Вариун Юлия

Интриги королевского двора

Часть вторая

Глава 1 – 2

Хльюи Де Ронго

- Сосредоточься! – звучит спокойный голос Лиса где-то за пределами моего видения. Наверное, он за моей спиной. А может сбоку. – Не отвлекайся!

Я резко зажмурила приоткрытый глаз, которым действительно пыталась подсмотреть, откуда идет голос мужа.

- Не думай о мелочах, - Ильиз говорит тихо и размеренно, его слова не просто сотрясают воздух, а вливаются в мою голову, проникают до самого подсознания. Ну, по крайней мере, они пытаются. Вернее он. Ильиз пытается мне что-то внушить. Или скорее объяснить? – Хльюи! – вдруг повышает голос муж, понимая, что я опять отвлеклась и гипнотические нотки его голоса проходят мимо меня. – Ты можешь быть серьезной, хоть минуту? – чувствую, как на мое лицо падает тень, и открываю глаза, тяжело вздыхая.

- Скучно, - виновато закусываю губу, глядя в глаза Ильиза. Его лицо слишком близко, чтобы это расстояние можно было назвать приличным, потому я тут же заливаюсь краской, что не проходит мимо внимания мужа.

- Милая, - касается он моей щеки горячей ладонью, - постарайся, пожалуйста. Это очень важно, Хльюи. Ты должна научиться самоконтролю. Твоя магия слишком опасна.

- Я знаю, - настроение резко стремится к нижнему уровню Чертогов Отреченного, стоит мне вспомнить, что мой дар способен сделать из меня машину для разрушений. Отвожу глаза, не выдерживая внимательного взгляда дознавателя. – Прости. Я, наверное, просто устала, - придумываю для себя неправдоподобное оправдание. Но мы оба знаем, что это неправда. Просто я… я оказалась неусидчива, безалаберна и совершенно не могу концентрировать свое внимание на чем-то одном слишком долго.

- У тебя проблемы с концентрацией, - неодобрительно качает головой маг, отступая на шаг от смущенной меня. – Предлагаю немного сменить обстановку и расслабиться. Возможно, тебе просто надо немного больше времени, чтобы научиться слушать и видеть себя в астральной проекции.

- Что-то не верится, что это для меня вообще реально, - бурчу я, вообще не веря в такие перспективы.

- Магия не должна быть спонтанной! – как лекцию читает, рассказывает мне муж. – Или ты управляешь ей или она тобой.

- Вообще вопрос не стоит, кто и кем управляет в нашем тандеме, - снова бурчу, думая, что увлеченный рассказом Лис меня не слышит.

- Хльюи! – прикрикнул муж, и я тут же отбросила карандаш, которым даже не заметила, как взялась выводить какие-то вензеля на гербовой бумаге, что имела неосторожность оказаться на столе передо мной.

- Что? – мило улыбнулась я, пытаясь задобрить мужа лживой улыбкой.

- Я тебя сейчас придушу! – сузились янтарные глаза, пытаясь меня напугать. Но! Прошло то время, когда этот трюк мог со мной сработать. Больше я не куплюсьна мнимую грозность страшного дознавателя. Это он для кого угодно гроза и палач. А дома он плюшевая игрушка. Моя рыжая плюшевая игрушка.

Поняв, что угроза не сработала, Лис тяжело вздохнул и махнул рукой.

- Иди уже. Я подумаю, как развить в тебе усидчивость и концентрацию.

- Хоть бы не вышиванием, - еле слышно прошептала я, стремясь скорее убежать от мужа. Ну его, такого серьезного! Я, конечно, его больше не боюсь, как дознавателя и как мужчину. Но признаться, как супруг, он бывает весьма… занудным. Я согласна, что мне еще многому надо научиться. Что мой возраст дает ему право меня поучать или журить. Но порой так… Короче, не надо мне мозг выносить – его и так там кот наплакал!

Проходя мимо недовольного Ильиза,бросила виноватый взгляд на него.

- Прости, - искренне повинилась. Я хоть и ветреная натура, но понимаю, что он прав. Мне это надо больше, чем ему, а со стороны кажется иначе. Дознаватель старается и бьется о стену моей несерьезности, пытаясь в первую очередь ради меня. Но я… словно необучаема. – Я буду пробовать снова.

Ильиз смотрел на меня задумчиво сверху вниз, сложа руки на широкой груди.

- Иди сюда, - вздохнул обреченно, беря меня за руку и подтягивая в свои объятия. – Какой же ты еще ребенок, - улыбается мне в макушку. По голосу слышу, что не злится уже. Но расстроен.

- Эй, мне почти восемнадцать! – возражаю куда-то ему в подмышку, крепко прижатая загребучими руками. Муж тихо фыркнул, позабавленный моей попыткой набить цену моему юному возрасту. Но тут же становится серьезным. – Я просто очень боюсь тебя потерять, - признается мне негромко.

- Да куда же я денусь? – пытаюсь разрядить обстановку шуткой. Но мой любимый зануда не настроен шутить. Отрывает меня от себя и серьезно заглядывает в глаза.

- Это не шутки, Хльюи. Ты опасна не только для окружающий. В первую очередь – ты угроза сама себе.

Я хотела закатить глазки, намекая на паранойю мужа, но вместо этого согласно кивнула, признавая его правоту. Жаль, что осознание моего недуга никак не приближает меня к исцелению.

- Я буду пробовать снова, - повторила я обещание, желая успокоить беспокойство дознавателя, но он лишь качает головой.

- С прежним успехом, - скептически смотрит на меня. – У тебя расстройство внимания. Я разработаю для тебя серию тренировок и медитаций, чтоб ты могла дольше концентрироваться на чем-то. Сейчас кажется, что у тебя способность концентрации, как у ребенка.

- Я что, умственно отсталая? – хмурюсь, уже готовая обидеться.

- Нет, конечно, - возмущается Лис. – Я тебе уже говорил, что ты смышленая и рассудительная и поумнее многих, даже мужчин. Но совершенно не внимательная!От части, в этом вина твоего возраста. Отчасти твоего дара. Слишком ветреная. Слишком своевольная. Не признаешь авторитетов, не способна подчиняться. Не можешь долго держать внимание над одним вопросом, прыгая мыслями с одной темы на другую. – Посмотрел с сомнением мне в глаза и признался со вздохом, - это все ветер… Ты должна его обуздать. Он слишком влияет на тебя. На твой характер. На принятые тобой решения. Тебе не повезло со стихией. Просто не повезло, Хльюи. Но мы это поправим.

- Правда? – спрашиваю слишком робко для всех перечисленных только что моих ветреных качествах и смущенно отвожу взгляд. Лис смотрит чрезмерно пристально. Словно видит меня насквозь. Пронизывает своими янтарными солнцами прямо до самой души.

- Обещаю, - криво улыбается муж и склоняется к моему лицу, - ты, когда смущаешься… такая милая… - вдруг не в тему сообщает мне дознаватель и касается моих губ своими. И это я еще прыгаю с темы на тему? – Ужасно заводит твоя стеснительность…

- Прекрати, - краснею и пытаюсь выбраться из рук мужа и неловко отталкиваюсь, отворачиваюсь, чтобы сбежать. Не умею я пока вот так… слышать в свой адрес такие высказывания. Но у Лиса совсем другие мысли на этот счет. Он перехватывает меня за талию со спины, не давая уйти.

- Вот-вот, - смеется мне в шею, - вот такую недотрогу ужасно хочется подчинить…

- Ильиз! – возмущаюсь и бью по наглой ладони, что задирает мне подол. – Не смей!

- А то что? – муж толкает меня собой, заставляя упасть грудью на его рабочий стол, придавливает меня сверху, не давая подняться. Он сейчас груб и резок. Но, ни единым движением не делает мне больно. Все контролирует, гад такой! – может быть, ты размажешь меня тонким слоем по всему кабинету?

Ох, я бы размазала! Я, наверное, обязательно попыталась бы поймать свой ветер, будь я уверена, что просто откину мужа в стену, а не убью его на самом деле. А так, нет, попытка может стать летальной для одного из нас.

- Ну же! Хльюи! – дерзко шепчет дознаватель, уже добравшись рукой не только под подол, но и в мое белье пробравшись, заставляя расставить ноги. – Психани, любовь моя! Или я возьму тебя здесь и сейчас… - чувствую его пальцы, что безнаказанно меня касаются между ног, - так, как сам того захочу!

- Перестань, - прошу, сдерживая гневный рык. Мое стеснение превращается в раздражение. – Я не прощу тебе этого унижения!

- Хльюи… - тихий смех мужа мне в шею и я чувствую, что предательскому телу нравится то, что творит дознаватель. В отличие от моего сознания. – В унижении… в подчинении… в принуждении… между партнерами, - с каждым его словом, я все больше возбуждаюсь и поддаюсь его напору, прогибаюсь под ним, - есть своя прелесть… есть огонь, разжигающий, успевшую угаснуть страсть…

- Нашим отношениям не так уж много времени, - продолжаю огрызаться, когда тело уже полностью подчинено. – Неужели твой фитиль успел угаснуть?

Очередной смешок мне в шею. Ильиз продолжает наступление.

- Твое чувство юмора тоже меня возбуждает, - слышу, как спадают брюки на пол. Демоны!

- Что тебя НЕ возбуждает? – пытаюсь рыпнуться со стола, но мне на спину властно ложится мужская ладонь и снова меня припечатывает в столешницу.

- В тебе? – уточняет Лис, оголяя меня с тылов. Мои попытки лягнуть гада уходят в никуда, - любовь моя, ты способна пробудить во мне огонь случайным взмахом ресниц…

- Маньяк! – фырчу я, пытаясь скрыть смущение от очередного комплимента.

- Есть такое дело, - признается Ильиз и с приглушенным рыком все же погружается в меня, заставляя меня прогнуться и вскрикнуть. – Ммм… Хльюи… ты меня с ума сводишь! – горячий шепот мне в шею и я судорожно хватаю воздух, пытаясь не задохнуться от смешанных ощущений. И злюсь на него и негодую! Но физическое удовольствие оспорить не смею. – Знаешь, мне нравится твое такое беспомощное положение… пожалуй, в следующий раз и вовсе тебя свяжу…

- Сволочь! –взвыла я от особенно пронзительных ощущений, сдаваясь на растерзание его извращенной воли.

- Сволочь, - подтверждает Лис, - но тебе все равно нравится…

Ильиз Де Ронго

- Господин дознаватель, - Хедара кладет мне на стол очередную депешу от Диригия. Негодует Его Величество! Кроме меня его еще никто в жизни не игнорировал. Как сам еще ко мне не заявился? Но, думаю, всему есть предел и пора уже действительно идти с повинной к нему и слушать, какой я мерзавец. Одна надежда, что отправленные ему письменные протоколы и доклады, о закрытии дела и уничтожении целой секты Отреченного, хоть как-то задобрят нашего монарха. Нет, мне и так не грозит от него ни плаха, ни ссылка, но разнос… чисто такой… дружеский – гарантирован.

- Да, Хедди, я уже знаю, - киваю на прочитанную записку.

- С огнем играете… – намекает на мое своеволие секретарь.

- Да ладно, корона не упадет, - отмахиваюсь я, улыбаясь, и задумчиво барабаню пальцами по столу. – А знаешь… вообще-то пора Хльюи уже показать всему двору…

- Ну, я бы сказала, что ей еще пару лет посидеть бы под маминой юбкой, - оспаривает мое мнение Хедара, - но так, как она уже под свою юбку пустила мужчину, то пусть идет во взрослую жизнь.

- Хедара! – предупреждающе повысил голос я, добавляя стальных ноток. Как бы не была она права, но говорить в столь непочтительном ключе о моей жене не позволено даже ей.

- Простите, - неискренне тупит взор секретарь, - забылась.

- Главное, что вовремя вспомнилась, - я еще с мгновение транслирую недовольство своим взглядом и убедившись, что секретарь не намерена продолжать обсуждение маркизы Де Ронго, меняю тему. –Вызови мне Чиари. Есть для него работа.

- Парень только очухался. Еле выкарабкался, - опять перечит мне Хедара.

- Хедди! – прерываю я секретаря. – Я тебя совета спрашивал?

- Нет… - поджимает губы обиженная женщина.

- Тогда просто выполняй распоряжение. А вот это, - вытаскиваю из стола гербовую бумагу и, быстро начертав пару строк, запечатал магией, передал ей послание, - отправь с посыльным к Диригию. Негоже столько игнорировать своего монарха, - усмехаюсь издевательски.

- Слушаюсь, господин дознаватель, - вижу, что обиделась. Но обсуждать мою жену впредь не будет. Урок уяснила.

Секретарь ушла, а я все не могу выкинуть из головы проблему, с которой столкнулся. Вот вроде и магия в Хльюи прорвалась… А управлять ей никак не получается. Но периодически все же Хльюи умудряется случайно поймать свой ветер. И что служит спусковым крючком? Даже моя дерзкая провокация не помогла ей взять магию в руки. Почему? С ее-то характером, почему она позволила мне эту унизительную для нее игру? Почему не откинула меня в ближайшую стену? Не спорю, что итог моего поступка нам обоим пришелся по вкусу, но задумка была иной. Я хотел ее разозлить. Взбесить. Заставить схватить свой дар, как иная кухарка сковородку и хорошенько размахнувшись, врезать мне. Но…

- Господин дознаватель? – раздался от окна голос моего нового знакомого. – Звали?

- А двери для простых смертных? – удивленно вздергиваю бровь. – Чего через окно?

- Дело привычки, - усмехается парень, - ну и еще так быстрее…

- Демоны с тобой, хоть через дымоход появляйся, только дело делай.

- И что за дело? Убить? Украсть? Выследить?

Я, все еще сомневаясь, смотрел на молодого умельца узконаправленной специализации и барабанил пальцами по столу. Наконец-то решившись, признался:

- Дело у тебя будет весьма… щекотливое…

Глава 3 – 4

Хльюи Де Ронго

Сад моей мечты разрастался медленно и тяжело, кое-как переживая опять начавшуюся ненормальную жару. Молодые деревца с тонкими стволами и бледными листиками буквально горели и съеживались от палящего солнца. Иногда мне казалось, что я сама выгляжу не лучше этих сохнущих растений. По крайней мере, чувствовала я себя ужасно. Ненавижу жару!

Я устало разогнулась, ставя на землю пустое ведро, и оглядела проделанную работу. Каждый день мы с Танией поливали наш чахнущий садик колодезной водой, таская в ручную воду с колодца. Узнай Лис об этом, спалит к Отреченному этот сад, чтобы я не смела делать работу прислуги. Но пока он на работе, я с удовольствием помогаю служанке, ухаживать за моим садом и цветниками. Главное до самого пекла успеть все полить.

К приходу мужа, я становлюсь добропорядочной хозяйкой дома. Надеваю чистое платье, пряча извазюканные в работе вещи, и сажусь за вышивку, которая мне надо признаться уже осточертела – нет у меня сил сидеть часами на одном месте, тыкая иголкой по канве.

- Госпожа Хльюи, - подошла ко мне Тания, ставя рядом еще одно пустое ведро, - кажется, все полили.

- Кажется, - вздохнула я, - кажется, это не помогает.

- Солнце совсем озверело, - согласилась со мной служанка.

- Пойдем в дом, Тания. Скоро на улице будет еще жарче, чем сейчас.

- До обеда еще несколько часов, - не согласилась служанка, - я успею еще сбегать в квартал лавочников за сладостями, пока не началось самое пекло.

- Ну, хорошо, а я приму прохладную ванну, - утерла я грязной рукой пот со лба, размазав по лицу грязь.

***

Пока я плескалась в прохладной воде, все думала о своем даре. Надо же, как все получилось. Ильиз настолько крепко запечатал мою силу, что сам не смог пробиться сквозь собственный заслон. А стоило мне хорошенько расстроиться, так дар прорвался со всей своей зверской мощью. Но, что самое обидное, у меня не получается обращаться к магии, когда мне того хочется или когда она мне нужна. Нет, дар прорывается сам, когда ему вздумается, совершенно не спросив меня. Так, например, однажды мы с мужем проснулись от того, что во сне я чуть не убила его, порывом ветра вышвырнув в окно. Ильиз два дня хромал потом, повредив ногу.

Я не слышала ветер. Он не звал меня, и не говорил со мной. Обиделся, должно быть. Просто сам прорывался по собственному желанию.

Ильиз уже несколько недель бьется над вопросом, как обуздать мой ветер, но пока все впустую. Муж заставляет меня порой подолгу сидеть на одном месте, уставившись в одну точку, считая, что мне не хватает самоконтроля, поэтому я не могу контролировать и дар. Но мне надоедает это упражнение через четверть часа, и тогда я начинала ковырять ногой пол, шататься на стуле, рассматривать потолок… в таких случаях Ильиз теряет надежду, что я смогу совладать с ветром и уходит в кабинет, ругаясь в полголоса.

- Доброго дня, госпожа, - раздался от окна знакомый насмешливый голос. Я дернулась в ванной, пытаясь прикрыться от настырных глаз вора, который беззастенчиво рассматривал меня, сидя на подоконнике.

- Что ты здесь делаешь? – разозлилась я, ища, чем бы прикрыться, но простыня висела на стуле, и чтобы добраться до нее, мне придется сверкнуть голым телом перед незваным гостем. Я подобрала ближе к себе коленки и спряталась за них, как за единственную защиту. Хорошо еще, что я бросила в ванну несколько мыльных орехов, которые вспенили воду, тем самым пряча меня от глаз вора.

- Я пришел сказать вам спасибо, госпожа, - понимающе сверкнул глазами мужчина, продолжая меня рассматривать.

- Отведи глаза, - зарычала я.

- И не подумаю, - рассмеялся гость и спустился с подоконника, подходя ближе ко мне. – Госпожа была так благосклонна, что просила за меня самого рыжего Лиса, - тихо заговорил вор, приближаясь. Я вся подобралась, готовая в случае чего оказать яростное сопротивление. – Вы спасли мою жизнь, - произнес он, присаживаясь на край ванны.

- Пошел вон, - процедила я, - или за твою жизнь никто не даст и ломанного толлента!

- Ах да, - притворно вздохнул вор, - вы же замужем…

- И на минуточку за главным дознавателем! Он сотрет тебя в порошок, если узнает…

- Если! – победно сверкнул глазами вор и резко меня поцеловал. – Но ведь ты ничего не расскажешь мужу, - рассмеялся нахал, когда я смогла оторвать его от своих губ. – Тебе будет стыдно…

Я вспылила. Нет, право слово, надо было как-то мягче объяснить гостю, что я немного не нуждаюсь в круглосуточной защите мужа. Все-таки этот человек спас меня из антимагической камеры. Рисковал жизнью ради меня. И почти уже отдал эту самую жизнь. Но вот так вот просто врываться ко мне и устраивать всякие бесчинства.… Ну, в общем, вспылила я…

Порывом ветра вора вынесло вон из комнаты вместе с частью оконной рамы. Со второго этажа нахал приземлился, прямо в цветник с моими леперами, что совсем меня разозлило. Я мимоходом подхватила простыню, обмотав ее вокруг тела и пошла наказывать нахала. Как-то не сразу я сообразила, что дар совершенно спокойно скользнул ко мне в руки, когда оказался нужен. Но, стоило мне об этом задуматься, как я вновь утратила связь с ветром, и к моменту, когда спустилась к несчастной истоптанной клумбе, была уже безоружна. А сад пуст. Вора и след простыл. Ну и хорошо, что он сбежал. Ведь могла и покалечить сгоряча.

Сгоряча! Конечно, дар позволяет к нему прикасаться, когда я зла, когда мои эмоции зашкаливают. Тогда в логове сектантов я была зла. Отчаянно зла. И сейчас нахал взбесил меня, и дар сам скользнул ко мне в руки.

Решив, что одним вопросом меньше, я с сожалением посмотрела на валяющуюся на земле оконную раму, разбитую в куски.

- И что мне теперь сказать Лису? – вздохнула я. – Может, если скажу, что поскользнулась и выпала из окна, он мне поверит? Ведь для меня вполне нормально так облажаться… - делилась я с погибшими цветами своей версией.

- Ты меня совсем за идиота считаешь? – обиженно спросил Ильиз, за моей спиной.

Я боялась повернуться на голос так рано заявившегося домой мужа. Но пришлось.

У входа в сад стоял он, а за спиной дознавателя крутился вор, все норовя на меня заглянуть.

- Глаза отвел! – негромко бросил через плечо Лис, и вор зажмурился, для достоверности еще руками лицо прикрыл.

- Что все это означает? – строго спросила я, кутаясь в простыню, что прилипла к мокрому телу и бесстыже обрисовала фигуру.

- Это означает дорогая, что ты можешь обуздать свой дар, если сможешь контролировать эмоции.

- Ты это подстроил! – догадалась я, что вор пришел не по своему желанию, а по воле дознавателя, специально, чтобы разозлить меня.

- Я должен был проверить свою гипотезу, - отмахнулся от моего праведного гнева Лис.

- Ильиз, прекрати ставить на мне опыты! – прорычала я, закипая.

- Но ведь это для твоего же блага, - непонимающе развел руками муж и повторил для вора, - Я сказал глаза отвел!

Вор снова зажмурился и отвернулся.

- Ты меня совершенно ни во что не ставишь! Позволь о своем благе я буду решать, если не сама, то хотя бы наравне с тобой! И если ты выкинешь еще что-нибудь подобное, я тебе обещаю, я уеду жить в провинцию, забыв дорогу в твой дом!

- Хльюи! – прикрикнул на меня муж, останавливая, - посмотри, о чем я говорю. Ты должна контролировать свои эмоции!

Я перевела взгляд под свои ноги, куда указал взглядом Лис, и вскрикнула, поняв, что под ногами у меня нет опоры. Я оторвалась от земли на локоть и даже не заметила этого, выливая злость на мужа.

- Свободен, - кинул через плечо дознаватель и вора, как ветром сдуло. – Понимаешь теперь, что я имею в виду? – подошел ближе ко мне муж, протягивая руку и в буквальном смысле слова, спуская меня на грешную землю. – Пойдем в дом, Хльюи, надо поговорить…

Хльюи Де Ронго

- Так, о чем ты хотел поговорить? – вспомнила я слова Лиса, тулясь к его вспотевшей груди.

- Ааа, - протянул муж, переводя дыхание, - точно. Просто твой вид в этой мокрой простыне совсем меня сбил с толку, - повинился он, обнимая меня. – Для меня сейчас очень важно, чтобы ты смогла хотя бы немного контролировать себя.

- Почему именно сейчас? – удивилась я.

- Потому что нам с тобой предстоит непростое испытание Хльюи, - улыбнулся Ильиз, - королевский бал!

- Королевский бал?! – в ужасе воскликнула я, подпрыгивая на кровати, стоящий на тумбочке канделябр швырнуло ветром в стену. Демонова магия!

- Вот именно, дорогая, - снова улыбнулся дознаватель, укладывая меня рядом, - представляешь, какая будет незадача, если ты, например, размажешь нашего монарха тонким слоем по дворцовым плитам…

- Я не пойду! – отрезала я.

- Пойдешь, - довольно протянул муж, словно знал даже в чем я туда пойду.

- Там, скорее всего, будет половина моей родни, - воспротивилась я.

- Обязательно будет… - мурлыкнул мне на ухо Лис. – Никто ведь не захочет пропустить награждение твоего батюшки.

- Какого награждения? – удивилась я.

- Ну, как это, какого? Маршал возвращается с границы, где в считанные недели навел порядок и практически без боя. Ну, по крайней мере, без масштабных боев с множеством погибших.

- Я не понимаю, - призналась я. – Так как он навел порядок?

- Хитростью, - рассмеялся дознаватель. – Твой отец обезглавил войска противника. А овцы без пастуха…. И сейчас маршал спешит в столицу, доставить пленников. А там на минуточку вся верхушка. Генералы, полководцы, потом узнаем, кого он там везет.

- А я могу поздравить папеньку, ну пригласив его, например, к нам на ужин? – с надеждой спросила я, понимая, что говорю глупости.

- Хльюи, я не могу тебя прятать от всех вечно, - начал сердиться Лис. – Мы зажулили помолвку. Зажулили свадьбу. Но от приглашения на королевский бал, я не могу отказаться или прийти туда один.

- Возьми с собой Хедару, - предложила я. Но скептический взгляд был мне ответом. – Риту? – еще одно жалкое предложение с моей стороны и укоризненный взгляд мужа на меня. – Да ладно, что тебе некого из любовниц пригласить?!

- Хльюи, тебе придется вести жизнь знатной дамы, хотя бы в таких мелочах… в конце концов, ты дочь маршала! – мою дерзость по поводу его интимной свободы Ильиз проигнорировал.

- В первую очередь, я свободный человек!- буркнула я, зная, какой будет ответ.

- О какой свободе ты говоришь? Ты, во-первых, замужем за самодуром, а во-вторых, у нас монархия в стране…

Я надула губы и отвернулась от мужа. Предатель. Вот он кто. Предатель! И главное ведь сначала в постель затащил, а потом новостями огорошил. Расчетливый предатель.

- Иди ко мне, - смеется муж, загребая в свои руки. – Ну, не дуйся…

- Иди к демонам! – раздраженно фыркнула я, заставляя мужа свалиться с кровати, сверкнув голым телом в полете. – Предатель!

- Сладкая моя, - опасливо поднимается рыжая голова из своего укрытия, - ну, чего ты так нервничаешь?!

- Я не нервничаю! – повышаю голос, и стекла в окнах вибрируют. – Я спокойна!

И возможно, я бы действительно разошлась не на шутку, но вид голого дознавателя, что подхватив штаны, убегает из нашей спальни так, что только пятки сверкают, меня несколько задобрил. И надо заметить, изрядно повеселил. Я успокоилась, даже позволив себе несколько нервных смешков и села обратно на кровать. На бал совершенно не хотелось. И я уже начала скисать от одной мысли, когда вдруг от окна полился слепящий глаза солнечный свет, а следом я почувствовала руки, крепко пеленающие меня.

- Успокоилась? – вкрадчивый голос мне на ухо. – Умница моя, - шепчет муж, гася свой свет, позволяя мне видеть, и возвращая возможность двигаться. – А теперь давай поговорим серьезно, любовь моя, - поднимается с кровати Лис, возвышаясь надо мной в одних только брюках. Подхватил рубашку, накидывая на себя. Я залюбовалась статностью и слаженностью собственного мужа, застеснялась своего интереса и отвела глаза. Со стороны, наверное, кажется, что мне стыдно за вспыльчивость.

- Все нормально, Хльюи, - дознаватель уже был полностью одет, и даже волосы успел свои завязать, - ты обязательно научишься контролировать дар. Не переживай. Но, давай все же приложим чуть больше усилий, договорились?

Я кивнула. И чего собственно артачиться?! Все равно мой муж сделает все так, как сам считает нужным. И если он сказал, что я пойду на бал, значит пойду. Мое желание в расчет не берется.

- Эй, ну, чего ты?! – присаживается рядом со мной и участливо касается моих волос, заправляет мне за ухо растрепавшуюся прядь. – Это всего лишь бал.

- Королевский, - шмыгаю я носом.

- Ну, король тоже человек, не съест он тебя, - усмехается Лис.

- Нет, не съест, - вздыхаю. – Лучше бы съел!

- Что? – несколько опешил муж.

- Я же… я себя знаю! Я же там обязательно опозорюсь…

- Хльюи, - рассмеялся маг крепче обнимая, - поверь мне, я не позволю тебе опозориться.

Но я лишь вздохнула. Что такое обещание главного королевского дознавателя против судьбы злодейки и моего многолетнего опыта косячить и позорить семью?! У него никаких шансов побороть мою карму.

Глава 5 – 6

Ильиз Де Ронго

Бедная моя девочка. Как же ей приходится туго! Но придется потерпеть. Не так и часто у нас балы даются при дворе. Так сказать, Диригий не сторонник праздности. Он предпочитает бюджет тратить на оборону страны, на армию, на нужды народа.

Конечно, бывает, что есть необходимость и тогда бал неизбежен. Но в принципе, он не любитель. Как и я. Как и моя чудо – женушка. А вот дворяне вправе тратить свои доходы, как им вздумается, запретить устраивать свои личные праздники Диригий не может, да и не собирается. Поэтому кроме королевских, балов у нас хватает. Но они для посещения не обязательны. Так что… сейчас придется потерпеть.

Главное, чтобы на балу Хльюи никого в окно не выкинула. Скандалы – не тот пунктик, что сделает ее счастливой.

- Список гостей, - мне на стол приземляется стопка бумаг. Я поднимаю взгляд на Хедару. Неужели все еще обижается? Женщины!

- Неплохо так Диригий решил пирушку закатить, - хмыкаю я, оценивая количество приглашенных.

- Ну да, а я должен повеситься, но организовать безопасность, - входит в мой кабинет Горд Де Ко?т и вальяжно усаживается в кресло. После достопамятного дела о сектантах, наша скрытая конкуренция несколько утихла. Более того, что в двойне странно, мы стали больше общаться. Даже вне рабочего протокола.

- Справимся, - откладываю я списки и откидываюсь на спинку своего рабочего кресла. – Если конечно никто не решит свергнуть нашего монарха.

- Типун тебе на язык! – белеет лицом Горд, вызывая у меня приступ смеха. – Ничего святого у тебя!

- У меня жена святая, - скептически кривлюсь. – Поверь, мне и этого с головой!

- Ты счастливый сукин сын, Лис, - со смешанными чувствами смотрит на меня шпион. – Признаюсь, когда появился вброс в прессу, о твоей помолвке… все решили, что ты позарился на маршальское расположение. Мол, договорной брак, девчонку взял, чтобы с Анторсом породниться.

- Что бы мне могло понадобиться от этого родства? – качаю головой на такие глупые предположения.

- Ну, другого объяснения твоей резкой женитьбы никто не придумал, - разводит руками Горд, - ты же… бабник, Лис. Закоренелый холостяк…

- Это в прошлом, - хмурюсь я.

- Конечно, - усмехается Горд. – От таких, как твоя юная маркиза налево не бегают. Теперь я думаю, что брак вовсе не договорной. Думаю, ты влюбился…

- Давай, оставим эту тему, - я возвращаюсь к своему занятию, изучению списка гостей. - До бала две недели. У нас мало времени и куча дел!

- Понял, не дурак, - спешит покинуть меня коллега, - уже ухожу!

- Давай-давай, проваливай, - бурчу недовольно. Подумать только, весь двор думает, что я взял Хльюи в жены из расчета. Нет, если она узнает эту новость, это еще больше подорвет ее самооценку. Вырвать бы лживые языки этим ядовитым гадюкам из высшего общества. Да только как?

- Хедара! – резче, чем следует позвал я секретаря. Женщина вплыла в мой кабинет, с блокнотом в одной руке и карандашом в другой. – Хедди, займись пожалуйста подготовкой Хльюи к балу.

Секретарь лишь вопросительно изогнула точенную золотую бровь.

- Она… Хльюи не любит публичности, Хедди. И очень нервничает. Боится опозориться. Думаю помощь более искушенной в этом плане дамы, ей не помешает.

Хедара ничего не ответила, лишь поспешно присела, показывая свое повиновение. Вот засранка! Все-таки обижается еще…

Хльюи Де Ронго

Я страдала. Мне не нравилось то, как надо мной уже несколько часов издевалась Хедара, которой Ильиз поручил подобрать мне подходящий к случаю бала наряд.

Меня одевали, раздевали, снова одевали и снова раздевали. Снимали мерки, заставляли не дышать, кололи булавками, накидывая на меня отрезы тканей. Материи мелькали у меня перед глазами, создавая видимость праздничного серпантина кружащего перед глазами. Мне было тяжело дышать. Душно и тошно от мельтешения людей и шелково-шифоновой мишуры.

Моего мнения никто не спрашивал. Всем заведовала Хедара, распоряжаясь, что унести, что убрать прочь, а что наоборот подать и где возможно закрепить.

С каждым новым витком ткани вокруг моего тела, я закипала, желая уничтожить дорогой салон по пошиву платьев, разнесся его в пух и прах, неуклюжим взмахом руки. Потом сказать «упс» извиниться и пойти счастливой домой. Но магия спала, дар величаво отвернулся от меня, показав свой ветреный тыл, и я была вынуждена терпеть издевательства.

Наконец-то не вытерпев, я сомлела. От такой духоты не мудрено. Когда меня привели в чувства, я недолго поборолась с приступом накатившей тошноты, и решительно отказалась от продолжения примерки, послав всех к Отреченному. Хедару я вежливо попросила возглавить колонну посланных в Холодные Чертоги и отправилась домой. Пешком, пренебрегая экипажем, в котором мы с секретарем мужа прибыли сюда.

Мне сразу стало легче дышать, стоило лишь выйти на улицу. Хотя дурнота еще не полностью улеглась. Я решила прогуляться до дома через так полюбившийся мне столичный парк. Дело шло к вечеру, а потому жара понемногу спадала, уступая место прохладе. Появился даже легкий ветерок, что игриво трепал подол моего простого платья и портил уложенную в косу прическу.

Парк, казалось, замер. Наверное, быть грозе.

И действительно в разрыве древесных крон я увидела, как сгущаются тучи, суля долгожданным облегчением уставшей от жары земле. Ветер становился всё свежее, иногда срываясь в порыве. Тогда приходилось жмуриться от поднятой ими пыли с земли, а иногда и вовсе отворачиваться.

- Доброго дня, госпожа, - услышала я голос вора за своей спиной, и тяжелая рука упала мне на плечо.

Я машинально дернулась, испугавшись. Подвернула ногу, ругнулась, падая на землю, но вор меня успел словить раньше.

- Что тебе надо… - я запнулась, не желая называть человека вором в лицо.

- Чиари, - подсказал вор, - можете называть меня Чиари, госпожа.

Мужчина помог мне подняться на ноги и предложил свою руку.

- Позвольте вас проводить домой?

Я с сомнением посмотрела на нахала, не выражая доверия его благородству.

- Госпожа Де Ронго, - тяжело вздохнул Чиари, - с недавних пор, не смотря на мою профессию, я работаю на вашего мужа.

- Кем? – насторожено спросила я, не спеша принимать его руку.

- Приходится и по профессии работать, но в основном моя задача – охранять вас.

- Давно? – переводя дух, спросила я.

- Работаю? – переспросил вор, самостоятельно пристраивая мою руку на сгибе своего локтя, - с тех самых пор, как проснулся в госпитале, спасенный королевскими лекарями от смерти.

- Почему ты не отказался? – удивилась я, не обращая внимания, что мы уже путешествуем вдвоем.

- Ну, - нехотя признался Чиари, - ваш муж умеет быть убедительным. Можно сказать, что выбора у меня и не было. Отказываются от предложения, а не от свершившегося факта.

Ветер снова рванул с высоты, собираясь меня напугать, и я вспомнила, как вышвырнула с помощью ветра этого человека со второго этажа. Мне стало стыдно, ведь он уже спасал мою жизнь.

- Чиари, - неловко начала я, - ты не держи на меня зла, что я тогда так вспылила и…

- Вышвырнули меня из окна? – не зло рассмеялся вор. – Поделом мне. Не надо было проявлять инициативу…

- Извини, - повторила я, краснея до корней волос.

- Как прикажете, госпожа, - улыбнулся мой телохранитель.

Я решила, что достаточно извинилась, не желая биться головой оземь, вымаливая прощения. Потому промолчала, и в таком молчание вор сопроводил меня к дому моего мужа. С легким шутливым поклоном Чиари распрощался со мной, сказав, что здесь его полномочия заканчиваются, если в доме есть дознаватель.

- А если его нет? – уточнила я.

- Я слежу за домом, на случай, если кто нежеланным проникнет.

- Но…, - зарделась я.

- Госпожа, - перебил меня вор, - я умею отворачиваться, не переживайте. Вашей чести ничего не угрожает.

Чиари исчез, оставив меня в раздумьях, и я только сейчас увидела стоящий у дома экипаж Хедары.

- Ну, теперь еще ругаться с ними… - расстроено буркнула я, плетясь на заклание к мужу и наверняка уже наябедничавшей на меня секретарше.

Идти совершенно не хотелось, а потому я решила не попадаться на глаза Лису. Прошмыгнула в маленькую калитку, предназначенную для слуг, прошла вымощенной кирпичиками тропкой через цветники и чахлый сад. Меня наверняка ждали к ужину. Но я не имела никакого желания ни с кем говорить, а потому скрылась в прохладе маленькой пристройки, где были спальни няни и Тании и примостилась там, на скамейке в летней кухне. Мне повезло даже обнаружить какие-то лепешки, кажется, с грибами, и крынку с холодным ширсом. Так что голодать мне не пришлось.

Ветер, пригнавший грозовые тучи, зло выл, пытаясь вырвать с корнями чахлые деревца моего бедного сада. По крыше застучали первые капли, говоря о начале дождя.

В гордом одиночестве я пережидала разбушевавшуюся непогоду, уплетая лепешки и мечтая о тихой и спокойной загородной жизни с любимым мужем, который понятное дело не сможет мне обеспечить такую радость из-за своей мерзкой и государственно-важной работы.

Как-то не сразу я заметила, что лепешки-то с душком. Видать грибная начинка из-за жары начала киснуть, а я изголодавшаяся это изначально проигнорировала. К тому моменту, как распахнулась входная дверь и на пороге появилась фигура обозленного и мокрого дознавателя, я уже боролась с порывами тошноты.

За спиной Лиса бесновалась гроза, сверкая молниями и грохоча. Зрелище ужасающее. Я подавилась ширсом, которым пыталась погасить неприятные позывы в желудке, хрюкнула и закрыла рот руками, стараясь сдержаться.

- Хльюи! – только и успел, что рыкнуть муж, когда я не выдержала и рванула прочь на улицу, сбив его с ног. Меня рвало скисшими грибами, заворачивая желудок в невозможные узлы, подкатывающие к горлу.

Вот так вот. Участь у меня такая – позориться. Стою на коленях посреди двора, мокрая с ног до головы, да еще и так некультурно себя веду на фоне романтических росчерков молний в черном небе.

От обиды за себя, я расплакалась. Некстати вспомнилось, что мужу есть, за что меня четвертовать сегодня. Наверное, они обыскались меня, а я тут ужинаю тухлыми грибами. Вспомнила о грибах в злосчастной лепешке, и меня снова вывернуло. Ну и как тут не плакать?

Лис бездействовал, только молчал, стоя возле меня, и задумчиво намокал под дождем.

- Пойдем, Хльюи, - спокойно шепнул он, когда меня немного попустило, помогая мне подняться. – Пойдем, дорогая.

По мне пробежали знакомые золотистые искорки, изучая мое состояние и помогая справиться с отравлением.

- Ругаться будешь? – хлюпнула я носом, зная, что поступила, как капризный ребенок, убежав. Но мне совсем не хотелось видеть Хедару. Меня уже тошнит от ее идеальности и заносчивости. Ой, зря я так подумала…

Ильиз стоически стерпел мой очередной приступ тошноты и соизволил ответить, снова подняв меня на ноги и ведя под руки в дом.

- Нет, Хльюи, не буду ругаться.

Его спокойствие начало настораживать, учитывая, какой злой он пришел за мной в летнюю кухню прислуги.

- Почему? – насторожено спросила я, подумав, что он решил не тратить времени и усилий, а сразу меня казнить.

- Нельзя ругать беременных, - последовал отстраненный ответ, подкосивший меня. Я почувствовала, что немного теряю связь с сознанием. Последнее, что я запомнила, это ощущение поймавших мое тело рук.

Глава 7 – 8

Ильиз Де Ронго

За окном бесновалась гроза, расчерчивая мир разрядами молний и подсвечивая темноту в нашей спальне. Яркие вспышки выхватывали из мрака силуэт спящей Хльюи. По обнаженному телу непрерывно скользили солнечные искры, исследуя ее состояние, облегчая признаки отравления, и укрепляя ослабленный организм.

Беременна… я сидел на кресле и наблюдал за женой, задумчиво рассматривая ее и не веря в происходящее. Когда сегодня Хедара вернулась одна и рассказала о происшествии в салоне, я не придал этому значения.

- Господин дознаватель, - решительно вторглась в мой домашний кабинет секретарь несколькими часами ранее.

- Где Хльюи? – сразу почувствовал я неладное по тону.

- Я не знаю, - вспыльчиво всплеснула руками Хедара. – Ее сиятельство не изволили прислушиваться ко мне. И…

- Она вспылила? – устало посмотрел на секретаря. – Разнесла салон?

- Нет, нет! - ужаснулась такому предположению Хедди, - она прошло ушла!

Я расфокусировал зрение, переставая видеть перед собой и налаживая контакт с женой. Смотря ее глазами. Успокоился, поняв, что моя маленькая бунтарка прогуливается в парке, под надежной охраной Чиари. И вернул свое внимание секретарю, разрывая связь с Хльюи.

- Нашли? – с надеждой спрашивает Хедара. Вижу, что взволнована.

- Нашел, - вздыхаю я. – И что ей не понравилось?

- Я не знаю! – топнула ногой обычно сдержанная госпожа Ишонор. – Я пыталась по максимуму снять с нее заботы и хлопоты, но почему-то леди Хльюи не приняла моей помощи. И… Ваше сиятельс…

- Хедди! – прикрикнул я. – Коротко и ясно!

- Мне кажется, ваша супруга может быть в положение, - присела покорно секретарь, склонив голову.

- Может, конечно, - улыбнулся я, действительно не имея ничего против такого расклада, хоть и не загоняюсь по этому поводу до маразма. – Но с чего ты взяла, что так и есть?

- Ее сиятельство слаба, - еще ниже приседает она.

- Иди сюда, - поднялся я с кресла, подзывая в миг спавшую с лица женщину. Да, она знает, что ее ждет. – Садись, - строго указывая на свое место. – Ты помнишь, что делать, Хедди…

- Расслабиться и не сопротивляться, - сглатывает она, памятуя, что я никогда с ней не нежничал, никогда не расходовал свою силу напрасно, даже в период моего усиленного интереса к ней.

- Вот и расслабляйся, - дернул недовольно бровью, но вижу, что она только сильнее напрягается в ожидании неприятных ощущений. Ну что ж, ее проблемы. Кладу руку на лоб Хедары, налаживая контакт с ее памятью. Вторжение в сознание неприятная процедура, особенно, если пытаешься сопротивляться или что-то утаить. Единственный способ облегчить мое вторжение – расслабиться, отдать мне свою память добровольно. Ну, или еще вариант, я сам могу сделать все безболезненно и аккуратно, но это сожрет в двое больше сил. Все же я боевой маг, а не менталист.

Хедара напряжена и напугана, но ненадежные бастионы, выстроенные из призрачного страха, крушатся под моим воздействием, причиняя ей боль физическую. Я не хочу ее заставлять страдать. Мне неприятны муки людей или нелюдей. Но тратить драгоценную силу, считаю нецелесообразно. Просмотрев память секретаря за сегодняшний день, я нахмурился. Да, действительно, Хльюи потеряла сознание и слегка позеленела. Но это не может быть само по себе признаком интересного положения. А вот результатом действий моей чрезмерно старательной помощницы, очень даже.

Я видел, как наливается раздражением взгляд Хльюи, как она недовольно хмурится или сердито поджимает губки, как безмолвно шипит от неприятных уколов булавками. Признаться, просматривая воспоминания Хедары, мне самому чуть не поплохело от мельтешащих вокруг мастериц, создающих хаос и шум. И все норовящих снова то покрутить уставшую маркизу, то одеть, то раздеть, то снова завернуть в очередной отрез шелка. И все быстро и хаотично и шумно. Ну, а пестрый хоровод текстиля сменяющийся с завидной скоростью заставлял рябить в глазах и жмурится от зрительного дисбаланса. Бедная моя девочка, я доверил тебя монстру в юбке.

Я отпустил сознание Хедары и отошел на шаг, давая ей свободу. Пусть отдышится, пока я подумаю, глядя в окно. На улице собирается непогода, небо заволакивало тучами, и ветер гнал их с завидной скоростью, сгущая над столицей. Отпустив вспышку силы, я отправил Чиари приказ, вести Хльюи домой. Еще не дай Создатель попадет под ливень.

За моей спиной раздался приглушенный стон, с которым секретарь массировала свои гудящие виски. Да, голова после такого вторжения болит. Я сжалился, и снова коснулся головы женщины, посылая магический импульс, обезболивающий, расширяющий сосуды, позволяющий восстановиться нормальной циркуляции крови в несчастной голове. Это съест значительно меньше силы, чем обезболивать весь процесс, лучше уж устранить последствия. Это целесообразно. Ведь секретарь мне нужна с нормальной головой и работающим мозгом, ей еще куча дел предстоит и поручений.

- Сомневаюсь, Хедди, что ты права, - нарушил я молчание.

- Но, она потеряла сознание, - слабо постанывает Хедара, начиная отходить от боли, - на ровном месте.

Я рассмеялся. Негромко, но помощница все равно поморщилась.

- Прости, - улыбнулся я, говоря уже тише, - не на ровном месте, Хедди, ты уработала мою жену своим энтузиазмом и излишней суетой.

- У меня такой метод работы, - пожимает тонкими плечиками, затянутыми в серую парчу, сдержанного платья. – Я все делаю быстро и четко, не тратя время на лирические отступления. Есть задача, я принимаю решения и применяю его на практике.

- Да-да! – я шутливо вздергиваю руки, призывая ее не кипятиться, - я знаю, Хедди, поэтому и люблю с тобой работать, ты меня очень устраиваешь своими методами. – Улыбаюсь и отхожу от нее подальше. Вижу, что моя близость ее гнетет. – Но, я не учел, что моя нежная девочка не привыкла к твоим зверским методам!

- С кем повелась…, - намекает на мои собственные методы Хедара. И она права. Конечно, у нее были свои предпосылки в характере к такой жесткости, но именно я ее закалил и научил работать и мыслить по моим принципам, действительно без лирических отступлений. Впредь учту, что привлекать этого солдата, почему-то спрятанного в женском теле, привлекать к помощи маркизе нельзя. Не сработаются.

- Ладно, Хедди, иди. Ты не справилась. Умотала мне жену до обморока. Но я все же посмотрю за ее состоянием, исключать не буду твоего варианта.

Госпожа Ишонор еще немного помозолила мне глаза, но все же нерешительно двинулась к выходу.

- Мне жаль, что так получилось, - признается она, расстроившись за свой провал. Прощальный книксен и секретарь меня оставляет. А я задумался. Сам же виноват. Сам ее такой сделал. Потому что мне был нужен четкий механизм для работы, успевающий за ходом моих мыслей и предугадывающий мои нужды. Хльюи нужна старшая подруга, способная дать совет за чашкой чая, а не Хедара. Причем пенять должен я себе, а не секретарю. Сам не подумал, что женского в этом теле осталось только внешность.

В окно своего кабинета, я видел, как опасливо Хльюи крадется через неприметную калитку. В дом не пошла. Боится. Это осознание неприятно меня укололо в самое сердце. Я думал, что мы прошли этот момент. Надеялся, она меня успела узнать. Но по ее теперешнему поведению вижу, что доверием с ее стороны не очень пахнет. Она все еще ждет от меня неадекватности, а возможно и вспышки гнева. Или еще чего похуже. Неприятно. Несмотря на всю нашу близость в интимном плане, Хльюи все еще иногда меня опасается.

Решив, не спешить, я позволил ей спрятаться и дать осознать свою неправоту. Но когда спустя час, она так и не вошла в дом, а за окном началось форменное погодное безобразие, грозя не только залить столицу по самые уши, но и сорвать парочку – другую крыш, у меня уже терпение лопнуло. Не пойди я за ней, еще чего удумает заночевать в дали от меня. Поэтому, подсвечивая в темноте себе глазами, и намокая насквозь под холодным ливнем, я все же решил ее забрать и поговорить. Но… разговор как-то не сложился.

Особо громкий раскат грома стряхнул с меня воспоминания. Я посмотрел на спящую жену, по которой бегала моя магия вместе с бликами, отбрасываемыми мелькающими за окном молниями. Нежный и хрупкий цветок…

Представляю, как ее тело должно измениться. Как округлится живот… нет, я не то чтобы сильно желал срочно стать отцом. Но, должен признаться, не собирался осторожничать. Я отдал этот момент на волю Создателя. Если судьба, так судьба. Учитывая, насколько из Хльюи маг, порой совершенно отрезанный от дара, так это чудо, что нам все же удалось зачать. Я не был уверен, что наша пара будет принята мирозданием, как союз двух магов. Ибо Хльюи в магическом плане практически калека.

И тут вдруг… как гром среди ясного неба! Подтверждая мои слова, на улице снова громыхнуло. Хльюи беспокойно дернулась и что-то капризно захныкала во сне.

- Чшш, - я лег рядом, прижав свою леперу к сердцу. – Чшш… - успокаиваю ее. – Все хорошо, моя маленькая. Я рядом…

Хльюи успокоилась, убаюканная моим шепотом, а я еще долго лежал без сна. Все думал… и думал… и думал… в голове звучали слова Горда, назвавшего меня везучим сукиным сыном. Да, я везучий. Главное теперь не потерять то, что даровал Создатель.

Жена поерзала у меня под боком, устраиваясь удобнее. Я обратил свой магический взор на ее дар. Жестокая стихия затаилась, сама не понимая, что происходит с ее носителем. Но убить не жаждет, памятуя о моей угрозе. Конечно, характер проявляет. Может шибануть меня порой. Но не пытается унести Хльюи за грань. Правда и на контакт не шибко идет. Слушается свою хозяйку только, когда та в ярости.

Северный ветер – мощная и жестокая стихия. Как магия Хльюи скажется на нашем ребенке? Унаследует ли малыш чей-либо дар? Или будет обычным смертным? Вдумавшись, я решил, что мне все равно. Как решит Создатель, так и будет. Моя же миссия позаботится о жене и еще не рожденном чаде. Обеспечить им мир, безопасность и достаток. Надежность и любовь. Очень надеюсь, что справлюсь. А маг ли, человек ли? Сын или дочь? Буду любить все равно. Нельзя не любить то, что даровало Мирозданье. Даже, если этот дар – самое настоящее наказание с бунтарским нравом и язвительным характером, все равно ведь люблю.

Убедившись, что магия жены опасна лишь под плохое настроение самой Хльюи, я покинул пределы ее внутреннего мира.

- Люблю тебя, - шепнул ей в макушку и позволил себе уснуть. Завтра будет трудный день.

Хльюи Де Ронго

Я наслаждалась самобичеванием мужа. Он сетовал, что не сразу узнал о моем трепетном состоянии, рвал волосы на себе и обещал, что даже бал мне простит, если я буду благоразумной, и не стану рисковать беременностью.

Я стоически молчала, не желая рассказывать, раньше времени, что вовсе не беременна, а просто грибов тухлых съела. Пусть помучается. Пусть бал без меня пройдет. А потом я сделаю невинные глаза и со словами «надо же, а я тебе поверила» сделаю его виноватым в том, что обманул нас обоих, когда откроется правда.

Был, правда и минус в этом фарсе. Большой бочкообразный минус. Няня. Она не давала мне жизни, считая своим долгом оберегать и меня и будущего ребенка. Поэтому, теперь даже когда Ильиз уходил в департамент, я не могла, как прежде заниматься, чем душе угодно.

Я грустно вздыхала, видя, как Тания не успевает справляться со всей возложенной на нее работой. А ведь раньше мы весело все делали вместе. И я не скучала, и ей легче. Но мне оставалось только смотреть в окошко и ждать мужа с работы, занимаясь ненавистным рукоделием.

- Доброго дня, госпожа, - дежурно поздоровался со мной вор, заходя в комнату, как и положено его профессии, через окно.

- Здравствуй, Чиари, - улыбнулась я и уткнулась носом в растянутое на ручном станке полотно с вышивкой. – Хочешь есть?

- Нет, госпожа, - усмехнулся вор, плюхаясь в кресло у окна, - вам совсем скучно, госпожа, Де Ронго?

- Совсем, Чиари, - вздохнула я, путаясь в чертовых нитках и пытаясь, зло оборвать их. Плюнула и отвернулась от станка. – Мне кажется, еще пару дней в таком режиме ничегонеделания и я просто повешусь.

- Ну, разве такая речь подобает вашему состоянию?! – укорил вор.

- И ты туда же! – зарычала я и попыталась обидеться. – Чиари, я с ума схожу от скуки. Слушай, а ты всегда следишь за мной?

- Почти, иногда меня подменяют, - насторожился он.

- Ну, если я, например, пойду в город, ты же пойдешь следом?

- Придется, - вздохнул вор.

- Тогда оставь меня, Чиари, я переоденусь и мы пойдем в город вдвоем. Что толку тебе прятаться, если я знаю о тебе? Пойдем погуляем.

- Ваш муж не одобрит. Может, хоть компаньонку позовете с собой? – Засомневался мой охранник.

- А, - махнула я рукой, - у Тании без моей помощи столько работы, что ее ждать, состаришься. А я хочу проветриться!

- Ну, хорошо, - сдался вор. – Но никаких побегов и не пытайтесь опять кем-то похититься. У меня шкура не казенная.

- Договорились, Чиари, - обрадовалась я, спеша в гардеробную. – Жди меня у ворот.

Глава 9

Хльюи Де Ронго

Погода радовала прохладой. Начало осени оказалось дождливым, и земля вдоволь напилась и остыла после того пекла, что устраивало летнее солнце. На улице пахло свежестью и влагой. Я лишний раз убедилась в практичности простого платья горожанки, что было на ладонь короче тех, что приняты в высшем обществе. Будь я в подобающем статусу наряде, уже б замарала в лужах подол, выглядя убого.

Я прогуливалась в парке, наслаждаясь мнимой свободой, и уплетала крендельки из корзинки, висящей через мою руку. Держа уважительную дистанцию, за мной следовал вор, цепким взглядом шаря по сторонам.

- Чиари, - остановилась я, - что ты такой напряженный? Ведь секты больше нет, что может мне угрожать?

- Ну, во-первых, вы сами, - хмыкнул вор.

- А во-вторых? – совершенно не обиделась я, зная, что он прав.

- А во-вторых, госпожа, у рыжего Лиса достаточно недоброжелателей. Не забывайте, что не за булочником замужем.

- Но, разве его не боятся? – удивилась я.

- Боятся, - согласился Чиари, пробуя крендель из моей корзинки. – И ненавидят. Вы слишком беспечны, раз не понимаете этого и доставляете ему немало хлопот своими выходками и побегами.

- Она просто еще молода, - раздался за нашими спинами голос, который я не могла не узнать.

- Матушка?! – повернулась я, не зная, как реагировать. – Кадди?!

Обе женщины, красивые и величавые, смотрели на меня с плохо скрытым презрением.

- Госпожа, - поклонился вор, исчезая из поля нашего видения.

- Хльюи, - попросила мать, - прогуляемся вместе?

Я с сомнением посмотрела на нее, ожидая продолжения.

- Хорошего дня, госпожа, - пожелал вор, открывая мне калитку в кованых воротах.

- Спасибо, - растерянно ответила я, следуя в дом, где моей пропажи даже не хватились.

Остаток дня я проходила в задумчивости. Из головы не шел рассказ вора. К тому моменту, как вернулся из департамента Лис, я уже всю голову себе сломала и все нервы извела, пытаясь оправдать мать. Поэтому, стоило мужу переступить порог дома, как я слету задала вопрос.

- Что ты знаешь о моей матери, что не должна знать общественность?

- Ооо, - улыбнулся Лис. – И я рад тебя видеть, дорогая! Как самочувствие?

- Цветущее, - огрызнулась я. – Ты же дознаватель, наверняка знаешь о любом мало-мальски важном преступление в столице.

- И за ее пределами тоже, - признался муж. – Что ты хочешь знать?

- Пару лет назад была таинственно убита знатная дама. – Я запнулась, не зная ее имени, не удосужилась спросить у вора.

- Их много мрет, - пожал плечами Ильиз, - кто именно тебя интересует?

- Я не знаю ее имени, но знаю, что за неделю до своей смерти, она заказала выкрасть агатовое колье моей матери…

- О как! – удивился Лис. – Интересно.

- И что ты знаешь? – с надеждой спросила я.

- Ничего. Возможно, дама была не настолько знатная, возможно этим занимался кто-то другой. Но мне ничего об этом неизвестно.

Я расстроено поджала губы.

- Хльюи, - обнял меня муж, - если для тебя это важно, я постараюсь узнать правду.

Я молча кивнула, задумавшись. Может быть, вор меня обманул? Но зачем ему это? А может, и правда это было совпадение.

- Она уже говорила с тобой? – спросила я мужа, который никак не выразил своего удивления.

- Графиня почтила меня своим визитом, вместе со своей очаровательной дочерью Кадди, - начал рассказывать Ильиз, провожая меня из прихожей в гостиную.

- И что? – настороженно поинтересовалась я, ожидая праведного гнева.

- Ну, в словах твоей матери был смысл, конечно, - ухмыльнулся он. – Но я попросил ее не лезть не в свое дело. Надо, сказать, эти слова ее сильно взбесили.

Еще бы, ей эта фраза за сегодня уже должна была приесться. Я немного расслабилась, радуясь, что Ильиз меня защитил, но тут же была наказана за потерю бдительности.

- Хльюи, я смотрю, ты пришла в норму, - начал издалека муж, усаживая меня в широкое кресло. – Бал совсем не за горами, и надо решить, наконец, сможешь ты на него пойти или нет.

- Ильиз, если я пойду на бал, то вероятно опозорю тебя еще больше, чем если ты пойдешь туда один.

- Позволь, я сам решу, что считать позором? – муж говорил со мной спокойно, не споря и не пытаясь меня испепелить огнем своих янтарных глаз. Я чувствовала себя убогой, когда со мной так общались, словно боясь разозлить. – Мне кажется, ты в состоянии вытерпеть один раз такое испытание.

Я насупилась. Когда он вот так вот тихо и спокойно со мной говорит, я даже не могу найти повода на него вспылить и отказаться, гордо задрав курносый нос.

- Хльюи, - подсел ко мне ближе муж и заискивающе заглянул в глаза. – Ну, пожалуйста, мне Диригий всю плешь проест, если я тебя не представлю ко двору.

- Диригий? – переспросила я. – Какое дело Его Величеству до меня?

- Ну, считай, что ему просто, как мужчине интересно, кто же смог меня захомутать, - немного нервно рассмеялся Лис. – Ты ведь в виду своего юного возраста, еще не бывала на королевских балах?

Я отрицательно покачала головой.

- Но я подозреваю, они не сильно будут отличаться от тех, на которых мне довелось побывать, - насупилась я.

- Ах, оставь, Хльюи, - Ильиз, понимая, что одерживает победу, сел на подлокотник моего кресла и по-хозяйски меня обнял за плечи. – Нет ничего общего в настоящем бале с теми маленькими провинциальными или частными праздниками, о которых ты говоришь. Ты уже совсем взрослая женщина, и теперь на тебя будут смотреть совсем другими глазами, - пообещал муж и задумался… - хотя декольте тебе надо будет выбрать построже…

- Ильиз! – возмутилась я, треснув его по руке, схватившей меня за святое.

- Что? Имею право! – заявил он и уже серьезнее продолжил. – Не думаю, что ты встретишься там с Кадди, ей пока не положено по очередности выходить в свет. Если я не ошибаюсь, у вас обеих есть старшая сестра, которая еще не замужем?

- Леоль старше нас аж на полтора года, но, если ждать, пока она выйдет замуж, Кадди помрет в девках.

- Неужели она настолько страшненькая?

- Она красивая, - протянула я, вспомнив свою старшую сестру. Иногда мне кажется, что из всех детей заносчивой графини я самая страшненькая, но говорить об этом мужу не стала. – Но она монашка.

- Как монашка? – удивился Лис.

- Ну, матушка отдала ее в пансионат, надо заметить по просьбе самой сестры. И не смотря на то, что Леоль уже год, как вернулась из пансионата, она все еще ведет монашеский образ жизни. Кажется, она даже постится. И платья носит только строгие. Вот уж кого можно выдать замуж только силой или по договоренности родителей.

- Забавная у тебя семейка, - вздохнул муж.

- Я думала, ты все про всех знаешь, - удивилась я. – Ты же дознаватель.

- Вот детеныш, наивный, - рассмеялся Лис и чмокнул меня в макушку. – Я же дознаватель, а не начальник тайной канцелярии. Я веду расследования. Если где-то кто-то попадает под подозрения в преступлении, я уже выверну всю подноготную человека, но у меня нет сведений обо всех живущих в королевстве.

Я почувствовала себя неимоверно глупо. Но Ильиз совсем не насмехался над моей наивностью, просто объяснял, что никак, правда, не поднимало моей самооценки.

- Я лишь хочу прогуляться со своими дочерьми по парку…

- Я уже нагулялась, - фыркнула Кадди.

- А я нет, - повысила голос мать. – Кадди, ты можешь подождать меня в экипаже. Пойдем Хльюи, я не займу много твоего времени.

Кадди высокомерно смерила меня взглядом и ушла в сторону ожидающих ее компаньонок. А мы с матерью пошли дальше по парку. Какое-то время царила тишина между нами. Мне совершенно нечего было рассказать этой женщине.

- Кто этот мужчина? – наконец разорвала тишину мать, перейдя сразу к делу.

- Телохранитель, - пожала я плечами, продолжая таскать из лукошка крендельки.

- Ему не должно нарушать дистанцию, - нахмурилась матушка. – Я поговорю об этом с маркизом.

- Не следует лезть не в свое дело, - пока мягко попросила я.

- Все, что касается тебя, мое дело, Хльюи, - не согласилась она. – Если брошена тень на твою репутацию, то и на всю семью падает тень.

- Матушка, какая тень? Я гуляю по парку, меня сопровождает телохранитель. Что не так?

- То, что он не держит дистанцию, - процедила мать. – То, что ты это позволяешь, ты одета, как простолюдинка, гуляешь без компаньонок…

- Матушка, - прервала я словоохотливую родительницу, - я еще раз повторяю, не надо лезть не в свое дело. Я буду вести себя так, как считаю нужным, а не так, как угодно вам.

- Ты не смеешь так со мной разговаривать, Хльюи.

- Матушка, хорошего вам дня, - присела я в насмешливом реверансе и совершенно невежливо крикнула, - Чиари! Уведи меня отсюда, мне дурно.

Откуда непонятно, нарисовался за моей спиной вор-охранник и с почтительным поклоном в сторону моей матери, предложил мне согнутую руку, которую я не побрезговала принять, любуясь, как багровеет белоснежное лицо графини Де Агриже.

- Куда изволите, госпожа? – Поинтересовался вор, бросая осторожные взгляды на мать.

- На рынок! – решительно выплюнула я в лицо высокомерной родственнице, - хочу купить свежих ягод и зелени к обеду.

От такого заявления матушка потеряла дар речи, и провожала мою удаляющуюся спину, негодующе хлопая глазами.

- Позволительно мне будет сделать замечание? – через некоторое время спросил Чиари.

- Ну, рискни…- разрешила я.

- Вы не правы, госпожа, - немало не стесняясь, огорошил меня вор.

- Да, я знаю, - вынужденно призналась я. – Ильиз мне весь мозг вынесет, когда узнает про этот разговор с мамой.

- Я не это имел в виду, - нахмурился мужчина, - просто, ваша благородная матушка весьма мстительна. С вашей стороны неосмотрительно злить ее.

- Мама не сделает мне зла, - отмахнулась я.

- Госпожа Хльюи, вы же знаете, что я вращаюсь в весьма сомнительных кругах.

- Ты про воровскую гильдию?

- Про разные гильдии, - туманно ответил вор. – Так вот, когда я только начинал свою карьеру в столице, поступил заказ на одну безделушку из драгоценной коллекции графини Де Агриже.

- Это ты украл мамино агатовое колье? – ужаснулась я.

- Неважно, - отмахнулся Чиари. – Важно то, что заказ был выполнен, а заказчиком была одна не очень высокого ранга дама из числа любовниц мелкого барончика.

- И что? – насторожилась я.

- А то, что через неделю после исполнения заказа, эта дама таинственно погибла…

Повисла тишина. Я думала, насколько можно сопоставлять эти два происшествия. Не могла же матушка из-за не особо дорогого колье убить человека?! Или могла?

- Это могло быть совпадением… - неуверенно произнесла я.

- Могло, - согласился вор. – Никто не узнает теперь.

- Она не станет мне вредить, - через некоторое время снова начала я разговор. – Я ведь ее дочь.

- Может и не станет, - пожал плечами мой охранник, - однако не стоит злить тигрицу, к тому же такую влиятельную и мстительную.

Как-то незаметно, мы подошли к дому, совсем забыв, что я хотела попасть на рынок. Видимо, не так сильно и хотела.

За разговорами незаметно прошел и ужин. Я немного успокоилась по поводу матушки, и даже пообещала подумать по поводу бала, пока не соглашаясь. Но мы оба знаем, что мне придется туда пойти. И не просто пойти, а познакомиться с королем Диригием Счастливчиком, хотелось бы верить, что не облажаюсь.

Глава 10 – 11

Хльюи Де Ронго

Сегодняшний день был наполнен суетой. Все крутились, куда-то спешили, что-то роняли, и переживали. Все, кроме меня. Я не торопясь и не волнуясь, следила, как Тания третий раз гладит одну и туже ленту, которую, я к слову не собираюсь надевать.

Няня судорожно выбирала мне украшения, которые должны подойти под платье, и которые я тоже не собиралась надевать!

Лис еще утром умчался в департамент, чмокнув меня напоследок, и попросил не портить ему этот день. Я не испорчу ему день, мы ведь только вечером увидимся. А за вечер он не просил.

Весь день я ничего не делала, валяясь в кровати, принимая ванну, не торопясь трапезничала, болтала с сидящим на окне Чиари, которому так же, как и мне было совершенно все равно на суету в доме.

Чиари рассказывал мне забавные истории из жизни людей, в доме которых ему пришлось побывать, я весело смеялась, Тильба неодобрительно на нас хмурилась, а носящаяся в мыле Тания тихо подхихикивала.

Когда мне надоело сидеть в доме и ждать когда мне подготовят наряд, я вылезла вместе с вором в окно и села на подоконник, свесив ножки вниз. Мы плевались шелухой от орехов из окна и продолжали смеяться, обсуждая тех или иных дворян. Я специально попросила Чиари пройтись по всем, кого он знает, чтобы в случае чего, иметь козыря перед ядовитым высшим обществом, которое наверняка уже не раз и не два обмыло мне все кости.

К обеду я уже владела внушительным компроматом практически на всех, включая свою семью. За обедом информация разрослась почти до архива тайной канцелярии, а к вечеру, наверное, уже переплюнула архив королевских шпионов. Нет, тут я, разумеется, привираю, но все равно информации было много.

Еще до прихода Ильиза, прибыл посыльный, доставивший парадный костюм дознавателя. Я с сомнением посмотрела на строгий черный камзол с наискось застегивающимися пуговицами, пересекающими по диагонали грудную клетку в два ряда. Ворот - строгая стоечка. Широкие манжеты, должные закрыть половину предплечья, но узкие в обхвате и чуть более свободные рукава. Узкие же, с высоко сидящим поясом, брюки. Судя по длине камзола, теснота брюк не будет его сильно смущать.

Костюм мне не понравился категорически. Кто его выбирал? Должно быть Хедара.

Единственным украшением костюма были серебряные пуговицы и серебряная вышивка по вороту и манжетам. В принципе я против павлиньих разнообразий в мужской одежде, но не настолько же, чтобы идти на бал в рабочей форме.… А выходной камзол моего мужа был таким же мрачным, как и его повседневная одежда.

- Хльюи, - оборвал мои мысли Лис, как раз, когда я мысленно критиковала его наряд. – Что ты делаешь? – Удивился муж, видя, что я стою напротив вешалки с камзолом.

- Пытаюсь сжечь взглядом твой костюм, - призналась я. – Кто тебе его выбирал? Хедара? Можно подумать ты на чьи-то похороны идешь, а не на королевский бал.

Ильиз рассмеялся и посмотрел на предмет моего негодования.

- Я государственный служащий, дорогая. А этот угрюмый костюм – не что иное, как форменный камзол дознавателя, предназначенный для парадов, балов и праздников.

- То есть, даже на балу, ты будешь не Ильизом Де Ронго, а зловещим дознавателем?

- Совершенно верно, дорогая. Я буду следить за всеми цепким взглядом, заставляя гостей давиться выпивкой, завидев меня.

- Какой кошмар, - посетовала я. – А может быть, ты уволишься? Ну, поедем жить куда-то в провинцию. Будешь разводить для меня леперы, и охотиться по субботам…

- Обязательно, - рассмеялся Лис. – Именно так все и будет, когда я буду старым и бесполезным государству, а на моих коленях будут прыгать внуки.

- И когда ты будешь старым? – зачем-то спросила я, не ожидая подвоха. Ведь все люди стареют примерно одинаково.

- Не скоро, дорогая, не забывай, что мы с тобой маги, а наш дар не позволит одряхлеть телу, ближайшие пару сотен лет.

- Ты издеваешься?! – взвыла я. – Еще пару сотен лет страдать в плену шумной столицы с ее интригами и твоей работой?

- Я не понял, - удивился муж, - ты предпочитаешь, через пару десятков лет начать стариться, и к восьмидесяти уже потерять желание к жизни, потому что в том теле, это будет уже не жизнь?

Я задумалась. Действительно, что это я горячусь? Муж дело говорит, а я как всегда глупости… Конечно здорово, что магический дар продлевает молодость. Но с моего дара станется показать мне кукиш и ускорить старение. Надо ж было, чтобы из всех стихий, мне досталась самая непостоянная и своенравная.

- Собирайся Хльюи, - попросил Ильиз, направляясь в ванну. – Через час мы должны быть во дворце.

Ильиз Де Ронго

Пришлось идти на компромисс с женушкой. И первым ее требованием было уволить ко всем демонам Хедару с должности ее консультанта – тирана. Это цитата, да. Я улыбнулся, вспоминая, как Хльюи негодовала, что моя секретарь смеет не просто ее поучать, но и навязывает свое видение красоты и уместности.

- Если позориться, то только по моим правилам! – поставила свои условия моя прекрасная в своей суровости лепера. Такая милая, с этими упертыми в бока руками, что мне пришлось постараться, чтобы не рассмеяться. Обижать чувство беременной жены – последнее дело. Поэтому, я стоически выслушал все требования и даже согласился с ними. Частично, конечно.

Понятие не имею, что там Хльюи задумала себе с нарядом, но решил не заморачиваться, до чего бы не сподобилась эта смутьянка. Тем более, что у нее явно талант и тяга не только к бунтам но и к модистике. Она решительно забраковала самый модный салон столицы с его штатом искусниц модисток. Зато со своей собственной мастерицей, с которой уже успела спеться, Хльюи с удовольствием работает.

Они вместе что-то рисуют, что-то меряют, что-то обсуждают. Насколько я успел заметить, те платья, что созданы под руководством самой маркизы не отличаются особой вычурностью или помпезностью. Напротив, она делает свой упор на комфорт и сдержанность. Ну, что ж… если ее это устраивает, кто я такой, чтобы командовать, что носить женщине? Признаюсь, меня вполне радует ее скромность в выборе фасона. Не думаю, что был бы столь лоялен, носи она что-то из разряда того ужаса, что предпочитают модницы высшего света.

Раньше я, конечно, ничего против не имел доступной красоты придворных дам. Пока не оказалось, что красоту своей дамы совершенно не хочется выставлять на всеобщее обозрение. Да, если вам угодно, я собственник!

Я проморгался, отключаясь от сознания Хльюи и прекращая подглядывать за процессом ее творчества. Пусть развлекается, лишь бы не пыталась опять отнекиваться от бала. Оставив свою леперу далеко, я сам вернул свое внимание работе.

- Хедди, кто у нас в допросной? – выглянул я из кабинета.

- Малли сегодня развлекается, - не поднимая глаз от бумаги, на которой красивым почерком выводила вязь, отозвалась секретарь. – Насколько мне известно, она вполне справляется. Вашего присутствия не требуется.

- И все?

- Затишье, - разводит руками Хедара, все же посмотрев на меня.

- Что значит затишье?! – хмурюсь я, подходя к ближайшему стеллажу и открывая первую попавшуюся папку. – Смерть баронессы Де Миграш. Насильственная. Преступник не установлен, - читаю я досье, - множественные ушибы и переломы. Смерть наступила от удушья. Следы удушения… Хедара, это по-твоему затишье? Кто дело ведет? – риторически спрашиваю, уже вчитываясь в имя дознавателя. – Вызови ко мне Рикана Инордара, - захлопываю папку и бросаю ее на секретарский стол. Тянусь за следующей, вчитываюсь в текст и очередное нераскрытое, но заложенное в дальний угол дело меня начинает злить. Папка приземляется на свою предшественницу. – Де Карвина!!! Ко мне! не зря я не хотел его брать! Жалкий, бездарный барончик!

- Мне кажется, вы утрируете, - мягко улыбается Хедара. – С чего вы вообще взбеленились? Все тихо – мирно, ребята делают свое дело. Но, они же не умеют читать мысли или тем более память! Это вы у нас уникум!

- Да зачем читать мысли, когда есть факты, улики, в конце концов, есть метод исключения! Или их ничему не учат в этой их академии?! Всех к демонам разгоню! Будут у меня в простых следователях переэкзаменовываться! Нет, ты посмотри! – беру очередную папку, - графство Де Оринже! Целая цепь преступлений! Кражи и сопутствующие убийства! Срок давности видела? Хедара, восемь месяцев! За восемь месяцев можно войну закончить, а не распутать серию однотипных преступлений в пределах одного графства! Кто приписан? Ооо, наша милая Малли! Ко мне!

- Все? – смотрит на меня насторожено секретарь.

- Нет, - вдруг принимаю я решение. – Не все. А всех! Устрой общий сбор дознавателей и следователей.

- Не все на месте, - напоминает мне Хедара.

- Значит, собери всех, кто есть! Остальные будут на личной аудиенции отвечать.

- И где мне такое количество людей собрать?

- В зале тренировок! – рявкаю я. – Расслабились тут понимаешь, пока я личные вопросы утрясаю! Отчет по всем висякам! – тыкаю пальцем в стопку папок на столе Хедары.

- Завтра бал… - как бы намекает мне на мою не своевременную активацию внутреннего работуна.

- Значит, на него попадут не все! Благо среди нас не так уж и много дворян затесалось. А остальных и так туда не приглашали!

- Я вообще-то имела в виду Ваше сиятельство, - поднимается из-за стола Хедара, отправляясь сообщать о моем бешенстве по поводу рабочего затишья. – Не мешало бы успокоиться господин дознаватель, иначе рискуете усугубить нервное состояние супруги до критичной отметки. Леди Де Ронго и без того нервничает. Это ее первый взрослый бал. Аудиенция у монарха…

- Хедара! – я сурово сдвинул брови, - я не имею привычки смешивать рабочее бешенство с личным!

- И все же, не думаю, что запланированный вами разнос позитивно скажется на вашем эмоциональном балансе.

- Иди уже, - фыркнул я, беря новую папку с делом. Тааак… и кто тут у нас? А нет, Марко? Де Брюльже? пусть живет. Дело закрыл. Следующий…

Так, за работой я и не заметил, как наступил вечер. После учиненного мной разноса на весь департамент, воцарился самый настоящий хаос. Все с яростью рвались работать. Сразу заработали мозги. Вспомнились навыки следователей. Хедара не успевала расписывать командировки, рассылая дознавателей по всей стране, в зависимости. Где случилось то или иное происшествие. Так я лютовал два дня. Пока не убедился, что никто не остался без работы, никто не прохлаждается в отпуске, с нераскрытым преступлением на плечах. Пока не убедился, что все висяки запущены в работу, а не спрятаны в архив.

- Пролетка у дверей, господин дознаватель, - сообщает мне секретарь, когда я уже несколько успокоился после наведения порядка в рядах расслабившихся подчиненных. Видимо решили, что раз я женился, то уже все, спекся. Теперь они знают, что женитьба на юной прелестнице меня отнюдь не расхолодила, а наоборот даже закаляет и поддерживает нервную систему в тонусе.

- Мой костюм?

- Уже у вас дома, - приседает Хедара, пропуская меня мимо себя.

- Благодарю, - отмечаю краем глаза, что женщина не очень довольна. Кажется, ее несколько задевает мой угасшие к ее персоне мужской интерес. Ведь раньше я не давал ей прохода своими приставаниями. А она мой интерес удачно подогревала, не позволяя мне ничего лишнего. Но сейчас, когда я переключил все внимание на любимую жену, чисто по-женски, Хедди недовольна. Все же, хоть она и отбивалась от меня, ей было приятно ощущать себя особенной. Теперь, она одна из миллиона вокруг, до кого мне нет дела, кроме как рабочего.

Глава 12 – 13

Хльюи Де Ронго

Экипаж был подан. Я готова к выходу, муж ждал внизу. А я все не решалась показаться ему на глаза, боясь, что он меня убьет на месте.

Когда Ильиз вымаливал у меня согласие на бал, я выторговала у него самостоятельно выбрать себе платье без контроля его придирчивой секретарши. Он по неосмотрительности согласился. Я по вредности, расстаралась сломать все каноны и стереотипы на столичную моду. Когда творила, чувствовала себя более уверено, чем сейчас, когда должна показать, что натворила. И теперь я нерешительно топталась у двери в спальне, собираясь с духом. Дух дрейфил. Так что Тании пришлось подталкивать меня силой, а я пыталась не передвигать ногами. В животе разлилось тревожное предчувствие.

- Он меня изничтожит, - прошептала я, сопротивляясь служанке.

- Глупости, муж любит вас, - спорила Тания, выпроваживая меня. – Он вам все простит, госпожа. А платье прекрасно!

- Тания, скажи, что мне плохо, - вдруг вспыхнула слабая надежда.

- Я не могу врать дознавателю, - улыбнулась она, - господин уволит меня.

- Тания, если ты не соврешь господину, тебя уволю я, - взмолилась я, упираясь руками в закрытую дверь, не позволяя ее открыть.

- Не ведите себя, как маленькая девочка, - укорила меня служанка, совершенно не поверив в угрозу. – Вы только разозлите его своим опозданием.

- Тания, позволь мне, - попросил за нашими спинами мужской голос.

Мы обе обернулись, чтобы увидеть вора. Чиари, перешагнул через подоконник и прошел мимо служанки.

- Госпожа, - поклонился мне вор и протянул руку. – Я обязан вас охранять, даже от вашего мужа. Так что позвольте вас сопроводить вниз. Обещаю, что Лис не убьет вас сразу. По крайней мере, сначала ему придется переступить через мой труп.

- Ты думаешь, его надолго задержит твоя жертва? – засомневалась я, понимая, что вор пытается меня в своей обычной манере повеселить, но что-то мне совсем не весело. Я была такой окрыленной, когда мы с модисткой работали над этим платьем. А сейчас… вся уверенность в себе улетучилась, и я вдруг осознала, что не потяну быть законодательницей моды. Не будут мне подражать модницы. А вот шептаться за спиной Лиса, как ему не повезло с чокнутой девчонкой, очень даже будут. Мне не привыкать, что обо мне судачат. По большому счету, мне на них плевать. Только мнение мужа для меня важно. И, кажется, я сильно переоценила его ко мне чувства, если рассчитывала, что Лис спустит мне с рук этот мой протест с платьем.

- Вам хватит, чтобы маркиз спустил пар и успокоился, - рассмеялся Чиари, открывая мне дверь. Следом семенила Тания.

В гостиной стоял у холодного камина Ильиз в своем строгом костюме. Зря я гневилась на его наряд. На муже он смотрелся, просто идеально, подчеркнув широту его плеч. Наверное, на нем ничего иного и смотреться толком не будет. Я на секунду замерла, любуясь с лестницы своим мужчиной. Он в нетерпении постукивал каким-то записным блокнотом по руке и нервно поглядывал в окно, провожая взглядом заходящее солнце.

В один момент он не выдержал промедления, и резко выкрикнул мое имя, разворачиваясь идти за мной. Я вздрогнула, когда встретилась взглядом с янтарными глазами. На какую-то секунду воцарилось молчание, я крепче сцепила пальцы на сгибе руки вора и сделала нерешительный шаг с лестницы. Ильиз рассматривал мой внешний вид, подолгу задерживая взгляд на каждой детали. Я не могла прочесть по его глазам, что он думает обо мне и нервничала.

- Ну, и что ты молчишь? – наконец-то не выдержала я, ожидая вердикта.

Вердикт мог быть один – позор. Вместо узкого корсета, с торчащей наружу грудью, у меня был закрытый верх, зато нежно – золотистый шелк плотно облегал мои округлости, обрисовывая их с соблазнительной точностью. Лямки, в три пальца шириной, держались на моих загорелых плечах, сочетаясь по цвету с кожей. От груди уходило платье в пол. Ровное спереди и расходящееся широким шлейфом сзади. И это при том, что все дамы поголовно будут в пышных платьях, с тучей юбок снизу и неудобными кольцами, не позволяющими толком садиться. Поверх бледно-золотого шелка струился, взлетая легким облаком от каждого движения, эгисийский черный шифон, с вкраплением редких узоров из мелких капель янтаря. А под самой грудью шла широкая лента золотого шелка, завязанная на спине большим бантом. Я отказалась от украшений, присущих дамам моего уровня, оставив только обручальный браслет на запястье.

И прическу я полностью перекроила. Мне не нравятся те тяжелые и высокие башни на головах с кучей украшений и колющих шпилек. Поэтому после долгого переругивания с няней, я поручила Тании заняться моей прической по моему усмотрению. Служанка подняла мне волосы и уложила их легким плетением, оставив свисать несколько завитых локонов сзади, подобрав все по бокам. Просто и нежно.

Я с замиранием сердца ждала, что скажет муж. Ильиз протянул мне руку, я с сомнением посмотрела на охранника, но тот только устало закатил глаза и подтолкнул меня к дознавателю. Пришлось позволить Лису взять меня за руку, помогая спуститься. Чиари остался наверху.

Ильиз задумчиво изучал мой вид. Попросил меня покрутиться на месте, что взбудоражило шифон, волнами струящийся по золоту шелка. Муж все смотрел и смотрел на меня, изучал, ходил кругами и многозначительно хмыкал.

- Ну? - поторопила я его, сама балдея от своей смелости.

- Ну! - собрался он с мыслями, таже поморгал, словно желая развидеть это наваждение, - тебе предстоит тяжелая задача, Хльюи.

- Не поняла, - призналась я.

- Теперь ты должна убедить весь королевский двор, что это они неправильно одеты, а не ты. Справишься? – хитро сверкнул он глазами, улыбаясь.

- Я не поняла, тебе нравится или нет? – переспросила я.

Лис, взял меня под руку, ведя прочь из дома.

- Я в восхищение, дорогая, - признался он. Я слышала, как где-то наверху негромко рассмеялись Тания с вором. Но не придала этому значение. Мне был некогда. Я осмысливала слова Лиса. И... смущалась.

Хльюи Де Ронго

Чем ближе мы подъезжали ко дворцу, тем больше я нервничала, что не укрылось от глаз дознавателя. Он тихо с меня посмеивался и покровительственно похлопывал по моей руке, мол «не волнуйся, Хльюи, тебе не впервой позориться»

Я плохо запомнила, как попала во дворец. Голова начала кружиться, еще в карете, поэтому и парадную лестницу и длинный коридор, расписанный золотом и увешанный зеркалами, и отпавшую челюсть, встречающихся мне людей, я игнорировала, пока не услышала свое имя, набатом прозвучавшее под сводами замолчавшего зала.

- Маркиз Ильиз Де Ронго с супругой маркизой Хльюи Де Ронго! – раздался голос церемониймейстера, оповещая всех, что собственно мы пришли.

- Как-то я подзабыла, что теперь маркиза… – шепнула я, пытаясь сохранить на лице непринужденное выражение.

- Могла бы уже привыкнуть к своему новому титулу, не первый день замужем, - усмехаясь, упрекнул муж, ведя меня мимо двух рядов гостей, прибывших ранее.

- Да мне было все равно, - ответила я, старательно игнорируя шок на лицах людей, - не за титул замуж выходила. А иначе, как «страшный дознаватель» тебя никто нигде не называет.

Ильиз промолчал, ухмыляясь.

- Это что ж получается? Ты говорил, что не по рождению дворянин. И за какие это заслуги тебе дали ТАКОЙ титул?

- За пытки людей, - процедил сквозь зубы муж. – Перестань разговаривать, на нас все смотрят.

И действительно, в полнейшей тишине, мы ступаем по дворцовым плитам, и на нас скрестились взгляды сразу всех гостей, которых я не могла ни узнать, ни различить. На нервах, перед глазами все поплыло. Удивленный шепоток скользил по залу, вслед за нашей парой. Впереди, замаячил трон, на котором восседал молодой мужчина в окружение очаровательных фавориток. Как я слышала, наш монарх был не сильно обременен общественным мнением, а потому позволял себе все, что хотел. Не говоря уже о том, что в его достаточно зрелом для женитьбы возрасте, он все еще не определился, кто будет его королевой. Подумав, что согласно этикету мы должны подойти к королю и хотя бы поздороваться, мне подурнело. Я никогда раньше не видела Его Величество, и вероятность налажать в разы возросла. Перед глазами поплыло, но я стойко держалась, ведомая мужем. С пальцев Лиса на мою руку стекли еле заметные золотистые искорки, быстро впитавшиеся в кожу. В голове сразу прояснилось.

- Сделай лицо попроще, - тихо попросил Ильиз. – Ты маркиза, а не королева.

Я сдержанно хмыкнула, представив, как сейчас выгляжу.

Как и положено, мы приблизились к королю. Ильиз замер в почтительном поклоне, а я в идеальном по всем возможным меркам реверансе. По идее, мы должны были дождаться разрешения Его Величества нам выпрямиться. Но я никак не ожила, что вдруг король соскочит с трона, дав отмашку музыкантам, легким движеньем руки и крикнет:

- Ильиз! Ты заставил меня понервничать, мерзавец!

Я покосилась на уже стоящего ровно и нагло ухмыляющегося мужа. Он никак не выразил удивления неподобающему поведению короля.

- Я уж думал, ты будешь прятать свое сокровище вечно! – вдруг громогласно на весь зал заявил Диригий и подошел ко мне, собственноручно помогая распрямиться из глубокого приседа. – Друг мой, ты таки отрыл клад! – скользнул по мне нечитаемым взглядом король, удивление бунтарским платьем он выказал, лишь поведя густой черной бровью. И как-то так неопределенно хмыкнул, бесцеремонно меня рассматривая, я усиленно краснела и молчала, не зная, как себя вести.

- Ильиз, - с сомнением посмотрел на меня Диригий и громким шепотом спросил, - кажется, твоя жена чего-то не знает?!

По ехидному молчанию мужа, я поняла, что не знаю чего-то важного. Меня это начало бесить. Но все еще не зная, что делать, я молчала. Только в голове начал насвистывать ветер. Я уже представляла, как буду наказывать Лиса за подставу.

- И я, кажется, тоже, чего-то не знаю, о твоей жене?! – вдруг сипло спросил король, продолжая меня рассматривать.

- Хльюи, - мягко вернул меня в реальность дознаватель, беря под руку, и шепнул,- дорогая, спокойнее.

- Так! Что все замерли? – закричал король, - для кого музыка играет? Всем танцевать!

Музыка заиграла еще быстрее, и вокруг нас закружились пары, торопясь угодить монарху.

- За мной, - угрюмо произнес Диригий, удаляясь.

Ильиз последовал за монархом, ведя меня под руку.

Его Величество увел нас из бальной залы, и провел в небольшую гостиную, где совсем не по-королевски плюхнулся в ближайшее кресло.

- Я слушаю, Ильиз, - заговорил король, забрасывая ногу на ногу. – Я внимательно слушаю, почему я не знаю о еще одном маге в моем королевстве?

Дознаватель, не дожидаясь величайшего разрешения, плюхнулся в соседнее кресло и махнул мне садиться рядом.

- Зоркий ты, - вздохнул муж, с укором глядя на меня.

- Зоркий? – рассмеялся Его Величество. – У твоей жены в глазах гуляет ветер, суля катастрофой, и ты предполагал, что я не замечу?

- Не драматизируй, Дирг, - непочтительно отмахнулся Лис. Я аж задохнулась от такой фамильярности, но король стерпел. – Хльюи вполне в состоянии контролировать свою стихию, если ее не злить. Да, дорогая?

Я машинально кивнула, исподтишка рассматривая монарха. Диригий был молодым, не старше самого Лиса и весьма симпатичным мужчиной. Будь он чуток повыше ростом, я бы сочла его недурным. Хотя, в сравнение с Ильизом, он несомненно проигрывает.

- Хльюи, - обратился ко мне король, - ты что-то хочешь сказать?

Я ничего не хотела говорить. Я хотела уйти, потому что чувствовала себя тут чужой. Но все равно спросила, крутящийся в голове вопрос.

- Милорд, какая у Вас стихия?

Тихо хмыкнул муж. Удивленно округлил глаза король. Но оба быстро совладали с собой.

- А ты догадайся, - подмигнул мне Диригий.

Я посмотрела на мужа, ища подсказки, но тот лишь ухмыльнулся, ожидая, что я сейчас или облажаюсь или ошарашу их обоих. Предатель! Нет, чтоб помочь.

Ладно, придется выкручиваться. Я посмотрела на монарха совсем по-другому, откинув ненужные предубеждения, типа боязни поднять глаза. В сидящем в соседнем кресле мужчине ничего не указывало на его магический дар. Крепкая, коренастая фигура, невысокого роста, хотя и повыше меня будет. Темно-серые глаза, цвета грозового неба, черные с проседью волосы, спадающие густыми волнами на плечи. Ничего такого, что могло бы указать на стихию, покоренную им.

Его Величество довольно прищурился, поняв, что я не могу его разгадать, упершись в глухую серую стену.

- Стена, - вдруг сама себе не веря, произнесла я. – Ваше Величество возвел непреодолимую стену, словно цельный кусок скалы. Ваша стихия земля?

- Ильиз, бессовестная скотина, где ты отрыл эту девчонку? – резко перевел король взгляд с меня на дознавателя.

- Там больше нет! – злорадно улыбнулся Лис.

- Очень жаль, - вздохнул король. – Хльюи, не будь ты такой серьезной, представь, что перед тобой не король, а старый друг.

- Дорогая, - привлек мое внимание муж, - ты должна понимать, что между магами не может быть титулов. Особенно, если они равны по силе.

- А вы равны? – спросила я, косясь на веселящееся величество.

- Были равны, - ответил вместо дознавателя король. – Теперь Ильиз ровнее.

- Почему? – не поняла я.

- Девочка, как думаешь, почему я до сих пор не встретил свою королеву?

Я попыталась промолчать, но Его Величество продолжил:

- Говори, Хльюи. Скажи, что думаешь на самом деле?

- Но, Ваше Величество…

- Нет, не так, - перебил меня король. – Повторяй за мной. Повторишь?

Я послушно кивнула.

- Диригий! – продекламировал он. – Повторяй, Хльюи…

Я чувствовала себя неимоверно глупо, но не смела ослушаться.

- Диригий?! – неуверенно повторила я.

- Да, это я, - самодовольно улыбнулся монарх. – А теперь продолжай.

Я начала злиться, что со мной обращаются, как с пугливым ребенком. Захотелось сделать что-нибудь дерзкое, что бы король отстал от меня. И прежде всего, я решила, не доставлять ему удовольствия своим стеснением и неловкостью.

- Вы не женились до сих пор, потому что легкомысленный повеса и бабник, – зло прищурив глаза, процедила я.

- Ну, да, это тоже, - нехотя признался король под насмешливое фырканье дознавателя. – Но в первую очередь потому, что не встретил тебя раньше хитрого рыжего Лиса.

Я опешила от таких слов, но сопоставив два и два, догадалась, что дело тут не во мне, а в даре.

- Я уверена, что вы еще встретите подходящую девушку мага, - равнодушно пожала я плечиками. – Я не единственная, у кого по венам бежит магия.

- Смышленая девочка, - криво улыбнулся король. – Ильиз, ты теперь мой заклятый враг!

- Так я не поняла, почему Ильиз теперь ровнее? – переспросила я, отвлекая мужчин от возможного спора.

- Потому что теперь у него есть ты, Хльюи. – Ответил король. – Раньше мы были примерно равны по возможностям. Теперь у него есть ты.

- И что?

- Хльюи, - начал раздражаться на мою недогадливость муж, - ты усилила мои возможности в разы. Даже в таком состоянии нестабильности, ты восполнила во мне ту недостачу, что есть в каждом маге. Помнишь, я тебе говорил о шутках Создателя? Это одна из них. Маги могут связывать свою жизнь только с магами. Во-первых, к этому стремится их дар, ища свою половинку. Во-вторых, связь с простыми людьми чаще всего оканчивается трагично для людей.

- Но ведь ты солнце, а я ветер… - не поняла я. - Как мы можем дополнять друг друга?

- И еще одна шутка Создателя, - влез в наш разговор король. – Солнце никогда не соединиться с солнцем, как ты никогда бы не сошлась с ветром. У двух носителей должен быть разный дар.

- Как все запутанно, - посетовала я. – И что, если вы никогда не встретите женщину мага с чуждым вам даром, вы никогда не женитесь?

Оба мужчины лишь развели руками.

- Нет, не сходится, - задумалась я. – Если Ваше Величество знали об этом правиле, то почему так удивились, узнав, что я владею даром?

- Ну, я не верил, что Лис смог отыскать мага. Думал, он просто пал жертвой красивой мордашки… И негодовал я, потому что связь мага с тобой, будь ты обычным человеком, рано или поздно погубит тебя. А я как-то не рассчитываю на войну между моим лучшим полководцем и единственным магом, лучшим дознавателем. Мне важнее уверенность и стабильность в стране, а не его вот, - кивок на Лиса, - интимные радости.

- Конечно, я же всегда слыл идиотом, - попытался обидеться на короля дознаватель. – Женюсь на каждой встречной и толпами сживаю со света человеческих женщин.

- В любом случае, - продолжил Диригий, - я не верил в такой счастливый случай, как маг, да еще и кто?! Дочь моего маршала! Дочь лучшего полководца! Кстати, что-то его еще не было сегодня…

- Я не могу понять, неужели магов так мало? – удивилась я.

- В нашем королевстве? – уточнил Лис. – Из тех, что нам с Диригием удалось найти,… дай, посчитаю,… если вместе с нами двумя…а, ну да! Ты третья!

- Ого, - глубокомысленно заключила я, задумавшись о своей редкости.

Глава 14 – 15

Ильиз Де Ронго

Моя лепера дрожала, подражая хрупкости одноименного цветка, и все больше нервничала. Я был спокоен. И хотя, ей действительно придется нелегко среди сплошной массы, я уверен, что она справится. Я помогу ей не отводить неуверенно взгляда, не опускать смущенно ресницы. Уж если решилась ломать каноны, то делать это надо с гордо поднятой головой! Или не она пристроила свою стройную ножку на горле самого главного дознавателя Его Величества?! Пусть держит лицо невозмутимым, раз уж замахнулась на общественные устои тяжелым коромыслом.

Я знал, что позор моей девочке не грозит. Ибо она была прекрасна в своем бунтарском наряде и затмевала собой всех самых разодетых прелестниц. И если даже, что пойдет не по ее замыслу, даже если она споткнется на полпути и растянется перед королем, я сделаю вид, что так и было задумано. Что это все вокруг круглые идиоты и не знают, что нырять носом в пол перед монархом – новая заграничная мода.

Тихо препираясь с женой на отвлеченные темы, мы и дошли до Диригия. И вот тут единственный момент, что меня давно тревожил. И почему я до последнего скрывал свое сокровище от короля. Не то, чтобы я всерьез полагал, что у него есть шанс отобрать у меня Хльюи. Но и давать каких либо пустых надежд другу я тоже не собирался. Ветер мой! А Хльюи моя!

Его Величество конечно зол. Хотя и держит себя в руках перед юной леди, меня он готов прибить. Конкуренция… только теперь, это не имеет никакого значения! Он все еще уязвим, хоть и маг, но без меня он не справится. Тем более теперь, когда мои силы усилились воссоединением с магической парой. Так что, пусть злится. Пусть негодует. Я ему нужнее, чем он мне.

В конце концов, я всегда смогу подать в отставку, взять жену и податься, куда глаза глядят, лишь бы сделать нашу пару счастливой. Но не думаю, что Диригий будет чинить какие-либо препятствия моему семейному благополучию. Повторюсь, я ему нужен!

Ожидаемо, хоть и несколько меня коробит, но Хльюи привлекает монарха своей смекалкой и наконец-то приобретенной уверенностью. Вообще, когда она злится, сразу демонстрирует редкое остроумие и талант к сарказму. Я уже говорил, что она умом пошла в отца. И сейчас Диригий начинает это понимать, общаясь с моей супругой. А еще, он проникается ее аурой. Мага влечет чужая магия. А мужчину влечет юность и нежность этой хрупкой леперы. Так, пока Диригий не решил, что собственное гипотетическое счастье ему важнее моей поддержки, пора Хльюи отсюда уводить. А то вон разговорились… Еще немножко и споются.

Пора это заканчивать!

Хльюи Де Ронго

Бал был в самом разгаре, когда мы, наговорившись, вышли к гостям. Я успокоила свои нервы, и стала куда адекватнее смотреть по сторонам, различая лица и людей. Я нашла в толпе своего отца, к которому мы с мужем поспешили подойти. Папенька красовался в парадном маршальском мундире белоснежного цвета. Он тепло поприветствовал меня, с восхищением рассмотрев со всех сторон, совершенно не обращая внимания на окружающих нас людей.

- Какая же ты красавица, Хльюи! – сообщил мне новость отец, здороваясь со своим зятем. – Ильиз, ты хоть понимаешь, какой клад тебе достался, дружище?

- Более чем кто-либо другой, - ухмыльнулся Лис.

- Ты позволишь, украсть у тебя жену, на один танец со старым отцом? – спросил папенька.

- Разумеется, - рассмеялся дознаватель, - а я пока найду, кого допросить, скучать не буду.

- Начни с моей благоверной, - посоветовал маршал. – Ей не помешает немного спеси согнать.

Мы с отцом удалились в центр зала, где некоторые уже танцевали, и с интересом косились на меня. Я подцепила шлейф платья к запястью, чтобы не мешал в танце, и изобразила положенный книксен, позабавив батюшку.

- Ты стала совсем взрослой дамой, Хльюи, - закружил меня в танце отец. – В считанные месяцы выросла и изменилась до неузнаваемости.

Я молчала, стараясь не сбиться, потому что в мыслях считала шаги.

- Хотя мать и сестру доводишь до истерики по-прежнему.

- Прости, папенька, я еще не научилась закрывать людям рот так, чтобы у них осталось мятное послевкусие от моего ответа.

- Я не понимаю, что вы втроем не поделили, - признался маршал, заводя меня на еще один круг.

- Я просто не хочу, чтобы мне кто-то указывал, как я должна жить, что одевать, с кем говорить, - устало закатила я глаза, - понимаешь, моя жизнь больше не касается этих женщин, и мне совершенно все равно ляжет на их безупречную репутацию тень или нет.

- А на мою репутацию? – ухмыляясь в соломенные усы, спросил отец.

- А на твою репутацию тебе самому все равно, - рассмеялась я. – Так что это твои гены во мне хамят матери.

- Ну, вот, я во всем остался виноват, - притворно вздохнул маршал, - вот оно женское коварство.

- Это я еще только учусь, - обрадовала я папеньку, весело кружа в танце. Краем глаза я заметила, как следят за мной Лис с Диригием, о чем-то между собой переговариваясь. Увидела я и маменьку, нервно обмахивающуюся веером и безуспешно пытаясь прикрыть свою роскошную и удачно подчеркнутую корсетом грудь от нескромных глаз. Вокруг графини Де Агриже все время вились молодые мужчины в ярких шелковых камзолах с кружевными отворотами, но мать, как и всегда не давала никому и тени надежды. Она не роняет честь рода и не позволяет никому усомнится в ее верности супругу.

Музыка закончилась и началась снова, но Ильиз не пришел перехватить меня в танце. Пришел Диригий и галантно попросил у маршала уступить ему даму, то есть меня. Пришлось танцевать с королем. Кто бы подумал, что меня это будет тяготить? Я не знала, что говорить, кокетничать с монархом совершенно не было желания. Меня мучила только одна мысль – почему мой муж не танцует со мной?

Я видела, как какая-то очаровательная юная леди заигрывала с дознавателем, пытаясь завести с ним разговор. Но Ильиз цепко следил за мной, не особо ведясь. Почему прелестница вообще осмелилась на флирт с дознавателем? Да потому что наверняка уже бывала в его постели. Я попыталась отогнать от себя ревностные мысли, но продолжала смотреть на мужа. А он на меня. На нас с королем.

- Хльюи, прекрати бросать взгляды на мужа, - попенял мне король. – Он никуда не денется.

Я промолчала.

- Хльюи, - попытался привлечь мое внимание монарх, - ты игнорируешь своего короля, - повел меня в танце Диригий, уводя дальше от Лиса.

- Между магами не может быть титулов, - злорадно улыбнулась я, открыто глядя ему в глаза.

- А ты быстро учишься, - хмыкнул король.

- Приходится, - кокетливо отвела я взгляд.

- Скажите, госпожа маркиза, - оценил мою маленькую капитуляцию мужчина. – Не будь вы замужем за солнцем, был бы шанс у земли?

- Нет, - не задумываясь, ответила я. – Простите Диригий, но у вас не было бы шансов.

- Но почему? – удивился король, даже остановив наш танец.

- Ах, не берите близко к сердцу, – легкомысленно рассмеялась я. – Диригий, дело не в том, что я не вижу себя с Вашим Величеством. Дело в том, что одна мысль о том, что я могла бы никогда не встретить его, приводит меня в ужас.

- Но ведь Лис просто раньше смог перехватить тебя. Он просто был первым, - расстроено спорил со мной монарх, вновь поведя меня в танце. На эмоциях, он дае отставил официальный тон.

- Вам еще повезет, - уверила я, ища глазами Лиса и надеясь на его спасительное вмешательство. В очередной раз сменилась музыка, но Диригий не собирался меня отпускать.

Наконец, недалеко от нас я заметила, как кружит в танце дознаватель с какой-то симпотяжкой. И в очередной раз, когда наши руки с королем по задумке танца разорвались, Лис перехватил меня, подсунув королю, обалдевшую от такой смены партнеров девушку.

- Долго ты, - облегченно выдохнула я, улыбаясь мужу.

- Хотел посмотреть на тебя со стороны, - ответил он.

- И как?

- Сногсшибательно. Тебя ненавидит большинство женщин, испепеляя взглядом. И большинство мужчин уже не раз тебя раздели в своих мыслях.

Я зарделась от такой прямоты, не зная, что сказать.

- Ильиз, проводи меня в дамскую комнату, - попросила я, когда музыка снова сменилась, и я увидела спешащего в нашу сторону Диригия.

- Не бойся его, - понятливо ухмыльнулся дознаватель, - он тебя не обидит.

- А тебя?

- Силенок не хватит, - хмыкнул Лис, выводя меня из зала. – Сюда, любовь моя, - провел меня несколькими коридорами муж, провожая до заветной комнаты.

Как раз, когда лакей открыл передо мной дверь, меня чуть не сбила с ног выбегающая оттуда девушка, которая голосила, как резаная, что кого-то там убили. Я бы не успела уйти с траектории движения несчастной, не отдерни меня муж в сторону, прижав к себе.

Лакей заглянул в комнату для дам и, побледнев лицом, упал на пол без чувств. Мы с Ильизом, не сговариваясь, шагнули вперед, чтобы увидеть растерзанное тело на полу. У меня ком подкатил к горлу, настолько мерзкое было зрелище. Но я, решив не позорить мужа, стерпела и осталась в сознании, заставляя себя не думать о тошноте. Старательно не глядя на растерзанное тело.

- Найди девушку, - попросил Лис, заходя в комнату и запирая за собой дверь.

Я осталась хлопать глазами перед закрытой дверью, с плохо скрываемым призрением глядя на обморочного лакея. Подумав, что все равно я ничего не смогу тут сделать полезного, поспешила найти убежавшую красотку в пышном белоснежном платье. Белоснежное платье, означает, что девушку впервые вывели в свет, объявляя ее персону на выданье. Не так уж много таких тут. Круг поиска сужается.

Но мне не пришлось долго искать. Я нашла несчастную практически за следующим поворотом. Она не добежала до бальной залы, всего ничего. Красивая девушка была немногим старше меня. Бедняжка сидела на оббитой бархатом лавке у окна и отстраненно смотрела в ночь. Я с трудом и недоумением узнала в беззвучно плачущей девушке Леоль. Свою старшую сестру – монашку.

- Леоль, - присела я рядом.

- Я не могу опозорить мать, - прошептала она, беззвучно плача. – Я не могу опозорить семью. Хльюи, там человека убили. Но все подумают на меня, если я сейчас побегу сообщать. Мне же никто не поверит. Я не могу опозорить семью.

Сестра тихо плакала, я ее успокаивала и думала, как надо было запугать бедняжку, чтобы она позволила себя вот так разодеть, да еще и трепетать от ужаса при мысли о матери.

- Пойдем, Леоль, - попросила я сестру. – Мы тебе поможем. Никто на тебя не подумает. Пойдем, я познакомлю тебя с мужем…

Глава 16 – 17

Ильиз Де Ронго

Вот недаром я не люблю сборище этих павлинов! Просто терпеть не могу! Конечно, по долгу службы я обязан посещать балы, но в первую очередь, я использую такие мероприятия в своих корыстных целях. Приглядываюсь, прислушиваюсь, заглядываю в мысли тех, кто вызывает у меня подозрение. Кроме того, слежу за безопасностью Диригия. Он, хоть и маг, но в боевом плане не очень силен. Скорее уж его стезя – оборона.

Я видел, что Хльюи не особо приятен интерес короля, но все равно стоял и смотрел. Мне было важно знать, что предпримет Диригий. Как будет реагировать она. Я не сомневался, что девочка справится со своим испытанием, но и подумать не мог, насколько рассудительно и по-взрослому она может общаться с тем, кто ее превосходит не только по возрасту, но и по статусу. Видимо, это наследие графини Де Агриже, воспитание и этикет вбитый в голову с пеленок. Иначе, я не могу объяснить, почему моя маленькая бунтарка ведет себя настолько… уместно. А со мной она – избалованный ребенок. Или это я ее расхолаживаю? Или что? Закралась коварная мысль, что без меня, она бы и с даром справилась, а сейчас такая расслабленная, потому что знает, что я всегда рядом, я помогу и, если припечет, отрежу ее от магии. Как это не парадоксально, но я тот самый фактор, что сдерживает ее развитие, а ведь планировалось, что будет наоборот.

Насмотревшись вдоволь на человеческие негативные чувства в адрес моей нежной леперы, я решительно отобрал ее у Диригия. Нечего ему привыкать к ее чувству юмора, а то еще влюбится в мою жену. А убивать Его Величество как-то не входило в мои планы. Нас, магов, и так раз – два и все – обчелся.

Неладное я почувствовал уже, когда мы приближались к заветной комнате для отдыха. Почуял, да, но не понял, что это. Только сейчас, отослав Хльюи на поиски сбежавшей свидетельницы, и изучая располосованный труп, я понимаю, что почуял энергетику зверя. И вот вопрос, каким таким кривым образом Горд обеспечивает безопасность, если по дворцу разгуливает оборотень?! И собственно, кто из гостей или обслуги может быть перевертышем – убийцей?

Насколько мне известно, раса оборотней разумна, а их суть и инстинкты подконтрольны. Они мало распространенны в нашей стране, по той же причине, по которой и маги у нас штучный товар на вес золота – нас истребляли. Если кто из оборотней и живет в Торлерини, то они успешно скрывают свою суть, потому что повторения геноцида никому не надо. Это сегодня корона лояльна к расовым меньшинствам, а что будет завтра – неизвестно, а что было полтора века назад – не тайна.

И сейчас, кто из них вышел из тени? Или же… это какой-то единичный одичавший случай?

Вопросы… так много вопросов! Пожалуй, этим делом я займусь лично.

Хльюи Де Ронго

Лис хмурился, Диригий задумчиво чесал затылок, Леоль тихо плакала, Отец безмолвно ее успокаивал, гладя по голове, и тоже недовольно буравил меня взглядом. А я? Ну, что я?! Все равно, если подумают на меня, мне фиолетово, и это более закономерно, чем на святую наивность Леоль.

Когда я привела сестру к мужу, дамская комната была заперта и припадочного лакея у дверей не наблюдалось. Я постучала в закрытую дверь, но ответом мне была тишина. Тогда я крепче перехватила руку упирающейся монашки в нескромном платье и решительно нажала на дверную ручку, открывая преграду.

На полу все так же в луже собственной крови лежало разорванное тело неизвестной мне женщины. Я старалась не смотреть на эту картину, дабы не оконфузиться. Недалеко от окна нашлось и тело лакея. Видимо, дознаватель его сюда затащил, чтобы не привлекать лишнего внимания. Тут же был и король. Он вместе с моим мужем изучал труп, стараясь не вымазаться в кровь, и не обратил внимания на мой приход. Ильиз лишь мельком скользнул по мне взглядом, убедившись, что девушку я нашла, и кивнул, приглашая зайти. Я послушалась. Заперла дверь. И нарушила тишину.

- Ильиз, - вкрадчиво произнесла я, ощутив, как от прозвучавшего имени вздрогнула сестра. – У нас проблемы.

- Больше этих? – не глядя на меня, спросил муж. Диригий в кое-то веки соизволил на меня оглянуться и ругнулся.

- Ой, больше, Лис… - протянул он, глядя, кого я привела. – Ой, больше…

Ильиз наконец-то отстал от несчастного трупа и подошел ко мне. Сестрица напряглась и заплакала еще сильней. Мы с мужем молча переглядывались, как вдруг Леоль упала на колени и запричитала.

- Я этого не делала, господин дознаватель! Я клянусь, Ваше сиятельство, я этого не делала!

- Хльюи, - перевел Лис взгляд с монашки на меня, - кто она?

- Леоль Де Агриже, - вместо меня ответил король, помогая подняться сестре. – Старшая дочь маршала. Вставай, девочка, мы тебе верим, Леоль, - куда мягче обратился Диригий в сестре. Но бедняжка была так напугана, что не понимала, что происходит. И что сам король помогает ей дойти до стоящих здесь маленьких диванчиков. Она только все повторяла, что никого не убивала и просила господина дознавателя ей поверить.

Лис хмуро потер лоб.

- Хльюи, дорогая, - наконец-то решил он, - приведи вашего отца. И не стоит афишировать, - догнал меня в спину запоздалый совет. Можно подумать, я совсем уж дура. Леоль видя, что я собираюсь ее оставить одну с дознавателем, бросилась ко мне с мольбой не бросать ее. Мужчинам пришлось бедняжку силой отрывать от моих ног, а я уговаривала, что Ильиз не обидит. С трудом, но мне удалось вырваться и отправиться на поиски папеньки. Вот он «обрадуется» новостям…

Глава 18

Хльюи Де Ронго

И вот теперь все хмуро буравили меня взглядом, просчитывая плюсы и минусы. А я ведь всего лишь сказала, что кто-то все равно должен обнаружить тело. И почему бы мне не взять на себя такую миссию, раз уж я и так не блистаю чистотой репутации?! С одной стороны - фамилия Де Агриже все равно несколько пострадает. Но с другой стороны, я ведь уже не просто дочь маршала. Я в большей степени жена дознавателя, маркиза Де Ронго. А значит, папенькино имя будет чистым. А Ильиз этом плане вроде, как априори невиновен, он же дознаватель, маг и вообще блюститель закона.

- Хльюи, ты знаешь, мне плевать на репутацию моей фамилии, - заговорил отец, продолжая успокаивать Леоль.

- А на душевное состояние Леоль тебе тоже наплевать? – спросила я, стараясь не смотреть на растерзанный труп. – Я уж как-нибудь переживу сплетни, тем более что мало кто захочет громко говорить о жене дознавателя гадости. А вот Леоль совершенно не способна справиться с такой проблемой. Или думаешь, она сможет не дрогнуть, когда за ее спиной будут шипеть и плевать вслед? Так, чтобы ты не видел, папенька, но ее уколоть.

Оба мага, задумчиво на меня смотрели, думая о чем-то своем. Я бы даже подумала, что они переговариваются между собой мысленно, если бы такое было возможно.

- Кто-нибудь знает, кто эта несчастная? Может можно замять по-тихому? – Предложил отец. – Никого не втягивая?

- Можно было бы, - вздохнул Лис, - но во-первых, у нас есть нежелательный свидетель.

- А во-вторых, я все равно распоряжусь расследовать пропажу графини Де Шерри, - дополнил Диригий. – Уж пропажу этой женщины заметят, это ведь не гувернантка провинциальной баронессы. Это графиня Де Шерри, и странно, что ее муж до сих пор не поинтересовался, где она так задержалась.

Словно в ответ на эти слова, раздался стук в дверь и послышалось:

- Дорогая? Вы там?

Мы все замерли, не зная, как реагировать. Забавное зрелище, важнейшие персоны королевства сидят в дамской комнате окружив растерзанный труп и паникуют, размышляя, куда бы спрятаться, если граф Де Шерри, решит зайти. У всех глаза бегают, ладони наверняка потеют и все нервничают.

- А давайте, ее муж найдет, - шепотом предложила я. На меня уставились, как на отродье Отреченного. – Нет, мы его оправдаем, найдем, кто это сделал, но найдет пусть тело муж, - объяснила я.

Лис хмыкнул и встал ближе ко мне, обнимая за талию.

- Хльюи, твоя сестра боится высоты?

- Она боится, когда ты задаешь странные вопросы, - подозрительно ответила я.

- Значит, не боится, - натянуто улыбнулся муж и щелкнул пальцами, посылая в неизвестном направление золотистую искру, которая скрылась за окном.

- Сложнее всего с вами, - посмотрел король на отца, - куда вас девать?

- Его можно провести через мир духов, - предложил Лис.

- Рискованно, - не согласился Диригий. – Я не хочу потерять своего лучшего полководца.

- Эй! – зло зашипела я, когда раздался еще один стук в дверь, уже куда более требовательный. – Вы чего это двое тут обсуждаете? Я ведь не посмотрю, что кто-то тут король, и устрою скандал.

- Хльюи, - ужаснулся отец от такой моей манеры разговора с Его Величеством. – Ильиз, я готов делать, что нужно, если ты вытащишь отсюда моих дочерей.

- Лилиан! – забарабанил в закрытую дверь граф, заставив нас всех содрогнуться.

- Вытащу, - уверенно заявил мой муж. – Вам ничего не надо делать. Просто идите вместе с Его Величеством.

- А как же лакей? – спросила я, требовательно глядя на мужа. – Вы собираетесь кинуть тут этого бедолагу?

- Лилиан! – дверь содрогнулась от мощного удара.

- Нет, конечно, - отмахнулся Лис, торопясь. – Он же видел и тебя и меня и Леоль. Диригий, бери с собой этого припадочного. Встретимся в твоем кабинете.

- Если что, будет, кем жертвовать, - хищно улыбнулся король, взваливая на свои сильные молодые плечи бессознательное тело и щелкая пальцами. Мне показалось, что мир поплыл, а пространство вокруг зарябило, заставляя исчезнуть противоположную стену и появиться вместо нее другой мир. То есть, совсем другой! Там была бескрайняя и безжизненная пустыня, с низкими серыми облаками и потрескавшейся серой землей. Диригий сделал решительный шаг за «стену», зовя с собой своего драгоценного маршала. Мы с Лисом проследили за удаляющимися спинами, под грохот беснующегося за дверью графа и его совсем несветских выражений.

- Звали, господин дознаватель? – раздался от окна голос вора, на плече которого сверкнула последний раз и погасла искорка, что посылал Лис. Чиари окинул взглядом комнату, присвистнул, глядя на тело, и решительно скользнул в комнату.

- Да, Чиари, - отозвался Лис. – Есть работа.

- Я это убирать не буду, - невесело ухмыльнулся вор, и у меня мелькнула мысль, что это хладнокровие совсем не воровской профессии присуще. Лис говорил, что в большинстве своем воры не пачкаются кровью. У Чиари нет же таких предрассудков, учитывая, как спокойно он вонзает сталь в живых людей. Возможно, вор вовсе не вор?

- Не смешно, - отмахнулся муж и указал на Леоль. – Доставь ее в мой дом. Тайно.

- А звездочку с неба вам не достать? – округлились глаза Чиари. – Девицу в истерике доставить тайно, да еще и куда – в дом дознавателя и откуда – из королевского дворца…

- Чиари, - снова раздался грохот двери и вокруг ручки расползлись мелкие трещинки. – Нет времени. Просто исполни. – Повелительно зашептал Ильиз. – Леоль, ты жить хочешь? – серьезно спросил он мою сестру, та неуверенно кивнула. – Тогда слушайся Чиари. Он спасет тебя, девочка. Только не мешай ему.

Еще один неуверенный кивок и снова треск двери и голоса снаружи. Похоже, граф позвал на помощь.

Чиари резко подхватил на руки мою сестру-монашку и … Ох ты ж! шагнул за окно, исчезнув в ночи.

- Он маг? – спросила я еле слышно.

- Нет, - отмахнулся Лис, проделывая тот же фокус со мной, то есть подхватывая на руки. – Он не маг. Веди себя тихо. Я примолкла на руках мужа, когда дверь взломали и в комнату ворвались люди во главе с разозленным графом. На нас никто не обращал внимания. Я глянула на Ильиза и чуть не пискнула. У него в глазах уже совсем не человеческие зрачки были. Да у него вообще не было зрачков, только два раскаленных солнца светились из глазниц, создавая жуткое впечатление. Я догадалась, что дознаватель прикоснулся к своему внутреннему солнцу и колдует. Наверное, он отводит глаза людям, пытающимся понять, что здесь произошло. Стенал и плакал граф возле своей Лилиан, не в силах понять, как такое могло произойти. Но я этого не видела, прижатая к груди мужа.

Лис не торопясь покинул уже открытую комнату, неся меня на руках. Люди, заглядывающие вовнутрь шарахались в сторону от ужаса, при нашем приближение, открывая нам путь. Я догадалась, что Лис наверное их пугает своим незримым присутствием и своим колдовством, которое никто кроме меня не видит, но возможно чувствуют.

Когда мы почти приблизились к бальной зале, где шумела музыка, Ильиз наконец-то поставил меня на ноги и сказал:

- Теперь нас видят. Будь естественна. Не подавай вида и улыбайся. Твой отец, наверное, уже в кабинете Диригия. Мы должны сверкнуть на балу своими счастливыми лицами и отправиться к королю.

Я глубоко вздохнула, натянула на лицо счастливую улыбку и решительно кивнула.

В зал мы вошли любезничая друг с другом. Муж держал меня под руку и делал влюбленный вид, хотя остро ощупывал людей глазами, раздумывая над произошедшим. С подноса проходящего мимо лакея, Ильиз подхватил два бокала и протянув один мне, шепнул:

- Не пей, только вид делай.

Я с благодарной улыбкой приняла пузыристый напиток и послушно приложилась к бокалу.

- А почему не пить? – шепотом спросила я, держа на лице натянутую улыбку. – Там яд?

- Нет, там алкоголь, а беременным нельзя, - шепнул в ответ Лис. Я отвела взгляд, стыдясь своего молчания. Признаться что ли? Нет, потом.

- Господин Де Ронго, - раздался за нашими спинами встревоженный голос лакея. – Вас просят пройти…

- Куда? – удивленно вскинул брови мой муж, притворяясь, что ничего не подозревает.

- Туда, - голос лакея вздрогнул. – Только, наверное, вашей супруге не стоит идти с вами, - подумав, доложил лакей.

- Я сам это решу, - рыкнул Лис, - кто меня зовет? Что случилось?

Голос Лиса прозвучал неимоверно громко между сменой музыки. К нам обратились взгляды всех присутствующих, включая мою маменьку. Музыка заглохла, так и не начавшись снова. Оркестр так же заинтересованно смотрел, кто же разозлил дознавателя. На смертников всем интересно посмотреть.

- Г-г-граф Де… Де… Шерри, - заикаясь еле слышно доложил лакей. – Там…

- Веди, - рыкнул Ильиз, обнимая меня за талию и ступая вслед за испуганным лакеем.

- Зачем ты его пугаешь? – шепотом укорила я мужа.

- Поддерживаю репутацию, - отпил из бокала Лис и чмокнул меня в макушку. – Теперь надо все правильно сделать.

Мы приблизились к комнате с телом графини, где толпились люди. Те, которых позвал на помощь граф. В основном это были слуги и несколько мужчин в одеждах благородных дворян, кого я не знала. Да я вообще, мало кого знала. Я ж еще маленькая вроде как. Ну, в смысле, юная.

- Что происходит? – раздался требовательный голос дознавателя, от которого все присели и вздрогнули, расступаясь перед нами.

- Господин дознаватель, - заступил нам дорогу вельможа, - вашей супруге лучше вернуться в бальную залу.

- Грэгори?! – вздернул бровь Лис, пытаясь обойти мужчину.

- Ильиз, я прошу тебя, - понизил голос, загородивший нам дорогу блондин. – Это для ее же блага.

- Хльюи, дорогая, - решив не спорить, попросил Ильиз, - подержи мой бокал и подожди здесь.

- Но, - попыталась я праведно возмутиться, но осеклась под взглядом мужа. – Хорошо, - покорно ответила я, принимая бокал.

Лис чмокнул мне ручку и шагнул вслед за этим Грэгори в комнату.

Из комнаты доносились стенания овдовевшего графа и тихие разговоры людей. Мне стало безумно интересно, как же там дознаватель делает вид, что ничего не знает и как ему теперь вести свое расследование.

- Маркиза, - попытался меня кто-то остановить, но я лишь отмахнулась, сделав шаг вперед. Передо мной расступались слуги.

- Маркиза, - подхватил меня кто-то дерзкий под локоть, - вам не следует смотреть.

Я окинула взглядом стоящего неподалеку невысокого круглого мужчину, похожего на большой арбуз. Даже цвет камзола подходил под это описание.

- Барон Де Зирг, - представился мне толстячок. Я машинально кивнула, не подавая ему руки, поскольку обе были заняты бокалами. – Миледи, ваш муж справиться без вас.

- Доложите Его Величеству, - услышала я из комнаты приказ дознавателя и чуть не была сбита с ног выбежавшим оттуда лакеем. Барону пришлось меня отпустить, чем я и воспользовалась, нырнув в дамскую комнату отдыха, и застыла на пороге с двумя бокалами в руках. Картина была куда трагичней, чем когда мы покидали место преступления.

На полу сидел граф Де Шерри в луже темной крови, держал на руках растерзанное тело жены и плакал. Особенный ужас производило обилие крови. В ней было все. Пол, тело, граф. Он безобразно весь запачкался, размазывая по лицу кровь вперемешку со слезами и продолжая баюкать на руках останки жены. Я охнула и опустошила залпом поочередно оба бокала.

- Хльюи! – повернулся ко мне муж. Но я его уже не слышала. Сначала звякнул хрусталь, разбиваясь о мраморные плиты пола, а затем и я поплыла. Просто когда я тут была в прошлый раз, я еще держалась. Отводила глаза, старалась не смотреть. А тут и картинка похуже и рассмотрела я ее во всех мерзких подробностях. Да и сказалось нервное перенапряжение. Ну, словом поплыла я…

Но не упала, упершись в кого-то, как оказалось позже, оперлась я на грудь подоспевшего с лакеем короля, который и успел меня подхватить на руки. Я еще слышала голос отца где-то на периферии сознания, но не расслышала, что он говорит, окончательно потеряв связь с реальностью.

Глава 19 – 20

Ильиз Де Ронго

С одной стороны, Хльюи мне, конечно, усложнила задачу, своим обмороком, но с другой – это оказалось замечательным спектаклем для сплетников. Никто не сможет заподозрить в такой реакции, что этот труп девушка увидела не впервые. Не то, что бы застань люди нашу компанию над телом несчастной графини, нас сразу бы осудили. Нет. Но давать лишний повод для досужих домыслов, желания никакого. Ведь до чего только может додуматься человеческое невежество и глупость, страшно даже представить. Поэтому мы и решили «не находить» тело самостоятельно. Зачем нам лишние нюансы в деле?!

Подоспевший Диригий успел поймать Хльюи, не позволяя той упасть рядом с графиней.

- И что тут произошло? – строго вопросил Его Величество, оглядывая помещение, словно не он тут был пятнадцатью минутами раньше. По нему просто рыдают подмостки уличных театров. Незаметно появился Горд, со своими тенями.

- Выведи всех лишних, - повернул я голову в пол-оборота к главному шпиону короля. – Ваше Величество, пристройте пожалуйста мою жену на диван для отдыха, пока мы тут закончим со стандартными процедурами.

Диригий действительно уложил Хльюи на диван, где еще недавно был припадочный лакей. И сам сел рядом.

Де Ко?т отдавал короткие распоряжения теням, отсылая каждого по конкретному заданию. Нам предстоит длинная ночь в гуще рабочего процесса. А потому я не скупился на раздачу указаний и приказов.

Овдовевший граф стенал и плакал, продолжая обниматься с трупом жены, совершенно не замечая ничего вокруг. Мда… тут придется поработать еще, чтобы вернуть ему более менее сносное душевное состояние. Хорошо, что я успел осмотреть само тело до того, как поднялась шумиха.

- Дирг, - я поднялся к другу, - сегодня будет тяжелая ночь. Нельзя позволить гостям разъехаться. Отдавай приказ об окончании бала. Сегодня все останутся у тебя в гостях до выяснения обстоятельств. Мне надо пообщаться с каждым. Не факт конечно, что я слету определю в истинном оборотне наличие звериной сущности. Отправь Хедаре от моего имени приказ, собрать всех свободных следователей и дознавателей, кто не командирован на данный момент. Прибыть в срочном порядке во дворец.

- Зачем тебе такая прорва помощников? – удивляется Диригий, когда лишних ушей уже нет и всех любопытных Горд отогнал, закрыв двери в комнату смерти. Граф вообще не в счет – он не с нами, он стенает, ему не до нас.

- За тем, дорогой друг, - я присаживаюсь рядом с женой, беря ее тело на руки, - что ты закатил пирушку с такой кучей народа, что самостоятельно я буду здесь разбираться пару недель и в итоге помру от истощения! Поэтому будь добр: приказ моему секретарю, Горд со своими ребятами плюс твои стражники обеспечивают мне затишье среди подозреваемых. Чтоб никакой текучки гостей! Замок никто не покидает!

- А ты это куда? – удивляется король, видя, что я поднимаюсь с женой на руках, по телу которой уже забегали мои искры, устраняя действие алкоголя в ее организме, подоспевший маршал тоже ничего не понимает, удивленно взирая на бесчувственную дочь.

- Пока вы решаете организационные вопросы, я пристрою Хльюи в моих покоях. Она и так уже перенервничала на сегодня.

- Так, а что с этой парочкой делать? – неодобрительно косится на меня король.

- Графу лекарей по части душевного недуга, графиню в морг для дальнейшего исследования тела. Хотя я и так уже могу вынести вердикт.

- Ильиз, ты серьезно собираешься самоустранится от всеобщего кипеша? – негодует Горд, замечая, что я собираюсь уходить вместе с Хльюи.

- Ну, во-первых, ненадолго, лишь чтобы позаботиться о жене, - раздражаюсь. – А, во-вторых, на девяносто девять процентов, я уверен, что все наши стандартные процедуры и действия, перечисленные среди обязательных, не принесут никакого результата. Скорее всего, убийцы уже нет во дворце. Так что, Горд, бери списки приглашенных, и разберись со слугами. Найди мне, кого не хватает среди гостей или слуг!

- Да, с чего ты решил, что убийца ушел? – разводит руками Горд.

- Потому что это логично, - устало вздыхаю я. – Мы имеем дело не с человеком, а с оборотнем. Инстинкты зверя – убивать, а при облаве скрываться.

- А если пропажи не найдем? Если все на месте? – шпион задумчиво посматривает на впавшего в шоковое состояние графа Де Шерри.

- Плохо, - признаю я, - значит кто-то залетный, найти будет трудно. Лучше, чтоб зверь оказался среди приглашенных или персонала. Горд, да отвали уже с дороги, дай пройти, - тихо злюсь.

- Я с тобой, - взволнованно смотрит на свою любимую дочь, маршал.

- Я скоро подойду, - хмурится король, недовольный, что я личное ставлю превыше долга дознавателя. Пусть привыкает. Здоровье и благополучие Хльюи мне важнее выяснения, кто убил несчастную графиню. Ей это уже точно не поможет.

До моих обычных покоев во дворце, мы добираемся с тестем в полном молчании. Я опускаю легкое тельце жены на постель, поверх покрывала. Стягиваю с ее уставших ступней туфли, ослабляю завязанную под грудью ленту, давая ей возможность дышать глубже. Подвешиваю тусклое солнце под потолком, давая себе возможность рассмотреть бледное лицо моей девочки. Магия продолжает ее исследовать и помогать организму справится с алкогольной интоксикацией. Да, количество незначительное, но я не желаю травить моего ребенка даже таким минимумом.

Маршал задумчиво следил, как я ухаживаю за Хльюи, как ослабляю ее прическу, чтобы ей не сдавило во сне голову. Как накрываю ту покрывалом, когда все искры успели впитались под кожу спящей маркизы.

- Не смотрите на меня с таким подозрением, - прошу я, чувствуя интерес маршала. – Я обычный человек со своими слабостями, а уже после я суровый и бескомпромиссный дознаватель.

- Когда-нибудь, сынок, ты поймешь: то, что сегодня ты считаешь своей слабостью, на самом деле – твоя сила, твоя крепость и твой непотопляемый корабль!

- Да, так и есть, - я присаживаюсь в изголовье жены, продолжая колдовать.

- Ну, и… когда ты мне уже расскажешь, что я почти стал дедом? – прищуривается тесть.

Я лишь хмыкаю невесело, рассматривая Хльюи.

- Не удивляйся, мальчик мой, я отец аж десятерых чад! Так что беременную женщину уже могу по цвету кожи и блеску глаз распознать, усмехается в соломенные усы маршал.

- Беременная?! – раздается от порога негодующий возглас, где застыл Диригий. – Анторс, ваша супруга устраивает разнос слугам, вы бы усмирили норов графини? - меняет резко тему король, очевидно желая спровадить маршала и поговорить со мной по душам. Ну, что ж… назревший разговор нет смысла откладывать…

Хльюи Де Ронго

В сознание я приходила медленно. Сначала в мою голову начали дорываться отрывки фраз, звучавшие приглушенно, словно у меня в ушах заложило. А потом голоса и слова стали четче. Я начала различать, кто и что говорит.

- Значит, беременна, - вздохнул знакомый голос с властными нотками. Мне на лоб легла прохладная ладонь, и я узнала прикосновение мужа. – Ты зря времени не терял, Лис, - сетует тот же голос. - Нашел клад, спрятал, тайно женился, а теперь представляешь мне свои козыря подло улыбаясь. И теперь выясняется, что ты успел еще и…

- Диригий, - с укором прервал Лис монолог короля, - а что ты хотел? Чтобы я привел тебе девчонку и собственноручно отдал, только потому, что ты король?

- Ну, хотелось бы, - вздохнул Его Величество.

- Облизнёшься.

По интонации я поняла, что Лис улыбается, и открыла глаза.

- Вы бы еще меня в карты разыграли, честное слово, - укорила я мужа.

- Ни в коем случае, - притворно ужаснулся муж. – Ты только моя и ни на какой обмен я не согласен.

- Ну да, еще бы тебе мага потерять, - обиделась я. Нет, ну я знала, что не красавица, но так, чтобы во мне нуждались только из-за моего магического то ли дара, то ли проклятия… обидно, Отреченный их задери.

Я поборола слабость и села. Откуда слабость взялась?

- Что ты со мной сделал? – спросила я мужа, чувствуя, что без его магии тут не обошлось.

- Ничего особенного. Просто нейтрализовал действие алкоголя, которое ты на нервах выпила, да еще и двойную порцию залпом...

Я вспомнила, что произошло, и неприятно сморщилась. Плачущий граф с трупом на руках не шел из головы.

- Что с графом? – спросила я.

- Пришлось его отключить, - признался Диригий. – Несчастный Криф был неутешен. Сейчас он в королевском госпитале под присмотром медиков.

Я оглянулась и не узнала помещения.

- А я где? – шепнула я, испугавшись. Вокруг была весьма помпезная обстановка, хотя комната и не удивляла размерами. Я сама лежала на кровати с балдахинами, у меня в изголовье на подушке по-хозяйски разместился муж, а в ногах король.

- Одна из гостевых комнат, - ничего не значащим тоном ответил Лис. – Как ты себя чувствуешь?

- Противно, - честно призналась я. – Вместо того, чтобы расследовать убийство несчастной, мы мало того, что позорно все сбежали с места преступления, делая вид, что ничего не произошло, так еще и со мной тут нянькаетесь.

- Хльюи, не кипятись, - попросил муж. – Я все узнал, пока ты бегала в поисках сестры.

- За каких-то десять минут ты узнал, что произошло?

- Ну, да. А что там узнавать? Графиню зверь порвал.

- Какой зверь? – я сама начала звереть от такой лжи. – В королевском дворце! Ее что, мышка загрызла?

- Хльюи, - успокоил немного меня голос короля. – Лис имеет в виду не тех зверей.

- Дорогая, звери есть несколько иного вида, - начал объяснять мне маг. – Например, люди…

- Я не понимаю, - растерялась я.

- Ну, в общем, перевертыш ее оприходовал.

- Кто?

- Человек, который может неосознанно или осознанно превращаться в зверя и питаться людьми. – Пояснил Диригий.

- Но это не было похоже на обычную охоту, - вздохнул дознаватель. – Судя по телу, зверь не пытался ее съесть, он хотел ее именно убить. Возможно, из мести, ревности или зависти… Не говоря уже о том, что истинные оборотни вообще-то не страдают неконтролируемым голодом или жаждой убивать. Так что странность конечно!

- Значит, этот кто-то был гостем на балу? – ужаснулась я.

- Необязательно, - пожал плечами муж. – Это мог быть слуга, тот же лакей из тех, что помогали ломать графу дверь…

- А что с лакеем? – вспомнила я. – Ну, с тем, припадочным?

Лис с королем переглянулись, и меня обожгла догадка, которую подтвердил Диригий.

- Им пришлось пожертвовать…

- Вы чудовищны, милорд, - процедила я.

- Хльюи, меня не трогают в том мире, - перебил меня король. – Но провести миром духов обычных людей крайне трудно. Конкретно в данном случае, я отдал на откуп духам лакея, чтобы вывести живым своего маршала.

- Да, - вспомнил дознаватель, - как он отреагировал на новость, что ты маг?

- Не так бурно, как я на новость о магическом даре Хльюи, - хмыкнул король.

- А Леоль? – вдруг вспомнила я. – Она не может быть зверем?

- Может, но очень маловероятно, - нехорошо переглянулись между собой мужчины. – Мы еще не проверяли. Но я займусь этим, когда ты оправишься, и мы сможем вернуться домой.

- Тогда пошли! – решительно встала я с кровати, - я хочу знать, что к чему.

Но Ильиз все же настоял, чтобы мы заночевали во дворце. Он вообще, гад такой, меня оставил тут одну спать! А сам пропал на всю ночь, проводить допросы с гостями и прислугой. Эх, почему он не купец? Почему дознаватель? Жили бы себе спокойно…

- Но ты должна понимать, что нельзя бегать всю жизнь. Рано или поздно, можно оступиться. Поэтому давай не будем с тобой бегать? Давай мы развернемся лицом к опасности и хорошенько размахнемся по ней, а?

- Как? – опешила леди, даже глазки округлились. Красивые такие. Большие. Темно серые, как грозовое небо.

- С ноги, - улыбнулся я, любуясь удивлением и непониманием этого наивного ребенка. – Можно дубиной…

- Где я дубину возьму? – скользнула нервная улыбка по красивым губам.

- А вот дубиной буду я, - рассмеялся, отступая от девочки. – Так что вы, юная леди, побудете с сестрой пока. Поживете у нас. И… да, ждем нападения. Так что пожалуйста, без паники. Мы в курсе, с чем имеем дело. В курсе причин. Остается только вовремя поменяться ролями и из жертвы стать охотником.

- Я не потяну, - вздохнула скромница.

- Нет, не потянешь, - согласился я. – Одна, конечно же, впадешь в панику. Но, ты не одна. Хльюи не даст тебе истерить, а Чиари будет рядом, чтобы вы продержались до моего подхода.

- Это слишком сложно, - еще один вздох и снова дрожащие губы. Я постарался не скривиться. Все-таки Хльюи меня разбаловала своей отчаянностью и бесстрашием. Я теперь на кисейных барышень смотреть без презрения не могу, считая, что можно даже девушке уметь держать себя в руках, если надо. Но вот смотрю на эту святую наивность… не может она. Не ее это – ловля на живца, риск, сопротивление…

- Леди, вы оказали мне огромную честь, согласившись присоединиться за обедом к нашей угрюмой мужской компании… - Диригий, совершенно не соблюдал протокола, согласно которому мы с сестрой должны были приветствовать Его Величество первыми, выказывая уважение, почитание и вассальную преданность. Какой там! Дирг поспешил подхватить нас обеих за талии и подвёл к столу, где уже сидели иностранцы и вовсю пялились на нас, таких красивых…

- Девочки, если вы не отвлечете этих мерзавцев от дел, я к вечеру слягу с истощением, - прошипел нам король, продолжая весело улыбаться гостям. – Они уже неделю меня мучают!

- Четыре дня, - поправляю я монарха и ловлю на себе его обиженный взгляд.

- С ними день за два идёт…

- И что нам с ними делать? – спрашивает Леоль еле слышно, потому как мы подошли слишком близко к гостям. – Языковой барьер никто не отменял…

- Молодые горячие мужчины найдут общий язык с любой женщиной, - помогает нам присесть лично король, отнимая у нас всяческую возможность поприветствовать гостей, как того диктует этикет, изящными глубокими реверансами. Видимо, Диригий решил, что эти гости не достойны наших реверансов…

Сам же Дирг уселся во главе стола, а по обе стороны от него сидели мы с сестрой, дальше расположились гости по обе стороны от нас. Мне в соседи попался приятной наружности япиранец с длинными черными волосами, заплетенными в тонкую косу, спускающуюся до самого пояса.

Напротив меня сидел сосед Леоль и зло переглядывался с моим соседом. Мужчина напротив был суров, как мой дар, и даже внешне он напоминал его – холодный и колючий северный ветер. Белоснежные волосы рассыпались по плечам и спине, откинутые нетерпеливым жестом назад. Холодные серые глаза, такие светлые, что казались почти белыми, сверлили меня, подобно буру, пытаясь кажется прожечь во мне дыру или развеять меня по ветру.

Диригий сказал что-то на языке гостей, и те расслабленно выдохнули. Я услышала наши имена, прозвучавшие на япиранском немного странновато, но всё же узнаваемо. Леоль де Агриже произвела, конечно, фурор среди мужчин фамилией именитого маршала. Но когда прозвучало моё имя с приставкой де Ронго… Повисла долгая и тягучая тишина. И только блондин напротив, казалось, и так знал всё обо мне, не реагируя на слова монарха принимающей стороны. Взгляды его спутников скользили по мне заинтересованно и жадно, а потом вопросительно возвращались к блондину. Видимо, он у них тут главный. Учту.

По понятным причинам мы с сестрой молчали и лишь ели, соблюдая все правила хорошего тона. Монарха старались не позорить больше, чем он сам это делает. А гости видимо его хорошо достали, раз Диригий строит из себя весельчака и повесу, вместо серьёзного и величественного венценосного козла. Король общался с иностранцами на их языке без заминки и кажется даже без акцента. Серьёзные же его собеседники казались угрюмыми гробовщиками на фоне монаршего напускного веселья.

Меня всё не покидало ощущение, что строгий блондин напротив знает обо мне всё и сейчас только и ждет момента чтоб нанести удар. Причем именно по мне. Зачем? Что ему от меня надо? Что так уставился?

Я расфокусировала зрение, как и учил меня муж, пытаясь заглянуть в сознание иностранного посла. Да, читать мысли неэтично, даже среди магов. Но я должна знать, к какой неприятности готовится, рядом с этим мужчиной. Среди нас магов вроде как нет, поэтому такой подлости никто не ожидает, тем более со стороны хрупкой и молчаливой женщины.

Прошла первый слой мыслеобразов, наполненный раздражением и гневом на Диригия. Не то. Это лишь ширма. Следующий мыслеобраз был уже ближе к истине и он мне совсем не понравился…

Я вернула взгляд тарелке, стоило только гостю заметить моё к нему внимание. По удивленно вздернутой брови и нервно дернувшейся щеке поняла, он что-то почувствовал. Возможно, я работала слишком топорно? А возможно у него стоят какие-то защитные магические системы на сознание? Когда я читала мысли Ильиза, он не знал, об этом, пока сам не залезал в мою голову или пока я не признавалась, что их прочла.

Выходит, этот человек передо мной не просто маг, а маг, посильнее дознавателя? И он пришел за мной…

Я тяжело вздохнула и подняла напряженный взгляд на блондина. На этот раз меня ожидала уже не хмурая физиономия, а какая-то самодовольная полуулыбка. Словно, я сама себя ему выдала…

- Маркиза, - взволнованно остановил своё речевое недержание Диригий, видя, как я побледнела, - вам нехорошо?

- Да, мне дурно, Ваше Величество, позвольте мне удалиться.

- Господа, прошу меня извинить, - привстал монарх, даже забыв, что нашего языка не понимают, заговорив с иностранцами на торленирском. – Я вынужден вас ненадолго оставить…

- Ах, не стоит, Дирг, - забылась я, что мы не одни и пренебрежительно осадила короля, вызвав изумление на лицах всех и сразу, - я не сахарная, не развалюсь, занимайся своими гостями. Чиари. – Коротко позвала я и за моей спиной, словно тень появился телохранитель, пронизывая стилетами своих глаз пространство и так непонравившегося мне япиранца. Больше не надо было говорить ему ни слова. Мне в мгновение ока была предоставлена крепкая рука, и я не замедлила на нее опереться. – Приношу свои извинения, я вынуждена подышать свежим воздухом, - зачем-то произнесла я извинительную речь гостям, потом поняла, что они меня всё равно не понимают и мысленно махнула рукой. – Дирг, Леоль на твоей совести, чтоб ни одного волоска с головы сестры не упало…

Глава 21

Чиари

Его сиятельство, конечно, излишне завышенного мнения о своем слуге, - думал вор, поглядывая на заплаканную и испуганную девушку. Юная леди в белоснежном платье, местами подпорченном чужой кровью, была явно в истерическом состоянии.

Оценив масштаб развернувшейся тут трагедии и даже признав в жертве графиню Де Шерри, к которой когда-то тоже наведывался в гости, Чиари все же подхватил доверенную ему ношу на руки. Юноша был совсем молод. Ему не было и двадцати, но на вид казался старше и суровее своего возраста и однозначно сильнее и ловчее, иначе, не стал бы он головной болью самого Ильиза Де Ронго, не стал бы знаменитой Тенью.

Особо не почувствовав веса своей очаровательной, хоть и зареванной ноши, Чиари перемахнул одним прыжком через подоконник и не глядя вниз, остановился на узком бортике, тянущимся вдоль всей стены, опоясывая замок. Словно специально для него делали. Держать баланс с девицей на руках было сложно, но для Чиари вполне реально.

Леди пришлось наконец-то прекратить свои стенания, потому, что уже стоя на узком выступе, вор легко поменял положение девушки в своих руках, подвесив ее вертикально в воздухе и удерживая руками за талию.

- Как звать-то тебя, плакса? – вполне спокойно спросил он.

- Леоль, господин, - прошептала девушка, вися в его руках над пропастью. Под ногами не чувствуя опоры, только телом своим ощущая сильную грудину мужчины. Скромная несостоявшаяся монашка в нескромном платье, краснела и бледнела, ранее никогда не имея такого близкого контакта с противоположным полом. Чиари игнорировал смятение чувств своей подопечной, и пышную красивую грудь, чрезмерно подчеркнутую белоснежным платьем тоже старался не замечать. На выданье, - машинально отметил для себя вор.

- Обхвати меня ногами, Леоль, - велел он. Но потом прощупав нижнюю часть платья, выругался. Да, с таким количеством юбок, это проблемно сделать. – Демонов дознаватель, подкинул мне задачку, - в полголоса пробурчал он и, продолжая крепко держать девушку одной рукой, второй достал свой кинжал, решая, как лучше выкрутиться, чтобы и юбку вскрыть, и клиентку не уронить. – Я тебя сейчас отцеплю от себя, - начал инструктаж вор, внимательно смотря девушке в глаза.

- Нет-нет, пожалуйста! – испуганно зашептала она, крепче цепляясь за сильный торс мужчины. Ступни безвольно дернулись, судорожно ища опору.

- Слушай сюда, - зашипел Чиари. – Жить хочешь? Значит слушай! Мне нечем тебя держать. Одно из двух, или у меня в руках ты, или выступы стены. Поняла? Я должен освободить свои руки.

- Я буду крепко держаться, - пообещала она, - только не бросайте меня.

- Дурочка, - улыбнулся вор. – Мне маркиз оторвет яйц… голову за тебя! – вовремя поправился он, не успев нагрубить. – Но на одних только вот этих тоненьких ручках, ты не удержишься Леоль. Сорвешься с меня. Тебе нужны ноги!

- Но платье… - оправдывается она.

- Я с этим разберусь. Только доверься мне. Не мешай. Тебе придется пару мгновений постоять на стене самой. Не делай лишних движений.

Внизу, под замковой стеной послышались шаги и разговоры. Вор прижал к себе ближе девушку и «ушел в тень»

- Ни звука, - шепнул на ушко совсем потерявшейся Леоль. Бедняжка так боялась упасть, что даже дышать забыла, не говоря уже, что настолько плотные объятия мужчины ей в принципе чужды. Она ничего не видела. Вор прижал ее лицо к своей груди, вдавливая плотнее, словно желая слиться с ней и стеной в одну плоскость. Юной леди Де Агриже даже показалось, что его сердце перестало биться на какие-то мгновения, а маленький кусочек одежды вора, что был доступен глазу из такого неудобного положения, словно поплыл, теряя свои очертания, превращаясь лишь в дымку тумана.

«Это совершенно невозможно, - думала Леоль и чтобы скорее развидеть морок, зажмурилась»

- Все тихо, девочка, - ослабил хватку Чиари, - давай выбираться отсюда.

Получил утвердительный кивок в ответ и резко оторвал от себе девушку, приземляя ее рядом с собой на узкий декоративный выступ на стене.

Леоль взвизгнула, испуганно впиваясь ногтями в стену, стараясь спиной вжаться плотнее в нее. Чиари выругался, благодаря Создателя, что этот визг был подхвачен ветром и унесен, а внизу никого сейчас не было. Не мешкая, он повернулся боком к Леоль. Ухватился одной рукой за какой-то сомнительный булыжник в кладке, выступающий всего на пол-ладони. Во второй руке у него сверкнуло острие кинжала, точным движением вспарывая юбки девушки спереди. Острота оружия позволила справится одним взмахом со всем многослойным препятствием, напугав хозяйку испорченного платья до визга, но зато позволяя ее ножкам делать, что им вздумается. Чиари запоздало подумал, что надо было с платьем разбираться еще там в комнате, а не вися над пропастью, держась на соплях. Но, не возвращаться же право слово.

- Да что ж ты такая истеричная, - вздохнул вор, оценив, стройность ножек, которые открыл, раздвигая слои юбок в стороны, но не срывая до конца. – Мы не можем бросить тут это непотребство, Леоль, это лишние улики и все такое. Не будем усложнять маркизу жизнь, унесем все на тебе.

Снова испуганный кивок в ответ.

- Сделай медленный шаг в сторону. Расставь ноги. Только медленно, Леоль, не сорвись, - для надежности, вор придержал ее своей широкой ладонью за живот, жестко впечатывая девушку в стену. – Двигается только одна нога. Один шаг в сторону… молодец, девочка. Теперь я возьму тебя на себя, твоя задача ухватить меня ногами покрепче.

- Может быть, я со спины лучше… зацеплюсь? – робко просил она.

- Не может, - резко накрыл собой тело девушки, вдавив тут в стену. Он еле нашел место носкам своих ног вместиться между ножек Леди Де Агриже. – Я должен контролировать тебя, плакса. Со спины сорвешься, я даже не успею среагировать. А теперь, - крепче вцепился в спасительный булыжник, второй рукой скользнул на хрупкую талию подопечной и вжался в нее, приподнимая тонкое тело, - обнимай меня ногами, малышка. Крепче. Руки на шею мне. Да не бойся, я не сломаюсь. Отпустишь меня, мы убьемся оба.

- Почему оба? – не поняла Леоль.

- Потому что в попытке тебя подхватить, я сорвусь со стены. И скорее всего погибну. Хочешь, чтобы нас повенчала Смерть?

- Создатель упаси, - шепнула она, судорожно выдохнув горячее дыхание прямо в шею своего спасителя и покрепче сжимая на мужском теле руки и ноги. О смущении уже речи не шло. Лишь бы ее унесли от этой страшной комнаты. Лишь бы ее никто не обвинил в содеянном. Потому что маменька…

- Вот же плакса, - фыркнул вор и начал двигаться вдоль стены. Изначально он планировал спуститься тут вниз, но столько времени потратил на эту прелюдию, что в комнате, откуда только что унес юную леди, уже поднялся шум. Дверь взломали. Люди шумели. Потом вор услышал голос дознавателя, что там раздавал указы, когда сам Чиари все еще стоял под окном, думая, как же справится с заданием, чтоб не привлечь к себе внимания.

Внизу снова послышались голоса. Стражники бегали, шумели люди. Перекрывались ворота. Гостей, что уже успели спуститься к своим экипажам, желая отчалить, возвращали. Словом, форменный хаос. Тогда вор принял решение идти не вниз, а вверх, унося Леоль совсем непредсказуемым путем.

Чиари пополз вверх, цепляясь за еле заметные неровности стены, выступы или выемки в кладке, лез по окнам, балконам, и редкой декоративной лепнине. Леоль не могла видеть, что происходит, но чувствовала невозможный страх, словно кубло змей шевелится в животе, щекоча нервы и отравляя разум. Вор передвигался с такой скоростью, что его со стороны можно было принять за какое-то чудовище. Оборотня или даже демона.

«Люди так не могут, - думала леди, крепче сцепляя свои конечности на незнакомце, - или он маг или вовсе не человек»

А пока хрупкая плакса пыталась понять, что за создание отвечает за ее безопасность с подачи дознавателя, вор успел преодолеть стену, и обходя посты стражи, уже совсем скоро вынести подопечную на противоположную сторону дворца, которая фасадом примыкала к заброшенному храму древних богов.

Храм был ужасно стар, но не перестраивать его, ни использовать под другие нужды ветхое здание не спешили. Для вора не составило труда спуститься по стене к самому куполу храма. Буквально несколько мгновений, несколько резких рывков, заставивших Леоль сжаться еще сильнее, и Чиари уже проходит в неприметную лазейку, спрятанную в самом куполе, со стороны стыка с дворцовой стеной.

Конечно, до внешней стены от храма далеко, но марш-броски на открытой местности, вор и не планировал.

- Можешь отпустить меня, - улыбается мужчина в девичью макушку. Леоль не сразу смогла расцепить свои затекшие конечности. Страх он такой, парализующий… Все хорошо, плакса, - Чиари вытер мокрые дорожки на щеках юной леди и взял ее за руку. – Пойдем.

Им предстоял спуск по деревянной винтовой лестнице. Но сооружение было настолько ветхим, насколько был древних храм. Любой шаг мог стать последним для изъеденной временем лестницы. Чиари часто оглядывался на подопечную, крепко держа ту за руку, боясь, что по закону подлости, именно вес этой пушинки может стать последней каплей в чаше терпения уставшей древесины.

- Тут так страшно, - прошептала Леоль, крепче сжимая спасительную ладонь вора.

- И чья же ты такая плакса и трусиха? – негромко рассмеялся вор.

- Папина, - без заминки ответила девушка.

- И кто у нас папа? – Чиари помог ей преодолеть последний пролет и спуститься на твердые плиты.

- Анторс Де Агриже, - без тени задней мысли ответила святая наивность. Вор запнулся на ровном месте, услышав имя маршала, но быстро совладав с чувствами, продолжил путь, ведя Леоль к замаскированной под часть стены каменной двери.

Поборовшись недолго с механизмом, ему все же удалось открыть потайной ход, но прежде, чем увести в темноту девушку, вор неловко заговорил:

- Прошу меня простить, Леди Де Агриже, я не зн…

- Нет-нет! – поспешно взмолилась девушка перебивая своего провожатого. – Пожалуйста! Просто Леоль, господин!

- Я не господин, - криво усмехнулся Чиари, - я вор, моя госпожа.

- А я тоже никакая не госпожа, - грустно вздыхает Леоль, - я несостоявшаяся монашка.

Чиари мгновение внимательно смотрел на смущенную леди. Хотел было снова вытереть ей с щеки слезинку но зная теперь, кто перед ним, не решился. Хотя руки чесались и пожалеть ее и выбившуюся из испорченной прически прядь с лица убрать. Но, нет. Еще одна дочь маршала и снова не про его честь.

- Пойдемте, - взял он за руку девушку, не желая ее смущать своей задумчивостью. Бедняжка и так в полуобморочном состоянии.

- Где это мы? – боязливо ступает в темноте Леоль, крепче впиваясь в сильную мужскую ладонь.

- Мы под землей, - отвечает Чиари, и вот ему темнота совершенно не помеха. «Словно зверь, - подумала леди, - видит в темноте, как какой-то демон» - Через пару километров, этот туннель выведет нас на поверхность.

- Откуда вы знаете об этом ходе? – напряженно задерживает дыхание девушка.

- Кхм, - неопределенно ответил вор, - как бы вам сказать, госпожа?... Я знавал того, кто этот туннель прокладывал…

У Леоль не было выбора, кроме, как следовать в темноте за вором, но страх, что было ненадолго улегся, снова поднялся из недр ее подсознания, выползая наружу дрожью в руках, слабостью в ногах, учащенным дыханием. Паника. Девушку захлестывала очередная волна назревающей истерики. По щекам побежали слезы.

Да, мозгами она понимала, что дознаватель не доверил бы ее этому человеку, будь он опасен для самой Леоль. Понимала, что иного пути, уйти тайно из дворца не было. Понимала, что у мужчины, ведущего ее, была уже сотня возможностей ее обидеть, убить или надругаться. Умом понимала. Но перед глазами все еще стояла страшная картина убийства, а потому бесконтрольный страх вновь брал над ней верх.

Вор не обманул, и наконец-то вывел их на воздух. Дышать стало значительно легче. Но успев себя накрутить за время путешествия под землей, Леоль уже была в неадекватном психическом состоянии.

- Ну, что за плакса, - устало вздохнул вор, видя, что с юной леди совсем плохо, притянул ее к себе ближе, заключая в объятия, пытаясь ей создать подобие материнского кокона, в котором женщины успокаивают своих малышей. Он когда-то слышал, что человека даже взрослого можно успокоить, если создать ему маленькую зону безопасности, зону комфорта. И для любого человека, самое комфортное это руки матери, держащие с любовью и транслирующие надежность и безопасность. Конечно, вор и убийца не мог дать случайной знакомой ощущение любви, но убедить ее, что с ним девушка в безопасности, вполне реально. – Тише, тише, уже скоро будем на месте. Маркиз разберется с вашей проблемой, - говорил вор, поглаживая голову трусишки.

Но от этих слов, Леоль разревелась пуще прежнего.

- Он же дознаватель… - громче, чем следовало бы в ночи, всхлипнула носом леди, - он меня пытать будет…

- Глупая девочка, - едва заметно улыбнулся Чиари, - он же муж вашей сестры, госпожа. Ради нее, он и Отреченного оправдает, не то что бы невинную девицу на выданье. Пойдемте, леди Де Агриже, мне еще вас через полгорода вести.

И немного успокоив истеричную монашку, Чиари действительно повел ее к дому дознавателя. И хотя время было позднее, им приходилось периодически скрываться в тени, а иногда и вовсе пережидать подолгу, если вору казалось, что-то недоброе или опасное. А ему казалось. Он определенно чувствовал, что за ними следят. Но обнаружить преследователя не смог. Только один раз, когда ветер соблаговолил резко сменить направление и донести до Чиари запах, тогда он и понял, что не показалось. Действительно за ними идет следом… зверь. Тогда Чиари, достал из-под легкой куртки небольшой арбалет и зарядил его, предпочитая быть готовым к атаке. Но, не смотря на настойчивую слежку, пара полуночных беглецов все же добрались до пункта назначения. На нервах, но живые.

- Здесь вам ничего не угрожает, госпожа, - опустилдевушку со своих рук. Леоль дрожала, не в силах справиться с нервным перенапряжением. Не смотря на то, что они уже стояли в комнате дома мага, оба с волнением посмотрели на окно, через которое только что и вошли.

- Не уходите! – порывисто схватилась за руку вора леди. – Пожалуйста…

- То есть, следили за вами не случайно, - вздохнул мужчина. – Возможно, вам даже известно, кто?

Леоль в ответ неуверенно кивнула, сильнее сжимая свою ладошку на пальцах Чиари. В глазах не просто тревога. А страх. Паника.

- Дом дознавателя защищен магически, леди, - вор уверенно взял за плечи девушку, отводя ту к кровати и бесцеремонно усаживая на мягкую перину, застеленную шелками. – Будьте спокойны, госпожа. Надо очень постараться, чтобы проникнуть в дом живым. Отдыхайте, - кивнул на подушки и с сомнением посмотрел на порванную юбку платья. Вздохнул, - это вам уже не надо – и в несколько движений дорвал то, что висело лохмотьями на женской талии, оставляя маршальскую дочь – монашку в одних только исподних шелковых панталонах с кружевами и нескромном корсете, который остался от красноречивого наряда «на выданье»

«И как такой солдафон таких красавиц штампует? - отстраненно отметил про себя вор, отворачиваясь от смущенной леди, и возмущенно думая, -одна другой милее!..»

- Спасибо, - догнал в спину дрожащий голосок Леоль, когда Чиари уже перепрыгивал через подоконник, приземляясь в клумбу лепер госпожи маркизы.

- Твою ж богодельню! – выругался в полголоса вор, пытаясь нанести минимальный урон цветам, выбираясь из прекрасной ловушки, - вставит мне девчонка победное знамя до самой печени…

А Леоль тем временем натянула покрывало себе по самую макушку, боясь даже нос высунуть из своего укрытия, словно ненадежная текстильная защита могла ее спасти от какой-либо напасти, тем более от той, что затаилась снаружи, следя за домом, где ее спрятали.

Глава 22 – 23

Ильиз Де Ронго

Это была очень тяжелая ночь. Я устал, как собака, гребущая к берегу от самого центра холодного моря. Кажется, вот-вот силы кончатся и я просто пойду ко дну. Но позволить себе афишировать свою приземленность, свою слабость не имею права. Для всех, я всесильный маг. Бескомпромиссный, принципиальный, не знаю ни устали, ни жалости. Поэтому, держа марку, я продолжал допросы. Сложность была в том, что делать свою работу в привычной манере я не могу. Все-таки общество высшее. Наживать врагов в лице тех, кто держит нашу страну на плаву – недальновидно. Тем более что я уверен среди них нет убийцы графини. Хотя, я и разжился парой – другой новых козырей против определенных личностей. На будущее, так сказать.

Особенным удовольствием меня удостоила моя прекрасная теща. Она категорично отказалась от беседы с моими подчиненными, требуя непременно разговора со мной. Пришлось пойти на встречу высокомерной родственнице. И какого же было ее удивление, когда я действительно ее допрашивал, не делая скидку на родство. Заодно и пару вопросов задал о пропаже ее агатового колье…

От меня графиня вышла уставшая, злая, испуганная и отчаянно краснея. О! А еще я узнал от нее несколько интересных моментов по поводу старшей дочери. Оставить у этой рыжей демоницы невинную душу на растерзание я не смог. Поэтому теперь я враг номер один у графини. Забрал у нее уже вторую дочь.

И мне бы не было дела, честно. Но что-то помешало оставить девочку на совесть графини. Ну, отдай ее в монастырь, дай свободу ребенку, раз уж она такая скромница и желает служить Создателю. Нет же… ее сиятельство не позволяет. Слишком красива, говорит. А красота – это товар. И сердобольная мамаша рассчитывает отдать этот товар как можно по более выгодному тарифу. Абы кому, не отдаст.

Вот такая вот материнская любовь. Казало бы… какое мне дело? Да такое! Хльюи, не сведи меня судьба с ней, постигла бы таже участь. Поэтому, под видом необходимости обеспечить безопасность Леоль, мол, девочка была свидетелем (да, пришлось открыть графине эту тайну, но учитывая, как она дрожит над репутацией семьи, она будет молчать) я отвоевал невинную душу.

Де Ко?т со своими тенями и мои дознаватели и следователи лютовали всю ночь, чтобы так сказать по горячим следам вести допросы. Но признаться, как я и ожидал, толку никакого. Поэтому уже к рассвету, я приказал подать экипаж и увез домой спящую Хльюи. Она даже бровью не повела, и проспала еще до обеда, но уже в нашей супружеской кровати.

А пока моя маленькая лепера отдыхала от нервотрепки минувшего вечера, я успел переговорить с самой Леоль.

Зная, о стыдливости девицы и ее планах на аскетичный образ жизни, я постарался минимально играть роль страшного мага – палача. Вернее, я вообще был душка душкой.

Правда, пока не узнал, нюансы вечернего инцидента. Видимо, я поменялся в лице, потому что бедняжка сама побледнела, глядя на меня и задрожала, впадая в истерику. Я очень старался не показать своего гнева, но девочку все равно напугал.

- Леоль, - переведя дыхание, отогнал от себя злость. – Все будет хорошо. Ты ни в чем не виновата, дитя… Твоей вины нет. Тебе просто не повезло привлечь внимание зверя. Это. Не. Твоя. Вина.

- Но…

- Нет! – прервал я возможные сопли и слезы, говорю спокойно, чтобы не пугать, - я скажу тебе только один раз, не услышишь меня – повторять не буду. И уговаривать тоже. Поняла?

Перепуганная леди неуверенно кивнула.

- В этот дом не проникнуть. Тут безопасно. Надо быть магом, чтобы взломать мою защиту. Ясно?

Кивок в ответ.

- Хорошо. Но есть еще опасность снаружи. Чиари умрет, но не даст вас с сестрой в обиду. Он очень серьезная преграда даже для оборотня.

- Я не хочу, чтобы кто-то умер, - дрожат губы Леоль, - тем более Чиари…

- По задумке, он не должен умирать, - улыбаюсь я, успокаивающе гладя по пшеничным волосам леди. – Он меня очень устраивает, как боец, так что постараемся обойтись без жертв с нашей стороны вовсе.

И снова кивок в ответ, и смущенно поджатые губы.

- Но ты должна понимать, что нельзя бегать всю жизнь. Рано или поздно, можно оступиться. Поэтому давай не будем с тобой бегать? Давай мы развернемся лицом к опасности и хорошенько размахнемся по ней, а?

- Как? – опешила леди, даже глазки округлились. Красивые такие. Большие. Темно серые, как грозовое небо.

- С ноги, - улыбнулся я, любуясь удивлением и непониманием этого наивного ребенка. – Можно дубиной…

- Где я дубину возьму? – скользнула нервная улыбка по красивым губам.

- А вот дубиной буду я, - рассмеялся, отступая от девочки. – Так что вы, юная леди, побудете с сестрой пока. Поживете у нас. И… да, ждем нападения. Так что пожалуйста, без паники. Мы в курсе, с чем имеем дело. В курсе причин. Остается только вовремя поменяться ролями и из жертвы стать охотником.

- Я не потяну, - вздохнула скромница.

- Нет, не потянешь, - согласился я. – Одна, конечно же, впадешь в панику. Но, ты не одна. Хльюи не даст тебе истерить, а Чиари будет рядом, чтобы вы продержались до моего подхода.

- Это слишком сложно, - еще один вздох и снова дрожащие губы. Я постарался не скривиться. Все-таки Хльюи меня разбаловала своей отчаянностью и бесстрашием. Я теперь на кисейных барышень смотреть без презрения не могу, считая, что можно даже девушке уметь держать себя в руках, если надо. Но вот смотрю на эту святую наивность… не может она. Не ее это – ловля на живца, риск, сопротивление…

Я отвернулся, скрывая свои истинные чувства. Обижать девочку не хочется. Все же… она сестра моей жены. Значит, делаю над собой усилие!

- Ты справишься, Леоль, - ободряюще улыбаюсь и перевожу тему разговора. – Это Тильба тебе выдала платье?

- Да, Ваше сиятельство, - покорно опускаются длинные ресницы.

- Отдай распоряжение, пусть пришлют тебе гардероб. Негоже маршельской дочери носить обноски прислуги.

- Вообще-то, это платье Хльюи, - смутилась леди.

- Мда? – внимательнее всмотрелся, неужели моя жена собралась в монастырь или в поломойки? – все равно, озаботься этим вопросом.

Хльюи Де Ронго

«ТРАГИЧЕСКАЯ ГИБЕЛЬ ГРАФИНИ ДЕ ШЕРРИ НА КОРОЛЕВСКОМ БАЛУ!!!» голосил мальчишка, размахивая новостными листками. Я угрюмо прошла мимо, в очередной раз, вспомнив убитого горем графа.

- И как тебе замужняя жизнь? – прервала мои мысли Леоль, идущая рядом, с которой мы прогуливались по городу. Сестра сменила то мерзкое платье на любимый ею строгий монашеский стиль и даже немного отошла от событий минувших дней.

- Ты знаешь, неплохо, - улыбнулась я. – Немного нервов, немного опасностей, пару раз чуть не умерла и зачастила в бессознательное состояние. Но в целом, мне нравится, - призналась я.

- Ну да, я слышала, - смутилась сестра, намекая, наверное, что я не всегда в состоянии сдерживать свой голос в рамках приличия, если Лис дорывается до меня. Я попыталась устыдиться, но Леоль продолжила. – Хльюи, спасибо, что приютили меня. Мне у маменьки совсем жизни нет.

- Ну что ты, - рассмеялась я, - мой муж только рад, что у меня появился собеседник в доме, кроме прислуги. Хотя я не сильно страдала по поводу одиночества.

- Спасибо, - снова повторила Леоль.

- Так, как же ты решилась объявить себя на выданье? – поинтересовалась я. – Я думала, ты обет безбрачия дала.

- Маменька еще перед тем, как отправить меня в пансионат предупредила, что проклянет, если я так поступлю с ней. А сейчас сказала, что я не имею права оставлять Кадди в девках. Мол, из-за меня, она не может вывести свою красавицу в свет. Сказала, что если я опозорю семью, она отречется от меня.

- Да, маменька у нас, что надо. Чуткая и любящая.

- Не говори так, - упрекнула Леоль. – Она заботится о нашем благе. Просто по-своему усмотрению.

Я промолчала. Я думала не о маменьке. Я думала, о том, что рассказала мне сестра, когда пришла в себя от шока. Она не просто видела убийцу. Она с ним говорила. И он был больше человеком, нежели зверем. Чудовищным, но человеком. Леоль сказала, что только единожды видела его прежде. Мельком, в толпе. Тогда он был гораздо человечнее. Но, как и положено воспитаннице пансионата, она проигнорировала мужчину.

Следующая их встреча состоялась именно в той комнате для дам. Опуская все сопли, слезы, слюни, можно заключить, что парень обиделся на Леоль. Увидев ее в этом наряде, говорящем, что девушка объявлена на выданье, да еще она игнорировала его. А ведь он серьезно запал на красоту скромницы. Ну, осерчал он, словом.

-Я готов простить твою высокомерность, - прорычал он, зажимая побледневшую монашку к стенке. Как раз в этот момент и вошла на свою беду графиня Де Шерри. Стала свидетельницей сего неприятного разговора. Мужчина, добивающийся взаимности моей сестры был несказанно зол, скалил звериную пасть и страшно сверкал красными глазами. Но все еще был в человеческом обличие. Ему хватило одного мига, чтобы втащить невольную свидетельницу в комнату и одного движения – чтобы располосовать несчастную резко появившимися когтями. - Тебе не останется иного выхода, кроме, как бежать ко мне, Леоль. Они объявят на тебя охоту. Они осудят тебя и казнят, за смерть этой женщины.

- Но я же ее не трогала, - расплакалась Леоль.

- А ты им это докажи, - зловеще взревел человек - зверь и выпрыгнул в окно.

Я себе красочно представила всю ситуацию, и мне стало безумно жалко сестрицу. Не уверена, но возможно, я бы попрощалась с сознанием, переживи подобное.

- Хльюи, - вырвала меня из задумчивости сестра. – Если в ближайшее время, я не уступлю место на выданье Кадди, боюсь, матушка меня изживет.

- Не переживай, пока ты под защитой моего мужа, тебя никто не тронет. Хочешь, мы отвезем тебя в какой-нибудь монастырь, и никому не скажем в какой? Будешь безродной монашкой, тихо жить в одиночной келье. Ильиз всем объявит тебя пропавшей без вести, и Кадди сможет спокойно выйти в свет.

- Нет, - вздохнула сестра, - матушка меня проклянет за такой обман. Отречется от меня, как от дочери.

- Я не могу понять, неужели мне одной плевать на мнение матушки, Кадди, общества? – возмутилась я.

- Нет, - робко улыбнулась Леоль. – Еще наш папенька на всех плюет. А ты характером ну просто вылитый великий полководец Его Величества.

- Хорошо хоть, только характером, - рассмеялась я, - думаю, усы мне не пошли бы.

- Вряд ли, - поддержала меня сестра, скромно и неуверенно улыбаясь.

На рынке мы столкнулись со спешащей Танией, что по указу нашей старенькой экономки, делала покупки. Девушка тянула две полные корзины, и, судя по всему, еще не все скупила.

- Тания, - позвала я. Служанка радостно обернулась к нам. – Давай поможем, - предложила я, отбирая одну из корзинок.

- Нет, госпожа Хльюи, не поможете, - раздался над моей головой голос Чиари, что нахально отобрал у меня корзинку, и на всякий случай вторую у Тании забрал. – Вам нельзя! – сурово сдвинул он брови.

Я тяжело вздохнула. Ничего, скоро мой обман раскроется и все встанет на свои места. Почему я не признаюсь раньше? Страшно, вдруг Лис обидится, что я его обманула. А так, я вроде, как и сама не знаю.

Мы с девочками проследили за вором, который подошел к ближайшей лавке, в которой скупалась Тания, позвал мальчишку и приказал ему отнести корзины в дом дознавателя. Мальчик побледнел и попытался отказаться. Но сверкнувший глазами Чиари убедил его, что экономка одарит его монеткой, а господин Де Ронго сейчас не дома.

- Находчивый у тебя телохранитель, - хмыкнула Леоль, задумчиво глядя на вора.

- Мне нужны свободные руки, - пояснил Чиари, возвращаясь к нам. Я лишь кивнула, а Леоль зарделась, стоило только вору приблизиться к нам ближе положенного этикетом. Я вопросительно посмотрела на сестру, но та лишь еще больше засмущалась и отвела глаза. Я решила пока не расспрашивать ее, что к чему.

Дальше мы уже гуляли по рынку втроем, помогая Тании делать покупки, которых, впрочем, оказалось немного – в основном, она уже все скупила. Чиари вновь растворился в толпе, не мешая нам гулять. Но я уверена, что стоит кому неосмотрительному протянуть в нашу сторону свою конечность, как услышу треск ломающихся костей.

«ТРАГИЧЕСКАЯ ГИБЕЛЬ ГРАФИНИ ДЕ ШЕРРИ НА КОРОЛЕВСКОМ БАЛУ!!!»

Мимо пронесся мальчишка с новостными листками, заставив вздрогнуть Леоль и погрустнеть меня. Настроение пропало. Ну, сколько можно?! Уже несколько дней они мусолят одну и ту же новость. Хоть бери и танцуй посреди храмовой площади, чтобы газетчики нашли себе новую тему для разговоров. Я прям слышу заголовки «Маркиза Де Ронго, дочь маршала Торлерини, жена главного дознавателя Его Величества танцевала на храмовой площади, неприлично оголяя щиколотки!»

Мелькнула мысль, что мне непросто плевать на мнение окружающих, а наоборот нравится, когда мою персону обсуждают в связи с очередным скандалом. Нет, не может быть! Я ж в своем уме пока. Или не очень?

Вдруг по моей спине пробежал холодок. Словно кто-то буравил недобрым взглядом меня. Я резко обернулась, но на рынке все были заняты своими делами, никто не обращал внимания на трех делающих покупки девушек. Но неприятное ощущение не прошло. Казалось, что неизвестный следит за каждым нашим шагом и это явно не Чиари. Если бы муж меня не предупредил, что мы снова ловим на живца, я возможно не обратила бы внимания, но слава Создателю, на этот раз Лис не стал действовать за моей спиной и честно признался. Убийца графини обязательно придет за Леоль, раз уж его план не выгорел, и у монашки не появилась необходимость бежать и скрываться. Гад явно не ожидал, что дознаватель по-тихому укроет от всех причастность девушки даже в качестве свидетеля ее не привлекая официально. И теперь, не дождавшись свою избранницу, зверь решил, что пора идти за ней лично.

- Домой, – коротко скомандовала я, первой показывая пример. Леоль и Тания не спрашивая, что случилось, последовали за мной. В крайне напряженном состоянии мы дошли до дома, и вору не пришлось даже за нас вступаться перед неведомым преследователем. Но зуб даю, нас кто-то вел до самой калитки, буравя спину злым взглядом. Чиари взволнованно сканировал окружающее пространство цепким взглядом и периодически пытался принюхиваться, держа нос по ветру. Он явно чувствует опасность.

- Ильиз! – ворвалась я в дом с криком, совершенно забыв, что муж в это время еще в департаменте. Только заперев наглухо двери, я смогла расслабиться и испуганно сползти по стеночке на пол. Сестра и служанка начали у меня выспрашивать, что случилось, но я не могла говорить. Такой страх, такая паника застряли у меня комком в горле, что я не смела даже дышать. Животный страх, я чувствую зверя. Только, когда надо мною склонился вор, пощелкав перед носом пальцами, я начала немного приходить в себя.

- Приведи Лиса, - попросила я. – Приведи Лиса. Он здесь. Следит за домом, - шептала я. - Зверь пришел за Леоль.

Глава 24

Ильиз Де Ронго

- Что тут происходит? – шум с первого этажа я услышал аж у себя в кабинете, на третьем. Был вынужден спуститься, поскольку Хедары не оказалось в приемной. На проходной, у поста часовых стражников толпилось по меньшей мере семеро человек разного возраста и половой принадлежности. Все галдели, кричали, шумели и шпыняли какого-то мальчишку от силы лет восемнадцати, тонкого, субтильного и запуганного голодранца. Меня не услышали. Стражники в растерянности смотрели друг на друга, не понимая, что это за нашествие и почему все кричат, и что собственно хотят. Пришлось повысить голос, чтобы быть услышанным. Напустив побольше строгости в голос, я повторил вопрос. – Что здесь происходит?!

На этот раз люди замерли, обернувшись на меня. Кто-то из дебоширов уже хотел начать второй акт шумовой атаки, но я жестом его перебил, заставив заткнуться на полуслове. И кивнул постовому, разрешая говорить.

- Ваше сиятельство, сами ничего не понимаем, - начал объяснения стражник. – Налетели вот скопом, требуют правосудия, в ноги нам швыряют мальчишку, а собственно что за напасть не понятно!

- Господин дознаватель, о милости прошу! – вырвался вдруг из рук шумной компании мужчин и женщин парнишка, бросаясь мне в ноги. – Не виноват я, не трогал никого! Не отдавайте меня этим людям, пожалуйста. Они же меня на куски порвут, слушать не хотят.

- Так. – Я веско перебил пламенную речь юноши и краем глаза заметил пробегающего по коридору Лирома, махнул тому подойти. – Ты! – я кивнул одному из мужиков, - коротко и ясно, без суеты. Что от пацана нужно? В чем обвиняете?

- Так ить девка пропала! Как пить дать этот мерзавец ее снасильничал, а может быть и убил!

- Так! – снова я прерываю рассказчика и перевожу взгляд на перепуганного мальчика. Ловлю его взгляд своим раскаленным и солнечным и совершенно точно понимаю, что парень не просто никого не убивал, но вообще душа чистая, не порочнее Леоль – святой и непогрешимой. От моего краткого, но все же вторжения в сознание парень закричал и упал на пол, держась за голову. – Лиром, отведи юношу в допросную и позаботься, чтобы его покормили и дали отдохнуть. Вызови ему лекаря, - с неприязнью отмечаю, что пока мальчишку ко мне довели, народные мстители без суда и следствия успели ему неплохо так бока намять.

Лиром не дознаватель пока. Только следователь. Но вполне перспективный. Помог подняться парнишке и увел того в указанном мной направлении. Толпа негодующе уставилась на меня. Правда стоило мне обратить свой разгневанный взор на них, как спесь резко сошла на нет, зато повеяло страхом.

- И так, - я осмотрел разношерстную толпу. – Кто пропал?

- Племянница пропала, - отвечает все тот же мужик.

- Твоя?

- Та нет, вот его, - указывает на стоящего за спиной другого мужика.

- Булочник я, - представляется он. – И да, действительно, племяшка моя отроковица пропала. Со вчерашнего вечера ищем!

- Не понял, - вздернулись мои брови. – Девушка пропала вчера, а сюда вы пришли только сегодня?

- Ну, дык… мы того… сами думали найдем… - нестройно ответили мне несколько голосов.

- И как? – дергаю щекой зло, - нашли?

В ответ мне отрицательно качают головой.

- Серьезно? – деланно удивляюсь. – Ничего? Даже тела растерзанного?

Опять головы болтаются на «нет» намекают.

- А с чего на парня подумали? Он кто?

- Помощник мой, - признается булочник. – Учу его, приютил беспризорника пару лет назад, накормил, как сына рощу. В ремесло свое посвящаю. А он… отроковицу невинную сгубил!

- Не понял, - скрещиваю руки на груди, - юноша признался в содеянном?

- Нет…

- Может быть, вы у него улики какие нашли? Ну, там руки в крови или под подушкой платок с жертвы? Или хоть что-нибудь, указывающее на его причастность к пропаже девочки?

Мне даже отвечать не стали, только руками разводят, да немытые головы чешут.

- Значит так, все, кто тут собрался просто за компанию субтильного мальчишку попинать, пошли вон! – я указал толпе народных мстителей на дверь. – А вы двое, остаетесь, - не отпустил я булочника и его самого ярого помощника. – Пройдемте в допросную.

- Как в допросную? – опешил мужик, тот самый, что больше всех негодовал. – Зачем в допросную?

- Выяснять буду, милейший, - улыбаюсь я, словно демон, - куда ты труп девчонки спрятал.

- Я? Нет! Да вы что?! Ваше сиятельство, правда, я не трогал Рарюшу. Да куда же мне, старому на дитя-то зариться?!

- Вот сейчас это и выясним, - я подтолкнул мужиков вверх по лестнице, - прямо и направо ребята, прямо и направо, - недовольно поджимаю губы, по реакции мужика понимая, что врет паскудник. Даже, если не убил ее еще или вообще не он виноват, то наверняка виды имел на дитя-то, ой имел виды. А вот куда делась девочка, сейчас я и выясню.

И потянулась моя рутинная работа. Я даже несколько отвлекся и подзабыл по привычке проверять периодически Хльюи. Сейчас, когда мы ждем нападения оборотня, я каждые двадцать – тридцать минут проверяю, не в беде ли моя лепера. Конечно, с ней Чиари, у которого к тому же есть возможность срочной связи со мной по магическому кристаллу. Но что если Тень не сможет меня позвать или не сможет надолго задержать зверя своей жертвой? Поэтому, я просто на всякий случай проверяю. А тут… отвлекся. Все-таки ребенок пропал. Совсем еще девочка. Двенадцатый год только минул. И вдруг… пропала. С ночи!

Я страдальчески поморщился. Ну, что за идиоты, право слово! Ее уже может быть и в живых нет! За помощью надо было бежать сразу, чтобы отыскать по горячим следам, чтобы был шанс спасти… но нет же! Народные мстители, твою ж богодельню!

И этот еще! Старый пердун, а на дитя действительно виды имеет. Кажется, булочник-то племянницу растит в жены этому… этому… приличное слово не нахожу.

Я уже после допроса сидел и заполнял бумаги, отрядив троих свободных следователей отправляться к булочнику в дом и искать какие-то зацепки, способные привести к пропавшей девочке. К моему облегчению, не смотря на то, что я конкретно так просветил сознание мужиков, в памяти их не было ни домогательств, ни убийства ребенка. Но да, действительно растят ее для замужества. Что ж… в такое время живем. Я не могу всех у себя приютить. Но найти ее желательно живой, мы просто обязаны. А потому Лиром с двумя помощниками отправились по адресу.

- Нашли, - спустя около часа, влетел в мой кабинет без стука посыльный от Лирома. Я поднял глаза от документации и бегло посмотрел на парня. Тяжело вздохнул, понимая, что его это «нашли» отнюдь не хорошая новость, а очень даже печальная. Я поднялся, надевая свой камзол, и вопросительно посмотрел на помощника. – Пролетка у дверей, - виновато отводя глаза сообщает парень, и я молча отправляюсь на место происшествия, кивком головы приказывая посыльному следовать за мной.

- Рассказывай, - велю я, все больше хмурясь. Я не знал этого ребенка. Но отчего-то в груди печет. Вспомнил о собственном чаде, под сердцем Хльюи и на всякий случай проверил, как она там. Гуляет с сестрой, привлекает внимание. Нарывается на атаку зверя. Мелькнула мысль, что нельзя так рисковать своими любимыми. Что все самые разумные расчеты могут не оправдаться, если зверь возьмет и убьет ее, как убил графиню. Но мозг упрямо задиктовывал мне психологический портрет, уговаривая, что риск минимален. Что ему невыгодна смерть сестры своей избранницы. Сложив добытую информацию о нашем звере, я получил вполне вменяемую картинку. Он расчетлив. Он не убивает ради забавы. Держит под контролем свою вторую ипостась. Смерть графини была ему выгодна, пусть спонтанно, но решение убить было осознанным, дабы вынудить Леоль бежать к нему от обвинений в убийстве, от суда и казни. Это действия не маньяка, это действия вменяемого, хоть и очень холоднокровного убийцы. Поэтому трогать Хльюи он точно не должен, это наверняка отвратит от него Леоль. А он, хочет, чтобы девчонка пришла к нему сама. Глупо конечно надеяться на взаимность в условиях принуждения. Но определенно нет смысла нагнетать ненависть в потенциальной невесте.

Убедившись, что моя девочка в безопасности и убедив себя в очередной раз, что риск минимален и оправдан поимкой такого серьезного убийцы, я вернул свое внимание к помощнику следователя, что короткими профессиональными фразами обрисовал ситуацию. Ехать оказалось недалеко. Буквально пара кварталов от дома булочника был небольшой дом, в подвале которого и нашли тело.

- Кто владелец? – вышел я из пролетки, глядя на хмурого Лирома.

- Госпожа Боварди, - указал он кивком головы на даму в приличном возрасте, с которой вел беседу один из помощников. – Дом был сдан в аренду, последний месяц тут жил один постоялец. Представился Эрнстом Де Келлом.

- Дворянин? – удивляюсь я. - Справки навели? – я не спешил увидеть тело. Не знаю, что меня заставляло стоять на месте и интересоваться теорией, вместо того, чтобы пойти и применить магию на практике.

- Рыцарь, без титула. Учитель, - сглотнул горечь Лиром. – Около года, как вернулся в столицу с северных окраин. Преподает в местной школе для бедняков, на бескорыстной основе. С коллегами пока не общались. Не успели.

- Что преподает? – мой взгляд притягивает темный прямоугольник двери, ведущей в подвал. Ее видно отсюда, с улицы. Я втягиваю носом запах и морщусь. Трупом рано чтобы воняло. Но определенно посторонними запахами тянет оттуда, и это не сырость.

- Он универсален, оказался, - вздыхает Лиром. – Преподавал юношам фехтование, и всем желающим письменность и математику. Даже физику и алхим…

- Алхимию! – заканчиваю я за следователя. И меня озаряет. Конечно, запах такой… неестественный. Алхимических препаратов. – Как нашли тело?

- Так… пустили ищейку по запаху девочки. – Кивок в сторону рвущихся демонских гончих где-то в стороне, что остервенело драли на тряпки платье. Эти твари очень опасны, но их польза при розыске по запаху действительно неоценима, поэтому мы научились этих отродий Отреченного укрощать, дрессировать и использовать.

- Девочка пропала вчера вечером. Даже, если предположить, что была убита сразу, трупный запах еще не может распространится так, чтобы проходящие мимо дома люди могли забить тревогу.

- Так трупом и не тянет, господин дознаватель, - разводит руками Лиром.

- Точно. Воняет странно, - я все же вхожу в дом и отправляюсь в подвал. Зачем ему, знатоку алхимии привлекать к дому внимание такими сильными неестественными запахами? Он хотел, чтобы мы нашли ее? Или какой-то эксперимент пошел не так и результат был задуман другим? Например, хотел химией растворить тело до состояния лужи, которую можно было бы просто смыть? Маловероятно. Впрочем, и привлекать внимание глупо. Так что склоняюсь к варианту неудачной попытки спрятать труп. Захожу в подвал, спускаюсь по каменным ледяным ступеням, что прожигают мне морозом ступни даже сквозь толстые подошвы сапог. Тут темно, поэтому я подсвечиваю себе глазами и вешаю солнце под низким потолком, чтобы рассмотреть тело и окружающее пространство.

В центре подвала лежит хрупкое изломанное тельце. Наверху хлопнула дверь, но я не придал значения. Должно быть сквозняк. Весь дом и подворье полны моих людей, так что чего мне переживать? Я присаживаюсь около девочки, что явно помучилась перед тем, как ее глаза закрылись навсегда. Осмотрел характер ран, рваное платье. Перед смертью альтруист учитель изнасиловал дитя. Зачем? Уверен, что все коллеги в один голос утвердят, что такого никто не ожидал. Что не мог этот Эрнст. К тому же еще и дворянин. Зачем было портить свою жизнь таким серьезным поступком? Был уважаемый член общества, а теперь вне закона, а в случае поимки – казнь ему обеспечена. Зачем? Не верю, что дело тут в сексуальном влечении к не оформившемуся ребенку.

Запах тут был просто нереальный, до головокружения. Но на теле девочки ничего не было лишнего. Зато весь пол был усыпан словно пеплом или серым порошком. Я отошел от жертвы, прикидывая ее расположение в помещении, по всему выходит, что самый центр. Геометрически выверенный. Уже чувствуя зацепку, потревожил носком сапога порошок на полу. Точно, спрятанная пентаграмма. У меня ушло еще пара минут, чтобы вручную очистить пол, пытаясь увидеть контуры чертежа вокруг тела. Ну, точно. Ему не нужна была эта девочка. Ему нужна была любая жертва. Порывшись в памяти, выудил оттуда скудные сведения по пентаграммам и демонологии. Не могу быть уверенным, но больше всего эта похожа на призыв силы. И принесенная в жертву невинная душа и девственное тело должны дать очень много мощи. И вот вопрос? Против кого решил идти этот доморощенный алхимик, если собирается с силами?

Я резко рванул наверх, стремясь покинуть помещение. Потому что эта тварь собирается выйти против меня. Но дверь оказалась заперта. Наглухо. Попытался заглянуть в сознание Хльюи, но наткнулся на стену. Или меня блокирует это помещение? Или блокиратор находится в непосредственной близости от моей жены. Порошок! Меня словно молнией пробило, стоило осознать, стоило вспомнить, что запах-то вполне узнаваем. Сейчас, когда я все понял! Это инфернальный пепел, смешанный с реактивами, чтобы его получить надо живьем сжечь минимум с десяток демонов. И успеть собрать драгоценный порошок, пока его не унесло ветром. Обладает свойствами блокировать ментальные всплески магии и сам оказывает ментальное воздействие на сознание и память. Узконаправленное. При помощи ритуалов можно сделать устойчивую иллюзию, морок.

Удар огненной мощью разорвал дверное полотно на щепки, выпуская меня.

- Господин дознаватель! – переполошились следователи, услышав взрыв.

- Это ловушка! – выкрикнул я, спеша мимо Лирома. – Это все для отвода глаз! Демонологов сюда! - стоило мне выйти из подвала, как до моего сознания дорвался голос Чиари. Я вышел за пределы территории блокирующей меня ментально и сразу услышал:

- Тревога! – орал он. – Зверь в доме!

- Будь с Хльюи! – отдал я приказ и резким ударом ладони об ладонь разорвал пространство, прорывая его ослепительным солнечным лучом. – Группу захвата к моему дому! – напоследок я отдал распоряжение Лирому и скрылся в пространственном переходе, выходя уже около своего дома.

- Почему ты не с ними? – рыкнул я, проходя к дому.

- Не мог до вас докричаться через эту хрень! – в ответ мне зарычал вор, тыча в меня магическим кристаллом. - Понесся за вами в департамент, но вы слава Создателю сами вышли на связь раньше!

- Как долго он в доме?

- Не больше десяти минут. Все в погребе заперты. Маркиза держит оборону, тянет время, - отчитался Чиари, заметно нервничая, просто места себе не находя. Кажется, если бы он мог, уже б врезал по моей рыжей морде за промедление.

- Я попался на отвлекающий маневр, - сетую я, сверкая солнцами из глаз и видя, как моя лепера отчаянно боясь, пытается вести со зверем диалог. – Все, Чиари, времени нет, заберешь Хльюи, когда я туда войду, и вон из дома оба!

В ответ вор лишь кивнул, прекрасно осознавая, что счет идет на мгновения. Зверь может в любой момент ударить по беззащитной маркизе. Но на последок все же выдал сюрприз.

- Я его узнал, господин доз…

- Короче! – сверкаю глазами.

- Он не просто оборотень. Эрнст чернокнижник, могут быть неприятные моменты в бою.

- Потом расскажешь мне, откуда его знаешь, - недовольно глянул на вора и разжег магию, заливая весь дом светом. Нестерпимым. Ярким настолько, что глаза простым смертным должно прожигать даже сквозь закрытые веки. – Забери Хльюи, - повторяю приказ, входя в дом вместе с лучом солнечной ярости.

Глава 25 – 26

Хльюи Де Ронго

Напряжение росло с каждым мигом, но зверь все не появлялся. Мне стоило больших трудов убедить Чиари отправиться за дознавателем. По сути, он не сможет нас защитить от перевертыша. Только зря погибнет. А если Лис успеет, то все выживут. Ну, это только если…

Я отправила Леоль с прислугой в винный погреб обнаруженный нами в доме. Он уходил из кухни вниз и заканчивался массивной дубовой дверью. Даже зверю придется попотеть, чтобы ее взломать. Главное, чтобы перепуганные курицы сами не открыли ему дверь. Чего мне стоило убедить их спрятаться? В конце концов, Чиари помог мне затолкать всех силой, пожелал мне удачи и скрылся в оконном проеме. Я тут же поспешила запереть за ним все окна в доме. И только единожды мне почудился мужской силуэт, мелькнувший среди деревьев, растущих за пределами высокого забора.

Я планомерно передвигалась по дому, запирая окна. Глупо конечно, если зверь захочет, то войдет внутрь вместе с оконной рамой. Но сидеть просто так, и ждать его мне не было сил. Я должна хотя бы думать, что могу что-то сделать. Надеюсь, Чиари не промедлит.

Ох, как он был против этой идеи. Но я настояла на своем. Зверь не убьет меня сразу. Он захочет узнать, где его Леоль. И если я смогу вытерпеть его присутствие, и скорее всего боль, что он принесет с собой, я оттяну неизбежное до прихода мужа. А там уже можно будет расслабиться и отдаться на произвол королевский лекарей. Уж если они Чиари вытащили из Холодных Чертогов, то меня подавно вытащат. Главное, чтобы зверь не осерчал до такой степени, что я упокоюсь от одного взмаха его когтистой лапы. Да, да! Я помню рассказ сестры, насколько молниеносной была смерть графини, а потому постараюсь не сердить зверя. Ну, постараюсь…

Раздался требовательный стук в дверь, заставивший меня подпрыгнуть на месте, чуть не прищемив себе палец оконной рамой. Я совсем неподобающе выругалась и захлопнула окно. Спускалась вниз со смутным чувством недопонимая. Зверь пришел за Леоль. Но не будет же он просто так стучать в дверь и приглашать мою сестру на свидание? А как же ворваться, разнеся входную стену, в дом, страшно сверкая зеньками и скаля клыки, подхватить красавицу-монашку на руки и унести в свое страшное звериное логово? Где романтизм? Он что, собрался просто постучать и рассчитывает, что я его впущу? С чувством полного кретинизма ситуации, я подошла к входной двери, что стоически терпела, издевательства неизвестного, содрогаясь под мощными ударами. Кто-то ломился, совершенно не понимая, что дверь в обитель мага, скорее всего замагичена и простому физическому воздействию не поддастся. Я подождала еще немного, прежде, чем тяжелая двухстворчатая дверь из дорогого сорта дерева, вдруг вспыхнула ярким солнечным светом, ослепив меня. Следом я услышала крик, удар и незваный гость за порогом притих.

Я нерешительно потянулась к дверной ручке, но дверь снова вспыхнула, на этот раз предупреждающе. Я решила послушаться и не проверять, что стало с тем, кто ломился в дверь. Перевела дух, собираясь вернуться в гостиную, когда почувствовала за спиной движение. Нет, не услышала, а именно почувствовала, и не буду уточнять, в каком месте у меня оказалась интуиция.

- Не бойся меня, - прошептал низкий мужской голос с хрипотцой. Красивый голос, будоражащий. Гость стоял прямо у меня за спиной, и я чувствовала его руки, что аккуратно удерживали меня за плечи от моего опрометчивого шага. – Я отпущу тебя, - услышала я у самого уха, - только не дергайся.

- Как ты попал в дом? – шокировано прошептала я, теряя адекватность. Еще чуть-чуть и впаду в истерику. За спиной послышалось насмешливое хмыканье. – Ты пришел за Леоль?

- Ты же знаешь, ведьма, - в голосе послышалась улыбка.

- Она не пойдет с тобой, - еще тише произнесла я, чувствуя, как напряглись руки зверя на моих плечах и дрожа, как лепесток леперы.

- Ведьма, почему ты боишься меня? – горячее дыхание говорившего коснулось моего уха, но если с мужем этот фокус меня возбуждал, то с незваным гостем вгонял в панику. Надо взять себя в руки. Я сглотнула подкативший к горлу ком.

- Я не боюсь тебя, - сказала я, но мой голос утверждал обратное. Вызвав очередное хмыканье. – И Леоль не отдам.

- Ты не сможешь мне противостоять, ведьма, - улыбнулся зверь, и приласкал мои волосы рукой. – Не мешай мне, девочка. Ты еще слишком неопытная в магии, чтобы совладать со мной.

- А Лис? Он совладает? – зачем-то спросила я, коря себя за длинный язык.

- Дознаватель…- задумчиво протянул стоящий за моей спиной зверь, - дознаватель силен… не хочу проверять, кто из нас сильнее, - решил вдруг неизвестный и развернул меня к себе лицом. – Я ведь могу убить его, ведьма. А тебя это расстроит.

- А ты не хочешь меня расстраивать? – удивленно спросила я, почти теряя сознание от страха. – Тогда не тронь мою сестру. Меня это расстроит!

Стоящий передо мной мужчина рассмеялся. Смех его был так же красив, как голос. Да и сам из себя он был очень ничего. Высокий и крепкий. Черноволосый и черноглазый. С крупными чертами лица. Немного грубыми, что придавала его лицу мужественности.

- Вееедьма, - тихо произнес зверь, отсмеявшись. – Ты дрожишь, как крылья беи, и при этом умудряешься думать о ком угодно, кроме своей жизни.

- Почему ты называешь меня ведьмой? – совладав с голосом, спросила я.

- Потому что ты ведьма, милая, - спокойно ответил гость. – Я чувствую твой дар, и что он не дается тебе в руки. Поэтому и говорю, что ты не справишься со мной, раз уж с ним не справилась.

- Ты маг? – опешила я.

- Маг, - презрительно фыркнул зверь. – Маги получают все готовенькое при рождение. Силу! Дар! Стихию!

- А ты?

- А мне пришлось всему учиться, милая. Вся моя магия в книгах, а сила в артефактах и ритуалах.

- Но, - запнулась я, не зная, как сказать. – Но, ты зверь, - заговорщицким шепотом сказала я, словно открывала тайну, стоящему передо мной.

- Я знаю, - в тон мне прошептал он и тут же открыл свою правду таким же шепотом. – Это моя плата, наказание за силу, которую я получил. Приведи мне твою сестру, ведьма. Она нужна мне.

- Нет! – отрезала я, думая, как бы еще потянуть время.

- Ведьмочка, - ласково провел мне по щеке когтем (когтем?!) мужчина, - я ведь чувствую ее запах. И знаю, где она. Просто не хочу пугать еще больше. Пожалуйста, приведи ее. Я не хочу вам зла.

- Зла? – удивленно моргнула я и перед глазами, совсем некстати всплыла картинка: граф, умывающийся слезами и кровью погибшей жены, держит на руках растерзанное тело и стенает. – А что тебе сделала графиня Де Шерри? Ей ты тоже не желал зла? – я начала закипать и у стоящего передо мной человека округлились от удивления глаза, когда я смогла поймать ветер, сама того не осознавая. Просто вдруг, он что-то увидел в моих глазах и (нет, не испугался) удивился. – Несчастная просто мешала тебе, - рычала я, и руки зверя не могли удержать мое тело, меня вел ветер.

- Ветер! – прошептал зверь, быстро меняясь и теряя контроль над моим страхом. – Ведьма, ты обуздала ветер!

- Нет! – рявкнула я и мужчину отбросило от меня. Я вышла следом из прихожей в гостиную, но уже не увидела зверя. Не видела, но знала, что он здесь. Чувствовала его злой взгляд на себе и его недоумение. Я пыталась не думать, почему он не нападает. Он не боится меня, но недоумевает. – Выходи, - прошелестел ветер по комнате, слетев с моих губ.

- Я не хочу тебя убивать ведьма, - раздался рык, сразу со всех сторон.

- Почему? – еще один шелест ветра. Нет, я не разговаривала, как человек. Мои слова слетали с губ тихим шорохом и шумели по комнате пугающим эхом. – Потому что нас мало?

- Потому что это расстроит твою сестру, – появился в поле моего зрения зверь. И сейчас он был именно зверем, хоть и в нарядном камзоле, и прямоходящим, но лицо и руки… наверное, наполовину превратился. Такое вообще возможно? – А я пришел договориться с ней миром.

- Миром? – со всех сторон полился яркий солнечный свет, ослепляя меня и делая беспомощной, как новорожденный котенок. – Эрнст. Ты убийца. О каком мире ты говоришь? Давай… поговорим даже не о графине, Эрнст! Поговорим о маленькой Рарюше…

Я закрыла лицо руками и сощурилась, пытаясь унять слепоту и боясь, что в процессе битвы, мужчины меня просто сшибут, не заметят, тут же все залито светом и надо думать, что я не одна ничего не вижу.

- Ильиз, - прорычал наш гость со всех сторон сразу.

Я все еще ничего не видела, поэтому пропустила момент, когда мой рот накрыла сильная мужская ладонь, перекрывая возможность вскрикнуть.

- Тихо, - шепнул мне в ухо неизвестный. Вторая рука мужчины сграбастала меня в охапку, и я могла поклясться, что это не дознаватель. Не его руки, не его губы шепчут мне в ухо, уговаривая не дергаться. – Госпожа, вы мне мешаете, вас спасать, - наконец-то не выдержал и прошипел на меня… а Чиари?

Я тут же расслабилась, позволяя, вскинуть меня к себе на руки и унести в неизвестном направление.

- Хорошая девочка, - хмыкнул мне спасатель.

Ильиз Де Ронго

Чернокнижник, значит… что ж, это объясняет, как он прошел магическую защиту. Я думал этих паскудников истребили еще полтора века назад. Ведь в большей части из-за них не стало настоящих магов. От части, конечно, из-за таких, как Чиари. Но в большой степени виноваты именно чернокнижники. Эти! Твари! Доморощенные недомаги! Жажда силы и власти ослепляла смертных, а неспособность противостоять настоящим магам угнетала и заставляла изворачиваться. Путем проб и ошибок, путями темных ритуалов и жертвоприношений, смертные обделенные даром Создателя получали подобие силы, пародию на мощь одаренных. Чернокнижники ничто без своих ритуалов, без артефактов, которые создавались нами – истинными магами, или же самой вселенной! Но стремление получить больше силы, возвыситься над остальными смертными, что не рискнули своими душами ради призрачной возможности пободаться с магами, сгубило всех! И не только нас, но и самих чернокнижников. Это была цепная реакция. Одно событие влекло за собой цепь других и остановить уже было нельзя ни войну, ни смерти, ни будущее, в котором мы маги живем, как считанные на пальцах одной руки калеки, а люди без дара живут без нашей защиты, коей одаренные и задумывались Создателем.

Все началось с зависти. Не все люди были согласны, что маги власть предержащие, вершители судеб, судии, палачи. Не все хотели понять, что мы были оплотом стабильности, порядка, закона. Мы оберегали наши границы от вторжения из вне, мы вершили суды внутри своей страны, мы карали или миловали, осуждали или оправдывали. По совести, по справедливости, по ситуации. Ментальные способности позволяли быть справедливыми. Боевые - держать порядок на должном уровне. Но чтобы это все понять, мало быть невежественными, алчными до власти, слепцами. Надо быть людьми. Мудрыми. Благодарными. Благородными. Да просто нормальными. Адекватными людьми. И… как оказалось, эти простые человеческие качества всегда были в дефиците.

Прежде, чем чернокнижники научились более или менее противостоять магам, они начудили столько, что простые люди стали бояться всех, обладающих силой, не разбирая, кто защитник, а кто дебил с неуправляемой магической дубиной. Нас стали опасаться. Потом бояться. Потом перестали слушать. Законы, установленные ранее попирались. Число жертв и разрушений от стараний недомагов росло и пропорционально росла ненависть людей к нам. Пошли восстания. Появились секты, борющиеся с нами силами этих самих чернокнижников. На каждого мага приходилось по десятку и более носителей псевдосилы. Наша мощь была несокрушима, но кто сказал, что малое не может пошевелить великое, тот не учел эффект комара. Мелкие и неприятные укусы были досадны, а порой даже смертельны для кого менее опытного из нашей братии.

Мы убивали друг друга. Да, еретики гибли пачками, но их были целые массы. Мы тоже несли потери. К моменту, как противостояние достигло эпических размахов, нас всех уже было за что ненавидеть. Люди обозлились и не доверяли больше тем, кто до этого обеспечивал их спокойное и благополучное существование. Маги же тоже обиделись, что их старания канули в лету и оказались недооцененными… словом, нашла коса на камень.

И тогда пришли они… Раса, что ввергла нас всех в небытие. Были ли они посланниками богов, что устали смотреть, как их дети убивают друг друга? Или же их приход на нашу планету был лишь эпическим совпадением событий. В любом случае, они наваляли всем. Не стали разбираться, кто первый начал, кто прав, кто виноват. Отгребли все. По полной. Мало, кому из магов удалось выжить в той зачистке. Удалось ли избежать смерти кому-то из чернокнижников неизвестно, в любом случае, если кто и выжил, то залег на дно. Настала эпоха магического затишья.

Когда мой учитель рассказывал мне историю, я не знал, что он был там тогда, когда сквозь порталы пришли каратели. Много позже я понял, что полтора столетия для мага – это ведь не срок, и наставник действительно мог видеть, как творилась история собственными глазами. А возможно, он и сам ее вершил, эту историю.

- Ильиз! – раздается со всех сторон сразу рычащий голос, словно зверь еще не определился, человеческая у него гортань или животная. – Ваше магичество! – издевательски порыкивает враг, но я знаю, что бравада его пустая. Мое солнце беспощадно и оно повсюду. Оно ослепляет противника, обжигает, причиняя боль, впрочем, на оборотне могут быть артефакты, что позволят ему какое-то время сопротивляться жару моей магии. Кроме того, оборотническая регенерация и высокий порог боли должны помочь Эрнсту выстоять какое-то время.

Возможно, я бы даже поиграл с ним. Мог бы дать твари лживую надежду, что меня можно сразить. Возможно… не будь у меня перед глазами маленького лица девочки, с застывшей маской боли на нем. Не видь я тело, небрежно брошенное в центр пентаграммы, изломанное, словно кукольное. Словно никогда не было живым. Возможно, если бы не Рарюша, я мог бы проявить милосердие или… не знаю, попытаться что-то доказать, как-то меряться силами или размерами эго с чернокнижником. Но нет! Не будет никаких игр. Даже битвы не будет. Только казнь.

- Ты же знаешь, маг, что ты не всесилен, - рычит оборотень и делает стремительный бросок в неизвестность, метит очевидно, ориентируясь на запах, на животные инстинкты, ибо слеп. – Вас уничтожали мои предки с завидной прытью!

У самого моего лица щелкает клыками звериная пасть, обдавая меня смрадом инфернальной магии. Но пройти мою защиту нет возможности, а потому страшные зубы скрежетов проходятся по солнечному щиту, не доставая до меня.

- С чего ты взял, маг, - буквально выплевывает мне в лицо зверь, - что ты справишься со мной? Ты хоть представляешь, какую силу я получил?!

Я знаю, какую силу. А еще я знаю, что этого явно недостаточно, чтобы победить мощь солнца, чтобы справиться с даром Создателя. Но, кажется, сам Эрнст, думает иначе, хотя мы оба чувствуем, что его щиты не выдерживают моего давления.

Чернокнижник не будет сдаваться. Оборотень… он получил возможность обращаться в зверя. Это стало и его силой, его темным даром Отреченного, но и проклятьем тоже. В отличие от истинных оборотней, от расы разумной, созданной Вселенной, вот такие вот выкидыши Холодных Чертогов получают звериную ярость. А судя по его тяге к Леоль, у Эрнта еще и зов пары. Поэтому сдаться он не может. Слишком близко самка, которую он выбрал. И ее запах сводит с ума чернокнижника, заставляет отчаянно рваться сквозь все преграды. Даже… сквозь меня.

У меня ушло не больше пары минут на все мысли, пока я справлялся с защитой Эрнста. Сначала раздался треск, словно камень раскололся, очевидно, оберегающий артефакт пал смертью храбрых и следом взвыл от боли сам зверь. Попытался в последнем рывке броситься на меня, но не смог преодолеть мой световой барьер. Сквозь выжигающую глаза и разум ярость солнца прорезались еще более яркие лучи – концентрированная энергия, сформированная в толстые нити.

- Нет! – ревел и бесновался зверь, к которому я даже руки не протянул, чтобы справится с этой падалью мне достаточно усилия мысли. Руки пачкать не хочу. Как и затягивать казнь! Поэтому планомерно окружал зверя солнечными лучами, загоняя того в магическую клеть. – Нет! – рык прерывался скулежом. – Маг, чем ты лучше меня? С чего решил, что достоин того, чего мне не даешь взять? Я выбрал себе пару! АРРР! – взревел особо пронзительно Эрнст, полностью обращаясь к звериной ипостаси. Я не щадил его. Лучи, из которых сплеталась клеть причиняли ужасную боль чернокнижнику, ужимаясь до контролируемого мной размера, опаляя и поджаривая. – Я просто хочу забрать свою самку!

После обращения, разобрать речь стало не в пример сложнее, но все же возможно. Даже звериной глоткой Эрнст умудрялся не только рычать, но и говорить.

- Я не тронул твою женщину! – в отчаянии выдал свои «смягчающие обстоятельства» зверь, - отдай мне мою!

- Ты не достоин святой невинности Леоль, - мой голос тих, но потрескивает, словно в горле горит костер. – Ты убийца, чернокнижник, душегуб, преступник.

- Это… необходимость, графиня оказалась не там и не тогда… - пытается что-то объяснить, скуля пятится от меня и упирается в солнечные прутья. Рев боли и запах опаленной шерсти. Запах паленного мяса. Вонь инфернальной магии, которую я рассеиваю, дабы не надышаться и не отравиться.

- Рарюша… - подхожу вплотную к узилищу зверя и берусь руками за смертоносные прутья. Мне они не вредят, они часть моей сути. Такие же беспощадные и бескомпромиссные. Низким, тихим голосом произношу, – такова ли была необходимость? Только чтобы отвлечь меня! Ради десятка минут промедления! – бью со злостью по клети, от чего та идет энергетическими волнами и шарахает зверя разрядом огненной мощи. – Помогли тебе эти минуты?! А?! – теряю свое напускное спокойствие и ору. – Спасла тебя смерть девочки?! - И прохожу сквозь прутья, оказываясь рядом с деморализованным зверем лицом к лицу, вернее к смердящей морде. Одно движение и у меня в руке зажато горло зверя, а под пальцами разгорается смертельный разряд.

- Не… - хрипит звериное горло, не имея возможности говорить, но пытаясь вернуться к человеческому говору, - не…

- Рарюша! – сжимаю сильнее. – Ее звали Рарюша, Эрнст. И я не знаю, какой смерти тебя подвергнуть, чтоб она сравнялась по ужасу с той, которую получило это дитя…

- Жива… - из последних сил буквально выхаркивает мне Эрнст. – Не убил…

Секундное замешательство и я в смешанных чувствах роняю смертника на пол. Зверь, скуля и поджимая опаленные конечности отползает от меня, снова напарываясь на солнечную клеть. И снова вой.

- Я видел тело, - склоняюсь к звериной морде.

- Иллюзия…

- НЕЛЬЗЯ, - срываюсь на крик, - наложить такую иллюзию! Даже с инфернальным пеплом! Иллюзия может быть зрительная! Рарюша не дышала! Ее сердце не билось! Не пытайся оттянуть неизбежную казнь!

- Она жива! – выхаркивая запекшуюся в комья кровь, рычит зверь и пытается перекинуться в человека. Но сил нет. Замахнулся на недостижимую цель, думая, что он охотник, а оказался загнанным зверем. – Эликсир сна-смерти… - прежде, чем я наношу последний удар, успевает рыкнуть зверь. И моя рука опускается. Солнце тухнет. Только клеть горит яркими лучами, грозящими испепелить при контакте с ними.

- Алхимик… - с неприязнью цежу я, понимая, что не распознал в теле жизни, потому что оно было в самом деле мертво, но временно. Сердцебиение замедляется настолько, что его даже прослушать невозможно, пульс прощупать шансов нет. Такое реально, но надо действительно уметь сделать правильный напиток. В случае ошибки – результат может быть фатальным. И надо проверить, насколько грамотный алхимик из горе – учителя. Выпрямляюсь. – Тебя будет судить королевский суд, чернокнижник. За смерть графини Де Шерри, за преследование леди Де Агриже, за угрозы маркизе Де Ронго и похищение маленькой Рарюши, попытку убийства, за ритуалы инфернальной магии, и за все, что я еще нарою в твоей голове, Эрнст!

Покидаю клетку, проходя светом сквозь прутья. Надо удостовериться,, что ребенок действительно жив. А когда зверь примет человеческий облик, я узнаю все! Каждую его даже не мысль, каждый помысел.

Демонологи уже должны были разобраться с пентаграммой. Если то был не ритуал призыва силы, то я хочу знать, зачем был нужен весь этот маскарад.

В размышлениях подхожу к окну, желая увидеть свою леперу, желая ее обнять и удостовериться, что все позади, что она в порядке. Но застываю, услышав ее голос. В груди разливается тупая боль от ее слов. Таких… несправедливых…

Глава 27

Хльюи Де Ронго

Что происходило между Лисом и зверем, я не знала, солнце залило все вокруг не позволяя открыть глаз или хотя бы оторвать руки от лица. А звуки были на удивление приглушены. Возможно магия? А возможно двое самцов сейчас стоят друг против друга и испепеляют противника взглядом, не открывая рта. Я ничего не слышала, кроме ровного биения сердца вора, несущего меня на руках. Резко меня что-то рвануло вниз, потом вверх, или наоборот, плохо ориентируюсь в пространстве и ничего не понимаю уже. Главное, что меня не уронили, уже хорошо. Но не спросить, я не могла.

- Чиари, ты только что выпрыгнул в окно со мной на руках?

- Нет, госпожа, я просто перепрыгнул подоконник, мы же на первом этаже.

Я укорила себя за несообразительность, но тут же вспомнила, как он браво сиганул из окна королевского дворца с Леоль на руках, и там был точно не первый этаж.

- Чиари, а ты маг? – шепотом спросила я. Вор тихо рассмеялся и поставил меня на землю.

- Можете открыть глаза, госпожа, только на окна дома не смотрите.

Я нерешительно приоткрыла глаза. Мы стояли недалеко от дома, а из окон лился ужасающий по своей ярости и мощи свет. В глазах все еще плясали разноцветные солнечные круги, не желающие проходить.

- Плохо вижу, - призналась я, отворачиваясь от дома, - глаза слезятся. Что они там делают? – спросила я, косясь на льющийся из окон свет, и пытаясь промокнуть глаза, одолженным у вора платком.

- Думаю, рыжий не пощадит зверя, - скривился он, не смотря на окна. Только на меня смотрел. – Все-таки громкое убийство…

- Ильиз назвал зверя по имени.

- Да, Эрнст. – Кивнул вор, ненадолго задумываясь. – Я знаю этого чернокнижника, госпожа. Но он никогда не был особо опасным. Мне даже доводилось работать по его заказу однажды. Впрочем, в жизни, он мирный учитель. Хоть и носит приставку Де в фамилии, а не брезговал общаться с бедняками и не поверите, помогать им.

- И что он заказывал украсть? – чуть не отпала челюсть у меня.

- Да какая разница, - отмахнулся Чиари.

- Слушай, а как мой муж отнесся к твоей профессии? Нет, я конечно понимаю, что ты спас его жену, но по большому счету, ему на это плевать. Ну, - поправилась я, увидев опешивший взгляд вора, - я хочу сказать, он благодарен за мое спасение, тебе за это спасибо и плаха за все предыдущие преступления.

- Это такого ты обо мне мнения? – услышала я голос за спиной и повернулась снова к дому. Ильиз выглядел уставшим, но живым и недовольно хмурился. Он выглядывал из окна первого этажа и с укором смотрел на меня. – Хльюи, я не думал, что заслуживаю таких слов. Что заставило тебя усомниться в моей благодарности этому человеку?

Я покраснела. Мне стало стыдно. Действительно, некрасиво получилось… подумала я, но вслух сказала другое.

- Ну, ты же меня использовал, как приманку, жертвуя мной, и рискуя, а потом подговорил Чиари меня разозлить. Вот я и решила, что ты не особо печешься о людских чувствах и действуешь только на свое усмотрение и руководствуешься только личной выгодой и целесообразностью.

Повисла тишина. Это я такое сказала? Создатель, какая же я дура! Наверняка, Лис обидится на меня. Или разозлится и прибьет.

- Дорогая, - прищурился муж, и я видела затаившуюся обиду в его янтарных глазах. – Не будь ты беременной…

- Ильиз, я не беременна! – зло и даже несколько истерично выкрикнула я быстрее, чем смогла подумать, стоит ли мне так поступать. Но этот фарс мне надоел. – Иди и прибей уже меня!

Я сильно перепугалась зверя, и нервное перенапряжение искало выхода, вот я и сорвалась. Глупо. Но я не умею еще контролировать свои эмоции настолько. Да еще этот ветер, которому Чиари не позволил вырваться, когда успокоил меня и унес из дома. А ведь ветер разыгрался нешуточный и бурлит во мне, ища выхода. Ну, что же ты молчишь? Что вы оба молчите? Почему не скажите ничего? Я ведь неправа. Скрыла правду. Считай – обманула. А вы молчите… оба…

- Хльюи, - внезапно близко оказался ко мне муж и вытер слезливые дорожки на моих щеках. Надо же, а я и не заметила, что плачу. – Девочка моя, тебе нельзя так нервничать. – Его голос тихий и участливый, говорит со мной как с ребенком или как с буйной душено больной. По интонации слышу, что Лис не хочет меня провоцировать, пытается сгладить конфликт, только мой ветер не желает утихать, стремится раздуть пламя ярости в хозяине солнца.

Я пустым взглядом посмотрела на дознавателя, что по-хозяйски прижимал меня к себе и успокаивал, гладя по голове, и пускал малюсенькие солнечные искорки, что впитывались в мою кожу и волосы и дарили успокоение.

- Ты не понял, - прошептала я. – Я же не беременна, ты обманулся…

- С чего ты так решила? – вкрадчиво спросил муж, отослав взглядом моего охранника. Я видела, как Чиари скрылся в окне дома, откуда уже не светило солнце.

- Я тогда грибами тухлыми отравилась, - нехотя призналась я, - вот мне и было плохо. А ты решил, что я беременна.

- Хльюи, неужели я похож на наивного мальчишку? – улыбнулся муж, заглядывая мне в глаза. Я покачала головой, думая, к чему был этот вопрос. – Я постоянно слежу за твоим состоянием, - рассказал дознаватель, - просвечиваю тебя на предмет любого недомогания или недуга. Каждый день. С того самого дня, как унес тебя с речки на руках. Правда момент с беременностью и в самом деле проморгал – тогда слишком много было других проблем, и я какое-то время забыл про эту свою обязанность.

- Зачем ты меня просвечиваешь?

Лис хитро улыбнулся и обнял меня.

-Ты забеременела еще в конце второго месяца лета, Хльюи. А тот инцидент с грибами…. Ну, так совпало.

У меня отпала челюсть. Месяц! Почти целый месяц!

- Ты скоро сама убедишься в моих словах, погоди день-два, - нахально ухмыльнулся муж, намекая на мои женские дни, которые видимо теперь мне можно не ждать. Я пристыжено зарделась.

- Это этими искорками ты меня исследуешь? – спросила я, краснея до корней волос. Дознаватель согласно угукнул и зарылся в мои волосы лицом.

- Ты действительно думаешь, что я мерзавец? – тихо спросил он в мою макушку. Я слышала обиду в его голосе, которую он пытался не показывать. Я промолчала. Я не считала мужа мерзавцем, но то, что он не считается ни с кем другим, да.

- Прости, - только и смогла, что шепнуть я. – Не думала, что можно так быстро забеременеть.

Я все еще была в шоке от новостей, ведь свято верила, что Лис обманулся. А тут такая новость.

- Было бы желание, - хмыкнул муж и меня, как водой холодной окатили.

- То есть, - процедила я, отталкиваясь от груди мужа, вырываясь из его рук, - это не случайность…

- Нет, - улыбнулся дознаватель, - у меня случайности исключены. Конечно, я не был уверен, что наш союз благословит Создатель чадом, но и не желал специально предохраняться от подобного исхода.

- Все-таки ты мерзавец, - тяжело вздохнула я и поплелась в дом.

- Хльюи, - попытался остановить меня муж.

- Ильиз, - отдернула я от него руку. – В следующий раз советуйся со мной, если решишь вдруг круто изменить мою жизнь.

- Ты не хочешь от меня детей? – опешил он.

- Нет, Ильиз, я хочу, чтобы со мной просто считались! С моим мнением! А ты! Ты! Все! Решаешь! Сам! Это! Не! Семья! Это не пойми что такое… - мой голос сошел на всхлип, и мне пришлось поспешить в дом, чтобы вновь не расплакаться на виду у Лиса. Я решила зайти в дом через дверь, ради разнообразия, заодно и посмотреть, кто ломился к нам. Интересно, что-то осталось от гостя?

Возле дверей темнело пятно, оставшееся от неизвестного. Судя по всему, прах уже развеяло ветром. При моем приближение дверь приветливо открылась. На пороге стоял угрюмый муж, но я не обратила на него внимания, прошла мимо и направилась в гостиную, где в последний раз видела перевертыша. А нет, не последний. Вот же он. Посреди комнаты, среди разрушенной мебели, сверкала солнечными лучами, магическая клеть, в которой бесновался самый настоящий зверь. Разорванная одежда валялась где-то неподалеку. Я остановилась на какое-то время возле клети, чтобы посмотреть в глаза чудовищу из детских страшилок.

- Он не скоро вернется в человеческое тело, - услышала я тихий голос мужа, но не ответила.

- Ведьма… - прорычала звериная глотка. Я не могла понять интонацию, слишком был искажен звук рыком. Но мне кажется, он не был на меня зол. Он меня жалел…

- Леоль, вы в порядке? – спрашивает за моей спиной Чиари. Надо же, по имени. Я повернулась на голоса. Сестра испуганно жалась к стенке, глядя на зверя в клетке, Тания и няня следовали ее примеру.

- Хльюи, тебе не страшно? – просипела сестра. – Отойди от него!

- Нет, больше мне не страшно, - перевела я взгляд на зверя. – Я поймала ветер.

И я точно знала, что он сейчас смотрит в мои глаза и видит его. Ветер, который беснуется и ищет выхода. Эрнст глухо зарычал, поняв, что сейчас я держу свой дар даже не за хвост, нет, за горло. Я снова одарила пленника взглядом, заставив того заскулить и попятиться. Клетка была маленькой, потому зверь быстро наткнулся на ее солнечные прутья и заскулил сильнее, видимо это «солнце» больно обжигало.

Пришлось стряхнуть с себя наваждение и жажду разнести дом по дощечкам, отправляясь наверх.

- Хльюи, - слились в один несколько голосов. Но я никого не слышала.

Я прошла на второй этаж, но заходить в спальню мужа не захотела. Прошла по коридору дальше. Прямо и направо, где была лестница на чердак. Я чувствовала, что если сейчас не дам ветру уйти из меня, то мне разорвет грудную клетку от переизбытка силы. Я крепче сжала свои выдуманные руки на выдуманном же горле этой силы, чтобы хоть как-то контролировать ситуацию. Лестница на чердак заканчивалась глухим люком на заржавевшей щеколде. Наверное, в другой раз, я бы долго справлялась с этой проблемой. Но не сейчас. Стоило мне поднести руку к преграде, как ее разнесло на маленькие деревянные осколки. Меня не задело и ладно. Я поднялась на пыльный чердак и досадно глянула на зияющий лаз внизу. Теперь нечем закрыть.

Чердак встретил меня запахом пыли, пустотой и опускающимися сумерками за окошком. Окно было маленьким, но мне и этого хватит, чтобы пробраться на крышу. Зачем?! Зачем мне на крышу?! Что мне там нужно? Так думало мое подсознание, вопило и пыталось вернуть мне осознанное мышление. Но ноги сами несли меня к окну, а руки сами открывали старые потрескавшиеся створки. Я с сомнением оглядела свой наряд. Платье не пышное. Простое. Но может помешать. В два удара сердца, я скинула с себя платье и туфли, осталась лишь в нижней сорочке, да кружевных панталонах.

Шаг. Ухватилась за оконную раму. Подтянулась, уперлась коленями в тонкий подоконник. Я не осознавала, что делаю. Я даже не заметила, как упустила из рук ветер и стала ведомая им. Ведомая куда? На крышу? Зачем мне на крышу? Подсознание корчилось в истерике, но не могло вырвать меня из «рук» моего дара, который судя по всему, хочет стать проклятьем.

Мне разрывало грудь от непонятного чувства неудовлетворенности жизнью. Хотелось реветь и истерично смеяться одновременно. Я не чувствовала холода, хотя на улице ветер поднялся, нагоняя на столицу дождевые тучи. Мне надо на крышу. Я не понимаю зачем. Просто надо. Меня туда зовет стихия. Не та, что гонит тучи и растрепала мои волосы, а та, что внутри меня. Северный ветер. Его холод обжигает изнутри, требуя выхода. Я пытаюсь вдохнуть полную грудь воздуха, но вместо этого лишь задыхаюсь, и сознание пытается улизнуть от меня. Я из последних сил, подгоняемая жестоким даром в крови, поднимаюсь в полный рост, на маленьком окошке и уже хочу сделать следующий шаг за пределы рамы...Как вдруг слышу в своей голове:

- Тихо, девочка, тихо, - шепчет мне голос, и кто-то успокаивающе поглаживает меня по растрепанным волосам, продолжая шептать в голове. Но рядом никого нет. Я резко обернулась, рискуя вывалиться из окна, но чердак был пуст. – Тихо милая, - шепчет кто-то в моей голове. – Тебе не надо туда. Не надо, Хльюи. Не слушай ветер. Не слушай…

Голос звучит слишком глубоко в моем сознание, слишком родным он мне кажется, слишком знакомым, теплым и обволакивающим. Но ветер злиться, и пытается его перекрыть своим яростным воем, колючим шепотом, леденящим дыханием.

- Хльюи, - шепчет голос, вкрадчиво привлекая мое внимание, - Хльюи, не слушай его.

Я снова оборачиваюсь, чтобы убедиться в пустоте на чердаке, как вдруг чувствую не сильный, но настойчивый толчок в спину. Мои руки отрываются от оконной рамы и, не удержавшись на тонком подоконнике, я падаю вниз, на пыльный пол чердака. Но не долетаю буквально какую-то секунду, как меня ловят сильные руки и все тот же голос продолжает шептать мне. Только уже не в голове, а здесь, совсем рядом.

- Не слушай его, девочка моя, не слушай. Твоя стихия жестока и своенравна. Она не хочет тебе покоряться. Не слушай ветер, Хльюи. – Шепчет муж мне в макушку, зарывшись лицом в мои растрепанные волосы.

- Ильиз, - наконец-то обрела я возможность говорить и немного осознавать происходящее. Повернула в ужасе голову к окну, понимая, что хотела выпрыгнуть, но там вместо меня сидел Чиари и с совершенно серьезным видом смотрел на нас двоих. Это он меня столкнул внутрь что ли? И как же он оказался на крыше? Вот уж профессионал, это точно.

- Да дорогая, - откликнулся муж, целуя меня в макушку.

- Ильиз, я пыталась выпрыгнуть, - испуганно прижалась я к дознавателю.

- Нет, Хльюи, это не ты. Твоя стихия. Ты не можешь с ней сладить, а ветер любит свободу, которую ты ему не даешь.

- Он злится?

- Да, но это не твоя вина. Тебе досталась очень жестокая стихия. Ведь у тебя не легкий, теплый бриз. У тебя в душе беснуется северный ветер. А он очень жесток и коварен. Я не знаю случаев, чтоб его кто-то обуздал.

- И что делать? Рано или поздно, но этот дар убьет ее, - грубо врезался в наш разговор вор. – Его можно прогнать, например?

- Нет, Чиари. Его нужно обуздать или запереть печатью.

- Ну, так запри его во мне! – требовательно посмотрела я на дознавателя. – Что это за дар такой, если он мне только вредит?!

- Нет, милая, нельзя. Он все равно прорвется. И скорее всего тогда, когда мы не будем этого ожидать. Ты должна справиться с ним. Обязана просто! Если хочешь жить. Я отнесу тебя в спальню.

- Но я ведь так и не дала ветру свободы. Он снова попытается вырваться…

- Не сегодня. Я отпустил его, - муж поднял меня на руки, - мне стоило лишь прикоснуться к тебе, чтобы впитать ту силу, которую ты растормошила.

- Впитать?

- Да, я впитал ее в себя и отпустил. До следующего твоего приступа злости, новый порыв ветра не проснется.

- Я хочу принять ванну, - прошептала я, уткнувшись носиком в порядком подуставший камзол дознавателя. Чувствую себя опустошенной, выпотрошенной, уставшей… словно меня размазали как мягкое масло по черствому хлебу. Но это только моральный аспект моего состояния. А вот физически… неудовлетворенность оставшаяся, как в душе, так и в теле терзает меня, курсируя по венам, пульсируя в мозгу, в сердце, в животе… и гораздо ниже тоже.

- Хорошо, - легко согласился мужа, и я почувствовала, как золотистые искорки снова побежали под моей кожей, напоминая собой пузырьки игристого арестрона.

- С тобой, - еще тише добавила я, утыкаясь лицом в широкую грудь Лиса.

- Я знаю, Хльюи, - без тени улыбки хмыкнул он, прижимая меня еще крепче. Ох, неужели ему эти искорки все рассказывают, даже когда я возбуждена? Или он опять мысли мои читает? Вот уж точно повезло так повезло. Вышла замуж за дознавателя. И теперь ни на какие секреты не остается возможностей. Все-таки он мерзавец. Раз так бесцеремонно меня читает всю. Но я люблю его даже таким мерзавцем. Судя по тому, как напряглись его руки, он все-таки читает мысли. Ну, так и сам виноват. Меньше знаешь – крепче психика. Нечего лезть в мою голову!

- Хльюи, - тихо попросил муж, - не злись. Не буди ветер.

Дверь в комнату распахнулась, следующая дверь в ванну. Интересно, а кроме, как с ноги он двери умеет открывать?

- У меня просто руки заняты, - ухмыльнулся Ильиз, говоря этой невинной фразой «да, я читаю твои мысли, хоть ты это терпеть не можешь, и да я мерзавец, но ведь ты меня все равно любишь…» Мое возмущение перекрыл тихий довольный смешок мужа. Он просто закрыл мне рот поцелуем, занося в ванную комнату. Хоть бы дверь за нами закрыл…

Глава 28

Ильиз Де Ронго

Я честно пытался дать Хльюи возможность самой справиться с ветром. Чувствовал, что она держит дар. Крепко. Жестко. Она могла! На самом деле могла справится сейчас. Но ее эмоции… в один момент все поменялось, и ветер перехватил управление над разумом, над силой воли моей несносной женушки. Конечно, я был рядом. Все время ее внутреннего противостояния, я незримым призраком следовал за ней. И стоило только ветру взять верх, как по моему мысленному приказу, Чиари уже готовился перехватить маркизу.

Как же не повезло моей хрупкой лепере с таким разрушительным даром. Жестокая стихия, требующая свободы… Я не знаю, как справиться, что еще посулить, как угрожать, чтобы магия пошла с хозяйкой на компромисс. Тут только один вариант – она должна быть сильнее! Хльюи, ее сила воли, ее самодисциплина должны быть настолько сильны, чтобы никакая стихия не смогла расшатать ее эмоциональный баланс. Пока я рядом, я конечно могу ее страховать. Но, кто знает, когда и как дар проявит норов, и что если я буду не на расстоянии вытянутой руки? Работа такая, да. Могу и с командировкой отчалить, если преступление будет серьезным. Не брать же с собой жену, чтобы всегда быть рядом.

Эта мысль меня напрягла и я с сомнением взглянул на вора. Кажется парень, тебе не повезло, потому что у меня уже мысль крутиться в голове.

- Ильиз, я пыталась выпрыгнуть, - испуганно жмется ко мне Хльюи, наконец-то обретя возможность мыслить, стоило мне только отпустить порыв ее стихии, пропустив через себя, отфильтровав и рассеяв.

- Нет, Хльюи, это не ты. Твоя стихия. Ты не можешь с ней сладить, а ветер любит свободу, которую ты ему не даешь. – Я говорю, а сам размышляю над проблемой контроля эмоций жены, когда я далеко. Удобная штука – параллельное мышление, когда можно решать в голове сразу несколько задач и при этом не терять связь с реальностью, продолжая поддерживать разговор.

Уловив в мыслях Хльюи недовольство, я снова успокаиваю ее, дабы не ярить стихию и закрываю за нами дверь в ванную. Сейчас конечно не время расслабляться, но мне надо восстановить равновесие в эмоциональном состоянии маркизы. Если сейчас оставлю ее такую возбужденную и нервную, она снова пойдет за ветром. Мало того, что у нее возрастной протест, мало нам своенравного дара, что влияет на нее, и ситуаций нервных видимо мало, так еще и беременность сказывается, расшатывая бедную девочку, заставляя ту теряться в своих мыслях, желаниях, протестах и обидах.

Хльюи, моя нежная девочка. Она очень чувственно реагирует на все мои ласки. И хотя мы уже какое-то время делим постель вместе, юная маркиза все еще несколько зажата. Да, позволяет ее любить. Не сопротивляется мне никогда. Чутко отзывается и тянется за лаской, отвечает так горячо и пылко. Но… все же робеет. Нет дикости в ее любви. Даже страсть между нами и та… нежная. Без остроты. Без игры на грани. Даже самые простые отступления от классики жанра уже вгоняют ее в панику. Конечно, мне не составляет труда снова раскрепостить жену и учить ее и погружать в мир наслаждения, заставляя чувственно стонать от того, что еще недавно ввергало невинную душу в шок. Но я всегда осторожен и не перехожу грани, хотя порою очень хочется проявить жесткость и дикость. Но нет, этот цветок пока не готов для таких утех. Я так думал…

Сегодня в мою девочку, кажется, вселился демон порочности. Потому что иначе объяснить ее инициативу я не знаю как. Или это все нервы? Или перевозбуждение на фоне последних событий. У меня после «разговора» с преступником, кстати, тоже по венам словно огонь бежит. Возможно, она просто принимает на себя мои чувства и желания?

- Еще! – пылко выдыхает мне губы маркиза, прижатая мною к стене. Под ногами валяются вещи, сброшенные второпях. Тут же оборванная вешалка с халатами. Перевернутый стеллаж с полотенцами. И Хльюи, распятая мною, прямо на стене. Горячая и мокрая. Ненасытная такая сейчас. И такая… потрясающе чувственная и порочная, что я только усилием воли заставлю себя помнить о звере, которого оставил на первом этаже и о группе захвата, что вот-вот должна подойти к дому, и в которой уже и надобности нет особой. Мысленно отдаю Чиари приказ успокоить спешащих ребят и попросить их без паники дождаться дальнейших приказов. – Ох! – совсем теряясь в реальности выдыхает мне в шею Хльюи, запуская мне в кровь новую волну возбуждения одним своим хриплым голоском. И совсем просевшим до высокой ноты голосом жадно тянет, - ещёёё!...

- Ненасытная моя девочка, - замираю в ней, что бы она прочувствовала в полной мере, на какой опасной грани балансирует. Насколько я перевозбужден ее сегодняшним всплеском страсти. Напрягаюсь и чувствую, как ее тело в ответ сжимается, желая большего. Мы оба тяжело дышим, упираясь друг в друга лбами. – Люблю тебя… - прикусываю жену за губу и оттягиваю. Как же хочется немного остроты!

- А я тебя… хочу прибить… - слабо стонет мне в губы. – Очень сильно порою… - и кусает меня в ответ, срывает мой низкий стон.

- И сейчас? – улыбаюсь, направляясь в ванну, уже заполненную теплой водой и погружаюсь в нее, так и не сняв с себя Хльюи.

- Сейчас тоже, - признается она, удобнее усаживаясь сверху, - но немного меньше.

- А так? – насаживаю ее глубже на себя, заставляя девичью фигурку прогнуться назад, даря потрясающий вид на ее грудь. Такую… невозможно желанную. Помогаю ей двигаться, направляю, как вдруг моя прекрасная наездница бьет меня по рукам, запрещая ее трогать.

- Надо подумать… - склоняется к моему лицу и сама целует меня. Тонкие ладошки ложатся на мои щеки, а сладкие губы дразнящее касаются моих. – Возможно, ты останешься сегодня жив, - шепчет Хльюи и сама делает первое движение бедрами, заставляя меня сходить с ума от ее такого непредсказуемого сумасшествия.

А она действительно словно оторвалась от реальности. Такой свою скромницу я еще не видел и не знал. Вода из ванной выплескивалась, заливая каменный пол, даже не стоны, а крики рвались из пошло открытого рта Хльюи. Но вот такая она… порочная и непривычная, не та милая и невинная, какой я ее полюбил, она все равно прекрасна, она неповторима и желанна, как никогда. Кажется, я люблю ее любую.

Хльюи совершенно потерялась в ощущениях, она больше не противится моим рукам и я могу с наслаждением сжимать ее гибкое тело, что уверенно так доводит нас обоих до исступления. Притягиваю ее ближе, врываясь в рот жестким поцелуем, отбирающим последнее дыхание у нас обоих. Сползаю по скользким от пены бедрам, заставляя их раздвинуться еще шире, насаживая ее глубже, проникая еще резче, от чего моя девочка стонет мне в рот ругательство, вовсе не должное знать приличное юной леди и я улыбаюсь, поглощая ее эмоции и наслаждаясь таким диким ее поведением. Сжимаю с силой женские бедра, уверен, что причиняя ей легкую боль. Но в ответ на это, Хльюи только больше заводится и резче насаживается на меня. Еще и еще… и снова. Мои губы терзают ее рот, а руки скользят дальше, сжимая аппетитные полупопия, грубо массируя их и проникают дальше. Туда, где наши тела нашли плоскости соприкосновения и буквально в пару касаний довожу свою ненасытную развратницу до истерики.

Ммм… как же сногсшибательно она кричит и как горячо и жадно пульсирует, доводя и меня до финала. Когда вспышки в голове несколько улеглись, я отстранено подумал, что это удобный метод решения всех проблем со взаимопониманием – в любой непонятной ситуации, просто заниматься любовью.

Хльюи Де Ронго

- Чувствую себя какой-то похотливой самкой, - стыдливо признаюсь, желая сгореть на месте, но сил не было даже чтобы отвернуться. Лис тихо рассмеялся, откинув голову на бортик ванной. Мы делили с ним одну ванну на двоих. Я устало размазывала мыльную пену по груди мужа, пытаясь не заснуть прямо в воде, прямо на нем, все еще ощущая его в себе.

- А я чувствую себя изнасилованным, - муж вгоняет меня в краску еще больше и не глядя наглаживает мою спину и что пониже. – Знаешь, словно мной качественно так воспользовались, - снова смеется, но скоро становится серьезным и огорчает меня. - Хльюи, мне надо уйти, - прошептал Ильиз.

- На ночь глядя? – вяло удивилась я, не отрывая голову от любимого. Раньше он всегда приходил ночевать домой. А тут вдруг уходит.

- Да, дорогая, я не хочу всю ночь держать в своей гостиной озверевшего чернокнижника, хоть он и в клетке.

- Разве он может из нее выбраться?

- Надеюсь, что нет, но все равно держать рядом с тобой такую опасную тварь, я не желаю. Кроме того, там внизу ждут мои ребята, нехорошо заставлять людей ждать, только потому, что у нас тут приступ страсти случился.

- Он сказал, что не причинит мне зла, - вспомнила я, пропуская мимо ушей информацию о посторонних. Чего уж теперь краснеть?! Назад ведь не отмотать, рот себе не закрыть.

- Это говорил Эрнст, - не согласился со мной дознаватель. – Его сейчас нет. Зверь полностью перехватил власть над ним. Но я надеюсь, что он сможет вернуть себе человеческий разум. Мне нужны его воспоминания. Давай, малышка, я отнесу тебя в кровать.

- Ты носишь меня на руках, - ухмыльнулась я, довольно жмурясь, когда Лис укладывал меня в нашу кровать. – Кади бы удавилась от зависти…

- Спокойной ночи, Хльюи, - тихо рассмеялся Ильиз и поцеловал в лоб. Я уже на грани сна и яви слышала, как за дверью он отдал распоряжение вору сторожить меня, и провалилась в объятия сна. Об обидах не вспоминая, и надеясь, что и муж тоже не вспомнит все те неприятные слова, что я успела ему сказать.

Глава 29

Ильиз Де Ронго

Эрнста мы доставляли в казематы ночью. Во-первых, оставлять чудовище в моем доме я не имел желания, а уже, во-вторых, бонусом шло сохранение операции в относительной тайне для горожан.

Конечно, это было рискованно. Но все же мне пришлось рассеять солнечную клеть. К тому моменту, зверь уже был без сознания, и не скажу, что я сильно церемонился, отключая его. Ребята с опаской, но все же надели на бесчувственного монстра антимагические кандалы и уже куда смелее перекинули его тело в тюремную повозку, ну а дальше дело техники.

Всю ночь мне пришлось провести в департаменте. Сам не спал и никому не давал. Эта ночь была напряженная для всех.

Я изучал документы, общался со следователями и демонологом, работающими в доме Эрнста. Особое внимание уделил моменту с Рарюшей. Девочку нашли мертвой, и таковой же признали. Пока не вынесли тело из подвала. Судя по отчету, иллюзия спала сразу, стоило только покинуть радиус действия заклинания и пентаграммы, исчезли все признаки насильственной смерти и надругательства. Даже одежда оказалась цела. Правда, саму жизнь в тело отлучение от источника заклинания не вернуло. Потому что зелье сон-смерти продолжало действовать.

Благо, что демонолог заподозрил неладное и не позволил увезти тело в морг, отправив к лекарям.

По информации из госпиталя, девочка мертва. Дыхания нет. Сердцебиение не прослушивается, пульса нет.Я успел отослать записку лекарям, с информацией о зелье и характере комы, с рекомендацией, привлечь алхимиков из университета, когда в кабинет ко мне ввалился демонолог, с которым я буквально час, как распрощался.

- Нашел, Ваше сиятельство! Я нашел эту пентаграмму! – радостно заявил он, роняя мне на стол тяжеленный фолиант.

- Точно? – я не веря уставился на огромную пыльную книгу. – Я думал, это ритуал призыва силы…

- Нет! – порывисто взмахнул руками молодой, и такой импульсивный ученый. – Есть, конечно, тут пару символов, намекающих на силу. Но это не призыв. Смотрите! – и демонолог достал из нагрудного кармана лист бумаги, с перенесенной на него схемой, нужного нам маги++ческого рисунка. – Видите? Вот эти линии, и тут…

- Это… - с сомнением присматриваюсь, - жизнь? Нет?

- Точно! – сверкнул глазами он. – Силы да, но жизненные. Пентаграмма была призвана удержать девочку в мире живых, поддерживать ее жизненные силы.

- То есть? – я побледнел, - забрав ее из подвала мы сами погубили ее?

- Не обязательно, что она сразу умрет. Возможно, преступник просто перестраховался, возможно, не был уверен, что действие сон-смерти развеется без проблем. Может быть, вообще впервые его применял? В любом случае, он не пытался стребовать с бездны силу, расплатившись невинной жизнью.

- Этот факт никак не оправдывает чернокнижника, - я сел обратно в свое кресло и хмуро уставился на папку с делом графини Де Шерри. – Его есть за что казнить. Пару раз!

- Я просто ученный, - смутился от моего откровения демонолог, - вам виднее, кого казнить, кого миловать, господин дознаватель. Ведение расследований – территория Вашего сиятельства. Я лишь могу оказывать посильную помощь, - развел руками парень, явно чувствуя себя неловко.

- Да, - вернул я свое внимание ученому. – Вы правы, магистр Иллигрик, простите, задумался что-то. Если не затруднит, посоветуйте толкового алхимика в помощь лекарям. Надо вывести девочку из этого сна-смерти.

- Вы думаете, есть противоядие? – удивился демонолог.

- Я не знаю, магистр. Я могу испепелить магией столицу, но в тонких нюансах всякого там зельеваренья я не силен, увы.

- Как и я, - вздохнул магистр прискорбно.

- О, не переживайте, каждому свое! Зато вы можете загнать в бездну десяток демонов за раз, не говоря уже, что способны их подчинять и даже приручать!

- Знаете… - прищурился вдруг демонолог и с сомнением протянул, - вы не спешите пока казнить этого зверя.

Я вопросительно выгнул бровь, ожидая продолжения.

- Пока девочка не вернется в мир живых, возможно, он будет ее последним шансом. Если кто и сможет сварить противоядие, то только автор самого яда.

Я задумчиво хмыкнул, понимая, что прав демонолог. Надо не спешить.

- Будем надеяться, что она сама очнется в скором времени, но ваш совет несомненно здравый. Благодарю вас магистр.

- Всего хорошего, Ваше сиятельство, - откланялся Иллигрик, утаскивая с собой книгу со схемами пентаграмм, и стоило только ему закрыть за собой двери, как от окна раздалось неожиданно:

- Выглядите… - задумчиво смотрит на меня вор и подбирает слова, чтобы не обидеть мое сиятельство. – Не так чтобы сильно цветуще…

Я сдержанно рассмеялся, оценив сарказм Чиари,и махнул тому садиться в кресло.

- Чиари, я устал, как собака, правда, - признался я, растирая затекшую шею. – Причем морально в первую очередь. Поэтому, если позволишь, не буду тут строить из себя сейчас всесильного дознавателя.

Вор милостиво махнул мне рукой, якобы позволяя ни в чем себе не отказывать. Мы оба улыбнулись, понимая абсурдность ситуации и контекста.

- Зачем звали? – вальяжно закинул ногу на ногу он, откидываясь на спинку кресла.

- Расскажи мне, что ты еще умеешь? – я отзеркалил жест Чиари и тоже расслабленно откинулся назад.

- В смысле… твоих расовых умений, - подсказываю я. – Конечно после нескольких твоих приключений с моей женой и то, как ловко ты унес Леоль… словом, у меня уже сложился небольшой набор твоих возможностей. Но хотелось бы знать, что еще ты можешь такого, что недоступно обычным людям?

- Я немного не понимаю, - признается вор, - судя по вашим словам, я… не человек?

- А ты считаешь, что каждый второй в нашем королевстве может то, что можешь ты? – удивляюсь. Или он действительно не знает, или пытается сделать из меня дурака.

- Ну, я списывал некоторые свои странности на неизвестность, кем был мой папаша, - неловко замялся парень. – К какой расе вы пытаетесь меня причислить?

- Что ты знаешь о себе? – решил я зайти с другой стороны и поднялся со своего места. Пока Чиари собирался с мыслями, я выглянул в приемную, где клевала носом Хедара, продолжая беспрерывно что-то строчить на бумаге.

- Если вы сейчас скажите, как плохо я выгляжу, я… - опасливо сузились глаза секретаря, посылая в мою сторону волну негодования.

- Попытаешься меня убить? – ухмыляюсь я такому абсурду, все же с волнением поглядывая на осунувшееся лицо женщины с отяжелевшими веками.

- Уволюсь! – бросает перо на стол и припечатывает его со злостью.

- Я понял! – отступаю на шаг еще и руки поднял, мол сдаюсь, не кипятись женщина. – Иди домой, Хедди.

- Вы зачем-то пришли ко мне, - еще злее суживаются уставшие глаза.

- Уже ничего, - даю отмашку. – Бери служебную пролетку и отправляйся домой. Мы тут с Чиари как-нибудь и без перекуса обойдемся.

Хедара страдальчески закатила глаза и даже провыла сквозь зубы что-то нецензурное, но я ее уже не слушал. Отпустил ее с чистой совестью, возвращаясь к Чиари, прекрасно зная, что она не уйдет, не покормив уставшее начальство.

- Вам бы тоже отдохнуть, - отрывает меня от задумчивости вор.

- Отдохну. Вот решу пару вопросов еще и сразу отдохну. Так давай с тобой теперь решим. Что ты о себе знаешь?

- Ну, я определенно человек, - хмыкает он и вдруг устало растирает глаза. Тоже вымотался. – Детство у меня не было шибко радужным. Мать… ну, она не была добропорядочной горожанкой.

- Она была в гильдии? – подкидываю наводящий вопрос, но вор кривится.

- Нет, не в смысле полноценного члена гильдии. Но, гильдия ее защищала. Да. – Вздыхает парень, стыдясь своего происхождения. Хотя, чего собственно ему стыдится? Что женщина, в поисках возможности выжить и прокормить сына торговала своим телом? Уж точно не нам двоим судить ее. Не мы стояли на пороге голодной смерти с дитем на руках. Но, меня волнует не этот вопрос, это я и так видел в памяти вора, еще при первом сканировании.

- Я так понимаю, у матери не было никаких сверхъестественных способностей? – меня отвлекает от разговора Хедара, вошедшая в кабинет с подносом, полным еды и горячего кориенда. По кабинету расползся аромат копченой буженины и бодрящего напитка. – Пролетку возьми! – кричу уже в закрывающуюся дверь секретарю, уверенный, что она слышит. И зачем-то комментирую свою заботу о женщине, словно объясняюсь перед вором, - маньяков развелось… Садись ближе, перекусим, за разговором.

- Нет, у матери не было иных способностей, кроме как влипать в неприятности. Она была красивой женщиной, - невесело кривится Чиари, - это было и даром природы и проблемой одновременно.

Да, обычно так и бывает. Женщины становятся заложниками собственной внешности. Я промолчал, не комментировал откровения вора. Он знает, какая информация мне нужна.

- Отца я не знал, понятно, - продолжил Чиари исповедь. – Думал, что некоторые мои странности в него. Даже представлял себе по малолетству, что он не очередной поддонок, что воспользовался моей матерью и бросил. Хотелось верить, что я сын кого-то большего и достойнее, чем какого-то вора или держателя борделя.

- Думаю, ты удивишься, чей ты сын, - все же подаю я голос и жестом прошу продолжать рассказ.

- Я начал замечать за собой странности лет в десять, буквально незадолго до… смерти матери.

- Убийства, Чиари, - поправляю я. – Ты хотел сказать до ее убийства. Я видел в твоей памяти.

Вор угрюмо кивнул в ответ, соглашаясь и мрачнея еще больше, понимая, что еще я видел в его голове.

- Убийцу не нашли? – интересуюсь я, подталкивая к парню тарелку с бутербродами, о которой мы оба забыли.

- Кто будет расследовать смерть очередной шлюхи? – невесело хмыкнул он, и тянется за едой пытаясь скрыть от меня дрожь в руках. – Мстить за мать было не кому.

- Кроме десятилетнего мальчишки, - смотрю внимательно на парня поверх пальцев сложенных в кулак и замерших у рта, но у того на лице нет ни вины, ни раскаяния, только нерв раздраженно на щеке дернулся. Что ж… я действительно видел, как он вершил свою вендетту. Именно этот случай и дал мне понять, кто передо мной. Что же касается морального аспекта? Уверен, что я поступил бы на его месте так же, а может и еще жестче с убийцей.

- И так… ты можешь… уходить в тень? – меняю я тему с щепетильной и разливаю по чашкам горячий кориенд. – Что это такое? Как происходит?

- Я не знаю, - пожимает широкими плечами парень и тянется к чашке, отпивает осторожно, чтобы не обжечься. – Механизм мне неведом. И почему так происходит тоже. Еще свое зрение, реакцию, силу не свойственную возрасту, я списывал на возможное наследие от отца. Мало ли, кто мог им оказаться. А хоть бы и маг какой, а может оборотень? Да мало ли? Говорят, даже на Эфику у людей есть похожие сверхъестественные способности.

- Ты видел когда-нибудь эфикийцев? – улыбаюсь я снисходительно. И ожидаемо получаю отрицательное покачивание головы в ответ. Оно и понятно. Заокеанские гости не частят на наш континент. – Чиари, эфикийцы отличаются от нас, как крокодилы от обезьян.

Вор непонимающе уставился на меня, даже жевать перестал от удивления. А я невольно улыбнулся шире.

- Эфикийцы не просто иная народность, это иная раса. С весьма специфичными особенностями и физиологическими отличиями от людей. Признаться, я думаю, что мы даже генетически не совпадем, а значит, не может быть потомков от связи человека с эфикийцами. Впрочем это только мои мысли. Случаев межрасовой связи не знаю.

- И… - еле проглотив, застрявший в горле бутерброд, с опаской спрашивает Чиари, - кто же я… по - вашему?

- Слышал всем известную версию, как пала власть магов? – грустно интересуюсь, заходя издалека.

- Ну… честно говоря, я не понимаю, как такое было в принципе возможно, - признается вор. – Ладно, я могу допустить, что были несогласные и кто-то решил восстать. Ну, собственно барабан на шею этим смертникам – дураков не жалко. Как так вышло, что маги проиграли… этого мне не понять.

- А мы не проиграли, - криво усмехаюсь и делаю обжигающий глоток. – Нас истребили. Всех. И магов, и тех, кто начал бучу, а именно чернокнижников. Убили всех, Чиари, чтобы не повадно было впредь меряться силами, не считая жертв среди простых смертных.

- И… кто же оказался способен на такое? – чувствует подвох, чувствует.

- Твои предки, Чиари. – Припечатываю я. – Когда у Вселенной закончилось терпение, пришли каратели. И они не щадили никого, обладающего силой или ее подобием. Конечно, кому-то удалось скрыться, залечь на дно. Но тем, кто не сообразил во время спрятать свою силу, приговор был один.

- Каратели? – со страной смесью страха и интереса переспрашивает вор.

- Угу. Пришли такие знаешь всесильные. Словно боги с человеческими обликами. Наваляли всем без разбора, и ушли. Но… видимо, не все, - усмехаюсь я. – Ну или перед уходом кто-то из них успел развлечься и тогда получается, что ты не прямой потомок, а возможно правнук… поэтому твои способности сильно разбавлены примесью человеческой крови.

- И… что умели эти каратели? – правильные вопросы задает.

- Я не знаю, Чиари, мне двадцать восемь, а конфликт был полтора века назад. По рассказам моего наставника я могу точно сказать, что ребята были просто невероятно живучими. Убить их не выходило от слова совсем. При любой атаке будь то магической или физическом воздействии, каратели словно сливались с пространством, растаивая просто в воздухе, пропуская через себя любую попытку ударить. Что-то похожее проделываешь ты, уходя в тень.

- Хм… - задумчиво кусает бутерброд вор.

- А еще они были бессмертными или около того. Это тоже домыслы с рассказов наставника.

- Но так, как я в большей степени человек, я не могу быть бессмертным, - вспомнил свое предсмертное состояние он.

- Но! – я восклицательно поднял палец вверх, призывая к вниманию, - ты должен быть очень вынослив, парень. Просто нечеловечески силен и вынослив!

Вор растер своей здоровенной пятерней лицо, и устало посмотрел на меня между пальцев, жалобно простонал:

- А может я все-таки корнями в эфикийцев? – с какой-то детской надеждой спрашивает, вызывая у меня понимающий смешок.

- Тогда у тебя должна быть, как минимум, кожа болотно-зеленного цвета, - разрушаю я все надежды вора.

- А как максимум? – ужасается он.

- Ну, еще они лысые. Совершенно. Ни волос, ни ресниц, ни бровей… и несколько… чешуйчатые, да, - виновато развожу руками, словно сам создавал это недоразумение. Вроде и человекоподобные, прямоходящие, разумные, а все же такие… жуткие.

- Ужасно, наверное, выглядят, - предполагает Чиари и хмурится. – Но все равно лучше, чем то, что вы задумали, да?

- Точно, малыш, - сочувственно поджимаю губы. – Будет очень неприятно.

- Понятно, иначе, зачем бы вам моя выносливость, - все правильно понимает он. – Только я еще не понял, почему должен согласиться на вашу пытку? Так понимаю добровольную?

- Угу…

- И зачем это мне? – снова задает провокационный вопрос.

- Тебе это конечно не к чему, - решаю говорить максимально правду. Он имеет право знать, ради чего страдает. – А вот маркизе, возможно, спасет жизнь.

Хлопок ладонью по периллу кресла и Чиари откидывается на спинку, запрокидывает лицо к потолку. Буквально несколько секунд у него на обдумывание и, он нервно растерев лицо, возвращает свое внимание мне.

- То есть, я должен страдать ради женщины, которую никогда не получу, так? Я ничего не упустил? Почему я сейчас должен выдать вам добровольное согласие на экзекуцию?

- Потому что от твоих предков Чиари ты унаследовал еще и очень неудобную особенность натуры.

- Это какую? Лезть не в свое дело?

- Гипертрофированное чувство справедливости. Ты не пройдешь мимо того, кто нуждается в помощи. Именно поэтому и пошел спасать ее, хотя уже тогда знал, что спасаешь чужую жену. Именно поэтому ты хладнокровно перерезал горло убийце своей матери, даже не задумываясь, что в тебе говорит кровь карателей! В тебе ярится пламя справедливости. Ты не позволишь умереть Хльюи, я знаю.

Чиари нервно дернул щекой, недовольный тем, что я знаю слишком много о нем. Но опровергнуть мои слова не смел.

- А еще… - решил я добавить провокационную ложку меда в бочку неприятных подробностей, - прекрасная и скромная Леоль наверняка проникнется таким героизмом и будет благосклонна к отчаянному спасителю ее любимой сестрицы…

- Достаточно. – Перебил меня вор. – Это низко, ваше сиятельство. Вы прекрасно знаете, что леди Де Агриже не для безродного вора взращена. Кроме того, я сам не посмею с нее брать никакой платы за то, за что вы мне платите сполна. Это подло выставлять на кон честь чужой дочери!

Я слушал негодование вора со скрытой ухмылкой в углу рта. Говори – говори, мальчик. Выскажись. Покажи всю ярость справедливости. Покажи, насколько ты достоин обеих маршальских дочерей. Одной в охранники другой в спутники жизни.

- Все? – усмехаюсь я, стоило вору прекратить меня отчитывать, как сопливого мальчишку. – Так вот, потомок яростных карателей, я уверен, что честь Леоль будет с тобой в большей сохранности, чем при любом монастыре. Особенно, если ты эту самую честь заберешь, но это уже сами разбирайтесь. Графский гнев беру на себя. А теперь ответь мне, Чиари, носитель крови пришлых небожителей, ты даешь мне добро на вторжение в твое сознание?

- Вас разве когда-то останавливали протесты? – обреченно поднимает на меня глаза вор.

- Нет, но сейчас это важно. Мне нужно полное доверие, абсолютное слияние и никаких протестов. Если ты воспротивишься, я даже пробовать не буду – ничего не выйдет, кроме, как сделать из тебя слюнявого идиота.

- Радужно, - хмыкает Чиари.

- Угу. Твое согласие – не просто важный, а можно сказать основной нюанс для благополучного исхода дела. Так что ты мне ответишь? – задаю вопрос в последний раз и, наши глаза перекрещиваются в молчаливой битве взглядов. Я все сказал. Теперь его ход. Впрочем, в ответе я не сомневаюсь. Я знаю этого мальчишку лучше, чем он сам себя.

Глава 30 – 31

Хльюи Де Ронго

Каким образом дознаватель транспортировал из нашего дома клетку со зверем, я не представляю. И куда? И что с ним сделали? Казнили как чернокнижника? Или убили, как бродячего пса? А может быть его бросили гнить в казематах тайной канцелярии? Я старалась не думать о звере. Иначе рисковала вспомнить Эрнста, который можно сказать пощадил меня. Ведь мог и психануть. Повезло? Или не настолько он был проклят Отреченым? Нет, не хочу думать об этом.

Куда больше меня заинтересовал мой таинственный охранник-вор. Чиари иногда откалывал номера достойные магов. Но при этом по уверению дознавателя, магом не был. Да его и самого смешит такая теория. Но то, что он иногда вытворяет…. Почему солнечный свет Лиса меня ослепил, а его нет? Почему, он не разбивается, выходя прочь из окна, любого этажа? Почему Ильиз взял его на работу, вместо того, чтобы засудить за прошлые огрехи? Я могу бесконечно сильно любить мужа, но я же не слепая и прекрасно, знаю, не будь вор ему полезен, он бы не посмотрел на его подвиг. Чего скрывать, муж мне достался себе на уме.

- Хльюи, ты что делаешь? – Услышала я голос сестры, заходящей ко мне в комнату. Леоль так и не решилась вернуться в отчий дом, не смотря на все угрозы и скандалы нашей маменьки. Ильиз был только рад такой компанией для меня, так что маменька осталась зла…

- Леоль, - улыбнулась я, отвлекаясь от своих мыслей и отходя от окна. – Я просто думала.

- О предстоящем обеде? – несколько напряженно уточнила сестра. Я посмотрела на нее с некоторым сочувствием. Надо же так бояться…

- Нет, моя наивная монашка, - усмехнулась я, пытаясь показать всё своё пренебрежение к ситуации. – У меня есть заботы и проблемы поинтересней и поважней обеда с их мерзейшествами.

- Негоже так отзываться о матери и сестрице, - укорила меня Леоль, впрочем, я уверена, что она сказала это скорее по привычке, на самом же деле думая о наших общих родственницах еще хуже. Мы немного помолчали, сидя на одном подоконнике и наблюдая, как Тания возится в саду, высаживая новые кусты лепер и теорилий.

- Хорошая девочка, - мягко заметила Леоль, указывая на старательную Танию.

- Да, мне повезло с ней. – Я не стала спорить и развивать тему, прекрасно понимая, что сестра хочет поговорить совсем о другом. – Леоль, ты же понимаешь, что не сможешь скрываться вечно от графини Де Агриже?! – скорее утвердила я, чем спросила. – Ты должна дать отпор ей, если не хочешь всю жизнь прожить по её указке, выйти замуж за нелюбимого человека, которого тебе сосватает наша меркантильная матушка и ночами плакать в подушку по своей загубленной молодости в частности и жизни в целом…

- Я не имею твоей силы воли, Хльюи, - ровно ответила Леоль, неотрывно следя за копошащейся в земле служанкой. – Наверное, такова моя судьба, выйти замуж и освободить очередь на выданье Кадди.

- Брось! – зло прикрикнула я. – Не думаешь же ты, что в браке по расчету есть какая-то прелесть. Тем более по расчету кого-то другого, кому не придётся каждую ночь терпеть твоего мужа в своей постели.

- Ты мне не кажешься несчастной, - возразила мне сестра, - а ведь твой брак нельзя назвать следствием бурного романа и неистовой любви.

- Это другое, - немного успокоившись, я снова уставилась за окно, правда невидящим взглядом. – У меня не было другого выхода, хотя изначально я пыталась всячески воспрепятствовать этому браку. Правда совсем недолго, - горьковато усмехнулась я.

- И что изменилось? Ты резко влюбилась в страшного и таинственного мага-дознавателя? Тебя соблазнили его сила, красота и опыт взрослого мужчины? Или может быть титул маркиза? А может быть ты вышла за него, чтобы позлить матушку и Кадди? С тебя сталось бы… - в словах Леоль не было ни злости, ни зависти, только интерес. Наивный такой интерес, но совершенно искрений. Наверное, именно поэтому я не только не обиделась, но и соизволила ответить. Возможно не только ей, но и себе.

- Я просто поняла, что другого пути нет. И дело даже не в том, что я погибну без его магии, которая блокирует и сдерживает моё проклятье. Дело в том, что с самого начала нашего знакомства меня ужасно к нему тянуло. Я могла отнекиваться и уверять себя в обратном. Но в глубине души я хотела быть с ним. Намного сильнее, чем позволяют приличия. И когда отец сказал, что я не обязана выходить замуж по чьей-то воле, я осознала, что не только должна, но и хочу быть его женой.

- Может быть, это было внушение? – внезапно предположила сестра, а я нахмурилась. – Ну, он же маг, - понизив голос, сообщила она, пытаясь объяснить своё предположение.

Я не стала отвечать. Мог ли Ильиз так поступить со мной? Мог! И я это понимала. Как понимала и то, что «мог», не значит «стал бы». Нет, он не стал бы так поступать. Слишком гордый и самонадеянный. Слишком независимый и до определённого смысла всесильный. Он бы не опустился до ментального внушения. Вот взять измором, это да. Но я сдалась раньше, решив не портить нервы ни себе ни ему.

- Ты любишь мужа? – вклинился в мои мысли вопрос сестры. Я не смотрела на неё, но чувствовала её взгляд на себе.

- Люблю, - тихий шелест слов в ответ. – С того самого момента, как увидела его.

Сестра обняла меня за плечи, и я расслабленно привалилась головой к её голове.

- Маркиз Де Ронга сильный и могущественный покровитель, за ним можно спрятаться от маменьки, - горько вздохнула Леоль. – Я не имею такой роскоши.

- Ничего, мы что-нибудь придумаем, - решительно прищурилась я, вглядываясь вдаль.

Хльюи Де Агриже

Обед проходил в тяжелом молчание. По крайней мере, мать и мои сёстры пытались это молчание создавать. Отец же, напрочь игнорируя общую напряженность, свободно и весело общался с Лисом, бурно жестикулируя, громко смеясь и с аппетитом поглощая изысканные яства и вина. Мать неодобрительно косилась на этакий беспредел. Кадди высокомерно закатывала глаза и кривила свой идеально ровный носик с замаскированными веснушками. Леоль старательно тупилась и пыталась не привлекать к себе внимания. А я… Я? Ну что я? Я как обычно… всех бесила. Причём бесила даже нашу святошу – сестру, которой в принципе гневиться по статусу монашки не положено.

Ильиз с отцом тоже поглядывали на меня с укором, не одобряя, выбранного мной стиля поведения с ядовитыми родственницами. Но поделать я ничего не могла ни с собой, ни с чувствами моего дара – проклятия.

- Леоль, я думаю, что ты достаточно стеснила своим присутствием наших молодожен, - наконец-то не выдержала маменька и перешла к делу, собственно из-за которого и приехала в дом дознавателя на обед. – Пора вернуться домой и подумать о будущем.

- И какое же будущее вы, матушка, пророчите нашей монашке? – совершенно невежливо поинтересовалась я, в очередной раз, вызвав у всех неодобрительные взгляды.

- Замужество, разумеется, - мать повела точенной медной бровью, Кадди отчетливо скрипнула зубами, Леоль вздрогнула, но ответить не посмела.

- И что, уже нашли за кого? – не отставала я. Все с интересом уставились на графиню, ожидая ответа.

- Граф Ортелье, - после недолгой паузы, всё-таки ответила мама.

Повисла тишина, в которой отчётливо был слышен вздох монашки. Я постаралась напрячь память и вспомнить, о ком говорит графиня, но… граф был для меня неизвестной личностью.

- Весьма… странный выбор… - после недолгого размышления, вдруг выдал Ильиз, аккуратно подбирая слова.

- Молод, знатен, богат, красив… что еще ей надо? Матушка постаралась подобрать жениха нашей тихоне такого, что обзавидуешься! – мерзковато прошипела Кадди.

Повисла очередная неловкая пауза. Я кожей ощущала, что Ильиз знает несколько больше об этом Ортелье, но почему-то не спешит говорить правду. Маменька не будь дура, тоже это поняла.

- Ильиз, вы хотите что-то добавить по поводу выбранной мной кандидатуры? – Сдержанно поинтерисовалась она.

- М… - замялся мой муж, - не уверен, что информация предназначена для очаровательных ушей ваших дочерей. Но да, мне есть что добавить.

- Говорите! – взмолилась Леоль, - я прошу вас, господин Де Ронго!

- Леоль! – тихо отдёрнула сестру графиня, призывая не забывать о приличиях. – Не стоит щадить моих дочерей, Ваше сиятельство. Жизнь их не пощадит. Пусть привыкают, что жизнь это боль. Расскажите нам, что мы должны знать, пожалуйста, - с совершенно очаровательной, но холодной улыбкой попросила мать.

Лис посмотрел на маршала, тот лишь рукой махнул, или сам не знал, что знает дознаватель, или не считает это таким уж ужасом.

- Граф Ортелье… страдает… или наслаждается… - аккуратно подбирал слова дознаватель, - некоторой зависимостью… Как муж, он будет несостоятелен.

- Кхм! – напомнил о себе папенька, намекая, что к таким откровениям его невинные дочери не готовы.

- Он бесплоден? – наивно ужаснулась Леоль. Кадди в очередной раз высокомерно закатила глаза. Маменька недовольно поджала губы.

- Не совсем так, Леоль, - усмехнулся Лис. – Граф любитель юных и очаровательных… юношей. Именно ими, Ортелье разнообразит свой досуг. И не сказать бы, что его влечения взаимны. Нет, дорогая моя Леоль. Граф мужеложец и насильник.

- Ну, хватит! – повысил голос отец, сестра в ужасе прикрыла рот ладошкой. Кадди страшно выпучила глаза, даже она не ожидала подобных откровений. На прекрасном лице графини, не дрогнул ни единый мускул.

- Что ж… - после недолгого замешательства продолжила она диалог, - что ж вы его не арестуете?

- Диригий… - односложно ответил дознаватель. – Он не разрешил пока трогать его. Есть пока на него планы. Но в качестве мужа для юной Леоль не рекомендую категорически.

- Почему он решил жениться? – не удержалась я от вопроса, - если жена ему по сути не нужна…

- Ну, - нехотя начал отвечать муж, - слухами наше королевство полнится… И чтобы немного слухи заткнуть… Да и такой шанс… дочь маршала…

Лис недоговорил, но все и так всё поняли.

- Я вас услышала, Ильиз, - с немалой долей благодарности в голосе, произнесла мать. И после некоторого замешательства призналась, - после того злосчастного бала, когда мы представили Леоль на выданье, предложения поступают регулярно. Пока я никому не ответила положительно, но не буду скрывать, склонялась к кандидатуре Ортелье.

Повисла очередная тишина.

- Отец, а что ты скажешь по поводу необходимости выдать замуж Леоль? – решила я нарушить тишину.

- Это правильное решение, - не раздумывая ответил маршал. – Ей уже, во-первых, пора, во-вторых, ваша матушка старается подобрать мужа достойного, в-третьих – если Леоль не собирается посвятить себя и свою жизнь целомудренному бдению своих души и тела в монастыре… то замужество закономерный этап жизни каждой леди…

- Достаточно, - мягко перебила я папеньку, понимая, что отстаивать свободу дочери он не намерен. – Я поняла твою позицию.

- Хльюи… - попытался меня урезонить муж, под довольное хмыканье Кадди и царственное молчание графини. Устроить скандал с последующим битьём тарелок и громких заявлений мне не удалось. В дверь требовательно постучали.

Через несколько минут в столовую зашла испуганная Тильба и просеменила к Ильизу. Ни на кого не глядя, она быстро зашептала тому на ухо и всучила в руки маленький конвертик.

- Спасибо, - коротко отпустил служанку дознаватель и, извинившись уже перед нами, вскрыл конверт столовым ножом.

Муж читал быстро. Взгляд бегал по бумажке и снова возвращался к прочитанному. Я видела, как ему не нравится текст послания, от кого бы он ни был. Рыжие брови хмурились, золото в глазах потемнело, и даже лицо, казалось, приобрело неживой оттенок серости.

- Что-то произошло? – не выдержав, решилась я оторвать мужа от очередного перепрочтения письма. Ильиз поднял на меня затуманенный дурными мыслями взгляд и не глядя передал письмо маршалу. Все в ожидание уставились на отца, но тот не обладал такой выдержкой моего возлюбленного палача, а потому с первых слов в письме, выронил вилку и принялся ожесточенно тереть себе лоб, видимо пытаясь повысить качество мыслительного процесса. С каждым прочтённым словом он становился всё более злее и злее. Ильиз не смотрел на графа и его реакцию. Его взгляд совершенно больной был адресован только мне.

Глава 32

Хльюи Де Ронго

Я сидела в гостиной и усиленно пыталась делать вид, что не переживаю. Глупая изначально затея – пытаться обмануть своего мужа, который знает и чувствует меня, как самого себя, и который к тому же еще и маг-дознаватель. Он читает людей с одного взгляда, по эмоциям, мимике, по не так вздёрнутой брови или как раз так прищуренным глазам… И это уже не говоря о его способностях при необходимости читать мысли или заглядывать в воспоминания… Одно слово – дознаватель. Спасает меня от разоблачения только то, что Ильиза рядом нет.

Но я упёртая и своего страха перед ситуацией выказывать не хочу. Сижу себе с независимым видом, типа книжку читаю, пока у всех почти истерика. Я не поддаюсь общей истерии. Всех игнорирую. Мне нельзя нервничать, я ж в положение. Оглянула быстрым взглядом всеобщий хаос, и добавила про себя – в незавидном положение…

Вздохнула украдкой и опять читаю… хотя букв и не вижу из-за переживаний.

Ильиз с моим отцом закрылся в кабинете, но даже через запертые двери было слышно, как они орут на кого-то, кто очень спокойно держит ответ. Леоль расхаживает из угла в угол и нервно теребит несчастный истерзанный платок. Глаза на мокром месте. На подоконнике, сидит с похожим на мой независимым видом Чиари. Он свесил в комнату одну ногу, вторую же согнутую в колене поставил на подоконник, в качестве подставки под свою расслабленную руку. Смотрит на всех, чуть ли не позёвывая, настолько ему скучно. Только глаза, как два его стилета, остро ощупывают пространство на опасность.

Какая может быть опасность в комнате с одними женщинами? Да какая угодно! Непредсказуемый серпентарий.

Маменька буравит взглядом холодный камин и нервно постукивает наманикюренными ноготками по подлокотнику кресла. Кадди уподобилась Леоль и расхаживает по комнате. Совершенно бестолково передвигаясь и, словно сама с собой спор ведёт, фырчит что-то себе под нос, еле слышно возмущается…

- Хльюи, оторвал меня от размышлений голос мужа. Я и не услышала, как они с отцом успели вернуться. – Мы говорили с Диригием…

- И что? Всё настолько плохо? – ледяной голос графини де Агриже вклинился в монолог дознавателя. – Что вообще происходит? Почему вдруг вас обоих срывают с места настолько резко, словно на нас Фимуртания напала?

- Поверьте, что не всякая информация должна быть оглашена, даже самым близким людям лучше не знать всех секретов, тем более секретов государственного уровня, - совершенно спокойно ответил Ильиз.

- То есть, ехать вам всё-таки придётся? – уточняет матушка и смотрит на нашего маршала с какой-то затаенной тревогой. Вот много чего неприятного могу сказать о своей родительнице, но никак не повернется язык упрекнуть ее в нелюбви к мужу. И как такие разные люди, а так друг друга любят?

- Придётся. И даже быстрее, чем могли бы предположить. – Отвечает отец и смотрит на меня, - девочка моя, что же с тобой-то делать?

- Я думаю, не пропаду тут в компании Леоль, Тании и Чиари, - с сомнением тяну я, но вижу у Лиса сомнения во взгляде. Чую, сомневается гад в моих умственных способностях…не иначе. Папенька тоже так красноречиво брови хмурит. - Или я могу поехать с вами? Буду под строгим присмотром, точно беды не натворю… - исправляюсь я, но по реакции мужчин понимаю, идея крайне неудачная.

- Так, девочки мои, - вдруг решается маршал, - поехали домой. Мне еще собраться надо. А Ильиз пусть с Хльюи сам поговорит.

- Нет уж! – воспротивилась матушка. – Я хочу знать, что происходит здесь и сейчас и что за проблема с Хльюи, если вы её оставить боитесь! В конце концов, она моя дочь и я должна знать, что к чему!

- В первую очередь, Хльюи моя жена. И вы будете знать о ней только то, что позволю я, - строго осаживает дознаватель свою тёщу и уже куда более ровно обращается к тестю, - мы еще свяжемся перед отбытием.

Папенька подхватил под белые ручки мать и сестрицу и увёл, чуть ли не силой, что-то гневно нашептывая.

- Чиари, - всё еще глядя только на меня, позвал Ильиз вора. И не проверяя, был ли услышан, отдаёт распоряжение, - уведи Леоль.

Я всё так же сижу в кресле с книжкой в руках, а передо мной возвышается очень недовольный муж. Слышу короткий вскрик сестры. Не сдержав любопытства чуть отклоняюсь, чтоб выглянуть из-за дознавателя. Увидела только широкую спину вора по ту сторону окна и брыкающуюся в его руках Леоль. Мда… помощника Ильиз подобрал под стать себе – бескомпромиссного.

- Ильиз, - я подняла глаза на мужа, что задумчиво покусывал губы, глядя на меня, словно обдумывал, не проще ли меня просто прямо тут удавить и всех делов то…- если ты сейчас же не объяснишь мне, в чём я опять накосячила, я буду вынуждена признаваться во всех своих грехах сразу. Дай мне шанс, хоть что-то утаить и подскажи в чём конкретно каяться сейчас…

- Что? – вдруг ожил муж и более осознанно посмотрел на меня, будто не буравит меня испепеляющим взглядом секунду назад. – Что за глупости, дорогая, - он как-то слишком эмоционально всплеснул руками и сел прямо на пол у моих ног. – Ты тут не при чём, конечно же. Просто в провинции Арзишаль произошло… происходит… да Отреченный с ними, никто не знает, что там происходит! Именно поэтому тебе нельзя поехать с нами, слишком рискованно.

- Не понимаю, - перебила я мужа. – Вы с папенькой по работе никогда не пересекались, насколько я понимаю. А сейчас совместное задание, да еще и к Отреченному на рога! Где эта провинция вообще находится?

- На другом конце страны, - гулко сглотнул Ильиз, подтверждая все мои опасения, - на границе с Япираннией…

- Здорово! – я откинула ставшую не нужной книгу. - И что там такое произошло? Убийство? Диверсия? Если нужен папенька, то вопрос нарушения государственных границ, а если еще и ты, то вопрос усложняется наличием магической составляющей… Ильиз, только не говори, что там орудуют маги из Япираннии! И ты единственный маг, кто будет им противостоять?!

- Знаешь, любимая, с твоим аналитическим умом надо не дома сидеть за вышивкой скучать, а в помощники дознавателя идти… - прищурился муж и внезапно обнял меня за ноги, припал к ним лицом и глубоко вздохнул. – Я не могу тебя взять с собой, это слишком опасное путешествие для беременной женщины. Но и оставить тебя без магического присмотра не могу. Если твой дар прорвётся и не кому будет тебя успокоить, я могу потерять не только наше еще нерожденное дитя, но и тебя, Хльюи… А то, что дар попытается вытянуть из ребёнка жизнь, это безусловно…

- Я буду держать его за горло, но не позволю навредить, обещаю, - тихо пообещала я мужу и склонилась к его голове своей, обняла сидящего у моих ног мужчину. – Ты только возвращайся поскорее…

- Ты не справишься сама, - гулко произносит мне в колени дознаватель и наконец-то поднял на меня глаза. Мы оба выпрямились. И скрипя сердцем продолжил, - я отвезу тебя во дворец, Хльюи. Диригий очень сильный маг, он сможет запечатать твой ветер, если ты не справишься.

- Я не хочу жить во дворце, - взбеленилась я, и заговорщицким полушепотом призналась, - я его боюсь.

- Кого? Дворца? – улыбнулся лис, хотя прекрасно понял, о ком я говорю.

- Диригия… он… ну, в общем… меня смущают его намёки, - не хотела сдавать сюзерена, но пришлось.

- Хльюи, - рассмеялся тихо муж и привлёк меня в объятия, - намёки это всё, что он может делать. Не бойся. Ты уже моя! Перед богами.

- Думаешь, его остановят вот эти побрякушки? – с сомнением я посмотрела на брачные браслеты.

- Нет, Хльюи, его остановит божественное благословение. А боги благословили наш союз чадом…

- О… ну тогда конечно, - сомнения в моём голосе меньше не стало.

- Так, выключай немедленно свою внутреннюю вредину и давай собираться. Тебя будут сопровождать Леоль, Тания и Чиари. Думаю, через такой тройной барьер не пробьётся даже Диригий. – Снова смешок от мужа и поцелуй, напутствующий, почти отеческий. Так что давай, прекращай бояться. Ты же даже страшного дядю дознавателя не испугалась, когда увидела…

- Еще как испугалась, - не согласилась я. – Как увидела тебя лежащим на берегу реки без признаков жизни, так сразу и испугалась, что еще и в твоём убийстве обвинят…

- Иди, - улыбнулся Ильиз и с лёгким шлепком по попе отправил меня собираться.

Я уже поднялась по лестнице наверх, когда бросила случайный взгляд вниз на мужа. Вся его бравада исчезла. Он рухнул в кресло, из которого я недавно встала, и отчаянно зарылся руками в свою рыжую шевелюру. Я видела, какое отчаяние его съедает, но не могла помочь. Сгорбленная в кресле фигура вдруг вздрогнула и обернулась на меня, прожигая светом янтарных глаз. И единственное, что в них читалось – отчаяние…

Я украдкой вытерла слезинку и отвернулась, оставляя мужа наедине со своим самобичеванием. Я не могла ему помочь, как бы не хотела. А моя жалость ему точно не нужна. Не тот человек. Жалость унижает. Лучше, я буду верить в его силы, и молиться богам о его возвращение. Всё, что я могу для Ильиза сделать действительно стоящее – это сохранить нашего ребенка, уберечь от моего проклятого дара.

Я уже зашла в нашу спальню и успела даже осмотреться, прежде чем почувствовала горячее дыхание у себя на затылке и такие же горячие руки на талии.

- Я люблю тебя, Хльюи, - прошептали такие родные губы, которые тут же пустились в путь по моей шее. – Я обязательно вернусь, даже из Чертогов Отреченного…

Руки дознавателя поднялись с моей талии на грудь и ухватились за край выреза. Резкий рывок и треск ткани… Еще рывок… и еще один… и платье опадает лохмотьями к моим ногам. Ильиз разворачивает меня к себе лицом и всматривается раскалёнными солнцами в самую душу мне, пока его руки продолжают бесчинствовать, срывая с меня остатки белья… И вот я стою вся такая беззащитная перед его порывом, обнаженная и смущенная под изучающим взглядом… А муж смотрит на меня… словно осталось что-то, что он еще не видел на моем теле. Потянулся к моим волосам и несколькими движениями распустил, уложенные в причёску, волосы.

- Хочу тебя запомнить такой… - шепчет мужчина и склоняется к моим губам. Дарит неимоверно нежный поцелуй, от которого я таю, как холодный фимуртанский десерт на солнце… А уже в следующее мгновение я взлетаю в воздух, подхваченная сильными руками…

- Ильиз, тебе надо собираться, - невнятно напоминаю я мужу.

- Ничего, Диригий меня поймёт, - отрывается на секунду от ласк лис, чтобы ответить мне, и снова возвращается к своим уверенным, но нежным поцелуям. Словно прощальным…

Глава 33 – 34

Ильиз Де Ронго

Не может быть все хорошо, да? Вот и дело закрыли и девочку спасли, и даже из комы ее вывели! Правда, после разговора с Рарюшей выяснилось, что она сама пришла к Эрнсту, к своему учителю за помощью. Сбежала, узнав, что ее пророчат в жены и узнала кому. Вот и… напорола маленькая дел с перепугу . От неразумного предложения девочки, а именно обесчестить ее, чтоб на такой порченной взрослый друг дядюшки-булочника не захотел на ней жениться, Эрнст благоразумно отказался. Но предложил ей другой способ. Мол, умрешь ненадолго деточка, словно уснешь, даже ни почувствовать, ни опомниться не успеешь, а я твоей типо смертью еще и дознавателя отвлеку на неопределенное время, а потом, как свою невесту заберу, тогда уже и тебя выкраду из морга и оживлю. Жить где? Да хоть с нами! Будешь компаньонкой моей жене, а мы подадимся, куда глаза глядят, подальше от дознавателя…

Вот так примерно и думал Эрнст. Так он изложил свой план маленькой Рарюше, которую до сих пор держат в госпитале. Восстанавливают здоровье после сна-смерти, и психологическую помощь оказывают. Да, узнав, что ее якобы спасителя казнили за убийства, девочка совсем сникла, понимая, что теперь ее ничего не спасет от уготованной участи. На самом деле, для нее все не так печально и булочник сам ужаснулся, на что толкнул ребенка своими матримониальными планами. Божился мне, что не посмеет давить на нее. Но травма у девочки в сознании и надлом в душе уже есть. И с ней борются целители душ.

И вот… ничто не предвещало так сказать. Даже с Чиари эксперимент прошел удачно. Наверное. Узнаем, когда пригодится. По крайней мере, вытерпел он все и с ума не сошел. И как гром среди ясного неба – Диригий и его демоновы проблемы государственного уровня! И теперь моя девочка должна остаться без защиты на неопределенный срок, пока я не разберусь с неизвестной составляющей, разбушевавшейся на границе с Япиранной.

Отвратительное предчувствие гнетет, словно что-то ужасное должно вот-вот случиться. Что-то неотвратимое и неизбежное. Словно, стоит мне оставить Хльюи одну и все – это будет точкой не возврата.

- Хочу тебя запомнить такой… - скольжу взглядом по обнаженному телу жены, по светлой россыпи волос, упавшей на хрупкие плечи, по округлой груди, что… так изменилась… никогда не имел с беременной женщиной интимной близости. Для меня откровения изменения ее тела. Такие волнующие откровения. Касаюсь потяжелевшей груди руками, пытаясь не думать, что возможно, в следующую нашу встречу не узнаю ее тела, что все эти изменения, пройдут мимо меня. Заглушая собственные мысли, загоняя поглубже позорное желание обнять ее и плакать, как ребенок, которого отрывают от матери, я заставляю себя помнить, что я мужчина, маг, на службе государственной безопасности, прижимаю жену крепче, желая напоследок оставить ей только хорошие воспоминания. И целую. Как никогда раньше, нежно. Трепетно. Желая запомнить каждый миг нашей близости. И унести с собой ее запах, ее стоны, ее любовь унести. Иначе, не выживу. Без нее. Без сердца, что рвется на части от боли, от предчувствия беды. Нет, сердце с собой брать не буду. Оставлю его Хльюи.

Хльюи Де Ронго

Я смотрела из окна своих покоев выделенных мне нашим монархом в личное пользование. Закатное солнце окрашивало раскинувшийся вокруг лесопарк и дворцовые постройки в рыжевато - багровые тона, придавая нашему с мужем расставанию еще больше драматизма. Хотя, куда уж больше?! Смотрю на него, говорящего внизу с Диригием, а у самой слёзы без спроса льются. Отдёрнула себя. Нельзя плакать! Нельзя! Зачем заливать любимому мужчине дорогу слезами?! Пусть у него дорога будет спокойной, а все начинания успешными. Чтобы он быстрее вернулся и смог снова меня обнять. Так, как только он и умеет. Сильно. Крепко. Властно. Да, рыжий Лис, не был неженкой. Даже со мной, ему стоило немалых усилий, что бы проявлять терпение и нежность ко мне. Но он старался. А я уже так привыкла к его власти надо моим телом и душей, что не могу без этого ощущения… защищенности в его руках. Да, именно защищенность и безопасность я чувствую рядом с этим мужчиной.

А сейчас… мне словно обнажили душу, отобрав такой мощный заслон между мной и окружающим миром. Чувствую себя беспомощной и оголённой. Не способной выжить без него. Кажется, спокойная жизнь в объятиях всемогущего дознавателя, меня совсем расслабила. И без того была изнеженной и избалованной маршальской дочерью. А теперь в конец утратила связь с реалиями нашего жестокого мира. Надо брать себя в руки и делать вид, что я не только симпатичное приложение страшного Ильиза де Ронго. Я сама по себе сейчас. Маркиза Хльюи де Ронго. И мне нельзя ударить в грязь лицом. Ни перед собой, ни перед двором, ни тем более перед монархом. Хотя вот с ним будет, наверное, труднее всего представить себя взрослой и состоявшейся женщиной. Ведь он в первую очередь видит во мне маленькую дочку своего маршала, во вторую очередь неопытного носителя дара, с которым я не могу справиться, в третью же очередь – беременную жену своего грозного дознавателя, который оторвёт за меня голову даже своему другу и сюзерену. Поэтому уже чувствую, насколько будут тут тепличные условия для меня. Даже зубы сводит от обилия Диригия в моей жизни. Дух противоречия кричит – давай сбежим отсюда ко всем ветрам. Но я, стиснув зубы, отгоняю мысли, навеянные моим своенравным даром – проклятием. Только крепче сжимаю в ладошке кристалл связи, который вручил мне муж, перед тем как оставить меня. И смотрю вслед уезжающему экипажу, увозящему Ильиза в неизвестность.

Я даже не знаю, о чем они сговорились с отцом. Как собираются добираться в ту забытую богами провинцию. И когда они оба вернуться. И вернутся ли… и снова непрошенные слёзы, которые я уверенной рукой вытерла и поспешила отвернуться от окна. Этот закат явно плохо на меня действует. А мне нельзя раскисать. Мне о ребенке думать надо.

- Хльюи, - в мои покои вошла сестра. – Ты в порядке? Устроилась уже?

Я лишь кивнула, не показывая свою слабость. Какая слабость?! А вдруг у меня под сердцем сын? И я его еще в утробе буду приучать к слезам и уязвимости? Нет уж! Мы оба будем сильными. И смелыми.

- Вещи еще не привезли, мне тут и осваиваться не с чем, - как-то неловко постаралась я начать нормально говорить без мыслей о разлуке. – А где Чиари?

- Оговаривает с Диригием твою безопасность. Хочет знать заранее, куда тебя нельзя категорически пускать. Понимает, что ты не сможешь усидеть в своей комнате долго без действия.

- Это да… я даже знаю, чему посвящу своё безрадостное существование во дворце… не знаешь, где здесь библиотека?

- Откуда? - всплеснула руками Леоль и уселась рядом со мной. – Я тут второй раз, а первый вообще не удался…

- Не то словно, - вырвался у меня нервный смешок. Обняла хрупкие плечики сестры и вздохнула. – Как матушка переносит постоянные отлучки отца? Он же всё время в каких-то походах и компаниях…

- Как они вообще столько детей наплодили, с его редкими явлениями домой? – Поддержала меня сестра и улыбнулась.

- Маршал редкий, но меткий у нас, - раздался от дверей весёлый голос Диригия, что видимо уже какое-то время за нами наблюдает и подслушивает.

- Не царское это дело… подслушивать… - укорила я монарха.

- Каюсь, - рассмеялся Диригий и поднял руки, вроде как сдаётся. – Как устроились мои гостьи?

- Ужасно. Я тебя ненавижу, - честно призналась я. Леоль в ужасе посмотрела на меня. Как же я так могу разговаривать с его величеством.

- Хльюи, - возмущенно толкнула меня в бок сестра и поспешила присесть в реверансе.

- Перестань Леоль, - отмахнулся мужчина и хитро подмигнул ей, - мы же не на официальном приёме. Хльюи, ну я уж никак не виноват в сложившейся ситуации…

- Вот сам бы и ехал с вражескими магами разбираться, - огрызнулась я и отвернулась.

- Ну… у тебя и характер, - выдохнул Диригий, - уже начинаю радоваться, что ты досталась моему дознавателю, а не мне. Так ему и надо!

Я показала язык его величеству, чем вызвала его очередной смешок и очередной шок у сестры.

- Ладно, дамы, вижу вам есть, что обсудить, - подмигнул мне маг и уходя сообщил, - всё что касается твоей безопасности, мы с твоим цербером обсудили, будет что нужно, скажешь.

И дверь хлопнула, оставляя нас с Леоль вдвоём.

Глава 35

Ильиз Де Ронго

- Картарина сделала первый шаг, - пытаясь скрыть негодование на ситуацию, Диригий швыряет на стол депешу от лорда Де Глиса и смотрит на меня пытливо. – Я пытаюсь понять ход ее мыслей, Лис, и я в замешательстве.

- Если карта разыгрывается вообще с ее подачи, а не ее советников, - хмурюсь я.

- Очень даже похоже, что это чисто женская логика тут работала, - возражает мне король, а я недовольно кривлюсь.

- Только потому, что ты не можешь понять, что задумал противник, не значит, что последний глуп. А если планы врагов не блещут остротой ума, не значит, что их автор женщина.

- Тебя просто разбаловала своим острым умом жена, - не соглашается со мной Дирг. – Большинство представительниц прекрасного пола вовсе не блещут смекалкой великого полководца.

- И все же, считаю твои выводы поспешны. Нельзя вот так сходу вынести вердикт, не зная всех нюансов.

- А ты что думаешь об этой всей ситуации? – решает все же прислушаться ко мне друг. Конечно, я же его первый и единственный надежный советник.

- У меня недостаточно информации, - нервно постукиваю пальцами по резному дереву на кресельном подлокотнике. – Но предварительно можно пару гипотез набросать.

- Удиви меня, - усмехается Диригий и садится в соседнее кресло.

- Если рассматривать твой вариант, что все это задумка Картарины… выходит, что девчонка совсем с ума сошла. Не смотря на численное превосходства Япираннии в носителях дара, тягаться с нами глупо. Не магией единой сильно наше королевство. А противоборствовать магам мы вполне способны и силами демонологов и заклинатилей. Парни в принципе уникальны. В Япирании некому противостоять им. Плюс демонологии имеют в подчинении небольшую армию мелких демонов в подчинении.

- Это все мелочь! – фыркает Дирг.

- Нет, друг, это сила, с которой япиранцы не готовы столкнуться. Да, это мелкие сошки, натасканные на розыск, подобно псам, но они полностью подвластны нам. А значит, их можно спустить на вражескую армию. На их магов, если случиться вступить с ними в бой.

- К чему ты ведешь?

- К тому, мой дорогой друг, что их маги уже на нашей территории. Да, пока они неопасны из-за магического договора. Да, они могут говорить правду и действительно быть перебежчиками. Этот вариант самый благоприятный. Но может случиться и так, что это все тщательно спланированная компания. И как нельзя кстати, все происходит накануне пролонгирования магического договора. Что если мы сами привезем в столицу врагов, договор будет сорван, и мы окажемся в окружении магов Япираннии? Никакой войны не будет. Тебя убьют в два счета. Сметут количеством.

- Нападение изнутри из самой столицы… это довольно рискованно, - хмурится его величество.

- Зато какие перспективы бескровного захвата власти!

- Нет, этот план точно не потянет мозг Картарины, - задумчиво хмыкает друг. Я лишь глаза к потолку закатил. Шовинист наш монарх.

- А мне кажется, что этот вариант очень даже хитер. По-женски коварен. Но, если не Картарина все затеяла, а под ее именем действуют старые советники ее почивших родителей, то…

- То юную королеву уберут практически сразу после победы над нами.

- Или… она просто кукла в руках опытных кукловодов. Красивая ширма для них.

- Ну, еще скажи, что нам надо вмешаться и помочь пигалице справиться с ее собственным окружением, - начинает злиться Диригий. – Вот уж чего я точно не намерен делать, так это лезть не в свое дело.

- Тогда отринем эмоции, друг мой. Исходим из того, что в Япирании не все гладко и их маги действительно решили частично податься к нам. Тогда, я их проверяю, вербую, забираю в столицу. Возвращаюсь аккурат к подписанию договора. И все счастливы.

- Ты же не веришь в такой идеальный исход событий, да? – грустно озвучивает мои опасения Дирг.

- Нет, не верю, - недовольно поджимаю губы. – Даже если маги не засланные драконы, а действительно перебежчики, за ними идет охота их собственных служб безопасности. Отдавать нам в руки такой козырь никто не захочет. Значит, мне придется немного потратиться магически…

- Ну, а если они все-таки засланы? Сможешь их раскусить?

- Я не знаю, ментальных способностей япиранских магов. Не поручусь, что смогу пробить любую защиту. Ты же знаешь, что я не менталист по своей сути, а боевик. Но определенно сделаю все возможное, чтобы прочесть их память. А тут на месте, ты должен быть готовым к попытке захвата власти. Этот вариант списывать со счетов не будем. И знаешь, пожалуй будет не лишним выслать нам навстречу Де Ко?та с ребятами. Конвоировать магов мне в одиночку будет накладно.

- Так с тобой же будет сопровождение, - удивляется моей предосторожности Дирг.

- Стражники, это конечно хорошо, но мало. Нужны тени и крысы нашего главного шпиона, - усмехаюсь я, называя разведчиков их рабочими прозвищами. – Так, а зачем ты мне в нагрузку даешь маршала? Анторс только недавно вернулся, что я сам там не справлюсь с кучкой перебежчиков? – задаю я наконец-то вопрос, что мучил меня с тех пор, как я проанализировал всю ситуацию, отпустив эмоции.

- Не хочу рисковать, Ильиз, - виновато улыбается мне Диригий. – Войска будут готовы к срочной переброске. Выступят через сутки после вас.

- Глупо, - я недоволен таким шагом. – Ты должен быть готовым отразить удар тут, в столице! А войска на марше к границе…

- А если пока мы тут сидим и думаем об умственных способностях королевы Картарины, ее войска как раз подходят к границе?

- Тогда разделяй и властвуй, - развожу я руками. - Оставь основную армию в столице. На границу отправь расквартированные в провинциях гарнизоны.

От разговора нас отвлек стук в дверь.

- Ваше величество, - поклонился лакей, - экипаж для Его сиятельства подан.

Мы в тишине проводили взглядами лакея и переглянулись. У обоих на душе кошки скребут. Словно вообще не в ту сторону копаем.

- Отправляйся, - кивает мне на дверь Его Величество и первым поднимается, подавая пример.

До экипажа идем молча. Все необходимое должно быть погружено уже. Маршала подхватим по дороге. За дворцовой стеной ждет наш эскорт.

- Удачи, - нервно дергается щека у Диригия, когда он провожает меня у кареты. Я усаживаюсь и с тревогой смотрю на друга. – Что? Ничего не скажешь мне? – спрашивает король, косясь взглядом на окно, где застыла Хльюи, провожая меня заплаканными глазами.

- Что ты хочешь услышать, Дирг? Что я вырву твое сердце, если с ее головы упадет хоть волос?

- Ну, хотя бы… - мы оба смотрим на Хльюи, но сразу сталкиваемся друг с другом взглядами. – Или что-то из серии, не смей подкатывать к моей жене… - Предлагает еще вариант Диригий и испытующе смотрит на меня. – Совсем не беспокоишься на этот счет?

- А должен? – вздергиваю бровь и прожигаю взглядом лицо короля, пытаясь понять, шутит он или намекает. С пару секунд мы молчим оба, и наконец-то выдохнув, он признается:

- Нет. Конечно, нет, Лис. Не должен. Удачного пути…

- Будь готов на всякий случай отражать атаку изнутри, - напоминаю я и захлопываю дверцу, через маленькое окно, бросая прощальный взгляд на жену, застывшую за стеклом на третьем этаже. Диригий не допустит, чтоб с ней что-нибудь случилось. С остальным Хльюи и сама справится, не допустит к себе сюзерена на расстояние удара маршальским жезлом. Рука у нее тяжелая, я помню. Так что, будет даже забавно, если Дирг рискнет подъехать к маркизе не на той кобыле… будет даже забавно…

Я злорадно ухмыльнулся, в тайне желая, чтобы Его Величество попробовал ее соблазнить. Ведь ему еще никто не отказывал. Пусть знает, какого это, быть посланным в самые Чертоги Отреченного. Новый опыт ему не помешает. И Хльюи не так скучно будет.

Я моргнул, настраиваясь на магический диапазон и чувствуя ее, мою взволнованную и тревожную девочку. Перестроился на зрение Чиари, с которым вполне успешно наладил контакт сознаний. Потянул за только мне видимую ниточку, проверяя натяжение между нами, удостоверяясь, что на нем стоит достаточно крепкая установка. Даст Создатель, это не понадобиться. Но, на всякий случай, я успел подстраховать жену и с этой стороны.

- Я обязательно за тобой вернусь, маленькая, - прошептал я в пространство, убеждая в этом самого себя прежде всего. В груди, подобно снежному кому нарастала тревога. Что-то приближается. И я опасаюсь, что не все смог предусмотреть.

Глава 36

Хльюи Де Ронго

- Что там за шум? – я удивлённо отвлеклась от книжки и поспешила к распахнутому окну.

- Может быть, наконец-то привезли твои вещи? – предположила Леоль и присоединилась ко мне.

Внизу же разворачивалась почти эпическая картина. Несколько экипажей, в том числе я узрела и мой собственный экипаж, без каких-либо опознавательных знаков принадлежности. А еще там был экипаж с гербом моего папеньки и гадать не надо, что внутри сидит графиня де Агриже, приехавшая испортить мне настроение. А еще, наверное, около пяти транспортных средств с совершенно неизвестными мне гербами и эмблемами.

Под дворцовым крыльцом образовался самый настоящий затор. Возницы слезли с козел и выясняли между собой отношения. Маменька пределов кареты не покидала, учитывая, что негоже графине опускаться до скандалов на дороге, тем более перед самым входом во дворец. А вот пассажиры из других экипажей повыскакивали и громко шумели на неизвестном мне языке. Язык иностранцев звучал грубо, отрывисто, порыкивающе. Предполагаю, что это послы из Япираннии. Странно, если соседи прислали сюда делегацию послов, то отчего же в приграничной провинции разошлись их маги? Очень странное стечение обстоятельств. Я сразу начала прокручивать в голове варианты возможной диверсии с их стороны. Ведь для чего-то же они отвлекли внимание дознавателя на другой конец страны. Учитывая, что официально известно, что он единственный маг в нашей стране... Про магические способности Диригия практически никто и не знает, а уж тем более обо мне. Выводы напрашиваются неутешительные.

Из дворца выбежал персонал и начал помогать с урегулированием конфликта. Только мой экипаж скромно стоял в сторонке, не пытаясь привлечь к себе внимания и ожидая, когда более амбициозные гости дворца, наконец-то разгрузятся. Вернее разгружаются их слуги. Сами же гости… мужчины в количестве пяти штук, нервно расхаживали по двору и подгоняли слуг. Один даже подошел к экипажу маменьки и постучал, привлекая внимание пассажира. Я видела с высоты второго этажа, как дёрнулась шторка. Предполагаю, насколько холодно было приветствие маменьки к таким непочтительным гостям. Мужчина отступил сначала на шаг, а затем с обожанием что-то залепетал на своём рыкающее - отрывистом языке. Каким был ответ маменьки, мне слышно не было, зато было видно, как дёрнулся, словно от пощечины её собеседник, а затем шторка встала на место, отгораживая высокомерную графиню от иностранцев.

- Чтобы всё это могло значить? – прошептала рядом со мной сестра.

- Значит, маменька приехала поучать меня жизни, в отсутствие мужа… - грустно вздохнула я.

- А иностранцы? – не унимается Леоль.

- Да, отреченный с ними, - я махнула рукой, - нам-то с ними за одним столом не сидеть, собираюсь быть тут затворницей, а не купаться в дворцовых интригах…

- Так вам и дадут отсидеться в четырёх стенах… - возник вдруг из ниоткуда вор. Мы с Леоль дружно вздрогнули и даже чуточку взвизгнули.

- Балбес! – напустилась я на охранника. – Нельзя подкрадываться к беременной женщине! А если б я с испугу чем-то бросила в тебя?

-Рядом с вами госпожа только сестра…

- Могла и ветром жахнуть… - напомнила я, но моя угроза не возымела успех. Нахал так же вальяжно сидел на огромном окне и вместе с нами наблюдал за картиной внизу.

- Кажется, вы привлекли к себе внимание, - осторожно сказал Чиари и кивком головы указал на иностранцев.

Внизу и в самом деле столпились все пятеро иностранных послов и о чём-то непринуждённо разговаривали, окидывая взглядами двор, дворец, раскинувшийся тут огромный парк… Взгляд одного из них скользил по окнам и напоролся на нашу троицу. Незнакомец замер на мгновение, заглядывая прямо мне в глаза. А потом что-то рыкнул на своём языке, и взгляды остальных гостей тоже обратились ко мне. Не к нам! Не к нашей троице торчащей в окне, а именно ко мне. Ну, блин, Лис, вернёшься ты домой! Ну, устрою я тебе жизнь за то, что бросил меня во дворцовые интриги. Попой чую, не дадут мне эти приезжие спокойной жизни…

Мужчины, решив, что увидели достаточно, вдруг синхронно мне поклонились, на что я ответила лишь лёгким ничего не значащим кивком, полным превосходства и достоинства. Пусть думают, что я заносчивая стерва и сразу теряют ко мне всякий интерес. Можно, конечно же, было сделать достоянием гласности моё деликатное положение, во избежание излишнего внимания к моей персоне, но я не хотела афишировать этот момент. Меньше знают – крепче спят. Завистников и недоброжелательниц хватает, и лишние карты в руки я давать не собираюсь никому. Даже мать и Кадди не знают о моей беременности пока.

Кроме домочадцев, охранника и Леоль, разве что Диригий в курсе. Но не сказать ему было нельзя. Это вынужденная мера, что б он не питал никаких надежд в мою сторону. И, кроме того, он маг и сам прекрасно ощутивший бы моё положение.

Чиари недовольно нахмурился и, встав с окна, повелительно оттеснил меня с сестрой от проёма. Я видела только его мощную, напряженную спину и не могла знать, каким убийственным взглядом он смотрит на приезжих, но догадываюсь, что у них был повод вздрогнуть.

- Чувствую, не будем мы тут скучать, - хмуро констатировал вор и захлопнул створки окна. Я была с ним полностью согласна. И меня это совсем не радовало.

- Какие-то вы нервные оба, - укорила Леоль, усаживаясь в кресло.

- Имеем право, нам пришлось уже многое пережить, - туманно объяснила я наши с Чиари опасения. Мы с вором понимающе переглянулись.

В дверь постучали, и Чиари поспешил открыть огромные двухстворчатые двери, впуская Танию в сопровождение нескольких лакеев, которые тащили мои сундуки с вещами.

- Можно подумать, я сюда навсегда приехала, столько вещей мне Тильба собрала, - хмуро окинула я взглядом вносимые сундуки. Но сразу же смягчилась, когда Тания протянула мне огромную вкусно пахнущую корзину с домашней выпечкой.

Я открыла корзину и по комнате поплыли волшебные ароматы, напоминающие мне о моём детстве и любимой няне. Даже кувшин с ягодным ширсом она мне положила.

- Ох, няня… - умилилась я, приглашая всех к импровизированному ужину. Кофейный столик оказался сильно мал, так что мы вчетвером уселись на полу, вокруг корзины и попеременно тянули оттуда пирожки, булочки, плюшки и печенье… Пуская кувшин с ширсом по кругу.

Разговор сразу стал веселее. Лакеи перестали непрерывной вереницей вносить мой багаж и удалились, но не успели они закрыть двери, как эти самые двери опять открылись и появился Диригий.

- Ух ты! Какой у вас междусобойчик. Сидите, - махнул он, на поднявшуюся прислугу, - если ваша непосредственная хозяйка не брезгует вашим обществом за столом, то чем я хуже её?

И Его Величество сел рядом, потеснив меня и Леоль, втиснулся между нами и потянулся за пирогом.

Мы с королём дружно наслаждались выпечкой, пока остальные ошалело смотрели на нас.

- Ширс? – с независимым видом протягиваю кувшин Диригию.

- Угумс, - прочавкал в ответ мужчина и приложился к питью.

В таком молчаливом шоке прошло пару минут, а потом Чиари неуверенно проглотил застрявший у него в горле кусок и принялся дожевывать остатки пирожка. Неуверенно потянулись остальные за едой. И еще через пару минут непринужденная обстановка за «столом» на полу возобновилась…

Так мы радовались жизни и присланными няней вкусняшкам не долго. Не прошло и пятнадцати минут, как дверь снова распахнулась и на пороге стояла моя величественная мать.

- Графиня?! – вздёрнул удивлённую бровь Диригий, пытаясь не подавиться пирожком. Реверанс моей родительницы был идеален во всём. Если бы не ее замешательство от увиденной ей картины. Подобное не вписывалось ни в какие рамки приличия в ее понимание.

- Ваше Величество… - кажется, маменька даже забыла, зачем сюда вломилась. – Я узнала, что Его сиятельство отправил Хльюи и Леоль во дворец на время своего отсутствия…

- Именно так, - хитро прищурился мужчина и протянул графине свой надкусанный пирожок, - присоединитесь к нашему столу?

Это был просто таки издевательский жест к высоким манерам графини. Она сглотнула подкативший к горлу ком отвращения и, не дрогнув и не потеряв лицо, произнесла:

- Благодарю, Ваше Величество, я не голодна. Я бы хотела составить компанию своим дочерям с Вашего позволения, конечно. Негоже одиноким женщинам быть без старшей компаньонки, способной подсказать или напутствовать…

- Хльюи, тебе мама тут нужна? – невежливо перебил матушку король и повернулся ко мне.

- Трижды, - скептически хмыкнула я и зашипела ему,- не вздумай мне такую свинью подсунуть!

- Это не свинья, а твоя мать, - усмехнулся Диригий. – Леоль, а тебе нужна?

Сестрица судорожно замахала головой, отрицая такое кощунство.

Матушка не слышала, что мы говорили в отличие от остальных, сидящих рядом с нами. Шок в их глазах достиг небывалых объёмов.

- Ты меня услышал, Дирг! Я очень мстительна… - добавила я веса своим аргументам.

- Графиня, - вновь перевёл своё внимание король к ожидающей ответа графине. – Я думаю, Хльюи здесь ничего не угрожает. У неё рядом сестра – монашка, компаньонка и телохранитель. Кажется, штат маркизы де Ронго полон и не нуждается в пополнение.

- Но… - запротестовала мать.

- Никаких «но», графиня, - король поднялся и демонстративно дожевал пирожок. – Хльюи уже не просто дочь маршала де Агриже. Она в первую очередь маркиза де Ронго! Жена главного королевского дознавателя! И позорить её, наличием под боком мамы… Право не стоит. Или вы не доверяете своей дочери? Поверьте, она вполне прилично воспитана, чтобы не опозориться даже перед иностранной делегацией.

- Но она еще слишком юна и неопытна, - опять возражает графиня, - она не готова к дворцовым интригам…

- То есть вы не доверяете мне? – пошел в наступление Диригий. – Я по-вашему не в состояние обеспечить безопасность в собственном дворце?

- Нет, я…

- Вы хотите оскорбить Меня? – Наступал Диригий, заставляя матушку выйти из моих покоев, практически выдворяя ее своим телом. Уже напоследок он заглянул обратно в комнату и подмигнул мне. Дверь снова захлопнулась и все смогли выдохнуть с облегчением.

- Эк, ты панибратски с королём общаешься, - первой не выдержала сестра.

- Он сам не любит лишних расшаркиваний. Мы ж не на приёме…

- Надеюсь, он сладит с маменькой, - снова вздохнула Леоль, откладывая выпечку. Аппетит был испорчен. У всех. Но не у меня, я продолжала уплетать гостинцы. Надеюсь, это из-за пузожителя на меня напал жор и это не навсегда.

Леоль и Тания согласились остаться ночевать со мной. Мне было страшно впервые остаться одной, без мужа, на чужой территории. Чиари охранял наш сон, примостившись на кушетке в гостиной. И всё бы ничего. Если бы не кошмары, мучавшие меня всю ночь. Видимо переела я зря вчера. Эта мысль посетила меня и с утра, когда я впервые почувствовала дурноту и поспешила в ванную комнату, возвращать всё, что вчера съела…

- Ох, госпожа, что ж меня угораздило связаться с вашей семейкой?... – я услышала над своей головой сетования вора, что опустил мне тяжелую ладонь на затылок, пока меня самозабвенно тошнило над тазиком. Ответить на его сетования я никак не могла. Мне было очень плохо. И это только первое утро без мужа… как мне сейчас не хватает его солнечных искорок, что дарили облегчение раньше, чем я успевала почувствовать дурноту…

- Чиари, уйди, - всхлипывая, попросила я, не желая позориться перед посторонним мужчиной.

- Да я бы ушел… - вздохнул вор и присел рядом со мной, подавай стакан воды. – Да кто ж за вами непутёвой присмотрит…

- Ты, наверное, самый сентиментальный телохранитель…

Услышала тихий смешок, вызвавший во мне новые рвотные позывы и скорее склонилась над тазиком.

- Кажется, это будет очень долгая миссия…

Даже не знаю, кто из нас это сказал.

Глава 37

Хльюи Де Ронго

Сегодня я проснулась от настойчивого стука. Ни сестры, ни Тании не было рядом. Чиари тоже видно не было, хотя подозреваю, что он где-то поблизости.

Первые пару дней во дворце слились для меня в сплошной кошмар. Моё состояние по утрам наводило ужас и на меня и на сестру и уж тем более на Танию. Даже Диригий был в неописуемом ужасе и всё присылал мне своих личных врачей. Всех Чиари мужественно отправлял обратно. Вообще мне кажется, он единственный, кто был полон спокойствия и понимал моё состояние. Собственно кроме Чиари, я и видеть никого не хотела и не могла.

Я вновь услышала стук и всё же нехотя но разлепила глаза. На тумбочке возле кровати лежал кристалл связи и мерно подрагивал о деревянную поверхность, издавай этот самый стук.

«Просто подумай обо мне и сожми кристалл» - вспомнила я слова мужа и поспешила взять артефакт.

Передо мной прямо из кристалла заклубился золотистого цвета свет, образуя небольшое облако, в котором ясно проступили очертания лица дознавателя. С каждым мигом картинка передо мной была всё ясней и чётче, наливаясь красками и цветами.

- Хльюи, - Ильиз мне устало улыбнулся, - как ты там, егоза?

«Ужасно» хотелось сказать мне, но я не стала расстраивать мужа, он всё равно ничего не сможет сделать.

- Справляюсь, - улыбнулась я в ответ и привстала, устраиваясь удобнее на подушках. – Как у вас там дела? Там действительно соседские маги вредят?

- Дорогая, этот способ связи не может быть надёжным полностью… - тонко намекнул мне муж, что разговор о его делах неуместен. – Но не нервничай. Всё будет хорошо. Лучше расскажи, как себя чувствуешь…

Может быть, мне показалось, но услышала фальшь в голосе дознавателя, когда он говорил, что всё будет хорошо. Или точно не будет. Или он неуверен, будет ли. Или я ничего не понимаю.

- Нормально, не я первая, ни я последняя. Небольшая дурнота по утрам свойственна в моём положении.

Ильиз недовольно прищурился и поджал губы.

- Мне очень жаль, что пришлось тебя оставить сейчас. Будь я рядом, ты бы не испытывала таких трудностей.

- Не бери в голову, - отмахнулась я и постаралась улыбнуться. – Лучше возвращайся скорее. Мне тебя очень не хватает.

- Я постараюсь, дорогая. – Ильиз улыбнулся мне в ответ красивой белозубой улыбкой. Но глаза его были сосредоточены. Я хотела спросить, как там папенька, но не успела. Где-то на заднем плане у Ильиза что-то грохнуло, заставив дознавателя устало закатить глаза. – Мне надо спешить, отдыхай больше. Я надеюсь, на скорую встречу.

- И я… - не успела закончить я фразу, как образ мужа пошел трещинами, а у него за спиной снова раздался грохот и, кажется ругательства. Успела еще увидеть, его наливающиеся расплавленным солнцем глаза, а потом картинка взорвалась мириадами невесомых искорок и осела на мне и кровати вокруг, поблёскивая и тихо угасая. Я не обращала внимания на эту красоту, погруженная в мысли. У Ильиза там явно несладко. В какую-то горячую точку он попал и делает вид, что всё хорошо, что скоро вернется. А вернется ли он вообще…

В отчаяние я зарылась в подушки лицом и застонала – зарычала. Зла не хватает на всю эту ситуацию! Хочу домой. Лежать вместе с мужем в одной ванной, прижимаясь к его телу и рисуя на мощной груди мыльной пеной сердечки! Хочу смотреть в окно на свой чахлый, но свой(!) сад, а не королевский лесопарк. И яблоко еще хочу! Прямо сейчас вот. А лучше клубники и чесночных гренок.

В дверь апартаментов постучали, и я из спальни слышала, как в гостиной кому-то отвечает Чиари. Потом он не стучась, зашел ко мне и уселся на окно.

- Госпожа выспалась?

- Госпожа не в духе, - стону я из-под подушек.

- Это плохо, - цокает языком вор, - не в духе нельзя идти на обед с королём.

- Брось, я подняла растрёпанную голову от подушек и бросила насмешливый взгляд на Чиари, - это же Диригий. Он нормальный человек.

- Он может быть вам и позволяет панибратское обращение к себе, но при иностранных гостях всё же не стоит позорить монарха… - вор внимательно посмотрел на меня и улыбнулся, видя моё отчаяние.

Я снова зарылась в подушки и застонала. Не хочу! Ну, зачем ему я на обеде с гостями? Я и языка не знаю. Буду, как дура там сидеть и глазами хлопать…

Так! Стоп! Я ему ведь именно для этого и нужна! Сидеть там и глазами хлопать, точнее ресницами – и отвлекать собою иностранных мужей, не давать им сосредоточится и вообще всячески им мешать! Уверена, другого повода точно нет. Другого ничего я и не умею, кроме как всех раздражать или бесить. И сейчас, кажется Диригию нужна моя помощь…

- Позови мне Танию, - почти провыла я от досады, что надо вылезать из постели, - мне нужна ванна, платье и яблоко. - От чесночных гренок пришлось мысленно отказаться с тяжелым вздохом – не дышать же чесноком на гостей. Хотя... если это будет их раздражать и отвлекать от дел с Диригием…

На обед с Диригием и иностранными послами, я пошла в сопровождение Леоль, ну и, само собой разумеется, незаметной тенью следовал за нами Чиари. И я вот ни на секунду не сомневалась, что вынуди его обстоятельства, и каждый из послов получит по стилету в горло, не успев даже понять, что их убило.

- Леди, вы оказали мне огромную честь, согласившись присоединиться за обедом к нашей угрюмой мужской компании… - Диригий, совершенно не соблюдал протокола, согласно которому мы с сестрой должны были приветствовать Его Величество первыми, выказывая уважение, почитание и вассальную преданность. Какой там! Дирг поспешил подхватить нас обеих за талии и подвёл к столу, где уже сидели иностранцы и вовсю пялились на нас, таких красивых…

- Девочки, если вы не отвлечете этих мерзавцев от дел, я к вечеру слягу с истощением, - прошипел нам король, продолжая весело улыбаться гостям. – Они уже неделю меня мучают!

- Четыре дня, - поправляю я монарха и ловлю на себе его обиженный взгляд.

- С ними день за два идёт…

- И что нам с ними делать? – спрашивает Леоль еле слышно, потому как мы подошли слишком близко к гостям. – Языковой барьер никто не отменял…

- Молодые горячие мужчины найдут общий язык с любой женщиной, - помогает нам присесть лично король, отнимая у нас всяческую возможность поприветствовать гостей, как того диктует этикет, изящными глубокими реверансами. Видимо, Диригий решил, что эти гости не достойны наших реверансов…

Сам же Дирг уселся во главе стола, а по обе стороны от него сидели мы с сестрой, дальше расположились гости по обе стороны от нас. Мне в соседи попался приятной наружности япиранец с длинными черными волосами, заплетенными в тонкую косу, спускающуюся до самого пояса.

Напротив меня сидел сосед Леоль и зло переглядывался с моим соседом. Мужчина напротив был суров, как мой дар, и даже внешне он напоминал его – холодный и колючий северный ветер. Белоснежные волосы рассыпались по плечам и спине, откинутые нетерпеливым жестом назад. Холодные серые глаза, такие светлые, что казались почти белыми, сверлили меня, подобно буру, пытаясь кажется прожечь во мне дыру или развеять меня по ветру.

Диригий сказал что-то на языке гостей, и те расслабленно выдохнули. Я услышала наши имена, прозвучавшие на япиранском немного странновато, но всё же узнаваемо. Леоль де Агриже произвела, конечно, фурор среди мужчин фамилией именитого маршала. Но когда прозвучало моё имя с приставкой де Ронго… Повисла долгая и тягучая тишина. И только блондин напротив, казалось, и так знал всё обо мне, не реагируя на слова монарха принимающей стороны. Взгляды его спутников скользили по мне заинтересованно и жадно, а потом вопросительно возвращались к блондину. Видимо, он у них тут главный. Учту.

По понятным причинам мы с сестрой молчали и лишь ели, соблюдая все правила хорошего тона. Монарха старались не позорить больше, чем он сам это делает. А гости видимо его хорошо достали, раз Диригий строит из себя весельчака и повесу, вместо серьёзного и величественного венценосного козла. Король общался с иностранцами на их языке без заминки и кажется даже без акцента. Серьёзные же его собеседники казались угрюмыми гробовщиками на фоне монаршего напускного веселья.

Меня всё не покидало ощущение, что строгий блондин напротив знает обо мне всё и сейчас только и ждет момента чтоб нанести удар. Причем именно по мне. Зачем? Что ему от меня надо? Что так уставился?

Я расфокусировала зрение, как и учил меня муж, пытаясь заглянуть в сознание иностранного посла. Да, читать мысли неэтично, даже среди магов. Но я должна знать, к какой неприятности готовится, рядом с этим мужчиной. Среди нас магов вроде как нет, поэтому такой подлости никто не ожидает, тем более со стороны хрупкой и молчаливой женщины.

Прошла первый слой мыслеобразов, наполненный раздражением и гневом на Диригия. Не то. Это лишь ширма. Следующий мыслеобраз был уже ближе к истине и он мне совсем не понравился…

Я вернула взгляд тарелке, стоило только гостю заметить моё к нему внимание. По удивленно вздернутой брови и нервно дернувшейся щеке поняла, он что-то почувствовал. Возможно, я работала слишком топорно? А возможно у него стоят какие-то защитные магические системы на сознание? Когда я читала мысли Ильиза, он не знал, об этом, пока сам не залезал в мою голову или пока я не признавалась, что их прочла.

Выходит, этот человек передо мной не просто маг, а маг, посильнее дознавателя? И он пришел за мной…

Я тяжело вздохнула и подняла напряженный взгляд на блондина. На этот раз меня ожидала уже не хмурая физиономия, а какая-то самодовольная полуулыбка. Словно, я сама себя ему выдала…

- Маркиза, - взволнованно остановил своё речевое недержание Диригий, видя, как я побледнела, - вам нехорошо?

- Да, мне дурно, Ваше Величество, позвольте мне удалиться.

- Господа, прошу меня извинить, - привстал монарх, даже забыв, что нашего языка не понимают, заговорив с иностранцами на торленирском. – Я вынужден вас ненадолго оставить…

- Ах, не стоит, Дирг, - забылась я, что мы не одни и пренебрежительно осадила короля, вызвав изумление на лицах всех и сразу, - я не сахарная, не развалюсь, занимайся своими гостями. Чиари. – Коротко позвала я и за моей спиной, словно тень появился телохранитель, пронизывая стилетами своих глаз пространство и так непонравившегося мне япиранца. Больше не надо было говорить ему ни слова. Мне в мгновение ока была предоставлена крепкая рука, и я не замедлила на нее опереться. – Приношу свои извинения, я вынуждена подышать свежим воздухом, - зачем-то произнесла я извинительную речь гостям, потом поняла, что они меня всё равно не понимают и мысленно махнула рукой. – Дирг, Леоль на твоей совести, чтоб ни одного волоска с головы сестры не упало…

- Слушаюсь, госпожа дознавательница, - рассмеялся Диригий и упал обратно за стол, возвращаясь к разговорам. Я поймала недобрый и очень задумчивый взгляд блондина на себе, потом поняла, что он смотрит не на меня, а на нас. На меня и Чиари, что непозволительно близко ко мне стоит. Смерила взглядом нашу парочку и усмехнулась. Пусть ему! Пусть вам всем! Коротко кивнула вору на двери, и тот уверенно зашагал на выход, уводя меня из-под недружественного взгляда.

- Вы слабы? – выведя меня за дверь, спрашивает вор, но я отрицательно киваю головой.

- Я сильна, - парирую я и тут же сама задаю вопрос, - что ты знаешь об этих послах?

- Ооо, посол тут только один, - вздыхает вор, - тот, что не сводил с вас глаз весь обед…

- Блондин, - догадываюсь я.

- Он.

- Маг?

- Да, очень сильный маг. Андждэй ваг Варгент. А еще он герцог. Двоюродный брат действующей королевы Картарины. По сути, если Ее Величество не обзаведется мужем и наследниками, он следующий претендент на трон.

- Какая у него стихия?

- Откуда же мне знать, госпожа?!

- Зачем они приехали?

- Вы думаете, я уже везде побывал и всё разнюхал? – усмехается вор, приоткрывая передо мной двери моих апартаментов.

- Чиари…

- Ладно, побывал, разнюхал. У нас с Япираннией подходит к концу очень старый договор, который периодически, раз этак в пятьдесят лет надо обновлять заново. Договор магический. Нужно два сильнейших мага двух держав…

- А наш сильнейший маг, Отреченный знает где, - понимаю я. – Ильиза отвлекли, его специально отвлекли, что б его тут не было. Но я не понимала, зачем. Чиари, что будет, если договор не переподпишут?

- Я не знаю нюансов. Но в общих чертах, этот договор не бумажка с печатями, а самая настоящая печать, поставленная двумя магами. Что они этой печатью утверждают, мне не ведомо.

- Может, какой-то пакт? – предполагаю я.

- Мы в условиях вооруженного нейтралитета сейчас. Ваш папенька постарался на славу и установил шаткий мир, путём хитрости. У нас в ожидании неизвестно чего, томится огромная часть военной верхушки врага.

- Чиари, - я вдруг перебиваю вора, озаренная мыслью. – А как в Япираннии с магами? У нас вот негусто…

- У них погуще, - неприятно усмехается мужчина. – Значительно гуще…

- И почему их маги не участвуют в боевых действиях? – в моей голове уже начали выстраиваться какие-то четкие картинки. – Ведь папенька, при всей своей гениальности ничего не сможет противопоставить магическому удару. А он вот победу привёз…

- Намекаете, что их маги ограничены, какими-то рамками? И не могут участвовать в войне?

- Не их маги, а не чьи маги. Магов боялись и уничтожали по мери возможности, искореняя наш магический ген на корню. Но рано или поздно всё заканчивается и геноцид магов тоже пришел к концу. Возможно, им разрешили существовать, но запретили участвовать в войнах?

- Не сходится, - протестует вор. – Сейчас же в приграничной провинции маги шалят?

- Это не война, - отмахиваюсь я. – Это могут быть одиночки со своими тараканами. Возможно, и нарушения неприкосновенности границ нет? Может, какой наш самородок нарисовался, мы ж не знаем. А может очередной чернокнижник… я имела в виду участие в войне на государственном уровне. Магическую составляющую сразу убрали из этой стихии, чтобы по максимуму уравнять шансы сторон друг перед другом. Маги амбициозны и ненадёжны, могут в любой момент уйти к врагу. Поэтому на такое ограничение согласились обе стороны и даже та, что была магически привилегированна.

- Чтобы наверняка себя обезопасить… - включается в мои рассуждения вор.

- А еще возможно на тот момент наши страны не были в состояние войны.

- Но маги-то почему на это согласились? – опять недоумевает Чиари.

- Потому что умны, - улыбаюсь я. – Их не просто не заставят сражаться и погибать на чужой войне, но и не пустят туда и на пушечный выстрел. А взамен их нейтралитета им даруется возможность нормально существовать в человеческом социуме…

- И обычный договор никого не удержит, поэтому и поставили магическую печать двух держав…

- А сейчас япиранцам выгодно, чтобы печать пала и развязала их магам руки, чтобы взять реванш…

- Вы достойная дочь маршала, - ухмыляется Чиари, - и еще более достойная супруга дознавателя…

- Не льсти, лучше открой мне окна, мне дышать нечем, - попросила я, падая на кровать. – Будь добр найди мне Танию, хочу снять с себя это отвратительное платье, соответствующее высокому статусу маркизы. Хочу своё нормальное домашнее платье без корсета! Так ей и передай, что у беременной дурочки заскок и она хочет переодеться, и ванну принять, а то после взглядов блондина чувствую себя поруганной и оскверненной.

- Госпожа, - подошел ко мне вор и присел рядом, положил свою руку на мою ладошку, которой я прикрывала глаза, отчаянно перечисляя всё, что хочу. Мою руку забрали и заставили меня подняться. – Хльюи, успокойся, - попросил вор, переходя на «ты», - не злись девочка, тебе нельзя выпускать ветер. Прекрати злиться!

Я настороженная замерла, понимая, что слышу сейчас не голос вора, а своего мужа, и говорил он через моего охранника. Бесовщина какая-то.

- Успокойся, дорогая, - говорили губы Чиари голосом дознавателя, - всё хорошо, Хльюи, я скоро к тебе вернусь. Только дождись меня, малышка, не буди ветер…

Я встряхнула головой и проморгалась, отгоняя наваждение и чувствуя, как злость действительно улеглась. И чего собственно я злилась? Не знаю даже. Но в душе недовольно сквозил загнанный обратно под солнечную печать северный ветер.

- Прошло? – спрашивает меня Чиари уже своим голосом и обеспокоенно в глаза всматривается. Я лишь кивнула в ответ и улеглась обратно, сворачиваясь маленьким комочком.

- А Танию всё же позови, - тихо прошу я и утыкаюсь носом в подушку, чтобы вор не видел моих слёз. Как же мне его не хватает! Как же я хочу опять заглянуть в его самоуверенные глаза, разозлить его до солнечных искр из этих глаз. Чтобы он в порыве гнева смял меня своей властью и силой, обнял крепко и заставил снова чувствовать блаженство от его губ и рук, почувствовать его любовь, не смотря на то бешенство, до которого я его в очередной раз доведу… Я просто хочу к нему. К самому несносному и самому любимому мужчине…

- Госпожа, - послышался голос Тании.

- Ванну, хочу ванну и другое платье, - провыла я в подушку, вытирая об нее слёзы. Девушка умчалась исполнять, оставив меня наедине со своими печалями.

А опечалиться было чему. И главный вопрос на повестке дня «почему этому Андждэю я так приглянулась криво?»

Глава 38

Хльюи Де Ронго

Утро следующего дня я встретила уже привычно, содрогаясь в рвотных позывах и сплёвывая желчь в тазик. Тания и Леоль безропотно мне придерживали причёску и подавали стаканы с водой. Чиари тут не было, слава всем богам.

Бледная, голодная и злая я приводилась в приемлемый внешний вид с помощью сестры и компаньонки. Как и обычно, я воспротивилась тяжелым нарядам, предпочтя обычное платье, обычную косу и направилась на прогулку в парк. Мне очень не хватало свежего воздуха, и я собиралась эту нехватку восполнить. Уже на выходе из комнаты, столкнулась с Диригием, спешащим ко мне.

- Хльюи, дорогая, твои церберши не пускают меня к тебе. А я между прочим король и это мой замок, а они меня взашей…

- Дирг, извини, но видеть мне никого не хочется. Я, как бы, не в форме и не в состоянии сыпать остротами.

- Да, мне доложили, что ты слаба. А еще, что ты отказываешься от моих лекарей! – Диригий, преграждал мне дорогу своей мощной фигурой, застыв в дверном проеме, - ты конечно у нас девочка характерная, в поступках вольная, на слово не сдержанная и можешь даже короля своего послать лесом в присутствие иностранного посла….

- Короче, Дирг… - начала я бледнеть от очередного кома, подкатившего к горлу.

- Короче… - хмыкнул Его Величество и взял меня под руку, очевидно опасаясь, что я могу ослабеть еще больше, - Ильиз мне сердце вырвет, если я не смогу уберечь его женушку от чего бы то ни было, будь это даже просто твоя придурь. Достаточно коротко?

- Достаточно! Присылай мне лекаря, я так и быть послушаю, что мне скажут, но не обещаю исполнять предписанного. Договор?

- Договор, - улыбнулся Диригий, - куда собралась такая бледно-зеленая?

- На воздух.

- Ну, так пошли, провожу, - и он действительно повёл меня на выход, бережно поддерживая под руку, словно я была его беременной супругой, а не его друга. Странное дело, подобные променады под ручку с Чиари меня совершенно не смущали. А вот от близости этого мужчины, ощутимо подташнивало и смущало его присутствие, словно я не гуляю с Его Величеством, а мужу по-тихому изменяю с повесой королём.

- Дирг, давай лучше я сама прогуляюсь. Меня сейчас Тания нагонит, она побежала за корзиной с завтраком, я собиралась поесть на свежем воздухе.

- Так и я еще не ел…

- Дирг, правда, я одна хочу побыть. Можно сказать, что у меня персональная не переносимость тебя сейчас.

- Да что я сделал-то не так?! – вспылил он, но руку мою не отпустил.

- Да не в тебе дело, тошнит меня, понимаешь?! – в тон ему ответила я, вырвала руку и прикрыла свой рот, словно желая перекрыть упомянутую только что тошноту.

- Ваше Величество, - раздалось совсем некстати или может наоборот - кстати, но слишком уж истерично, - там… у послов… у япиринцев… претензия какая-то, - добежал до нашей парочки вестник и запыхавшись, продолжил рассказ, - там пропало что-то у них! Всех на уши поставили…

- Иди… те… Ваше Величество, - я изобразила изящный реверанс и поспешила прочь от терзаемого сомнениями короля, не поручусь, но кажется, он раздумывает послать япиранцев в Чертоги Отреченного и продолжить со мной прогулку. Ага! ЩАЗ! Вот этого только мне и не хватало, давать какую-то надежду мужчине, пока мой собственный муж воюет где-то в приграничье с магами. Облизнется!

И я направилась вглубь парка туда, где по договоренности с девочками должна поджидать их у небольшого пруда. Завтрак на свежем воздухе – как раз то, что нужно. Интересно, Чиари где-то поблизости? Или разведывает среди гипотетических врагов их планы? И кстати, что там у них могло пропасть? Не Чиари ли посодействовал, так сказать? ...

Прекрасное утро, ранняя осень радовала теплой погодой, солнечными лучиками струящимися сквозь еще яркую зелень, словно волшебные иглы света пронизывают шевелящееся зеленное море над головой, а лёгкий ветерок обдувает лицо, снимая слабость и напитывая меня желанием жить и ждать… его. Я зажмурилась от удовольствия, чувствуя, как солнечные лучи скользят по лицу, скрадывая болезненную бледность и представляя, что это Ильиз гладит меня и снова исследует своими вездесущими искорками, успокаивая и снимая с организма усталость, стресс и дискомфорт. Я блаженно улыбнулась солнцу, жмурясь от удовольствия и неосознанно поглаживая живот. Надо же… а ведь внутри меня жизнь. Маленькое чудо… кто бы мог подумать, что я к восемнадцати годам стану матерью?! Уж точно не я, хотя это вполне себе нормально в моём возрасте уже. А вот в возрасте Леоль сидеть в девках уже зазорно. Маменька злится, но ничего пока не может сделать. Насильно замуж не выдашь, а добровольно, я не позволю сестре повестись на угрозы и уловки матери. Пусть сама выберет себе судьбу.

- Бон-вантей! – услышала я совсем рядом и раскрыла глаза от изумления. Речи я не поняла, но почему-то не сомневалась, кого увижу. Передо мной буквально в нескольких шагах от меня стоял Андждэй ваг Варгент собственной персоной. Мужчина был не официально одет, без знаков отличия, регалий и … да даже камзола на нем не было. Только белоснежная и небрежно застегнутая рубашка с широкими рукавами, зауженными манжетами, черные узкие брюки и высокие ботфорты.

Ну, что ж… этой встречи следовало ожидать, рано или поздно. Правда, я не ожидала, что буду в этот момент совсем одна.

- Доброе утро, господин ваг Варгент, - без особой радости произнесла я, вставая с каменного парапета вокруг небольшого фонтанчика и приседая в изящном реверансе. Моё приветствие вызвало некоторое замешательство визави, но лишь на долю секунды, а уже в следующий момент мне подарили поклон полный скрытого достоинства и чарующую улыбку искусителя. Нет, дорогой, может быть еще четыре месяца назад я бы и повелась на такого красавчика, но не сейчас, когда в моем сердце образ несносного рыжего дознавателя выжжено солнечным светом, а под самим сердцем растёт его же ребенок. Так что нечего мне тут улыбки дарить. Не актуально!

Посол что-то сказал, приятным баритоном с рыкающими акцентами, и протянул мне вопросительно руку, показывая глазами, мол, пошли – прогуляемся, составь мне компанию… ага… вот прям разбегусь только, и сразу составлю…

Я сделала вид, что ничего не поняла и присела обратно на бортик фонтана, всем своим видом показывая, что мне его присутствие вообще не интересно, а языковой барьер не преодолим.

- Мар Хльюи… - попытался обратиться ко мне мужчина, очевидно игнорируя моё нежелание общаться, - инг дар… пор Гвайнер…

- Ах, господин ваг Варгент, я всё равно вас не понимаю, оставьте меня, я хочу побыть в одиночестве, - понимая, что буду не понята, всё равно в слепой надежде я произнесла свою речь. Что подумал мой оппонент, не знаю, но приблизился и аккуратно присел рядом со мной, цепляя мой взгляд своим. Да, отводить глаза я не умела, наоборот всегда старалась смотреть людям в глаза при общение, хоть это и против этикета в большинстве случаев. В глазах мужчины напротив плескалось море эмоций. От гнева на ситуацию с языковым барьером и на мою вредность, до надежды на что-то непонятное мне пока. Нет, вот чего я точно не позволю, так это порочить честь мужа вот этими вот недосказанностями между мной и неизвестно что задумавшим япиринцем.

- Мар Хль…

- Оставьте меня, - я перебила и резковато отдёрнула свою руку, к которой ненавязчиво коснулись пальцы мага. Нет, касаться меня я однозначно не позволю. Еще не хватало врагу давать козыри в руки, а знание о моей беременности может оказаться как раз тем самым козырем против Ильиза. Как не крути, а я его единственное слабое место.

- Бар нок? – вопросительно уставился на меня япиранец и в глазах такое участие… ищите сударь другую дуру!

- Нок бар вант! – раздалось совсем рядом, практически между нами. Я с облегчением перевела взгляд на Чиари, что свойским жестом притянул меня к себе и спрятал за свою спину. Мужчины нахохлились друг против друга, а между ними сквозило полнейшее понимание и определенно затаённая угроза друг другу. Двое перекидывались отрывистыми грубыми фразами, смысл которых я не понимала, но по энергетике высказываний не сложно догадаться, что двое завуалировано друг друга посылают далёким маршрутом.

Не состоявшийся то ли скандал, то ли дуэль прервал женский щебет, внезапно ворвавшийся в наш маленький междусобойчик. Мужчины замолчали и уставились на впорхнувших под сень деревьев Леоль и Танию. Девочки держали корзинки с едой и не замечая ситуации продолжали весело что-то обсуждать.

- Грет-та нор. – Отрывисто бросил посол и обошел моего охранника, чтобы встать передо мной и покровительственно мне улыбнуться.

- Что он говорит? – спросила я, понимая, что Чиари знает япиранский язык. Вор же хмыкнул и встал позади меня, возвышаясь неумолимой скалой, жесткие руки легли мне на плечи в хозяйском жесте. Что странно, мне это совершенно не было неприятно. Я его не воспринимала мужчиной никак. А другу можно и панибратски меня обнять. Но на жест охранника посол неприязненно дернул щекой и стрельнул глазами на нас, словно застал любовников в супружеском ложе.

- Он говорит, что не собирается обижать вас и просит не вмешиваться в его попытки поговорить с дочерью маршала, чьим гением он восхищается.

- Что-то по вашим голосам, я совсем другой разговор представляла… - не поверила я.

- Я сократил эпитеты. Суть вы поняли.

- Ты сообщил ему, что я не столько дочь маршала, сколько жена дознавателя? – я говорила с Чиари, а смотрела неотрывно на Андждэя.

- В самой доступной форме, - ухмыльнулся Чиари. Девочки как раз приблизились и заметили происходящее, замялись.

- Тания, будь добра, накрой нам у самой кромки воды, - попросила я, неотрывно вглядываясь в серый и колючий холод глаз напротив. Избавившись от девочек, я снова обратилась к охраннику. – Чиари, спроси господина ваг Варгента, что собственно он хочет.

Пара брошенных друг другу фраз между мужчинами и я получаю ответ.

- Он просит прогуляться с вами.

- Скажи, что я еще слаба со вчера и не желаю физических нагрузок. Предпочитаю пассивный отдых в узком кругу друзей.

И снова грубо звучащий порыкивающий язык.

- Он обещает вести себя в рамках приличий и не компрометировать замужнюю даму, но просит возможность узнать вас получше, если вы госпожа позволите. Он напрашивается на совместный завтрак в кругу ваших, как вы изволили выразится друзей.

- Хитрый и заносчивый, значит, - протянула я, глядя в безжалостные серые глаза. И мне даже показалось по этому взгляду, что переводчик-то ему и не нужен. Как я раньше-то не подумала, что он не только может, но и должен знать язык государственных врагов. Надо бы осторожнее общаться. Если он понимает нас, то вчерашний обед был, наверное, шоком. Так, как мы с Диригием позволили себе общаться весьма фривольно. Не ровен час еще подумает, что между нами что-то есть.

- Да, прислугу в круг друзей он вряд ли считает приемлемым принимать.

- Это сугубо его личностные проблемы, - почти выплюнула я, провоцирую того на эмоции, но вида не подал, что понял меня. Только глаза еще больше заледенели.

- Вы позволите ему присоединиться к вашему отдыху? – перевёл Чиари очередной словесный выпад от иностранца.

- Попроси его держать дистанцию и руки на расстояние от меня, я не люблю когда вторгаются в моё личное пространство посторонние .

- Так и передать? – хмыкнул вор.

- Слово в слово, - растянула я губы в улыбке, адресованной конечно же Андждэю. И судя по ответной улыбке, мой вызов принят. Правда на мои слова, переведенные охранником у посла была весьма неординарная реакция. Он с огромным недоумением уставился на руки Чиари, что всё так же лежали на моих плечах, словно огромные адмиральские погоны.

- Я так понимаю, он вас ревнует ко мне, - усмехнулся Чиари, подавая мне руку и помогая добраться к организованному девочками пикнику.

- Зачем? – наигранно удивляюсь я. – Если он хочет стать моим телохранителем, я оповещу об этом Ильиза, пусть он одобрит или отвергнет его кандидатуру.

Чиари тихо рассмеялся.

- Змея вы всё-таки госпожа, маленькая еще, но уже ядовитая.

- Ну, знаешь ли, в серпентарии нельзя быть мягкой мышкой, приходиться шипеть и кусаться.

На наши шуточки неодобрительно косился посол, что вышагивал рядом, но границ моего личного пространства пока не переходил. Как впрочем, и за завтраком на расстеленном на земле покрывале. Он сидел, почти всё время молчал. От еды не отказывался. Мы с девочками весело щебетали и смеялись. Мужчины ели молча, мало и напряженно, словно в любой момент готовые сорваться в бой. Я всё время ловила на себе странные задумчивые взгляды посла. Иногда я ловила во взгляде улыбку, иногда интерес или восхищение, а порой даже лютую ненависть.

- Скажите, Андждэй, - вдруг перевела я разговор с ничего незначащей болтовни на гостя, - что у вас случилось с утра? Слуга кричал, что у вас что-то пропало…

Посол удивленно вздернул брови, выслушав перевод Чиари, но всё же ответил.

- Пропала старинная магическая печать. Артефакт, необходимый в подписании договора.

Я перевела возмущенный взгляд на своего кровожадного вора.

- Вот я вообще не при делах, госпожа! – сразу отнекался тот. – Я по велению души не работаю. Только за ооочень большие деньги. А магический артефакт… тут никаких денег не хватит, чтоб меня купить. Мне пока еще моя шкура дорога…

- Я поняла, - перебила я вора, пока он не сболтнул лишнего. Мои подозрения о том, что посол нас понимает, крепнет с каждой новой фразой. – Спроси, как такое возможно, увести магический предмет, наверняка заговоренный и опоясанный целой тучей охранных заклинаний, из-под носа мага… Это что, мистика какая-то. Учитывая, что магов, кроме него нет на расстоянии …- я задумалась, какое расстояние назвать, а потом решила обобщить, - на огромном расстоянии от нас…

- Говорит, что такое мог провернуть или маг, или человек, невосприимчивый к магии.

- А что, такие бывают? – неподдельно удивилась я.

- Бывают, - не дожидаясь ответа посла, недовольно процедил Чиари… И я поняла, что говорить на эту тему он при постороннем не очень хочет.

- А что это за договор такой? – снова спрашиваю я, взглянув в уверенные глаза мага.

- Не стоит юной леди забивать себе хорошенькую головку государственными делами и интригами, - переводит мне вор ответ посла, а я обиженно поджимаю губки, и неприязненно смерив взглядом мужчину, отворачиваюсь. Посол понял, что имел честь оскорбить мою прекрасную особу, хотя я не оскорбилась взаправду, но кто ж раскусит мою игру. А мужчина тем временем давай сыпать горячими заверениями, которые я и без перевода могла понять по интонации и горячности высказывания.

- Просит прощения за своё хамство, - усмехается Чиари.

- Угу… - с выдержкой королей я киваю головой, продолжая слушать прочувствованный монолог и сухие скупые комментарии от Чиари.

- Мар Хльюи, инг-бегр-кро-гоф! Айнгриз – ливан!

- Типа не хотел обидеть вас снисходительным тоном.

- Хм… - мой холодный взгляд заставляет вздрогнуть посла.

- Крин – зан, Мар! Марра… Айнхептин!

- Ваш образ въелся в его сердце с первой минуты знакомства.

- Я заметила, - вздыхаю устало и отворачиваюсь к пруду.

- Марра… - моих пальцев аккуратно касается чужая ладонь и еще до того, как я понимаю, кто меня касается, Чиари перехватывает эту попытку несанкционированного поползновения в мою сторону. Я скосила глаза на замершую руку посла, в захвате стальных пальцев вора.

- Что значит Марра? – интересуюсь я у вора, переведя удивленный взгляд с этой картины «рукопожатия» или скорее уж «рукоизъятия» на охранника.

- Сложно сказать, у этого обращения много значений. От высокопарных «божественная», «волшебная»… до более простых и понятных «милая», «дорогая»…

- Слишком фамильярно, ты не находишь?! – я уничижающее смерила пылкого поклонника взглядом и тот наконец-то соизволил убрать руку, освобождаясь от руки моего охранника. – Спроси, не боится ли он гнева моего супруга?

- Прямо так и спросить?

- Да, Чиари, я хочу сразу расставить все точки над всеми знаками!

- Хльюи… - предупреждающе покачала головой Леоль, посвященная в мою проблему с контролем эмоций и ветра. Пришлось вдохнуть поглубже, выдохнуть и уже куда более спокойнее продолжить.

- Я не смею и не имею желания компрометировать честь своего мужа недостойным поведением и сомнительными связями. Скажи, что приношу свои извинения, но я не питаю никаких нежных чувств к залетному магу. А учитывая, что он посол гипотетически враждебной страны… то это и вовсе уже предательством короны попахивает…

- Так вот и передавать? – жалко переспросил меня Чиари.

- Слово в слово! – я прищурилась, вглядываясь в красивое лицо блондина. Он точно знает наш язык. Зуб даю. Вон как желваки ходят от негодования…Чиари тоже заметил эту реакцию, но роль переводчика всё же исполнил. Судя по удивленному «Хм…» в ответ, передал Чиари адаптированную этикетом версию. Что опять подтвердило, Андждэй придуривается, и прекрасно нас понимает. – Леоль, Тания, оставьте меня пожалуйста наедине с послом.

Девочки тревожно переглянулись.

- Не переживайте, я же останусь с маркизой. Никто ее не обидит. – Вмешался вор и девушки нехотя, но поднялись с покрывала и устремились к ближайшей беседке с качелями. Посол вопросительно посмотрел на меня. Я прохладно глянула в ответ и отвернулась. Никакой пустой надежды ему!

- Ар тхан! – отрывисто бросил япиранец моему охраннику. Но не получил ответ.

- Чиари останется, - мой голос утратил свою хрупкость и заледенел. Я сейчас отчетливо слышала голос своей стервы маменьки, вырывающийся из моего рта. Что не говори, а я воспитана мегерой, так что нечего ожидать, что буду трепетной ланью в зубах хищника. – И я думаю, что пора уже прекращать комедию с языковым барьером, господин Андждэй. Что вам надо? В резко вспыхнувшую страсть я не поверю, так что сразу переходите к делу.

В замешательстве посол находился буквально с неполную минуту, а затем взял себя в руки и довольно хмыкнул. А потом и вовсе рассмеялся. Негромко и не обидно, а скорее удивлённо.

- Вы не перестаёте меня удивлять прекраснейшая из звёзд… - склонил голову блондин, признавая за мной победу в этом туре. Но ведь охота еще не кончена, и я не уверена, что смогу всё время ставить на нужную гончую.

- Я попрошу воздержаться от излишних комплиментов, они крайне неуместны. – Я так же не смотрела на визави, рассматривая умиротворяющие картинки вокруг пруда. – Мы закрыли тему флирта. Я замужняя дама, попрошу не портить мою репутацию. – Говорю, а сама плююсь в душе. Что мне репутация? Пыль. Но я сейчас так похожа на графиню де Агриже, что самой противно.

- А я вот слышал, что репутация для вас ничто… - с намёком посмеивается япиранец, практически повторяя мои мысли.

- Суть не в том. Что от меня надо магу? Магу из враждебной Торлерини страны…

- Возможно… жену – магиню? – закинул удочку в опасный омут этот белобрысый искуситель. Чиари, сидевший совсем рядом, хмыкнул, неодобрительно так хмыкнул.

- Я не сомневаюсь, что вы найдёте ее, но не понимаю, чем я могу вам помочь?!

- Не придуривайтесь маркиза, - нагло ухмыльнулся мужчина и быстрее, чем я могла ожидать схватил меня за руку, - я же не дурак… когда услышал о скоропостижной и тайной женитьбе Рыжего Лиса, у меня сразу появились мысли, что он нашел магиню. Но стоило мне вас увидеть… и никаких сомнений не осталось. В вашей крови живёт магия. В ваших мыслях блуждает ветер, а в глазах плещется сила. Почему Ильиз не позволяет вам выпустить свою мощь?

- Вот давайте опустим последний ваш вопрос и вернёмся к теме вашего стремления жениться. Я-то тут при чем? Я замужем! Уже занята. – Выдернула свою ладошку из плена и неприязненно смерила мужчину взглядом.

- Это ничего не меняет, Лис может и не вернуться… - небрежно бросил япиранец, а я похолодела.

Чувствую, что ужас подкрался слишком близко к краю моего сознания, и я уже готова разреветься, но вовремя вспомнила, что не абы кто, а дочь той еще змеюки, так что терять лицо не собираюсь, хоть именно этого от меня ждет Андждэй своей провокацией.

- Подумайте, мар Хльюи, - решил добить меня гад, - я сильный, могущественный и очень влиятельный на своей родине маг и политик. Я могу подарить вам защиту от всего внешнего мира, от любой угрозы…

- И что же такой могущественный маг, - я противненько передразнила оппонента, - не может вычислить, куда делась его пропажа? Где же ваше могущество, господин Андждэй?

- На чужой территории я ограничен в возможностях, - нехотя, но признается он. – Мне неприятно сознаваться в своей несостоятельности, как мага, но здесь, я практически бессилен. Исключение составляет самооборона, тут да, руки мне будут развязаны, но напасть первым или творить какое-либо побочное колдовство, даже не связанное с агрессией, но требующие определенных затрат энергии, я не смогу. А поисковое заклинание очень энергозатратно.

Мы с Чиари переглянулись, и я по глазам его видела, что мысли наши совпадают. Япиранцы хотят сорвать подписание договора о магическом нейтралитете. Очевидно, что маги у них есть в большем количестве и наверное качестве, чем у нас. Но этот договор ограничивает их силу на чужой территории, как наверняка и нашу силу на их территории ограничит до необходимого минимума. А ведь с магической поддержкой, они захватят Торлерини в два счета или еще быстрее. Ну уж нет! Этого я никак не могла допустить. Сегодня же свяжусь с Лисом и с Диригием надо поговорить. Уж лучше раскрыть его секрет о магическом даре, но перезаключить договор, чем даровать врагам возможность магически усилить армию.

- Простите, я, наверное, покажусь вам грубой, - я наконец-то посмотрела прямо в глаза своему можно сказать врагу, молясь, чтоб выдержала эту игру и смогла так же холодно рассуждать, как и прежде.

- Марра, даже грубость из ваших уст будет принято мной за благословение.

- Мда… - я с сомнением посмотрела на красавчика. – Вот как раз об этом и хотела поговорить. Я считаю, что хоронить моего супруга, это слишком поспешно с вашей стороны, а потому хочу попросить не смущать меня вашей явно выраженной симпатией. Не люблю краснеть и чувствовать себя не в своей тарелке. Вам не светит ничего, даже останься вы единственным мужчиной на всей земле. Теперь, что касается договора и украденной печати. Я отдаю вам в помощь Чиари, если он не найдёт пропажу, то никто не найдет. И тогда я начну подозревать вас в попытке саботажа. Вы же не пытаетесь сорвать подписание договора? – я лукаво улыбнулась, оценивая реакцию япиранца. Надо отдать ему должное – не дрогнул не единым мускулом.

- Буду премного благодарен за помощь, - чуть склонил голову посол и лишь колючий взгляд прищуренных глаз выдал его настоящие чувства. Не знаю, как именно он хочет меня убить, но определенно в какой-то очень кровожадной форме.

- Вот и славно. – Улыбнулась я и с помощью Чиари встала, - тогда я вас оставляю, а сама желаю немного прогуляться и подумать, мне есть о чём поразмышлять… - Я покровительственно похлопала по плечу охранника, пристав на носочки. – Надеюсь на твои умения. Всего хорошего, - это я уже послу пожелала, сделав небрежный книксен, и отвернулась уходить.

- А разве вам не надо быть при сопровождение охраны? – удивился посол мне в спину. Пришлось остановиться и обернуться. Удивленное выражение лица мне даже играть не пришлось.

- А разве мне что-то может угрожать на территории дворца? Если вы идете вместе с Чиари, то и опасаться мне некого.

- Я никогда не причиню вам вреда! – горячо заверил Андждэй, делая несколько шагов ко мне, но напоролся на Чиари. Я выглянула из-за спины вора и, пряча в глазах смех, снисходительно ответила:

- Ну, разумеется, вы не причините мне вреда. Вы не сможете это сделать просто физически. Трудно что-либо делать с кинжалом в сердце, не так ли, Чиари?

- Крайне. – Холодно согласился со мной мой телохранитель, блестя серыми стилетами глаз.

- Марра…- оскорбление было проглочено, хотя я уверена, что противник он и без магии опасный. Но всё же проглотил. – Не надо так со мной, я отдам за вас…

- Ай! – я резко вскинула ручку, не позволяя закончить ему ненужное признание, - не бросайтесь словами, не зная всех фактов. Поверьте, есть то, что отвратит ваше внимание от моей персоны. Я только что спасла вас от необдуманного признания, будьте благодарны – пойдите прочь!

- С Диригием вы более раскованны в общение. А знает ли маркиз дэ Ронго, что его жена спит с Его Величеством? – выплюнул мужчина, глядя на меня сверху вниз с призрением. Кажется, он не правильно понял мои слова. Ну и пусть ему. Мы с Чиари переглянулись и разулыбались.

- Конечно, знает, - серьёзно заверила я, и уже без тени улыбки добавила, - он же сам меня сюда привёз, под охрану моего любовника. У нас знаете ли нетрадиционные вкусы в любви, и мы вполне себе мирно сосуществуем втроём. Я, дознаватель и король. Неправда ли, замечательно? Прямо целый роман можно написать под таким названием. Думаю, дамы высшего света будут зачитывать взахлёб. Чиари, как ты думаешь?

- Думаю, если вы добавите туда пикантных подробностей, то роман будет иметь успех и среди знати Япираннии.

- Тогда решено, в отсутствие мужа, займусь писательством, а вы господин Андждэй, что думаете по поводу таких отношений?

- Думаю, вы издеваетесь с меня, марра… - грустно протянул посол.

- В точку, красавчик! – улыбнулась я, пошло подмигнула и зашагала прочь.

Тания поспешила убрать последствия нашего пикника, Леоль я отправила ей на помощь, Чиари пошел отвлекать от меня посла и по возможности найти печать или ее следы. А я ушла бродить по лесопарку и освобождать душу и мысли от неприятных ощущений в преддверии неизбежной беды.

Глава 39

Хльюи Де Ронго

Разговор с Диригием не понравился мне совершенно. Я не могу поверить, что наш монарх может быть настолько беспечным. Одной только новости, что япиранец знает наш язык и стоит при нём очень отфильтровывать свои высказывания, уже должно было хватить, что бы насторожиться и задуматься, а для чего собственно посол устроил этот балаган с языковым барьером.

Но, что я услышала в ответ?

- Хльюи, дорогая, тебе не следует об этом волноваться. Тебе вообще волноваться не следует! Я всё знаю и всё держу под контролем.

- Но… он хочет сорвать подписание договора!

- Я знаю, и даже подумываю, позволить ему это сделать.

- Но ведь тогда их маги смогут атаковать Торленири…

- Хльюи! – повысил голос Диригий, прекращая улыбаться снисходительно, - не лезь в политику, девочка. Твое дело не спеша и не волнуясь выносить Ильизу наследника и родить его живым и здоровым, при этом постараться самой остаться в живых. Неужели, тебе кажется, что задач поставленных тебе мало? Не лезь в политику!

- Да как же мне в нее не лезть?! – возмущенно топаю ножкой, - если эта политика сама ко мне лезет?! Андждэй возомнил себя героем – любовником и хочет меня забрать у Лиса, а в том, что Ильиз не вернется так и вовсе гад не сомневается, о чем мне и сообщил. А мысль, что мы с тобой любовники вообще вызвала у посла нервные подёргивания желваков. Он был очень зол, когда пришел к этому глупейшему выводу.

- Ревнует, значит? – снова развеселился Дирг и весело продолжил, - а ты как на этот выпад отреагировала?

- Ты не хочешь это знать, поверь…

- Нет от чего же…- веселится мужчина.

- Нет! Не хочешь! – заледенел мой голос. – Ты хочешь решить проблему с япиранцами, найти их печать, вызвать Лиса и перезаключить договор.

- Хльюи, ты даже не знаешь, о чем этот договор, а хочешь его пролонгировать…

- Мне хватает моих догадок, чтобы желать этого.

- А если нам самим выгодно его расторгнуть?

- Вот теперь я совсем не понимаю, о чем речь, - нахмурилась я

- Вот не понимаешь, тогда и не лезь в это!

- А ты не учел, что мне может угрожать опасность, узнай мой ревнивый поклонник, что я беременна от Ильиза?

- Я решу этот вопрос, он больше не рискнёт даже на намёки тебе, не то что бы на какие-то действия.

- Ага, и он окончательно увериться, что мы любовники, - взгрустнулось.

- А чего собственно нет? Уж фаворитка Моего Величества точно неприкосновенна. Это очень хорошее прикрытие.

Я задумчиво хмурилась.

- Матушке опять же насолишь треснувшей по всем швам репутацией…

- Ты нажимаешь на мои самые чувствительные места в гнусном характере…Но, что подумает Ильиз? Его-то мнение мне точно важно.

- Для него не составит труда узнать, что у тебя не было ни с кем интима и тем более со мной, это раз. И он бы поддержал мой план, это два.

- И ты потешишь своё самолюбие, это три, - продолжила я.

- Нет, дорогая, - рассмеялся король, - ты всё-таки подумай о карьере дознавательницы! У тебя прекрасные задатки следователя…

- Не сбивай с мысли, - остудила я неуместное веселье.

Я негодующе запыхтела, ворочаясь в кровати и вспоминая тот абсурдный разговор с королем. Сна было ни в одном глазу, только мысли всё лезли и лезли в голову. Вспомнилось и доклад Чиари о том, что печать найти не удалось. Никаких следов не найдено. И единственная мысль, что ему пришла в голову – никакой пропажи нет вовсе. Просто послу выгодно, чтоб печать считалась потерянной. Вот и всё. И снова возвращаемся к старой мысли о главном – срыва пролонгации договора. Еще и с Ильизом связаться не удалось, и эта мысль меня совершенно расстроила, я скосила глаза на лежащий рядом со мной кристалл связи и аккуратно погладила его пальчиком, усердно думая о муже и пытаясь его снова вызвать. Но кристалл безмолвствовал. Ужасно захотелось плакать, я сжала в руке бездушный артефакт и с ненавистью всунула его под подушку.

На фоне своих периодических всхлипов не услышала появления в спальне постороннего, и эта оплошность могла дорого мне обойтись. Ведь Чиари рядом нет. Он ушел обыскивать апартаменты посла в попытке найти печать, явно спрятанную самим послом.

Очередной мой всхлип и моей головы касается жесткая горячая ладонь. Я испуганно обернулась, слишком резко, до тошноты, подкатившей к горлу. Только страх сковывал меня и не позволял поддаться слабости. Комната тонула во мраке, сквозь плотно зашторенные окна не поступало лунного света, хотя и луна сегодня скупая, так что темень вокруг кромешная и силуэта не угадывается. Ощущение, словно сама тьма меня приласкала по волосам и там же и осталась.

- Бон-вантор, марра… - прозвучал совсем рядом хрипловатый приятный голос. Если бы я не знала, кому принадлежат эти слова, возможно и погрешила бы на возвращение Лиса, но я знала, что это не он. Это мой враг. И я один на один с ним посреди ночи в моей спальне и между нами только мрак… неверный и ненадежный…

- Не прикасайтесь ко мне! – прошипела я, подтягивая ближе к подбородку одеяло.

- Я не обижу вас, - непонимающе произносит темнота, голосом герцога, - просто позвольте мне побыть рядом…

- Зачем? Вам не светит ничего со мной! Я люблю своего мужа и намеренна дождаться его, - чувствую, что из недр души поднимается злость и раздражение. Но продолжить мою гневную тираду мне не дали закончить. Рука с головы переместилась на мой рот, перекрывая мне возможность сыпать угрозами или позвать на помощь.

- Не стоит пытаться меня разозлить, марра, - горячий шепот у самого уха и … нет, не возбужденные мурашки! А снова подкатившая тошнота. Кажется, я сейчас нанесу смертельное оскорбление послу недружественной страны. Еще и этот ветер, свистящий в голове… чувствую, что еще немного и злость возьмёт верх над страхом… - Я не хочу причинять тебе страданий, я лишь хочу быть рядом…

Под весом мужчины прогибается кровать… И моя так и не родившаяся паника переходит в гнев…

Я пытаюсь совладать с ветром, требующим наказать нахала, возомнившего себя моим огромным женским счастьем. Плохо получается, слишком зла. Чувствую, что рука освобождает мой рот, чтобы приласкать лицо, грубая горячая ладонь поглаживает мне скулы и щеки, наверное, считает, что успокаивает меня.

- Вы слишком резко на меня реагируете, марра, - шепчет мне в самые губы япиранец, но слава всем богам, не касается их своим лживым ртом. Боюсь, тогда точно бы меня стошнило. Моё тело словно оцепенело, я лежу и боюсь лишний раз пошевелиться, чтобы не подвигнуть ненормального на подвиг покорения моего тела. – Позвольте просто рядом мне побыть… И слушать вместе с вами голос ветра…

- Я не могу, - шепчу в ответ и не знаю, кому я это говорю: послу ли, отвечая на его просьбу, ветру ли в душе, пытаясь не дать ему вырваться, или же себе, боясь за не рожденное своё дитя, не имея возможности его защитить и не имею права им рисковать… Но словно не слыша моих слов, посол продолжает мне шептать свои … эм… стихи? Серьёзно?!

- Вы не позволили мне вас любить… Ну, так позвольте мне хотя бы это…

- Вы псих, Андждэй, - обвинительно выкрикиваю, и скидываю своё оцепенение, пытаюсь подняться на подушках, чтобы хоть как-то принять позу, приличествующую сопротивлению, но гад одним лишь властным движением роняет меня обратно, нависая надо мной. Чувствую запах его необычного парфюма, что противно щекочет нос.

- Да, марра! Я псих, по вашей милости! Вы сводите с ума… такая холодная и недоступная… такая желанная…

- Прекратите немедленно этот балаган! – требую я и скидываю с себя противные прикосновения, отчаянно сопротивляюсь. В какой-то момент мне даже удалось хлестнуть мерзавца по лицу, что взбесило его неимоверно. В несколько резких движений мои руки были прижаты к постели за запястья и даже для пущей безопасности заведены под подушку. Да, так мне сопротивляться разве что ногами или зубами, но я накрыта тяжелым покрывалом, что сковывает движения, а под зубы он и сам вряд ли подставится, остаётся только плюнуть ему в лицо с досады, но подозреваю, что промахнусь в темноте.

- Мар Хльюи, ваш муж уже скорее всего мёртв, не отказывайтесь от моей защиты. Я ведь только за вами сюда и приехал…

- А я думала пролонгировать магический договор, - выплёвываю я порцию яда, надеясь, что Чиари заметит пропажу спящего посла в покоях и помчится проверить, не решил ли гад переместить свой сон в апартаменты его госпожи.

- Вы слишком много думаете, маркиза, - сухой смешок и моих губ касаются горячие губы мужчины. Влажный язык властно раскрывает мне рот и проникает внутрь, заставляя меня морщиться от ощущения слизняка, хозяйничающего в моём рту. Боги, какая гадость! Я сопротивляюсь, но мои руки надёжно зафиксированы под подушкой. Под подушкой! Выравниваю пальчики, что были с силой сжаты в кулаки и пытаюсь нащупать под подушкой кристалл связи. Нет, связываться с Лисом сейчас не собиралась, но сам кристалл очень даже увесист, какое никакое, а оружие. Кончики пальцев правой руки нащупали искомое, но не дотянуться. И хватка у мужчины железная. А язык всё такой же противный и всё так же мерзко штурмует мой рот. Решившись, я расслабляюсь под натиском посла, и отвечаю ему на поцелуй, внутренне вся съёживаясь от омерзения. Но раскусить моего коварства он не должен! А потому лишь отчаяннее отвечаю ему, впуская глубже в мой рот, и даже начинаю демонстрировать своё якобы пробудившееся желание, двигаясь всем телом и словно прося большей ласки. – Так-то лучше, марра… - отрывается от моих губ мерзавец, и чувствую в его голосе улыбку.

Делаю титаническое усилие, чтобы удержать ветер в узде, буквально держу его невидимыми руками за горло, только бы не вырвался! И снова тянусь к его губам… прося ласки… и получаю ее…

Андждэй накрывает мои губы своими, а его руки пускаются изучать моё тело, стягивая покрывало и накрывая мою грудь жесткими ладонями… я выгибаюсь, позволяя ему неслыханные прикосновения. Сама же рукой перехватываю покрепче кристалл, что так органично вписался в мою ладонь и с размаха бью гада по голове. Поцелуй прервался, несколько томительных секунд непонимания, вырубит ли его этот удар или сейчас меня жестоко накажут за такой проступок. Тишина… и упавшие мне на лицо горячие капли… несколько капель попало на губы и я машинально слизала их. Кровь… а потом меня придавило тяжеленным телом, кажется убитого мною посла.

«Ну, Ильиз, ну вернёшься ты домой! Устрою я тебе сладкую жизнь! Во дворце тебе ничего не будет угрожать! Диригий тебя защитит! Чиари тебя защитит! Тьфу на вас всех, защитники недоделанные!» мои гневные мысли роились в голове, пока я пыхтя, как паровая установка фимуртанских изобретателей, скидывала с себя труп. Это было очень трудно! Но, я справилась и с этим испытанием, поспешила спихнуть тело на пол и зажечь пару свечей.

- Тания! – успела заорать я прежде, чем с пола раздался болезненный стон. Хм, живой значит. Ладно, тебе же хуже. Я уверенной поступью приблизилась к слабо зашевелившемуся мужчине на полу. Голова его была прилично так поранена кристаллом, что я всё еще сжимала в руке от страха. – И как это, чувствовать себя беспомощным, а, господин могущественный маг?!

- Марра, вы меня чуть не убили, - укорил он, словно мне было не за что его убить.

- Чуть у нас не считается, так что не драматизируйте Андждэй, - усмехнулась я и приподняла его лицо за подбородок, заставляя смотреть мне в глаза. Обычно холодные и стальные глаза посла смотрели на меня серыми туманами боли. Судя по всему, он сильно дезориентирован. Сбоку головы из раны сочилась кровь. Я холодно осмотрела деяние рук своих и отстраненно заметила, что несостоявшемуся любовнику повезло, что удар не пришелся ниже на висок. А так… успеют спасти, наверное. В глазах не видно кровавых сеточек, а значит, есть надежда, что и в мозгу не произошло кровоизлияние, ну а с поверхностными ранами справится легко.

- Уммм… - простонал мужчина, пытаясь подняться, но сильно заваливаясь на разные стороны, словно пьянчуга, бредущий из кабака. – Какая у вас тяжелая рука, марра…

- Да, что ты?! – улыбнулась я, - а может, просто голова у вас слабовата?

- Жестокая…

- Нет, правда, я сразу поняла, что голова слабое место у япиринцев, когда мой отказ был не принят, проигнорирован и не понят вами в сотый раз подряд!

- Простите… - пошатнулся герцог и попытался сделать шаг, но завалился вперед. Не отступи я в сторону, погрёб бы меня своим телом. А так только рухнул лицом вниз. И больше уже не стонал и не шевелился, очевидно, потеряв сознание. Надеюсь, хоть не сдохнет тут у подножия моей кровати. Еще один повод для политических разногласий между Торлерини и Япираннией вообще не к месту.

- Тания! – заорала я, как резанная, но девушка не отзывалась. Я поморщилась, но пересилив себя всё же перевернула тело лицом вверх и быстро обыскала карманы камзола посла. Тааак…. Вот ты где, красавица моя! Не смотря на умирающее у моих ног тело, я довольно улыбнулась, пряча в декольте маленькую бляшку-печать. Надеюсь, это та самая, магическая, которую у посла «украли», а не какая-то личная или уж тем более государственная. – Тания! – на этот раз мой голос всё же разбудил девушку, что почивала в соседней комнате на диване. – Беги к Его Величеству! – не дала я упасть в обморок девушке, и силой встряхнув ее за плечи, быстро привела в порядок. – У тебя очень мало времени. Скажи, что на меня напал посол. И ему очень нужна медицинская помощь теперь. Беги и поторопись!

- А как же вы тут одна? – залепетала Тания.

- А я не одна, я почти с трупом на руках. Посижу рядом, прослежу, чтоб никуда не исчез он. Быстрее Тания! – прикрикнула я и девушка унеслась по ночным коридорам дворца в сторону покоев Его Величества, того самого, который обещал, что посол больше в мою сторону и не посмотрит…

Злой шелест ветра я очередным усилием воли загнала поглубже. Нельзя мне сорваться! Ну, никак нельзя! На Диригия никакой надежды, Ильиза рядом нет… А сама я не обуздаю ветер, если он вырвется. А вырвавшись, он погубит жизнь в моей утробе. Я уже не маленькая и слабенькая девочка Хльюи. Я женщина, у которой под сердцем зародилась жизнь, за которую я в ответе. И никто мне не сможет помочь защитить эту жизнь, кроме меня самой. А значит, я просто не имею права сдаться, не имею права дать волю ветру. Ильиз мог бы мне помочь и поддержать во всех смыслах, будь он рядом. Но его нет! А значит сейчас, я сама по себе… сама за себя… и за своего ребенка…

- О, боги! Хльюи… Что произошло? – ворвался в мои апартаменты король спустя минут десять моего одиночного бдения возле посла. Диригий был почти раздет, в одном лишь халате, судя по посверкивающим голым лодыжкам, под халатом у монарха ничего не было. Торопился, значит. Ладно, потом ему всё выскажу. Пока пусть займется послом… не ровен час, любвеобильный гость с дипломатической неприкосновенностью, помрет у подножия моей кровати. Вот уж точно будет скандал международного уровня. А оно нам надо? Япиранния и так не шибко рада, что их неразумные поползновения на границе привели к таким трагическим для них последствиям. Еще и убийство посла, это будет уже равносильно объявлению войны. Наверное. Я так думаю. В политике не сильна увы.

Глава 40

Ильиз Де Ронго

- Успокойся уже, сынок, - покровительственно смотрит на меня маршал, пока мы в карете трясемся по неровностям дорог. – Все с ней будет хорошо. Женщин и детей надо дома оставлять. Не брать с собой даже в мыслях. Они – наша слабость и помеха в бою, когда надо думать холодно и расчетливо.

Я отстраненно слушал, мерные разглагольствования тестя, не реагируя. Впрочем, он и не ждал ни ответов, ни согласия, ни возражений. Просто говорил. Словно рассуждал вслух. Будто и не мне эти слова предназначались, а сам себе их напоминал, в очередной раз, уходя в новый военный поход. Мой взгляд вылавливал из однообразных пейзажей за окном незначительные нюансы. Просто механически. Не заостряясь на внеочередном поле или лесопосадке. Села и деревни сменялись городами и городками. Мы останавливались только по нужде или же сменить заранее готовых коней, заезжая транзитом в очередной город, где уже были осведомлены департаменты порядка, и нас ждала смена коней и пополнение провизии. Спали сидя и перекусывали тут же в карете. Кучера сменяли друг друга, работая посменно.

- Скажите, когда вы последний раз получали известия от Иллайза? – вспоминаю я, что один из сыновей графа отбыл с посольством в эту самую Япираннию.

- Ну, - задумался маршал, - трудно сказать. Мы, простые смертные должны обходиться услугами обычной почты, по средствам магии общаться не можем. Около месяца назад, может быть немногим больше.

- И что, сын не намекал ни на что такое… подозрительное? – пытаюсь настроиться на работу и действительно потеснить мысли о жене в дальний угол. Пока тут проблем невпроворот. Анторс задумался, потирая свои соломенные усы.

- Не припомню, чтобы меня что-то настораживало в его письме, - наконец-то выдал тесть, сверившись со своими воспоминаниями. – Даже между строк ничего не было припрятано, а я всегда проверяю письма на наличие скрытого послания.

- Это точно было его письмо? Оно могло быть написано под давлением или не им вовсе…

- Почерк был Иллайза, - качает головой маршал, - а вот, что касается под давлением… Он дипломат, но конечно не тайный агент и подготовки не имеет соответствующей. Выдержит ли он пытки?... – холодно рассуждает Анторс, действительно не допуская эмоций в свои мысли. – Не могу поручиться, что я их выдержу, попади во вражеский плен. Что уж говорить о мальчишке, едва перемахнувшему за первую четверть века?!

- Тогда давайте исходить из худшего расклада, - вздыхаю я и получаю от маршала согласный кивок. – И таким образом, у нас есть неизвестные маги, что шумят в приграничных селениях. Цели их покрыты тайнами, по предварительной версии, перебежчики. Учитывая, что в течение месяца максимум должен быть переподписан старый магический договор, ограничивающий силы магов на вражеской территории, то выглядит это все, как наспех спланированное устранение меня из столицы.

- Не понимаю, зачем тебя устранять, - задумчиво смотрит на меня маршал, не владея информацией о договоре.

- Без меня договор не вступит в силу, - вздыхаю я и снова возвращаюсь к перечислению проблем. – Должно быть, через пару недель заявится посольская миссия от Япираннии. С их стороны тоже должен быть маг. Сильнейший из них. Хотелось бы вернуться к моменту этого эпического явления.

- Постараемся, - кивает маршал, соглашаясь. – Но что, если ты прав, и перебежчики просто отвлечение внимания?

- Я узнаю это сразу. Маги сейчас под добровольным арестом у Де Глиса. Просят политического убежища и помощи в транспортировки до столицы.

- Как-то все… белыми нитками шито, Ильиз.

Я согласно киваю, снова уставившись в окно. Япиранния начала военную компанию и зашла с каких-то мелких шестерок, припрятав козыря в рукавах. А я не имея ничего, кроме пары валетов и без единого козыря должен вывернуть всю ситуацию в нашу пользу. Мне есть ради чего постараться. Потому что в случае смены власти, первой полетит голова моего друга, вторыми полетят головы моя и Хльюи, как потенциально опасных одаренных. А потом уже казнят остальную знать, кто не примет новую власть. Впрочем, большинство не станет перечить победителям и добровольно принесет присягу.

- Едем в неизвестность, - вздыхает маршал и присоединяется ко мне в созерцании проплывающей мимо местности. Пути нам еще два дня. Тратить силы на магический переход глупо, поэтому приходится трястись, отбивая благородный задницы.

- Если Ее Величество Картарина решила пойти войной на нас, скорее всего ваш сын или уже радикально устранен вместе с посольством, или же находится под арестом, и дипломатическая неприкосновенность тут не спасет, - нехотя огорчаю маршала. Впрочем, он и так это понимает, без меня. Я лишь озвучил наши общие мысли.

- Королева очень зла на меня, - вздыхает Анторс. – Она молодая, но амбициозная. Или же за ее действиями стоят ее более хитроумные советники, толкающие женщину на неразумные поступки. В любом случае, проверка боем, спровоцированная япиранцами, показала Картарине, что Торлерини голыми руками и с наскока не взять. Они лишились своих ведущих полководцев. Я разозлил фимуртанскую кобру, - прищурив стальной взгляд серых глаз, со вздохом констатирует факт маршал.

***

Префектура лорда Вердика Де Глиса встретила нас уже в ночь. Небольшая пограничная крепость, больше имеющая оборонительное значение, а потому практически не имеющее мирных жителей. Вокруг крепости на некотором отдалении есть несколько поселений, и даже небольшой городок, где собственно и успели начудить пришлые из-за границы маги. Вообще удивительно, что местных жителей подвергли опасности быть убитыми, не говоря уже, что раненых предостаточно от этих непонятных стычек. А ведь после того, как именно из-за случайных жертв среди мирного населения, в конфликт вмешались высшие силы и всем наваляли, теперь есть буквально святой закон даже для военного времени. И никто не смеет попрать или преступить этот закон, дабы снова не вызвать в наш мир карателей.

Все просто. Мы, власть имущие и владетели силы можем сколько угодно меряться весом своих мошонок, убивать друг друга и захватывать чужие государства. Но мирные жители пострадать не должны. Армия – это армия. На войне бывает, убивают. Но, с какой бы ожесточенностью мы не рубили свои леса, должны это делать максимально аккуратно, без лишних щепок. Кроме того, это разумно даже для захватчиков. Никому не нужны пустые земли, собственно, как и ненависть или страх от новых подданных. А потому в нашем мире, военное положение не вызывает у людей особого трепета. Ну, придут захватчики, если сумеют, конечно. Ну, пройдут мимо к самой столице свои дела решать. Еще возможно и за постой заплатят. В любом случае, жертвы среди мирного населения запрещены, а убийства, насилие, грабежи и мародерства пресекаются обеими сторонами конфликта на корню среди своих же. Нет, не спишет все война. Просто в один миг придут каратели. И придется строить свой мир заново, устанавливать власть из остатков знати, кому повезет выжить на суде высшей расы. А потом тратить столетия на то, чтобы как-то восстановить силу и мощь, размазанную тонким слоем по эфиру. Конечно, есть отдельные идиоты, что не верят в откат и пытаются творить бесчинства, прикрываясь военным походом, но такие случаи единичны и строго караются своими же.

В этом плане нам повезло, что япиранцы так же, как и мы когда-то пострадали от карательной акции неизвестных небожителей. А еще очень повезло, что они не дикая раса, чуждая нам, а такие же люди. Помню, читал как-то, что на территории горной гряды Энки была раса человекоподобных дикарей. Они отличались особыми габаритами, возвышались небольшими скалами над обычными людьми. Да, пишут в летописях, что жители диких племен были огромны, под три метра роста, отличались неистовой свирепостью, казались невменяемыми. Убивали с особой жестокостью. И когда решили, что им в горах места мало, спустились в предгорье и не оставили никого живого, вырезая целыми деревнями, расчищая себе место под жилье.

Вот это я понимаю враг, так враг. Они рвали людей своими клыками, зловеще торчавшими окровавленными иглами из-под нижних губ. Сила в дикарях – гигантах была такая, что они голыми руками разрывали живую плоть пополам, шлепая босыми разлапистыми ступнями по завоеванной земле, оставляя за собой грязные огромные следы перемешанной грязи с кровью. Они шли уничтожать людей, чтобы привести на плодородные земли своих самок и детенышей. Поэтому человеческие мужчины, женщины и дети оставались за их спинами валяться порванными тряпочками на вытоптанной земле.

А нам повезло. Враг цивилизованный. И ему тоже нужны подданные. Зная это, люди даже свой привычный жизненный бег не нарушат. Война и война, им-то что?! Это знать делит между собой, кто будет зваться королем.

Армию, конечно, такие привилегии не каются и убивают там взаправду. Но и платят в армии так, что даже если останется вдова с детьми, с голоду умирать не будет. Что бы, кто не говорил про Диригия, каким бы легкомысленным повесой он не слыл среди населения из-за своего холостяцкого положения, упрекнуть его в неразумном управлении королевством нельзя. В приоритете у монарха благополучие страны, мощь армии и спокойная сытая жизнь людям.

К чему это я все вспомнил? К тому, что уже есть жертвы среди мирного населения! Да это не было планомерным уничтожением. Это были первые щепки, полетевшие от неосторожной рубки. Но лесорубами оказались маги! Маги, мать вашу! А значит, если дать беспределу разгореться до неконтролируемых размеров, то приход карателей только вопрос времени и количества жертв. Надо остановить все это сейчас! Пока вселенная не решила, что одаренные снова заигрались в богов и пора нас поставить на место.

- Где перебежчики? – спрашиваю я у Де Глиса, когда местный лорд лично провожал нашу столичную делегацию до покоев.

- В казематах, - виновато разводит руками, наверное, самый большой перестраховщик в нашем королевстве. О паранойе лорда ходят не только смешки, но и полноценные анекдоты. – Я не знал, насколько их просьба о помощи искренняя, вдруг это лишь уловка? Ну и… принял меры, так сказать.

- Все правильно, Вердик, - устало похвалил я лорда и, получив положенный по этикету поклон, позволил хозяину префектуры оставить меня. Сам же отправился на отдых, рассчитывая с самого утра уже навестить наших одаренных гостей.

Глава 41

Хльюи Де Ронго

- Хльюи, когда я тебе говорил, что возможно, подчёркиваю – ВОЗМОЖНО, нам самим выгодно не пролонгировать договор, я не имел в виду, что надо убить мага с противной стороны, - посмеивается надо мной Его Величество. Он застал меня за прогулкой в парке, когда мы с Чиари как раз обсуждали его ночную вылазку в стан врага, то есть в апартаменты посла. Беззвучно шарить вокруг спящего клиента вору не в новинку, поэтому ему никакой опасности не было. Но вот то, что сладко посапывающий в кровати мужчина вовсе не есть клиент, Чиари не знал, иначе бы уже стоял у моей кровати, перерезая глотку охамевшему воздыхателю. Возможно и к лучшему, что Чиари не было, это дало послу шанс выжить. Хотя учитывая, кого он выбрал предметом своей необузданной страсти,… шансы его истончались с каждым мгновением.

- Диригий, не береди душу, - прошу я, позволяя увлечь меня, вдоль алей, медленно покрывающимся осенним багрянцем с позолотой. Сегодня погода не особо радовала, периодами налетал холодный ветер, стремясь подорвать подол моего простецкого платья куполом. Я куталась в невесомую, но тёплую шаль из фимуртанской пряжи и ёжилась от неприятных пронизывающих порывов ветра. – Между прочим, твоя вина, что япиранец в плачевном состоянии с пробитой головой. Ты обещал оградить меня от его претензий на мою беременную персону!

Я сурово сдвинула брови и возмущенно ткнула пальчиком в каменную грудь монарха, наступая и злясь.

- И вместо того, чтобы спокойно вынашивать наследника твоего лучшего друга, я вынуждена отбиваться от потенциального насильника, привилегированного, титулованного, но всё-таки насильника! Ты хоть представляешь, как это, чувствовать себя беспомощной и беззащитной под натиском тяжелого тела нежеланного мужчины? Как это, когда твои руки перехвачены стальными тисками, а в рот настойчиво рвётся чужой язык? Хочешь, я тебе подробно сейчас расскажу, как меня чуть не стошнило на посла? Или как его бескомпромиссные руки срывали с меня покрывало, и лапали моё тело? А я должна была терпеть, боясь разозлить маньяка, потому что под удар в любой момент может попасть мой ребенок… Я тебе много могу рассказать Диригий! Особенно, как боролась с ветром, который норовил прорваться и размазать твоего япиранца тонким слоем по всем стенам. И не было тебя, чтобы помочь! Никого не было! – я уже почти кричала, заливаясь злыми слезами, продолжая наступать на короля и больно тыкая ему в грудь обвиняющим перстом. И с каждым новым словом, я заводилась всё больше и больше, уже не чувствуя даже бушующей вокруг непогоды, хотя ветер усилился настолько, что мою шаль срывало напрочь, и Дирг еле успел ее перехватить у настойчивой стихии.

- Тише – тише, - внезапно обнял меня монарх, привлекая в свои объятья и кутая снова в шаль, а для верности еще и свой камзол на меня накинул, - шшш… прости, Хльюи, я был немного занят, не успел провести разъяснительную беседу с Андждэем, но боюсь, он бы всё равно не внял. Не злись, пожалуйста, ты сейчас ходишь по грани, не провоцируй свою стихию…

- Я себя контролирую, - пытаюсь я вырваться из чуждых мне объятий.

- Нет, маркиза, - крепче вжимает меня в своё тело Диригий, - не контролируешь. Пошли, нельзя тебе на ветру и холоде стоять.

- Я хочу вернуться в свой дом, - вдруг приходит мне неожиданная мысль. – Дворец оказался для меня небезопасным, а ты не смог защитить.

- Нет уж, - чувствую, гневается Его Величество, - тут я хоть как-то могу контролировать тебя и твои поступки, а там что будет?

- Да ничего ты не контролируешь, Дирг! Меня вообще не надо контролировать! Меня просто надо обеспечить безопасностью. И всё! Неужели это так трудно?

- А кстати о безопасности, где был твой личный телохранитель?

- Он выполнял моё задание, - уже с куда меньшим энтузиазмом буркнула я, понимая, что сейчас уже не я, а на меня будут ругаться…

- Интересно, это какое? – удивляется мужчина, потихоньку продвигаясь в сторону дворца, пытаясь увести меня с холода, - разве не твоя безопасность его первоочередное задание?

- Это задание от Лиса, но мои просьбы и поручения всё же в приоритете.

- И что же ты ему поручила?

- Проследить за тобой в ванной, мне было любопытно, справляется ли Его Величество самостоятельно с интимной гигиеной или у тебя есть личный помощник, что стоит за твоей спиной и держит наготове ковшик с ароматизированной водой…

- Иногда у меня складывается впечатление, что тебя воспитывали не в лучших традициях дворянства, а под юбкой портовой девки, Хльюи, - безнадёжно огорчается монарх и мне даже становится немного стыдно за своё хамство, но я вспоминаю, что по его недосмотру чуть было не была поругана япиранским послом и стыд быстро улетучивается, заменяя себя на необузданное желание мстить.

- Я не могу связаться с Ильизом, - вдруг решаю я открыть мужчине очередную свою печаль, сопровождая тяжелым вздохом свои слова. – Я боюсь…

Диригий молчит. Сурово так молчит. Словно и сказать есть что, да говорить мне это не желательно. Горло перехватило спазмом от осознания, что муж может быть уже мёртв и только я не в курсе. Остановилась, как вкопанная, не позволяя уводить меня дальше.

- Говори! – прикрыв глаза, велю я королю, а сама сжимаюсь вся внутри от боли, проникающей в сердце.

- Хльюи, - как-то виновато начинает он, - не переживай, с Ильизом всё будет хорошо…

Я судорожно перехватываю глоток воздуха, чтобы не разреветься.

- Будет? Что с ним? Когда ты с ним говорил?

- Успокойся, прошу тебя, - крепче прижимает меня к себе Диригий, ограждая своей мощной фигурой от холодных порывов ветра мое тщедушное тельце. Взял мою ладошку и поднёс к своим губам, пытаясь согреть холодные пальцы своим дыханием. – Тебе. Нельзя. Нервничать. Совершенно. – Чётко разделяя каждое слово, напомнил мне мужчина, продолжая греть меня собой. – Ильиз будет в порядке в любом случае. Он вернется и хочет увидеть тебя счастливой, здоровой и круглопузой. А не дёрганной истеричкой на фоне утраченного плода. Или ты берёшь себя в руки и ведёшь себя, как нормальная беременная женщина, со счастливой задумчивостью в глазах, или я приглашу сюда твою мать и она тебя научит, как вынашивать потомство.

- Это низко и подло с твоей стороны, угрожать и шантажировать беременную.

- Ты не оставляешь мне выбора. Ты впадаешь в крайности.

- А ты так и не ответил мне, что с Ильизом! Я должна знать, что он жив…

- Он жив, - слишком поспешно отвечает мне Диригий, вызывая тем самым еще больше подозрений. – И всё идёт по его же плану, Хльюи, если тебя успокоят эти слова.

- А нападение на меня посла тоже входило в его план? – снова злюсь я и пытаюсь оттолкнуться от каменного изваяния, почему-то по недоразумению, являющимся живым человеком. Вот уж действительно, Земля подходящая стихия этому человеку – сплошная твердь и монолит.

- Я думаю, что этот вопрос вы решите с мужем и без меня, - холодно замечает король и, не долго думая, вскидывает меня на руки, унося во дворец. А я только сейчас подумала, что без камзола, в одной только шелковой рубашке, мужчине, должно быть, очень холодно стоять тут, продуваемому всеми ветрами и успокаивая мою истеричность. Снова устыдилась и дала себе мысленный зарок, буду держать себя в руках и уж точно начну думать прежде, чем оскорблять монарха или вредить ему. – А чтобы тебе совсем облегчить муки совести, могу обрадовать, что с послом ничего страшного не случилось. Голову ты ему, конечно, контузила, но он всё же маг, поэтому быстро придет в порядок. Он уже запустил регенерирующее заклинание, так что думаю к вечеру, у меня состоится с ним разговор о тебе. И больше вы не увидитесь. А небольшое сотрясение мозга ему даже полезно.

- Спасибо, Дирг, - неловко шепчу я и прошу, - прости меня, пожалуйста, я действительно веду себя, как капризный и избалованный ребенок.

- Ты и есть ребенок, Хльюи, - смеется тихо Его Величество, - именно капризный и избалованный. Но теперь тебе придется взрослеть в быстром темпе.

- Бон-вантей! – холодный и неприязненный голос останавливает наше шествие посреди коридора, и мы с Диригием отвлекаемся друг от друга, то есть от увлеченного диалога, чтобы синхронно повернуть головы в сторону голоса. Андждэй, как будто и не был десять часов назад с пробитой головой, стоит перед нами и зло сверлит серыми глазами, очевидно желая разорвать нас голыми руками. Диригий же не соизволил даже спустить меня с рук, лишь поудобнее перехватил и заговорил с послом на япиранском. Специально гад, он ведь в курсе, что Андждэй знает наш язык, но тем не менее, хочет утаить от меня их разговор.

Тон мужчин из официально-холодного становится ядовито-ироничным. Похоже, пошли взаимные вежливые оплеухи. Прищуренные глаза, строгие неприязненные реплики… Как бы не подрались сейчас. Смотрю у япиранца уже желваки заходили, а губы сжались в бескровную линию, черты заострились, показывая тёмные круги под глазами, кажется, регенерирующее заклинание не совсем справилось еще с последствиями ночных приключений.

Когда я думала, что между мужчинами засверкают молнии, посол наконец-то отступил, вежливо склонив голову и опустив глаза перед монархом целой державы, хоть и враждебной. Мы прошли мимо. И хотя у Его Величества был на руках балласт в моем лице, он шел с видом истинного короля и победителя.

- Что… что ты ему сказал? – шепчу я испуганно. Кажется, дипломатический скандал временно отменяется.

- Сказал, что заставлю его жрать свои дипломатические регалии, если он еще раз покусится на спокойствие мое фаворитки.

- Ох, ты не мог так со мной поступить! – возмущаюсь я. – Я ему пела, что верная супруга своего любимого мужа, и тут вдруг нате вам, фаворитка короля, которую сам же король несет на руках в его же камзоле…. Ужас! Истинный ужас…

- Не переживай, - усмехается Диригий. – Я обещал тебя защитить, и я защищаю. Так, как считаю, эффективнее всего.

- Поздновато опомнился, - хмыкаю я. – Может, ты меня уже поставишь на пол? Я ж не калечная, могу и сама… ножками…

- Нет, не поставлю. Мне очень нравится твоя близость, - признается король и улыбается проникновенно так, - и твой запах нравится, ужасно…

- Дирг, голову проломлю, - предупреждаю я и вырываюсь. Нехотя, но мужчине пришлось поставить меня на пол, но он не смог себе отказать в удовольствие взять меня за руку, ведя дальше по коридорам.

- Куда ты меня тащишь? – вдруг осознаю я, что мы идем совсем не в сторону моих апартаментов.

- Обедать, - удивляется мой сюзерен, - ты загулялась сегодня и погода нелетная, поэтому тебе просто необходим сейчас горячий обед. Чиари, ты с нами? – куда-то себе за спину спрашивает он и тут же, словно из тени короля появился мой телохранитель.

- Если госпоже будет так спокойнее.

- Да, - с облегчением выдыхаю и улыбаюсь другу, - я буду рада и спокойнее с тобой.

- Эх, мне ты не улыбаешься так искренне, - сетует Диригий.

- Просто Чиари мой друг, а ты мой король!

- Поэтому ты с королём обращаешься, как с юродивым слугой?

- Неправда, - возмущаюсь я и краснею.

- Пойдёмте, - снова улыбается Дирг и увлекает меня с собой, Чиари же вышагивает рядом, уже не скрываясь.

Глава 42

Ильиз Де Ронго

- Бон-вантэ?й, ган жюри?, - здороваюсь я ровным и ничего не выражающим тоном с магами. Ребята, не сказать, что совсем юнцы. Хотя и пара отроков среди них есть, но в основном, зрелые такие. Матерые. Должно быть, достаточно опытные, если конечно они не отсиживались где-то на задворках королевства, окопавшись в огородах, а как и положено обладателям силы, служили на благо страны. – Вар ган сай?? – интересуюсь, кто у них за главного, кому делегированы полномочия вести переговоры. С казенной лавки встает мужчина, лет этак под сорок внешне. Солидно выглядит, если бы не усталость в его глазах. Не напускная, а реальная. Так, лидер есть. Отлично. – Пройдемте в допросную, - говорю по привычке и тут же исправляюсь, вспоминая, что иностранцы меня не понимают, - Кра?ни този?, - приглашаю его на переговоры, переходя на япиранский.

- Мы говорим на торлеринском, - признается маг, стоило только нам зайти в отдельную камеру, быстро оснащенную удобным столом и стульями, чтобы моему сиятельству было удобно вести допрос.

- Отлично, - расплываюсь я широкой улыбкой искусителя. – Тогда начинайте вещать, уважаемый, я вас внимательно слушаю, - я демонстративно подтянул к себе пачку листов и чернильницу с пером, намереваясь записывать показания. Впрочем, перо у меня из рук быстро выпало, когда маг противной стороны произнес:

- А давайте, Ваше сиятельство сэкономим время, и вы просто прочтете меня, как умеете?

- Интересно, откуда у вас информация о моих особенностях? – прищуриваюсь я, начиная из-под воль сканировать своего визави. Пока не обнаруживая своего присутствия в чужом сознании.

- Надо знать своих гипотетических противников, - пожимает плечами мужчина.

- Не понимаю, каким образом вы заинтересованы во внешнеполитическом конфликте двух держав? – задаю наводящие вопросы, слой за слоем проходя глубже в память мага.

- А мы и не имеет интереса воевать, - разводит руками он и вдруг улыбается, чувствуя, что я нашел то, что в его голове было спрятано специально для меня. – О! Нашли! – радостно сверкает глазами маг. – Читайте же!

- Что это? – я резко обрываю контакт, причиняя мужчине боль своим порывом.

- Ох! – трет виски япиранец и жмурится от мигрени.

- Что это? – повторяю вопрос, не спеша читать послание, оставленное мне. Опасаюсь попасть под внушение, да. Мало ли, какие способности у менталиста, ставившего эту ловушку.

- Послание, Ваше сиятельство, - грустно улыбается маг. – Не бойтесь, у вас в заложниках пятнадцать магов! Неспособных колдовать на вашей территории иначе как защищаться. Ее Величество отдает вам веский козырь против своей собственной страны. Взамен просит лишь прочесть ее послание…

- Картарина? – прищуриваюсь я, снова входя в контакт с сознанием мага. - Кто делал эту закладку? Кто менталист?

- О, да Создатель с вами! Просто прочтите уже это демоново письмо, господин дознаватель и получите все ответы на свои вопросы!

И я решаюсь, вскрываю королевскую печать, понятно, что она ментальная, но все же есть. И с первых же строк понимаю, что все, куда сложнее и хитрее придумано, чем мы с Диригием могли предположить. Утрись, друг мой шовинист, ибо Ее Величество пусть и юна, но отнюдь не дура.

Я увлекся и перечитал послание несколько раз. Проверяя его на междустрочные послания. Но, все было чисто. Никаких подводных камней. Изложила суть максимально кратко и доступно. Умница, девочка.

- Вы в курсе, что за информация содержится в письме? – внимательно слежу за мимикой мага.

- Никак нет, Ваше сиятельство, - совершенно честно отвечает япиранец.

- Кто вы Ее Величеству? – мои вопросы четкие и короткие, не подразумевающие расплывчатых ответов.

- Учитель, господин дознаватель, - усмехается маг. – Ее Величество юна и все еще учится править, впрочем, я учил ее совсем иным наукам.

- Магии? – дергается моя бровь.

- Нет, - врет мне маг. – Точным наукам. Я маг не боевого профиля, я ученный. И мои знания лежат в области бытовых умений. Я не владею стихией. Зато весьма преуспел на преподавательском поприще.

- Она ждет ответ?

- Вы должны были узнать это из послания, мне указаний не дано на счет ответа.

- Хорошо, - здесь маг не врет. Картарина действительно не ждет ответа. Она ждет меня. А вот идти на поводу у женского коварства или послать все к демонам и пусть будет все, как должно?

- Зачем вас таким кагалом послали?

- Во-первых, как я уже сказал, мы ваши заложники. Эта словно… гарантия вашей безопасности. Во-вторых, это подстраховка. Хоть один из нас, но должен был донести послание Ее Величества. У каждого в голове одна и та же установка. Ну и… здесь собраны те, кто стопроцентно не желает войны, не желает гибнуть из-за амбиций знати, и те, кто действительно просит убежища.

- Иными словами, Картарина отправила сюда тех, о безопасности кого печется лично… Какое бы решение я не принял, вас она отдала под мою опеку. - Читаю я между строк. Маг уважительно кривит губы. – С больной головы на здоровую скинула, да?

- А еще, я единственный среди нас гуманитарий, если можно так сказать. Остальные боевики и защищали меня. Без их защиты и поддержки, инквизиторы пресекли бы наш побег еще на корню.

Япиранец извиняясь, разводит руками, а я недовольно хмурюсь. Если этот прав, то разговаривать с другими смысла нет. Но я не я, если не проверю все варианты. Поэтому еще полдня уходит на сканирование других магов и чтение одного и того же письма уже пятнадцатый раз. Маршал пока отправился с проверкой по ближайшим гарнизонам. Надо быть готовыми на случай новой пограничной стычки. Должен к вечеру вернутся. А я пока остался в раздумьях, как теперь быть и что делать.

Глава 43

Хльюи Де Ронго

Его Величество на этот раз не подвёл, и проведенное внушение послу принесло свои плоды. Меня никто не трогал. Я жила своей жизнью. Тоже никого не трогая, в политику так же не лезла. Даже про украденную у посла печать забыла успешно. Единственное, что теперь меня беспокоило, это здоровье малыша, постоянная тошнота и отсутствие мужа. Постепенно изучала япиранский язык. Чиари оказался очень терпеливым репетитором, я вполне обучаема, а язык не такой уж и сложный. Леоль и Тания с жадностью впитывали знания чего-то нового. Наш любознательный квартет просиживал днями в библиотеке, наслаждаясь обществом друг друга, и попутно знакомясь с языком гипотетических врагов.

- Чиари ты откуда япиранский знаешь? – удивляюсь я и тут же корю себя за этот вопрос, потому, что ответ заставляет Леоль с Танией опустить глаза и залиться краской до корней волос.

- Кроме того, что у меня была любовница – студентка университета? Моя матушка обучала меня. Тратила все заработанные деньги на мое образование. Не только языки, но и другие науки и даже благородное фехтование. Наверное, она питала надежды, что я стану кем-то большим, чем отщепенец от воровской гильдии.

- А кем была твоя матушка? – удивляюсь я, что у простолюдинки водились средства на репетиторов для сына и игнорирую румянец на лицах девочек. Кажется, они зависли еще на слове «любовница» – Расскажи нам о себе? А то весь такой таинственный, откалываешь трюки достойные магов, силен, как небожитель из старых сказок. Может быть, приоткроешь нам немного завесу тайны?

- Нет, госпожа, не приоткрою, - пытается отшутиться вор, но я заметила в его серых глазах напряжение, - не хочу развеивать ваши девичьи фантазии. Не интересно все знать. В моем случае, еще и опасно, - подмигивает мне телохранитель наигранно, но я уже догадываюсь, что его тайна умрет вместе с ним совсем по иным причинам.

- Извини, - спешу сгладить неловкую ситуацию, коря себя за излишнее любопытство.

- Вернемся к глаголам, - вздыхает украдкой вор и бросает настороженный взгляд на Леоль. Но по реакции монашки можно понять только ее смущение. Боже, святая простота, как же ты свою брачную ночь переживешь без нюхательной соли? Судя по недовольному покачиванию головы нашего учителя, он пришел со мной к единому выводу. - А вот почему, вы благородные леди, не изучали ранее языки, мне не понятно? - вдруг откладывает в сторону тяжелую книгу Чиари. – Неужели ваша матушка, которая владеет и япиранским и фимуртанским, не озаботилась вашим образованием?

- Ну, - подает голос Леоль, - матушка до замужества с нашим славным маршалом, готовилась в жены совсем иному дворянину… - смущаясь, пытается объяснить она и косится на меня, спрашивает взглядом, не сболтнула ли лишнего.

- О, да эту историю все знают, - отмахиваюсь я. – Матушка должна была стать женой дипломата. Квертина Де Брэльже. Ее фактически с пеленок воспитывали быть такой, как надо. Достойной женой своего благородного супруга.

- Но ведь этот государственный муж был послом в япирании. Скончался год назад, насколько я помню. Ему было… - напрягся Чиари, пытаясь вспомнить, - много, словом ему было.

- Да, Квертин был на тридцать лет старше нашей маменьки. Но вдруг случился на ее пути другой мужчина. Молодой маршал, только-только начавший свои подвиги на пути к славе великого полководца. Он влюбился в юную леди Де Роял без памяти и начал свою завоевательную компанию, оставив старого дипломата с носом.

- Какое… издевательское стечение обстоятельств, - тянет вор, - насколько я помню, место почившего посла занял ваш брат, сын той, что не досталась когда-то бедолаге дипломату.

- Да, странное чувство юмора у судьбы, - хмурюсь я, возвращаясь воспоминаниями к нашей безрадостной ситуации. И уже без былого азарта заканчиваю ответ, - ну, а на нас не было планов у государственных мужей. Нам лишние языки ни к чему, - отвожу взгляд, не желая показывать, что мое настроение вновь изменилось, и я уже готова расплакаться. А как тут собственно не плакать, когда уже почти две недели, как нет Лиса рядом. И хоть бы весточку кинул, что живой! Так нет же! Тишина полнейшая.

И всё вот вроде бы шло, как положено, никто не претендовал на моё несчастное тельце и душу… только всё ближе ко мне подкрадывалась тревога, заползая в душу и отравляя своим ядом…

Я уже было заставила себя думать, что всё будет хорошо, Ильиз скоро вернется и заберет домой под своё надёжное крыло… когда внезапно с приграничной провинции вернулся отец. Один. В состоянии, близком к смерти…

Ставить меня в известность о возвращение отца не собирались, но случайность помогла мне услышать то, что не предназначалось моим ушкам. И даже требуя у Диригия объяснений и возможности повидаться с отцом, я получаю вежливые, но неоспоримые отказы. Как бы я не ярилась, не злилась, не топала ножками и не потрясала маленькими кулачками, осыпая смехотворными угрозами мерзкого предателя в лице монарха, ответ мне был всегда один и тот же: «Хльюи, успокойся, выпей водички и дыши глубже. Маршал де Агриже без сознания, практически в коме, лекари к нему не пускают даже меня, ранение очень серьёзное, потерянно уйма крови, и никакого разговора с ним быть не может в принципе! Он при смерти, Хльюи, хорошо, если в сознание придёт перед смертью. Вариант, что он вообще вычухается, очень призрачен»

- А сопровождающие? Его же кто-то доставил сюда? Кто был с ним там? И почему от Лиса нет никаких вестей? Может быть, он вообще уже мёртв?! – злилась я, расхаживая по кабинету Диригия, заламывая руки. – Я хочу поговорить с его сопровождающими! И с Хедарой. Возможно, Ильиз мог ей передать какие-то сведения, у них же даже секретный язык есть между собой, так почему бы не быть и секретным каналам связи? Мой кристалл, он назвал не надежным, значит, мог и побояться связываться, мало ли, что у них там произошло?!

- Хльюи! – остановил меня Дирг, сжимая за плечи жесткими руками и вглядываясь в панику в моих глазах. – Ты должна успокоиться, девочка. Давай по порядку. Если бы Ильиз погиб, ты бы это узнала первой. Ты бы почувствовала его смерть, почти, как свою. Не забывай, ваш союз благословлен богами, не просто в рукотворном храме из камней, а в храме намного святее – вот здесь! – И мужчина приложил свою руку к моему животу, - твоё тело и есть святой храм и для Ильиза и для вашего чада. И случись, какая беда с твоим мужем, ты это почувствуешь еще до донесения официальной новости с гонцом. Уяснила?

Я судорожно сглотнула и неуверенно кивнула, пытаясь сморгнуть предательские слёзы.

- Ну-ну, я не хотел тебя пугать, я хочу успокоить. – Обнял меня Диригий, покрепче прижимая к себе. – Дальше, сложнее, маленькая маркиза, - прозвучало с грустью где-то над моей головой. Король не отпускал меня из своих объятий, словно боясь сказать мне в глаза то, что собирается. – Сопровождающих у твоего батюшки было предостаточно и все проверенные и надежные люди. Операция была почти тайной, поэтому армия осталась в столице. Маршал отбыл только с самыми надёжными своими людьми. И в числе этих же надёжных сопровождающих был и маркиз де Ронго. Сейчас те, кто доставил маршала обратно в столицу, на допросах, в департаменте. Их всех подозревают…

- В предательстве… - продолжила я сама и вздрогнула от мысли о муже, - и Ильиз тоже… подозреваемый?

- Я не могу тебе сказать. Он пропал. Практически сразу.

- Нет, он же со мной общался… через кристалл…

- Он может связаться с тобой из любой точки страны, дорогая.

- Его магические способности ограничены территориально? – начинает у меня в голове выстраиваться, какая-то смутная картинка происходящего, - Если например… он добровольно или насильственно оказался в… Япираннии…?

- Там его магические способности будут значительно слабее, если не сказать бесполезны…

- Если только не направлены на самооборону, - вспоминаю я слова посла. – Он не сможет творить агрессивное колдовство или любое требующее больших энерго затрат, но защищаться он сможет по полной. Это… условие наверняка из договора. Того самого договора, который вроде надо пролонгировать, но при этом все пытаются сорвать…

- Может быть, ты не будешь забивать свою хорошенькую головку этими мыслями, просто дождись, когда мужчины сами разберутся?

- Нет уж! – я разозлилась. – Ты подозреваешь моего мужа и своего друга в предательстве! Я не буду сидеть, сложа ручки!

- Хльюи…

- Нет, мне надо поговорить с Хедарой, с отцовским сопровождением и с отцом!

- А с богами поговорить не хочешь? Или сразу с самим Отреченным? – усмехается король, и всё-таки позволяет мне выбраться из его каменных рук.

- Дирг, если понадобиться спасать Ильизу жизнь или его имя, я пойду и в Чертоги Отреченного, но спасу его! Поэтому лучше не мешай, а помоги, не можешь помочь - уйди с дороги!

- Ильиз оставил тебя на моё попечение и под мою ответственность! И если с тобой или ребенком что-то случиться…

- Да что может случиться от разговоров?! – бешусь я. – Я же не собираюсь брать штурмом всю эту демонову Япираннию разом! Просто хочу убедиться, что Лис жив, здоров и не предал ни меня, ни тебя, ни нашу страну!

- А ты думаешь, я не задаюсь теми же вопросами?! – повышает на меня голос король. – Мой лучший друг, советник практически во всех вопросах, приближенный к политическим делам настолько, что уйди вся известная ему информация врагу, можно сразу заказывать панихиду по Торлерини. Массовую, одну на всех! И вот уезжает он к Отреченому на рога и….

- Ты сам его отправил, - едко напоминаю я. – И его и папеньку! Отобрал у меня сразу двоих защитников! Зачем они отправлялись в провинцию?

- На переговоры, можно сказать. – После некоторого раздумья всё же отвечает мне король. – Вроде как перебежчики там нарисовались. Но кто конкретно и по какому поводу мне доложить не успели.

- Расскажи всё, что знаешь, Дирг, - требовательно смотрю на монарха, пытаясь надавить на его психику своим тяжелым взглядом. – И, возможно, какая глупая мысль и придёт в мою светлую голову, оказавшись спасительной…

- Сильно сомневаюсь, - вздыхает мужчина и усаживается за стол, мне указывая на кресло напротив, приглашая присесть. - Горд де Ко?т сообщил мне, что на границе вроде как движения не поддающиеся логическим объяснениям. Очень активизировались маги, вообще неизвестно откуда взявшиеся. Ты же знаешь нашу ситуацию с одарёнными, она практически катастрофическая?! И тут вдруг ежедневные стычки. Мелкие и не затрагивающие нас, кроме как случайным рикошетом. Словно магов кто-то преследует и изживает, а они спасаются, как могут, отбиваются. На диверсию не похоже никаким боком. Но общественный порядок нарушается регулярно. Есть жертвы среди населения. Потом к местному лорду заявилась целая делегация япиранцев, просящих политического убежища, и помощи, мол сами до столицы добраться не в силах, преследуемые тайной канцелярией и инквизиторами Япираннии. Здесь! Представляешь, Хльюи, враждебные агенты разгуливают по нашей стране и кого-то тут еще смеют преследовать?! Неслыханная наглость! Лорд Вердик Де Глис не посмел отправлять в столицу неизвестно кого, но и выгонять на суд япиранских инквизиторов не стал. Он их всех в казематы, Де Ко?ту депешу, мне и Ильизу копию, на всякий случай. Вердик крайне осторожный и недоверчивый человек. Перестраховывается по максимуму, везде пытается подстелить, чтоб мягче падать. Вот и тут не знал, вдруг дознаватель или начальник тайной канцелярии могут быть на стороне врага, поэтому отправил депешу сразу всем! И мне в том числе, чтоб уж наверняка информация дошла, куда надо, вдруг они оба – предатели, - Диригий горько усмехнулся, понимая, что предосторожность лорда не беспочвенна, раз у нас маршал при смерти, а главный дознаватель под подозрением и вообще без вести пропавший пока.

- И ты отправил папеньку и Ильиза на разборки, - посмотрела я отстраненно в окошко, где лукавило осеннее солнце, зазывая ярким блеском, но не даруя былого тепла. – Они хоть доехали до места назначения?

- О, да, - протянул Диригий, несколько нервно, как мне показалось. – Они добрались до замка Вердика, так мне сообщил сам лорд, срочной депешей, стоило только твоим мужчинам ступить на его землю. Редкостный параноик и зануда он.

- А потом?

- А потом настала ночь, Хльюи и их расселили на отдых после почти недельной тряски в каретах, им тоже потребовался отдых. Разговор с то ли арестованными, то ли спасенными и спрятанными перебежчиками отложили на утро.

- Да не тяни ты кота за все подробности! Что они рассказали, что хотят? Почему убежали из Япираннии?

- Конкретная ты, маркиза, - холодно блеснул глазами король. – Лис не написал мне всей правды. Только ту, которую посчитал безопасной, на случай если письмо перехватят. Они убежали потому, что их преследует тайная канцелярия. Их обязывают служить стране. Воевать. Они же не хотят. Их вполне устраивает мирная жизнь, ну или служба стране вполне с мирными целями.

- Не поняла.

- Ну, в пределах своей страны маги, которые к нам сбежали очень даже служат, например в госпиталях или в правоохранительных структурах или просто обучают юных магов владеть силой. Договор о магическом нейтралитете в войне, ограничивает силы магов, в случае стычек или боевых действий на границах или внутри чужой страны. Но на своей территории, они весьма всесильны, как например Ильиз у нас. Их это устраивает. Они могут спокойно холить своё эго и самоутверждаться за счет простых людей, не имеющих магии в крови. И при этом совсем не надо рисковать своей жизнью, воюя с врагами. Ну, риск, конечно, всегда есть и на простой службе при канцелярии или при страже, но не такой, как на войне. А теперь представь, что их всех поголовно принуждают отправиться на войну, обещая снять территориальные ограничения их силы. Что они все сказали дружно? Правильно! Пошла ты к Отреченному такая страна, где нас хотят угробить ради чужих амбиций. Точно так же дружно они сорвались с места. И пошли искать защиты тут.

- Но ведь тут они слабы, что им проку? Отказываются от силы, чтобы не умереть в бою. Не похоже на амбициозных носителей дара!

- Присяга, Хльюи. В договоре есть пункт, что маг присягнувший монарху и стране, считается ее подопечным, а значит, отрекись они от Япираннии и принеси присягу мне и Торлерини на крови…. По сути, договор очень древний, и никто уже и не вспоминает о том, что нужна присяга. Просто из поколения в поколения появляются редкие маги, но никто не приносит присягу на крови. Территориального разделения хватает, чтобы договор соблюдался.

- То есть где родился, там собственно и приписан быть сильным? – я удрученно покачала головой, какая недоработка. - А если маг не патриот своей страны и вообще настроен радикально по отношению к власти, и при этом будет всесилен благодаря магии? А если он просто псих? И опять-таки всесильный псих?

- Ну, таких случаев слава всем богам пока не было. Но твои мысли заставляют меня задуматься и пересмотреть нюансы в договоре.

- Ты же хочешь его сорвать? – уже совсем ничего не понимаю.

- Нет, я сказал, что это может быть нам выгодно. Ну… например, если Ильизу окажется нужна помощь… там… на вражеской территории…

- А если он предатель? – вырвалось у меня против моей воли.

- А ты как думаешь? – хитро прищурился король, ожидая моего ответа.

- Нет, я не верю в предательство мужа, - задумалась, прикусив губу. Он может послать ко всем демонам кого угодно, но не меня и своего ребенка. В крайнем случае, он бы забрал нас с собой, но уж точно не подвергал бы опасности моего папеньку, зная, как я его люблю и не прощу такого вероломства. – Думаю, его действительно нет в Торленири. Когда он пропал?

- Через день после допроса…

- Переговоров, - многозначаще поправляю я, и Дирг соглашается.

- Да, после переговоров. Которые, кстати пытались усиленно сорвать, но сама понимаешь, что с Лисом пришлые справиться не смогли.

- А папенька, как он пострадал?

- О, это уже было после исчезновения Лиса. Маршал сопровождал пятнадцать магов – перебежчиков в столицу. Но без магической поддержки и защиты маркиза…

- Им удалось отбить магов?

- Нет. Но потрепали сильно. Маршал ранен. Маги очень ранены…

- Сильнее папы?

- Сильнее, Хльюи…

- Как же они добрались до столицы?

- А это всё перестраховщик Вердик,- усмехнулся король. – Он, как и обычно предупредил всех! И твой муж туда же! Настаивал еще до отъезда, чтобы Де Ко?т шел им на подмогу. Поэтому мои гвардейцы и Горд со своими тенями шли навстречу маршальской процессии, чего никак не ожидали нападавшие. С потерями, но япиранцев перебили.

- И никого живых?

- Практически никого. Парочка при смерти.

- Надо их вытащить с порога смерти и допросить! – взвыла я.

- Сядь, глупенькая, куда ты так рвёшься? Мы же не глупее тебя, да?!

- Прости, - я уселась обратно в кресло и поморщилась от резко прострельнувшей боли в висках.

- Тебе надо отдохнуть, дорогая, - неожиданно близко оказался Диригий и протянул мне бокал с водой.

- А ты лечить не умеешь, как Лис? – с надеждой протянула я вопрос, принимая воду от монарха. – Тошнота надоела ужасно. И слабость эта постоянная.

- Нет, Хльюи, я к сожалению не умею лечить так, как это делает Ильиз, даже не прикасаясь толком.

- А как ты умеешь?

- Видишь ли… у нас совершенно разная природа магии. Разные стихии. Он солнце и может касаться людей на расстоянии, одним лишь взглядом, стоит ему бросить свои лучи…

- А ты земля…

- А я земля, - лукаво смерил меня взглядом Диригий. – Мне нужен максимальный контакт с человеком, чтобы воздействовать на него своей магией…

- Ты хочешь сказать…

- Так тебе нужна моя помощь?- не дал мне завершить вопрос Диригий и коснулся моего лица рукой, погладил большим пальцем скулу…

Я замерла, не зная, как и реагировать, не понимая, как такое предательство могло прийти в его мудрую голову? А он расценил моё замешательство по-своему и склонился к моим губам, не дожидаясь ответа. Зря. Вот, зря он не услышал мой официальный отказ… Было бы не так больно его глупой головешке. Звук хлёсткой пощечины и бьющегося о пол бокала слились воедино.

Немая сцена. Оба стоим в шоке и перевариваем случившееся. Не могу прочесть по его взгляду, что он думает, а глубже не хочу копать. Ведь даже среди магов, чтение мыслей неэтично. Но, я – не я, если не объяснюсь… Всё-таки король, как никак. Нельзя оставлять такое оскорбление неоправданным.

- Спасибо, Диригий, - проглотив подбежавший к горлу ком, произнесла, - твой метод сработал, мне уже лучше. Всего-то надо было врезать хорошенько мерзавцу, пожелавшему попрать дружбу…

- Хльюи…

- Всего хорошего, Ваше Величество, - и я поспешила оставить опешившего короля в одиночестве. Отчего он больше опешил, от моей пощечины или от своей попытки меня поцеловать или от гневной отповеди с моей стороны, непонятно. Но и без разницы.

- Хльюи, - окликнул меня уже за дверью Диригий, - если выяснится, что Ильиз предатель, тебе придется сделать выбор. Ты на его стороне или на стороне своей страны и умирающего отца!

- Он. Не. Предатель!

- Кто знает? Я не очень верю, что его смогли скрутить силой и вывезти заграницу… Нет, если он в Япираннии, то оказался там добровольно и своим ходом.

- Это ничего не значит! – я зло зашипела, чувствуя, как вместе с отчаянием пытается пасть печать с дара-проклятия. Титаническим усилием присобачиваю на место печать и еще и эфемерной ножкой сверху притопываю, чтоб точно не вырвалась моя ветреная сущность.

- Посмотрим, - цедит неприязненно мужчина и меряет меня с ног до головы взглядом, - просто подумай о моих словах и чью сторону ты примешь? Я не сорву на тебе зло, даже окажись твой супруг предателем.

- Он не…

- Просто подумай, ты же умная девочка, маленькая маркиза… вся жизнь впереди… - Сказал и скрылся за дверью. Оставил меня думать прямо посреди коридора. Я бы так и стояла в шоке, если бы не Чиари, аккуратно вскинувший меня на руки и прижавший к груди.

- Он не предатель, госпожа, - тихо мне в макушку сказал охранник. – Я вам поклясться могу, что ваш муж не бросит ни вас, ни ребенка.

- Спасибо…

Глава 44

Ильиз Де Ронго

Нападение оказалось неожиданным. Закономерным конечно, раз ребят преследовали от самой Япираннии, но не думал, что будут атаковать здесь, в крепости. Или они не знали, что здесь я… или в принципе себя бессмертными считают. Считали. Да, я был зол, что меня так грубо разбудили посреди ночи, после тяжелого дня. Поэтому вспылил я. В прямом смысле слова.

- Да куда же вы, идиоты полезли со своими игрушками! – стоял над телами япиранцев и негодовал – С какого перепугу решили, что техника сможет победить магию?!

Я страдальчески возвел очи к ночному небу и красочно выругался. Ну и как прикажешь в плен этим придуркам сдаваться? Никто же не поверит, что они смогли меня пленить!

- Господин дознаватель, - подкрадывается ко мне Де Глис и с опаской осматривает шестерых япиранских инквизиторов, доживающих последние минуты своей жизни у моих ног. – Снимите пожалуйста щиты, мои стражники не могут выйти из крепости, - просит лорд. Я возвращаю свое внимание на него и сжимаю кулак, обрывая нить, питающую щиты. Я укрыл солнечным светом небольшую крепость, не позволяя врагам добраться ни до наших пленников, ни до нашего арсенала, ни до моего дорого тестя. Действовал по привычке. Быстро и четко. На поражение. А теперь стою и думаю, как же этим трупам сдаться в плен?

- Эй! – пинаю одного инквизитора, что все еще подает признаки жизни, но уже как-то вяло. – Жить хочешь, калечный? Сколько вас еще тут по окрестностям бродит таких… оснащенных?

В ответ я получил сдавленный посыл по весьма интимному адресу, а потому решил, что жить этот конкретный идиот не хочет от слова совсем. И пока он не потерял сознание окончательно я грубо вошел в его сознание, сканируя память и считывая всю необходимую мне информацию.

Выпустив из рук испустившего дух парня, я брезгливо оттер ладони о камзол и поспешил к маршалу, что тревожно выглядывал из окна своей комнаты. Наш легендарный полководец сверкал белизной ночного колпака и длинной сорочки, босой, но зажимая свой узкий меч в одной руке и тяжелый канделябр в другой, воинственно ожидал врагов, которых ему сегодня не досталось.

- Я знал, конечно, что не за святого жреца отдал свою дочь, - круглыми глазами смотрит на меня тесть, впервые увидев, мои зверские методы работы, - но все равно не ожидал… такого… хладнокровия…

- Признаю, - смотрю раздраженно на трупы, - я погорячился. Они мне были нужнее живыми, - и вздыхаю устало. Поспать бы… но не получится. Надо поговорить с Анторсом и объяснить ситуацию, резко изменившуюся. Он должен знать мой план. А потом отписать Диригию отчет по допросу и выдать рекомендованные ЦУ.

- Де Глис! – поворачиваюсь я к лорду, - трупы убрать. И к завтрешнему полудню надо запустить новость, что у нас тут в казематах томятся япиранские маги перебежчики, это раз. Второе, было нападение и попытка их устранить, которая закончилась провалом. Инквизиторы, что нападали ранены, но живы, находятся в крепости. И третье! Самое главное, Вердик! Маркиз Ильиз Де Ронго был серьезно ранен при ночном столкновении с инквизиторами.

- Вы хотите выманить остальных? – понимающе тянет лорд.

- Совершенно точно, Вердик. И мне надо, чтобы все был правдоподобно и в кратчайшие сроки.

- Будет сделано, разошлю ребят попьянствовать в городских трактирах.

- Исполняй, - разрешаю я, направляясь к маршалу. Теперь надо поставить в известность его. А то не ровен час еще решат, что я предатель.

***

Достучаться по кристаллу связи до жены я смог далеко не сразу, уже даже нервничать начал. Только ближе к полудню, она соизволила очнуться ото сна и ответить. Я уже извелся весь. А на таком огромном расстоянии смотреть глазами солнца считай исчерпать себя магически, и это при том, что я жду нападения.

Я поморщился от кровоточащей раны в боку, которую мне ночью поставил маршал. Ведь информация о том, что я ранен уже ходит где-то по селам и весям, окружающим приграничную крепость. Незначительно, да. Но все равно неприятные ощущения. Гонец с письмом к Диригию уехал еще ночью. Своему королю излагать план я не стал, побоялся, что гонца могут и перехватить. Но в общих чертах намекнул, чтоб не сильно удивлялся, чтобы не произошло. Надеюсь, он поймет, что все идет строго по моему плану.

С самого утра маршал с сопровождением, тайно увезли магов. Я просмотрел глазами солнца, никакой слежки за крепостью нет. Отъезд действительно тайный. А я остался тут ждать нападения. И убивая время, делая вид, что валяюсь тут сильно раненный, пытаюсь достучаться до жены.

Бедняжка оказалась в весьма плачевном состоянии. Беременность изматывала мою девочку частой слабостью, тошнотой и головокружением. Раньше она не знала всех этих радостей, я незаметно для нее, устранял все признаки токсикоза еще до того, как она могла их почувствовать. Да, демоны побери эту Картарину и Диригия со всеми их проблемами! Я готов возненавидеть весь мир за то, что разлучили меня с Хльюи. За то, что она вынуждена страдать там без меня и, наверняка ужасно переживая.

Я успел попрощаться, а вот дослушать прощальный ответ от любимой уже не мог. Где-то там внизу раздался грохот. Ну, что ж… оперативно организовались инквизиторы надеюсь, сегодня они будут вести бой разумнее, а то придется самому себя связать и отдать им. Я страдальчески закатил глаза, слыша, как взрываются внизу их странные механизмы. Надо побыстрее им сдаваться, пока они не покрушили этот форт и не поубивали людей лорда.

Разжег солнца в глазах и начал колдовать слабую атаку, так чисто для вида, когда дверь в мою комнату разлетелась на части, мимоходом пришибив меня тяжеленным куском дубового полотна. Больно, бесы! Сквернословя, как грузчик в припортовом борделе, я скинул с себя часть двери, пытаясь подняться. В боку резануло от раны, что так во время закровоточила, пропитывая мою рубашку. Хорошо, правдоподобнее будет. А процесс внутренней регенерации уже запущен и справится даже, если я буду в отключке или антимагической камере. Заметил странные механизмы в руках инквизиторов, дымящиеся на концах, очевидно этим они и разносят тут все к Отреченному. На меня наставили сразу несколько одинаковых механизмов, грозя разорвать меня на части, как недавно поступили с дверью. Меня окружили. Хорошо, может, и получится попасть в их плен.

- Гнот Раш! – выкрикнул один из япиранцев, требуя, чтобы я сдавался. Я покорно протянул руки, рассчитывая, что меня сейчас запакуют в антимагические наручни. Но инквизиторы не стали заморачиваться, видимо считая, что лучший вариант обезопасить всех от меня, это тупо убить, поэтому я сначала получил чем-то тяжелым по голове сзади, отчего завалился вперед. Ноги подкосились, в голове взорвался солнечный феерверк. Я упал на колени, успев подставить руки. Но коленопреклоненный маркиз это оказалось не то, что надо япиранцам. Как-то я не предусмотрел, что идиоты не получали приказа тащить меня живым к Ее Величеству. Кажется, они решили добить меня на месте. Следующий удар и снова чем-то тяжелым, возможно их огнестрельным механизмом, что мог поспорить размером с оглоблей, я получил уже в лицо. Скулу и бровь рассекло. На пол и руки закапала густая темная кровь. Но я все еще стоял. Хоть и на коленях. Но стоял, не падал.

- Их – тиш – Ран! – выругался кто-то за моей спиной и нанес третий удар, после которого в глазах потемнело, а сознание попыталось уплыть. Мда… не так, я планировал в плен попадать. Сделал вид, что я уже в отключке, пока всерьез меня не забили.

- Тори жюри ан, - ворвался кто-то в наш милый междусобойчик, вопя, что магов в крепости нет.

- Кхрашти аш, - отдает приказ отходить один из япиранцев и наконец-то отдает нужный мне приказ. – Араараш ган дрованзир!

На моих руках смыкаются антимагические наручни, а мое тело вскидывают на плечо, унося. Я еще боролся со слабостью пока отряд инквизиторов бегал по крепости, отстреливаясь от стражников и стремясь покинуть ловушку, даже не подозревая, что мышеловка захлопнулась очень удачно, а сыр, который они тащат в свое жилище, отравлен.

Меня грубо уронили на пол кареты, приложив в очередной раз головой. Молясь, чтобы к тому времени, как меня представят под строгие очи Ее Величества, запущенное заранее заклинание справилось со всеми моими травмами. Потому что потом уже будет поздно, когда мне придется сражаться и убивать. И с сотрясением мозга я мало что смогу сделать. А потом отпустил сознание, перестав следить за ситуацией. Мне нужен отдых. Катастрофически нужен. И как минимум недели полторы дороги до столицы Япираннии должны мне этот отдых обеспечить.

Глава 45

Хльюи Де Ронго.

- Плохая это идея, Хльюи! – сестра расхаживала из угла в угол.

- Ох, плохая идея, госпожа….– заламывает себе руки в мольбе Тания, - не рискуйте, давайте дождемся господина де Ронго?!

- Да не дождемся мы его! – зло рычу я, поглаживая плоский еще животик.

- Его Величество не одобрит, - смотрит со страхом в глазах Леоль. – А Его Сиятельство и вовсе с ума сойдет, если ты не справишься! Хльюи, пожалуйста… не рискуй!

- Чиари, - с надеждой смотрю на своего телохранителя, - ты же без эмоций рассуждаешь, ну скажи, есть ли иной выход?

- Выход есть всегда, - философски признается вор, не прекращая вращать между пальцев столовый нож, неаккуратно оставленный на блюде с фруктами. – Даже если вас проглотил дракон, у вас есть целых два выхода, госпожа, - жестко припечатывает он, намекая, что моя идея заведомо провальная. Вопреки серьезности ситуации, я усмехаюсь, представив, как дракона тошнит мной и это только самый приличный из двух выходов.

- Хорошо, - делаю глубокий вдох. – Давай включим логику…

- Давайте, - улыбается вор и берет с блюда большое яблоко, не глядя начинает его чистить.

- Мы маги стихийники. У Ильиза солнце. И он может дотянуться лучами светила до другого конца страны! Это энергозатратно, но реально.

- Вы к этому, каким боком? – в руках вора спиралью закручивается тонкая яблочная кожура, которую он ловко подхватывает и протягивает Леоль уже полностью очищенный плод. Я непонимающе уставилась на краснеющую монашку, что робко принимает от моего телохранителя подношение.

- Откуда вы знали, - тихий голос сестры, - что я яблоко хочу?

- Вы на него жадно смотрели, - усмехается одними глазами вор и возвращает свое внимание ко мне. – Госпожа, то, что умеет рыжий Лис – уникально. Стихийники и менталисты в принципе не пересекаются в одном человеке, но вы сами знаете, что умеет ваш муж делать с сознанием людей. Он уникален. Как вы, со своим нестабильным даром, собираетесь повторять подвиги опытного и битого в боях мага?

- Ну, мне же не надо своим ветром разхерачить Япираннию, - я не обращаю внимание, как на мои слова давится яблоком сестра. А вот бдительный вор ничего не пропускает мимо своего острого глаза. Мягко перетекает ближе к монашке и одним хлопком по ее спине возвращает Леоль возможность дышать, так же невозмутимо возвращается в свое кресло, - я просто пущу его погулять, посмотреть… отыскать Лиса и вернуться ко мне с докладом.

- Хльюи, ты скорее всего разнесешь дворец нашего монарха по кирпичикам, - хмурится сестра. Твой дар же нестабилен.

- Почему нестабилен? – дую обижено губы – очень он даже стабилен… в своей злости и ярости. Просто, мы с ним еще не договорились. Ну, вот сейчас будет повод взять и его и себя в руки и научиться им управлять.

На мои слова внутри тревожно зашелестел ветер, как бы говоря «давай-давай, отпусти меня»

Я мысленно отвесила гнусному ветру, почему-то приобретшему в моем воображении очертания мужского силуэта, затрещину. Не помогло. Тогда я еще оплеуху добавила. Свою коронную. От которой уже пострадал и Лис когда-то, а вот пару дней назад и Его Величество оценил тяжесть моей хрупкой ручки.

Ветер в облике едва различимого мужского силуэта недовольно на меня воззрился злыми серыми глазами, в которых виднелись грозы и шторма. «Какой красивый, - невольно оценила я свой дар, рассматривая его внутренним зрением, - но такой жестокий…»

«Я еще никому не покорялся, - шелестит в моей голове ветер, - и тебе не покорюсь!»

«И так и не познаешь свободы, - озаряет вдруг меня мысль, - так и будешь кочевать из одного мага в другого, не познавая истинной своей силы»

Я поспешно разрываю контакт со своим даром, закрывая его под печать, установленную моим всесильным мужем. Ловко я уже управляюсь с этой штукой. А ведь раньше, даже не могла ее толком рассмотреть. Но теперь, после двухнедельной практики постоянного контроля, чтобы эта самая печать не пала, я научилась ее не только крепко держать, даже не напрягаясь, а даже иногда приоткрывать по собственному желанию и подглядывать, как там мой дар томится в темнице.

- Хльюи, это несерьезно, - продолжает сестра, даже не заметив моего отсутствия в диалоге несколько мгновений. – Подумай о ребенке!

- Я думаю! – рычу, чувствуя, как моему дару нравятся такие мои эмоции, и тут же успокаиваюсь, - я думаю, Леоль! И моему ребенку нужен его всесильный папочка, или он вовсе не появится на свет с такой мамашей. И я вот прямо своим благородным задом чую, что Лису нужна моя помощь. Или хоть чья-нибудь помощь нужна. Он в беде, понимаешь!

- Хорошо, - вдруг произносит вор, пристально меня разглядывая, - пробуйте, госпожа. Только, если вы утратите контроль над даром, не обессудьте и не обижайтесь, я приму меры.

- Какие? – жалобно спрашиваю, наблюдая, как губы Чиари расползаются в кровожадной улыбке, от которой Леоль с Танией вздрогнули.

- Позвольте оставить некоторую недосказанность, госпожа, - насмешливо кивает мне вор, словно поклон соизволил подарить.

- Ну, тогда хоть окна откройте, - прошу уже не так уверено, отчего мой дар фыркает, зло насмехаясь.

- Госпожа, а что с ограничением силы на чужой территории? – вдруг спрашивает Чиари, сбивая меня с мысли. – Что если ваш муж в плену? Если он уже в Япираннии? Магия туда пробьется?

- Магия может там и в ограничении, - задумчиво жую губу, - но я ведь не буду колдовать. Я просто спущу стихию. Разве для солнца или для ветра есть какие-то территориальные ограничения? – говорю, а сама не чувствую уверенности в своих словах. Это лишь гипотеза. Но вариантов у меня нет.

- Звучит не очень уверенно, - поджимает губы телохранитель, но все же кивает девочкам, - открывайте окна, вариантов все равно нет.

Девочки подорвались со своих мест, спеша распахнуть створки, впуская в комнату свежий осенний воздух с запахом холодного дождя и листвы.

«Ну, что, давай договариваться? – мысленно обращаюсь к своему дару, а сама поудобнее усаживаюсь в глубокое кресло, готовясь к длительным переговорам. – Лис сказал, что ты хочешь свободы, которую я тебе не даю…»

«Хочу свободы абсолютной, - шелестит в ответ, пронизывая меня внутри стужей северных ветров»

«Надолго ли? – стараюсь не съежится от боли в груди, словно само сердце у меня застывает, продуваясь насквозь, - сколько носителей ты сменил уже? Сколько погубил?»

«Много, слабое ты создание, слишком много! А вы все не переводитесь!»

«А знаешь почему? Ты разумен только благодаря нам, - усмехаюсь, чувствуя недовольство, и получаю хлесткий удар по астральной проекции. Лицо обжигает холодом. Душу сковывает страхом, который я не могу себе позволить. – Ты никогда не будешь абсолютно свободен! На смену мне придет другой маг!»

«И его постигнет твоя же участь! – ярится ветер, бьется о стены своей магической темницы. До меня может дотянуться только потому, что я сама к нему пришла»

«Да – соглашаюсь я. – И его и следующего, и всех остальных тоже. Бесчисленное множество перерождений. Потому что таковым ты задуман вселенной и пока не примешь своего предназначения, не познаешь настоящей свободы!»

«Чего ты хочешь? – после недолгой паузы задает свой вопрос ветер, подходя вплотную. Движения эфемерного мужского тела порывисты. Он пугает меня своим стремительным приближением. На пустом лице, мутном, от ярившегося в призрачной оболочке ветра нереальными бельмами выделяются неживые глаза. – Я хочу жертв, ведьма. Моя суть – разрушения. Сними печать и мир познает истинную катастрофу!»

«И что? Надолго ли разгуляешься? – кривлюсь, чувствуя холод, каким несет от этого силуэта. – Успеешь покрушить пару городов? А может и не успеешь. Возможно, сразу уйдешь на перерождение в ином маге, и все сначала…»

«Чего ты хочешь? – повторяет ветер с совсем другим уже подтекстом»

А я улыбаюсь ему, тянусь эфемерной рукой к пустому лицу, пытаясь понять, осязаем ли он вообще. Пальцы не встречают сопротивления, но ледяное уплотнение воздуха ощущается. Спускаю свою руку ему на грудь и вдавливаю ее внутрь, где по моим представлениям должно биться человеческое сердце. Конечно, внутри ветреного силуэта такого устройства явно не нащупывается, но все же явление, с которым я сейчас стою лицом к лицу идет рябью, словно собирается распасться или развеется. Ему неприятно. Сжимаю свой маленький кулачок внутри и цежу с каким-то маниакальным злорадством:

«Подчинения. Полного. И я сниму печать»

Силуэт все же не выдерживает моего присутствия в его призрачной груди и разлетается во все стороны, срывается ветром, бьет меня наотмашь ледяными порывами. Ярится и злится, продолжая биться о стены темницы. А потом вдруг затихает и шелестит:

«Мне нужны жертвы!»

«Я предоставлю тебе возможность, но строго по моей указке! Или будешь кочевать вечность из одного носителя в другого!»

Снова наступает момент ярости, когда повторяется его агония, когда он пробует на прочность стены, рвется, пытаясь меня напугать, сломить, но я стою на своем и жду ответа.

«Хорошо, - вдруг перед самым моим лицом вспыхивают злые глаза. – Давай рискнем!»

Я распахиваю глаза, чувствуя, как ветер рвется из меня и сносит все, что ему попадается на пути, переворачивает мебель в комнате, срывает картины со стен, рвет занавес, хлопает створками окон и дверей, шумит ураганом. Визжат Леоль с Танией. Их юбки куполами взметаются, оголяя ноги, а волосы взлетают широкими веерами. Чиари загребает обеих в свои объятия и прячет собой, прижав к стене.

Я поднимаюсь с кресла, вокруг которого взбунтовалась стихия и простираю руку, призывая ветер к порядку. Затихает ураган, громко опадает мебель, кружащая по комнате, обвисают лохмотьями шторы. Тишина бьет по ушам. И только тихий покорный шелест ветра, ластится к моим волосам и шепчет, что хочет убивать.

«Подожди пока. У тебя другое задание»

Глава 46

Ильиз Де Ронго

Первое, что мне приходит в голову, это боль. Ужасная, раскраивающая череп на части, взрывающая мозг и мешающая думать. Кое-как справившись с непривычными для моей всесильной натуры состоянием я открыл глаза. Белый потолок с золотой лепниной и глазурью, нежного лазурного цвета… Так, не в темнице, уже хорошо. Окна распахнуты настежь, впуская в большую спальню осеннюю прохладу и запах прелой листвы. Здесь холодает быстрее, чем у нас. Поворачиваю гудящую голову, пытаясь сообразить, гость я или пленник. На запястьях чувствую тяжесть наручней, но это не есть проблема. Осматриваюсь.

Комната в светлых тонах. Нейтральная. Без опознавательных знаков кому принадлежит, скорее всего - гостевая.

Попытка подняться отозвалась во всем теле жуткой болью. В голове снова цепью болезненных взрывов прошлась мигрень. В боку заныло. Или мои «внутренние тайники» не сработали, или мы слишком быстро попали в Япираннию, что я не успел регенерировать. Сейчас в антимагических наручнях, я не мог почувствовать, насколько эффективно работает магия и спрятанные заранее заклинания. Превозмогая боль я все же поднялся, перекатился на бок, охнул, но все же сел на кровати, свесив ноги на пол. Ступни тут же утонули в густом светлом ковре. А мозг возмущенно фыркнул:

«Как люди живут с такими слабыми оболочками и без магии? Это же ужасно больно и унизительно быть такими… слабыми»

Заткнув подальше недостойные мысли о бренности человеческих тел, я неуверенно встал, еле успев ухватиться за спинку кровати, чтобы не упасть.

Нагота меня не смутила от слова совсем. Мне нечего устыдиться даже войди сейчас в эту комнату сама Картарина. Пошатываясь и держась за холодные стены, я добрался до ближайшего окна. Холодный ветер обласкал обнаженное тело, но я не дрогнул, жадно поглощая скудные солнечные лучи, пробивающиеся из-за низких свинцовых туч. Подставил лицо, широко раскинул руки, уперев их в оконные откосы. Со стороны, наверное, кажется, что мне плохо, что я на ногах не могу устоять и поэтому держусь так. А на деле, мне становится лучше с каждым новым прикосновением своего покровителя.

Да, на мне наручни. Меня ограничили в магии. Но! Кто не знает, магию у меня не отняли. Антимагические артефакты устроены по одной общей схеме. Они работают по принципу блокиратора. Просто не позволяют носителю наладить связь со своим даром. Но дар от этого не пропадает. Магия продолжает жить во мне. Заранее заготовленные заклинания исправно латают мое тело. Ослабленная оболочка поглощает солнечную энергию, напитывая мой резерв, но я этого не чувствую. Я просто знаю, что так есть. Проверить смогу только лишившись своих сомнительных украшений на запястьях.

- Бар нок кэ вушу, ган дрованзир? – раздается за моей спиной встревоженный голос. Женский. Я нехотя отворачиваюсь от солнечной терапии, чтобы узнать, кого это интересует, почему господин дознаватель встал.

- Бон-вантей, - здороваюсь еле слышно, не узнавая своего голоса, и делаю шаг от окна. В голове раздается взрыв, заставляя меня морщиться от боли, а комнату вокруг кружится. Демоны, хорошо же меня приложили по черепу. Твари!

- Ган жюри, - кидается ко мне молодая женщина, игнорируя мой непотребный вид, и помогает вернуться к кровати. – Ан вушу, ган жюри. Кэ плаче. – Храбрая женщина просит меня не вставать с кровати, мол я слаб. Ее обращения ко мне «господин маг» или «господин дознаватель» вводят меня в заблуждения. Непонятно, с какого перепугу уважительное обращение, если я в плену?

- Сэ вэй дра? – не могу не спросить. Все же интересно, довезли ли меня до столицы? Или мы остановились где-то по дороге не доехав.

- Кэ Стлара, ган жюри. Дровка Даж. – Отвечает незнакомка и укладывает мою светлость, изучая рану на боку. Снимая повязку, опоясывающую мой торс, пробегается нежными, прохладными пальцами, пуская маленькие серебристые искры на уже порозовевший рубец. Не веря своим глазам, что под повязкой оказалась почти зажившая рана, женщина, переводит взгляд на мое лицо, где я помню, тоже были рассечения. Я не реагирую. Я думаю. Она сказала, что мы в столице. Королевский дворец. Значит, я достиг цели. Только вот, своей ли?

Мы с незнакомой магиней – лекаркой перебрасываемся еще несколькими фразами. Я выясняю, что доставили меня сюда двое суток назад. Изначально, конечно в темницу бросили. Но потом по приказу Ее Величества перевели в эти покои и приставили лекарей. Наивная душа, представилась Амаллой, и нетерпеливо поинтересовалась, тот самый ли я страшный дознаватель из Торлерини, которым пугают людей в обеих странах. Я даже рассмеялся такой наивности. И заверил, что вовсе я не страшный, а бываю очень даже милым, если меня не злить.

«Наверное, вы очень важный пленник, - задумчиво спросила она, - раз Ее Величество о вас печется. Должно быть, вас будут выменивать на наших полководцев»

Я снова улыбнулся, не давая любопытной даме ответов, сам же потешаясь над слухами ползающими по дворцу и, наверное, по всей столице.

- Оттаяра, - почти командует лекарка мне отдыхать, закончив свой осмотр и оставляя меня в одиночестве. Я выждал минут десять, не вернется ли она, и снова побрел к окну. Судя по расположению солнца, до закатных лучей, у меня еще есть время покормить свой дар энергией.

***

Тронный зал был почти безлюден. Я шагал по натертому до блеска паркету, выложенному в редкой красоты узоры. Мимо белоснежных колон с лепниной, мимо огромных растений с разлапистой листвой, что росли в мраморных кадках. Мимо цветных витражных окон, и начищенных до слепящего сияния доспехов. Меня конвоировали пятеро инквизиторов. Угрюмые, даже можно сказать злые. Они держали меня на прицеле своих механических игрушек, боясь, что я выкину какой фортель. Но я не был настроен на самоубийственные меры. Очень даже наоборот, собирался совсем скоро вернуться домой. К жене.

Одежда выданная мне была не очень удобна. Не по размеру, это уж точно и подозреваю, что это не ошибка, а чья-то мелкая мстя. И если кожаные брюки еще можно было стерпеть, то рубашка трещала по швам от любого моего неосторожного движения. Сапоги тоже были немного малы, что досадно раздражало. Через большие окна влетал прохладный воздух, кажется, тут любят холод.

Ее Величество Картарина восседала на троне своего отца. Рядом стояли ее советники, с которыми мне слава всем богам раньше не приходилось пересекаться. Ибо слава об их уме и хитрости ходила дальше, чем сами эти советники. Даже бытует мнение, что своего монарха они изжили целенаправленно и так чисто, что никто не подкопается. Чтобы посадить на трон девчонку, которой можно управлять.

Вот и стою я теперь пред прекрасными очами юной королевы и куда более ужасными взглядами ее советников. За моей спиной вооруженные инквизиторы, готовые в любой момент пальнуть по мне огнестрельным зарядом.

- Бон-вантей, - хотел было я прервать затянувшуюся паузу, но меня грубо перебили. Грубее не бывает. Ударив со всей дури мне в спину своим оружием. Но так, как я остался стоять, выдержав подлый удар, мне еще добавили с ноги под колено. Заставляя все же упасть перед Картариной ниц. Я поднял злой взгляд на королеву и осекся, считав ее эмоции. Она совершенно не умеет держать лицо. Не умеет скрывать свои мысли и чувства. И видя меня таким, перед ее троном, коленопреклоненным… Ее Величество в замешательстве. Ей неприятно то, что она видит. Она хочет прекратить этот цирк, но бросает осторожный взгляд на советников. Кивает им, позволяя говорить от ее имени.

- Маркиз Ильиз Де Ронго, - без акцента, произносит один из безликих серых кардиналов подходя ко мне ближе. Совершенно безбоязненно. – Главный дознаватель Его Величества Диригия, близкий друг короля Торлерини. Маг, овладевший стихией. Страшный сон большей части людей, слышавших о вас…

- Да, я популярен, - криво усмехаюсь, глядя снизу вверх на своего угнетателя.

- Я не понимаю, зачем Ее Величество рискует, держа вас в живых, - признается мне советник. Я предпочел бы отсечь вам голову.

- Не сомневаюсь, - по привычке властно вздергиваю бровь и дарю свой коронный взгляд. Нет, там не плещется магия. Я и без магии страшен в гневе. Потому советник отшатывается от меня, как от чумы и отступает на два шага.

- Настаиваю на казни, Ваше Величество, - громко возвещает он. Его голос взлетает высоко под своды расписных потолков и отражается эхом от стен, вибрируя на просторах почти пустого тронного зала.

- Поддерживаю, - вклинивает второй голос, стоящего у самого трона советника. – Мертвый он будет безопасен…

- Но живой он полезней, - возражает звонкий голос юной королевы. Я окидываю ее взглядом, читая, как открытую книгу и вспоминая все, что знал о ней. Ее Величеству двадцать два, на трон взошла после гибели отца, три года назад.

- Герцог ваг Варгент настоятельно рекомендовал его уничтожить, - напоминает снова посол.

- Мой кузен излишне горяч и поспешен в решениях, - наигранно спокойно отмахивается королева. – Не будем забывать, чьими стараниями, господин дознаватель оказался пленен. Я имею право на некоторую моральную контрибуцию – пытается делать вид она, что коварна и расчетлива.

- Гений вашего ума неоспорим, - склоняется в поклоне ближайший к трону из советников. Второй смотрит на меня, и я читаю насмешку в его взгляде. Да, они насмехаются на Картариной, льстя ей. Позволяя думать, что хозяйка положения здесь она. Только… вот по лицу самой девушки я читаю ее раздражение. Она знает, как ее воспринимают ее же советники. Поэтому насмешка мужчин остается лишь пустым звуком, когда Картарина встает со своего трона и приближается ко мне. Хрупкая фигура, затянутая в узкий корсет с высоким ровным краем декольте. Создается впечатление, что у нее вовсе нет груди. Высокий кружевной воротник зловеще торчит своими краями вверх, отчего миниатюрное личико синеглазой шатенки кажется вовсе кукольным. Да, она похожа на искусно и любовно созданную мастером - игрушечником куклу. Нежным кораллом отливают губы, выдавая напряжение, затаившееся в уголках ее рта. Шелестя парчовыми юбками, Картарина подходит ближе. Советники остаются за ее спиной и не могут видеть этих синих глаз, наполненных мольбой и скрытой тревогой.

- Мы обменяем пленника на наших генералов, и магов, что попали в плен, заманивая к нам такого крупного дракона, - ее голос звенит негодованием, и только я могу распознать в этом фальшь. Для остальных, королева праведна в гневе.

- Но герцог… - пытается возразить советник.

- Герцог не король! – снова звенит венценосный голосок, и я слышу, как между слов она хочет добавить «пока» - Мой кузен далеко, возможно, даже в плену, как и наши полководцы. Король Торлерини не дурак и вполне может предложить за своего друга нашего самонадеянного посла.

- Господин дознаватель, - вдруг обращается ко мне королева, - скажите, где ваша половина печати для договора?

- Зачем вам? – удивляюсь я, - без меня договор все равно не вступит в силу.

- Просто отвечайте на вопрос, Ваше сиятельство, - злится советник, и на его рыкающий голос морщится Картарина. Просит одними губами «не говори» и спешит вернуться на свой трон, пройдя мимо своих аспидов в человеческих обличьях, с гордо поднятой головой, и прямой спиной. Истинно царская походка. Только пальцы, придерживающие платье при ходьбе, излишне напряжены. До побелевших костяшек.

- Не нагнетайте маркиз, - повышает голос советник, - нам нужна печать. Вы единственный, кому могли ее доверить!

Я молчу, анализируя. Договор и так исходит, через две недели он утратит силу, если мы его не продлим. Зачем им печать сейчас, так срочно? Если они скорее всего хотя сорвать этот самый договор. А герцог… сильнейший их маг уже в Торлерини… значит, печати решено уничтожить, чтобы снять все ограничения уже сейчас, не дожидаясь этих двух недель?

Мое молчание доводит до бешенства оппонентов, и легким кивком головы отдан приказ. Сзади снова прилетает удар. И еще один. И снова. Сквозь пелену боли, я ловлю взгляд девчонки, сидящей на троне. Она изо всех сил держится, даже взгляд не отводит, хотя синие глаза полны боли и отвращения, и страха. А губы едва кривятся, лишь уголками, выдавая ее чувства. Очередной удар и я падаю лицом вниз. По ребрам прилетает тяжелым сапогом с металлическим носком. Чувствую треск ломающихся костей, но пересиливая себя все же поднимаю лицо, встречаясь глазами с Ее Величеством.

«не отдавай»

Читаю по губам, что беззвучно двигаются. Но я и не могу отдать то, чего у меня нет. Зачем мне с собой печать, если я планировал вернуться домой и перезаключить этот демонов договор. Но вот прямо сейчас, я готов собственноручно разрушить ее, чтобы иметь возможность со всей своей силой и яростью ударить по мерзким рожам советников.

И поскольку я молчу, мне снова прилетает с разных сторон боль, а потом свежий ветерок, что ненавязчиво струился сквозь открытые окна, превращается в необузданный порыв ураганного ветра. Инквизиторов швыряет в стены, и они опадают поломанными горстками костей на пол. Меня касается ледяная рука северного ветра, перебирает на моей голове волосы тонкими пальцами и шелестит что-то, шелестит. Что же ты наделала, маленькая?! Зачем отпустила это чудовище?

Шелест ветра в моей голове усиливается, но не могу разобрать слов.

- Сломай печать, - шепчу еле слышно, надеясь, что Хльюи слышит меня через ветер, как я вижу через солнце. Хотя и не жду, что она поймет, о какой печати вообще речь, но даст Создатель догадается передать мои слова Диргу. – Сломай печать…

Внезапно силуэт, сотканный из ветра, рассеивается, с ревом бросаясь в окно, оставляя меня одного. Стараюсь не думать, о том, что чудовище, спущенное с поводка вырвалось на свободу. Хльюи утратила контроль и ветер поспешил свалить. И теперь мне будет наверное еще больнее. Поднимаюсь с пола, собираясь с силами. И молясь, чтобы мои установки на Чиари сработали, как надо, иначе рискую вернуться и найти уже мертвой свою неразумную жену.

Девочка на троне сидит с совершенно круглыми глазами, опасаясь, кажется даже вздохнуть. Советники такие же бледные, как и Ее юное Величество, ловят воздух ртами, словно рыбы выброшенные на берег и негодующе тычут руками в трупы у дальней стены огромного зала.

- К-к-как?! – находит в себе силы высказаться один из них. – Откуда магия? Договор же! Наручни!

Идиот, даже моя малолетняя жена догадалась, что для стихии не может быть никаких преград. Вопрос только в величине резерва и желании самой стихии. Хотя, возможно, она даже не знает о магическом договоре и его ограничениях? Поэтому и пошла на такой риск?

- Что это было? – нервно проседает голос второго советника, такого же безликого.

Хотел было ляпнуть «ревнивая жена разыскивает», но вовремя прикусил язык, незачем распространяться о силе моей девочки. Пусть меньше знают. Выпрямляюсь и смотрю недобро так.

- СТРАЖА! - В два голоса орут оба советника, забавляя меня своей паникой. Картарина наконец-то выдыхает, словно очнувшись от шока, благодаря этому истеричному крику и порывисто встает с трона. Наши глаза встречаются. Вижу вспыхнувшую надежду в синем омуте отчаяния. Впрочем, которая быстро гаснет, когда несколько дверей с разных сторон распахиваются, и в зал спешат инквизиторы. Вооруженные. Но не будут же они всерьез палить в тронном зале, рискуя тут все разнести и задеть свою королеву?!

Так, надоело мне играть в покорного пленника. А потому, перестав ломать комедию и строить несчастного и побитого маркиза. Разворачиваюсь к первым добежавшим до меня инквизитором уже тем самым страшным дознавателем. Расчет был верен, стрелять никто не решился, а потому первыми в дело пошли длинные изогнутые луной клинки, способные располосовать плоть от макушки до промежности и не увязнуть в теле.

- Убить! – приказ советника.

- Нет! – испуганный крик королевы.

- Убить! – синхронно повторяют два мужских голоса с истеричными нотками, а следом слышу сдавленный женский писк, но уже не могу на него обернуться. Встречаю первого же добежавшего до меня инквизитора скользящим движением, проходя под замахом его острого меча и оказываясь за спиной противника, оплетаю его за шею в удушающем захвате, и поворачиваюсь своим заложником к следующему противнику, задавая ту дистанцию для боя, которая выгодна мне. Один за другим, инквизиторы падают, оставаясь за моей спиной или неживыми телами или изломанными настолько, что создать какие-либо проблемы уже не смогут. Огнестрельные механизмы с громким буханием падают на паркет, звонко осыпаются мечи, звеня предсмертными колоколами по погибшим хозяевам. Я не использую магию. Мне незачем. Но движения мои настолько стремительны и безжалостны, словно не человек, а сам солнечный свет проходит сквозь людей. Не замечая боли в треснувших ребрах, не чувствуя побоев, любовно нанесенных мне инквизиторами, я скольжу от противника к противнику. Уклоняюсь от замахов, просачиваюсь между скрещивающихся над моей головой мечами, ускользаю от ударов. Чтобы секундой позже или за миг до, оказаться не жертвой уже, а палачом.

- Достаточно! – звенит голос королевы, - не карайте их!

Я замираю на миг, видя как вырывается из рук советника Картарина, но мужчина цепко удерживает неразумную девчонку от попытки ворваться в гущу боя, окутанного моим гневом. В повисшей тишине особо противно скрипнул сапог инквизитора по паркету, и я не глядя, бью на звук, попадая подхваченным с пола мечом аккурат в грудь подкравшегося сзади врага. Это был единственный, чью кровь я пролил. Остальные пали бескровно, от моих голых рук.

Картарина расширенными от ужаса глазами проследила за выроненным клинком из ослабевшей руки, наблюдая, как оседает тело, из которого я так же не обращая своего взора вытащил меч и резким взмахом, избавил оружие от чужой крови, отерев остатки о собственный рукав, давно разорванной по швам рубахи.

Немая сцена. Советники смотрят на меня, не зная, как реагировать. Вокруг меня лежит десяток тел разной степени травмирования. И еще два десятка стоят вокруг, ожидая, кто первый решиться пойти на казнь ко мне. Да, именно казнь, потому что боем это назвать трудно. Скорее избиение.

- Надо было слушать вашего кузена, не так ли, Ваше Величество? – едко вопрошает советник, что держал девушку и вдруг резко отпустил, махнув оставшимся в живых инквизиторам удалиться. Но те стоят и ждут приказ от королевы, впрочем в бой вступать не горят желанием.

Картарина делает нерешительный шаг ко мне и складывает руки на груди в просящем жесте.

- Не карайте их, Ваше Сиятельство, - умоляюще просит. – Они лишь выполняли приказ. Уходите! – кричит уже воинам, спасая их жизни.

Я сверкаю гневным взглядом, выпроваживая отступающего врага, смотрю на юную и такую запуганную женщину перед собой. Маленькая, трепетная и слабая. Жертва, не способная править королевством. Не в этом возрасте и не с такими советниками. Усмехаюсь жестко и резко стираю неуместную улыбку с лица. Впрочем, пожалуй рядом с достойным мужем, она сможет стать мудрой королевой. Во всяком случае, даже в ее плачевной ситуации, она нашла способ выкрутиться. Собралась с силами, с остатками смелости и переиграла собственных советников, только они еще об этом не знают. Она сама еще не уверена, что была права в своем порыве. А вот я уже знаю, чем закончится история королевы Япираннии.

- Торлеринское посольство, где делегаты? – спрашиваю, вспарывая чужим мечем наручни на своих запястьях, словно они не из антимагического металла, а бумажные. С облегчением ощущая течение солнечной энергии по венам. Прикрыл глаза, наслаждаясь таким родным чувством силы, власти и права вершить судьбы. Надоело чувствовать себя простым смертным. Даже ограниченный договором, я все равно чувствую себя намного увереннее, просто ощущая энергию светила. Усеченную, сдержанную, но все же.

- Казнены, - выплевывает безликий советник, ему бы в шпионы с такой внешностью.

- Ужасно, - честно признается мне девочка, заглядывая мне в глаза своими синими омутами.

- А предложение в силе? – криво усмехаюсь, вгоняя в краску невинную душу. Но, поколебавшись недолго, она уверено кивает.

- Вы возьмете меня…? – спрашивает она шепотом, но я не даю ей закончить вопрос.

- Возьму, - поспешно перебиваю, не уточняя, куда возьму ее, как, и в качестве кого. И снова возвращаю свое внимание советникам. Подойти ко мне они не спешат, позвать на помощь тоже, ведь я так выгодно могу сейчас решить все их проблемы, если убью королеву. О наших общих планах, они же не сном ни духом. – Зовите стражу, господа, ведите сюда торлеринцев, пока я не свернул очаровательную шейку вашей юной монархине, - рывком разворачиваю королеву, упираю ее спиной в мой живот, и перехватываю в удушающий захват хрупкую шею. Девушка охнула, не ожидая от меня такого подлого маневра. – Ну же! Господа, вы тянете время, а мое терпение не безгранично! – придавливаю сильнее, заставляя королеву панически взвизгнуть и забиться в моих руках, испуганной птицей. Да, придется потерпеть, девочка. Я не играю полумерами. Меня не должны уличить в блефе, а потому больше достоверности! – В ваших руках жизнь Ее Величества, - иронично намекаю я на бездействие советников.

- У нашей короны есть еще претендент на трон, - аккуратно начинает вещать мужчина с неприятным водянистым взглядом. – Герцог будет более жестким правителем, который как раз нужен нашей стране… Вы не сможете уйти из дворца живым, тем более забрать еще и пленников. Как вы себе это представляете, маркиз? Добираться до своей страны, держа за горло королеву?

Я усмехаюсь, фыркаю, обдавая макушку каштановых волос горячим дыханием, отчего вздрагивает хрупкая фигура в моих руках. И как жаль, что я не могу взять и испепелить парочку мерзавцев. Демоново ограничение по договору! Впрочем, одного они не знают, мне стоит только присягнуть королеве, и я получу возможность раскатать весь дворец на мелкое крошево магией.

- Хороши советники-помощники, - хмыкаю я, ослабляя хватку и позволяя девочке дышать.

- Сама знаю, - хрипит она. Бедняжка, в смятении не уверена уже, что доверилась тому человеку. Но какой был у нее выбор? Я уже собирался полоснуть себе по руке острием меча, для принесения клятвы верности на крови, как вдруг вздрагиваю, чувствуя, что магия в моей крови вспыхивает и ярится былой силой, словно я не в чужом краю, а дома. Вспышка силы ослепила на пару мгновений, и даже воздух вышибла из легких, будто мне опять хорошенько врезали под дых.

Понимание ситуации обжигает мозг. Договор… расторгнут. Печать сломана. Ветер ли донес до Хльюи мои слова или же герцог достиг своей цели, неважно, но теперь время идет на минуты, если ваг Варгент сейчас возле Хльюи и Диригия, он их просто сметет силой своей магии. И ведь наверняка не один отправился, а со своими прихвостнями. А значит, у него на подмоге будет, как минимум четверо магов. Сильных. Со своими обузданными стихиями. И времени у меня практически нет. Но что поделать, это все равно было одним из вариантов решения проблемы.

- Ладно, господа, - беру себя в руки после секундного замешательства, - сами виноваты!

Перехватываю удобнее королеву, вжимаю ее лицом в мою разорванную и мокрую от пота рубашку, и разжигаю на ладони солнце. Последнее, что видят в своей жизни двое предателей япиранской короны, это яростный огонь моей магии. Ослепительный. Испепеляющий.

Мне в грудь всхлипывает Картарина, давя в себе позорный порыв разреветься. Она не видела, но знает, что я их казнил. И ужасно боится, что будет следующей.

- Нет времени, - отдираю от своей груди женщину и встряхиваю ее, приводя в чувства. – Потерпи пожалуйста, - прошу виноватым голосом и проникаю в ее сознание, считываю всю информацию, необходимую мне. Трачу драгоценные минуты, но все же убеждаюсь, что сын Анторса жив, да действительно арестован и вместе с остальным посольством сидят в подвалах. Но сейчас им ничего не угрожает, особенно в отсутствие тех, кто может отдать приказ о казни. Поэтому не буду сейчас терять время, вернусь за ними, когда все закончится.

- Ох, маркиз, как больно! – стонет Картарина, стоит мне покинуть ее сознание.

- Я знаю, Ваше Величество, - виновато смотрю на несчастную, но времени на жалость нет. – Постойте секунду.

Отпускаю шатающуюся фигуру королевы буквально на миг, чтобы успеть порвать пространство солнечным светом, и тут же ловлю хрупкое создание в свои руки. Не выдержала все же. Я был слишком груб. Но иначе, мог не обойти ее блоки. А каждая минута на счету. Пришлось ломать.

- Я потом обязательно извинюсь, - обещаю бесчувственной девочке, ступая с ней на руках в солнечный разрыв, собираясь в кротчайшие сроки увидеть свою любимую жену, и оставляя Япиранию на растерзание междоусобных распрей, которые несомненно грянут, как только выяснится, что королева пропала, советники мертвы, а герцог, демоны знает где.

Глава 47

Хльюи Де Ронго

Это трудно. Это оказалось невыносимо больно, чувствовать, что часть тебя где-то за пределами досягаемости. Начинаю сомневаться, что поступила правильно. Ведь Лис, он не разделялся со своим даром. Даже, когда смотрит своими глазами солнца, он един с ним. А что сделала я? Просто дала волю чудовищной силе, под честное слово, что вернется. Хоть бы клятвой, какой подкрепили наше соглашение. Дура! Сижу в кресле, обессиленная, словно высушенная. А мой дар летает где-то за пределами моего понимания, и я даже не знаю, сколько мне осталось жить. Смогу ли я жить с частью вырванной души? Не чувствуя своих рук, пытаюсь прикоснуться к своему животу, но сил поднять руки нет.

Ветер устремляется все дальше, я чувствую, как нарастает расстояние между нами. Увеличивается с бешеной скоростью, словно безжалостный ураган несется по всей стране, наконец-то получив свободу. И хотя я отдала совершенно четкий приказ – найти Лиса и защитить, я вовсе не уверена, что ветер исполнит.

- Госпожа, - моего лица касается жесткая ладонь, заставляя открыть глаза. Передо мной на коленях сидит Чиари и с волнением всматривается в мое лицо. – Смотрите на меня, - приказывает мне. – Не смейте отключаться.

- Я отпустила его, - шепчу пересохшими губами и криво улыбаюсь, - облажалась я…

- Нет! – строгий окрик моего телохранителя. Он встряхивает меня за плечи, заставляя безвольно дернуться в его руках. – Хльюи, не теряй сознание, тогда точно ветер не вернется. Он должен тебя чувствовать! Да очнись ты! – обжигает лицо пощечиной. Я распахиваю глаза, и вижу, как вор приближается к моему лицу своим. Мои губы накрывает своим ртом Чиари. Никакого флирта, никого соблазнения. Никакой нежности. Целует меня так, словно имеет на это право. Как делал это Лис. Я не имею сил сопротивляться. И не хочу. Я не могу сопротивляться своему мужу.

- Ильиз… - шепчу, в разрыве наших губ, потеряв связь с реальностью.

- Хльюи, - отвечает мне Чиари голосом мужа. – Приди в себя, очнись, маленькая. Очнись, - снова просит он и снова накрывает мои губы своими, и вместе с поцелуем дает мне силы, напитывает меня солнечной энергией, что перетекает в меня, наполняет, устремляясь в кровь золотистыми искрами, будоража меня, заставляет сердце снова биться, а разум проясниться. Это лишь капля в море, это не моя сила, чужая. Солнечная. Но и этого за глаза, чтобы я перестала умирать, утратив ветреную частичку себя.

Рука сама собой касается мужчины, что яростно целует меня, продолжая перекачивать в меня силу. Открываю глаза, и вижу, как кожа на лице вора побледнела. Обычно смуглое от загара лицо утратило свою дерзкую краску. А в волосах, обычно спадающих темно-пшеничными прядями вокруг лица, белеет седина, прямо на глазах захватывая все больше и больше волосков.

- Хватит! – отталкиваю от себя мужчину, тяжело дыша. – Идиот! – испуганно кричу, - жить надоело?

Чиари не выдерживает моего толчка и падает задом на пол, смотрит на меня из-под поседевшей местами челки. Невесело улыбается обескровленными губами.

- Да-да, самоотверженный ты мой! – понимаю я, чему он радуется, - зачем так много? Ты же мог себя исчерпать досуха! Тания! Вина принеси, - кричу на ошеломленно хлопающую глазами служанку. – Леоль, помоги его усадить в кресло!

Привожу в чувства еще и сестру своими указаниями. Монашка даже смотреть боялась в нашу сторону, не понимая, что это был за акт прелюбодеяния.

- Не красней, - рявкаю на Леоль, - он со мной силой делился, а не целовался. Помогай давай!

Забыв о своем даре, что где-то носится и возможно даже крушит города и убивает людей, я занялась приведением в божеский вид своего телохранителя. Но нервничала напрасно. Мужчина, хоть и с трудом, но все же поднялся с пола, не без нашей помощи. Пошатнулся, как пьяный, но устоял и посмотрел на нас с сестрой. И столько нежности было в его взгляд, что мне захотелось его на месте прибить.

- Я в порядке, госпожа, - хрипло произносит Чиари, перебегая взглядом от меня к Леоль, и обратно и никак не может остановить свой взгляд на ком-нибудь из нас. – Я очень живуч и вынослив, не переживайте. О, а вот это кстати! - вор перехватывает откупоренную бутылку вина из рук подоспевшей Тании, и прикладывается к спиртному, выпивая за один раз половину. Тяжело оседает в кресло, отключаясь. Мы с девочками молча переглянулись, не зная, как теперь реагировать, и синхронно сели вокруг вора. Остается только ждать, в каком состоянии он очнется. Сон его не был пьяным забытьем. Больше похоже на истощение. Но буквально через минут пятнадцать, на его лицо начали возвращаться краски. Правда вот седина не исчезала совсем. Минуты тянулись ужасно долго. Я пыталась нащупать связь со своим загулявшим где-то даром, но было глухо. Прошло, наверное, не меньше часа прежде, чем с улицы раздались крики людей и шум стихии, гнущей к земле кроны деревьев. Я поспешила подняться, хотела подойти к окну, но снова почувствовала слабость. Энергия солнца за это время успела частично выветриться из моей крови, и я снова начала слабеть.

Створки окон захлопали, ударяясь об откосы и осыпаясь стеклами на пол. Взметнулись обрывки занавесей, взлетая до потолка. Нас троих ударило ворвавшимся в комнату порывом ледяного ветра. Девочек откинуло к стенам, меня впечатало в двери, с силой приложив спиной и затылком о дубовое полотно. В мое тело ворвалась магия, кажется, желая разорвать меня на части за то, что вынужден вернуться в свою темницу, но не делает этого. Злится, ярится, но послушно разливается по моему телу, заполняет собой мою душу, сворачивается в ожидании следующего приказа колючим клубком в моем сердце. В комнате ветер стихает, и я опадаю на пол, больно ударяясь всем телом.

- Хльюи, ты живая? – боязливо выглядывают головы сестры и Тании из-за разрушенной мебели. Сами они постанывая поднимаются, видимо их тоже не слабо приложило.

- Возвращение надо еще отработать, - собираясь с силами, поднимаюсь, - но в целом, эксперимент удался.

И тут же я вспоминаю, что ветер гулять ходил не просто так, и я быстро вхожу в контакт со своим даром, требуя отчета.

Впрочем, он и не собирался ничего скрывать, показав мне красочную картинку, как моего мужа любовно избивают воины, у подножия чужого трона, на котором восседает молодая и невероятно красивая женщина. Как погибли те несчастные, что причиняли моему любимому мужчине боль, ветер тоже показал. Я скривилась, не от жалости к ним. Прост неприятно.

«Сломай печать»

Передает мне послание муж и это последнее, что я вижу. В спину бьет открывшейся дверью, и я теряю равновесие, падая вперед лицом. Да что ж за день-то такой?!

- Марра! – бросается ко мне посол, поднимая с пола. Следом за ним в мои покои просачиваются его коллеги по дипломатической миссии. Окидывают оценивающим взглядом разруху. Присвистывают. Замечают Леоль и Танию, больше похожих сейчас на растрепанных бледных упыриц из детских страшилок. Оценили и эту картинку. Удивленно огокнули, заставив девочек заалеть. Ну, хоть какой-то толк с этих послов, румянец вернули на девичьи лица. – Что произошло? – участливо интересуется герцог, крепко удерживая меня в своих руках. Прижимая одну мою ладонь к своей груди. Осознав неуместность такой близости, я попыталась вырваться, бросая взгляд на кресло, где должен быть мой личный вор. Но кресло пустует. Я украдкой облегченно перевожу дыхание. Значит, за Диригием ушел. Прав, сам не справится с таким количеством врагов в его ослабленном состоянии.

В голове настойчиво крутится просьба мужа сломать печать.

- Отпустите! – дергаю свою руку из мужской ладони. – Вы, кажется, должны были держаться от меня подальше! – обличающее сверкаю глазами, отходя на пару шагов от посла.

- Мы видели магический ураган, ворвавшийся в окна вашей комнаты. Слышали крики, - пытается объяснить свое появление Андждэй. Я недовольно посмотрела на девчонок, что действительно кричали, когда разгулялась моя стихия. Те в ответ виновато развели руками, отвели взгляд.

- Каримэ мар кимки, - плотоядно поглядывает на мою сестру один из япиранцев. Я дергаюсь, как от удара, услышав его неуважительные слова и фривольный тон. Поворачиваюсь медленно, уже желая, как минимум сделать замечание нахалу, но тут в комнату поспешно входит Диригий и прямым ходом направляется ко мне. Собственническим жестом задвигает меня к себе за спину, становясь так, что разделяет собой комнату на женскую и мужскую части. И только потом замечает разгром вокруг. Хмурится еще сильнее, обращая гневный взгляд на герцога.

- Что здесь произошло? – красиво поставленным властным голосом вопрошает Его Величество, полагая видимо, что я тут оборонялась от иностранцев, круша об их головы все вокруг. Но эта версия быстро издыхает в его голове, когда глаза всех присутствующих резко сходятся на мне. – Хльюи, - уже мягче повторяет вопрос король, обращаясь только ко мне, - что произошло, дорогая?

Я морщусь на такое личное обращение, но вспомнив легенду про фаворитку, не акцентирую внимание на отдельных словах.

- Хльюи? - сводит брови к переносице Дирг.

- Эксперимент, - хлопаю невинно глазами, прикусив губу. На мой нехитрый жест мужчины синхронно хмыкнули, задержав дыхание. У них что, у всех воздержание поголовное?

Отвлекшись от созерцания моих губ, Диригий вдруг вникает в смысл слов и пронизывает меня тревожным взглядом.

- Нееет, - не веря еще, утверждает он.

- ДА, - веско так, противоречу своему королю, вздернув бровь.

- И… как? – смотрит на меня с тревогой, замечает мой всклокоченный вид.

- Больно, - честно признаюсь я, вспоминая удар о дверь. Не говоря уже, что чуть не сдохла, когда дар ушел, а потом когда он же вернулся. – И хочу отдохнуть! – с намеком на лишние уши поглядываю на япиранцев.

- Тебя не побеспокоят, - обещает король, и зло сверкнув глазами на гостей, выпроваживает их, что-то вычитывая на япиранском. Андждэй напоследок дарит мне странный, заинтересованный взгляд, но все же уходит, оставляя меня наедине со своими мыслями.

- Чиари, - кричу я, только закрылась дверь за мужчинами, и вор тут же выходит из тени, прошивает меня внимательным взглядом. Я поспешно достаю печать япиранца из складок платья и перебрасываю вору. – Сломай!

Удивленно вздернутая бровь моего телохранителя, но никаких лишних вопросов. Чиари неуловимым движением выудил свой кинжал и одним ударом пригвоздил небольшой магический медальон к подоконнику. Печать треснула на три неравных части, раскалываясь ломаными линиями вокруг острия. Не грянул гром, не сверкнули молнии. Только легкий дымок, вырвался из разлома, когда вор вернул свое оружие обратно.

- И что теперь? – подала голос Леоль.

- Понятия не имею, - честно призналась я. Боясь даже предположить, что там происходи с моим мужем и не бьют ли его опять. Но тут меня осеняет мысль, что печать должна снять магические границы не только для Ильиза, но и для япиранцев, и тогда я в ужасе срываюсь из комнаты. Ведь если Диригия убьют, то и войны никакой не надо. Обезглавленная держава, сама упадет в руки завоевателя.

- Стойте, - пытается остановить меня Чиари, но я знаю, что времени нет совершенно. Диригий не выстоит сам. Лис сам говорил, что монарх наш не шибко силен в боевой магии. А потому отмахиваюсь от телохранителя легким порывом ветра, спеша туда, где уже слышу шум битвы и крики.

- Прости, - кричу вдогонку отлетающему с дороги другу и спешу дальше. Еще один выброс силы и двустворчатые тяжелые двери передо мной распахиваются и я вижу, что герцог, отнюдь не единственный маг в составе делегации. Четверо его прихвостней тоже одаренные. Только не могу понять, у кого какая стихия. Заварушка оказалась в небольшом зале, очевидно, куда успели дойти мужчины, покинув мои покои. Со всех сторон спешили стражники, впрочем противопоставить что-либо пятерым магам, они не могли. Разве что умереть героически, спасая своего монарха.

- Эй, герой-любовник! – окликаю я увлеченно сражающегося герцога. В его руках сверкают бело-голубым светом клинки, сотканные из чистой энергии. Из освободившейся от оков магии. – Предложение руки и сердца еще в силе? – перекрикивая шум битвы, иду не сгибая спины.

- Истинная королева, - алчно растягивает губы в улыбке Андждэй и даже опускает свои магические клинки, прекращая на время атаковать Диригия. Его Величество, получив временную передышку, отступает на шаг от герцога, но руки, ставшие похожи на острые обломки скалы не опускает. Дышит тяжело. Но я вижу, что старания его не прошли даром и двое из окружения ваг Варгента хоть и пытаются прийти в себя, и подняться, даже магия вокруг них вспыхивает, но все же собраться с силами не могут. Очевидно, Его Величество хорошенько приложил эту парочку.

Я уже почти дошла до самого герцога, когда меня снова перехватил Чиари, попутно метнув веером свои смертоносные жала. Жаль, но попытка его оказалась пустой, потому что все его ножи увязли в бледно-серебристом свете энергетического щита, и опали, зловеще звеня.

- Вар ка ньяно! – зло выкрикивает ругательство герцог и целит смертоносным разрядом в моего любимого телохранителя. Ага! Щаз! При мне живой? Да никогда!

Я вскидываю руки, позволяя силе вырваться на свободу и столкнуться с иной силой. Две стихии сходятся в сокрушительной волне, сносящей в сторону всех лишних. За моей спиной стоит Чиари, не зная, чем помочь, и как меня спасти. Где-то в стороне отползают подальше от эпицентра магической схватки прихвостни посла, вытягивая своих товарищей из-под беснующейся магии. Диригий, спешит ко мне, пригибаясь и уклоняясь от летающих по залу тел. Да, стражников жаль. Но это не моих рук дело, я уже пришла на готовое побоище. Кто бы мог подумать, сколько людей было убито буквально в считанные минуты, пока я неслась на помощь Диргу.

Мы с послом не разрываем контакт, продолжая бодаться, у кого стихия круче. И никто пока не может одержать верх. Хотя моя стихия коварно пытается обойти чужую силу. И отвлекая внимание мага на основное противостояние, ветер разъяренными щупальцами окружает противника со всех сторон, желая найти брешь в его обороне, но пока безуспешно. Моя сила, ярость и отчаяние не могли справиться с холодным расчетом и опытом посла. В какой-то момент я даже начала сдавать, прогибаться. Отбивалась уже не так зло, а скорее устало. На мои плечи ложатся мужские руки, и я чувствую, как в меня вливается тяжелая сила Его Величества. Словно камнями придавливает.

- Не оставляй в себе, сразу отдавай, - шепчет король, прижимаясь плотнее к моей спине, увеличивая поток этой монолитной мощи. Приходится быстро учиться, пока меня не разорвало от переизбытка чужой силы. Но даже с поддержкой земли, я все равно не могу справиться с герцогом. Бью наотмашь левой рукой, посылая в далекий полет, поднявшихся было послов, и тут же возвращаюсь к основному противостоянию. Но это мимолетное отвлечение, стоит мне очень дорого. Пробивая мой щит, раскинувшийся широкой сферой, мне в грудь бьет серебристая волна, сбивая с ног и меня и короля и Чиари. Мы все вместе падаем, после встречи со стеной.

С трудом поднимаюсь, вставая между герцогом и Диригием.

- Только через мой труп! – зловеще шелестит ветер, слетая с моих губ. В глазах у меня закручивается самая настоящая вьюга. Ледяная. Смертоносная. С пальцев сочится сила.

- Вы неподражаемы, марра! – с восхищением заявляет мне Андждэй и просит снисходительно, - отойдите в сторону, мар Хльюи, мы с вами потом поборемся лично, на супружеском ложе, моя королева. Осталось утрясти нюансы. Всего-то и надо добить вашего короля, да мою слабовольную кузину… И я брошу к вашим стройным ножкам сразу две державы, Марра!

- Размечтался! – цежу зло и бью ледяным ветром по своему такому… сильному противнику. Рядом становится король, и его руки снова напоминают обломки скал.

- Мы не сможем справится с ним, - озвучивает очевидное Диригий. – И ты все еще под моей защитой, помнишь?

- Забудешь тут, - снова выпускаю силу, пытаясь ранить герцога, а он даже особо не сопротивляется, отмахивается от моих ударов, как от мошек.

- Я открою тебе дверь в мир духов, Хльюи. Уйдешь, как можно дальше. Там тоже придется сражаться, но там есть шанс отбиться. Проявишь слабину, тебя поглотят.

- Я не брошу тут своего короля! - высокопарно сообщаю Диригию и продолжаю сражаться. – Смотри, вон дружки его снова подтягиваются.

- Они мелочь, - усмехается мужчина и с силой вбивает свои руки – скалы в пол, заставляя тот идти трещинами и буграми, а потом пол под послами вздыбивается, заключая их в подобие каменной клети, что острыми краями смыкается над головами магов. – А вот с ним, - кивает на лютующего герцога, - с ним нам не справится. Тут только чудо поможет.

А ваг Варгент уже не просто злится, он в бешенстве. Не может достать не меня, ни Диригия. И вроде сильнее нас обоих вместе взятых, а все равно не может пробиться. Ну, Его Величество ладно. Его посол хочет просто убить. А вот на меня у него совсем другие планы. Поэтому и приходится магу сдерживать свои удары. А скрутить меня, работая вполсилы, он не может. Я же выкладываюсь по полной. И уже порядком устала. Прав Диригий. Этот бой будет моим последним. Если не случится никакого чуда.

- Что за?! – вскрикивает герцог, упуская заклинание, и отшатываясь назад. Я облегченно опускаю руки, видя, как между мной и Андждэем разгорается солнечный разрыв в пространстве. Несколько секунд мы ничего не видим, ослепленные все нестерпимо ярким светом. А потом моего слуха касается такой родной голос.

- Кот из дома, мыши в пляс, - задумчиво окидывает живописную картину Ильиз, держащий на руках бесчувственную миниатюрную незнакомку. Но я уже не имею сил огрызнуться или броситься ему на шею или хотя бы поинтересоваться, какого лешего он другую на руках носит. Я опадаю без сил, и знакомые руки Чиари успевают меня подхватить, прежде, чем я коснусь пола.

- Вот ваше чудо, госпожа, - шепчет мне вор, унося меня за спину короля.

Глава 48

Ильиз Де Ронго

Картинка вырисовалась четкая донельзя. Королева пешка, которой надоело быть таковой, и которую уже начали медленно убивать. Но все чинно – благородно, все делают вид, что она тут что-то решает. Никто не хочет бунта ни среди населения, ни среди знати. На место Ее Величества уже есть законный претендент. Более суровый и жесткий, способный по его домыслам, завоевать Торлерини. И советники давно уже пляшут под его дудку. Не хватает только несколько нюансов, чтобы посадить на трон Герцога ваг Варгента бескровно, чтобы не бунтовала знать, помнящая еще правление отца действующей королевы. Поэтому они решают не обещать завоевать соседей, а начать с этого, чтобы так сказать, входить в права престолонаследования уже не с пустыми руками.

Проверка боем на границе привела к серьезным потерям среди япиранцев. Тогда разрабатывается совсем другой план – захват столицы изнутри. Решено дождаться расторжения договора о магическом нейтралитете и сразу по месту решить вопрос, кто будет править Торлерини.

Но есть я и это серьезная преграда на пути их коварства. Тогда меня решено убрать, по возможности убить или взять в плен. Так как королева все еще действующая и все приказы должны иметь ее официальную подпись, девчонку вынуждено посвящают в план устранения главной проблемы, умалчивая, разумеется, о ее основной роли во всей этой истории. Ей уготовано умереть и освободить место своему кузену. Никто не слушает Картарину, что воевать с нами неразумно. Что люди привыкли к мирной жизни, магов в стране хоть и больше, чем у нас, но все равно не намного и те в большей степени слабые. Ничтожно слабы, по сравнению со мной. Не считая конечно, самого герцога и пары его подручных, кто действительно силен. Так что не шибко-то и богаче Япирания на одаренных.

Кстати, по причине слабости магов, ваг Варгент все еще холост, он не счел никого из известных ему магинь, достойной его гения. Я невольно кривлюсь, вспоминая слова королевы из письма, о том, что герцог намерен взять в жены мою Хльюи, если подтвердятся его догадки о силе маркизы. Я уверен, что бастионы моей вспыльчивой жены не падут к герцогским ногам. Я знаю, что Диригий и Чиари не посмотрят ни на какие дипломатические регалии и защитят ее. Но в сердце все равно предательски сжимается предчувствие беды. И тем не менее, я соглашаюсь на эту самоубийственную вылазку в стан врага. Чтобы что? спасти другую женщину?

Нет, и в моих поступках не все так просто и прямолинейно, как хотелось бы Картарине. И я ее еще удивлю своим замыслом. Но прежде, я решаю все же удостовериться в правдивости сообщения Ее Величества. Опасаясь, попасть в глупейшую из всех возможных ловушек. Поэтому мне и приходится терпеть боль, устраивая буквально цирк, позволяя меня избивать. Давая врагу понять, что он тут решает, кому жить, а кому пора на перерождение.

Сама девочка удивила своей смелостью и изворотливостью. Зная, что уже умирает, понимая - война неотвратима из-за амбиций ее кузена, а трон так и никогда ее и не был, она все равно делает отчаянную попытку. И предлагает советникам подкорректировать план, внеся капельку чисто женского коварства, вроде, как заслать перебежчиков, которые в столице смогут оказать поддержку герцогу, когда договор утратит свою легитимность и для верности постараться мое сиятельство все же не убивать раньше времени, а пленить. Ведь, я мог бы стать действительно ценным козырем, если у ваг Варгента в столице не заладится.

Удивляясь такой находчивости, но соглашаясь с разумностью идеи, советники, одобряют план, даже не подозревая, что маги, отобранные на такое ответственное задание верны Ее Величеству, и жаждут мира, а не войны. И конечно, никто не ждет, что вместе с магами Картарина шлет мне зов о помощи. Погоня инквизиторов, насколько я понимаю была лишь бутафория, для привлечения моего внимание. На самом деле япиранским магам ничто не угрожало. Пока они не начали отстреливаться от преследователей всерьез. Насколько я помню из воспоминаний личного учителя Ее Величества, ребятам даже удалось ранить кого-то из инквизиторов, а кого-то и вовсе убить, скрываясь уже по-настоящему, а не как задумывалось ранее.

Меня еще мучил вопрос, почему герцог сам не сломал печать, расторгая договор, почему сидел и ждал истечения срока действия. Ответ я получил, прочитав память Картарины. Он имел глупость озвучить свои матримониальные планы на мою жену. Еще не зная, о ее силе, он уже понимал, что на ком-либо я не женюсь. Ну, а удостоверившись в своих догадках, просто тянул время. Чтобы сблизится с ней. Чтобы меня наверняка уже убили. Он так и сказал своей кузине перед отъездом «Если маркиза магиня достаточной силы, я получу ее любой ценой! Такими ресурсами не разбрасываются!» Ну, а выводы, я уже сам додумал. Полагаю, они не сильно отличаются от действительности. Или у меня не аналитический ум?

А вот советники решили, что тянуть нельзя, и получив меня в свои лапы, захотели развязать руки своему ставленнику там, на вражеской территории. Меня-то им чего бояться? Я же в антимагических наручнях! Идиоты, хоть бы поинтересовались, кто эти самые наручни изобретал, честное слово! Как дети малые! Хоть бы принципом их работы озаботились! Ладно… это лирика.

Это мысли, что роились в моей голове с того момента, как я прочел от королевы Япирании предложение руки и сердца с королевством в придачу для моего дорого друга.

Почему королева не предложила себя Диригию в жены? Потому что его магическая суть – тайна. Никто не знает, что наш монарх маг. Знай она, думаю не стала бы проситься под мою защиту. Но… слова уже вылетели из ее очаровательного рта…

«Я знаю, что у Вашего сиятельства есть уже законная супруга, - говорила она, стараясь совладать со стыдом. – Но в нашем королевстве у мужчины вполне может быть несколько избранниц. По закону, муж может иметь столько жен, сколько в состоянии содержать и защитить. У меня нет предрассудков на этот счет. Править страной… Я не тяну. Ваш монарх мудр и я уверена, сделает жизнь моих подданных куда более спокойной и мирной, чем герцог ваг Варгент. Вопрос моего устранения уже решен. Это дело ближайшего времени. И если для сохранения мира и жизней тысячам воинов двух стран я должна сложить корону, я ее складываю, Ваше сиятельство. А если за спасение меня от гибели, я должна отдать себя, то я отдаю…»

Я сморгнул воспоминания, некстати всплывшие в голове. Почему именно эта часть послания вспомнилась мне? да потому что, я совершенно не собираюсь заводить гарем! И надо будет, как-то сказать об этом Картарине. Впрочем, без защиты я ее не оставлю.

***

Переход занял несколько больше времени, чем обычно. Расстояние было непривычное для меня. Раньше, я максимум мог в пределах столицы так путешествовать. И то редко пользовался этим путем. В экстренных только случаях. Но разбив переход на несколько этапов, прыгая из точки в точку, я все же сумел добраться до дворца, а уже там, открыл переход, ориентируясь на ауру жены. Потерял около десяти минут на все телодвижения. Обычно этот метод обеспечивает мгновенное перемещение в пространстве.

- Кот из дома – мыши в пляс, - недовольно поджимаю губы, оценивая ситуацию. Хльюи оседает в руки Чиари, и я надеюсь, что это она на радостях, что я вернулся чувств лишилась, а не потому, что герцог оказался некудышным ухажером и ранил ее.

- Маркиз, - зло выплевывает Андждэй, не ожидавший уже меня в живых увидеть. – Вы похитили мою кузину? - делает вид, что возмущен.

- Ну, что ты, Андждэй, - криво усмехаюсь. – Пришел показать тебе, как надо женщину замуж звать! На руки взял – и унес в свою берлогу. А то смотрю, ты никак не договоришься со своей избранницей, - издевательски кривлю губы в усмешке и делаю несколько шагов в сторону Диригия.

- С ума сошел? – шепотом спрашивает он.

- Ты тоже скоро сойдешь, - многообещающе улыбаюсь. – От счастья! Держи свою королеву! – и сбрасываю на руки обалдевшего Диригия бесчувственное тело.

- Она не моя, - шипит Его Величество, - на кой мне эта припадочная?

- Твоя – твоя, - снова улыбаюсь, и бросаю встревоженный взгляд за его спину, пытаясь увидеть Хльюи. Но Чиари ее мигом раньше вынес из зала, скрывшись в тени. – Просто ты еще не знаешь об этом.

- Ильиз! – раздается гневно за моей спиной. – Ты совсем зазвездился! Думаешь, я не ударю в спину? Не считаешь меня достойным внимания противником? Не стой ко мне спиной! – и я чувствую, что сзади действительно летит атака. Смертоносные лучи холодного белого света с небывалой скоростью и злостью спешат изрешетить нас с монархом. Мы с другом оба тяжело вздохнули. Атака захлебнулась, не долетев до нас какой-то метр, увязнув в резко вспыхнувшем солнечном щите.

- Имбицил, - покачал я головой, улыбаясь другу, тот согласно усмехнулся. – Унеси Ее Величество. Я тут сам закончу.

Диригий под прикрытием щита солнца выскользнул из залы, а я повернулся наконец-то к герцогу.

- Ты прав, Андждэй, - убираю щит, - я не считаю тебя противником достойного внимания. Но, как видишь удар в спину от тебя, ожидал, - насмешливо кланяюсь и бросаю взгляд на каменную клеть, в которой бесновались маги – подручные герцога. Самые сильные маги Япирании. Остальные и вовсе внимания не стоят. А эта мятежная пятерка… почувствовали себя богами, захотели власти. Не при мне живом, детки!

- Считаешь себя всесильным? – цедит ваг Варгент и снова выпускает силу. Ослепительно белый свет заливает всю комнату, жаля своим холодом, пробираясь в легкие, мешая дышать… Так думает хозяин колдовства. Но его мечты развеиваются, когда белый свет тонет и растворяется в огненном, раскаленном, солнечном. Волна жара, вырвавшаяся из меня, сносит ко всем демонам чужое заклинание, развеивая его, крушит каменную клеть, погребая заживо людей, и выжигает саму суть из человека, недостойного носить в себе силу. Вырываю его источник, испепеляя дотла. Рассеивая по эфиру.

- Теперь, ты обычный человек, - склоняюсь над герцогом, что стоит на коленях и прикрывает лицо ладонями. Ожоги на его теле не смертельны, но очень болезненны. Алая кожа покрывается волдырями. – Скажи, что чувствуешь, утратив часть себя?

В ответ мне звучит болезненное поскуливание. Страдает. Да… ты заслужил эти страдания. Игнорируя собственную брезгливость и боль мужчины, я поднимаю его лицо, заставляя смотреть на меня.

- Когда ты задумал это? – моим голосом можно было заморозить горную реку, тогда, как жаром негодования – спалить планету. – Когда ты решил, что твоя маленькая кузина не достойна править? Не достойна жить? Когда учил ее верховой езде, еще девчонкой? Или когда защищал ее от отцовского гнева за непослушание? М? Она верила тебе, Андж. Видела в тебе защитника и опору… ты предал самое чистое, что только мог. Ее любовь. Она ведь по тебе мерила всех мужчин.

- Я думал о благе страны, - слабым голосом хрипит герцог. – Картарина не удержала бы власть.

- Нет, - соглашаюсь я, - без тебя не удержала бы. Но, как выяснилось, и с тобой тоже каши не сварила. И знаешь, не стоит прикрываться благом страны, у которой и так все отлично. Тебя ведет лишь жажда силы и власти. А теперь расслабься, и получи удовольствие, - криво усмехаюсь и грубо врываюсь в сознание уже приговоренного мною. И хотя меня интересует лишь одно – от чего умирает несчастная Картарина, я все равно сканирую его по полной. На всякий случай. Мало ли… что еще интересного увижу?..

На пол падает изможденное обожженное тело. Мужчина поскуливает, держась за голову, не в силах терпеть боль. А я не собираюсь ее облегчить.

- Ты будешь казнен прилюдно, - выношу я свой вердикт. – Вместе с товарищами. За измену короне. За попытку узурпирования власти, как в Япирании, так и в Торлерини.

- Убей сейчас, - просит герцог, - зачем этот цирк?

- Это не цирк, - жестко усмехаюсь, зло. Нечеловечески. – Это свадебный подарок моему королю!

Глава 49 – 50

Хльюи Де Ронго

Из сладкого, тягучего, как патока, забытья меня выводят нежные прикосновения и ощущение бегущих по коже искорок, проникающих в кровь пузырьков, наполняющих меня силой, ясностью и устраняющих чувство тошноты, с которым я уже сроднилась за время отсутствия мужа рядом.

Делаю над собой усилие и у меня даже получается распахнуть один глаз, второй походу намертво впечатан в подушку. Вижу только бескрайнее полотно белого шелка. Сон был у меня крепкий, до слюней на подушке. В голове сумбур, а в теле ломота. Я зевнула, потягиваясь со стоном и, даже довольно хрюкнула, прежде чем окончательно проснуться, вспоминая последние события. А стоило мыслям проясниться, как я распахнула оба глаза и в панике подскочила на кровати, оглядываясь.

Первое, что мне бросилось в глаза – янтарный взгляд с затаенными смешинками на дне зрачков, заполненных расплавленным золотом беспощадного солнца.

- Ну, привет, моя маленькая бунтарка, - дергаются губы мужа в подобие улыбки. – Ты так долго спала, что я чуть было не женился на другой, - уже более открыто улыбается Ильиз и отрывается от спинки кровати, склоняется ко мне и тая незлую насмешку, вытирает мне губы. Я смутилась, вспоминая сладкое ощущение сна и, как пускала слюни в подушку. Мое замешательство вызывает у подгулявшего дознавателя смешки, которыми он успешно давится, стоит мне гневно на него взглянуть.

- Я тоже, знаешь ли без тебя тут не скучала, - цежу с намеком, - замуж чуть снова не вышла. Дважды, любовь моя. Не говоря уже, что целоваться ко мне лезли все, кому не лень. Пришлось одному даже голову проломить, другому хватило оплеухи…

Солнечный взгляд заледенел, теряя все благодушие. Секундное размышление и Лис опрокидывает меня на подушки, придавливая своим телом. Не обращая внимания, что я со сна еще даже не умытая, набрасывается на мой рот своим, завоевывая, клеймя, доказывая всему миру, что я только его. С пальцев мужа срывается магия, окутывая меня тонким слоем золотистого света. Теплого и ласкового, как фимуртанские шелка. И почему-то с волнующими пузырьками, проникающими в меня и пьянящими, словно бокал игристого арестрона.

- Прости меня, - насытившись таким стремительным поглощением моих эмоций, отрывается муж от моих истерзанных губ, - я меньше всего хотел, чтобы ты была в опасности, - легкий поцелуй, - но не мог поступить иначе, маленькая. – Касание губ, - Я не мог поступить иначе. – Снова тягучий поцелуй. Глубокий. Головокружительный. – Ммм… Хльюи, как я тебя люблю, моя храбрая, отчаянная девочка… - растягивая слова, оглаживает мое лицо муж. Его магия уже полностью впиталась в мое тело и мне остается только гадать, что он сделал со мной? – Расскажи мне все, - просит он, - абсолютно все. Я должен знать любые подробности.

- Совсем все? – жалобно стону ему в губы.

- Совсем, - усмехается он, - особенно о том, кто к тебе лез с поцелуями и непристойными предложениями руки и сердца, кроме герцога.

- Ну, тогда тебе тоже придется рассказать мне все, - игриво закусываю губу и хлопаю глазками. – Особенно о той нимфе, что ты при живой жене на руках носишь.

Лис замирает на секунду, прекращая меня ласкать и тихо смеется, утыкаясь мне в шею своим лицом. Я негодующе пыхчу, пытаясь выбраться из наглых рук, но пока он не решает, что уже достаточно навеселился и не встает с меня, я сама не в силах сдвинуть мужчину. Тянет меня за руки, помогая встать и выбраться из постели.

- Я помогу тебе привести себя в порядок, - произносит с нежностью маньяка.

- А Тания? – удивляюсь я.

- А Тания и Леоль до сих пор от шока отходят. Они оказывается за тобой следом поспешили и видели эпическую битву. Им даже немного досталось рикошетом, когда вы с Андждэем мерялись, у кого из вас яйца крепче.

- Ильиз, - с укором смотрю на мужа. – Что за выражения?!

- Нет, правда, дорогая, ты его знатно выпотрошила. Вымотала магически, мне даже не пришлось сильно возиться, чтобы добить это несчастье.

- Ты его… убил? – с замиранием сердца спрашиваю, пока муж отводит меня в соседнюю со спальней комнату и снимает с меня мятую сорочку. Здесь уже пузыриться пышной пеной набранная ванна.

- Нет, его казнят прилюдно. В назидание так сказать…

- Понятно, - вздрагиваю, когда моих плеч касаются мужские руки, а спиной чувствую, что и Лис тоже разделся. Прижимается ко мне, ведет по рукам вниз, скользит на мой живот.

- Ты не должна была так рисковать, - каменеют его руки, замирают на моем животе, прислушиваясь. – Ты была вся в синяках и ссадинах, словно тебя тут регулярно избивали, - возмущается шепотом. – Наверное, мне стоит Диригию предъявить претензию за избитую жену?

- Нет, что ты, - поспешно разворачиваюсь к мужу лицом. – Он очень старался. Просто… ты же меня знаешь!

- Знаю, - улыбается Лис, касаясь моего лица ладонью. – Неугомонная…

И следующий час мы с мужем просто наслаждаемся обществом друг друга. Пока он меня моет, любовно размазывая по мне пену, втирая ароматные масла в волосы, и кожу, а я нежусь в горячей воде… мы все говорим и говорим, а наговориться не можем… и не смотря на то, что события местами весьма трагичные, мы все равно смеемся. Постоянно.

- Серьезно? – смеется Лис, массируя мои ступни. Мы сидим в ванне друг напротив друга. Я расслабленно откинулась головой на бортик и наслаждаюсь, пока главный дознаватель Его Величества сидит у меня в ногах и волнующе наминает мои ступни. – Так и сказала ему?

- Дааа… - то ли отвечаю на вопрос, то ли констатирую удовольствие от массажа.

- То есть перед тобой на коленях стоит мужик с пробитой головой, истекающий кровью, а ты ему «у вас голова слабое место!»?

- Нууу, - снова постанываю расслабленно, - а что ты хотел? Я должна была бросится к нему с извинениями? Он меня между прочим хотел силой взять!

- А, ну тогда конечно, так ему и надо, - снова смеется Лис, но вдруг останавливает волнующие движения своих рук. – Так, а где Чиари был, когда ты боролась с послом?

Я приоткрыла один глаз, оценила, как напрягся муж и, страдальчески закатила глаза, со стоном уходя под воду с головой. Не тут-то было, утопиться мне не дали. Лис за подмышки подтянул меня выше, руками убирая с моего лица мокрые пряди волос.

- Хльюи, - строго смотрит на меня муж. – Почему Чиари тебя не защитил?

- А чего ты на меня так возмущенно смотришь?! – вдруг решаю пойти в наступление, раз оправдываться бесполезно. Не признаваться же право слово, что отправила телохранителя найти и выкрасть магическую печать у посла. – Ты сам вон тоже хорош! Позволил из себя месиво делать! Ты может быть и претворялся там, но били тебя очень даже взаправду! И ради чего? Информации ему, видите ли, мало было!

Взгляд Лиса неуловимо изменился, снова наполняясь смешинками. А я все негодовала.

- Чего ты от меня хочешь, если сам такой же?! Что? – осекаюсь я. – Что ты так смотришь?

- Люблю тебя, - убирает пену с моей головы Лис, игриво пачкая мой нос. Я раздраженно фыркаю и откидываюсь обратно на ванну, упираю ступню в твердое плечо мужа.

- Ты не закончил с массажем, - вздергиваю носик и прикрываю глаза готовая дальше релаксировать. И твердо намерена теперь очень следить за тем, что рассказываю мужу. Определенно ему надо знать не все. Расслабляюсь, когда мужская ладонь с моей ступни скользит на щиколотку, массирует икру, разгоняя напряжение в напряженных мышцах. И вздрагиваю, когда его рука ползет дальше, поднимаясь по внутренней стороне бедра, касается меня непозволительно нежно между ног.

- Не пугайся, - шепчет он, вдруг оказываясь у моего лица и склоняется, чтобы впиться жадным поцелуем в шею, - расслабляйся. Ты заслужила немного отдыха, - обжигает горячим дыханием, проникая в меня пальцами, заставляя выгнуться и податься ему навстречу, в голодном порыве раскрывая шире ноги, позволяя ему играть со мной, позволяя ему все, что угодно. Лишь бы он больше не оставлял меня. Никогда.

Ильиз Де Ронго

- Намиловались? – хмуро спрашивает Диригий, когда я все же соизволил к нему заявиться для выяснения всех обстоятельств. Но сначала убедился, что мятежники неопасны и заперты надежно. А следом, меня интересовала только Хльюи и ее здоровье, потому Его величеству пришлось ждать, пока я действительно миловался своей женщиной. Пока я ее спящую лечил, а потом просто наблюдал за ней. Пушистые ресницы едва вздрагивали во сне, в губы все норовили что-то капризно сказать. Ее сон был беспокоен и тревожен. Пришлось успокаивать и вводить ее в глубокий и спокойный сон. Вымоталась. Исчерпала себя и физически и морально. Моя невозможная девочка. Отчаянная…

- Имею право, - веско осаживаю короля, проходя в кабинет и занимая место за его рабочим столом. – Я между прочим герой. Так что немного женской ласки дл меня заслуженная награда.

Оба молчим, пока я самовольно лезу в ящик стола друга, выуживая оттуда несколько листов бумаги. Пока я вывожу пером список рекомендаций. Пока не забыл, что надо сделать. Дирг потом доработает сам.

- Как она? – прерывает мое задумчивое занятие друг.

- Терпимо, - нехотя отвечаю. – Морально так и вовсе бодрится. Смеется. Физически было хуже. – Хмуро смотрю на сюзерена. – Мне есть за что дать тебе по венценосной морде, друг.

- Есть, - соглашается он и после недолгой битвы взглядов, просит, - прости меня. Я не имел права усомниться в твоей преданности.

- Ты не имел права лезть своим поганым ртом к моей жене, - пытаюсь не сорваться. – А рассматривать вариант моего возможного предательства ты был обязан, как опытный политик и как король целой державы, несущий ответственность за мир и покой в стране. Так что ты не за то прощение просишь, друг.

Диригий отвел взгляд, а я вернулся к списку дел. Так, ничего не забыть бы.

- Ваг Варгента со товарищи я рекомендую казнить прилюдно, не замалчивать. Можешь приурочить это дело к празднованию своей свадьбы…

- Лис, - перебивает меня король, - на кой ляд мне этот геморрой?! Чужая страна – потемки. Давай отпустим девчонку восвояси – пусть царствует себе на здоровье…

- Ты совсем дурной что ли? – отрываю взгляд от бумаги. – Я тебе жену принес! Магиню, Дирг. Так еще и королевских кровей.

- Как магиню? – икает от неожиданности Диригий.

- Повторяешь свою прошлую ошибку с Хльюи. Я разве женюсь на каждой встречной? Нет. И тебя не женю на абы ком. Картарина магиня. Причем довольно сильная. Но, не обученная пользоваться магией. Зато мастерски ее скрывает. Никто не знает, о ее сути. Кстати глупо поступила, что скрывала. Узнай ее кузен, что она в перспективе сильный маг, не стал бы убивать девчонку, а предпочел бы жениться на ней. А получилось вот так трагически.

- Убивать? – переспрашивает Дирг.

- Да, пока не забыл! – спохватился я и дописал еще пункт в свой список. – Твоя невеста умирает. И если наша магия ей не поможет, надо будет алхимиков подключать. Девочку уже давно и целенаправленно травят. Она должна была скончаться от сердечного приступа, как и ее батюшка тремя годами ранее. Чтобы никто не догадался, что это убийство.

- А она узнала об этом… - понимает Диригий, - и… что?

- И отправила мне послание, с просьбой о помощи. Просила спасти ее от смерти, а страну от алчного до власти и жестоко герцога. Взамен… отдает добровольно тебе корону, а себя – мне.

- Как тебе? Опять тебе?!

- Успокойся, - отмахиваюсь от негодования друга. – Девочка просто нуждается в помощи и защите мага. Если бы твоя магическая составляющая была всем известна, Картарина разумеется предложила бы тебе взять ее замуж. Поэтому вот, - я протягиваю список необходимых мероприятий другу. – Ознакомься с рекомендациями.

- Рекомендациями, - фыркает монарх, - ЦУ это, вот как называется.

- Читай – читай, - усмехаюсь я, собираясь уходить.

- Какая у нее стихия? – откладывает лист бумаги в сторону Диригий и поднимается, провожает меня до дверей.

- У нее нет стихии, - виновато развожу руками. – Девочка менталист. Надеюсь, теперь моей жене ничего не угрожает с твоей стороны! – одариваю короля угрюмым взглядом, наслаждаясь его неловкостью.

- Прости, Лис, правда. Не знаю, что на меня нашло!

- Забыли, - жестко усмехаюсь. – Тем более, Хльюи наверняка успела и сама вправить тебе мозги.

- Да, рука у нее тяжелая, - согласно улыбается Дирг, но в глазах все еще вина.

- Про Иллайза не забудь! Между прочим сын твоего любимого полководца в тюрьме гниет!

- А ты куда?

- А я в госпиталь. Спасать тестя, - устало вздыхаю, - и магов. Подробный отчет о своих приключениях потом напишу.

Эпилог часть 1

Картарина очнулась в незнакомой комнате. Вместо привычных ей, светлых интерьеров с позолоченной лепниной и ажурных колон, все тут было тяжелым. Мебель массивной из темных пород дерева. Стены на треть высоты стены отделаны полированной резной древесиной, а выше шел дорогой текстиль разукрашенный темно-зеленными и светло-оливковыми цветами, полосами. Камин был огромен. На окнах темно-зеленые гардины с мелкими светлыми узорами, расшитые серебряными нитями.

Королева нехотя поднялась с кровати, боясь даже предположить, где она может быть. Последнее, что она запомнила – это необузданный в своей ярости маркиз, казнивший ее советников. В голове привычно клубился туман, скрывая ее магическую сущность от окружающих. Во рту привкус горечи, впрочем, и к нему она уже привыкла. Только к мысли, что это верный признак отравления, еще не привыкла. Собственно, как и к другому признаку – темному пятну на коже, в районе сердца, что расползлось за последние месяцы на весь живот и уже пыталось захватить грудь. К такому нельзя привыкнуть. Нельзя смириться, что скоро умрешь. Хотя и это можно было бы стерпеть и принять участь с достоинством. А вот предательство любимого кузена – ранимая душа принять не могла.

Вспомнив в очередной раз все события, девушка всхлипнула, позволяя своей обиде и слабости вытекать из глаз соленой влагой.

- Ваше Величество, - зашла в комнату девушка, приседая в реверансе. – Я буду сегодня вашей фрейлиной, Ваше Величество.

- Как тебя зовут? – спрашивает королева, оглядывая себя и замечая, что ее платье, кто-то снял, оставив на ней лишь нижнюю сорочку и кружевные панталоны.

- Хльюи, Ваше Величество.

- Не обращайся ко мне так, пожалуйста, - потускнели глаза Картарины. – Я больше не королева Япирании.

- А как же к вам обращаться тогда? – лукаво блестят глаза фрейлины, таят какую-то насмешку.

- Я не знаю, - горло перехватывает спазмом. – Я даже не знаю, где я. Я и что со мной будет.

- Эх, - вздыхает Хльюи и панибратски обнимает хрупкие плечики бывшей монархини. – Не грустите, вы определенно у друзей, это все пока, что я могу сказать.

- Это Торлерини, верно? – не обращает внимание Картарина, на фамильярное отношение. Девушка смирилась с тем, что больше не имеет отношение к трону. И сейчас, не зная даже, кем будет своему спасителю, маркизу, совсем потерялась в чувстве страха и неизвестности.

- Верно, мы в королевском дворце Его Величества Диригия. Но не стоит переживать, он нормальный мужик, правильный, не обидит. Давайте лучше приведем вас в порядок?

На минуту Хльюи скрылась за дверью, а потом привела за собой целую процессию. Девушки были улыбчивыми и с самой фрейлиной общались, как с подружкой, хотя Картарина наметанным глазом видела, что Хльюи дворянка в неизвестно каком поколении. Только платье на ней было странным. Не таким, какие привычно видеть на благородных леди. Хотя и заметно, что ткани дорогие, а работа выполнена кропотливой модисткой.

- Леоль, дорогая, - улыбается Хльюи, - попроси нам всем сообразить что-нибудь поесть. Я ужасно проголодалась! Зверски просто.

- Чесночных гренок? – смеется девушка в скромном струящемся платье, чем-то походящим на наряд самой Хльюи.

- Что ты?! – возмущенно фыркает в ответ фрейлина. – У меня муж вернулся! Какой чеснок?! Давай ориентироваться на вкус нашей гостьи? – и повернулась к королеве, вопросительно бровь выгнула.

- Я… я не знаю… Что тут принято…

- Ой, да бросьте! Чего хочется? А?

- Да мне все равно, - вздыхает Картарина, покорно позволяя другой девушке себя мыть.

- Ну-ну, так не годится! – снова улыбается Хльюи и произносит роковую фразу. – Вас ждут Его Величество и главный дознаватель. Негоже идти к ним в упадническом настроение. Давайте, сделаем из вас настоящую королеву!

И девушки споро взялись за дело. Хльюи и Леоль старательно обсуждали с модисткой параметры тела Картарины, от чего последняя краснела, как маков цвет. Все-таки мода Япирании отличалась от Торлеринской. На родине королевы были более пуританские наряды, не просто закрывающие грудь, но и утягивающие ее до плоского состояния. В Торлерини модницы высшего света предпочитали выставлять свои декольте напоказ, подчеркивая корсетами и играя на контрасте тонкой талии и пышных юбок.

Но то, что видела перед собой королева, никак не было похоже на что-либо раньше виденное. А минималистическое белье из тонких кружев и вовсе заставил ее краснеть, как цвет кровавой лилиранды. Милая девочка Тания старательно вычесывала ее роскошные каштановые волосы и укладывала в прическу.

Потом был перекус, и заразившись настроением своих помощниц, Картарина даже начала улыбаться и забываться. Пока Хльюи не произнесла зловеще улыбаясь выбивающую из колеи фразу.

- Ну все, Вы готовы предстать перед женихом. Пойдемте, покажем твашу красоту во всей красе.

Жениху… звучало в голове королевы. Маркиз принял ее позорное предложение. Принял. И собирается выполнить свое обещание.

«Возьму» набатом звучали слова маркиза в резко закружившейся голове.

«Возьмет, - совершенно четко осознала она, чуть ли не падая в обморок от страха»

Ильиз Де Ронго

Мы не стали созывать весь двор. Решили начать с личного знакомства с Ее Величеством. Я специально послал к ней жену с подругами, эта веселая троица кого угодно приведет в чувства и растормошит. Думаю, пару часов им хватит, чтобы наладить контакт и припудрить свои очаровательные носики.

Вообще королева разоспалась на двое суток после моего вторжения в ее сознание. Так что я уже успел многое сделать. Даже в Япираннию смотался своими солнечными порталами и забрал наших несчастных послов, заодно полюбовался паникой во дворце и срочным становлением временного правительства. Там, кажется, даже сочиняют ноту протеста с требованием выдать Ее Величество с кузеном. Ведь остались свидетели, что королева исчезла, после встречи со мной. Остался только пустой тронный зал с кучкой трупов. Словом, есть чего паниковать.

- Что-то я нервничаю, - стоит у окна Диригий, заложив руки за широкую идеально прямую спину.

- Расслабься, - хлопаю его по плечу. – С девчонкой не сладишь что ли? Включи свое обаяние. Много не надо неискушенной душе. Это у Хльюи демоны в мозгу, а тебе буквально ангел достанется.

- Да? – косо смотрит на меня друг, - ангел, что переиграл двоих опытных интриганов, на их же поле, натравил на своего кузена тебя, и еще о своем замужестве озаботилась мимоходом. Нет, Ильиз, я с некоторых пор опасаюсь недооценивать женское коварство.

- Дамы за дверью, - появляется из тени Чиари, заставляя нас обоих вздрогнуть, и распахивает дверь. Мы оба повернулись на стук каблучков по мрамору и шелест юбок. Ну, что ж, кажется, моя жена решила кардинально менять моду в королевстве, раза даже будущую королеву соединенных королевств одела в работу своего авторства. Я благодарно улыбнулся Хльюи, уверен, что она сделала все, как надо и настроила Картарину на позитивный лад.

- Ваше Сиятельство, - игнорируя короля, который между прочим в кое-то веки соизволил на свою венценосную голову соответствующий ободок надеть. Глубокий реверанс и пылкое, - вы приняли решение о моей судьбе?

Диригий недовольно хмыкнул, оценивая, кого это дитя неразумное ставит во главенстве. Хльюи тихо усмехнулась и прошла в кабинет, игнорируя всякие реверансы и вообще, не следуя никакому этикету. Села в кресло, расслаблено откинувшись на спинку, и приготовилась смотреть спектакль. За ее спиной тут же появился Чиари, как ангел воздаяния и что-то шепнул. Хльюи нахмурилась, но кивнула в ответ, позволяя исчезнуть телохранителю. Мы с Диригием синхронно повернули головы в ее сторону и вопросительно уставились, словно забыв о девушке, замершей в реверансе и ожидающей моего вердикта.

- Не томите, Ваше Сиятельство, - снова подает голос Картарина, заставляя вернуть ей внимание.

- Да, Картарина, я принял решение, - говорю строго. –Ты выйдешь замуж за Его Величество Диригия, объединив этим браком два королевство в единое, раз и навсегда покончив с любыми распрями между нашими народами.

- Но… - растерялась королева, переведя взгляд на Диригия, словно только сейчас его увидела. – Я не хочу!

- А за меня хочешь? – прищуриваюсь лукаво.

- Нет, - после некоторых раздумий заявляет она. – И за вас не хочу. Но у меня нет выбора. Еще больше я не хочу умереть. Кроме того, вы же знаете, мою особенность… мне нужен маг.

- Да-да, - нетерпеливо отмахиваюсь, - все я знаю. Это нюансы. Важно то, что ты не можешь вот взять просто снять с себя корону и возложить ее на голову другого. Будут недовольные. Будут бунты и восстания. Дворяне не примут вот так просто этот шаг. Не примут торлеринца своим королем. Нужен династический брак, объединяющий два королевских рода в один. Если конечно, мы все еще желаем бескровного решения проблемы.

- Но… - теряется она и смотрит испытующе на Диригия, что изображает из себя строгого и недовольного монарха.

- Без «но». Ты просила помощи, дитя, - смягчаю я свой тон, - с недугом мы справимся, ты будешь жить. Защита влиятельного покровителя тоже есть. Я лишь подкорректировал кандидата в женихи. Твое мнение на этот счет уже не учитывается, с того момента, как ты поставила благополучие подданных превыше личных амбиций, когда вверила мне твои проблемы, решение о твоей судьбе в моих руках, и я его принял.

- Ильиз, - предупреждающе пророкотал Диригий, недовольный моим напором на его невесту. Я дарю другу легкий наклон головы, признавая – неправ, буду мягче. Заодно и показывая Ее Величеству, кто тут на самом деле главный, кому я служу.

- Ваше сиятельство, - порывисто и молящее сложила руки на груди, обтянутой тонким шелком. Оказывается тут у нее все в порядке, отмечаю мимоходом, как мастерски и совершенно не пошло Хльюи подчеркнула достоинства фигуры нашей будущей монархини. – Прошу вас, пощадите, - просит она и даже порывается сделать шаг ко мне, но осекается под моим строгим взглядом. Минутная пауза и Картарина снова приседает в реверансе, покорно склоняет голову и со слезами в голосе молвит:

- Повинуюсь, Ваше сиятельство.

- Ну, хватит, Лис, - отмирает Диригий, в достаточной мере насмотревшись на свою невесту и тоже приняв для себя решение. – Не дави на психику ребенку.

- Этому ребенку предстоит стать достойной женой Твоему Величеству, Дирг, - напоминаю я, но все же отступаю. – Хочу быть уверенным, что Картарина в достаточной мере осознает ответственность.

Учитывая, как легко она сдала свою страну чужакам, я бы не был сильно уверен на ее счет. Но этих слов я не произнес вслух. Диригий и сам это понимает.

- Подойди, Картарина, - просит король, протягивая свою мощную ладонь. – Не бойся, милая. Из нас двоих, маркиз большее зло.

Королева несмело делает шаг навстречу и все же вкладывает свою ручку в ладонь будущего супруга. Вздрагивает, когда Диригий дарит ее пальчикам положенный этикетом поцелуй.

- Обещаю не разделять наши страны в правах. Но и ты должна мне пообещать, - пристально смотрит на испуганную девочку, - ты должна мне доверять. Я понимаю, что тебя жестоко предали и трудно снова начать верить. Особенно с такими сомнительными спасателями, - суровый взгляд на меня, а я лишь фыркаю и подаю Хльюи руку, помогаю подняться из кресла. – Но тебе придется. Начать. Доверять. И мне. И ему. – кивок в мою сторону.

- Простите, Ваше Величество, - теряется с ответом Картарина, когда Диригий ее перебивает.

- Оставим официоз для широких масс. Просто Диригий, моя дорогая, - и подмигивает, - между магами не может быть титулов. Куда это вы собрались? – строго окрикивает король нашу чету, что уже собиралась по-тихому оставить жениха и невесту наедине. Я раздраженно закатил глаза, а Хльюи широко улыбнулась. – Ладно, идите черти хитрые, - смягчается взгляд Диригия. – Мы тут сами разберемся. Правда? – вопросительно смотрит на королеву. Я увожу жену прочь, не видя смысла больше в нашем присутствии.

- Зачем ты так сурово себя вел? – укоряет Хльюи, стоит нам только выйти из кабинета. – Ты совсем запугал бедняжку.

- Тактика хорошего и плохого дознавателя весьма эффективна. Теперь Картарина будет воспринимать Диригия, как своего спасителя от меня такого нехорошего. В противном случае, она могла навсегда остаться с чувством обиды, как отверженная мной женщина. Оно нам надо? Пусть лучше знает, что она та самая фигура, без которой начнутся междоусобные войны в стране. Ведь так и есть. Диригия не примут без нее.

- А ты, значит, обещал ей жениться? – прищуриваются серые глаза и наигранно хмурятся брови.

- Нет, любовь моя, ревнивая, - смеюсь, - я ей вообще ничего не обещал. Выслушал, сделал выводы, решил ее проблему, и попутно увеличил наше королевство на две трети.

- И другу жену – магиню подогнал, умелец на все руки!

- У меня не было выбора дорогая, я бы возможно и принял предложение этой весьма милой собой особы, тем более, что она согласна на роль второй жены. Но я решил, что мне и с тобой справиться трудно, с двумя вообще стану седым и заикающимся. Пришлось сплавить ее Диригию. Надеюсь, это уже наверняка отобьет у нашего друга интерес к тебе.

- Его интерес я уже давно отбила, - отшучивается Хльюи. Впрочем, мы оба веселимся. Ровно до тех пор, как встречаем графиню Де Агриже собственной персоны. Злую, как гнев Создателя.

- Вы! – шипит на меня графиня, приближаясь ближе положенного этикетом. Интересно, что могло вывести из равновесия эту женщину? – Вы отняли у меня двоих дочерей! Вы обещали безопасность Леоль. А на деле допустили это все непотребство!

- Стоп! – остановил я поток возмущений. – Коротко и по существу. Что произошло?

- Что произошло? ЧТО ПРОИЗОШЛО?! – беленится графиня. – Мою девочку обесчестили, вот что произошло!

Хльюи хихикнула, прячась у меня за спиной.

- Я разберусь. А вы приведите себя в божеский вид, графиня. Ведете себя, как базарная торговка. Где ваше достоинство? Отправляйтесь к мужу в госпиталь. Ему уже значительно лучше. И будет не лишней поддержка родного человека.

- Но… Леоль… - тычет пальцами в дверь графиня.

- Я разберусь, - повышаю голос и прожигаю недовольным взглядом графиню. Идите.

Под приглушенные ругательства на певучем фимуртанском языке, графиня все же удаляется, а я спешу открыть дверь в комнату, где по идее должна быть поруганная дочь графа Де Агриже.

- Мда… - заключаю я, поморщившись от женского визга, не позволяя Хльюи заглянуть в комнату. – Продолжайте, дети мои, - усмехаюсь, встретившись глазами с Чиари, который прикрывал собою смущенную до корней волос девушку. И молча закрыл за собой дверь, подталкивая жену прочь. Нечего ей тут ушки греть. Леоль и так сгорает от стыда.

Эпилог часть 2

Чиари наблюдал из тени, как нагрянувшая неожиданно графиня Де Агриже распинает свою скромницу дочь. Требует ее возвращения. Мол пора уже и о смотринах думать. Отец скоро вернется из госпиталя и ему будет приятно отвлечься на домашнюю суету от всех этих сумасшедших событий. И что может быть лучше, чем порадовать батюшку удачной помолвкой.

Графиня была несдержанна, поскольку не могла взять и силой увезти дочь. Поступать вопреки воли дознавателя не рисковала даже она. Но уговорить девочку добровольно вернуться, это было реально. И так удачно она как раз оказалась одна, без Хльюи, что ее сбивала с пути истинного и учила перечить.

- Маменька! – вдруг истерично выкрикнула девушка, белее лицом, что осмелилась голос повысить. – Матушка, я не могу! Я не буду! Я…я… я опозорю семью! Да, - вдруг зажглись ее глаза, словно она откопала в недрах своего девичьего мозга какую-то светлую мысль, - да, я… я… больше не девица. Вот… - на последнем слове Леоль совсем стушевалась, утратив моментный запал.

- Что? – дернулся глаз графини.

- Я больше не дев…

- Я слышала! – крикнула графиня, перебивая признание дочери. – Это… не может быть правдой…

- Но это правда! Не один благородный муж не захочет себе порченую невесту. А я… я потеряла свою честь девичью…

- Молчи! – снова перебивает графиня и нависает над хрупкой монашкой, желая ту удавить собственными руками. – Кто он? – цедит зло. Но Леоль уже утратила смелость, обретенную лишь на миг, и вместе с ней потерялся и дар речи. – КТО ОН? – переходит на истеричный тон, заставляя дочь съеживаться под ее напором.

Чиари решительно выскользнул из тени, уводя перепуганную Леоль прямо из-под опешившего взгляда графини. Прячет ее за своей спиной так, что девушку даже не видно за широкими габаритами вора.

- Он это я. – Серьезно смотрит на графиню и чувствует, как Леоль вздрагивает всем телом.

- Да как ты смеешь?! – шипит рассерженной гадюкой графиня. – Я тебя уничтожу! Ильиз тебя казнит! Собственноручно!

- Сомневаюсь, - криво усмехается вор, - и поскольку я уже застолбил территорию, никто другой не захочет вашу дочь в жены. Вы не казните гипотетического зятя.

- Ты не получишь ничего! – фимуртанские кобры кажутся милейшими созданиями по сравнению с этой женщиной, но Чиари даже бровью не повел.

- Я получу Леоль, - сверкает сталь его серых колючих глаз, - мне этого достаточно. Приданым подавиться можете, - усмехается зло.

- Ты мне не дочь! – бросает графиня через плечо вора, жалея, что не может увидеть лицо распутной предательницы, монашки, оказавшейся слабой на передок.

- Отлично, - расплывается хищной улыбкой Чиари, - тогда мы вас больше не задерживаем.

Графиня вспыхнула, как факел и поспешила оставить парочку развратников, громко хлопнув дверью.

Выждав еще неполную минуту, собравшись с мыслями, осознавая, что натворил, Чиари все же нашел в себе силы повернуться к Леоль и развернуть ее к себе лицом.

- Вы свободны, госпожа, - с сожалением смотрит на подрагивающие в близкой истерике губы. – Больше вас никто не принудит выходить замуж, - нерешительно тянет руку к кукольному бледному лицу и вытирает дорожки слез. – Хотите, я сопровожу вас до любого монастыря?

Всхлип и девушка испуганно прикрывает свой рот ладошкой. Осознала. Только сейчас поняла, что они оба натворили. Но вдруг бросает затравленный взгляд на вора и заикаясь выдавливает из себя вопрос.

- Зззачем ты это сделал? – горло пережато спазмом, голова гудит. – Она же… ты не представляешь, какая она мстительная, Чиари. Зачем ты это сделал? – истерика так и не началась, зато серый взгляд наполняется паникой. – Она же тебя изживет теперь! Создатель, ну зачем ты вмешался?! – тонкие пальцы впиваются в золотистые волосы, а хрупкая фигурка мечется по комнате, как ужаленная. – Зачем? Зачем? Что делать? Надо маркизу рассказать. Он защитит! Ну, зачем? – страдальчески стонет она, пытаясь вырвать на себе волосы. Не выдержав эту картину самобичевания, Чиари резче, чем требовалось, остановил девушку, поймав за плечи и впился в ее губы поцелуем. Как он думал, отрезвляющим. Но оказалось, что наоборот – пьянящим их обоих.

- Вот зачем, - отрывается от соленых губ, чувствуя вкус ее слез, - маленькая макивейя[1], я не хочу видеть, как вы страдаете. Если обет безбрачия и бдение своего целомудрия за стенами храма, принесут покой вашей душе, я готов рискнуть и вызвать гнев даже фимуртанской кобры.

- Но, - пискнула сбитая с толку Леоль, впрочем, что она хотела сказать неважно. Чиари ее перебил раньше, чем та успела сказать глупость.

- Но, если вдруг, вы не настолько набожны, моя госпожа, я готов быть вечным рабом вашей добродетели, - и снова касается ее губ. Еле-еле. Словно спрашивая разрешения. Пробуя ее реакцию, пытаясь почувствовать ее ответ. И так не вовремя распахивается дверь, являя парочке лицо удивленного дознавателя, что разве что не присвистнул от увиденного. Правда быстро взял свои эмоции под контроль и тактично ретировался, прикрыв за собой дверь.

- Создатель, стыдно-то как! – стонет Леоль, которую прижимал к себе вор, пряча от всего мира в своих медвежьих объятьях. – Что же мне теперь делать?

- У вас есть три варианта, - не отпускает хрупкую фигурку, боясь разорвать этот контакт. Словно их близость могла повлиять на ее решение. – Я озвучил два из них. Настаиваю на втором, - криво усмехается, хотя глаза серьезные.

- А какой третий? – жалобно спрашивает девушка, доверчиво заглядывая в глаза.

- Можете остаться со своей сестрой и влачить жалкое существование старой девы. Но рано или поздно вам это надоест, и вы все равно ответите какому-то мужчине взаимностью. Не факт, что по любви. Скорее от безысходности.

- Хватит! – обиженно отталкивается от мужской груди горе-монашка. – Хватит, Чиари. Не надо твоих жестоких слов. Я и так…

- В смятении, - заканчивает за нее мужчина, снова притягивая девушку к себе. – Я знаю. Позвольте развеять ваши сомнения? – переходит на полушепот он и склоняется к губам Леоль. – Позвольте помочь вам сделать выбор… - и целует ее. Снова и снова. Не давая больше бедняжке даже вдохнуть. Потому что стоило ему впервые коснуться ее губ, как вору сорвало все возможные тормоза и установки. Еще до этого момента, он мог заставить себя ее отпустить, но не сейчас, когда чувствует жар стройного тела, что обжигает даже сквозь ткань их одежд. Никто не мог сказать, сколько продолжалось это сумасшествие. Но когда двое смогли разорвать наконец-то поцелуй, тяжело дыша и упираясь друг другу лоб в лоб, уже никакие предрассудки были не важны.

Леоль страдальчески застонала, ощутив неудовлетворенное желание внутри. Кружевное белье, авторства ее взбалмошной сестры, раздражало нежную кожу между ног, где горел пожар. Оторвавшись на миг от мужчины, девушка отошла на два шага, упершись руками в спинку стула. Взгляд лихорадочно бегает по дубовому полотну столешницы, цепляясь за навязчивые узоры.

- Простите меня, Леоль, - поняв по-своему ее реакцию, поменялся в лице вор, собираясь с остатками мужества, уже хотел повторить, что лично отвезет девушку в монастырь, но она вдруг заговорила надломанным, дрожащим голосом, сводя с ума его своими словами.

- Мне плохо, Чиари, - признается она, сжимаясь поперек и не зная, как погасить огонь, что разожгли в ней неосторожные поцелуи мужчины. Ее первые поцелуи. - Нет, не трогай меня, - отскочила она поспешно, стоило ему сделать шаг в ее сторону. – Ты вызываешь во мне странные ощущения и желания, - говорит смущаясь и отводя глаза, - постыдные…

Чиари на миг замер, переваривая признание скромницы, а потом все же подошел вплотную.

- Насколько постыдные? – хриплым голосом спрашивает он, нависая над девушкой.

- До безобразия, - поднимает открытый взгляд на вора, - возмутительные, невообразимо неприличные для благочестиво девицы…

- Но, насколько я помню, вы уже не девица по официальной версии, - усмехается он, - что вам терять, госпожа?

- Себя? – отвечает вопросом на вопрос и вздрагивает от легкого касания губ.

- Будьте моей женой, госпожа, - между поцелуями просит вор, - за мной вас не сможет достать графиня, никто не посмеет посмотреть в вашу сторону косо, я смогу защитить вас от всего мира, если вы станете моей… - короткий поцелуй, и вкрадчивое - женой…

- Я… боюсь, - признается Леоль и стонет, когда мужские губы спускаются на ее точеную шею, оставляя влажные поцелуи. А руки со спины уверенно спускаются на ягодицы, сжимая их и бесстыдно собирая пальцами платье, задирая его до критичной отметки.

- Я знаю, - подхватывает свою возлюбленную под попу, усаживая на стол.

- Что ты… что ты делаешь? Это ужасно, Чиари, стыдно же, - лепечет она, когда мужское тело накрывает ее, придавливая к столешнице, когда его руки спускают край декольте, оголяя молочно-белую грудь, накрывая ее губами, и вырывают стоны из ее удивленно открытого рта.

- Я не возьму вас, раньше, чем мы выйдем из храма Создателя мужем и женой, - поднимает затуманенный взгляд и ловит ее такой же пьяный, такой же больной взгляд. – Но облегчить ваши муки все же позволю себе, - криво улыбается одним уголком губ, раздвигая стройные ножки юной леди своими руками. Выгнул бровь, оценив бесстыдное кружево, что так предательски намокло.

- Чиа… - захлебнулась собственным всхлипом, когда вор закрыл ей рот жестким поцелуем, таким… возмутительным, хозяйским. Словно имеет право себя так вести, словно она уже его. А потом ощутила у себя под бельем его пальцы, и хотела было вырваться, хотела вскрикнуть, но мужчина держал возмутительно крепко, а касался непозволительно нежно там, где все кипело, требуя разрядки, требуя большего. И возбуждение достигло своего пика, совершенно неопытная и неготовая морально к таким ощущениям, Леоль сдалась на милость ловких пальцев. Чиари хватило всего пару движений, чтобы довести до исступления неопытное тело, чтобы окончательно смутить невинную душу. Долгожданная разрядка наступила слишком быстро, что вор даже не успел посмаковать момент ее наслаждения. Впрочем, несильно и расстроился, понимая, что просто довел девушку до такого состояния, когда терпеть уже нельзя. Перевозбуждение оно такое. Бескомпромиссное. Надо или дать ему выход или даже не начинать жестокую игру с невинным телом.

Леоль все еще постанывала, подавая слабые признаки жизни. Признаки разума не подавала вовсе. Чиари отпустил ее, вернув подол в приличное состояние, поправил край декольте, прикрывая грудь. Коснулся лица ладонью, заставляя ее смотреть глаза в глаза. Улыбнулся, наслаждаясь видом ее истерзанных губ, лихорадочного румянца на скулах и затуманенного взгляда.

- Вы будете моей женой, Леоль! - больше не спрашивает он. Утверждает. Дарит аккуратный поцелуй и сгребает в свои объятия, снимая девушку со стола, уносит на руках из комнаты.

- Куда ты меня несешь? – вяло интересуется Леоль даже, не сопротивляясь уже и не удивляясь, когда слышит в ответ:

- В храм, моя госпожа. В храм…

Конец.

Примечания

1

хрупкие макивеи - цветы с тончайшими алыми и белоснежными лепестками, просвечивающими на свету, как символ чистоты и невинности

Content

Вариун Юлия Интриги королевского двора

Часть вторая Глава 1 – 2

Глава 3 – 4

Глава 5 – 6

Глава 7 – 8

Глава 9

Глава 10 – 11

Глава 12 – 13

Глава 14 – 15

Глава 16 – 17

Глава 18

Глава 19 – 20

Глава 21

Глава 22 – 23

Глава 24

Глава 25 – 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30 – 31

Глава 32

Глава 33 – 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49 – 50

Эпилог часть 1

Эпилог часть 2

Примечания