Политическая сказка (доп)

Часть 1

Старый медведь помер. Оставшийся хозяином в лесу медвежонок был еще мал и поэтому многие звери почувствовали вольницу. Хряк, козел и плескавшиеся в речке шпроты в полный голос перемывали покойному кости, не забывая о наследнике. Из соседнего леса задумчиво щурился полосатый тигр — в отличие от остальных, он хорошо помнил старую заварушку со стаей волков, в которой ему повезло оказаться с медведем на одной стороне и посмотреть косолапого в деле. И он понимал, что не просто так теперешний волк старается не портить с медведем отношения. С другой стороны, медвежонок еще маловат, а лес у него велик, ой велик.

Поэтому козлу, хряку и шпротам он на всякий случай дружелюбно пообещал свое покровительство в обмен на травлю медвежонка — нехай сидит в берлоге и не высовывается. Те, поняв это по-своему, обнаглели вконец и подняли в лесу такой визг о задавленных и съеденных медведем собратьях и порченой малине, что уши закладывало иногда даже у тигра. Плюс не особо успешная возня медвежонка с горным шакалом, в которой тот победил еле-еле и то по очкам, добавляла крикунам храбрости. И если хряк по причине природной лени повизгивал только за компанию, а шпроты булькали меж собой и из-под воды их особо слышно не было, то козел в силу горячего темперамента возбужденно тряс рогами и во всеуслышание грозился медведя забодать.

Гром грянул неожиданно — если раньше козел просто бродил вокруг берлоги и воинственно блеял, на что медвежонок только недовольно ворчал, то теперь он решил привести к порядку живущего возле берлоги бурундука, который давно мозолил ему глаза. Бурундук вроде как по старой памяти дружил с медвежонком, но того давно не было видно, тем более что тигр одобрительно подмигивал из соседнего леса…

Но на этот раз все пошло не по плану — неожиданно для всех из берлоги высунулась лапа и двинула козлу так, что он, громко блея, пролетел через весь лес. Потом из берлоги вылез медвежонок, за это время вымахавший почти с папашу, и пошел искать, куда улетел козел. И, судя по выражению морды, совсем не за тем, чтобы извиниться.

Всем резко поплохело: козел метался по лесу со скрученными в косичку рогами и требовал, чтобы лесное сообщество спасло его от агрессивного медведя. Разбуженный хряк озабоченно повизгивал, не столько из солидарности, сколько от нехорошего ощущения, что следующим на очереди может быть он. Шпроты заметались, из-за чего речка практически кипела — старый медведь любил порыбачить и если молодой пошел в папашу…

Тигр, которому в основном адресовались козлиные жалобы, сидел в философских раздумьях: с одной стороны, хоть и козел, но союзник, с другой — когти у медведя длинные и зубы ого-го, хоть и меньше, чем у папаши. Вон волк опосля медвежьих когтей совсем зарекся на чужие поляны зариться, хотя дело казалось выигрышное и поначалу удалось медведя ажно до берлоги загнать.

Сам волк, хоть и не показывал виду, но все же про себя ухмылялся. Он, в отличие от остальных, отношения с медведем держал хоть и не дружеские, но ровные, в чужой огород не лазил и получить промеж ушей не рисковал.

Еще не рисковал огрести петух — в силу того, что просто не мог поклевать много из-за размеров. Поэтому сейчас он носился над взбудораженным лесом и пытался мирить всех подряд. Правда, получалась это неважно — козел был слишком напуган, а медведю так все осточертело, что он гонял козла, не отвлекаясь на петушиные вопли откуда-то сверху.

За ними на почтительном расстоянии бегал хряк и возбужденно повизгивал — ему давно намекали, что молодой медведь может попросить назад ту дубовую рощу на берегу, которую старый дал ему попользоваться просто потому, что желудей не ел. Но в той же роще находилось любимое медвежье место для рыбалки, с которого хряк медвежонка выживал чисто из вредности. Теперь ему могли припомнить старые грешки и рощу отобрать совсем. И, судя по ситуации с козлом, на тигра надежды было мало.

Шпроты просто паниковали: с одной стороны, в речке они были большинством, с другой стороны, речка разделяла два леса и в случае чего вся движуха шла по их головам вне зависимости от их желания. Причем даже самые невменяемые шпроты понимали, что для любого берегового жителя они просто легкая закуска, а кто будет прислушиваться к мнению закуски.

Тем временем енот, которому козел тоже попортил немало крови, из солидарности с бурундуком, да и пользуясь, честно говоря удобным моментом, лихо затер козлиные метки на ведущей к его логову тропе. С одной стороны это оправдывалось скотским поведением козла, с другой — даже ежу было понятно, что козлу сейчас ну очень сильно не до него. Тем более он тоже дружил с молодым медведем и тот его поведение молчаливо одобрял, что изрядно добавляло еноту смелости: тигр он далеко, а медведь — под боком, и в случае чего ему только, как вот сейчас, лапу протянуть.

В кустах тихо радовался заяц — несмотря на недовольное повизгивание других зверей и предложение тигра нагадить медведю на порог, он продолжал держать нейтралитет и, как показал пример козла, не зря. Теперь он мог спокойно пожевывать травку — перспектива разборок с разъяренным медведем, в отличие от всяких козлов и хряков, ему не светила. И это было, черт возьми, прекрасно.

Часть 2

Акт первый.

Медведь пребывал в благодушном настроении. Тому было две причины. Во-первых, он выиграл у всех в снежки, во-вторых, ему наконец-то пришла заказанная по почте книга. Для этого, правда, пришлось немало постараться (выяснилось, что адрес: «В лес. Медведю.» сбивает курьеров с толку), но прибитые на просеки указатели и нарисованные стрелки дали результат. Почтальон даже взял за доставку деньги, хотя и пытался объяснить, что трофейные рейхсмарки уже не в ходу, но от предложения проводить твердо отказался. Книга называлась «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей» — медведь был решительно настроен поработать над собой. Однако от чтения его сильно отвлекал шум на соседней полянке — как выяснилось, мысль о самосовершенствовании пришла не ему одному. У хряка внезапно начался очередной приступ активности.

В принципе, этот процесс носил регулярный характер — периодически в поросячью голову била очередная идея и он начинал неистово бороться за все хорошее против всего плохого в собственной жизни. Заканчивалось все тоже довольно одинаково — пошумев и учинив погром, хряк снова заваливался на бок в ожидании начала новой светлой поры.

— Эй, кабан, против чего в этот раз борется?

Кабан был хряку родственник и проживал с ним на одной территории, но имел менее мечтательный склад ума и большую часть времени проводил, упорно копая землю в поисках полезного, потому что твердо был уверен в одном: «Лучшую жизнь строить можно вечно, а жрать надо каждый день.» К идеям хряка отношение у него было индифферентное, поэтому на вопрос медведя он только недоуменно мотнул головой и снова принялся ковырять грунт.

Хряк тем временем гордо оглядывал разгромленную полянку, прислушиваясь к завывающему в голове «ветру перемен».

— Эх, вот теперь-то все будет по-другому… — мечтательно хрюкнул он, оглядывая ободранную елку и растрепанные кусты.

— И че у тебя там будет по-другому? — высунувшийся из шиповника заяц оценил масштабы разгрома и присвистнул. — А ягоду-то пошто потоптал? Весна придет — че жрать-то будешь?

— Да к черту цую ягоду! Главное — свободно-то, вольно-то как стало! Я теперь все могу! Никого не боюсь! Кто только не по нраву, того сразу «Гэть»!

— И с какого это перепугу ты так осмелел?

— А ты знаешь, что волк теперь свинину не ест? Он сам мне сказал. И тигр тоже не ест — говорит: «Жирная она, диета у меня». Даже дружить предлагали. Вот документ, если не веришь. «Ассоциацию» предлагают — не хухры-мухры. Кто теперь посмеет на меня, если я в ентой самой «ассоциации»?

— А ну-ка, дай гляну. — Заяц принялся внимательно изучать гордо протянутый хряком листок.

— От так-то, косой. Тебе, небось, они ассоциаций не предлагали? Только мне!

— Ты енто вообще читал?

— А зачем? Сам факт того, что они меня достойным считают…

— Зря. Это вообще-то страница из кулинарной книги. Рецепт свинины под соусом… Они просто сверху карандашом написали «соглашение об ассоциации», а внизу приписали: «…и казан с крышкой».

— Ты просто завидуешь!

— Ага. Прям обзавидовался весь. Еще, кстати, неясно, как к этому медведь отнесется — ты ему за дрова уже два мешка орехов «торчишь». Если они тебя «ассоциируют» — кто отдавать будет? Да и кабан вряд ли с энтузиазмом отнесется к перспективе с тобой в одном казане оказаться.

— Кабан? Да кто его спрашивает. У нас тут мозг — я. А он так — роется себе и роется. Скотина — че с него возьмешь? Что же касается медведя — то я его тоже не боюсь!

— Да ты чо? А он об этом в курсе?

— Не веришь? — хряк обвел налитыми кровью глазками поляну. — Смотри — вон его батя метки ставил. Видишь?

Он разбежался и со всего маху втемяшился в березку. Дерево слегка вздрогнуло. Помотав головой, хряк попятился и снова взял разгон. От удара сверху посыпались ветки. На третий раз ему наконец-таки удалось свалить березу, и он, победно улыбаясь, повернулся к зайцу.

— И чо ты этим добился? Лоб себе расшиб?

— Уничтожил следы прежнего кровавого правления! Гэть! Все старое долой! Не боюсь я медведя!

— Ну, того, который эти метки ставил, положим, уже нет. Помер он — понятно, почему ты его не боишься. А сынка?

— И его не боюсь! И не должен я ему ничего. И вообще мне ничего от него не надо — пусть подавится своими дровами!

— Ага. Тебя же скоро «ассоциируют» под соусом — казан с тебя, а дрова у них, походу, свои.

— Да ты вообще что все мои решения критикуешь! Ты вообще медвежий прихвостень! Гэть отседова, пока я…

— Пока что? — спокойно осведомился заяц. — Я тебе сейчас ногами задними по рылу пропишу — пятак до хвоста вомнется.

— Гэть. — уже менее уверенно буркнул хряк. — Не беси меня, тварь ушастая. Я сейчас опасный.

— Угу. Для самого себя в основном. Ладно, покедова, свинятина, зайду, когда оклемаешься.

Заяц ускакал, хряк принялся трепать поваленную березку, расправляясь с памятью о «проклятом прошлом», а за кустами тем временем медведь отчаянно листал книжку, пытаясь отогнать навязчивые мысли о шашлыке.

Книга советовала не поддаваться гневу. Следовало срочно успокоиться и взять себя в руки. В этом, советовал автор, хорошо помогали всякие приятные мысли, хорошие воспоминания. Медведь покопался в голове — самым приятным воспоминанием была рыбалка. Батя нашел шикарное место — тепло, солнечно, ласточки вьются над головой… Правда, он, тогда еще по дружбе, его хряку презентовал… При мысли о хряке снова всплыли мысли. На этот раз о буженине. С другой стороны, хряк решил порвать с прошлым? Хряку от него ничего не надо? Долой прошлое? Губы сами растянулись в ухмылке…

Акт второй.

— Эй, как дела с переустройством? Ассоциацию будем подписывать или как?

Тигр постарался выглядеть максимально дружелюбно, однако хряка все равно отнесло метра на два — в его голове крупные хищники все еще проходили по статье «плохие новости».

— Э-э, нормально дела… С ассоциацией тут, правда, вопросики возникли…

— Какие? Да не боись ты — не съем. Вон, даже печенек принес.

— Да практически никакие… — хряк, все еще дрожа, принялся жевать печенье, глядя на тигра максимально преданным взглядом. — В основном насчет казана. Обязательно чугунный, или алюминиевый тоже пойдет?

— Неси какой есть, — волк, выглянув сбоку, сглотнул слюну. — Мы же не звери, мы понимаем твою тяжелое финансовое положение. Ты, главное, не волнуйся — после ассоциации тебе уже ни о чем не нужно будет волноваться…

— Это как? Это потому, что у меня всего будет много?

— Да. Много. Много петрушки, укропа, сельдерея, помидоров, перчика, сольки…

— И другой вкусной еды. — Тигр аккуратно задвинул слюноточащего волка на задний план. — Ты, главное, аккуратно выполни все условия. И помойся. Это обязательно. Как же мы тебя немытого будем ассоциировать?

— Помыться? Это я сейчас. Это я мигом. — Развернувшись, хряк почесал к речке. Через несколько мгновений оттуда донесся пронзительный визг.

— Пошли посмотрим. — Тигр покосился на волка и озабоченно кивнул в сторону источника шума. — А то как бы его кто до нас не «ассоциировал».

Хряк в панике метался взад-вперед, обиженно вереща, а чуть дальше на бревне сидел медведь с книжкой в одной руке и здоровенной дубиной — в другой. К дубине была привязана тоненькая лесочка с поплавком из пробки от портвейна «Крымский». Над медведем кружились вспугнутые воплями ласточки-береговушки.

— А ну прочь! Гэть! Кыш! Ты чо, косолапый, тут мое все! Все мое! Ты куда залез?

— Не ори — сейчас разберемся. — Сделав хряку жест «заткнуться», тигр осторожно подошел поближе. — Эй, косолапый, хряк тут нервничает — говорит, что ты на его территорию залез.

— Кто залез?

— Ты залез!

— Да? А куда я залез?

— На территорию хряка!

— Какого хряка?

— Вот этого. — Тигр ткнул пальцем куда-то, где, судя по визгам, находилась пострадавшая сторона.

— О! Хряк! А чо с ним?

Тигр со стоном оформил себе смачный «фейспалм» — медведь виртуозно эксплуатировал свой образ медлительного тугодума, хотя все уже убедились (кое-кто, кстати, посмертно), что при необходимости он может думать и двигаться молниеносно.

— Вот. Этот. Хряк. Говорит. Что. ТЫ! Залез. На. ЕГО! Территорию. Что ты можешь нам пояснить?

— Я? Да я ниче. Я рыбачу. Вот удочка. — Медведь продемонстрировал всем дубину. — А в чем проблема?

— Проблема в том, — устало вздохнул тигр, — что это территория хряка.

— С какого перепугу?

— Потому, что он тут живет.

— Да нифига. Вот они, — медведь указал на ласточек — тут живут. А он сюда только пожрать ходит.

— И тем не менее, на чужую территорию без приглашения лезть нельзя?

— Полосатый, ты что — совсем опух? Ты на себя сперва посмотри. Кстати, меня-то как раз приглашали.

— Кто? Ласточки?

— Ага! Как раз именно они! — медведь радостно помахал кружащим в небе птицам. — Говорят, хряк совсем разбушевался — носится как оглашенный, деревья ломает, кусты топчет, может берег обрушить. А у них там гнезда, между прочим. Вот они меня и попросили посидеть. Покараулить. Чтоб всем спокойнее было.

— Да что мы с ним разговариваем вообще! — осмелевший в присутствии тигра и волка хряк воинственно копнул копытцем землю и ринулся в атаку. — Гэть его!

Книга советовала чаще улыбаться. По словам автора, это располагало окружающих. Поэтому медведь улыбнулся, продемонстрировав всем частокол длинных, хотя и не очень чистых, клыков. Хряк, увидев их, затормозил так, как будто налетел на бетонную стену, а тигр с волком прыжком набрали безопасную дистанцию.

— Ты это чего? Угрожаешь?

— Не. Это новая фишка такая — «вежливость». Улыбаемся, не грубим, здороваемся со всеми. Привет, хряк…

— Да ну и плевать. И не очень-то и хотелось. — Не спуская глаз с «улыбки», хряк принялся сдавать назад. — Подавись. У меня скоро много всего будет, а вы будете локти кусать…

— Мы санкции наложим. — Снова высунулся волк. — Прям на порог.

— И я рад вас видеть. — Медведь повернулся, продемонстрировав всем троим необъятную косматую задницу. — Жаль, что вы уже пошли отсюда к черту.

— Уходим, — хмуро скомандовал тигр. — Насчет санкций подумаем. Надо, чтобы они не жидковаты были, но и не слишком твердые — правильной консистенции.

Акт третий — неоконченный.

— Ты мне уже что-то толковое посоветуешь?

Хряк возбужденно бегал вокруг козла, который сидел и задумчиво жевал галстук. Галстук ему нужен был для солидности — козел уже огреб от медведя и теперь считал себя экспертом-медвежатником с мировым именем, поэтому старался выглядеть презентабельно. Поправив рога, которые после этого держались на скотче и постоянно сваливались, он принялся задумчиво чертить по земле копытом.

— Ну, если учесть твою щетину, шкуру и процент жирности, то если ты наберешь еще пару кило, у медведя вполне может случиться изжога. А если в грязи изваляться, то и расстройство желудка. Это, знаешь ли, не хухры-мухры. Кстати, если еще и кабан подключится — там вообще… Кабан и щетинистей, и шкура потолще. Хе-хе — он месяц с животом маяться будет.

— Ты чо? Совсем? Какая, нахрен, изжога?

— Сильная.

— А я? Он же что? Сожрет меня?

— Ну конечно — это же медведь. Но сам понимаешь — если столько жирного за раз сожрать…

— А если тигра подключить? Волка? Вместе на него навалиться.

— Было бы хорошо. Тогда бы он тебя сожрать не успел бы, пожалуй. Задавить задавил бы, но сожрать бы точно не успел. — Козел задумчиво почесал голову. — Только они не согласятся.

— Почему? Мы же с ними теперь друзья.

— Не друзья, а партнеры. Не путай.

— А в чем разница?

— Партнеры — они как бы за тебя, но как бы в общем. До определенного предела. У партнерства есть четко установленные границы.

— А как определить, где эта граница?

— Легко. Где у медведя когти начинаются — там и граница.

— Тю. — Хряк разочарованно хрюкнул. — А я-то думал…

— Я тоже думал, — козел мрачно показал на отваливающиеся рога. — Потом мне объяснили. Тут дело ведь такое — медведя завалить можно, если толпой.

— Так че ж они?

— Дело в том, что и медведь может кого-нибудь завалить. Тварь-то здоровая.

— Ну да — может.

— И тогда остальные поделят его территорию. Чего ей пропадать-то?

— Резонно.

— Так вот. — Козел тяжело вздохнул. — Все хотят делить освободившуюся территорию, но никто не хочет быть тем, кто ее освободит. Поэтому все сидят и ждут, пока кто-то с медведем не сцепится, чтобы со спины навалиться и целым остаться. И все понимают, что тот, кто сунется первым — не жилец. Поэтому друг друга подзуживают, но никто с места не двигается. Так что на них надежды нет. Но у тебя остается кабан!

— Да ну его, скотину эту! — хряк разочарованно махнул копытцем. — Только знает, что в земле ковыряться, а толку от него ноль!

— Дык вы же вроде вместе жрете, что он выкапывает.

— Ага. Только за это его и терплю. В остальном — тупая безыдейная скотина, полностью лишенная полета мысли. Быдло, если ты понимаешь, о чем я. Ты ведь понимаешь?

Хряк удивленно огляделся по сторонам и не обнаружил козла. Вместо него перед ним стоял кабан. И судя по виду, последний его монолог он слушал, и слушал внимательно. Хряк опасливо ткнул его в пятак, и пискнул «кыш», однако на кабана это впечатления не произвело. К тому же выяснилось, что граница партнерства проходит не только там, где начинаются медвежьи когти, но и по линии кабаньих клыков тоже — тигр с волком сидели на взгорке и старательно делали вид, что работают над санкциями. С противоположной стороны поляны в кустах сидел медведь и старательно делал вид, что его там нет… Вечерело.

Часть 3/1

— ВОТ!!! — Хряк протянул Тигру лопух на котором было навалено с горой.

— Это че?!

— Доказательства медвежьего вмешательства в конфликт!

— Это что — медвежье го… Фекалии? — Тигр брезгливо отодвинулся.

— Ага. — Хряк, сияя от счастья закивал. — Нашел у себя. Прямое доказательство того, что он по моей территории шастает!

— Ты дурак?

— Нет! Определенные проблемы, конечно, есть, но я успешно их решаю… — Хряк постарался принять максимально умный вид.

— Ладно. — Тигр устало потер переносицу и повернулся в сторону медвежьей поляны. — Эй — медве-э-дь… Не притворяйся — я знаю, что ты подслушиваешь.

— Хто? Я? Да я просто мимо шел! — «оскорбленная невинность» в медвежьем исполнении была на удивление хорошо отрепетирована.

— Тут Хряк нам «доказательства» твоего вмешательства демонстрирует. Что на это скажешь?

— А это «санкции». Ответные. Так сказать: «От нашего стола к вашему».

— И как они к Хряку попали?

— Долетели…

— В смысле?!! Ты это что? Кидал? Лапами?

— Я че — дурной? Лопатой конечно.

— Какой еще лопатой?

— Той же, которой я ваши «санкции» перекидываю. — Медведь достал из куста и продемонстрировал всем здоровенную грязную лопату.

— Куда перекидываешь?

— В удобрения. Я на журнал «Дача» подписался. Почтальона, конечно, жалко, но продовольственная безопасность превыше всего. Вон, зацените, яблоки какие уродились!

Мелкая живность, из числа тигриных «шестерок», при упоминании яблок возмущенно загомонила. Урожай Медведь собирал в стиле: «Тряси пока все не упадет», поэтому яблоки летали по всей округе — обиженным не ушел никто.

— Ясно все с тобой… — сделав лапой знак «Ша!» гомонящей мелочи, Тигр раздраженно дернул щекой и отвернулся.

— Слуш. Это. — Волк толкнул Тигра и кивнул в направлении Медведя. — Раз такое дело, может черт с ними, с «санкциями» этими? У меня уже живот болит.

— Ни в коем случае! Санкции необходимо продолжать и углублять! — Хряк испуганно запрыгал, стараясь привлечь к себе внимание. — Он мне… Он мне… Он мне еще вот что сделал! Когтями!

Повернувшись к собравшимся задом, хряк продемонстрировал всем семь параллельных шрамов.

Тигр с компанией скептически изучили еще одно доказательство медвежьей агрессии.

— Ты пойми нас правильно… Мы все целиком и полностью на твоей стороне… Но у медведя на лапе только пять когтей…

— Тогда может… Зубов? — попытался скорректировать показания Хряк.

— А если бы он тебя зубами хватанул, ты бы сейчас показывал нам не задницу, а ее отсутствие. Откуда это?

— Грабли… Я на них сел. Нечаянно. — Хряк виновато поковырял копытцем землю. — Но принес их на мою полянку и там оставил Медведь! Точнее его папаша. Что доказывает то, что они давно планировали против меня.

— Что планировали? — устало уточнил Тигр, которого все это уже начало утомлять.

— Планы там всякие коварные… Давно…

— Ладно. Твою позицию мы поняли. На этом предлагаю Совет Безопасности закрыть. Медведю вынести предупреждение. Слыш! Медведь! Мы тебя преду… — Тигр повернулся в сторону Медведя и осекся. — Ты там чо? Учишь Кабана ловушки ставить?

— Хто? Я? Не — я наоборот: показываю ему, что не надо делать. Потому что если ветку загнуть вот так, и вот так вот ее подпереть, а потом задеть вот эту палку, то кто-то может получить по рылу больно. Никогда так не делай. Понятно? — Кабан понимающе кивнул, и недобро сверкнув глазами в сторону Хряка, учесал в кусты. — Так что ты там хотел?

Тигр повертел головой, в поисках того, на чем можно было сорвать злость, потом несколько раз глубоко вздохнул, что бы успокоится.

— Тебе. Предупреждение. От. Всего. Лесного. Сообщества. Понял?

— Неа. Я на поляне только твою шайку и видел. С какого перепугу ты за всех говорить решил?

От такого Тигр аж сел. С тех пор как Лев одряхлел, а старый Медведь помер, он привык считать себя Царем Зверей. А с царями так разговаривать не положено. Была надежда, что Медведь, по простоте душевной, просто не понял, что сказал, но судя по его довольной роже ошибки никакой не было.

Взрыкнув, Тигр ощетинился и с угрожающим видом попер к Медведю, чтобы восстановить субординацию. Медведь, однако, испуганным не выглядел — снова вытащив лопату для «санкций» он несколько раз взмахнул ею, примеряясь, и встал в позу, недвусмысленно намекающую, что кто-то сейчас получит ей по роже.

Тигр озадаченно притормозил. Огрести лопатой ему не хотелось — после этого пришлось бы драться всерьез, а исход потасовки уже не выглядел таким однозначным как несколько лет назад. Сделав вид, что он просто решил поговорить с Медведем с глазу на глаз, Тигр остановился у границы медвежьих владений.

— То есть вот как ты решил? А ведь как хорошо раньше было… Жили душа в душу. Никто никого не обижал. Теперь все изменится. Понимаешь?

— А то. — Медведь оперся на лопату и принялся вдумчиво изучать когти. — Все рано или поздно меняется. Закон природы. У тебя все?

— Я тебя предупредил.

— А я, если тебя или кого из твоих подпевал на своей земле поймаю — предупреждать не буду. Дам лопатой по башке и закопаю: места много — хватит всем. Понял, киса?

Фамильярно похлопав Тигра по голове, Медведь махнул остальным лапой, вскинул лопату на плечо, и, фальшиво насвистывая «Марсельезу», удалился.

— Это че щас было?

Волк наблюдавший за этим с округлившимися глазами, вопросительно покосился на Тигра.

— Я сам не понял… Но Медведь явно обнаглел.

— Ай-яй, — Волк нервно почесался. — Это мне не нравится. Ты не забыл надеюсь, что он под тупого только косит? Потому что я-то хрен забуду.

— Не забыл. Поэтому надо срочно разузнать, что он задумал, и как это нам аукнется. И это… Как я со стороны выглядел? Не было похоже, что я испугался?

— Ну, если честно…

— А остальные заметили?

— Не знаю.

— Ладно. Черт с ним. Задеру кого-нибудь, и у всех дурные мысли вмиг пропадут. Мне вот, верблюд давно не нравится.

— Верблюд? — Волк задумался. — Верблюд — это хорошо. Верблюда может надолго хватить. Только его догнать сложно. Он в песках, а там за ним гоняться — так себе удовольствие. Ну ты в курсе.

— В курсе, — согласно кивнул Тигр. — Я шакалов подпишу. Пусть они его загонят, а я добъю. А пока гоняют — займемся Медведем. Он меня начал нервировать.

Часть 3/2

Волк, Петух, и Хряк сидели по одну сторону поляны, Медведь с Кабаном по другую. Заяц, на чьей территории происходила встреча, долгое время был в стороне от лесной политики, подвергаясь негласной обструкции за дружбу с Медведем и теперь во всю наслаждался своей причастность к столь важным делам.Тигр проходя мимо, удивленно уставился на эту движуху, потом когтем поманил к себе Волка.

—  Это вы что тут затеяли. И почему без моего согласия?

—  Это мы так... - Волк виновато потупился, - "Свинские соглашения" обсуждаем.

—  Какие-какие соглашения?

— "Свинские". Между Хряком и Кабаном. После того, как Медведь вмешался, Хряк худеть начал. Ассоциация под вопросом. Надо было их как-то развести, тем более что Кабан его неплохо так на клыки поднял. Ну мы и решили, типа, переговоры начать, что бы Хряк успел раны зализать и от шока оправиться.

—  А почему на заячей поляне? И такой толпой?

— Кабан нам не доверяет, сказал что без Медведя не пойдет. Хряк Медведя боится, пришлось мне с ним идти. Петух у нас еще с тех пор к Козлу по рогам настучали, себя офигенным миротворцем возомнил, тоже решил поучаствовать, а Заяц он вроде как по соседству со всеми и как бы во всем этом не замешан, так что пришлось брать его в посредники.

—  И как результат?

—  Хреново. Мы то думали это все так - поболтают и забудут, но Заяц, падла, все записал, а Медведь теперь требует, что бы Хряк свою часть договора выполнил. А она там того - неудобная...

—  Эх... - Тигр торжествующе ухмыльнулся, - Не умеете вы еще договоры составлять. Вот смотри как я делаю: Шакалов на верблюда натравил? Натравил. Они всю грязную работу сделают? Сделают. А я им ничегошеньки не должен. Так просто - прикрыл глаза кой на че.

—  Ты с этим поаккуратнее... - голос Медведя над ухом, заставил Тигра подпрыгнуть, - А то прикрыл глаза раз, прикрыл два и проморгал все.

—  Ты о чем? - Тигр лихорадочно прикидывал, какую часть разговора Медведь успел услышать, - Вероятно, ты опять меня не так понял.

—  Вероятно. - согласно кивнул Медведь, - Но в одном я с тобой согласен: Шакалы в край оборзели. Надо че-то с этим сделать. А то они его сожрут и на наши каши коситься станут.

—  Имено-именно! - Тигр с Волком радостно закивали, - Надо сделать. Мы вот, лично, уже предпринимаем решительные шаги в данном направлении.

Тигр прошелся туда-сюда, иллюстрируя насколько его шаги "решительны", а Волк, как сумел, показал направление. Медведь скептически посмотрел на эту пантомиму.

—  И правда "решительно". Только, пока, без толку как я слышал.

—  Ну, косолапый, ты всегда был крайне нетерпелив. Всегда хочешь все и сразу.

Тигр ухмыльнулся лукавой кошачьей ухмылкой.

—  Барханы всегда были очень сложным регионом. Не можем же мы просто прийти и начать бить всех Шакалов подряд? Кроме Черных Шакалов, которые гады, чмо и беспредельщики, там есть еще серые шакалы, желтые шакалы, и даже почти белые шакалы, которые просто действуют согласно своим инстинктам. Не можем же мы их за это винить? Понимаешь?

—  Ага. - согласно кивнул Медведь, - Теперь понимаю. Ладно - мне пора: надо следить, что бы Хряк свою часть договора буква в букву выполнил.

—  Как то он все это легко воспринял... - Волк озадаченно посмотрел на удаляющегося Медведя, - Не нравится мне это все.

—  Ты параноик... - Тигр небрежно отмахнулся, - У Медведя сейчас проблем с Хряком хватает.

—  И все таки. Он, в последнее время, стал неприятно сообразителен. И я удивлен, что ты так пренебрежительно к этому относишься. Если он в папашу пошел, нам всем придетсятуго.

—  Это уже мои проблемы. Кстати, ты узнал, с чего он так осмелел?

—  Неа. Хотя меня тревожит как он снюхался с Пандой.

— А что там с Пандой не так?

Панда обитал в бамбуковой роще на другом краю леса и слыл знатным мастером. Конечно, с одной стороны, качество его изделий сильно зависело от настроения, и могло колебаться от шедевра до откровенной халтуры рассыпающейся прямо в руках, с другой стороны, цену на них он держал гуманную, и с удовольствием давал в долг постоянным покупателям. Тигр, не любивший себе ни в чем отказывать, уже солидно ему задолжал, но был уверен, что Панда не посмеет ему ничего за это предъявить. Пока... Медведь резко менял расклады - Тигр прекрасно помнил, как более мелкая Красная Панда, при поддержке старого Медведя заставила его убраться, поджав хвост. Медведь плюс большой Панда были еще более неприятной комбинацией.

— И что там у них? Серьезно все?

— Понятия не имею. - Волк нервно почесался, - Но Медведь к нему уже тропу натаптывает - дрова таскать. Меня это беспокоит.

— Че так?

— Ну, у меня с дровами плохо, с другой стороны, Медведю кроме как нам их все равно девать было особо некуда. И, поэтому, мы могли с ним торговаться. Плюс когда дрова тащат, там щепочка, тут веточка - всякой мелочи погрется.А теперь он все, что мы не купим, Панде запродаст. У того мастерские - он возьмет и еще попросит. Про мелочь и говорить нечего - она на Медведя вякала, а теперь без дров коматозиться всю зиму. Эдак мы с тобой всех союзников порастеряем.

— Плохо, но терпимо. От мелочи все равно кроме визгу толку нет. А ты зверь сильный - справишься.

— Не факт. - Волк хмуро глянул в сторону своих владений, - Как за барханами Шакалы разгулялись, с твоей, кстати, подачи, зверье оттуда ко мне ломанулось. А у меня деляночка не резиновая. На всех может и не хватить.

—  И что ты предлагаешь? Мне этим заниматься? Твоя территория - ты вопрос и решай. Только не как твой предок, а то знаем мы вашу натуру волчью.

—  Мой. Фатер. Биль. Нихт. Прав. - отчеканил Волк с внезапно опустевшими глазами, - Я. Нихт. Так. Делать.

—  Херассе. - Тигр удивленно посмотрел на него, - Вот это понимаю - выдрессировали. Ладно - сам как нибудь. Мне надо за Медведя думать. А то и правду может в папашу уродился - этого мне еще не хватало.

2008-2015

Content

Политическая сказка (доп)

Часть 1

Часть 2

Часть 3/1

Часть 3/2