно-финансовая компания «РИГрупп-Финанс» по договорам с ОАО «МОИА». Полученные от реализации облигаций средства со счета ОАО «МОИА» поступали в ОАО «Ипотечная корпорация Московской области» и использовались на финансирование строительства жилья и ипотечного кредитования в рамках указанной программы. В период с января по февраль 2007 года Кузнецов, Носов и Булах, зная, что, согласно указанной программе, Минфин Московской области является одним из исполнителей по организации выпуска и размещению облигационных займов, организовали выпуск очередного, третьего займа. При этом часть вырученных за облигации средств участники группы, используя свое служебное положение, направили не на ипотечное кредитование, а на счета подконтрольных фирм. В итоге деньги, предназначенные на решение жилищных проблем, по налаженным ими заранее каналам оказались на их счетах в Кипрских банках.

Ну и для наглядности еще одна схема, которая позволила им в 2008 году украсть примерно столько же, как и при реализации предыдущих трех схем, вместе взятых. Они совершили хищение еще 7 миллиардов рублей. Но это была их последняя комбинация перед паническим бегством главаря мошеннической банды Кузнецова. А выглядела она еще проще. Участники организованной группы, реализовав акции компании «Росвеб», принадлежащие «Мособлтрастинвесту», которым руководил уже известный нам Телепнев, должны были вложить эти деньги в строительство делового центра правительства Московской области в Красногорске. Однако вместо этого они продают облигации, получают реальные деньги и направляют не подрядчику строительства, а на подставные фирмы, счета которых были открыты в подконтрольном им Московском залоговом банке.

То есть это даже и схемой-то назвать трудно, это уже похоже на наглое неприкрытое воровство бюджетных денег под носом у руководства региона. Видно, что мошенники торопились, понимая, что скоро эта бюджетокосилка выйдет из строя или ее просто тормознут.

Итого только за 2 года, не считая года подготовки и апробирования схем, бандой Кузнецова было похищено не менее 15 миллиардов рублей. Притом что расследование в отношении Кузнецова и Булах продолжается, и не исключено, что даже эта и без того колоссальная сумма может значительно увеличиться.

Для того чтобы вы поняли, сколько и чего можно было купить на украденные деньги, надо не забывать, что в 2006–2008 годах, когда они покупали валюту, доллар стоил примерно 25 рублей. Поэтому на украденные рубли они получили как минимум больше полумиллиарда долларов.

Ну конечно, на такие деньги они могли себе позволить приобретенные ими особняки в Сан-Тропе, Нью-Йорке, Лондоне и Париже. Самый дешевый из них обошелся в 12 миллионов долларов. Самый дорогой — почти в 40 миллионов долларов. При этом совсем недешево обошлись бюджету Московской области, например, покупка Жанной Булах яхты «Царица». Только на ее ремонт ушло порядка 20 миллионов долларов.

А теперь попробуйте себе представить: для того чтобы все это установить и прийти к конкретным выводам, следствию пришлось детальнейшим образом изучать огромное количество материалов. Даже трудно представить это количество в каком-то измерении — горы папок, набитых документами. Труд следователя подобен труду золотоискателя, перемывающего тонны руды ради добычи каких-то крупинок золота весом в несколько граммов. Нужно было разобраться во всех этих дьявольских схемах, в тонкостях финансовых махинаций, которые сами махинаторы изучали, между прочим, десятилетиями… Ведь Кузнецов и его подельники были профессионалами высочайшего класса, и в сфере финансов они ощущали себя как рыба в воде. Кроме того, у Жанны Булах, например, было несколько десятков советников, среди которых экономисты мирового уровня. Но в конечном итоге всей этой высококвалифицированной гоп-компании так и не удалось переиграть наших следователей.

Труд следователя подобен труду золотоискателя, перемывающего тонны руды ради добычи каких-то крупинок золота весом в несколько граммов.

Расследуя это уголовное дело, Александру Филину практически пришлось экстерном получить второе высшее образование — экономическое. Он стал настоящим специалистом в финансовых вопросах. Рассматривая, словно под микроскопом, сложнейшие схемы и конструкции, создаваемые аферистами, он в итоге сам дошел до такого уровня, что каждый документ, который попадал в его руки, в конце концов начинал говорить. Все протоколы, любые распоряжения, касающиеся банковских счетов и транзакций, выдавали столько ценной информации, что она складывалась в цельную и законченную картину.

При этом нужно еще учитывать, что Носов и Телепнев с самого начала отказались сотрудничать со следствием. Наоборот, они полностью отрицали свою вину и старались своими продуманными лживыми показаниями запутать следствие, сбить его с правильного пути.

Мыши знают, в какой норе спрятаться

Следствию удалось задержать всех значимых подельников Кузнецова — его сестру Елену, Носова, Телепнева. А в 2012 году в международный розыск объявлены сам Кузнецов и его жена Булах. И именно с их задержанием у следствия возникли самые большие сложности.

Булах, как вы помните, является гражданкой США. Она прекрасно ощущала себя под таким, можно сказать дипломатическим, прикрытием, даже находясь в России, а когда уехала за океан, то это ощущение у нее еще больше укрепилось. Во-первых, потому, что законы США не позволяют выдавать своих граждан другому государству. Во-вторых, у нас с США нет договора об экстрадиции. И в‑третьих, при всей важности двух предыдущих, на мой взгляд, самое главное — это то, что ни Америка, ни ряд других западных стран — членов НАТО ни при каких обстоятельствах не отдадут российскому правосудию преступников, а тем более коррупционеров, которые отмыли и инвестировали грязные деньги в их экономику. И это обстоятельство, по моему мнению, имеет решающее значение и в ситуации с Кузнецовым. Когда стало точно известно, что Кузнецов скрывается во Франции и запросы о правовой помощи российской стороны исполняются по формальному признаку, председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин лично несколько раз приезжал во Францию и убеждал французских руководителей правоохранительных органов и Интерпола принять активные меры к задержанию Кузнецова. И наконец в июле 2013 года Алексей Кузнецов все-таки был задержан французским бюро Интерпола в номере отеля в маленьком городке Гайсин, что находится неподалеку от знаменитого курорта Сан-Тропе. Он проживал там под своим именем, но при обыске в его номере было найдено несколько поддельных паспортов на чужие имена, все они были с фотографиями Кузнецова. Задержанного поместили в местный следственный изолятор. Начались длительные переговоры Следственного комитета России с правоохранительными органами Франции теперь уже по вопросу его экстрадиции. Эти переговоры были непростыми. Ведь нужно было не только найти имущество махинаторов, но и доказать, что оно приобретено преступным путем. И только в этом случае можно было арестовать его и вернуть стране хотя бы часть награбленного аферистами. Вскоре были арестованы те самые 2 отеля в Куршевеле, о которых уже шла речь, — их оценили в 45 миллионов евро. Начались аресты имущества Кузнецова во Франции, Швейцарии, Люксембурге.

Следователям также удалось доказать приобретение Жанной Булах драгоценностей, некоторые из которых стоят дороже, чем квартира в центре столицы. Опрошенные ювелиры подтвердили, что им довелось оценивать эти украшения и подтверждать их подлинность. Одному из ювелиров пришлось оценивать купленные Булах брошь и два колье. Стоимость каждого из них — приблизительно миллион евро.

У следователей были большие сомнения, что Кузнецову и Булах удалось вывезти из России все свои ценности. И сомнения эти подтвердились. Расследование привело к обнаружению в Санкт-Петербурге склада, оформленного на подставное лицо. Здесь хранились ящики, которые еще не успели отправить. В них — 82 предмета антикварной мебели, 113 картин знаменитых художников, старинные иконы и 13 ящиков с редкими изданиями книг. Общая стоимость обнаруженной коллекции — примерно 100 миллионов долларов. Еще совсем немного, и она была бы переправлена через Финляндию в США на имя Жанны Булах. Не получилось! Имущество по ходатайству следствия арестовали и отправили на хранение сначала в «Эрмитаж», потом в Петропавловскую крепость. Где в настоящее время оно и хранится.

Ведерко для шампанского. В виде глубокой чаши с прорезным барочным растительно-цветочным орнаментом. На высоком поддоне с аналогичным орнаментом. Клейма, STERLING, 7198 MAYNARD&POTTERink. Boston

Ваза маркинет. Материал — фарфор. Предмет декорирован крытьем золотом, поясом из жемчужника и золочеными медальонами со стилизованными растительными композициями

Реакция госпожи Булах на это событие неизвестна — как неизвестно и в целом ее отношение к происходящему вокруг финансовых махинаций, разоривших Подмосковье. Жанна старается не общаться с прессой по поводу своего недавнего прошлого. Есть и еще одно странное совпадение — совсем незадолго до анонимного звонка в Интерпол и ареста Кузнецова Булах развелась с мужем, проходящим с ней по одному уголовному делу.

И. Левитан «Плотина»

Некоторые считают, что Булах стала орудием в руках своего мужа-министра. Другие уверены, что все обстояло с точностью до наоборот — талантливый финансист Алексей Кузнецов попал под влияние роковой «гламурной» блондинки. Александр Филин также считает, что Кузнецов, будучи очень жестким по натуре человеком, который всегда и везде навязывал свою волю другим, оказался в полном подчинении у своей жены Булах.

Со дня задержания Кузнецова прошло уже три года. Все это время он находится во Франции, в следственном изоляторе. Принято несколько судебных решений по экстрадиции Кузнецова в Россию, и тем не менее каким-то чудесным образом решения этих судов не исполняются и постоянно находится какая-нибудь причина.

И. Шишкин «Сосны на берегу залива». 1889 г.

В. Суриков «Портрет старика». Этюд. 1887.

Мне кажется, очень уместно было бы здесь привести впечатления руководителя следственной группы Александра Филина, которыми он поделился со мной после участия в одном из таких судебных процессов во Франции. Фактически его присутствие на заседании не имело какого-либо юридического значения. Но сам Филин, как он рассказывал, хотел просто посмотреть в глаза человеку, который без всякого зазрения совести украл у жителей Подмосковья колоссальную сумму денег. По его воспоминаниям, Кузнецов в суде изворачивался, поливал грязью не только тех, с кем он работал эти годы в правительстве Московской области, но и в целом всю Россию. В его словах было нескрываемое пренебрежение к стране, где он родился и вырос, к людям, которые его окружали.

П. Кончаловский «Морской пейзаж»

А. Васнецов «У ворот»

Главное его оправдание заключалось в том, что его, как «честного» и «профессионального» министра, попытались якобы оболгать и выдавить из правительства и страны. Но когда французская судья задала ему, казалось бы, простой вопрос, так все же было ли мошенничество с его стороны? — вся его обличительная речь вдруг резко прервалась. Создалось впечатление, что он просто не ожидал такого вопроса от судьи. Он замялся, так и не ответив на прямо поставленный вопрос. Что это было? Или в нем всколыхнулись остатки совести или он просто испугался необдуманного ответа на неожиданный вопрос, который потом смог бы сыграть против него? По выражению лица судьи не трудно было догадаться, что она восприняла реакцию Кузнецова как то самое молчаливое согласие…

В его словах было нескрываемое пренебрежение к стране, где он родился и вырос, к людям, которые его окружали.

По выражению лица судьи не трудно было догадаться, что она восприняла реакцию Кузнецова как то самое молчаливое согласие…

…Если подвести итоги этой криминально-финансовой истории, я хочу еще раз обратить внимание читателя на профессиональную, я бы даже сказал филигранную работу следственной группы во главе с Александром Филиным. Я уже не говорю о титаническом объеме труда, который отразился в 360 томах уголовного дела (в среднем по 250 листов каждый). Если бы не они, то, я вас уверяю, мы с вами так и не узнали бы об одной из крупнейших финансовых афер России. И поверьте, это не голословный вывод! И знаете почему? Ну, например, потому, что в самый разгар следствия, когда мы начинали подводить итоги и впервые публично озвучивать суммы, украденные Кузнецовым и его подельниками из бюджета, на связь со мной выходили помощники бывшего губернатора области Бориса Громова с неким упреком в том, что мы якобы дезинформируем общественность. По твердому убеждению бывшего главы региона, оказывается, никаких последствий от действий Кузнецова для бюджета области не было!!! Из бюджета не украдено ни копейки! «Вот вам, бабушка, и Юрьев день!» — как говорили наши предки. Оказывается, все вышеописанное богатство бывшего министра финансов было приобретено на его зарплату и доходы талантливой бизнес-леди! Только представьте себе, сколько бы еще морочил голову губернатору этот «честный» и «бескорыстный» финансист?! Что, если бы все было только во власти таких вот доверчивых руководителей?! И они единолично решали бы судьбу талантливых, но жуликоватых подчиненных? Тогда бы Кузнецов сейчас находился не во французской тюрьме, а преспокойно курсировал по всему миру, наслаждаясь своим богатством с супругой, которая тоже была бы более раскована в своих передвижениях, а не пряталась бы от Интерпола в надежном убежище под названием «США». И все остальные (Носов, Телепнев, Кузнецова) тоже сейчас прекрасно себя ощущали бы с такими-то деньжищами! И не исключено, что вся эта компания не раз бы еще провернула подобные схемы.

Кстати, на одном из корпоративов в правительстве Носов, сидя с бокалом коньяка и потягивая сигару, говорил: «Никогда мы не жили так хорошо, как в Московской области». Об этом мне рассказывал один из очевидцев происходящего. Этот яркий показательный фрагмент не требует лишних комментариев. Но все-таки в этой истории не поставлена последняя жирная точка. А хотелось бы… Хотелось бы, чтобы Кузнецов транзитом через скамью подсудимых присоединился к своим подельникам, уже отбывающим длительные сроки наказания в заведениях российской пенитенциарной системы. А для этого нужно всего-то, чтобы французские власти проявили объективность и принципиальность в борьбе с коррупцией, к чему они нас так активно призывают, и наконец передали Кузнецова в руки российского правосудия. Но что-то мне подсказывает, что этого не произойдет ни при каких обстоятельствах. Не только по тем причинам, о которых я говорил выше, но и в силу сложившейся политической ситуации, когда все, что хорошо для России, то неприемлемо для Запада, и наоборот. И если к тому времени, когда вы будете читать эти строчки, Кузнецов все-таки будет экстрадирован, то я готов публично извиниться перед французскими властями на первой же презентации этой книги.

Большинство членов этой шайки чиновников-аферистов, возглавляемой Алексеем Кузнецовым, уже отбывают длительные сроки наказания. В конце 2014 года Басманный райсуд приговорил Носова, Телепнева и Кузнецову Елену к 14, 10 и 7 годам заключения.

Глава 5

Царство страха

(о расследовании массового убийства в станице Кущевской)

От страха к надежде

…В некотором царстве, в некотором государстве жили-были довольно симпатичные, трудолюбивые люди. Они любили, создавали семьи, работали, учились. В общем, жили вполне счастливой жизнью, если бы не одно «но». Уж больно слабый и безвольный у них был король. А от этого и главное несчастье в царстве: завелось там чудище многоголовое, которое стало терроризировать подданных короля. И ни король, ни его верные слуги не могли ничего с ним поделать. Каждый житель этого царства буквально дрожал от мысли, что следующей жертвой чудище выберет именно его или кого-то из его близких. Так они жили в постоянном страхе, и никто не мог им помочь, пока не случилось самое страшное. В один день это чудовище выбрало себе в жертву не одного и не двух, а сразу 12 человек, среди которых были дети и женщины. И весть об этом злодеянии облетела весь свет. Узнал об этом добрый и сильный рыцарь и пришел на помощь к беззащитным подданным этого несчастного королевства, отрубил головы многоголовому чудищу и освободил подданных, которые выбрали потом нового короля. И зажили они с тех пор счастливой жизнью.

Название книги не предполагает, что я вдруг стану рассказывать читателю страшные сказки со счастливым концом. Но к сожалению, наша жизнь иногда пишет такие сюжеты, которые не под силу самым смелым фантазиям сказочников. И если в этой сказке поменять название персонажей: царя — на главу района, подданных — на жителей станицы, а чудище — на вполне конкретную банду во главе с кровожадным главарем, то получится вовсе не сказочная история, а вполне реальная быль о нашем времени. И именно эта банда командовала всеми и устанавливала свои законы. И именно по их законам жила станица.

Наша жизнь иногда пишет такие сюжеты, которые не под силу самым смелым фантазиям сказочников.

В России десятки, если не сотни тысяч районных центров, столиц, небольших провинциальных городков. И вряд ли вы сейчас назовете какие-то из них, за исключением, конечно, тех, которые связаны непосредственно с вашей жизнью или известны по историческим событиям или памятникам архитектуры. А вот станице Кущевской, что в благодатном Краснодарском крае, в ноябре 2010 года суждено было приобрести совершенно другую славу. Более того, с того момента само название «Кущевка» стало нарицательным…

Когда сегодня мы узнаем о бесчинстве преступников, заручившихся поддержкой силовых структур при полном бездействии местных властей и ощутивших себя хозяевами жизни, о звериной жестокости, порождаемой этой вседозволенностью, мы называем это «Кущевкой». Впервые вся Россия услышала о станице Кущевской, когда в праздничный день 4 ноября — праздник единения и примирения — с ужасающим цинизмом были зверски убиты сразу 12 человек. Среди жертв чудовищной бойни — пять женщин и четверо детей, в том числе грудной младенец, девочка девяти месяцев от роду. Произошедшее в сельском доме не укладывалось в сознании, не поддавалось осмыслению в рамках привычных человеческих представлений.

В ходе долгого расследования пришлось убедиться, что эта страшная трагедия не просто стала потрясением для России рубежа первого и второго десятилетия ХХI века, но и поворотом в нашем понимании соотношения зла и добра. Оказывается, в нашей стране бандиты-беспредельщики могут в одном отдельно взятом городе создать свой собственный мир, где их прихоть будет определять значимость моральных ценностей и цену самой человеческой жизни. Тогда мы узнали, что, оказывается, можно создать свою собственную гвардию — аналог «эскадронов смерти». Они могут устанавливать не только свои порядки, но и собственные законы, беспощадно расправляясь с теми, кто осмеливается их не признавать. И самое главное — такое положение дел может продолжаться не год и не два, а десятилетия. Есть основания считать, что современная история России разделилась на периоды «до» и «после» Кущевской бойни.

Эта страшная трагедия не просто стала потрясением для России рубежа первого и второго десятилетия ХХI века, но и поворотом в нашем понимании соотношения зла и добра.

Но это будет потом. А тогда, в ноябре 2010-го, известие о леденящей душу трагедии мгновенно разлетелось от Калининграда до Камчатки, пробив даже границы. Кадры с подробным описанием деталей жестокого массового убийства стали топовыми в новостных выпусках российских и зарубежных телеканалов. Жестокость убийц повергла в шок миллионы людей во всех краях и областях. Остается только предполагать, какой же ужас испытали жители самой станицы Кущевской, когда узнали, что произошло за забором соседнего дома. Ведь там все были хорошо знакомы, так или иначе связаны друг с другом — и с жертвами, и с их палачами. Еще вчера они были близкими, друзьями, соседями, а сегодня… Станицу накрыла тень смерти.

Еще вчера они были близкими, друзьями, соседями, а сегодня… Станицу накрыла тень смерти.

Я очень хорошо помню, как получил первоначальную информацию о некоем пожаре в доме фермера и гибели 12 человек, включая детей.

Изначально это даже не показалось каким-то экстраординарным происшествием. Таких случаев было немало, когда в пожаре погибали целые семьи. Но такие смерти, как правило, случались от неосторожного обращения с огнем, беспечности взрослых или халатности должностных лиц. И естественно, когда пришли первые сообщения информагентств о том, что в станице Кущевской во время пожара погибла целая семья и даже их гости, первое предположение было таковым, что причиной стало что-то из вышеперечисленного. Но так было до того момента, пока на месте происшествия не оказались наши следователи. Это произошло 5 ноября — в выходной день. Тогда я впервые узнал, что в доме фермера Сервера Аметова случился не пожар… Восемь взрослых и четверо детей были зверски убиты. Изначально информацию я дал на федеральные информагентства, после чего прямо к моему дому, как рой пчел, прилетели представители всех телеканалов со спутниковыми тарелками, чтобы оперативно получить официальные комментарии для новостных выпусков. У всей страны возник вопрос: кто посмел? И за что? И при чем тут маленькие дети? Вот на все эти вопросы и предстояло ответить следствию.

И вот началось расследование. Практически сразу уголовное дело из следственного управления по Краснодарскому краю, где первоначально оно было возбуждено, передали для дальнейшего расследования в Главное следственное управление по Северо-Кавказскому федеральному округу. Так распорядился председатель Следственного комитета России Александр Иванович Бастрыкин, который буквально на следующий день после трагедии приехал в Кущевскую.

Председатель Следственного комитета России Александр Бастрыкин на месте происшествия

И ему сразу показалось странным упорное молчание станичников, которых по горячим следам опрашивали оперативные сотрудники МВД. Получалось, что никто ничего не видел, не слышал и не знал — короче, свидетелей нет, и точка. Понятно, что такого быть не могло и за этим молчанием необходимо было разглядеть его причины.

И вскоре стало понятно, что стоит за молчанием людей — страх. Страх перед теми, кто, как постепенно выяснялось, уже много лет держит станицу Кущевскую в своих жестоких и безжалостных руках. Вскоре впервые прозвучала фамилия Цапки. Но эти сведения были обрывочными, недостаточными, лишь на уровне предположений. Все нужно было устанавливать, доказывать… И при этом на первый план выступила необходимость донести до людей: вас защитит закон, преступники будут наказаны, их время прошло навсегда. Это было очень трудновыполнимой задачей. Следователи поражались тому, насколько запуганы кущевские жители.

Вскоре стало понятно, что стоит за молчанием людей — страх.

В очередной раз вылетая в Кущевку, председатель СК России взял меня с собой. Я стал свидетелем и участником очень важного события, которое оказало огромное влияние на дальнейший ход следствия, придало ему новый импульс. После планового совещания, где председателю доложили о результатах работы, была организована встреча со станичниками в одном из актовых залов администрации.

Об этом очень трудно рассказывать — невозможно словами передать то колоссальное напряжение, что ощущалось в зале. Вот тогда я понял смысл расхожего выражения: «обстановка наэлектризована». Действительно, казалось, что пролети искра — и зал взорвется, вспыхнет огнем.

Казалось, что эту напряженность и стену недоверия невозможно будет преодолеть. У людей, видимо, настолько накипело, что это недоверие и даже ненависть к местным властям и правоохранителям они теперь с накопившимся ожесточением выплескивали на московских гостей. Но не ради праздного любопытства председатель совершает подобные поездки и устраивает такие встречи с гражданами. Вообще, у Александра Ивановича есть совершенно потрясающее качество: он обладает умением, или скорее даже талантом, найти подход к каждому собеседнику, расположить к себе людей самого разного уровня — социального и образовательного, с самыми разными представлениями о жизни и ее ценностях. Люди ощущают искренность, которая исходит от него, и лед недоверия тает, падает стена отчуждения, открывается путь к откровенному разговору. Редчайший талант!

И вот эта искренность Александра Ивановича, помноженная на его уверенность в том, что виновные понесут наказание и в станице воцарит законность и порядок, сделали свое дело. Ситуация в зале стала меняться буквально на глазах. На лицах людей вместо страха, злобы и обиды появились блики надежды. Они с трудом, но все же приходили к пониманию того, что все еще может измениться, что все их страхи останутся в прошлом и справедливость восторжествует несмотря ни на что. Они смогут спокойно жить и работать на своей родной земле, ничего не опасаясь и никого не боясь, ни перед кем и ни перед чем не склоняя голову, кроме закона. Это много значило.

Наконец, плотину прорвало — люди заговорили. Сначала робко, неуверенно, потом все громче и смелее. За долгие годы страха и обреченности в их душах накопилось много обид, и теперь у них была возможность наконец-то вылить их тому, кто смог выслушать, поверить и помочь. Звучали жалобы на местную власть, на милицию и прокуратуру. Их обвиняли в бездействии, а фактически — в молчаливом содействии тому беспределу, который на их глазах творила банда Цапков. Это был очень тяжелый разговор. Во многое из того, что мы слышали, просто невозможно было поверить, но было очевидно, что люди говорят правду о своей жизни. Правду горькую и порой страшную…

После коллективной встречи начались индивидуальные беседы с гражданами. Людей было очень много, председатель не мог принять всех, поэтому с кущевцами встречались и его заместитель, и другие сотрудники СКР. Картина станичного беспредела становилась все более яркой и осязаемой.

Эта картина складывалась уже не из подозрений и слухов, а из конкретных фактов. Люди стали писать заявления о преступлениях, совершенных в прошлые годы. Они поверили, что на свете есть правда и на всемогущих Цапков нашлась управа!

Я постоянно переходил из одного кабинета в другой, где принимали людей, и поэтому уже тогда у меня сложились первые впечатления, что же все-таки происходило в станице все эти годы. Уже вечером я вышел на площадь перед администрацией, где были выставлены камеры всех федеральных и региональных телеканалов. И что меня тогда удивило никто не задавал вопросов. Обычно шумные и разговорчивые журналисты на этот раз напряженно молчали. Но это молчание было красноречивее любых слов. Именно от меня ждали первых слов и любых подробностей. Как сейчас спустя столько лет помню мой первый немногословный комментарий: «Если хотя бы одна четвертая часть того, что сказано станичниками, подтвердится, то можно только представить, какой ужас творился все эти годы в станице».

Несмотря на очень большую усталость, Бастрыкин выслушал всех, кто к нему попал, — из станицы мы улетели лишь глубокой ночью.

Очень тяжелые впечатления остались у меня от этой встречи. Я увидел своими глазами, как профессионализм и еще в большей степени способность от всей души переживать чужую беду творят чудеса. Кущевцы поверили главному следователю страны — и лед тронулся, появилась надежда, а затем и твердое убеждение, что возмездие неизбежно, преступники не уйдут от ответа.

Ночь длинных ножей

Теперь я постараюсь рассказать, что же произошло в ту зловещую праздничную ночь в доме фермера Аметова и его семьи, что этому предшествовало, как шло расследование и чем оно закончилось.

Итак, 4 ноября 2010 года. В тот вечер в доме семьи Аметовых в станице Кущевская, по адресу: улица Зеленая, дом 6, собралось множество гостей. Из Ростова приехала семья Мироненко вместе с родителями жены и двумя малолетними дочками. Пришла невестка с годовалой внучкой. И еще соседка по улице заглянула на огонек, чтобы поздравить своих друзей, с которыми много лет прожила рядом.

Дом Сервера Аметова на улице Зеленая, д. 6

В хлебосольном щедром доме Аметовых всегда были гости — здесь всем были рады. Жители станицы говорили, что с ними очень многие дружили, уважали за доброту и отзывчивость. Поэтому в тот роковой осенний вечер гостей могло быть еще больше. В Кущевской по праздникам даже столы накрывают на улице, как это принято на Кубани. Все было прекрасно, все были счастливы… Жена хозяина дома Галина готовила вкусный праздничный ужин, сам Сервер с приехавшими друзьями играл на бильярде в постройке, где также располагалась баня, куда они только что сходили.

Эти счастливые люди еще не знали, что часы, висящие в гостиной, отсчитывают последние минуты их жизни. Что сейчас в доме появятся совсем другие гости, которых никто здесь не ждал и никто сюда не приглашал. Случится страшное, о чем нельзя будет вспомнить без содрогания. И часы в гостиной остановятся навсегда, показывая восемь часов сорок минут вечера.

Эти счастливые люди еще не знали, что часы, висящие в гостиной, отсчитывают последние минуты их жизни.

Но все это станет известно только на следующий день. И первой, кто испытает жуткое потрясение, станет беременная дочь хозяев Лиля. Она вечером тоже была у родителей. Но потом почувствовала себя неважно — все-таки готовилась впервые стать матерью. И уехала вместе с мужем в свой дом.

Утром стала звонить сначала маме, потом отцу — оба телефона молчали. Встревоженная Лиля поехала разузнать, в чем дело.

Стол в доме Аметовых

Войдя в дом, девушка увидела лужи крови, обугленные почерневшие от пламени стены и такие же обугленные тела своих самых родных людей вместе с гостями. Всю эту страшную картину оттенял и оттого еще более усиливал фон — накрытый стол, уставленный тарелками, бутылками, фужерами, всем тем, что мать приготовила к праздничной трапезе. Поверить в то, что это не страшный сон, Лиля не могла. Но кошмар не исчезал, он был явью, еще более страшной. С истошным криком ужаса девушка бросилась из родного дома на улицу.

Прибыв на место происшествия, следователи практически сразу поняли, что всех 12 человек, обнаруженных в доме, убили. И тем страшнее после такого вывода для них было обнаружить среди погибших тела маленьких детей.

4 ноября 2010 года в станице Кущевская в собственном доме были убиты 51-летний фермер Сервер Аметов (08.02.1959 г. р.), его 48-летняя супруга Галина (06.02.1962 г. р.), их 19-летняя невестка Елена (03.02.1991 г. р.) с 9-месячной дочерью Амирой (17.01.2010 г. р.), а также гости — Владимир Мироненко (15.04.1964 г. р.) с супругой Мариной (04.10.1971 г. р.), дочерьми полуторагодовалой Аленой (04.06.2009 г. р.) и 5-летней Ириной (26.04.2005 г. р.), тестем и тещей Виктором Игнатенко (13.08.1941 г. р.) и Лидией Игнатенко (14.02.1943 г. р.). Кроме того, бандиты расправились с зашедшими в гости соседями Аметовых — 36-летней Натальей Касьян (11.01.1974 г. р.) и ее 14-летним сыном Павлом (30.08.1996 г. р.).

Каким же нелюдем нужно быть, чтобы поднять руку на совершенно беззащитных малышей, на таких крох. Предположить, что таким образом преступники хотели избавиться от любых возможных свидетелей. Нет, это исключено. Ведь самой младшей девочке на тот момент было всего лишь 9 месяцев! Она не то что показания дать не смогла бы, она говорить-то не умела… Да и другая, двухлетняя, ну никак не смогла бы стать ценным свидетелем. Очень сложно представить себе эту жуткую сцену. А каково было родителям, когда на их глазах убивают детей? Даже писать об этом тяжело. До какого же озверения надо дойти, насколько утратить человеческий облик, чтобы совершить подобное злодейство? Но каким бы страшным ни было потрясение, надо было искать убийц. Криминалисты и следователи приступили к осмотру места происшествия, к поиску улик, которые позволили бы каким-то образом выйти на след преступников.

До какого же озверения надо дойти, насколько утратить человеческий облик, чтобы совершить подобное злодейство?

Здесь необходимо сказать, какое огромное значение в работе следователей имеет правильно проведенный первоначальный осмотр места происшествия — тот, что делается, как говорится, по горячим следам. Он формирует основу будущей доказательной базы, от этого, самого первого, мероприятия, зависит, как пойдет следствие, насколько успешным оно будет. Важно ничего не пропустить, не упустить, не забыть, добиться, чтобы ни одна мелочь не осталась незамеченной. Нужна предельная концентрация внимания, напряжение всех физических и душевных сил, ведь работа ведется круглосуточно, практически без отдыха, с перерывами на короткий сон.

Не забывайте, что все это происходит на фоне потрясения от только что увиденных жертв страшного преступления — ведь даже опытные следователи при всей своей профессиональной выдержке не могут оставаться к такому безучастными, не испытывать никаких эмоций. Они же люди, у них есть дети, родители. Но — переживания в сторону, работа есть работа, надо собрать себя в кулак. Именно выдержка в сочетании с состраданием и высоким нравственным порогом всегда давали и будут давать преимущество следователю в поединке с жестокими и коварными злодеями. И вы не раз сможете убедиться в этом даже в этой книге.

В станице Кущевская был срочно создан штаб, куда вошли лучшие специалисты — следователи и криминалисты Следственного комитета, оперативные сотрудники МВД, ФСБ. Сотрудников было так много, что пришлось занять административное здание полностью. Первоначальный осмотр места происшествия продолжался более 12 часов. Ровно столько же длился дополнительный осмотр.

Кстати, позже на имя руководства Следственного комитета России приходили письма от станичников со словами благодарности в адрес следователей. Письма были, как по старинке, написаны от руки, что придавало им еще большей трогательности. Люди благодарили следователей за их работу, за отзывчивость, сопереживание чужому горю и оказанную помощь. Помню, в одном письме женщина, которая жила в соседнем доме от здания, где расположился следственно-оперативный штаб, писала: «Я восхищаюсь следователями. Свет в окнах их кабинетов не гаснет даже ночью. Мне кажется, они не отдыхают ни минуты…»

В состав следственной группы на первоначальном этапе расследования преступления входило 43 следователя. Каждые 45 минут результаты работы докладывались руководству Главного следственного управления по Северо-Кавказскому федеральному округу (ГСУ по СКФО). Расследование контролировал лично заместитель председателя СК России Карнаухов Б. М. В специально созданный штаб по раскрытию преступления входили руководитель ГСУ по СКФО СКР Лазутов И. В., его заместитель Глущенко А. П., руководитель управления по расследованию особо важных дел Саврулин А. Ю. и руководитель контрольно-криминалистического управления ГСУ по СКФО Минин Д. А., а также руководство МВД и ФСБ России.

Схема к протоколу осмотра места происшествия

По направлению распространения пламени и по месторасположению очагов пожара криминалисты сделали вывод — в доме был совершен поджог. Очагов пожара было очень много, необычайно много. Со стен собрали пепел для экспертизы, чтобы установить горючее вещество. В доме обнаружили многочисленные кровавые следы. Просеивался пепел, изымались мельчайшие останки, устанавливалась последовательность происходивших событий.

Показания, которые дала едва успевшая прийти в себя от пережитого ужаса дочь погибших хозяев дома Лиля, помогли установить несколько очень значимых деталей. Это касалось пропажи имущества. Прежде всего, домашний сейф был открыт и пуст, деньги, хранившиеся в нем, исчезли. Это, по логике вещей, могло указывать на корыстный мотив убийства. Следователи заметили, что отсутствует наволочка на одной из подушек. И они не зря обратили на это внимание. Как будет установлено впоследствии, в этой наволочке преступники выносили из дома оружие и свои вещи, которые были полностью испачканы кровью. Наконец, еще одна находка, которая спустя некоторое время сыграет огромную роль в ходе расследования. Сначала была обнаружена обгоревшая пробка от канистры с горючим материалом. Затем нашли и саму двадцатилитровую канистру со следами сильного окопчения.

Прямо под телом убитого Сервера Аметова лежал нож. Как оказалось, это был тот самый нож, которым нанесли смертельные раны беззащитным людям. А с виду совершенно обычный кухонный нож, взятый с того самого стола, на котором готовили праздничное угощение для гостей. Зачем он понадобился убийцам? Ведь с собой у них было оружие, в том числе огнестрельное. Силы изначально были неравны. Пятеро физически сильных и вооруженных до зубов бандитов против троих не подготовленных к отражению нападения взрослых мужчин. А остальные — женщины и дети.

Нож, изъятый с места происшествия, которым были нанесены смертельные ранения

Все очень просто, как в дальнейшем выяснилось, нож им понадобился, во‑первых, чтобы убивать бесшумно. Но и, главное, чтобы попытаться перевести «стрелки» на самого хозяина дома. Дескать, Сервер Аметов, то ли сойдя с ума, то ли просто впав отчего-то в бешенство, совершил массовое убийство, перерезал своих родных и друзей, ну а потом и с собой покончил. Ну а огонь смог бы окончательно все запутать. На это и рассчитывали убийцы. Вроде бы такая версия изначально напрашивалась, но следователи практически сразу ее исключили. И на то были причины, которые не учли преступники.

Погибшего фермера все знали как очень доброго и уравновешенного человека. Расположение трупов в доме, их количество указывало на то, что один человек такого убийства совершить не мог в принципе. Мало того, получалось, что Аметов сам себе вонзил нож в грудь, а потом накрыл оружие самоубийства своим телом, что, конечно, выглядело абсурдно. Да и лицо у него было разбито — то есть что же выходит, человек сам себя избивал? Ведь в доме вообще не было заметно каких-нибудь следов борьбы или просто сопротивления. А вот в бильярдной, что в одной постройке с баней, такие следы были. Все указывало на то, что там дрались. Что же, может быть, гостей на самом деле было больше, чем убитых, и они, выпив вина и пива — на столиках стояли бутылки и с тем, и с другим, — повздорили с хозяином? Возник конфликт между хмельными мужчинами, завершившийся массовым побоищем. Такое бывает. И эта версия тоже отрабатывалась.

Все, что удалось найти в доме, передали на экспертизу.

Проведение экспертизы — следующий после осмотра места происшествия этап, определяющий дальнейший ход расследования любого тяжкого преступления.

Оперативно был назначен целый ряд судебных экспертиз. Исследовали одежду жертв, тот самый нож, что нашли под телом Сервера Аметова. Подтвердилось, что именно этим ножом наносили смертельные раны убитым. Получили медицинское заключение о причинах смерти. Установлено, что сам Аметов и две девочки были задушены, самая маленькая 9-месячная девочка скончалась от отравления угарным газом, все остальные были зарезаны. Выяснилось и другое важное обстоятельство — в тот момент, когда людей убивали, они были связаны скотчем.

51-летний Сервер Аметов вел семейный аграрный бизнес, арендовал 200 гектаров земли, которые, по разным данным, приносили ему и его родным от 5 до 7 миллионов рублей дохода в год. Сам работал на тракторах, которые в основном брал по лизингу. На его ферме «Сириус» трудились несколько наемных рабочих. Друзья и соседи характеризовали его как доброго и дружелюбного человека.

Слово профессионала

Как я говорил в начале своего рассказа, уже на следующий день в станицу Кущевская прибыл руководитель Следственного комитета России Александр Иванович Бастрыкин. Он, как профессионал, побывав на месте происшествия и внимательно осмотрев домовладение, сразу высказал мнение, что причиной жуткой трагедии стали, скорее всего, межличностные отношения. Обратил внимание и на то, что в доме ощущался сильный запах газа — значит, преступники рассчитывали не только на пожар, но и на возможность взрыва, который окончательно уничтожил бы все следы злодеяния.

Тогда Бастрыкину доложили и о найденной в доме канистре, вещество из которой, предположительно использовалось для поджога. Судя по дорожке следов, преступников было больше, чем двое. Из комплекса обнаруженных на месте улик возникло предположение, что их было не менее пяти. Впоследствии, как мы теперь знаем, это подтвердилось. Продолжалась и работа по поиску возможных свидетелей. Обычно поквартирным обходом и поиском очевидцев преступления занимаются оперативные сотрудники и участковые уполномоченные МВД. Но на этот раз все было иначе. Александр Иванович сразу же отметил, что не верит, будто люди, находившиеся в нескольких десятках метров от места чудовищной бойни, ничего не видели и не слышали, и на одном из первых же совещаний дал следователям прямое и жесткое указание — самим лично встречаться с жителями станицы, искать к ним подход, убеждать, что законность восторжествует и не стоит ничего и никого бояться.

Постарайтесь разговорить и одновременно успокоить каждого, сказал председатель СК России.

Работа пошла в качественно новом русле. По результатам бесед следователей со станичниками можно было сделать первые важные предположения о возможных мотивах и исполнителях. Конечно же, особый упор следователи делали на выяснение всевозможных конфликтных ситуаций, возникавших в жизни станичных обывателей. Вот тут-то и удалось выяснить, что у фермера Сервера Аметова был серьезный конфликт с Сергеем Цапком. Причем конфликт этот был многосторонним — он лежал как в сфере деловых интересов, связанных с конкуренцией в бизнесе, так и в плоскости личных отношений, включая мотивы так называемой кровной мести. Так мы вышли на семью Цапков, о роли которой в жизни Кущевской уже получили некоторое представление во время откровенного разговора с жителями. Но теперь все новые сведения накапливались буквально как снежный ком.

Кущевская мафия

Итак, Цапок Сергей Викторович. На момент начала расследования ему было 34 года, занимал должность заместителя генерального директора Аграрного холдинга «Артекс-Агро», который возглавляла его мать, Надежда Цапок. В недавнем прошлом — депутат Кущевского районного совета.

Из материалов обвинительного заключения.

Фамилия, имя, отчество: Цапок Сергей Викторович

Дата рождения: 06.04.1976

Место рождения: хутор Полтавский Кущевского района Краснодарского края

Место жительства: зарегистрирован по адресу: Краснодарский край, Крыловской район, ст. Новосергиевская, ул. Черемушки, д. 11, кв. 1. Фактически проживает по адресу: г. Ростов-на-Дону, ул. Портовая, 364

Гражданство: гражданин Российской Федерации

Образование: высшее

Семейное положение, состав семьи: женат, двое несовершеннолетних детей

Место работы или учебы: ООО «ЧОП «Центурион-Плюс», охранник

Отношение к воинской обязанности: ограниченно годен к военной службе, состоит на учете в Павловском районном военном комиссариате

Наличие судимости: не судим

Иные данные о личности обвиняемого: по месту работы характеризуется положительно; на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит; имеет ученую степень кандидата социологических наук

Одной из первых, кто дал показания, подтверждающие версию следствия о конфликте фермера с Цапком, была Светлана Сребная, родственница погибшей Галины Аметовой, жены Сервера Аметова.

Цапок Сергей Викторови

Она рассказала следователям, что незадолго до убийства Цапки приехали на своих машинах и стали ломиться в дом Аметовых. Галина выскочила на улицу с ружьем в руках и заявила, что если они не уберутся, то будет стрелять и вызовет милицию. Цапки убрались, но на прощание пригрозили хозяйке дома, сказали, что вскоре она об этом сильно пожалеет.

Одновременно с этим сестра Светланы Сребной, Ольга Богачева, сообщила следователям, что неделю назад видела на соседнем участке дома Аметовых Сергея Карпенко.

Так в деле возник первый реальный подозреваемый — Сергей Карпенко.

Карпенко Сергей Александрович, 1984 г.

Не женат. Детей нет.

В банде он проходил под прозвищем «Рис-младший».

Являясь активным членом банды, участвовал в совершении особо тяжких преступлений: нападениях на граждан, сопряженных с их убийствами, с использованием огнестрельного оружия и боеприпасов; вел скрытое наблюдение за объектами нападений; осуществлял перевозку членов банды к местам совершения нападений и обеспечивал их мобильный отход; по указанию руководства банды перед совершением преступлений, с целью конспирации, похищал и устанавливал на планируемый для использования автотранспорт государственные регистрационные знаки с других автомобилей. Кроме того, получал от Сергея Цапка денежные средства, приобретал и обеспечивал членов устойчивой вооруженной группы спортивной и специальной форменной одеждой, обувью, перчатками, масками и липкой лентой типа «скотч», используемыми при совершении преступлений.

Ольга Богачева рассказывала, как она увидела Карпенко поздним вечером у забора недостроенного дома, выставленного на продажу. Спросила, что он тут делает на ночь глядя. В ответ услышала нечто невнятное — дескать, дом же продают… Женщина удивилась — неужели этот молодой человек собирается стать покупателем? Тот сел в машину и поспешил уехать. Позже предположение следователей о том, что этот дом стал наблюдательным пунктом, подтвердится показаниями обвиняемых. Сергей Карпенко в банде не занимал видного положения, выступал в роли «шестерки». А вот автомобиль, на котором он передвигался, как выяснится позже, принадлежал другому видному члену преступной группировки — Владимиру Алексееву, имеющему кличку Беспредел. Эту машину зафиксировали в день убийства видеокамеры, установленные в разных концах станицы. Но на тот момент это было всего лишь зацепкой, хотя и очень важной.

Из материалов обвинительного заключения.

Фамилия, имя, отчество: Алексеев Владимир Вячеславович

Дата рождения: 08.08.1980

Место рождения: станица Кущевская Кущевского района Краснодарского края

Место жительства и (или) регистрации: Краснодарский край, станица Кущевская, ул. Б. Москвича (Свердлова), д. 90

Гражданство: гражданин Российской Федерации

Образование: среднее специальное

Семейное положение, состав семьи: разведен, двое малолетних детей

Место работы или учебы: ООО «ЧОП «Центурион-Плюс», охранник

Отношение к воинской обязанности: военнообязанный, состоит на воинском учете в Кущевском районном военном комиссариате

Наличие судимости: не судим

Иные данные о личности обвиняемого: по месту работы характеризуется положительно; на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит

В банде был известен под прозвищем Вова-Беспредел.

Тем временем пришли результаты пожарно-технической экспертизы, которых мы так ждали. С помощью спектрального анализа пепла и анализа горючего материала удалось подтвердить, что дом Аметовых поджигали именно тем самым веществом, что было в сгоревшей канистре, — это был автомобильный бензин. А на обгоревшей пробке из-под этой канистры, найденной в столовой фермерского дома, частично сохранилась маркировка, по которой наши специалисты смогли восстановить тот путь, который прошла данная канистра — от поставщика до покупателя.

Владимир Алексеев по кличке Беспредел

В дальнейшем было установлено, что данную канистру вместе с другими товарами Сергей Цапок, Владимир Алексеев, Сергей Карпенко и Андрей Быков приобрели в торговой точке № 4 индивидуального предпринимателя Мацининой Л. И. на рынке «Меркурий» в Азовском районе Ростовской области, на 1183-м км федеральной автомобильной дороги М4 «Дон».

Быков Андрей Александрович, 1970 года рождения, женат, образование среднее. В станице Кущевская был больше известен под кличкой Бык.

Теперь вернемся к Сергею Цапку. Сразу после совершения преступления он вместе со своими подручными сбежал из страны. Позже следствием будет установлено, что Сергей Цапок, Владимир Алексеев и Андрей Быков выехали в Турцию и в Египет.

Третий слева — Быков Андрей Александрович

Рассчитывали пересидеть, переждать за рубежом опасное для себя время, посмотреть, что будет дальше. А потом, когда страсти улягутся, видимо, намеревались благополучно вернуться. Похоже, главарь и его приближенные были по-прежнему уверены, что все жители Кущевки будут молчать из страха перед ними. Цапок и его окружение и представить не могли, что их участь уже, по сути, была решена. Следователи уже ухватили ту самую ниточку, которая приведет к ним, и стали все увереннее тянуть ее.

Чем дальше в гущу, тем страшнее

На тот момент были установлены все члены группировки, было собрано достаточно доказательств для задержания и последующего ареста бандитов. Теперь главная задача была задержать всю банду целиком, сразу же по возвращении их на родину. Работа многочисленной следственно-оперативной группы кипела. Кроме сбора доказательств по массовому убийству, параллельно отрабатывались и другие нераскрытые преступления, совершенные бандой Цапка в течение более чем 10 лет. Кстати, эта закономерность подтверждается следственной практикой. Распутывая одно преступление, раскрывается много других, совершенных даже много лет назад.

Главная задача была задержать всю банду целиком, сразу же по возвращении их на родину.

Одним из таких дел было убийство отца и сына Богачевых в 2003 году, совершенное с особой дерзостью и цинизмом во дворе их собственного дома.

Ольга Богачева, жена и мать погибших, вспоминала тот вечер как страшный сон. Она только что вернулась с улицы и уже через пять минут, едва успев помыть руки, услышала звуки, по ее словам, похожие на хлопки петард. И тут прибежала ее сестра, проживавшая напротив (ее дочь и внук погибли потом во время трагедии в доме Аметовых). Она сказала, что «наверное, Валеру и Рому убили». Когда женщины вышли во двор, Валерий Богачев был уже мертв, а его сын Роман доживал последние минуты.

Трудные для себя воспоминания женщина завершила словами о том, что после этого целых семь лет убийство ее родных было окружено стеной молчания. Тишина такая, будто ничего не случилось. Хотя все в станице знали, кто это сделал, в том числе наверняка и милиция.

После этого целых семь лет убийство ее родных было окружено стеной молчания.

В ноябре 2008-го на пороге собственного дома был зарезан фермер Анатолий Смольников, десять лет назад посмевший во время одной из «разборок» на стадионе пойти против Цапков. Дело в том, что Смольников по кличке Бобон давно отошел от дел и был богатым фермером и криминальным авторитетом «старых понятий». Он находился в оппозиции к беспредельщикам Цапкам. В Кущевке говорят, что убийство Смольникова было скорее актом устрашения станицы. Могила Смольникова несколько раз поджигалась. Затем гроб с телом фермера был вырыт и выброшен на трассу неподалеку. Ни убийц Богачевых и Смольникова, ни кладбищенских вандалов кущевская милиция не нашла. Эта устрашающая акция заставила надолго замолчать и всех остальных, недовольных бандой Цапков. И не только замолчать, но и погрузить в страх.

Во время работы по выявлению преступлений прошлых лет всплыл еще один немаловажный факт. В аграрной компании, которую возглавляла Надежда Цапок — мать главаря банды — более 20 человек находились на тот момент фактически в рабском положении. Поэтому интерес следствия был обращен и в сторону этой преуспевающей дамы, бизнес-леди районного масштаба.

Надежда Алексеевна Цапок, 1950 года рождения, замужем, двое взрослых детей, генеральный директор Аграрного холдинга — фирмы «Артекс-Агро».

У ее батраков заранее отобрали личные документы, включая паспорта, и они были вынуждены работать на хозяйку бесплатно, в жутких антисанитарных условиях, получая взамен лишь скудное питание.

Надежда Цапок

Оперативная группа выехала на место, где держали невольников ХХI века, и освободила их. Были выявлены и помощница директора холдинга гражданка Украины и ее приятель из Кущевки, которые руководили этими работниками, а по факту — были надсмотрщиками. Именно они находили работников, обещали им хорошую зарплату, разумеется, достойные условия. На самом же деле людей ввели в заблуждение и превратили в совершенно бесправных, не имеющих ни документов, ни возможности как-либо обжаловать и изменить свое положение. Это была еще одна из граней кущевского беспредела. Люди жили в барачном помещении, к тому же для тех, кто недостаточно хорошо работал или просто проявлял недостаточную дисциплинированность, существовал «карцер». Работа происходила под страхом физической расправы.

На самом же деле людей ввели в заблуждение и превратили в совершенно бесправных, не имеющих ни документов, ни возможности как-либо обжаловать и изменить свое положение.

При этом было установлено, что сама Надежда Цапок очень мало интересовалась делами своей компании и фактически не контролировала бизнес. Но одновременно с этим выяснилось, что она проводила многочисленные финансовые махинации и до поры до времени успешно скрывала истинные доходы группы своих предприятий, входивших в Аграрный холдинг. Решением суда Надежда Цапок была арестована и заключена под стражу.

Александр Иванович Бастрыкин по этому поводу заметил: «Ситуация, сложившаяся в станице Кущевская, стала возможной потому, что там возобладали принципы, навязываемые в период “дикого капитализма”. Мотивация тех, кто чувствовал себя хозяевами в станице, заключалась только в одном — поскорее и побольше урвать. Они не желали ни с кем и ни с чем считаться и видели измерение успеха только в количестве денег, которые им удалось украсть или заполучить каким-то другим не вполне законным или совсем незаконным путем».

Мотивация тех, кто чувствовал себя хозяевами в станице, заключалась только в одном — поскорее и побольше урвать.

Одно только перечисление старых уголовных дел, раскрытых по следам событий в Кущевке, наверное, заняло бы не один час. Среди них были и самые кровавые «цапковские» убийства, которые никем не расследовались по 5, 10 и более лет.

Кстати, надо иметь в виду, что в ту пору никакого Следственного комитета в России еще и в помине не было. Вы спросите, что же делали существовавшие в ту пору местные правоохранительные органы? Как выяснилось, попросту не возбуждали или возбуждали для видимости и практически сразу прекращали уголовные дела, чаще всего даже не пытаясь провести по ним должную работу. Ну и как, спрашивается, после всего этого жителям станицы Кущевской было не потерять веру в справедливость и в правосудие?

Теперь, когда следствию удалось собрать мощную доказательную базу, необходимо было только дождаться, когда бандиты вновь окажутся в России. И вот этот час настал — они вернулись. Вернулись всего через несколько дней, по-прежнему не сомневаясь в своей безнаказанности. Они не могли представить себе, что за несколько дней все резко изменится и что у них нет ни одного шанса уйти от ответственности. Если бы они это знали, они бы ни за что не вернулись. Но тогда бы пришлось приложить гораздо больше усилий для их задержания.

Сергей Цапок был арестован у ворот собственного дома в городе Ростове и прямо оттуда доставлен в СИЗО. Всего через несколько дней в камере оказались его подручные — Быков, Карпенко, Черных.

Из материалов обвинительного заключения

Фамилия, имя, отчество: Черных Игорь Леонидович

Дата рождения: 25.02.1965

Место рождения: станица Кисляковская Кущевского района Краснодарского края

Место жительства и (или) регистрации: Краснодарский край, станица Кущевская, ул. Куцева, д. 13, кв. 8

Гражданство: гражданин Российской Федерации

Образование: полное среднее

Семейное положение, состав семьи: холост

Место работы или учебы: не работает

Отношение к воинской обязанности: ограниченно годен к военной службе, состоит на учете в Кущевском районном военном комиссариате

Наличие судимости: не судим

Иные данные о личности обвиняемого: характеризуется положительно; на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит

В банде его знали под прозвищем Амур.

С каждым из задержанных следователи тщательно проводили допросы, стараясь получить от бандитов признательные показания. Первым из обвиняемых, кто пошел на сотрудничество со следствием, стал Быков.

Игорь Черных. Проверка показаний на месте

Вот еще одна важнейшая сторона следствия — из показаний фигурантов дела необходимо получить важные сведения о том, где они бросили или спрятали орудия преступления, в какой последовательности происходили события. При сопоставлении с данными, полученными в ходе осмотра места происшествия, удается установить, насколько правдивые показания дают задержанные и насколько точную картину случившегося представляется возможным восстановить.

Дело в том, что в отношении Андрея Быкова, Быка, доказательства были собраны очень весомые. Теперь, чтобы как-то облегчить свою участь, он согласился рассказать не только об убийстве Аметовых, но и об остальных преступлениях банды, в которой состоял. В их числе было и убийство местного фермера Богачева и его сына.

Быков на месте рассказал и показал, как первым — по ошибке — был убит сын. Как потом он добивал отца, который пытался убежать.

Здесь я выстрелил ему в лицо и попал, по-моему, прямо в лоб, подробно объяснял Быков, наглядно демонстрируя, как он держал пистолет, с каких позиций стрелял и тому подобное. Отец и сын Богачевы в тот момент только что подъехали к своему дому на машине и были застрелены практически в упор.

Надо сказать, что все преступления цапковской группировки были весьма схожи между собой по исполнению, как говорят следователи — по почерку. Если людей не убивали выстрелами из огнестрельного оружия, то забивали насмерть битами и арматуринами. Это всегда делалось с предельной жестокостью и откровенным цинизмом. Впоследствии все эти преступления были объединены в одно производство с уголовным делом по факту одновременного убийства 12 лиц, то есть трагедии в доме Аметовых.

Если людей не убивали выстрелами из огнестрельного оружия, то забивали насмерть битами и арматуринами. Это всегда делалось с предельной жестокостью и откровенным цинизмом.

Из работы следствия с Андреем Быковым особенно запомнился такой эпизод. Быков сообщил, что оружие, которое участники группировки Цапков использовали при совершении преступлений, он спрятал в лесополосе на границе Ленинградского и Кущевского районов Краснодарского края. Ориентиром, указывающим на место «схрона», Быков назвал сломанные ветви дерева. Следственно-оперативная группа, взяв с собой обвиняемого, выехала на границу указанных выше районов — спрятанные там предметы были очень важны для уголовного дела. Однако к тому времени, когда проводилось следственное действие, из-за сильного ветра сломанными оказались ветки множества деревьев и Быков запутался, теперь он не мог определить им же ранее описанный ориентир. Много часов группа искала «схрон» и уже готова была фактически признать свою неудачу, как вдруг… Следователь-криминалист, проходя сквозь кусты, случайно обнаружил тот самый тайник с оружием, о котором говорил обвиняемый.

С каждым допросом, с каждым экспериментом Быков становился все более разговорчивым и называл все новые и новые имена. Его подельников задерживали на основе этих показаний. Одним из первых был задержан Вячеслав Цеповяз — его Бык назвал вторым человеком в группировке после самого Сергея Цапка.

Из материалов обвинительного заключения

Фамилия, имя, отчество: Цеповяз Вячеслав Андреевич

Дата рождения 04.10.1973

Место рождения: станица Кущевская Кущевского района Краснодарского края

Место жительства и (или) регистрации: Краснодарский край, станица Кущевская, ул. Ленина, 108

Гражданство: гражданин Российской Федерации

Образование: среднее полное

Семейное положение, состав семьи: женат, один малолетний ребенок

Место работы или учебы: не работает

Отношение к воинской обязанности: военнообязанный, состоит на воинском учете в Кущевском районном военном комиссариате

Наличие судимости: не судим

Дело банды Цапка можно назвать одним из самых сложных в достаточно недолгой истории Следственного комитета России. По многим причинам.

Цеповяз Вячеслав

Особо сложным было это дело в том числе и из-за общественного давления, которое испытывали следователи во время своей и без того сверхнапряженной работы. Так уж у нас в стране повелось — постоянно бросаемся из крайности в крайность. И здесь был переход от глухого замалчивания к жестким требованиям предельно строго покарать всех, кто причастен к трагедии в станице Кущевская. При этом не стоит сбрасывать со счетов и стратегию последнего шанса защиты обвиняемых — любым путем посеять в обществе зерна недоверия к следствию. С этой целью в прессу и в соцсети очень активно вбрасывались всевозможные слухи, подтасованные факты, следствие пытались обвинить в чем угодно, от коррумпированности до некомпетентности. В такой ситуации следователям было необходимо иметь, безо всякого преувеличения, поистине железные нервы, чтобы никак не реагировать на все эти провокации. Значение имели только факты, главным и единственным условием оставалось строжайшее соблюдение всех требований закона.

Нужно учитывать и другое — на момент раскрытия преступной деятельности банды Цапков многие ее члены уже прервали свои отношения с преступным сообществом. Они успели забыть о тех криминальных подвигах, которые совершали в далекую эпоху «лихих 90-х», и оказались совершенно не готовы к тому, чтобы отвечать на конкретные вопросы следователей о «делах давно минувших дней». Они не верили, что за это придется отвечать!

Запорожец Владимир

Один из бывших членов банды — его фамилия Запорожец — отошел от криминальных дел еще в начале 2000-х годов. Этот молодчик был потрясен, когда опергруппа задержала его в тот момент, когда он выходил из супермаркета, нагруженный пакетами с покупками. От неожиданности даже попытался оказать сопротивление, но безуспешно — уложили на землю, надели наручники и доставили в Следственный комитет. Красноречивое подтверждение тезиса: за все грехи рано или поздно приходится отвечать.

Из материалов обвинительного заключения

Фамилия, имя, отчество: Запорожец Владимир Владимирович

Дата рождения: 29.08.1976

Место рождения: станица Кущевская Кущевского района Краснодарского края

Место жительства и (или) регистрации: зарегистрирован по адресу: Краснодарский край, станица Кущевская, ул. Ейская, д. 110, кв. 2. Фактически проживает по адресу: Краснодарский край, ст. Кущевская, ул. Кошевого, 83

Гражданство: гражданин Российской Федерации

Образование: среднее полное

Семейное положение, состав семьи: женат, двое малолетних детей

Место работы или учебы: ООО «ДВВ-Агро», менеджер

Отношение к воинской обязанности: военнообязанный, состоит на воинском учете в Кущевском районном военном комиссариате

Наличие судимости: не судим

Иные данные о личности обвиняемого: по месту работы характеризуется положительно; на учете в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит

Вендетта длиною в 10 лет

Всего 10 дней понадобилось следователям для того, чтобы задержать лидера банды Сергея Цапка. А в течение трех месяцев были установлены и задержаны все члены преступной группировки, в том числе двое ее очень активных членов, скрывавшихся на территории соседнего государства — Украины. Это были уже известный нам Вова-Беспредел Владимир Алексеев и Буба Владислав Рябцев.

Владислав Рябцев

Именно Рябцев привез Цапкам оружие на место преступления, а потом отвез его обратно и спрятал в «схрон».

Все это еще раз подтвердило и без того твердые убеждения следователей, что хорошо вооруженные бандиты были подготовлены и на преступление шли осознанно. Причем применять огнестрельное оружие они изначально не собирались, оно было нужно в первую очередь для устрашения, для того чтобы подавить волю жертв к сопротивлению.

Рябцев показал следователям место, где он сжег и закопал вывезенные из дома Аметовых вещи: скотч, перчатки, окровавленную одежду и обувь. Их сложили в ту самую наволочку от подушки, отсутствие которой было замечено следователями во время первоначального осмотра места происшествия.

Благодаря признательным показаниям Быкова и Рябцева, которые совпадали во всех основных моментах, следователям удалось доказать причастность к массовому убийству и других бандитов. Выяснялось все больше и больше подробностей страшной кущевской бойни.

Следствию удалось выяснить, что месть банды не была порождена эмоциональным порывом главаря. Она тщательно и хладнокровно планировалась. Роли бандитов были очень четко распределены. Тем же Рябцеву и Карпенко поручили вести круглосуточное наблюдение за домом Аметовых. А за неделю до трагедии уже сам главарь банды Сергей Цапок вместе со своими подручными проник на участок для отработки будущего преступления, которое готовилось не хуже, чем полноценная военная операция какой-нибудь диверсионной группы. Именно в тот день, когда Цапок наблюдал за счастливым дедом Сервером Аметовым, игравшим со своей внучкой, он точно и окончательно решил, когда и как будет убивать фермера и его семью.

Сам Сергей Цапок также оказался среди тех, кто во время следствия рассказал обо всех деталях и подробностях преступления. Надеясь хоть как-то облегчить свою участь, он уверял следователей, что не отдавал страшного приказа — убивать всех, кто был в доме, а намеревался свести счеты только с Аметовым.

В ходе следствия удалось выяснить, что Сергей Цапок считал Аметова виновным в гибели своего старшего брата, которого застрелили в 2002 году.

Я хотел отомстить Серверу, потому что считал его причастным к убийству брата, заявил он во время следственного эксперимента. То, что он хотел отомстить за убийство брата, — объяснимо, но трудно поверить в то, что Цапок в ту ночь хотел расправиться только с ним одним. Следователи, конечно, в это не поверили. Да и его подельники абсолютно четко показали, что именно он отдавал приказ убить всех, кто был в доме. В этом и была его страшная месть — вырезать всю семью.

В этом и была его страшная месть — вырезать всю семью.

Эта история уходила корнями в последнее десятилетие ХХ века. Сын убитого фермера — Джалиль Аметов — в показаниях, которые он давал во время следствия в качестве потерпевшего, сообщил, что конфликт его семьи с преступной группировкой Цапков начался примерно с 1997 года. Причем со слов отца ему было известно, что первый главарь и создатель банды Николай Цапок (старший брат Сергея) требовал у Аметова денег, если тот не хотел дальнейшего развития конфликта.

«Дай откуп, и я о тебе забуду!» — нагло заявлял доморощенный кущевский пахан. Но Сервер не поддавался запугиванию.

Джалиль Аметов также сказал следователям, что после убийства Николая Цапка в 2002 году Сергей, занявший место покойного брата во главе ОПГ, не раз лично угрожал ему расправой, заявлял, что из мести за смерть Николая его и его отца застрелят, к тому же «вырежут» всю семью.

Кстати, потом уже, когда, видимо, он понял, что ему не отвертеться и он полностью изобличен, он поменял тактику поведения и стал похож на истинного самого себя, каким его знали до ареста и станичники, и бандиты. Он демонстрировал полное отсутствие какого-либо раскаяния, а о погибших потерпевших высказывался, мягко говоря, пренебрежительно. И если раньше он говорил, что хотел убить только Аметова, то позже дословно приведу его слова: «Совершил — и совершил. Хотел их всех кончить!»

Несмотря на судорожные попытки преступников снизить меру своей ответственности и запутать следы, следствию удалось установить все факты и воссоздать полную картину происшедшего в ночь на 4 ноября 2010 года с точностью до минут: преступники в черных масках вломились сначала в бильярдную, где находились Аметов и Мироненко. Мироненко налетчики сразу же сбили с ног и стали избивать Аметова, которому сломали челюсть. После чего обоих мужчин связали, оставили одного из бандитов их охранять. Другие же преступники направились в дом, где были ничего не подозревавшие женщины и дети.

Дверь была открыта, как это и по сей день принято в сельской местности. Оказавшись в доме, негодяи загнали своих жертв в зал и начали связывать скотчем. Женщины и дети не двигались, не пытались сопротивляться — они решили, что это ограбление и бандиты уйдут, забрав деньги и ценности, но оставив их в живых. Поэтому никто не кричал, не пытался вырваться. Увы, как жестоко ошиблись эти люди, не сумевшие постичь чудовищный замысел преступников…

Как жестоко ошиблись эти люди, не сумевшие постичь чудовищный замысел преступников…

Когда женщин и детей связали и свалили в одну кучу, в дом приволокли связанных Аметова и Мироненко. Хозяина дома положили в коридоре. Он начал приходить в себя, и Сергей Цапок трижды ударил его ногой. Потом он на глазах у связанного мужа повел Галину Аметову в комнату.

В комнате главарь банды приказал женщине собрать и отдать ему все деньги. Галина это сделала, все еще надеясь, что цель налета — только ограбление, поиск добычи.

Но дальше произошло неожиданное событие — Сергей Цапок снял маску и сообщил жертве, кто он такой. При этом — как следует из его собственных показаний — спросил, зачем Аметовы убили его брата. Галина стала уверять преступника, что ее семья ни в чем не виновата, но, заглянув ему в глаза, вдруг поняла — ни ее, ни других из дома живыми не выпустят. Раз Цапок показал свое лицо, значит, оставлять живых свидетелей он не собирался.

Жуткая драма продолжала двигаться к своему кровавому финалу. Цапок приказал «Амуру», Игорю Черных, увести детей в ванную комнату. Сам же пошел на кухню, взял со стола большой нож и буквально вложил его в руку Сергею Карпенко — Рису-младшему. Этим ножом начинают по очереди убивать женщин и детей. Сервер Аметов в этот момент находился в сознании и вынужден был смотреть, как режут его близких. Он был связан и ничего не мог сделать, чтобы их защитить. Можно только догадываться, что пришлось пережить мужчине в эти страшные минуты. Он ощущал боль своих родных и друзей, понимая, что затем неизбежно настанет его черед.

Жуткая драма продолжала двигаться к своему кровавому финалу.

Он ощущал боль своих родных и друзей, понимая, что затем неизбежно настанет его черед.

Я хотел только одного — отомстить Аметову за брата, упорно повторял Цапок во время следственных действий.

В этом и была его страшная месть — вырезать всю семью.

Главарь банды упивался своей властью над беспомощными людьми. Он решил показать Аметову и всем остальным, кто главный в станице, что бывает с теми, кто смеет ему перечить и переходить дорогу. Но какой страшной ценой он добивался своей гнусной цели! И главное, при чем тут были бедные дети? Они испуганно кричали, обезумев от страха. Цапок приказал их успокоить, сделать так, чтобы они замолчали. И его подручные послушно выполнили приказ, хладнокровно задушив ни в чем не повинных малышей. До сих пор не могу об этом спокойно говорить и писать, комок подкатывает к горлу. Потом, кстати, во время суда один из бандитов скажет так, пытаясь объяснить собственную нечеловеческую жестокость: «Мы все просто озверели от запаха крови…»

Во время суда один из бандитов скажет так, пытаясь объяснить собственную нечеловеческую жестокость: «Мы все просто озверели от запаха крови…»

Наступил последний акт трагедии — из 12 человек в живых остался только один, хозяин дома Сервер Аметов. «К нему подошел сам Сергей Цапок. Взял у Карпенко нож и засунул связанному человеку под сердце». Но этого было мало. Один из бандитов накинул еще живому Аметову петлю на шею и задушил.

После этого преступники сняли со всех трупов скотч, чтобы не оставлять следов насилия, и сложили в наволочку, найденную в спальне.

Проверка показаний на месте. Владимир Алексеев показывает, как убивал Сервера Аметова

Затем по приказу Цапка облили все, что было в доме, бензином из принесенной с собой канистры и подожгли. Пламя вспыхнуло, бандиты быстро попрыгали в машину и уехали. Они надеялись, что огонь уничтожит все улики, не оставив следа. Но пожар в доме Аметовых потух…

Конечно, нельзя не отметить, что зверскому убийству в Кущевке сопутствовал целый ряд трагических случайностей. Убийцы собирались отомстить только семье Аметовых, они изначально не предполагали, что к ним приедут друзья, да еще в таком большом количестве. Еще одно страшное совпадение — в гости случайно зашла соседка вместе со своим 14-летним сыном. Мальчик был вне дома, когда там началось убийство, он хотел зайти и позвать мать домой и был убит.

Звериная сущность бандитов не позволила отказаться от убийства, которое было намечено заранее, перенести его на более поздний срок. Всем, кто оказался в доме обреченной семьи — случайно или не случайно, — был вынесен смертный приговор. И тут же приведен в исполнение с небывалой жестокостью.

Криминальная преемственность

В поле зрения следствия попала и так называемая группа «младших Цапков» во главе с Евгением Гуровым. Этой бандой мы также занимались весьма тщательно, и удалось выяснить, что они, если можно так выразиться, выполняли поручения своих старших товарищей. А именно: избивали и запугивали людей, отбирали у них автомобили и другое имущество. Все это вполне вписывалось в ту своеобразную тактику устрашения, которую проводили здесь члены банды в течение многих лет. Все их противоправные действия отличались не только жестокостью, но и повышенной дерзостью и особенным цинизмом. Эти парни могли избить человека — все равно, знакомого или незнакомого, только за то, что не понравилось, как он на них посмотрел. Это было типичным явлением в увеселительных заведениях — человека выводили на улицу и избивали. На их же счету и совершение убийства лица без определенного места жительства. Его вина заключалась лишь в том, что он шел по полю, когда младшие Цапки проезжали мимо. Его схватили, затащили в машину, вывезли подальше в степь и там избили до смерти. Это было своеобразной демонстрацией своей власти — дескать, захотели и убили, нам все равно ничего не будет.

Из той же серии — неоднократно совершаемые поджоги автомобилей людей, которые в чем-то перед Цапками провинились (или бандиты решили, что провинились). Самое, пожалуй, удручающее, как я уже говорил, заключалось в том, что станичники до определенного момента признавали эту власть беспредела, как бы смирились с ней.

Наверное, все, кто интересовался историей станицы Кущевской в годы, когда здесь царили Цапки, помнят, что был момент, когда в прессе появилось сообщение о… 220 изнасилованных девушках! Следователи, конечно, не могли пройти мимо такого сообщения — провели всестороннюю проверку. Жуткие сведения не подтвердились, но то, что они смогли появиться в печати и в это готовы были поверить местные жители, свидетельствует о том, что самые невероятные факты могли казаться кущевцам явью.

Но все же оказалось, что нет дыма без огня — следователи проверили больше тысячи девушек, которые в разное время обучались в медицинском колледже и в отраслевом техникуме Кущевской. Разумеется, эти разговоры были совсем непростыми — ведь прошло очень много времени, у многих из наших собеседниц появились семьи, дети. В целом сведения оказались сильно преувеличенными, но все же два факта изнасилования нам выявить удалось. Заявления по этому поводу не поступали ни в органы внутренних дел, ни в другие правоохранительные структуры. На вопрос «почему?» последовал вполне ожидаемый ответ: девчонки боялись мести и предпочли промолчать о случившемся с ними несчастье.

«Цапок Сергей Викторович руководил устойчивой вооруженной группой (бандой), созданной в целях нападений на граждан, и участвовал в совершенных ею нападениях (бандитизме), при следующих обстоятельствах.

В начале 1990-х годов Цапок Николай Викторович, активно занимавшийся спортом, в том числе силовыми единоборствами, будучи по характеру властным и тщеславным, склонным к лидерству, желая возвыситься над окружающими его людьми и обеспечить себе высокий материальный уровень жизни, для удовлетворения своих амбиций избрал преступный образ жизни, поставив перед собой цель — стать лидером в криминальной среде, достигнуть криминального превосходства и влияния среди молодежных объединений, действовавших на территории Кущевского района и прилегавших к нему районов Краснодарского края и Ростовской области, понимая, что достижение этих целей будет связано с противоправными действиями, в том числе в отношении граждан из числа жителей ст. Кущевской, сформировал группировку «Цапки».

Примерно в 1997 году Цапок Николай Викторович для достижения своих преступных целей, нападений на граждан, в том числе участников противостоявших группировок, совершения других тяжких и особо тяжких преступлений, на основе указанной молодежной группировки «Цапки» создал и в последующем руководил устойчивой вооруженной группой (бандой) с одноименным названием, в которую, вступив в преступный сговор, осознавая цели и задачи банды, дали свое согласие и в период с 1997 по 2008 год добровольно вошли в качестве участников: Цапок С. В., Запорожец В. В. по прозвищу Камаз, Иванов В. Г. по прозвищу Витамин, Быков А. А. по прозвищу Бык, Рябцев В. Н. по прозвищу Буба, Цеповяз В. А., Цапок Николай Валерианович — дядя лидера банды Цапка Николая Викторовича, Алексеев В. В. по прозвищу Беспредел, Черных И. Л. по прозвищу Амур, Карпенко С. А. по прозвищу Рис-младший.

Непосредственно Цапок С. В. не позднее 1997 года, разделяя цели и задачи устойчивой вооруженной группы (банды), осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления в результате создания банды, вступления в нее и совершения ее участниками преступных деяний, общественно опасных последствий и желая наступления таковых, то есть действуя с прямым умыслом, не желая добывать средства к своему существованию законным путем, руководствуясь корыстным мотивом, на предложение Цапка Николая Викторовича ответил согласием и, имея преступный умысел, направленный на участие в устойчивой вооруженной группе (банде) «Цапки», добровольно вступил в ее состав, а в последующем руководил ею и принял активное участие в нападениях в ее составе на граждан, совершении иных тяжких и особо тяжких преступлений.

В конце октября 2002 года, после убийства в ст. Кущевской Кущевского района Краснодарского края организатора банды Цапка Николая Викторовича, руководство указанной устойчивой вооруженной группой добровольно и умышленно взял на себя его родной брат Цапок С. В., обладавший лидерскими качествами, стремлением к власти и насилию над людьми. Всеми членами устойчивой вооруженной группы Цапок Николай Викторович и Цапок С. В., имевшие непререкаемый авторитет и жесткий характер, признавались безоговорочными лидерами.

Основной целью руководителей и членов устойчивой вооруженной группы (банды) являлось нападение на граждан, а также установление доминирующего положения банды как среди преступных группировок, так и во всех сферах жизнедеятельности Кущевского района Краснодарского края и прилегавших к нему территорий. Способом достижения указанных целей являлось совершение убийств лиц, обладавших влиянием и возможностью противостоять банде на территории Краснодарского края и Ростовской области, других тяжких и особо тяжких преступлений. Под руководством Цапка С. В. банда сохранила ранее сформированные цели. Вместе с тем, руководствуясь мотивом мести за убийство своего брата, Цапок С. В. поставил перед собой и участниками банды новую цель — установить всех лиц, причастных к смерти Цапка Николая Викторовича, и лишить их жизни.

Деятельность устойчивой вооруженной группы (банды) характеризовалась: организованностью, основанной на устойчивости и сплоченности, которые достигались благодаря согласованности совместных действий и единству преступных замыслов, обеспечивались контролем за поведением ее членов и поддержанием внутренней дисциплины, взаимосвязью между участниками банды, основанной на территориальном принципе компактного проживания — землячестве, родственных связях, дружбе и давнем знакомстве, совместных учебе в школе и занятиях спортом, поддерживались на основе единства мотивов участия в банде, осознании необходимости объединения усилий для достижения поставленных целей, что, в свою очередь, привело к пониманию необходимости конспирации, усвоению методов совершения преступлений, затруднявших их раскрытие и расследование, создания легальных источников дохода и представления у окружающих мнения о членах банды как об обычных и добропорядочных гражданах».

Убийство Цапка-старшего до сих пор фактически остается тайной — хотя есть сведения, что его убил один из главарей так называемой «параллельной» банды, также боровшейся за влияние в районе. Обвинительный приговор ему на сегодняшний день не вынесен, но в любом случае налицо подлинная криминальная война, которая велась по всем правилам боев между мафиозными кланами. И это было не где-то в чужой стране, а у нас в России, на щедрой кубанской земле. И это было еще относительно недавно в России в так называемые «лихие девяностые» и не только на Кубани. От беспредела банд преступников вздрагивали многие города, но к началу 2000-х эти страсти улеглись. Банды были уничтожены или самоликвидировались. Для дальнейшего существования банд просто не было почвы. А там, где условия оставались приемлемыми, где бездействовали власти, где закрывали глаза трусливые правоохранители, там оставшиеся банды перекочевали из лихих 90-х в относительно стабильные 2000-е и абсолютно комфортно и беспрепятственно занимались «своим любимым делом».

Цапок Николай

По сути, можно считать, что серия убийств началась именно после того, как ушел из жизни первый главарь банды — Николай Викторович Цапок. Хотя есть и другое мнение, что фактически преступную организацию создал его тезка и дядя — Цапок Николай Валерианович.

Цапок Николай Валерианович, которого в криминальном семействе называли «Дядя Коля», родился в 1948 году и к моменту массового убийства в доме Аметовых перешагнул уже 60-летний рубеж. В станице и в районе о нем говорили как о местном криминальном авторитете, неоднократно судимом (хотя в период описываемых событий судимости были уже погашены), а также известном как «катала» — карточный шулер. В конце 80-х Дядя Коля организовал скупку мяса в совхозах, а затем создал кооператив, успешно занимавшийся производством молдингов — самоклеющихся резиновых накладок, которые покупали по всей России. Параллельно Николай Валерианович Цапок, которого местный криминалитет считал «предельно жестоким и безбашенным», начинает формирование бандитской группировки.

В 1993 году Николай Цапок-старший ставит во главе банды своего племенника — Николая Цапка, которому исполнилось 18 лет, а сам постепенно уходит в тень. В ходе преступной деятельности он занимался в основном планированием и «заметанием следов».

Племянники же стали достойными продолжателями его криминальных начинаний, организовав мощную банду, в которую в разное время входило до двухсот человек, имевшую не только оружие, но и свой тренировочный лагерь, где с бойцами занимались инструкторы.

Сергей, в отличие от покойного брата Николая, понимает силу официальной власти. Сначала Сергей Цапок становится районным депутатом. Когда на этом посту его сменяет давний друг Цеповяз, Цапок становится членом Совета молодых депутатов Краснодарского края. На территории комплекса «Артекс-Агро» проводится выездное заседание совета. Вообще Сергей Цапок начинает активно участвовать в публичных мероприятиях…

В 2009 году Сергей Цапок создает агентство «Центурион-Плюс», легализуя таким образом многолетние поборы за «крышу».

И конечно же, столь долгая деятельность такой жестокой и опасной банды стала возможной еще по одной важной причине. Это — бездействие правоохранительных органов. Не всех, конечно, но отдельных их представителей, имевших немалый служебный вес и занимавших видное положение. Один из тех, кто входил в окружение главаря банды, — Ходыч А. М., который сначала занимал должность начальника одного из отделов Управления по борьбе с организованной преступностью, базирующегося в Кущевском районе а затем, в связи с реорганизацией соответствующих силовых структур, он стал руководить центром по борьбе с экстремизмом. Используя свое служебное положение, Ходыч проник в СИЗО к одному из находившихся там членов банды и предложил за вознаграждение в сумме два миллиона рублей облегчить его участь. В итоге человек, желающий освободиться из следственного изолятора, не нашел ничего лучше, чем написать расписку о том, что у него на свободе есть должник и он передоверяет получение данного долга своему знакомому из органов внутренних дел. Дальше со стороны Ходыча началась прессовка должника — угрозы повлиять негативно на его бизнес и вообще сильно осложнить жизнь. В итоге должник был вынужден передать свой автомобиль настойчивому вымогателю. Все это произошло в самый разгар задержаний по делу о кущевском убийстве. Ходыч был задержан и впоследствии приговорен к 8 годам лишения свободы.

Конец царству страха

Благодаря профессиональной работе следователей была полностью доказана вина всех членов банды Цапка. Следствие длилось 2 года. В рамках расследования следствием выполнен большой объем работы в Краснодарском крае, Республике Северная Осетия — Алания, а также других субъектах Российской Федерации. Проведено более 2000 допросов, более 50 осмотров места происшествия и местности, более 600 судебных экспертиз, осмотрено более 8000 вещественных доказательств. Общий объем материалов по уголовному делу превысил 700 томов. Чтобы вы понимали, в каждом томе содержится по 250 листов. И вот представьте себе, если выложить все листы этого уголовного дела рядом друг с другом, то это займет участок земли площадью более 1 гектара.

19 ноября 2013 года Краснодарский краевой суд вынес приговор шести членам группировки. Все они получили длительные сроки или пожизненное лишение свободы.

Сергей Цапок — пожизненное лишение свободы (7 июля 2014 года скончался в тюремной камере от инсульта).

Игорь Черных — пожизненное лишение свободы (4 июля 2014 года совершил самоубийство в камере).

Владимир Алексеев — пожизненное лишение свободы (отбывает наказание).

Николай Цапок (дядя Сергея Цапка) — 20 лет лишения свободы (отбывает наказание).

Владимир Цеповяз — 20 лет лишения свободы (отбывает наказание).

Владимир Запорожец — 19 лет лишения свободы (отбывает наказание).

Андрей Быков — 20 лет лишения свободы (отбывает наказание).

Вячеслав Рябцев — 20 лет лишения свободы (отбывает наказание).

Еще двое членов банды в ходе следствия покончили с собой в камере следственного изолятора (Виталий Иванов и Сергей Карпенко).

«Без Фемиды, без правосудия, без законности и, главное, без людей, которые вершат все это, мир просто распадется на частицы и погибнет», — сказал в одном из своих интервью по поводу событий в Кущевке председатель Следственного комитета России Александр Иванович Бастрыкин.

Помню, как мы возвращались из станицы Кущевской в Москву, с той самой встречи со станичниками, о которой я рассказывал в начале главы. Все прекрасно понимали, что впереди сложное, долгое и трудное расследование. Но была уверенность, что все виновные будут установлены и понесут заслуженное наказание. А самое главное — ощущение, что люди нам поверили и подвести их нельзя. Ведь в этом истинный смысл работы следователей — поддерживать и укреплять веру людей в обязательное торжество справедливости.

Быть следователем в современных условиях очень трудно — не каждый готов к такой работе, она требует многих качеств: упорства, внимательности, выносливости, грамотности. Но те, кто ощутил вкус этой работы, почти никогда не меняют свою профессию на другую, более легкую или более высокооплачиваемую. Возможность ощутить, что ты реально помог людям, способствовал торжеству справедливости, — ни с чем несравнимое чувство. Следственная работа захватывает, покоряет и не отпускает. Вот и Кущевка стала таким примером.

Ведь в 2010 году Следственному комитету России было всего три года, и у нас возникло ощущение, что преступники в чем-то даже недооценили силы и возможности новой правоохранительной структуры. Но может, это и хорошо, когда преступники недооценивают следствие.

И при всем глубоком сочувствии и соболезновании всем, кто потерял своих близких в этой страшной истории, у нее все-таки счастливый конец… Потому что в то царство страха, о котором я рассказывал вначале, пришел наконец рыцарь на белом коне и освободил остальных жителей царства от ужаса и страха, уберег от будущих жертв. И рыцарь этот сегодня изображен на гербе Следственного комитета России.

В то царство страха, о котором я рассказывал вначале, пришел наконец рыцарь на белом коне и освободил остальных жителей царства от ужаса и страха, уберег от будущих жертв.

Примечания

1

Колония особого режима на острове Огненный в Вологодской области.

Content

Владимир Маркин
Самые громкие преступления XXI века в России

Рецензии

Предисловие

Глава 1 Поединок с дьяволом (о расследовании преступлений «таганрогского маньяка»)

Прерванный пикник

Добрый дядя режиссер

«Научу вас работать»

Мужчина № 2

Непригодившееся алиби

Юбилей-невидимка

Следственный эксперимент с важным свидетелем

Срежиссированное убийство

Рык зверя

Гений следствия

Глава 2 По следам «сакральной жертвы» (расследование убийства Анны Политковской)

Расстрел на улице Лесной

Версий больше, чем фактуры

Первые зацепки

Пиррова победа адвокатов

Работа над ошибками

Толерантность бельгийского правосудия

Важный вещдок

«Он отдавал нам дело по кусочкам»

Продумали все до мелочей, но просчитались

Кто же заказал «сакральную жертву»?

Глава 3 Последний рейс «Украины» (о расследовании крушения теплохода «Булгария»)

Экстремальное плавание

Беспрецедентное расследование

Жадность. Цинизм. Изворотливость

Боливар не выдержал двоих

«Булгария» утонула задолго до крушения»

Ну, что ж, коль сможете, живите…

Глава 4 Бонни и Клайд подмосковного розлива (о расследовании одной из крупнейших мошеннических афер в России)

За чей счет банкет?

Бюджетокосилка: устройство и принцип работы

После бала в «Архангельском»

Преступник всегда оставляет следы

Мыши знают, в какой норе спрятаться

Глава 5 Царство страха (о расследовании массового убийства в станице Кущевской)

От страха к надежде

Ночь длинных ножей

Слово профессионала

Кущевская мафия

Чем дальше в гущу, тем страшнее

Вендетта длиною в 10 лет

Криминальная преемственность

Конец царству страха

Примечания