Роман Романович

Алхимик 9. Отец

Пролог

Я. Буду. Отцом.

Эта мысль взорвалась в голове, ударила набатом, отдалась в сердце. Я чувствовал себя выброшенным на берег после шторма. Одновременно напуганным, сломленным и безмерно счастливым. Какая-то пружина, олицетворяющая давление вопроса, смогу ли я продолжить свой род, распрямилась и рассыпалась.

Я был счастлив.

Рядом со мной лежала Катя. Новость мы узнали несколько часов назад. Сделали тесты, и они все подтвердили. На этом мы не успокоились и выдернули Ольгу Гвоздёву из больницы. Она тоже подтвердила и поздравила нас, после чего оставила одних, осмысливать событие.

Я. Буду. Отцом.

Эта мысль никак не могла уложиться внутри меня. Требовалось время, чтобы привыкнуть к ней.

— Эдгард… — тональность голоса Кати сменилась. Я и так был в напряжении, обеспокоенность в голосе резанула по нервам. — А… неважно. Потом об этом поговорим.

— Нет уж, давай сейчас.

— Не хочу портить момент.

— Я сейчас не в том состоянии, чтобы откладывать.

— Ну… — смутилась Катя. — На самом деле ничего серьезного. Просто я подумала, как это будет. Когда сообщим родственникам и знакомым? Кому расскажем, а кому нет? Будем это скрывать?

— Думаешь, стоит?

Я и сам не раз думал об этом. Но к решению не пришёл.

— Ты одаренный, способный менять мировые расклады и рушить вековые устои. Твои разработки дарят неоспоримое преимущество тем, у кого есть к ним доступ. Высока вероятность, что и твои дети будут такими же.

Медленно вдохнув воздух, я его также медленно, с напряжением, выдохнул.

— Та же организация может попробовать что-то сделать. Украсть детей… — тихо проговорила Катя, рефлекторно положив руку на живот.

У меня в глазах потемнело. Если кто-то тронет детей… Я не знал, что именно сделаю в этой ситуации. Страшно даже подумать об этом.

— Я позабочусь о безопасности.

— Ну вот, я испортила такой момент, — вздохнула Катя. На её глазах выступили слёзы, что окончательно меня добило.

Куда бежать, кого уничтожить, чтобы моя беременная женщина не переживала?

— Ты только не заморачивайся сильно, — попыталась она утешить меня.

Я молча притянул её к себе и начал гладить по голове.

— Это я тебя успокаивать должен. Не переживай. Со всеми вызовами мы справимся. До этого же как-то справлялись. Вот и сейчас справимся. Я набрал достаточно силы, чтобы дать отпор любым угрозам. А через девять месяцев соберу ещё больше.

Про себя я подумал, что похищение детей — это не единственная угроза. Беременность банально могут попытаться прервать. Чтобы Соколовых не стало больше, и мои деяния закончились на мне же.

— Ладно, давай не будем об этом. Я уверена, ты со всем разберешься, — Катя и правда расслабилась. — Как думаешь, кто у нас? Мальчик, девочка?

— Не знаю. Я в любом случае буду рад.

— А как мы назовём ребенка?

— Надо бы с полом сначала определиться.

— Ох, сколько вопросов… Я теперь стану толстой. Надо завязывать с тортами… Не носи мне их больше!

— Сделаю всё что смогу!

— Это что значит? Что будешь носить или нет?

Судя по тону, на этот вопрос нет правильного ответа, поэтому я наклонился и поцеловал жену. А потом спустился к животу и начал целовать его.

— Привет, кто бы ты ни был. Мы тебя очень ждём.

Катя засверкала от счастья, а я вместе с ней.

Какие бы трудности нас впереди ни ждали, я уничтожу любого, кто к нам сунется. А пока… Пока всё хорошо, я буду радоваться каждой секунде, проведенной с семьей.

Глава 1. Тайна с сюрпризом

О беременности пока решили никому не говорить. С Гвоздевой договорился, что она лично будет присматривать в первые недели. Беременность не её специализация, но зато она сильный целитель, и к ней есть доверие. Так сразу найти того, кто будет лучше и не вызовет подозрений, причем отыскать без привлечения связей князя или Ольги Владимировны, так, чтобы информация никуда не утекла, нереально.

Поэтому пока что молчание — лучшая стратегия. Я не суеверный, но в таком деле сглазить не хотелось.

Первые эмоции улеглись, и оказалось, что остальная жизнь никуда не делась. Работа продолжалась, и сидеть дома был не вариант. Сейчас я бы радостью проводил всё время с супругой, но нельзя. Дела-то надо делать. В том числе чтобы подготовиться к любым угрозам.

Через пару дней после знаменательного события ко мне на новые родовые земли прибыл Базиль Дюваль. Наш с ним конфликт давно был улажен, и через неделю, после того как я им продвинутые блокираторы в родовой особняк поставил, он прислал своего человека ко мне в офис, чтобы сделать заказ на броню. Тогда и узнав, что, оказывается, есть большая очередь, и в ближайший год доспех получить нельзя. Посланник спорить не стал, передал информацию, и на связь вышел сам Базиль.

Он был настойчив. Не агрессивен, а вежлив и напорист. Немного поспорили, но, в общем, договорились. На один комплект брони. Третьего ранга. Самый дорогой который, за десять миллиардов. А если быть точным, то за двенадцать с копейками, со всеми доработками и индивидуальными запросами.

Сегодня заказчик пришёл на финальную примерку, которой ему всё же пришлось подождать. Совсем все дела ради него я откладывать не стал. Но ничего, он согласился, и вот сейчас мы наконец-то дошли до заключительной части этой сделки.

— Эдгард, — кивнул он мне и протянул руку, когда мы встретились.

У себя на землях я оборудовал новый цех, в котором с броней и возился, создав улучшенную копию той мастерской, что располагалась в доме. Сюда же приглашал всех тех, кому броню делал. Последний месяц, я имею в виду.

— Базиль, — поздоровался и я.

Секретарши, которая могла бы встретить и проводить, у меня по-прежнему не было. Сейчас на территории находились только гвардейцы и обычные охранники. Дюваля привёл Сергей Гвоздев. Который в основном здесь и работал.

Я провёл гостя в мастерскую. Которую укрепил по высшему разряду. Охрана даже пару воришек отловила, когда они влезть пытались. Не прямо сюда, а к нам на территорию. Обычные люди, между прочим. Которых кто-то сюда забросил, но они не смогли рассказать, кто именно. Теперь в тюрьме отдыхают, думают над своим поведением.

— Красив, — сказал Дюваль, когда увидел доспех.

Над дизайном я постарался. Задача стояла сделать что-то, подходящее для клана, который считается боевым. Матово-черный, с серебристыми полосами — родовыми цветами.

— Финальная примерка. Залезайте.

Базиль сказал, что сам будет его носить. От боевого клана я другого и не ожидал. Броня даёт возможность и защитить лидера, и усилить главную боевую единицу.

— Сидит как влитой, — поделился Базиль, когда броня закрылась на нем.

Ещё бы. Я много экспериментирую над эргономичностью и постоянно какие-то изменения вношу.

— Там, на столе, лежит инструкция, как использовать броню. Она на английском языке. Информация не то чтобы секретная, но по ней враги могут получить представление, чего от вас ждать.

— Понял, понял. Заучить и сжечь.

— Можно и так, — улыбнулся я. — Хотел предложить спрятать в сейф, но ваш подход куда лучше.

— Я пока не встречал абсолютно надежных сейфов, так зачем рисковать?

Удивительно прагматичный подход. Тем удивительнее, что Базиль вообще допустил ненужный конфликт между нами.

— Могу сделать, — пошутил я, а клиент возьми и заинтересуйся.

— На сейфы тоже очередь? Я бы прикупил. А в чем их особенность?

— Если честно, это была шутка. Но сделать могу. Надо подумать над этим.

Была у меня одна слабость. Или не слабость, а особенность мышления. Когда появлялась какая-то интересная задача, мозг автоматически начинал набрасывать варианты. Слабость же в том, что я мог уйти в себя, забыть, где нахожусь, и погрузиться в расчёты. Сделать особо укрепленный сплав и продвинутую систему открытия. Снимать параметры с самого Базиля, чтобы никто другой не смог внутрь забраться. А ещё систему оповещения, если кто-то попытается открыть сейф. Задача-то не такая уж и сложная. Ещё и кровь клиента можно получить. Это обман, конечно, зато какие возможности открывает.

Полчаса ушла на то, чтобы клиент попробовал новую игрушку. После чего я открыл ему доступ, и он переместился прямо в броне. Я же достал телефон и отправил короткое сообщение. Минут через пятнадцать заглянул Родион.

— Забрал?

— Да.

— Не давил?

— Нет.

— И то хорошо, — кивнул он каким-то своим мыслям. — Князь просил передать, что он всё понимает, но лучше лишний раз не нагнетать.

— Угу.

— Не вижу серьезности на лице.

— Я сама серьезность.

С этими Дюваль одни проблемы. У князя намечается крупный проект с немцами, в котором я тоже участвую со своими порталами. Французам это поперек горла, потому что потребность в них начнёт снижаться в вопросах энергетики. А я, получается, дал их главному боевому клану козырь в виде брони. В то время, когда у них начались проблемы. До меня доходили слухи, что давление на Дюваль возросло. Их промах со мной посчитали слабостью, ну и начали покусывать. Броня им поможет ещё и этот вопрос урегулировать.

Что не особо понравилось князю. Или не ему, а его штабу и союзникам, которые не расстроятся, если Дюваль упадут. Это неизбежно приведет к внутренним проблемам во Франции, и наш логистический проект будут проще реализовать.

Как ни крути, а ситуация непростая. Князь меня даже на разговор вызвал. Где и объяснил все эти расклады. Но я броню изначально всем желающим продавал. Чтобы уравнять шансы этих желающих. В этой ситуации решения менять не стал. По многим причинам. Одна из которых — это то, что Дюваль у меня теперь в долгу, они ведь тоже понимают все эти расклады и то, что я очень большой шаг навстречу сделал. С князем в итоге договорились. Клан, куда София ушла, у меня тоже броню заказал. Вот я им и сделал вне очереди три комплекта, тем самым подарив преимущество в этом конфликте.

Что мне сильно не понравилось. Не то, что преимущество дал, а то, что основательно влип в политику. Ставки с каждым разом повышались, и любое неосторожное действие могло привести к бойне.

Гнетёт меня это, но и отказаться нельзя. Тем более сейчас. Когда Катя забеременела.

Невольно вспомнились её слова об отделении. Если заявить о себе как о нейтральном роде, то и дела вести проще будет. В теории. На практике это пока мало осуществимо. Надо хотя бы тот же город достроить, гвардию развить — тогда и о независимости можно будет думать.

***

Удивительное время в моей жизни настало. Дома меня ждала жена, уют и счастье, а на работе постоянно какие-то раздражающие моменты возникали.

В один из дней Нино вызвала меня, сообщив, что заявился наглый клиент. Будь это обычный человек, и начни он буянить, на него управу быстро бы нашли. Зная характер Нино, она сама бы и нашла. Не постеснялась бы спустить с лестницы. Но обычные люди ко мне не ходят. Их бы даже наверх не пустили. Точнее, пустили бы, но только если бы они договорились о встрече, но я ничего такого пока не продавал, что могло бы заинтересовать даже богатого, но обычного человека.

Наглый тип был аристократом и, если дёрнули меня, значит, не самым простым. Какую-то долю вежливости он сохранил, иначе бы Нино передала сигнал тревоги, и Калач перебросил бы в офис гвардейцев. Один из которых отныне постоянно находился рядом с конторой, заодно и за остальным зданием присматривая. Не один само собой, вместе с простыми охранниками, усиленными артефактами.

У нас сейчас вопросы безопасности вообще иначе стали решаться. Не уверен, что рад этому, но я много нового для себя узнал. Про камеры, серверы, компьютеры, металлоискатели и прочие штуки. С каждым годом эта индустрия развивалась и предоставляла новые решения. Я не скупился, закупал лучшее, что было доступно, тихо оплакивая очередные траты. Но не суть. Нино позвала меня, я отвлекся от других дел и прибыл в офис.

Встретила меня секретарша, введя в курс дела.

— Гостя зовут Артур Габен. Он записался на стандартную консультацию по броне.

— Ясно, — кивнул я и пошёл в переговорную.

Перед этим запустил сканирование и снял мерки. Судя по силе, это кто-то из самих Габенов. Французский род, довольно сильный, один из конкурентов Дюваль. Столкнувшись с ними, я и другие семейства изучил, чтобы понимать, во что ввязался.

— Эдгард, — поднялась Нино, когда я вошёл.

На диване сидел… джентльмен нелепого вида. Взгляд зацепился за его прилизанные, черные и короткие волосы, худое лицо, крючковатый нос. Щуплый и высокий, с широкими ладонями, которые он держал сцепленными на животе, при этом тонкими руками. Так выглядят те, кто мало ест и не занимается спортом. Но впечатление обманчивое. Он был высшим бесом, не из последних.

— Господин Артур, — посмотрел я на мужчину. — Мне сказали, что возникла какая-то проблема.

— Скорее небольшое недопонимание, — улыбнулся он снисходительно. — Если это возможно, я бы хотел переговорить с вами наедине, господин Эдгард.

— Разумеется, — я кивнул Нино, и она тихо вышла из помещения. — Так что же за недопонимание?

— Как известно, вы одаренный большой силы. Талантливый и воинственный, — в его улыбке прибавилось снисходительности, — поэтому я пришёл к вам с заказом, который выходит за рамки того, что предлагают ваши сотрудники.

— Что бы вы ни хотели заказать, боюсь, разочарую. Я продаю только броню. И всё.

— Но ради Дюваль вы же сделали исключение, — он подался вперед, отчего стал выглядеть ещё нелепее.

Если смотреть на одежду, то она была дорогой, роскошной и идеально подобранной. Но носивший её человек казался слишком худощавым и угловатым, что и создавало впечатление, будто это пугало без мяса и мышц.

— На что вы намекаете? — спросил я.

Скорее всего, он знает про блокираторы. Слишком много народу, когда я заявился к особняку Дюваль, присутствовало. Да и не могу я сказать, что Дюваль — образец того, как надо вести дела. Скорее сильный, когда-то мощный, но заржавевший механизм. Так почему бы где-то информации и не утечь?

— Вы уничтожили метеоритное железо, а потом продали им свой блокиратор. Должен признать, это самая наглая бизнес-схема, которую я видел в своей жизни.

— Вас послушать, так я обманом впарил Дюваль свой товар.

— Что вы, что вы, — замахал он руками. — Вы создали необходимость, когда они сами подставились. Но речь не об этом. Чем Дюваль лучше других? Почему, если вы уступили им, ещё и после того, как они угрожали вашим французским родственникам, не пойти навстречу другим, тем, кто относится к вам куда как лучше?

А может ли быть такое, что это Габен подставили Дюваль? Насколько я понял, так как их клан был большим, для простоты управления он делился на разные крылья. Грубо говоря, несколько военных «полков». Каждый со своим родом во главе. Ну и с отдельными генералами и командирами. Вот одно из таких подразделений и решило проявить инициативу, устроив разведку боем и попытавшись надавить на ключевую проблему. О том, что некий Соколов ответственен за логистический проект, и, если его убрать, все планы двух стран схлопнутся — вполне можно было разузнать.

Габен могли подставить своего главного конкурента, чтобы тот ослаб. Организовать травлю, но споткнуться, потому что Дюваль не захотели быстро помирать, и вот они пришли искать козыри, что помогут закончить начатое.

Может, и так было. А может, нет. Слишком я мало знаю, чтобы утверждать наверняка.

— И что же вы хотите? — усмехнулся я, но Артур не понял сути насмешки.

— Артефакт, помогающий обойти метеоритную защиту. Броню бы тоже прикупил.

— Броню можете заказать у моих сотрудников. Про обход защиты — даже будь у меня такие артефакты, они бы не продавались.

Я не соврал. У меня и правда не было с собой таких артефактов. Дома лежали. Да на складе у князя.

— Не хотите ли вы сказать, что становитесь сговорчивее только в исключительных случаях? — прищурился Артур.

У аристократов ценилось мастерство намёков. Говорить так, чтобы ничего конкретного не сказать. Если честно, эта любовь к намекам не красила самих аристократов, но я понимал, почему это так важно. Когда намекаешь, всегда есть возможность сказать, что тебя не так поняли. А когда говоришь прямо, без возможности разных толкований, за слова придётся отвечать. Это тоже аристократы любили. Если твоё слово ничего не стоит, то и дела вести с тобой никто не захочет. Достаточно раз облажаться, чтобы испортить репутацию на десятилетия.

— Это снова намёк на что-то? — спокойно спросил я, не желая играть в эти игры.

Так-то понятно, о чем он. Угрожает. Мол, Дюваль наехали на мою родню, напали на меня, поэтому я и прогнулся под них. Тогда, может, и роду Габенов сделать то же самое, чтобы я стал сговорчивее?

Но, повторюсь, намёки — это не прямые угрозы. За них по морде бить нельзя.

— Думаю, господин Эдгард, мы прекрасно поняли друг друга, — снисходительность смешалась с высокомерием.

Понятно, почему их род на вторых ролях.

— Господин Артур, хотите расскажу вам притчу? — спросил я и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Жил-был искусный кузнец. Работал себе спокойно, трудился, любимым делом занимался. А любил он мечи ковать. Щиты тоже ковал. Да и подкову мог сделать. Или вилку там. Талантливый он был. За какую работу ни брался, всегда у него получалось. Был он настолько талантливым, что сковал великий меч. Который кого угодно с одного удара на две части разрубал. Пошла молва. Но молва такая штука, что слухи искажались и не до всех в первозданном виде доходили. И вот как-то на этого кузнеца напали. Ввалились какие-то вандалы, забор повалили. Кузнецу это не понравилось. Взял он молот, дал им по башке и передал толику мудрости. Вандалы за ум взялись, извинились, с кузнецом разговорились, он им пару мечей и продал. Почему бы не продать. Об этой истории другие люди прознали. Подумали, что кузнец — простофиля и на него надавить можно. А у кузнеца в тот момент настроение плохое было. Взял он молот потяжелее и… — я замолчал и уставился на Артура.

Его и на минуту не хватило.

— Что же дальше?

— А дальше он этим молотом расхерачил всех наглецов, что ему настроение портили.

— Какая интересная… притча.

— Думаю, мы друг друга поняли, Артур.

— Ваша правда, Эдгард, — его улыбка в ходе моей речи поблекла.

— Тогда, если взаимопонимание достигнуто, прошу на выход. Дела, к сожалению, ждать не будут.

Несколько секунд мы играли в гляделки, а потом он молчал поднялся. Когда уходил, не попрощался.

— Как я понимаю, броню они заказывать не будут, — сказала Нино, зайдя ко мне.

— Добавь род и клан Габен в черный список. Резко посылать не надо, если снова придут, но, если что, у нас очередь забита на десять лет вперед.

— Я ему о меньших сроках говорила.

— Ничего страшного.

— Хорошо.

Черный список тоже был политикой. И чем выше я буду подниматься, тем чаще мои действия начнут ею становиться. Пора привыкать.

— Знаешь, что я тут подумал…

— Что тебя достали? — спросила Нино.

— Это тоже, — улыбнулся я. — Как насчёт аукциона? Мы вроде это как-то обсуждали.

— В принципе, ты уже достаточно известен, чтобы это сработало.

— Хочу сделать ограниченную партию. К примеру, сотню доспехов, которые будут продаваться раз в месяц.

— Это растянется на почти девять лет.

— Около того. Сделаю эту сотню и больше не буду.

— Ну… Ты ведь хотел, чтобы это стало общедоступной технологий. Тогда она поможет стабилизировать обстановку, когда у всех будет броня. А так её выкупят самые богатые, то есть самые сильные и станут ещё сильнее.

— И что изменится? Сейчас и так покупают в основном самые-самые. Можно сделать по сто брони каждого доспеха. Или двести штук первого ранга, сто штук второго ранга и тридцать штук третьего ранга. Будете по несколько штук каждый месяц продавать. А я буду всех доброхотов на аукцион отсылать.

— Как скажешь, так и будет, — покладисто согласилась Нино, за что заслужила мой недовольный взгляд.

Сам реши, сам ответственность неси. Ладно, разберусь как-нибудь. Пойду лучше расчётами займусь, чтобы мозги прочистить. Не хочу домой возвращаться в дурном настроении.

Всё же этот Артур смог мне его испортить. И что-то подсказывает, что не он последний, кто захочет правдами и неправдами получить от меня что-то уникальное.

***

О беременности мы узнали десятого апреля. Тогда же Гвоздева подтвердила, что та в самом начале. Несмотря на мои уговоры, Катя наотрез отказалась сидеть дома и никуда не ходить. Продолжила заниматься делами, аргументируя это тем, что затворничество будет слишком подозрительным.

Я же находился в некотором смятении. Беременность вроде как есть, но никаких её признаков нет. Животик пока не появился, настроение у супруги не скачет, о других проявлениях тем более рано говорить. Что не мешало нам обсуждать перепланировку дома, детскую комнату, то, где будем рожать и какую коляску купим.

— А как аристократы рожают? В смысле аристократки. Ну, ты поняла.

— Дома, с повитухой. Целителей часто приглашают и бригаду врачей, чтобы рядом была.

— То есть в родильные дома не возят?

— Нет.

— Хм… Надо у Ольги спросить, что она скажет по этому поводу.

— А что тебе интересно?

— Да просто. Дети — это ведь прекрасно. Может, какой-нибудь центр открыть родильный? Где сделать всё по высшему разряду? Как думаешь, актуально это?

— Не знаю. Это тебе лучше и правда у Ольги спросить, — развела Катя руками.

Как и говорил, мой ум любил отвлекаться на решение тех или иных задач. Но на уровне чувств было совсем другое. Все эти разговоры добавляли смятения. В эти дни я пытался разобраться в своих чувствах, пока что не ощущая себя отцом. Даже к Сергею Гвоздеву на разговор заглянул, и он мне в тайне от супруги рассказал про свой опыт.

— Так мы же мужчины, что ты хочешь. — Мы сидели у него на заднем дворе дома, в беседке. На всякий случай я все возможные блокировки активировал, чтобы нас никто не подслушал. — Это не у нас в животе новая жизнь зарождается. Не наши организмы перестраиваются. Самое интересное будет, когда он начнёт пинаться.

— То есть это нормально, что я не чувствую себя отцом?

— Расслабься, — спокойно ответил Сергей. — Я тебе так скажу. Ты и в первые месяцы жизни малыша себя им не почувствуешь. Нужно время, чтобы здесь, — он постучал себя по голове, — и здесь, — постучал и по сердцу, — улеглось и освоилось. Дай себе время. Подготовь все дела так, чтобы в первые месяцы свободным быть. Это особенно актуально с твоей-то загруженностью.

— Да мне уже говорили, что в первые месяцы тяжелее всего.

— Тяжело из-за неопытности. Так-то потом куда тяжелее, — хохотнул он. — Каждую неделю что-то новое происходит. А уж если заболеет, или зубы резаться начнут, тогда на стену полезешь от этих криков.

— Справимся, — уверенно сказал я, пока не совсем осознавая, что меня ждёт.

— Справитесь. Никуда не денетесь. Так что не спеши. Общайся с ребенком, пока он в животе. Потом на руках подержишь. Подгузник поменяешь. В первые дни малыши смешные. Много спят, движения дерганые. А, ладно. Чего рассказывать, это надо на личном опыте прожить.

— Ты меня успокоил. Немного.

— Да не парься. Не один ты сталкиваешься с этими чувствами. По секрету тебе скажу, Кате сейчас тоже нелегко. Как-никак, именно на ней основной процесс. Обрати лучше внимание на супругу. Ещё займи себя чем-то, а не грузись лишний раз.

— Спасибо.

К совету я прислушался и подрасслабился. Что должно произойти, то и произойдёт. Как и сказал Сергей, всему своё время.

После того разговора я сосредоточился на делах и жене. Старался больше времени дома проводить. Пытался сделать так, чтобы обеспечить себе отпуск на два-три месяца. Для чего требовалось продолжать развивать команду, что возьмет нагрузку на себя. На меня уже сейчас человек тридцать постоянно работали. Но надо больше. Пока большинство проектов в этом плане не закрыты. Некоторые даже не начинались, потому что нет времени и людей.

Всё упиралось в стройку. В которой я принимал активное участие, внедряя алхимию.

Жизнь в эти дни оказалась благосклонна ко мне. Никаких тебе войн. Никаких конфликтов. Даже удивительно было. Ведь всё намекало на то, что кто-то рискнёт выступить против меня. Но нет. Если кто и хотел, то не спешил.

В конце апреля провели финал конкурса по разработке макета города среди студентов. Всего нам презентовали больше ста работ. Сказался грамотный подход и широкая огласка этого дела. Конкурс проходил в несколько этапов. На первом отсекали явно халтурные работы. Я их не увидел и был рад этому. На втором участники выступали перед судьями. Всего три человека оценивали. Представитель института — он со своей колокольни качество оценивал, как теоретик. Представитель Кротовых — он смотрел, как практик, насколько такой проект будет возможно реализовать. Ну и я, последний из жюри. Оценивал в разрезе, нравится или не нравится. Как-никак, именно мне этот проект оплачивать и пользоваться конечным результатом.

Помимо общих оценок, я имел право выдать награду тем, кто понравился, но по каким-то причинам не подходил. Всего этой привилегией шесть раз воспользовался.

После второго раунда был и третий. Умаялся я в те дни до кругов перед глазами. Нелегко было выбрать. Кое-какие проекты мне очень приглянулись и были одобрены другими проверяющими. В общем, затея, на которую я не возлагал больших надежд, принесла свои плоды. В итоге несколько студентов получили работу, а их проект Кротовы взяли в разработку.

Как-то так месяц и пролетел. В начале мая с Катей пришли к Гвоздевой на обследование. Так-то она раз в неделю к нам заглядывала, но это так, на всякий случай. Особо-то смотреть ещё нечего было. Разве что всякие анализы нужно было сдать, но там неожиданностей не случилось. Катя и до этого основательно за здоровьем следила. У бесов с ним не так много проблем может быть. Особенно если снабжать организм всеми необходимыми питательными веществами, с чем у нас проблем, как нетрудно догадаться, не было.

— Эдгард, сделай лицо попроще, — сказала Ольга.

Она положила ладонь Кате на живот. Та лежала на кушетке, а я рядом сидел и её за руку держал.

— Всё с ребенком в порядке. Насколько вообще можно сейчас судить.

Катя хихикнула. Видимо, у меня и правда было слишком серьезное выражение лица. А каким оно ещё может быть, когда я при каждой проверке боялся услышать что-нибудь плохое.

— Так… — Ольга нахмурилась, а у меня сердце в пятки ушло.

Да и Катя так руку мне сжала, что смогла бы согнуть стальную трубу.

— Спокойно, — Ольга заметила наше беспокойство. — Повторюсь, всё хорошо.

— А что это тогда было за «так»? — с легким возмущением спросил Катя.

— Даже не знаю, как вам сказать.

— Оль… — тихо проговорил я, чувствуя, как во рту пересохло.

— Да всё хорошо! Очень даже хорошо! В тройном размере хорошо!

— В смысле? — кажется, эту фразу мы сказали одновременно.

— У вас будет тройня! Пол детей пока не знаю, через месяц посмотрю, но сейчас могу с уверенностью утверждать, что ребенка три…

Ольга ещё что-то говорила, но я не слышал. Оглох.

Придавленный новость.

Я. Буду. Отцом. Троих?!

Глава 2. Вот это новость

— Что?! — выдала Катя.

— Что? — глянула на неё Ольга.

— Что… — вытаращился я на живот.

— То, — ответила Ольга.

— Трое? — переспросила Катя.

— Трое, — подтвердила Ольга.

— Трое… — эхом отозвался я.

Трое… Трое… Трое…

Мой живой ум, который постоянно порождал множество мыслей по самым разным направлениям, отправился в нокаут.

В голове воцарилась тишина.

— Это сюрприз, конечно, — говорила Гвоздева, — трое детей… Надо же… Ох и весело вам будет. Зато сразу отмучаешься, — пошутила она и подмигнула Кате.

— Но как… — Катя была в ничуть не меньшей растерянности, чем я сам.

— Да так же. Живот будет чуть больше. Витаминов тоже больше надо. Чуть бдительности добавить. Ну и люльки тоже три потребуется. Как и всего остального. Вы люди небедные, так что не проблема.

— А-а…

Впервые я видел супругу настолько выбитой из колеи. Сам я чувствовал себя не лучше. Но её растерянность отрезвила меня. Как там Сергей говорил — внимание на супругу, а не на свои тревоги. С ними потом сам разберусь. Как бы мне ни было тяжело, ей в сто раз тяжелее.

— Оль, а что нам делать? — спросил я. — В смысле, нужно ли делать что-то дополнительно?

— Да нет. Чего вы так всполошились? Не вы первые сразу тройню рожаете. Редко так, конечно, бывает. У аристократов и того реже, наверное. Ты чемпионка! — подбодрила она Катю.

— Самая лучшая, — машинально поддакнул я.

— Обычно мужчины дарят что-то дорогое на выписку, — усмехнулась Ольга. — А за тройню… Эдгард, я даже не знаю, что тебе добыть придётся. Машиной не отделаешься.

— Действительно! — воскликнула Катя.

— Эм… гигантский шоколадный торт?

— Ну уж нет!

За шутками мы оба скидывали напряжение, выигрывая время на то, чтобы… чтобы… Чтобы хоть как-то привыкнуть к новости про тройню! Надеюсь, Ольга нас не разыгрывает.

Надеюсь? Так, значит, я всё же рад? В тот момент внутри такая чехарда происходила, что я затруднялся дать точный ответ.

— Не переживайте, всё будет хорошо, — сказала Ольга, резюмируя весь наш разговор.

***

Домой мы вернулись пришибленными.

— Что делать будем? — спросила Катя, когда мы переместились.

— Думаю, пора сказать твоей маме.

— Ой… А может…

— Ты не хочешь говорить?

— Да нет… — жена окончательно запуталась в своих желаниях. — Ладно, ты прав. Надо ей сказать. Хочу увидеть её лицо, когда скажу ей, что она скоро бабушкой станет.

— Я бы тоже на это посмотрел.

Мы оба засмеялись, но смех каким-то натянутым вышел.

— Ты позовешь, или мне озадачиться? — спросил я.

— Да, напишу ей. Предложу вечером в гости заглянуть.

— Хорошо.

— Эд, кажется, все наши планы на детскую псу под хвост. Где мы троих детей-то разместим?

— Придумаем что-нибудь. Пойдем смотреть, где место под это всё выделить.

— Нам нужен дом побольше.

— Хех. А можно пока обойтись без строек?

— Ну… Не уверена. Но ладно. Я к стройке тоже пока не готова.

Мы и правда пошли дом осматривать на предмет его устройства. Простая тема. Безобидная. Пока думали, оба успокоились.

Почти… Потому что мысли нет-нет да и перескакивали на то, что это для нас двоих дети повод для счастья. А если смотреть на ситуацию шире, то тут как с доспехами. То и то — политика. Информация о беременности — это то, что можно использовать. И то, чем могут воспользоваться другие. Вроде несколько лет во всём этом варюсь, а по-прежнему чувствую, что мне не хватает опыта, чтобы стать настоящим «политиком».

Поэтому тёще и надо первой сказать. Она и мудрый совет может дать, как быть дальше.

— Надо бы торт купить, — сказал я невпопад, пока Катя увлеченно рассуждала, кажется, сама с собой, что, если снести стену, будет не так уж и плохо.

— Это точно, — отвлеклась она от планируемого ремонта, — Мне купить?

— Да я сам схожу. Ты пока это… — покрутил я рукой. — Зови маму. Только давай ей сюрприз устроим. Постарайся не спалиться раньше времени.

— Это будет сложно, — задумалась Катя. — Она в курсе, что я пару месяцев назад закончила интенсивные тренировки. Два и два сложить сможет.

— Тогда как получится. Ладно, я за тортом.

Портал я открыл в центр города. Было у меня несколько случайных точек запасено, чтобы туда переместиться. Мало ли какие дела появятся. За тортом пошёл не сразу. Сначала заглянул в книжный и прошёлся среди стеллажей, оглядывая полки в поисках ответов на вопрос, как быть, если ты через восемь месяцев станешь трижды папой?

Да уж. Повезло так повезло. Если отбросить смятение, то я безумно счастлив от этой новости. Но как же она выбила-то.

***

Когда Ольга Владимировна явилась к нам в гости, я был вполне себе собранным, расслабленным и благодушно настроенным. Даже ужин приготовил. Для чего заглянул к итальянцам, чтобы купить свежую пасту, сыр и парму. Про торт тоже не забыл.

Ольга переместилась сразу в дом, само собой. Прихватила букет цветов и бутылку вина. Когда цветы увидел, подумал, что догадалась, но вино… А, не буду гадать.

— Как ваши дела? — спросила она после приветствий и объятий. — Эдгард готовил?

— Он, расстарался, — улыбнулась Катя.

— Так-так-так. — Ольга Владимировна взяла тон следователя. — Оба нарядные. — А мы и правда принарядились. — Дочь моя светится и краснеет по непонятной причине, Эдгард есть готовит, ещё и в гости меня позвали.

— Мы всегда нарядные, — ответила Катя.

— И в гости часто зовём.

— Да и Эдгард любит готовить.

— Угу, — кивнул она, ничуть не поверив. — А вон там ещё и шоколадный торт стоит. Основательно подготовились. Так что же вы мне хотите сообщить? Неужели… — Ольга Владимировна выразительно посмотрела на живот Кати.

— Через восемь месяцев вы станете бабушкой, — не стал я тянуть. — Трижды.

Надо было видеть лицо женщины. К первым словам она нормально отнеслась. Улыбнулась искренне, уже было встала, чтобы дочь обнять. На бабушку никак не прореагировала. А когда услышала про трижды…

— Чего? — замерла она на полпути.

— Мы ждём тройню, — пояснил я.

— Тройню, — кивнула Ольга Владимировна. — Тройню?

— Тройню, — уверенно подтвердил я, посмеиваясь над её выражением лица.

Наверное, мы выглядели ничуть не лучше, когда узнали.

— Эм… — выдала многозначительно женщина и натурально зависла.

— Мам… — позвала Катя.

Её щёки залило краской, что не мешало девушке наслаждаться зрелищем и посмеиваться.

Несколько секунд Ольге Владимировне потребовалось, чтобы прийти в себя. А потом она всё же поднялась, подбежала к Кате и начала её тискать.

— Вы же мои сладкие карапузы, — приговаривала она, обращаясь к животику.

Вечер, определенно, удался.

***

Ольга Владимировна переместилась во дворец, передала через слугу сообщение брату, что хочет встретиться. Время было позднее, тот мог быть занят или банально спать. Поэтому женщина отправилась к себе и немного посидела в тишине, приводя мысли в порядок.

Вскоре слуга передал, что князь её ждёт. Встретились они в одной из общих гостиных. Анастас вышел в халате и тапочках, что было несколько непривычно, потому что Ольга привыкла видеть его в костюмах.

— Что-то случилось? — спросил он. — От тебя пахнет вином.

— Да. И я бы не отказалась ещё выпить.

— Ты же не любишь.

— Есть повод.

— Интересно… — протянул Атаснас. — Чего покрепче?

— Нет, лучше вино. Какое-нибудь особенное.

— Даже так, — хмыкнул князь. — Тогда я догадываюсь, что могло случиться.

— Не сомневаюсь, — многообещающе улыбнулась Ольга. — Но ты не представляешь всю степень… эм… новости.

— Говори уже.

Но сразу говорить Ольга не стала. Дождалась, пока Анастас сходит к бару и нальёт ей вина.

— Катя беременна.

— Отлично, — выдохнул князь.

Сам он давно ждал этого события. Как-никак, наследники в роде Соколовых, если они унаследуют способности отца, — это возможность снизить риски внезапно остаться без незаменимого одаренного.

— У них будет тройня. Это подтвердила Гвоздёва. Причин сомневаться нет.

— Тройня? — нахмурился князь.

— Тройня, тройня. Я сама не поверила. Надо же… Неожиданно-то как. Никто у нас или у Соколовых в роду сразу троих не рожал. Да и двоих тоже. Среди аристократов это большая редкость. Надо будет присматривать за Катей, но это всё решаемо.

— Тройня, значит, — задумался Анастас. — Тогда это втройне хорошо.

— И втройне проблемно.

— Есть такое… Но рано пока судить. Сначала родить надо. А потом убедиться, что у них способности проявятся.

— Ты лучше скажи мне, — Ольга держала в руках бокал с вином, но пока к нему не притронулась. — Как собираешься использовать наследников.

— Использовать? — Анастас внимательно посмотрел на сестру. — Я собираюсь выстроить с ними такие же отношения, как и с их отцом.

— Ясненько… И ты, конечно же, совсем не думал о том, что Катя очень выросла в силе, а значит, у Соколова есть технология развития бесов. Да и сам он тоже реализовал весь свой потенциал в рекордные сроки, это при том, что доступа к зверям у него не было. Плюс их дети будут родней Медведевых, а значит, в теории могут претендовать на трон.

— К чему ты это?

— Видишь ли ты в них угрозу?

— Конечно, — не стал отрицать Анастас. — Как и в любом аристократе. Если ты забыла, мы пришли к власти через войну. Пусть мы монарха не свергали и просто оказались самыми сильными, чтобы взять управление на себя, когда шла гражданская война… Но ты и сама знаешь историю. В этой стране власть меняется очень легко.

— К чему ты это?

— К тому, что видеть во всех угрозу — это моя обязанность. Но если ты хочешь спросить, собираюсь ли как-то давить на Соколовых, то нет. Если уж на то пошло, то с этой проблемой разбираться придётся не мне, а Августу.

— И то, что они могут стать сильнейшими бесами, тебя не смущает?

— Смущает, конечно. Но и у нас кое-какие наработки появились, ты же знаешь. Так что следующее поколение обещает быть куда сильнее, чем мы.

— Ну да, — вздохнула Ольга. — Прости за этот вопрос. Просто новость меня несколько… — она не нашлась, что сказать, и отпила из бокала.

— Понимаю.

Некоторое время они молчали, каждый думая о своём, а потом Ольга спросила:

— Что насчёт твоего сына? Не пора ли и ему жениться? Если быстро ребенком обзаведется, их дети смогут дружить.

— Пока мне невыгодно его женить. Ты же в курсе. Так я могу заигрывать с семьями потенциальных невест. Да и по мере того, как наши позиции укрепляются, открываются всё более интересные варианты. Не думаю, что стоит спешить. Пусть эту часть на себя София возьмёт.

— Она в Германии.

— А ещё она ходок. Как и Катя. Как и Эдгард теперь, пусть и не полностью.

— Кстати, про ходоков… Если его дети унаследуют полный набор, то…

— То это будут монстры какие-то, — закончил за сестру Анастас. — Я понимаю. Но чего ты так заранее переживаешь? Неужели на тебя так слово «бабушка» влияет?

— Ой! — воскликнула Ольга. — Сам-то дедушкой со дня на день станешь.

— И мне это нравится! — улыбнулся Анастас, дразня сестру. — В каждом возрасте свои плюсы.

— Да уж. Но твоя беспечность как-то удивляет.

— Никакой беспечности. Я давно просчитывал варианты, когда у Соколова появятся дети. То, что их трое, ничего не меняет. Так что мы с тобой сегодня поболтаем, а завтра я начну работать в этом направлении.

— Работать?

— Конечно. Слишком Соколов противоречивая фигура, чтобы появление у него наследников прошло мирно. Удвоим бдительность. Уверен, сам парень это тоже понимает. Может, поэтому так и суетится, чтобы обезопасить семью.

Ольга сделала ещё глоток вина.

— Организация может попытаться завладеть детьми. Это и шантаж, и возможность своими одаренными обзавестись, — сказала женщина.

— Не может, так и сделают. Попытаются.

— И что нам делать?

— Лично тебе — успокоиться, — спокойно ответил Анастас.

— Легко сказать.

В этот момент она пыталась осмыслить то, что наконец-то станет бабушкой, и какие угрозы это за собой повлечет.

***

Пространство разошлось в стороны и выплюнуло наружу мужчину. Одет он был не по погоде. На улице дул холодный ветер, и люди внизу предпочитали теплые куртки или шерстяные пальто. Этот же человек заявился на крышу самого обычного дома в жилетке.

Главное, что отличало эту жилетку — множество карманов.

Мужчина осмотрелся, поёжился от пронизывающего ветра, присел и пригляделся к крыше. Приоткрыв один из карманов, он достал колбу, в которой находился розовый порошок. Мужчина скинул пробку, залез пальцами внутрь и принялся кидать небольшие щепотки то в одном месте, то в другом. Он чувствовал, что искомое где-то рядом, но не мог с точностью определить где.

Порошок помог ему разобраться. Стоило тому попасть, куда надо, как он засверкал. В это место мужчина высыпал остатки из колбы, достал фотокамеру и сделал снимок. Ветер сдул часть порошка, и процедуру пришлось повторить, чтобы заснять весь геометрический узор.

— Закончили, — проговорил он, распрямляясь. — А теперь следующий тест…

На этот раз на узор посыпался фиолетовый порошок. Смешавшись с розовым, он вспыхнул и задымился. Мужчина подождал минут десять, а потом снова насыпал розовый порошок. Ничего не произошло. Он больше не подсвечивал.

— Надо же, сработало, — по старой привычке сказал он себе. — А теперь надо…

Достав камеру слежения, он прикинул, где её лучше разместить так, чтобы не обнаружили. На крыше было не так много вариантов, как это сделать.

Управившись, мужчина оглядел напоследок дело рук своих, остался доволен результатом и переместился.

Спустя некоторое время он стоял в своей лаборатории и проявлял снимки. Как закончил, достал другие фотографии, сделанные на днях, и разложил на столе.

— Негусто, — сказал он сам себе.

Снимков было одиннадцать. Три узора, три разных места. Это пока всё, что нашёл этот человек. Не так много, но он только начал.

— Надо доложить господину об удаче.

Отодвинув снимки, он достал бумагу и принялся перечерчивать узоры, чтобы потом их сравнить и попытаться понять закономерности.

***

На следующий день после разговора с Ольгой Владимировной меня утром набрал Степан. Аспирант, который присматривал за порталами.

— Эдгард, у нас проблема, — сказал он после приветствия. — Порталы перешли на желтый цвет. Судя по данным, проблема с энергией.

— Давно сбоит?

— Да нет, только что началось. Я сразу и набрал.

— Все разом пожелтели?

— Да. Пока поток людей перекрыли. На всякий случай. Но просили побыстрее решить вопрос… — неуверенно закончил парень.

— А где это случилось?

— В Москве. Здесь, у нас.

— Хорошо. Сейчас буду.

Прямо сейчас с этим разбираться не хотелось, но что тут поделать. В зарождающейся системе порталов немаловажную роль играла репутация. Если проходы будут постоянно сбоить, а поток людей останавливаться, никому это не понравится. Репутация так себе выйдет. Поэтому Степана и попросили решить вопрос немедленно. А если быть точным, то, раз уж он мне звонить собрался, передать, чтобы я отложил все дела и примчался решать проблему.

Предупредив Катю, куда собираюсь, создал портал и переместился прямо к узлу. Меня уже ждали. Всего в отделе проверяющих работали три аспиранта. Работали посменно, так что встретил меня один лишь Степан. Который особо ничем помочь не мог. В данном вопросе. Так-то ребята постепенно обрастали обязанностями. Они помогли мне допилить систему отображения сигналов. А сейчас работали над проектом по изучению проходов. С научной точки зрения. Возможно, это первый в истории случай, когда ученые получили доступ к стабильному порталу. Иначе говоря, у них была возможность снимать данные не разово, пока какой-нибудь ходок держит проход открытым, а постоянно, двадцать четыре часа в сутки, день за днём. Там даже Ольга Владимировна подключилась. А с ней Дмитрий Измайлов, который взялся курировать исследования. Но это направление пока в самом начале. Посмотрим, что из него выйдет.

— Всё ещё желтые? — уточнил я.

— Да.

С момента звонка прошло минут пять, но их было достаточно, чтобы произошло что угодно.

Пройдя к самим порталам, я снял актуальную информацию. Дефицит энергии? Хм… Несколько раз проверив, убедился, что это и правда так. Заряд в накопителях просел наполовину, а именно столько у меня считалось отметкой легкой тревоги.

Эти порталы проработали несколько месяцев. Стабильно. Без перебоев. Если не считать всяких шероховатостей и мелочей, что всплыли периодически. Но это относилось к обычной работе алхимика. Изучать условия и прописывать всё новые детали, чтобы сделать печати совершенными. Обычная оптимизация и ничего более. Проблем с энергией никогда не было. В округе я разместил печати сбора, которые и перенаправляли потоки к зданию, где другие печати её собирали и отправляли в накопители, которые я сделал из металла и драгоценных камней.

И в чём же проблема? Энергии стало меньше? Что-то нарушило поток? Или печати сломались?

Так сразу сказать я не мог, поэтому пришлось разбираться шаг за шагом. Проверил накопители, те оказались в порядке. Следом проверил все пути направления к накопителям. Тоже в норме. Залез на крышу и там изучил печать сбора. Цела и невредима.

Небольшие колебания уровня энергии — нормальное явление. Я собирал статистику и обнаружил, что скачет в районе десяти процентов, плюс-минус. То вверх, то вниз. Исходя из этого значения, сбор я делал так, чтобы не было сильного переизбытка. Не хотел, чтобы у кого-то случайным образом пробудились способности или ещё что. Так-то энергия мира разлита по этому самому миру. Не то чтобы равномерно, но и не особо рвано. Но это как с солью, например. Щепотка — блюдо становится вкуснее, человек доволен и рад. Килограмм — тут и помереть можно.

Сама по себе энергия неопасна, но в концентрированных количествах… У Гвоздёвой способности целительницы развились. Но это она. Развитие пошло по проторенной дорожке. Как будет у случайных людей0 неизвестно0 и я не хотел рисковать.

Об этом я думал, пока перемещался с одной крыши на другую и проверял оставленные печати. Повезло, хотя не уверен, что это подходящее слово, найти источник проблемы на третьем переходе.

Печать отсутствовала. Просто взяла и исчезла. Такое, в принципе, могло быть, но… Крайне маловероятно.

Ерунда какая-то.

Причем исчезла только основная печать, что собирала энергию. Направляющие, что находились вокруг неё, остались. Если бы исчезло вообще всё, я бы понял. Но одна центральная печать, а те, что находились в десяти метрах от неё, остались? Странно как-то это. На всякий случай сделал ряд тестов, но ничего не обнаружил. Исчезла она, предположительно, вчера.

Главный вопрос — сама или по чьей-то воле? Первое возможно, но маловероятно. Второе тоже возможно. Есть же азиаты, способные чувствовать мои печати. Вдруг они кого послали, чтобы изучить мои наработки вот таким способом? Изучали и случайно сломали.

Не велика потеря так-то. Конкретно эту печать я сделал с обманкой. Изучи они узор — и запутаются ещё больше. Но остальные… Я прикинул, сколько всего создал без ложных структур. Много. В теории это всё можно изучить, и кто-то талантливый даже разобраться способен. Хм… Ясно одно. На всякий случай надо будет переделать все оставленные печати, к которым есть свободный доступ. Времени займёт это столько, что ух… Но что поделать.

Глава 3. Событие

В середине мая случилось знаменательное событие.

— Эдгард! — позвала меня Катя, когда я работал в мастерской. Она в ту же секунду переместилась ко мне и уже тише повторила: — Эдгард! София написала!

— Началось? — встрепенулся я.

— Да!

Я хмыкнул, про себя подумав, что последний год в институте был наполнен свадьбами. Сейчас же, кажется, настала та пора, когда год будет наполнен родами.

— Собирайся! — крикнула Катя, проносясь по дому. — Мы идём в Германию!

Кажется, планы снова отодвинутся в сторону. Но я не против. Наоборот, рад такому поводу. Надо бы подарки захватить.

Сами сборы много времени не заняли. Катя переоделась, я тоже, взяли необходимое и переместились.

Прыгнули к особняку Хофманов. Ничего такой домик у них. Куда больше моего. Да и семейство их побольше. В готическом стиле сделанный, мрачновато выглядит, особенно на фоне серого неба.

Переместились во внутренний двор, где территория не была закрыта метеоритным железом. Главный дом перекрывался, но не весь. Хофман были не настолько сильны, чтобы полностью всё спрятать. Может, подарить им блокираторы? Не, не стоит. Они не просили, князь не просил, София тоже. А технология вроде как секретная. Была. Ладно, сами обратятся, если понадобится.

Согласно этикету, ходокам нельзя перемещаться к дому, если не назначена встреча и хозяева не дали добро. Перемещаться с дружественными целями. Так-то понятно, что, если пришёл враг, его этикет не особо волнует. Если же явились друзья, то по правилам они обязаны дождаться появления слуг, которые проводят их в дом. Мы простояли где-то полминуты. Дверь открылась, и появилась женщина, которая поклонилась и пригласила нас внутрь, в комнату ожиданий.

Минуты через три явилась Агна Хофман. Мать Артура, свекровь Софии.

— Катерина, Эдгард, — поздоровалась она на русском.

Кате достался поцелуй в щёку, а мне кивок.

— Фрау Агна, — поздоровалась Катя. — Как София?

— Уже в родильном доме. Всё хорошо. Артур вместе с ней. Волнуется мальчик.

Про себя я усмехнулся. Тоже мне, мальчик. Взрослый мужчина, который вот-вот отцом станет. Не успели мы узнать подробности, как слуга привёл Августа.

— Фрау Агна, — поклонился он и менее официально бросил нам: — О, и вы тут уже.

— Юноша, что за вольности, — погрозила ему Агна. — Прошу всех за мной. Идемте в гостиную.

Нас провели в глубь дома. Я, наивный, ожидал, что роды случатся вот-вот. Не тут-то было. К нам заглянула Ольга Владимировна, узнала новости и отбыла. Появился и Анастас Владимирович с женой. Князь не задержался, а вот Елизавета Сергеевна осталась. Были ещё и Хофманы. Нас развлекала в основном Агна, но заходил и отец Артура, и другие домочадцы.

— Что-то София не торопится. Сколько ещё ждать-то? — обеспокоенно спросил Август. — Это нормально, что так долго?

Не удержался он всё же от этого вопроса. Я уже и сам понял, что мои ожидания не имеют отношения к реальности. А вот парень нет. За что и нарвался на лекцию от Агны.

— Юноша, — смерила она его взглядом. — Мне послать служанку, чтобы она поторопила Софию?

— Эм… — растерялся Август.

Надо отметить, что Агна — женщина с характером. Уже немолодая, в возрасте, с голосом отнюдь не нежным, а скорее наоборот, прохладным и стальным.

— Если ты не в курсе, — продолжила она. — То роды могут длиться несколько часов. От трёх до сорока.

— Сорока? — Август откровенно растерялся.

— Это скорее исключение. Уверена, София справится куда быстрее. Но лучше запастись терпением.

— Хорошо, фрау Агна, — с почтением ответил Август.

Сидели мы в это время в просторной гостиной. И чай попить успели, и перекусить, и обсудить самые разные темы. Волнение первых часов отступило, я расслабился и даже начал немного скучать.

В какой-то момент в гостиную зашла служанка. Их тут много на самом деле было. По любым поручениям персонал гоняли. Удобно, что тут скажешь. Особенно если дом большой.

— Госпожа, — поклонилась она хозяйке дома. — Господин Рудольф приглашает господина Соколова на беседу.

Господин Рудольф — это она про отца Артура. Он также глава рода Хофман. С ним я до этого мельком пересекался, поэтому не ожидал приглашения.

— Наверняка хочет обсудить с тобой дела, — сказала Агна, смотря на меня. — Ох уж эти мужчины, — перевела она взгляд на Катю. — Вечно о делах, да о делах.

— На то они и мужчины, — ответила моя жена.

Я коснулся руки супруги, встал, поклонился Агне и отправился за служанкой.

Этикет иногда так утомителен. Существовало несколько видов поклонов, и надо было помнить про все ситуации, когда они уместны, когда обязательны, а когда ими можно пренебречь. Как хозяйка дома, Агна могла позволить себе много чего. А нам, молодым гостям, требовалось относиться к ней с большим уважением и кланяться по каждому поводу. Ничего не имею против, скорее мне не нравится то, что в голове надо держать кучу неинтересных деталей.

Служанка проводила меня через половину дома и привела в библиотеку. Вот тоже проявление традиций. Близкие люди могли встретиться где угодно. Хоть в спальню друг к другу заглянуть. А не близкие… Если разговор был серьезным и сугубо деловым, то приглашали в кабинет. Если же не настолько серьезным и не настолько деловым, с легкой ноткой вольности, то в библиотеку.

— Эдгард, — когда я вошёл в библиотеку, Рудольф оторвался от каких-то бумаг, закрыл папку и глянул на меня. — Спасибо, что пришёл.

Аристократы любили намёки, а ещё они любили вежливость. Трудно создать неприятности, если ты со всеми деликатен. Невозможно отказать хозяину дома во встрече, но всё равно говорил он так, будто я ему одолжение сделал.

— Господин Рудольф. — поклонился я.

— О, прошу, давай не будем так официально.

Ага, значит, разговор будет всё же в довольно свободной форме. На деловых переговорах решают конкретные вопросы. А сейчас, как подозреваю, скорее будет прелюдия. Знакомство, может, укрепление связи, прощупывание почвы. Не буду забегать вперед, сейчас сам всё узнаю.

— Как скажете.

— Присядешь? Может, чего-то хочешь?

— Пожалуй, откажусь, — сел я в кресло напротив. — Уже успел напиться чаю.

— Да, это ожидание порой так утомительно. Помню, как моя жена отправилась рожать. Места себе не находил. Сейчас поспокойнее, но тоже волнительно.

Откровенность в первые минуты разговора тоже задавала тон беседы.

Сам Рудольф выглядел вполне себе молодым мужчиной. Это при том, что ему в районе пятидесяти лет. Седины нет, как и морщин. Кожа гладкая, светлая, как и волосы. Подтянутый, ну да этим никого не удивишь, почти все высшие бесы так выглядят. Черты лица вот только выдавали волю и характер. Как будто камень обточили. Одет по-простому, но дорого. В белую сорочку и серые брюки. Рукава подвернуты, верхняя пуговица расстегнута. Тоже намёк на свободный формат.

— Я вас понимаю, — ответил ему. — Вроде не моя жена рожает, а всё равно волнуюсь.

— На самом деле это одна из причин, по которым я тебя пригласил. Чтобы не скучать за светскими разговорами, подумал, вдруг тебе интересно будет обсудить кое-какие дела.

— Отвлечься не помешает, вы правы.

Говорил он спокойным, уверенным и добродушным тоном. Но в этом главная опасность аристократов. Некоторые умеют говорить так, что ты расслабляешься, а потом раз, и сболтнул чего лишнего.

— До меня дошли слухи, что ты стоишь за созданием одного целительского центра. Который недавно сделал прорыв по восстановлению конечностей у средней силы бесов.

— Стою — это слишком громко сказано. Скорее финансирую.

Ну и помогаю алхимическими разработками, защищаю и решаю кучу других вопросов. Но скромность никогда и никому не мешала, поэтому лучше преуменьшить свой вклад.

— Это тоже важная часть, — улыбнулся он, давая понять, что ему известно больше. — У нас тоже есть своя сеть клиник разного профиля.

— Мне не раз говорили, что немцы славятся своей медициной.

— Скорее мы славимся стремлением делать всё качественно и держать марку, а хорошая медицина — следствие этого.

К чему он это? О том, что Хофманы ещё и медициной занимаются, я не знал. Что при учете их масштабов закономерно. У любого крупного рода и клана перечисление того, чем они занимаются, пару часов занять может. Медицина точно не их главное направление.

— Мы не самый крупный игрок в стране и тем более в Европе, — уточнил Рудольф. — Но планируем в дальнейшем развить это направление.

— И раз вы пригласили меня…

— То да, я хотел обсудить возможное сотрудничество по этому вопросу.

— Предложение соблазнительное, спорить не буду. Чем вы мне можете быть интересны, я приблизительно представляю. Но чем я вас заинтересовал, понять не могу.

— Насколько мне известно, целительский центр вы открыли недавно, но уже успели наделать много шума у себя в стране. Чего уж, до Европы кое-какие слухи тоже докатились. Могу предположить, что на этом вы останавливаться не собираетесь.

— Если говоря «вы», имеете в виду и меня, то это не совсем верно. За прорывы отвечает другой человек.

— Ольга Гвоздёва, — кивнул он. — Эдгард, позвольте мне быть откровенным и, чтобы не ходить вокруг да около, посмотрите вот эти документы, — протянул он мне папку, которую изучал, когда я вошёл.

Отказываться не стал и заглянуть внутрь. Хмыкнул и посмотрел на Рудольфа.

— Прости старика, хочу посмотреть, к каким выводам придёшь.

Как загнул-то. На старика он при всём желании не тянет, но, в принципе, раз уж он глава семейства, то так называться может.

Я вернулся к папке и прочитал её всю. Там было страниц двадцать. Выжимка с перечислением фактов и фотографиями. Досье на меня и на Гвоздёву. Упоминалось там и то, что я был похищен Коршуновыми, а потом всплыл на севере страны, где и познакомился с Гвоздевыми. Уточнялось, что Ольга на тот момент была посредственной целительницей, но каким-то образом после встречи со мной пробилась в звёзды.

Контекст. В переговорах с аристократами многое решает контекст. Хотя как многое. Всё.

Я не сомневаюсь, что мои враги собрали такое же досье. Куда подробнее. Да и Рудольф наверняка показал далеко не всё, а только то, что имело отношение к теме разговора. Сама по себе их подготовка и стремление узнать, с кем имеют дело, меня не удивила. Я бы в идеале тоже хотел у себя организовать службу, которая займется сбором подобного рода информации. Ставлю миллиард на то, что у Рудольфа в другой папке лежит описание моего психопортрета и того, как лучше строить разговор.

Ну да ладно. Сам факт сбора информации неудивителен. Но это такое дело, которое принято держать в секрете. Мне же сейчас прямо показали, что они многое знают. Ещё и заявили, что догадываются: Гвоздева выросла в силе не просто так.

Если бы так поступили враги — это было бы открытой угрозой. Если бы так поступили… Ну, просто посторонние люди, то тоже выглядело бы как угроза. Но, как я и сказал, решает контекст. Хофманы не были совсем уж посторонними. Нас напрямую не связывали личные отношения, но, если подумать… Косвенно мы являемся родней. Я породнился с Медведевым. А София с Хофманами. Плюс у нас логистический проект намечается, в котором моя роль крайне важна. Я им ещё броню поставил. Вот и получается, что ещё не союзники, но уже и не посторонние люди.

Можно сказать, что их род дружественен по отношению ко мне. А раз так, то это досье… Подарок. Подарок, а не угроза.

Мне только что дали взглянуть на то, что известно всем моим врагам, которые будут копать с ещё большим усердием, чем Хофманы. Они скорее для галочки сначала данные собирали. А потом какой-нибудь аналитический отдел просчитал вероятности, сделал доклад главе клана, тот прикинул расклады и перспективы и… И решил, что можно со мной укрепить связь ещё в одном направлении. Для чего Рудольф и позвал меня поговорить, раз уж я сам заглянул к нему в дом.

То, что он не захотел пояснить свой ход, как раз можно списать на обычную блажь. Не зря же он про старика вставил. Хочет посмотреть, как я буду реагировать. Если разозлюсь, значит, глупый. А если увижу скрытые, не совсем очевидные смыслы — значит, немного умный. Совсем уж умным опасно себя считать в таких делах. Потому что тот же Рудольф эту науку с младенчества впитывал, а я только в сознательном возрасте начал изучать.

— Интересно вы завернули, — раз уж он сам выбрал такой формат, то и буду с ним прямо говорить, — Двояко, конечно, но я оценил.

— Тогда уверен, дальнейшее обсуждение пройдет куда плодотворнее, — довольно сказал он. — У нас в клиниках работает чуть больше сотни целителей. Звезд нету. К сожалению, они работают у конкурентов. Мы бы хотели это исправить. Насколько это возможно, Эдгард?

— А сколько целителей у главных игроков на рынке? — спросил я ради интереса.

— Больше тысячи. Всего у нас в стране тысячи две-три. Тех, кто способен творить что-то выдающееся, человек пятьдесят от силы.

Ого. Я постарался не подать виду, но удивился. Европа снова изумила. У них и ходоков в разы больше, а теперь оказывается, ещё и одаренных.

Хм… А если подумать. Как они их находят? Ведь по любому есть те, кто не осознает свой дар, не развивает его, но предрасположенность у него есть. Потом надо будет обязательно разузнать, как этот вопрос решается.

— На ваш вопрос я пока не могу дать ответа.

— Я не тороплю. Пока предлагаю подумать, насколько это возможно.

— В теории многое возможно, — ответил я аккуратно, не желая окончательно признавать, что у меня есть технология развития целителей. — А на практике не всегда так получается. Если навскидку, то можно подумать над тем, чтобы организовать стажировку. Ваши целители заглянут к нам, а наши — к вам.

В лучших аристократических традициях ответ дал. Прямо ничего не сказал, но намекнул, как именно к усилению приобщиться можно. Рудольф задумался и, кажется, догадался.

— Тогда предлагаю сегодня конкретику не обсуждать. Как-никак, особенный день и все мысли о другом, — улыбнулся он. — Как насчёт договориться о более официальной встрече? Скажем, через пару недель?

— Да, это было бы оптимально.

Как раз с Ольгой обсужу детали.

Мы ещё немного пообщались, а потом я вернулся к жене. А там через пару часов и случилось то, ради чего мы собрались.

София родила. Мальчика.

***

— Кать, — отвёл я супругу в сторону. — А почему не в доме роды?

— Потому что традиции отличаются, — ответила она.

Мы переместились во двор родильного дома.

Здание не такое уж и большое. Не гигантский комплекс, а скорее миниатюрное строение на фоне большинства больниц.

— Это место только для аристократов?

— Конкретно это, скорее всего, да.

Вот и ещё одна точка соприкосновения. Можно изучить, какие подходы практикуются в других странах и что из этого стоит к нам перевезти.

— Может, тогда ты знаешь, что дальше будет?

— Конечно, знаю. Я же в Германии жила, и у меня сестра младшая есть.

Я отвлекся на шум. Постепенно во дворе целая толпа людей собиралась. Елизавета Сергеевна с Августом вместе с нами прибыли, одними из первых, а следом и другие стали подтягиваться. Явился князь, Хофманы. Я не всех родственников в лицо знал. Всего человек двадцать набралось.

— После рождения малыша проверяют по всем показателям. Артур сейчас там, держит ребенка на руках или просто рядом с женой стоит. Какое-то время София будет отходить, недолго, как заверила меня мама, обычно минут десять-двадцать занимает. Включится регенерация, и она быстро восстановится.

— Погоди, регенерация при беременности отключается?

— Скорее переключается, — уточнила Катя. — На то, чтобы роды прошли благополучно.

— Волноваться не о чем?

— Да вроде нет.

Век живи, век учись. Как-то до этого тема беременности обходила меня стороной.

Софию мы ждали недолго. Уже минут через двадцать она вышла к нам с ребенком на руках. Начались поздравления, обнимания и все прочие радости, присущие празднику.

— Надеюсь, вы от меня не сильно отстанете, — шепнула нам София, когда и до нас очередь дошла.

— Сделаем всё возможное, — усмехнулся я.

Девушка задержала на мне взгляд, на Катю тоже посмотрела, но тему развивать не стала. Сейчас она выглядела бледнее, чем обычно. Да и черты лица чуть заострились. Словно она на пару лет разом повзрослела.

Мальчика назвали Руперт. Подержать на руках не дали. Гостям показали, а дальше унесли обратно в здание. Поздравили мы и Артура. Он рядом с женой стоял всё это время. Надолго мероприятие не затянулось.

Молодые родители ушли вслед за ребенком, а остальные стали расходиться.

— Думаю, они устроят официальный вечер в честь наследника, — сказала Катя, когда мы домой переместились. — Но позже, сначала дадут малышу окрепнуть. Да и родителям тоже надо к новой роли привыкнуть.

— Я подарок не успел вручить.

— Поверь, Софии сейчас не до подарков, — рассмеялась Катя. — Её совсем другое интересует.

— И то верно. А мы будем устраивать званый ужин?

— Позже решим. Я пока ещё не осмысливала, что у нас сразу трое будет, — Катя погладила живот.

Как и я. Но ничего, разберемся.

Глава 4. Медицинские дела и не только

О том, что София рожает, узнали в середине дня. А родила она ближе к вечеру. Вернулись мы домой поздно, поэтому я с чистой совестью отправился отдыхать. Вместе с Катей, разумеется.

А на следующий день первым делом наведался к Гвоздевой в центр.

— Привет, Эдгард, — поздоровалась она, когда я прошёл через портальную арку. — Что у тебя за дело?

— Привет. Да хочу тебе хорошие новости рассказывать. Но сначала хочу узнать, как ты оцениваешь европейскую медицину?

— Никак не оцениваю. Знаю, что в некоторых вещах у них дела обстоят куда лучше, чем у нас, но в чём именно — никогда не интересовалась. А что такое?

— Да мне тут передали, что заинтересовались твоими достижениями. Молва и до Европы дошла.

— Ты про восстановление конечностей? — приподняла она бровь. — А, поняла. Заинтересовались тобой, а меня случайно заметили. Так точнее будет?

— Не придирайся к словам, — хмыкнул я. — Может, и так. А может, и нет. Не суть.

— Так что за дело-то? Не томи.

— Немецкий род Хофман, точнее, его глава, предложил мне обсудить возможное сотрудничество и обмен опытом в области медицины. У них есть своя сеть клиник. Но что там и как, я пока не знаю.

— Зачем им это? Если только подружиться с тобой.

— Они догадались, что у нас есть технология развития целителей.

— Как быстро, — нахмурилась Ольга. — В этом мире хоть какие-то тайны можно утаить?

— Нет. Или это очень сложно. В общем, про секрет они узнали и хотят к нему приобщиться.

— А от меня ты что хочешь? Это ведь твоя технология.

— Которую я им отдавать не собираюсь. Единственный вариант сотрудничества, который я увидел, — это пригласить их на стажировку к нам сюда. Наших к ним тоже можно отправить. Для обмена опытом.

— Так… — протянула Ольга и задумалась. — А сам что думаешь по этому поводу?

— Можно обдумать. Я это ещё с князем обсужу, на предмет подводных камней. А сейчас к тебе зашёл спросить, насколько это интересно.

— Наладить контакт с немцами — очень престижно. Пока это единственное, что могу сказать. А так… У нас маленькая больничка на пару десятков целителей.

— Маленькая, но с громкими делами.

— Да, но… А, ладно, чего это я. Думать надо и конкретика нужна. Если тебе нужно моё согласие, то я готова. Предварительно. Правда, не знаю, как найти время ещё и на это. Ты же помнишь, что мы хотели расширяться? Кстати, как насчёт того, чтобы профинансировать исследования? У меня есть несколько талантливых ребят, которые могут этим заняться.

— Бюджет?

— А сколько готов дать? — прищурилась она.

— Миллиарда хватит для начала?

— Ну… — смутилась она от названной суммы. — Более чем. То есть ты не против?

— А должен быть против?

— Это всё же большие деньги, которые не факт, что окупятся.

— Тогда хорошо, что я небедный человек.

Да и зарабатывать быстро умею.

— Подготовлю смету, — повеселела Ольга.

— Хорошо. У меня ещё один вопрос, раз уж ты про финансирование спросила. Чисто теоретически, допустим, я смогу найти сотню юных, потенциальных целителей. Можно это будет как-то использовать?

— Сотню? Где же ты их возьмешь?

— Со всей страны соберу.

— Так… Чисто теоретически… Это очень интересно. А практически — у нас нет базы, средств, времени… Да ничего у нас нет, чтобы потянуть эту задачу. Нужны педагоги. Если они будут юными, это ведь ещё и школа нужна. Или колледж, а может, и сразу институт.

— Как-то же целители сейчас обучаются. Что, если оттуда кадры дернуть?

— Знаешь, где я обучалась? — рассмеялась Ольга. — В монастыре! И, поверь, там нет ничего хорошего. Я им благодарна, но они морально устарели лет на сто.

— Тогда ты подумай на досуге. Как будет свободное время.

— Свободное? Что это такое? Я сына редко вижу, а ты про свободное время говоришь, — махнула она на меня рукой.

— Тогда не буду отвлекать, — хмыкнул я и отправился на следующую встречу.

***

Когда говорил, что обсужу вопрос с князем, попросил возможности не вдаваться в подробности. Всё же князь — это князь, его по любым вопросам дергать нельзя. Он примет, выслушает, но это лишнее. Поэтому я направился к его сестре, Ольге Владимировне. Тем более она как раз разбирается в той теме, которую я хотел обсудить.

— На этот раз без торта? — спросила она, когда мы поздоровались.

— Если слишком часто их приносить, это потеряет смысл.

— Торты никогда не потеряют смысл, запомни это, Эдгард, — наставительно сказала она. — О чём хотел поговорить? Как Катя?

— Катя отлично. Помните ваш проект о поиске бесов и потенциальных ходоков в школах?

— Конечно.

Они эту тему, ещё когда я в институт поступал, развивать начали. Года через три я подключился и сделал им ряд артефактов, которые более надежно определяли потенциал человека. Что там дальше с этим было, я не особо интересовался. Знал, что такие люди считались стратегически важным генофондом и с ними что-то делали, но, как понял, масштабных проектов так и не возникло.

— Одаренных мы тогда не искали, — напомнил я. — Вот хочу попробовать. Точнее, обсудить идею, а потом, если договоримся до чего-то, то и поискать.

— Зачем?

— Хочу взять их под своё крыло.

— Куда же подевался тот скромный юноша? — печально вздохнула Ольга Владимировна.

— Не знаю, про кого вы. Я всегда амбициозным был. Просто возможности не позволяли все задумки реализовывать.

— Всегда, говоришь… — сказала она задумчиво. — Хорошо, давай обсудим твой вопрос, а потом поговорим на другую тему. Расскажи, что именно ты хочешь.

— Для начала…

Я пересказал Ольге Владимировне разговор с Хофманами и обрисовал своё видение этого вопроса, упомянув о том, что Гвоздева не прочь этим заняться.

— В принципе, это может быть тебе интересно. Вроде как больницы у них действительно неплохие, а значит, и специалисты в них.

— Вроде как?

— Я точно не знаю, — развела она руками. — Никогда особо не интересовалась этой темой.

Типичное аристократическое отношение. Зачем интересоваться медициной, если есть регенерация. Поэтому личного интересна и не было. Только в рамках заботы о населении, относительно того, что здоровые люди работают куда лучше, чем больные.

— А князь не будет препятствовать? Не хотелось бы опять какие-то планы нарушить.

— Наоборот, Анастас одобрит. Чем больше связей с зарубежными родами, тем лучше.

— Тогда хорошо. А что по моему вопросу?

— Ты потянешь? — прямо спросила она. — У тебя стройка века началась. Скоро отцом станешь. Другие твои проекты. Ещё один взвалить на себя не слишком ли будет?

— Так я и не собираюсь делать это прямо сейчас, тем более своими руками. Найду тех, кто этим займется. А сам буду финансировать.

— Как всё просто у тебя.

— Кажется, я это уже слышал.

— И с тех пор не понял, как реально устроен мир. Ничего, подождём немного. Тогда ты узнаешь, что такое срыв сроков, задержки поставок, всякие проблемы и неурядицы, дефицит кадров…

— С этим-то я как раз знаком. Но, как показала практика, нет безвыходных ситуаций. По крайней мере, первый отряд гвардейцев я собрать смог, хотя это казалось невозможным.

— Десять человек — это не показатель. Хочу посмотреть, как ты соберешь сотню.

— Да, тут вы меня подловили. Но вдруг получится? — улыбнулся я.

— Не буду спорить. Жизнь покажет. Так что ты сейчас от меня хочешь? Предварительного согласия? Если да, то считай, что оно у тебя есть.

— То есть вы готовы мне отдать всех целителей страны, если что?

— Хех… — усмехнулась она. — Если ты учредишь академию, где наладишь процесс обучения и развития целителей, и лет через десять обеспечишь страну первоклассными специалистами, то я не буду против, если на всём этом будет стоять твоя фамилия.

— Хорошо, договорились.

— Хм… — глянула на меня Ольга Владимировна. — Посмотрим, посмотрим. Вдруг ты сделаешь ещё что-то выдающееся?

— Время покажет. О чем вы хотели поговорить?

— О твоих амбициях.

— Так… — протянул я, почувствовав, что тема будет не самой простой.

— Скажи, ты собираешься свергать князя?

— Эм… — от такого я натурально растерялся. — Вы мне только что говорили про трудность больших задач и следом предлагаете взять управление страной? Ну уж нет.

— То есть тебе это неинтересно?

— Будь моя воля, я бы одними разработками занимался. Весь этот бизнес, предприятия, интриги, конфликты — это мне поперек горла.

— Что не мешает тебе иметь амбиции и начинать один проект за другим.

— Просто работаю на перспективу. Но нет, правление мне неинтересно. Тем более отношения с князем у меня хорошие. Зачем всё портить?

— Ясно всё с тобой, — кивнула Ольга Владимировна. — А твои дети?

— А что с ними?

— Есть подозрение, что они будут теми ещё монстрами.

— Ну, спасибо.

— Давай без этого, — выставила она ладонь перед собой. — Ты понял, о чём я. Катя стала сильнее, ты тоже. Элитные высшие бесы, ходоки и одаренные. Кто это, если не монстры?

— Так и что? В чём вопрос-то?

— Хочешь ли ты трона для кого-то из них?

— Ольга Владимировна. При всём уважении, я не совсем понимаю, к чему этот разговор. Я на вашей дочери женат, если что.

— Поэтому мне и не хотелось бы выбирать сторону в возможном конфликте. Давай только без обид. Не маленький уже, и откровенно я с тобой говорю как раз из-за родственной связи.

Что-то слишком много откровенных людей на мою голову в последние дни.

— Если вам нужен честный ответ, то я об этом не думал. Чем будут заниматься мои дети — понятия не имею. Наверное, им самим это решать.

— Когда вырастут — безусловно. А как воспитывать, какие мысли вкладывать, чему и как учить — решать родителям.

— И вы хотите попросить воспитать их так, чтобы они не свергли… Как понимаю, к тому времени уже Августа. Хотя, может, и Анастаса. Высшие-то подольше живут.

— Типа того, — кивнула Ольга Владимировна.

— Не скажу, что этот разговор мне приятен, но ваш посыл я уловил.

— Это не посыл. Это желание сохранить мир в семье, — устало сказала женщина. — А если будешь дуться, я тебе лекцию про предательства прочитаю. С отсылкой на историю.

— В этом институте, — где мы с ней общались, — хорошо учат. Примеры я помню.

— Тогда должен понимать и важность этого. Я вижу, ты сейчас витаешь в облаках и настолько далеко не заглядываешь, но подумай на досуге. Кате только ничего не говори. Не надо её сейчас волновать.

— Как скажете, — неуверенно проговорил я.

Всё же этот разговор смутил. Но и я уже не тот человек, каким был раньше. Даже обижаться не хочется. Понимаю важность поднятой темы.

Только вот… Я в алхимии разбираюсь, а в том, как детей воспитывать — ни черта не понимаю.

***

После разговора с Ольгой Владимировной я переместился к себе в мастерскую. Дома которая. Пообщался с Катей, перекусил вместе с ней, договорился выбраться куда-нибудь на выходных. Супруга по делам своим отправилась, а я поднялся наверх, развалился в рабочем кресле и задумался.

Права ведь тёща. По всем статьям права. Как мне воспитать детей? Что заложить в них, и примут ли они это? А какое наследие оставить?

На эти вопросы у меня не было ответов. Как и на то, за что сейчас хвататься.

Достал ежедневник и посмотрел список задач. Приуныл. В планах была поездка к китайскому мастеру, к которой надо бы подготовиться. Ещё встреча с Клавдием намечается. Для которого тоже надо подготовить что-то, чтобы заинтересовать и открыть простор для совместных проектов. Заглянуть на стройку, переделать все печати, придумать систему обнаружения одаренных и заняться проектом развития ходоков, о которой князь просил. А ведь ещё наверняка Август скоро заглянет, попросит ещё порталов открыть.

Дел настолько много, что мозг в ступоре, не знает, за что браться. Редко со мной такое бывает. Может, устал? Эмоционально уж точно.

Нытьем себе не поможешь, поэтому буду решать проблемы по степени неотложности. С этой мыслью открыл портал и отправился перестраивать печати. Заодно проверил их все. То, что казалось необъёмной задачей, решилось за пару часов. Пока трудился, продумывал алхимическую систему защиты. Ведь в теории есть все шансы, что рано или поздно настанет время, когда угроза воровства секретов встанет в полный рост. Может, она уже встала, раз есть китайцы, заинтересованные в том, чтобы узнать мои тайны. Да и кто-то же разрушил ту печать. Запутать следы — это решение, но какое-то посредственное. Я не знаю потенциала других людей к дешифровке. Вдруг найдется кто-то достаточно умный, кто сможет отделить лишние детали от рабочих печатей? Да и если уж на то пошло, даже с лишними деталями, если копировать увиденные печати, они будут работать.

Тогда получается, кто-то завладел печатями перенаправления энергии.

Стоило мне осознать эту мысль, я аж остановился и, пораженный, замер. Энергия, которая питает алхимию… Энергия, которая позволяет усиливать одаренных, бесов и ходоков, если её конвертировать правильным образом…

А не великий ли я идиот, что вот так легко разбрасывался печатями, оставляя их то тут, то там? У конкурентов была масса времени изучить их все. Конечно, это маловероятно. Печати ещё нужно найти. Но в теории это возможно. Если какой-нибудь ходок бросит на меня метку, а потом будет преследовать и проверять, куда я перемещаюсь, то, в принципе, он сможет обнаружить большинство печатей. Их не так много. В открытом доступе только те, что находятся вокруг портальных узлов. Разбросаны по крышам. Остальное всё находится на охраняемых территориях, но ведь и туда проникнуть можно. Проверяют ли те же Кротовы всех строителей? Вдруг среди них затесался одаренный, возможно, даже под маской многоликого, и прямо сейчас записывает всё, что обнаруживает на стройке?

В прошлой жизни подобной проблемы не стояло. Другие алхимики могли изучить то, что ты сделал. Но дополнительно ставить защиту, чтобы сохранить тайны? Слишком мало энергии для подобного расточительства.

Несколько минут я стоял и думал, как быть. Включать режим паранойи или нет? Определенно, включать. Потому что утечка знаний способна породить такие проблемы, что… Один уничтоженный алхимиками мир я уже видел. Не хотелось бы повторения. Что ещё раз возвращало меня к вопросу, чему учить детей и открыть ли им секреты алхимии.

Не хотелось бы стать тем, кто добьёт ещё и этот мир. Не главной причиной, но тем источником, что породит конец всему в конечном счёте.

Если над вопросом детей у меня ещё было время подумать, то вопрос с конкурентами-врагами надо было решать прямо сейчас. И не ограничиваться запутыванием следов, а сделать нечто большее. Защиту и обнаружение как минимум. Чтобы отловить этих любопытных.

Напряжение ушло. Я даже порадовался в какой-то мере. Потому что к текущему моменту накопил столько разработок, что их сочетание позволяло решать новые проблемы. У меня есть свои метки. В идеале делать их на крови, но её ещё попробуй добудь. Придётся обойтись чем-то попроще. Скорее всего, тот, кто исследует мои печати, как-то задействует ходока. По крайней мере, на это можно рассчитывать. А раз так, то, как вариант, автоматом снимать координаты, куда переместится этот человек. Сделать условие, когда сработает сканирование и…

И надо ещё решить проблему оповещения. Но и здесь наметки есть. Я с тремя братцами технарями-аспирантами много чего обсудить успел. В частности, тему генерации сигналов. Надо сделать так, чтобы обычный мобильник набирал мне. Тогда и узнаю, что кто-то залез туда, куда не надо. Для этого придётся мобильный оставить возле печати и сделать так, чтобы он не разрядился.

Довольный найденным решением с прицелом на то, что в процессе доработаю схему, отправился искать своих технарей. Не одному же мне с проблемой возиться. Пусть поработают люди. А там, глядишь, сделаю из них отдел по разработкам систем совмещения технологий и алхимии.

***

Исида переместилась в чужую квартиру, осмотрелась и прислушалась. Кошка, лениво лежащая на стареньком диване, не сразу заметила гостью, а когда учуяла, зашипела и встала на дыбы.

— Тсс… — Исида приложили палец к губам.

Хозяйка квартиры в это время находилась в душе и ничего не услышала. Немного осмотревшись, незваная гостья направилась в ванну. В коридоре ждала ещё одна кошка. На этот раз серого оттенка. Она зашипела и сбежала, увидев женщину.

— Ну-с… — протянула Исида.

Она открыла дверь в ванну, где за шторкой виднелся силуэт женского тела. Из-за шума воды скрипа не было слышно. Зато оставшаяся открытой дверь впустила сквозняк, и вот это уже было замечено. Женщина отдернула шторку и уставилась на гостью.

Заорать от ужаса ей было не суждено. Исида моментально оказалась рядом и положила ладони женщине на виски, обхватив голову. Та задергалась, поскользнулась, но не упала. Держали её стальной хваткой.

— Тише, тише… Не сопротивляйся… Всё будет хорошо… — приговаривала Исида. — Мы с тобой обязательно подружимся.

Глава 5. Подарки и посещение китайского мастера

Три дня я провёл в мастерской, возясь с артефактами и расчётами. Один раз только на стройку заглянул и переговорил с Калачом.

— Как гвардейцы?

— Тренируются. Нам бы побольше опыта против высших.

— С этим сложно, ты и сам знаешь.

Не так-то просто найти высшего, который согласится потратить время, чтобы потренировать чужую гвардию. Все высшие — аристократы. А у них и своих дел хватает. Разве только я сам могут прийти на тренировку, но… Один противник — это не совсем то что нужно.

— Знаю, — кивнул Калач.

— Подумаю, что можно сделать, но ничего не жди. Сегодня другой вопрос обсудим. Точнее, новую угрозу, с которой ты ещё не знаком.

Калач к теме отнёсся спокойно. Новая и новая. Я его и вначале страшными угрозами пугал, что врагов у меня много. Но время идёт, а ничего страшного не происходит. Как бы не сглазить. Рассказал я ему про измененных зверей и про многоликих.

— Гигантские твари и люди, способные принимать любой облик, — резюмировал он.

Калач проговорил это с остекленевшими глазами. Завис немного, осмысливая услышанное.

— Не обязательно гигантские. Они могут быть и небольшого размера. Что-то я заранее не подумал, надо было у Родиона документы по всем известным случаям запросить. Пока обдумай, что напасть могут и звери. С теми или иными характеристиками.

— Нужно специальное оружие под них.

— Да, у меня есть наработки.

Которые надо бы закончить… Плохо. Я начинаю не успевать за всеми направлениями. Точнее, не начинаю, а уже давно опаздываю. Столько тем интересных доступно, бери и делай, но приходится разрываться и выбирать самое важное. Зачастую то, что способствует выживанию, а не то, что интереснее мне. Когда же наступит тот момент, когда я смогу спокойно заниматься творчеством?

Выдал Калачу также и амулеты определения многоликих. Показал, как ими пользоваться. Объяснил, что до этого сам присматривал, а теперь это на него возлагается.

— Надо больше людей, — озвучил он то, что давно известно.

— Есть кандидаты?

— Присматриваю. Через месяц, думаю, ещё человек десять наберу.

— Хорошо.

— Список кандидатов перед этим принесу, само собой.

— Договорились. А теперь, собственно, то, ради чего я упомянул про новые угрозы. Кто-то пытается изучить мои силы.

— Их можно изучить? — заинтересовался мужчина.

— Можно. Маловероятно, но шанс имеется. Допускаю, что на стройке кто-то это пытается сделать.

— Его нужно найти?

— А сможешь?

— Нет, — сразу сказал Калач. — Попробовать могу. Но всего с десятью гвардейцами и обычной охраной? Нет, тут специально обученные люди нужны. Которых просто нет. Да и на стройке несколько сотен человек задействованы. Постоянно кто-то приезжает, уезжает… Плюс охрана самих Кротовых, которые за стройкой присматривают.

— Но ты все равно вполглаза хотя бы понаблюдай. Заодно потренируетесь угрозу выслеживать. Артефакты те же опробуйте, — кивнул я на амулеты определения многоликих. — Просканируй также всех на наличие способностей.

Определители бесов и ходоков, их силы, уже были у гвардейцев.

— Сделаю, но результата не жди, сразу говорю. Если только враг совсем беспечен.

— Да, я понимаю.

А что ещё сказать. Когда твоя гвардия — это десяток списанных инвалидов, которые пару месяцев назад вернулись в строй, было бы глупо от них ожидать решениях всех проблем.

***

Разговор с Калачом закончился, я оценил, как продвигается стройка, вернулся в мастерскую и продолжил трудиться. Через пару дней Родион передал весточку от китайского мастера. Тот назначил дату встречи. Через неделю отправлюсь к нему.

До этого самым знаменательным стало приглашение от Софии. Не на праздник, а просто заглянуть в гости. Что мы и сделали, причем с особым интересом. Понятно почему. Переместились, как и в прошлый раз, к границе дома, где нас подхватила прислуга и отвела к Софии. Та встретила нас без мужа. Что было несколько необычно, но объяснимо. Хотела поговорить наедине, о чем — стало понятно чуть позже.

— Как же я рада вас видеть, — София крепко обняла Катю, да и мне тоже обнимашки достались.

— Показывай! — потребовала Катя.

Нетрудно догадаться, кому больше всего внимания в эту встречу досталось. Конечно же, маленькому Руперту.

Ребенок выглядел… Как маленький, красный, с клочками волос, сморщенный человечек, абсолютно не понимающий, куда он попал и с подозрением косящийся то ли на нас, то ли куда-то в пространство. От вопроса, нормально ли это, я удержался. Видел же Кира, когда он только родился. Это чуть позже Руперт станет розовощеким карапузом, а пока… Ну, человек только вылез из другого человека, ему можно выглядеть как угодно.

— Как первые дни? — поинтересовалась Катя.

— Знаешь, пока легко. Сосет грудь, спит, сосет грудь, кряхтит, покакал пару раз.

Я слушал и запоминал, представляя, как мы сами через это проходить будем.

— Судя по крайне озадаченному лицу Эдгарда, — заметила София, — ты тоже беременна?

Я дернулся, глянул на супругу, а та чуть смутилась и опустила взгляд, живот свой погладив. Это рефлекторное движение у неё сразу после беременности появилось.

— Поздравляю! — София всё поняла и без слов. — Давно?

— Второй месяц пошёл, — ответила Катя. — У нас будет тройня.

— Чего? — глаза Софии распахнулось. — Ты не шутишь?

— Да какие тут шутки, — сказал я. — Сами до сих пор в шоке.

— Трое… — взгляд Софии заволокло дымкой. — У-у… Это будет… Будет… Весело, наверное.

— Ты лучше расскажи, как роды прошли, — перевела тему Катя. — Больно было?

— Да, но ничего такого, с чем нельзя справиться. Не буду тебя пугать. Главное, помни, что это рано или поздно закончится.

— Звучит как-то не слишком обнадеживающе… — скривилась Катя.

— Слушай, всё спросить хотел, — на этот раз тему решил сменить я. — А маленькие дети-ходоки не перемещаются?

— Способности начинают проявляться лет в пять, — ответила София. — Странно, что ты до сих пор не узнал подробности.

— Он теперь очень занятой и деловой, — хмыкнула Катя. — Большими делами ворочает.

— Я наслышана, — рассмеялась София. — Города строит, с французскими кланами договаривается. Везде успевает. Повезло тебе с мужем.

— И не говори.

— Ой, ладно вам, — отмахнулся я. — У меня и подарок есть. Хочу лично вручить.

— Так-так-так, — глаза Софии загорелись. — Это же персональная броня четвертого ранга?

— Эм…. — смутился я. — Нет. А ты хочешь броню? И почему четвертого ранга?

— Потому что я знаю, что ты продаёшь максимум третьего. Но уверена, что для себя припас ещё и четвертого.

София была в курсе многих моих особенностей, привычек и черт характера. Как-никак, мы с ней раньше часто общались, пока она за мной присматривала.

— Допустим, но зачем тебе броня?

В этот момент Руперт издал странный звук, чем-то напоминающий «аух». Все разом отвлеклись на него, и вид матери, когда она взяла сына на руки, резко контрастировал с тем, что София хочет боевой доспех.

— Броня никогда лишней не бывает.

— Если ты серьезно, то могу подарить. Но всё же третьего ранга. Четвертого — он не особо подходит для бесов и ходоков. Точнее, вообще не подходит.

— Ну, так тоже сойдет. Но сейчас, как я понимаю, ты хочешь подарить что-то другое?

— Да, — я достал из кармана кольцо с небольшим камнем. — Это не просто украшение, а артефакт на самый черный день.

— Не пугай меня, что это такое? — две женщины посмотрели на кольцо. Кате я не рассказывал, что собираюсь подарить.

— Для его активации нужна кровь Руперта.

— Оу, — выдала София, нахмурившись. — Ну…

— Можно не сейчас привязку проводить. В любое время можешь сделать сама. Достаточно капли. Нанеси её на камень, и привязка активируется. Только следи, чтобы чужая кровь не попала.

— Что он делает, и при чем здесь черный день?

— Всё очень просто. С этим кольцом ты найдешь сына где угодно, какую бы защиту от обнаружения ни ставили. Там, где метка не сработает, поможет кольцо.

— А-а-а… Ты прав, если его похитят, — София с тревогой посмотрела на сына. — То это и правда будет самым черным днём.

— Работает просто. Надо надеть кольцо и взять в руку усилитель для ходоков, — я достал второй артефакт. Небольшого размера амулет. — Эта версия пробьет путь куда угодно, хоть на другой конец планеты, через любое метеоритное железо. Конечно, есть вероятность, что враги придумают совсем уж что-то новое, но…

— Но со всеми известными трудностями оно справится, — закончила София. — Эх, обычно дарят всякую одежду, игрушки и прочие мелочи для детей, но эти подарки куда круче.

— Надеюсь, они не понадобятся.

— Спасибо, Эдгард. Хочешь подержать Руперта?

— Эй! — возмутилась Катя. — Я первая!

— Ладно, ладно, тётушка, — засмеялась София.

Подержать долго не получилось. Руперт похлопал глазками на руках у Кати, а потом как заорал.

— Это он грудь требует, — пояснила София. — Сейчас покормлю

Она ушла в соседнюю комнату, а когда вернулась, Руперт уже спал. Настоящий мужик. Поел, грудь потрогал и спать завалился.

***

В назначенный день я открыл по маяку портал. С той стороны уже ждал Бао. Стоял он на фоне сада, в беседке.

— Господин Эдгард, — изобразил он церемониальный поклон. — Рад вас снова видеть.

— Мастер Бао, — поклонился и я.

По давно укоренившейся привычке, когда перешёл на ту сторону, запустил сканирование. Люди в округе были, но никого ближе двадцати метров. Ни бесов, ни ходоков, ни одаренных. Кроме самого Бао.

— Это одна из наших баз, — пояснил он. — Мы находимся на одной из священных гор.

Когда смотрел с той стороны, гор не заметил, а перейдя, сразу увидел. Трудно не увидеть эти громадины, что тянутся к небесам.

— Красиво.

— Как насчёт небольшой экскурсии?

На этот раз беседа прошла без откровенностей, с самого начала. Бао повёл меня по тропинкам, показывая всякие красоты.

— Должен признать, ваши горы отличаются от того, что я успел посмотреть в своей жизни.

— Наша земля скрывает множество тайн и красот. Опасности тоже присутствуют, но куда без них.

— Вы про зверей? — заинтересовался я.

Мы подошли к обрыву. Его огораживал небольшой заборчик, сложенный из бамбука. Скорее декоративный, чем способный и правда защитить от падения. А падать было далеко. Эти необычные горы выделялись отвесными скалами.

— Про них тоже. У нас здесь хватает своих, уникальных особей. Но охота на них осложнена самим рельефом. Мало куда может забраться обычный человек. А там, куда может, зверей осталось не так много.

— Стандартная проблема современного мира, — покивал я. — Люди слишком хорошо научились убивать зверей.

— Ваша правда, — кивнул Бао.

И повёл меня дальше. Так мы и блуждали по округе где-то с полчаса, болтая ни о чем. Я не сильно возражал. Место колоритное, а мне всегда нравилось смотреть на многообразие живой, не испорченной и не убитой природы.

Прогулка закончилась в той же беседке, где мы и встретились. Только на этот раз туда принесли стулья, небольшой столик и чайный… ну, наверное, это можно назвать набором. Единственное, что я узнал, — это сам чайник для заварки и маленькие чаши. Зачем деревянная доска и остальное — неизвестно.

— Я вам обещал приготовить настоящий чай.

— Помню-помню. Я заинтригован.

Ещё минут двадцать ушло на приготовление чая. Когда попробовал, если честно, не понял, в чём прикол.

— Вкус отличается от того, что я пробовал.

— Но? — прищурился с улыбкой Бао.

— Но это непривычно.

— Нужно время. В любой области секреты и тонкости открываются, когда углубляешься в это.

Это он так на переход к серьезным темам намекает?

— Если повезет, — улыбнулся я. — К сожалению, бывает так, что погружение во что-то не даёт результатов.

— Согласен. Наш клан, который изучает вопрос артефактов, бьется над задачей пару сотен лет, но не достиг и десятой части того, что умеете вы.

Эх, плохо он завернул. Его интерес очевиден, откуда я такой умный и знающий взялся, но вот лично для меня такая формулировка неудобна. Ответить-то нечего. Но Бао сам это исправил, перейдя, собственно, к ключевой теме.

— Поэтому мы так и заинтересованы в сотрудничестве.

— Я догадываюсь. Бао… — я отставил чашку и посмотрел на него. Наболтаться мы успели, так что пора переходить к делу. — Я действительно могу дать вам много. Но мы живем не в волшебном мире, у всего есть цена. Хуже того, у всего есть последствия. Думаю, вы и сами понимаете, что ни мне, ни моему князю не выгодно вас резко усиливать.

— Понимаю, — он ничуть не смутился и не обиделся. — Более того, Эдгард, я бы и не хотел, чтобы вы разом выдали все свои секреты.

А вот это интересно. Врет ведь. Конечно, он этого хочет. Я бы тоже хотел на его месте. Да любой бы хотел. Сократить путь исследований с сотен до нескольких лет. Но слишком жирно это будет. Он это знает. Я это знаю. Так как же он собирается выкрутиться?

— Не уверен, что мы сможем переваривать столько знаний разом. У нас есть свои традиции, подходы, вертикаль власти. Добавь туда слишком много — и всё разрушится. Да и желай мы заполучить все ответы разом, нам за это нечего предложить.

Его тактику я оценил. Раз уж получить желаемое невозможно, то и не надо тянуть к нему руку. Лучше сосредоточиться на малом, чего возможно коснуться.

— Тогда что же вы хотите? — с интересом спросил я.

Мне и правда интересно, как он построит разговор.

— Пару советов, — ответил он.

— Всего пару?

— Не знаю. Когда ученик приходит к мастеру, то мастер видит, на каком он уровне находится и какой следующий шаг для него самый лучший. Мастер не будет давать ему совет, что делать через десяток шагов. Зачем, если ученик не способен воспринять ответ?

— И вы хотите…

— Чтобы вы посмотрели, как у нас обстоят дела, в чем мы заблуждаемся и каков наш следующий шаг, чтобы пройти дальше.

А неплохо. Всё и сразу они получить не могут, а на совет претендовать… Это проще, да. Даже если не рассматривать вопрос платы, можно глянуть «просто» так. В кавычках, потому что я ведь тоже посмотрю, по какому они пути идут. Увижу подробности. Возможно, этого хватит, чтобы оплатить мою консультацию.

Князь мне на такое выдал добро. Мы с ним сговорились, что много я им давать не буду, но какими-то крупицами знания поделиться могу. В рамках налаживания отношений, чтобы укрепить союз.

— Это возможно, — медленно проговорил я. — Но потребует открытости с вашей стороны. Вы ведь понимаете, что увидеть я смогу многое. Возможно, всё, даже то, что вы хотели бы скрыть.

— После того как я увидел вашу броню, не уверен, что нам есть что скрывать. Какой смысл детям прятать свои поделки от взрослых?

Ага, ясно всё с тобой, Бао. Будешь косить под «ты великий учитель, а мы глупые ученики, готовы внимать твоей мудрости».

— Тогда давай начнём сначала. Где вы берете учеников?

Обычно принято скрывать интересующие тебя вопросы среди других, чтобы собеседник не догадался, но Бао, я уверен, знает эту уловку. Поэтому вопрос и последовал первым. То немногое, что я действительно хотел узнать у него, — это как обстоят дела с учениками. Раз уж у меня своей методологии нет, почему не воспользоваться чужими наработками.

***

У Бао я задержался до конца дня.

Разговор вышел… Не уверен, что плодотворным. Скорее серединка на половинку. Бао отвечал на вопросы, где-то подробно, а где-то не удерживался и увиливал. Дошло и до демонстраций.

К сожалению, желаемого я не получил. Их клан набирал учеников из… своих детей. За пару веков они успели размножиться, и по косвенным признакам, точного ответа Бао не дал, можно было сделать вывод, что у них сейчас около двадцати действующих учеников и мастеров. Находились они в другом месте, которое мне не показали. Разумная предосторожность.

Детей проверяли в возрасте пяти лет. Кто проявлял склонности — того начинали учить. Кто не проявлял… Про это Бао тоже не говорил, но я предположил, что тех детей отправляли куда-то в другое место, чтобы они не раскрыли секреты, когда вырастут.

Методика обучения сводилась к упражнениям на управление энергией. С примесью всякой мистической мишуры, типа познай себя, тогда и энергию познаешь. Бао не поленился вывалить на меня перечень философских постулатов. Мне тоже известны все эти концепции, но… Там, где не хватало научного подхода, инструментов изучения и точных данных, там и начинались пространственные описания. Из серии: мы не знаем, как это работает, поэтому ты делай что-нибудь, а там, глядишь, получится.

Бао рассказал про одно из основных упражнений — медитацию. Ученики часами медитировали, стараясь почувствовать энергию. Причем делали упор на работу руками, то есть через ощущения, а не зрение. Он и саму медитацию показал. Одна ладонь ложилась на сердце, вторая на живот, и от ученика требовалось ощутить что-то в этих местах. Я предположил, что это не единственный тип медитации. Скорее всего, они ещё медитируют на поделки друг друга. То есть на то, в чём заключена концентрированная энергия. Бао об этом тоже не рассказывал. Но я и рад был. Потому что, если бы он рассказал совсем уж всё, мне было бы сложнее не дать им что-то взамен.

— В этом наше с вами отличие, — поделился я тем, о чем Бао и сам догадался. Вы щупаете, а я вижу.

— Насколько точно?

— В деталях. Как вас сейчас.

— Как к этому прийти? — Бао задавал вопросы. На некоторые я отвечал, от некоторых уклонялся, давая понять, что не готов развивать тему.

— Если честно, то не знаю. До встречи с вами я думал, что это норма.

Бао задумался, переосмысливая. Он ведь наверняка исходит из того, что у меня есть своя школа, а я её наследник. Там, где школа, там и богатая практика, поэтому было странно, что я не знал метода развития зрения.

— Моё зрение сформировалось само. Потом развивалось и усиливалось по мере практики.

— А если бы вы задались целью кого-то научить, чтобы бы выбрали?

— Бао, я компетентен во многих вещах, но здесь для меня область незнания. Могу дать совет навскидку, но насколько он сработает — надо проверять на деле. Так вы и сами можете предложить, как научиться, исходя из того, что узнали факт возможности видеть энергию. Я бы исходил из того, что лучше видно. Маленький объект или крупный?

— Предлагаете давать ученикам что-то… Насыщенное энергией?

Как будто вы этого и так не делаете. Просто не смотрите, а щупаете.

В этом я углядел типичную проблему зашоренности. Мой мастер щупал руками, его мастер щупал руками, вот и ученики пусть щупают. Ещё и глаза прикроют, чтобы на ощущениях сконцентрироваться. Почему ладони, а не глаза, ведь зрением куда удобнее — да хрен его знает. Так сложилось.

С другой стороны, если у предыдущих поколений так получалось, то мало оснований отказываться от этого и начинать что-то принципиально новое. Это ведь можно убить несколько лет, так ничего и не добившись.

— Я бы для начала попробовал это. Но, возможно, мы с вами по-разному устроены. Есть же ходоки с разным типом перемещений. Почему бы не быть одаренным с разным типом восприятия энергии?

— Надеюсь, Эдгард, через несколько лет мы сможем с вами обсудить результаты наших исследований. Вы ведь наверняка тоже учеников наберете рано или поздно. С молодой-то женой, — подмигнул Бао.

Зря он это. При упоминании детей мне захотелось его аннигилировать. На всякий случай. Чтобы у моих детей не было лишних проблем.

— Возможно, и наберу, — ответил я, постаравшись удержать лицо. Для высшего в общении с обычным человеком это не так сложно сделать.

— А есть причины не набирать?

— Есть. Куда же без них. Вы ведь знаете, что я своими разработками много шума наделал. Выдержит ли это мир? А выдержит ли, если таких, как я, станет сотня?

— Под таким углом я не думал об этом, — ответил Бао озадаченно. — Тогда хорошо, что мы медленно продвигаемся по этому пути. Будет время научиться осторожности.

Слова правильные, но не верю я в них. Что сделают люди, которых веками принижали и истребляли, чтобы они не подняли головы? Правильно, как только получат силу, развяжут войну, сбросят оковы и отомстят. Очень мал шанс, что смогут удержаться. А уж забыть старые обиды — шансы отрицательные, я бы сказал.

Поговорили и про другие аспекты. Про их подход методом тыка и записи сработавших догадок.

— С этим есть большая проблема, — признался Бао. — Некоторые секреты утрачиваются. Каждому ученику приходится заучивать открытия, пока мастера живы. Но стоит кому-то из нас уйти и… Часть знания уходит вместе с ним.

Говорить или нет? Его проблему я понял сходу. Это как пытаться заучить все возможные предложения. Не зная при этом языка, отдельных слов и принципов построения фраз. Задача неблагодарная и обреченная на провал. Но давать принципы, основы основ — это слишком жирный куш.

— А вы вывели какие-то принципы, как создаёте артефакты?

Артефакты — это ещё одно ограничение. Всё, что они делали, — это вкладывали энергию, зачатки печатей в металл и камни. Не было отдельных, структурированных печатей. Таких, как печать трансформации, что позволяла воздействовать на реальность и менять форму материи.

Бао кивнул, и мы отправились в небольшую мастерскую, где он на деле показал, чего они достигли. Было забавно за ним понаблюдать. Он выбрал металлическую плашку, сконцентрировал на ладони энергию, не в виде печати, а как сгусток, что само по себе было любопытно, а потом вложил это в металл.

Несколько минут продержав ладонь над плашкой, он упорядочил энергию внутри.

— Принципы есть, но их не так много. В основном это наблюдения, какие заготовки к какому типу металла подходят. У вас, как я подозреваю, куда более продвинутая система. Строгие геометрические узоры, построенные по каким-то правилам?

— Да.

Этот лис, когда говорил, внимательно отслеживал мою реакцию на то, что они уже успели что-то достать и изучить подробно.

Но ничего. Это ожидаемо. В принципе, я даже не против был, если они чему-то научатся у меня. Конкуренции я не боялся. Не в ближайшие двести лет. Даже вывали я на них всё сейчас, то… Обучение алхимика столько в себя включает, что, скорее всего, одного поколения не хватит, чтобы переварить это. Имею в виду, чтобы они сами воспитали алхимика. Если я учить буду, дело пойдёт быстрее. А так это как школьнику изучать высшую математику по учебнику. Есть шанс, что разберется. Если он гений и обладает незаурядным умом. Если нет, вероятность крайне мала, и куда проще это сделать с учителем.

Поэтому конкуренции я не боялся. А вот заполучить союзника — был очень даже не против. Не прямо сейчас, пока особо ничего не произошло. Но почему бы лет за десять отношениям и не созреть?

В таком формате дальнейший разговор и строился. Бао что-то рассказывал и показывал, а я думал, какую долю знаний могу выдать. Ну и сам тоже наблюдал, что они умеют, как решают возникающие трудности. Всё же их нельзя было недооценивать. Это клан людей, которые самоотверженно занимались делом на протяжение десятилетий.

Закончили под самый вечер. Я переместился домой, окликнул Катю, но никто не ответил. Сегодня она планировала провести день у Софии и, видимо, не спешила вернуться.

Поднявшись в мастерскую, задумался о том, какое будущее ждёт нас всех. В мастерской мне всегда хорошо думалось. Здесь все вещи настраивали на рабочий лад. Благодаря чему будущее не казалось совсем уж неопределенным. Всего лишь набор задач, которые нужно решить. А если не знаешь, как это сделать, найти способ.

Что, если своими действиями я изменил ещё кое-что, чего не заметил? Отношение к одаренным. Новый вид оружия и способ борьбы за власть. Есть так дальше пойдет, наличие одаренных в клане будет залогом выживания. Это как с бесами, ходоками и метеоритным железом. Если у тебя этого нет, невозможно подняться на самый верх.

Не будет ли так, что через сто лет одаренные станут обыденностью? Возможно, они не получали должного развития, потому что в этом не было потребности. Как сомнительный проект, куда нет особого смысла вкладывать ресурсы. А сейчас… Увидев перспективы… Быть может, не сегодня, но в какой-то момент до большинства дойдет, что правила игры изменились. Эту тему начнут изучать, ставить эксперименты, вливать туда средства. Если та же организация смогла изобрести технологию усиления бесов, создать модифицированных зверей, придумать многоликих — то и развивать одаренных тоже найдёт способ. Если это произойдет, то лет через пятьдесят-сто мир кардинально изменится.

Я сказал Бао, что не уверен, что собираюсь набирать учеников. Но это я лукавил. В первую очередь перед самим собой. Потому что если подумать и принять, что одаренные как массовое явление будут набирать силу, то… То у меня нет выбора. Да и если уж на то пошло, этот мир уже накопил множество способов уничтожить себя. Не я единственная причина.

Пора бы избавиться от наследия прошлого мира и перестать считать себя виновным в его уничтожении. Глупое чувство вины. Сам я мир спасал и ничего не сделал для того, чтобы он окончательно пал. Но это я как отдельная личность. А я как наследник всех алхимиков — очень даже виноват.

Вот признался себе в этом и понял, насколько глупо звучит. Действительно, пора от этого избавиться.

И сделать всё, чтобы укрепить положение моей семьи и заложить такой фундамент, что в случае чего поможет поддержать равновесие в мире.

За размышлениями я просидел около часа, планируя дальнейшие шаги. Уже стемнело, а Кати всё не было. Запаздывает что-то она. Может, самому заглянуть к Хофманам?

Я было собирался открыть портал, но меня опередили. Раздался хлопок, и в мастерскую переместилась…

София. Вместе с Катей. Придерживая её.

Сама же Катя держалась рукой за живот. Бледная, с перекошенным от боли лицом.

— Эдгард! — крикнула перепуганная София. — Ей плохо!

В тот момент мир перевернулся.

Глава 6. Подстава

Паника — удел мирного времени. Когда нет угроз, когда всё хорошо — можно позволить себе расслабиться, дать волю чувствам.

В экстремальной ситуации паника смертельно опасна.

Когда я увидел бледную Катю с искаженным от боли и страха лицом, чувства отключились. Я оказался возле неё, подхватил на руки и шагнул в открывшийся проход, прямо в кабинет к Гвоздевой.

— Ольга!

Женщина в этот момент разговаривала с кем-то из целительниц. Ей потребовались мучительно долгие три секунды, чтобы пройти от возмущения посторонним вмешательством до осознания серьезности происходящего.

Три долгие секунды. Что краткий миг для человека и срок для высшего беса.

Я был бы не я, если бы стоял и ждал, когда жене помогут. Метнувшись через комнату, с пинка выбил дверь и оказался в приёмной, где Ольга вела осмотр пациентов. Положив жену на ложе, активировал печати, снимая показатели. Следом появилась и Гвоздева. Её руки запылали светом, она коснулась Кати и прикрыла глаза, снимая данные с помощью своих методов.

Где-то рядом София вывела какую-то женщину из кабинета, закрыла дверь и подошла к нам. Несколько секунд подумала, а потом переместилась к тёте, чтобы предупредить её. Я этого не знал, сосредоточенный на анализе поступающих данных.

— Физически ты в полном порядке… Плоды тоже… — говорила Гвоздёва по мере изучения.

Я тоже не видел причин, вызывающих боль.

— Что с тобой произошло? — спросила Ольга.

— Я… — Катя поморщился, собралась и продолжила: — Вечером почувствовала легкое недомогание. Списала это на изменения в организме, а потом… Навалилась боль… Словно резь в желудке… Когда голоден…

— Голоден? — переспросил я и…

И сбился с мысли, потому что те печати, которые удерживал, начали истончаться и расползаться. Влив в них ещё энергии, укрепил основу.

— Да, как будто я проголодалась. Но мы плотно поели, так что я не понимаю, в чём дело… Ух… Боль ослабла.

«Ослабла, значит…» — подумал я, наблюдая за тем, как печати продолжают истончаться.

— Оль, ты поняла, в чём дело? Она поглощает энергию.

— Энергию? Хм… Да неужели?! Теперь вижу! Никогда такого не наблюдала. Это похоже на сильное истощение, но только энергетическое.

Я перестал снимать показатели и создал другие печати. Подумав, остановился и, подхватив Катю, открыл ещё один проход.

— За мной, — скомандовал я и перешёл в мастерскую.

Где положил Катю прямо на печать сбора энергии, которую использовал для своих нужд.

— Неизвестно, как большой поток повлияет на детей! — возразила против таких мер Ольга.

— Тогда мы быстро. Засекай десять секунд.

Я видел и ощущал, как энергия буквально вливается в Катю, как опустошает мои запасы и как разрушаются все печати, что были здесь созданы.

— Мне лучше! — удивленно-растеряно воскликнула Катя. — Но, может, не стоит так быстро?..

Я глянул на портал, через который мы прошли. Специально его закрывать не стал. Догадка подтвердилась. Катя, когда проносил её, ослабила контур. Ничего серьезного, но если бы я медлил и чуть задержался в проходе, то портал бы разрушился.

Ольга наклонилась над Катей и следила, что с ней происходит.

— Побочных эффектов не вижу.

— Скорость поглощения энергии снижается. Кажется, кто-то утолил голод, — сказал я спустя десяток секунд.

— Что это значит? — обеспокоенно спросила Катя.

— То, что у вас будут особенные дети, — задумчиво ответила Гвоздева.

Подстава так подстава. Прилетело, откуда не ждали.

И что всё это значит?

***

— И что всё это значит? — спросила Ольга Владимировна.

Выглядела она так, будто готова была прямо сейчас взять штурмом наш дом. При том, что она уже находилась внутри.

— Кризис миновал, — устало ответил я.

Устал не потому, что сильно выложился, а потому, что за короткое время испытал одно из мощнейших эмоциональных потрясений. Нервных клеток у меня точно меньше стало, и не факт, что способности беса их восстановят.

— Сейчас с Катей Гвоздёва. Проводит финальную проверку. Думаю, минут через десять спустятся. А пока… Успокойтесь, пожалуйста.

— Легко тебе говорить, — взмахнула женщина руками.

Действительно. Легко так легко.

— Эд, а что случилось-то? — поинтересовалась София. — У меня сердце в пятки ушло.

— Как там Руперт? Тебе не пришлось его одного оставить?

— Нет, не переживай. Там Артур, прислуга, родственники. Руперт спал и какое-то время без меня точно продержится.

Было видно, что Софию разрывает на части. Она и домой вернуться хотела, и узнать, что с Катей всё в порядке.

— Мы решили проблему, не переживайте. Давай ты к нам на днях заглянешь и поговорим, хорошо?

— Ну, — насупилась она. — Хорошо. Тогда я пойду.

София попрощалась и исчезла.

— Это было грубовато, — заметила Ольга Владимировна.

— София теперь не в семье Медведевых. И тем более не в семье Соколовых.

— А вот это было вдвойне грубо. Что такое случилось, что ты так говоришь?

— Сделаете пока чай? Мне нужно кое-что проверить.

— Похозяйничать у вас на кухне? — хмыкнула она. — Это я могу.

Пока женщина занималась чаем, я прошёлся по дому и проверил все закладки. Кое-где обнаружил истончившиеся нити. Это ещё не поломки, но близко к тому. Получается, Катя эти дни ходила по дому и, так как здесь в целом повышенный энергетический фон, не испытывала больших проблем. «Подъедала» бессознательно и проблем не знала. А когда день провела у Софии, где, предположительно, энергии меньше, возник дефицит.

— Так что случилось? — спросила Ольга Владимировна минут через пять, когда я убедился, что система защиты работает, и нас никто не подслушает.

— Катя поглощает энергию мира в больших количествах. День она провела у Софии, и этого времени хватило, чтобы возник дефицит. Как результат — резь в животе, боль, невозможность переместиться, потому что её запасы тоже истощились.

Ольга Владимировна задумалась, осмысливая сказанное.

— Так что же это значит?

— Это значит, что дети по неизвестной причине поглощают энергию в больших количествах.

— Но у тебя ведь уже есть догадки, почему так происходит.

— Только предположения.

— Поделись.

Я не стал сразу отвечать. Вспомнил, как Кир проявил способности одаренного в раннем возрасте, потому что его мама медитировала, сидя на печати сбора энергии. Этот опыт говорил о том, что организмы одаренных в принципе могут иметь потенциал, который способен раскрыться в более насыщенной среде.

Но что, если я как отец, привыкший работать с большими потоками энергии, и Катя как мать, которая в последние месяцы, во-первых, стремительно развилась как бес, что было связано в том числе с поглощением энергии, и, во-вторых, в целом находилась рядом со мной и жила в доме, где этой энергии куда больше, чем в обычном месте… Что если мы сами не заметили, как привыкли к высокой плотности и передали это нашим детям? Тогда… Тогда они родятся неизвестно кем.

Возможно, кем-то принципиально новым.

— Быть может, так сказывается сочетание наших генов. В любом случае какие будут последствия, станет известно, только когда дети вырастут и проявят себя.

Ольга Владимировна поняла, что я не собираюсь рассказывать больше. Здесь пролегла черта, после которой начинались секреты рода.

— Если вы породили новый вид людей, то это может привести к чему угодно.

Повезло же, что Ольга Владимировна стала моей наставницей. Мне и не надо было делиться выводами. Она и сама могла сделать их.

— Поживём, увидим, — пожал я плечами.

— Судя по тому, что я слышу, — женщина повернула голову в сторону второго этажа, где сейчас находилась Катя. — Они закончили. Проверим их? Хочу своими глазами увидеть, что всё в порядке.

— Конечно, — поднялся я со стула.

***

Исида стояла в кабинет Основателя и рассказывала о новостях.

— Он явился к целительнице вместе с женой на руках. Случилось что-то серьезное. Настолько, что он не церемонился и вынес дверь. Там ещё появилась София Медведева, которая сейчас Хофман. Она меня выпроводила и не дала узнать, что случилось.

— Она беременна. Это очевидно, — ответил Основатель.

Исида кивнула, соглашаясь. Высшие бесы если и болели, то в случае очень редкого исключения. Ситуация, с которой могло быть связано состояние жены Соколова, либо относится к его экспериментам по поводу её развития, либо к беременности.

— Какие дальнейшие указания? — спросила женщина.

— Следи, наблюдай, не высовывайся.

— А планы касательно беременности? Его дети… Они могут быть интересны.

— Пока просто наблюдай. Как придёт время, я скажу, что ты должна сделать.

Исиде этот ответ не понравился. Ей вообще не нравилось находиться рядом с Соколовым. Тем более сейчас, когда его жена понесла. Фанатичная забота о близких была одной из самых заметных черт Соколова, а уж как он себя поведет в отношении наследников… Это Исида не хотела бы проверить на себе. Но и недовольство Основателя она тоже ощутить не хотела.

— Можешь идти, — разрешил мужчина.

Исида поклонилась и переместилась.

Основатель какое-то время сидел в тишине. Казалось, он замер. Никаких движений, морганий или чего-то такого. Статуя в деловом костюме.

Прошло минут пять, и к нему в кабинет переместился ходок.

— Господин, — помахал тот рукой. — Вы опять задумчивы. А я говорил, что нужно больше времени проводить на свежем воздухе?

— Тито, — отмер Основатель. — Ты как всегда.

— Я что-то опять не так сказал? — озадачился Тито.

Основатель на это улыбнулся. Тито был забавным, не от мира сего, при этом чрезвычайно полезным. Кажется, он до сих пор в полной мере не осознавал, с кем работает и что ему грозит за язык без костей.

— Зависит от того, с чем ты пришёл.

— Отчитаться, господин, — ответил он и почесал спутанные, грязноватые волосы. — Этот Соколов очень интересный одаренный, — в его голосе прозвучал неподдельный восторг. — То, как он использует силу… Это больше похоже на геометрические узоры. Но почему именно они, а не обычные сгустки энергии, как в случае азиатов? Меня не покидает ощущение, что за этим парнем стоит серьезная школа, но откуда она взялась? До меня не доходило никаких упоминаний о школе одаренных, ещё и с тысячелетней историей.

Тито говорил и говорил. Он позабыл, что перед ним сидит Основатель. Его взгляд устремился куда-то вдаль, и в этот момент он больше общался сам с собой, чем с собеседником.

Основатель его не перебивал. Слушал, выделял главное из потока слов, делал выводы.

— Эксперименты удались. Мы нашли способ снимать его энергетические структуры и разрушать их. На это Соколов среагировал с опозданием в один день. Я потом проверил, он создал совсем другие конструкции, и, чтобы не нарваться, быстренько свалил, как вы учили, запутав следы.

— Молодец. Сможешь расшифровать, что стоит за точной геометрией?

— Не знаю, — Тито задумался и запустил пальцы в волосы. — Попробую. Задачка что надо. Но самое интересное — это то, над чем я сейчас работаю. Если получится повторить конструкт, то мы, предположительно, добьёмся того же эффекта и сможем сконцентрировать энергию, где нам надо! А это открывает такие просторы, босс…

— Я не босс.

— Да, господин. Я всё время забываю. — стушевался Тито.

— Тебе не помешает стать серьезнее. Тогда сможешь претендовать на звание хранителя.

— Ну, я постараюсь, — ответил Тито.

Основатель на это качнул головой. Тито не волновала власть. Ему было плевать на статус хранителей. Единственное, что ему было интересно, — заниматься своим направлением. Это было его и сильной стороной, и слабой. Иногда Основателя раздражала эта несерьезность, зацикленность и неумение оценить общую картину. Но плюсы перевешивали. В конце концов, люди просто ресурсы, которые надо использовать, а не раздражаться на их особенности и недостатки.

— Если это всё, можешь идти. Будь аккуратнее. Соколов очень опасен.

— Я сама аккуратность, босс, — хорошее настроение Тито вернулось.

Помахав рукой, он вернулся обратно, к себе в лабораторию.

***

— Перепугала же ты меня, — сказал я.

Катя лежала на диване с тарелкой на животе и ела шоколадный торт. Который я ей купил чуть ранее, когда все разошлись, и стало окончательно понятно, что кризис миновал.

— Я и сама испугалась. Надеюсь, седых волос не появится.

Сейчас Катя была бодра и весела. А ещё час назад — рыдала, отходя от пережитого стресса. Помогли обнимания, поглаживания по голове, ласковые слова и шоколадный торт, конечно. Рядом с диваном стояла корзина с фруктами и цветы, но на них жена не обращала внимания, поедая один кусочек шоколадного безумия за другим.

— Получается, я теперь уничтожитель всей этой твоей магии-шмагии.

— Типа того.

— И что теперь делать?

— Этот вопрос сегодня самый популярный, — хмыкнул я.

— Что ещё спрашивать, когда твои детишки, которых и так трое, в буквальном смысле аномалия. Пока я истерила и лила слёзы, ты ведь успел всё обдумать, не так ли?

— Так.

— Поделишься?

— Скажу, что у нас может родиться кто угодно.

— Это кто угодно — настолько обширно?

— Вплоть до нового вида людей. Одаренные следующей версии.

— Угу, — покивала жена, закинула пару кусочков в рот, прожевала и спросила: — А для далеких от всего этого чего ждать?

— Ты знаешь про существование энергии мира. Силы, которая позволяет влиять на реальность тем или иным образом. Я использую эту силу, основываясь на строгих законах и правилах. В каком-то роде можно сказать, что это костыль. Изучать высшую математику, чтобы творить.

— Математику?

— Это я условно.

— Хорошо… Так что там с одаренными следующей версии? Они могут быть без костылей?

— Да. Прямое управление энергией. Чистое воплощение воли.

— Эм… Мне и твоя деятельность кажется магией. Но то, что ты говоришь и как это говоришь, наводит на мысли…

— Что наши дети в потенциале могут быть куда сильнее и опаснее меня. Добавим к этому гены беса и ходока…

— И получим черт знает кого.

— В любом случае это наши дети. Будем их любить такими, какими родятся.

— Ты прав, — вздохнула Катя. — Главное, чтобы с ними всё было хорошо. И чтобы они не попытались захватить мир, прогуливая школу.

Да уж.

Подойдя к жене, забрал торт и приобнял её. Так мы и сидели какое-то время, наслаждаясь тишиной и тем, что всё хорошо.

***

Следующий день провёл дома. Отменил все встречи и планы, отодвинул в сторону проекты и занялся женой. Как в плане моральной поддержки, так и в плане поиска решения, чтобы ситуация не повторилась.

Проснулся я раньше и, пока Катя спала, создал амулет, который будет измерять скорость поглощения энергии. Как жена проснулась, позавтракали, а потом я ей объяснил идею.

— В теории, если скорость поглощения увеличится, это будет означать, что ты проголодалась.

— Но как я могу впитывать энергию, если раньше никогда этого не делала?

— Хороший вопрос… — задумался я. — По идее, ходоки и бесы тоже взаимодействуют с энергией мира, но конвертируют её в другой тип.

— Тебе не кажется, что слишком много слов «энергия»? Почему не придумать другой термин?

— Чем тебя энергия мира не устраивает? — насупился я, недовольный тем, что разговор уходит куда-то не туда.

— Это он тебе понятный. А для меня путаница какая-то, — развела она руками.

— Хорошо. Твои версии?

— Сила? Мана?

— Что ещё за мана?

— Ты что, фантастику никогда не читал? — закатила Катя глаза.

— Было пару раз.

— В общем, забей. Так что там с амулетом?

Это сейчас что было? Короткий вынос мозга любимому супругу на ровном месте? Кажется, кто-то ещё не отошёл после вчерашнего и сейчас не в духе.

— У ходоков и бесов вполне может быть механизм поглощения энергия. Также этот механизм мог развиваться у тебя вследствие наших экспериментов. Или он развивается у всех по мере раскрытия потенциала, и чем выше сила беса, тем больше энергии он может впитать. Что в целом логично, учитывая возможности элитных бесов.

— Но ведь ходоки и бесы сами вырабатывают энергию, разве нет?

— Если бы я знал.

— А что мешает проверить?

Хм, действительно, что.

— Ничего. Нужен бес, которого не жалко.

— Как насчёт Августа?

— Ты жестока, — посмеялся я.

— Он молод. Не беременный. Мужчина.

— А ещё наследник.

— Так ты же не собираешься его потрошить?

— Нет.

Мне в голову пришла идея построить комнату с дефицитом энергии. Устроить там энергетический вакуум. А потом засунуть туда высшего беса и посмотреть, изменится ли уровень. Если да, тогда можно утверждать, что бесы сами по себе вырабатывают энергию. Если нет, тогда их способности жестко завязаны на энергию мира и… И из этого можно сделать оружие, блокируя главную силу бесов — регенерацию.

— Но и рисковать лучше не стоит, — ответил я, подумав. — Надо найти добровольца. Позже этим займусь. Сейчас с тобой надо разобраться.

— Да-да. Будем измерять мою прожорливость.

— Ага. Так что бери амулет и пойдем гулять.

Катю я уж точно не собирался засовывать в энергетический вакуум, но заглянуть в места, где энергии мало, и провести парочку экспериментов, чтобы разобраться во всём — вполне мог.

Этим мы и занимались большую часть дня. Посетили несколько мест, провели там по часу, наблюдая, как изменятся показатели. В итоге определили, что голод наступает спустя три-четыре часа, если вокруг дефицит энергии. Легкий голод, замечу. До сильного и рези в животе мы не доводили. Определили и скорость восполнения, и объём, который нужен. Катя была способна насытиться минут за десять.

Результатом этого дня стало то, что я создал новый амулет, с индикатором. Зеленый — если всё в порядке и скорость поглощения падает до нуля. Желтый — если скорость возросла, и «дети» проголодались. Я не был уверен, что их сейчас можно было назвать полноценными детьми, потому что шёл только второй месяц беременности, и у Кати даже живот ещё не округлился. Тем удивительнее, что уже сейчас плоды требуют подпитки энергией.

Был ещё и красный уровень, но, надеюсь, до него не дойдет.

***

Убедившись, что жене больше не угрожает опасность, я переключился на другие темы. Заскочил в офис и встретился с клиентами по поводу брони. Там требовалось моё присутствие и согласование деталей. Ничего, кроме раздражения, это не вызвало. Понятно, что я его не показывал и провёл встречу, как надо, но для себя отметил, что эта тема начинает меня тяготить.

Броня — это просто зарабатывание денег. Меня же интересовало и влекло совсем другое.

Чем я и хотел сегодня заняться, но Матвей меня остановил.

— Эдгард, есть минутка?

— Конечно.

Я думал, он предложит согласовать график встреч или ещё какой вопрос обсудить, но вышло иначе.

— В августе мы женимся.

— Да ладно, — удивился я. — Наконец-то! Давно пора!

— Согласен, — посмеялся он. — Ты одним из первых узнал. Мы пока не решили, как именно свадьбу проведём, позже детали сообщим.

— А с датой-то определились?

— Четырнадцатое августа.

— Тогда поздравляю! — я обнял Матвея. — А Нино где? Её тоже поздравить хочу.

— На переговорах. Вечером в офис, может, заглянет, если успеет.

— Тогда позже поздравляю.

Мы ещё минут двадцать посидели, пообщались. Не обошлось и без шуточек по поводу того, что Матвей наконец-то остепенится.

После этого я отправился по делам дальше. Заглянул на стройку и переговорил с представителем Кротовых, который всеми процессами и руководил. Обсудил с ним накопившиеся вопросы и наконец-то оказался свободен.

До вечера провозился, создавая комнату с дефицитом энергии. Решил, что никого постороннего для экспериментов привлекать не буду. У меня же есть гвардия. Так почему бы не протестировать на них? Эксперимент провёл уже затемно. На Калаче и провёл.

— Что от меня требуется? — с подозрением спросил он.

Я ему честно рассказал, что хочу его использовать в одном из экспериментов.

— Ничего особенного. Зайти в комнату, сесть на стул и подождать.

— Сколько?

— Минут десять-пятнадцать для начала хватит.

— А говорить можно?

— Конечно. Комната изолирована, но мы можем друг друга слышать.

Для чего использовался самый обычный динамик, без капли алхимии.

Как Калач прошёл в комнату и уселся, я активировал закладки. Сложнее всего было сделать так, чтобы снимать показатели и при этом не допустить энергию внутрь комнаты.

— Мне нужен кабинет, — заявил Калач. — Ещё я подготовил список тех, кого можно к нам пригласить. Всего двадцать человек.

— Все инвалиды?

— На этот раз нет. Точнее, не все из них. Только одиннадцать человек.

— А остальные?

— После того как Рысевы распались, часть их армии расползлась по стране. Кто-то погиб, кто-то спился, кто-то устроился охранником, а кто-то так и болтался не у дел.

— Если там толковые люди, почему их не разобрали?

— Потому что они не самые толковые, — прямо ответил Калач. — Обычные, рядовые гвардейцы, которых набрали незадолго до начала войны, кое-как обучили и бросили в бой. Сразу скажу, что это не идеальные кандидаты, но…

— Но других нет. Это я уже понял.

— Артефакты компенсируют недостаток подготовки и дают нам время исправить их необученность.

— Если считаешь, что они подойдут, то хорошо. Проверю их. А что там с кабинетом?

— Появляется всё больше документов, и их банально надо где-нибудь хранить. Здание гвардии есть в проекте города?

— Есть, — успокоил я его. — Там много чего есть. Подо всех хватит.

— Привлечь бы ещё кого-то, кто умеет города оборонять.

— Хм… А вот об этом я не подумал. Такие специалисты вообще есть?

— У князя должны быть.

— Узнаю. Всё, можешь выходить.

— Так быстро? Получилось хоть?

— Да. На сегодня можешь быть свободен. А завтра с остальными гвардейцами тест проведем.

Калач хотел спросить, в чём суть эксперимента, но ему хватило ума понять, что, пожелай я, уже бы рассказал. Так что он попрощался и ушёл.

Я же остался стоять в задумчивости. Надо будет всё перепроверить, в первую очередь, саму комнату, но пока предварительный вывод: фон энергии пусть и чуть-чуть, но за десять минут повысился. Получается, средней силы бес был сам по себе генератором энергии. Прямо как деревья у Стародубовых.

Чертовщина какая-то.

Глава 7. Те, кто вырабатывают энергию

За пару дней я прогнал через комнату пять десятков человек. Привлек ещё и охранников Гвоздёва.

Выводы обескураживали.

Половина испытуемых повышали энергию внутри комнаты. Значения были таковы, что, если людей собрать вместе и оставить в помещении на пару часов, то этого хватит, чтобы запитать самую простую печать. То есть выработка микроскопическая и если бы не опыт прошлой жизни, когда я каждую крупицу ценил, то и вовсе не заметил бы.

Выводами я ни с кем делиться не стал. Слишком уж информация интересная, её ещё следовало обдумать.

Когда алхимики говорят энергия мира — они подразумевают, что её вырабатывает сам мир. Есть же на планете воздух, вот и энергия есть. О том, что воздух появился не из ниоткуда, а в следствие определенных физических и химических процессов, я узнал уже в этом в мире, а в том, если и знали, давно забыли. Поэтому вопрос, в результате чего вырабатывается энергия мира, всегда оставался для меня открытым. Признаюсь, я этим и не интересовался.

Не нужно ведь изучать, откуда берется воздух, чтобы дышать. Ты просто дышишь, пользуешься этим и не паришься. Вот и мои задачи лежали до этого в той плоскости, где расширение теоретической базы не требовалось.

А сейчас, когда я столкнулся с чем-то новым и сделал важное наблюдение, это… как и сказал, обескуражило. Потому что если люди являются источником энергии, то становится понятно, почему её в моём мире дефицит был.

Люди-то закончились. Остались жалкие одиночки, которых на пополнение запасов не хватит.

В этом же мире людей куда больше. Миллионы и миллиарды. Пусть половина из них генерирует жалкие крупицы, но все вместе они могут создавать этот плотный фон, который мне так полюбился.

В институте я узнал, что, благодаря развитию общества, люди смогли значительно размножиться за последнюю пару веков. Пока не было предпосылок, что динамика пойдет на убыль. Особенно если на мир выпадет несколько десятков спокойных лет. С чем есть конкретные сложности, но и так население продолжит расти. А значит, и количество энергии в мире прибавится.

Нет, стоп. Что-то я спешу с выводами. Нельзя, проанализировав пятьдесят человек, масштабировать это на всё человечество. Нужно продолжить исследовать этот вопрос и разобраться, откуда ещё берется энергия. Если виноваты люди и увеличение плотности — а это вполне себе реальная вероятность, — то…

То я не просто могу воспитать учеников, а и обязан это сделать. По многим причинам. Как личным, потому что это возможности и будущее моей семьи, так и глобальным — в смысле ответственности. Потому что, предположительно, при повышении плотности энергии начнёт появляться всё больше людей, которые с ней смогут взаимодействовать. И здравствуйте, новые алхимики, ну, или маги, которые разнесут этот мир на клочки.

А не повторяется ли история двух миров? Жаль, что это никак не проверить. Знание прошлого могло подсказать мне верное направление, но оно было утеряно, поэтому я ничего не мог сказать по этому поводу.

Но что-то я разогнался. Не стоило забывать, что мои методы оценки могут быть ошибочны. Это ведь самые первые опыты. Кто знает, вдруг я не полностью изолировал комнату, и тогда дело не в бесах, что вырабатывают энергию. Сквозняком надуло. Проверить это легко. Я оставил на ночь комнату пустой. Когда вернулся, сделал замер. Ничего не надуло. Энергетический вакуум как был, так и остался.

Получается, дело всё же в бесах. Ну, или в людях как таковых. Обычные ведь охранники тоже что-то вырабатывали. И это что-то не сильно отличалось от того, что генерировали бесы посильнее. Теперь надо проверить, как долго они смогут вырабатывать. Вдруг этот процесс кратковременный, и они вовсе не вырабатывают, а выпускают то, что накопили в телах. Если так, то люди всего лишь сосуды. Ну, или губки, что впитывают, а потом выплескивают это.

Хм… Руки чесались засунуть кого-нибудь в комнату на пару суток и посмотреть, что будет. Но опасно. Для самих испытуемых. Вдруг существует ярко выраженная зависимость от насыщенной энергией среды. Это стоило бы исследовать, но не подвергая своих людей риску. Благо я знал, кого не жалко для таких целей.

***

Бежать куда-то с открытием я не стал. Да и что-то предпринимать пока тоже. Отметил задачу, занёс её в ежедневник и отложил в сторону, чтобы эмоции поулеглись, тогда можно будет чуть позже вернуться со свежей головой. Сам же занялся другим направлением.

Медициной.

Разговор с Хофманов-старшим, обсуждение возможного сотрудничества, беременность Кати, тот инцидент, когда ей стало плохо, а потом и новое открытие про энергию, давшее понять, что я по-прежнему многого не знаю, натолкнули на простую мысль, что медицина — это тоже область моего незнания.

Обдумав эту тему, пришёл к нескольким выводам. Первый — на медицину есть спрос. Не со стороны аристократов, а со стороны обычных людей, но и это выгодно. Возможно, даже очень. Так что глава семейства внутри меня, который очень уважал деньги и хотел их заработать побольше, довольно кивнул, мол, перспективное направление, можно заняться.

Вторая — в планах продолжать нанимать сотрудников. Не удивлюсь, если лет через десять на меня тысяча человек будет работать. Тысяча — это маленькая цифра по меркам крупных аристократов. На некоторых заводах больше трудится, чего уж.

С людьми был связан один момент. Мне как работодателю требовалось позаботиться о людях. Это не только зарплаты, но ещё и та самая медицина. О чем речь, если у меня гвардейцы появились благодаря их исцелению и восстановлению. А то, что их родные получили возможность бесплатно обследоваться и подлечиться, если нужно, добавляло верности. В общем, как ни крути, а полезная тема. Управленец внутри меня тоже одобрил, решив, что есть смысл вложиться в создание пары крупных больниц, которые смогут обеспечить любые нужды.

Третья причина — это изучение человека как такового. Я ведь не забыл про одну из своих целей. В теории, используя все возможности, можно прийти к бессмертию и научиться путешествовать между мирами. А это шанс увидеть столько всего, прожить столько жизней, что… Дух захватывает. Настолько, что пока об этом не хочется думать.

Предложи мне кто сейчас переместиться, и я откажусь. У меня тут жена беременная, куча дел. Но что будет через сто лет? Через двести? Я хочу увидеть внуков и правнуков. Да и следующие поколения тоже. Но рано или поздно это надоест или потеряет смысл. И вот тогда — почему бы, выйдя на пенсию, не отправиться путешествовать по мирам? Желательно не меняя тела, чтобы не пришлось начинать сначала. Для чего желательно его подготовить.

Была и четвертая тема. Медицина — это благое дело. Куда лучше, чем продажа брони. Улучшить чью-то жизнь — чем не повод вложиться в это?

Рассуждая над направлением, так и убедил себя, что да, надо заняться.

Связался с Сергеем Смирновым. Точнее, выдернул его к себе, открыв портал.

— Слушаю, — сказал он, усаживаясь в кресло.

Встретились мы с ним в городе, в офисе, где мне подготовили отдельный кабинет. Надо же было где-то обычные переговоры устраивать.

В последние годы Смирнов превратился из обычного юноши в молодого мужчину. С отпечатком бесконечного количества дел, которые ему приходилось решать. Уверенный, деловой, всегда в костюме.

— У меня для тебя будет ряд задач. Нужен список всех аристократов, что занимаются медициной.

— Больницы или лаборатории тоже?

— Мм… — про лаборатории я не подумал, хотя Гвоздёва начала какие-то исследования. — Лучше вообще всех, кто имеет к этому отношение. В первую очередь, самые крупные. Чем раньше по ним подготовишь, тем лучше. Дальше и по остальным есть смысл пройтись.

— Это не проблема узнать. Все медицинские учреждения зарегистрированы.

— Тем проще. Мне ещё нужны роддома.

— Что именно? Неужели? — глаза Сергея вспыхнули.

— У знакомой сын родился на днях, — ответил я, и глазом не моргнув. — Вот я и задумался. Хочу изучить, как у нас с этим дела. Ещё узнай, не продаёт ли кто крупные здания, которые можно переоборудовать под больницы.

— Насколько крупные?

— Ищи все варианты, а там разберемся. Не думаю, что на рынке сильно много предложений.

— Хорошо, пробью этот вопрос.

Разобравшись с этим, взялся за остальные задачи. Так и скакал остаток мая, занимаясь то одним, то другим. Не забыл и про продолжение исследований выработки энергии. Для чего встретился с Родионом.

Человек он деловой, поэтому пригласил меня к себе в кабинет.

— Ты просто в гости или по делу?

— А можно просто в гости?

— В нерабочее время почему бы и нет.

— А оно у тебя есть, это нерабочее время?

— Нет, — улыбнулся Родион.

Я поёжился в ответ на его улыбку. После того как Родион немножко умер, а Гвоздёва его восстановила, заодно и врожденный недуг убрав, к нему вернулась способность пользоваться мимикой. Что он скрывал от общественности. А от меня почему-то нет. Лично мне кажется, что он так прикалывается. Улыбка у него… Ну, как у человека, который никогда не улыбался, и не сказать, что имеет талант к этому. Кривоватая, жутковатая и какая-то неестественная. Бррр…

— О чём и речь, — хмыкнул я. — А дело у меня такое. Дай Урсу и Зубодёра.

— Зачем они тебе?

— Буду опыты над ними ставить.

— Знаешь, звучит это как-то… — покрутил он рукой.

— Зловеще?

— Да. Что за опыты?

— Потенциально опасные, но риск невелик. Они ещё нужны как пленники или уже отработанный материал?

— Отработанный, — медленно ответил Родион, изучая меня. — Так всё же, что ты хочешь проверить?

— Кое-какие теории. Не переживай. Я не буду их вскрывать или делать что-то подобное. Посидят в комнате, сниму с них мерки и отпущу.

Наверное.

— С этим могут быть трудности. Пленники находятся в хорошо охраняемых местах, и никто не знает, где они.

— Думаю, смогу обеспечить секретность. Да и сбежать они от меня не смогут.

— Ты уверен, что риск того стоит? — прямо спросил Родион.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но ради пустяка я бы тебя дёргать не стал.

— Когда ты хочешь получить пленников?

— Прямо сейчас могу забрать. Порталом. Всё для их содержания готово.

— Прямо сейчас не вариант, — Родион покачал головой. — Приходи через пару дней.

Через пару дней я получил обещанное. Урса на моё появление никак не отреагировала. Она и на человека особо не походила. Зубодёр вёл себя куда веселее.

— А это ты тот забавный мальчик в броне? — спросил он, увидев меня.

Пришёл я к нему, разумеется, в доспехах.

Вместо ответа я дал ему подзатыльник, схватил за шкирку и закинул в портал. Сразу в обустроенную комнату.

Ещё через два дня наблюдений я сидел у себя в мастерской и задумчиво смотрел на сделанные записи. Мне повезло с двумя испытуемыми. Они оба вырабатывали энергию. Приблизительно в пять-шесть раз больше, чем гвардейцы, которых я до этого изучал. В полной изоляции эта выработка продолжалась около трёх часов у Урсы и четырёх у Зубодёра. После чего скорость медленно падала и концу вторых суток спустилась к совсем уж минимальным значениям. Из любопытных наблюдений — после еды, где-то через пятнадцать минут, у обоих случился кратковременный приток энергии.

Но самое главное, что я узнал, — к концу второго дня оба стали выглядеть болезненно. По Усру это было плохо заметно, но она совсем в овощ превратилась. Зубодёр же, готовый всегда сказать что-нибудь колкое, скатился в апатию.

Был соблазн продержать их ещё неделю, но я не стал. Что хотел, узнал, а дальше их мучить… Это было нецелесообразно. Поэтому я вернул пленников Родиону. Он посмотрел на меня неодобрительно, увидев их вид, но ничего не сказал.

***

В первых числах на связь вышел Кассиан Клавдий. Договорились с ним встретиться десятого июня. Я специально выделил пару дней, чтобы подготовиться к встрече.

Следом за ним и с Хофманами связался. Встретились мы третьего числа, и я пришёл во всеоружии. В том смысле, что успел подготовиться. В связи с чем конец мая вышел насыщенным.

Смирнов поручения выполнил. Дал мне расклад по тому, кто у нас медициной занимается, и на каком уровне это всё находится. Если коротко, то уровень так себе, откровенно говоря, средний, староватый, давно не обновлявшийся. Совсем уж на месте эта отрасль не стояла, но у меня сложилось впечатление, что туда никто не хочет инвестировать серьезные деньги. Разве что государство в лице князя пытается что-то делать. Он, кстати, а точнее, государство, и было главным игроком в стране.

Тут стоит уточнить, что у клана Медведевых хватало своих, личных, проектов. А государственные структуры шли как бы отдельно. По факту, жесткого разделения не было. Потому что большую часть своих ресурсов Медведевы направляли на общие нужды.

Помимо них, медициной занималось… На самом деле много кто. Список вышел обширным, почти на сотню фамилий. А вот тех, кто занимался серьезно и содержал не одну городскую больницу в том же городе, в котором и базировался, было штук пять. Они содержали сети больниц. Как простых, так и элитных, для богатых.

Для меня всё это означало, что рынок свободен. А уж то, что спрос будет, сомнений не вызывает. Достаточно заглянуть в любую бесплатную больницу и увидеть, насколько там всё печально. Я не поленился, сходил. Напросился на экскурсии. Что с моей фамилией оказалось не так уж и сложно.

Что сказать. Впечатлился. В плохом смысле этого слова.

Обсудил вопрос с Ольгой Владимировной и Гвоздёвой. С первой забавный разговор вышел.

— Слушай, Соколов, — произнесла она с иронией. — Может, тебя каким-нибудь министром назначить?

— Зачем это вам, я могу понять. Но зачем это мне?

— С каких пор ты стал таким наглым? — возмутилась она.

— Какая наглость, Ольга Владимировна? Я ведь об общем деле думаю. Если министром стану, то буду тратить ваши деньги. А если как аристократ продолжу, то свои.

— Что мешает тебе совмещать? — пожала она плечами.

А я всерьез начал беспокоиться, не собираются ли меня ещё куда-то припрячь. Мол, если сам начал интересоваться целыми отраслями, то получи и распишись. Выдадим в полной мере и крутись, как хочешь.

— Даже не знаю. Время? Отсутствие желания? Бесконечное количество своих дел? — сделал я вид, что пытаюсь выбрать из перечисленного.

— Ладно-ладно, вернемся к этому вопросу лет через десять.

— Мне ещё и тридцати нет. Так что лет через двадцать в лучшем случае.

— Посмотрим.

Она либо прикалывается надо мной, либо всерьез припахать собралась. Не знаю, что хуже.

Помимо шуток, обсуждали и серьезные вещи. Что в целом я могу себе позволить. Как это всё официально оформить и организовать. Какие подводные камни могут быть. Как Медведевы смотрят на сближение с иностранными аристократами и готовы ли курировать стажировки для обмена опытом.

С Гвоздевой обсуждали другое. То, что она готова взвалить на себя, что точно не готова и что ей нужно, чтобы жить проще было. Если коротко, то всё упиралось в дефицит кадров. Если, к примеру, замахнуться на создание крупного медицинского центра, то там одной управляющей не хватит. Там их с десяток потребуется. Полноценная вертикаль власти с кучей дополнительных сотрудников, помимо самих врачей.

Пока разбирался с этим вопросом, пришёл к выводу, что найти врачей и персонал — это, скажем так, работа с конечным продуктом. А ведь есть ещё производство — обучение специалистов. Медицинские колледжи были. Медведевы даже медицинский институт пару лет назад открыли. На пару с Измайловыми. А ещё были всякие частные места и система наставничества, когда сотрудников обучали прямо на рабочем месте. Это касалось провинциальных городов в основном. Когда до института ехать далеко, и поэтому обходились тем, что есть.

Короче, тоже поле непаханное. И я невольно подумывал, не влезть ли мне туда. Но я как артефактор и алхимик ничего не могу предложить системе образования. Так что если и залезать, то как аристократу. Это я про обычных врачей говорю. С целителями интереснее. Им-то я как раз могу кое-что предложить, и мы обсудили с Гвоздевой тему открытия целительской академии. В которой некому преподавать, хах. Идею пришлось отложить.

Когда встретились с Рудольфом Хофманом, я знал, чего хочу от него. Договорились начать с малого. Он пошлёт пять целителей к нам на полгода. А там дальше посмотрим, что и как из этого выйдет.

Намётки у меня уже были, что я хочу получить. Но говорить об этом пока рано. Сейчас уже школьный сезон закончен, сделай я определитель целителей прямо сейчас, толку от этого особо не будет. Да и не готово ещё ничего. А вот когда подготовлю… Если целители и правда найдутся, мне будут нужды преподаватели. Почему бы их не одолжить у Хофманов? Или не у них, а через них найти. Приглашали же Медведевы к нам в институт иностранных преподавателей. Это вполне возможно, тем более сейчас, когда престиж страны поднялся. Главное, быть готовым заплатить побольше, а там, я уверен, получится договориться.

Так бывает, что мозг решает проблемы в фоновом режиме, пока занимаешься другими делами. В этот раз так и вышло. Пока общался с Хофманов, родилась идея, как решить проблему с определением целителей.

Я ведь уже открыл, что люди вырабатывают энергию. Не все, но некоторые из них. Если проверить действующих целителей на предмет того, что они вырабатывают, то… То в теории даже слабые, только начинающие целители-подростки тоже будут что-то подобное генерировать.

Идея требовала проверки, и я не удержался. Сначала выдернул Гвоздёву и загнал её в изолированную комнату. Ей это не понравилось, но куда деваться. Нельзя так просто отказать алхимику в режиме энтузиазма. Который на днях подписал счёт на оплату исследований почти на сто миллионов. Часть которых уйдет на аренду помещений, ремонт и закупку оборудования. Так что с Ольгой мы договорились. А потом, используя служебное положение, она отправила ко мне и остальных целителей, что у неё работали.

Результаты меня порадовали. Не особо удивили, но порадовали. Каждый из целителей генерировал одинаковый тип энергии, который я легко определял. Знакомая ведь тема.

В тот же день сделал простой артефакт, который будет реагировать, если соприкоснется с данным типом энергии.

Особняком стоял вопрос, как быть с другими видами одаренных. Вот я сам какую энергию вырабатываю? Попытки изучить себя ни к чему не привели. Потому что я — это я. И дело не в самомнении, а в том, что так далеко ушёл в своих практиках, что снимать с меня показали нет никакого смысла. Проще того же Бао изучить. А ещё лучше его учеников. Кстати, это хорошая идея. Но чуть позже этим займусь. Пока кое-что другое сделаю.

Вдохновленный, выдернул Смирнова. Его лицо при виде меня немного охладило пыл. Он не выражал открыто недовольства, но по нему так и читалось: что на этот раз?!

— Расслабься, — сказал я ему. — Можешь скинуть задачу на других. Привлеки Ангелину Петровну, пусть найдет подходящих людей.

Ангелина Петровна — это наш новый директор по найму. Именно она подыскивала сотрудников на все направления.

— Что нужно сделать? — взял Сергей себя в руки.

— Нужно в каждом районе города поставить по будке, где будут делать экспресс-анализ.

— Что за анализ?

— На определение способностей. Целительских в первую очередь. Бесов и ходоков тоже определять будут, но я тебе этого не говорил, а ты не слышал.

— Понял.

— Ещё нужно провести пиар-кампанию, чтобы люди туда пошли. Тесты бесплатными будут. А в случае, если что-то обнаружится, будет небольшое вознаграждение. Скажем, в районе тысячи рублей, с возможностью поступить учиться и получить профессию.

— Так, дай мне подумать минутку.

Чем мне нравился Смирнов, так тем, что он был знаком с простолюдинским бизнесом. Да и сам, будучи простолюдином, он смотрел на многие вещи иначе. Я вот не совсем понимал, какая будет реакция, пойдут ли ко мне люди, захотят ли пройти тест. Ему это представить и реализовать куда проще. Ну, мне так казалось. А на деле скоро узнаем.

— Задачу я понял, — сказал он спустя пару минут. — Но почему именно будки? Проще договориться с магазинами, где поток людей большой, чтобы они видели вывеску.

— Не должно быть утечек информации. Это одно из обязательных условий.

— Тогда либо ты ставишь на прилавок доверенных людей… Кстати, насколько сложные артефакты?

— Примитивные. Приложил руку, получил результат.

— Тогда нет смысла ставить кого-то квалифицированного, подойдёт любой человек.

— Не совсем любой. Тут всё же моё имя будет задействовано. Надо бы ещё всем униформу пошить… — задумался я. — Есть на примете те, кому скинуть заказ? Если нет, родне во Франции отдам.

— Да найду, почему нет-то.

Дело в том, что любой заказ — это возможность заработать. А заказ от аристократа — это ещё и репутационные очки. Поэтому Сергей может это использовать, чтобы укрепить отношения с кем-то из знакомых предпринимателей.

— Хорошо, тогда этим тоже займись. Как и поиском остальных подрядчиков. Тебе, походу, уже пора своих помощников нанимать.

— У меня уже есть парочка.

— Серьезно? — удивился я.

— А ты думал, — хмыкнул он. — У меня ведь и свои проекты имеются.

— Когда ты всё успеваешь? — покачал я головой.

— Сам не знаю.

Мы обсудили с ним детали, как это должно выглядеть и какие сроки стоит закладывать. Сговорились на том, что сначала в одном районе запустим и протестируем. Потом на всю Москву размножим. А дальше и до остальных городов доберемся.

Вопрос же с безопасностью будет решаться просто. Привлеку охранников Гвоздёва. Пусть в каждой точке караулят и проверяют.

Глава 8. Встреча

С Кассианом встретились в назначенный день, сразу у меня на землях.

— Эдгард, — протянул он руку, когда вышел из пространства.

Именно вышел. Я это отметил ещё в прошлый раз, а сейчас увидел вновь. Клавдий не открывал проход, не резко выскакивал, а плавно выходил из самого пространства. Действо занимало секунды две, но что-то мне подсказывало, что при желании он может и куда быстрее.

— Кассиан, — я пожал руку, и мы кивнули друг другу. — Надеюсь, ты понимаешь, куда прибыл, и тебя не смутит стройка.

На «ты» мы перешли ещё в прошлый раз. Несмотря на это, меня коробило так фривольно обращаться к, по сути, постороннему человеку. Но и на «» обратиться — значит обозначить шаг назад в наших отношениях.

Совсем уж наивным я не был. Предполагал, что Кассиан может быть связан с организацией. Не исключал также, что это кто-то из хранителей. Через Исиду они контакт наладить не смогли и решили зайти через нейтральное лицо, которое официально с организацией не якшается.

Одно дело предполагать, а другое — знать точно. Я не знал. Поэтому общался так, будто это и правда аристократ из древнего семейства, с которым можно иметь дело. Если же это обман, то хорошо. Меня и такой вариант устроит. Организация так сближается со мной, но и я могу выяснить что-то про них. Вопрос в том, кто кого переиграет.

— Действуешь с размахом? — улыбнулся он, оглядевшись.

Сейчас это место совсем не напоминало то, куда я прибыл в первый раз. Свалка исчезла, и пусть здесь и шла стройка, дышать было куда легче. Следствие моих игр с очищением воздуха.

Прямо сейчас возводилось сразу двенадцать зданий и прокладывались дороги между ними. В том числе подземные тоннели. Одновременно работало несколько сотен человек, и вскоре Кротовы собирались пригнать ещё. Возможно, не обошлось без Медведевых. Все работы я оплачивал сам, но деньги не всегда играют решающую роль. Моя броня тоже денег стоит. Но большинству надо дожидаться, чтобы получить возможность купить. Так же и здесь. Кротовы — одна из крупнейших строительных компаний в стране. Заказов и проектов у них хватает без меня. И то, что они почти сразу выделили людей… намекало на то, что князь как минимум дал добро, а как максимум прямо попросил содействовать во всём.

Ну да ладно. Здания строились, возвышались уже на три-четыре этажа, и была надежда, что через год это место начнёт функционировать в более-менее рабочем режиме.

— Будь моя воля, я бы ускорился ещё больше.

— В чём проблема? — с интересом спросил Кассий.

— В людях и времени. Как ни старайся, нельзя сделать всё за неделю.

— Раздражает, не так ли?

— Не то слово.

Мы оба хмыкнули, и я повёл гостя… Ну, по той части, где можно было пройти.

— А где раньше находилась свалка? — спросил Кассий.

— Прямо здесь. Мы по ней сейчас идём.

Он показательно принюхался и сделал озадаченное лицо.

— Я готов поверить, что мусор можно вывезти, переработать или даже заставить исчезнуть по щелчку пальцев. Но сделать так, чтобы и запаха не осталось… Да и каких-либо следов… Это удивительно.

— Если честно, то запах долго мучил.

— Долго — это сколько? — Кассий приподнял бровь.

Мы с ним как раз дошли до небольшой насыпи, откуда открывался вид на половину стройки. Здесь часто охрана стояла и наблюдала. К сожалению, из-за того, что постоянно всё менялось, рылось и переносилось, поставить нормальные будки не было возможности. Так что обходились так, без удобств.

— С месяц, — ответил я, наблюдая за мужчиной.

Одет он был в легкие штаны из льна и такую же рубашку. Довольно фривольно для деловой встречи. И самое то для прогулки в солнечный день. Рубашку он не заправлял. Рукава закатал. На кисти висели какие-то дорогие часы, без опознавательных признаков. Вот и всё, что можно было сказать об этом человеке.

— За месяц запах сам не уйдёт.

— Не уйдёт, — согласился я, — Здесь годами свалка отравляла почву. Пришлось над ней поработать, чтобы это исправить.

— А вода?

— И с водой тоже. Возить сюда воду — то ещё удовольствие. А на стройке её много требуется. Поэтому поднимаем из-под земли.

— И очищаете?

— Разумеется.

Разговор плавно переходил на то, ради чего мы и встретились. Я пригласил Кассиана спуститься и отправиться в сторону мастерской. Помня о том, что кто-то изучает мои печати, и том, что этот мужчина определяется как живая аномалия с неизвестными способностями, я специально выстроил маршрут и подготовил мастерскую таким образом, чтобы он не увидел ничего лишнего. А если увидел, то ничего не понял.

Пока шли, обсуждали всякое разное. И стройку, и экологию, и те решения, которые имеются.

Как пришли, показал то, что подготовил.

— Что это? — спросил Кассий, разглядывая шар.

— Универсальный очиститель. Я подготовил небольшую демонстрацию, чтобы было нагляднее.

Для демонстрации пришлось создать бадью, в которую залил воды. На столе ждал пакет с красителем.

— Это обычный краситель. Токсичный, если верить составу. Пить с ним воду строго не рекомендуется, — пояснил я.

После чего вскрыл пакет и под заинтригованным взглядом Кассия высыпал содержимое в воду.

— Разумеется, добавить можно что угодно. Любой металл, соединение, да все в принципе. А теперь главное.

Я взял лопатку, помешал воду, отчего она посинела, забрал у Кассиана сферу, крутанул её и разделил на две части. Внутрь насыпал крупицу красителя. Закрыл и кинул в воду.

А дальше началось то, что я уже с десяток раз наблюдал. Вода принялась светлеть, а вокруг шара собирались крупицы красителя.

— Замечу, что это всего лишь прототип. Я не беспокоился о дизайне и удобстве использования. Поэтому доставать несколько некомфортно.

Краситель отделился от воды, прилип к шару, и я вынул его вместе с синим слоем. При этом часть осталась на моей руке, но стоило положить шар на стол и чуть отвести ладонь, как частицы красителя стали отлипать и перелетать на артефакт.

— Очень… необычно, — выдал Кассий. — Это можно сделать с любым веществом?

— Да. А значит, можно очищать воду и воздух. На стройке неспроста так легко дышится. Вся пыль собирается с округи.

— Артефакт ведь не работает просто так? Он что-то тратит? Какая у него мощность?

— Мощность — настраиваемая. А что тратит — я это называю энергией мира. Хорошая новость в том, что её разлито вокруг много, а работа артефакта особых затрат не требует. Если, конечно, не надо увеличить мощность и скорость. Тогда там другие решения потребуются.

— Звучит заманчиво, но нужны цифры, чтобы сделать из этого конкретный проект. — сказал задумчиво Кассиан, — К примеру, вот этот артефакт как долго проработать может?

— В теории непрерывно, годами. На практике — могут быть и остановки, но он сам подзаряжается, поэтому постоит и снова заработает.

Я не стал уточнять, что, если закинуть артефакт в воду, то через несколько лет, в теории, он может заржаветь или как-то деформироваться. Я и эти моменты учитывал, но всегда могло что-то пойти не так, поэтому, возможно, будет нужно дополнительное, профилактическое обслуживание.

— Это устройство идёт в разрез с тем, как работают обычные механизмы. Удивительно, — казалось, Кассиан пришел в неподдельный восторг. — Эдгард, а сколько штук ты способен сделать, допустим, за месяц?

— А сколько надо? Проблема в том, что у меня и других дел хватает. Артефакты, какими бы полезными они ни были, штучная и ручная работа.

— Да, в этом большой минус. Учеников у тебя нет?

Я напрягся от этого вопроса. Самую малость, не ожидая, что меня так прямо спросят о столь интимной вещи.

— Откуда же им взяться, — пожал я плечами. — Да и появись они, надо их сначала научить. Это если повезет найти кого-то, подобного мне. С чем, как мне известно, есть трудности.

— После нашей с тобой встречи, — сказал Кассиан тем тоном, каким люди делятся откровениями, — я провёл небольшое исследование. Собрал статистику по одаренным. За последние лет сто их значительно прибавилось.

— Да? — заинтересовался я. — Любопытно, с чем это связано.

— Возможно, с тем, что людей становится больше, — Кассиан заглянул мне в глаза, и я понадеялся, что он хотя бы мысли не читает. На что при его-то силе не такая уж малая вероятность. — Один процент от миллиона не так заметен, как от миллиарда. Ещё, возможно, люди научились лучше определять тех, кто одарен.

— А статистика по всему миру или только по островам?

— По островам и некоторым европейским странам. Мои возможности простираются не настолько далеко, чтобы исследовать в этом вопросе весь мир, — Кассиан виновато развёл руками. — Так что кто знает. Может, ты первая ласточка из многих, кто скоро полетит?

— Не уверен, что миру этой пойдёт на пользу. — Я автоматически соскочил на любимую тему.

— А вот тут соглашусь! — рассмеялся мужчина. — Чего стоят только дела во Франции. Были все предпосылки к тому, что Дюваль знатно потеряют во влиянии, но нет, их враги обломались, когда попытались проникнуть на территорию.

— Следишь за конфликтом?

— Конечно, — ответил он, как само собой разумеющееся. — Это ведь конфликт такого уровня, что всю Европу может захлестнуть. Никто из крупных родов и кланов не оставил его без присмотра.

Я кивнул, и мы продолжили начатый разговор. Обсудили, как можем быть полезны друг другу. С меня артефакты, а с Кассиана обеспечение всего остального.

Он сходу предложил заняться очисткой воды в Лондоне, на главном острове. Нехилая такая заявка. Я этот момент с князем лично обсуждал. Не только с Ольгой Владимировной, но ещё и с ним. Любой серьезный проект в рамках страны — это укрепление ее имиджа. Вот сделала Гвоздёва открытие — и князь это может использовать. Не напрямую. Не будет он бегать и кричать об этом. Но слухи разойдутся, и на очередных переговорах это может благоприятно сказаться. Добавить пару грамм на чашу принятия решения. Возможно, Гвоздёва пока не самый яркий пример. Та же броня и блокираторы куда лучше поднимают престиж. А вместе с ним и опасений добавляют, потому что с вооруженным артефактами противником связываться себе дороже.

В общем, любые проекты работают на репутацию и имидж, что полезно и одобряемо. А вот проекты с другими государствами — это уже, помимо репутации, добавляет конкретные связи. Не варвары из отсталой страны, а надежный подрядчик.

Поэтому контакт с Кассианом, если исходить из того, что он не посланец организации, — большая удача. Тем более заняться таким проектом, как очистка воды для целого города, ещё и столицы.

— Когда ты сможешь приступить? — спросил он.

— А когда нужно? — улыбнулся я.

Этот вопрос стал одним из самых частых в наших разговорах. Я могу многое и быстро, но это если очень надо. А если не очень, то не могу. Типичная ситуация для любого занятого человека.

— Через пару месяцев нормально? — предложил Кассиан.

— Вполне.

— Тогда где-то через месяц я пришлю своего человека с документаций.

— Договорились.

— Выпустишь?

Находились мы в зоне действия блокиратора, поэтому перемещения были заблокированы. Насколько артефакт действительно способен удержать Кассиана — отдельный вопрос. С его силой может и осечка выйти. Пока я не выкручу блокиратор на максимум.

Когда он ушёл, я задумался о том, что мне нужна команда под этот проект. Хотя бы для того, чтобы переговоры вести. Не все же вопросы самому обсуждать. А ещё требуются юристы и те, кто оформит всю документацию. Надо бы вообще этот вопрос изучить, как вести дела двум аристократам из разных государств.

***

Через пару дней после встречи на связь вышел Август.

— Ты куда пропал? — он переместился прямо ко мне и спросил это лично.

— Никуда не пропал. А ты умудрился меня потерять?

— Нет, но… В общем, нужны ещё порталы.

— Сколько?

— Пять штук общего пользования. Продолжим связывать города. И один большой для немцев. Пока тестовый, чтобы убедиться, что это работает.

— А вопрос с трубой уже решили?

Князь собирался поставлять немцам газ. Чтобы не прокладывать трубопровод через половину Европы, они и хотели использовать мои порталы. С чем был связан ряд очевидных сложностей.

Что будет с трубой, если портал схлопнется? Ничего хорошего. Инженеры должны были как-то решить этот вопрос, и только после этого произойдёт запуск. Скорее всего, в следующем году. Потому что тема сложная, такого ещё никто не делал, и сейчас обе стороны готовились реализовать проект.

— Там работают со шлюзами на случай резкой обрубки трубы. Кстати, надо бы ещё проверить, что произойдет, если портал что-то перерубит.

— Неужели ходоки это до сих пор не выяснили за столько лет истории? — усмехнулся я.

— Какие ходоки? Порталы и эффекты ведь могут отличаться. А твои проходы так и вовсе особенные.

— Тогда передай, что я уже знаю. Предмет аккуратно разрежет на две половины.

— Без взрыва?

— Без.

Я, между прочим, отдельно этим вопросом озаботился, когда порталы совершенствовал.

— Это радует, — серьезно кивнул Август. — Когда начнём?

— Завтра, — пообещал я.

Пообещал и обещание сдержал. Пришлось форсировать работу аспирантов и доводить до ума систему оповещения. Ещё и охрану напрячь, чтобы она принимала сигналы и, если что, могла мне сообщить. На это и ушла вся остальная неделя. Я добавил порталов и пересобрал печати, усилив их и защитив. Сделал большой проход и тоже вокруг него систему подпитки создал.

Был шанс, что это привлечет тех, кто изучает мои печати. И, если так, надеюсь, я достаточно к этому подготовился.

***

— Звали, господин?

— Я не твой господин, и ты это знаешь, — ответил Основатель. — Сколько ещё повторять, Седьмая?

— Вашего имени я не знаю. Не говорить же каждый раз Основатель? — ответила женщина и подошла ближе.

Парой секунд ранее она переместилась в кабинет Основателя, где он обычно и проводил встречи.

— Хочешь вина? — предложил мужчина.

— Не откажусь. У тебя оно всегда самое лучшее.

— Расскажи пока, как продвигается проект с многоликими.

— Сразу к делу, да?

Седьмая, она же Агата из рода Даринг, успела постареть давным-давно. Но и будь она моложе, никто бы не назвал её красивой. Быть может, поэтому, чувствуя неудовлетворение в личной жизни и видя, что власть получить не получится, она и ушла в науку и в конечном итоге попала в организацию, где занялась тем, чем всегда интересовалась, обрела власть через изучение генов.

Основатель ничего не ответил. Молча достал из шкафчика вино и бокалы, разлил напиток и протянул Седьмой. Его глаза смотрели спокойно, выжидающе, ничего не требуя, но, сама не заметив, Агата почему-то повела плечами, сбрасывая оцепенение.

— Результаты можно увидеть по моему лицу.

— Ты всё же решилась провести эксперимент над собой, — в голосе Основателя можно было услышать небольшое осуждение.

Седьмой хотелось принять это за заботу. Но она была не настолько глупа, чтобы выдавать желаемое за действительное. Забота, но о ценном ресурсе.

Сейчас Агата выглядела совсем не так, как раньше. Она ждала общего собрания, чтобы встретиться с Исидой. Увидеть в её глаз шок. Седьмая рискнула, изменила свои гены и получила возможность принимать любой облик. Сейчас она не выглядела как старуха. Вовсе нет. Молодая, с гордой осанкой, чистой кожей — в новом облике она была не прочь оценить, какое впечатление производит на мужчин.

— Только когда сделала технологию стабильной.

— Хорошо.

Агата ждала, что Основатель выкажет куда больше заинтересованности, но ничего такого не увидела.

— У меня будет новое задание для тебя. — сказал он.

— Какое? — спросила Седьмая, чувствуя легкую досаду.

— Ты решила проблему с одаренными?

— Нет.

Последние года Агата билась над задачей, как сырую технологию многоликих сделать стабильной. Проблема делилась на две части: доноры и сам процесс. С последним она разобралась. А с первым было сложнее, потому что далеко не все люди подходили. Лучше всего справлялись бесы, начиная со среднего уровня силы. Благодаря регенерации, они могли быстро перестраивать облик. Также подходили те, кого можно было назвать одаренными. Люди без проявленных способностей, но с достаточным уровнем энергии, чтобы хватило на преобразование.

Учитывая, что работа многоликих была специфической, находить подходящие кандидатуры было трудно.

— Этим и займись.

— Чем именно? — не сразу поняла Седьмая.

— Разработай метод, как создавать одаренных.

Агата задумалась, насколько это возможно реализовать. В теории возможно было всё. Научились же они развивать бесов и создавать многоликих. Так почему бы не взяться за одаренных?

— Это из-за того мальчишки? Соколова?

— В том числе, — не стал отрицать Основатель. — Он показал перспективность этого направления.

— Я изучила его кровь. Ничего особенно. Его способности скорее результат обучения, чем внутренних резервов.

Основатель промолчал и на этот раз. Если у него и было мнение по этому поводу, то он решил оставить его при себе.

— Подумаю, что можно сделать, — ответила Седьмая. — Мне потребуются образцы для изучения. Как можно больше.

— Будут.

— Я могу идти?

— Да.

Агата хотела качнуть головой и гордо удалиться, но почувствовала, что запас сил подходит к концу и скоро её облик вернётся к прежнему виду. Пора было уходить. Что она и сделала, переместившись.

Стоило Седьмой уйти, как Основатель тоже исчез. Оказался он на природе, в лесу, возле большой норы.

Между деревьев, неприметная, лежала большая псина. Настолько большая, что, даже лежа, она едва уступала в росте мужчине. Они смотрели друг другу в глаза, пока из норы, в глубине которой скрывалось почти современное жилье, не вышел хозяин этих земель.

— Он не любит, когда ему смотрят в глаза, — сказал Девятый.

— Я знаю, — ответил Основатель. — Мы так выясняем, кто сильнее.

— И кто победил?

— Как видишь, меня ещё не растерзали.

— Хотел бы я на это посмотреть.

Основатель отвёл взгляд от изменённого зверя и посмотрел на Девятого. В этот раз тот был одет в самый обычный спортивный костюм, который можно купить в магазине.

— Так, значит, ты всё же бываешь в городе.

— Иногда.

— Мог бы и заглянуть.

— Мне не нравится твоя башня.

— Или я сам?

— Ты мне тоже не нравишься. Я не люблю людей.

— Тем не менее ты должен для меня кое-что сделать. — Основатель заглянул в глаза Девятому.

Пёс рядом зарычал, но тихо, давая понять, что всерьез в драку встревать не хочет.

— Иначе что?

— Сам знаешь.

Девятый знал.

— Слушаю.

— Отправишься к азиатам. Уничтожишь один из их кланов. Но перед этим наведаешься в пару секретных деревень и соберешь одаренных. Оставь парочку, пусть живут и рассказывают о твоей жестокости. Пойманных доставишь Седьмой.

— Эта сука совсем голову потеряла, — недовольно сказал Девятый.

— Тебя это не должно волновать.

— Когда нужно сделать?

— Можешь отправиться прямо сейчас. Здесь вся необходимая информация, — Основатель достал из кармана сложенный лист, где были записаны координаты и подробности дела.

Девятый взял листок и кивнул.

Глава 9. Нападение

Я находился дома, с женой, мы ужинали и общались, когда завибрировал телефон. Подняв трубку, я увидел, что звонит Калач. Переглянувшись с Катей, ответил на звонок.

— Эдгард, — сходу начал вояка. — Бао заявился. Говорит, у него серьезные проблемы.

— На нас напали! — донёсся голос вышеупомянутого.

На английском. А вот Калач говорил на русском.

— Вы на базе? — уточнил я.

— Да. Этого европейского китайца забросил ходок и свалил. Сам Бао в крови.

— Сейчас буду. Пока охраняй его и на всякий случай объяви тревогу.

— Сделаю.

Я отложил телефон и поднялся из-за стола.

— Проблемы? — встревожилась Катя.

— Пока не знаю. Пойду проверю.

— Будь аккуратнее. Подбросить тебя?

— Сам справлюсь. Это ты береги себя. Если что, никаких драк, сразу уходи.

— Думаешь, на дом снова могут напасть?

— Я ничему не удивлюсь.

Закончив разговор, метнулся наверх, где залез в броню. Затем переместился на базу. Бао увидел сразу. Рядом стоял Калач в броне и ещё двое гвардейцев. Остальные сейчас должны тоже экипироваться по протоколу безопасности. Те, что ещё не в броне.

— Эдгард? — вопросительно-взволнованно спросил Бао.

Я активировал режим прозрачности на шлеме и дал ему себя разглядеть.

— Что случилось?

— Звери! — выпалил он. — На нас напали звери!

— На нас — это на кого? — спросил я, про себя отметив, что там, где звери, там и организация.

— На наши скрытые деревни! С учениками!

Бао схватился за голову, оперся спиной о стену и сполз вниз. Выглядел он разбитым и ошарашенным.

— На нас чудовища напали, ночью, когда все спали. Я услышал крики, вышел на улицу, а потом… Не знаю, что произошло, но меня швырнуло в сторону, я слетел с горы и упал на камни. Как выжил, сам не знаю. После этого меня выдернул наш ходок. Сказал, что деревня разрушена и учеников убивают…

— Погоди, — остановил я поток слов. — Это происходит прямо сейчас? Где тот ходок?

— Он ушёл. Сказал, что мы доигрались и на нас объявили охоту, надо бежать. Я уговорил его закинуть меня сюда. Подумал, вдруг ты поможешь…

С каждым произнесённым словом до Бао доходило, что помогать уже может быть некому.

— Калач, — повернулся я к мужчине. — Ты со мной, прикроешь. Остальные останутся здесь. Пару человек отправь ко мне домой. Но внутрь никому не входить, пусть снаружи караулят.

Гвардеец кивнул, развернулся и отошёл отдать приказы. Катя — умничка, дома сидеть не будет. Отправит сообщение дяде или Родиону. Люди князя уже должны брать ситуацию под контроль, а значит, в этом вопросе можно чуть расслабиться.

— Веди меня туда, куда вы переместились, — сказал я Бао. — Живо. Прыгали напрямую или через несколько точек?

— Через несколько, — Бао смог взять себя в руки и поднялся. — Я покажу.

Спустя минуту я знал координаты следующей точки. К этому времени меня и Калач догнал. Вооружился он основательно. Помимо брони и артефактов, ещё и винтовку взял.

Втроем прыгнули в первую точку. Потом во вторую, третью и четвертую. На пятой наконец-то дорога закончилась. Когда-то на один прыжок у меня уходило десять процентов запасов брони. Сейчас около пяти тратилось. Так что резерв просел всего-то на четверть, что не так страшно, потому что я сам по себе та ещё батарейка. Внутренний запас пусть и медленно, но рос и достиг того предела, когда в принципе сложно столкнуться с дефицитом.

Вышли в горах, и встретила нас тишина, если не считать обычных звуков, что присущи природе в ночное время. Где-то рядом гудели сверчки, жужжали москиты. Броня никак не заглушала звуки, а при желании, наоборот, могла их усилить.

— Мы на месте, — сказал Бао.

Самой деревни я не увидел. Как и ничего подозрительного. Обычный небольшой каменный выступ с наросшей поверх травой. Втроем мы здесь едва умещались. С одной стороны скала уходила наверх, а с другой — вниз. Я разглядел ещё десятки таких выступов, что убегали вдаль, теряясь в темноте. Разглядел благодаря зрению и особым фильтрам на шлеме. Здесь не было никаких огней и источников освещения.

— Деревня там, — шепнул Бао, указывая наверх.

Вдоль скалы торчали кусты, проросшие через камень. Им досталось, видны были проплешины в листве и то, что несколько кустов выдрали. Видимо, за счёт них Бао и тормозил. Нашлись и следы крови. Она тоже подсвечивалась для меня. Как-никак, кровь могла о многом рассказать.

Никаких звуков сверху не доносилось. Я был прав в своих предположениях. Если в деревне случилась бойня, она уже закончилась, а значит, несколько секунд ничего не изменят.

Я наклонился, подобрал горсть земли, пропитанной кровью. Спрятал это в контейнер. Делал это, отвернувшись от Бао, достаточно быстро, чтобы он не заметил и не догадался, что происходит. Создал печати, снял мерки и подтвердил, что кровь на одежде Бао, на земле и на кустах одна и та же.

Когда дело касается организации, я предпочту проявить осторожность и проверить всё, что возможно. Мало ли где и какие зацепки получится найти.

— Не сопротивляйся, — сказал я Бао, взял его под мышки и прыгнул наверх.

Пролетели метров шесть. На такую высоту просто так не забраться. Но в броне… Много становилось возможным. Калач запрыгнул за мной следом. Не так изящно, покачнулся и чуть не съехал на выступе, но, отпустив Бао, я притянул его к себе. Это функция, про которую я никогда не рассказывал. Броню можно было притягивать, используя алхимию подобия. Что открывало большой простор. Как для помощи, так и для наказания… Ну, если кто-то не особо умный додумается выступить в броне против меня.

Сканирование показало, что людей вокруг нет. Живых нет. А вот трупов хватало.

Но был кое-кто ещё. Одна знакомая кошка. Точнее, не она сама, а кто-то похожий на неё. Зверь прятался среди хижин и явно нас засек. По показателям это существо походило на то, с которым я столкнулся, когда с Зубодёром разбирался. Насколько помню, этот зверь умеет перемещаться, обладает неплохой природной броней и отличной регенерацией.

— Никого нет. Один зверь впереди, — предупредил я.

Бао отчётливо вздрогнул и собрался броситься вперед, но я его придержал.

Двинувшись в глубь деревни, вскоре увидел оставленного зверя. Никто ценными ресурсами не разбрасывается. Только если считает, что это стоит того. В данном случае причин, кроме как заявить о себе и встретить тех, кто придёт по следу, я не видел.

Было бы большим самомнением считать, что ждут именно меня. Но реальность преподнесла сюрприз. Зверь спокойно лежал на земле рядом с деревянной хижиной и жевал чей-то труп. Нас он заметил, но ничего делать не стал.

— Соколов, — раздался чужой голос. — Не ожидал, что ты так быстро появишься.

Голос доносился прямо от зверя. Но я готов поверить во что угодно, кроме того, что они разговаривают. На хищнике был ошейник, на который динамик и крепился.

— С кем говорю? — спросил я, дав знак Калачу, чтобы отвёл Бао в сторону.

— Меня называют Девятым, но мне больше нравится мастер зверей.

— Сам не хочешь показаться?

Говорил он на чистом английском. Динамик передавал с небольшими помехами, делая голос механическим и грубым. Интонации и тона терялись, но у меня сложилось впечатление, что Девятый и сам в каком-то роде зверь.

— Мы ведь оба знаем, что это опрометчиво.

— А ещё смело. Или это не твоё сильное качество?

— Быть хищником не означает быть глупым. Я трезво оцениваю свои силы.

На этот раз отчётливо прозвучало недовольство. Но и ещё кое-что. Неужели уважение? Этот противник знал мою силу, признавал её и учитывал.

— Не пытайся меня найти, — сказал он. — Я знаю, твои способности ограничены расстоянием, и позаботился об этом.

Что правда, то правда. Максимум, на который я мог запустить сканирование, — это около сотни метров. Если подготовлюсь, создам печать из металла, добавлю усилители — расширю диапазон. Только вот что помешает Девятому, заметив подготовку, прыгнуть ещё дальше? Ничего.

— Тогда зачем этот разговор? — спросил я, продолжая оглядываться.

Найти Девятого не получилось, но зато я разглядел в деталях кое-что другое. В деревне хватало трупов. Половина жилых зданий была разнесена в щепки. Под обломками валялись тела. А уж крови сколько было пролито… Кто-то здесь устроил кровавую баню. Сомневаюсь, что Девятый действовал собственноручно.

— Что ты наделал, тварь?! — проорал Бао, вмешавшись в диалог.

На это зверь поднял голову и тихо зарычал.

— Значит, кто-то остался, — с насмешкой ответил Девятый. — Тем лучше. Будет кому рассказать о том, что здесь случилось.

Когда на поле боя враги хотят поговорить, они либо идиоты, либо их терзают сильные эмоции, либо они что-то задумали. Как бы там ни было, я использовал эту возможность, чтобы подготовиться.

В броне содержался запас металла, который можно незаметно выпустить. Что я и сделал, направив его в почву под собой.

— Ты не ответил. К чему болтовня? — спросил я, чтобы потянуть время.

Пары секунд хватило, чтобы сформировать печать из металла под собой. Одна часть её была направлена на поиск, а вторая — на использование разлитой крови вокруг для усиления. Может, это и некрасиво по отношению к погибшим, но, надеюсь, они не будут против, если кровь поспособствует мести их убийце.

— Моё послание просто. Я убью тебя.

Девятый говорил медленно, что играло мне на руку.

— Громкие слова. А как же перемирие, которое со мной заключила организация? — спросил я с насмешкой.

Активировав печати, я запустил большую волну сканирования. Есть попадание. Кто-то сильный и плохо определяющийся находился приблизительно в трехстах метрах отсюда, на одной из скал.

Сама по себе эта информация мне давала не так много. Будь я классическим ходоком, прыгнул бы прямо туда. А так… Я даже портал туда открыть не могу. На таком расстоянии сканирование лишь показало приблизительное место, где находится Девятый, но не точные координаты.

Но ничего, у меня есть и под это решение. Нужно лишь отвлечь Девятого, создать завесу, чтобы он не успел среагировать.

— Мне плевать на договор, — ответил Девятый.

— Так выйди сюда. Сразимся один на один. Или долго ты собираешься бегать от меня?

Я ждал ответа, но его не последовало.

Зверь мотнул головой и отбросил в сторону остатки тела. Невозможно было определить, кто это был, мужчина или женщина.

Поднявшись, зверь навис над нами и зарычал.

— В сторону, — скомандовал я.

Можно было ожидать, что атака последует сразу с нескольких сторон, но сканирование показывало, что мы здесь по-прежнему одни. Также я заблокировал возможность перемещаться, выкрутив её на максимум, а значит, ни сам зверь, ни кто-то другой прыгнуть не сможет.

Но не это главное. Когда чудовище хотело броситься на нас, я развёл ладони в стороны, резко их опустил и ударил по земле. Не то чтобы мне это было нужно. Но так враг, который за мной наблюдает, будет думать, что махание руками — обязательное условие.

Цели у атаки было две. Здесь скалы, почва под ногами состоит из земли и камней. Последние я превратился в шипы-путы. Опыт боев со зверьми показал, что одних шипов недостаточно, надо блокировать их надежнее. Камень выстрелил вместе с землей, последняя превратилась в мелкую пыль — и нас накрыло облаком, скрывая из виду.

В тот же момент я выставил руку в сторону Девятого. Перчатка вытянулась, превратилась в дуло, туда переместился специальный патрон. Энергия резко просела, и снаряд вылетел с умопомрачительной скоростью.

Восприятие высших бесов настолько мощное, что они способны рассмотреть, как летят пули. Если же речь про элиту, так те и вовсе рассмотрят во всех подробностях, ещё и на лету пулю схватить могут. Конечно, многое зависит от ситуации. Какое оружие, какая скорость снаряда, куда смотрит бес, в каком он состоянии, насколько у него персонально развито восприятие и скорость реакции.

Было бы опрометчиво недооценивать Девятого. Он определялся как аномалия. Чего и следовало ожидать.

В тот момент я действовал максимально быстро, насколько мог.

Первый удар пришёлся по зверю, но не убил его. Такую махину ещё попробуй обычным камнем завалить. Поэтому я потратил ещё пару мгновений на то, чтобы создать печать разрушения и…

И весь удар пришёлся по пустому месту.

Сила сорвалась с моей ладони, разогнала пыльную дымку, врезалась в каменные шипы, что торчали из земли, и унеслась дальше, уничтожив несколько деревьев и хижину. Зверь же… Я не имел возможности сканировать пространство непрерывно. Закрыв обзор для Девятого, я и сам остался без зрения, понадеявшись, что за краткий миг ничего существенного не произойдёт.

Оно и не произошло. Печать сканирования была встроена в броню. Мне не требовалось ничего создавать, чтобы узнать, кто и где находится. Хватало легкого волевого усилия. Зверь сместился в сторону, метров на десять вправо, и припал к земле, собираясь прыгнуть. Для такой махины действовал он на удивление бесшумно.

Калач в этот момент активировал портал эвакуации и закинул внутрь Бао. Правильно сделал. Бао — наиболее уязвимая единица сейчас.

Когда выбирал броню, исходил из того, против кого буду драться. На каждого вероятного противника у меня был заготовлен отдельный вид доспехов. Имелся и такой, что заточен специально под Девятого и больших зверей. Но сегодня я не в нём. Бао сообщил о нападении чудовищ, после того как я выбрал комплект. Это не так критично. Предпочел-то я универсальное решение, ориентированное на защиту и преследование. В комплекте также шёл меч для рубки и особый набор снарядов, если придётся работать по дальним дистанциям.

Когда зверь прыгнул, я выхватил меч и рубанул. На лезвие были нанесены печати разрушения. Урок, который я вынес из встречи с Шестым.

Проблема в том, что материя не особо-то хотела разрушаться. Особенно это касалось живых существ, которые имели природную сопротивляемость любым воздействиям. И чем выше сопротивляемость, тем сильнее требовалось усилие. Поэтому бил я не тупым воздействием. Целью было внести сумятицу в регенерацию.

В момент столкновения произошло что-то странное. Порыв ветра сдул пылевое облако, я увидел оскаленную морду. Зверь широко раскрыл пасть, чтобы вцепиться в меня. Лезвие коснулось его морды и… свободно прошло мимо. Сам же зверь словно дымкой растёкся.

Да ладно… Я-то думал, что превращение в призрака — уникальная способность Шестого. Не ожидал увидеть это и на звере. Тогда…

Зверь был быстрым, но не быстрее меня. Он врезался в меня черной дымкой, обтёк по броне и сместился за спину. Тем самым показав, как именно избежал удара шипами. Развернувшись, я взмахнул мечом и активировал часть закладок. На этот раз сработало куда лучше. Черная дымка брызнула в стороны. Половина туши материализовалась и… лучше бы этого не происходило. Обрубок плоти пытался регенерировать, но не смог и завалился на бок, сверкая разорванными органами, от которых исходили темные сгустки. Они, как дым, вились и струились, не в силах оторваться от тела.

— Сдохни, — выдохнул я, нанося ещё один удар, на этот раз в главный энергетический центр.

Не было уверенности, что этого хватит. Враги умеют удивлять и готовить новые сюрпризы. Но и дальше тратить время на эту битву я не мог себе позволить, помня, кто главная цель.

Поэтому открыл портал и запрыгнул в него.

Тот снаряд, который я послал в сторону Девятого, делал несколько вещей. Блокировал, притягивался к цели и работал маяком.

Это в идеале. Если бы он приблизился метров на тридцать к Десятому, тому было бы уже не уйти. Но… Когда я выскочил на той горе, никого не обнаружил. Снаряд врезался в камень и образовал небольшой кратер. Застрявший в булыжнике, он дожидался меня, а не усложнял жизнь Девятому.

Ясно. Мастер зверей успел переместиться.

Место перехода нашёл моментально. Свежий, отличный след. У меня ушло секунд пять на то, чтобы открыть проход. Но сразу переходить не стал. На той стороне находилось что-то странное.

Я увидел жилой, пылающий квартал. Чей-то особняк, наполовину разрушенный, горел. Справа от него виднелась часть ещё одного здания, тоже разрушенного. Судя по архитектуре, я всё ещё где-то в Азии, но где?

Делать было нечего. Я перешёл на ту сторону и огляделся. Вокруг хватало и живых, и мертвых. Бегали люди, пытались спасти тех, кого ещё можно было. Меня заметили, послышались крики — и откуда ни возьмись выбежал вооруженный отряд. Они сходу открыли по мне огонь, стреляя из самых обычных автоматов.

Если это ловушка, то какая-то странная. Не обращая внимания на отряд, я запустил сканирование и нашёл следующую точку перехода, метрах в сорока от меня. Пришлось бежать к ней. В меня полетели гранаты, но какой от них толк? Всё блокировали артефакты.

Открыв проход, я увидел темноту. После яркого пламени глазам потребовалось время, чтобы адаптироваться. Темнотой оказалась море. Внизу колыхались волны и не было видно суши.

Вот же зараза.

Вода — самая неудобная среда. Нельзя открыть портал прямо в неё. Бултыхаясь на волнах, тоже не от чего оттолкнуться.

Умно. Почти.

Я такой исход предусматривал. Сам переходить не стал, а вот небольшой артефакт закинул. Он повис в воздухе и отлетел от меня метров на пять, запустив сканирование. За точку опоры он использовал броню. Портал почти никак не мешал этому. Вносил небольшие помехи, но и это я учитывал.

Чьи-то солдаты, а они все были одеты в униформу, продолжали меня обстреливать, уж не знаю, чем я им так не понравился. Через несколько секунд новые координаты были получены. Кажется, Девятый переместился до того, как упал в воду.

Только вот… Следующий проход снова открылся над морем. Я прошёл по цепочке ещё семь раз — и ничего. Тот же результат. Каждый раз портал открывался над водой.

Умная сволочь. Не поленился следы запутать.

Я тоже не поленился проверить, что будет ждать в конце. На десятой точке след потерялся. Враг просто решил поиздеваться надо мной.

— Задолбали, — бросил я раздраженно продолжающим постреливать солдатам и вернулся в деревню.

Там меня ждал ещё один сюрприз. Калач сидел на крыльце разнесенной хижины, подперев голову кулаком. Выглядел он… Ну, броня была цела. Но вот слой из слюней, каких-то жидкостей, ошметков и грязи покрывал ее основательно.

— Ты цел? — спросил я.

— Это был самый странный бой в моей жизни, — ответил мужчина. — Сам как?

— Не догнал. Против кого ты дрался?

— Против зверя. Только он не превращался в призрака.

— И где этот зверь?

— Свалился с горы. Что там дальше с ним, я не знаю.

— Пойдём проверим.

Проверили. Туша нашлась внизу, разбитая в лепешку и не подающая никаких признаков жизни. Тело я забрал. Изучу на досуге.

— Эдгард, — спросил Калач. — А это нормально, что звери превращаются в призраков?

— Второй раз такое встречаю. Первый раз мне показал высший бес.

— Дерьмо.

— Не то слово. Но не переживай. У меня уже есть решение и на такой случай.

— Да я понял. Было бы неплохо услышать подробности.

— Они будут.

После этого мы вернулись.

Глава 10. Ученик или…?

По возвращении первый разговор состоялся вовсе не с Бао, как я планировал, а с Родионом.

— Калач, — бросил я через плечо, скидывая тушу зверя, которую связывал металл. — Проверь пока ребят и узнай обстановку. Не возникло ли где ещё проблем. И не забудь броню на зарядку поставить. Если меньше половины осталось, смени комплект. Бао под стражу возьми. Мягко с ним, но осторожно.

Бао убрали из деревни ещё в начале боя, чтобы не прибило. Сейчас его и так гвардейцы в соседней комнате охраняют.

Не знаю, какое у него там выражение лица под шлемом было, но Калач молча отправился исполнять приказы.

Когда переместились, я рефлекторно запустил сканирование, так и узнал, кто и где находится. Бао с гвардейцами справа, а Родион, которого я не ждал так быстро, у меня в кабинете, впереди. Мы же перешли в общее помещение, большое и просторное, где можно было оставить ту тушу, что добыл Калач.

Родион стоял вполоборота ко мне, сложив руки за спиной.

— Если ты здесь, — сказал я, заодно снимая шлем. — Значит, ничего не случилось.

— Если не считать того, что твоя супруга всех подняла на уши.

Родион осмотрел меня, не заметил явных следов битвы и чуть расслабился. Я кратко пересказал ему события ночи.

— Девятый? — переспросил Родион, когда услышал, кто виновен в нападении.

— Да.

— Тогда это веская причина прервать ужин. Что было дальше?

Не совсем понятно, про чей ужин он говорит, но скорее про свой. Я продолжил рассказ. Про разговор с Девятым, пылающий квартал и про то, что не смог выследить виновника.

— Он не оставил следов, не подходил близко и действовал осторожно. Непонятно, зачем вообще это затеял.

— Вероятнее всего, изучал тебя.

Глупо как-то. Я ведь тоже его изучаю. И, смею надеяться, мои способности к поиску новых решений куда выше, чем у Девятого. То, что организация раньше доминировала, обусловлено лишь временем. У них банально было его больше, чтобы накопить силы и возможности. Но это я так думаю. А Девятый может иметь совсем другое мнение и не знать про мою высокую адаптивность к любым вызовам.

— Ты ведь сохранил координаты скрытой деревни?

— Обижаешь.

Я передал Родиону артефакт, позволяющий переместиться туда. Сам он ходоком не был, поэтому открыл проход с помощью другого артефакта, перешёл на ту сторону и вернулся спустя пару минут.

— Надо выяснить у Бао, что ему известно, — сказал Родион. — Непонятно мне его появление. Займешься?

— Да. Здесь дождёшься? Или мне потом к тебе заглянуть?

— Загляни. По всей видимости, тот квартал принадлежал китайскому клану. Скорее всего, тому, с которым мы начали сотрудничать.

— Одним ударом несколько зайцев убили, — ответил я, имея в виду то, что организация этим нападением сразу несколько направлений загубила.

Что это организация так оживилась? Этот ход воспринимать как открытую агрессию против меня или ещё нет? Пока Девятый выглядит как отступник, который идёт против общей линии. Если так, скоро стоит ждать Исиду с извинениями, а значит, представится возможность её поймать.

***

По пути к Бао я сменил батареи на броне, заглянул к Кате, узнал, как у неё дела, и уверил, что со мной всё в порядке. Ещё Калача нашёл и у него тоже узнал, что никто на нас больше не нападал.

В этот момент, как никогда, чувствовалась нехватка людей. Мне бы человек пятьдесят гвардейцев, и можно было бы прикрыть сразу все важные точки. Сергию Гвоздёву я набрал. Предупредил его об опасности, чтобы осторожнее был и, если что, к нам с семьей перемещался.

Закончив дела и убедившись, что поводов куда-то бежать нет, дошёл и до Бао. Он сидел и смотрел в пустоту. Его лицо застыло, выражая слишком многое.

— Ты цел? — спросил я, чтобы привлечь его внимание. — Принесите воды.

Последнее предназначалось гвардейцам. Они оба вышли и вскоре принесли то, что я просил. Бао воду проигнорировал.

— Мой клан два столетия работал над тем, чтобы обрести независимость и получить право выбирать свою судьбу, — сказал он в пустоту. — А теперь это всё перечеркнуто.

— Если ты жив, то нет.

Лицо Бао исказила кривая, мертвая усмешка.

— Да неужели, — ответил он с вызовом. — Полная секретность. Никто не знал, где находятся деревни. Мы берегли эту тайну сильнее, чем любую другую. И что? В одну ночь убили всех.

— А что насчёт других деревень? Где-то же могли остаться ученики?

— Могли. Но я не верю в то, что организация обошлась полумерами.

— Надо проверить.

— Теперь это сложно сделать. Я не ходок и не могу их найти. Надо связаться с кланом, запросить помощи.

— Тот ходок, что доставил тебя сюда…

— Сбежал, — перебил меня Бао. — На него не стоит рассчитывать. Уж точно не сейчас. Я его еле уговорил забросить меня к тебе.

Родион мог бы и не упоминать, что странностей в этой истории хватает. Я и сам видел все несуразности. Потому Бао не вызывал жалости. Вот ни капли. Пока что он был проблемой, с которой неизвестно, что делать.

Да и, если уж на то пошло. Почему он отправился именно ко мне? Потому что я уже враждовал с организацией? Разве это достаточный повод, чтобы заявиться ночью? Во время беды и не на такое пойдешь, но… Представив себя на его месте, я не мог сказать, что поступил бы так же.

Бао замолчал, опустил взгляд, уставился куда-то в пол. Сам он решения проблемы предлагать не собирается? Выгнать его, что ли, в ночь, навесить маячок и посмотреть, что будет?

— Случилась большая трагедия, но, если сидеть и ныть, разве станет легче? — попробовал я спровоцировать его.

— Это не просто трагедия. Там были мои братья и сестры, — зло ответил Бао. — Но ты прав.

Он стукнул себя кулаками по коленям и вскочил.

— Я должен что-то сделать, — заявил он.

— Что? — спросил я, не желая сам предлагать решения.

— Нужно проверить, остался ли кто-то в живых. Но как это сделать? На меня могли повесить метку специально для этого, чтобы привёл в тайные места встреч.

— Если организация нашла одну вашу деревню, то сделала это не вчера и даже не неделю назад.

Что само по себе заставляет задуматься. Как давно они знали о клане одаренных? Почему позволяли существовать, если он им мешал, а если не мешал, то почему уничтожили именно сейчас?

— Тогда… — весь запал Бао исчез, как ветром сдуло. — Тогда я в тупике.

— Ты знаешь, где другие деревни?

— Нет. Насколько мне известно, всего было две деревни. В каждой есть главный мастер, который за неё отвечает. Мы встречались для обмена опытом, но на нейтральной территории. А сами деревни скрывались.

— Что тогда остаётся проверить?

— Для начала выйти на связь с кланом и запросить у них помощи. Но стоит мне объявиться, и это может поставить их под угрозу.

— Не поставит. Девятый отчетливо дал понять, что оставил тебя в живых, чтобы ты послужил примером и разболтал о случившемся. Видимо, для устрашения.

У этой акции мог быть и ещё один смысл. После ряда провалов демонстративно уничтожить противника, который тщательно от них скрывался. Восстановить репутацию, так сказать.

— А ты готов ему поверить? — Бао посмотрел мне в глаза.

— Не особо.

Но конкретно в это почему-то верится.

— В любом случае сейчас наши попытаются связаться с вашим кланом. Узнать, что случилось. Проще тогда ничего не делать и дождаться ответа. Это если ты не хочешь рисковать.

— Я не могу сидеть и ждать на одном месте. Надо попытаться спасти хоть что-то. Эдгард, я могу тебе доверять?

— Странный вопрос.

— И всё же ответь.

— Смотря на что. Могу сказать, что не имею отношений с организацией и не желаю зла ни тебе, ни твоему клану.

А того, что не захочу прибить Бао чуть позже, обещать уже не могу.

— Я должен тебе кое-что рассказать, — подался он вперед и опять вскочил. — Каждый одаренный в нашей школе — уникальный носитель знаний, и, если кто-то выжил, его надо найти и защитить. Также на случай нападения, если придётся бежать, мы готовили секретные архивы. Их несколько спрятано, и я знаю про один. Там много из того, что мы наработали за десятилетия.

— Тогда разумно об этом молчать.

— Брось, — отмахнулся он. — Все наши достижения меркнут перед любым из твоих артефактов. Ты единственный в этом мире, кто не заинтересуется архивом. Разве что из простого любопытства посмотреть, что эти аборигены напридумывали в своих джунглях, — сказал Бао с горечью в голосе. — Надо забрать всё, что есть в тайнике, и спрятать в надежном месте. Учитывая серьезность ситуации, могу ли я просить тебя о помощи?

— Какой?

— Помоги мне найти выживших и забрать схрон, — твердо сказал Бао.

Я прикинул, насколько хочу влезать в эту блудную историю. Не особо. Как-то не лежит душа. Но и послать Бао тоже неправильно.

С другой стороны, если задуматься, помощь Бао сейчас даст мне полный контроль над ним и над будущим одаренных. Не всех в мире, а только этой ветки, но всё же. Понятно, что Бао попытается найти себе учеников, восстановить школу и продолжить дело. Но как прежде он это делать не сможет, и у меня есть шанс захватить власть.

Надо ли оно мне? Что-то из серии: нет желания этим заниматься, особо не надо, но всё же надо, так, на всякий случай.

— Это возможно, но проблематично. Нужно будет привлечь ходока.

Бао кивнул, соглашаясь. Куда ему деваться-то.

Катю я привлекать категорически не хотел, поэтому отправился к Родиону и попросил у него кого-нибудь в помощь. Ходока нарядили в броню, чтобы не убили. Ценный ресурс, как-никак. Бао я тоже выдал нагрудник, чтобы прикрыть от самых явных угроз.

А после этого…

Остатки ночи скакали по джунглям, искали выживших и схрон, ориентируясь на карту и скупые описания Бао. Мероприятие подзатянулось. Дело происходило ночью, прыгали мы по дикой местности и ориентиры вроде формы скалы были бессмысленны. Справились, только когда рассвело.

Никого не нашли. Только схрон.

Это не показатель, так как мало ли куда забились выжившие. Но отсутствие кого-либо окончательно подкосило Бао. Он никак не прореагировал, когда архив доставали. Запечатанный в несколько здоровенных металлических ящиков.

Пока прыгали, Бао предстал совсем другим человеком. Разбитым, подавленным, испуганным. Он бросал на меня взгляды, словно боялся, что его оставят на произвол судьбы. Отчего суетился и откровенно тупил, не в силах быстро решить поставленную задачу.

Когда стало понятно, что никого не найдем, прихватили ящики и переместились обратно ко мне.

Я переглянулся с ходоком, что нас «катал». Это человек Родиона, и я уверен, он тщательно запомнил каждое слово, движение и взгляд Бао. Потом передаст начальству и это всё разберут на атомы.

— Никто не выжил, — произнёс Бао.

— Возможно.

Всегда оставался шанс на случайность, но здесь и сейчас я не верил в это.

— Получается, у меня остался единственный выход, как продолжить дело и остаться в живых. Эдгард, — Бао опустился ещё ниже и коснулся лбом земли, — возьми меня в ученики!

Утро окончательно перестало быть томным.

***

Я стоял рядом с Родионом, наблюдая через стекло за Бао. Тот сидел на стуле за столом и ел. Нас не видел.

— Мне это всё не нравится, — сказал Родион.

— Мне тоже. Но и выкинуть его просто так… — покрутил я рукой.

— Как? — глянул на меня Родион.

— Негуманно. Расточительно.

— Так негуманно или расточительно?

— И то и другое.

— Можно присмотреть за ним, узнать, что будет — предложил безопасник.

— Сколько присматривать? Что мешает организации забыть о нём на год? Я бы на их месте так и сделал.

— Да? — Родион снова глянул на меня. — Заметил, что начал на мир иначе смотреть?

— Заметил, — недовольно согласился я.

Во мне и правда что-то новое проявилось. Я думал не о том, как помочь Бао, а о том, как его использовать с учётом всех нюансов.

Только вот, если быть с собою честным, я никогда не страдал человеколюбием. За близких был готов вписаться всегда и везде. А так, любовь к людям в целом не моя сильная сторона. Сейчас это проявилось, и я узнал кое-что новое про себя.

Для меня важны две вещи, которые не особо значимы друг без друга.

Первая — это мир. Вторая — близкие люди.

Нет смысла в мире, в котором нет близких людей. Знаем, проходили. Пусть даже мир будет цветущим и полным жизни, без близких людей это теряет смысл. Пустое выживание, без цели, заранее обреченное на провал. Но и без мира близкие — это так себе идея. Точнее, это невозможно. Тоже знаю, проходил. Как-то так выходит, что когда мир умирает, то и люди вместе с ним активно дохнут.

Под миром я подразумевал не только планету. И не только условия для того, чтобы выжить близким, то есть небольшой группе людей. Меня интересовал полноценный, развитый социум, где я могу проявить себя. В том числе как алхимик, но и другие роли важны.

— Может, я всегда на него так смотрел. Просто не хотел себе в этом признаваться.

— Да я не про это, — возразил Родион. — А про то, что ты учишься плести схемы сложнее, чем высадиться в броне и побить всех.

— А-а-а…

От таких слов я смутился. Думаешь тут про личную философию, что является важным для тебя, а собеседник пошутить вздумал.

— Если уж на то пошло, то я бы на месте организации перебил всех одаренных и оставил Бао, чтобы он пошёл ко мне в ученики. И тоже забыл бы про него года на два, пока секреты не выведает. После этого забрал бы полученные знания и… Дальше по ситуации. Не вижу причин забирать самого шпиона, пока он полезен.

— Может быть, и ещё глубже, — предположил Родион. — Клан одаренных — изначально проект организации, который списали, когда в нём отпала нужда.

— Хм… Не исключено, — хмуро согласился я.

Эта ситуация мне не нравилась. Сильно не нравилась. Причем сразу с двух сторон.

Если Бао никакой не шпион, мне не хотелось брать его в ученики. Не хотелось по понятным причинам. Зачем делиться секретами с посторонним человеком? А вот взять хотелось, потому что… Это может быть полезно. Преданный лично мне одаренный, на котором можно проверить многие гипотезы. То, что я Кира учу, — это хорошо, но чем больше разнообразного опыта, тем лучше. Особенно в преддверии появления детей.

Обучить паре трюков, скинуть часть типовых задач, разгрузить себя. А то и вовсе поставить на какой-нибудь завод, пусть там работает строго по регламенту.

Если уж на то пошло, я даже не боюсь, что ученик восстанет против учителя. Главное, что кровь его заполучил. С нею смогу найти его где угодно. Уж алхимии крови я его точно не буду учить. Как и трансформации, разрушению и другим опасным дисциплинам.

Неплохая, кстати, идея. Не в том смысле, что учить многому не буду, а в том, что если взять уже готово одаренного, поднатаскать его в узких дисциплинах, то и правда можно типовые задачи скинуть на него. Это бы позволило мне задышать чуть свободнее и больше внимания уделять другим задачам.

В случае, если Бао шпион, ситуация схожая. Не хочется брать в ученики, потому что зачем мне этот геморрой. Да и не хотелось бы, чтобы пусть и крупицы, но всё же знаний, утекли к организации. С другой стороны, так можно выйти на саму организацию. Попытаться ее переиграть. Но получится ли?

— Тот квартал мы проверили, — сказал Родион. — Это и правда наши союзники. Бывшие, по всей видимости. Нашего посланника они встретили агрессивно. Их руководство перебито, и там сейчас новый лидер появился.

— У которого, как нетрудно догадаться, есть чёткие указания разрушить наш проект.

— Думаю, да.

Как и думал ранее, одним выстрелом сразу несколько зайцев подсекли.

— Есть и ещё одна вероятность, — задумчиво произнёс я. — Бао может быть искренен и не работать на организацию. Сейчас не работать. Но что мешает захватить или завербовать его через пару лет?

— Ты мешаешь, но мысль я понял. — Родион кивнул, как мне показалось, одобрительно.

Теоретизировать мы могли долго, но надо было что-то решать. Событие случилось ночью, под утро Бао попросился в ученики, после чего я передал его людям Родиона. Сейчас уже вечер. Весь день мужчину допрашивали и проверяли всё, что он сказал.

Ходок, который перенёс Бао, оказался его другом. Который не должен был знать расположение деревни, но из-за дружбы с мастером знал. На закономерный вопрос, почему так беспечно относитесь к секретам, Бао разводил руками, уходил в себя и ничего путного не мог ответить.

Как бы это подозрительно ни было, но он вёл себя как человек, который банально ошибся. Я это мог понять. Двести лет они варились в собственном соку, и их никто не нашёл. А тут раз, и нашли. Люди ведь не машины, они импульсивны, эмоциональны и склонны совершать глупости.

Сам ходок был из клана. По словам Бао, он далеко не на первых ролях и не особо дружественен с самим кланом. Также Бао уверял, что тот не мог предать их всех.

В общем, много чего было сказано за этот день.

Сложность в том, что мы, используя и все возможности допроса, и способности высших бесов, и алхимию, не смогли поймать Бао на лжи. Увидеть в нём неидеального человека, который где-то ошибся, где-то нарушил протоколы безопасности, где-то переоценил себя — да, смогли. А вот шпиона в нём никак разглядеть не получалось.

Если бы он сам был высшим бесом, я бы понял. А так, по силе он даже не средний. Так, легкая регенерация, позволяющая залечить небольшие раны и ушибы. Вот и всё, что он может. Говорить на таком уровне о запредельном владении телом, повышенном восприятии и ускоренном мышлении, как и о способностях молниеносно просчитывать ситуацию, не стоило.

— Ты ему веришь? — спросил Родион.

— Я не могу себе позволить поверить ему до конца.

— Как и я. Но у меня работа такая.

— А у меня жена.

— Аргумент, — хмыкнул Родион. — Что тогда делать собираешься?

— Возьму его в ученики.

— Не проще ли его где-то спрятать?

— Проще. Я и спрячу на первое время. Мы сколько с организацией бодаемся, всё никак разобраться не можем. По нашим данным, всего есть тринадцать хранителей. Первого и Шестого я убил. Есть ещё Исида и мастер зверей. Основатель. Бог знает, кто ещё. У нас нет вариантов, как их победить. А раз так, придётся рисковать. Сознательно подставиться, чтобы враг открылся и дал ещё зацепки.

— Жаль, что мастера зверей не получилось выследить.

— Да, — раздосадовано вздохнул я. — Непонятно, чего он вообще хотел. Пожертвовал зверушкой, чтобы меня изучить, но какой в этом смысл? Ничего нового ведь не узнал.

— Это ты так думаешь. Если зверь превратился в призрака, это кое-что напоминает.

— Шестого, — кивнул я. — Думаешь, эти два случая связаны?

— Возможно, но наверняка пока не узнаем. Уверен, Девятый ещё сделает свой ход. Будь готов.

— Да уж. В этом и я не сомневаюсь.

Помолчали некоторое время, разглядывая, как Бао доедает то, что ему принесли.

— Так, значит, всё же у тебя появится ученик, — произнёс с неопределенной интонацией Родион.

— Второй. Ты ведь в курсе, — уточнил я про Кира.

— В курсе. Но это другое. Первый взрослый ученик, из другой страны, неизвестно с чем в голове.

— Я понимаю всю сложность ситуации. Не переживай. По крайней мере, слишком сильно. У меня есть кое-какие задумки.

Родион промолчал, а я направился в комнату допроса. Когда открыл дверь, Бао поднял на меня взгляд.

— Эдгард?

— Я подумал над твоей просьбой. Не передумал ещё?

— А у меня есть выбор? Я бы и так бросил всё, чтобы попасть к тебе в ученики. Сейчас же и того… — махнул он рукой устало.

Бао за последние сутки успел осунуться, заполучить круги под глазами и в целом как-то поблекнуть.

— То, что у тебя ситуация непростая, понятно. Но понимаешь ли ты, о чём просишь?

— Это слишком нагло с моей стороны, я знаю…

— Нет, — перебил я его. — Дело не в наглости, хотя это тоже имеет место быть. Речь о другом. О последствиях конкретно для тебя.

— Каких же? Ты требовательный учитель? — нервно усмехнулся он.

Я на это тоже улыбнулся. Бао при нашей встрече рассказывал, что методы обучения у них довольно суровые. Полное подчинение ученика, по принципу, если у неофита есть свободное время, значит, мастер плохо старается. Так что не думаю, что Бао можно испугать требовательностью.

— Нет, требовать учиться я у тебя не буду.

— Логично, это ведь мне надо. Тогда что за последствия?

— Мне хватит возможностей найти тебя где угодно, — честно предупредил я.

Изначально я хотел пробить ему руку и забрать кровь. Демонстративно, чтобы впечатлить, но передумал. Зачем? Если Бао не собирается предавать, угрозы лишние. Если собирается, тоже лишние. Пусть кровь останется маленькой тайной.

— К тому же, — продолжил я говорить, — ситуация твоя непростая, но со мной она лучше не станет. Ты всегда будешь под подозрением. Я прикрою от угроз, но враг всё равно может захватить тебя, чтобы выведать секреты. Ты обычный человек, со многими угрозами тебе не справиться. Скорее всего, в ближайшие несколько лет будешь жить взаперти. Без возможности выбраться куда-то.

Бао сразу отвечать ничего не стал. Задумался, уставился на стол перед собой и сидел так пару минут. В когда поднял глаза, спросил:

— Какой у меня выбор, Эдгард? Если предложишь альтернативу получше, то я с радостью рассмотрю её. Если нет, то…

— Ты можешь скрыться, уйти в любом направлении и начать сначала, как сам того захочешь.

— Кто мне позволит?

Действительно, никто. Организация уж точно из-под контроля это не выпустит.

— Пока побудешь здесь, — сказал я. — Как подготовлю для тебя место, заберу.

Так у меня появился новый ученик.

Глава 11. Нестандартный путь в ученицы

Стоило зайти домой, как Катя переместилась ко мне, сделала испуганные глаза и выставила палец в мою сторону.

— Кто ты такой?! — вскрикнула она.

— Эм… — растерялся я. — Чего?

— Того! — испуганные глаза сменились на злорадные. — Дома ночевать надо, чтобы жена не забыла, как выглядит её муж!

— А, ты про это… — сказал я и прошёл мимо, прямо на кухню. Где добрался до холодильника и оценил, чего бы такого съесть.

— Хм… — донеслось сзади. — Принимаешь усталый вид, чтобы я не злилась?

— Тебе здесь скучно, и ты решила надо мной поиздеваться? — спросил я, не поворачиваясь.

— С каких это пор ты стал таким проницательным?

На этот раз я всё же обернулся и увидел Катю, упершую кулаки в бока. Не удержавшись, рассмеялся от этого зрелища.

— Ты очаровашка.

— Это да. С тобой не поспоришь, — Катя вздернула носик. — И что это ты достаёшь? А ну садись за стол, сейчас нормальный ужин будет.

— Не хотел тебя утруждать.

— Я беременна, а не беспомощна. Всё уже давно готово. Сегодня дома ночуешь? — её голос переключился на нормальный.

— Да. Ещё у меня появился ученик. Тот китаец Бао.

— Зачем он тебе?

— Есть предположение, что это интрига организации. Хочу до них попробовать добраться.

— А, опять эти твои дела, — со скукой в голосе сказала Катя.

Да что с ней такое сегодня? Правда, что ли, дома засиделась? Я велел ей никуда не выбираться, потому что был риск нападения, да и без подпитки она больше часа не могла теперь продержаться. Но вроде не так много времени прошло, чтобы проникнуться желанием вынести мужу мозг. Или это та самая повышенная эмоциональность беременных женщин?

Ужином меня накормили. Пока ел, Катя отказалась говорить и многозначительно поглядывала. Я тоже не спешил начинать разговор, тупо опасаясь, что она опять что-нибудь выдаст. Лучше уж сначала спокойно передохнуть, перед тем как принимать новый удар.

Чутьё не подвело. Когда есть закончили, Кая выдала то, чего я никак не ожидал.

— А можешь создать какую-нибудь фигуру? Ну, эту свою магию-шмагию.

— Зачем? — спросил я, чувствуя подвох.

— Хочу проверить кое-что.

— Только не говори, что начала видеть энергию.

— Ты создай, а там посмотрим.

Да ладно. Нет, не верю.

Я создал. Как и в случае с Бао, когда проверял его способности, обычный круг.

Катя выставила палец и обвела его по контуру. Она щурилась, напрягалась, сидела сосредоточенная, но сделала это.

— Оказывается, способности одаренного передаются половым путем, — рассмеялась Катя, когда обвела весь круг.

И вот что мне с этим делать?

Точнее не так. Что мне делать ещё и с этим?

***

Сразу делать ничего не стал.

Посидел некоторое время, осмысливая новость, да перешёл к вопросам.

— Как и когда? Почему тянула с новостью?

— У Гвоздёвой я уже была. Беременность развивается на отлично, никакого даже намека на то, что что-то идёт не так, — отчиталась Катя, чем немного меня успокоила. — Когда — да, после того как ты в ночь убежал. Как — голова и глаза заболели. Не сильно, не настолько, чтобы я испугалась. Это длилось пару минут, чуть потянуло, чуть поныло. Списала на стресс. Знаешь ли, я за тебя волновалась, между прочим!

Это Катя так шутит. Понятное дело, что волновалась, но… Жизнь аристократов такая. Готовность к любым военным действиям у них куда выше, чем у обычных людей. Так что это было не волнение, как снег на голову, а волнение готового ко всему человека.

— Что было дальше? — спокойно спросил я.

— Поболело и перестала. Я уснула. Наутро глаза заслезились, но тоже кратковременно. Поглощение энергии чуть выросло. Я всё записала! — воскликнула Катя с видом послушной жены.

Так как эта беременность — одна сплошная аномалия, и непонятно, чего ждать, я просил Катю записывать все свои ощущения и фиксировать, в какое время усиливается потребление энергии. Да и все прочие мелочи тоже, так, на всякий случай, ведь неизвестно, что пригодится.

Из сказанного получается, что по неизвестной причине организм супруги перестроился. То, что причина в стрессе и волнении за меня, можно предположить с той же вероятностью, что дело в чём-то другом, к примеру, в регулярном поглощении разлитой вокруг энергии. Грубо говоря, раз Катя столько ест, организм задумался о том, что было бы неплохо видеть «еду».

А то, что мутация произошла быстро и безболезненно, — наименее удивительная часть. Высшие бесы они такие. Высочайшая адаптивность.

— Умница, — ответил я супруге. — Тогда… Пойдем спать.

Глаза Кати расширились, она нахмурила бровки, поджала губы и… Ещё одно проявление высших бесов — эти эмоции она испытала быстро, до того как я успел ими в полной мере насладиться, после чего, также быстро обдумав ситуацию, решила меня обломать и с покорным видом кивнула, согласившись идти спать.

— Если ты устал, муж…

— Да, что-то забегался. Хочу побольше времени с тобой в обнимку провести.

Катя расплылась в улыбке, но вовсе не довольной. А пусть знает, как над мужем издеваться. Мне, конечно, любопытно, что там с ней, но, по всей видимости, ничего критичного, а раз так, то изучение вопроса подождёт до утра. Так что пусть теперь сама мучается от любопытства. Хех…

Когда засыпал, подумал, что как-то нейтрально отреагировал. Удивился, но, случись это событие в любое другое время, реакция была бы куда выраженнее, чем сейчас. Да чего уж, она бы фурор произвела. А сейчас нет. Не такое уж и яркое событие на фоне других.

***

После завтрака принялись разбираться. Я проверил супругу на все возможные показали.

— Насколько могу судить, ты в полном порядке, — вынес я вердикт.

— А какие-то изменения видишь?

— Небольшие.

Я мог снять десятки различных параметров, много чего измерить, но до сих пор не знал, что именно в организме отвечает за способности. Как за способности бесов, так и ходоков с одаренными. Есть кое-какие намётки, но они не давали полноценного ответа, что и как. Так, например, я был в курсе, что важную роль играют клетки. Они имеют способность накапливать энергию и пускать её потом в дело. Этот параметр у Кати тоже проверил. Энергоёмкость у неё с момента беременности где-то процентов на тридцать выросла. Жаль, что я не догадался замерить до того, как мы с ней эксперименты по развитию потенциала начали. Тогда данные были бы куда интереснее.

— Так и что теперь делать? — отвлекла меня супруга от размышлений. — Это не опасно?

— Думаю, что нет.

— Но ты не уверен?

— Как можно быть уверенным в том, с чем столкнулся впервые? — пожал я плечами. — Будем наблюдать, изучать и следить за тобой.

— Эта способность уйдет после родов?

— После родов и узнаем.

— А я смогу делать всякие штуки, как ты?

— Ну, попробуй собрать энергию и сформировать из неё круг перед собой.

— Как? — растерялась Катя.

— Вот так. — Я показал на примере.

— Объяснений получше не будет?

— Почему же. Всего лишь несколько лет тренировок на концентрацию, и у тебя получится. Наверное. Если будешь усердно заниматься.

— Звучит скучно.

— А ты что хотела.

— Магию-шмагию?

Я посмотрел на жену строго. Ну, насколько получилось.

— Давай кое-что проверим. Попробуй разорвать мой круг. С помощь пальца. Или любым способом, который покажется тебе уместным, — предложил я ту же тренировку, что давал Киру.

Как ни странно, получилось. Катя чиркнула пальцем по кругу — и тот разорвался. Нить сразу развеялась, оставив меня недоуменно хлопать глазами. Так быстро? А, тут в другом дело.

— Я смогла! — обрадовалась супруга.

— Рано ликуешь. Ты не разорвала линию, а впитала энергию. Это не совсем то, что нужно. Предлагаю с экспериментами закончить.

— Но почему? — расстроилась жена.

Сейчас она вела себя как ребенок, у которого любимую игрушку отнимают.

— Потому что неизвестно, что с тобой дальше будет. Неизвестно, как занятия повлияют на изменения. Вот родишь, а там посмотрим. Если захочешь, я тебя научу.

Не всему, но кое-каким вещам почему бы и нет. Из всех актуальных кандидатур Кате я доверял больше всего. С Бао понятно, нет ему никакого доверия, а с Киром неизвестно, в кого он вырастет.

Кстати, надо не забыть пересмотреть программу его тренировок. Спасибо Бао, его случай натолкнул меня на одну перспективную мысль. Я не хотел растить из Кира алхимика. А вот одаренного, который может быть полезен матери в целительском деле, — почему нет. Осталось придумать, что это будет. Если получится, считай, будущее парня обеспечено. Уж на хлеб он точно себе заработает.

— Ну Эдгард… — заканючила Катя. — А если чуть-чуть?

— А если по жопе?

— Ты только грозишься, — лукаво улыбнулась она.

— Нет, я серьезно. Давай не будем рисковать.

— А вдруг, наоборот, мне лучше освоить новые способности? Хотя бы ту же скорость поглощения энергии. Да и не задевать твои узоры тоже стоит научиться.

Здравая мысль, но так сразу соглашаться я не хотел. И правда волновался. Ведь любые тренировки подразумевают оперирование энергией, а это дополнительные расходы и нагрузки. Катя сейчас и так впитывает энергию как губка. То есть довольно много.

С другой стороны, если такие изменения случились в первые месяцы беременности, то что будет дальше и не лучше ли взять этот процесс под контроль? Но как его под контроль-то брать? Тема ведь и правда новая.

— Я создам для тебя метрику. Будем замерять, насколько хорошо видишь энергию и усиливается ли эта способность. Понаблюдаем пару недель, а там решим.

— Хорошо!

— Неужели тебя и правда это так заинтересовало?

— Почему нет? — удивилась супруга. — Кто-то сказал мне сидеть дома и не рисковать лишний раз. Мой муж постоянно занят разработками, и так я смогу быть ближе к нему. Мои дети тоже будут в этом разбираться, и так я смогу их понимать. А то, что я стану ещё круче, — приятный бонус!

— Чудо ты моё, — потрепал я Катю по волосам, на что она фыркнула и шлепнула меня по руке.

Супруга успокоилась, а я ушёл в мастерскую, где занялся делом. Метрику и прочие штуки создать — дело пяти минут, а вот обдумать случившееся — это куда сложнее.

Что имеем… Я постарался записать на бумагу все факторы, которые могли привести Катю к такому результату. Первое — наши с ней эксперименты. Она ещё тогда начала облучаться большим количеством энергии, которая должна была стимулировать её развитие. Могло ли это послужить причиной? Легко. Второе — беременность. Причем сразу по нескольким поводам. Тут и активное взаимодействие с… эм… генетическим материалом алхимика, и усилившаяся потребность в энергии. Поглощение энергии тоже увеличилось. То есть уже два случая, когда Катя в больших объемах впитывала и усваивала энергию мира. Третье — это то, с кем она живёт. В доме полно печатей. Постоянный насыщенный фон, выше, чем в других местах. Я мог ощущать энергию с закрытыми глазами, спасибо тренировкам. Делал это не как Бао, с помощью ладоней, а как-то иначе, каким-то отдельным чутьем, которому даже названия нет. Что, если Катя тоже начала что-то такое ощущать, но не понимала этого, и, как следствие, это подтолкнуло её организм к изменениям? С Киром могло то же самое случиться. С печатями он взаимодействовал куда меньше, но было такое. Да и подпитка Ольги тоже присутствовала.

Записывал эти мысли я не только из-за беспокойства, но и по другой причине. Возможно, мы случайным образом обнаружили, как создавать полноценных алхимиков из… бесов.

Если это так, если эта технология станет общедоступной, то боюсь представить, что тогда ждёт мир. Новая большая война и передел власти как минимум.

Сам я, понятное дело, никакую технологию создавать не собирался. Тем более пускать её в массы. Но точно знал, что все крупные аристократические кланы ведут разработки по развитию потенциала беса. У организации есть такие наработки. У нашего князя имеются. У других тоже должны быть. Что, если кто-то другой придумает метод создания одаренных?

В контексте этого нападение на деревню Бао выглядит совсем иначе. Что, если организация уже этим занимается?

Как ни странно, мне от этого легче стало. Если я прав, то судьба мира больше не лежит на моих плечах. Она и раньше не лежала, что не мешало мне так думать. Все эти размышления о том, позволить ли зародиться алхимикам в этом мире, отныне неактуальны. Что-то подобное само появится. Так или иначе.

А раз так, мне над другим думать надо. Не как остановить процесс, а как его возглавить и не позволить миру погибнуть в процессе.

***

Метрику я для Кати сделал. Немного успокоило то, что видела она самые явные, насыщенные линии. Тонкие не замечала. Они с Киром приблизительно на одном уровне находились. Мальчик чуть дальше ушёл, благодаря тренировкам. Но что-то мне подсказывает, что Катя способна его перегнать.

Также я сделал амулет, который будет отслеживать состояние клеток. Посмотрим, насколько они изменятся.

Про Бао я не забыл. На следующий день занялся его вопросом. Сейчас Бао ничего, кроме головной боли, не вызывал. Случись это лет через пять, думаю, легче бы отнесся, но… Но сейчас совсем другая история. Пришлось выделить время, чтобы создать для него комнату на базе. Изолированную, максимально защищенную. Как для проникновения извне, так и для противодействия тому, что внутри.

— Пока будешь жить здесь, — пояснил я, когда забрал его от Родиона спустя неделю и перенёс к себе.

Мог и раньше забрать, но не хотел. Вот такой я плохой учитель.

— А я-то рассчитывал на что-то роскошное, — криво усмехнулся Бао.

— Что есть, то есть. — Комнату подготовили минимально, и, если не считать сложной начинки вокруг, это была обычное, серое помещение с минимумом удобств. — Тебе пока нельзя отсюда выходить. Ремонт позже сделаем, как и всё остальное. Тебе что-нибудь нужно, чтобы скоротать время?

— Наше обучение нескоро начнётся?

— Я пока думаю, как к нему подойти.

А точнее, чему учить. Как определюсь, буду думать, как это сделать.

— Хорошо, — согласился Бао. — Я бы хотел выучить твой язык.

— Попрошу ребят принести самоучитель. Может, книг каких?

— Было бы неплохо.

— Сегодня принесут. Отдыхай пока.

Про то, что, если Бао попытается отсюда выйти, я об этом сразу же узнаю, говорить не стал. Проверим его на исполнительность.

***

От проблемы учеников отвлекло два события. Первое — мероприятие у Хофманов по случаю рождения наследника. На котором мы с Катей отметились, но провели не больше часа на официальной части. После чего свалили домой, так как Катя «проголодалась». Поэтому и рассказать об этом событии особо нечего. Софию с мужем мы до этого поздравили, подарки тоже вручили. Немного пообщались с гостями, познакомились с немецкой аристократией и… всё. Катю это не особо обрадовало. Да и я, хоть и не любил общаться, понимал важность налаживания связей. Но что есть, то есть.

Второе событие — у меня появились новые гвардейцы. Калач, как и обещал, подготовил список людей. Который я передал Родиону, он их проверил, ничего критичного не нашёл, а дальше кандидатов пригласили на личную встречу. Всего двадцать человек. Поговорил я лично с каждым. Проблем не возникло, и новобранцы отправились вливаться в коллектив. Записавшись и к Гвоздевой на экспресс приведение организмов в порядок.

Дальше оставалось ждать. Ну и оплачивать счета за обучение, вооружение и прочие расходы.

Весна закончилась, наступило лето, а вместе с этим передо мной в полный рост встал вопрос обучения учеников.

Начать я решил с Бао.

— Эдгард? — поднял он голову, когда я вошёл.

В этот момент он сидел на кровати с книгой в руках. Рядом стояла стопка других книг. Штук двадцать навскидку. Это то, что он успел прочитать за прошедшее время.

— Засиделся? — спросил я.

— Ещё бы, — Бао встал и потянулся.

Выглядел он… слегка запущенным. Отросла щетина, волосы клочками торчали, кожа бледнее стала. Заточение не пошло человеку на пользу.

— Сегодня покажу тебе печать укрепления.

— Печать? — ожил он и подался вперед.

— Печатями я называю энергетические конструкции.

Оптимальным направлением для Бао я выбрал работу с металлом. Раз он и сам до этого занимался схожей темой, то пусть продолжает. Поставлю его на завод — и будет металл укреплять. Для начала. Как научится, ещё что-нибудь подкину.

— И эта печать способна укрепить? Что?

— Металл. Сначала тебе нужно выучить основу. А для этого — увидеть её.

— Я не могу видеть энергию, ты же знаешь.

— Будешь учиться.

Я подошёл к стене и создал на ней «болванку». Ещё не полноценная печать, но заготовка под неё. Полноценной она станет, когда появятся детали. Какой металл, как укрепить и другие нюансы. Все они прописывались в печати отдельно. Так что если Бао думает, что будет легко, то сильно заблуждается. У меня в записях хранится несколько сотен разновидностей только этой печати. Что не означает, что лично мне нужно заглядывать в них.

Есть печати для анализа материала. Применяешь их и получаешь нужные значения. Поэтому я мог на месте использовать печать укрепления. Но этому я пока что не собираюсь учить Бао. Пусть думает, что мой путь — это сотни шаблонов.

— Здесь печать, — указал я на стену. — Попробуй её ощупать. Чувствуешь?

— Чувствую, — приложил он ладонь к стене.

— Для упрощения изучения — перерисуй её.

— Она не пропадёт?

— Нет.

Это комната спроектирована не только как камера содержания, но и как учебное помещение. Внутри неё нет ничего, что можно было бы изучить. Но вот за ней есть различные печати, в том числе подводка энергии для подпитки.

— Завтра проверю, что нарисуешь. Бумагу с ручкой тебе скоро принесут.

Бао кивнул и сосредоточился на стене. Посмотрим, насколько точно он сможет перерисовать печать.

***

К Бао я заглянул утром. После чего отправился к Гвоздевым, чтобы забрать Кира. Пора было выдать ему новые задания.

— Учитель! — Кир, неутомимая душа, радовался каждый раз, когда я приходил.

— Ты уже готов? — спросил я.

— Я всегда готов, — для мелкого пацана Кир умел отвечать со слишком серьезным видом.

Переместился я через портал, сразу в дом. В чулан, если быть точным. Где редко кто бывал, а значит, и помешать выйти не мог.

— Эдгард? — донесся голос Ольги с кухни. — Ты голодный?

— Нет, спасибо, — ответил я и снова глянул на Кира. — Сейчас с мамой твоей поговорю, и пойдем.

— А я научился нити плести! — не захотел он меня отпускать.

— Покажи.

Кир сосредоточился, сложил ладони и начал их медленно разводить в стороны. Между руками и правда нить сформировалась.

— Молодец, — похвалил я мальчика.

Ключевая проблема в формировании печатей, ну, или первоочередная задача — это научиться фиксировать энергию. Для начала собирать её в точку. Потом в черточку. Дальше в нить и так далее. Нить, линия, круг, другие геометрические фигуры. Потом фигуры сплетать в узоры и чем сложнее они будут получаться, тем выше мастерство алхимика.

Осложнялась эта задача тем, что линии должны быть определенной толщины и концентрированности. Если в одной части печати энергии больше и есть перекосы, то ничего не получится — и это в лучшем случае. Куда хуже — когда получается не то, что нужно.

Кир только что показал, что научился плести линии. Катя, всё же уговорив меня, пыталась освоить хотя бы точку. Бао… Ну, он что-то умел, но другими методами и не так, как нужно.

— Сегодня будешь тренироваться их выравнивать и закручивать, — обозначил я план действий Киру на день, а сам пошёл на кухню.

Ольга… В рамках исключения она не работала, а просто пила чай с пряниками. Её муж сейчас занимался с охранниками и выполнял прочие свои обязанности.

— Как дела? — спросил я. — Бездельничаешь?

В ответ на подколку Ольга метнула в меня пряником. Который я легко поймал и посмеялся.

— Вкусный, — сказал ей, откусив.

— Я знала, что ты его откусишь, и прокляла.

— Ты теперь и так умеешь?

— Я же целительница.

— А я высший бес. Меня таким не возьмёшь.

Кир увязался за мной и забрался на стул, протянув руку к пряникам. За что получил по ладошке. Его это не остановило, и один пряник малец всё же ухватил. И, видимо, чтобы не отобрали, убежал с ним.

— Суровое детство. Борьба за еду.

— Ничего, ничего, — прищурилась Ольга. — Скоро ты поймешь, что это такое.

В тройном размере, угу.

— Как в центре дела? Как немецкие коллеги?

— Разместили их. Обживаются.

Хофманы прислали к нам пять целителей, сроком на полгода. Оплатили полное содержание здесь. Сняли каждому по номеру в ближайшем приличном отеле.

— Это всё, что скажешь?

— А что ты хочешь услышать? — с ленцой спросила Ольга.

— Насколько они сильны?

— К нам прислали не главных целителей, но и не рядовых. Крепких середнячков, если верить их словам и обмолвкам. Они чуть сильнее, чем наши. Если честно, я большой разницы не увидела, но, как известно, дьявол кроется в мелочах.

— Что за мелочи?

— Начиная с определенного уровня сила играет не такую большую роль. Решает мастерство и точность воздействий. Тебе правда интересны все эти детали? — Ольга взяла ещё один пряник и откусила.

Кир к этому моменту вернулся и поглядывал на нас из коридора. Уши грел, но заходить не хотел.

— Конечно.

В последнее время я всё больше занимаюсь вопросом одаренных, и любая мелочь может натолкнуть на интересные решения.

— Если работаешь точечно, то тратишь меньше сил. Это основной принцип целительства.

Забавно, что в алхимии так же.

— Если целитель образован и хорошо разбирается в том, что с чем связано, то путём наименьшего воздействия способен добиться лучшего результата.

— Немцы лучше образованы?

— Пока не готова сказать. Лучше, чем кто? Чем наш рядовой целитель или светила? Зависит от образованности отдельно взятого человека. Но если хочешь примерную оценку, то да, они побольше знают. Но пока рано судить. Слишком мы мало общались.

— А твои целители как?

— Нормально. Никаких особых изменений, после того как ты что-то там подкрутил, я не заметила. В силе растут, но медленно.

— Хорошо.

В связи с приездом гостей и появлением новичков, которых сама Ольга набирала, пришлось пересобрать сбор энергии и усилить поток. Подумав, я в целом накинул процентов двадцать. А то слишком долго набор силы происходил. Пусть за эти полгода, что немцы у нас проведут, они заметно прибавят в силе. Не так, чтобы в пару раз усилиться, но достаточно заметно, чтобы я себя показал с правильной стороны.

Правильная сторона — это когда у меня одного есть то, что ценно для многих.

Ну, пока что. А потом, я надеялся, Кир этим займется. Выстрою более сложную и точечную систему, научу его с ней обращаться и отправлю в свободное плаванье.

— Что насчёт нового здания? — спросила Ольга. — Нас и раньше поджимало, а сейчас так и вовсе.

— Есть намётки. В ближайшие дни пойдем смотреть.

Смирнов на днях отзванивался, говорил, что нашёл пару вариантов. Не без нюансов, разумеется. Мало кто будет продавать целое здание, подходящее под наши запросы, да ещё рядом с городом. Можно и за городом, но это придётся делать систему порталов для удобства. Что возможно, но геморройно, потому что проходы надо защищать и присматривать за ними.

— Даже так? — обрадовалась Ольга.

— Так, но будь готова, что переезд — это дело нелегкое.

— Да я уж знаю, — фыркнула Ольга.

Ну да. Им ведь несколько раз приходилось бежать, переезжая. Опыта выше крыши.

— Переезжать больницей — это ещё хуже. Ремонт тот же делать придётся. Так что запасайся терпением.

— Ладно, как начнём, так и обсудим. Кира забираешь?

— Да. Мелкий, ты готов? — повернулся я.

— Так давно уже, — сказал он с легкой обидой.

Он тут, видишь ли, кое-что новое освоил, а его игнорируют. Не дело это. Надо исправляться.

— Тогда пойдем, — я открыл портал в коридоре и подтолкнул мальчишку.

Глава 12. Шустрый

Двадцатого июня впервые сработала система защиты печатей. Она немного мудрёной вышла, но главное, что сработала.

— Господин, — набрал меня один из охранников, что дежурил в комнате наблюдения. — Поступил сигнал с двадцать шестой точки.

— Принял.

На этом общение с охранником закончилось. Я в тот момент находился дома. Повезло в некотором роде. Не возникло проблем с тем, чтобы дозвониться. Да и за броней не надо бежать.

Заскочив в мастерскую, я экипировался, глянул в записях координаты двадцать шестой точки и открыл туда проход.

Через который сразу и увидел шатающегося человека, который перевалился через ограждение и рухнул вниз.

Всё же есть в аристократах что-то от зверей. Увидев, что добыча ускользает, я метнулся вперед на всей доступной скорости и прыгнул следом. В прыжке успел оглядеться и отметить, что на крыше никого не осталось.

Это был двенадцатый этаж. Когда я увидел падающего, он был на половине пути вниз. Стоило мне сфокусироваться на нём, как прогремел взрыв. Меня отбросило от стены, я завертелся и спустя пару мгновений плавно приземлился на землю.

Ходок же исчез. Успел переместиться.

Вот же сволочь.

Он что, прямо в прыжке бомбу кинул? В районе десятого этажа повыбивало стекла и часть стены обрушилась. Сейчас разгар дня, но мало ли кто дома мог быть. Дети, старики. Твою же мать…

Я снял данные с перемещения, открыл новый проход, но шагнул обратно на крышу. Там запустил сканирование и убедился, что в квартирах никого не было. Секунды утекали, но и вот так оставить ситуацию было неправильным. Тут же открыв следующий проход, шагнул на ту сторону. Это оказалась Москва, переулок, ведущий на оживленную улицу. Возможно, это место где-то поблизости с первой точкой, я так сразу сориентироваться не смог. Ходока здесь не было, как и следующей точки. Ясно, он куда-то побежал, чтобы сбить меня со следа.

Нет, ну гад же.

Когда он пришёл на крышу и полез к моим печатям, сработало оглушение. По-хорошему оно должно было вырубить высшего беса хотя бы на пару минут. Тут как повезет. Среднего отключило бы минут на десять точно. Пока сигнал дошёл до охранника, пока он набрал мне, пока я переместился… Могло пройти как раз от двух минут.

Когда я увидел незваного гостя, его отчётливо шатало. Также вместе с сигналом включилась и блокировка. Поэтому он и прыгнул с крыши, понадеявшись, что блокировка не достанет до самого верха. Опасный и рискованный ход. Как и кидать взрывчатку, чтобы сбить меня со следа.

Место перехода я мог отследить на дистанции в сотню метров, плюс-минус, в зависимости от условий. Сейчас условия играли против меня. Дома и потоки людей вносили помехи. Но след я нашёл. Не так уж далеко от себя. Я потратил несколько секунд, чтобы пронестись по улице, обходя и пугая своим видом людей, и добраться до места перемещения, чтобы снять точные показатели без помех.

Когда переместился на следующую точку, история повторилась. Снова людное место. И так раз за разом.

Я прошёл семнадцать отметок, попал куда-то в Европу, пока не закончилась батарея. Но если убегающий ходок думал, что так легко от меня отделается, то сильно ошибался. Специально для этого случая я держал дома набор батарей. Заскочив в мастерскую, перезарядился и скакнул на следующую точку.

В итоге погоня закончилась тем, что я потерял след. Ходок ушёл дальше, чем на сотню метров. Переместился в метро и сел в вагон. Иначе зачем ему сюда прыгать? Судя по надписям, это была Франция, что ни о чем не говорило. Мы точно через шесть-семь разных городов пробежались.

Засранец. Кто бы это ни был, я уже его ненавижу.

Раздраженный, вернулся на крышу. Вся погоня и десяти минут не заняла. Из квартир снизу поднимался дым. Я ещё раз запустил сканирование и убедился, что погибших и пострадавших нет. Люди столпились внизу дома, были и те, кто чего-то ждал внутри. Пожарные пока не приехали, поэтому я сам решил вопрос. Применил поглотитель жара и разобрался с разгорающимся пожаром.

Ходока поймать не удалось, это обидно, конечно, зато посмотрю на него. Подойдя к бордюру, повёл рукой и оплавил бетонный муляж. Внутри ждал ящик с аккумуляторами, телефоном, камерой и датчиком движения. Как это работало — лучше не спрашивать. Сплав технологий и алхимии.

Осмотрел также и печати. Часть из них была разрушена. В том числе та, что отвечала за блокировку. Хм… Тогда странно себя ходок повёл. Или он не знал, что именно разрушает? А главное, как он это сделал? Осмотр места показал, что на крыше осталась какая-то мелкая пыль. Фиолетовая, что бы это ни значило. Это единственная странность, что я обнаружил. Кое-как собрал образцы, снял показатели и, используя алхимию подобия, притянул всё, что было рассыпано по крыше. Получилось где-то с чайную ложку, без горки.

— Любопытно, — протянул я и отправился смотреть записи.

***

Спустя полчаса я сидел у себя в мастерской, озадаченный.

Первая часть видео относилась к залетевшим на крышу птицам. Один раз вылез какой-то служащий, проверивший крышу и ушедший. На то, что он ищет печати, никак не походило. Скорее обычный осмотр крыши. А вот в конце появился тот, кто убегал от меня.

Совсем молодой парень, на вид лет семнадцати, со взъерошенными, черными волосами. Внешностью он никак не выделялся. Таких ребят полно как в Европе, так у нас. Он огляделся, достал пробирки и высыпал зеленый порошок. После чего даже камера смогла заснять, как проявляется печать.

Увидев это, я расслабился. То, что проявилось, было настолько убогим и далеким от реальности, что мне точно не стоило опасаться похищения секретов.

Только самые примитивные печати двухмерны. Остальные многомерны. Там важную роль играет толщина линий, концентрация энергии и десятки других нюансов. С помощью порошка неизвестный ходок смог обнаружить самый верхний запутанный слой. Не то, что внутри крыши, не то, что на других слоях многомерности.

Определенно, это хорошая новость. К сожалению, единственная.

Этот противник хорошо знает про мои возможности и действовал, исходя из них. Сколько раз прыгнуть, чтобы сбросить след, — это надо же. Перестраховался. А может, это очередная проверка. Насколько далеко я сам зайду. Так-то он мог куда раньше прыгнуть в вагон метро и переместиться прямо из туннеля. Этого хватило бы, чтобы сбросить след.

Также этот ходок имеет представление о том, что именно нужно искать. Видимо, его привлекли изменения вокруг больницы, и он рискнул заглянуть ещё раз. Надеюсь, моё появление отпугнёт его.

Нетрудно догадаться, кто стоит за этим человеком. Организация. Их интерес ко мне, недавнее нападение на азиатских одаренных, похищение их для каких-то целей — не все тела нашли, так что вывод сам собой напрашивается. Что-то организация мутит. И это что-то сильно мне не нравится. Что бы они там ни планировали с одаренными, почему-то мне край как хочется заглянуть к ним и всё там разнести. А причастных прикопать где-нибудь в лесу. Пусть это и жестоко, но я готов пойти на крайние меры и не испытываю по этому поводу никаких сомнений. Слишком хорошо знаю, что может случиться, если дать гнили время разрастись.

Порошок я тоже изучил, но результаты меня не обрадовали. Пока я собирал его, пока перемещался в лабораторию — от чайной ложки осталась дай бог одна десятая часть. Да и замеры показали совсем другое, не то, что я получил на крыше. Если изменения начались сразу же после использования, то, получается, первоначальный вариант я так и не увидел.

Зато запись показала, что было дальше. Ходок появился на крыше, нашёл мои печати, достал порошок. Я специально закладки сделал с отложенным срабатыванием, чтобы посмотреть, что делать будут.

Когда он пытался сфотографировать светящиеся печати, сработала тревога. Активировалась блокировка — я этого не увидел, но знал, что так будет. Потом по ходоку был нанесён удар. Я увидел, как его бросило на крышу, впечатало в покрытие. Несколько секунд он лежал, контуженный, а потом достал из кармана пробирку с фиолетовым порошком. Который щедро рассыпал вокруг себя. Получается, именно этот порошок ответственен за разрушение печатей. Ну надо же. До чего додумались. Молодцы какие.

Порошок меня не впечатлил. Достаточно спрятать печать во что-то, чтобы её не разрушили. В тот же бетон.

Впечатляло другое. То, что организация в принципе смогла разработать нечто подобное. Лично у меня и мысли нет, как они могли это сделать.

Этот случай показал, что моя система защиты работает, но лишь частично. Нужно внести кое-какие изменения. Не обходиться полумерами, а действовать серьезно. Что потребует от меня куда более серьезных вложений, но что поделать. Очень уж я хочу поймать человека, что позарился на мои секреты.

***

Сэм Корман, тяжело дыша, переместилась в мастерскую и оперся руками о колени. По его лицу тёк пот, а волосы спутались.

Тито, который находился в это время в помещении, посмотрел на него недовольно.

— Кажется, ты влип, мальчик, — сказал он.

— Это было весело, дядя Тито.

— Я тебе не дядя! — возмутился мужчина.

— Дядя, не дядя, а хотите или нет, буду вас так звать. Историю слушать будете? Клянусь богом, я чуть в штаны не наложил, пока убегал от этого психа!

— Что случилось? — заволновался Тито. — И не богохульствуй!

— Для начала дайте напиться.

— Иди умойся и приведи себя в порядок. Снимки-то сделал?

— Парочку успел, а потом…

Сэм не договорил и отправился в соседнюю комнату, где пряталась маленькая ванная. Как умылся и освежился, вышел и направился на кухню, тоже в маленькую комнату, где находился минимум запасов еды. В этот момент Сэм думал, что, будь он здесь главным, сделал бы всё иначе. Поставил бы большую ванную, чтобы после таких пробежек можно было расслабиться, и нормальный холодильник, в котором держал бы запас еды на любой случай. После перемещений ему всегда хотелось есть, так что неудивительно, что парень думал именно об этом.

— Сдаётся мне, дядя Тито, вы мне мало платите.

Тито нахмурился и поправил очки.

— За такой-то риск, — добавил парень.

— Рассказывай уже.

— Пришёл я туда, куда сказали. А потом… — Сэм взял театральную паузу и рассказал откорректированную версию событий.

Про взрыв там ничего не было. Зато был страшный мужик, закованный в металлический доспех, который его чуть не догнал и не убил.

— Значит, Соколов нас заметил и объявил охоту, — заключил в конце Тито и снова нахмурился.

Про Сэма он в этот момент сразу же забыл, погруженный в новую проблему.

***

Мало кто знал, где располагаются владения Девятого. А те, кто были в курсе, не все понимали, что именно он делает и каким образом. Не в силу скрытности, хотя она тоже присутствовала, а больше из-за замкнутости.

Так уж сложилось, что Девятый не любил людей. Некоторых — особенно сильно.

В свою берлогу, как он называл спрятанный под землей дом, Девятый пришёл раздосадованный. Очередная серия опытов, что он затеял, оказалась неудачной.

Чуть ранее, когда он выполнял задание Основателя и встретился с Соколовым, тот продемонстрировал новые умения и подтвердил старые опасения. У Эдгарда нашлось оружие против нематериальных сущностей. Открытие которых Девятый по праву считал своей гордостью. Отныне обесцененной. Сначала это продемонстрировал Шестой, бездарно погибнув, а потом и зверь, которым Девятый пожертвовал, чтобы изучить своего противника.

Остальные действия Соколова впечатлили не так сильно, хотя и заставили уважать его ещё сильнее.

Хороший противник. То что нужно.

Девятый мысленно перебрал в уме способы разобраться с Соколовым. Большие звери показали свою неэффективность, причем несколько раз. Был вариант создать кого-то совсем уж массивное, но Девятый закономерно предполагал, что это не возымеет должного эффекта.

Как и создание чего-то маленького. Простое, очевидное решение — натравить ядовитых насекомых — ломалось о невозможность направить их на конкретную цель. В теории это можно было решить, но Девятый так не хотел. Он мечтал о настоящей схватке.

На текущий момент в мире существовало всего два человека, с кем бы он не отказался подраться. И один из них — неизвестно откуда взявшийся Соколов.

Думая об этом, Девятый переместился в нижнюю часть комплекса, где и проживал. Обычного пути туда не было. Только ходок мог попасть. Прятать что-то важное под землей считалось традиционным средством защиты от чужаков. Мало кто из ходоков мог прыгнуть в то место, которого не видел и где не бывал. Тем более если это находилось за чем-то. В данном случае за толщей земли, камня и металла.

Сейчас Десятого интересовал один-единственный пленник в темнице. Это был пожилой мужчина с европейско-азиатской внешностью. Он поднял глаза, когда Девятый появился. Старик сидел полуголый, с прикованными цепью руками.

Цепь оставалась невредимой, и это расстроило Девятого. Соколов бы разнёс всю темницу, пробил бы себе путь наружу и, если потребовалось, расщепил бы материю на атомы. Пленный одаренный, к сожалению, такого делать не умел.

— Чего тебе, демон? — спросил старик на ломаном английском.

— Покажи свою силу. А я тебе принесу воды и еды.

— Проваливай в ад.

— Старик… — устало сказал Девятый. — У меня нет желания пытать тебя. Рано или поздно ты сдашься. Так зачем откладывать?

— Убей меня и покончим с этим.

— Не убью и тебе не позволю убить себя. Сначала мне нужно изучить твою силу. Или хочешь, чтобы я открыл охоту на других, подобных тебе? Поискал кого-то сговорчивее?

Старик промолчал и отвёл взгляд.

— Жаль, очень жаль, — сказал Девятый.

Для средней силы беса его скорость была запредельной. Глаз старика ничего не успел заметить. Да и мозг не сразу осознал, что тело чего-то лишилось.

— Твой палец, — показал Девятый, что забрал.

Старик перевёл взгляд на руку, увидел, что по той бежит горячая кровь, и только после этого заорал. С минуту Девятый наблюдал за этим, а потом достал баллончик и пшикнул на пленника.

Регенерация у того ускорилась. Рана зарубцевалась, а вскоре начал отрастать новый палец.

— Мы так долго можем, — предупредил Девятый. — Я ведь не прошу рассказывать секреты твоей школы. Мне нужна лишь демонстрация силы.

— Будь ты проклят, демон, — процедил старик, тяжело дыша.

Посмотрев на него, Девятый развернулся и переместился. Ему некуда было спешить. Навестить пленного он мог и завтра. Если потребуется, то каждый день к нему заглядывать.

На этом мастер зверей не успокоился. Если он не мог найти ответы в темнице, то это не значит, что их не было в других местах. Заглянув в кладовую, он взял одно средство и снова переместился. В этот раз к чужому особняку. Тот находился за городом, недалеко от Лондона. Внутри была всего одна женщина — служанка. Которая следила за домом и оповещала хозяйку, когда с ней кто-то хотел пообщаться из коллег-хранителей.

Постучав в дверь, Девятый дождался, когда его впустят и проводят в комнату для ожидания.

Агата Даринг, Седьмая, появилась меньше чем через полчаса.

— Кого не ожидала увидеть, так это тебя, Девятый, — сказала женщина.

Мужчина отметил, что та специально молодится. Эти её игры с многоликими принесли плоды, которыми женщина и пользовалась. По мнению Девятого, бездарно пользовалась. Можно сделать кожу молодой, увеличить грудь, но шарм и сексапил от этого не появятся.

— Зашёл поговорить.

— Я догадалась. С чем пожаловал?

— Ты занялась вопросом одаренных, — сказал Девятый утвердительно.

Как-никак, именно ей он отправил пленных. Нетрудно догадаться, какой приказ от Основателя получила эта женщина.

— Что с того? С каких пор тебя волнуют мои дела?

— Хочу, чтобы ты поделилась наработками.

Агата распахнула глаза от удивления.

— Наглости тебе не занимать.

На это Девятый достал то, что прихватил с собой. Небольшой флакон.

— Есть такой зверь… Стикский любовник. Слышала про него?

— Нет. Это ты у нас мастер зверей. А меня… волнует другое, — запнулась она, скрывая презрение.

В её голове проекты Девятого были чем-то грубым, бессмысленным и эстетически непривлекательным.

— Его особенность в том, что он выделял наркотик, сок любви, как его называли, вызывающий любопытные эффекты, очень похожие на сильную влюбленность. Наркотик использовался для власти и подчинения. К сожалению, популяция зверя почти вымерла. Их и так было мало, а уж люди постарались, чтобы они и вовсе закончились.

— К чему ты это?

— К тому, что у меня есть обработанный сок любви. Не примитивная изначальная версия, а доработанная выжимка.

— Это должно меня заинтересовать?

— Одна маленькая капля этой жидкости, — Девятый поднёс флакон к свету, — нНанесённая на твою шею, сделает так, что мужчины не смогут оторвать глаз. Две капли — они бросят жен, откажутся от детей, чтобы отправиться за тобой.

— А три капли?

— Три капли лучше не использовать. Если не хочешь устроить бойню или поучаствовать в оргии.

— С чего ты взял, что меня это заинтересует?

— Если не заинтересует, я встану, извинюсь за потраченное время и уйду, — спокойно ответил мужчина.

Агата замолчала. Она всегда мечтала о власти над мужчинами. Обретя новое тело, вторую молодость, она получила её. Но не так много, как хотелось бы.

— Что ты хочешь? — вздохнула женщина, признавшись себе, что не в силах отказаться от возможности.

— Узнать, что такое сила одаренных и как ей противостоять, — ответил Девятый.

Глава 13. Сбор данных

Что может быть лучше утра дома и совместного завтрака с любимой женой?

В такие моменты мысли о делах отодвигались в сторону, и я позволял себе расслабиться, ни о чем не думая. Почти. Сегодняшний день был исключением.

— Я час этот завтрак готовила, — недовольно сказала Катя. — А ты сидишь хмурый.

— Не час, меньше.

— Это не меняет сути, — выставила она вилку в мою сторону. — Что тебя беспокоит на этот раз?

— Да так. Ты же знаешь. Если какая-то задача захватывает меня, то не отпускает. Ты не сильно расстроилась, что твой день рождения не праздновали?

Это было той проблемой, которая назревала каждый день, и неизвестно, когда громыхнёт.

В первый месяц беременности нечего было опасаться. Имею в виду никаких социальных последствий, а сейчас, когда животик оформился… Его ещё можно спрятать с помощью платья или другой одежды, но если понаблюдать за Катей в движении, то сразу станет понятно, что к чему.

— Не сильно, — махнула она той же вилкой, которой тыкала в меня. — Официальные мероприятия жутко утомляют. Но да, хотелось бы определиться, сколько мы ещё скрываться будем. Такими темпами мне придётся спрятаться в подвале.

Катя так говорила, чтобы не расстраивать меня. Так бы она не отказалась провести большой званый ужин или как минимум празднование дня рождения, как было в тот раз, когда я нырял за жемчужиной для неё.

Совсем уж без праздника не обошлось. Родня Кати к нам заходила, поздравляла. Пара близких подруг тоже заглянули, но нельзя быть уверенным, что никто из посторонних ничего не заметил, пусть Катя и старалась скрыть, как могла.

Само по себе отсутствие официального празднования было говорящим событием. Общественность как минимум задумается.

— Тогда надо решить, как объявить. Но чем позже это произойдёт, тем проще будет.

Я лукавил, потому что проще будет только мне. Меньше дел, о которых стоит беспокоиться. Но если подумать и не обманываться, то особо ничего и не изменится.

— У твоих друзей скоро свадьба. Пойдем вместе, или ты один?

— Вместе. Уж не знаю, сколько там пробудем.

Празднования празднованиями, но Катя зависима от подпитки энергии, а значит, надолго из дома отлучаться не может. Если сделаю ей артефакты для поглощения, это должно уменьшить проблему, но неизвестно, что будет в августе. Может, потребность в энергии вырастет на порядок. Тогда уж точно из дома выходить не получится. Никакие артефакты не спасут.

От моих слов супруга повеселела. Всё же засиделась она дома.

Оставшийся завтрак прошёл куда теплее. Как закончили, я поднялся наверх, чтобы заняться делами.

***

В то же утро позвонил Смирнов и отчитался о проделанной работе.

— С пострадавшими мы вопрос решили. Никто в обиде не остался, вопрос можно закрывать.

— Это хорошая новость.

На которую пришлось потратиться. Я оплатил восстановление дома, ремонт, накинул денег сверху, ещё и полное обследование у целителей обеспечил пострадавшим семьям. Не так уж много на фоне моих доходов, но нарвался, можно сказать, на пустом месте, ещё и сам виноват в этом не был. Лишь косвенно причастен.

К Родиону на разговор тоже заглянул. Он предложил выделить людей, чтобы они следили за всеми уязвимыми точками, но я отказался. Если слишком плотно прикрыть, так и спугнуть можно. А я хотел поймать этих чрезмерно любопытных засранцев. Моя методика не сработала, но ничего страшного, придумаю что-нибудь новое, ультимативное.

— Ещё подготовили первую будку, на улице, возле метро, недалеко от дворца, — продолжил доклад Смирнов. — Все вопросы согласованы, улажены, я нашёл девушку-консультанта. Осталось её обучить, что говорить и делать, поставить твой артефакт — и можно открывать.

— Наконец-то. Тогда сегодня и подойду.

— Тогда на месте остальные вопросы и обсудим, — сказал Сергей.

Он назвал мне адрес, мы договорились на время и закончили разговор.

Спустя час встретились в живую. Смирнов был в деловом костюме, с портфелем в левой руке и стаканчиком кофе в правой. С ним пришли и двое охранников Гвоздёва. Один постоянно с парнем ходил и охранял. Так повелось с начала лета. А второй будет здесь дежурить и прикрывать, если что. Не то чтобы я опасался нападения, но для антуража охрану поставить надо было.

Поздоровались, Смирнов открыл дверку в… И правда будку. Между прочим, чтобы установить что-то подобное на самой проходимой площади в городе, пришлось заручиться поддержкой в канцелярии князя. Не то чтобы титаническая задача, но это для меня. А так много чего оформить пришлось. Ну и да, заплатить. Вполне себе легальную аренду.

Сама будка небольшая. Хватит, чтобы разместить консультанта, его рабочее место, и чтобы два-три человека зашли и не жались друг к другу.

Я ступил внутрь, огляделся, отметил наличие кондиционера на одной из стен и кулера с водой. Негусто, но комфорт присутствует. Это важная часть, между прочим. Учитывая, что на вывеске значится «Исследовательский фонд Соколова».

— Девушка через полчаса подойдёт, — сказал Смирнов, зайдя за мной следом. — Как я понял, ты что-то ещё собираешься здесь делать.

— Да. Если хочешь, можешь посмотреть, я не против.

Всё равно ничего не поймешь.

— Только чуть в сторону отойди, я портал открою.

Портал был нужен, чтобы забрать материалы. Металл в основном, да драгоценные камни.

Когда Сергей увидел россыпь алмазов, его глаза расширились. Ну да, их тут столько, что, если продать, хватит на пару лет не самой бедной жизни.

— А ты думал, дорогое это удовольствие, творить, — хмыкнул я.

— Как бы нас не ограбили.

— Камни здесь самое дешевое. Артефакт куда дороже стоит. Его точно попробуют украсть. А теперь… Магия.

Сложив печати, хлопнул в ладоши шутки ради и принялся творить. Плавил стены и внедрял в них металл. Который дополнительно укреплял, чтобы даже если высший бес постучится, пробить не получилось.

За полчаса не управился. Чуть больше часа ушло. Сергей быстро заскучал и вышел наружу, где болтал с подошедшей девушкой. Симпатичной, между прочим. Я бы даже сказал, красивой. Это тоже хорошо, как-никак, ей лицом этого места быть.

Как закончил, будка превратилась в полноценную артефактную крепость. Блокировка пространства распространялась на десять метров вокруг. Стены особо прочные. Как и стекла со всем остальным. Просто так выбить не получится. Не, если танк пригонят, пробьют, конечно же, но это центр столицы. Площадь если перейти, то в дом к Анастасу постучусь. Дворец совсем рядом, и охраны здесь хватает. Как самой обычной, так и гвардейцев. На любой шум сбегутся молниеносно.

Так я ещё и другие защиты поставил. Здесь не получится ничего поджечь, не получится стрелять и взрывать. Вот удивятся те, кто попробуют закурить.

Единственное, что остаётся злоумышленникам, — схватить артефакт и бежать с ним. Для этого я решил пошутить и сделал артефакт весом под пятьдесят килограмм. Специально для него дополнительную опору установил, чтобы прилавок не проломил и не рухнул на хрупкую девушку-консультанта.

Если же кто-то сможет поднять и сбежать, то через три метра от будки вся начинка самоуничтожится. Чтобы этого не произошло, придётся забрать часть площади с собой.

Иначе говоря, артефакт украсть невозможно. Как и изучить его. Всё, что нужно, я скрыл, ещё и запутал на всякий случай. Но об этом я знаю. А злоумышленники — нет. Глядишь, какой дурак и попадётся.

— Всё, — вышел я наружу. — Прошу внутрь. Расскажу про обязанности. Завтра запустимся?

— Можно хоть сейчас, — ответил Смирнов. — Там ведь несложные обязанности?

— Вроде нет, — посмотрел я на девушку. — Объяснять, что делать, и фиксировать, если что-то интересное будет.

Девушка в ответ на мой взгляд улыбнулась. Думаю, не потому, что я красавчик, а потому, что аристократ.

Зашли внутрь, я объяснил, что и как. Саму девушку тоже проверили. Ничего интересного, никаких способностей, даже самых слабых. Этого стоило ожидать. Не с самого же первого человека нам должно повезти.

Куда интереснее результат у Смирнова вышел. Он определялся как средненький бес. У меня в гвардии посильнее будут. Для меня его уровень не новость, а вот девушка впечатлилась и заинтересованный взгляд на своего молодого «начальника» бросила.

Хм… Да. Вращаясь в кругах высшей аристократии, легко забыть, что вот для такой девушки Смирнов, пусть и с низким потенциалом, — это шанс на неплохие гены. Улучшенное здоровье, слабая регенерация, физические возможности чуть выше. Мелочь, но пригодится очень много где. Да даже в той же работе, когда у такого слабого беса тупо выносливости больше будет.

— Предлагаю ещё поставить людей с флаерами. Пусть зазывают и рассказывают.

— Давай посмотрим пару дней, — поумерил я пыл Смирнова. — А там, если что, простимулируем интерес.

На том и договорились.

***

Произошедшие события поставили передо мной три глобальных вопроса, которые было бы неплохо решить.

То, что происходило с Катей, новые открытия, ученики, попытки украсть мои секреты подняли вопрос изучения энергии мира. Неудавшиеся погони как за Девятым, так и за тем парнем, говорили о несостоятельности моего подхода к перемещениям. А сам конфликт с организацией сигнализировал о необходимости разработки увесистого аргумента, когда я доберусь до их баз.

Три проблемы связаны между собой и имеют почти одинаковую значимость.

Разбирайся я лучше в том, что такое энергия, глядишь, и перемещаться бы научился как ходок. Умей перемещаться, поймал бы и Девятого, и того наглеца, что продвинуло бы ситуацию с организацией.

Правда, не уверен, что прямо сейчас нужна полноценная война с ними. Но также я не уверен, что когда-то наступит подходящее время. Дети пришли в мою жизнь, и этого не изменить. Можно только отнять, чего я не собираюсь позволять.

Когда-то Катя помогла мне разбросать устройства для замера энергии вокруг новых родовых земель. Они так всё это время там и лежали. Я один раз наведывался, ещё до того, как мы узнали о беременности. А сейчас… Сейчас мне было тупо в лом самому скакать, а жену привлекать не хотелось.

Как известно, если не хочешь что-то делать сам, скинь это на других. Поэтому я отправился к Ольге Владимировне. Торт на этот раз прихватил. Надо же было подмазаться к тёще.

***

— Ну? — приподняла она бровь. — С чем пришёл?

Встретился я с ней ближе к вечеру. До этого она была занята и смогла принять меня только сейчас.

— Ещё и торт прихватил. С чем-то серьезным?

— Важным, но не прям серьезным, — ответил я. — Хочу ещё один проект организовать… — я сбился с мысли, увидев выражение её лица. — Нет, не такой проект. Там моё участие будет минимальным. А вот с вашей стороны придётся побегать.

— Мне побегать?

— Нет, вашим людям.

— Угу, — покивала она. — Ладно, давай сюда торт и рассказывай, что хочешь.

Я передал гостинец, и Ольга Владимировна его тут же открыла. Достала из ящика чайную ложечку и… Начала есть. У кого-то был тяжелый день.

— Хочу изучить энергию мира, откуда она берется, как распространяется.

— Зачем?

— Мне кажется, это важно.

— Не сомневаюсь. Но в чём важность?

Я не нашёлся сходу, что ответить. Действительно, в чём важность?

— Наверное в том, что это одна из основополагающих сил вселенной, которая дарит как удивительные, так и разрушительные возможности, и которая никак не изучена. Это во-первых. Во-вторых, я уверен, организация этот вопрос уже изучает. Да и другие игроки наверняка тоже.

— Откуда информация про организацию? Это как-то связано с тем, что ты скакал по городу в броне и со взорванным домом?

— Возможно.

После взрыва мне пришлось отчитаться перед гвардией князя. Точнее как… Перед гвардией — взять ответственность на себя. Перед Родионом — дать пояснения, что вообще случилось. Так что Ольга Владимировна должна быть в курсе подробностей.

— Так… И что именно ты хочешь?

— Я создам артефакты. Их надо раздать людям и отправить их… Да по всей стране и отправить. Вместе с блокнотом, где они будут записывать место снятия параметров и результаты измерений.

— Сколько людей ты хочешь привлечь?

— Чем больше, тем лучше.

— Не тысячу же?

— Хватит и сотни.

— Всего-то. Сто человек, которых придётся отвлечь от других дел, чтобы они побегали ради сомнительных перспектив, — с сарказмом сказала Ольга Владимировна.

— Типа того.

Ещё один кусочек торта был отправлен в рот. Повезло, что я хорошо вкусы тёщи изучил. Она аж зажмурилась от удовольствия. Всё же женщины Медведевых те ещё сладкоежки.

— Не боишься, что артефакты украдут? — спросила она.

— Встрою в них защиту.

Как сделал это с блокираторами и всеми теми артефактами, которыми пользуются люди князя.

— Почему ко мне пришёл?

Я глянул на торт, и Ольга Владимировна фыркнула. Пришёл, потому что к ней проще прийти. К Родиону обращаться — это значит напрягать службу безопасности. К князю идти — не настолько это глобально, чтобы его напрягать.

— Готов проспонсировать проект?

— Конечно.

— Тогда я найду тебе студентов из государственного. На месяц для начала. Смету пришлю в ближайшее время. Готовь артефакты свои и придумай, как они будут сдавать данные. А главное, как ты их потом собираешься анализировать. Лучше это всё сделать в электронном виде.

— Хорошо.

В последние пару лет государство окончательно взяло курс на цифровизацию большинства процессов, и компьютеры распространялись, как лесной пожар. Мимо меня это тоже не прошло, но сам я с компьютерами не настолько подружился, чтобы это переросло в большую любовь.

Надо бы свой отдел аналитики формировать. А то как представлю, сколько данных придётся анализировать…

А ещё, по-хорошему надо сделать проект, чтобы в течение года и десятилетий показания снимать. Тогда станет понятно, что с энергией происходит. Больше её становится или меньше. А там дойдёт и до анализа причин происходящих изменений. Эту мысль озвучивать не стал. Сам потом разберусь. На год или два отложить можно, не горит. Сейчас в целом бы процесс снятия показателей запустить. А дальше отлажу это дело.

— Руководитель у тебя под это дело есть? — с легкой обреченностью спросила Ольга Владимировна.

— Никого нет.

— Ты, как обычно, что-то придумал и ко мне сразу прибежал, — покачала она головой. — Без какой-либо подготовки.

— Ну… — смутился я. — Так и есть.

— Подберу тебе кого-нибудь. Дочери привет.

— Передам.

Я попрощался и отправился домой. На сегодня с делами было покончено.

***

Пара дней ушла на то, чтобы изготовить артефакты и продумать систему оценки. А там и Ольга Владимировна скинула смету, свои заметки по проекту и написала, с кем мне связаться. Что сказать… Почитал, обрадовался и приуныл. Приуныл в том плане, что за мой счёт эта хитрая женщина захотела решить часть своих вопросов. Таких, как экспедиции в удаленные уголки страны, часть финансирования которых я беру на себя. Вместе с этим оплачу ещё и стажировки летние. Путешествия в различные города страны, оплату жилья и прочих расходов.

Сто человек мне не дали. Только тридцать шесть. Что само по себе неплохо. Как и то, что изучать будем не только города, но и глухие места.

Как и сказала, эти люди были из государственного института, то есть простолюдины с разных курсов. Как я понял, они и так были пристроены к делу, а Ольга Владимировна решила вклинить меня в этот процесс. Так-то работы студентам немного прибавится. Знай себе выделяй по полчаса-часу в день, чтобы пройтись по местности и снять данные.

Того, кто будет отвечать за проект, назначили из молодых аристократов, студента старшего института. Досье на него тоже прислали. Повезло, что не очередной Сергей, хех.

Звали его Дмитрий Вобль. Второй курс, факультет управления, из семьи мелких аристократов. По уровню где-то как Матвей и Нино, за исключением того, что парень являлся слабеньким ходоком. Встретились с ним у меня в офисе.

— Господин Эдгард, — поклонился он, когда вошёл.

Мыленно я поморщился. Пять лет прошло с тех пор, когда я, будучи никем, сам поступал в институт. А сейчас аристократ, пусть и из простых, кланяется мне, смотря с подобострастием. Что ему, в принципе, шло, потому что по паспорту ему девятнадцать лет, а выглядит на шестнадцать. Худощавый, чуть сутулый, что, вообще-то, большая редкость среди аристо, и в целом какой-то нескладный.

Если бы не Ольга Владимировна его направила, я бы не стал иметь с ним дело. Не производит он впечатление серьезного человека.

— Дмитрий, — я протянул руку. — Присаживайся. Чай, кофе?

— Нет, спасибо.

— Тогда сразу перейдем к делу.

Мир аристо был так устроен, что наверху сидели сильнейшие, а те, кто ниже, делились на две категории. Отдельные семьи и те, кто работал на сильнейших. С отдельными понятно, они сами по себе, а вот те, кто работал… Они снова делились на две категории. Те, кто состоит в клане, и те, кому такую честь не оказали.

К примеру, Кротовы, которые мне город строили, состояли в клане Медведевых. Помимо них, у княжеской семьи и других аристократов на подхвате хватало. Может, Вобль как раз из таких. Тем более он ходок, а значит, кадр ценный в перспективе.

Я кратко рассказал ему, что придётся делать. Артефакты тоже показал.

— Тебя Ольга Владимировна с каким наказом отправила? — уточнил я, как закончил вводную часть.

— Сказала организовать это дело, — потупился парень. — Ещё предупредила, что за артефакты головой отвечаю.

— Это да, их могут попытаться украсть. Есть идеи, как организовать процесс?

— Есть…

Как-то резко Дмитрий перешёл от смущения к деловитости. Подобрался весь и заговорил, что надумал. Пришёл он ко мне не с пустыми руками, а с четким видением, что и как. Мне понравилось. Всё же не просто так его отправили. Толковый малый. Ну да время покажет, что он там сделает.

— У тебя дальность перемещения какая? — спросил я, когда обсудили с ним детали и согласовали нюансы.

— Километров двадцать.

На этот раз не смутился. Час с ним общаемся, расслабился парень.

— С такой дальностью по всей стране ты прыгать не сможешь.

— Так это и не нужно. Телефон же есть.

— Хм… Мда… Точно, — теперь пришёл мой черед смутиться.

Зря парень так сказал. Я хотел ему подогнать артефакт для усиления дальности. Это помогло бы ему и способности развить, но… Раз есть телефон, обойдется.

С ним договорились, обсудили сроки и то, как будут упорядочиваться данные и когда встретимся в следующий раз. На этом и попрощались.

Глава 14. Потенциал высших

Случай с ходоком-беглецом наглядно показал, что мой способ перемещения слишком медленный. Пока я снимал показатели, пока открывал проход — ходок на другой стороне успевал убежать и выиграть несколько секунд. И так каждый раз, когда он прыгал.

Изначально моя задумка строилась на том, чтобы самому стать ходоком. Для этого я внедрял измененные гены и работал с организмом. Но вышло так, как вышло.

Сейчас я снова решился взяться за эту тему. Прошло достаточно много времени, организм адаптировался к новой силе и какое-то время пожил с ней. Да и то, что я постоянно порталы открываю, сыграло свою роль.

Должно было сыграть. Надо это проверить.

На новую задумку меня натолкнула Катя. Если клетки высшего беса способны перестраиваться почти моментально за счёт большой адаптивности. Если это так, то… То в теории возможно развить у себя любые способности.

Хватило бы нужного типа энергии. А уж это я обеспечить могу.

В прошлые разы я тоже делал что-то подобное, но тут какой момент. Мой уровень ведь тоже вырос. Может, это что-то изменило, создало базу для дальнейшего перехода.

Закончив с расчётами, я приступил к реализации. На своих землях решил ничего такого не делать. А то мало ли… Местом выбрал горы и углубился под них.

Вот ещё один странный момент. Если источник энергии — люди, то откуда она здесь, в горах, где в радиусе многих километров нет ни одной живой души? У меня не было ответа на вопрос, но я надеялся, что получится его найти.

Само место оборудовал с расчётом на то, что на мне стоят метки. Ещё одна незакрытая тема, к которой я не знал, как подступиться. Единственное, против чего не получилось выработать противодействие.

Метка позволяла поставившему её, найти меня где угодно. А значит, и это место обнаружить смогут. Пусть так. Уж здесь я смогу подготовиться куда основательнее, чем в городе, где могут пострадать невинные.

На строительство ушло три дня. Я создал изолированную комнату, блок конвертирования энергии вокруг неё и печати сбора, чтобы было, что конвертировать. А дальше… Дальше оставалось только ставить на себе эксперименты и надеяться, что из этого выйдет что-то путное. Начать я решил с малого. С десяти минут каждый день. Повышать буду на пять минут раз в неделю. Мощность тоже начну прибавлять. Посмотрим, какой результат будет через месяц.

***

Тема пространства была важна и по другой, третьей, глобальной причине.

Броня, которую я разработал, без преувеличения — шедевр алхимии. Но хороша она на небольших участках и в боях один на один. Ну, или один против армии, когда надо разрушить чью-то базу.

Если же нужно взять под контроль большую территорию, ту же блокировку применить, все куда сложнее. В смысле, броня под это не заточена, и навешивать на неё дополнительные мощности — это значит расширять комплекцию, утяжелять и делать прочие вещи, которые превратят доспех в тележку на ножках.

Да и чисто психологически броня выглядит не так грозно, как… Как какой-нибудь военный корабль.

Когда-то я с Катей обсуждал идею квадрата смерти. Название шуточное, но саму идею сделать что-то летающее, большое, внушающее опасения, несущее в себе набор полезных функций, да ещё и способное перемещаться в пространстве, мы одобрили.

Чертежи того, как это может выглядеть и функционировать, я набросал — не квадрат, разумеется, а куб. Что хочу получить в конечном счёте, тоже описал. Сколько это будет тратить — подсчитал и приуныл. Много. Оптимизировать придётся долго и упорно, пока не получится реализовать что-то приемлемое.

Поэтому и важно было начать изучать тему энергии. Как и тему пространства. Всё связано, как ни крути.

Начал я с того, что пару дней помогал строителям закончить возведение одного из заводов, где собирался производить металл. С моими силами стройка ускорилась в разы. Весь завод не сделал, но ту часть, которая была мне нужна прямо сейчас, закончил. Мне требовался новый вид металла с ещё лучшими характеристиками, что у того, что я делал раньше.

Как разобрался с этой задачей, создал макет. Одну большую коробку, прямо рядом с мастерской, из черного металла. На вопросы, что это такое, никому не ответил. Внутрь попасть могу только я, через портал, а пока пусть стоит, щекочет нервы наблюдателей.

***

Пока занимался делами, не забывал и про Бао. Тому хватило дня, чтобы перерисовать печать. Двухмерную, одну из самых простых.

А дальше начались трудности. Печать включала в себя три круга и двадцать шесть линий. Её размер мог быть от десяти сантиметров в диаметре, если накладывалась на маленькие объекты, до трёх метров, если работать с чем-то покрупнее. Меньше или больше этого диапазона нельзя. Там требовались уже другие решения.

— Как успехи? — зашёл я к Бао, закончив возводить металлический куб.

Бао сидел на полу. Вовсе не в красивой позе для медитации, а как попало, опершись рукой о пол и тяжело дыша. За прошедшие дни он сбросил пару килограмм, побледнел, заполучил синяки под глазами, да и в целом стал выглядеть куда хуже.

Кормили его нормально. Мы с ним даже на улицу выходили, когда у меня было время присматривать за ним. Кроме жизни взаперти, никаких лишений в его жизни не присутствовало.

Истощение было следствием внутренних переживаний и перенапряжения. Все силы Бао бросил на то, чтобы изучить печать. Делал он это с маниакальным фанатизмом, но низкой результативностью.

— Опять загнал себя? — оглядел я его.

— Я должен это сделать, — ответил он. — У меня почти получилось.

— Покажи.

Бао показал. Проблема в том, что он не видел того, что создавал. Сейчас я был убежден, что это действительно так, и что это не хитрая интрига.

Сначала Бао было трудно создать любой геометрический узор. Он привык к хаотичным построениям, а не к тому, что важна каждая черточка и длина. Потом ему было сложно создать нужный узор — собственно, с этим он так и не справился.

То, что Бао продемонстрировал сейчас… Ну, это как не особо рукастый художник пытается второпях перерисовать схему.

— Ты запомнил всю печать, — отметил я. — Но исполнение пока что хромает.

— Насколько сильно?

— Сильно, — не стал я врать.

— Тогда я не уверен, что без зрения это возможно.

— Тогда мне нечему тебя учить.

Бао оказался тем ещё сомневающимся типом. Прямо недовольства он не озвучивал. Да и бухтел не то чтобы часто. Но иногда из него просачивалось. Либо у него какие-то нереалистичные ожидания по поводу обучения, либо… Либо из него ученик плохой. Тогда понятно, почему они ничего не добились.

Речи о паре веков исследований, следовании пути и прочем — красивые, конечно. Но чего достиг сам Бао на своём веку?

Может, и были достижения. Всё же он выкладывался. Но и сомневаться в себе не гнушался.

— Может, дашь какую-то подсказку? — с надеждой спросил Бао.

— Завтра тебе принесут металлические бруски. Будешь внедрять печать в них. Ты ведь умеешь править узор внутри объекта?

— Умею.

— Вот и хорошо. Завтра попробуешь. А сегодня отдохни. Если сляжешь с истощением, никому от этого лучше не будет.

— Есть какая-нибудь информация по организации? — спросил он, когда я уже развернулся и собирался уйти.

— Нет. Тишина. От твоих тоже никаких новостей. Портальный проект свернули и, насколько мне известно, сейчас там напряженные отношения.

Бао кивнул, принимая ответ, и больше ничего не сказал.

Я же, когда вышел, задумался о том, не сделать ли какие-нибудь очки, позволяющие видеть потоки энергии. Не для Бао. Пусть занимается без них. Хотя, если захочу загубить его развитие, выдам. Тогда он будет зависеть от этих очков и потеряет мотивацию развивать зрение. Хм… Подумаю над этим. Очки ведь ещё надо сделать, а для этого изучить, что такое энергии и что именно позволяет мне их видеть. Развитое воображение, что интерпретирует ощущения в картинку, или какая-то особенность глаз.

***

Когда вечером вернулся домой, там поджидала Катя. Не ждала, а именно поджидала, словно я редкий зверь, а она охотница. В каком-то смысле так и было. Не зверь, а редкий алхимик, а она та, которая хотела приобщиться к знаниям.

Самое смешное, что она не наседала на меня напрямую, а сначала озаботилась приманкой. Ужин приготовила, на стол накрыла, сама нарядная встречать вышла.

Будь я чуть большим параноиком, подумал бы, что она сама шпионка. Но нет, просто любопытная женщина.

— Показывай, — вздохнул я, когда ужин закончился и стало понятно, что мне не отвертеться.

Как чуть ранее Бао, Катя показала. Сразу две печати создала. Те же самые, что и азиат. Простые печати укрепления. С той лишь разницей, что исполнила она их идеально.

— Ну как? Круто, да? — спросила она.

Я на это лишь вздохнул.

Век живи, век учись, как говорится. Кое-какой момент я не учёл. Не хватает мне опыта как учителю. Ох как не хватает. Кир был маленьким ребенком. Бао — обычным человеком с не совсем теми навыками, которые нужны для алхимии. А вот Катя…

Она была элитным бесом.

На практике это означало, что её мозги работали куда лучше и быстрее, чем у обычного человека.

— Будут какие-то замечания? — спросила супруга, не дождавшись от меня ответа.

— Развей, пожалуйся. Ты их выполнила идеально. Ещё и две. Молодец, признаю. Но не надо напрягаться.

— Я научилась контролировать запас энергии, — Катя демонстративно показала браслет на руке, который молчал и не показывал, что скорость поглощения увеличилась.

— Ты думаешь, что научилась. К тому же с этой беременностью всё вновь, мы не знаем, с чем нам предстоит столкнуться.

— По ощущениям — для меня это плёвая задача.

— Не буду спорить.

Когда Катя осознала, что у неё открылись такие же способности, как и у меня, она… Словно с цепи сорвалась. Но не как Бао. Для того это было вопросом выживания. Для Кати же — развлечением, забавной игрушкой и способом скоротать время. А может, и чем-то большим, но выглядела она именно так — как ребенок, дорвавшийся до чего-то весёленького.

Лично для меня это осложнялось тем, что отказать беременной жене не так просто.

— Покажешь что-нибудь новое? — спросила она как бы невзначай, а вовсе не так, будто готовилась весь день.

— Нет.

— Ну, Эдгард… — протянула Катя.

— После родов. Куда ты спешишь?

— А если что-то случится?

— Что, например? — приподнял я бровь.

— Меня похитят.

— Не похитят.

— Но похищали же раньше.

— Тогда ты не была моей женой.

— Но вдруг это повторится.

— Не дави на больное.

— Хорошо, не буду, — покладисто сказала Катя.

После чего я почувствовал себя дураком, который делает что-то не так.

— Ты не совсем понимаешь, чего хочешь, — сказал я. — Печати — это не только затраты энергии. Это ещё и другие нагрузки. С помощью печатей можно влиять на реальность, и у всего есть цена. Чем больше влияние, тем сильнее откат. При должной подготовке и осторожности это не страшно. Для взрослого, сформировавшегося одаренного. Ты же, будучи беременной, хочешь с места прыгнуть к вершинам.

— Можно без вершин, — тут же среагировала Катя. — Я понимаю, что ты говоришь. Обучи тогда меня минимальному набору для выживания. Обещаю никак твою реальность не менять.

В тот вечер мы так и не договорились. Я не хотел рисковать и уперся, Катя тоже обострять не стала. Но и свои попытки уговорить меня не оставила. Отложила на время.

В итоге я и правда задумался, что бы ей такое дать, на всякий случай. Сейчас я уверен, что жену защитить смогу. И даже если её похитят, найду где угодно. Но вдруг… Вдруг меня самого убьют? Об этом не хотелось думать, но я теперь отец. Скоро им стану. Необходимо думать наперед и учитывать любые вероятности.

Пару дней я размышлял над этим. Да и не только над этим. Думал о том, что недооценил бесов.

Для примера, Катя могла глянуть на страницу из учебника и осознать её разом, после чего повторить наизусть. Думаю, аналогично и с печатями. Видя их, она не испытывала тех проблем, что Бао. Добавим к этому скорость обучения, отличную память и получим, что полноценным алхимиком она может стать в рекордные сроки. Может и вовсе превзойти меня. Ну, при условии, что я отложу все дела и посвящу всего себя её обучению. Чего я делать не собирался. Да и Катя пока не выказала желания настолько углубиться в тему.

Меня это по другой причине беспокоило. Дети. Что, если они будут, как Катя, постигать алхимию семимильными шагами и в раннем возрасте достигнут высот, при которых станут опасными для себя и окружающих. Может, их вообще алхимии не учить? Пусть растут как обычные дети.

Хотя нет, кого я обманываю. Обычными они точно не будут. Да и враги… Сам факт того, что они мои дети, ставит их под угрозу. Им придётся взрослеть куда быстрее, чем обычным. Взрослеть и учиться защищать себя.

И если уж на то пошло, где гарантии, что они сами не разберутся в том, что их окружает, без всяких моих наставлений?

Кате я всё же кое-что дал новое. Разработал специально для неё набор «безобидных» печатей. Они не должны особо напрячь её организм, но мозги займут и помогут развить необходимые для алхимии навыки. Решил было ещё приколоться и усадить её за расчёты. Показал формулы, что надо делать, почему именно так. Она возьми и реши.

— А что тебя удивляет? — для Кати не остался незамеченным мой ступор. — С твоей подачи последние полгода я нагружала мозги, в том числе сложными расчётами. Тут ничего такого нет.

Да уж, совсем ничего такого. Я дал ей задачу на расчёт коэффициентов, которые ставились в печать при наложении на металл. Сложность — ну, где-то на уровне третьего курса математики в государственном институте.

— Я и не знал, что ты у меня такая умная, — сыронизировал я.

— Сейчас непонятно было — это комплимент или оскорбление? — прищурилась Катя.

— Это была моя ненаблюдательность. Просто для справки — я как-то раз попытался Софии объяснить, какие расчёты произвожу. Так она ничего не поняла и убежала.

— Ей просто было неинтересно. Ну и она послабее меня на тот момент была.

— А тебе интересно?

— Если это имеет прикладное значение, то да. Если уж на то пошло, я бы хотела быть полезной для своих детей.

— Помогая им с расчётами? — хмыкнул я.

— В том числе. Что-то мне подсказывает, что их жизненный путь не получится простым. Пусть в этом случае у них будет два родителя, которые могут помочь, объяснить и дать совет.

Умная у меня жена. А ещё хитрая. Я уверен, что Катя правда заботится о детях. В том числе. Но, помимо этого, она продвигает идею своего обучения. Мол, это и для безопасности полезно, и тебе помогать смогу, и детям подскажу, если что.

И ведь не поспоришь.

— Эдгард, — заглянула она мне в глаза. — Ты ведь не ревнуешь?

— К чему?

— К моим успехам. Знаешь, мужчин иногда такое задевает.

— Нет. Твои успехи меня удивляют. Немного шокируют. Заставляют задуматься. Но я не ревную.

— А что тогда?

— Просто…

— Просто ты привык быть единственным, и тебя смущает, что это меняется?

— Да.

Признавать это было трудно. В первую очередь самому себе. Но ситуация куда глубже, чем может показаться на первый взгляд.

Дело не в том, что я привык быть единственным алхимиком в этом мире. Сильным, незаменимым и чрезвычайно полезным. Проблема ещё в том, что я и в прошлой жизни привык быть единственным. С совсем другой смысловой нагрузкой.

Последний не спятивший алхимик. Последний из семьи.

В этом мире у меня появились близкие люди, друзья, семья… Жена вот появилась. А скоро будут дети. Та пустота, с которой я жил несколько лет, давно заполнилась.

Но была ещё одна пустота. Научно-алхимическая, единомышленническая. У меня не было возможности обсудить с кем-то алхимию. Те проблемы и задачи, с которыми я сталкиваюсь. Да банально узнать другое, не такое, как моё, мнение.

Я бы многое отдал, чтобы пару часов поболтать с таким же, как и я, специалистом. Ну, почти таким же. По уровню силы и мастерству. Чтобы обменяться опытом.

Жаль, что это была одна сторона монеты. Манящая, притягательная, но одна. Другая же сторона — это неизбежные конфликты.

Может, с женой мы и проживем всю жизнь в мире и согласии. Но родятся дети. Вырастет Кир. Бао, может, чему научится. Где-то ещё одаренные вырастут. Пусть спустя сто лет, но в мире появится несколько десятков алхимиков. А может, и сотен. С разными целями, желаниями, отношением к жизни. Алхимиков поставит на службу аристократия. Будут использовать как оружие. Или, быть может, они сами возжелают захватить власть и начнётся война. Это было второй стороной монеты. Которой мне хотелось бы избежать. Но чем дальше всё заходит, тем больше понимаю, что это невозможно.

— Я тебе не соперница. Надеюсь, что союзница, — мягко сказала Катя.

— Дело не в этом, — улыбнулся я. — Просто… Всё сложно. Слишком много учеников на меня свалилось.

— Скоро их станет больше, — Катя погладила себя по животу.

Который в последние дни стал чуть выпирать. Всё ещё едва заметно, но при должной внимательности было сразу понятно, в чём дело.

— Да, и это меня тоже пугает. Но ничего такого, с чем бы я не мог справиться. Наверное, мне нужно время, чтобы привыкнуть.

— Если что, я всегда рядом, ты же знаешь.

Ну и как после такого не обнять любимую жену?

***

На этот раз с князем я встретился на загородной вилле. У моря которая. Так-то она за городом, но не рядом со столицей. Это был тот редкий случай, когда Анастас выбрался с женой отдохнуть. Без Августа. Тот, насколько мне было известно, пахал, как вол.

— О чем ты хотел поговорить, Эдгард? — спросил князь, когда я к нему пришёл.

— О делах, но не уверен, что ради них стоило вас отвлекать.

— Да брось. Ты же не судьбу мира собираешься обсудить? — как мне показалось, с затаённой надеждой спросил князь.

— Нет… Хотя…

Его лицо никак не изменилось. Едва напряглось, да и то я не был уверен, что мне это не показалось.

— Тогда рассказывай. Не томи.

— Да всё просто. Мне нужна вся ваша гвардия.

— Объясни.

— Если быть точным, то не гвардия, а все бесы, которые вам доступны. И ходоки. Помните, вы просите проект развития ходоков, как у азиатов? У меня появились задумки.

— Помню, конечно. Я думал над этим, но…

— Но собрать всех ходоков для исследований не так просто, чтобы это выглядело нормально, — понимающе кивнул я.

Особенно учитывая, что эти ходоки из других аристократических семей, и дергать их, куда захочется, в принципе невозможно. Невозможно без последний. А так-то князь в теории и не такое провернуть способен.

— Как насчёт того, — сказал я, — чтобы начать с кого попроще? С тех же гвардейцев. Ничего сложного от них не потребуется. Зайти, куда скажут, сдать ряд тестов. Можно подать это как обычную медицинскую проверку.

— Для чего тебе это?

— Для тестов. Хочу изучить ряд вопросов. Возможно, Ольга Владимировна уже рассказала, что я начал изучать энергию мира углубленно. Это связано с этим проектом. Да и в целом со способностями. Быть может, я смогу что-то и для бесов сделать. Я в курсе, что у вас и свои методики есть, но, может, добавлю что-то к ним.

Это было той платой, которую я предложил за содействие. Так-то всю гвардию гонять — это тоже нетривиальная задача. Как и обследовать их. Это ведь минимум пара тысяч человек. А если ещё и армейские образования подтянуть, то и вовсе. Работы на пару лет минимум. Придётся ещё персонал готовить, чтобы на себя это взяли. У меня самого делать всё «от» и «до» времени нет.

— Допустим, — кивнул князь, задумавшись, — это возможно.

— Тогда начнём с простых бесов. Пару месяцев их поизучаю. Сделаю кое-какие наблюдения, приму решения. Так и слухи разойдутся, что главный одаренный страны, — я позволил себе усмешку, — начал какое-то проект. Возможно, другие аристократы тоже захотят отправить свою гвардию. Мне чем больше данных будет, тем лучше.

— Предлагаешь и их усилить?

Уважаю князя за то, как он словами оперирует. Спросил так, будто я здесь что-то решаю. На самом деле, даже потребуй я чего-то, он и отказать сможет. Мягко, но непреклонно. Если придется, конечно. Для меня хорошая новость в том, что я не предлагаю ничего сомнительного. Это всегда то, что полезно обеим сторонам. На том и живём.

— Я могу попробовать разработать две версии. Одну усиленную, вторую ослабленную. Кому давать технологию — это уже на ваше усмотрение.

Кнут, пряник и пряник побольше. Основы правления.

— Что от меня нужно? — уточнил князь.

— Дать добро. Выделить того, кто ко мне всех бесов будет направлять. Помещение тоже не помешает. Могу и у себя сделать, если нужно.

— Выделю кого-нибудь. Сколько тебе нужно времени на подготовку?

— Да я готов уже. Осталось определиться, где тесты проводить будем, обеспечить секретность и всё прочее.

— Хорошо, подумаю над этим. — князь кивнул и перевёл тему. — Как твоя стройка продвигается?

— Не так быстро, как хотелось бы, но куда быстрее, чем могло бы быть. Такими темпами скоро земли расширять придётся, — улыбнулся я.

С князем у нас было заключено соглашение. Он мне выдаёт самую убогую территорию в стране, и она переходит в разряд личных земель по мере облагораживания. Свалку я убрал, с экологией поработал, город заложил. Ещё пара лет — и это место превратится во что-то красивое и пригодное для жизни.

— Без проблем, — князь поддержал мою улыбку. — Хочется уже поскорее увидеть, что из всего этого получится. А с одаренными что там у тебя? Изучение бесов с этим тоже связано?

— Косвенно. Бесов тоже могу проверить на одаренность.

— Проверь, вдруг из этого что интересное выйдет.

— Хорошо. А так… На текущий момент мы нашли человек двадцать, кто потенциально подходит на роль целителей.

— Что дальше думаешь с этим делать?

Князь прекрасно знал про мои планы. Наверняка ему своевременно доклады ложатся по любому моему шагу. Но лично мы с ним это не обсуждали, и, видимо, он захотел посмотреть, что я сам скажу.

— Обучать. Надеюсь, к сентябрю подготовлю место и найду, кто учить будет.

— У Хофманов специалистов возьмешь?

— Да, было такое в планах.

У нас, к сожалению, своих специалистов не хватало. Поэтому буду приглашать иностранцев, заманивая их высокими гонорарами.

— Эх, молодость, — усмехнулся князь. — Всё-то вы куда-то спешите.

— Так когда ещё спешить, если не в молодости? В возрасте уже солидным надо быть. Размеренным.

Князь на это посмеялся. Мы ещё какое-то время обсуждали всякие мелочи, а потом я отправился дальше, остальные вопросы решать.

***

Смирнов смог найти несколько вариантов зданий, которые я мог бы купить. Вместе с ним съездили, посмотрели.

— Что за хрень, — высказался я в конце, когда мы закончили осмотр всех объектов.

— Я думал, будет лучше, — стушевался Сергей.

— Других вариантов нет?

— Удовлетворяющих запросам — нет.

— Отстой, что тут ещё скажешь, — расстроился я.

По простому пути пойти не получилось. То, что мы осмотрели, не совсем уж ужасно. Но ничего такого, чем можно пользоваться сразу. Всё надо переделывать, а это очередная потеря время. Да и строить под себя всегда лучше, чем исправлять чужое.

— В общем, — прикинул я расклады, — скинь эту задачу на какое-нибудь агентство. Пусть ищут нам варианты, вдруг что-то появится. А так снижаю приоритет по этой задаче.

— Говоришь так, будто передумал покупать здание, — подметил Смирнов.

— Может и так, — не стал я отрицать.

В тот вечер домой я пришёл не то чтобы расстроенным, скорее раздосадованным. Оценил расклады и прогресс по всем проектам. Будка по выявлению целителей работала, и сейчас там даже очереди начали образовываться. Пока не очень большие, но люди и из других частей города заезжали, узнав про уникальную возможность. У меня было подозрение, что их больше интересует, как бы узнать на халяву что-нибудь прикольное о себе, чем обнаружить способности и изменить жизнь. Но с этим позже буду разбираться.

Этот проект работал и сейчас моего участия не требовал. Зато требовал подготовиться к следующему этапу. То есть обеспечить будущих студентов местом для проживания и обучения.

С облучением себя энергией для перемещения тоже работа велась. Без каких-либо выраженных результатов. Как бы я ни измерял, изменений в себе не заметил. Может, что-то не так делаю, может, мощности маловаты, может, ещё что. Пока в планах продолжать и плавно наращивать силу воздействия, а там решить по обстоятельствам.

Исследование бесов тоже пока в режиме моего ожидания. Князь готовит почву. Как позовут, мне нужно будет оборудовать комнату и обучить персонал. Все расчёты и артефакты для этого готовы.

Остальные же направления либо также не требовали моего участия, либо сводились к очередным расчётам. С учениками тоже затишье выдалось. Кир осваивал сплетение двух линий. Катя училась создавать примитивные печати. Бао бился над точностью и работал с металлом. Что, кстати, получалось у него лучше. Возможность зафиксировать энергию в материале, «ощупать» её и подправить неточности сильно облегчила ему задачу. По моим оценкам, ему ещё недели две потребуется, чтобы освоить этот приём на должном уровне.

Оценив все эти моменты, я… психанул. В хорошем смысле психанул.

На следующий день после осмотра зданий прибыл с утра на стройку и нашёл главного прораба.

— Господин, — кивнул он мне.

— Вячеслав Андреевич, — протянул я руку, и мужчина пожал её, — я вам пришёл проблем подкинуть. Или скинуть, тут как посмотреть.

— Что такое?

Он постарался не показать, что напрягся, но по блеснувшим глазам, тому, как мужик распрямился и чуть сжал кулаки, это было легко заметно.

— Меня не устраивает скорость стройки.

— Но… — попытался он сходу возразить, но я поднял руку и перебил его.

— Я понимаю, что вы и так быстро работаете. К вам, к строителям и Кротовым у меня нет никаких претензий.

— Тогда я не понимаю, что вы хотите.

— Ускорить процесс. Вы знаете, каким способом.

Конечно, знает. Как-никак, я не раз демонстрировал свои возможности и принимал участие в стройке.

— Поэтому от вас потребуется снабжать меня материалами и присматривать за тем, чтобы я нигде не ошибся.

— Если вы настаиваете…

Чувства этого мужчины я понимал. Как они строят — он прекрасно знал и мог отвечать за конечный результат. Что я там делаю с помощью этих своих способностей — бог весть. Вроде нормально всё, а потом раз, и обрушится здание. Никто ведь не покажет в этом случае пальцем на Соколова. Покажут на Кротовых. Потому что именно они числятся строителями на этом проекте.

— Всю стройку я на себя не возьму, не переживайте. Но несколько зданий надо достроить в ближайшие… мм… — прикинул я сроки, — пару недель. Поэтому работать буду быстро.

Совсем уж быстро не получилось. Если бы надо было возвести одноэтажное здание, тогда вопросов нет. Это тривиальная задача. А когда этажей несколько — другая история.

Я открывал порталы, к ним с другой стороны завозили раствор и материалы, а дальше в ход шла свободная трансформация. Нужно было лишь задать форму и закрепить, для чего использовались печати из алхимии подобия. Также я применял печати укрепления, продвинутую версию того, чему обучал Бао.

Когда одни задачи кончались, на смену трансформации приходило перемещение крупных объектов. Можно и краном, но… Я работал быстрее. Пусть и нарушал один из важнейших принципов прошлого мира — что может быть сделано без алхимии, должно быть сделано без алхимии.

Часа за три помог рабочим достроить третий этаж будущего медицинского центра. Там им где-то половина работ оставалась. Дальше они должны пройтись и доделать всякие мелочи, а я пока другими зданиями займусь, а к этому через пару дней вернусь, чтобы четвертый этаж достроить.

Так дальше и пошло. Заодно я решил проверить, сколько сейчас через себя энергии смогу пропустить. Посмотрим, чего достиг за последний год.

Глава 15. Свадьба Норковых и другие дела

Катя крутилась возле зеркала, в сотый раз осматривая платье. Я стоял рядом, в смокинге, и с поистине титанической выдержкой наблюдал за этим.

Одно хорошо — с женой-ходоком сложно опоздать. Раз — и вы на месте. Единственное, что может воспрепятствовать, — сама жена.

— Ты уверен, что мне следует идти? — спросила где-то в двадцатый раз Катя.

— Если мне не изменяет память, то именно тебе надоело сидеть дома.

— Да, но…

Н-да. В прошлой жизни, когда мечтал о семье, не задумывался, что женщины… Ну, другие. Иногда странные.

— Но менять что-либо уже поздно, — вздохнул я. — Пойдем? А то всё пропустим.

— Пойдем, — Катя протянула руку, и через миг мы оказались в другом месте.

Матвей с Нино решили сыграть свадьбу… Не то чтобы с шиком, но и скромной её не назовешь. Приглашено было что-то в районе пятидесяти гостей. По крайней мере, Нино мне такие цифры называла. Место проведения — одна из резиденций в городе, что использовалась для подобных мероприятий.

Чтобы понять важность всех нюансов, надо помнить, что Матвей и Нино, пусть и аристократы, но из бедных семей. Настолько бедных, что у обоих были проблемы с оплатой обучения. Выкрутились как-то, но на фоне других аристо такие семьи и выходцы из них смотрелись бледно. Поэтому пусть и не супермасштабное, но всё же проведенное с некоторой помпой мероприятие — это способ приподнять свой статус, заявить общественности, что дела у двух семейств пошли в гору. В основном благодаря работе этой парочки на меня.

Но тут, как говорится, одно тянет за собой другое. Молодежь поднялась, помогла родителям, те улучшили своё положение. А дальше остаётся продолжать в там же духе и не сбавлять темп. Глядишь, лет через сто превратятся в кого-то крупного.

Появились мы с женой возле здания, прошли внутрь, а там нас взяли в оборот. В смысле провели к Матвею, в «мужскую» часть. Девушкам сюда не возбранялось входить, но Катя по-хорошему должна была отправиться в «женскую», куда мужчинам как раз было нельзя, но… Беременную жену я от себя ни при каких условиях отпускать не собирался.

Мало ли что. Между прочим, наш выход сюда был согласован с князем и Родионом, а в государстве объявили повышенную тревожность, приравняв наследников Соколовых к стратегически значимому ресурсу.

Будь я на месте князя, тоже бы режим паранойи включил. Мало ли что за чудо там родится. Я и сам, как отец, с опаской ждал этого момента.

Шутки шутками, а сегодня нам придётся не только отдыхать да веселиться на свадьбе друзей, но и работать. Это немного некрасиво, что мы перебьем чужой праздник новостью о беременности, но что поделать. Такова жизнь аристократов. На публичных мероприятиях решаются свои вопросы. Это и Норковым дало бонусы. Отучившись в старшем институте, они могли позвать кого угодно из однокурсников. А вот захотели бы те откликнуться или отделались бы символичным подарком, отправленным курьером, — другой вопрос. И то, что сегодня встретим много знакомых лиц, — отчасти наша заслуга. Это не мои слова, а Катины. Она в этих делах куда лучше разбирается.

— Ребята! — воскликнул Матвей.

Он был в белом костюме. Выделяться будет на фоне всех остальных мужчин, что придут в черном. Нино тоже в белом, это стандарт, который не изменить. А вот женщины — в розовых оттенках явятся.

— Привет, жених, — поздоровался я.

Мы обнялись. Матвей чмокнул Катю в щёку, и на этом прелюдии закончились.

— Как настрой, герой? — спросила моя жена. — Нино не видел?

— Сегодня нельзя, — насупился Матвей. — Традиция, — последнее слово он сказал с большой иронией.

Как-то мне довелось услышать спор Нино с Матвеем о том, как проводить свадьбу. Если коротко, то Матвей тот ещё балагур и, будь его воля, закатил бы лучшую вечеринку столетия. А Нино, наоборот, девушка серьезная и хотела свадьбу традиционную.

— Пойдемте, что ли, вас к остальным гостям провожу.

Находиться долго на мероприятии мы не могли себе позволить. Катю я обвешал артефактами, но неизвестно, как они себя поведут. Поэтому и рассчитали так, чтобы прийти перед самым началом, успев немного пообщаться с гостями. После начала внимание будет переключено на молодожёнов, а до этого мы должны показаться, дать себя рассмотреть, осознать новость и перекинуться с нами приветствиями.

В комнате, куда Матвей нас завёл, по пути болтая о всяком разном, находились преимущественно мужчины, но и несколько дам было. В частности, я с ходу увидел рыжие волосы Алисы Сирень — девушки, необычной во многих смыслах. Одной из главных ее странностей считали то, что она до сих пор не замужем и даже официального жениха не имеет. В её возрасте это показательный момент, который меня никак не волновал. Но так вышло, что слухи и до меня дошли. Мир — тесная штука на самом деле.

Вокруг Алисы вилось сразу с пяток парней, и она им что-то напевала. А вот вторая приметная девушка — серебристоволосая Рао, которая давно уже не Ирбисова, а Моржова.

— Ах да, — сказал Матвей тихо, — Не одни вы к нам с новостями заглянули.

Я присмотрелся и увидел, что у Рао выпирает небольшой животик. Едва заметный, но, когда у тебя самого жена беременна, учишься различать такие нюансы влёт. Рядом с ней стоял Виктор, спиной к нам, когда мы вошли, и сразу стало понятно, что именно здесь делает Рао. Виктор, как и я, кажется, тоже не хочет далеко отпускать беременную жену. Понимаю его.

— О, Эдгард! — с нами поздоровался один из моих бывших однокурсников.

Так и пошло дальше. Здоровались, перекидывались ничего не значащими фразами, шутили над Матвеем. Дошло дело и до Моржовых.

— Давно не виделись, Эдгард, — протянул он мне руку. — Катя, — а вот жене поклон отвесил.

— А вы, как погляжу, — сказала Рао, — не отстаёте от нас.

— Ты о чем? — удивился её муж.

Сразу понятно, кто в их семье самый наблюдательный.

— Не отстаём, — ответила Катя, коснувшись живота. — Вы, мальчики, пока пообщайтесь, а мы с Рао поговорим о своём.

— Э… да, конечно, — собрался Виктор. — Так что, поздравляю?

— Как и я тебя.

Мы оба посмеялись и отошли чуть в сторону. Матвей дальше ушёл, ему, как жениху, требовалось развлекать гостей и встречать новых. Мы пришли пусть и под конец, но не самыми последними.

Обсудили всякое разное, поговорили про логистический проект. Тему беременности жён не поднимали. Такая она, интимная слишком. Договорились как-нибудь встретиться. Тогда и поговорим.

Пока общались, к нам и другие парни… Кхм… Точнее, уже мужчины, хватит старых знакомых молодыми парнями считать. В общем, к нам подходили. А жены у окна встали и так до начала мероприятия и проговорили.

Ну а потом Матвей всех пригласил к самому главному. Сам он ушёл, а мы толпой прошли в большой зал, где и расселись по местам. Там и другие женщины пришли. А дальше было стандартно. Отец Нино вывел невесту, влюбленная парочка произнесла клятвы, женская часть зала растрогалась, а мужская… Половина из нас уже были женаты, так что чужое «взросление» восприняли спокойно. Гораздо веселее было на последующей части, но долго мы там с Катей не задержались.

***

— А я тебе говорил, — довольно кивнул Моржов-старший, когда Виктор рассказал ему новость.

— Да-да, — отмахнулся мужчина. — Повезло на самом деле. Удачно совпало. Всё как ты и хотел.

— Только вот твой друг так разогнался, что я даже не знаю.

— Что тебя смущает? — удивился Виктор.

— Кем он станет через двадцать лет, и кем будут его дети.

— Время покажет. — Виктор смотрел на эту ситуацию куда проще, чем отец. Как наследник он понимал важность происходящего, а как друг… Не сильно хотел воспринимать это сугубо в циничном, деловом ключе.

— Что ещё интересного было? — спросил глава рода.

— Да ничего особенного. Понятно, что завтра вся страна будет знать. Их особо не осаждали, да и ушли Соколовы рано.

— Рано? — ухватился за это слово Моржов. — А Катя нормально выглядела? Не болезненно?

— Да нет. Она, кстати, куда сильнее стала. Я прям слабым себя на её фоне ощущаю.

— Что лишний раз доказывает — у Соколовых есть технология развития потенциала.

— Или у князя. Мог и он племяннице подсобить, — возразил Виктор.

— Может и так. Но, думаю, у них обоих есть. Эх, нам бы тоже что-то такое заиметь. Походу, это становится жизненно необходимым.

Виктор на это только руками развёл. О проблемах и вызовах рода он прекрасно знал. Как и о том, что не все задачи могут быть решены в один момент.

***

В конце августа я впервые, с того момента как включился в стройку, выдохнул. Главное, что меня сдерживало, — это отсутствие площадей, где размещать людей и проекты, которыми они должны были заниматься.

Главное достижение — это то, что медицинский центр был достроен. Сейчас внутри велись отделочные работы, и это та ещё головная боль, на которую я никак повлиять не мог, но важно, что эта часть стройки перестала зависеть от таких проблем, как погода. Необходимые коммуникации подвели, оставалось лишь ждать, когда приготовления будут закончены. Что осложнялось медицинской спецификой. Мне пришлось даже с Хофманами общаться, чтобы они подкинули контакты людей, которые в этом всём разбираются. Некоторые вещи, такие, как подача кислорода в палаты, требовали отдельного проектирования и учёта — и это лишь один из нюансов. Хорошо, что моя роль в этом свелась к поиску подрядчика, а дальше я скинул заботы на Гвоздёву. Она хотела больницу, вот пусть и разбирается, где и что будет.

С другими зданиями так отвертеться не получилось. Достроили ещё главное — для гвардии. Самое простое из всего, что есть в моём пока небольшом городе. Там имеется рабочая часть, жилая и тренировочная. В будущем рядом построим казармы, нормальные дома для семейных пар, кто захочет сюда переехать, общежитие для одиночек, различные полигоны и так далее. Список того, что может потребоваться гвардейцам, велик и обширен.

К этому времени стало понятно, что изначальный подход к строительству был не особо верным. Можно было смело удалять строящиеся здания друг от друга, с расчётом на то, что те направления, которые я здесь закладываю, разрастутся и потребуют новых площадей. Ну да ладно. Город первый раз строю, как-никак. Ошибки неизбежны, учитывая то, что делается всё впопыхах.

Третьим важным объектом были несколько заводов, на которых можно без особых усилий произвести многие расходники, такие, как особый металл или ещё какие артефакты. Четвертое по важности — дороги. В их строительстве я тоже принял участие и заложил столько прочности, что хрен их теперь испортишь. Как бы ни старались строители. А они старались. Пятое, что было важно, — на днях закончили академию для целителей.

На самом деле, чисто со строительной точки зрения, это здание было, как и у гвардейцев, простым в исполнении. Я наловчился и мог по три-четыре этажа за день возводить. Главное, чтобы Кротовы успевали материалы подвозить. Которые закупали по всей стране, ещё и за границей. Иначе было никак, потому что у нас не имелось подрядчиков, способных выдавать такие объёмы в столь сжатые сроки. Сколько я за это заплатил… Лучше не спрашивать.

Простые в строительном плане, но касательно алхимии… Да, пришлось повозиться, чтобы заложить всё, что я хотел, и то, что могло понадобиться. Как защитные системы, так и обучающе-анализирующие и поддерживающие.

Хорошо, что этот этап закончен. Пока я со стройкой решил завязать. Пусть дальше строители свою работу делают, в штатном режиме, а я другими проектами наконец-то займусь.

***

Когда-то давно мне рассказали про концепцию небесных тел. Когда ты маленький, то сам тянешься к тем, кто крупнее. А когда вырастаешь, к тебе начинают тянуться.

Со мной на связь вышел один из «средних» аристократов. Никак до этого я с ним не пересекался. Договорился о встрече он через офис, где броню продавали. Заранее предупредив, что разговор будет другим, связанным с моим городом. Информацию мне передали, и я согласился встретиться, заинтригованный. А почему бы и нет, собственно.

Звали мужчину Геннадий Борзов. Фамилия у него интересная. Зверей борзых в природе не существовало. По крайней мере, я об этом не слышал. Так что фамилию их семья взяла лет триста назад по роду деятельности. Занимались они выводом охотничьих собак. С целью охоты как раз на особенных зверей, за счёт чего и поднялись тогда. Сейчас их род занимался… отелями и туризмом. Что было несколько странно. Где я, а где туризм.

— Эдгард, — поздоровался мужчина, когда его провели ко мне в кабинет.

На вид ему лет пятьдесят, то есть он сильно старше меня. В два раза или около того — это да, сильно старше. Этикет позволял ему обращаться ко мне свободно. Будь мы ровесники, учитывая наши статусы и то, что это он пришёл ко мне, обращаться полагалось бы иначе.

— Геннадий, — пожал я протянутую руку. — Чай, кофе?

— Кофе, если можно.

Проводила его сюда секретарша, которой я и кивнул, чтобы принесла напитки.

— Присаживайтесь, — предложил я. — Признаться, немного удивлен вашим предложением встретиться.

— Смею надеяться, мой интерес окажется взаимовыгодным. Дело в том, что я, как вы знаете, занимаюсь отельным бизнесом и в целом развитием туристического направления у нас в стране.

— Это мне известно.

Не подготовиться ко встрече, узнав, с кем общаться будешь, — это для аристократа моветон.

— Тогда, наверное, известно и то, что, как и многие другие отрасли, эта была запущена в ходе понятно каких событий.

Я кивнул. Войны, как внешние, так и внутренние, политическая нестабильность и прочие, сопутствующие ей вещи не способствовали тому, чтобы люди, и граждане, и иностранцы, путешествовали по стране.

— Сейчас этот рынок куда перспективнее, чем раньше, — улыбнулся Геннадий.

Пока он говорил, я всё пытался догадаться, чего именно посетитель хочет. Портальную сеть? Так слишком жирно. Пусть к Августу идёт. Но, скорее всего, так легко к нему не попасть. Это я на короткой ноге с княжеской семьей, а всем остальным надо постараться, чтобы пробиться.

Геннадий рассказывал о своём бизнесе, о всяких разных проектах, пока не принесли кофе. Минут через пятнадцать и к делу перешёл.

— Собственно, я хотел бы построить гостиницу у вас в городе.

Я не то чтобы удивился. Скорее задумался, зачем мне гостиница.

— По слухам, у вас там чуть ли не новое чудо света планируется, — сказал Геннадий, — Подробностей я не знаю, возможно, моё предложение неуместно. Но если вы полагаете, что к вам будут приезжать люди и им потребуется где-то останавливаться, то…

— То это, в принципе, может быть интересно. — кивнул я медленно.

Если подумать, то предложение дельное. Я изначально и не хотел зацикливаться лишь на своих проектах, а если возникнет приток инвестиций, то почему бы и нет? К тому же потребность в расселении и правда есть. Люди будут приезжать в больницы, с ними прибудут их близкие. Также будут приезжать на стажировку и на учёбу. Да мало ли по каким причинам заглядывать. Если найдется гостиница, где они смогут остановиться, выйдет очень хорошо.

— Тогда обсудим, как это может быть реализовано? — предложил Геннадий.

— Как насчёт переместиться на мои земли и посмотреть вживую, что там происходит? — в ответ предложил я. — Думаю, так будет нагляднее.

— Я только за.

Переместились. Настала моя очередь рассказывать да показывать, что здесь и как. Разумеется, тайн и деталей я ему не выдавал. В общих чертах обрисовал, в основном по медицинской тематике. Остальное, такое, как академия целителей, относилось к коммерческой тайне и могло быть использовано против меня. Хотя сомневаюсь, что те, кто заинтересован, ещё не в курсе моих планов. Слишком много следов. Тем не менее здравую осторожность в словах я сохранял.

— Из вашего описания могу предположить, что город планируется как научно-промышленный, — резюмировал Геннадий. — А в более мирском направление не думали развивать?

— Видите ли, все мои проекты так или иначе завязаны на мои способности одаренного. Ну ещё и на мои потребности аристократа, — усмехнулся я, а Борзов поддержал улыбкой. — Поэтому нет, не думал. Но это не значит, что мне это неинтересно.

— По роду деятельности я много путешествовал, искал вдохновения. Попадались мне проекты и искусственных городов. У всех них печальная история, потому что ни к чему хорошему это не приводило, и города затухали.

— Да? — услышать такое было не очень приятно.

— Как мне показалось, вся проблема в искусственности. Нужно что-то достаточно притягательное, чтобы люди сами потянулись. И чем больше точек притяжения будет, тем лучше.

— Я подумаю над вашими словами.

— Не просто так это говорю. У меня есть задумка, чем помочь в этом вопросе. Дело в том, что у меня есть знакомый — талантливый шеф-повар. Замечу, что гастрономический туризм — само по себе отдельное, развитое направление. Правда, не у нас. Пока не у нас. Но с вашими возможностями, уверен, можно создать что-то поистине уникальное.

— Что же? — заинтересовался я.

— Всё просто. Рестораны, лучшие повара, порталы.

— Ах вот оно что. Да, и правда может получиться что-то интересное. Но пока не готов это обсуждать. Мне бы с текущими делами разобраться.

— Само собой. Просто к слову пришлось.

Шаг вперед, два назад. Борзов закинул удочку, я не отказал, но и не согласился. Вот он и отступил. В любых отношениях важна последовательность. Сначала встретиться и вживую друг на друга посмотреть. Потом обсудить конкретные детали. Согласовать проект, если дойдет до этого. Реализовать сам проект. На что может уйти год-два. А за это время, проходя через все эти этапы, какие-то отношения и завяжутся. Не посторонними людьми станем, а как минимум знакомыми. Если же проект удачным выйдет, то знакомыми с успешным бизнес-опытом. На основе этого куда легче другие проекты делать будет.

***

На этой неделе была и другая важная встреча. Гвоздева где-то откопала директора больницы. Хотя почему где-то. В государственной больнице и откопала. Не целитель, самый обычный врач, больше управленец, чем практик.

Сама встреча прошла в ресторане и затянулась часа на два. Познакомились, обсудили то, чем можем быть полезны друг другу. Если коротко, то Олег Павлович на старости лет банально хотел больше денег. Да и задач помасштабнее. А так вышло, что самый крупный проект на текущий момент был именно у нас.

Лично у меня от встречи впечатление осталось двояким. Против Олега ничего не скажу, а то, что мне было скучно слушать про его видение и про десятки нюансов построения крупной больницы, да. Так что в основном он говорил с Гвоздёвой. А я слушал, кивал в нужных местах да задал редкие вопросы касательно того, что было интересно мне. Как закончили встречу, он отправился на выход из ресторана, а я, расплатившись, открыл проход к Гвоздёвой домой.

Дело вечером было, и у неё ждали Сергей и маленький Кирилл.

— Дядя Эдгард! — прокричал он и пронёсся мимо с игрушечным автоматом в руке.

Сергей бежал следом, но при виде нас остановился.

— Беги уж, — махнула на него рукой Ольга и повернулась ко мне. — Чай будешь?

— Давай.

Было видно, что она ещё что-то хочет обсудить. Минут через двадцать, когда чай был сделан, бутерброды Киру выданы, а рассказы о его успехах на почве алхимии выслушаны, Сергей утащил пацана в зал, мы же остались на кухне.

— Как тебе Олег Павлович?

— Да нормально. Непонятно только, зачем меня было на встречу тащить.

— Как же! — удивилась Ольга. — Тебе ведь его на работу принимать.

— Не мне, а тебе, — возразил я.

Чисто юридически мне принадлежало девяносто процентов больницы. Ольге — десять. Она была главным специалистом, руководила всем, да и просто занималась этим. Я же… Оплачивал счета и прикрывал своим именем. Ах да, ещё алхимическую часть обеспечивал. Тот случай, когда друг без друга ничего бы не получилось.

На практике же мои девяносто процентов ничего и не значили. То есть я с этого никаких прибылей не получал, потому что все они уходили обратно в дело. Ольгу в своё время пришлось уговаривать, чтобы она нормальную зарплату получала.

— Опять ты за своё, — отмахнулась она. — Хватит увиливать.

— Я и не увиливаю. Просто вникать ещё и в устройство больницы не имею никакого желания.

Если честно, то это типичный конфликт ответственности. Власть, конечно, притягательная штука. Но ещё и утомительная. Это только кажется, что чем выше сидишь, тем лучше. Лучше, если готов каждый день принимать десятки решений с далеко идущими последствиями.

Вот наймем мы этого Олега, а он окажется… Ну, нехорошим человеком. Это потерянные деньги, время, возможности. Но и не нанять по большому счёту нельзя. Точнее, можно, но выбора-то особо и нет.

— Тогда предлагаю нанять его. Если он и правда так хорош, как кажется, то снимет с меня большую часть организационной нагрузки.

— Да, конечно, бери, — кивнул я. — Это не первый человек, которого мы нанимаем. Относись к этому проще.

— По поводу найма, тут такое дело…

Кажется, Ольга решила перейти к главной теме.

— Как насчёт агрессивной стратегии?

— Это ты о чём? — приподнял я бровь.

— Предлагаю начать жестко переманивать к себе людей. Не только целителей, но и обычных врачей. Ещё нужно будет закупить оборудование. Много оборудования, — уточила зачем-то Ольга. — Предлагаю не скупиться и брать самое лучшее.

— Если это обоснованно лучшее, то да, давай.

— Но стоить это будет дорого.

— Да понимаю я. Как будто когда-то было иначе.

Были времена, когда я мог прожить месяц на пять тысяч. А сейчас настали деньки, когда за месяц легко улетал миллиард.

— Когда-нибудь вложения окупятся, — сказала Гвоздёва.

Кажется, она этим больше себя хотела успокоить. Я её мог понять. Это как дорваться до… любимых игрушек. В напрасных тратах женщина не была замечена, так что я её никак не ограничивал. Благодаря броне, денег у меня теперь много, всегда могу ещё заработать, так почему бы и не замахнуться на лучшее из возможного? В конце концов, если что-то можно купить за деньги, то это самое простое, что может быть.

А что касается окупаемости… Так действующая больница и так окупается. Если бы не стройка и расширение, этот бизнес приносил бы стабильный доход. Желая масштаба, мы сами себе новые проблемы и вызовы создали.

— Есть ещё кое-что, — Ольга поняла, что вопрос денег меня по-прежнему не парит, и, видимо, перешла к плохим новостям. По крайней мере, таким тоном о чём-то хорошем не сообщают. — До меня дошли слухи, что монастыри недовольны нами.

— Эм… — растерялся я. — Кто? Монастыри?

Нет, что такое монастыри, я знал. Но напрямую никогда не сталкивался. Для меня это что-то типа непонятных архаичных учреждений, который прячутся где-то там, в глубинке. О том, что Ольга сама обучалась в одном из монастырей, я помнил, но хоть убейте, не понимал, почему… Почему какие-то там монастыри нами недовольны.

— Ты зря так пренебрежительно к ним относишься. Пусть это и не ярко выраженная, без особой поддержки государства, но всё же сила. В первую очередь, на уровне обычного народа. В монастырях есть целители, к которым много кто ездит. Это всё подаётся под видом божьей помощи, и, скажем так, контингент там соответствующий.

— Это проблема? — прямо спросил я.

— Небольшая. Когда начнёшь собирать целителей для обучения — точно проблемой станет. Тут дело в том, что монастыри и так влияние теряют, в связи с тем, что медицина переходит от религиозного мракобесия к научному подходу. Что выливается в то, что детей, у которых стал заметен дар, стараются пристроить в качестве учеников к целителям-врачам, а не в монастырь отдавать.

— Так и пусть себе этот анахронизм загибается, — я до сих пор не понимал, в чём здесь проблема.

— Пусть. Если не перестроятся, то загнутся. Но враги у нас есть. Сейчас ещё рынок начать захватывать… Если аристократы, целители-недоброжелатели и церковники объединятся против нас…

— То это по-прежнему не будет чем-то критическим.

— Но будет раздражающим, путающимся под ногами и отвлекающим.

— Придумаем что-нибудь. Сейчас есть какие-то актуальные проблемы, не гипотетические?

— Нет. Но я сказала, ты услышал, — произнесла Ольга с серьезным видом.

Волнуется женщина. О всяком разном.

— Не переживай ты так. Собака лает, караван идёт.

Глава 16. Ночная трагедия

Седьмого сентября, как шквальный ветер, пронеслась новость — особняк рода Сирень был сожжен. Я это от Кати услышал. Которая пришла ко мне с глазами по пять рублей.

— На Сирень напали, — выдала она.

— На Алису? — не сразу въехал я в ситуацию. — Кто?

— На её дом. Пока не знаю, что случилось. Я отлучусь, к маме загляну.

Сам я ничего делать не стал. Если случилась трагедия, то люди сейчас работают. Того же Родиона лучше не отвлекать, наверняка он за этим делом как минимум присматривает. Хотя вряд ли здесь обойдется минимумом. Род Сирень так сразу не отнесешь к какой-то категории. С одной стороны, это маленькая семья, не мастодонты, а с другой — они потомственные дипломаты, все поголовно на службе князя и обладают уникальной способностью влиять голосом на других. Если кого-то из них убили — это большая потеря для государства.

Подробности прояснились, когда Катя вернулась. Бледная, на нервах. Я нахмурился, опасаясь за её самочувствие.

— Дом сожгли, — сказала она. — Старшие убиты. Алиса жива, сейчас во дворце.

— Кто дом сжег?

— Неизвестно. Камеры уничтожили, охрану перебили. Судя по следам, поработал кто-то из высших.

— Хм… Вот так взяли и перебили всех?

— Да. Стариков, остальных родичей. Насколько известно, выжила только Алиса, которой в этот момент не было дома. Я сейчас к ней направлюсь.

— Уверена?

— Я же во дворце буду. Не переживай.

Это событие всколыхнуло всю общественность. Столь жестокое нападение не то чтобы редкость для военного времени. Но в том-то и дело, что давненько ничего подобного не случалось. Успели отвыкнуть люди. Да и я тоже ничего такого не ждал.

Лично меня это коснулось вызовом к князю. Встретил он меня в дурном настроении. Выглядел усталым, как человек, которому пришлось много всякого разгребать в последние сутки.

— Эдгард, — кивнул он мне. — О трагедии ты уже слышал.

— Конечно. Узнали, кто виноват?

— В том-то и дело, что нет. Их особняк был защищен метеоритным железом, но этого оказалось недостаточно. Ручные блокираторы тоже не помогли.

— Организация? Иностранцы?

— Всё может быть. Расследование ведется, посмотрим, к чему оно придёт. Позвал я тебя по другому вопросу.

— Слушаю, — подобрался я, изначально понимая, что меня не поболтать позвали.

— Ситуация в мире обострилась. В Европе между странами. Между Европой и западным континентом. В Азии тоже конфликты нарастают. Сразу скажу, может, к этому всему организация и приложила руку, но и без неё причин хватает. Аналитику говорят, что мир накопил слишком много сил, в первую очередь, технологических и технических. Что в какой-то мере нивелирует силу бесов и ходоков.

— И поэтому грядет передел власти?

— Вроде того, — кивнул князь. — Не прямо сейчас, но тенденция наметилась.

— Это как-то связано с Сирень?

— Не обязательно. Эдгард, — князю, походу, надоело, что я свои вопросы задаю, и он закончил вступление: — Пора обезопасить нашу аристократию.

— Что именно нужно сделать?

— Здесь список приоритетных фамилий, — достал он листок бумаги и протянул мне.

Я глянул и увидел всех тех, кто был связан с кланом Медведевых. Грубо говоря, главный костяк страны.

— Нужно обеспечить им защиту по максимуму. Не уничтожая метеоритное железо.

— Прямо по максимуму? — посмотрел я на князя. — Блокировки, управление перемещениями, ловушки для ходоков, защита от пуль и взрывов, укрепление стен и крыши…

— Первые пункты из списка точно, а остальное — как договоришься.

— Не совсем понял. Мне это надо сделать в рамках чего?

— В рамках свободной предпринимательской деятельности. Единственное, что попрошу — не сильно потроши тех, кто в списке. Сделай им скидку. Так, чтобы и тебе было интересно, и они не сильно разорились.

— Насколько это срочно?

— Как всегда, чем раньше, тем лучше.

— Хорошо.

А что тут сказать. Если убили кого-то из аристократов, да так нагло, то ответ должен последовать в любом случае. Это вопрос престижа страны. Найдут виновников или нет, накажут или нет — это отдельная тема, меня не касающаяся. Выкатить же защитное решение — это тоже ответный ход. Мол, смотрите, как князь о вас заботится, секретные технологии предлагает.

На самом деле блокираторы у тех, кто в списке, были. Но обычные блокираторы, которые артефакты. Князь же хочет, чтобы я продвинутые системы поставил.

Это я могу. Времени уйдет много, а с другой стороны, неплохой способ наладить отношения. Мне ведь придётся непосредственно в домах у аристократов работать. Скорее всего, не день и не два. Надо подумать, какие решения можно предоставить. Выкачу их на рынок и ещё заработаю.

— Иностранцам такого не продаём? — уточнил я в конце разговора.

— Слишком жирно им будет, — ответил князь.

— Понял.

На этом беседа и закончилась. Князю сейчас явно не до праздных разговоров.

***

Как вышел, переместился домой, в мастерскую, и призадумался, что теперь делать. Помимо того, что за женой присматривать. А то с Алисой они подруги, мало ли, распереживается.

Это что касается дел семейных, а вот родовых… Семья — это любовь, обнимашки и прочие моменты тепла и нежности. А родовые — это деньги, власть и связи. Список мне выдали, но не сказали, должен ли я сам к этим людям заглянуть. К некоторым и сам могу. Точнее, мог бы, но не стану. Есть большая разница, от кого запрос исходит. Если кому-то что-то нужно, пусть сам и приходит договариваться.

Разве что Моржовым предложу. Тем более Виктор предлагал встретиться. Вот и совместим. Но сначала надо пакет предложений подготовить и определиться, сколько и с кого… кхм… драть. А то родовые дела, они такие. Денег никогда много не бывает. Как и хорошего отношения от аристократов. В теории, я бы мог и бесплатно поработать, но в некоторых вопросах куда проще заплатить. Не мне проще, а тем, кто захочет обратиться за моими услугами. Ведь не бывает такого, чтобы кто-то бесплатно работал. Всегда есть какая-то цена и деньги — самое простое, чем можно отделаться.

Достав новый блокнот, а то старый закончился, выписал то, что могу предложить. Блокираторы — прошлый век. Управление перемещениями, контроль над территорией, система пропусков, комнаты-ловушки для незваных ходоков, обманные зоны, куда переместиться можно, но об этом узнают — предложить я мог много чего. Не стоит забывать и про защиту дома. Полностью особняки пересобирать я не готов. Слишком много времени уйдет. Да и проще новый дом построить, чем со старым возиться.

Прикинув, сколько на каждый пункт уйдет времени, подумал, сколько хочу за это брать денег, чтобы не сильно унывать. Проблема в том, что со своих много требовать нельзя. Жаль, что иностранцам нельзя продавать. Вот кого бы я грабил самым наглым образом.

Расписав предложения, понял, что надо бы стенд сделать. Если хочешь что-то продать, то лучше это показывать наглядно, с возможностью увидеть, что и как.

***

На следующий день стенд и сделал. У себя на землях. Возвёл небольшую коробку из камня, натащил артефактов, сделал, чтобы красиво выглядело.

Виктору написал сообщение: хочешь прикольное что покажу?

Он согласился и переместился ко мне через полчаса. Дело было уже вечером, не поздним, но и не день уже. Я не только этим занимался, на другие дела тоже отвлекался, с Катей несколько часов провёл.

— Привет, — махнул рукой Моржов. Одет он был в легкое пальто свободного кроя, что смотрелось пусть и не особо традиционно, зато симпатично, да и выглядело куда удобнее стандартных вариантов. — Выглядит и правда внушительно, — оглядел он каменную коробку.

— Привет, — пожал я протянутую руку, — А ты представь, что это большой и красивый особняк.

— Не уверен, что моего воображения хватит, — с серьезным видом признался он.

— А придётся. Слышал новость?

— Если ты про Сирень, то да, — помрачнел Виктор, — Неожиданно это. Насколько знаю, виновных пока не нашли.

— Я тоже не курсе, кто виновен, — Моржов бросил на меня взгляд, поэтому и уточнил, что от князя мне информация никакая не поступала. — Зато кое-что другое случилось. Мне дали отмашку.

— Отмашку?

— На блокираторы и системы обороны. Интересно?

— Спрашиваешь, — хмыкнул Виктор. — Эх, разоришь ведь.

— Не переживай. Использую тебя как подопытного и сделаю скидку.

— Звучит как-то не очень. Можно отделаться деньгами? — рассмеялся он.

— Не бойся ты так. Я тебе расскажу, какие есть варианты. Между прочим, первому показывать буду. А ты скажешь своё веское аристократическое мнение, что из перечисленного актуально.

Наработки я показал. Это немного времени заняло. Меньше часа. Результат получился ожидаемым. Я ведь не с бухты Барахты все эти системы делал, а отталкиваясь от практических задач. Поэтому неудивительно, что Виктора заинтересовало всё. Я ему самому предложил попрыгать. Надо было видеть его озадаченное лицо, когда он перемещался не туда, куда хотел.

— Цены и правда низкие, — удивился парень, когда дошло до обсуждения, что почём.

— Это для ограниченного круга лиц. Князь заботится о своих подданных.

— Что-то мне подсказывает, что цену ты сам выбирал.

— Да.

Если сравнивать с броней, то… То полный комплекс «для своих» будет стоить приблизительно как малый доспех. Опять же, для своих. Учитывая, что броня — это больше игрушка, которая никак не используется, пока война не начинается, а блокировка и прочие связанные с ней функции постоянно работают, как минимум защищая в фоновом режиме, то цена и правда низкая.

Замечу, что сто миллионов, которые я обозначил, — это именно за весь перечень. А так есть градация. Обычная блокировка стоит меньше всего. Если же хочется контролировать тех, кто попытается проникнуть в дом, мониторить обстановку вокруг — то это совсем другое дело.

За это в основном платить и придётся. За контроль и дополнительные функции. Основа же будет относительно дешевой, что-то в районе двадцати миллионов для своих. Копейки по меркам аристократов.

— Сейчас я тебе ничего не скажу. Нужно с отцом обсудить.

— Само собой. Не знаю, когда остальные откликнутся, но, думаю, в ближайшие дни.

— Намёк понял, — кивнул Виктор. — И всё же, когда нормально встретимся, а не по делам?

— Давай на выходных, — прикинул я, что неплохо бы куда-нибудь Катю вытащить.

— Этих?

— Или следующих. Как жена скажет.

Моржов понимающе усмехнулся. Жены, они такие.

***

Вслед за Моржовым позвал Нино с Матвеем. Из свадебного путешествия вернуться они успели и сейчас работали в обычном режиме.

Объяснил им почти то же самое, что и Виктору. Но куда подробнее, чтобы они свободно ориентировались.

— Если обстановка накаляется, — заметила Нино, — то на это предложение спрос большим будет.

— Сначала будем работать с теми, кто в списке. Из расчета неделя на семью. На вас ляжет согласование и прочие моменты. А потом посмотрим. Предложение выкатим на рынок — по другой цене — и будем отталкиваться от реакции. Но сразу говорите, что придётся ждать.

— А это нормально, такие технологии в свободный доступ давать? — спросил Матвей. — И как быть с не аристократами? Среди обычных людей тоже есть богатые. Которые живут в вечном страхе перед тем, что к ним ночью заявится ходок. Заплатить для них сто миллионов за такое не составит проблемы.

— Много таких?

— Ну… — задумался Матвей.

— Семей-десять от силы, — ответила за него Нино. — На всю страну, кто без напряжения сто миллионов из оборотных средств вытянуть сможет. Так что будут брать самые простые варианты.

— Разберемся, — прикинул я, что это и не так страшно. — А насчёт сохранности секретов — сразу предупреждайте, что любые артефакты будут работать исключительно на выбранном объекте. То есть дома, никуда перетащить не получится.

— Можно и так сделать? — удивилась Нино.

— Всё можно. Кстати, можете сами подумать, можете клиентов поспрашивать, чего бы им хотелось. Вдруг сделаю какое-то типовое, простое решение. Например, особо защищенную комнату, куда никто пробиться не сможет.

— Я бы не отказался от такой, — расплылся в улыбке Матвей, за что получил от Нино подозрительный взгляд.

Не от неё ли он там прятаться собирается?

***

Подготовился я вовремя. На следующий день один за другим со мной на связь вышли люди из списка. Так весь день в переговорах и прошёл. Это только кажется, что просто. А на деле… Банально попасть в чей-то особняк и получить к нему свободный доступ — это отдельный квест, требующий согласования.

Моржовы, кстати, первыми успели. Сам глава рода меня набрал и дал добро, сказал, что готов брать полный комплект, в любое время. С них и начал.

Что сказать об этих днях… Я только порадовался, что разобрался со стройкой, заложил фундамент, чтобы двигаться дальше, так снова привалило, откуда не ждали.

Так и пошли дни. Я перемещался между чужими особняками и налаживал им системы защиты на все случаи жизни. Особо и нечего сказать об этом периоде. Разговоры шли по одним и тем же лекалам, как и сами работы.

Помимо этого, отвлекался и на другие дела.

Кассиан прислал своего человека, чтобы обсудить проект. Что вылилось сначала в изучение документации, объемов требующих очистки жидкостей, характеристик этой очистки и других нюансов. Я изучил и честно сказал, что смогу заняться ближе к середине октября. С этой стороны проблем не возникло.

Что касается учеников… Кир развивался в неспешном темпе, нарабатывая базовые навыки. Родители по моему наставлению отдали его, помимо прочего, на рисование. Которое в будущем перейдет в черчение, для развития пространственного мышления.

Катя… Случившееся с Сирень она перенесла нормально. В отличие от самой Алисы. Та постоянно находилась во дворце и, по тем слухам, что до меня доходили, никуда не выбиралась. Будут ли её дальше использовать как дипломата — неизвестно. Может, и нет. Пока ребенка не родит, чтобы уникальные способности сохранить, будут беречь. Или охрану с отрядом рыцарей в броне приставят. Но мало ли. Столь ценные кадры лучше поберечь. Так и не выяснили, кто стоял за нападением. Организация или нет. Исида тоже не появилась, после конфликта с Девятым. Что-то они затаились, и мне это не нравилось.

Что же касается супруги, она меня в конечном счёте достала. В хорошем смысле. Или нет. Это как посмотреть.

— Раз уж ты так хочешь учиться, то будет тебе учёба, — выдал я ей и загрузил теоретической частью и комплексом упражнений на необходимые навыки.

Катя впечатлилась. Пусть она умна и подготовлена, но и я это учитывал, когда программу составлял. Так что моя любимая жена сейчас в свободное время осваивала азы алхимии. А как родит, кто знает, может, и перейдем к практике.

У Бао дела шли похуже. Но и его я припряг к делу. Как только он научился создавать нормальную печать укрепления, притащил на завод.

— Это твоё новое место работы и тренировок заодно, — пояснил я, переместив его через портал.

— Дай угадаю, я буду что-то укреплять, — сказал Бао.

— Именно. Нет ничего для обучения лучше, чем обильная практика. В качестве награды покажу ещё одну печать. Анализа.

— Это как? — заинтересовался Бао.

— Работа с металлом — это всего лишь одно из направлений. Интересное, не спорю, но одно из многих. — яЯ внимательно смотрел за ним, отслеживая реакцию. — Анализировать окружающий мир — второе направление. Там печать сложнее, но надо же ставить перед собой амбициозные цели.

— Что делает эта печать?

— Она будет показывать, насколько ты укрепил металл. Если коэффициент вырос, значит, сделал всё верно.

— Удивительно, — несколько флегматично заметил Бао.

За прошедшие дни он успел немного восстановиться и выглядел не как больной при смерти. Худоба так никуда и не делась.

— Чтобы ты уж совсем не скучал, проведешь исследование на тему того, как печать влияет на металл. Сколько он способен выдержать обработки, как изменяется и прочие вещи. Вы что-то подобное у себя делали?

— Конечно. Справлюсь.

Этот разговор состоялся в начале сентября, как раз через пару дней после случившегося с Сирень. С тех пор Бао с утра до вечера работал на заводе, делая примитивные вещи и набивая руку. В дальнейшем я собирался обучить его чему-нибудь поинтереснее, ну и использовать как бесплатную рабочую силу. Металл нужен всегда, в больших количествах, не только мне. Так что пусть возится. Глядишь, что-то путное из этого и выйдет.

***

Последнее, чем отметился сентябрь, — это запуском проекта изучения бесов и ходоков.

Я под это дело пару сотен квадратов выделил, чтобы всех разместить. Размещать было кого: целители и медсестры от Гвоздёвой — они будут брать анализы и заниматься медицинской частью, технари — отдел из трёх аспирантов, которые присматривают за портальной сетью, расширился до семи человек, люди Родиона — тут понятно, надо же следить за порядком. Помимо самих людей, надо было обеспечить их рабочие места, оборудование и прочие мелочи.

Отдельно я создал комнату, куда будут попадать гвардейцы. Частично изолированную. Увидит их только медперсонал. Остальные никак контактировать не будут. Данные снимаются дистанционно, и технари получат результаты без привязки к фамилиям, в рамках безопасности данных.

Люди князя при желании эти данные могут сопоставить и получить досье на любого человека, но пусть сами разбираются. Лично мне был интересен общий массив данных сам по себе, а не то, кто какой силы.

Руководить этим направлением поставил… Катю. Неожиданное решение для меня самого, но на то было несколько причин. Во-первых, лояльность. Найти толкового руководителя — та ещё морока. Да и в принципе хорошего специалиста. А найти и хорошего, и того, кому можно доверять, — проблема в квадрате. Во-вторых, её состояние стабилизировалось. Я по-прежнему не знал, с чем это связано, но в последнюю пару недель потребность в энергии снизилась на тридцать процентов. По остальным моментам и вовсе никаких нареканий не было. Гвоздёва диагностировала, что с малышами абсолютно всё в порядке, развиваются как надо. Правда, в Кате проснулся зверский аппетит, и ела она за четвертых, но это как в печку дрова закидывать — сколько ни брось, всё переварит. Состояние у неё хорошее, и не было никаких поводов, кроме моей паранойи, держать супругу взаперти. Третья причина — это её изучение алхимии. Раз уж хотела делом заниматься и постигать моё мастерство, вот пусть и посмотрит, что такое настоящая алхимия — скучные, однообразные расчёты и сбор данных.

Была и четвертая причина. Катя неплохо разбиралась в теме бесов и ходоков. Не потому, что сама такая, а из-за наших экспериментов. Она тогда сильно в эту область погрузилась, и ей проще других будет понять, что и как. А там, глядишь, ещё и помочь сможет, а то и сама что придумает.

Сейчас мы оба находились на объекте. Назвали его Исследовательский Центр. Я закончил последние приготовления и зашёл к супруге, которая сидела в отдельном кабинете. Дополнительно укрепленном. Сюда ещё и энергетические линии сводились, чтобы она могла подпитываться, если потребуется.

С последним интересный момент связан. Катя научилась сознательно управлять процессом поглощения энергии. Теперь при желании не отовсюду тянула, а целенаправленно поглощала, откуда хотела.

Пугающая способность на самом деле. Катя — идеальный убийца алхимиков. Запусти её в прошлый мой мир, и никто бы ей не смог противостоять. Разве что издалека чем-то тяжелым накрывать, что против ходока несколько бессмысленно.

— Ты как тут? — спросил я, войдя в кабинет.

— Пока никак, — ответила она скучающе. — Всё закончил?

— Да. Можно первого приглашать.

— Наконец-то.

Супруга сюда прибыла со мной пару часов назад. Успела познакомиться с теми, кто будет тут работать. В целом изучить, что анализировать придётся. На это ушло не так много времени, вот и скучала она, пока проект не запустили.

Запустила она его, кстати, сама. Отправила через телефон сообщение и в закрытую комнату открылся портал. Не мой. Ходок с той стороны озаботился. Вёл он прямо с базы гвардейцев, которые и будут к нам по одному заходить.

Сначала в «предбанник», а после команды — в комнату для анализа. Там зеленый загорается, давая понять, что можно следующего запускать.

— Пойду пока портал стабилизирую, — сказал я Кате.

Порядок работы прост. Гвардеец заходит в комнату, и с него сразу же снимаются первичные параметры. Его сила, потенциал, выработка энергии в фоновом режиме — этот анализ я доработал, и теперь не надо было погружать человека в энергетический вакуум.

Дальше в комнату зайдёт медсестра и целительница. Первая возьмет кровь и слюну. Вторая — проверит человека своими методами. После этого целительница уйдет, передаст данные второй медсестре, чтобы та оцифровала их. А первая медсестра выдаст гвардейцу амулет и попросит сделать ряд упражнений. Присесть раз тридцать, отжаться и попрыгать. Это нужно, чтобы нагрузить организм и снять ещё ряд параметров.

На этом всё. По моим прикидкам, на одного человека должно уходить пять-десять минут. Задача — для начала проверить сотню гвардейцев и взять неделю на анализ и докручивание методов.

Кровь я буду анализировать лично. Уж к этим знаниям я точно никого допускать не собираюсь. Жену в том числе, они ведь не просто так запретными считаются. Как накопятся пробирки, там скопом за них и возьмусь.

Убедившись, что процесс запущен и всё идёт как надо, отправился другими делами заниматься.

Глава 17. Противостояние

В первых числах октября меня набрал Смирнов и огорошил новостью:

— Базу одаренных попытались выкупить. Пока выкупить, — уточнил он.

— Кто?

— Так не представились. Действовали через девочку-консультанта. Надавили на неё. Надо бы разобраться.

— Хорошо. Ты сейчас где?

— В будке.

— Скоро буду.

Этот проект с одаренными неожиданным образом вызвал социальный интерес. Изначально я хотел в нескольких городах открываться, десятки точек запустить, ещё и до школ добраться. Но как захотел, так и передумал, потому что поступающие данные были… ошеломляющими. Большинство приходящих не имели никаких способностей. Но и меньшинства хватило, чтобы набралось под сотню кандидатов. Процентов шестьдесят из них — подростки. Остальные люди от двадцати до сорока лет. Выборка нерепрезентативна, потому что проект по большей части нашёл отклик именно у молодежи. А что, узнать о себе что-то прикольно, время свободное смотаться в центр есть, перед друзьями потрещать тема появляется, ещё и денежку получить можно в качестве награды, если повезет.

Список кандидатов — хорошая новость. А то, что к началу учебного года ничего не было готово, кроме каркаса здания, для того чтобы взять их под своё крыло и начать обучать, — новость плохая. Я банально не успевал ещё и этим заниматься, поэтому так и вышло, что сроки постоянно отодвигались. Быть может, и на следующий год перенесутся.

Когда прибыл в будку — тот самый офис на площади, недалеко от дворца, внутри ждал Смирнов, ну и сама девушка.

— Рассказывай, что случилось, — сказал я ей, после того как поздоровался с обоими.

— Меня возле подъезда подкараулили. Двое мужчин. Один худой, в костюме, а другой… Ну… — она смутилась, — он выглядел угрожающе, как уголовник.

— Что хотели?

— Сказали, что заинтересованы в покупке базы одаренных, что мы собираем.

— А ты что?

— Ответила, как и учили. Что меня накажут и что это невозможно. Они стали настаивать. Сказали, что ещё вернутся.

— Трогали тебя?

— Нет.

— Хорошо, — кивнул я. — Ты не переживай. Я разберусь. Придётся немного подыграть.

— Что нужно сделать?

Я отметил, что девушка спросила это без особого страха. Ещё один из моментов взаимодействия обычных людей и аристократов, про который я забывал.

Только недавно, когда отдал проект по изучению гвардейцев Кате, рассуждал про доверие. Если выбирать между профессионализмом и доверием, то сразу и не скажешь, что важнее. Зависит от проекта на самом деле. Где-то лучше взять профи, чтобы он одноразово выполнил работу, и на этом всё. А где-то… Если попадается толковый человек, адекватный, старательный, но ничего не умеющий, то его ведь и обучить можно. Взять под своё крыло, оплатить образование, натаскать, и, глядишь, лет через пять появится тот, кто лоялен тебе и при этом способен взять на себя какие-то сложные задачи.

Как минимум эта девушка за участие получит приятный бонус к зарплате. А как максимум — кто знает.

Прямо там, в офисе, я набрал Калача, обрисовал ему ситуацию и сказал, чтобы они приготовились. В тот же вечер девушку как ни в чём не бывало отправили домой. К ней и правда подошли двое типов. Один представительный, а второй типичный туповатый бык.

Мы же в тот момент через небольшой портал наблюдали за тем, что происходит. Такой подход был рискованным для самой дамы, но мне потребуется пара секунд, чтобы оказаться рядом с ней. За это время непоправимо будет, только если ей голову оторвут. Но не та это ситуация, чтобы странные типчики действовали настолько жестко.

Я появился, когда мужик в пиджаке её за руку схватил. Вместе со мной появилась и пара гвардейцев. Через секунду оба товарища были закинуты в портал, гвардейцы ушли, а я остался.

— Можешь домой идти, — сказал девушке. — За тобой в ближайшую пару недель присмотрят. На работу отвезут и вернут обратно.

— Мне можно куда-то выходить?

— Можно, но повремени пару дней, хорошо? — попросил я. — Не думаю, что здесь что-то серьезное, но лучше не рисковать.

— Хорошо, — кивнула она.

Попрощавшись, я зашёл в портал, а она домой отправилась.

***

— Это что за беспредел?! — орал тип в пиджаке, когда его приковывали к стене.

— Какой беспредел? — удивился я. — Зачем моих сотрудников обижаешь?

— Никого я не обижал! — продолжил кричать и вырываться он.

За что и получил по зубам. Металлический перчаткой. Лишившись трёх передних. А может, и больше, так сразу не разглядеть. Я проверил, это обычные люди, даже не средней силы бесы — зубы у них не восстановятся.

— На кого работаешь? — спросил я.

— Я буду жаловаться!

— Кому же?

— Княжеской гвардии! Князю!

— Жалуйся. Если выйдешь отсюда живым.

Чисто юридически аристократы не имели права вот так хватать людей. А практически… Может, это и несправедливо, но ситуация решалась, исходя из нескольких факторов. Насколько палевно хватали, есть ли свидетели. По какой причине хватали, беспредел это, или был повод, и насколько веский. Что за аристократ, и какие у него связи.

В данном случае я мог сказать, что на моего сотрудника напали и хотели украсть данные, важные для всей страны в целом. По сути, так и было. А это веское основание не то что забрать для допроса каких-то бандитов, а сделать и что-нибудь похуже.

Нет, я не собирался жестить, но проще один раз сурово ответить, чем потом отбиваться от бесконечных нападок.

Пиджак после моих слов сбледнул.

— Понимаешь, — сказал я ему, — у меня совершенно нет времени на эту возню. Очевидно, что вы какие-то идиоты, которых в лучшем случае использовали втемную. А в худшем, для вас худшем, само собой, вы хронические идиоты и понимали, куда лезете. Непонятно, на что рассчитывали только… В общем, не тяни резину. Рассказывай, кто вас послал. Целее будешь.

— Меня после такого прикончат.

— Возможно, так и будет. Но иначе ты отсюда не выйдешь. Я ведь могу тебя и в жерло вулкана скинуть. Красивая смерть.

Блеф чистой воды. Мне проще на него маячок повесить и посмотреть, куда он побежит. Я же не маньяк какой-то. Но он этого не знает. А сила ходоков много кого способна испугать.

— Так что? — посмотрел я на него. — По какому сценарию пойдем?

***

Вскоре я узнал, кто заказчик. Это оказался один из аристократов, которому принадлежала сеть клиник. По сути, он был самым крупным игроком в частном медицинском сегменте. Мой прямой конкурент.

Если оценивать его уровень, то где-то между нижним и средним. По богатству, влиянию и личной силе. Я всё это давно разузнал, ещё когда рынок изучал.

Рабочий день у нас заканчивался в девять вечера. Связано это с тем, что именно в вечернее время больше всего людей заходило. Домой сотрудница прибыла ближе к десяти, а к одиннадцати я узнал имя. К двенадцати же заявился к его дому. Никакой защиты, метеоритных камней или ещё чего-то такого.

Пришёл я в броне. Всегда оставался шанс, что это какая-то хитрая ловушка. Ещё с собой взял типа в пиджаке. Почти невредимого, если не считать выбитых зубов. Заговорил он почти сразу, долго отнекиваться не стал.

Аристократа звали Шубков Михаил. Ещё одна говорящая фамилия. Не звериная, а животная. Точнее, связанная с животными. Ну да это неважно.

Жил он в довольно современном доме с широкими панорамными окнами. Здесь и охрана была, и приличная территория вокруг. Сразу видно богатого человека. Меня заметили секунд через десять, но это потому, что я особо и не скрывался. Мигом набежала охрана, наставили на меня оружие, но стрелять не стали. То ли протокол у них такой, то ли знали репутацию брони, в которой я заявился.

Через минуту и глава рода выбежал.

— Вы кто? — выдал он, оценив обстановку и бросив колючий взгляд на пиджака.

— Эдгард Соколов, как нетрудно догадаться. Поговорим?

— Могли бы позвонить. Ночь на дворе.

— Что поделать. По вашему приказу на мою сотрудницу напали и попытались принудить отдать важные данные.

— Не знаю, о чём речь. — Должен отметить, что в руках он себя держал хорошо.

— Тогда считайте, что вам не повезло. У меня нет времени разбираться с мелкими проблемами, поэтому проще их решить радикально, чтобы не отвлекаться. Мы поняли друг друга?

— Это угроза?

— Это угроза.

Шубков кивнул. Я толкнул к нему пиджака, открыл портал и отбыл. Забегая вперед — на этом история закончилась. Мы и правда поняли друг друга.

***

Кто бы ни пытался изучить мои печати, я знал, что рано или поздно он сделает свой ход. Ситуация-то простая. Они хотят украсть, а я хочу их поймать. Остальное — битва ума и возможностей.

По мере того, как проекты разрастались, появлялось всё больше «дыр», где можно было бы что-то подсмотреть. Некоторые из этих дыр образовывались сами собой, и я их не убирал. Некоторые создавал специально, расставляя ловушки.

В такие моменты чувствовал себя рыбаком, который раскинул сети и ждёт, когда клюнет. Новые вызовы потребовали решения новых задач, и в эти дни я много чего доработал, желая поймать наглецов.

Через пару дней я должен был отправиться в Англию, как раз в середине октября, когда сработала одна из ловушек. Сигнал пришёл ночью, в четыре утра, разбудив меня и Катю.

— Что за мерзкий звук? — возмутилась супруга, ворча что-то из-под подушки.

Одеяло она натянула на голову, когда сработал сигнал. Ноги при этом остались болтаться снаружи, открывая интересный вид. Катя лежала на боку, так, чтобы с животом спать было удобно. Тот округлился и выглядел вполне сформировавшимся. Что поделать, так бывает, когда трое детей на подходе.

— Я отлучусь. Ты спи.

— Что-то серьезное?

— Ерунда. Надо поймать кое-кого.

Метнувшись из комнаты, меньше чем через минуту, я переместился на место и застал прелюбопытнейшую картину. Знакомой ходок удирал с места событий. Везучий он всё же парень. Второй раз уходит в последний момент.

Переместиться ему удалось. Полез он в место недалеко от стройки, которое я пару дней назад создал, чтобы перенаправить потоки энергии. Потребности в ней всё росли и росли, поэтому я периодически добавлял такие точки в общую сеть.

Место ничем не примечательное. Небольшой подлесок, а за ним — поле. Ходоку пришлось пробежаться, чтобы выйти из-под зоны действия блокировки. Шустрый парень.

Но сейчас ему это не поможет.

Когда ловушку делал, пошёл по жесткому варианту. Ходока пробило шипом и должно было пригвоздить к дереву. Крови было… Я быстро собрал образцы, применил печать подобия и собрал всё, что он здесь расплескал. Поместив кровь в надежный контейнер, бросился в погоню.

Если я ничего не буду делать, ходок заподозрит неладное. Он ждёт погони. Я ему её и предоставлю.

Гнался я со всех сил, но история повторилась. Опять много точек перемещения, и в конце он ушёл через метро.

Пусть идёт. Бежит к хозяевам. Это мне и нужно.

***

Сэм Корман, убедившись, что оторвался от погони, переместился в убежище. Принял душ, смыл кровь, поел и завалился спать, про себя ругаясь, как так умудрился вляпаться.

Утром он переместился в мастерскую.

— Дядя Тито! — крикнул он.

Тито в это время уже работал. Сидел в кабинете и читал очередную книгу. Как-то Сэм интереса ради заглянул в парочку из них и обнаружил, что те на незнакомом языке, с замысловатыми чертежами. Что напрочь отбило желание и дальше самообучаться.

— Не шуми, — недовольно сказал Тито. — Удалось что найти?

— Нет. Этот гад меня шипом насквозь пробил! Псих какой-то, — проворчал Сэм. — Я теперь не знаю, как быть. Он каждое доступное место защищает. В следующий раз так вообще убьёт.

— Плохо, — покачал головой Тито.

Его исследования продвигалась с переменным успехом. Он успел изучить разработки азиатских мастеров. Перечитал все книги, связанные с одаренными. Собрал большую коллекцию артефактов, возможно, одну из самых обширных в мире. Изучил и то, что удалось позаимствовать у Соколова. Но всего этого было мало, чтобы создать рабочую систему.

И вот очередная неудача. Пока оставался вариант долгих исследований, но, как показал опыт азиатских мастеров, это тупиковый путь и не слишком ненадежный.

Тито это расстраивало по одной простой причине — исследованиями он мог заниматься, пока от них была какая-то польза. Если же толку не будет, можно остаться без любимого дела.

Мужчина собирался сказать Сэму, чтобы тот шёл отдыхать, но тут произошло неожиданное. Пространство разошлось в стороны, в помещении появился рыцарь, закованный в броню, и Тито почувствовал, как его пробивает что-то холодное. Сила толчка была такова, что мужчину откинуло назад и впечатало в стену.

Отчего он отключился.

***

Первое правило алхимика-налётчика — гаси сразу всех и добывай ценный материал.

Переместившись, на месте обнаружил двух людей. Какого-то чрезмерно интеллигентно выглядящего мужичка и ходока, за которым пришёл. Оба отправились во временный нокаут. Дядечку ещё и шипом пробил, к стене пригвоздив. Слабый он оказался, хоть бес и ходок. Нетренированный какой-то, отключился от болевого шока.

Шип я из него достал и убрал в контейнер. Ещё один образец крови.

Так… Что тут у нас?

Пока пленные приходили в себя, успел осмотреться. А посмотреть было на что. Тут и артефакты нашлись, и книги всякие разные. Языки незнакомые, но что-то мне подсказывает, что это не древние любовные романы, а кое-что другое. Заинтересовавшие меня вещи я сразу через портал к себе перекидывал.

Нашёл и запасы порошков, с помощью которых проявляли энергии. Их тоже к себе забрал. Они в стеклянных ёмкостях хранились, надеюсь, дотерпят до того, как их изучу.

Пока осматривался, молодой ходок следил за мной, но спрашивать ничего не решался. Оклемался и затаился, притворился, что контуженный.

— Я в курсе, что ты очнулся, — сказал я ему, проходя мимо.

— Ты кто такой? Зачем напал? — спросил он на английском.

— А зачем ты ко мне лазил? Сам виноват.

— Никуда я не лазил. Ошибочка вышла, — простодушно заявил он.

И почему все начинают с отрицания? Как будто серьезно верят в то, что я извинюсь, скажу, что обознался, и уйду.

— Помоги своему боссу, — сказал я. — Что-то он долго в себя не приходит.

— Так слабый человек, а с ты с ним так жестоко, — жалобно промямлил парень.

Я промолчал, и парень всё же поднялся, чтобы помочь дядечке. Похлопал того по щекам, помог встать и в чувство привёл. Пока они болтали, я своими делами занимался. История ведь только начинается. Эти люди — первые звенья в неизвестно насколько длинной цепочке. Захват их не решит проблемы.

— Как тебя зовут? — спросил я у дядечки.

— Тито, — ответил тот растерянно, ощупывая зажившую рану. — Вы Эдгард Соколов, да? — подался он вперед. — Как я рад вас видеть!

О как. Не ожидал.

— То, что вы делаете, поистине гениально! Как?! Как вы смогли построить цельную систему в столь неизученной и дремучей области?! — воскликнул он в сердцах.

Молодой парень у него за спиной глаза закатил. Странная парочка.

— Кажется, вы не совсем понимаете, зачем я пришёл.

— Зачем? — нахмурился Тито. — Ах да… — он как-то резко посмурнел. — Наверное, не понравилось, что мы хотим позаимствовать ваши секреты…

— Да. А тебя как зовут? — перевёл я взгляд на парня, который прикидывал, как половчее убежать.

В помещение были окна, и этот проныра вполне мог попробовать выскочить в одно из них.

— Сэм, меня зовут Сэм, — ответил и, подумав, добавил: — Господин.

— Вот и познакомились. Ладно, господа. Прошу на выход. Продолжим в другом месте.

Я ждал, что кто-то объявится. Какая-нибудь группа зачистки, охрана или ещё кто. Надеялся, что пленных для допроса прибавится. Но никто не пришёл. Сочтя, что дальше смысла нет здесь находиться, собирался открыть портал, но кое-что отвлекло меня.

Телефонный звонок.

Звонил, понятное дело, не мой аппарат. Заиграла мелодия на мобильном, что валялся на столе неподалеку. Тито дернулся было к нему, но потом опомнился и посмотрел на меня. Я кивнул, давая разрешение. Он взял трубку, ответил и… Передал телефон мне.

— Это вас, Эдгард.

Хмыкнув, я забрал телефон. Рыбка клюнула?

— Эдгард Соколов, — услышал я старческий, глуховатый и чуть скрипучий, медленный, размеренный и полный уверенности голос. — Что же ты так нагло вломился в чужой дом.

— С кем говорю?

— Ты можешь знать меня под именем Основатель.

Так сразу? Или обманывает?

— Как насчёт встретиться? — спросил я.

— Всему своё время, — в голосе слышалась насмешка. — Предлагаю отпустить господина Тито и не усугублять.

— С чего бы мне это делать? Вы сами нарушили перемирие.

— Когда это мы успели? — был дан спокойный ответ. — То, что Тито изучает твои работы, — разве это война? Считай, что интерес отдельного энтузиаста.

— Воровство, оно где угодно воровство.

— Хорошо, — согласился старик. — Если ты так настаиваешь, Эдгард… Прямо сейчас во Франции утро. Милая девушка, Изабелла Адан, вышла из дома, чтобы отправиться на работу. Перед этим она встретится в кофейне с подругой, где возьмет кофе с собой и пойдет на семейное предприятие. Дойдет она или нет, зависит от тебя.

— У меня есть другое предложение. Я заберу Тито, допрошу его, а потом выжгу всю вашу организацию.

— Тито не самый волевой человек. Уверен, он быстро расколется. Может, через пару минут ты узнаешь, где находится мой офис и придёшь туда. Но целых две минуты… — последнее слово старик прогудел, как бы сам удивляясь тому, сколько всего за это время можно сделать.

— Тогда это патовая ситуация.

— Это не совсем так. Тито не настолько важен, чтобы я переживал за него. А у тебя слишком много слабых мест, чтобы действовать безнаказанно.

— Мои по-настоящему слабые места хорошо защищены. А угрозы дальним родственникам… Уверены, что хорошо понимаете, где проходит тонкая грань?

— Беременная жена дороже всех остальных? — рассмеялся каркающим смехом старик. — Понимаю. Тогда да, ситуация патовая. Что будем делать, Эдгард? Начнем новый цикл насилия?

Я промолчал, потому что самому предлагать мир было стратегически неверно. Нужно, чтобы меня загнали в угол. Но и с той стороны сидел вовсе не дурак. Кто бы это ни был, он прощупывал меня и пытался разгадать мотивы.

— Изабелла только что вышла с кофе на улицу, — поделился старик, немного помолчав. — Так что, Эдгард, проявите благоразумие и отпустите бедного Тито? Не хотелось бы, чтобы он попал на допрос. Не потому, что что-то разболтает, а жалко его. Сами видите.

Как ни странно, в это я был готов поверить. И в жестокость Основателя, готового пожертвовать Тито, и в то, что тот не выдержит допроса, да и вообще никакого давления.

— Тогда сойдемся на том, что я уничтожаю это место, забираю пленных. Разумеется, буду к ним относиться как к дорогим гостям. Они выступят залогом нашего перемирия.

— Я не могу этого допустить, Эдгард, — вздохнул старик. Будто ему и правда жаль, что он никак не может договориться со мной.

— Вы сами полезли ко мне. Это требует компенсации.

— Мы же не на рынке, чтобы торговаться. Могу пообещать, что Тито больше к вам не полезет. Как и тот мальчик, что с ним работает.

— Этого мало, — упрямо сказал я.

— Ты уже украл многие артефакты и редкие книги. Некоторые из них бесценны. Считай, это и есть компенсация, — голос старика посмурнел. — Давай заканчивать этот балаган. Открой портал, зайди в него и забудь эту историю. Иначе…

Он не договорил, но и так было понятно. Новый виток кровопролитной войны.

— Хорошо, — ответил я и положил трубку. Посмотрев на горе-пленников, сказал уже им: — У вас тридцать секунд, чтобы покинуть помещение.

— Но… — растерялся Тито, — моя работа…

Сэм оказался куда сообразительнее. Он схватил Тито за локоть и потащил на выход.

Я же… Когда они ушли, сначала раздолбал всю электронику, а потом ударил волной разрушения. Ушёл, когда убедился, что вся «работа» Тито уничтожена.

***

Основатель отложил мобильный телефон и посмотрел на экран. Изображение Соколова вскоре погасло.

Если бы кто-то видел мужчину в тот момент, то удивился бы его довольной усмешке.

Глава 18. Острова

Я себе голову десять раз сломал, когда разрабатывал планы противодействия организации. Как поймать тех, кто имеет гигантский опыт, прекрасно умея держаться в тени и скрываться? Уж точно не стандартными методами.

Мне требовалось что-то, что разойдется как вирус, от одного носителя к другому, и подсветит для меня всю цепочку.

Работал я по нескольким направлениям. Ждал Исиду в гости, когда она подставится, и разрабатывал специальные методы под неё. Ждал Девятого, тоже в гости, когда он всё же заявится выполнять обещание. Ждал и когда охотники за печатями попадутся в сети.

Причем просто шанса самого по себе было маловато. Это лишь возможность, которую ещё надо реализовать. Было сразу понятно, как именно. Изобрести что-то принципиально новое, чего ещё никто в моём исполнении не видел, и против чего у организации не будет мер защиты. Поэтому я и медлил, когда нашёл Тито. Сбрасывал в помещение всё то, что, как я надеялся, дальше должно сработать. Поэтому и уничтожать помещение до конца не стал. Чтобы у него были причины вернуться. Маловероятно, конечно, я бы на его месте свалил в новое место, но это бы означало лишь то, что мне и туда надо будет наведаться, дабы тайно закинуть артефакты слежения.

Первое, что я сделал по прибытии в дом Тито, — снял координаты места и добавил в уравнение открытия портала сотню метров по вертикальной оси. Когда уже ушёл оттуда, открыл новый маленький проход и изучил, какой вид открывается.

Мои эксперименты с попыткой пробудить полноценные способности беса не дали главного, но кое-что мне подарили. А именно — способность лучше ощущать порталы. Недавно я научился передвигать их после открытия. А ещё крутить, сжимать и вертеть, как мне вздумается. Пока что получалось медленно, с большим трудом, требовало полной концентрации, но и так это упрощало задачу по наблюдению. Хотя проще просунуть через портал камеру и крутить её, как захочется. Ну да надо же способности развивать, поэтому я и шёл сложным путём.

Осмотревшись, увидел небольшое поселение. Что-то среднее между коттеджным посёлком и городком. Тито обитал в частном доме, а чуть в стороне, минутах в пяти езды на машине, городок и виднелся, со зданиями не выше пяти этажей. Дальше — дело техники. Ещё один разработанный инструмент — координатная сетка. Раз уж я пока не могу сам прыгать, куда захочу, надо было как-то обойти этот момент. В общем, совсем скоро я узнал название города. Обратившись к справочникам, обнаружил, что Тито обитал на островах.

Любопытнейшая новость… Но это было лишь началом.

Пока стоял в броне, проделал ювелирную работу. Прямо в полу под ногами, в бетонной части, создал небольшую полость, куда закинул подготовленные артефакты. Что будут автоматически снимать все перемещения и сообщать, куда же Тито прыгал. Пометил я и самого мужчину. Кровь забрал и распылил микрочастицы редкого сплава металла, который сомнительно, что кто-то, кроме меня, мог сделать. Это нужно было для того, чтобы усилить сигнал.

Кровь позволяла открыть портал рядом с владельцем. Но не давала отследить, куда он перемещается и с кем общаемся. Мне пришлось изворачиваться, чтобы проследить за пареньком и открыть портал так, чтобы видеть, куда он попал и с кем встретился.

Делать порталы маленькими и незаметными, обходящими любые блокировки, я тоже научился.

Дальше оставалось только ждать. Многое зависело от того, с кем будет контактировать Тито и будет ли вообще.

***

Кассиан Клавдий прибыл в назначенное время. В этот раз одет он был одет по-деловому. Не в строгую классику, но около того. Костюм-тройка из шерсти серого вида, с белой сорочкой. Выглядело тепло и элегантно.

— Эдгард, — улыбнулся он.

— Кассиан, — кивнул я ему. — Отправляемся?

— Да.

Самый опасный и неприятный момент — позволить чужому ходоку переместить меня куда-то. Ещё и без брони выполнить этот трюк. Артефактов у меня с собой хватало, но это всё же другое, не полноценная защита.

Но обошлось. Помещение с той стороны походило на что угодно, только не на ловушку. Просторный кабинет с большим столом у окна и парой диванов в стороне. Что-то среднее между рабочим местом и комнатой для переговоров.

— Мы на заводе, — пояснил Кассиан. — Сейчас подойдет управляющий и покажет нам всё.

Так и вышло. Не прошло и минуты, как дверь открылась, и вошёл ещё один… джентльмен. Почему-то, когда смотришь на российских аристократов, выглядят они совсем иначе. Нет такого лоска. При том, что одежда может быть одинаково дорогой.

— Мистер Питерс, — обратился к нему Кассий. — Рад представить вам мистера Соколова.

— Да-да-да, — быстро заговорил управляющий. — Рад вас видеть. Как насчёт выпить чаю? А потом я обещаю показать мои владения.

— Конечно, — согласился я.

Этикет двух стран отличался, но не так, чтобы сильно. К примеру, у нас любили болтать о погоде или сразу переходить к делу, без долгих прелюдий. Здесь же считалось нормой сначала выпить чаю или раскурить сигары, кому что нравится.

— Мы сейчас находимся на главном острове, — сказал Питерс. — Самом населенном. Вы знакомы с нашей историей? — посмотрел он на меня с интересом.

— Ваша страна очень закрытая. Так что знаком в общих чертах.

Это было полуправдой. Так-то не проблема зайти в любую публичную библиотеку или книжный магазин, чтобы скупить все учебники по истории. Да и англичане слишком активные ребята, чтобы про них не сохранились исторические хроники. Закрытость скорее касалась внутреннего сообщества. Вот так прийти и договориться о сотрудничестве считалось чем-то невозможным. Мне в этом плане сильно повезло.

— Это вы правы. Мои соотечественники те ещё снобы, — рассмеялся Питерс.

Кассиан на это вежливо улыбнулся. Конкретно с ним пообщались недолго. Выступил он кем-то вроде свахи. На место меня доставил, Питерсу на руки передал, а сам отчалил. Договорились с ним встретиться через день. Пригласил меня на званый ужин.

Дальше началась работа. Мне показали завод, и я увидел его вживую. Питерс оказался не номинальным управляющим, а толковым, который разбирается во многих технических деталях. Много времени дело не заняло. По сути, от меня требовалось показать артефакты да отдать их на тест. А потом, когда их проверят, встретиться и продолжить развивать проект. Договорились сделать это через неделю.

Единственное, о чём я не говорил, — это о функциях слежения. Как налажу систему ретрансляторов, смогу снимать звук и показатели тех, кто подходит к артефакту. Сомневаюсь, что конкретно это устройство попробуют изучить, но лучше перестраховаться и раскинуть ещё одну сеть.

***

На следующий день я снова встретился с Кассианом. На этот раз он пригласил меня к себе домой, что было само по себе любопытно.

Всего в Англии насчитывалось тринадцать крупных островов. Три из них считаются непригодными для жизни и не заселены. Ещё пять находятся довольно близко и соединены между собой сетью мостов. В центре их как раз находится главный остров, на котором и располагается столица. Видел я этот город. Крупные небоскребы, сочетающиеся со старыми домами и изысканной архитектурой. Смотришь на это чудо и сразу понимаешь, насколько там много денег.

Ещё один из островов, средний по размерам, считался чем-то вроде полузаповедника, вотчиной аристократии. Там легко найти десятки замков и обширных территорий, утопающих в садах, среди которых прячутся родовые гнезда. Была в ходу шутка, что больше всего метеоритного железа собранно именно на этом острове.

Логично предположить, что ответы на вопросы про организацию, которые у меня имеются, тоже собраны здесь. Также вероятно, что кто-то из хранителей, возможно, Девятый, скрывается на нежилых островах. Смотрел я на них с неба. Искать там кого-то все равно что иголку в стоге сена.

Быть может, тринадцать островов уникальны. Как-никак, говорят, именно здесь зародились ходоки. Благодаря катаклизму, что разъединил когда-то цельный остров на осколки. Я был бы не прочь исследовать эти земли, но когда-нибудь позже.

Сейчас же… я попал домой к Кассиану. Как и в прошлый раз, он забрал меня и переместил в комнату, которую так и называли — для перемещений. Чтобы случайно кого-то не задеть. Чувствовал я себя в этот момент не очень. Казалось, что добровольно сую голову в пасть льва. Ещё и пошуровать там хочу.

— Идём, — позвал Кассиан за собой. — Познакомлю с семьей и покажу дом.

Пригласили меня на званый ужин, но он начнётся через полтора часа. А до этого… Вышли в коридор, а там двинулись по дому. Пару раз попадались слуги, что кланялись молчаливыми тенями. Вдали слышался детский смех. В его сторону мы и направлялись.

— Папа! — прокричал мальчик лет шести, пронесся по коридору и спрятался за Кассиана.

За ним следом бежала юная девушка. Лет пятнадцати-шестнадцати, подросток ещё. Бежала явно с целью проучить мальчишку, но, увидев нас, мгновенно затормозила и приняла благопристойный вид.

— Дети, это Эдгард Соколов. Я вам про него рассказывал. Эдгард, это мои дети. Сына зовут Оливер. А дочь — Агнесс.

— Добро пожаловать, мистер Эдгард, — синхронно ответили дети, ещё и поклонились мне.

У Оливера поклон вышел комичным, а у Агнесс это был книксен.

— А вы правда волшебник? — с детским простодушием спросил Оливер.

— Прости, Эдгард, — посмеялся Кассиан, — я не знал, как им объяснить, что ты делаешь.

— В какой-то мере да, я волшебник, — ответил я пареньку.

— Покажите фокус?

Первое правило алхимика: когда идёшь в гости — бери с собой подарки. Оно мне нравилось больше, чем правило алхимика-налётчика.

— Легко, — ответил я и достал из кармана небольшой перстень с жемчужиной.

Выглядело не «по-мужски», зато…

— Если прокрутить жемчужину, она начнёт светиться, — объяснял я парню. — Это могущественный артефакт, который способен развеять любую тьму. Пользуйся им аккуратно.

Простая задумка сработала. Глаза парня расширились, и он завороженно смотрел на святящуюся жемчужину. Кассиан же приподнял бровь, но ничего не сказал.

— А для вас, юная леди, — обратился я к Агнесс. — У меня тоже кое-что есть.

Ей я протянул небольшую брошку в виде бабочки. Она переливалась, словно сделанная из звездного неба.

— Благодарю, — снова поклонилась она.

Разобравшись с этим «квестом», пошли дальше. По дороге Кассиан, тихонечко посмеиваясь, тихо спросил:

— Ради интереса, а если у меня десять детей? И много других родственников?

— Я подготовился. Но, как говорится, кто успел, тот успел.

Дальше началась череда знакомств. Кассиан представил свою жену, родителей, двоюродных братьев. Семейство оказалось многочисленным. Меня встретили добродушно. Спрашивали про «волшебство», но в основном разговоры сводились к нейтральным темам.

Никого, кто бы говорил голосом Основателя, я не встретил. Что ничего не значило. Сам звонок мог быть подставным. Как и эта семья. Интересно, стал бы Основатель заморачиваться, чтобы обмануть меня? Не вижу в этом смысла.

Но проверить собираюсь. Артефакты я не просто так дарил. В них была спрятана функция передачи звука, ну и маяк заодно. Если это вскроется… я как минимум в Европе себе репутацию угроблю до конца жизни. Потому что если одни артефакты могут шпионить, то и другие тоже. А следовательно, со мной нельзя иметь дел.

Риск невероятный, но и как обойтись без подобных мер, я не знал. Точнее, знал, но эти меры были частью общего плана. Если с организацией не удаётся справиться, нужна сеть пошире да половчее, вот и всё.

Пока знакомился с семьей да дом осматривал, время пролетело незаметно. Там и другие гости стали подтягиваться. Собирались они в просторном зале. Скорее даже сети залов, где легко затеряется сотня-другая человек. Жилище у Кассиана было воистину необъятное, здесь при желании и заблудиться можно.

С приходом гостей началась настоящая моя работа. Я держал в голове сотни нюансов того, как себя вести и что делать. Сколько бы ни жил в этом мире, это так и не стало естественной частью меня. Иногда названные фамилии ничего не значили. Перед походом сюда князь и Родион снабдили меня имеющейся информацией по островным кланам, главным семействам, и вообще, выдал все, что было известно. Так что тот факт, что многие фамилии я не узнавал, красноречиво говорил о том, что известно об этом государстве не так много.

Но были и те, чьи имена на слуху. В частности, отметился Агнос Дарвал. Мужчина, на вид лет пятидесяти, с благородной сединой, с индексом опасности за сотню, который точно не определялся. Его род считался боевым. Экспансия, оружие, военные разработки, гвардия с репутацией высочайших профессионалов. В своём клане именно эта семья выступала главной дубиной. Чем-то они походили на Кнайтов.

— Мистер Эдгард, — кивнул он мне. — Наслышан, наслышан… — Агнос окинул меня взглядом, взвесил и явно оценил ощущения.

Что в мире аристократов определяло очень многое. Я давно подсчитал, что если разница в силе составляет двадцать-тридцать пунктов, то это, считай, веское преимущество в переговорах. Преимущество и осложнение. Тот, кто слабее, чувствует опасность и инстинктивно готов подчиниться. А тот, кто сильнее, чувствует превосходство и желание «вцепиться клыками в горло». Оба этих состояния потомственные аристократы учились контролировать с малых лет, поэтому нельзя сказать, что это уж такая большая проблема. Но ведь и разница в силе может быть куда больше. И там начинаются совсем другие игры.

Я уже достаточно повидал, чтобы сравнить и определить, что островная аристократия в целом посильнее будет всех, кого я встречал в других местах. Европейцы разве что не так сильно уступают, думаю, разница в районе десяти-пятнадцати процентов, если считать общие значения. Но и так сам по себе этот факт мог определять обстановку в мире. Есть англичане, на уровне инстинкта чувствующие желание править остальными, более слабыми. И есть все остальные, готовые принимать это как данность.

Разумеется, современный мир куда сложнее. Технологии и оружие меняют его. Да и других рычагов, таких, как финансы и связи, хватает. Голая сила не главная, но тем не менее важная часть жизни аристократии.

Вот и сейчас, когда знакомился с гостями, чувствовал себя лисой среди волков. Матерых, опытных убийц. Неприятные ощущения. Подавляющие. Если бы не мои силы алхимика, не уверен, что выдержал бы это.

— Любопытно… — протянул Агнос. — Вы определяетесь как слабый бес, но при этом вызываете опасение. Вы не так просты, мистер Эдгард, — усмехнулся Дарвал.

Мои индекс в шестьдесят пунктов для этого человека — слабый бес.

— Ты как всегда, — покачал головой Кассиан.

Большую часть вечера он был рядом со мной. Не скажу, что прием долго продлился и что гостей было много. Но человек тридцать насчитал. Их приводили слуги, а дальше гости попадали в оборот. Либо Кассиан к ним подходил, приветствовал и представлял меня. Либо они подходили к другим гостям и завязывали общение. В целом на званый ужин это не походило. Не светское мероприятие, а скорее встреча близких знакомых. Тусовка для своих.

— Что поделать, — демонстративно вздохнул Агнос. — Такой я. Ваша броня поразительна. Особенно неприятно было столкнуться с нею в бою. Кнайты стали посмелее в этой защите.

— Ради этого она и делалась, — пожал я плечами. — Защищать.

— Защита, которая лучше многого оружия. Думаю тоже к вам зайти. Говорят, уже большая очередь образовалась.

— Это так.

— Тогда надо поспешить. А то, чувствую, вскоре без брони от единственного одаренного, кто умеет её создавать, будет никуда. Жаль, что вы организацию не добили, — резко сменил он тему.

— Мне тоже жаль, — ответил я, подавив растерянность. — Они оказались очень скрытными.

— Что есть, то есть, — кивнул Агнос.

— То, что многие среди нашей аристократии ведут дела с организацией, — вставил Кассиан, — не означает, что всем она нравится.

— А что в ней может нравиться? — удивился Агнос. — Я не буду играть в моралиста и говорить, что их методы чудовищны. В большинстве случаев они приемлемы. Ох, юноша, — посмотрел он на меня внимательно, — вы же не думаете, что организация только всякие новые смертоносные игрушки разрабатывает да похищениями занимается? Это малая часть их деятельности. Я их не оправдываю. Просто не люблю слепые эмоции и вам не советую.

— Умом я понимаю, что организация много чего делает. Но лично я от них ничего хорошего не видел. А вот опасного… Для всего мира опасного — видел.

Последнее было сказано для Кассиана. Если он так радеет за мир, то должен оценить посыл.

— В этом вы с ними похожи, — выдал Агнос. — Ваша броня тоже меняет баланс сил. Как и некоторые их разработки. Тем не менее вы всего лишь один человек с вроде как неплохими ценностями. Почему-то мне не верится, что в один день вы уничтожите мир. А в то, что организация очень любит власть и хочет её приумножить, я не то что верю, я это точно знаю.

Про то, что он сам также хочет власти — я благоразумно промолчал. Как и не стал спрашивать, откуда он знает про мои ценности.

***

— Как прошло? — спросила Катя, когда я вернулся домой.

— Плодотворно. Познакомился с разными ребятами.

— Смешно, — фыркнула жена.

В это время она сидела на постели и ела… Ну да, ну да. Торт и ела. На соседней тарелке ещё и фрукты лежали, но торт уменьшался, а фрукты по виду нет.

— Не смотри так на меня, — насупила она брови.

Самое смешное, что тарелка с тортом лежала у неё на животе. Сама же Катя, подложив подушки, восседала аки барыня.

— Почему это? — рассмеялся я. — Когда я ещё налюбуюсь на такую сладкую булочку, как ты?

— Я бы кинула в тебя подушкой, но мне лень.

Сейчас подошёл к концу шестой месяц беременности и начался седьмой. Быть может, будь ребенок один, живот выглядел бы куда аккуратнее, но… В общем, Катя из стройной девушки и правда превратилась в аппетитную булочку, округлившись во всех местах. В красоте она при этом ни капли не потеряла. Просто одна красота сменилась другой.

— Так что было-то? Расскажи-и-и, — протянула она. — Мне же интересно.

— Познакомился с разными аристократами. О многих впервые услышал. Всего было тридцать семь человек, если хочешь деталей. Если считать по фамилиям, то куда меньше. Половина мужчин пришла с женами или родственниками. Ещё Кассиан познакомил с семьей. У него двое детей. Дочь-подросток и сын поменьше.

— Хм… Значит, он не Основатель?

— Почему ты так решила?

С супругой я делился своими мыслями по этому поводу, и она была в курсе моих опасений.

— Странно знакомить врага с семьей. Если только это не подставная семья, но…

— Да, слишком сложно и непонятно, зачем нужно. Про организацию тоже речь заходила. Если в общих чертах — то у меня сложилось впечатление, что её не любят и не прочь избавиться чужими руками. Мне на это несколько раз намекнули. А так ничего важного не произошло. Познакомился, пообщался, присмотрелись друг к другу.

— Это уже немало. Ты знаешь, что на островах нет ни одного посольства? Зато их посольства есть во всех странах.

— Они могут себе это позволить.

Скинув одежду, сходил в душ и вернулся к жене. С тортом она разделалась и точила фрукты.

— Как себя чувствуешь?

— Как бочка с медом.

— Медом?

— Да. В которую залезли три медвежонка. Изжога замучила. А ещё они научились толкаться по очереди. Как будто на барабанах играют.

— Это надо проверить, — решительно направился я к жене и припал ухом к животу.

— Сейчас они спят.

Катя говорила это с такой уверенностью, как будто точно знала, что делают дети.

— Кстати, я тут подумала над твоими исследованиями. Или уже моими, потому что кто-то отлынивает от работы.

— Мм? — протянул я, не отрываясь от живота.

С этой стороны был виден прикроватный столик и то, что там лежат талмуды по генетике.

— Мой вывод — наши исследования неполноценны.

— Это было известно с самого начала. Суть в том, чтобы доработать их в процессе.

— Тогда я тебе сразу скажу, как доработать надо. Во-первых, стоит подключить исследование зверей и их употребление в пищу.

— Хм… — я оторвал голову и посмотрел на жену. — Это можно.

— Аристократы веками охотились на зверей, и это давало результаты. Современная наука говорит о том, что есть и другие методы, тоже рабочие, возможно, даже более рабочие, но… Мне кажется, если исследовать старый, проверенный способ — а увидела я достаточно, чтобы понять, благодаря тебе, исследовать получится на принципиально ином уровне, то, возможно, получится определить, что именно даёт мясо зверей и как именно организм разных бесов усваивает то, что в него попадает.

— А на основе этого можно будет доработать общую методологию, — кивнул я. — Только вот я это уже исследовал, но методы и правда продвинулись вперед, так что можно ещё раз пройтись.

— Я попыталась разработать печати для анализа, но у меня ничего не получилось. Поможешь?

По нашей договоренности, Катя, если хотела попробовать что-то своё, чертила это на бумаге. А как заканчивала, уничтожала наброски, чтобы не в те руки не попали. Память у неё отличная, при желании она легко воспроизводила чертежи. Воплощать их в жизнь было запрещено. Эффект-то любой может быть.

— Сейчас? — спросил я.

— Ну… Лучше завтра. Сейчас лучше меня обними. А то всё внимание детям.

Забрав тарелку с фруктами, приступил к совращению жены.

Глава 19. Роды

Забранное у Тито я изучил. Коллекция внушительная, сомневаюсь, что какой-то частный коллекционер мог бы её собрать. А вот организация с её возможностями — вполне. То, что удалось их ограбить, было мелочью, но грело мне душу.

Пара недель ушла на то, чтобы перевести книги. Это невероятно мало для нормального перевода, поэтому я заказал черновую версию, чтобы в общих чертах понять, о чем речь, и определиться, на чём сосредоточиться в первую очередь. Забегая вперед — книги оказались попытками систематизировать то, что отдельные одаренные успели накопить за свою жизнь. По сути, шлак. Встречались редкие моменты, удивляющие глубиной, такие, как описание энергии мира. Своими словами, с кучей ненужных философских рассуждений, зато с упражнениями, как эту энергию развить внутри себя. Как по мне, есть методы куда интереснее, поэтому лично для себя я ничего полезного не вынес.

Если таковым не считать общего понимания того, как был устроен мир на протяжении веков в разрезе одаренности. Люди не раз и не два пытались подчинить эту силу, но ничего у них не вышло.

Это же подтверждали дневники Тито. Переводить их не было нужды, он писал на английском, без шифра. Я порадовался педантичности мужчины. Все идеи, мысли, эксперименты он скрупулезно записывал. Строил гипотезы, опровергал их и пытался разобраться. Из того, что я прочитал, следовало, что в своих изысканиях продвинулся он не так, чтобы далеко.

Пожалуй, это можно сравнить с каким-нибудь членом племени, который впервые увидел телефон. Пусть житель крайне умен, но без определенной технической базы повторить устройство не получится. В этом смысле я мог спать спокойно. Никто не смог разобраться в моих секретах. Даже повторить не смог. Если это не было сфальсифицировано организацией, чтобы успокоить меня. Тогда понятно, почему Основатель, или кто там говорил от его имени, был так спокоен. Даже уничтожь я всё, он ничего не теряет, потому что ничего не имеет.

Оставался открытым вопрос, зачем были похищены азиатские одаренные. У Тито я ничего про них не нашёл. Значит, есть какие-то параллельные разработки в этом направлении. Быть может, генетического характера. Научились же они создавать бесов и многоликих. Кто знает, вдруг с одаренными тоже получится. Чего я не сильно боялся, потому что даже создай они миллион одаренных, без нормальной системы знаний это будет обычная толпа.

За Тито я следил. Он предпочёл остаться дома и исследований не забросил. Сэм перестал у него появляться, и, может, это было связано с тем, что ко мне пока решили не лезть. Сам Тито почти никуда не выходил. Один раз переместился в Лондон, в небоскреб. Сомневаюсь, что прямо к Основателю, может, к какому-то промежуточному звену, но всё равно я установил наблюдение за этим местом.

Пришлось повозиться. Проник туда ночью и внедрил систему отслеживания с прицелом на то, что у организации могут иметься те, кто видит потоки энергии.

Тема проникновения и слежки — это то, на чём я сосредоточился в ноябре. Можно сказать, что я стал одержим её. Очень уж хотелось разделаться с организацией. Начал с оптимизации всех необходимых печатей, чтобы уменьшить артефакты, а заодно их защитить как от обнаружения, так и от взлома. Продолжил разработкой новых модулей, способных передавать звук на расстоянии. Самое сложное — это закинуть необходимый артефакт туда, где он пригодится. Поэтому разработки я заканчивал, сосредоточившись на открытии… невидимости.

Не той, какую показывают в фильмах, когда раз — и человек или предмет исчезает. А более технологичной. Мне требовалось, чтобы артефакты не смогли обнаружить ни в каком спектре, доступном человеку. Ни с помощью личных способностей, ни с помощью технологических устройств.

Это была та ещё задачка.

Сначала я хотел создать рабочие артефакты небольшого размера, а потом подумать над улучшением брони, чтобы самому проникать, куда потребуется.

В итоге я совместил несколько наработок и сделал «червячка». Артефакт квадратной формы, пять кубических сантиметров. Он был способен летать, расщеплять материю перед собой, проходить через неё и воссоздавать заново, сбрасывать груз и передавать изображение. Устройство, совмещенное с технологиями.

К этому делу я опасался кого-либо привлекать. Достаточно любого слуха, малейшего намёка, чтобы план развалился. А так было бы куда проще. Того же Родиона хотелось привлечь. Он бы и спецов выделил, и команду, чтобы анализировали поступающие данные.

Каждый день я дорабатывал и расширял свою сеть. Собирал информацию. Помечал тех элитных бесов, что попадались на пути. Узнавал, кто они. Подкидывал им в дома артефакты. При должной сноровке это не так сложно сделать. Защиту метеоритного железа я пробивать умел. Открывать небольшие порталы диаметром в десять сантиметров — тоже. Как и снижать их заметность. А дальше закидываешь червяка на крышу, направляешь его, куда надо, он проделывает точечные дырки в стенах, куда и помещается следящая начинка.

Кое-кто интересный попался почти сразу. Ходячая аномалия в том самом небоскребе, куда наведывался Тито. Сначала я не засек этого человека, потому что пока моя слежка подвигалась медленно, внедрение требовало времени. А потом, когда развернулось сканирование, обнаружил потенциальную цель. Единственное, что я мог сказать, что это мужчина с запредельной силой и всем перечнем способностей. Я таких аномалиями называл.

Врываться и устраивать бой не стал. Это ничего не даст, даже если там один из хранителей. Да даже если это сам Основатель. Надо накрыть всю организацию разом. Для чего я… Просто брал и регистрировал то, куда этот человек открывает проходы. После чего открывал над точками выхода порталы и развертывал наблюдение.

Единственный минус у этого всего — чем больше точек попадало в поле зрения, тем сложнее было за всем уследить. Но ничего. Потерплю как-нибудь.

***

Единственное, на что я отвлекался, — это проект бесов, ходоков и одаренных. Первыми двумя Катя занималась, а я ей помогал разрабатывать новые методы изучения.

Провели эксперимент со зверями. Набрали группу из десяти человек, пригласили Гвоздеву, я сделал новую систему анализа и… И мы накормили этих десятерых счастливчиков тем, что в современном мире попадало исключительно на стол аристократов.

Когда-то я изучал этот вопрос. Но сейчас и цели были другие, и средства появились куда более продвинутые. Так-то в алхимии основополагающий принцип — это точность. Набранный опыт позволял создавать продвинутые печати. Те — получать новый опыт и данные. Которые, в свою очередь, давали возможность доработать печати. Бесконечный цикл развития.

То, что магические звери сами по себе отличаются от обычных, давно известно. То, что это совсем иной, качественный строительный материал тоже известно. О том, что мясо зверей содержит в себе заряд энергии, я узнал, ещё когда у Гвоздевых в избушке в лесу жил. А вот то, как этот заряд взаимодействует с уже имеющейся в организме энергией, какие изменения происходят, что именно в пищеварительной системе творится… В общем, вопросов перед собой мы ставили много.

По большей части проектом занималась Катя. Ещё и маму, Ольгу Владимировну, привлекла. Я же подключался, когда требовались новые инструменты или надо было проанализировать кровь.

***

Ольга Владимировна смотрела, как дочь то и дело фокусируется на пустом пространстве.

— Долго думаешь с этим проектом возиться? — спросила женщина. — Скоро рожать, пора поберечь себя.

Говорили они в кабинете, без посторонних глаз. Сейчас штат разросся до двадцати человек, и они проверили почти всю княжескую гвардию. На дворе стояли первые числа декабря.

— Я берегу себя, — ответила Катя, читая очередной отчёт и делая пометки. — Сидеть дома и тухнуть куда вреднее для здоровья, чем работать. Тем более ничего сложного здесь нет.

— Когда ты успела стать ученой? — хмыкнула Ольга Владимировна.

— Когда-то во время подработки у тебя, мам. Ну и когда мой муж грузил мне мозги всякими сложными задачами для развития. Да и никакой я не учёный. Скорее проектный управленец, который сводит общие данные.

— И понимает в вопросе куда больше, чем остальные члены команды.

— Возможно, — стушевалась Катя и бросила быстрый взгляд на мать.

— Ты стала видеть энергию? — прямо спросила женщина, собираясь сбить с толку Катю этим вопросом.

— С чего бы? — на лице той не дрогнул ни один мускул.

— Ты часто фокусируешься на том, чего никто не видит.

— А-а-а… — понимающе кивнула Катя. — Я стала немного рассеянной в последнюю неделю. Вот и пялюсь в пустоту.

Ольга Владимировна задумалась, врёт дочь или нет. Это было неприятно признавать, но прочитать Катю она абсолютно не могла.

— Жаль, я думала, вдруг у тебя ещё какие способности пробудились.

— Нет, всё, наоборот, затихло. Потребление энергии снизилось на порядок, исчезла угроза, что я пострадаю от голода. Только от обычного. Ох, мама, ты не представляешь, сколько я ем! — пожаловалась Катя.

Ольга Владимировна же подумала, как ловко та переводит тему.

— Тогда непонятно, почему ты занимаешься расчётами Эдгарда.

Катя не особо пыталась что-то скрыть. У неё на столе можно было встретить рисунки со сложными схемами и расчётами, построенными на неизвестно каких формулах.

— Эдгард мне кое-что рассказал, вот и помогаю, — пожала Катя плечами. — Ничего сложнее высшей математики.

— Ну да, ну да. Ладно, давай приступим к следующей части.

Ольга чувствовала гордость за дочь. Когда включилась в проект, она думала, что Катя сама не вытянет, но сейчас увидела, что если дать ей месяц-другой, то она сама во всём разберется. А там, глядишь, и сделает новые открытия.

***

Где-то за неделю до Нового года мы стали шутить, что роды случатся первого числа. По всем показателям Катя была готова родить.

Казалось, весь мир замер в ожидании этого. Но на самом деле замер только я. Может, ещё ближайшие родственники да Гвоздёва, которая будет принимать роды. Не одна, вместе с коллегой, имеющей опыт акушерства, в том числе принятия родов у аристократов.

Я тоже подготовился. Принял все возможные меры защиты. Сделал артефакты на все случаи. Даже если детям сразу после рождения в двадцать раз больше энергии потребуется, чем когда они были в животе, не беда, обеспечу каждого.

— Это уже не смешно, — сказала Катя тридцатого декабря. — Мы на княжеский бал-то пойдем?

— Нет, — покачал я головой. — Какой бал? В любой момент начаться может.

— Да и в платье я не влезу, — расстроилась Катя.

Если пару месяцев назад она выглядела как сексуальная булочка, то сейчас… Как раздувшийся шарик. Что сказывалось буквально на всём. Работать она прекратила десять дней назад, и мы поставили проект на паузу. Я возился по мелочам и кое-что новое изобрел, но пока не знал, показывать это кому-то или нет.

Потому что придумал идеальное средство против бесов — подавитель регенерации. Достаточно было воздействовать на клетки определенным образом, чтобы эта способность дала сбой и затухла. Образец экспериментальный, требующий доработки, потому что проще было взорвать здание и открыть десяток порталов, чем один раз так ударить по бесу. Но ситуации разные бывают, поэтому этот козырь я приготовил. На всякий случай.

Нутром чуял, что роды послужат катализатором для череды событий.

А что касается Кати… Живот у неё был реально большим. Малыши крупные родятся. Об этом нам Гвоздёва с уверенностью сообщила. Сама Катя стала медлительной, двигалась с трудом, много спала, а настроение её скакало. От раздражения до апатии.

— Ты у меня самая лучшая, — подошёл я и обнял жену.

К балу мы не готовились. Реально не до него было.

Прошло тридцатое число. Наступило тридцать первое. В какой-то степени я не удивился, когда днём, в районе пятнадцати часов, отошли воды и начались схватки. Через минуту Гвоздёва была у нас дома. Пригласили и Ольгу Владимировну.

— Поздравляю, — сказала Гвоздёва. — Началось. Если можешь, походи.

— Я сделаю чай, — в отличие от меня, Ольга Владимировна не паниковала и отнеслась к событию с радостью.

Мне же хотелось разом пробежать километров сто, выпить коньяку и дать кому-нибудь в морду. Просто чтобы хоть немного стало понятнее.

— Эд, поможешь? — позвала меня тёща.

— Конечно.

Я буквально силой заставил себя отойти от жены. Здесь, у нас в доме, ей ничего не грозит, но мало ли, блин.

— Успокойся, — сказала мне Ольга Владимировна. — Ты какой-то дерганый. Выдохни. Мы разберемся. Это не первая женщина в мире, которая рожает.

— Ох… — выдохнул я. — Легко говорить.

— А ты постарайся. Как бы тебе сейчас ни было плохо, Кате придётся в сто раз хуже. Поэтому заткни суету и либо выгляди как оплот спокойствия, уверенности и непоколебимости, либо иди погуляй.

— Жестко вы.

— Сам виноват, — пожала женщина плечами и занялась чаем.

В какой-то момент я смог воспользоваться советом и успокоился. Часа через два. А роды не спешили наступать. Схватки усиливались, но не то чтобы быстро. Гвоздёва сказала, что есть небольшое раскрытие, но ещё нужно подождать.

Вот и ждали. Наступила ночь, а там и двенадцать часов. Наступил Новый год. Детишки не стали устраивать шоу и выходить ровно в полночь. Судя по всему, роды затянутся.

Ещё спустя три часа к нам в дом заглянул князь и увёл меня в кабинет.

— Как оно? — спросил Анастас.

— Многосоставно.

Он замер, осмысливая услышанное, а потом рассмеялся.

— Понимаю. Сам места себе не находил, когда жена рожала. Во второй раз полегче. С первенцем… Да и с первенцами всегда так.

Князь явно вознамерился взять меня на себя. Как будто мне сейчас требовалась поддержка.

В какой-то момент Ольга попросила позвать акушерку-помощницу. Та была дома в этот момент. На связи с Гвоздёвой, и ей повезло, что удалось встретить Новый год. Я открыл портал прямо к ней домой. Там уже ждала женщина, одетая в медицинский халат.

Мой мозг в этот момент отмечал какие-то странные детали, вроде домашних тапочек, в которых она перешла на эту сторону.

— Господин, — поклонилась она.

— Доброй ночи, — поздоровался я. — Прошу за мной.

Я провёл женщину в «родильный» блок. На самом деле он никакой не родильный. Там даже ничего такого нет, что нужно для родов. Если пойдет без осложнений, то и не понадобится. Если же осложнения будут, перебросить Катю в больницу — дело трёх секунд. Пока вёл женщину, проверил её всеми способами. Это не многоликий, уж точно.

Когда подошли, то Катя закричала. Я уже перестал дергаться по этому поводу. В первые часы было страшновато.

— Эдгард, давай тоже к нам, — позвала Гвоздёва.

Мне всегда казалось, что рождение детей — более интимный процесс. Но теперь нас в комнате было пятеро, считая Катю. Гвоздёва мониторила здоровье супруги. Она лучше всех в её организме на данный момент разбиралась. Ольга Владимировна моральную поддержку оказывала и развлекала дочь. Светлана Анатольевна — та женщина, которую я привёл, — должна была непосредственно роды принять. Могла бы и Гвоздёва, но это не её специализация, решили не рисковать.

В библиотеке ещё князь остался. Видимо, он с нами до конца просидит. Ещё я Калача вызвал и десяток своих гвардейцев. В дом они не заходят, снаружи патрулируют. Туда же и люди князя подтянулись. Внутрь зайти из них никто не сможет. Если честно, сюда вообще никто и ничего проникнуть не сможет. Я наглухо дом заблокировал.

— Бери Катю за руку, сам отдувайся, — сказала Гвоздёва мне.

— Извините, — буркнула Катя и снова напряглась, быстро задышав.

Сейчас она сидела в специальном кресле. Единственное, что мы притащили сюда на всякий случай. Несмотря на то, что я его укрепил дополнительно, Катя умудрилась оставить отпечатки рук на поручнях. Да… Высшему бесу-женщине во время родов под руку лучше не попадать. Так и убить может. Причем чисто случайно. Дернется — и всё, труп готов.

Хотя мне рассказывали, что силы у женщин частично подавляются. Иначе бы они родить не смогли. Опять же, напряжется и… что-то с ребенком произойдет. Но, видимо, Катя настолько сильная, что и в подавленном состоянии много чего остаётся. Нелегко ей сейчас приходится. Надо дополнительно себя контролировать.

Я подошёл, сел сбоку и молча Катю за руку взял. Сжала она будь здоров, но вроде терпимо.

— Уже скоро, — сказала Светлана, осмотрев жену. — Чуть-чуть осталось потерпеть.

Да уж. Не представляю, как женщины через это проходят. Как по мне, проще сбежать из умирающего мира, чем вот это всё.

***

Некоторое время ранее.

Исида переместилась в кабинет Основателя. Тот, вопреки ожиданиям, сидел на стуле, закинув ноги на стол и подбрасывал обычный теннисный мячик.

— Скоро роды, — сказала Исида.

— Ты внедрилась?

— Да. Соколов ничего не заподозрил.

— Это хорошо, — мужчина поймал мяч, положил на стол и достал из ящика кое-что другое. — Возьми. Как ребенок родится, сломай ампулу.

— Что это? — Исида осмотрела то, что ей дали.

Флакон размером с мизинец, запечатанный, внутри мутная серебристая жидкость.

— Это доработанная версия того, что раньше называли «Убийца высших».

— Но… — Исида нахмурилась, вспоминая, что это за средство. — Ребенка надо убить?

— Не совсем. Это средство действует медленно. Нарушает регенерацию и, если запустить процесс, оборачивает её против. Из организма не выводится. Но есть противоядие, которое отсрочит эффект на пару недель.

— Это проверялось на новорожденных? Меня позовут на роды, но попытка будет всего одна.

— Проверялась, — спокойно ответил Основатель.

Исида внутри себя поморщилась. На её счету всякое было, но дети… младенцы… Это был перебор.

— Что после этого? — спросила она.

— После этого уходи оттуда. Соколов разозлится, так что позаботься об укрытии. На следующий день я пришлю ему противоядие.

Исида кивнула. Значит, шантаж. Что ж, история знает много примеров, когда ради спасения детей делали что угодно.

Основателя Исида покинула с чётким ощущением, что угодила в капкан. И выбраться из него не представлялось возможным.

***

— Показался! — обрадовала нас всех Светлана. — Хочешь потрогать головку?

— Что? — Катя одновременно испытала столько эмоций, что аж растерялась.

— Голова показалась. Давай сюда руку.

Схватив Катю за руку, что, вообще-то, было опасно, Светлана направила её — и моя супруга вскрикнула.

— Быстро решил вылезти, — резюмировала акушерка и…

И следующие минуты стали самыми волнительными в моей жизни.

— Мальчик! — выдала Светлана. — Поздравляю!

— Там ещё два ребенка, — уточнила Гвоздёва.

— Да я уже догадалась, — отмахнулась Света. — Могли и раньше сказать.

Гвоздёва вместе с Ольгой Владимировной забрали малыша и что-то там начали с ним делать. Обмывать, пеленать и проверять.

— Крепкий какой! — порадовалась тёща. Именно в этот момент мальчик решил закричать что есть сил. До этого тихо себя вёл.

Для меня это превратилось в мелькание каких-то картинок. Я увидел маленькое, сморщенное тельце, темные мокрые волосы. Для Кати ничего не закончилось, и процесс, как говорится, набрал обороты.

— Второй пошёл! — скомандовала Светлана. — Вы там побыстрее.

Замечание было дельное. Второй ребенок вышел почти сразу.

— Ещё мальчик!

Я сидел рядом с Катей — ни живой ни мертвый. То, о чём я мечтал, то, к чему так долго стремился, то, чего так опасался, случается прямо сейчас, на моих глазах.

Второй парень кричать начал сразу и куда более возмущенно, чем первый. Им тоже занялись две женщины. С первым они и правда быстро разобрались и положили в люльку рядом с Катей. Мне отличный вид на малыша открывался, но его так закутали, что только сморщенное личико и было видно.

— А вот третий не спешит, — сказала Светлана. — Отдохни пока.

— Да уж лучше ей поторопиться! — взмолилась бледная Катя. — Мои силы уже пару часов как на исходе…

— Ты справишься, — уверенно сказал я ей.

— Дайте пока мальчиков матери. Пусть попробуют грудь схватить, — скомандовала Света. — Ты уверена, что будет девочка?

— Я так чувствую, — ответила Катя.

— Тогда она настоящая дама. Не спешит. Отец, помогай жене малышей держать.

Рожать третьего ребенка и пытаться взять двух первых — это то ещё веселье, скажу я вам.

Закончились роды минут через двадцать. Оба парня успели поесть. Как мне говорили, не все сразу грудь берут. Да и молоко не сразу прийти может. Но в нашем случае повезло.

— Девочка! — Светлана подняла ребенка и показала нам.

Это маленькое тельце было ещё меньше, чем у братьев. Я смотрел и глазам своим не верил. У меня будет дочь. Я с парнями-то не знаю что делать, а тут дочь.

— Ты молодец, справилась, — похвалила Света жену.

Завязалась суета. Дети то успокаивались, то начинали голосить. Катя брала их по очереди, бледная, уставшая, с трясущимися руками. Я крутился рядом, стараясь не мешать и как-то помочь. Ольга Владимировна тоже помогала, то одного младенца брала, то второго.

А потом сработал артефакт, предупреждая, что в помещение проник посторонний газ.

Глава 20. Отец

Стоило поступить сигналу, как чувства отключило. Исчезли звуки, я обернулся и увидел растерянное лицо Светланы и то, как он вытаскивает руку из кармана.

В тот момент я не собирался разбираться, причастна она или нет. Метнул в неё артефакт, и женщину перенесло в подвал, в защищенную комнату. Ещё одна разработка, как раз для этих случаев. Требует невообразимо много энергии и работает исключительно у меня дома.

— Эдгард? — повернулась ко мне Ольга Владимировна.

— А куда делась Светлана? — среагировала и Гвоздёва.

— Всё в порядке, — ответил я как ни в чём не бывало. — Светла вышла. Не переживайте.

Какое-то время, пока женщины занимались детьми, я разбирался в ситуации. И правда, кто-то из присутствующих распылил в комнате нечто, что с трудом можно назвать пригодным для дыхания. Система очистки это всё отловила и блокировала, я надеюсь. На всякий случай дополнительно перепроверил, поймав пристальный взгляд Кати. Она-то видела, что я печати создаю и исследую пространство.

Взглядом всё и ограничилось. Жена мне доверяла и сосредоточилась на детях. Минут через двадцать её регенерация заработала — быстро, между прочим. Обычно от часа до суток проходит. Так что ещё минут через десять Катя посвежела и выглядеть стала куда лучше. Будто и не рожала. Даже встать смогла и к малышам подойти. Пацаны уснули, а девочка внимательно на нас смотрела.

— С ними всё в порядке? — спросила она раз в пятый у Гвоздёвой.

— Идеально здоровые.

— Иначе и быть не могло, — уверенно сказала Ольга Владимировна.

Чем с головой выдала то, насколько волновалась.

— Приглашу брата? — спросила она. — А то он там до сих пор один сидит.

— Конечно, — кивнула Катя. — Я не против.

— Зовите, — согласился и я.

Стоя здесь и сейчас, старался не думать о том, что произошло. Позже.

Позже я со всем разберусь. А сейчас…

Сейчас я стал отцом, и нет во всех мирах ничего важнее.

***

Ольга Владимировна зашла в библиотеку и увидела задремавшего Анастаса. Тот почувствовал на себя взгляд и встрепенулся.

— Ну ты даёшь. — покачала женщина головой.

— Так поздно уже. Закончили?

— Два мальчика и девочка.

— Молодцы, — воодушевился Анастас.

— Произошло кое-что странное.

— Что? — князь почувствовал, что услышит что-то нехорошее.

— Возможно, была атака на детей. Акушерка, что принимала роды, в общем, Эдгард её внезапно телепортировал куда-то.

— Её же проверяли, — задумался князь.

— Всеми доступными способами. Но что есть, то есть. Подробностей не знаю. Думаю, с детьми всё в порядке. Слишком Эдгард спокойный. Пока что.

— Если напали на его детей, то ох, — прокряхтел Анастас, поднимаясь, — как бы дел не натворил.

***

В подвал я отправился ближе к утру, когда Катя вместе с детьми уснула. Ольга Владимировна осталась у нас, а вот Гвоздёва отправилась домой. Как и князь. Кто-то из родственников наверняка завтра заглянет, самые близкие, а праздник и не знаю, будем ли устраивать.

Я медленно спускался по лестнице, и с каждым шагом мысли о бытовых делах уходили все дальше. На смену им явилась ненависть.

Темная и густая.

Я знал, что моих детей как-то попытаются использовать. Могли и убить попробовать. Этим меня не удивили. Но и без удивления…

Стоило открыть дверь, как я увидел женщину, забившуюся в угол. Бледную, с растрёпанными волосами, с синяками под глазами. Как будто её здесь пару дней продержали.

— Господин! — закричала она. — Почему?!

Пройдя внутрь, я огляделся. Обычная камера, пять на пять метров. Это помещение я сделал как раз на тот случай, если кто-то всё же попадётся в мои сети.

— Слишком театрально. Переигрываешь. Исида, как я понимаю?

— О чём вы, господин? Меня зовут Света…

— Хватит, — выставил я вперед ладонь. — Признаю, у тебя очень необычная способность. Будь ты многоликим, я бы сразу это определил, а так… Никак заранее не обнаружить. Зато я смог сделать кое-что другое. Ты наверняка попыталась сбежать и покинуть это тело, но не смогла. Защита наложена на весь дом, ускользнуть не получится.

— Господин…

Я осуждающе посмотрел на Исиду.

— Не зли меня. Я и так… — кулаки сжались сами собой от одной мысли о том, что эта женщина принимала роды. — У вас у всех как на подбор интересные способности. Первый умел вытягивать жизнь и омолаживаться. Ты можешь перемещаться в чужие тела. Шестой так вообще в призрака превратился. В хранители по такому принципу набирают?

— Я не понимаю, — затрясла головой Исида и разрыдалась.

— Угу. Противостояние с организацией кое-чему научило меня. Готовиться ко всему. А когда подготовился, представлять самые немыслимые угрозы и готовиться к ним. Что ты распылила? Я знаю, что у тебя в кармане разбитое стекло.

О том, что оно разбито, я лишь догадывался, а вот то, что это именно стекло, знал точно. Успел просканировать женщину сверху донизу.

— Если ты не поняла, отнекиваться бесполезно. Жалко, конечно, владелицу тела, но мне проще тебя полностью уничтожить, чтобы наверняка. Есть и другой вариант. Наведаться к твоему телу.

— Господин…

Вздохнув, я отправился на выход.

***

В тот же вечер я вернулся обратно. Принёс вместе с собой тело настоящей Исиды. Как и предполагал, у её способности есть ограничения по зоне действия. Довольно большие, но всё же ограничения, иначе никак не объяснить, почему она находилась в городе.

Так иронично. Я смог её выследить исключительно благодаря тем наработкам, с помощью которых сбежал из своего мира. Точно зная, что, помимо тела, есть и ещё что-то более эфемерное, используя алхимию души, я… В общем, провёл ряд экспериментов, обнаружил приблизительное место в городе, а дальше с помощью сканирования нашёл и тело. Тоже уникальное, с запредельными показателями, а значит, и легко обнаруживаемое.

— Ты победил, — признала Исида, когда я вернулся, она снова попыталась изобразить невинную овечку, но, втащив следом тело, что лежало скованным на левитирующей подставке, глупости удалось пресечь. — Я не могу долго находиться в чужом теле. Есть риск навредить ему и не вернуться. Могу я переместиться обратно?

— Конечно. А Светлану отпустим. Она отправится в карантин, так что не пытайся меня обмануть.

— Скажи, ты правда готов уничтожить её?

— Без сомнений.

— Ты куда более жесток, чем я думала.

— Я добр только с близкими людьми.

Если бы она знала про ту темную ненависть, что клокочет у меня внутри.

Ненависть, от которой можно избавиться только одним способом.

Исида прикрыла глаза и открыла их уже в своём теле, сделав глубокий и шумный вдох. Светлана же рухнула на пол. Переместив Исиду к стене, я взял женщину и через портал перенёс в другую камеру. Пусть там полежит.

Она ни в чём не виновата, но сейчас я не мог иначе. Не имел права на ошибку.

— Чего ты хочешь, Соколов? — спросила Исида, когда я встал напротив неё.

Она выглядела не старой, но и не молодой. Морщины вокруг глаз собрались, кожа не такая гладкая, как в юные годы. Как спелый виноград, что залежался на солнце.

— Для начала расскажи, что было в пузырьке, — показал я осколки, которые достал из кармана Светланы.

— Яд. Его называют «Убийца высших». Действует медленно, эффект не должен сразу проявиться.

— Никогда о таком не слышал.

— Он редкий, сложный в изготовлении и неизвестный широкой публике. Внутренняя разработка организации.

— Так, значит, вы хотели убить моих детей и меня с женой заодно.

— Не совсем так. Яд убивает где-то недели за две. От него есть противоядие, которое тебе предложили бы в обмен на сотрудничество.

— Вечное рабство.

— Вроде того.

Женщина смотрела на меня пристально. Наверняка в этот момент просчитывала варианты побега.

— Средство я полностью нейтрализовал, — сказал я. — Можешь не надеяться на выкуп.

— О том, что меня поймали, уже знают. Я же не вернулась, чтобы доложить об успехе.

— Пусть так. Это никоим образом не мешает тебе рассказать об организации. Кто в ней состоит? Где их найти? Где ваши базы? Можешь начинать, — кивнул я поощрительно.

— Зачем мне это делать? Ты меня всё равно убьешь.

— Серьезно? А ты хорошо переносишь боль? А если я вырву твою душу и засуну её в предмет? Бесконечные пытки тебя не пугают?

— Ты на это не способен.

Не удержавшись, я рассмеялся. Смех вышел безумным, что понял и я сам.

— Ты не представляешь, на что я способен. В этом ваша главная ошибка. Так и не поняли, с кем связались.

***

Исида смотрела в глаза мужчины напротив и думала, что он прав. Они не поняли, с кем связались.

Запредельная адаптивность и способность генерировать новые решения — вот, в чём была его настоящая сила. Когда Исида сломала ампулу, она попыталась сразу же покинуть дом Соколова. Причин оставаться не было. Но в тот момент её обуял такой ужас, что она промедлила, а потом…

Потом оказалась в плену, запертая в камере. Собравшись с мыслями, а если быть честной, то до ужаса испугавшись, она вынырнула из чужого тела и… Испытала самое жуткое состояние в жизни. Обычно переход происходил мгновенно. Сейчас же она выскочила и зависла под потолком, не в силах пробиться наружу. Тело женщины в этот момент рухнуло на пол и забилось в судорогах.

Что будет, если задержаться в этом состоянии и дать телу погибнуть, Исида проверять не хотела и вернулась обратно. Что на этот раз прошло раз в десять сложнее, чем обычно.

Некоторое время ей потребовалось, чтобы прийти в себя. Подавить эмоции и собраться с мыслями. Наметить пути спасения. Первым вариантом было отыгрывать роль Светланы, обычной целительницы. Этот план провалился. Соколов был готов пожертвовать невинной женщиной, что не вписывалось в его психопрофиль. А потом и вовсе притащил настоящее тело Исиды.

Здесь-то она и поняла, что самой выбраться не получится. Даже когда вернулась в тело, это ощущение западни не исчезло. Вторым вариантом спасения была надежда, что Основатель её выкупит. Если его план удался, это логичный шаг, оставалось всего лишь подождать. Но и здесь Соколов обломал, заявив, что их яд не сработал. Возможно, он ошибался, но почему-то в это не верилось.

Зато как-то сразу поверилось, что он и правда способен запихнуть в какой-нибудь артефакт душу Исиды и поставить на дальнюю полку, где она будет лежать десятилетиями.

Впечатлившись, Исида перешла к третьему варианту. Если Соколов так хочет узнать секреты, то можно ему кого-нибудь сдать. Кого-то, кто имеет шансы с ним разобраться.

***

Недолго Исида упрямилась. Хитрая женщина. Сразу всех сдавать отказалась и рассказала, где найти Девятого.

— Он живет на острове. На том, который считается заброшенным. Ищи прямо в середине, густой лес.

— А подробнее?

— Это лес, а не город. Точного адреса не жди.

— Допустим. Что с остальными?

— Разберись сначала с Девятым, и, если справишься, расскажу про остальных. В обмен на жизнь. Иначе какой мне смысл тебе что-то рассказывать? Ты в любом случае можешь меня убить самым жестоким образом.

— Могу, — не стал я отрицать. — Но молчанием и интригами ты свои шансы не увеличишь.

— А где я сопротивляюсь? — усмехнулась криво Исида. — Про Девятого же рассказала.

— Где искать Основателя?

— У нас не принято своих сдавать. Я не могу этого сделать.

— Девятого же сдала.

— Он отщепенец. Всегда был себе на уме, доставлял много проблем. Тот ваш конфликт у азиатов — на это не было разрешения, его инициатива.

— А на отравление моих детей приказ был? — стоило подумать об этом, как голос холодел, а грудь свело от напряжения.

— Послушай, Соколов, — заглянула Исида мне в глаза, — мы с тобой не друзья, но и зла я тебе никогда не желала. Дети — приказ Основателя. Он не тот человек, которого можно ослушаться. Сама я была против. Всё же младенцы — это перебор. Хочешь верь, хочешь нет.

— Не настолько ты была против, чтобы отказать.

Её слова ничего не значили. Нас определяют не мысли, а поступки. Злодейство, пусть и по принуждению, остаётся злодейством.

Которое я не собирался прощать.

Исида промолчала, пожав плечами.

Тот металлический лист, к которому она была прикована, я повернул вертикально. Выбраться у неё не получится. Там столько всего намешано, что никакой силы не хватит. Разве что какой способностью удивит, но и на этот случай есть решения.

— Если Основатель приказал, так и скажи, где его искать.

— Ты с Девятым пока не разобрался.

— Кажется, ты не совсем понимаешь, в каком положение находишься.

— Понимаю. Я связанная, у тебя в темнице, и дела мои плохи, — при этом Исида умудрялась сохранять присутствие духа. Взгляд немного затравленный, но будто и не в плену. — Я надеюсь на то, что ты пойдешь к Девятому, который давно с тобой разделаться хотел, и убьешься об него. Это решит часть моих проблем.

— У меня для тебя плохая новость. Это не поможет выйти отсюда.

— Кто знает, — пожала она плечами, насколько могла в своём положении.

— Ладно, твоя взяла. Но сначала переведу тебя в другое место.

Открыв портал, перебросил Исиду в подземелье в горах. Не дома же её хранить.

— Кстати, кислорода здесь хватит где-то на сутки. Если не вернусь, тебя ждёт мучительная смерть. Сюда никто не сможет найти дорогу. До поверхности метров пятьдесят горной породы.

Исида скривилась, но ничего не сказала.

***

Закончив с Исидой, я вовсе не Девятого пошёл искать, а переместился к Родиону.

— Эдгард? — поднял он голову, оторвавшись от чтения каких-то бумаг. — Всё в порядке?

Судя по тому, что сейчас утро первого января, а Родион в кабинете, князь всё же выдернул своего слугу. Догадался, что стоит ждать проблем.

— Мне придётся тебя отвлечь. А точнее, украсть.

— Это плохая шутка или государственная измена?

— Это дело, от которого ты не сможешь отказаться. По доброй воле, — уточнил я, заподозрив, что сейчас выгляжу так, что меня не так понять могут.

— Мне нужно пройти с тобой? Отложив множество, безусловно, важных дел?

— Сейчас не до шуток. Князь сообщил новости?

— Лишь сказал, что пошло по плохому варианту. Как дома дела?

— Всё хорошо. Осталось с кое-какими делами разобраться, с чем мне нужна помощь.

— Тогда идём.

Спустя пару минут я привёл Родиона в свой наблюдательный штаб.

— Времени и правда немного, никому другому я не доверяю, придётся обходиться своими силами, — пояснил я. — Некоторое время назад я напал на след и организовал прослушку. Вот здесь вот появляются координаты, куда перемещаются ходоки. Их надо записывать, чтобы позже проверить. Данные выводятся на дисплей, разберешься, ничего сложного. А эти штуки, — ткнул я пальцем, — отвечают за передачу звука. Не всегда что-то интересное говорят, но иногда бывает. Также здесь есть регистратор аномальных бесов, если появляются рядом с точками наблюдения.

— Так… — протянул Родион. Он так и зарыскал взглядом из стороны в сторону, анализируя сказанное. — Охотишься ты на организацию.

— Да. Исида у меня в плену. Сейчас я отправлюсь к Девятому и устрою большой… кхм… кипиш. Скорее всего, отношения с островами после этого осложнятся, так что передай князю, чтобы… Ну, не знаю. Подготовился, в общем.

— Что ты задумал?

— Уничтожить организацию. А тебя попрошу сидеть здесь и следить, вдруг что интересное проскользнёт.

— Я приглашу ходока сюда.

— Нет.

— Но…

— Без вариантов. Исида проникла ко мне в дом. Она принимала моих детей! Обошла все проверки! Я тебе-то доверился, потому что выбора нет. Без обид, но сейчас не тот момент, когда можно рисковать. Вот артефакт, который поможет тебе вернуться сюда, если будешь отлучаться. Максимум, кого можешь пригласить, — самого князя, но сомневаюсь, что это уместно.

Это было верхом наглости, припрягать Родиона таким образом, будто он слуга какой-то, но… Но сейчас не до полумер.

Кивнув ему, открыл портал и переместил на родовые земли.

***

Девятый возился с очередным экспериментом. Он по привычке хотел переместиться, но ничего не вышло. Замерев, мужчина нахмурил брови, а потом до него дошло.

— Наконец-то, — сказал он сам себе.

Первым делом мужчина зашёл в помещение, куда выводились изображения с камер. Прилегающая к подземному дому территория контролировалась, но сейчас все экраны шли рябью.

Коротко свистнув, Девятый подозвал к себе псину, что спала в коридоре. Зверь поднял голову, встал и потянулся, после чего подбежал к хозяину.

— Рядом, — скомандовал мужчина.

Больше ничего Девятый сделать не успел. Раздался взрыв, здание сотрясло, и сверху посыпалась пыль. Выругавшись, он бросился на выход.

Когда мужчина выбежал наружу, то никого не увидел. На земле не увидел. Зато в небе разглядел. Здоровенный черный куб, что навис прямо над ним.

Оттуда и прилетел снаряд. Девятый успел среагировать, отпрыгнул в сторону, но сила взрыва была такова, что отбросило его далеко вперед, ударило о дерево и закрутило. Подвели рефлексы. Он хотел переместиться, но не смог.

***

Князь сидел у себя в кабинете и слушал доклад, с каждой секундой хмурясь всё больше и больше.

— Что он сделал, говоришь? — переспросил он.

— Взлетел на большой чёрной штуке со своих родовых земель и прыгнул в ней в такой же большой портал, — повторил докладывающий.

Про «большую черную штуку» князь был в курсе. Ему регулярно обо всех странностях на стройке доклады поступали. Обычно он их просматривал мельком в свободное время, и черный куб ему запомнился. В первую очередь непонятностью своего происхождения.

— Отследили, куда переместился?

— Да. К островам.

Соколов сам предоставил технологию, помогающую отслеживать перемещения, чем люди князя и воспользовались, когда возникла нештатная ситуация.

— Установить наблюдение? — спросил гвардеец.

— Да.

Потребовалась пара минут, чтобы вопрос решили. К этому моменту подошёл и Игнат Филинов, вызванный в срочном порядке.

— Где Родион? — спросил он, когда появился.

— Работает, — ответил князь.

Ему не нравилось требование Соколова ограничить информацию о том, чем Родион занимался, но нарушать правила безопасности всего лишь из-за раздражения он не стал.

Когда связь наладили, вывели изображение на монитор. Один из ходоков открыл портал, через который и велось наблюдение.

— Серьезно? — брови Игната взлетели вверх. — Он построил…

— Летающий артефакт.

— Да, так лучше, чем самолёт. На самолёт это чудо совсем не похоже.

Двое мужчин смотрели, что будет дальше. Куб завис в воздухе, и не было видно, что что-то происходит. Князь в это время обдумывал последствия. Нарушение воздушного пространства могло спровоцировать войну.

В этот момент, показывая, что шутки кончились, одна из сторон куба трансформировалось и… Даже со своим восприятием князь не уследил, что именно произошло. Зато услышал последствия. Где-то внизу грянул взрыв.

— Это он чем стреляет? — спросил Игнат.

Никто ему не ответил. Это могла быть как обычная металлическая болванка, так и… оружие судного дня.

— Что-то парень совсем с катушек слетел, — покачал головой старик.

— Его детей пытались отравить. Ничего удивительного.

— Идиоты, — сказал старик так, что было не совсем понятно, кого он имеет в виду. То ли Соколова, то ли организацию, то собравшихся, раз не уследили за парнем. А может, и всех вместе взятых.

Прошло ещё секунд десять, и выстрел повторился. Следом за этим с куба десантировалась фигура в броне.

— А вот и сам голубчик, — сказал Игнат.

Что там происходит внизу, князь не увидел. Зато хорошо разглядел, как прилетели два истребителя и попытались взорвать летающий куб. Никого не удивило, что у них ничего не получилось. Ракеты просто не взрывались.

***

Когда убивал Первого, использовал обычное электричество, чтобы его испепелить. Когда уничтожал Шестого, задействовал алхимию разрушения, но то был особый случай. Удар сработал как надо, потому что тело изменило форму, стало полуматериальным. С обычным, физическим телом так легко не вышло бы.

Любой живой организм имеет природное сопротивление попыткам его изменить, задействуя алхимию. Это правило, с которым приходилось считаться. Не то чтобы его невозможно обойти, но обычно это сложно, дорого и долго. Проще убить опосредованно, чем таким образом.

Девятого я нашёл. Исида не обманула. Пусть она и дала смутные координаты, но стоило запустить пару сканирований, засечь изменённых зверей в лесу, как нашёлся и сам Девятый. Ещё одна ходячая аномалия. Перед первой атакой я заблокировал возможность сбежать и немного потрепал его базу. А дальше, когда он выбежал наружу, и сам прыгнул вниз.

Этот человек нужен был мне живым, а значит, убить — излишние расточительство. Да и пусть это ошибка, лезть в драку, но мне хотелось спустить пар. Выплеснуть ненависть в бою.

Пока я в таком состоянии, рядом с детьми лучше не появляться. Не надо им пропитанного ненавистью отца видеть.

Девятого я застал в разорванной одежде. Последним снарядом его хорошо приложило. Он стоял на коленях, склонившись над разорванной тушей зверя. На меня при этом не обратил особого внимания. Это было странное зрелище, но мужчина прощался с животным, отдавая ему дань уважения.

— Каждый раз, — повернулся он ко мне и встал. — Когда ты убиваешь кого-то из моих питомцев, это как ножом по сердцу.

— Держал бы своих питомцев подальше от меня, этого не было бы.

— Возможно, ты прав, — отряхнул он налипшие комья земли. — Я рад, что мы наконец-то встретились. Покажи мне свою мощь, Соколов. Покажи, что подготовил. А я постараюсь удивить тебя в ответ.

Девятый подобрался, приготовившись к бою.

Глава 21. Финал

Ненавижу высших бесов.

Девятый двигался быстро. Настолько, что я не улавливал его движений. Приблизившись, он ударил кулаком, отчего доспех протащило метров пять, несмотря на противодействие.

Вместо развития атаки Девятый свистнул, и где-то вдали раздался рёв. Решил своих зверей призвать.

Обнажив меч, приготовился к драке. Раз Девятый ударил лично, то он не в курсе, как я Шестого пленил. Это мне на руку. Я прыгнул к нему, но он легко увернулся.

Слишком быстрый.

До того как подоспели звери, он успел атаковать ещё раз семь, каждый раз отправляя меня в полёт. Ожидаемый результат. Броня была так устроена, что её покрывали тысячи мелких шипов. Колючих и цепких. О которые Девятый разбивал руки. Наверное, он этого даже не замечал. С его-то регенерацией. Он оставлял кровь, которая и перетекала внутрь, в специальный резервуар. Всё, теперь не уйдет.

Девятый отвлёк меня, своими атаками заставил смотреть на него, и я не заметил, как сзади подбежала бронированная кошка. Похожая на ту, с которой я уже встречался, но другого вида. Доработанного. Схватив меня зубами, она затрясла головой, сжимая челюсти.

Ого. Судя по показаниям, челюсть у этого зверя тоже улучшенная. Хорошо Девятый подготовился. Но этого было мало.

Зверь отшвырнул броню в сторону. Та пролетела метров двадцать, врезалась в дерево, проломила его и только после этого остановилась. Взмахнув рукой, я создал дуло и выстрелил в тварь. Защиту той вмяло, металл растекся и проник внутрь, корежа органы.

Минус боец.

Девятый снова атаковал. На этот раз куда сильнее и злее. Бил настолько мощно, что броня проминалась. Это не было критичным, скорее удивляла мощь этого мужчины. Ничего подобного я ещё не видел.

Бил он с громким хлопком, который следовал уже после того, как был нанесен удар.

После обязательно изучу его гены.

Девятый бился как зверь, не понимая, что изначально проиграл.

Прибежала вторая зверушка, следом и третья. Я рубил их, травмировал и откидывал от себя. Каждый раз это приводило Девятого в неистовство, отчего его атаки становились сильнее. Хотя, казалось бы, куда дальше.

В какой-то момент я перешёл ко второй части плана. Бил он настолько быстро, что в момент удара на его тело успевало перекинуться малое количество частиц металла. Но ударов было много, и потребовалось минуты две таких салочек, чтобы добиться желаемого.

Как только это случилось, я активировал печать подавления. На самом деле ничего такого, просто на Девятого обрушилось давление. Я когда-то гвардейцев Майер так в нокаут отправлял.

Девятого это, разумеется, не остановило. Зато замедлило. Чего я и добивался. Удары стали медленнее, металла перекидывалось больше. Так он ещё и натиск усилил, не замечая, что происходит.

Вскоре он остановился, согнулся и харкнул кровью. Металл в легких кого угодно замедлит.

— Что ты сделал? — прохрипел он.

— Убил тебя, — ответил я. — Будь добр, расскажи перед этим всё, что знаешь об организации.

Девятый сплюнул ещё раз, распрямился и расхохотался.

— Не спеши меня хоронить. Мы только начали. Твоя броня не так крепка, — указал он на вмятины. — Уверен, скоро у неё закончится энергия, и тогда…

— Не закончится. Не путай мою броню и ту, что идёт на продажу.

В коммерческом варианте я гарантировал минут десять интенсивного боя на пределе возможностей. А сколько эта броня продержится — кто знает.

— Пусть так. Это ничего не изменит. Придётся бить тебя дольше.

Я сам набросился на него. История повторилась. Только на этот раз я дал Девятому возможность насладиться пинанием доспеха. Не стал ничего активировать, напитывая его тело металлом.

Он решил сменить тактику, когда запаса энергии оставалось меньше половины.

— Я покажу тебе…. Свою настоящую мощь… — сказал он, тяжело дыша.

Я же на это головой покачал. Думал, будет сложнее, но, кажется, я перерос такой уровень врагов.

Девятый смог удивить. Его тело вдруг начало раздаваться вширь. Он мутировал, трансформировался и превращался во что-то новое. Я не мешал, давая ему закончить перевоплощение.

Это ровным счётом ничего не меняло.

Секунд через десять перед доспехом стояло существо, переставшее быть человеком. Зверь. Настоящий зверь, застывший на двух лапах, метра четыре ростом. Руки удлинились, появились короткие когти.

Заревев, Девятый бросился в атаку, и история повторилась. Он избивал доспех, я пытался защищаться, но не особо-то и преуспевал в этом. Слишком он быстр и силен, как и ожидалось.

Моей броней разнесли окружающий лес. Щепки летели будь здоров. Когда энергия подошла к концу, Девятый схватил броню за руку и ногу, потянул в разные стороны. С треском металл стал рваться и растягиваться. Не выдержав, броня лопнула и разорвалась на две части.

Девятый застыл, не ожидая встретить внутри пустоту.

Именно в этот момент остатки брони распылились и окутали его. Они забивались в поры, в дыхательные пути, прорезали кожу, цеплялись за всё, что можно.

Умей Девятый видеть сквозь предметы, заметил бы, как внутри открылся мини-портал, и через него я забрал контейнер с набранной кровью.

Сам я находился наверху, в кубе, и в последние секунды боя готовил ритуал. Имея кровь и набив тушку Девятого металлом, я тем самым открыл себе доступ для финального акта.

Девятый что-то снова проревел. Что именно я не услышал. Артефакт передачи звуча был уничтожен. Сейчас я мог видеть лишь глазами, в не очень хорошем разрешении, что происходит внизу.

Мой противник сдаваться не собирался. Исчезнув из виду, он на бешеной скорости пронёсся по дереву, оттолкнулся и прыгнул.

Серьезно?

Оказалось, серьезно. Сила прыжка была такова, что дерево треснуло, а Девятый, аки птица, устремился наверх.

Всё это произошло меньше чем за секунду. Я это событие постфактум осознал. Звероподобный человек допрыгнул до куба и, зацепившись, забросил себя наверх.

Хлопнув в ладоши, я активировал печати. В тот же момент тушу Девятого бросило на поверхность куба и растянуло в стороны. Алхимия крови действовала куда сильнее, подавляя и ослабляя. Пройдет совсем немного времени — и от его способностей в лучшем случае половина останется.

Если бы на этом он успокоился.

Девятый готовился. Я это сразу понял. Что-то с ним начало происходить, а потом… Он взорвался. В смысле не тело взорвалось, а произошёл энергетический взрыв. Понятия не имею, что это такое, но часть систем куба вывело из строя. Меня покачнуло, куб накренился и полетел вниз, к земле.

Медленно полетел. Вовсе без эпичного падения.

Можно сказать, мы мягко приземлились.

Убедившись, что Девятый никуда не делся, я применил печать свободной трансформации, окутал его металлом и начал сжимать. Успокоился, только когда одна голова снаружи осталась, а остальное тело, переломанное, сжалось… в шар. Ещё и шипы внутрь тонкие выскочили.

Пусть Девятый и силен, но для применения силы нужны мышцы, сухожилия и кости, а ещё точка опоры. Лишив его этого, я свёл всю мощь противника на нет.

***

Куб я починил минут через пятнадцать. Сырой он, недоработанный. А ещё сложный, много печатей, так быстро не исправишь. Взрыв Девятого повредил несколько систем и большую часть времени я разбирался, что именно. Учту это на будущее.

Опасно было использовать столь сырой артефакт, но сработало же. Это главное. Против такого монстра выходить сам я не хотел, даже несмотря на желание подраться. Используя алхимию подобия, находясь здесь, в кубе, одетый в броню, я управлял доспехом внизу. Все мои движения повторялись. Если бы не это, то завис бы я куда выше, и Девятый до меня бы не допрыгнул.

Но что произошло, то произошло. Звероформу он свою скинул. Ужался до обычных размеров, и я снова стиснул металл, чтобы обеспечить ему максимально-тесный комфорт.

Алхимия крови сделала своё дело, и сейчас у него от сил процентов десять осталось. Это пройдет, за день-два. Да и оставшегося ещё много, но не та мощь, что ранее.

— Соколов, — прохрипел Девятый, когда я показался перед ним. — Ты обманул.

— Немного. Ничего не хочешь рассказать?

— Нет. Убей меня, и закончим на этом.

— Это всегда успеется. Сначала посидишь у меня в камере. Пообщаемся с тобой, — пообещал я.

Густая ненависть не ушла. Я ощущал, что Девятый не имеет отношения к нападению на моих детей. То, что он состоит в организации не делало его априори виновным.

Он скорее походил на странного типа, звероватого, со своими заморочками и кодексом чести. Это было видно в бою. Девятый хотел сразиться, подраться как следует, чтоб кровища хлестала. Будь он чуть самоувереннее, сам бы пришёл ко мне. А так наверняка экспериментировал, искал способны уравнять шансы. Я его разочаровал. Не дал нормально подраться. Но мне было плевать. Сам виноват, что настроил странных иллюзий.

Открыв портал, переместил его в камеру. Пока пусть там посидит. Сам же переместился к Родиону.

— Эдгард? — повернул он голову, и я сделал шлем прозрачным, чтобы меня разглядели.

— Девятый у меня. У него там база, надо бы отряд зачистки отправить. Пусть забирают всё ценное. Скорее всего, там измененных зверей куча, поэтому идти стоит в броне.

— Организую. Ты куда дальше?

— Исиду допрашивать. Промелькнуло что интересное?

— Да. Пара аномалий заходила в гости. Они прямо сейчас и обсуждают что-то в том небоскребе.

— Хм… Тогда сразу туда и направлюсь.

— Если это не хранители, то… Ты понимаешь, что можешь начать войну?

— Есть предложения, как решить вопрос? — прямо спросил я.

— Нет. Действуй.

О чём и речь. Эту заразу не выжечь без жестких мер.

***

Князь смотрел в окно, на улицы города, горожане которого не подозревали о том, что происходит. Смотрел и думал, сколько ещё продержится затишье.

— Господин, — позвал вошедший слуха, — прибыл принц с островов.

— Да? — Анастас приподнял бровь. — Зови. Посмотрим на него.

Через пару минут князь сидел в приёмной, а напротив него стоял молодой мужчина.

— Анастас Владимирович, — обратился он, когда вошёл. — Дело серьезное, поэтому давайте без прелюдий. Меня зовут Георг. Я внук императора. Не наследный, если вам интересно.

— Чем обязан? — спросил Анастас, разглядывая мужчину. Раньше никто принцев не посылал. Да что там, не было известно даже, сколько их в императорской семье.

— Будем обсуждать войну.

— Прямо так сразу?

— Прямо так сразу, — вздохнул мужчина. — То, что некто, предположительно, небезызвестный одаренный, ваш подданный, напал на заброшенный остров — ещё можно было списать. Но то, что он явился на этом своём летающем кубе в центр Лондона, непростительно.

Князь про себя поморщился. Про это он слышал, и не сказать, что ему новость доставила удовольствие.

— Но и просто явиться ему было мало. Небоскреб-то зачем взрывать? — возмущенно спросил принц.

Князь же в этот момент просчитал, почему выбрана именно такая манера общения. Не высокомерие, не угрозы, а показное возмущение.

— Так называемая организация попыталась отравить его детей, — выдал часть информации князь. — Он мстит. К тому же, насколько мне известно, небоскреб взорвал не Соколов, а кто-то другой, находящийся внутри.

— После того как Соколов напал. Как-то аккуратнее мстить он не может?

Князь промолчал. Он бы многое мог в этот момент ответить. В том числе откреститься и заявить, что Соколов действует по своему разумению. Это было проще всего.

— Вам на это нечего сказать? — не сдавался принц. Какую бы тактику он ни выбрал, без ответов уходить не собирался.

— Я уже всё сказал. Это не дворовая разборка. Противники у него серьезные. Кто же виноват, что настолько злодейская, — не удержался от шпильки князь, — организация, что готова травить младенцев, засела у вас на островах.

— Действительно, повод веский, — сделал вид, что задумался, принц. — Но и оставить ситуацию нельзя.

Князь на это дернул уголком губ. Кажется, объявление войны плавно переходило в торги.

***

— Господин Эдгард, вы наконец-то меня поймали.

Старик с аномальным уровнем силы похлопал в ладоши.

Как и обещал, я проник в то самое здание, за которым вёл наблюдение. Внутри, в просторном офисе, находился всего один человек.

Пожилой аристократ, в серых брюках и жилете поверх белой рубашки.

Голос я узнал. Общался с ним, когда к Тито заглянул.

— Что будете делать? — поинтересовался старик.

Как-то всё это… Что-то меня смущало, но я не мог понять, что именно. Почему Основатель остался здесь, а не сбежал? Он ведь мог это сделать десятки раз. Те двое, что здесь появлялись, ушли.

— Убивать, что же ещё, — огляделся я и активировал артефакты для сканирования.

Сюда я тоже пришёл через подставную броню. Оставался шанс, что про этот трюк не узнали, а значит, нет смысла лишний раз рисковать.

— Почему не сбежали? — в прошлый раз общались на «ты», а теперь на «вы».

— Зачем? Вы и так поймали двоих хранителей. Если с вами не разобраться, это плохо кончится.

— Тогда приступим?

— Разумеется, — расплылся он в улыбке.

В отличие от Девятого, этот тип не был сторонником голой мощи. Зато козыри в рукаве у него имелись.

Я не успел разобрать, что он сделал. Выставил руку в мою сторону и… Выстрелил лучом. Броню откинуло, прямо на окно, которое она и пробила.

Улетать далеко не стал. Притянул доспех и закинул его обратно.

— Неплохо, — сказал Основатель.

По полученным данным, это было разновидностью энергетического удара. Который не нанёс броне никакого ущерба, сказались разработки против энергетических воздействий.

Нахмурившись, старик повторил атаку. На этот раз я принял её на меч, и она слетела в сторону, угодила в стену и пробила её.

— Если это всё, то… — сказал я.

Старик оскалился и выставил вперед вторую руку.

***

Стоя над обезглавленным трупом Основателя, я не чувствовал ровным счётом ничего.

Ненависть внутри недоверчиво притаилась, будто не верила, что месть свершилась. Я и сам не верил. Остались другие хранители. Да и эта драка в центре Лондона…

В последний момент схватки мы окончательно доломали этаж — потолок обрушился, а вместе с ним и часть стен. Надеюсь, никто не пострадал.

Прихватив тело, открыл проход и позволил броне зайти туда. Труп скинул в камеру, под печати, чтобы изучить потом.

А теперь… Пора домой.

***

— Эдгард? — донёсся голос Кати из детской.

Изначально мы думали, что ребенок будет спать рядом с нашей кроватью. Но потом узнали, что детишек трое, и передумали. Иначе бы пришлось обложиться люльками.

— Это я! — крикнул в ответ. — Сейчас в душ схожу и приду.

— Ты закончил с делами?

— Можно сказать, что да. Всякие мелочи остались.

— Хорошо, мы тебя ждём! — пропела довольная Катя.

В душе я минут десять ожесточенно тёр себя мочалкой. До боли, до крови. Стёсанная кожа тут же заживала, не принося облегчения. Я хотел отмыться от всей грязи и насилия, что скопились внутри меня.

Хотел прийти к детям чистым.

Душ помогал плохо. Что-то терзало меня, но я не мог понять, что именно. Пришлось заставить себя выкинуть всё лишнее из головы. Утечь вместе с потоками воды.

Когда вошёл в детскую, Катя кормила дочку. Пацаны же лежали в коконах, под присмотром Ольги Владимировны.

— Привет, Эдгард, — поздоровалась она.

— Привет, — помахал я рукой. — Спят?

— Если бы.

Я подошёл к парням и посмотрел на них. Всего ничего прошло, а как изменились. Смотрят так внимательно.

— Мы пока не придумали имена, — сказала Катя. — Сыновей, так и быть, назови ты. А дочка — моя!

— Хорошо, — посмеялся я.

С каждой секундой, проведенной здесь, пружина внутри распрямлялась.

— Первенца нарекаю Тезер. А второго сына — Дариан.

— Что за странные имена? — возмутилась тёща.

Я промолчал. Тезер с моего языка означал «свободный». Дариан — «идущий». Пусть мои сыновья будут свободны идти своим путём.

— Как дочь назовешь? — повернулся я к Кате.

— Теперь и не знаю. Как бы ты назвал?

— Крона.

— Крона Эдгаровна Соколова, — сказала Ольга Владимировна, — Язык сломаешь.

— Ты уверен? — посмотрела на меня строго Катя.

Дочка оторвалась от её груди и тоже на меня уставилась. Угукнула. Имя ей понравилось.

Крона — эта «жизнь» на моем языке.

Свобода, путь и жизнь.

Эпилог

Спустя два месяца.

Кассиан выглядел безупречно, как и всегда. Даже поздно ночью.

— Эдгард? — спросил он, выходя на задний двор.

— Это я.

— Не сочти за грубость, но приходить ночью домой, в броне — это несколько… — покрутил он рукой.

— Я с проблемой пришёл.

— Какой же? — дружелюбно улыбнулся он.

Что не помешало ему перед выходом отдать приказ слугам увести детей. Блокировка не позволяла им переместиться, но, думаю, они догадаются выйти за её пределы. Если не испугаются, что по пути их встретят.

— Спать по ночам спокойно не мог.

— Твоя бессонница — повод заявиться сюда?

— Я плохо спал, потому что постоянно думал над тем, что упустил. Смущало меня что-то. Не нравилась вся эта ситуация с организацией.

— Разве ты её не победил?

— Захватил пару хранителей, остальные разбежались.

— Но прошёл же слух, что Основатель мертв. А вместе с ним распадётся и организация, — уверенно сказал он.

— Да, но… Когда напали на моих детей, вот здесь, — постучал я себя по бронированной груди, — родилась ненависть. Темная и густая, какой я ещё не знал. Она немного успокоилась, когда я прикончил того старика. Но до конца не ушла. Продолжила мне нашептывать, что дело нечисто и виновный не наказан.

— А вот сейчас ты меня начал пугать, — улыбка сошла с лица Кассиана. — Некоторые с недавних пор называют тебя опаснейшим человеком в мире. Слышать от тебя про шепотки в голове…

— Кассиан, — покачал я головой. — Я знаю.

— Что ты знаешь?

— Что ты и есть Основатель.

На это мужчина рассмеялся. Глаза только серьезными остались.

— Значит, ты пришёл меня убить, — веселье сменилось грустью, — и сбежать я не могу. Пространство ты заблокировал, а за спиной у меня дети.

— Ты всё правильно понимаешь. Хочешь облегчить душу напоследок?

— Ты бредишь, Эдгард.

— Я не исключал этой вероятности. Но, видишь ли, тебя подвели три фактора. Первый — натянутость истории. Организация, которая просуществовала тысячу лет, взяла и пала перед одним человеком? Это сюжет для приключенческой книжки, а не жизни. Второе — труп старика. Я изучил его. На таком уровне, на котором тебе и не снилось. Знаешь, что интересное я обнаружил? Между вами много общего.

— Хочешь сказать, что он мой родственник? Если только дальний.

— Нет, не родственник. Эту загадку я не смог разгадать до конца. Вы будто братья-близнецы. Не расскажешь, в чём дело?

— Основатель — мой брат-близнец. Становится интересно, что ещё придумал твой воспаленный разум, — с сарказмом произнёс Кассиан.

— Так я и думал. Почему-то никто не хочет раскрываться сразу. Зачем-то тянут. Третье, что тебя подвело, — подарки.

— Подарки? Ах да, конечно же. Как я не догадался, — в его тоне прибавилось сарказма.

— Мои подарки твоим детям. Это устройства слежения.

— Ты следил всё это время за мной? После того как я привёл тебя в свой дом и познакомил с семьей? — сарказм сменился презрением.

— Да. Уже тогда я тебя подозревал. Видишь ли, эти артефакты фиксировали, куда перемещаются из дома. Потом я приходил в те места и изучал, что там. Оставлял новые артефакты. И так до тех пор, пока в один из дней не увидел тебя, общающегося с остальными хранителями.

— Эдгард, ты всерьез уверен, что не выдумал это? Я встречал людей, которых война и жизнь в напряжении меняли. Бесы не исключение. Они тоже могут сойти с ума.

На некоторое время я и правда задумался. Но потом сомнения ушли. Всё перепроверено десятки раз.

— Кассиан… Три доказательства. Я тебя лично видел. Ты спалился. Хватит. Давай покончим с этим.

— Эдгард, ты пришёл ко мне ночью, утверждаешь, что я брат-близнец Основателя, а в перерывах между семьей и делами встречаюсь с выжившими хранителями. Задумайся на секунду, насколько это бредово звучит.

Кассиан давил. Едва заметно, мастерски, виртуозно. Сомнения проникали в голову, заставляли снова и снова прокручивать в голове факты. Если бы я не знал, что аристократы так умеют воздействовать, может, он и смог бы меня заболтать.

— Думаю, ты и есть настоящий Основатель. А тот был подделкой.

— Бред достиг своего апогея. Если я Основатель, зачем мне разрушать организацию?

— Я не говорил, что ты её разрушил. Но спасибо, что поделился частью своих планов. Впрочем, мои выводы легко проверить. Посмотри на это, — достал я амулет. — Если активировать этот артефакт, то… То в случае, если ты как-то связан с тем стариком, тебе будет неприятно. Чем сильнее связь, тем неприятнее ощущения. Проверим?

— Что мешает просто воздействовать на меня?

— Это так не работает. Артефакт построен на принципе подобия. Чем выше степень подобия — тем сильнее эффект. Готов проверить?

— Проверяй, — Кассиан скрестил руки на груди.

В следующую секунду он скривился и рухнул на колени.

— Надо же. Какой сильный эффект, — ничуть не удивился я. — Скажи мне только одно. Я всё понимаю, но дети… Младенцы… Это же за гранью.

— Эдгард… — сплюнул он кровь. — А, впрочем, плевать. Ты прав. Ты во всём прав.

— Надоело отрицать? — смотрел я на то, как Кассиан поднимается. Эффект от воздействия сошёл на нет, регенерация быстро справилась.

— Надоело. Давно хотел поговорить по душам. Мы же можем поговорить?

— Можем. Мой гнев поутих за прошедшие месяцы.

— Для начала могу ли я просить пообещать, что моя семья не пострадает?

— После того как ты напал на моих детей?

— Да.

— Можешь.

— Тогда прошу.

— Они мне неинтересны. До тех пор пока не придут мстить за тебя.

— Надеюсь, этого не будет.

— Время покажет.

— Тогда… То был не яд. Я обманул Исиду. С детьми бы ничего не случилось. Пару недель похандрили бы, а потом полностью излечились и без противоядия. Ты можешь мне не верить, но какой смысл врать дальше? — развёл Кассиан руками.

— Зачем тогда вся эта столь сложная схема?

— Чтобы ты уничтожил организацию. Она изжила себя.

— И что придёт ей на смену?

— Ничего.

— Врёшь.

— Вру, — усмехнулся Кассиан. — Больше никаких тайных организаций и управления миром из-за кулис. Подробностей не расскажу, не обессудь. Вне зависимости от исхода нашего поединка, пусть это останется моей маленькой тайной.

— Тогда, пожалуй, приступим. Разберусь с тобой, наведаюсь к остальным. А там, глядишь, отдохну наконец-то.

— Я бы не был столь оптимистичен в твоем случае. Новая эра уже началась, — улыбнулся Кассиан и отвёл ногу в сторону, приготовившись к атаке.

Да начнётся бой.

***

— Скажи «папа».

— Ма-ма.

— Ну скажи «папа».

— Бу!

— Па-а-па-а!

— Ма-ма.

— Эх… Тогда скажи «ал-хи-ми-я».

Дочка, сидящая на коленях отца, вместо этого захихикала и уткнулась ему носом в грудь.

Послесловие

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Телеграм каналу Red Polar Fox.

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора подпиской, наградой или лайком.

Страница книги: Алхимик 9. Отец

Content

Роман Романович
Алхимик 9. Отец

Пролог

Глава 1. Тайна с сюрпризом

Глава 2. Вот это новость

Глава 3. Событие

Глава 4. Медицинские дела и не только

Глава 5. Подарки и посещение китайского мастера

Глава 6. Подстава

Глава 7. Те, кто вырабатывают энергию

Глава 8. Встреча

Глава 9. Нападение

Глава 10. Ученик или…?

Глава 11. Нестандартный путь в ученицы

Глава 12. Шустрый

Глава 13. Сбор данных

Глава 14. Потенциал высших

Глава 15. Свадьба Норковых и другие дела

Глава 16. Ночная трагедия

Глава 17. Противостояние

Глава 18. Острова

Глава 19. Роды

Глава 20. Отец

Глава 21. Финал

Эпилог

Послесловие