Виктория Лебедь

Демон-Несса

В оформлении использована иллюстрация: © Ellerslie77 / iStock / Getty Images Plus / GettyImages.ru

© Редакция Eksmo Digital (RED), 2021

© Виктория Лебедь, 2021

Пролог

Я смотрю на бездонное черное небо и понимаю, что не только не хочу никого видеть, но и совершенно никого не хочу слышать. Я не положительная героиня. Демоны не бывают добрыми существами. Они пособники зла с насущной потребностью пожирать людские души.

Но, с другой стороны, доля нашего участия в человеческих поступках не значительная. Если сравнить статистику внушения и совершенных людьми преступлений, то, боюсь, кому-то придется признать свою склонность к жестокости и злу. Так что давайте не будем списывать все на нечистых. Как говорится, вы нас не поминайте – и мы к вам спиной. Иначе, ваши грязные помыслы неожиданно сбудутся, душа станет проклятой, а вы сами превратитесь в покорных слугах его величества ЗЛА…

Ух, что-то я не на шутку завелась. Это все влияние ночи. В темное время суток я особенно злая… но справедливая. Противоречиво для демона, однако ничего не могу с этим поделать. Я, к сожалению, полукровка. Потому и человеческие чувства имеют место быть. Собственно, из-за них я взяла перо в руку, один крылатый друг посоветовал, говорит, выложи все на бумагу – так будет лучше, чтобы избавиться, вырвать, выплеснуть накопившееся и с облегчением выдохнуть.

Поэтому усаживайтесь как можно удобнее, поставьте любимую расслабляющую музыку (я же предпочитаю более динамичную: не отвлекает и настраивает на нужный писательский лад), обязательно запаситесь кофе, ночь будет долгая и, надеюсь, веселая. Но если вы вдруг уснете на самом интересном месте, я очень сильно рассержусь и обязательно явлюсь в ваш сон, чтобы лишить вас души и превратить в покорных рабов тьмы… Ладно-ладно, шучу я… а может и нет…

Итак, …

Глава 1

Не исправляй чужие ошибки – это путь к твоим неисправимым ошибкам!

– Не помешаю?

Не дожидаясь ответа, я плюхнулась на единственную зашарпанную лавку в парке, на которой уже сидела всхлипывающая блондинка. Расслабленно откинувшись, положила ногу на ногу и c деланным вниманием уставилась на гладкую поверхность пруда, где отражались хмурые пузырчатые тучи.

Денек выдался холодный – ни малейшего повода для оптимизма. Колкий и пронизывающий до костей ветер, мелкий накрапывающий дождь, грозящий превратить первый выпавший снег в грязное месиво, и надвигающиеся ранние сумерки. Одним словом – осень. И чего ее потянуло в старинный и заброшенный парк, до которого даже птицам не было никакого дела? Побыть в одиночестве и пореветь можно в более уютных условиях, а еще лучше в компании подруг и с бокалом шампанского в руке. Хотя мне все равно. Ну, захотелось человеку при серой погоде стать жертвой атакующих вирусов, пожалуйста, для таких «подвигов» как раз то самое место и время. Не прогадаешь. Потом инфекция перерастет в осложнение, поднажмут душевные переживания, пропадет интерес к жизни и конец – миловидное лицо начнет разлагаться в деревянном ящике, куда родные ее поместят, установив сверху мраморный памятник. Перспектива печальная даже для меня.

– Нет, – услышала я запоздалый ответ и с пониманием усмехнулась – без шапки, в легком коротком пальто, видимо, вторая стадия атрофии мозгов началась. А первая произошла из-за мужика, по которому и нытье. Н-да. Было бы из-за чего горевать. Ни рожи, ни… Но признаюсь, сложением он удался. Высокий смуглый шатен. Сексуальный накаченный торс. Сильные и крепкие руки. А может, в них дело? Сама завожусь, когда мужские ручищи вижу. Ведь с такими, в идеале, разумеется, не пропадешь. Если понадобится, и через речку перенесут, и уличную толпу разгонят, и спать, как нам нравится, уложат, не отпуская до утра. Все ради тебя, любимая, только скажи. Угу. ПОКА ради меня. Потом, руки в брюки, с толпой как-нибудь сама, а по ночам капустный вариант – в чем хожу в том и сплю, с последующим заворачиванием себя несравненного в плед. Дальше, отдав дань стене, а не "любимой", отвернется и выпятит зад. Вот и вся любовь. И гением быть не нужно, чтобы понять – сворачивать шмотки и бежать. Ибо в дальнейшем его "пижамка" скоропостижно сменится на пуховик, и он направит свой путь к следующей обожаемой. Потому нельзя терять ни минуты, а лучше еще раньше, после первых признаков слабоволия или скудоумия, вроде:

– Что делаешь, дорогой?

– Ничего.

– Куда пошел, милый?

– Никуда.

– Как дела, любимый?

– Нормально.

– Чаю хочешь, зая?

– Нет.

Вот и поговорили.

Всхлипы участились, грозясь перейти в вой. Да уж. Тяжелый случай. Уже не в первый раз вижу, чтобы так убивались по беспомощному мечтателю. Хотя, чего это я так ласково? Обычный лежебока и ночной пожиратель съестных запасов, непонятно почему уверенный, что его ждет великое будущее. Совершенно не готовый к трудностям, из-за которых в постоянной депрессии, поскольку вообще не способен к каким-либо действиям по их устранению. И любитель новых ощущений в чужой постели. Думаю, последнего аргумента достаточно. Потому радоваться должна, что избавилась от этой немощи, а не реветь. Тем более что сегодняшняя забава с брюнеткой, которую с моей помощью ты имела честь лицезреть, была далеко не первая. Кстати, хочу уточнить, той брюнеткой была я. Перевоплощение – мое кредо, и без сверхъестественных способностей в таких случаях, разумеется, не обходится. Конечно, смена внешности – это далеко не единственное, на что я способна, но об этом позже.

Итак, в черном облегающем платье, с ярко-красной помадой на губах, на высоких черных шпильках, в общем, все по нужному вкусу, что странно, ведь его благоверная была блондинкой, я заявилась в местный клуб. Завидев в слабоосвещенном помещении с деревянным убранством нужного типа у длинной подсвеченной ультрафиолетом барной стойки, сразу же почтила его вниманием. Пару раз улыбнулась, один подмигнула, первой завела беседу ни о чем, и вуаля. Спустя двадцать минут легкий на измену мужлан уже обнимал меня за талию, периодически целовал в шею и активно намекал на продолжение праздника. Что и требовалось доказать. УВЫ. И все это происходило на глазах его невесты, у которой СЛУЧАЙНО отказал мотор в машине, когда она проезжала мимо клуба и так же СЛУЧАЙНО села батарейка в мобильнике. Вот от таких случайностей ей и пришлось забежать в заведение, чтобы вызвать эвакуатор и оказаться на месте разоблачения. Что было дальше, сами понимаете – слов нет, одни сплошные эмоции.

Ох, девушки, девушки. Любим мы все по-женски приукрашать – жизнь, чувства мужчин, окружающий мир. Прирожденные художницы, что тут кажешь. Нарисуем себе большую, светлую любовь, мужское благородство и живем иллюзиями.

В общем, к чему это я? А, вспомнила – любите, прежде всего, себя, а уж потом сильную половину общества. А индивидуумов козлиного племени гоните прочь. Не пожалеете.

Так что отставить слёзы (покосилась на блондинку) и домой с бутылкой игристого в руках, дабы отметить этот знаменательный день свободы. Нашла из-за кого реветь.

В лицо ударил резкий порыв холодного воздуха. Он всколыхнул мои длинные черные волосы, разметав по спине, и полетел дальше. Я немного поежилась и, приподняв воротник твидового красного пальто, потянулась к сумке.

– Окажи мне услугу, как откажут ноги, сообщи, – с равнодушным видом перешла в наступление. Не люблю издержки расставаний, хоть и живу ими. Для дальнейшего сверхъестественного существования, подпитываюсь отрицательной энергией. Но мой резерв уже заполнен, и на лекцию нужно прийти вовремя. – А я пока номер скорой в мобильнике поищу.

– Что? – с непонимающим видом унылая девица повернулась ко мне и часто захлопала ресницами. Выглядела она при этом, прямо сказать, не очень. Растекшаяся тушь, красные от слез глаза, и огромный, не менее красный, нос. На мгновение она удивилась, пытаясь сообразить, кто я и откуда взялась. Погрузившись в свою печаль, девушка тут же забыла, что к ней подсели и несколько минут наблюдают, детально обмусоливая драматический пункт ее жизни.

– Говорю, как почувствуешь онемение конечностей, предупреди, – я демонстративно открыла замшевую красную сумку, запустила в нее руку. – А то я, как всегда, номер помощи в быстрый вызов забыла записать, – нахожу любимую мятную НЗ, медленно разворачиваю переливающуюся обертку, кладу карамель в рот и снова рукой в сумку. – Из-за работы все из головы вылетает. Думаю, тебе это знакомо, не так ли, – чуть слышно рассмеялась и, наконец-то, достала серебристого цвета мобильник. – Вот он мой родной. Без него как без рук, да? – Со стороны мое поведение и диалог покажется странным, но поверьте, бредовый нестандарт я считала лучшим решением, чтобы спровоцировать на ответ и вывести заблудшую в потемках собственного унынья на свет.

– Что?

– Домой иди, пока воспаление легких не подхватила. Не понимаю, почему я должна об это говорить, но обещаю, если потеряешь сознание, уйду, – я продолжила свой спектакль, мысленно настраиваясь на внушение, но неожиданно, краем глаза уловила какое-то движение, видимое только мне, потому резко замолчала и развернулась. Есть все-таки на свете Бог и, как всегда, в самый не подходящий для меня момент.

– А вот и подмога, – пробурчала я себе под нос, оценивающе рассматривая красивого черноволосого Амура, который не спеша дефилировал в нашу сторону. Его неотразимость меня била даже издали.

Высокий, статный, со спокойными, но пронизывающими глазами, удивительно синими для его смуглого лица, взгляд которых покорил не один десяток женщин. И легкая, но определенно придающая его лицу особую притягательность, щетина. Да, такой особью можно любоваться вечность.

Потертые джинсы и стильное черное пальто указывали на хороший вкус и характеризовали его, скорее, как искателя приключений… Кем он и являлся раньше. Потому что Амур никогда не оставался на одном месте. Тут и работа поспособствовала и личное желание постоянной смены обстановки. Но встретив симпатичную полудемоничку, его взгляд поменялся. Бушующие волны эмоций захлестнули по самое не хочу, и он решил осесть рядом со мной. Ну а я что?! Почему бы и нет. Красивые мужчины редкость, ангелы тем более, так что завертелось у нас на долгие пятьдесят лет со всеми его приключениями.

Пока я предавалась воспоминаниям, он остановился напротив моей неподвижной зареванной соседки, которая в данный момент практически не напоминала о своем присутствии, поскольку была похожа на статую.

– Я работаю, Несс, – отмахнулся красавец сухо, не обращая внимания на мой заинтересованный вид и, наклонившись к девушке, заглянул в ее стеклянные пустые глаза.

– Конечно-конечно. Не буду мешать… Хотя, если не заметил, я тоже "работаю", – недовольно подметила я. Ведь знал, что все равно бы ее не бросила, внушив уверенность и равнодушие к несостоявшемуся жениху.

– Ваша просьба принимается, – помедлив, сообщил синеглазый обманутой девице и, щелкнув пальцами, снова привел время в действие.

Словно по кнопке ВКЛ девушка вздрогнула, очнулась, и в недоумении запорхала ресницами. Потом, ее мокрое от слез лицо заметно преобразилось – сожаление и прочую унылость заменила гримаса возмущения.

– Ненормальная! – бросила она мне.

Затем вскочила на ноги и, не замечая рядом стоящего Амура, побежала по тропинке в сторону выхода.

Проводив ее безразличным взглядом, я обернулась к новому собеседнику.

– Могла бы и полегче с ней, – тут же отчитал он меня.

Я задрала подбородок и нагло уставилась в его лицо. Где-то в глубине моей грешной души я поражалась его красоте. Но это где-то было очень глубоко, так что вернемся к делу.

– Могла, но не захотела. Новый метод промывки мозгов. Кстати, какими судьбами?

– Сама знаешь, – начал он, усаживаясь рядом… слишком рядом. – Облегчил страдания – что дал, то и забрал. Но только если попросят. Главное правило Амуров, – занудил он привычную для меня песню.

– Знаю-знаю, – ответила я раздраженным тоном и наигранно добавила. – Что-то ты в последнее время вхолостую стреляешь, дорогой. Может тебе к окулисту обратиться? Могу адресок подсказать.

Уголки его губ чуть приподнялись и синие очи с хитрым блеском уставились в мои золотисто-карие. Он словно изучал меня, проникал внутрь и гипнотизировал. Потом, как в старом фильме, Амур невзначай поднял руку, обнял за плечи и легонько прижал к себе. Мне было приятно. Тепло, исходившее от его тела, согревало, а это весьма кстати, так как на улице резко похолодало, и похоже столбик на термометре опустился ниже нуля – мелкий, противный дождь сменил на такой же мокрый, но теперь уже снег. И, казалось бы, что сейчас самое время последовать примеру блондинки – вернуться домой, залезть в горячую ванну, потом плюхнуться на мягкую кровать и спать, спать, спать… Но не могла. Я как завороженная не сводила с него взгляд и словно влюбленная дурешка тоже улыбалась в ответ. Вот жук! А ведь он знал, чего я сейчас хотела больше всего.

– Сразу после тебя, любимая, – прошептал хитроумный мне на ушко и, будто прочитав мои мысли, склонился к губам.

Я не сопротивлялась. Да и зачем…

Поцелуй, как всегда, был мягкий, нежный, сладкий. Он словно заманивал в сети удовольствия, чтобы уверенно проникнуть в самую секретную комнату души и оставить там памятный след. Он словно обещал мир, звезды, луну в обмен на страсть и наслаждение. Он словно подводил к самому краю скалы и предлагал прыгнуть вниз, чтобы испытать это прекрасное чувство полета, освободиться от всего земного и даже от самой себя. Он словно… Так. СТОП!

– Ай! – неожиданно вскрикнул за несколько секунд до этого мною обожаемый и, освободив меня от своих цепких объятий, пальцы одной руки прижал к нижней губе. – Больно же, – выдохнул он удивленно и обиженно одновременно.

– Ну, разумеется. Было бы странно, если ты почувствовал другое, – усмехнулась я, накидывая красный капюшон на голову. Потом встала, поправила на плече сумку и, прежде чем уйти, угрожающе добавила. – Еще раз очаруешь, вообще откушу. И верхнюю губу в качестве компенсации тоже.

Амур был потрясен. Он смотрел на меня так, будто я уже лишила его всего самого ценного и выплюнула в рядом стоящую урну. Но мне было все равно. Даже больше. Мне стало смешно, очень смешно. А еще точнее, я еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться обиженному в лицо– настолько у него был оскорбленный и возмущенный вид. Ам совершенно забыл, что гримаса злости делает его физиономию комичной. Нервный тик глаза у меня всегда невольно вызывал улыбку. Так по-человечески.

В общем, я не сдержалась и расхохоталась, из-за чего Амур еще больше взбесился. Он прекрасно понимал причину внезапного веселья. Ну, а я что сделаю, если действительно смешно?! Помимо окулиста ему определенно и у невропатолога надо погостить.

– Ам, милый, кончай нервничать, тебе это не идет, – запустила еще одну ложку дегтя, в перерыве между приступами смеха, отчего его скулы покраснели, а в глазах появился нездоровый блеск.

Ох уж это мужское самолюбие и ангельское в придачу. Ведь у белокрылых все должно быть безупречно. Проникновенный взгляд, ослепляющий вид, правильные манеры, жесты, а тут такой облом. Да и не про Ама подобное резюме. Конечно, все перечисленные идеалы имели место быть, но характер, а порой неуравновешенное поведение, кстати, относительно безобидное, очень удивляли. Я не всегда могла предугадать, что от него можно ждать. Но, все же, выходя из своего привычного душевного равновесия, Ам легко возвращался обратно.

И сейчас мне, наверное, нужно было остановиться и извиниться, но нет. Сам виноват, вот и получай.

Амур открыл рот, явно намереваясь покрыть развеселившуюся редиску нехорошими словами, но вдруг осекся и, как всегда, сказал то, что меньше всего я ждала услышать:

– Несс, а ведь я не очаровывал. Ты же знаешь, что на тебя это не действует, – вот теперь настала его очередь самоуверенно ухмыляться.

Повисла тишина. Ветер резко усилился и загудел в ветвях голых деревьев. Дождь, ожидаемо сменился на мокрый снег. Но мы не обращали на это никакого внимания. Потому что смотрели друг на друга, не зная, что предпримет другой в следующую секунду. Где-то на подсознательном уровне я понимала, что Амур прав, но признаваться в своей слабости не собиралась. Светлая магия, по понятным причинам на меня никогда не действовала. Демоны всегда противились святой силе. Ведь они приверженцы того, кто не склонил колени и стал врагом. И Ам это, разумеется, знал, намекая на мои ответные чувства. Но всё это было давно и уже не нужно. По крайней мере, мне.

– Прощай, – прошипела я сквозь зубы и, зацокав высокими каблуками по асфальту, направилась к выходу из парка.

– Несс, подожди, я же по делу. Мне твоя помощь нужна, – спохватился он вдруг и бросился за мной. А я шла и сожалела о приходе сюда. Ведь могла и раньше все решить, на кой черт мне понадобилось помучить девушку еще немного.

– Пошел к черту. Он тебе и поможет, – крикнула я, прибавляя ход.

– Так я и пришел, – и, поравнявшись, добавил, – потому что мне нужна именно твоя помощь. Темная.

– Что? – я оторопела и остановилась. Ничего себе заявление. Это с каких времен Амуры начали обращаться за помощью к демонам. – Ты в своем уме?

– Конечно.

– В трезвом?

– Да уже год как.

– Серьезно?

– Один случай поспособствовал… – Ам замолчал, сообразив, что проговорился и, смутившись, отвел взгляд в сторону.

А вот с этого места поподробнее, мне очень интересно.

– Какой случай? Ну чего ты как красна девица зарделся? Колись давай, – стала настаивать я в предвкушении. События, особенно о которых предпочитают умалчивать весьма интригующие. Компромат еще никому не мешал.

– Несс, да все это уже в прошлом. Ну, подумаешь, промахнулся под этим делом и соединил не тех, кого нужно было. С кем не бывает? Речь ведь сейчас не об этом, – хитренько сменив тему, он воззрел на меня невинными глазками.

– Плевать. Рассказывай или ищи другую помощь.

– Боже, ну почему ты такая любопытная?!

– Что родилось, то родилось. Итак, кого ты соединил?

– Ну… если вкратце, то целился в девушку, а попал в мужчину.

Я в недоумении покачала головой.

– Да господи! – злясь, повысил он голос. – Вместо инь-ян, получился ян-ян. Чего непонятного?

Я аж ахнула от такого признания. Это ж сколько нужно было выпить, чтобы дойти до подобного? Теперь понятно, откуда ветер дует и куда задувает. Оказывается, пьют наши амурчики, соединители сердец, блин, и под этим делом промазывают. Я же говорила, что идеальное резюме – не его конек.

Я таращилась на Ама ошарашенными глазами несколько секунд, а потом звонко рассмеялась. Несмотря на холод, день явно удался. Давно я так не хохотала.

Вначале провинившийся пытался сохранить серьезное выражение лица. Но буквально через несколько секунд не стерпел и поддержал меня белозубой улыбкой, которая быстро сменилась на такой же хохот. И минут пять мы просто стояли, держась за животы, истерично выплескивая позитив, пока из глаз не полились слезы. Что тут скажешь – повеселилась на славу. Это ж надо так оплошать. Видите ли, в самый ответственный момент его качнуло, и ментальная стрела попала в мужика. Не повезло, одним словом. А жертве амурских пьянок, думаю, больше. Сомневаюсь, что он мечтал о подобных отношениях.

– Тебе, наверное, досталось от начальства, да? – посочувствовала я, успокаиваясь. Потом вынула из сумки бумажную салфетку и вытерла слезы.

– Ну да, было такое, – произнес он вдруг с грустью.

– Понимаю. Хорошо, что я не пью крепкие напитки. У меня же настроение после первой рюмки сразу ниже плинтуса падает. Даже представить боюсь, что натворила бы, надравшись в хлам. Но не кисни. Однополые птицы порой тоже совокупляются. Пингвины, например. Читала как-то…

– Несс, это другое, но спасибо за вечный оптимизм, – сказал он с той же печалью в голосе.

Выбросив салфетку в ближайшую мусорку, я снова подошла к Аму. С задумчивым видом посмотрела ему в глаза. Злости как не бывало. Особенно после такого признания и искреннего сожаления.

– Ладно, что ты хочешь? – не знаю почему, но все-таки решила выслушать его просьбу. Может, по старой дружбе, а может еще почему… Что-то шевельнулось внутри, когда мы давились от смеха. И это что-то мне очень не нравилось и тревожило.

– Чтобы ты разбила пару, – спокойно, четко, твердо.

– Надеюсь не…

– Нет-нет. Пара стандартная. Мужчина и женщина.

– И зачем разбивать?

– Собственно, по той же причине. Не смотри на меня так. Я был трезв, как стеклышко, клянусь. Говорю же, завязал. Просто тот мужик… Он словно из ниоткуда вылез. Я и сам не понял, как такое вышло. Стрела должна была попасть в другого, – он в недоумении развел руки.

М-да. Видимо, поговорка " на ошибках учатся" не соответствует действительности. Ам как был шалопаем, так им и остался. И даже отказ от алкоголя не помог. Непонятно как еще крылья умудряется сохранить.

– Значит, не судьба, – заключила я, пожимая плечами.

– Несс, какая судьба? У меня в документе был тот мужик, в которого надо, а этот просто резко выскочил. Понимаешь? Теперь меня за эту ошибку могут крыльев лишить.

– А вот это уже серьезно. Так в чем проблема, убей его и все.

– Очень смешно, – хмыкнул Амур и, обреченно выдохнув, добавил. – Ты вовсе не обязана мне помогать, я просто прошу посодействовать.

Насколько знаю Ама, он от своей работы всегда получал подлинное удовольствие, и очень остро реагировал на каждый промах, то бишь расставание соединённой им пары. Потому что каждую душевную муку, боль, переживания своих подопечных он чувствовал с утроенной силой и принимал на личный счет. Тут не позавидуешь. Поэтому всеми способами старался облегчить страдания и по возможности воссоединять пары, ибо верил, очень верил в возвышенную любовь. Это сущность и долг Амуров. И так будет всегда.

И сейчас тот самый, кто, казалось бы, руками и ногами должен держаться за отношения, стоял напротив меня и чуть ли не с умоляющим видом просил разрушить пару, заранее зная, насколько ему будет от этого хреново. Видимо, все намного серьезнее, чем я представляла себе, или…

– Слушай, а ты от меня ничего не скрываешь? – спросила я, подозрительно сощурив глаза.

– Нет, мне просто нужно восстановить порядок, так как от этого союза могут пострадать другие. Все взаимосвязано. Изменится у одного судьба, то же произойдет и у десятков, а может и сотен людей. Я не могу такое допустить, понимаешь, не могу! – прокричал Амур на эмоциях, схватив меня за плечи.

– Ты главное не ори. Подумаешь, промахнулся, велика проблема. Считай, что я согласна, а то истеришь, как девчонка, ну честное слово. Так и оглохнуть можно, – попыталась я привести его в чувство, – А теперь отпусти меня и успокойся. Вечером напишешь – кто, где искать и так далее, потом все обсудим. Хорошо?

– Угу.

– Ну и славно, – я улыбнулась на прощание, и, развернувшись, направилась домой.

И почему меня упорно не покидает ощущение, что в этой истории что-то не так?! Но не верить Аму я тоже не могу. Он единственный, искренне сопереживающий в моей непредсказуемой и злободневной жизни, друг. Так уж получилось. Хотя, признаюсь, без любовной линии, между нами, тоже не обошлось. Что поделать – полное взаимопонимание и обоюдное доверие творит чудеса. Несмотря на то, что мы две противоположности и стояли по разные стороны баррикад извечной вражды двух бессмертных сил на свете – добра и зла. И принадлежность к темной половине совершенно не помогла мне устоять перед тяжелой артиллерией грамотного охмурения. Амур все-таки по этой части профессионал. Женскую психологию знает назубок. И ему не нужны конфеты, цветы, шампанское, а также походы в рестораны, клубы, романтические парки. У него есть способ помощнее. Убедительный и весьма эффективный. Не удивляйтесь, это простое обаяние, отличное чувство юмора и кристально чистая душа. Какая и полагается ангелам. Но по большому счету зацепил он меня не этим. Помимо перечисленных благородных качеств, со всеми вытекающими каждодневными дифирамбами в мою честь, в нем присутствовал некий стержень наглеца и самоирония, что мне показалось забавным, особенно для небесного посланца. Н-да… Но все когда-нибудь заканчивается. По крайней мере, я первая сделала шаг в привычную и излюбленную пропасть одиночества, а Ам, по всей видимости, так и будет верить, надеяться и любить меня. А вот что чувствую я? К сожалению, пока еще не разобралась. Такие дела.

* * *

Вернувшись домой, в небольшую двухкомнатную квартирку, а мне многого не нужно, первое, что услышала – это металлический звук, который обычно производил мой волнистый пернатый друг, мечась по своей клетке. Я сняла пальто, бросила на кресло в темной прихожей, туда же полетели черные кожаные перчатки, сумка, прошла на кухню и скинула покрывало с клетки.

– Прости, Петруша, я – свинья.

Насыпала ему свежего корма, налила чистой воды и влажной тряпкой избавилась от испражнений. Затем двинулась в спальню. На неубранной постели валялась одежда, которую мерила сегодня утром, собираясь в университет. До него, в общем-то, я так и не дошла, решив немного прогуляться. Учебные пары всегда можно наверстать.

Перед зеркалом стояла бутылка давно выдохшейся газированной минеральной воды, рядом начатая пачка крекеров. Вот их я и прихватила, направившись в ванную комнату, предварительно нажав на системном блоке компьютера кнопку пуск.

В душевой разделась окончательно и бросила белье в корзину. Отодвинула полиэтиленовую, со смешными пингвинами, занавеску, повертела краны, пока не добилась нужной температуры, залезла в белоснежную керамическую ванну и, в состоянии полулежа, расслабилась, закрыв глаза.

Процесс релаксации у меня всегда длится не более двадцати минут, именно столько времени требуется, чтобы ванна наполнилась до краев. Потом я быстро сливаю воду, ополаскиваюсь прохладной водой и выскакиваю из ванной комнаты, которая успевает превратиться в парилку.

Итак, омыв себя в священных водах системы непрерывного водоснабжения, накинула махровый полосатый халат и, обмотав полотенцем волосы, потопала на кухню, чтобы заварить чашку кофе, а может и две. Да-да, знаю, что на ночь вредно, но я патологическая кофеманка, так что извините. Пила, пью и буду пить, когда и сколько хочу. Тем более, на мой сон это нисколько не влияет. Сплю как убитая даже после трех чашек. Хоть мелом обводите, все равно не почувствую.

Уже в спальне надела любимые домашние балетки цвета спелой клубники, стащила с головы полотенце и уселась на пуфик напротив зеркала, чтобы расчесать запутавшиеся мокрые пряди. Пока занималась этой приятной процедурой, а волосы у меня точь-в-точь как в рекламе – мягкие и шелковистые, от себя добавлю – и послушные, заодно рассматривала свое отражение в зеркале. Золотисто-карие глаза, черные волосы, густые ресницы, прямой, чуток курносый носик и алые, будто у насосавшегося крови вампира губы. Последнее мне нравилось больше всего. Немножко полноватые правда, зато мягкие и нежные. В общем, все в порядке, себя на премию не выдвинешь, как говорится, никто не выдвинет.

Мои мысленно хвалебные песни прервал неожиданно раздавшийся сигнал входящей почты. Я с неохотой покосилась на синий монитор, на котором всплыло новое сообщение.

"Примите участие в конкурсе фанфиков…" Угу, обязательно, только волосы феном высушу и сразу приму. Красноречиво приму, чтобы больше не присылали всякий бред. И когда уже Ам…

Снова звоночек. Глянула. Хм.

" Ресторан " СЕВЕР" 19.00 4—ый столик " адресат: Река

– Легок на помине, – нахмурившись, пробубнила я себе под нос, узнав дурацкий ник Ама. Река, видите ли, такая есть. Очень оригинально!

Я еще раз взглянула на название ресторана. Не из дешевых. Вход простачкам туда закрыт, а раз так, то новоиспеченные жертвы возможно из элитных слоев, ну или одна из жертв, это как повезло. Но в любом случае те еще фрукты, чувствующие подвох чуть ли не за километр… Хотя, Несс, то ли еще у тебя было?!

И все же, почему Ам просто не отменил действие чар? Одной ошибкой больше, одной меньше. Во благо порядка мог бы проявить снисхождение к правилам. «Но только если попросят» Вспомнила я вдруг его надоевшую до печенок фразу. Нда, противоречиво получается. Сам напортачил, а теперь все решает выбор. А я значит должна подтолкнуть к этому самому выбору.

Задумавшись о странной просьбе ангела, в голове невольно всплыла сцена поцелуя. Ам снова ввел меня в смятение и неуверенность. Каждый раз, когда он появлялся на горизонте, я начинала думать о правильности теперь уже своего выбора. А ведь мы расстались более десяти лет назад, но до сих пор при каждой нашей встрече сердце то замирало, то начинало учащенно биться…

Глава 2

Совмещаем приятное с важным! Неожиданное совпадение!

– Скажите, пожалуйста, а, правда, что демоны могут жить среди нас? – спросил один из студентов с дальних верхних рядов наиграно-деловитым тоном.

Я подняла голову и сфокусировала взгляд на молодом человеке в светло-бежевом свитере, сидевшем на последней парте, рядом с таким же бездельником, как он сам.

Зрение у меня отличное и память отменная, потому сразу поняла, что это за парочка. Злостные прогульщики и первые претенденты на неуд в зачетке, так как данные лица на моих лекциях мелькнули лишь раз. Потому что желание погудеть до полуночи с друзьями на алкогольной вечеринке, накурится кальяном, и просто полентяйничать было в первую очередь.

– Похоже, вы не так часто радуете нас своим присутствием, если задаете вопрос, который я разжевывала весь семестр, – холодно отчеканила я.

В аудитории послышались смешки и у парня мигом покраснели щеки, а его рыжий однокурсник-сосед сразу начал что-то насюсюкивать другу на ухо.

– Я ходил на пары, – пробурчал он, стараясь при этом всячески избегать моего взгляда, и закончил наглой ложью. – Просто иногда опаздывал.

– Да-да, могу подтвердить. Сам лично пинком подгонял. Все знают, что на ваш предмет нужно приходить вовремя. Вы, между прочим, часто нас спиной встречали, поэтому и не видели, – добавил рыжий, отчего уже по всей аудитории пронесся шепоток и множество светлых головушек в ожидании уставились на меня. Что же будет дальше?

Рыжий тем временем довольно ухмыльнулся, метнув в мою сторону дерзкий взгляд, и потянулся к мини-бутылке из-под минералки, стоящей рядом. Открутив крышку, он жадно прильнул к горлышку.

– Вранье стало таким привычным и повседневным явлением, а ведь раньше за это могли язык отрезать, а более того – казнить вовсе, – сказала я спокойным и ровным голосом, не сводя с него глаз. На что он неожиданно поперхнулся, стал задыхаться и, исторгая воду прямо на стол, согнулся пополам.

К его внезапному недугу вначале никто серьезно не отнесся и даже стали подтрунивать над однокурсником. Но когда рыжий побледнел, глаза закатились вверх, а тощая тушка принялась медленно сползать со стола на пол, шутки резко прекратились, и кто-то предложил позвать медсестру. В общем, зрелище не из приятных, для меня же бальзам на душу. Но как глубоко сопереживающий преподаватель, виду не подала, зафиксировав на своем лице маску беспокойствия. Но очень хотелось злорадно ухмыльнуться.

Все это время его приятель-лоботряс стоял позади поперхнувшегося и рукой хлопал по спине, но безрезультатно.

– Да чего ты нежничаешь, – воскликнула одна из студенток в черном кожаном платье. Невысокий ирокез на голове, различные железные побрякушки по всему телу и яркий вызывающий макияж намекали на её принадлежность к готам. А судя по такому же прикиду ее друзей, которые каждый вечер в ожидании подруги ошивались возле ВУЗа, готкой она и являлась. – Он же сейчас совсем окочурится, – словно приговор заключила девушка-вамп.

Парень явно испугался и еще больше занервничал. Потом мысленно приняв решение, со всего размаху ударил по товарищу ладонью, да так сильно, что тот чуть ласточкой не перелетел через стол, но друг вовремя остановил полет, вцепившись в свитер.

Вот тут я и ослабила ментальную хватку, после чего провинившийся наконец-то смог несколько раз судорожно вздохнуть, схватиться за горло и в полуобморочном состоянии плюхнуться обратно на стул.

Через какое-то время его дыхание постепенно восстановилось, и рыжий снова мог говорить, что и сделал – прохрипев товарищу спасибо.

– Все хорошо? – с тем же спокойствием поинтересовалась я у бледного паренька. Он еле заметно кивнул.

Ответила таким же движением головы и с безмятежным выражением, продолжила лекцию.

– Ну, раз все в порядке, тогда вопрос на засыпку. Итак, несмотря на то, что ад зачастую представляется нам как царство хаоса и беспорядка, человечество все равно определило ему иерархическую систему, что мы, собственно, и разбирали целый семестр. Всех демонов распределили на классы, которых сколько…

– Семь! – хором ответили несколько студентов, те самые отличники, зубрилы, ботаники… В общем, понятно кто.

– Угу, правильно, – протянула я, обводя группу в составе тридцати лиц взглядом. – Их еще ассоциируют с семью грехами, которые человек должен выдержать с достоинством, чтобы попасть в рай. Но сегодня прозвучал хороший и интересный вопрос, живут ли демоны с нами? Об этом я еще не рассказывала, но любые предположения, догадки, логические умозаключения послушаю с удовольствием. Советую проявить активность. Экзамены не за горами, и любой ваш ответ может реально повысить шансы на неплохую оценку в зачетке, – намекнула я, сдержанно улыбаясь одними губами.

После того как я озвучила вопрос с последующим дополнением, в аудитории повисла предсказуемая тишина.

Как и ожидала, большинство студентов даже не заглядывали в учебники, чтобы просто вызубрить ответ.

– Ладно, дам подсказку. Сон.

– Демоны кошмаров, – тут же отреагировала девушка в красной блузке.

Бинго! За сообразительность плюс.

– Еще.

– Полтергейст

– Это злобные духи, а не демоны. Хотя есть версия, что такие явления именно они вызывают. Спорное определение, но ладно. Еще.

– Ведьмы, утопленники, леший, демоны-обманщики.

– Первые три не в ту степь, это больше персонажи фэнтезийных сказок, нежели реальные сущности, а вот последние в точку. Демоны-обманщики могут явиться в образе мужчин или женщин. Профессионалы своего дела и специалисты по мелким пакостям. Они обладают даром внушения и первоклассно заговаривают зубы. Любой обман всегда доводят до конца и не успокоятся, пока задуманное не свершится, так как от этого впадают в эйфорию. Разновидности демонов на самом деле ограничены не только родом их занятий. Ещё они различаются по месту обитания, по чинам и много-много еще по чему, но об этом я вам расскажу уже на следующих занятиях, – подытожила я, зная, что сейчас…

Раздался долгожданный звонок, и студенты стали торопливо складывать учебники в сумки.

– И на вопрос, живут ли демоны рядом с нами, – я решила напоследок позлодействовать, – отвечу, да, – и многозначительно посмотрела на рыжего, отчего он снова побледнел и стремительно побежал к выходу.

По моим подсчетам его скорость и подгоняющий страх, должны были отвлечь от небольшого деревянного выступа в двери, об который он по пути споткнется. После чего парень пролетит пару метров и нырнет головой в небольшой декоративный фонтан, который находится внутри учебного корпуса, как местная достопримечательность.

– Несс, нас в кабинете ректора собирают. Внеочередная планерка. Вадим Сергеевич сегодня не в духе и хочет сообщить что-то важное, – услышала я знакомый женский голос, над ухом. В этот же момент раздался глухой стук, а через пару секунд шлепок по воде с многочисленными брызгами с последующим ржанием студентов на весь коридор.

Я довольно улыбнулась и обернулась. Рядом стояла Катя, она же Екатерина Викторовна – преподаватель психологии и моя подруга. Жизнерадостная особа, улыбающаяся прохожим и вносящая порой в эту скучную и унылую жизнь позитив. Компанейская душа, генератор безумных, в хорошем смысле слова, идей, смелая и решительная.

Ее главная красота начиналась с ума, все остальное лишь приложение – зеленоглазая шатенка с густой шевелюрой, красиво зачесанной на данный момент назад, собранной в пучок и правильные, тонкие черты лица.

В общем, мы сразу нашли общий язык, чему я всегда удивлялась. Катя ко всем своим достоинствам была еще немного не от мира сего, поскольку большую часть времени проводила в фантазиях и мечтаниях, нежели в реальности. И верила в вечную любовь. Ей бы с Амом сойтись, прекрасная пара бы получилась.

Тьфу, что-то не о том думаю, встрепенулась я, почувствовав легкий укол ревности.

– Несс, ты вообще слышала, что я тебе сказала? – не унималась подруга, требуя моего внимания.

– Да, задумалась просто, – я улыбнулась ей и, сложив учебники в стопку, поспешила к выходу.

А что ты плюешься Несс, Катька ведь и правда умница-разумница. Добрая, отзывчивая, готовить умеет. Любой разговор поддержит, блеснув парой-тройкой афоризмов, и чувство юмора у нее отличное, куда ж без него. Еще та хохотушка. Так что имей в виду, уведет… Совсем с ума схожу. У нее жених есть, а ты уже с Амом женишь. Хотя, как женила, так и разженила бы. Ладно-ладно, что-то завелась на пустом месте. Тем более Катька мне на самом деле нравится и, если бы подобное случилось, первого бы задушила Амура.

– Не хмурься, а то морщинки появятся, – бросила подруженька, заметив серьезное выражение моего лица, когда мы зашагали по коридору. – Кстати, собираемся в шесть. Будь готова, я за тобой заеду.

– К чему готова? – спросила я сразу, и чуть развернувшись, пропустила спешащего на лекцию студента.

– Здравствуйте, Несса Андреевна, – вежливо поздоровался он, проходя мимо.

– Здравствуйте.

Народу по коридору сновало уйма, поэтому разворачиваться и отвечать на приветствие приходилось часто, так же, как и Кате.

– Как к чему? Только не говори, что забыла? – подруга посмотрела на меня с укором. – Сегодня мы идем в ресторан отмечать мой день рождения, – и обиженно поджала губы.

Вот, черт! Совсем из головы вылетело. На прошлой неделе Кате исполнилось двадцать пять, но подхватив грипп, она весь день пролежала в постели с высокой температурой. Поэтому праздник отложили до лучших времен, то есть на сегодня. И я – близкая подруга, родственная душа, так сказать, имела наглость забыть, запланировав на этот день более важные дела. Причем совершенно меня не касающиеся, но раз обещала, (а для меня это табу) то надо.

Блин, как-то неудобно получилось. Теперь точно на модный кожаный пояс с кристаллами по бокам и большой сверкающей бляшкой, который я выпрашивала у нее целый месяц в качестве подарка можно положить крест. Уж слишком он мне понравился, а Катька, зараза, в бутике первая ухватила. Ведь знала же, что все равно никогда не наденет – не ее стиль, так нет, пусть будет, говорит, для самоутверждения. Конечно, я могла заставить ее сделать мне внеочередной презент, но решила честно дождаться своих именин. Без всяких там демонских штучек. Почему-то с Катей поступать плохо мне не хотелось.

– Не забыла, просто устала немного. Не сразу поняла, о чем ты, – начала я выкручиваться. – А в какой ресторан?

Идиотка, ведь она мне возможно уже говорила… В общем, я мысленно приготовилась к громогласному возмущению, но обошлось.

– "СЕВЕР" – сообщила Катя, широко улыбаясь во все тридцать два, и толкнув дверь в кабинет ректора, пропустила меня вперед.

* * *

Вот так удача, удивилась я уже в который раз, надевая на себя короткое, доходящее до середины бедра и держащееся на груди синее атласное платье. Причем двойная удача – не нужно придумывать причину опоздания на пиршество, и можно спокойно, в качестве гостя, «разведать обстановку». Правда, было бы лучше все-таки одной туда заявиться, как обычно сменив перед этим внешность, на всякий пожарный так сказать и быстренько уличить одного из голубков за четвертым столиком в измене. Но раз такая пьянка, то сегодня пусть будет исключение – займу наблюдательную позицию.

Покрутившись перед зеркалом, я поправила несколько страз на платье и расчесала длинные, прямые, до лопаток волосы, решив оставить их распущенными. Затем аккуратно нанесла последние штрихи макияжа – подвела глаза и перламутра-розовой помадой накрасила губы. Ну, и усе! Я готова.

Перед уходом, вспомнила, что не закрыла дверцу в клетке Петруши, которую распахнула утром для вошедших у него в привычку десятиминутных раздумий в свободном полете. Но в последнее время он часто отказывался от любимого занятия, и я на радостях, что не нужно скакать по всей квартире и ловить пернатую тушку полотенцем, сразу закрывала железную дверцу. Однако сегодня попугай резко выпорхнул из своей обители и уселся на дверцу шкафа. А я ушла в университет. Так что времени нагуляться, и пораздумать у него было предостаточно.

Но войдя на кухню, обнаружила, что попугая там нет. И его не было нигде. Ни в гостиной, ни в спальне, ни в коридоре. Иначе я бы заметила.

Ну вот! Неужели свершилось, и мой перьеобразный друг, о чем предупреждал меня Ам (все же его подарок), провалился в щель между шкафом и стеной и сломал себе крылья, пытаясь выбраться? А все оттого, что я поленилась заткнуть такие опасные ловушки газетой.

В общем, на шпильках, в модном платье, с фонариком в руках, враскорячку, ругая себя за лень и черствость, я принялась осматривать каждую щель в моем скромном жилище. И лишь когда заглянула под ванну, неожиданно услышала чириканье оттуда, откуда ему и полагалась раздаваться. Я бегом вернулась на кухню. Петруша, добровольно вернувшийся непонятно откуда в свою одиночную камеру, сидел на жердочке и чистил клювом перышки.

– Еще раз такое выкинешь, зажарю и съем! – пригрозила я ему. Потом улыбнулась и накрыла клетку покрывалом.

В этот самый момент зазвучал рингтон входящей смс. Я спешно достала из сумки мобильник, прочитала сообщение и в предвкушении интересного вечера зацокала каблуками в сторону выхода. Пока шла ментально поочередно выключала в комнатах свет, оказавшись в темноте. Повернула в замке ключ, вышла на площадку.

Захлопнув за собой дверь, я на несколько секунд замерла и прислушалась к звукам на первом этаже. Сама же жила на пятнадцатом.

Итак, убедившись, что внизу нет посторонних глаз и ушей и никто в ближайшие несколько секунд там не появится, быстренько нарушила простые законы физики, побив все рекорды по скорости, и очутилась прямо у подъездной входной двери. Потом не спеша накинула кожаную черную куртку, которую прихватила из дома и, толкнув дверь, вышла на улицу.

– Оперативно! – удивилась Катька, кладя телефон в сумку.

– Обожаю пунктуальность, – улыбнулась я, и вместе с ней запрыгнула в такси.

* * *

Мы медленно подъезжали к парадному входу ресторана. Ну что ж, по мне, так ничего особенного, видала и получше – большая сверкающая вывеска, многоступенчатое поднимающееся вверх крыльцо, огромные тонированные окна. Но для Кати, со средней заработной платой преподавателя, которой едва хватало на терпимое существование в обществе, этого было достаточно. Она постоянно издавала восторженные ахи и охи, когда я со скучающим, безразличным выражением на лице смотрела в автомобильное окно.

– Тебе что наследство привалило? – поинтересовалась я у подруги, когда такси остановилось.

– Нет, спонсора нашла, – она хитро улыбнулась, потом подмигнула и вылезла из машины.

– Неужели Дима решил наконец-таки раскошелиться? – расплатившись с водителем, я последовала за ней.

– Да. Представляешь это его подарок мне на юбилей.

– Представляю… Честно говоря, ну ты знаешь, я об этом скряге была худшего мнения, но раз так, то еще есть шансы на исправление… Наверное.

– Несс, прекращай. Никакой он не скряга, а очень хороший, понимающий и добрый человек.

– Угу. Надолго ли?

– Навсегда, ты просто плохо его знаешь. Ладно, пошли быстрей, а то они, наверное, уже заждались, – раскрасневшись от волнения, Катя схватила меня за руку и потащила по ступенькам вверх.

– Кто они? Разве мы не втроем будем? – удивилась я, двигаясь за ней в спешке.

– Ой, совсем забыла тебе сказать, Дима пригласил коллегу по работе. Собственно, на это я его надоумила, а то как-то неправильно получилось – я с Димой, а ты одна. Не против?

Ох, Катя-Катя, вечно ты со своей инициативой, не спросив у меня. Против, конечно. Еще как против. Не люблю, когда меня просвещают в самый последний момент.

– Нет, разумеется, вчетвером веселее будет, – ответила я и, делая вид, что ее затея мне пришлась по душе, счастливо улыбнулась.

И что я тут забыла? Если бы не Ам со своими проблемами, давно б уговорила всю эту компанию отправиться в какой-нибудь ночной клуб и оторваться по полной программе со всеми бурными вытекающими последствиями.

Но оказавшись внутри заведения, и оценив по последнему писку моды обстановку, мысленно поставила галочку одобрения. Живописная роспись сплетающихся тел на стенах, креативный танцпол, светодиодное точечное освещение потолка, словно над тобой звездное небо, – впечатляло. И в полумраке все это великолепие смотрелось очень эффектно и романтично, с легким намеком на секс.

Несколько пар уже танцевали, медленно покачиваясь в такт ненавязчивой, расслабляющей музыки. Но были и одиночки. Облокотившись о барную стойку, они со скучающим видом рассматривали посетителей ресторана. Ну что ж… Мне понравилось.

– А вот и наши мужчины, – радостно воскликнула подруга. Она рукой указала, на столик, за которым сидел Дима и его чуть ли не на всю голову лысый друг, по всей видимости, тот самый коллега по работе.

Да уж, подруженька, удружила так удружила.

Надо потом не забыть высказать, что я по всему этому поводу думаю.

* * *

– Девушка, из итальянской кухни у вас что-нибудь есть?

А он еще и гурман.

На протяжении получаса, на фоне веселой болтовни Катькиных друзей, я медленно потягивала легкий коктейль и наблюдала за темноволосым мужчиной, который сидел за тем самым четвертым столиком, ко мне спиной. Напротив него сидела не то, чтоб симпатичная, но вполне милая и стройная девушка в красивом вечернем платье цвета слоновой кости в контраст его стильному черному пиджаку. Она нежно улыбалась и периодически на что-то отвечала. А так как по счастливой случайности наши столики располагались рядом, причем в шахматном порядке, я легко отсеяла посторонние разговоры остальных гостей и, навострив ушки, настроилась лишь на один.

Разумеется, кроме банального романтического диалога, ничего интересного не услышала и, судя по тому, как девушка смотрела на своего ухажера – не сводя с него влюбленных глаз, – виды на него у нее были очень серьезные. А вот что по этому поводу думал ее спутник, еще предстояло узнать. И для этого мне нужны были его глаза. Да-да, те самые зеркала души, в которые стоит посмотреть лишь раз и вся информация как на ладони. Поэтому я сразу начала мысленно сосредотачиваться на ментальном приказе разворота…

– Несс?

И наткнулась на вопросительный взгляд Кати.

Тут я поняла, что потеряла нить разговора, в процессе которого изредка кивала головой, и видимо сейчас от меня ждали какой-то ответ. Быстренько припомнила, что речь вроде шла о неожиданном карьерном росте жмота…ладно-ладно Димы, как же все это было скучно, я, дабы не обидеть подругу выдала общую фразу, надеясь, что она вполне впишется в последнее предложение и этого будет достаточно:

– Ну что ж поздравляю.

– Несс, официант уже пять минут стоит возле тебя, чтобы узнать, принести ли еще коктейля.

Я в недоумении посмотрела на свой пустой бокал, потом на хмурое выражение лица подруги, естественно, она заметила мой секундный ступор и тут же сообразила, насколько мне было интересно слушать их пустую болтовню, и с невозмутимым видом протянула официанту бокал.

– Да, была бы вам очень признательна, – вежливо произнесла я ему.

– Может, девушка желает более легких напитков? – не унимался официант, и взял бокал так, что его пальцы полностью обхватили мои.

А вот это уже наглость. Не выдержав, я окинула этого подавальщика самым злобным взглядом, на который только была способна, надеясь, что он сразу испарится из поля зрения. Но, что я вижу… Его спокойные синие глаза и не думали наполняться страхом, а наоборот, вызывающе смотрели в мои карие колючки. АМУР! А он что тут делает? Да еще в смешном гриме, который делал его похожим на одного из собратьев Юго-Восточной Азии. Неужто проконтролировать явился, узкоглазенький ты мой?

– Нет, девушка желает то же самое и на этот раз, не разбавляйте пожалуйста, – я мило улыбнулась, пытаясь скрыть раздражение, так как не имела привычки работать под наблюдением. Да и вообще, синими брызгами своих глаз он меня только с мыслей сбивал. Причем крутящихся по заданному плану с того самого момента, как согласилась ему помочь, ибо продуманка с головы до ног.

– Вы уверенны в своем выборе? – деловито переспросил Амур, явно на что-то намекая.

– Абсолютно.

– Простите мою навязчивость, – продолжил официант услужливым тоном, – я, конечно же, с огромным удовольствием выполню ваше желание… Но, не могу такую красивую и шикарную девушку не предупредить о… крепкости коктейля, потому что… Потому что обилие таких напитков могут медленно убить разум.

О как! Значит, меньше пей, больше действуй. Удивительно. И как я сама об этом не догадалась?

– А я никуда не спешу, так что будьте добры, и побыстрей, если можно, – съехидничала я в ответ, и, засверкав улыбочкой, повернулась к друзьям.

Амуру ничего не оставалось, как молча забрать бокал и, удерживая поднос на пальцах одной руки, потопать к барной стойке.

– М-да. Впервые вижу, чтобы официанта волновало здоровье посетителей, – произнесла Катя, провожая сотрудника ресторана недоуменным взглядом.

– Не обращай внимания, им за это доплачивают, – усмехнулась я, но еще больше из-за отборного ворчания в свой адрес, которое возмущенный Ам бубнил себе под нос, пока мешал коктейль. Ведь знает же, что я все прекрасно слышу.

– Правда? Жаль, а я хотела ему хорошие чаевые оставить, – разочарованно протянула подруга, откидываясь на спинку стула.

– Катенька, не стоит. Эти бездари в фартуках за один вечер обдуривают клиентов немалыми вознаграждениями с чувством выполненного долга, – усмехнулся Дмитрий, приобняв ненаглядную за плечи.

– Интересно, откуда такая осведомленность? Неужели походы в рестораны для тебя обычное времяпрепровождение? – промурлыкала я наиграно вежливо.

Скрывать не буду – бойфрэнд подруги мне не нравился. Эдакий гламурный тип ну просто с колоссально огромным эго. На мой взгляд, великий жадюга, ибо подарок Кате на юбилей это единственное приличное место, куда он пригласил ее за все шесть месяцев их «романтичных» отношений. А ведь работал в какой-то крупной фирме топ-менеджером…

– Не обычное, просто это общеизвестный факт. Не веришь, проверь потом счет, не удивлюсь, если обнаружишь пару лишних строк, – спокойно ответил Дима, бросив на меня безразличный взгляд, потом сверкнул улыбкой и снова переключил внимание на именинницу. Еще сильнее прижал к себе и поцеловал в губы.

– Делать мне нечего, кто платит, тот пусть и проверяет, – буркнула я, наблюдая за их нежностями.

Проверить бы тебя друг на вшивость, а то сдается мне, ты здесь не только с Катей был…

– А я, пожалуй, оставлю чаевые, потому что он прав, – вклинился в разговор Олег – «неотразимый» коллега, отвлекая меня от размышлений.

– И в чем же? – полюбопытничала я, развернувшись к новому собеседнику.

Олег сидел рядом по левую сторону от меня, напротив Кати и Димы. Обычный мужчина тридцати пяти лет, с полуоблысевшей головой и если приглядеться, с мелкими морщинками на лбу. Дальше – тонкие губы, широкий нос с горбинкой, хомячковые щеки, маленькие глазки, в данный момент открыто пялившиеся на мою грудь, и небольшие с короткими пальчиками руки. Зуб дала бы, что они у него еще и нежные как у ребенка, не знавшего настоящего мужского труда. Уж что-что, а трудолюбивых уважаю больше. Умственный труд тоже в счет. Но Олегу до статуса трудоголика очень далеко, поскольку он типичный маменькин сынок, за которым убирают, стирают и по головке гладят. Ну как обычно в таких случаях. В общем, далеко не мой вкус, но на один вечер почти терпимо.

– В том, что ОЧЕНЬ красивая, и ОЧЕНЬ волнующая, – ответил он, расплываясь в многозначительной улыбке.

Неожиданно я почувствовала, как под столом что-то теплое легло на мое бедро. Я покосилась вниз и увидела его руку. Ну, понятно.

Нахмурившись, я снова посмотрела на Олега и встретила самоуверенно-похотливую ухмылку. Еле касаясь, двумя пальчика, я охватила его мужское запястье и грубо отвела конечность в сторону.

Обломинго, Олежек, продолжение банкета отменяется. Даже и не мечтай.

Хорошо, что мне достался понятливый собеседник, иначе залепила бы эдакому самцу по самое не хочу, но не пришлось. Обиженно поджав губы, он под предлогом нужды временно удалился. Я же с облегчением выдохнула.

– О, это наша любимая мелодия, – внезапно воскликнула Катя. – Дима, мы обязательно должны под нее станцевать. – Она резко поднялась и схватила его за руку. – Пойдем.

– Ты же знаешь – я не любитель, – замялся он, не двигаясь с места.

– Слышать ничего не хочу, – уже чуть захмелев, чересчур громко взвизгнула она, отчего несколько голов за соседними столиками повернулись в нашу сторону.

Катька, какая же ты молодец, обрадовалась я, потому что тот самый темноволосый, за четвертым столиком, тоже последовал примеру остальных и с еле заметным любопытством на лице обернулся. Вот что значит эффект толпы!

Глава 3

Любопытство может быть смертельным!

Вначале его взгляд остановился на моих друзьях, потом лениво перекочевал на пустой стул Олежика и наконец-то добрался до меня. Я же, разумеется, терять время даром не стала – немного подалась вперед, ослепительно улыбнулась, дабы заинтересовать и задержать на себе внимание и быстренько принялась копаться в его мыслях, желаниях, мечтаниях, и если таковые имелись, то и в любвеобильных сексуальных пороках. На что, в общем-то, и делала всегда ставку.

Но… Все идеально. Родился, учился, работал, еще не женился, но явно собирался. Свой дом, преданная собака, любимая работа, уважение коллег, достаток, причем достигнутый своим потом и кровью, а не как обычно благотворительность от родителей, и самое главное – ни одного, даже малейшего, малюсенького, мизерного намека на непристойное поведение. Да ладно? Таких не бывает. Прямо мужчина моей мечты. А я очень, очень привередлива.

Может еще раз посмотреть, вдруг что-то пропустила? Только вот осуществить задуманное легко не далось, потому что ко всему вышесказанному, природа одарила этого странного типа выразительными, под цвет его чуть удлиненных волос, темно-карими, как шоколад, глазами. И сейчас они спокойно, на лице маска безупречной вежливости, смотрели на меня, из-за чего я немного смутилась.

Кстати, заметка на будущее: у данного индивидуума стойкое самообладание. Хладнокровное. И дождаться момента растерянности или недоумения, чтобы поймать его на слабости, вряд ли удастся.

Итак, еще мгновение незнакомец смотрел на меня все тем же отстраненно-внимательным взглядом, потом, как и полагалось, повернулся к своей обожаемой и оставил меня ни с чем. В полном разочаровании я устало опустила голову и сделала несколько глубоких медитативных вздохов. Расслабление, расслабление, расслабление, ни капельки напряжения, и покой, покой, покой. Все-таки мозговая экскурсия изрядно выматывает, потому не так часто ею пользуюсь, только в исключительных случаях. И чтобы избавиться от временной хвори, которая приходит после сеанса телепатии, мне всегда нужно выдержать паузу. Этакая дыхательная гимнастика, которая быстро сводит на нет все недуги, и возвращает в прежнее бодрое состояние.

Спустя несколько секунд, уже в полном здравии и решимости, я подняла голову и снова задумчиво уперлась в спину странного типа. Что-то было не так. Не знаю, что именно, но такое безупречное кадровое резюме меня сильно заинтриговало. Уж слишком все идеально. Будто заранее подготовленный диафильм, который позволили просмотреть. Да, точно. Словно передо мной промелькнули красивые, бездушные картинки, которые я никак не могла связать между собой. Не было между ними какой-то плавности что ли…

Пока думала, что делать, краем глаза заметила Ама. Держа в руках заказанный напиток, он, не спеша, как и полагалось официанту, двигался в сторону нашего столика.

– Все в порядке, – сказала я успокаивающим тоном, когда он приблизился с тревогой в глазах, и поставил полный бокал коктейля к остальным приборам. Дима с Катей уже вовсю развлекались на танцполе, потому надобности в изощренных шифрованных речевых оборотах не было. А Олег, вообще видимо передумал возвращаться, ну и отлично.

– Точно?

– Да. Перестаралась просто, – я вымученно улыбнулась.

Такой ответ ему явно пришелся не по душе, поскольку тут же нахмурился, но быстро взял себя в руки и с искрой надежды в глазах спросил:

– Хорошо. Тогда что скажешь? Есть шансы?

– Нет. Поздравляю Ам, ты умудрился попасть в самого консервативного, порядочного и справедливого человека. С железной хваткой и верным глазом. Женщины его любят, так же, как и он не прочь побыть в их обществе, но дальше флирта никогда не заходит. Пипец, да он святее тебя, – подытожила я, усмехнувшись.

– По – нят – но. Ну, что ж, тогда мне ничего не остается, как пригласить тебя на свое разжалование. Вот уж попируем. Как раз то, чего ты всегда хотела.

– Я не хотела этого, – посмотрела на него с обидой, – а просто предлагала пойти на уступку. Кому-то же нужно было.

– Угу. И этим, кем-то в твоем понимании обязательно должен быть я. У нас же больше нет вариантов, ведь так, Несси? – на последнем слове он сделал ударение, потому что знал, насколько мне было противно на его взгляд вполне себе ласковое прозвище.

– Еще слово и о крылышках можешь забыть навсегда, – твердо отчеканила я.

– В смысле? Ты же сказала…

– Мало ли что я сказала. Это был предварительный вывод… – я увидела, что незнакомец поднялся со стула и, извинившись перед подругой, направился в сторону выхода. Возможно, просто решил подышать воздухом или перекурить, так как его черный пиджак остался на спинке стула. – А не окончательный, – быстро добавив, я поднялась и поспешила за ним.

– Куда ты? – удивился Амур.

– Хочу познакомиться поближе, – бросила я через плечо и ускорила шаг.

Я была права. Мой объект неприступности действительно вышел перекурить. Он стоял на одной из ступенек крыльца, вдыхал в себя сигаретный дым, и смотрел на сверкающее звездами ночное небо. В любой другой день я тоже не отказалась бы полюбоваться завораживающими звездными светлячками, разлетевшимися по всему небосклону и всегда привлекавшими меня своей недосягаемостью. В такие моменты я ощущала свободу, легкость, внутри все радостно трепетало, наполнялось счастьем, и время как будто замирало, оставляя меня наедине с собой. А это я ценила больше всего. Потому что даже демонам иногда хочется побыть в одиночестве – поразмыслить о своем вечном и, так сказать, злободневном бытии. Ведь кто не любит одиночества – тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным, обрести силу и научится рассчитывать на себя…

– Жаль, что скоро всего этого не будет, – неожиданно услышала я чуть хриплый, но глубокий и очень притягивающий голос.

Простите, вы, о чем?.. Тэк-с-с, видимо, мне еще и умник попался, философ. Ну, ничего, я тоже не промах.

– Да. Но и в неизбежности есть своя изюминка, – промурлыкала я, и медленно, словно подкрадывающийся хищник, подошла к мужчине. Поравнявшись с ним плечом к плечу, отметила, что даже несмотря на мои высоченные шпильки, он был выше на целую голову. Этакая громада прекрасного равнодушия, потому что незнакомец, как ни в чем не бывало, продолжал наблюдать за небом и время от времени делать затяжку.

– И какая же? – с отстраненным спокойствием поинтересовался он.

– А в том, что наконец-то не придется выбирать, думать, искать. Ты просто принимаешь все как есть, – я решила поиграть словами и перевести на романтический лад.

– Думаете?

– Уверена. Звезды порой заставляют мечтать. А мечтать – это будто рисовать на чистом холсте совершенство, идеал, который бы нам хотелось иметь. Где-то подотрем, что-то замажем и – вуаля! – на поводу наших желаний и мечтаний мы рисуем несоответствие действительности.

– А вы реалистка?!

Отбросив докуренную сигарету, незнакомец все же развернулся и посмотрел прямо мне в глаза.

В полумраке я не могла разглядеть выражение его лица, но блин, чем угодно могу поклясться, мои губы сейчас интересовали его больше всего.

– Увы, как раз та самая идеалистка, – прошептала я, чувствуя, что от его присутствия мне становится жарко. Очень жарко.

Затянулась пауза, после которой по всем законам жанра должен был последовать долгожданный поцелуй, только вот кому из нас этого хотелось больше, я так и не поняла. Потому что он для меня все еще был загадкой.

Вместо поцелуя мужчина вдруг неожиданно усмехнулся. И так странно, что мне в спину ударил электрический разряд страха. Что-то не так.

– Извините, но мне пора – сказал философ, медленно отстраняясь от меня. Потом резко развернулся и, спустившись по лестнице, двинулся от ресторана в ночную тьму.

Вот уж точно чудной. И куда это он так ломанулся?

Не обращая внимания на холод, я, чуть помедлив, засеменила вслед за ним, стараясь как можно тише цокать по тротуару каблуками. Держалась на незначительном расстоянии на случай, если вдруг обернется, быстренько нырнуть в какое-нибудь темное местечко. Но этого не потребовалось, потому что, завернув за угол, из-за которого я ранее потеряла его из виду, оказалась на перекрестке дорог, посередине которого увидела темный силуэт. Вокруг ни фонаря, ни любого другого источника света. Даже засомневалась, а он ли это вообще, так как человеческая фигура не двигалась. Вообще. Она застыла. Стала словно неживой. Или тенью от чего-то неживого. Н-да.

На какой-то миг показалось, что фигура исчезла, и поэтому я несколько раз моргнула, дабы убедиться, что человек все еще там, а потом сделала несколько шагов вперед. Неожиданно меня резко обдало ужасающим морозным холодом, и как-то сразу стало не по себе. Я вдруг почувствовала присутствие еще кого-то. Того, кто явно меня за что-то ненавидел. Мне даже не нужно было видеть. Я ощущала это, как говорят, всеми фибрами своей души.

В общем, теперь настала моя очередь застывать и лихорадочно соображать, как поступить. Предел своих возможностей я отлично знала, и постоять за себя умела, но только когда играла по своим правилам, а вот с такими нежданчиками сталкиваться еще не приходилось. Поэтому машинально сделала три шага назад. Остановилась, вгляделась в тень еще раз. Нет, что-то здесь и в самом деле не так. Лучше уйти. И побыстрей.

Но стоило развернуться, как я встретилась лицом к лицу, по всей видимости, с тем самым существом, которое из-за чего-то меня сильно невзлюбило. И у него было такое же ошеломленное выражение, которое было у меня секунду назад. Да уж, не повезло, осталось только разобраться кому именно.

Дальше все случилось настолько быстро, что до меня не сразу дошло, что это я отлетела назад и приземлилась на асфальт, сильно приложившись головой.

Черт, а это больно!

Итак, распластавшись на грязной наждачной дороге, я лежала в тупой неподвижности и непонимающе смотрела на небо. В области затылка пульсировала боль, которая судорожными волнами растекалась по телу до самых кончиков пальцев рук и ног. Неприятное ощущение. Будто миллионы осколков разбивались о мои ребра, мышцы, кости и возвращались обратно в точку на затылке, активно атакуя нервную систему. Но это ладно. Терпеть можно. Тем более я всегда быстро восстанавливалась. Больше возмущало – за что мне такое болезненное "счастье" привалило? И самое главное – кто это был?

Эти вопросы прокрутились у меня в голове за считанные секунды. Именно столько мне понадобилось времени, чтобы взять себя в руки – восстановить восприятие окружающего мира и решить, что делать дальше.

Я быстро поднялась на ноги, боли уже почти не чувствовала, а вот одежда изрядно потрепалась, сверкая многочисленными дырами. А аккуратный струящийся атласными волнами край наряда превратился в оборванные лохмотья, свисавшие лоскутами.

Вот гад, это было мое любимое платье. Ну, погоди, сам напросился.

Расправив плечи и искривив губы в подобие улыбки, я приготовилась нарушить данное примерно лет пятьдесят назад самой себе обещание – не убивать, пока не разберешься. Потому что тот, кто сейчас прятался в тени и ждал моей реакции, уж точно был настроен не на дипломатический лад.

– Кто ты? – прошипела я своему обидчику, сдерживая до нужного момента внутреннего зверя, возникшего из самого темного уголка моей души. Он рвал и метал, требуя свободы. Зверь хотел мщения. И это уже было не желание, а необходимость. – Выходи!

Сощурив глаза, я неотрывно смотрела в черноту, в которой еле-еле проглядывались очертания неизвестного. Я слышала его сердце. Оно стучала в бешеном ритме, словно несмолкаемый гул барабанов. Учащенное, судорожное дыхание и… СТРАХ! Да, это существо или кто бы там ни был, боялось меня. Это я уже ощущала по запаху, по вкусу всеми клеточками кожи. Все-таки не зря говорят, запах страха сильнее запаха крови. А уж на каком уровне это улавливалось – подсознательном, энергетическом – неважно. Главное, что я как собака чуяла желание убежать, испариться и спрятаться где-нибудь подальше от этого места. Только почему он медлил, и продолжал наблюдать, не понимала.

Ну что ж, тогда последуем принципу Магомеда и горы, только в ускоренном варианте.

Сотая доля секунды мне понадобилась, чтобы очутиться рядом с обидчиком, вцепиться в его теплое человеческое тело, кстати, да, это все-таки был человек, и таким же образом швырнуть на асфальт. Потом размытым пятном догнать его приземление, налететь сверху и сильно вдавить коленями в твердую поверхность. Он даже не успел пискнуть. И судя по размякшему состоянию, продолжать борьбу не собирался. Просто лежал, раскинув руки в сторону и, ошарашенный таким стремительным исходом, в немом изумлении смотрел на меня.

ОЛЕГ!

Ничего себе, обычный коллега по работе! Любитель черной магии, блин.

Когда я ослабила хватку, он тут же этим воспользовался – начал извиваться и дергаться.

– С ума сошла! Отпусти! – закричал напуганный Олег, пытаясь меня скинуть.

– Угу, сразу после того, как убью, – прорычала я в ответ и снова придавила к асфальту.

Он замер и жалобно, скорее даже обреченно простонал:

– Я не хотел тебя убивать, всего лишь проверить на прочность.

– Это ты кому-нибудь другому рассказывай. Наслать удар смерти – это явно не проверка на прочность. А самое что ни есть убийство. Только вот на мою удачу или твою тупость ты, видимо, забыл добавить какое-то решающее слово. Колдун хренов.

– Несс, Несса, Несси, умоляю, я не хотел. Правда, – заверещал он, словно недорезанная свинья. Я аж скривилась. Не, ну что за мужики пошли – с виду все ОК, а стоит чуть пригрозить, так сразу визжать и юбку задирать. – Как только тебя увидел, сразу оборвал заклинание. Не хотел убивать. Скорее чувство самосохранение сработало. Сам не ожидал, что так выйдет, когда тебя увидел…

Я смотрела на испуганную физиономию Олега и думала, он действительно такой идиот или прикидывается? Кому как не мне знать, что в заклинании всего ЧЕТЫРЕ латинских слова и либо ты сразу им убиваешь демона, либо вообще не используешь. Иначе, в случае ошибки, можно получить сильную и чаще всего смертельную отдачу. Да-да. С черной магией только так. Либо пан, либо пропал, другого не дано. И если решился, то действуй до конца. Но так как Олег цел и невредим, и я в добром здравии, значит, он либо действительно дурак, который сумел перепутать местами одно-два слова, либо… Честно говоря, не знала, чем закончить, потому что сама не понимала, почему осталась жива, если он вдруг все-таки все произнес правильно. Думаю, поэтому и медлил, скрываясь в тени. Дожидался моей смерти. Но, УВЫ, надежды не оправдались. После чего и получил – мордой об асфальт.

– Олег, не морочь мне голову. Сам понимаешь, что оправдываться глупо. И как ты мог успеть заметить, я далеко не обычный человек, чтобы вешать лапшу на уши. Так что советую говорить правду.

– Это правда. Машинально среагировал. А когда понял, что это ты, было уже поздно, – заладил он.

– Что за бред? И что значит, когда меня увидел? – зацепилась я за слово.

Надо еще про Диму узнать, вдруг у них там скооперированный междусобойчик темных дел. И возможно, что яркая, слепая любовь Кати – это его рук дело, а не истинное проявление чувств.

– Так не тебя хотел…

– А кого? – перебила его, догадавшись о ком, возможно, пойдет речь.

Неужели того странного типа, из-за которого я в общем-то и попала в эту заварушку? А ведь даже имени его не узнала. Как раз было бы кого проклинать во время предсмертной агонии. Кстати, а где он? Мог бы и помочь. Или для него в порядке вещей видеть врезающихся в асфальт девушек?

Удерживая нытика коленками – нельзя недооценивать противника, потому лучше не рисковать – я обернулась и устремила взгляд на перекресток, где в последний раз видела человеческую фигуру. Но только я повернула голову, как неожиданно почувствовала новый всплеск боли в бедре и в изумлении уставилась на тонкую торчащую из моей плоти рукоятку, по всей видимости ножа. Дальше пошла ломота в костях – верный признак того, что клинок заговоренный и пропитан каким-то ядом, и навалилась слабость, парализуя все тело. Мне вдруг очень сильно захотелось спать, отчего моя голова безвольно поникла, руки обмякли, и тело начало клонить прямо на Олега, который в свою очередь шустро перевернул меня на спину, и с довольным оскалом резко вытащил заостренный предмет из бедра. Я понимала, что мне нужно было срочно подавить действия яда, но затуманенный рассудок твердил другое – времени на восстановления нет. Отдохнешь после смерти, благо тебе до нее осталось не так много.

После этого мой мозг отключился окончательно.

Ну что ж, раз так, тогда пусть все убираются к чертям. А я на заслуженный покой. Наконец-то!

Под воздействием обманчивого восприятия закрыла глаза, и мой внутренний мир взорвался безумием, до которого неожиданно донесся родной и любимый голос Ама. Он кричал и просил вернуться обратно. Я хотела, правда хотела, только забыла зачем.

* * *

– Несса, возвращайся, слышишь! Очнись!

Голос еще долго кричал, но все было бестолково. Мне и здесь неплохо, зачем куда-то возвращаться? Тут я не чувствую боли, меня никто не ненавидит, никто не собирается убивать, здесь я никому не нужна. Немного взгрустнулось от последнего, но одиночество, в общем-то, никогда не пугало и даже нравилось. Потому что в одиночестве чувствовала себя свободной. Наслаждалась тишиной, полностью погружалась в свой мир – там я была такой, какая есть. Думала о том, о чем хотела, а не о том, о чем нужно было, дабы случайно не раскрыть свою сущность, излечивала женскую демоническую душу от разных издержек магических штучек. В общем, было комфортно и уютно одновременно.

Неожиданно кто-то попытался проникнуть в мою скромную подсознательную обитель и воздействовать на разум.

– Пошел вон, – крикнула я ему, и тут же почувствовала, как мое тело прижали к чему-то теплому и твердому. Я слышала, как там учащенно билось сердце и что кто-то, не теряя надежды, шептал «Вернись». И этот кто-то, словно маленького ребенка, начал меня убаюкивать.

Как мило… И приятно. Даже очень.

Ну, ладно, вернусь, пожалуй. Тем более мне уже гораздо лучше. Раны зажили, и я полностью восстановилась. Конечно, идея свалить от всех была отличной, но валяться тут во тьме, когда из реальности настойчиво зовут, очень нервирует и пробуждает сильное любопытство. Демонов же не просто так вызывают. Может выгодную сделку хотят заключить или напакостить бывшей подруге, сопернику, врагу. Легко обогатиться или разорить несправедливого начальника. А может, надо кого-нибудь убить. Тоже вариант. Вообще-то это не по моей части, но… Внезапно я замерла и уставилась на возникшие непонятно откуда воспоминания последнего вечера, прежде чем провалиться в сонную пропасть. Перед глазами вновь и вновь прокручивался один и тот же эпизод, связанный с моей преждевременной кончиной.

Ночь, улица, фонарь… Нет, фонаря как раз-таки не было. Зато был красивый незнакомец, стоящий на перекрестке рядом с аптекой, потом полуоблысевший ненормальный, маг типа, я и торчащая из правого бедра деревянная рукоятка. Все понятно.

Тэк-с! По-моему, с сегодняшнего вечера, убивать УЖЕ стало моей частью. И теперь я даже знала, с кого начать. Так что, Несс, поднимай-ка, милая, свою задницу, и бегом обратно в реальность. А то, пока ты тут медитативно прохлаждаешься, тебя действительно преспокойненько укокошат. И кто потом будет кормить Петрушу?..

Я медленно открываю глаза и таким же темпом прихожу в себя. Вначале все видится мутным и расплывчатым. Фокусируюсь на одной точке и через пару секунд понимаю, что смотрю в синие, наполненной тревогой глаза Амура. Он лежал рядом, почему-то с голым торсом, крепко меня обнимал и прижимал к себе. Я от удивления открыла рот, чтобы высказать все, что по этому поводу думала, но…

– Ты очнулась! – прошептал он, целуя щеки, лоб, виски, волосы, куда только мог дотянуться.

– Да-да, очнулась, – пробубнила я быстро и, просунув между нашими телами руку, попыталась его оттолкнуть.

– Что ты делаешь?

– А ты не видишь? Хочу отлепить тебя от себя.

На мое заявление, Амур только ухмыльнулся. Затем еще сильнее прижал к груди, зарылся рукой в волосы и, сжимая затылок, полностью лишил возможности увернуться.

– Не надо, – прохрипела я, чувствую, как внизу живота от предвкушения запорхали бабочки, а тело предательски выгнулось ему навстречу.

Ответом был поцелуй. Ненастойчивый, в репертуаре Ама, ленивый, с легким заявлением своего права на меня. Одной рукой он продолжал удерживать затылок, вторая же пустилась в сладострастное путешествие вдоль спины. В этот момент мне удалось освободить руки, отчего он слегка напрягся в ожидании сопротивления. Но я просто запустила пальцы ему в волосы и… крепко прижала его голову к себе, страстно отвечая на поцелуй.

Все-таки пребывание во тьме творит чудеса. Энергии столько, что, кажется, отдых мне не понадобится еще как минимум неделю. Так бы целовалась и целовалась.

Привыкший к постоянным отказам, Амур явно не ожидал такого поворота. Потому теперь он в свою очередь начал вырываться. Но вцепилась я крепко, и кто сейчас кого соблазнял, понять уже было трудно.

А что такого? Подумаешь, изголодавшаяся по поцелуям девушка, дальше ведь ни-ни. Зачем ворошить прошлое и давать пустые надежды? Сейчас, только еще немножко попользуюсь моментом и…

Взять себя в руки мне стоило неимоверных усилий, но я все-таки собралась, резко его оттолкнула и демонстративно вытерла губы тыльной стороной ладони.

Какое-то время мы просто лежали и, учащенно дыша, смотрели друг на друга. Мои губы распухли, грудь болела, а если бы я еще стояла, то уверена, в ту же секунду потеряла бы равновесие и на радость мужскому самолюбию плюхнулась прямо ему под ноги. Поэтому хорошо, что я лежу. Отвела взгляд, огляделась. Кстати, и лежу в своей кровати, у себя дома.

– Что ты сделал с Олегом? – спросила я, несмотря на то, что все мое тело трепетало от возбуждения и всячески настаивало на продолжение ласк.

– Ничего. – И встретив мой сомневающийся взгляд, добавил – Почти ничего.

– Да прекрати меня поглаживать. Что значит почти? Где он?

– Скажу так, с моей помощью он отправился в вольный полет через растущие недалеко кусты шиповника. Что с ним произошло дальше, не знаю, меня больше ты волновала. Но он определенно жив, иначе я почувствовал бы его смерть.

– Ам, – начала я с серьезным видом, – вот поэтому мы и не можем быть вместе. Каждый раз одно и тоже. Стоит нам сойтись, так обязательно что-нибудь происходит. От переизбытка эмоций я слабею и на радость охотникам теряю бдительность. Мою раскаленную от излишка чувств ауру они фиксируют за несколько метров. И я сейчас не о себе беспокоюсь… просто ты не можешь постоянно меня спасать, иначе когда-нибудь сам пострадаешь.

– Думаешь, Олег все-таки охотник? – спокойно спросил Амур, заправляя за ухо локон, упавший на мою щеку.

Нет, ну что за баран упрямый? Ведь специально же игнорирует.

– Сомневаюсь. А если да, то определенно еще новичок. Ты вообще слышал, что я тебе сказала?

– Да, – и нежно провел кончиками пальцев по щеке.

Я отвела его руку в сторону, потом поднялась с кровати и, снимая на ходу изорванное платье, направилась в душ.

– Хорошо, тогда предлагаю ретироваться с миром, ты согласен?

– Нет, разумеется!

Красноречиво выругавшись, я громко захлопнула за собой дверь.

* * *

В ванной комнате я быстро сняла нижнее белье и принялась внимательно осматривать небольшую зажившую ранку на внешней стороне левого бедра. Осторожно дотронувшись до нее, приготовилась к болезненным ощущениям, но ничего не почувствовала. Кожа вокруг пореза будто онемела – последствия яда, и насколько могу предполагать, чувствительность после такого посягательства на жизнь вернется еще не скоро. И если бы не Ам, возможно, сейчас я была уже мертва.

– Эх, Ам, Ам. Почему не отпустить меня просто и все?! Ведь ты действительно, когда-нибудь пострадаешь, – вздохнула я.

Глава 4

Беги детка, беги. И как можно дальше!

Завернувшись в полотенце, я вышла из ванны и пошлепала в спальню. Там я наткнулась на странную картину. Развалившись в кресле, Амур держал в руках ажурные черные трусики, и иронично изогнув бровь, рассматривал их с разных сторон.

– Раньше ты такое не носила.

– Времена меняются, – я нисколько не смутилась, быстрым движением выхватила белье, вернула обратно в верхний ящик расписного комода, – как и мода. И вообще, разве тебе не говорили, что копаться в чужих вещах нехорошо?

Когда обернулась, Амур все так же сидел в кресле, и, скрестив на груди руки, оценивающе разглядывал мои оголенные ноги.

– Хватит на меня глазеть.

– А есть разница между глазением и восхищением? – улыбнулся он.

– Слушай, если тебе нечем заняться, сделай доброе дело – приготовь завтрак. А то мой желудок уже очень громко выражает недовольство.

– После трехдневной диеты этого ожидать стоило, – хмыкнул он и, поднявшись с кресла, направился на кухню, прихватив с собой светлый свитер, который неряшливо свисал с края кровати.

– Я что, спала три дня?

– Ага, и три ночи.

Я проводила его округлившимися от удивления глазами до самой кухни.

Три дня! Ничего себе! Как быстро пролетело время, пока я была в отключке. А мне показалось, что прошло не больше двух часов. Н-да.

Несколько секунд я стояла неподвижно, потом, пожав плечами: ну бывает, что с того, зато наконец-то выспалась, двинулась к шкафу. Открыв дверцу, я отстраненным взглядом уставилась на полки. И почему меня мучает ощущение, что сейчас нужно было думать явно не о завтраке?

Ни разу не подводившая интуиция, которой я доверяла даже больше, чем Аму, почему-то вдруг забила тревогу и настойчиво толкала к каким – то действиям. Хм…

Я повернула голову и с задумчивым видом заскользила по своему отражению в зеркале. Думай, Несса, думай. Проблемы нужно решать по мере их поступления. А раз нет проблем… Или все же есть?..

И меня наконец-то осенило.

ЧЕРТ! Это же целых три дня! Удивительно, как они еще не нагрянули за это время. Черт! Черт! Черт!

Сосредоточенная на одной мысли, я отбросила полотенце, потом поспешно натянула джинсы и черную футболку с кельтским серебристым узором кошки. На ходу собрала волосы в хвост, накинула куртку, и, запрыгнув в ботинки, ринулась на кухню.

Ам стоял у плиты и напевал какую-то смешную песенку. Да уж, кулинария явно не его профиль – пахло подгоревшей яичницей и свежим кофе.

– Нам надо уходить отсюда. И чем быстрее, тем лучше.

Он обернулся и протянул мне наполненную кружку ароматным напитком. Схватила ее и сделала два крупных глотка.

– Зачем уходить?

– Затем что…

Меня перебил неожиданно зазвонивший мобильник. По доносившейся из спальни мелодии поняла – Катя. Мигом очутилась в комнате и обнаружила телефон на полу рядом с кроватью. Видимо выпал из кармана платья. Не раздумывая, подняла аппарат и ответила на вызов.

– Где ты была? Почему не отвечала на сообщения? Вадим Сергеевич в бешенстве. Ты пропустила пять лекций. А заменить тебя некому. И вообще, как тебе не стыдно?! Ты меня бросила. Вначале пропал Олег, потом ты испарилась на три дня…Что происходит? – наконец замолчала подруга, фыркая в трубку.

– Кать, прости, мне стыдно, очень стыдно, но сейчас не могу говорить. Я… заболела.

Любимая студенческая отмазка, так как разглагольствовать времени не было.

– Как заболела? Что-то серьезное? – встревожилась она. – А по голосу не скажешь. Может, приехать?

– Не надо. Обычная простуда. Не переживай. Еще день-два поваляюсь в кровати и буду как огурчик. Прости, нужно было позвонить, но… честно говоря, все эти дни я только и делала, что спала. Сейчас уже намного лучше.

Пока Катька молчала и раздумывала над моими словами, я тем временем вернулась на кухню. Амур как ни в чем ни бывало стоял у окна и, держа в руках тарелку с подгоревшей пищей, активно трапезничал.

Совсем с ума сошел? Как можно спокойно есть, когда нас скоро убьют, блин!

Потом он подцепил вилкой очередной кусочек, смутно напоминающий колбасу, и с довольным видом протянул мне. Мол, попробуй, не пожалеешь.

– Ну, ладно. Смотри сама. В случае чего звони.

Покачав головой, отказалась от предложенной «вкуснятины». И как можно есть такую гадость?

– Угу. Пока. Нет, стой. Кать?

– Что?

– Ничего, просто будь осторожна, – пожелала я ей, вспоминая плачевный эпизод с Олегом.

– Странная ты какая-то, Несс. Кстати, забыла сказать, Олег недавно спрашивал у Димы твой адрес. Сказал, что хочет устроить тебе сюрприз. Это так романтично, – мечтательно произнесла подруга. – Ты ему понравилась. Так что жди гостей!

И, словно по сигналу, в этот момент кто-то позвонил в дверь.

Уже дождалась, мрачно заключила я про себя и нажала на кнопку «отбой».

Звонок снова ожил, потом повисла ожидающая тишина. Но для кого как, разумеется. Потому что я отчетливо слышала, как по ту сторону двери шептались некие лица, решая, что им делать дальше. По разговору поняла – об исходе в мою пользу можно было и не мечтать, поскольку указание было – любым способом проникнуть внутрь. И, конечно, во избежание шума самое простое, для начала – это просто взломать замок. Чем, собственно, они и занялись. Хотя такой способ для меня показался странным. Интересно, кто охотникам преподает практическую демонологию? Неужели они на самом деле думают, что обычная отмычка, одна из результативных вещей, которая легко поможет им попасть в квартиру? Нет, ну надо же хоть как-то учитывать демоническую хитрость.

Усилив ментальную защиту двери, мы с Амом побежали в спальню. Конечно, он сразу сообразил, что случилось, и бороться сейчас смысла не было – каждый боялся за жизнь другого, особенно после случая с Олегом. А охотники были, есть и будут всегда. Всех не перебьешь. Уже не в первый раз мы вот так срывались с места и сломя голову уносили ноги. И каждый такой раз я хотела считать последним. Но, УВЫ! Видимо, это наша судьба.

Отодвинув занавеску, Ам открыл балконную дверь, и мы выбрались на балкон.

– Высоко! – присвистнул он, ухватившись за железные перила.

– Так я ближе к звездам.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул Амур, зная мою чудную любовь к недостижимому. – Ну что, готова?

Он перекинул через перила сначала одну, потом вторую ногу и протянул мне руку помощи.

– Я сейчас, – бросила ему и тут же на несколько секунд испарилась, оставив в полном недоумении. – Вот теперь готова. – И крепко держа небольшую переносную клетку, проделала те же самые движения.

– А без пернатого никак?

– Слушай, я же не спрашивала тогда, зачем ты прихватил с собой полумертвого терьера.

– Вообще-то это был мой пес.

– А это МОЙ попугай. Так что расправляй крылышки, амиго, сегодня я твой пассажир.

– В смысле?

Внезапный громкий ударный звук в квартире заставил нас вздрогнуть.

– Петруша не переживет телепортацию, – заключила я быстро.

– И как я не подумал об этом, – проворчал Амур, надежно обнимая меня за талию, – только ради тебя, Петруша, – и оттолкнувшись от бетонного выступа, мы камнем полетели вниз.

Ух! С ветерком!

От стремительного приближения к земле мое сердце подпрыгнуло и заколотилось где-то в горле. Скорость падения увеличивалась вместе с адреналином, который УЖЕ превысил все допустимые нормы и теперь молотом стучал в висках. Но я была в восторге. Надо же, сколько удивительных и необычных ощущений пропустила, используя телепорт. Напряжение и экстаз одновременно – это что-то. Просто неописуемое удовольствие. Интересно, Ам тоже это испытывает или уже привык?

После второго этажа сопротивление воздуха резко смягчилось, и мы плавно опустились на землю. Но мой боинг не спешил разжимать объятия, поскольку чувствовал, что сейчас я определенно нуждалась в поддержке и за это была ему очень благодарна. Потому что стоило мне коснуться земли, как ноги тут же подкосились, и если бы не Ам, то сами понимаете, что случилось бы. И, конечно же, при свете дня без лишних очевидцев не обошлось.

– О Господи, свят-свят! – Заохала и закрестилась какая-то старушка, пока Амур прятал огромные белые крылья, которые раскрыл в самый последний момент и использовал в качестве тормозного парашюта. Потом сморщенное старческое лицо вдруг побледнела, а руки заметно задрожали.

Только этого нам еще не хватало. Хотя бабку можно понять – мы ж как снег на голову, да еще с исчезающими крыльями.

– Спокойно, бабуля, сценический костюм и обычный трюк с подстраховкой. На крыше скрытая камера. Нервничать ни к чему, – произнесла я уверенным тоном первое, что пришло на ум.

Бред, конечно, но эффективный. Старушка сразу проглотила и приняла за чистую правду.

– А разрешение у вас есть на эти трюки-то, – быстренько вернулась она к жизни, потом резво, будто и не было до этого сердечного приступа, поднялась с лавки, и, преградив путь, угрожающе двинулась на нас. – Да я сейчас полицию вызову! Знаю я вас лихачей. Совсем с ума сошли? Все прославиться небось хотите в этом, как его… тик-ток.

Хм… продвинутая бабка.

– Заморочь ее, – предложил Ам.

– Что? Еще угрожаете? – заверещала она, преувеличенно изображая ужас. – Помогите! Хулиганы убивают.

– Да что ж такое-то? – не выдержал Амур, и, расцепив объятие, двинулся к старушке навстречу.

Дальше произошло невероятное. Словно по щелчку, пожилая женщина вмиг утихомирилась, и на некоторое время зависла. Впечатление сложилось такое, будто сейчас она пережила глобальную перезагрузку всей нервной системы, потому что от ее негатива не осталось ни следа. Старушка вдруг повеселела, черты лица смягчились, и уж как-то подозрительно для меня умиленно уставилась на Ама. Тот в свою очередь галантно взял ее за руку и прошептав что-то на ухо, обратно усадил на лавку. Та, продемонстрировав милую беззубую улыбку и расплывшись от счастья, покорно подчинилась. Амур пожелал на прощание крепкого здоровья и неспешно направился ко мне.

Удивительно.

– Куда? – спокойно поинтересовался он, будто спрашивал, о чем-то совершенно обыденном.

Да уж. Его самоконтролю можно только позавидовать. Кстати, это первая характерная черта, которую ценила в нем.

– Думаю.

– Некогда, Несс…

– Да знаю я, – перебила его, лихорадочно осматривая двор и гаражные постройки, боясь, что вот-вот кто-нибудь выскочит из своего укрытия и с сумасшедшим воплем кинется на нас.

Эх, нужно было послушать Катьку и вовремя обзавестись железным конем. Машина сейчас точно б не помешала, и, как назло, ни одной стоящей рядом, которую можно было бы на время позаимствовать. Хотя в понедельник утром этого ожидать стоило. Работу еще никто не отменял. Так что…

– А вот и наше спасение, – улыбнулась я, задержав взгляд на одиноко припаркованном у дальних гаражей мотоцикле.

– Бежим, – моментально среагировал Амур, без лишних вопросов. Это была вторая черта. Все бы так.

Мы успели отбежать на несколько метров, когда из моего подъезда выбежали четверо охотников в черных гопнических одеяниях и с криками остановиться, а то хуже будет, бросились нас догонять.

Вот блин, а все из-за этой визгливой пожилой сирены. Столько время потеряли…

Двое рванули наперерез, но перехватить нас не успевали. Самый шустрый попытался схватить меня за волосы, но Ам с размаху врезал по его лицу кулаком. Отличный хук и болезненный – прямо в нос. Отчего охотник сразу ахнул и схватился за пострадавшую часть тела.

В общем-то, и все. Быстро оседлав мотоцикл, рулить предоставила благоверному, поскольку ни черта не смыслила в управлении, и Ам завел его одним словом.

– Что ты сделал с бабкой?

Интересно же. Еще потому, что Амурам строго-настрого запрещено использовать свои возможности в личных целях.

– Влюбил в себя. Держись, – предупредил он и резко крутанул ручку газа.

С оглушающим ревом, словно изголодавшийся по свободе зверь, мотоцикл тут же сорвался с места и увез нас в неизвестность.

* * *

Спустя двадцать минут, в течение которых оглянулась раз сорок, я убедилась, что никто за нами гнаться не собирался. Да еще бы. С таким рулевым, видимо возомнившим себя гонщиком-экстремалом – то резко тормозил, то так же внезапно разгонялся, то на дикой скорости выделывал невероятные виражи между домами – разве угонишься. Даже полицейский махнул рукой, когда мы вихрем промчались мимо его металлического цвета тарахтелки. Все равно ж не догонит, зачем просто так бензин сжигать. Честно говоря, против такой сумасшедшей поездки я ничего не имела. И в любой другой день сама с удовольствием покаталась бы, но сейчас нужно было думать о другом.

Мой первый крик остановиться Амур пропустил мимо ушей и, переключив скорость, поехал еще быстрее.

– Это не мотоцикл, а ракета! – крикнул он сквозь шум мотора, явно наслаждаясь своим занятием.

– Ты едешь слишком быстро.

– Да ладно! Всего лишь сто пятьдесят! – возмутился он.

Действительно, ерунда какая. Мне-то все равно, а вот прохожим – иногда нас заносило на тротуар – явно не до спокойствия.

Я намертво вцепилась в него ручонками и до боли уперлась в клетку, которую раннее зафиксировала между его спиной и своим животом.

Еще минут пятнадцать мы неслись по главной дороге, обгоняя автомобиль за автомобилем, пока не выехали за город. Но и тут Ам почему-то сбавлять скорость не спешил.

– Останови! – заорала я во всю мочь и сильно сжала его бока.

Словно очнувшись, он резко затормозил, слегка выехав на обочину. Мотоцикл чуть не занесло, но потом он выровнялся и замер.

– Прости, это все эмоции. Давно не ездил просто, – начал провинившийся с оправданий. – Знаешь, а ведь в прошлой жизни я был гепардом…

Это третья черта, которую любила в нем. Всегда, в самый можно сказать напряженный момент, что-нибудь ась, да и ляпнет.

* * *

– Что ты придумала? Зачем тебе к этому типу?

Мы стояли на обочине и громко спорили.

– Затем, что у меня есть подозрения, что он как-то причастен к моему несостоявшемуся убийству, – я надрывалась, чтобы перекричать шум проезжающих машин.

– Бред! Каким образом? Кроме лысого там больше никого не было.

– Когда появился ты – возможно, но не попрись я за этим красавцем, тебе вообще не пришлось бы меня спасать. Это была заранее подготовленная ловушка, Ам, а вот для кого именно и за что, нам еще только предстоит узнать.

В этот момент оглушающе гудя, и едва не задев мотоцикл, мимо проехала фура. Ам смотрел на меня, совершенно сбитый с толку.

– Я не понимаю. За каким чертом нам что-то узнавать? И так все понятно. Ты демон, они охотники за демонами, вполне обычный для нас с тобой случай. Свалили бы как раньше и все.

– В том то дело, что сейчас не все как раньше, – заорала я, правда не совсем понимала с чего вдруг у меня такое проявление злости.

– А что изменилось, Несс?

– Я… не знаю.

И это была правда. Конечно, нам нужно было поступить как предлагал Ам, но… Вот это, НО меня и беспокоило.

Действительно, Несс, что же изменилось? Может, тебе надоело убегать? Может, ты захотела хоть раз остановиться и дать убедительный отпор? А может, наконец-то решила освободиться от вечного статуса изгоя и спокойно зажить с Амом? Что, Несс?

Вопросы, вопросы, вопросы и туманные, невразумительные, скользкие ответы. Единственное, что я могла сказать точно – это то, что у меня вдруг появилось ну просто огромнейшее желание изменить свою жизнь. Как – пока еще не знала, но определенно чувствовала, что сейчас нужно было вернуться обратно. Зачем – тоже не понимала, но от смерти бегством не избавишься и если суждено, то по крайней мере потом, в конце, если меня все-таки постигнет печальная участь, спокойно, без сожалений, смогу заявить, что я сделала все, чтобы сохранить себе мирное существование.

– Ладно, если ты не хочешь, то тащить силой, как барана на бойню уж точно не собираюсь. Мне же лучше. Сама отправлюсь к нему и все выясню.

– Зачем? – не унимался Ам. – А может, это отговорка? Признайся, Несс, он ведь на самом деле понравился тебе, да? Между прочим, меня ты редко красавчиком называла.

Я подошла к мотоциклу и заглянула в клетку. Петруша чувствовал себя прекрасно – как обычно наводил в крылышках чистоту, потом выпрямилась и насмешливо подняла бровь.

– Ревнуешь?

Решила немного подстегнуть.

– Да.

– Брось, ну обаятельный, ну привлекательный, ну красивый…

– Несс…

– Еще уверенный в себе, умный, потрясающая фигура…

– Несс…

Ам явно начинал злиться.

– Приятный голос, спокойный взгляд…

– НЕССИ!

Я резко замолчала, но ненадолго:

– Тогда не говори глупостей. Кстати, есть еще одна причина, из-за который мы оба должны вернуться назад и наведаться к нему.

– Какая?

– Нам, точнее МНЕ, нужно, навести порядок в ТВОЕМ амуровском списке влюбленных. Забыл?.. Или тебе уже плевать на судьбы людей?

Надавила на самое больное.

* * *

Дом, в котором жил незнакомец, выглядел таинственно – двухэтажное здание, высокое и узкое, оно как бы нависало над самим собой. На каждом уровне были небольшие балконы разного размера. Они придавали стенам неровную ломаную форму. Рядом с домом располагался простой металлический гараж. И стояло это странное здание, до которого мы добрались уже ближе к вечеру, в отдалении от соседей, крайним в ряду.

Погода портилась – дул ледяной, колючий ветер, из-за чего мне не терпелось оказаться внутри. Звонка на двери не было. Но и мы, собственно, не на чай пришли, чтобы соблюдать правила приличия и с деловым видом стучаться в дом. Да и по отсутствующему свету в окнах поняли – хозяина нет. Нам же лучше. Застать врасплох – самая выгодная ситуация. Так что вперед.

Я осмотрелась, дабы убедиться, что из соседних домов за нами никто не наблюдает, передала клетку Аму и мигом очутилась на крыше гаража. Через несколько секунд Амур последовал за мной, но в замедленном темпе, чтобы не повредить Петруше. Одобрительно кивнула и направилась к самому ближнему балкону. На мою удачу, дверца удерживалась простой задвижкой, которую я мысленным образом потянула пальчиком в нужную сторону, обеспечивая тем самым свободный доступ в помещение, без лишних разбиваний стекол. Всё – таки проходить сквозь стены я пока еще не умела. Не тот уровень.

А вообще, во избежание воровской деятельности, устанавливать такие ненадежные защелки как-то странно. О сигнализации молчу, потому что такое средство охраны не всем по карману. Но на прочные замки мог бы и раскошелиться. За костюм, в котором был ресторане, небось приличную сумму отвалил, а тут видимо пожмотничал.

– Все, путь свободен, – прошептала я, услышав щелчок открывшейся двери.

– Ну, наконец-то, а то я уж было подумал, что сноровку потеряла, – подстегнул Ам, открыто демонстрируя недовольство.

В ответ я лишь фыркнула, потому что прекрасно понимала причину его злости. Не хотел он ехать сюда, очень не хотел, но пришлось.

– Одну я тебя не пущу, – это были последние слова, когда мы сели в мотоцикл и направились в другой конец города.

Всю дорогу он молча дулся, а сейчас видимо не выдержал и решил брать ворчанием. Ничего, как надулся, так и сдуешься.

Оказавшись внутри, я осторожно, без лишнего шума закрыла балкон и еще раз обратила внимание на задвижку.

– Слушай, обходиться без дополнительных мер безопасности с его стороны глупо и безответственно.

– А зачем они ему, у него же есть пес, – мрачно заключил Ам, хмуро уставившись куда-то вглубь комнаты.

– Что? – удивилась я, услышав за спиной глухое рычание.

Вот черт, и как я могла забыть. Только этого нам не хватало. Обернувшись, сразу увидела огромную черную собаку, которая стояла в двух метрах от нас, посередине комнаты, и угрожающе обнажив белые клыки, готовилась к нападению. Встреть этого пса в любой другой день, я бы обязательно восхитилась его породистым телом. Но сейчас перед нами был неумолимый страж – губа от возбуждения дрожит, голова и уши напряжены, его кожу покрывала густая, блестящая шерсть, натянутая на восемьдесят килограммов мускулов, готовых к действию. В общем, полный пипец.

– Что ты стоишь, сделай что-нибудь, – прошептала Аму, замерев в неподвижности.

– Что именно? Я ведь амур, а не кинолог.

– Да что угодно… влюби ее в себя, со старушкой же вышло.

– Несс, не говори глупостей. Это же собака.

– Ну а что тогда делать?

– Предлагаю пожертвовать.

– Кем?

– Попугаем. Как отвлекающий маневр сойдёт.

– Живо отдай мне Петрушу. Не позволю.

– Не понимаю, зачем тебе эта птица?

– Просто верни мне его и все. И если уж хочется кем-то жертвовать, жертвуй собой.

– Угу. Я тоже тебя люблю, Несси.

Пока мы перепирались, собака снова зарычала, продемонстрировав впечатляющую челюсть, и не мешкая прыгнула на Ама. Среагировал он быстро – поднялся на пару метров вверх и завис прямо над ней. Я в свою очередь мигом переместилась в сторону, едва касаясь бежевого коврового покрытия, и оказалась позади мохнатого бойца.

Попытка успокоить песика эмпатическим импульсом дружбы провалилась в туже секунду, потому что он резко развернулся и кинулся на меня. Единственное, что я успела сделать, прежде чем снова податься сверхскоростному перемещению – это сымпровизировать голосовыми связками тот самый ультразвук, которым обычно отпугивают разбушевавшихся собак, отчего громогласный страж слегка растерялся, притормозил и на несколько секунд прижал уши. Недолгая заминка была как раз кстати – я сорвалась с места, быстренько вскарабкалась, используя книжные полки как лестницу, на высокий шкаф и посмотрела вниз, дабы увидеть, что произошло с животным дальше. Неудачная затея. Потому что песик, как ни в чем, ни, бывало, уже смирно сидел у подножия книжной стенки, и, словно гипнотизируя не сводящим взглядом, смотрел на меня, из-за чего я застыла в тупой неподвижности.

Ух. Не знаю, что точно случилось, но я вдруг услышала резко усиливающееся мощное звуковое излучение, словно бумерангом отскочившее от животного и теперь целенаправленно атакующее меня. Вдобавок этот песик словно магнитом начал притягивать мое тело, и дабы не свалиться вниз, я по инерции крепко вцепилась в деревянную узорчатую перегородку. Икроножные мышцы свело судорогой. Появилось головокружение и резь в животе. До крови прикусила губу, давя рвущийся наружу крик, поскольку не могла больше слышать убивающий громкий сигнал. Это конец, пришло почему-то на ум. Да-да, именно он. Что-то в последнее время я слишком часто задумываюсь о смерти. Неужели и правда пора?.. Нет, надо бороться.

Продолжаю смотреть в маленькие черные глазки мохнатого и понимаю – вырваться из засасывающей бездны не получится. Еще чуть-чуть, и от боли мои руки сами по себе разожмутся, и я рыбкой полечу прямо зверю в пасть. В глазах потемнело, пальцы судорожно пытаются задержать падение, цепляясь за перегородку, но…

– Гром, ко мне! Ко мне мальчик! – раздалось неожиданно.

Тот же глубокий, но уже твердый уверенный голос.

Я устало подняла голову, необходимость сопротивления гипнозу высосала последние силы, и посмотрела в дальний затемненный угол комнаты. Сфокусировала взгляд на силуэте, прячущемуся в тени. Видимо, он находился в комнате достаточное количество времени, выжидательно наблюдая за нами. Немного поддалась вперед и пригляделась. В углу увидела кресло и, конечно же, того самого типа из ресторана.

Послушный хвостатый слуга послушно ретировался в сторону хозяина, преданно улегся у его ног и положил голову на лапы, глаза при этом не закрыл – караулил незваных гостей.

– Так и знал – наполовину демоничка и святой любядеец, – бросил незнакомец с равнодушием. – Стоять, – тут же пригрозил он Аму, когда тот попытался сорваться с места и подлететь ко мне.

Интересно, почему он раньше этого не сделал?

– А вы я посмотрю, совсем не удивлены, – сказала я, тоном в тон, но контролировать эмоции давалось очень тяжело.

– Отчего же, приструнить собаку низкой частотой – задумка весьма интересная.

– Однако безрезультатно.

– Естественно. Это же питомец охотника, а не обычная дворовая псина.

Говорил он медленно, мягким, приторно-сладким голосом, с гнильцой.

Такого поворота событий я не ожидала, потому настороженно покосилась на Ама. Встретила вполне себе предсказуемый взгляд – я же говорил, что не стоило возвращаться.

– Так, значит мы в логове охотника! Весело, – хмыкнула я обреченно.

– Не совсем. Я в отставке.

– От этого мне легче не стало.

Мужчина поднялся и в полумраке уверенной походкой направился к столу возле шкафа, на котором лежала кипа бумаг. И принялся усердно их рассматривать. Необычное, конечно, поведение.

Повисло молчание. Я глянула на Амура. Тот пожал плечами и глазами указал на собаку. Она не сводила с него взгляд. Теперь понятно, почему Ам не может двигаться.

Я снова сконцентрировала внимание на мужчине. Высокий, стройный, немного массивный даже. Темные волосы, темная одежда.

– Как вас зовут? – захотела получше разглядеть его лицо и немного наклонилась вперед, но мою голову снова пронзила нестерпимая боль, а из горла вырвался резкий вздох.

– Хаммэл, можно просто Мэл. Знаете, Гром наполовину сжег вашу нервную систему, поэтому советую обойтись без резких движений.

– Моя нервная система в порядке, – прохрипела я, правда, сомневаясь, что это действительно так. – Какое-то чудное у вас имя – Хаммэл.

– Моя бабушка была наполовину немкой.

Я закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями и полностью восстановить контроль над телом. Он был прав – славный песик здорово потрепал нервные ткани и одной медитацией тут теперь не обойдешься, но деваться некуда, попробую, может, все-таки получится.

– Дай ей прийти в себя, – услышала голос Ама. Видимо, ему не так сильно досталось, поскольку держался он уверенно, с наглецой.

Гром снова издал предупреждающий рык, но хозяин мигом приструнил песика, сказав одно слово – лежать.

– Я ж не против, пожалуйста, – последнее Мэл уже произносил развернувшись, потому что почувствовала на себе горячий и обжигающий взгляд. (У Ама же он был более мягкий и нежный) Отчего вдруг отчетливо осознала, насколько беззащитна была сейчас и насколько зависела от его желания помочь. Хотя, с чего бы ему помогать? Ответ на вопрос пришел сам по себе – стоило мне расслабиться, как руки тут же разжались, и я не успела даже охнуть, оказавшись в теплых и сильных объятиях. Открыла глаза и наши взгляды встретились. Секунда молчания – и я оказываюсь на полу. Но мне было достаточно, чтобы разглядеть широкий лоб, выразительный взгляд, причем на тот момент он был крайне неприветливым и четко показывал, что с ним шутки плохи, и твердый, упрямый подбородок, говорящий о силе характера. И если бы его можно было сравнить с хищником, то это непременно был бы лев. В общем, эдакий величественный и властный зверь.

– Несс, как ты?

Убедившись, что неумолимый пес больше не предоставляет никакой опасности, Амур опустился вниз, быстро пересек комнату и присел рядом со мной.

– Мне больно, Ам…

– Знаю. Потерпи, я переложу тебя на диван.

– Тогда… сделай это быстро.

Видимо, мой стонущий крик о помощи прозвучал настолько жалобно, что Ам с умилением протянул:

– Несси…

– Еще раз так назовешь, обещаю вырвать каждое перышко из твоего крыла и…

Я не договорила, потому что ко мне наконец-то снизошел спасительный сон, но прежде, чем провалиться в свой мирный уголок, услышала:

– Серьезная девушка.

Спокойно, холодно, но с неожиданной ноткой уважения.

Глава 5

Нельзя надеяться на лучший исход, когда кто-то предлагает тебе сделку.

Не буду повторяться, и рассказывать о приятном времяпрепровождении в подсознательном обиталище, тем более в этот раз, после пережитого напряжения, там мне пришлось весьма несладко. Регенерация нервных клеток полностью истощила и без того скудные запасы темной силы. Собственно, она и лечила меня в подобных случаях. Теперь понимаете, почему я вынуждена пакостить и порой причинять незначительный вред? Обычный допинг для бессмертия. С этим все ясно. Но опять же, как всегда, есть НО. Получилось так, что в процессе восстановления человеческий фактор тоже сыграл немаловажную роль. Я была жутко голодна, что очень сильно отвлекало. Ведь сколько бы я мысленно не убеждала свой желудок потерпеть, он все равно выражал недовольство острой резью с обещанием переварить самого себя. В общем, нужна простая еда – поставщик энергии, без которой обойтись я не могла никак. И немедленно.

Когда проснулась, я не сразу открыла глаза, но заинтересовано навострила ушки. Потому что то, что услышала, меня в прямом смысле слова позабавило.

– Я могу помочь. Принеси воды, после сна ей очень сильно захочется пить, – выдал Мэл, тем же непринужденным тоном.

– Не смей приближаться. И не нужно указывать, что мне делать.

Я почувствовала холодный ветерок и легкое, пуховое прикосновение к щеке. Ам заслонил меня.

– Вообще-то вы находитесь на моей территории, в моем доме и девушка лежит на моем диване. И как хозяин, я могу говорить вам все, что посчитаю нужным.

Рассудительно, логично.

– Разумеется, но откуда Я могу знать, что, подойдя к Несс, вы не придушите ее? Нет, на такой риск не пойду. И так уже помогли, из-за вас она, возможно, уснула на несколько дней.

Спасибо, милый. На тебя всегда можно положиться.

– Да уж… Тогда спрашиваю просто так, из праздного любопытства, на кой черт вы вторглись ко мне, заранее зная, чем все это может обернуться?

– Затем, что если она что-то вобьет себе в голову, то проще переубедить осла, чем ее.

Ну… да, согласна, есть такое, но в меру. Не преувеличивай, Ам.

– Я понял, что демоничка упертая натура. Еще в ресторане заметил назойливые ухищрения. Только вопрос был не…

– Я слышал, что ты спросил, – перебил Амур.

– И?

– Что И? Будто сам не знаешь, почему мы здесь.

– Нет. Просветишь?

Повисло молчание. То ли Амур обдумывал свой ответ, то ли не собирался отвечать вообще. Самое время для того, чтобы вмешаться.

– А можно мне и правда воды? – выдавила я из себя сразу, как только открыла глаза.

Спустя миг Ам развернулся, присел рядом, внимательно вглядываясь в мои глаза. Мэл же отступил в тень.

– Как ты себя чувствуешь?

– На букву х, но не думай, что хорошо, – услышала насмешливый хмык, и покосилась на охотника. – Ам, я пить хочу.

– Да-да, конечно, сейчас… где? – обернулся он к Мэлу.

– По коридору налево.

Амур кивнул, и вновь посмотрев на меня, засомневался. Видимо боялся оставить наедине с хозяином дома, но желание избавить любимую от страданий пересилило, потому поднялся на ноги и со словами «если что кричи», поспешил в указанное направление.

– И поесть чего-нибудь прихвати, – бросила ему вслед.

– М-да, скромность явно не ваш конек.

– Ничего, как-нибудь переживу, – я перевела взгляд на Мэла и будто увидела собственную непроницаемую маску спокойствия. Все-таки как же он недопустимо красив.

Ладно, что-то отвлеклась. Проникнуть к незнакомцу я проникла, но о чем говорить с ним – представления не имею. То, что он оказался охотником, была неожиданность, к которой я совсем не готова. Хотя, если подумать хорошенько, стремительный побег из ресторана с последующей развязкой с Олегом как раз – таки должен был навести на подобную мысль, но по необъяснимой причине не навел.

– Почему вы постоянно прячетесь? – спросила первое, что пришло в голову. Всю жизнь импровизировала, справлюсь и сейчас.

– Плохо видите в темноте? – переспросил охотник, но все же вышел из затемненного укрытия и, скрестив на груди руки, уселся на краешек стола.

– Прекрасно.

И эта была правда. Потому что даже несмотря на неважное самочувствие, я отчетливо различала каждый предмет, находящийся в комнате. Только сейчас они волновали меньше всего. Потому что его взгляд начал медленное сканирование меня любимой – вначале ботинки, потом поднялся по ногам, бедра, задержался на груди, и наконец-то сфокусировался на моем лице. В ответ усмехнулась и изогнула бровь: видимо, он ждал моего смущения.

– Почему вы убежали из ресторана? – решила сразу в лоб, чего тянуть.

– Несс, вот, это все, что я нашел, – сказал появившийся в дверном проеме спешивший ко мне Амур. В руках он держал полный стакан воды и упаковку печенья, отчего мой рот сразу наполнился слюной, и я жадно облизала губы. – Заглянул в холодильник, кроме просроченных йогуртов и жутко пахнущего сыра ничего не было, потому только крекер.

– С помощью молочных продуктов хотите покончить с собой? – я улыбнулась Мэлу, посылая легкий импульс положительного расположения к себе.

– Вас никто не заставляет их есть, – парировал он, сощурив глаза. – И не пытайтесь своими демоническими штуками меня задобрить, не выйдет.

Ам разорвал упаковку и протянул мне заветное вкусно пахнущее лакомство.

Приняв от него соленое печенье и стакан, я с жадностью начала пить большими глотками. Простая из крана вода мне доставила колоссальное удовольствие. Я сразу почувствовала себя лучше. Жизненная сила ощутимо прилила к рукам и ногам. И теперь, когда мой желудок немного успокоился, я приподнялась, в полусидячем положении закрыла глаза и соскользнула в немой транс. Сконцентрировалась и, безжалостно ломая пищевые инстинкты, начала спокойно восстанавливать каждый разрыв в покореженной нервной системе, если таковые имелись, разумеется. Но в любом случае самочувствие улучшалось – верный признак того, что я была на правильном пути. Потом, после того как я окончательно обновилась – регенерация клеток прошла успешно – допила воду и переключилась на хрупкое печенье. Запас углеводов тоже не помешает. С темной энергией разберусь позже. Дело-то всего на пять минут. Первые пять крекеров исчезли за раз. Покушаться с такой же скоростью на шестую и седьмую хрустящую вкуснятину я не стала. Откусила небольшой кусочек и с блаженным видом принялась жевать.

– Как у вас получается не поддаваться чарам? – спросила у Мэла. Все это время он сидел на краешке стола и с размышляющим выражением наблюдал за моим прожорством. – Только не говорите, что использовали магию, я бы почувствовала.

– Мне она не нужна.

– Тогда как же… – я замерла и с недоумением захлопала ресницами.

– Скажем так – врожденный своего рода иммунитет.

– Такого не бывает, – вклинился в разговор Ам, выбрав нужную позицию – облокотился плечом о стенку, рядом с окном, как раз напротив меня.

– Интересно почему?

Охотник посмотрел на него странным измеряющим взглядом, который я уже научилась определять, как задумчивость по поводу чего-то, что нам знать не полагалось. Попыталась проникнуть в мысли, но брошенный на мою персону укоризненный взгляд, словно пинком выкинул меня из его головы. Блин, и как он это делает? Неужели правда обладает некой силой, о которой я даже не догадываюсь?

– Потому что сам лично видел реакцию влюбленности, – признался Амур.

– Прости, что ты видел?

О, сейчас что-то будет. Лишнее напряжение нам ни к чему.

– Он случайно попал в вас, когда целился в другого. Как выяснилось, у него тоже есть врожденное качество – косоглазие.

– Несс! – возмутился мой крылатый друг.

– Ладно-ладно. Шуток не понимаешь? Промахнулся он и теперь по его милости вы любите девушку, с которой были в ресторане. Собственно, поэтому мы к вам и заявились…Ну, почти поэтому.

– То есть хотите сказать, что чувства, которые я испытываю к Лере, это всего-навсего ошибка бездарного амура, не справившегося с будничной для него задачей? – Мэл, явно рассердился.

Но и Амур в долгу не остался. От злости у него заходили желваки, а руки взбугрились напрягшимися мышцами.

– Не совсем, просто в тот момент при виде красивой мордочки кому – то в одно место ударил тестостерон, и так быстро, что я не успел поменять угол и попал прямо тебе в ЗА…

– Ам! – крикнула, спохватившись.

Ну что ж, потасовку я остановила вовремя.

Стреляя друг в друга молниеметательные взгляды, мальчики завелись не на шутку. Уверена, дать им сейчас в руки шашки – без спарринга не обошлось. Так как оба были уверены в себе, обладали бычьим упрямством и равными силами. Насчет последнего даже не сомневалась. Тем более у Мэла было убедительное преимущество – Гром.

– Все, брэйк, – продолжила я, пытаясь охладить пыл и перевести внимание на себя. – Ам оплошал, но сейчас он все исправит, и вы будете свободны. Конфликт ни к чему.

Особенно мне, я-то уж точно не за этим явилась.

На мое заявление виновник проступка недовольно фыркнул, но промолчал. Видимо, долг превыше всего, даже собственной гордости, на горло которой просто вынужден наступить, иначе наказания свыше не избежать. Наверно тяжело, когда нет выбора.

– Не утруждайтесь. Исправлять на самом деле нечего. Только время зря потратили.

– И что это значит? – насторожился Ам.

– А то, что я не люблю Леру и не полюблю, пальни ты хоть десятью своими дротиками одновременно. Да, она мне нравится, но ничего более.

– Но как?

– Врожденно, понимаешь.

– Бред!

– Тогда сам объясни.

Ам открыл рот, чтобы что-то ответить, но потом закрыл, разведя руки в непонимании. Я же с удивлением обнаружила в себе нечто вроде зависти – Мэлу доступны закрытые для меня качества, которые я никогда не познаю… или…

– Этому можно научиться? Ты ведь охотник, наверняка, вам преподавали что-то подобное. Может у вас есть какой-то амулет, который позволяет расширить возможности органов чувств? Не знаю, что еще может быть. Как вы защищаетесь от демонической атаки? – затараторила я.

Черт, это же мой шанс. Реально, вот он! Только так я смогу обезопасить себя от последующих столкновений. Я заострилась на этой мысли, схватилась как утопающий за пресловутую соломинку и застыла в ожидании важного ответа.

Охотник нахмурился и уперся в меня тяжелым глубоким взглядом, отчего мне стало не по себе, но виду не подала.

– Честно говоря, есть один человек, правда он не совсем человек…

– Неважно, дальше.

– Несс, зачем тебе? – встревожился Амур.

– Помолчи. Будто сам не понимаешь. Продолжай, Мэл, – перешла я на ты.

– В общем, он работает в баре "Стремянка", и у него есть такие вещицы. Как раз для полукровок. Странно, что ты до сих пор о нем ничего не слышала.

– Отведи меня к нему.

– Что я получу взамен?

– А что ты хочешь? – вступили мы в торг.

– Тебя! – спокойно, твердо и как бы само собой разумеющееся.

Я ошалело моргаю, пытаясь понять, за что мне такое «счастье» и почему мир внезапно сошел с ума. На кой черт я ему сдалась? Что-то слишком много неожиданностей происходит за последние несколько дней.

– Что? – переспросила я.

Вдруг ослышалась, всякое может быть.

– Ты правильно поняла.

Повисла пауза, пока мы с Амом переваривали услышанное.

– Пошли отсюда, – через пару секунд он первый нарушил тишину и, оттолкнувшись плечом от стены, подошел ко мне, протягивая руку помощи. Я, конечно, ухватилась за нее, поднялась с дивана и выпрямилась во весь рост. Все это время Мэл не сводил с меня глаз, впрочем, как и я. Только растерянным взглядом, нежели он – хладнокровно – непробиваемо, из-за чего я так и не поняла, радоваться мне такой чести или нет.

– Не соблаговолите ли уточнить, в каком смысле меня?

– Мне нужны твои способности – перевоплощение, скорость, сила… но больше телепатия. А, да, еще женская хитрость.

– Не слушай его, Несс. Пошли, – не унимался Ам, хмуро поглядывая на охотника.

– Зачем? – спросила я, не обращая на милого внимания.

– Чтобы ты проникла к Олегу домой, запудрила ему мозги, и кое – что для меня достала.

– Да ты совсем сбрендил. Он чуть не убил ее.

Ам никогда не отличался уравновешенностью. Он как фитиль пороховой бочки, которому стоит поймать искру и уже не погаснет, пока не догорит до большого взрыва. Вот и сейчас я чувствовала, что ангел определенно на грани и еле сдерживает себя, чтобы просто не накинуться на охотника и не придушить его. Только вот что его останавливало – мне оставалось лишь догадываться.

– Но не убил же, – усмехнулся Мэл, потом опустил руки, тоже оттолкнулся от стола, обошел его и уселся в офисное крутящееся кресло. – Тем более Несс сама виновата, – сев за стол он сцепил руки в замок и словно прокурор, готовящийся озвучить факты, вытянул их перед собой. – Ее никто не заставлял идти за мной.

Да уж. А ведь он прав. Зачем я поплелась за ним в ту ночь, вот скажите мне, ЗАЧЕМ? Сейчас бы никаких проблем, жила бы себе преспокойненько, преподавала в университете, изредка занималась обогащением темной энергии… Так нет же, мне обязательно нужно было найти приключения, чтобы почти умереть, потом в очередной раз смыться от охотников и… и… прийти к понимаю, что я так больше не могу. Хочу свободу и независимость. А ее я получу, только если научусь скрывать свою сущность. Выбора, в общем-то, нет. Точнее он есть, только там я уже была.

– Что именно я должна взять? – выдохнула я, почти смирившись.

– Несс, ты чего? Эта ловушка. Неужели не понимаешь? Этот врожденный марсианин сам тебя заманил в тот переулок, а теперь строит из себя невинного агнца.

– Так не без твоей помощи, Ам! – рассердилась я. – По большому счету, если бы не ты, то мы б тут не торчали сейчас. А может, ты сам меня хотел побыстрей укокошить, вот и позвал в ресторан?! Или вы вообще в сговоре, а?!

Бред, конечно, но меня, как и Остапа, понесло.

– Не говори ерунды.

– Почему? Все сходится. Ты случайно промахиваешься, причем совершенно в трезвом виде, и попадаешь в охотника. И не в обычного из стаи Олега – тупицу – недоучку, а в обладателя удивительной способностью блокировать ментальные стрелы… и самое интересное – это то, что ты даже не заметил этого. Потом прибежал ко мне, хотя, думаю, мог бы справиться своими силами, например, забрать чары, как с той девушкой в парке, и попросил помочь.

Пока я говорила, у Ама резко менялось выражения лица, словно кто-то управлял невидимым выключателем. Вкл – удивление. Выкл – печаль. Снова Вкл – ярость. Выкл – сожаление.

– Не накручивай, – буркнул он обиженно. – Ты прекрасно знаешь, что без особого на то разрешения я не могу отменить действия стрел. Человек сам должен отказаться от любви. А не почувствовал, потому что растерялся и запаниковал тогда.

Я стиснула зубы и выругалась про себя. Завелась ни с чего. Ведь Ам был мне бессменным другом уже более пятидесяти лет. Помогал и поддерживал в минуты слабости. В любой ситуации принимал мою сторону. Защищал и оберегал. Разумеется, мы были любовниками. Причем с позами экспериментировали так, что сам бы Ватьсьяна выделил бы нам десяток чистых страниц в Камасутре, и с огромным удовольствием пригласил бы в соавторство.

Да, мы часто ссорились, не видели друг друга месяцами, (правда, я подозревала, что он на самом деле никуда не уходил – просто держался в сторонке, не попадая в мое поле зрения), но все же демонстративно делали вид, что расставались навсегда. Да, мы полные противоположности друг другу – извечная проблема добра и зла. Да, в процессе спора мне иногда хотелось его убить… Но сколько бы я вот таких ДА не перечисляла, все-таки мы были вместе. Потому что Ам действительно меня любил, что являлось большой редкостью в среде ангелов и демонов. Любил и ждал ответных чувств. Потому что, чтобы не говорили про бесполезность и наивность поведения, ЛЮБОВЬ все же стоит того, чтобы ждать…

– Ладно, извини. Это нервы. Просто ты тоже пойми. Я ведь полукровка и когда-нибудь меня действительно убьют. Не убежишь от этого Ам. Не тебе говорить, что охотники не дураки и недооценивать их нельзя. Каждая встреча с демонами, как поучительный урок, который они обмозговывают, устраняют недостатки и совершенствуют западню. По сути, мне ведь просто везло. Но благосклонность фортуны, к сожалению, не вечна, – произнесла я с пафосом и перевела взгляд на Мэла. – Допустим, я соглашусь, где гарантии, что ты выполнишь обещание?

Кстати, когда я посмотрела на охотника, то на долю секунды уловила выражение…нежности что ли…

– Вначале, прежде чем отправимся к Олегу, мы добудем амулет, который я сразу отдам тебе. Ты заблокируешь демоническую ауру и выкрадешь нож. Чем не гарантия?

Ну, в принципе, да.

– Какой нож? – спросила с подозрением. Все-таки в небытие я попала именно из-за острого предмета.

– Да, тот самый, – подтвердил Мэл, словно прочитав мои мысли. – Его еще называют Руби.

– Что? – воскликнули мы с Амом одновременно и переглянулись. – Но это же…

– Угу. Смертельное средство против демонов. Вот он-то мне и нужен.

– Да уж. ХорошА гарантия. Выкради дорогая для него нож, которым же он тебя потом и убьет, – усмехнулся Амур.

– Не убьёт, – усмехнулась я в ответ.

– Почему?

– Потому что на меня он не подействует. Ведь так?

Губы Мэла вздрогнули, но улыбку сдержал.

– Верно. Честно говоря, я сам удивился, твоей живучестью. Обычно демон умирает моментально. Но только если это особь низшего ранга. Собственно, Руби на таких и рассчитан.

– И что это значит? – Ам явно не понимал. – Несс же наполовину человек.

– По материнской линии, а вот папка у меня, похоже, не из простых…

Надо же какая я сообразительная. Просто спасу нет. Теперь понятно, чем объясняется моя быстрая регенерация. Низшие демоны, могут частично само восстанавливаться. И то, с помощью заклятья, высасывающее из атакующего противника энергию. Тем более у бесов это получается не всегда. Я же могла долгое время обходиться без донора, используя свои запасы, чем были обделены низшие. Напрашивается вопрос – если я такая растакая бессмертница, то зачем мне амулет? А затем, чтобы наконец-то избавиться от вечной беготни.

– Похоже, что так, – протянул Мэл. – Конечно, нож причинил тебе вред, но незначительный. Так что делай выводы.

– Уже сделала и решила идти до конца.

– Хорошо. Тогда через пару часов отправимся в «Стремянку», а пока можете отдохнуть. – Мэл поднялся с кресла, вышел из-за стола и решительно направился к выходу. Но на полпути вдруг резко остановился, и развернулся. Взгляд был спокойным и твёрдым.

– И еще, шататься по дому я не позволю, так что без обид. Гром охранять, – скомандовал он псу, после чего страж тут же встрепенулся и принял сидящее положение.

Ничего себе! Я рассердилась и послала ему вслед импульс угрозы, но когда Мэл перед уходом оглянулся, то увидел на моем лице лишь вежливую улыбку.

Оставшись вдвоем с Амом, я с грустью посмотрела на него. О чем думала в тот момент…не знаю. Наверное, ни о чем.

– Спасибо, – прошептала я ему всего одно слово.

Он взглянул на меня, глубоко вздохнул, обнял за плечи и усадил обратно на диван, удобно пристроившись рядом.

– Помнишь, нашу первую встречу? Ты тогда отдыхала в кафе на набережной, а я был при исполнении. Помнишь, как удивился, что видишь меня.

– Да, ты тогда жутко смутился.

– Нет, я тогда подумал, только бы не влюбиться, а сердце уже предательски быстро стучало. Я подошел, написал на салфетке «Привет» и протянул тебе.

– И я ответила.

– Да, только заглавными буквами «ПРИВЕТ», и я отшутился, написал «Не кричи». До сих пор помню твой искренний и беззаботный смех. Он показался легким, невесомым и почти осязаемым. Будто прикосновения шелка, вызывавший по всему телу мурашки…Никогда такого не слышал.

При воспоминании об этом эпизоде мы погрузились в ностальгию. Да, были у нас моменты счастья и безмятежности.

Наконец, Ам прервал трогательное молчание:

– Несс, ты знаешь, что я всегда за тебя и любое твое решение приму как свое, но прошу подумать и взвесить все еще раз. Не доверяю я ему. Не знаю, почему он так настойчиво хочет этот предмет, но слишком уж скользкий тип. Возможно, во мне сейчас играет некий эгоизм. Ведь когда у тебя будет амулет, ты станешь свободной. – Я хотела сказать ему, что свобода – это будущий главный плюс в моей жизни, но промолчала. Потому что в первую очередь подумала о СВОЕЙ жизни, а не о нашей, например. Почему? Может эгоистка как раз-таки я? Амур тем временем продолжил: – Относительно, конечно, но во мне нуждаться ты уж точно не будешь. А я очень боюсь тебя потерять. Подожди, не говори ничего, просто выслушай до конца. – Он вздохнул. – Я не слепой, Несс, и неспроста никогда не спрашивал, любишь ли ты меня. Наверное, не хочу терять надежду. Занимаюсь самообманом, живу иллюзией…честно говоря мне плевать. Пусть так. Но самое важное, что хочу тебе сказать, это то, что всегда буду верить, Несс. Верить в нас!

Я подвинулась к нему, обняла за талию и прижалась щекой к надежному плечу. Почувствовала, как он нежно провел рукой по волосам и поцеловал макушку.

– Эх, уехали бы куда-нибудь в тайгу. Обосновались бы у какой – нибудь речушки и, как настоящие люди, зажили б спокойно, – мечтательно произнес он.

– Не забывай про энергию. Настраивать друг против друга я кого буду? Зайцев?

Ам тихо засмеялся.

– Я шучу милая… Конечно же шучу.

Я подняла голову, заглянула в его глаза, и сердце защемило от тоски и не справедливости мира. Ам не сомневался в своих чувствах только потому, что он чистокровный ангел, которому чужда настоящая ненависть, злость, предательство. Ему хорошо в окружении мыслей о мире и любви, а не в атмосфере раздражения и агрессии, где постоянно находилась я. Причем не скажу, что мне это не нравилось. Но полностью черствой я становиться, не хотела, потому, наверное, и держалась за него. Своим показательным отношением к жизни, он помогал мне сдерживать внутреннего бездушного зверя, который так и рвался наружу, чтобы ненавидеть, злиться и без разбора вредить. И тогда бы я точно потеряла саму себя.

Не удержавшись, положила ладонь на его грудь, отчего он шумно глотнул воздух и замер. Скользнула взглядом по его крепкой шее, плечам, на нем был светлый свитер, и снова посмотрела в лицо. Ам тут же наклонился ко мне и поцеловал со всей страстью. И меня будто поразила молния. Потом вторая. Я обняла его за шею и еще сильнее прижалась к груди. Со стоном он обнял меня за ягодицы, приподнял и усадил себе на колени. На несколько секунд отстранился, но только чтобы еще раз посмотреть в мои потемневшие от желания глаза и снова припал к губам.

Его руки скользили по моим бедрам, забираясь в тайное углубление между ног и тут же удаляясь. Он почувствовал, как я задрожала от нахлынувшей страсти, и продолжил свои ласки, то ускоряя, то замедляя темп, то прекращая совсем, но всего лишь для того, чтобы возобновить их снова. И только Ам собрался снять с себя свитер, как внезапно раздался рык, напомнивший, что в комнате мы находились не одни.

Глава 6

Еще одна неожиданная встреча.

– Неплохой танк, – произнесла я.

Когда мы зашли в гараж, возле дома, то увидели внушительного вида машину серебристого цвета.

– Это «Мазда»! Новая спортивная модель. Самая устойчивая в мире тачка, – загордился Мэл. – И это не машина, а произведение искусства.

На последних словах он слегка улыбнулся, и его лицо преобразилось – из вечно задумчивого хмурого буки он превратился в счастливого и симпатичного автовладельца.

– Наверное, – протянула я.

Никогда не понимала фанатичной увлеченности большинства мужчин автомобилями. Особенно тех, которые готовы потратить любые деньги на творение автопрома, тест-драйва, обзора. Но сейчас, рассматривая это чудо, была вынуждена признать – это действительно нечто. Обтекаемые по всей машине стремительные линии, у меня создали впечатление, что перед нами атлет, напрягший все свои мышцы для движения вперед. Казалось, что он готовился к прыжку, стоит только повернуть ключ зажигания и надавить на газ.

– Ну как? Нравится? – спросил Мэл.

– Приманка для путан? – подстегнул Ам, но взглянув на него, могла чем угодно поклясться – автомобиль на самом деле ему пришелся по душе.

Мужчины… Даже если что-то понравится, из зависти никогда не признаются в этом, и будут стараться зацепить друг друга побольнее. Это как спорт. Или своеобразная дуэль между ними. Ну и где тут великая мужская солидарность?

Ам невольно обошел машину и рассмотрел ее со всех сторон. Задержал взгляд на хромированной решетке радиатора, на зеркалах заднего вида, на блестящих литых дисках.

– Показать мотор? – хитро улыбнулся охотник.

– Давай, – тут же выдал он себя, но вовремя спохватился, посерьезнел и добавил. – Просто любопытно.

– Конечно, – кивнул Мэл сдержано.

Наблюдать за ними было забавно. Некогда враги и противники, сбросили противотанковую броню, и на пару минут погрузились в дружеское обсуждение деталей.

Я пожала плечами и, воспользовавшись их отвлеченностью, держа обеими руками клетку, уселась на переднее сиденье. Положив ее на колени, громко хлопнула дверцей. Мэл вскинул голову и хмуро посмотрел на меня через лобовое стекло.

– Поехали уже, – пробурчала я.

Прошло еще несколько минут. Не выдержала и посигналила. Только после этого они посмотрели на время и поспешили сесть в автомобиль. Ам без вопросов уселся на заднее сиденье. А вот Мэл, вместо того чтобы занять место водителя, тоже открыл дверцу, но напротив ангела почему-то.

– Гром!

«Великодушный» песик мигом забрался на черное кожаное сиденье.

– Замечательно. Думаю, для полного смешанного секстета, мне срочно нужно завести хорька, – проворчал Амур, на что я погримасничала и показала язык.

Потом Мэл наконец-то залез в машину и обратился ко мне:

– Пристегивайся, и погнали!

Колеса пронзительно взвизгнули, и машина выехала из гаража. Через несколько минут мы уже мчались по главной городской дороге. Стрелка спидометра быстро приближалась к ста километрам в час.

– Не успеваем? – спросила я.

– Да, сейчас уже три часа ночи, а «Стремянка» работает до четырех.

– Тогда чего ты медлишь? Поверь, на своих двоих я гоняю не хуже гепарда.

Мэл посмотрел на меня и улыбнулся. Я, конечно, тоже улыбнулась, но вот его улыбка и искренний блеск в глазах, почему-то меня… А он не такой уж и говнюк.

* * *

Когда мы зашли в клуб, прожектора, вращаясь в бешеном ритме музыки, на миг ослепили меня. Все кружилось, сверкало и оглушающе било по мозгам. На танцполе, пытаясь попасть в такт совершенно невообразимому реву музыки, двигались и изгибались в неестественных позах тела. Адреналин бил ключом.

В общем, мы попали в крутое заведение с мрачноватой, чуть-чуть брутальной и самой настоящей харизмой, в рок-клуб, причем с живой музыкой. Поскольку на сцене рядом с барной стойкой играла неизвестная мне группа. Но, судя по качеству исполнения (что-то между безрассудством и напористым криком души), довольно перспективная. Такая музыка цепляет своей многогранностью и эмоциональной нагрузкой, в которой выражаются мысли, чувства и жизнь. А в ней, к сожалению, не всегда штиль… Ведь у многих бывают моменты, когда хочется убежать туда, где никто не увидит и не услышит, и просто тупо заорать. Выплеснуть накопившееся, и с новыми силами спокойно вернуться домой. Думаю, поэтому некоторые выбирают шумные места, чтобы на несколько часов забыться и оторваться от будничного, серого существования.

И почему я раньше здесь не была? Рок люблю не меньше транса, но выборочно, разумеется. И фанатичностью тут не пахнет, так что не думайте, простое предпочтение, без разных душераздирающих проблем, на которые хотелось бы на время закрыть глаза. Тогда почему рок? А почему бы и нет? На вкус и цвет, как говорится.

Кстати, чуть не забыла – моя темная мана срочно нуждается в подзарядке, а это отличное место для ее пополнения. Захмелевшие лица – самая легкая жертва. Так что кому-то сегодня точно «повезет». Чуть позже сами все увидите.

– Пойдемте, – сказал Мэл, вырвав меня из раздумий, и направился к необычной барной стойке – красный деревянный фасад украшало множество ярких красочных фотографий, на которых были изображены весьма интересные личности в кожаных куртках, поношенных джинсах, в татуировках. Подойдя ближе, разглядела известные как зарубежные, так и наши рок-группы. Ребята улыбались, хлопали друг друга по плечу, гримасничали перед фотографом, играли на гитарах. В общем, отрывались от души. Но неожиданно мой взгляд остановился на одном из снимков. Всмотрелась, сощурив глаза.

– Узнала? – тихонько прошелестело над ухом.

Я удивленно посмотрела на Мэла. Интересно, что он имеет в виду – группу или кого-то конкретно?

– Это же… – указала пальцем на фотографию.

– Да, Аэросмит, – кивнул он, усаживаясь на высокий стул.

Я уселась, Ам же решил пока просто послушать музыку, потому стоя обнял меня рукой за плечи и уставился на играющую группу.

– Угу. Я знаю. Но откуда в ней этот гитарист, что-то не припоминаю его. Точнее, знаю, кто он, только вот не понимаю присутствия энного.

– Вы, о чем? – спросил Ам, все также наблюдая за музыкантами.

– О том, – начал охотник, – что на фотографии гитаристом является никто иной как Глеб Рожевский и он же Циас – демон – музыкант.

– Да ну?

– Ну да.

Н-да… Это уже была я, только мысленно.

Сначала Ам в изумлении посмотрела на Мэла, затем видимо, прокрутил в голове все услышанное и медленно перевел взгляд на снимок. Охотнику пришлось немного отклониться.

– Это он? – спросил Амур, указывая на улыбчивого типа с темной лохматой шевелюрой, в темных круглых очках.

– Ага.

– Что будете заказывать? – с уверенностью спросил подошедший бармен.

Молодой парень, с симпатичной мордашкой и милой улыбкой.

– Я угощаю, – сказал Мэл и вопросительно посмотрел на меня.

– Если только сок.

– Да брось, это же клуб, а не детский огонек.

– Все равно не буду. Мне сила нужна, – добавила чуть тише, надеясь, что дальнейших объяснений не потребуются.

– А, понятно. Ты? – с неохотой взглянул на Ама.

– Не развлекаться приехал, – отрезал тот.

– Как хочешь. А я, пожалуй, выпью. Пока «Марракеш».

Бармен принял заказ и отошел в сторону. Через пару минут напиток уже был готов.

– Несс, а чему ты удивляешься? – Мэл немного отхлебнул и поставил бокал на стол. – Аэросмит не первая группа, которую раскрутил Циас и подвел к вершине славы. И далеко не последняя.

– Больше удивляет, откуда ты это знаешь.

– Ну…потому что именно из-за него мы и приехали сюда. Да-да. Он и есть тот самый помощник охотников.

Неожиданность за неожиданностью. Даже не знаю с чего начать.

– А вот и первый Брут, – усмехнулся Ам.

– В инфернальной среде такое сплошь и рядом, – хмуро посмотрела на него. – Каждый сам за себя. Так что ничего странного, что и Циас подался в недруги. Вопрос только зачем? Раскрутка групп, это личное дело своего рода хобби и прочее. Ничего смешного, Ам. Он заряжается звуком, все остальное просто нравится. Так же, как и мне, порой ему нравится выводить на чистую воду вместо того, чтобы ложно заморачивать и питаться страданиями. Но предавать своих и продолжать это делать… причина должна быть очень серьезная.

– Вот ваш сок.

Бармен снова улыбнулся и отошел.

Хороший мальчик. Добрый, открытый, наивный…

– А мороженное есть?

Вернулся.

– Конечно. Сейчас десертное меню принесу.

И девушка есть. Красивая, студентка, отличница.

– Спасибо. Вот это будьте добры, – ткнула в первое попавшееся.

Так, а вот ее мамка, что-то недолюбливает ухажера…, впрочем, как и он, не особо питает симпатию.

– Хорошо, через пять минут будет готово.

Ага. Разные слои общества. Банальная история Ромео и Джульетты. Ну и сборник страхов – недостоин, не оправдает надежды, нищета, перспективные конкуренты и много – много чего еще. Н-да. За девушку бороться надо, а не накручивать оправдания. Ну и что, что мамашка зачастую наговаривает доче о твоем жалком бытие, скудном пристанище и о невозможности воплотить с таким неудачником свои мечты?! Бороться и доказывать нужно. Другого не дано. В таких случаях злость помогает. Как толчок к действиям – самое то. Пришел, увидел, победил. Учиться нужно у великих. Тем более смышленый. Последний курс радиоэлектроники… ленивый только. Но все равно, таким в клубе явно делать нечего. Так что прости меня, Ирочка (девушка бармена), но сегодня твой благоверный насильно заберет тебя из дома и заживете вы как в сказке – долго и счастливо. Поверь, тебе понравится. А то пока этот простофиля отбросит все сомнения, ты уже будешь практиковаться за границей. И чтобы родители не говорили про проверку чувств, долгая разлука – это верное средство, чтобы их убить. А предки уж точно не против такого исхода.

– Так чем же вы его держите? – спросила у Мэла, когда бармен принял заказ и направился обслуживать очередных гостей.

– Неважно, – отрезал охотник и глотнул коктейля. – Тебе амулет нужен?

– Да.

– Тогда не спрашивай о не касающихся тебя вещах.

Ненавижу его. Достал уже со своей недоговоренностью. Так и хочется топнуть ногой и чего-нибудь эдакое рявкнуть.

– Как обещал. Пять минут и мороженое. Приятного аппетита, – произнес бармен.

Вовремя. Под настроение.

– Нравится здесь работать? – моментально переключилась на студента.

– Ну, так… – ответил он, потупив взгляд.

– Не скромничай, – игриво улыбнулась в ответ. – Напрягаться не надо, хорошие чаевые, бесплатная выпивка…

– Это да.

– А утром адская трель будильника, который так и хочется выбросить с балкона, и ничем не примечательный день.

– Угу.

– Холодные тапки, отрезвляющий общественный душ, нездоровый завтрак – чипсы, растворимый кофе. И скромные, воспитанные тараканы, которые не полезут в пакет пока ты рядом, терпеливо дожидаясь своей очереди. – Бармен замер и округлившимися брызгами уставился на меня. – Лицемерное «Доброе утро» любопытной соседки и быстрые шаги в сторону трамвайной остановки. Двадцатиминутная давка в транспорте, и ты у ее дома, в спортивном костюме и затасканных кроссовках. Неудивительно, что маман так психует. Ты бы еще треники одел и полосатую майку.

Пока говорила и смотрела на разволновавшегося бармена, я почувствовала огромную потребность причинить ему боль. То же самое происходит, когда изголодавшийся хищник вдруг обнаруживает легкую добычу. Мой же внутренний зверь уже разбушевался в ожидании долгожданного лакомства.

– Думаю, о таком зяте они даже не смели мечтать. Обычный, неуверенный, бедный, самокритичный нытик, исчезновение которого спокойно пройдет незамеченным.

Услышала, как ускорился его пульс. Кожей ощутила толчок теплой энергии. Так, нужно еще поднажать.

– Хочешь расскажу, чем все это закончится? Ира не выйдет за тебя. Зачем ей неудачник, отказавшийся от перспективной стажировки в авиакомпании на дальнем востоке? Недавно получил приглашение? – Парень будто под гипнозом кивнул. – Испугался расстояния между тобой и любимой?.. – Повторный кивок. – Ничего. Вы все равно расстанетесь, потому что скоро она уедет в Лондон, познакомится с другим, и ты ее больше не увидишь. Но не переживай. Жизнь, как говорится, продолжается. Из-за нахлынувшего эмоционального кризиса тебя не уволят с работы, но явно понизят в должности. И до поры сплошных рефлексов и атрофировавшихся чувств, ты, как и сегодня, будешь возвращаться домой к веселым, подвижным рыжим усачам, есть за телевизором чипсы и вырубаться после обильного самоудовлетворения.

АЙ – ДА – Я!

Силой теперь обеспечена по полной программе.

Закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Вы не представляете, как мне было хорошо. Его отчаяние, страх, растерянность, боль, бессилие – все это одним потоком, словно разряд тока, пронзило мое тело, заполняя каждый пробел, пустоту в темном хранилище энергии. Я впитывала и впитывала, и не могла насытиться. Неописуемое удовольствие. В общем, такие минуты в моей демонической жизни всегда были самые лучшие и самые приятные. Сродни оргазму, после которого так и хочется сказать – Я умерла!

Открыла глаза и посмотрела на бледного паренька. Он сильно напугался и не мог контролировать себя – руки тряслись, губы скривились от душевной муки, еле держался на ногах, качаясь из стороны в сторону. Казалось, что еще немного, и он прямо в клубе рухнет в обморок.

Нужна срочная реабилитация, иначе мир и правда потеряет еще одного ленивого гения.

Послала бармену мощный импульс уверенности, отчего он тут же оживился и в непонимании огляделся. Потом достал из кармана брюк мобильный телефон и набрал чей-то номер.

– Здравствуйте, Эдуард. Я согласен на ваше предложение… Да. Да. Выезжаю сегодня же. Но… – чуть замялся. (Добавила решительность) – Но со мной поедет моя девушка. Да. Да. Хорошо. – Отключил мобильник и с облегчением улыбнулся.

– Иди уже, – подтолкнула его к действиям и наконец-то развернулась к друзьям. Ну, почти друзьям. И встретила пару изумленных смотрящих на меня глаз.

– Несс, иногда ты меня пугаешь, – Ам был в шоке.

– Зато посмотри, как он встрепенулся. Иногда полезнее врезать словом, чем испытать на собственной шкуре. Ну и больше вероятности, что он впредь вести себя так не будет.

– Может, вам местами поменяться? У тебя неплохо получается. По крайней мере без ошибок, – кинул Мэл камушек и глянул на Амура. Тот сделал вид, что ничего не заметил – развернулся в сторону музыкантов.

– Ни за что. Я разрушитель, а не соединитель. А это так – временное помутнение разума. Расход силы всегда меньше прибыли, почему бы не поделиться в таком случае.

Я пожала плечами, чтобы произошедшее выглядело малозначительным эпизодом, и потянулась к стакану с соком.

– То есть, ты разложила паренька по полкам, чтобы получить энергию?

Охотник отпил из своего бокала.

– Угу.

– Каким образом?

– Слушай, тебе нож нужен?

– Да.

– Тогда не спрашивай о не касающихся тебя вещах.

На миг Мэл опешил. Луч прожектора скользнул по его лицу, и на долю секунды мне показалось, что его глаза сверкнули каким-то знакомым блеском. Потом все исчезло и, запрокинув голову назад, он от души рассмеялся. Я же преспокойненько допивала сок.

– Ладно. Тогда давай дашь на дашь, – продолжил он, успокоившись. – Ты мне рассказываешь о себе, а я тебе про Циаса. Договорились? – предложил устный бартер.

– Ну…хорошо. Думаю, это равноценный обмен. Не хочу в будущем попасться как он.

– Не переживай, не попадешься.

– Откуда такая уверенность?

Мэл вдруг посерьезнел и немного наклонился ко мне.

– Я не позволю, – прошептал он.

Ого. А это что-то новенькое. Не совсем уверена, что правильно поняла, ну да ладно.

– Смотри. Поймала на слово. А то я из таких – раз обещал, так будь добр выполни, – прошептала в ответ, помахав перед его носом пальчиком.

– Не сомневаюсь.

– Тогда слушай. Попытаюсь вкратце. Конечно, существенную роль играет энергооболочка. И, разумеется, чем она тоньше, тем больше шансов проделать в ней дыры. Но, по сути, это всего лишь проходной канал, вырыть который я могу только с помощью человеческих эмоций. А они самый лучший поставщик энергии. Оболочка растягивается под давлением накапливаемого негатива и лопается. Все просто.

– Да – а. Действительно просто, – задумчиво протянул охотник. – И с каждым получается?

– Почти. Не все поддаются на провокации. Но это вопрос времени. Иногда включаюсь в азарт, но бывает и отпускаю. Это же не игра – кто кого сделает. Не заморачиваюсь лишний раз. Зачем? Особенно если на горизонте появляется цель полегче. Теперь ты.

Мэл усмехнулся, видимо что-то прокрутив в голове, и только открыл рот, чтобы выполнить свою часть договора, как внезапно на его плечо с хлопком легла рука.

– Не знаю, каким чертом тебя сюда занесло, но ты как раз кстати. Я написал новый хит!

Ну что ж, рок будет жить вечно. Циас нисколько не изменился, будто только что сошел с фотографии. Все тот же бунтарский стиль с гитарой наперевес, кожаные штаны, черная жилетка, обвешанная металлом, и тяжелые ботинки. Единственным отличием была прическа. Если раньше в моде были длинные растрепанные волосы, то сейчас чаще панковский вариант с выбритым на голове узором. У Циаса была паутинка.

– Очередной врыв мозга? – Мэл улыбнулся, поднялся со стула и развернулся к нему.

– Нет, всего лишь спасение утопающего в скромности.

Они одновременно рассмеялись, и как старые закадычные друзья, поприветствовали друг друга рукопожатием и похлопыванием по спине.

– Ты главное не переусердствуй. В мире и так полно психов.

– Половина из них гении и весьма интересные личности, между прочим. Поверь, придурки намного опаснее. А эти – просто веселые безбашенные люди. Кстати, я из их числа.

Мэл снова искренне рассмеялся. Я, глядя на него, и сама улыбнулась, даже не понимая от чего. Радушное приветствие и обмен шуток, меня удивило. Со стороны посмотришь и не скажешь, что Циас злобный бес. Но поверьте, мне на слово, он такой и есть. Людей терпеть не может, как крыса мышь, используя только для своей выгоды. То бишь музыка, группа, слава. Провокатор по хлеще меня. И более масштабно. Только представьте, открытый стадион, тысячи орущих и прыгающих от счастья фанатов, готовых на все, чтобы быть поближе к своему кумиру. Уже одержимые, слеповерящие и агрессивно настроенные против всего мира. Для разжигания распрей самое то.

Но сейчас, я была в замешательстве. Их подлинная радость навела на мысль, что эти фрукты знакомы намного дольше, чем утверждал Мэл. Пусть он не рассказывал об этом, но сомневаюсь, что тогда был в статусе охотника. Чувствуя мощные положительные вибрации по отношению друг к другу, я поняла одно – эта парочка настоящие друзья. Только непонятно почему. Либо Мэл наврал, что охотники чем-то завербовали демона, либо перед нами четко заученный спектакль.

Я продолжала размышлять и машинально улыбаться. Бросила косой взгляд на Ама и посерьезнела. Невозмутимое каменное молчание. С легким укором в мой адрес. М-да. Он прав – повода для выражения симпатии, по большому счету, у меня нет. Так что держим морду тяпкой.

– Ладно, вижу у тебя все отлично, – охотник облокотился о барную стойку, спиной к нам.

– А то.

Циас скопировал его позу и с довольным видом заказал коньяк. Барменов в клубе хватало.

– Хорошо, потому что ты мне и нужен.

– В смысле? Зачем? – Гитарист с любопытством посмотрел на меня. Но это был не простой интерес. От его взгляда меня сковало каким-то потусторонним холодом, и в черных зрачках, я увидела отражение своих мыслей. Вот черт. Об этом я как-то не подумала. Одни телепаты, блин. Усилила блокировку сознания, на что тот издевательски изогнул бровь и новым толчком проникновения, доказал превосходство чистокровных над браком. И как бы я не старалась, он все равно был намного сильнее и хитрее. Теперь думаю, даже представляться не надо. Кстати, на Ама он не взглянул. Будто принципиально не хотел замечать. Ну, ясное дело. Полная несовместимость добра и зла.

– Точнее мне нужен Синь. Уверен, в твоих закромах найдется лишний. Это для…

– Да уже понял для кого, – перебил Циас, издевательски изучая меня с головы до ног. – Ее ауру даже низкоранговый вычислит. Чувства свойственные человеку – желание, влюбленность, секс. И рядом всегда отменный защитник…и любовник, – заключил, просканировав всю мою подноготную.

Он смотрел на меня, но я знала, что за бесстрастным выражением скрывалась усмешка.

– Может хватит уже копаться в мозгах? Предупреждаю, чужие тараканы заразные, – не выдержала я.

– Не переживай. Твой побочный эффект мне не повредит.

Удар ниже пояса. Я неожиданно почувствовала почти детскую обиду. Судить за то, что я полукровка, это уже слишком. Так вот и рождается ненависть ни с чего. И неважно, что мы почти с одной песочницы. Демон демону волк. Потому не считаю нужным перед кем-то оправдывать свою сущность. На интуитивном уровне я всегда понимала, что все делала правильно, не мучаясь напрасными сомнениями.

Я начала тихо стервенеть. Надо, конечно, сердиться на себя, что до сих пор не обеспечила себе блокатор мыслей, но на беса же проще. Нет, пора возвращаться к делу, пока мы с Амом не влипли в серьезный конфликт. И так уже напрягся и еле сдерживается.

– Никогда не думала поменять партнера? – Не умолкал Циас, хитро покосившись на Амура. – А то глядишь, через пару лет бабушек начнешь через дорогу переводить.

– Скорее запишусь к охотникам для истребления предателей, – дерзко бросила я.

– О чем это она? – Спросил он у Мэла.

– Ни о чем. Пойдем. Дашь мне Синь, и мы свалим. Несс, подождите тут, – Мэл резко встал, развернулся, и, нахмурившись, двинулся в сторону выхода.

Циас медлил. Но внезапно он оказался рядом и схватил меня за руку.

– Зря сопротивляешься. Твоя аура пылает сейчас явно не из-за белокрылого, – произнес он достаточно громко.

Пока думала над ответом, бес уже стремительно отступил и быстрым шагом прошел мимо нас.

От злости я сжала кулаки. Спокойно, спокойно. Отстраняюсь от гнева и пытаюсь успокоиться. Но положа руку на сердце, признаюсь, в тот момент мне было сложно удержаться от активных действий по отношению к нему. Честное пречестное. Ну не могла я оставить его без должного «подарка» за такое словесное открытие. Все-таки старался, тратил силу, просматривая каждую серию моей внутренней истины. «Посочувствовал», предложил альтернативу. А я? Даже неудобно стало. Ну что я, не человек что ли? Пускай и наполовину. Нет, решено – каждый труд должен быть оплачен, так что лови…

– Рожевский! – крикнула ему вслед, изменив до неузнаваемости тембр голоса, заранее зная, что последует дальше.

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы лицезреть произошедшее. Звуки падения, потом нецензурщина за моей спиной, и так сказали о том, что «сюрприз» удался на славу.

А если поподробнее, то в Циаса врезался официант, опрокинув на него поднос с напитками. В том числе томатный сок, стекавший сейчас живописным рисунком с высококачественной кожаной жилетки густыми струйками. И это чудное возмездие я прекрасно видела в зеркальном отражении в барной стенке. Собственно, с этой позиции и заприметила рассеянного официанта, спешащего выполнить заказ. И заметьте, я нисколько не потратила темной энергии, все сама, ненавистным бесу человеческим чутьем – грамотно определила и время, и место. Так что никогда не стоит недооценивать противника. Каким бы он не казался слабаком. Первое впечатление часто обманчивое.

Разведя руки в сторону и с наездом извергая на испуганного подавальщика проклятья, Циас метнул взгляд на зеркало. Завидев в отражении мои искривленные в торжественной улыбке губы, он на миг замер. Но быстро сообразив, что к чему, сузил глаза, оскалился и с согласием кивнул. Первый кон за мной. Потом резво развернулся, не забыв при этом рявкнуть на бледного в форме паренька, вышел из клуба.

– Браво, Несс. У тебя просто талант заводить врагов. Теперь можно даже не убегать. Этот музыкантишка найдет нас везде, если захочет.

Ам явно был в плохом настроении. Он уселся на место Мэла и пытливо посмотрел мне в глаза. Разумеется, я уже ждала прямолинейного допроса, по поводу бесовской реплики, но, как и рассказывала ранее, он предпочитал брать молчаливым измором. Предоставляя возможность выговориться первой. Но не получится. Рассказывать мне нечего. Да и с чего бы это? Если у нас и были отношения, когда Ам мог потребовать объяснения, то сейчас так, сплошные издержки…, Наверное.

– Не начинай. Ладно? Зачем ему я, когда у него полный зал простонародья. – Указала головой на танцпол – на вновь оживившихся танцующих, после непродолжительной паузы. – Тем более скоро мы заберем амулет и гудбай.

– С Мэлом тоже попрощаемся?

Амур не сводил с меня глаз в ожидании прокола. Нашел кого подлавливать.

– Конечно, только после того, как украду этот чертов нож, – притворилась, что совершенно не понимаю его многозначительного намека. Желания на выяснения отношений у меня не имелось.

– Понятно. Думаю, еще раз предупреждать о глупости, которую ты, возможно, совершаешь, тоже не стоит да?

– Ага.

– Понятно, – повторил он тихо и жестко, слегка нажав на средний слог. И его столь прекрасное и светлое личико помрачнело.

– Ам хватит уже. Успокойся. Перестань всюду видеть опасность. Лучше закажи себе что-нибудь выпить. Может, хоть так расслабишься. Жизнь благоволит тем, кто ей доверяет.

– Кто-то, кажется, начитался Пауло Коэльо, – продолжал он, в том же духе. – Может и мне тебя еще благословить?

Что за бред?! А еще говорят, что женская ревность самая опасная штука. Угу. Вот вам явный пример абсурда и напрочь снесения крыши. Особенно когда еще ничем не подкреплено и необоснованно.

Как же вы меня все достали! Один врожденной непробиваемостью. Другой настойчивым однолюбием.

– А что? Хорошая мысль. Мне с Мэлом это не помешает, – дернула за самую больную ниточку. Вот только напрашивается зачем? Потому что неожиданно раздался гром, из-за которого я вздрогнула и в непонимании начала оглядываться. Но все оставалось без изменений. Музыка как играла, так и играет. Гости пили и веселились. Официанты так же порхали между столиками, разнося подносы с напитками. И кроме меня, по всей видимости, никто ничего не слышал. Странно.

– Что это было? – развернулась я к Аму и удивилась, так как вместо него наткнулась на пустоту. Он исчез. Вообще. Испарился.

М-да. С шуткой немного перегнула.

Глава 7

Страсть – зверь!

– А где?.. – услышала за спиной голос Мэла.

Когда ушел Ам, я просидела в одиночестве еще минут пятнадцать. Заказала кофе. Стараясь не думать об ангеле, понаблюдала за покидающими клуб людьми.

– Вернется, – буркнула я, зафиксировав взгляд на черной кофейной жидкости в чашке.

– Уверена? – охотник снова уселся на свое место.

– Спорим? – усмехнулась, скосив на него взгляд.

– Поверю на слово. Ладно, нам пора. Амулет отдам, когда вернемся обратно в дом. Нужно хорошенько все обдумать и основательно подготовиться.

Мэл встал и расплатился за заказанный ранее коктейль. Я оставалась на месте.

– Нет. Сначала покажи его.

– Не веришь?

– Доверяй, но проверяй. Слышал такое?

Некоторое время он молчал, глядя на меня хмуро. Весь его вид показывал, что пауза возникла исключительно из-за моего упрямства. Ага, конечно.

– Несс, не стоит здесь…

– Показывай! – Рыкнула я.

Совсем за дуру держит что ли? Метнула в него враждебный импульс, отчего он вдруг слегка покачнулся. Ну надо же, неприступная гора все-таки уязвима?! Или я просто серьезно разозлилась?

Пауза угрожающе затянулась. Но неожиданно на столе оказался небольшой примерно с кулачок младенца некий предмет, завернутый в серую грубую ткань. Я подняла голову и посмотрела на Мэла. В его ничего не выражающий фэйс. Тот в свою очередь глазами указал на стол, мол, вот, смотри сколько угодно, но я предупреждал. Коротко кивнула и снова переключила внимание на долгожданную вещь. Аккуратно, стараясь не касаться пальчиками заветного амулета, развернула незатейливую упаковку. И спустя пару секунд наконец-то увидела то, что возможно в недалеком будущем освободит меня от вечного статуса скитальца.

На кусочке ткани лежал красивый неправильной треугольной формы камень, цвет которого варьировал от светлого до темно – синего. Теперь понятно почему «Синь». А еще, на нем были выбиты еле видные мне иероглифические символы. Переворошив в голове всю демонологическую картотеку, пришла к выводу, что эти знаки я вижу впервые, иначе бы запомнила.

– Как он работает? – Дотронуться до камушка пока не решалась.

Мэл не ответил. Он не успел…

И почему я его не послушала?

* * *

Пока я разглядывала свое новоприобретенное сокровище, нас заприметила небольшая компания подвыпивших накаченных парней, которых смело можно было отнести к типу недоумков, вечно ищущих на свою задницу приключения. Видимо концентрация алкоголя в крови достигла отметки чрезмерной наглости, потому что один из них, не постеснявшись присутствия Мэла начал ко мне подкатывать.

– Смотри какая девочка? – услышала я за спиной. – Фигурка что надо.

– Ага. Четкая телка, – подхватил другой. – С такой бы всю ночь не прочь.

– Не, ты в прошлый раз развлекался, сейчас моя очередь.

– Так поделюсь, не переживай.

Я не оборачивалась, но прекрасно слышала, как жалкая кучка деградированных пьяниц медленно, но верно приближалась.

– Пойдем, – тихо сказал Мэл.

– Ты слышал, как он меня назвал? – прошипела я.

– Пошли или я потащу тебя силой, – прошипел он в ответ.

– Только не говори, что ты струсил. Я буду очень, очень разочарована. С Амом мы легко справлялись с подобными гориллами. Причем их было в два раза больше, чем сейчас, – заявила с гордым видом.

– Да я уже понял, что вы из племени камикадзэ. Но боюсь эти парни не совсем простые, как ты думаешь. И если не поторопимся, то тебя убьют.

– В смысле?

– Привет, – неожиданно раздалось у меня над ухом.

Я резко развернулась и уткнулась в ярко красную футболку с надписью «Дог». Подняла глаза и посмотрела оборзевшему в лицо. Кучерявый парень похотливо улыбался, и судя по расширенным зрачкам, уже немало выпил. Его приятели топтались рядом, поглядывая на Мэла. Щедро одаривая его ухмылками, которые явно не сулили ничего хорошего.

– Хочешь выпить? – протянул мне «Дог» бутылку из-под пива. И я отчетливо увидела на его запястье знакомую татуировку, означающее только одно…

– Спасибо, нет, – и с сожалением посмотрела на Мэла, потому что рисунок в виде небольшого засохшего деревца, пускающего корни, вниз бывает только у охотников.

Не было печали, как говорится.

Вот черт. Никогда еще я не находилась так близко к ним. Хотя нет. Проверка на прочность уже была. Причем недавно и с негативными для здоровья последствиями. Остается только надеяться, что это «героическое» трио из того же потока новобранцев, как и Олег – без знаний и без мозгов. Хорошо, что у демонов нет знаков отличия.

– Зря, – продолжил тем временем Дог. – А мы хотим. – Самоуверенно подмигнув, он приложился губами к горлышку и с типичным синдромом недопоя сделал несколько хороших глотков.

Как раз кстати.

Я медленно к нему наклонилась и для отвода глаз проникновенно прошептала:

– Боюсь вам со мной не справиться. Я очень горячая штучка.

От удивления Дог чуть не поперхнулся.

Пока говорила, моя рука неторопливо потянулась к камню, чтобы незаметно прикрыть тканью и убрать в карман. Мэл в это время краем глаза наблюдал за оцепившими его справа договскими дружками. Разумеется, сейчас мы с ним думали одинаково. Потому он сразу встал и прикрыл мои действия спиной, хладнокровно уставившись на противников. Но, несмотря на то, что пьяная братия так же была прилично накачена алкоголем, один из них оказался глазастее остальных.

– Эй, что там у тебя? Крошка походу хочет что-то от нас спрятать, – услышала я за спиной внушающий на свои немалые габариты бас.

Заткнись! Рыкнула я про себя, и, не целясь, машинально послала угрожающее энергетическое колебание. Досталось всем. Но не так сильно, чтобы что-то заподозрить. Легкое неприятное чувство, от которого им просто стало не по себе.

Сообразив, что натворила, я незамедлительно схватила камень и посмотрела на Мэла. Он поймал мой взгляд и в подтверждение едва заметно кивнул. Я быстренько мысленно наваяла несколько вариантов побега, так как была уверена – спокойно уйти нам просто-напросто не дадут. Первый, излюбленный и привычный – продемонстрировать немалую прыть, я отмела сразу. В клубе находилось еще достаточно много посетителей, косо поглядывая в нашу сторону в предчувствии развлекательного зрелища. Надавать шатающимся качкам по самое не хочу, тоже не выход. По той же причине. Да здравствует дипломатия?.. Стоит попробовать.

– Ладно, ребята, пошутили и хватит. Мне с МОИМ спутником уже нужно уходить, – я встала, и с непринужденным видом двинулась вперед. Но надежда на мирный исход оказалась напрасной.

– Не-е, не нужно, – Дог тоже поднялся и с решительной физиономией преградил мне путь. – Горяченьких я очень люблю.

Именно это послужило сигналом к началу.

Мэл размахнулся и мощным хуком левой сбил одного из них с ног. Тот отлетел и упал прямо на ближайший стол, распластавшись звездой. Атмосфера в клубе мигом наэлектризовалась и гости довольные, что наконец-то появилось достойное представление, криками поприветствовали драку. Циас, наверное, постарался.

Не прошло несколько секунд, как второй решительно кинулся на Мэла. Он подпустил паренька поближе и, сделав отвлекающий маневр рукой, зарядил ему ногой в живот. Противник явно не ожидал этого, потому согнулся пополам и завыл от боли, позволив следующим точным ударом отправить себя в нокаут. Я посмотрела на лицо Мэла – невозмутим, как всегда. Даже не запыхался. Да-а-а… Прямо зауважала.

Но на этом наш «фитнес», разумеется, не закончился.

Двое могучего телосложения и раззадоренные стычкой типа, с воинственным видом отделились из толпы и подбежали к Мэлу сзади. Схватили его за руки, чуть приподняли. И, конечно же, расхрабрившийся вдруг Дог не отказался стать третьим в этой «честной» по силе борьбе. Видимо такая расправа – бей пока держат, для него была не в новинку. Хм… Не справедливо, однако. С чем согласился и мой внутренний зверь, рыкнув в ответ, мол, дело дрянь детка, пора подключать темную артиллерию. С чем согласилась и я. И так уже многое позволила. Хотя признаюсь, Мэл силен как буйвол, что удивительно для человека. Таких я еще не встречала.

Наблюдая, за Догом пока тот осыпал моего защитника ударами – лицо, печень, желудок, лицо, тот, кстати, держался довольно стоически, даже с легкой издевательской улыбкой, будто избиение ему в радость (надеюсь он не мазохист), я чувствовала, как внутри меня поднималась холодная волна ненависти. Та самая, которая много лет сидела взаперти, в ожидании подходящего случая, чтобы вырваться на свободу и в полной мере заявить свои права. Во мне будто что-то щелкнуло. Здравомыслие постепенно начинало меркнуть, уступая место безудержной и бешеной ярости. Не знаю, менялась ли я внешне, но определенно ощущала мощные нейросигналы поступающие в мозг и призывающие к активным злободействиям. Я не смогла устоять. Слишком настойчиво темная сторона требовала мщения. И неважно, справедливого или нет, главное показать себя и насладиться мучениями.

– Че ты скалишься? – услышала я голос Дога. Он недоумевал, почему его, казалось бы, сильные побои, не производили должного эффекта. Потому хмуро уставился на Мэла.

– Слабак, – еще больше ощерился тот и, воспользовавшись заминкой, врезал ему ногой в пах. И правильно. С такими только так.

От дикой боли парень взвыл. Повалился на спину, поджав под себя ноги. Зажав руками покалеченное достоинство, он скрючился в позе эмбриона и с периодичностью в пару секунд поскуливал. Не забыв при этом вставлять словесную брань в адрес противника. Но на этом мой боец не остановился. Резко вывернув правую руку, он, рассекая воздух голенью, засадил другому громиле боковой удар в живот, отчего тот расцепил пальцы и отлетел в сторону столиков, машинально ухватываясь за край скатерти одного из них. Еще немного и все стеклянные пивные кружки оказались на полу, разбившись вдребезги, разлетевшись на мелкие осколки. Со вторым великаном, в куртке и кожаных штанах, расправилась я. Зря что ли сердилась?! Да и вовремя заметила металлический блеск в руке. В принципе этого стоило ожидать. Это же не боевик, где герой успешно махается одной рукопашной. А реально почти уличная драка, где все средства хороши, даже колюще-режущие предметы.

Мои пальцы сами собой в предвкушении хищно сжались. Тело напряглось, словно перед опасным прыжком. Сознание «завибрировало» и полностью переместилось в темную энергозону. Я впилась взглядом в широкоплечего верзилу цепко удерживающего Мэла. Пока последний выполнял свой контрудар, тот незаметно для него зафиксировав на определенном расстоянии нож, быстро рванул рукой в цель. Я мигом среагировала на этот выпад.

За какие-то доли секунды вокруг всё сгустилось мерцающей серой субстанцией, создающее двойственное восприятие, видимое только мне. С одной стороны, рядом со мной вокруг стояла густая тьма, с другой, напротив – видно все как днем. Я словно стояла во главе, чего-то страшного и смертоносного. Но сейчас это было неважно. Потому что в этот момент, подзарядившись темной манной, я ментальным уколом острой угрозы, буквально прошила ему голову и послала пучок мохнатой волны «остолбенения», подавив тем самым волю. Думаете все? Нет. Это только начало. Потому что разошлась я не на шутку. И знаете…Мне это ооочень понравилось. Никогда я еще не чувствовала себя настолько… властной что ли. И самое интересное было только впереди. Но предупреждаю – демонстрация не для слабонервных.

Мой взгляд быстро переместился на его окоченевшие бедра. Парень явно не понимал, что происходит. Я же пустила в него невидимую молнию и словно отменно-заточенным лезвием проткнула ногу насквозь. С воплем он отшатнулся, отпустил Мэла и схватился за бедро. Еще побледнел, буквально помертвел, а в глазах засветилась волчья ненавистью, отчего восторг зрителей заметно поутих. Потом вовсе наступила тишина. Никто не понимал, что, собственно, произошло и почему у одного из громил внезапно пошла кровь. Несколько мгновений Мэл так же обалдело смотрел на раненного. После тряхнул головой, и будто очнувшись, быстро подошел ко мне, взяв за руку.

– Уходим.

Он дернул меня, но я оставалась на месте. Уж слишком энергосладкая месть получилась, которой хотелось все больше и больше. Некая бесконтрольность немного пугала, но все-таки я была уверенна, что смогу остановиться в любой момент.

Мэл сразу сообразил, что сейчас я находилась далеко за пределами разумности. Он схватил мое лицо в ладони, приблизил к своему и установил визуальный контакт. Со стороны, наверное, казалось, что он просто хочет меня поцеловать, но охотник всего лишь твердо почти губы в губы приказал:

– Уходим, я сказал!

В моих глазах внезапно мелькнула вспышка, подозрительно напоминающее заклинание, вытаскивая меня из темного небытия и возвращая в реальность. Но пока я приходила в себя те самые недавно довольные зеваки, заметно занервничали.

Вот так под шумок непонимающей, негодующей толпы мы и направились к выходу. Но почти у самой двери, неожиданно услышали жуткий человеческий рев. Обернувшись, я увидела, как Дог метнул в нашу сторону нож. Но он не долетел. Потому что внезапно на середине пути резко сменил курс и застрял в панельной стене в метре от нас. Я скользнула глазами по сцене и увидела склоняющего в поклоне голову Циаса. В ответ я еле заметно кивнула и вслед за Мэлом мигом выпорхнула из клуба.

* * *

Мы быстро залезли в машину и Мэл резко надавил на газ. Клетка с Петрушей из моих рук тут же перекочевала на заднее сиденье, рядом с Громом. Тот смирно сидел на изначально выбранном месте, навострив уши. Надо было его прихватить в клуб. Тогда обошлись бы без проблем. На такую собаку уж точно кишка тонка. Но умная мысль, как результат пережитого опыта, всегда приходит потом. Но ничего. На ошибках учатся. В следующий раз натравлю без сомнений и с огромным удовольствием. Мэл, думаю, будет не против. Осталось только подружиться с Громом и вперед на ринг – Кто на песика?

– Дура! – услышала я вдруг, отчего вздрогнула, и ошалело посмотрела на Мэла. Черт. Да разве так можно? С испугу я его чуть не прикончила, блин. – Теперь они знают тебя в лицо. Я бы и сам справился, – охотник еще сильнее надавил на педаль и напряженный, словно струна не сводил с дороги глаз.

Н-да… Вот и вся благодарность. Фыркнула я про себя. Инициатива наказуема. Ничего не поделаешь – это факт.

– Да ладно, не кипятись! Изменю. Нашел из-за чего переживать.

Он обогнал длинную вереницу машин и хмуро на меня посмотрел.

– Зачем ты вообще влезла? – спросил Мэл уже более сдержанно.

– Не знаю, – я пожала плечами и скрестила на груди руки. – Кому-то же нужно было спасти тебя.

Мэл снова на меня глянул и будто назло, в мгновение ока разогнался до максимума.

– Слушай, смотри лучше на дорогу. Несемся, как ошпаренные.

Конечно же он меня не послушал.

– На этой малышке только так надо ездить. Иначе, зачем она?

Ну-ну. Я обернулась, чтобы удостовериться, что клетка не свалилась в проем между сидениями и вернулась обратно. Спорить смысла не было. Мужчины не умеют уступать. Тем более, когда на взводе. И особенно женщинам. Честно говоря, мне плевать на все эти психологические особенности и будь на то желание, словесно позабавилась бы еще, но вот именно, желания как такового у меня сейчас не было. Потому что устала и очень сильно хотела спать.

Я молчала и наблюдала за мелькавшими за окном домами. Через несколько минут мои глаза стали сами собой закрываться из-за чего я устало облокотила голову о спинку кресла и наконец-то расслабилась. Сопротивляться сонной аномалии сил у меня больше не было. Но, прежде чем погрузиться в спасительный для себя мир, услышала простое, с ноткой мягкости в голосе:

– Спасибо.

– Пожалуйста, – ответила я, но улыбнулась уже во сне.

* * *

Через несколько минут, как мне показалось, я открыла глаза и с удивлением обнаружила, что сижу, скрючившись, и укрыта мягким цветным покрывалом. Когда только успел? Посмотрела на приборную панель – на часы. На самом деле я проспала почти полчаса, но ломота в теле и внутренняя разбитость, указывали на обратное. Всё-таки мне нужно, как минимум часов пять, чтобы почувствовать себя более-менее бодрой. Надеюсь, еще есть время основательно отдохнуть?! Иначе толку от меня будет, как от амебы в обмороке.

– Ну что, вздремнула немного? – поинтересовался Мэл.

Я выпрямилась с гримасой боли. Шею свело так, что невозможно было повернуть голову. И с кислым видом повернулась к нему.

– Где мы?

– Дома.

Он вытащил ключ зажигания. Открыл дверцу и вылез из машины.

– А, ну да.

Только сейчас я обратила внимание, что находились мы в его полутемном гараже, который запомнился наличием полок, крючков под разный спортивный инвентарь – велик, каска, боксерские перчатки, лыжи. Спортсмен, ничего не скажешь. Странно только, что до сих пор один. Девушек полно, а вот мужиков, увы, на всех не хватит. Тем более таких – серьезных, целеустремленных, уверенных, сильных. С некой тайной в глазах. Малоразговорчивый и больше делающий. Самое то. Не подумайте, что я сама на него клюнула, просто достоинства на лицо. А правду признавать я не стесняюсь. Так что мне действительно странно, что его до сих пор не охомутали. Хотя может он сам не стремился к полноценной жизни… В общем, ладно. Даже мне не по силам узнать, что творится в его голове и почему в статусе одиночки. А спросить… Ну может так и сделаю. Только чуть позже.

Для полного освещения Мэл включил одинокую лампочку Ильича, совершенно не вписывающуюся в эффектно-драйвовый интерьер, и подойдя к машине выпустил Грома на волю. Воспользовавшись, случаем, я глянула в зеркало заднего вида и слегка ужаснулась. Выглядела, как загнанная домохозяйка – волосы всклоченные, лицо бледное, в глазах нездоровый блеск.

– Тебе идет новый имидж, – усмехнулся Мэл, заметив мое самокритичное разглядывание. – Честно говоря, такая ты мне больше нравишься.

– Не ожидала, что тебя привлекают сумасшедшие ведьмы. По крайне мере сейчас я себя расцениваю именно так.

– Нет. Мне нравится женская мягкостью и растерянность. Тебе никогда не говорили, что мужчинам по нраву естественность?

Наплевав на внешний вид, я обернулась, издевательски выгнув бровь.

– Угу. Что-то я не заметила этого в девушке из ресторана. Накрасилась, будто на маскарад. Не скромничай Мэл. Мужчины любят глазами, а женщины ведутся и стараются соответствовать им. Вам же смотреть проще, чем думать. Так что оставь свои песни, для какой-нибудь другой матроне. А лучше запомни – будешь любить глазами, уйдет к другому, кто полюбит чем-то другим.

– И чем же? – в его глазах снова появился холодный блеск. Как всегда, я не видела его мыслей, но импульс угрозы почувствовала четко. – Давай Несс, колись. Ты же у нас всезнайка.

– Тем, чего у тебя, судя по всему, нет, – начала я с умным видом. – Душой!

– И это мне говорит та, кто использует крылатого паренька, в качестве временной постельной развлекаловки, пока не подвернется вариант получше. Истинная Демонесса с истинной душонкой.

Я, насколько позволило пространство в машине, с размаху, вмазала этому хаму по щеке. Не мешкая Мэл, тут же схватил меня за плечи и мощным рывком, вытащил мое тело поверх сиденья наружу. Удивительно, что я не покалечилась. Все произошло словно налету. Потом придавил к машине и зарывшись рукой в волосы, сжав затылок, зарычал:

– Еще раз так сделаешь, отвечу тем же.

Я попыталась оттолкнуть, но, блин, он нереально силен. И откуда столько мощи?

От его близости, у меня побежали мурашки по всему телу, до самых кончиков пальцев. Внизу живота появился холодок. Что происходит?

– Да пошел ты Мэл. Я люблю Ама. Слышишь? Люблю.

– Конечно, как брата.

Он еще сильнее прижал меня за талию и, склонив голову, легким поцелуем коснулся губами моей шеи.

– Нет.

– Как сестру?

Он издевательски не прекращал соблазнения, медленно прокладывая дорожку из поцелуев вверх по шее к губам.

– Нет, как мужчину.

– Хочешь, докажу обратное?

Наши глаза наконец-то встретились. Казалось, что я смотрела в свое зеркальное отражение. Тот же цвет, блеск и…желание.

– Нет, разумеется!

Но Мэл, как и раньше, конечно же, меня не послушал. Стоило его губам коснуться моих, и из его горла вырвался рык победителя.

Это был дикий и необузданный поцелуй. Абсолютно не терпящий отказа.

Я не понимала таких резких перемен по отношению ко мне. То с помощью Грома пытался меня убить, потом втянул в опасную сделку, защищал, после орал и назвал дурой, а теперь нате – его руки уже вовсю блуждали по моей спине, спускаясь все ниже и ниже. Как-то быстро мы перешли «дружественную» черту. Но самое интересное, несмотря на нарастающую внутри раздражительность, из-за того, что мое тело предательски реагировало на его ласки, все это мне чертовски нравилось. Но также сильно и начало беспокоить. Потому что я чувствовала неистовое, разрушительно влечение, восхищение и страх. Сильный ожог и восхитительную боль. Словно в мою жизнь непрошено ворвались и теперь навряд ли так же быстро отпустят.

Я слышу, как бьется его сердце. Тук-тук. Тук-тук. И слышу, как бьется мое. Звук становится все громче, все быстрее, несясь куда-то, прося помощь у разума. Внутренняя гармония нарушена. Осторожно! Осторожно!..Да провались оно все к демонам.

Я еще сильнее обняла его за шею и прижалась к твердым, властным губам в страстном поцелуе. Мэл застонал от наслаждения. Обхватил руками бедра, будто пушинку приподнял, и ловко сместившись в сторону, усадил на капот. Сорвал с меня куртку и бросил на пол. Я сняла с него черную водолазку и отшвырнула так, что она повисла на одном из крючков. На его оголенном плече заметила шрам похожий на пирамиду. Потом подняла руки, чтобы ему легче было стащить с меня футболку и откинула голову назад, когда его губы снова прикоснулись к моей шеи. Эта была не просто страсть. Это была звериная страсть, где жертва и хищник постоянно менялись местами. Потому что, окольцевав ногами его талию, я вцепилась в мужские плечи и уверенно, почти в полете дернув из всех сил, уложила его на металлическую поверхность капота, оказавшись сверху. Вот так милый. Лидер теперь я.

Мэл не был удивлен. Скорее, еще больше возбудился. Это я уже проверила на ощупь, нечаянно задев рукой. Мои щеки в миг запылали, словно по венам потекла новая кровь. Я, не сводя с него глаз, будто приклеились, наклонилась и прикоснулась губами к бархатной коже на груди. Он тоже смотрел на меня, и я снова увидела тот самый странный огонек, который заметила еще в машине. Почему? Почему он мне кажется такой знакомый?

Опьянев от бурных ощущений, я совсем потерялась, словно мысли просто вышибли из моей непутевой головы. Мне казалось, будто в мое тело вселилась какая-та другая женщина. Я была не властна над собой, и в тоже время понимала, что сейчас стала настолько сама собой, какой не была уже давно. Потому не сразу обратила внимание на внешний напрашивающийся неизвестно откуда импульс телекинеза. Особенно тогда, когда пальцы Мэла, начали удивительно нежно ласкать мою грудь, из-за чего я судорожно втянула в себя воздух и со стоном выдохнула обратно. Нам не нужны были красивые, наполненные страстью слова. Разжигающий и поддерживающий поток огненного влечения. Этот набор букв заменили прикосновения и поцелуи. И это было хорошо.

И в тот самый момент, когда Мэл с сумасшедшей спешкой расстегнул мои джинсы, и практически их с меня уже стянул, почти в тот самый момент, когда я расстегнула замок на его брюках и немного приподнялась вверх, чтобы он спустил их, приблизительно тогда, когда уже не было бы ни меня, ни его, ни севера, ни юга, ни звезд, ничего, лишь сплав бессменного объятия двух, мы услышали громкий лай собаки, донесшийся из дома и леденящий душу, возвращая в реальность голос Ама, который бурно успокаивал несмолкаемого стража.

Приехали, Блин!

Мы резко застыли. Я ошарашено смотрела Мэла и не могла поверить, что менее минуту назад, чуть не отдалась ему. И судя по его выражению лица, такая же мысль посетила его. Я не знала, что делать – смеяться или плакать? Смущение, неловкость, злость, буквально разом наступили мне на горло из-за чего, я временно забыла, как надо дышать. Что это было? Уже долгое время, кроме Ама, разумеется, я не могла видеть в окружающих мужчинах, возможного партнера, а теперь гормоны взбунтовались, словно сорвались с цепи. Если вначале действие, которое этот тип оказывал на меня, всего лишь раздражало, а временами даже нравилось, то сейчас мне становилось немного страшно. Слишком мощная оказалась это штука – страсть. И еще потому, что появилась она откуда-то из глубины моего существа. Только я пока еще не разобралась – темной глубины или светлой.

– Отпусти меня, – прошипела ему, как можно тише, и быстренько соскользнула на пол, механически застегивая на джинсах замок. Я злилась, на себя, на него, на Ама, на Грома, на всех, черт возьми. Потом мигом надела футболку, подняла куртку, отряхнула и, наклонившись к автомобильной дверце, посмотрела в зеркало заднего вида, чтобы привести растрепанные волосы хоть в какой-нибудь порядок. Но злость видимо накатила не только на меня, потому что пока я прихорашивалась, уверенная, что Гром цепко удерживает Ама на месте, меня снова сильно схватили за руку и резко развернули.

– Не смей ко мне приближаться! – в приказном тоне заявил мне вдруг Мэл.

Ничего себе! Вообще-то это должны были быть мои слова.

– Это почему еще?

– Потому что я так сказал! – рыкнул он и отступил назад. Потом снял с крючка водолазку и направился к выходу.

– И не подумаю. Кто ты такой, чтобы мне приказывать?! – рассердилась я не на шутку.

Охотник остановился, но не обернулся.

– Ты права – никто, – и вышел из гаража, оставляя меня наедине с моей злостью.

Глава 8

Ну и кто победил? По мне так – никто.

Вот именно – никто, никто. Повторяла я себе под нос, приглаживая руками волосы. На десятый раз я не выдержала и со жгучей ненавистью топнула ногой. Да так сильно, что раздался громкий характерный звук, и стены в гараже содрогнулись, скинув с себя лишний спортивный груз на пол. Я оказалась посреди разбросанных в живописном порядке вещей Мэла.

Равнодушно скользнула по ним взглядом и сделала глубокий вдох-выдох. Потом облокотилась спиной о железную гладкую дверцу и опустила голову вниз. И чего я так завелась? Будто серьезно собралась его соблазнять. Смешно. Совсем голову потеряла. Веду себя как неразумная малолетка, аж тошно стало. А когда-то гордилась своей несгибаемой выдержкой… С Амом я чувствовала себя намного спокойнее, нежели с Мэлом. Ведь последний, словно мина замедленного действия, готовая взорваться в любой момент. Да, он хорош собой, очень притягательный и интригующий тип, но разве для меня это что-то значит?.. Нет. Абсолютно ничего не меняет по отношению к нему – так же его подозреваю и опасаюсь непредвиденного. И, по сути, он мне не друг совсем. А ОХОТНИК. Пускай бывший, но все же знающий намного больше меня в поимке и убийстве демонов. И Синь лишь доказательство этому. Так что зря я позволила себе расслабиться. Кстати, нужно еще раз посмотреть на этот странный амулет. Все-таки думала, будет что-то из рода… даже не знаю, ну каких-нибудь шаманских штучек из останков животных, а тут просто камень. Интересно, как он работает?

Я сунула руку в карман куртки, куда отчетливо помнила, положила свернутый в ткань камень, но он был пуст. Поискала в другом, потом во внутреннем, джинсы, огляделась по сторонам – ничего. Он исчез, и я на несколько секунд зависла, уставившись в одну точку стены, лихорадочно работая мозгами. Перед глазами снова и снова прокручивался момент соблазнения. Каждое действие, прикосновение, взгляд, ничего не упуская из вида. Хотя все могло произойти намного раньше… Надо же какой заботливый и одеялом потом укрыл.

Из минутного ступора меня вывел попугай, напомнив о себе еле слышным чирком.

– Я тоже так думаю Петруша, – сказала я, развернувшись. – Похоже, нас с тобой наглым образом обманули. А я идиотка поверила.

Знаете, я не бросилась сразу его догонять и требовать объяснений. И не настолько наивная, чтобы предполагать, что возможно в спешке сама, где-нибудь посеяла. Это сделал Мэл. В этом я была уверена так же, как и в то, что после зимы всегда придет весна, а после дня наступит ночь. На все двести процентов. И раз так, то теперь правила и требования буду устанавливать я, или пусть сам добывает этот магический нож.

– Пойдем, дорогой, – сказала я любимому пернатому и вытащила клетку из машины. – Ты, наверное, жутко проголодался, а я, редиска такая, совсем о тебе позабыла.

Петруша еще пару раз чирикнул в знак подтверждения, и мои губы дрогнули, расползаясь в улыбку.

– Да-да, знаю. Ты мой единственный друг. У кого-то собака, а у меня ты. Просто прелесть.

Я подняла клетку и пристально посмотрела на попугая. Ведь никто не знает, почему я на самом деле так нянчусь с этим маленьким волнистым питомцем. Конечно, за столько времени совместного проживания, я уже сильно к нему прикипела, и мысль что когда-нибудь нам придется расстаться, меня огорчала. Уповала только на то, что этот момент наступит по естественным причинам, а не по принуждению. Но все же он наступит. Это всего лишь вопрос времени.

Неожиданно наступила тишина. Гром больше не лаял. Ам тоже замолчал. Я посмотрела на дверь и уже представила, как в гараж влетает разволновавшийся амур с нравоучительными наставлениями или просто с язвительными репликами, но шли секунды, а его все не было. Странно. Ладно, пойду сама. И не спеша направилась к выходу.

В дом я вошла через открытую массивную входную дверь. Внутри было тепло, светло и уютно. Пересекла просторную в бежевых тонах гостиную и сразу направилась на кухню, так как голод Петруши для меня был сейчас прежде всего. Схватилась за железную ручку двери из непрозрачного стекла и с легким нажатием повернула против часовой. Моему взору открылась интересная картина. Мэл и Ам сидели друг против друга за столом из темного дерева и мирно что-то обсуждали. Услышав мой приход, они одновременно повернули голову и в ожидании замолчали. Все-таки эти двое чем-то были похожи. Оба темноволосые, статные, уверенные в себе личности. С правильными чертами лица, только глаза разные – карие и синие, и смотрели, один с ленивым равнодушием, второй с укором. Но не суть. В каждом был внутренний стержень, и присутствовала некая индивидуальность, с помощью которой они запросто могли бросить вызов всем условностям человеческого общества. Аму понятно. Он ангел, который живет по своим законам бытия. В случае чего, просто взмахнет крылышками и испарится. А вот Мэл, конечно же, тот еще фрукт. И судя по действиям в клубе, море ему не по колено, а едва до щиколотки. Кстати, на многие вопросы он не дал ответы.

– Сплетничаем? – бросила я и спокойно прошла вперед.

Поставила клетку на стол. Потом так же нагло-расслабленно, будто у себя дома, начала открывать находящийся на кухне один за другим шкафчик в поиске чего-нибудь съестного. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы видеть, что эти двое наблюдают за мной. Это я чувствовала обжигающим теплом по спине, отчего немного нервничала.

– Слушай, Мэл, я понимаю, что ты видимо, стесняешься есть дома, но хоть какой-то запас провизии же должен быть у современного мужчины. Хлеб, например, – спросила я, захлопывая очередную дверцу шкафчика.

Я развернулась и вопросительно посмотрела на охотника, намеренно избегая взгляда Ама. Честно говоря, боялась, что стоит ему посмотреть в мои глаза, как он сразу поймет, что я совершила какой-то необдуманный поступок. И, разумеется, с участием Мела. Ам не дурак. Проницательности в нем хватает, тем более Амур, который мигом вычислит желание и страсть по особому свечению человеческой ауры. Уповала только на одно, что из-за принадлежности к демонической расе, мой телесный ореол для него был практически одинаково дымчато – красным цветом. По крайней мере он сам мне об этом говорил. Хотя, если подумать логически, охотники только по нему меня находят. Именно в те моменты, когда от переизбытка чувств, он становится ярко раскаленного оттенка. Но сейчас я ничего подобного не чувствовала, а, следовательно, Ам ничего не мог заподозрить.

– В нижнем ящике, – Мэл указал глазами на крайний шкафчик, у окна и повернулся ко мне спиной, лицом к ангелу.

Не выдержав, я наконец-то, посмотрела на Амура.

– Где ты был? —

Я ждала ответа, гадая простит ли он меня, если расскажу о произошедшем.

– Работал, – Ам пристально смотрел мне в глаза. – Можешь не рассказывать, уже слышал про вашу резню в клубе. – Его черты лица застыли, и я поняла, что он очень и очень рассержен.

– Не обращай внимания, – отмахнулась рукой, наклонившись к указанному шкафчику. – Как видишь, целы и невредимы… И спасибо за поддержку, – последней фразой намекнула на его скоропалительное исчезновение.

Ура! Я наткнулась на резерв сухого пайка – пакетики с чаем, кофе, консервы, сушки и много-много чего еще, что относится к подобному виду еды. Странно, конечно, может у него еще и тревожный чемоданчик собран, на всякий, так сказать. Прямо военное положение в домашних условиях.

– Меня начальство вызвало. Противится их зову я, увы, не могу, – ответил он. По его уверенному тону было ясно, что так оно все и обстояло.

– Ну да. В таком случае мог бы предупредить.

Я взяла пакет с мини-баранками, пару запечатанных в герметичную упаковку каш, несколько пакетиков кофе и грудой сложила на стол.

– Не знаю, как вы, а лично я голодная как волк, – и принялась открывать один из запасов с готовой перловкой.

В первую очередь я все же накормила Петрушу. Налила свежую воду и просунула между прутьев клетки хрустящее лакомство. Только потом уже со спокойной душой уселась за стол. Запустила ложку в рассыпчатое съедобное месиво и с предвкушающим удовольствием отправила в рот. Каша была в меру соленой, приправленной маслом и очень вкусной. И если вспомнить о том, что не ела пару дней, то такой она и должна быть.

Пока я трапезничала, Ам с Мэлом тоже решили выпить горячего напитка. Через несколько секунд я услышала бурление чайника с последующим характерным щелчком и мужчины вернулись обратно, усевшись за стол с дымящейся кружкой чая. Повисла тишина. Каждый думал о своем. О чем именно меня волновало меньше всего, потому что я думала о Мэле. Точнее о его целях. Мне было непонятно зачем бывшему охотнику руби? Кого он хочет им убить? Мелких демонов или все же меня? Ведь даже, несмотря на мою силу, я все-таки уязвима, потому что до сих пор помню ту адскую боль, которую мне причинил Олег. И кто знает, что со мной было бы на самом деле не появись Ам вовремя. Лысый мог запросто воткнуть нож в сердце, после чего я навряд ли бы выжила. Хотя интересно, проткнуть человеческое сердце ножом это одно дело – сто процентов я бы умерла как человек. А как демон?.. Да, весьма интригующий вопрос. Даже немного страшит. В общем, ладно, отвлеклась.

Я подняла голову и посмотрела на Мэла. Он продолжал старательно рассматривать содержимое своей чашки.

Нет, Ам прав, с ним нужно как можно осторожнее себя вести.

– Зачем ты забрал Синь? – начала я, не сводя с него глаз.

– Кстати, а что это? – Ам нисколько не удивился поступку охотника.

– Не поверишь, но это обычный синий камень, с какими-то непонятными символами, – ответила я, глянув на Ама подозрительно сощурив глаза. «А где я тебя предупреждал и прочее в таком духе?».

– И как он работает?

– Не знаю, проверить еще не успела, поскольку у меня его незаметно изъяли, – и, нахмурившись, вновь посмотрела на Мэла. – Боишься, что я улизну, не выполнив свою часть сделки?

– Ага, – он был, как всегда, невозмутим. – Даже больше скажу, отдай я тебе его сейчас, ты снова потеряешь над собой контроль. Что, собственно, произошло в клубе.

– Не понимаю, – протянула я тихо.

– А чего тут понимать? – Мэл медленно поднял голову и посмотрел мне в глаза. На его лице сверкнула легкая улыбка, будто забавляется, пришло мне в голову. – Это должно чувствоваться. Скажи, ты часто испытываешь ощущения жажды? Нет, не той, а которой ты подумала, а именно…

– Крови? – перебила его. – Знаешь, это я чувствую каждый раз, когда читаю лекцию, – фыркнула, театрально закатив глаза, но поток мыслей тут же накрыл меня догадками.

Так вот откуда появились силы, черт возьми. Точнее, они, итак, были, но не настолько мощные с непреодолимой тягой к действиям. Даже сейчас, спустя несколько часов, после ярких событий, я чувствовала легкую внутреннюю потребность совершить подобное еще раз… Нет, много-много раз.

– Тогда срочно меняй работу, иначе правда, кого-нибудь убьешь, – ответил охотник, безошибочно уловив мои ощущения. – Поэтому предлагаю вернуться в инфернальную среду, для собственной же безопасности.

– Эй, полегче, Несс не была там никогда, – вклинился Ам, слегка вздрогнув.

– Правда? – охотник был удивлен. – Тогда как ты здесь появилась?

– Не твое дело…и Ам, один раз я все же была там, – соврала я, рассердившись. – Не стоит лишний раз говорить за меня то, чего не знаешь на самом деле.

– Но…но ты же рассказывала…

– Да, я помню. Я обманула.

Вот так резко, прямолинейно, с долей грубостью я расставила нас по разные стороны баррикад добра и зла. И сейчас мой ангел, думаю, испытал колоссальное разочарование. Конечно, когда живешь с надеждой в сердце и постоянно рисуешь идеализированный чистый образ любимой, то совершенно забываешь о реальности. И как больно ее (а когда-нибудь все равно придется) потом осознавать. Ведь не так просто, понять человека, когда из-за близкого с ним общения ты в голове для себя уже воплотил подобие чего сам стоишь.

– Прости, позже поговорим, – сухо добавила я, развернувшись к охотнику. – Тогда как ты меня остановил?

– Пока ты развлекалась резней, я вытащил Синь из кармана. В тот момент, когда взял тебя за руку. Из-за твоего упрямства не было времени объяснить, что работает он на увеличение настоящей сущности, которая заложена внутри особи включая способности. Хотя, небольшая надежда в положительную сторону у меня была, но, увы… Дальше, думаю, сообразишь.

– Хочешь сказать я принадлежу к числу бесконтрольных злодеек и что запросто могла бы убить того верзилу?

– Нет, ты убила бы всех, кто находился в клубе.

– Чушь, Несса не способна на такое, – возмутился Ам.

Я, конечно, поблагодарила бы своего несравненного за поддержку, только вот после моего недавнего признания в его глазах почему-то сверкнуло сомнение.

– Странный ты, Ам, – взглянул на него Мэл, – ты словно не видишь или не хочешь видеть очевидного. Несса – демон, пускай и наполовину, но все же черт с рогами, а не Дева – Молла.

– Это неважно, – не отступал тот.

– Не будь смешным. Она тебя кинет, при любой возможности. И заметь, это будет самым удачный вариант. На твоем месте я давно бы уже свернул лавочку воздыхателя. Пустой номер, поверь. Представится выбор, убьет не раздумывая.

– Слушай Мэл, а ты не обнаглел? – резко вставила я, увидев на лице Амура замкнуто – размышляющее выражение. – Ничего, что я тут сижу и все слышу?!

Повисла пауза, недолгая, буквально пару секунд. Именно столько мне потребовалось времени, чтобы с размаху оставить на щеке Мэла многозначительный отпечаток злости.

– За черта с рогами, – выдавила я твердо, чувствуя свою раскаленную от ярости ладонь. – «И за соблазнение в гараже», – добавила я мысленно.

Мэл даже не шелохнулась, будто не было оплеухи, но в глазах сверкнул недобрый огонек, расценивающийся как – беги детка, беги, как можно дальше. И, конечно же, я не послушалась. Напротив, не задумываясь о последствиях, я повторно замахнулась, но охотник ловко поймал тонкое запястье, вскочив из-за стола, и, вывернув в противоположную сторону, грубо заломил за спину.

Его движения вызвали у меня дикую вспышку боли. Черт, да откуда у него столько силы? Это невозможно. Если только он не… Все произошло настолько быстро, что я даже пискнуть не успела, но болезненная хватка внезапно пропала и я услышала характерный звук удара с последующим полетом обидчика в сторону кухонного шкафа, «удачно» разнеся его на части.

– Все хорошо… – начал было Ам, оказавшись рядом, но закончить не успел, поскольку охотник с молниеносной скоростью поднялся на ноги и с разгона без тормозов сбил его с ног, также повалившись вместе с ним на пол.

Амур попытался вскочить, но Мэл придавил его тело к деревянной поверхности и приставил непонятно откуда взявшийся к подбородку нож.

– Предупреждаю, – начал он таким же холодным тоном, как и лезвие, прижатое к горлу. – Еще один подобный трюк и…—

– И? – крикнула я, мигом оседлав его спину, и удушающим приемом обхватила твердое, словно скала горло.

Вот, блин, еще несколько минут назад мы спокойно, мирно попивали чаек, а сейчас были готовы убить друг друга, просто потому, что никто из нас не умел держать себя в руках, и у каждого было обоснование своей несдержанности. Со стороны мы, наверное, выглядели очень комично, но что поделать, случаются разногласия.

Мэл не ожидал, что я накинусь на него. Его хватка ослабла, но нож не убрал.

– Слезь с меня дура, – свободной рукой он попытался схватить меня за ногу и стащить на пол.

– Убери лезвие, иначе придушу, – прорычала я, и еще сильнее сжала горло.

От нехватки кислорода охотник покраснел, но стиснув зубы, он неожиданно резко дернул телом вперед и в очередной раз, отведя свободную руку в сторону, быстро поймал мою правую ногу. Рывком скинул мои пятьдесят два килограмма вниз. Но не тут-то было. Не успел он перевести дыхание, как я оперлась на локти и ногами обхватила его шею, сжав ее клещами. Ам тут же воспользовался заминкой. Схватил Мэла за руку, державшую нож и отвернул лезвие от себя. Но, черт, похоже Ам тоже почувствовал его несвойственную для человека силушку. Я же продолжала яростно удерживать охотника ногами.

Не знаю, чем бы на самом деле закончилась наша разборка в виде скрюченных на полу тушек, но в самый пик ярости, боли и ненависти дверь на кухню неожиданно открылась. Мы одновременно повернули головы. Точнее я и Ам, Мэл же скосил взгляд. Это был Гром, и первое, о чем я подумала в тот момент, что все, конец котенку, то есть мне. Но песик, завидев нас, почему-то спокойно, с присущим ему хладнокровием медленно вошел внутрь. Подойдя поближе, просто уселся, напротив. Наклонил голову набок и застыл.

Мы с Амуром настороженно переглянулись и посмотрели на Мэла. Одной рукой он продолжал попытку разжать мои ноги, вторая же была в руке Ама. Всё. Я ждала, что сейчас он прикажет Грому съесть нас заживо, но охотник молчал. Хотя, возможно, он просто не мог. Я так сильно стиснула его шею, что еще чуть-чуть, и он потерял бы сознание. Потому что тело слегка обмякло, а глаза начали закатываться.

– Отпущу если ты больше не будешь нападать, – сказала я спокойно, краем глаза наблюдая за Громом.

– Пусть сперва отдаст нож.

Острый предмет звонко ударился об пол и Мэл, сдавший позицию бойца, еле заметно кивнул. Но должна отдать ему должное, даже несмотря на перекрытый доступ к кислороду, он мог легко послать эмпатический импульс своему четвероногому другу и натравить на нас, но по неизвестным мне причинам не воспользовался шансом. А ведь настроена я была серьезно.

То, что у них есть такая связь, я почувствовала еще тогда, когда мы прокрались в дом, но расспросить подробно времени не было. А потом и вовсе ушло на последний план с последующим забытьем.

Я ослабила хватку. Мэл резко расцепил мои ноги, грубо скинув и повалившись на пол, рядом с Громом начал громко с хрипом втягивать в себя воздух. Пока он восстанавливался, я приподнялась и оперлась спиной о стену напротив окна. Амур последовал за мной, уселся рядом и скрестил на груди руки. Вот так под жалкую «музыку» хрипов и откашливаний мы просидели минут пять.

– Мощно ты его, и судя по тому, сколько он уже корячится, еще долго будет вспоминать этот прием.

– Нет, всего пару часов, – прохрипел охотник, не дав мне ответить. Он приподнялся и на коленях направился к одному из кухонных шкафчиков. Я с интересом наблюдала за ним. Мэл открыл дверцу, вытащил наполовину заполненную бутылку темно – коричневой жидкостью и также на корячках, словно побитый и обиженный зверь, направился в нашу сторону. С облегчением устроившись между мной и Амом, из-за чего нам пришлось подвинуться, все-таки не из малых, Мэл запрокинул голову назад и еще раз глубоко вдохнул. Потом открыл бутылку, откинув пробку в дальний угол, и приложившись губами к горлышку, сделал несколько больших глотков. Поперхнулся.

– Полегчало? – спросила я усмехнувшись.

– Угу, – произнес охотник, вытирая ладонью губы. – Будешь? – и с такой же усмешкой будто и не было до этого конфликта, протянул бутылку Аму. – Пять лет выдержки, попробуй, вещь.

– А чего не десять? – съязвила я, наблюдая, как Ам с большим воодушевлением взял бутылку и отпил несколько таких же глотков.

– Не, пять самое то, – ответил Мэл. Вернул тару в руку и с невинным личиком предложил мне. – Поддержишь?

Я посмотрела охотнику в глаза и слегка улыбнулась. Пипец, вот эта развязка. Помятый человек, ангел, полудемон сидят на полу и просто тупо пьют.

– Споить решил? – не удержалась я.

– Нет, всего лишь выпить.

– Ладно, – ответила я и, сделав небольшой глоток, почувствовала, как огненная жидкость потекла по горлу. Да, это то, что сейчас нужно было – снятие напряжения и полная релаксация.

Потом я передала бутылку Мэлу, прислонила голову к стене и закрыла глаза. Сделала несколько глубоких медитативных вздохов – и тело подчинилось расслабляющему рефлексу. Время для меня замедлилось. Мужчины же продолжили по очереди допивать начатое, а я не без интереса прислушивалась к их пустой болтовне. В основном это были похвалы в честь спиртного. И чем больше они прикладывались к бутылке, тем больше развязывался язык. Минут через двадцать я уже слушала, кто и как держит удар, и как лучше застать противника врасплох. Прямо инструкция бойцовского клуба. Эх, мужчины…одно хвастовство.

– Ам не переусердствуй, помни, что в твоих руках еще судьбы людей. Нормальные мужики и так редкость, – уколола я. Протянула руку, отобрала коньяк, на что ангел издал смешок.

– Это она о чем? – непонимающе спросил Мэл.

– Не обращай внимания, Несса любит издеваться, – отмахнулся Амур заплетающимся языком. – Хотя, да, смешно вышло.

– Да уж, – согласилась я, сделав один глоток.

– Да о чем вы? И причем тут судьбы и мужики?

– Притом, что в таком состоянии у него активируется сто процентное косоглазие и почему-то острое желание помогать людям находить свое счастье.

Повисло недолгое молчание, которое вдруг прервалось громким хохотом охотника.

– Вы что серьезно? – спросил Мэл, немного успокоившись. Он поворачивал голову то в мою сторону, то в Ама.

– Ага, – подтвердила я улыбаясь.

– Слушайте, ну вы и парочка…

И снова громкий заразительный смех, к которому вскоре присоединилась я. Амуру ничего не оставалось, как поддержать нас. Алкоголь иногда объединяет, что тут скажешь. И повышает настроение. Правда, зачастую, до определенного момента, пока вроде бы хорошо, интересно, а потом раз… и жгучая печаль.

Итак, допив веселый напиток, и вдоволь насмеявшись, с острыми шуточками в адрес виновника внезапного позитива, мы продолжили сидеть на полу, просто пялясь на Грома, окно, Петрушу… Странное было ощущение. Ситуация тоже необычна. Будто старые добрые друзья, встретившись спустя много-много лет. Да еще какие. Абсолютно из разных «миров» и с таким же смыслом жизни. Со своим секретом и выгодой.

– Несс? – произнес Мэл, прервав ход моих мыслей.

– Что?

– И все-таки, как ты тут оказалась?

Я не сразу ответила. Не потому, что не хотела, а потому что рассказывать то, что сама в некоторых моментах не понимаешь, смысла не видела.

– Меня тетка воспитала, – начала я без особого энтузиазма. – Все надеялась, что из меня вырастит человек, но чудо не свершилось. Мать бросила, когда я первый раз перевоплотилась в соседскую девчонку в песочнице. Мне тогда шесть стукнуло. Как сейчас помню ее белокурые кудри, кристально-голубые глаза и я – невзрачная черноволосая с обычными – карими. Не знаю, что тогда нашло, но видимо я так захотела стать ею, и мое желание было настолько сильным, что через мгновенье на детской площадке появился двойник, – мои губы растянулись в ироничной улыбке. – И не замеченным это, разумеется, не осталось. Под охи, ахи, крики родительниц мать меня в охапку и бегом домой. Жили мы тогда в хрущевке на шестом этаже вместе с тетей Катей – сестра ее. И когда зашли домой первое, что я увидела это наши часы, которые указывали на шесть часов вечера. Возможно, я не обратила бы на них внимания, если бы не матушка. Она несколько раз повторяла эти цифры. Все говорила и говорила, а я тихонько сидела в своей комнате, не догадываясь, что мой внешний вид даже отдаленно не соответствует несколькими минутами раннее. Вот под такой фон долгого и упорного убеждения в адрес тетки – ребенок демон, от него надо избавиться я уснула. – Я перевела дыхание и продолжила. – Утром, «понимающая» и главное «заботливая» матушка собрала вещи и навсегда исчезла из моей жизни. А мы с теткой переехали в загородный домик, подальше от города и поближе к пейзажным декорациям.

– Что было дальше? – спросил Мэл, когда я замолчала.

– Дальше…а дальше, как в сказке, – ответила я, зафиксировав взгляд на одной точке светлого ламината. – Перевоплощение стало для меня игрой. Видели бы вы лицо тетушки, когда она в очередной раз, заходя на кухню или в спальню, вместо племянницы встречала мини версию каждой знаменитости, которую печатали в журнале или в газете. Конечно, ей это не нравилось, но против природы не попрешь, и попробовав раз, остановиться уже не могла, да и не хотела, ведь это было так весело. Но только в домашних условиях, такого было условие, ради моей же безопасности. Как сейчас помню:

«– В кого угодно, но прошу тебя, Несси, никто, кроме меня этого не должен видеть.

– Хорошо, обещаю… Тетя Кать?

– Что?

– А мама могла?

– Нет.

– Тогда откуда у меня…»

В тот вечер я узнала, про сообщество Дэмор.

– Охотники, – опередил Мэл.

– Именно. Матушка была одной из них. Причем из лучших и пользовалась особыми привилегиями. Убивала жестко, без лишних вопросов и сомнений. Прямо серийный уничтожитель демонов. Этакая бесчувственная особо основательно «промоченная» святой водой. Но однажды в их бравый коллектив поступил новичок, Андрей Каденски. Черноволосый красавец, сильный, уверенный тип с кучей заморочек и с огромным желанием борьбы за равновесие. На пару с матушкой они легко вершили судьбами нечистей. Конкурировали между собой и ненавидели друг друга. Она за высокомерность и павлиную гордость, он за самоуверенность и полное противостояние его эффективным методам. В общем-то, на почве негатива они сошлись. Не от любви до ненависти, а от второго к первому. Тетка рассказывала, что мать всегда предпочитала таких мужиков. В них, говорила, жил наглец и хитрюга, которых она уж очень любила вычислять и выворачивать наизнанку.

– А, теперь понятно, яблоко от яблони, – усмехнулся Мэл.

Не обращая внимания на реплику, я продолжила:

– Только вот сама не заметила, как стала жертвой коварных эмоции и проникающих в самый центр сердца волнующих чувств. Не думаю, что Андрей был демоном. Хотя бы вначале. В Дэмор попадают, как бы это пафосно не звучало, избранные. С самого рождения за ними наблюдают, контролируют каждый шаг и ждут.

– Чего?

– Когда на них нападет инфер. Как боевое крещение, если справишься или хотя бы попытаешься уничтожить, значит, почет и добро пожаловать, если нет, то не повезло. Но показатель избранности для охотника все же не фактор убийства, а само внимание демона. Нечисть выделила его, значит, человек опасен для них. А чем именно Дэмор выясняли потом. Слушай, Мэл, ты же сам все прекрасно знаешь.

– Ну да, некоторые охотники имеют особый дар, вроде твоего, с помощью которого вычисляют вас. Но это, что касается низшего ранга.

– Да, Андрей обладал искусством видеть людей насквозь, будто аквариум.

Мы с Мэлом одновременно посмотрели друг на друга понимающим взглядом, ведь та же способность была у меня.

– Значит это не подарок демона? – спросил он тихо, жестко, слегка нажав на последнее слово.

– Я же говорил, что Несс другая, – вклинился вдруг Ам. Кстати, мою историю он тоже впервые услышал, странно, что только сейчас нарушил молчание.

Сказать, что охотник был в шоке, сказать ничего. Он был в ошеломлении. Смотрел на меня и не мог поверить в услышанное.

– То есть хочешь сказать, что ты еще и наполовину Дэмор? – спросил он, словно выдавил. – Интересно – интересно. А какой дар был у твоей матери?

Мэл повернул голову, продемонстрировав профиль. Но я чувствовала, что внутри него происходила какая-то борьба. Его тело наливалось силой и отстранённой уверенностью в себе. Будто к чему-то готовился.

– Не знаю, – я пожала плечами. – Тетка тоже не имела понятия. Елена – мать, была скрытной женщиной, все способности умело маскировала.

– Что случилось с Антоном? – спросил Мэл, как на допросе.

– Его убила его способность. Когда проникаешь в душу человека, ты открываешь дверь в свою. Это не страшно с низшими демонами, но смертельно, если столкнешься с высшими, что большая редкость. Один из ста. Думаю, Андрей как раз попал на такого. Инфер подчинил его разум, мысли, желания, а потом поселился в теле. Елена быстро раскусила одержимость, но помочь ничем не смогла. Демон был слишком сильный. Антон не справился с ним и ей пришлось его убить… а потом, через известное количество месяцев родилась я.

– Получается, она знала, что носит под сердцем возможного демона, но аборт не сделала, почему?!

Мэл призадумался.

– Может любовь и надежда?! – робко предположила я вслух.

– Возможно, – протянул он в ответ и посмотрел на меня так, будто я сказала очень важную фразу. – Материнская любовь, говорят, штука сильная. И зачастую проявляется уже во время беременности. Мощное чувство нежности, умиления… и жертвенности. Хм… Как хитро.

– Хочешь сказать, демон сыграл на ее слабости? Но откуда он мог знать, что Елена все-таки оставит меня? Она ведь охотница с высоким чувством долга.

– Он рискнул, точнее они оба рискнули.

– Но выиграл он, – подытожила я.

В этот момент очень глубоко внутри меня что-то шевельнулось. В первый раз в жизни, помимо ненависти, я испытала к матери жалость. Ведь несмотря ни на что – страх, сомнения, боль из-за потери Антона, она дала мне жизнь. Воспитывала, заботилась… На долю секунды мне даже показалось, что я снова маленькая девочка в душистых и теплых объятиях самого любимого человека на земле. Меня укачивают и монотонно поют колыбельную. Купают в детской ванночке, дарят игрушки. Как странно, не случись этого разговора, я бы не вспомнила и никогда б не задумалась о детстве. Время будто исчезло, исчезла воля, исчезла жизнь и смерть, мои желания потеряли всякий смысл, превративший в надуманные иллюзии. Я полностью переместилась в прошлое. Туда, где меня любили, пускай не долго, но каким-то образом я смогла вспомнить все радостные моменты, проведенные с матерью. Они как одно целое, но каждая минута была индивидуальна. Наверное, я была счастлива. Тяжело понять, ведь столько времени прошло. Вроде вот мать, смотрит на меня, улыбается, но все это так поверхностно… я никак не могла нащупать внутри себя ответные эмоции. Только жалость. Но в любом случае что-то пропало и появилось новое. И этого не изменить.

– Нет, она тоже выиграла, – вывел меня из глубоких воспоминаний голос Мэла.

– О чем ты? – прохрипела я и начала подниматься. Сейчас мне хотелось только одно – лечь и крепко-крепко уснуть. Забыть прошлое и двигаться дальше. Смысл о ней думать, ведь Елены давно уже нет. Воспоминания только усложняют жизнь и манипулируют чувствами. Не хочу.

– Человек, демон и Дэмор – редкое сочетание совести, зла и справедливости.

– Брось, – фыркнула я, выпрямившись, и глянула на Ама. Тот преспокойненько сидел с закрытыми глазами. Спал или притворялся, не знаю, проверять не стала. – Какая разница кто я, Мэл. Главное, что я делаю.

– Сейчас в тебе говорит человек, по мне бы лучше демон, она заводит больше.

Видимо охотник тоже понял, что пьяный Амур провалился в сон, иначе бы не осмелился. Подавив ответную колкость, я обошла лежачего Грома и подошла к столу. Взяла клетку с Петрушей, развернулась и не глядя на охотника направилась к выходу.

– Можешь не провожать, сама найду, где отдохнуть, – и вышла из кухни.

Чертов Мэл… со своими красивыми карими глазами…

Глава 9

Еще один разговор по душам.

Тишина. Но не та, в которую я обычно погружаюсь, чтобы восстановить внутреннюю энергию, а пугающая, гробовая. Она вводит меня в оцепенении и поглощает целиком. Словно свинцом, наливаются ноги – я не могу двинуться с места, не могу убежать. Как будто стою у самого края бездны, всматриваясь в её пугающую глубь неизвестности, которая там затаилась, готовясь в любой момент выпрыгнуть из своего убежища навстречу. Достаточно легкого толчка и бездна поглотит меня, засасывая всё глубже, и глубже…

Озираясь по сторонам, я все-таки шла. Непонятно как, но шла. Как, меня волновало меньше всего. Справа пустота, слева детская площадка, в песочнице играли несколько малышей, не обращая на меня внимания, как будто я и не проходила мимо. И вдруг ощущение, что за мной наблюдают и тут же страшный возглас похожий на раскат грома, разрывающий тишину на лоскуты. Что это?

Мой взгляд устремился в сторону звука – испугано, резко. Застыл на высокой горе, которая внезапно выросла передо мной. И я увидела ЕГО. Человеческий темный силуэт… и снова, оглушающий удар грома. А ОН, поднял руку, указывая на меня, или на огромный камень, который стремительно катился вниз с этой горы, грозясь через несколько секунд раздавить меня в ничто… Бежать! – словно удар колокола в мозгу. Бежать! Но мои ноги тяжелы, тело непослушно, и внутри нет ничего, кроме страха. С каждой секундой камень приближался в мою сторону все ближе и ближе. Я закричала и крепко зажмурилась, в ожидании смерти, но вдруг почувствовала толчок и замедленное падение назад. Приятный выброс адреналина вытеснил предыдущие эмоции. Не открывая глаза, я почти успокоилась, отдаваясь ощущению падения, но неожиданно приземляюсь на что-то мягкое, пружинистое и снова полет…

Я открыла глаза и ощутила легкость, мое тело словно примирилось с земной гравитацией. Ноги, живот, руки, грудь, голова – все это вдруг показалось мне выдумкой, трудом великого иллюзиониста, который много лет одурачивал публику. Моя оболочка как будто испарилась. Но легкое дуновение ветерка из приоткрытого в спальне окна намекнуло мне, что я оказалась уже в помещении для отдыха.

Круглая луна за окном мягко колыхнулась вместе с занавеской, и новая порция влажного жёлтого света хлынула в комнату.

Я прислушалась к ощущениям. Такие знакомые и такие необычные. Казалось, что я нахожусь в пустоте и, подобно пылинкам в солнечном луче, «танцую». Появилось желание взлететь выше, освободиться. Но в сознании вдруг вспыхнул протест против всего мира, и стало нестерпимо тяжело. Вновь земная гравитация вцепилась в меня своими скрюченными ручонками… Тогда я отбросила все мысли о чем-то кроме нового ощущения. Я захотела слиться с ним навсегда, забыться в нем, стать его частью. Легкость вернулась, я взглянула на окно, и все во мне потянулось туда, к необъятным просторам. Мне захотелось что-то испытать, я желала лететь навстречу чему-то. Я переродилась и снова почувствовала детскую жажду к новому.

Неведомая сила заполнила каждую клеточку моего тела. Простыня, которой я была почему-то укрыта, соскользнула с тела, и меня, словно на волнах, вынесло к центру комнаты. Я замерла в напряжении, боясь пошевелиться и одним движением нарушить что-нибудь. Какая-то часть меня всё ещё не верила в происходящее. Но факт был фактом. Я висела в воздухе словно кукла, подвешенная на невидимых верёвочках. Стало не по себе, но, словно в противовес этому чувству, я улыбнулась.

«Это сон! И вторая часть мне на много больше нравится».

Мысль успокоила. Я раскинула руки в стороны. Один взмах и тело приняло вертикальное положение.

– Летаем? – вдруг прошелестело над ухом.

Я вздрогнула от неожиданности. Голова сама закрутилась из стороны в сторону, и я снова увидела тот же человеческий темный силуэт у двери. Он явно наблюдал за мной.

Не ответила, продолжая балансировать руками, перекинув взгляд с силуэта на окно. Меня вновь начал окутывать страх. Бежать от него, бежать, но подо мной словно разыгрался шторм, меня закачало, и я не на шутку разволновалась. И от этого внутреннего волнения волнение подо мной только усилилось. Легкость стала быстро сходить на нет, а с ней и уверенность. Показалось, что чьи-то тяжелые руки легли на плечи, норовя обрушить мое парящее тело на пол. И что-то мне подсказывало, падение окажется, куда стремительнее, чем взлет.

– Не бойся Несс.

Слова того самого силуэта подействовали на меня, как молния на дерево, в которое эта самая молния попала. Потому что я узнала этот голос.

– Мэл?! – прошептала неуверенно и вдруг резко полетела вниз.

Он успел подхватить меня до того, как я ударилась бы об пол, и прижал к своему сильному телу. Я машинально обвила руки вокруг его шеи, наши лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Его бархатные карие глаза, заставили мое сердце биться в ускоренном темпе. Тело онемело. Прошли мгновения и вот мы уже на той самой мягкой кровати. Я почувствовала предвкушающую волну возбуждения. В этот момент Мэл нежно провел кончиками пальцев по моей оголенной ноге. Только сейчас я поняла, что на мне кроме нижнего белья и тонкой футболки ничего не было. А его руки продолжали горячее скольжение по моей коже. Проведя по ягодице, Мэл добрался до живота и так же аккуратно еле прикасаясь, описал круговое движение, отчего внутри меня запорхали небесные бабочки. Я невольно сглотнула, не сводя с него взгляд, а он чуть улыбнулся, наклонился и поцеловал мой живот, запуская руку уже под футболку. Я шумно вдохнула и замерла. Вспомнила, что сейчас все напоминало ситуацию в гараже. Неужели снова на те же грабли?! Потому тихо выругалась и попыталась отодвинуться, но Мэл по-хозяйски придавил меня рукой к волнообразному матрасу. Подняв голову и быстро приблизив лицо, жестко поцеловал в губы. Не скажу, что мне не понравилось, понравилось. Даже очень. Напористость, с которой охотник видимо, привык завоевывать, подкупала. Но нужно ли мне это?! Нет… Нет…Но ведь это же сон… Черт, ДА! Я мгновенно ответила жарким поцелуем, крепко прижимая к себе его голову. Язык охотника жадно и настойчиво заново изучал мои губы, рот, заставлял пропускать его внутрь, не оставляя никаких шансов на сопротивление, чем вырвал из моего горла легкий стон. Из-за чего он медленно прервал поцелуй, обведя мои губы языком. Легонько поцеловал нос, затем прикрытые веки. Я не заметила, когда он снял с меня футболку, но мне было плевать. Мои руки обвили его плечи, не отпуская и прижимая еще сильнее. Ночная прохлада и ветер уже не чувствовались, настолько наши тела наполнились жаром. В этой накатывающей горячей волне нас тянуло друг к другу, как магнитом.

Мэл скользнул взглядом по моим приоткрытым губам и начал целовать щеки, подбородок. Я запрокинула голову, открывая шею, и услышала легкую усмешку. Он продолжил дорожку поцелуев, спускаясь все ниже к груди, по очереди задерживаясь на каждом соске.

Каждый вздох, каждое его прикосновение я ощущала всеми рецепторами своего тела и чувствовала ноющую внутреннюю дрожь в предвкушении того, что сейчас случится.

– Мэл, – я услышала свой стон, словно со стороны. Все было затуманено и прекрасно.

Потом выгнулась к нему навстречу. Мэл приподнял голову и посмотрел на мое горячее, возбужденное тело. Я не отпускала его, будто не веря, что он не доведет все это до конца. В ответ получила легкую улыбку и временное освобождение от ласк. Он мягко расцепил мои руки и поднялся. Но только для того, чтобы снять черные брюки и рубашку. Лунный свет проникал в комнату, заливая ее темным серебром. И его обнаженное тело, казалось, сейчас было соткано из света и тьмы, которые чудесным образом переплетались, образуя нечто сильное и прекрасное. Это действительно сон?!

Не сводя с меня глаз, Мэл вдохнул свежий воздух полной грудью, и снова оказался рядом. Он чувствовал мое возбуждение, и могу поклясться, сам прибывал в экстазе от того, что делал со мной. Наши движения были плавные, нежные. В едином ритме. На секунду мы отстранились, любуясь друг другом в лунном свете. Его глаза словно горели потусторонним огнем, а тело, покрытое мелкими капельками пота, блестящими в свете холодной луны, казалось абсолютно совершенным. От бесконечных поцелуев мои губы немного опухли, но сейчас это не имела значения. Я «умирала» от счастья видеть его перед собой. Хотела слиться с ним душой, чтобы раствориться и не чувствовать больше ничего кроме него. Ни холода, ни тепла, ни ночи, мне нужен был только он. Но неожиданно обжигающие волны энергии прокатились по моей спине, оставляя ощущение теплоты. Но сильные руки Мэла обняли меня за талию, и я доверчиво поплыла в потоке вновь вернувшийся энергии.

Охотник тихо и ласково начал говорить на неизвестном языке. Я не понимала ни слова, но это было не важно. Потому что со мной происходило что-то странное и нечто особенное. Инстинкт самосохранения прокричал мне об опасности, но я предпочла проигнорировать эти сигналы. Ведь в этот самый момент я получала ток силы, о которой даже не подозревала. Словно внутри меня началась самая большая перестройка. Энергия стремительно избавляла от накопившегося напряжения и усталости, заполняя каждую клеточку организма совершенным спокойствием и абсолютным умиротворением. Будто гигантский энергетический мистер Спокойствия вошел в мою огромную галактику душевного и телесного мира, чтобы навести порядок.

Я удивленно посмотрела на Мэла. Так сон или не сон?! Настолько все казалось реальным. Ощущения, запах, луна, которая опускалась все ниже. Ее слабый свет уже освещал лишь часть комнаты. И мир вокруг нас постепенно погружался во мрак. Казалось, луна была немым и единственным свидетелем этой ночи – сна. Энергия усиливалась, я попыталась остановить ее, но… это не я. Это не самоизлечение. Не я. Стоило мне об этом подумать, как Мэл тут же перестать говорить, и, расцепив руки, отстранился. В темноте я не видела его лица, но эмпатично чувствовала внезапную отрешенность. Потом он встал. По звукам шагов поняла, что решил уйти, и унести с собой ту самую энергию.

Ну, уж нет, пусть вначале объяснит. Резко вскочив и сквозь кромешную темноту, пустоту, словно оказалась в вакууме, торопливо двинулась за ним. Но чем дальше я шла, тем тяжелее становились ноги. Потому что вокруг была чернильно-черная тьма и снова пугающая тишина. Я ничего не видела и не слышала. Может обратно?! Развернулась… Но в какую сторону теперь идти? Вот черт, выругалась про себя. И вдруг почувствовал поток телепатического импульса. Меня кто-то звал. Снова и снова. Мужской голос звучал искаженно, словно мешали телефонные помехи. Не понимала куда идти? И откуда доносился этот звук. И следует ли мне идти на него или убегать, как можно быстрее?

– Несса, Несса, Несса…

Я резко повернулась кругом. Казалось, что это было везде. Появилось ощущение, что кто-то подкрадывался. Инстинкт самосохранения подсказывал мне об опасности, о притаившейся угрозе. В тьме я была уже не одна. Это точно. И знала, что это явно не друг, который хочет мне добра. Потому стоять на месте это точно не вариант.

Ничего не видя, я сделала несколько шагов в неизвестном направлении, уверенная, что нахожусь в страшной опасности, причем опасность эта уже рядом. Потом, честно говоря, нервы не выдержали, и я побежала. Неважно куда, главное подальше. Я уже практически чувствовала чье-то дыхание за спиной. Он приближался. Кто-то бежал за мной. Ближе, ближе…

Я резко сменила направление и наконец-то увидела какой-то смутный просвет. Бросилась туда. Но неожиданно уткнулась в чью-то твердую, мускулистую, неподатливую плоть. На один короткий миг я увидела выступающее из мрака лицо, которое сразу исчезло. В следующий момент сильная, безжалостная рука схватила меня и потащила прочь от света вглубь неизвестности и я закричала.

* * *

Я открыла глаза. Все кружилось, сливалось, непонятны были даже собственные чувства. А еще крик. Многократно раздающийся в ушах наполненный страхом и безысходностью свой вопль, который постепенно угасал на НЕТ.

Я не сразу поняла, что в ужасе соскочила с кровати и заметалась по комнате, в поиске освобождения и расслабления. Не знаю, сколько длилась вспышка паники, но контроль над разумом я обрела только, когда увидела в зеркале собственные потемневшие от переизбытка негативных эмоций глаза. Расширенные зрачки делали их абсолютно черными, в которых отражались мои мысли – опасность. Я стояла и опиралась обеими руками о комод и пристально в них смотрела. Медленно, но меня начало отпускать. Реальность возвращалась на свое место, а с ней облегчение. Не заставила себя долго ждать и четкое осознание, что приснившееся было не просто так. Так как всегда контролирую свои сны. О, да. Ведь в них я занимаюсь медитацией, излечиваюсь от внешних, и душевных ран. Но разум всегда начеку. Даже Ам – чистокровный святолюбец, не может проникнуть в него. Проще говоря, залезть в мою голову и развернуть активную промывку мозгов с образными спецэффектами. Чтобы напугать и опять же для того, чтобы я отказалась от визита к Олегу. Не в его полномочиях. Ангелы могут только подсказать, нашептать или оградить от неприятностей внешне, учитывая обстоятельства, время и место. Что-то где-то поменять, кого-то задержать. Ну и главное, сомневаюсь, что Аму могла прийти идея соблазнения с участием соперника. Смешно. Подчинять разум могут только демоны! Им разрешение не нужно. Сильные и коварные существа.

– Демон-хранитель, – хмыкнула я, продолжая думать.

Насколько знала явление редкое. В равной степени могли творить, как зло, так и добро. И судя по сну, я, возможно, получила предупреждение. Осталось только понять от кого и почему, в смысле, из каких побуждений? Защитить, помочь… Тогда на кой черт там оказался Мэл со своими ласками. Вспомнив о его поцелуях, прикосновениях я слегка вздрогнула. Невыразимое наслаждение. Но…ДА, точно, только таким образом можно отключить сознание нужного, и полностью завладеть его сном. Тогда получается, оттолкнувшись от моих глубоко спрятанных чувств, демон просто затуманил мозг. Не буду отрицать, Мэл мне нравится, по крайней мере после последнего разговора по душам, больше по мою, плюс алкоголь я прониклась к нему симпатией. Черт, Ам тоже так мог поступить… А если это все подстроил Мэл? Как вариант он обладает даром внушения и сто процентов действенной манипуляцией. Ведь рассказывая о способности Антона, я совершенно забыла, что он может иметь что-то подобное. И его последняя фраза про заводит теперь подозрительна. Но все-таки может ли охотник залезть в душу демона, в человека да, чем скорее и воспользовался, точнее через мою человеческую сущность, а в демона? Кстати, я не учла еще одну свою сущность – Дэмор. Может между Дэморами устанавливается какой-то особый контакт, о котором он мне еще не рассказал? Если так, то зачем меня останавливать? Это же его затея с Руби. Очень мало информации, чтобы делать какие-то выводы, очень. И все как-то запутанно.

Во время размышлений, я расчесала волосы, собрала их в хвост, надела джинсы и футболку. Потом подошла к клетке, машинально улыбнулась Петруше и не без интереса осмотрелась, так как ранее просто ввалилась в первую попавшуюся спальню, быстро разделась и в постель. В общем, обычная в бежевых тонах комната. Зеркало, под ним из темного дерева комод, в стиле аля классика, светлый ковер, кровать и окно, за которым уже сгущались сумерки. Скудненько, но минимализм для небольшого помещения иногда самый выигрышный вариант. Вернув внимание Петруше, я взяла клетку и направилась к выходу.

– Демон! – вырвалось у меня, когда я остановилась у самой двери и уже схватила ручку, чтобы повернуть. – Нет, – тут же разубедила сама себя. Я видела его прошлое, еще там, в ресторане. Он не может быть им… Или может? Продолжая думать, я двигалась через просторную и уютную гостиную на кухню. Когда вошла внутрь, там никого не было. Тем лучше. Не включая свет, я поставила клетку на пол и села за стол. Скрестила на нем пальцы и наклонила голову вниз.

Итак, что я знаю о Руби… Древний демонический кинжал, раннее принадлежавший силам зла. Оружие против демонов и эффективный инструмент пыток. Интересно, откуда он у Олега? И зачем он все-таки охотнику в отставке? Решил в одиночку против зла? Бред. Нет, тут что-то личное. В общем-то, заимей я такой кинжал, то избежала бы в будущем нежданных болевых неприятностей.

Дверь скрипнула, и на кухню вошел Гром. Его глаза в темноте светились, как небольшие пучки света. Он остановился возле меня и сел на задние лапы. Кстати, а ведь этим кинжалом можно убивать и адских псов. На кухне неожиданно зажегся свет, а через пару секунд на пороге появился Мэл. Он был в майке, шортах, с заспанными глазами, немного помятый, не отошедший ото сна. Но держался вполне прямо и бодро. С виду типичный примитивный мужлан. Разве такой может быть демоном?

– Уже встала?! Как спалось? – непринужденно спросил он, проходя мимо обломков бывшего кухонного шкафа.

– Мне, по всей видимости, лучше, чем некоторым.

– Ну и славно.

Охотник достал из холодильника пластиковую бутылку минеральной воды и сделал один длинный глоток. Потом подозвал Грома и насыпал ему полную миску сухого корма.

– Где Ам?

– В гостиной. Ты разве его не видела?

– Нет… Не обратила внимания. Я, когда думаю, почти ничего не замечаю вокруг, – пока отвечала, быстро сконцентрировалась на своих ушах. Поиск… Рядом услышала ровное дыхание. Да, верно, Ам близко. Удивительно, он оказывается еще и спит. Вот, что делает алкоголь. Бьет наповал даже ангелов.

– И о чем же ты так увлеченно думала? – Мэл с тем же спокойствием состряпал некое подобие очень позднего завтрака – пачка печенья и ваза конфет. Потом взял с полки белую с незатейливым узором керамическую кружку и уселся напротив.

– О новом образе для Олега.

Как узнать демон Мэл или нет?

– Выбирай любой. Он падок на девушек, как кобель во время течки. Ох, нет. Только не этот! – отреагировал он на мое внезапное перевоплощение, мягко говоря, в не очень привлекательную особу – неухоженная, с взъерошенными волосами, перекошенным лицом.

– Значит не любой, – хмыкнула я, возвращая свой прежний вид обратно. Не люблю грубость. Я не неженка, но и не друг, чтобы выслушивать резкие и неприятные сравнения.

– Ну не в такую же… – не закончив фразу, он откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки. – В чем дело?

В ТЕБЕ! Я смотрела на него и думала. Что-то не хватает, но вот что именно никак не могла сообразить.

– Нужно уезжать, охотники в клубе, скорее всего про тебя уже все узнали и странно, что еще не наведались в гости.

– Не переживай, Циас позаботился о них. Почистил воспоминания, впрочем, как и остальным в клубе. Забыла? У него очень проникновенная музыка.

– Такая забота, с чего бы это?

– Он у меня в долгу.

– В каком? Ты обещал рассказать, помнишь? Дашь на дашь. Я тебе свою историю, в обмен на твою.

Глаза Мэла коротко сверкнули непонятными мне эмоциями. И в мою беспокойную голову вдруг пришла мысль – демон может быть другом только демона, но никак не человека. А за ней воспоминание о недавнем разговоре в клубе:

«– Никогда не думала поменять партнера?

– Скорее запишусь к охотникам для истребления предателей.

– О чем это она?

– Ни о чем»

О чем это она? О чем это она?.. Циас меня не понял.

– Все просто, злоупотребив полномочиями, я его спас. Радоваться должна, что помог, а не выдумывать сейчас бред.

Опять я недооценила его. Он имеет эмпатические способности и, похоже, успел уловить враждебность. А ведь я даже не заметила и не почувствовала. Хм…

– Та-ак, а вот считывать информацию лишнее. У меня есть все основания, чтобы не доверять и такие же для того самого бреда. Ты обладаешь эмпатическим даром и уникальной способностью блокировки сознания от внешнего проникновения. Уверяешь, в должке чистокровного, хотя тот понятия не имеет о своей причастности к охотникам. – Я быстро вдохнула и продолжила наступление. – Твой пес обладает гипнозом и отражающей силой. Я уж не говорю о твоей, которая ну не реальна мощная для человека. По непонятным причинам тебе нужен Руби, который явно не для инферов. И… – пока я говорила, Мэл медленно положил руки на стол и скрестил пальцы. Меня озарило. Я нашла, что не хватало. До сегодняшнего момента он носил темную водолазку, потому не видела этого. – И еще у тебя нет татуировки охотников на запястье.

Я смотрела на него и ждала ответа. Все это время пока говорила, он сохранял ну просто колоссальную выдержку. Скушал печеньку, хлебнул минералки, а когда обмолвилась про тату, он лишь на мгновение глянул на руки и снова на меня.

– Прямо дикая цепочка выводов. Браво. Тебе не в учителя надо было идти, а в органы или еще лучше в охотники. Хотя нет. Слишком буквально и предсказуемо и ни одной серой завитушки в голове, что все объяснимо.

– Ошибаешься. Я допускаю мысль о Дэмор со всеми перечисленными прилагающимися и возможно напичканную заклятьями собачку, а также успешно выведенный перманент. Не укладывается связь с Циасом, почему блокируешь правду о себе и, разумеется, нож.

Мэл уперся руками о стол и, не сводя с меня глаз, уверенно поддался вперед:

– Я не демон, Несс, поняла. Если был им, то зачем мне тогда ты? И если тебе уж так хочется интриги, то в первую очередь подумай лучше о крылатом друге.

– В смысле, а что о нем думать?

– Надо же мисс Марпл оказывается, не видит дальше своего носа. Ты меня разочаровываешь. Я о том, что мужчины ангелы такие существа, что если влюбятся в темную девушку, легко могут перейти к силам зла.

– На этот случай есть крылья, и они у него белые. Потому что темные сразу выдают своего обладателя и не нужно гадать, на чьей он стороне. Первый курс демонологии. Глава пять, пункт три. Если быть точнее.

– Познавать на практике не пробовала? Или теория высший аргумент?

Черт! Такого поворота я не ожидала. Из друзей ангелов у меня только Амур. Конечно, я видела других святых особей, но повода для близкого знакомства у меня не было, как и желания. Но всегда чувствовала их положительную энергетику и доброжелательность к своим подопечным. Я не встречала ангелов, которые примкнулись к темным и мысленно развела руками.

– И много ты таких…

– Да, – перебил Мэл. – В статусе Дэ-мо-ра постоянно.

Его лицо было так близко от моего, что я чувствовала его тепло и мускусный запах. Некоторое время мы молча смотрели друг другу в глаза, и никто не хотел уступать. Потом взгляд беспардонно переместился на мои губы, и на лице охотника появилась бледная ухмылка. Сердце предательски ускорило темп, в голове было пусто.

– Ам…не предаст меня, – мой голос прозвучал хрипло, спокойно.

– Надеюсь, что это действительно так, но не забывай, адом правит тоже ангел, – ответил он в тон двумя секундами позже и отклонился назад. – И да, ты права. Моя скрытность наводит сомнения, потому откроюсь. У нас общее дело, как-никак и доверие – первый ключ к успеху. Верно?!

Я молчала.

– С Циасом меня связывает намного больше, чем Дэмор. До охотников я был простым банковским клерком. Работа не пыльная, но скучная. Неплохо зарабатывал, но по моим расценкам и ссудам, которые выдавал, гроши. Жизнь текла вполне сносно – секс, деньги, рок-н-ролл. Только вот все равно чего-то не хватало.

– Зажрался, – фыркнула я, протянув руку к вазе. Взяла конфету в яркой, переливающейся обертке

Мэл улыбнулся и продолжил:

– В общем, я решил ограбить банк и податься в бега.

– А с виду нормальный, – потом развернула фантик, отправила сладость в рот и скривила губы в некое подобие невинной улыбки, мол, продолжай. Не поверила ни одному слову.

– Согласен, со стороны выглядит безрассудно. Но подумай, что может быть лучше свободы и куча денег в придачу?!

– А, ну да. Кто-то карьеру делает, работает в поте лица, вкладывает в развитие, действительно, к чему такие хлопоты.

– Ты не понимаешь. Я вырос в бедной семье, отец ежедневно прикладывался к бутылке, мать была истеричкой. За каждый поступок лупила так, что сдохнуть хотелось больше, чем жить. Но я терпел, – Мэл нахмурился и машинально сжал руки в кулаки. И сам он будто исчез из кухни. Куда-то очень далеко – в свое прошлое, – ради младшей сестры.

Вот это новость!

– С разницей в два года, для меня она все равно была и оставалась милым, невинным чудом, которое я всегда опекал и защищал.

– Почему была?

– Потому что она умерла. Ее убил демон, – он посмотрел на меня потемневшими от боли глазами. В первый раз охотник приоткрыл занавес, и я почувствовала его эмоции. Душевный непоправимый раскол, с каждым днем кровоточащий все больше и больше. Глубокую скорбь и конец – веры, смыслу и жизни. То, что чувствует каждый, когда теряет самого близкого и родного. Но, несмотря на испытываемые мучения Мэл продолжил:

– Я старался, чтобы у нее было все. Покупал наряды, женские безделушки, оплачивал университет. Помню день, когда она получала диплом… Честно говоря, когда она поступила на первый курс, я часто сомневался, что этот день вообще когда-нибудь настанет. Первые две ее сессии, были как испытание выдержки. Причем моей. Слово не скажи, в ответ сплошной сарказм и нытье. Порой выводившее меня из себя так, что иногда хотелось ее придушить, или на крайний случай, утопить в ванне. Но это ничего. Она получила диплом, устроилась на работу, я уже был в банке и жизнь, как говорится, вошла в свое обычное малахольное русло. Только вот спустя пару лет эта непосильная кабала по трудовому договору нам наскучила.

– И вы решили ограбить банк, – подперев подбородок ладонью, и со скептическим выражением лица я слушала его рассказ.

– Именно просто потому, что нас не устраивала вечная жизнь рабов, – и посмотрел на меня таким нетерпящим возражения взглядом, что у меня сразу отпала охота намекнуть про психов.

– Понятно. Ты оформил кредит на подставную девушку, которую сыграла твоя сестра, вручил ей счастливый чемоданчик, а через пару дней не вышел на работу.

– Почти.

– Не буду спрашивать о нюансах, меня они не волнуют, давай ближе к делу.

– Ограбление банка стало ошибкой. Мы не ожидали, что нас так быстро вычислят. Потому что не знали, что главой всей этой системы капиталов был чистокровный демон. Думаю, он сразу отправился за ней следом. Когда я пришел домой, она уже была мертва. Лежала на ковре, а из груди торчала рукоять ножа. А эта тварь сидела в кресле, хищно улыбаясь и глубоко затягиваясь сигаретой. Я впал в ступор. Он перевел свои пустые черные глаза на тело сестры, и вокруг рукоятки образовалась туманно-белая субстанция, которую он тонкой ниточкой, выкачивая душу, начал втягивать в себя. А я не мог сдвинуться с места. Высосав последние капли жизни, он довольно оскалился. Театрально смахнул с черного пиджака невидимую пыль, поправил галстук и встал. Он не произнес ни звука. Я, будто статуя наблюдал за ним и беспомощно ждал, что произойдет дальше. По закону жанра ему, возможно, следовало бы меня убить, что, скорее всего, и собирался сделать. Потому что ментальным приказом выдернул нож из безжизненного тела сестры и продемонстрировал зависший в воздухе кинжал в полной красе, медленно переворачивая острие в мою сторону. Это был Руби, Несс. О нем мне уже потом рассказал Циас.

Я внимательно слушала его, придирчиво пережевывая и проглатывая каждое слово. Мэл рассказывал очень правдоподобно и уверенно. Но в связи с последними событиями и со свойственной мне недоверчивостью я все-таки искала подвох. Любую не состыковку, за которую можно было бы зацепиться.

– Он не убил меня, потому что не успел. В последний момент, когда я уже закрыл глаза и смирился с печальным исходом, в квартиру неожиданно ворвались Дэмор. Двое мужчин, которые отвлекли его внимание. Мое тело сразу расслабилось, будто разжались невидимые широкие клещи, подвергшие временному остолбенению. Потом, словно не нужный испорченный мешок меня откинуло назад. И ударившись головой о стенку, я отключился. Ребята из Дэмор быстро привели меня в чувство и так как я стал свидетелем существования сверхъестественного, убедительно намекнули не распространять новоприобретенные знания. Просто, потому что мне никто не поверит, а еще не хотели лишний раз заморачиваться, вытаскивая меня из психушки. Я им был еще нужен, ну и пребывания в подобном месте весьма ограничило бы их в действиях. Дэмор не убили демона, успели только основательно пощекотать нервы, потрепав темная ауру. Этот черт оказался намного хитрее и быстрее их. Но они знали, что он еще за мной вернется. Потому что нечисть всегда все доводит до конца и не успокоится, пока задуманное не свершится, так как от этого впадает в эйфорию.

Хм…знакомые слова, подумала я, вспоминая последнюю проведенную мною лекцию.

– И в качестве приманки закрепили за мной наблюдение. Предусмотрительно забыв об этом предупредить. Ведь им нужна была естественность. А не вечно дерганный, оглядывающийся параноик. Хотя я себя считал уже именно таким. Ведь мир показал обратную сторону медали абсолютно не подготовленному к этому человеческому существу. Чего они ожидали?! Куда бы я ни ходил потом, везде мерещились черные глаза, многозначительные ухмылки совершенно чужих мне людей. Малейший шум или шорох доводил меня до безумия. Галлюцинации наступали на каждый мой шаг. Не помню, как оказался в Стремянке. Мне хотелось забыться и больше никогда не чувствовать творившийся внутри меня хаос… Циас заметил меня сразу, как только я вошел в клуб. Еще бы – «убитый» будущий самоубийца сам пожаловал в его обитель. Лакомый энергетический кусочек. Но завидев в стороне Дэмор, сразу понял, что к чему. Охота на живчика. Только не понял, почему. Ведь у меня не было ни одного намека на какие-либо способности, чтобы привлечь внимания темного. Он чувствовал это. Выпив очередную рюмку водки, я тогда развернулся спиной к барной стойке и бросил захмелевший взгляд на сцену. Для Циаса это было достаточно. Прочитав меня, как книгу темный музыкант решил действовать. Почистив с помощью Синь свою ауру, завуалировав ее под человеческую, он ввел охотников в заблуждение. Подсел ко мне и в неограниченном количестве, угостил выпивкой. Через час, как обычно бывает в совместных попойках, мы уже были друзьями. А утром, не понятно как очутившись на своем диване, поскольку не помнил концовку синячего забытья, я снова увидел своего собутыльника, нагло восседавшим в кресле. Он предложил мне сделку. Сымитировать нападения демона с последующим бегством темного, заранее наградив меня имеющимся в нынешнее время даром. Чтобы я стал его личным наводчиком действий и новых разработках в поимке темных, Дэмор. Прикрывал его адскую задницу, в общем. Взамен я получил способность и шанс, чтобы найти и убить эту тварь.

– С помощью Руби, – догадалась я про последний пункт.

– Да.

– И освободить душу сестры?! – неожиданно услышала за спиной голос Ама. Поглощенная рассказом я не услышала, когда он встал и зашел на кухню. А Мэл, казалось, вообще ничего не замечал, установив со мной непрерывный зрительный контакт.

– Именно, – еще раз подтвердил охотник, отвел взгляд и погладил подошедшего к нему Грома. Внушающая парочка. Сильный с выступающими мышцами Мэл и плотный, угрожающий черный пес.

– Тогда что получается, Олег демон? – Ам взял стоявший рядом с дверью стул, перевернул спинкой вперед и уселся за свободный край стола, напротив окна, сложив на деревянной спинке руки. Он был одет в белое и выглядел, как всегда безупречно.

– Нет. Если он, конечно, тоже не пользуется Синь, что очень сомнительно, такого труса я еще не встречала.

– Угу, – Ам кивнул, соглашаясь со мной, все-таки тоже видел его в ресторане и, конечно же, просканировал душу на чистоту. Ангел повернулся к Мэлу и головой указал на Грома. – Подарок от Циаса?!

– Да, – усмехнулся тот. – На рогатых у него отличный нюх.

В знак подтверждения глаза Грома сверкнули красным и для пущей убедительности зловеще рыкнул.

– Думаешь, Олег заключил сделку? Иначе как еще объяснить наличие у него Руби. Демон знает, что ты его ищешь, и использует Олега, как прикрытие. Поэтому ты ринулся тогда за ним, а я поплелась за тобой.

Ну что ж, мозаика понемногу начала складываться. И тарахтение испуганного Олега, что вовсе не меня хотел убить, тоже выходит объяснимо.

– В тот вечер я не помог тебе, – сказал охотник и посмотрел на меня так, словно просил прощения. – Можешь ненавидеть, но я использовал тебя. Что может быть лучше новой свеженькой человеческой души, гуляющей ночью. Сладкое и доступное искушение для нечисти. Ведь он был рядом, я чувствовал это. Олег и рогатый.

Я поняла, о чем он говорил. Вспомнила то существо, когда я резко развернулась и посмотрела в его полные ненависти глаза. Он-то и откинул меня на добрые несколько метров назад, а уже потом, видимо, поменявшись местами, появился Олег. Почему же я только сейчас об этом вспомнила?

– Проникновения в тебя Руби скрыло о нем информацию, – будто прочитав мои мысли сказал вдруг Мэл. – Потому не помнила…до сегодняшнего момента.

– Мда, свою шкуру страшно, а ее как на блюдечке, – прошипел Ам, уставившись на охотника. Его синие глаза предостерегающе сверкнули.

– А что такого? Несс хочет Синь, я Руби, все по-честному, – в ответ Ам получил непробиваемый взгляд карих.

– Я не об этом.

– Да, понял. Только вот заметь, у меня нет способностей перевоплощения, и явись я к Олегу, тот, зная мою историю с самого начала, тут же захочет угодить своему темному боссу. А так наша Несси замаскируется, отшлифует ауру под стать человеческой, подмигнет, где-надо улыбнется, намекнет…

– Не учи. И я не ваша…

– Ну да, а когда они придут к нему домой этот осел преспокойненько всадит ей нож в сердце, ради такой же угоды, так сказать, – продолжил Ам, перебив меня. И вообще не обратив на мою реплику никакого внимания.

– Зачем? Сразу видно, чистая непорочность. Даже не верится, что между вами что-то было. Олег всегда носит Руби при себе и первое, что он испытает к Несс это похоть, если говорить на твоем святом, все остальное потом. Не переживай у нее будет время выкрасть ДО. И все счастливы. Нюансы мы еще обговорим.

Наступила тишина. Источая напряжение Ам, смотрел на свои сложенные руки. По его горячим вибрациям я поняла, что он взвинчен до предела. Мэл же с присущей ему непроницаемостью поглаживал Грома и в ожидании поглядывал на нас.

Некое тайное предчувствие подсказывало мне, что все будет, не так, как обрисовал Мэл, в смысле легко и просто. Даже сон не предвещал ничего хорошего. Но риск всегда оправдывается.

Глава 10

Вы можете быть предельно осторожны, но нельзя обезопасить себя со всех сторон.

– Так, давай еще раз, – Мэл был не умолим. Скрестив на груди руки, он стоял рядом, то и дело, хмуро поглядывая на Ама.

Мы договорились, что Синь, будет лежать у меня на ладони, на тот случай, если потеряю контроль и захочу все крушить. Собственно, чем я занималась на протяжении последнего часа. Просто в самый критический момент, Мэл забирал Синь, а уже спустя несколько минут я приходила в себя.

Операция «Олежек» планировалась на нынешний вечер. Мэл рассказал о его увлечениях, интересах и предположительно, где он мог сегодня появиться. Только была одна загвоздка – мы не могли быть в нескольких местах одновременно. Потому охотник решил воспользоваться своим статусом, пускай бывшим, но действенным и провести своего рода разведку. Насколько я поняла, заехать к своему напарнику – другу, которому можно доверять на все сто процентов. Потому что он всегда был в курсе, где отдыхают его же коллеги, на случай оперативной подмоги. Своего рода расписание, с которым все должны были ознакомиться. В общем, помогал тот, кто был ближе всех. Но это будет средь бела дня, а сейчас над миром властвовала ночь. А в темное время суток я особенно злая и Синь, подпитывая ненавистью, еще больше меня распалял, призывая к активному, безнаказанному хаосу.

– Ну что? – Мэл, отряхиваясь от очередных щепок и штукатурки, снова посмотрела на Ама.

Иронично изогнув бровь, ангел стоял напротив меня, облокотившись о дверной косяк, со сложенными на груди руками. В белом одеянии – плотно облегающая футболка и брюки, он излучал уверенность и свойственную ему божественную силу. Это я увидела сразу, как только взяла в руки Синь. Удивительно, после того как я это сделала, для меня открылся совершенно новый мир. Слух обострился и это слабо сказано. Несмотря на то, что я находилась в доме, я слышала за его пределами шелестение каждого листочка на дереве, шорох каждого насекомого и шум проезжающих автомобилей на дороге где-то вдалеке. Усилилось обоняние, кто-то готовил яблочный пирог, но с корицей явно переборщил. Потом я улавливала запах мокрого асфальта после дождя и грязи. Усовершенствовалась скорость. Я могла незаметно телепортироваться в любое место, куда захочу. Ведь до этого перемещалась только размытым силуэтом, огибая преграды и без лишних свидетелей.

Честно сказать, вначале резкие изменения меня напугали. Тяжело было приспособиться и утихомирить сразу все ультраспособности в привыкшую для меня норму. Но с каждой попыткой мне это почти удавалось, чего не могла сказать о контроле демонической сущности, которая яростно с презрением к окружающему, просилась наружу. С единственными мыслями навредить или убить.

Когда я брала Синь, то вначале, следуя инструкциям Мэла, это походило на стремительное падение в пропасть, хотя я оставалась на месте. Резкий спуск сознания в самые мрачные бездны. Будто погружалась сквозь землю, все глубже к пламенному центру земли. Так как окружающая меня чернота по нарастанию постепенно начинала менять цвет. Мэл говорил, что это мой трансперсональный канал, через который я буду получать однонаправленную инфернальную силу, так как Синь не только открывал проход в адскую среду обитания бесов, но и перекрывал путь извне. То есть ставил нужную мне защиту от проникновения в мысли, душу, тело и трансформировал ауру под человеческую. Собственно, что я и хотела. А Ам своим ангельски – зорким взглядом должен был это подтвердить.

Весь процесс погружения длился не более пяти секунд, и уже у самого раскалено – красного основания я чувствовала мощную энергию. Она, будто под давлением начинала заполнять канал, и быстро толкая вверх, возвращала меня обратно в реальность с новыми способностями. Но не все так просто. Конечно, иметь такую силу, очень даже хорошо, но всегда есть обратная сторона медали. Синь возрождал во мне бесконтрольного зверя, у которого была только одна цель – свежая кровь и это причиняло мне некий внутренний дискомфорт. Мэл объяснил, что если бы я была чистокровным демоном, то все происходило б естественным для инферов путем, ибо нет у них ни эмоций, ни чувств ничего, что могло бы им противостоять. Все-таки этот чудодейственный камушек из логова нечисти, который, не постеснявшись, позаимствовал Циас. А у меня, данные мне Богом, полный набор человеческих качеств, и главное душа, которую активно пожирал зверь. Из-за чего внутри меня происходил конфликт – сомнения, страх, безысходность, гнев, жадность, презрение, любовь, милосердие, ДОБРО, кровь, ненависть, агрессия, ЗЛО… Зверь побеждал и всю свою ярость обрушивал на Ама. Потому что тот действовал на него, как аллергенный раздражитель. Аура Ама ослепляла его и источала живительную силу, которой они делились с людьми, чудесным образом залечивая, как душевные, так и телесные хвори. Его обволакивали тысячи маленьких мерцающих кристаллов с неистребимым сиянием. И зверю это, мягко говоря, не нравилось. Но Амур успевал исчезать, потому шары темной раскаленной энергии, которыми я его атаковывала, попадали в старую мебель. Дабы осталось ее уже не так много. Тогда я познала всю лютую ненависть между ангелами и демонами.

– А ты как думаешь? – ответил вопросом на вопрос ангел, многозначительно оглядывая обломки стула, стола, шкафа разбросанные по всему подвалу. Вмятины в бетонных стенах. – Мог бы предупредить, что ко мне воспылают особыми чувствами. Надел бы доспехи, – усмехнулся он.

– Эээ…да, извини, не подумал, – оправдался Мэл, надежно держа Синь в кулаке. – Хотя на кухне я говорил об этом, за что потом получил с лихвой. И Несс, собственно, тоже. – Охотник обвел взглядом почти «убитое» помещение. – И придется делать капитальный ремонт. Поможешь? – улыбнулся он мне.

– Мой профиль только разрушать, – чуть слышно ответила я и устало рухнула на колени.

Голова кружилась, сердце стучало, как у марафонца перед стартом. Я была потная, слабая, очень хотелось пить и спать. Сознательно сделав выбор в пользу Синь, я не ожидала, как сложно он может мне даться. Такое испытание заставляет сомневаться, именно это я сейчас чувствовала. Даже несмотря на то, что в клубе я испытала совершенно противоположные чувства, так как не знала истинную цену приобретенного «счастья». А потом в машине я просто уснула.

Перед глазами неожиданно появилась рука с фарфоровой чашкой с ценной водой.

– Пей, – услышала твердый голос Мэла.

Я послушно взяла чашку и выпила до дна. Потом глубоко вздохнула, успокаивая сердце, и наконец-то сконцентрировала внимание на охотнике. Он стоял рядом и также внимательно смотрел на меня.

– Он высасывает из меня силы, – начала я.

– Знаю.

– Этот зверь очень голодный и ему нужна энергия. Как мне для восстановления сил. Но ему гораздо больше. Мы словно два антипода заключенные в одном теле. И, на его радость, я самый ближайший донор. Он убивает меня Мэл, – ужаснулась я вдруг.

– Нет, Несс. Ты сама себя убиваешь. Ты демон и эта твоя сила. Умрет всего лишь человек, но демон останется. Власть всегда заставляет нас меняться, а вот в какую сторону это решать только нам… – заявил он с видом знатока. – Я понял, что надо сделать. Выпусти его.

– Что? – воскликнули мы с Амом одновременно.

– Да-да, выпусти его. Потому что нам мешает твоя человеческая сущность. Вспомни Пандору.

– Всегда существует надежда, – произнес Ам, улавливая ход мысли охотника на лету. Он подошел ко мне, поднял и помог добраться до потрепанного кожаного дивана, а сам сел на подлокотник.

– И ОН, – Мэл указал пальцем вверх, – подпитывает тебя ею, дабы не отдать еще одну светлую душу в коварные адские клещи. В общем, внутри тебя происходит тоже, что и в мире. Борьба за равновесие, только в мини версии.

– Весело, – хмыкнула я.

– Ну да, – согласился Мэл. – Но не все так плохо. Ведь это происходит, когда ты берешь Синь.

– Но ты же говорил, что он мне поможет…

– Поможет, – он резко перебил меня.

– КАК? – взорвалась я, еле сдерживая слезы отчаяния. Ведь хотела свободу, спокойную без охотников жизнь, мирное существование, в конце концов. А получаю напрочь пропитанной злобой Демонессу.

– Выпустить зверя наружу. Отвлеки его от своей души и дай насладиться чужой. Только так ты сможешь ее сохранить это первое и только так, я надеюсь, конечно, ты сможешь обрести над собой контроль.

– Да как Мэл, я не понимаю.

– Честно сказать я сам не знаю, но не зря же пословица про время. Думаю, тебе просто надо привыкнуть к своему новому состоянию и когда ты насытишься, равновесие восстановится.

– А если нет. Что если я пойду в разнос?

– Это маловероятно.

– Почему? Тем более у меня практически не осталось сил. Единственное, что я сейчас могу это только тупо сидеть на этом чертовом диване.

– Ну, до этого же ты как-то жила, – неуверенно произнес охотник, опуская глаза вниз. – Справишься и с этим. А подлечит тебя Ам. Ждать, когда ты выспишься времени нет.

– Я? – удивился тот.

– А что? – спросил Мэл.

– Вообще-то я амур.

– Но и ангел тоже.

– Да, но я лечу от своих же чар и то, когда попросят. В моей миссии больше ничего не прописано.

– Не понимаю, ты, что не хочешь ей помочь? Какая разница амур или нет, все равно ведь используешь силу из общей небесной чаши.

– Так-то да, – Ам задумчиво почесал затылок. – Раньше не задумывался об этом. Ведь Несс прекрасно обходилась без меня. Даже не знаю, получится ли.

– В любом случае попробовать стоит, – и обе черноволосые головы в ожидании повернулись в мою сторону.

– Мне все равно, делайте что хотите, – сказала я спокойным, полным усталости и безразличия голосом.

– Хорошо. Ты готов?

Амур кивнул и, не сводя с меня глаз, встал с подлокотника.

– Если хочешь, я могу комментировать свои действия, – предложил мне Ам и получил слабую улыбку. – И тебе лучше лечь.

Он нервничал. Я заметила сомнение, блеснувшее в его глазах, но все равно чувствовала, что мой белокрылый ангел обязательно справится. Потому сразу удобно расположилась на диване, опустила руки вдоль тела и закрыла глаза.

– Несс…

– Не переживай. Мне не будет больно.

Ам издал легкий смех и приступил к святому делу.

– Эх, выгонят меня к чертям собачьим.

– Ничего, добавь в резюме – а также лечу демонов, и будешь нарасхват, – ответила я.

– А Циас заверит копии, – подключился Мэл.

– Только кровью, иначе не поверят, – поддержал его Ам.

И мы дружно рассмеялись.

– Ладно, если тебе интересно, то слушай, – начал ангел успокаиваясь. – Аура у всех разная, у кого-то плотная, у кого-то тонкая. Толщина оболочки показывает мне жизненную энергию и состояние здоровья каждой особи, будь это человек, животное, птица или насекомое. Потому что мы отвечаем за каждое живое существо. Но это еще не все. Она постоянно пульсирует, отблескивая белыми тонкими изогнутыми нитями, которые бывают от нескольких сантиметров примерно до метра. И чем длиннее нить, тем сильнее характер. Но твоя аура сейчас практически прозрачная и настолько хрупкая, что в любой момент может порваться. Потому мне надо ее уплотнить, чем, собственно, уже занимаюсь.

– Я ничего не чувствую.

– Еще почувствуешь.

Мне стало любопытно, и я открыла глаза. Мэл в расслабленной позе сидел на комоде, облокотившись о серую стену. Одна нога была согнута и поджата к телу, вторая свисала в свободном полете. Ам сидел на коленях у края дивана напротив меня. На кончиках его пальцев, которыми он видимо, дотрагивался до моей ауры в нескольких сантиметрах от тела, вспыхивали маленькие искорки.

– Сейчас я, как сварщик, склеиваю самые критические места. Захватываю наиболее плотные края и пытаюсь их соединить. Конечно, останутся рубцы, но причинять дискомфорт тебе не будут. И если проводить пальцами, то на ощупь, словно по воде. Но это только для меня, как результат отлично проделанной работы. Теперь гораздо лучше, – сказал он, проводя руками по невидимой ауре. – Осталась энергия. Ее ты должна почувствовать.

Я в ожидании застыла. Руки Ама больше не двигались. Его ладони застыли над моим телом.

– Мысленно я настраиваюсь на желаемое и подпитываю оболочку с помощью таких же искривленных золотых нитей, которые соединяются с твоими белыми. Аккуратно, не касаясь черных, чтобы восстановить баланс иначе тебя замучают негативные эмоции.

– Черных?

– Да, ты же наполовину демон. Из-за Синь, черные сейчас длиннее белых, и я это исправляю. Наращиваю до такой же длины, – улыбнулся он. – Собственно черные тебя выдают Дэмор. Они раскаляются, когда ты сердишься, раздражаешься или…возбуждаешься. Аура в таком случае переливается красным оттенком. С этим я не могу ничего поделать, А вот Синь, как понял, покрывает черные нити белым светонепроницаемым панцирем, делая тебя для них стопроцентным человеком.

Я почувствовала легкое покалывание во всем теле, как от прилива крови и постепенную смену настроения. Пропадало уныние, мрачность, взамен приходила уверенность и легкость.

– Моя сила бесконечна, потому делиться с тобой только удовольствие.

– А если был бы лимит, то зажал? – пошутила я.

– Нет, – ответил он серьезно. – Для тебя мне ничего не жалко. Все, я закончил, – Ам поднялся и встряхнул руками.

– Здорово, – тут же отреагировал Мэл и спрыгнул со своего временного прямоугольного с четырьмя секциями «стула». – Самое время спустить с цепи.

– Что? – возмутилась я, поднимаясь на ноги рядом с Амом.

– Шучу – шу – чу, – охотник улыбнулся и примирительно поднял руки.

– Слушайте, чувствую себя превосходно, даже лучше, чем когда – либо, – я набрала полную грудь воздуха и выдохнула. – И совершенно не хочу спать и есть. – Ам, ты чудо, – радовалась я.

– Надеюсь, мне это зачтется, – подхватил он мою вспышку веселья.

– Конечно, – я обняла его и поцеловала в щеку.

– И все?! – усмехнулся тот.

– Хорошего помаленьку, – продолжала я улыбаться. – Ну что, теперь можно в бой.

– Ты ее что, еще и полем чудес накачал? – Мэл демонстративно подозрительно сощурил глаза.

– Нет, всего лишь оптимизмом. На всякий, скажем так…

– Понятно, – усмехнулся Мэл и уже серьезно обратился ко мне. – Ты точно готова?

– Да, наверное. Немного страшно, но думаю, справлюсь.

– Хорошо. Ам второй раз она тебя уж точно не поцелует. Нужно на время куда-нибудь пропасть и чем дальше, тем лучше. Если Несс тебя учует, то, как ищейка пойдет по следу.

– Я могу его убить?! – спросила я, закусив нижнюю губу.

– Не переживай, со мной ничего не случится. Все-таки не первый год на свете и знаю где можно укрыться.

– Точно? – я искала в его глазах хоть намек на ложь, но Ам смотрел твердо и это успокаивало.

– Точно.

Я кивнула, отошла от ангела, встала в центр комнаты и вытянула руку вперед.

– Нет, ты сама повесишь его себе на шею, во избежание утери – это первое, – сказал Мэл и двинулся к комоду. Покопавшись в нижнем ящике, в котором хранил инструменты, охотник нашел автоматическую мини дрель, зафиксировал Синь специальными тяжелыми клещами и пробил в нем тонкое отверстие. Потом вдел веревку и крепко завязал. – Так я останусь цел и невредим, потому отправлюсь с Амом – это второе. – Подошел ко мне и, держа одну веревку, протянул мне Синь. – Ну и когда ты восстановишь над собой контроль, в будущем просто будешь его снимать и так же в нужный момент надевать – это третье. А, да, забыл сказать, с тобой пойдет Гром. Пусть разомнется, гончие любят побегать. Он будет ждать снаружи.

– Хорошо, – я тяжело сглотнула, беря кончиками пальцев, протянутый мне источник зла. Руки дрожали. Внутри все холодело. Я неуверенно посмотрела на медленно отступающего в сторону Ама Мэла.

– Ты справишься, – прошептал он мне.

– Верь в себя, – поддержал Ам и, задержавшись еще на долю секунду, подарив прощальный взгляд, они испарились. Ангел, хлопнув по спине «напарника» телепортировал себя и его в безопасное место, оставив меня в полном одиночестве.

Я перевела взгляд на Синь. Мне было не так просто решиться. Это все равно что, когда ты лежишь ночью в кровати и думаешь, а что, если я больше не проснусь. Или, готовясь к прыжку с моста, тебя назойливо атакует мысль, что страховочный трос оборвется. Да, именно. И пугала не только неизвестность, но и возможные последствия, которые я, скорее всего, предотвратить не смогу.

С каждой секундой уверенности становилось меньше. Вот, черт. Я боялась, будто меня вот-вот накроет девятибалльная волна. А потом еще одна и еще. Интуиция мне подсказывала, что я совершаю ошибку, что чего-то явно не понимаю. Только чего? Хотя может, я всего лишь накручиваю…

Я начала приближать Синь и уже практически надела, но неожиданно резко отбросила в сторону и села на диван, обхватив голову руками.

– Черт, черт, черт…

Я сидела с застывшим взглядом в пол. Сейчас мне хотелось, чтобы все побыстрее закончилось. Незаметно, провалом в памяти, одним щелчком. Но это, к сожалению, невозможно. Жаль.

– Да плевать, – произнесла я вдруг в сердцах, и быстро соскочив с места, подняла Синь.

* * *

Ментально я выключила единственный фонарь, который освещал улицу через грязное желтое стекло, и взглянула на небо. В безлунную ночь, поглощающую все вокруг. Небесная ночная мгла была не проницаема. Она внушала угрозу и зловещее предчувствие…

– И стала тьма, – промурлыкала я, глубоко вдохнув холодный воздух.

Несмотря на темное время суток, я все прекрасно видела, вплоть до малейших деталей на сотню метров вокруг. Немного нервировала разнообразная палитра запахов, но разве это не чудненько?!

– Ты – скотина, – неожиданно донеслось до меня. – Ненавижу тебя, ненавижу, – и звук разбивающегося стекла.

– Пошла вон, идиотка, – ответила новоиспеченная скотина. Их крики и перебранка не стихали ни на минуту.

Дальше начался солидарный лай собак. Потом какой-то тип засмеялся своим дребезжащим тенорком, и как только показалось, что смех умер навсегда, он возродился снова, но уже с другой стороны частного квартала. Смех, шепот, ссора, лай, звон посуды, шорох, шепот, ссора…

– Какой беспокойный район, – усмехнулась я, взглянув на Грома. – Есть чем полакомиться, – на что его глаза, уже в который раз сверкнули красным.

Я стояла, слушала и почти не двигалась. Вдруг где-то рядом заиграла мелодия, и послышалось притягивающее улюлюканье ребенка. И это меня очень заинтересовало. Светлая и чистая энергия. Не оскверненная повседневными вожделениями. Она словно сочилась из каждой поры пространства, излучая легкое сияние. В одном из частных домов, которые находились рядом, в окне зажегся свет, и я услышала успокаивающий женский голос. Женщина напевала эту же композицию. Иногда она прерывалась – отвечала новорожденному ласковым словом – и следующий куплет.

Слушая ее песню, меня словно магнитом потянуло в сторону дома.

– Уже скоро, – прошептала я, дотрагиваясь до Синь, на что в ответ он переливчато сверкнул голубым цветом.

Не сводя глаз с окна, я словно подкрадывающийся хищник, плавно с элегантностью пантеры, двинулась вперед. Конечно, свет горел и в других домах, но я сосредоточилась только на одном. В этот момент прозвучали последние строчки колыбельной. Последний звук и наступила тишина. Через несколько секунд свет погас, и, судя по удаляющимся шагам, женщина вышла из детской комнаты. Мои губы растянулись в предвкушающую улыбку. Со стороны меня можно было принять за любителя подглядывать, но как бы ужаснулись уличные зрители, узнав истинные намерения.

Я медленно приближалась к нужному объекту, чтобы потом телепортироваться внутрь и насладится новой энергией. Она манила меня своей потрясающей щекочущей вибрацией и заставляла мысленно облизываться. О, да, сейчас я получу сполна. Еще несколько шагов и все.

Но внезапно меня остановил глухой, твердый звук. Что-то неожиданно и резко упало на крышу того самого дома. Я подняла голову и поняла, что это не что-то, а кто-то. Нежданный гость с явными намерениями вмешаться в мои «вкусные» планы.

– Хранитель, чертов, – прошипела я, на что ангел демонстративно расправил крылья, и предостерегающе отрицательно мотнул головой, сверкая в темноте ярко-голубыми глазами.

Рассердившись, я стиснула зубы и мои челюсти лязгнули. Такой же звук издала труба, на которой стоял небесный защитник. Послышался скрежет, и металлическая труба со звоном обрушилась на тротуарную плитку, отколов небольшой кусочек, который целенаправленно разбил окно первого этажа. Ангел успел взлететь, и приземлился на крышу обратно.

– Никто не смеет мне мешать, – прорычала я, сломав ментально остроконечную длинную пику забора и метнув ее в белокрылого.

Он ловко увернулся, но возвратившись в исходное положение, в него уже летел концентрированной черной злобы шар. Ангел оперативно выставил перед собой щит, на котором отчетливо был виден рисунок серебристой молнии. На мгновение меня ослепила белая вспышка света. Сферическая злобная субстанция с искрами, будто мячик отскочила от щита и полетела в мою сторону. Но я вовремя отклонилась, и с глухим взрывом шар врезался в стоящее позади меня дерево. Оно со скрипом и треском повалилось на машину, основательно помяв капот и разбив стекло. Раздался рев сигнализации. Послышались крики, плачь ребенка, паника. В окнах домов поочередно включался свет. А для меня это было некстати. Гром зарычал, приготавливаясь к прыжку на крышу. Телепатическим импульсом я чувствовала его воинственный настрой. Он хотел разорвать гостя на части. Я же с удивлением обнаружила, что аура ангела действует отрицательно не только на меня. А ведь Ам был с нами практически все время. Надо же – выдержка песика оказалась посильнее моей.

– В другой раз, дружок, – сказала я гончей и, не сводя хмурого взгляда с крыши, наклонилась, вцепилась рукой в твердый кожаный ошейник и телепортировалась куда-нибудь подальше отсюда. Смысла оставаться здесь больше не было. А биться до конца я еще не готова. Пока, не готова…

* * *

Переместившись в центр ночного города, я отпустила ошейник и, цокая по асфальту шпильками сапог, двинулась по освещенной улице вперед. Она была застроена многоэтажными зданиями самых различных цветов. Первые этажи как обычно занимали мелкие магазины, остальные для жильцов. Я шла, не сворачивая в закоулки. Гром не отставал. Навстречу изредка попадались какие-то люди. В основном парами или компаниями, практически, исключая надежду на одиноких будущих жертв. Я брела в неизвестном направлении и думала, не забывая о самом главном – съедающем меня изнутри желании.

Я размышляла о защитнике. Он не дал мне вкусить новую энергию. А все потому, что ребенок невинен. И каждый хранитель оберегает своего подопечного до тех пор, пока не убедится в его дееспособности принимать разумный выбор. Первый принцип ангелов – хранителей. Раньше я об этом не знала, как и то, что они могут убедительно защищаться. Синь открыл глаза на многое. Но ведь в прошлом мне никто не мешал, или не будь грешен и не лишишься славы божией?.. Проверим.

– Привет Макс расскажи своей подружке о прошлой страстной ночи с брюнеткой. Ей это понравится, – просто сорвалось у меня с языка, когда очередная парочка, мило улыбаясь друг другу, проходила мимо.

– О чем это она? – услышала я позади и глубоко вдохнула в себя женскую душераздирающую боль. Ясное дело, неоднократно увиливать для парня не впервой, а вот подруге, любящей до безумия, любой намек, как ножом в сердце.

– Не знаю. Не знаком с ней.

Остановившись и чуть развернувшись, я еле видным движением руки добавила девушке агрессию.

– Тогда откуда она знает твое имя? И на звонок вчера не отвечал. Почему?

Да, Макс, сегодня явно не твой день, вернее ночь, усмехнулась я, чувствуя его замешательство, испуг и быстрый поток выкручивающихся мыслей. Прекрасно, прекрасно, прекрасно, повторяла я, насыщаясь эмоциями и надеясь, что зверь немного успокоится.

– Дура, когда трахаешься отвечать некогда, – подлила я со смехом масло и под звук звонкой пощечины пошла дальше.

Честно сказать, не ожидала от себя, но мне понравилось. И Грому. Потому что песик тоже полакомился негативной энергией. Прямо открытие за открытием. Не удивлюсь если он еще разговаривать начнет, хотя это уже из рода фантастики.

– Несс, это ты? – неожиданно раздался знакомый голос и звук тормозных колодок проезжающей мимо машины.

Не оборачиваясь, я ускорила шаг, потому что узнала его. Только этого мне не хватало. Человек быстро вышел из машины и хлопнул дверцей.

– Несс почему ты убегаешь это же точно ты, – голос приближался.

Я не останавливалась. Собиралась снова телепортироваться, как почувствовала на плече руку. Черт, не отвяжется ведь.

– Привет, Катя, – притормозив, я обернулась и посмотрела на подругу.

Выглядела она роскошно – в дизайнерской белой блузке, поверх которой была короткая черная куртка, облегающие синие джинсы с серебряным пояском, охватившим ее бедра и высоченные шпильки. Яркий макияж и распущенные прямые светлые волосы. Сразу понятно – собралась в ночной клуб.

– Куда ты пропала, я тебе обзвонилась, – приветственно обняла она меня с искренним волнением в голосе.

– Занята была, извини мне пора – отчеканила я сухо, не ответив на дружеские объятия. Потому что ее энергия меня соблазняла. Она была так близко, достаточно просто протянуть руку и высосать все до капли. Жизненная сила сводила с ума. Я приложила максимум усилий, чтобы не сделать этого. Я была на грани безумия.

– Не смей, – рявкнула я Грому, уловив тонкую нить выкачки энергии. Он провоцировал, помощничек хренов.

– Что? – недоуменно произнесла Катя, вздрогнув и отступив назад.

Не дожидаясь продолжения, я молча развернулась, намереваясь быстро испариться из ее поля видимости.

– Подожди, – не унималась подруга, поравнявшись со мной. – Я думала, ты приболела. Хотела навестить, но Дима сказал, что возможно ты поладила с Олегом и у вас романтический отдых, ведь тот тоже куда-то пропал после вечера в ресторане, а сегодня вдруг объявился и пригласил нас с Димой в клуб.

– Какой клуб?

– Левитация. Мы как раз туда направляемся…Несс, что происходит, ты какая-то другая, – робко произнесла Катя. – Может я тебя чем-то обидела.

Я остановилась и впилась в нее взглядом. Смешно. Катя даже представления не имеет, какую решающую роль играет в моей жизни. Уже второй раз, сама того не ведая, она сводит меня с нужным объектом ненависти. Теперь, ненависти. Все же лысая голова пыталась меня убить, невнятно доказывая обратное. А такое простить нельзя. Плевать на план Мэла, я же теперь неприкосновенная личность.

– Ты не обидела, потому что у меня толстая кожа и железные нервы. Я приболела, и попросила тебя не беспокоить, а ты как понимающая и сопереживающая подруга послушно выполнила просьбу, – пока говорила, я почувствовала непроизвольные сгустки энергии, которые зверь все же сумел вытянуть из Кати. Но сейчас я не могла остановиться, мне нельзя было прерываться. – Сейчас ты обозналась, потому извинишься, развернешься и забудешь об этой встрече. Сядешь в машину, игриво улыбнешься Дмитрию и попросишь ехать дальше, не заикаясь обо мне. – Я быстро бросила взгляд на белый Фиат, позади Кати. Ее спутник ожидающе курил внутри. И снова на подругу. – Иди!

Мы одновременно повернулись друг другу спиной и сделали шаги в противоположную сторону.

Раздираемая противоречивыми чувствами, я поспешила завернуть за угол дома. Там я за считанные секунды телепортировалась и оказалась в своей двухкомнатной квартирке.

Не включая свет, я равнодушно окинула взглядом кухню, гостиную и направилась в спальню. Грому приказала ждать у двери, чтобы в случае опасности предупредил.

Как и предполагала, Дэмор потрудились на славу. Разворошили и покопались в каждом углу, из-за чего в комнате царил хаос. Все вещи в беспорядке валялись на полу. Но главное, в поиске зацепки, чтобы вычислить мое место нахождения они забрали ноутбук и мобильный.

– Вот уроды, – выплюнула я резко и, перешагнув через одежду, села на кровать. Потом просто откинулась назад, слегка подпрыгнув на ней как мячик, и устремила глаза в потолок. На нем из-за раскачивающихся голых деревьев снаружи постоянно двигались тени и образы.

Внутри меня закипала злость. Сколько я прожила здесь, почти четыре года и ни разу, никто ничего не заподозрил. Конечно, я знала о существовании охотников, и мы с Амом часто от них удирали, но так близко они ко мне еще не подбирались. А все потому, что согласилась на просьбу. Ради амурского порядка. Повелась на красивые глазки и убедительное красноречие.

Нет, человеком быть слабость. И свобода воли самый первый враг, особенно когда она руководствуется чувствами, причем любыми. Любовь, дружба, жалость, страх. Все это сбивает с толку и рождает мысли, которые не всегда правильные. Но именно мысли являются началом поступков. И двигаясь по дороге жизни, человек зачастую выбирает не прямой путь, а извилисто – сложный. Насыщая его трудностями и их преодолениями. Ведь даже такая мелочь как взмах крыла бабочки способна вызвать тайфун на другом конце Земного шара. Тоже самое происходит и с желаниями – мыслями основанных на чувствах. Из-за которых, собственно, пострадала и я. И виной тому Ам со своими проблемами, а также моя человеческая половина. Ведь будь я чистокровным демоном, разве согласилась бы на такое сомнительное дело? Нет, разумеется. Я бы все взвесила, подумала о выгоде, предложила сделку, а то получается, чуть не убили и заработала вечный хвост в образе Дэмора. А ему что? Нет, так не пойдет. Никогда демоны не прогнуться под ангелов. Никогда. Им никто не указ. Потому что мы приверженцы того, кто не склонил колени и стал врагом. У нас свои правила. Поэтому я все сделаю по-своему. Заберу Руби, Синь и гудбай. Потому что заслужила! А Руби еще пригодится. Души мне не нужны, а вот власть…сила других демонов…очень заманчиво.

Обрадовавшись своему решению, я быстро поднялась и скинула с себя куртку на пол. Туда же полетели джинсы и майка с кельтским узором. Я не стала пользоваться магией, чтобы воплотить какое-нибудь потрясающее платье. Своих полно. Не думаю, что Дэмор запомнили и по нему смогут меня обнаружить. Смешно. Да и, честно говоря, боялась, что Синь взбунтуется, ведь мне же еще надо перевоплотиться в писаную красавицу. А это расход энергии…

И чего я так возненавидела Ама…

В нижнем белье я внезапно остановилась у зеркала и, опершись ладонями о комод, посмотрела в свое отражение. На бледную, словно вампир девушку и как обсидиан глазами. Длинные черные волосы свисали с плеч, закрывая часть лица, и грудь. Стройное, чуть худощавое тело было напряжено. Я смотрела на себя и хмурилась. Потом медленно перевела взгляд на Синь, украшавшее декольте. Рука сама потянулась к заветному неправильному треугольной формы камню. На ощупь он был теплый, словно живой. Гладкая поверхность периодически переливалась голубым светом. Я зажала его в кулак и потянула вниз, до предела натянув тонкую черную веревку, сплетенную из шелка. Вместо того, чтобы просто поднять руку вверх и снять. Врезавшись в шею, веревка причиняла боль. На глазах выступили слезы. Я вдруг остро почувствовала обреченность. Внутри меня душила паника. Вернулось сопротивление и ощутимое пожирание изнутри. Нет – нет – нет, только не это. Я упала на пол, и обхватив руками колени, успокаивающе закачалась вперед-назад.

– АМ, – крикнула я.

Тишина.

– МЭЛ.

В голове поднялся гул, а в висках отдавалось резкой болью с каждым биением сердца. Странно, оно билось так гулко и медленно, будто вот-вот остановится.

– АМ, – заорала я истошно. – Помоги.

Но ничего не происходило. Я все также сидела в одиночестве, неконтролируемо раскачиваясь в стороны. Человеческая привычка в момент отчаяния.

В груди все сжималось в невыносимой пытке, стремясь вырваться наружу. Но я терпела и…я не знала, что должно было быть после И. Почему мне никто не помогает? Неужели бросили? Не верю. Думай Несса, думай… Нужно отвлечь Синь, как-то успокоить. Но как?

– Как Мэл? Ведь я даже снять его не могу, – заключила я с горечью в голосе, почувствовав на щеках мокрые дорожки.

Зря я подумала об Аме в хорошем смысле… Зря мы все это затеяли…Все зря…

Я расцепила руки и в позе эмбриона легла на пол. Меня сотрясала дрожь. Смирившись со скорой смертью, я лежала и сквозь боль оплакивала жизнь. Пускай такую, с лихо закрученным сюжетом в пользу зла, но все же жизнь. И мир больше не будет в радужных красках. Пускай для меня они были не совсем яркие, но я радовалась. Улыбалась каждому новому дню и ночи по-своему. Ценила друзей, ибо их у меня было не так много. Любила, наслаждалась…

Жизнь – это замкнутый круг, жизнь – это постоянное движение по спирали, которая возвращает нас к тому месту, откуда все началось…И так будет всегда, вдруг пронеслось у меня в голове, из-за чего я на мгновение в догадке застыла.

– Гром, – услышала я со стороны свой голос. – Ко мне мальчик.

Точно! Как же я сразу не поняла.

– Гром-Гром.

Я услышала, как активно работая лапами, царапая линолеум, он мигом бросился ко мне. Гончая забежала в комнату, и словно прочитав мысли, очень близко подошла, усаживаясь на задние лапы.

Я, медленно, терпя терзавшую мое тело боль, приподнялась и, не церемонясь, обхватила ладонями собачью морду.

– Поделись со мной, – прошептала я песику, устанавливая с ним зрительный контакт.

Если все возвращается туда, откуда началось, значит, гончая, стопроцентный источник зла просто замкнет круг инфернальной жизни. И Синь, по крайней мере на время насытится своей же темной энергией. Это как постоянно циркулирующая в организме кровь. У ангелов и демонов есть свой тонкий внутренний мир-основа, которая не может существовать без своеобразного симбиоза, симбионтом которого является человек. Этакий кислород, который дает и тем и другим существам право на жизнь. Поэтому они стремятся вступать в контакт с людьми всегда.

Способ добычи энергии у каждого существа разный – ангел подпитывается верой, демон страданием, но смысл всегда один. Сбрасывать половину насыщенных сгустков энергии в общий котел или небесную чашу. Ведь источник всегда наполняется за счет внешнего ключа. И чем больше энергии, чем выше концентрация накапливаемой сверхъестественной мощи, с помощью которой, опять же, они получают доступ в физический мир. Как глоток воды, они черпают силы из коллективно-наполненного сосуда, чтобы спуститься вниз или подняться наверх и снова заполнить пробелы. Это цикличный круговорот жизни. Испарения, конденсация, осадки. Испарение, конденсация, осадки. И правда существования всего живого и не живого в том числе.

– Давай песик, помоги мне, – прошептала я, всматриваясь в его черные глаза. Я знала, что он может это сделать, но почему-то медлил, заблокировав свой энерго – передатчик. – Пожалуйста, – взмолилась я, что совершенно мне не свойственно. Может, что-то делаю не так? Или стоит поменять подход, все же это адская гончая…

– Хорошо. Гром, если ты мне поможешь, я обещаю найти тебе первоклассного донора, и мы вместе выкачаем из него всю энергию. Такой вариант тебя устраивает? – предложила я сделку, что оказалось верным решением. Потому что гладкошерстный одобрительно оскалился и в понимании медленно кивнул…Удивительно! Мда… Если мне когда-нибудь зададут вопрос, умеет ли собаки улыбаться, я отвечу – не только. Разумеется, не всерьез, Гром же не простая собака.

Итак, после согласия, Гром сам завладел ситуацией и примагнитил мои черные глаза к своим теперь уже моментально вспыхнувшим ярко – красным. Вначале кроме боли, я ничего не чувствовала, но спустя пару секунд боковое зрение начало постепенно меркнуть, уступая место непроглядной тьме. А глаза песика превращались в две пламенные точки. Будто Гром тоже растворялся в черноте, оставляя меня наедине со злом. Я понимала, что он пускает в свою темную энергозону. Затаив дыхание, я ждала продолжения. И как только это сделала, сразу почувствовала легкое покалывание во всем теле. Такое же когда меня лечил Ам. Видимо схема целительства у всех одинаковая. Потому что тьма песика пустила множества черных щупалец и, также как ангел присосалась к моей ауре. Они быстро соединились теперь уже с черными нитями, и буквально влили в меня вязкую, мощную силу.

С каждым вдохом мне становилось легче. Боль понемногу начала отступать, оставляя след фантомного синдрома. Так как Синь основательно потрепал мою человеческую сущность. Белые нити ауры стали значительно короче, но жить все-таки было можно… Пока можно.

Глава 11

Исполнение задуманного плана.

– Можно повторить? – включив все свое обаяние, я улыбнулась бармену и слегка подтолкнула по гладкой отполированной деревянной поверхности пустой бокал вперед.

В «Левитации» царил интимный полумрак, освещенный лучами прожекторов и несколькими светодиодными лампочками над барной стойкой. Играла современная попса, и большинство посетителей ритмично двигались на танцполе, который находился в самом центре клуба, окруженный металлическими черными столиками для посетителей.

Обычный парень, в черно-белом дресс-код, симпатичный, не более, посмотрел на меня и, расплывшись в ухмылке, ответил:

– Принцесса сегодня одна?

Из обширного выбора разных и самых причудливых форм бутылок шеренгой, стоящих за его спиной, он выбрал начатую тару дорогого красного вина и щедро наполнил бокал почти до краев.

– Принцесса в статусе «поиск», – я подняла фужер и отпила небольшой глоток, еще раз восхитившись его отменным вкусом. – Но ненадолго.

– Жаль, – наигранно вздохнул бармен. – Впервые у нас? Раньше я вас тут не видел, – последнее предложение было заглушено громким заключающим бешеный аккордом.

Гром здорово меня выручил. Чувствовала себя прекрасно. Будто только что родилась. Я была полна сил в перевес темной энергии, разумеется. Но все же, сейчас, более-менее могла разумно мыслить, а не кидаться на первого попавшегося человека. Испытав самую мучительную боль, все остальные кажутся терпимыми. Я продолжала чувствовать жажду, но сейчас старалась не зацикливаться на ней. Пока она была не критичной.

– Да, – ответила я, обращая внимание на сидящего рядом со мной основательно нагрузившегося алкоголем типа. Охранник убедительно просил его покинуть заведение, на что тот только отмахивался рукой. – И честно сказать, я еще кое-кого ищу. Поможешь? – не спрашивая перешла я на ты. Кстати, отличный прием чтобы расположить человека и создать иллюзию, будто давно знакомы. Действует не всегда, но сейчас получилось.

– Тебе помогу, – смешивая напитки, ответил парень. – Такой красотке трудно отказать, – улыбнулся он.

Ну да, согласилась я мысленно. Платиновая блондинка, голубые глаза, длинные ноги, высокие шпильки, вызывающе – короткое черное платье редко кого оставит равнодушным. А третий размер бюста, вообще с ума сведет. В общем-то, бармен на него и повелся, зачастую нагло поглядывая.

– Это мужчина, – начала я, игриво растягивая слова, отвлекая внимания от внушительного бюста, где в ложбинке уютно покоился Синь.

– Тааак, – поддержал улыбающийся парень, облокотившись локтями о барную стойку медленно приближая свое лицо к моему.

– На вид около тридцати пяти лет.

– Дальше.

– Среднего телосложения, невысокого роста и почти облысевшей головой.

– Угу, поняяятно, – ответил он. – А принцесса в курсе, что к такому ну просто подробнейшему описанию, можно отнести почти всех посетителей? Может, есть еще какие-нибудь приметы?

– Эй, парень, налей еще, – не дал мне ответить, один из местных пьяниц. Прочитала по глазам, когда он невидяще-хмельным взором оглядел меня с ног до головы. Да уж. Такой молодой, а уже конкретно подсел на алкоголь. Хотя, да. Папка оплачивает счета, почему бы и не зажраться, как говорится.

– Уверены? – спросил бармен, посмотрев поверх его головы на охранника. Но тот, был занят другим разбушевавшимся клиентом.

– Наливай, я сказал, – рыкнул тот, громко стукнув рюмкой о стол, еле-еле удерживаясь на высоком барном стуле.

– Ладно-ладно. Посуду только не бейте, иначе будете ее оплачивать, – успокоил его бармен, выпрямившись с неохотой. Потом взял из того же ряда бутылку, не дешевой водки и налил недогнавшемуся алкоголем половину.

– Да я вообще могу купить ваш клуб. У меня куча денег, так что наливай полную.

Парень пожал плечами и сделал, как он хотел. После чего закрутил крышку и убрал бутылку подальше. В самую глубь бутылочной шеренги.

– Хорошо, – принял тот сразу на грудь и повернулся ко мне. – Дэвушка, а с вами можно познакомиться, – решил докопаться, намеренно кривя слова.

Я не спеша повернула голову. Прямо посмотрела в его мутные серые глаза и бесстрастно, на лице холодное спокойствие, твердо отчеканила:

– Заплати за спиртное и пошел вон!

Больше слов не потребовалось, потому что захмелевший, по самую катушку, послушно выполнил приказ. Потом встал, развернулся и медленно, но верно направился в сторону выхода.

Я же вернулась в исходное положение и встретила недоуменный взгляд бармена. В его глазах я видела, что он что-то хочет спросить, но вот что, не знал.

– Забудь, – послала я ему расслабляющий импульс. – И вернемся к приметам. С этим человеком должны были быть его друзья. Блондинка в белой блузке, синих джинсах с ярким серебряным пояском, парень… – я задумалась, вспоминая, во что был одет Дима, но он сидел в машине, потому только верхняя одежда. – В общем, ее темноволосый спутник и этот лысый, с хомячковыми щеками и маленькими глазками. Хотя, с ними может еще кто-нибудь быть, но думаю, ты и так вспомнишь.

– Вроде понял, – кивнул бармен. – Они в вип-кабинке, в правом дальнем углу зала. Вон там, – указал он рукой.

Я посмотрела в ту сторону, сфокусировав взгляд, и приблизила зрение к небольшой щели между косяком и входной дверью. Ну да, это они. Вот Катя сидит на красном бархатном диване. За талию ее обнимает Дима. Рядом такая же влюбленная, но незнакомая мне пара и Олег. Он сидел ко мне спиной, но я сразу поняла, что это он. Тот же неприятный вкрадчивый голос и пошлые шуточки. Не понимаю, как Катя может с таким общаться. Хотя, да, товарищ Димы. Кстати, надо бы его просканировать, откуда он знает Олега. Если Дима Дэмор, то не страшно, а вот если он тоже как-то связан с Руби… и с тем демоном про которого говорил Мэл, то подруга определено в опасности.

– Угу, спасибо, – ответила я бармену. – Тогда если ты не против, я, еще немного тут посижу, а потом навещу друзей, хорошо?

Сейчас я хотела продумать дальнейший ход действий. Точнее, как познакомиться и удалиться с Олегом куда-нибудь подальше отсюда. Потом охмурить, силой забрать Руби и отдать на растерзание Грому. Сделка, есть сделка. А такого с маленькой буквы человека, как Олег не жалко совсем.

Я еще раз глянула в сторону вип-кабинки и решила подождать. Не зря ж говорят – терпение вознаграждается. Вот и повременю ради стоящего приза. Ведь должен же он когда-нибудь выйти оттуда по нужде…

Закончилась очередная ритмичная мелодия и ди-джей объявил о следующем, но уже медленном треке. Спустя пару секунд заиграла спокойная музыка.

– Потанцуем? – услышала я вдруг за спиной приглашение и обернулась.

Передо мной, с протянутой рукой, стоял обалденный представитель сильной половины общества. Высокий, спортивного телосложения, в атласной черной рубашке и в таких же брюках. Темные волосы были в креативном беспорядке, а черные, как ночь глаза игриво улыбались. Не дожидаясь ответа, он сразу взял мою руку и просто потянул к себе, чтобы увести в танец. Мое тело тут же среагировало на мужское прикосновение. Дрожь удовольствия рассыпалась до самых кончиков пальцев. Честно сказать, не ожидала от себя. Но было приятно.

Он повел меня к центру танцплощадки. Потом остановился и плотно прижал к своей твердой груди. Я смотрела на него и пыталась выбраться из глубокого омута черных, не сводящих с меня, глаз. Странные эмоции, причем к совершенно незнакомому мужчине. Я тряхнула головой, чтобы сбросить неожиданную манну и снова посмотрела на вип-кабинку. Ну что ж, почему бы, пока не развлечься. Ведь это всего лишь танец. Ну, и признаться, этот тип действительно меня заинтриговал. Что-то в нем было такое, чего я никак не могла уловить.

– Как тебя зовут? – спросил незнакомец, крепко держа меня за талию. Он был на голову выше, но все-таки я могла разглядеть его прекрасные черты лица. И почему-то они мне смутно показались знакомые.

– Ниса, – исказила я свое имя.

– Странное имя, но пусть так, Ниииса, – протянул он последнее слово, будто пробуя на вкус. Я же томно вдыхала его мускусный запах сильного самца.

– Ты здесь одна?

Мы двигались в такт музыки, в каком-то особенном ритме танца. Вроде все как обычно, но в тоже время не как другие пары, потому что медленно раскачивались против часовой стрелки. Так, что происходит, и кто это? И почему я не могу его прочесть?

Я попыталась оттолкнуть красавца, но он еще сильнее прижал к себе и ехидно прошептал:

– Решила обмануть и улизнуть, Ниииса?

МЭЛ?

На этот раз я впилась в его лицо внимательным взглядом и…да, это точно, он, только с накладной щетиной и тонкими усиками. Так же он подправил нос. Профессиональным гримом заострил кончик. Ведь даже в пластической хирургии такая мелочь, как нос может кардинально изменить внешность. Удивительно насколько Мэл знает все тонкости перевоплощения.

– Как ты узнал меня… и как узнал, что я здесь?

– Не знал, но предполагал, – его рука медленно заскользила вдоль моей спины. – Я же предупреждал, что Синь рождает истинную сущность. А что умеют демоны, дорогая? – Я посмотрела на него злобный взглядом. – Правильно. – Врать и воровать.

– Я еще ничего не украла, – не думая, выдала я сама себя.

– Но мыслишки были?!

Мы продолжали двигаться, не сводя друг с друга глаз. Я сердилась. Мэл же само спокойствие с долей издевкой.

– Где Ам? – я первая отвела взгляд и посмотрела в нужный мне угол клуба.

– Как всегда – амурские дела. Вызвали. Он не смог отказать.

Неожиданно Мэл коснулся моих белых волос и, склонившись, жадно вдохнул их запах.

– И все же, как ты меня узнал? – прошептала я ему в этот момент на ушко.

– Честно сказать тебя трудно не заметить. И как большинство возбужденных мужиков, завидев роковую нимфу, хотел приударить.

– У козлов мысли схожи, – буркнула я.

Мэл хрипло рассмеялся.

– Чего хотела, того и добилась.

– Дальше, Мэл.

– Хорошо. Я шел к тебе на крыльях похоти, – продолжил он издеваться, – но меня остановил тот пьяный тип, которого ты необъяснимым образом отшила.

– И что? Многие так отваливают.

– Да, но он слишком послушно ретировался и слишком спокойно отреагировал бармен. Потом я увидел, как ты, сощурив глаза, посмотрела в сторону вип – кабинки, и сразу понял, что белокурая тут неспроста. Тебе надо научиться скрывать мысли, Несса. Обрати внимание на других девушек. У них выражение нирваны на лице, у тебя же следствие Пуаро.

– И что? Многие щурятся, – занудила я, проглотив насмешку.

– Согласен, поэтому я и пригласил тебя на танец, чтобы окончательно убедиться…и заглянуть в твой роскошный корсаж. Заметил тонкую ниточку вокруг шеи, – Мэл возбуждающе провел пальчиком по моим выпирающим полушариям, подцепил шелковое переплетение и чуть дернул вверх. – Дальше объяснять?

– Нет. – Я оттолкнула его руку и вдавила Синь обратно. – А ты не боишься? Я могу тебя убить, – прошептала я ему вдруг.

– Нет, – промурлыкал он, и улыбнулся. – На меня не действуют твои чары, это я тоже говорил. Еще в первую нашу встречу…Хотя, нет, во вторую. Врожденный дар, помнишь? – потом легонько поцеловал шею, из-за чего мое тело обдало очередной дрожью.

А ведь, правда. Тогда он сказал, что на него не действуют стрелы амура и мои ухищрения залезть к нему в голову. В общем-то, с этого все и началось. У меня появилось желание узнать его секрет.

– Почему же ушел?..Мэл, мне было больно, – проговорила я с грустью.

– Знаю, Несс, – он посмотрел на меня долгим, ласкающим взглядом. – Но с тобой был Гром. Он бы не дал тебе умереть. Ну и признаюсь, песик играл роль радара. Он впитывал все твои чувства, эмоции, желания…муку и телепатически транслировал мне. Я его хозяин как-никак.

– Значит… – прошипела я, в очередной раз, пытаясь выбраться. – Значит ты все знал и не помог мне.

– Да, – он сомкнул за спиной руки и еще теснее прижал к себе.

– Я могла умереть.

– Да, – он почти приблизил свое лицо к моему.

– Отпусти меня или я…

– Или что?.. – и впился в мои губы жестким поцелуем.

Вначале я сопротивлялась, но под его напором устоять было сложно. Как в гараже, мое тело пронзило безумное желание, граничащее с жаждой энергии. Ну почему, почему Мэл так на меня действует?!

На мгновение меня посетила мысль, что из-за эмоций моя аура сразу выдаст инфернальную сущность Дэмор, но тут же вспомнила о Синь, замаскированных нитях, и расслабилась. Я сама обняла охотника за сильные широкие плечи, притянув его ближе. Конечно, была опасность, что я начну вытягивать из него энергию, но несравненного красавца, похоже, это не особо волновало… ах, да, врожденный демоннитет. Но некий прилив сил я все же чувствовала, но из-за учащенного сердцебиения, трепещущее и стремящееся, словно потерявшая рассудок птица в неведомые края, не обратила внимания. Потому что мы целовали друг друга, позабыв обо всем и всех вокруг. Мэл прижимал меня к себе так, будто через одежду хотел почувствовать каждую клеточку моего тела. Его рука, запутавшись в моих волосах, не отпускала ни на секунду. И мне это нравилось. Мгновенная яростная буря чувств разрушило мое самообладание, и я целиком поддалась жарким ощущениям. Медленный трек уже давно закончился и сменился на электронный транс – Небесный огонь. Под который, не нужно было думать, а просто отдаваться воспоминаниям, переживаниям прошлого, настоящего и будущего. Я обожала такую музыку, потому что это самый эмоциональный жанр. И сейчас ритмичная мелодия лишь добавляла жару нашему слиянию губ.

– Несс, – прохрипел Мэл в перерыве между поцелуем. – Нам нельзя отвлекаться…

Неожиданно он поднял меня, оторвал от пола и закружил. Откинув голову назад, я рассмеялась. Меня переполняло радужное чувство, которое по всему телу разливалось теплом, что было весьма странно. Неужели любовь? Потом он остановился, опустил меня вниз и снова запечатлел на губах поцелуй. Не такой страстный и жаркий, но очень нежный.

– Пойдем, у нас еще будет время, – прошептал он мне прямо в губы, обдавая их легким дыханием с привкусом того самого красного бархатного вина. В ответ я механически еле кивнула и, не сводя с него глаз, позволила отвести себя за ближайшей квадратной формой из темного металла столик. И если бы он не придерживал меня сильной рукой, я бы точно от переизбытка эмоций рухнула на первом же шагу.

Не отпуская мою руку, Мэл сел спиной к дальнему нужному углу с вип – кабиной. Я присела, напротив. Мы смотрели друг другу в глаза, не зная, что сказать. Я была немного смущена, когда он, казалось, наоборот чувствовал уверенность и некое довольство мартовского кота, которое излучал его спокойный взгляд, что сразу меня немного отрезвило. На автомате я хотела сказать ему что-то колкое, только вот хотела ли этого на самом деле. Ведь то, что произошло на танцплощадке, меня не просто выбило из привычной самоконтрольной колеи чувств, а действительно поразило тем, насколько легко позволяла ему брать над собой вверх. И это раздражало.

– Мэл, – начала я первая, прикладывая огромные усилия, чтобы голос был ровным и твердым. – Все это не нужно…

– Да, не нужно, – констатировал он вдруг.

На мгновение я опешила.

– Тогда зачем ты…

– Несс, признайся, тебе ведь нравится быть демоном, – неожиданно перешел он на другую тему. Свет от прожектора на секунду озарил его непроницаемое лицо.

– Не жалуюсь, – осторожно произнесла я, соображая, что охотник от меня хочет.

Он подался вперед и заправил за ухо выбившийся из моей прически золотистый локон:

– Демон и полудемон не одно и то же.

– Меня все устраивает.

Охотник отклонился назад.

– Ам, тебе всю голову заморочил своей добродетельностью, кстати. Эгоист, думает только о своих чувствах. Я же, испытав на себе твою боль, хочу помочь понять, что для тебя было бы лучше.

– И что для меня лучше?

– В любом случае демон. Согласись, снимешь Синь, ничего не изменится. Добыча энерго-пищи останется прежней.

– Ну да, – согласилась я с ним, усмехнувшись. – Только без него я могла остановиться.

– Опять ты… – Охотник остановился, глубоко вдохнул, собираясь с мыслями и продолжил. – Человек в тебе может в любой момент умереть и останется лишь демон. Вот, что я хочу до тебя донести. Потому и говорю, что с Синь, что без него ты все равно остаешься Демонессой. Это как рок судьбы, который ты должна принять и смириться, без всяких болезненных неудобств. Синь их лишь усиливает, а вот жажда у тебя будет всегда.

– На что ты намекаешь? – спросила я, сузив глаза.

Мэл молчал, предоставляя возможность додуматься самой.

– А если умрет демон?

И опустил глаза вниз. То ли не желал отвечать, то ли не знал ответа.

– Почему ты молчишь? Мэл? Демона можно убить? И что тогда произойдет со мной? Я стану человеком? Такое возможно? – градом посыпались из меня важные вопросы.

– Нельзя разделить сиамских близнецов с одним сердцем, – сказал он глухо и посмотрел на меня серьезным взглядом. – Демон, доминант в твоем теле. У него больше шансов на жизнь.

– Ты врешь, – воскликнула я негодующе. И вдруг краем глаза заметила, как из вип – кабинки вышел Олег.

По моим застывшим глазам охотник сразу понял, что произошло и, сжав мою руку быстро проговорил:

– Так, поговорим позже. Сейчас нужно собраться и действовать нам обоим.

Подавляя злость, я кивнула.

– Надеюсь, ты продумала, что будешь говорить и делать?

Я чуток скуксилась, и быстро на него глянула. Разумеется, я ничего не продумала. Особенно для двоих. Подавшись Синь я просто перевоплотилась в сексуальную незнакомку, а дальше на авось. Тем более со мной Гром.

– Женщины, – прошептал он сердито, намекая на излишнюю безрассудную импульсивность.

– Поверь, ты от меня не далеко ушел, – перешла я на такой же змеиный тон.

– Ну и что ты будешь делать? – перевоплощенный охотник отпустил меня и, отклонившись на спинку стула, сложил на груди руки.

– Что и всегда в таких случаях. – Брови Мэла вопросительно поднялись вверх. – Импровизировать, милый.

Я демонстративно поправила свое внушительное декольте, нагло улыбнулась охотнику, встала и, зацокав шпильками, направилась в сторону мужской уборной.

Мэл врет. Такого не может быть, никак не могла я успокоиться.

– Подожди, – остановил он меня на полпути, схватив за руку. – Нельзя же вот так на удачу. Это опасно, Несс. Ты не знаешь, с кем можешь столкнуться.

– Знаю, – сжав руку в кулак, я попыталась вырваться, но он держал крепко. – Отпусти, иначе мы упустим шанс. – И вложив всю свою враждебность, метнула в охотника сильный импульс огня.

Будто обжегшись, виновник моей злости, резко разжал пальцы и с сипение затряс кистью. Я же еще раз отметила про себя, что он все-таки уязвим.

– Я буду рядом, – сказал он мне чуть погодя уже в спину.

Вначале я двинулась в сторону уборной, но потом плавно сменила курс, огибая танцпол, ритмично двигающихся людей, и подошла к барной стойке, чтобы заказать томатный сок. И как в фильме случайно, под охи – ахи – извинения, опрокинуть его на Олега. Честно сказать, из-за разговора с Мэлом, это единственное, что мне пришло на ум. Потому что внутри меня возник диссонанс, нарушив злобную безмятежность и уверенность в положительном исходе дела.

Я взяла наполненный до краев стакан с тоненькой длинной разноцветной трубочкой и, держа его в руке развернулась, облокотившись о барную стойку. Усилив слух и пригвоздив взгляд к двери с мужской картинкой, я прислушалась. Только вот неугомонные в моей голове мысли совершенно не давали уловить присутствие в уборной Олега.

Неужели Мэл прав? Тогда получается Синь мне просто жизненно необходим, но терпеть воздействие камня иногда невыносимо. Хотя я могу его на время снимать. Только вот почему-то не смогла или не захотела это сделать в квартире…

Я быстро глянула в сторону замаскированного красавца Мэла, он не сводил с меня напряженного взгляда, и снова на дверь.

И все же он намекал не на Синь, а на выбор стать чистокровным демоном, дабы не испытывать больше муки. Вопрос только зачем? Заранее подготовить меня к неизбежному? Или предупредить о такой возможности, если свяжусь с Олегом?.. Блин, как же Мэл достал своей вечной недосказанностью. Неужели нельзя, как Ам открыто, честно, искренно… Ам, ну почему ты пропадаешь тогда, когда ты мне так нужен?! А еще про любовь говорил. Все мужчины одинаковые. Все. Сплошное трепло… Ам, обратилась я к нему мысленно, если ты меня слышишь, то будь добр удавись сам, иначе при встрече я тебя задушу. Совсем обнаглел. Работа у него, видите ли, превыше всего.

Неожиданно я отчетливо услышала голос Олега и, отбросив размышления, быстро, с уверенностью хищника двинулась навстречу ничего не подозревающей жертве.

– Твою мать, ты совсем ослепла?

Стакан упал на плиточный пол и разлетелся на мелкие осколки.

– Ох, простите, простите, простите, я такая неуклюжая, – затараторила я, пытаясь придать лицу извиняющееся выражение.

– Это точно, – буркнул Олег, брезгливо оглядывая, когда-то белую рубашку и такие же белые брюки. Одной рукой он ухватился за нижний край одеяния и попытался стряхнуть остатки густого красного сока.

– Еще раз простите, меня отвлекли, а когда повернулась обратно, было уже поздно, – я наигранно кокетливо захлопала ресницами, только Олег совсем не обращал на меня внимания. – Это все алкоголь, обычно я не пью, но сегодня день рождения подруги, не смогла ей отказать за здоровье, вот и результат, – настойчиво щебетала я.

– Девушка, мне все равно, сколько вы выпили, – ворчал полуоблысевший, поглощенный заботой о внешнем виде.

Да уж, типичный Нарцисс. Девушка перед ним распинается, извиняется, а он хоть бы хны. Глянул бы для приличия разок, какое счастье на тебя свалилось.

– Давайте я вам помогу, – кинулась к ближайшему столу, взяла белую салфетку и двинулась на него. Но по пути, для правдоподобности наступила каблуком на осколок стакана, сымитировала скольжение, потеряла равновесие и упала прямо на испачканного Олежика. Не ожидавший, что на него снова неуклюже налетят, он качнулся назад и не удержавшись, упал на пол. Я полетела за ним, распластавшись на его твердой груди. Не запланированные объятия пришлись кстати – растерянный Олег, наконец-то посмотрел мне в глаза.

– Думаю, повторно извиняться не стоит, да? – томно промурлыкала я, и в поиске Руби легонько провела правой рукой по его груди соскальзывая на бок, вниз, к брюкам.

Я продолжала на него смотреть, подмечая маленькие морщинки вокруг глаз и рта, которые, наверное, углублялись, когда он улыбался. Без Синь раньше я не видела таких мелких деталей во внешности, а сейчас практически каждый возрастной штрих.

– Угу, – произнес он, зачарованно разглядывая мое лицо.

– Тогда может сразу отправимся к тебе? – перешла я в атаку, не сводя с него глаз. И тоже самое проделала, только уже с левой рукой, – Хочу загладить вину. Например, вручнууую, постирать рубашку. Ах, моя одежда тоже пострадала, заодно ее приведу в порядок, – сказала я, досадуя, что кинжала при нем не оказалось. Так и придется заехать в гости. А если Олег действительно связался с тем демоном про которого рассказал Мэл, и они вместе захотят меня убить, что тогда? Нужно быть предельно осторожной. И все же я играю с огнем, но охотник обещал быть рядом.

– Можно и ко мне, – ответил заинтригованный Олег, переводя взгляд на два упирающихся в его грудь полушария. Его маленькие серые глаза становились все шире, я даже немного усмехнулась, представив, как они, ненароком от удивления вылезают из орбит. Но нет, обошлось.

– Ребята, вам помочь, – раздался у меня над ухом мужской голос.

Я подняла голову, увидела охранника и снова посмотрела на Олега.

– Нам пора, – улыбнулась я одними губами.

– Угу, – ответил Олег, находившийся под впечатлением внушительных соблазнительных форм. – Я только друзей предупрежу, – просипел он от перевозбуждения.

Я кивнула и подала руку охраннику. Тот быстро поднял меня на ноги. Потом настала очередь Олега. Он встал и направился в вип – кабинку. Не обрывая ментальный контакт ослабление воли, я оставалась на месте. Как и сказал, он попрощался с друзьями и с довольным предвкушающим видом обнял меня за талию, ведя к выходу. Все происходило так просто, из-за чего стало немного не по себе. Хотя понимала – возможно это типичная особенность мыслительного процесса – вначале прогнать, приукрасив затруднительными обстоятельствами, какую-либо ситуацию в голове, а потом удивиться и спросить себя – и чего я так переживала? Но расслабляться все же не стоит.

Проходя мимо квадратного столика, я повернула голову, чтобы еще раз увидеть Мэла, но его там не было. Но когда мы вышли на улицу, я сразу заприметила неподалеку стоящую черную Мазду и облегченно выдохнула. Черноглазый охотник находился рядом. И Гром вместе с ним, разумеется.

Олег сразу направился к своей такой же черной иномарке, стоящей у входа. Отключил сигнализацию и открыв переднюю дверцу пассажирского сидения жестом пригласил меня внутрь.

– Спасибо, – сказала я, усаживаясь в удобном салоне авто. Быстро оглядела все вокруг. Руби может быть спрятан здесь. Например, в бардачке.

Полуоблысевший захлопнул за мной дверцу и шустро обошел машину. Потом сел за руль и, явно превысив дозволенные километры в час по городу, рванул по дороге в неизвестность.

Некоторое время я сидела молча, не зная, что сказать. Ночная палитра за окном автомобиля сменялась одна за другой. Мимо мелькали деревья, дома, парки. Я замечала, что Олег искоса бросал на меня взгляд, но заговорить не решался. Видимо оценивал ситуацию. В общем-то, меня и тишина устраивала, хотя понимала без общения не обойтись.

– Мы едем к тебе? – спросила я.

– Да, кстати, как тебя зовут? – спросил Олег.

– Вика, – соврала я. – А тебя?

– Олег. Вика, ты красивая, – как-то по-детски, стесняясь, сказал он.

– Да и ты ничего, – ответила я с кокетством, на что он рассмеялся.

Я поддержала его натянутой улыбкой и глянула в зеркало заднего вида в надежде увидеть машину Мэла.

– Работаешь, учишься? – продолжил Олег, прощупывая меня тем же измеряющим взглядом.

Я подыграла:

– И то и другое.

– Студентка, значит!?

– Угу, – не задумываясь, кивнула я. Мэла не было.

– Да, студенткам нынче тяжело, особенно работающим. Вечная нехватка денег, наверное… Ты правильно сделала, что подошла ко мне, я человек обеспеченный, еще ни одна девочка не обиделась. Наличные сейчас всем нужны, понимаю, зачем пахать с утра до вечера, раз есть возможность заработать легко, и при этом получить удовольствие, я правильно тебя понял?

Я повернула голову и увидела, что меня нагло рассматривали маленькие серые глазки, а на лице уже знакомый похотливый оскал. Я не стала отвечать, но почувствовала, что машина начала сбавлять обороты, приближаясь к обочине в одном из самого безлюдного района.

– Слушай, Викуль, я тут подумал, а чего нам ждать. Считай, что у тебя сегодня самый счастливый день, – надавил он на тормоз, и машина остановилась.

Я чуть не рассмеялась от такого заявления. Но неожиданно мое кресло резко отклонилось назад, и я приняла горизонтальное положение. Ничего себе, как у него все подготовлено. Автомобиль с сюрпризом. Видимо не раз такое проделывал. Кобель лысый.

– Тебе понравится, – прохрипел он, приставая с сиденья, чтобы навалиться на меня всем телом. – Обещаю доставить удовольствие. Я же вижу, тебе не в первой.

Я рассердилась и усилила ментальное воздействие, но чем больше использовала свою силу, тем больше распалялся Синь. Это очень отвлекало и не давало сконцентрироваться на воли Олега. Блин, только этого мне не хватало, и Мэл с Громом куда-то пропали.

– Нет, мне по душе более комфортные условия, – попыталась я его остановить.

– Брось, какая разница, где, главное за что. Я отблагодарю, не переживай, – скалился он, уже практически навалившись на меня всей тушкой.

– Я говорю не здесь, – прошипела я.

Его энергия заманчиво начала окутывать мое сознание. Все мысли о поиске Руби стремительно начинали испаряться. Внутренняя жажда увеличивала обороты и поднималась вверх, захватив виски. Она настойчиво и властно требовала свое. Черт, этот дебил Олег сейчас точно нарвется. А он уже тем временем закидывал на меня ногу.

– Ты такая горячая. Я люблю горяченьких.

На этом мое терпение лопнуло. Словно разъяренная фурия я схватила его за горло и с молниеносной скоростью опрокинула Олега на спину, локтем прижав его голову к креслу машины. Серые глазки забегали в испуге, но спустя мгновение он выдавил:

– Так ты любишь сверху, что ж не сказала сразу.

Ну, почему, почему мне всегда попадаются такие придурки. Я наклонила голову и заглянула ему в глаза.

– Значит так, Олежек, сейчас мы поедем к тебе, потому что я не сплю с мужиками в машинах, – начала я говорить, заодно тоненькой невидимой для него струйкой высасывать по чуть-чуть сладкую энергию. Все же проблему нужно решать по мере ее поступления. Примера с болью в квартире вполне хватило, чтобы больше не оттягивать. – Поэтому ты сейчас вернешься за руль, поднимешь мое кресло, заведешь ласточку и привезешь меня в свою шикарную обитель. А уже там мы с тобой расслабимся по полной программе. Хорошо?

– Угу, – подтвердил он. Лунный свет, прокравшись сквозь стекло в окошке машины на секунду осветило его застывшее лицо, знак того, что внушение действовало.

– Отлично. А теперь слезь с меня, а то у тебя какая-то мания портить мои самые лучшие платья.

А – яй – яй, что я говорю. Спохватилась я вдруг. Но Олег ничего не заметил. Он послушно поднялся и перелез обратно на свое место, задев ногой бардачок. Послышался щелчок и мое взору открылось все его содержимое. Документы, какие-то тряпки, жевательная резинка, фонарик, но не Руби. Странно. Мэл говорил, что Олег всегда держит кинжал при себе, но сегодня почему-то стало исключением. Хотя, прежде чем войти в клуб каждого посетителя проверяет охранник. Почему я сразу не догадалась. В машине прятать тоже не выход. Дорогие тачки чаще всего угоняют, так что вполне логично, что он просто оставил его дома в каком-нибудь тайнике. А его найти проблемы не будет.

Двигатель автомобиля снова зарычал, и машина повторно двинулась с места. Уф, пронесло, выдохнула я, только-только сообразив, что непредвиденный напор Олега меня все-таки немного напугал.

Итак, пока мы ехали, я продолжала понемногу выкачивать энергию полуоблысевшего. Честно сказать, не знала, как остановиться. Слишком она была заманчивым удовольствием. Но его состояние контролировала. Изредка поглядывала в сторону водителя, дабы убедиться, что Олег не ослабел и не уснул за рулем. Но он был в норме. Пока, по крайней мере. Главное, чтобы эта норма дотянула до его дома, а там мне уже все равно.

Чтобы не продолжать тупой разговор я попросила включить музыку. Олег подчинился и нажал кнопку. Я отвернулась к окну и задумалась.

Ехать к нему домой это все равно, что шагнуть в темную пропасть. Что меня там ждет? Смерть или долгожданная свобода от Дэмор? Неизвестность пугает, но и разжигает любопытство. В моем случае обоснованное…но и глупое. Ох, снова эти сомнения.

Я еще раз глянула на Олега. Как примерный водитель он смотрел прямо по курсу.

Ладно, была не была. Тайник найти труда не составит, а дальше буду действовать по ситуации.

Глава 12

Нет в этом мире секрета, который не вышел бы когда-нибудь наружу.

Олег жил в частном доме на окраине города. Двухэтажное сооружение не самой свежей постройки, кирпичный забор. Во дворе лаяла собака.

Повернув ключ зажигания, выключив двигатель, он развернулся, взял с заднего сиденья серую болоньевую куртку и вязаную шапку. Я застегнула замок на своей черной кожаной куртке до подбородка и слегка поежилась, представив, что мне придется снова выходить на улицу. Потом мы какое-то время молча изучали друг друга, и почти одновременно вылезли из машины, попав под пушистый ночной снегопад. Я глянула вверх в бездонное небо и глубоко вдохнула насыщенный ионами морозный воздух. Легкий снег беззаботно ложился на мое лицо. Я прикрыла глаза и несколько секунд просто наслаждалась умиротворяющей погоде.

– Пойдем, – позвал Олег и, включив сигнализацию, двинулся к металлическим воротам с характерным снежным хрустом под ногами.

Я посмотрела ему в след и снова в темное небо. Красиво, пускай кроме снежинок ничего больше не было видно, но все равно красиво. Потом медленно огляделась. Ничего необычного – широкая слегка запорошенная снегом улица, по краям такие же ветхие дома, как и у полуоблысевшего Дэмор, но были и более-менее строения, по которым сразу определяешь трудолюбивого хозяина, где – все в дом, все в семью. Посмотрела вдаль, откуда мы приехали, и сфокусировала взгляд. Помимо ярких огней города я увидела свет фар. Надеюсь, это Мэл! Но даже если нет, не удивилась бы.

– Вик?! – Олег стоял у ворот, рядом с приоткрытой встроенной дверцей.

– А, да, иду, – спохватилась я и поспешила к нему.

Только мы переступили порог и оказались в прямоугольном дворике, нас тут же встретила внушительного размера овчарка. Я сразу вспомнила Грома, и чтобы убедиться послала собаке успокаивающий импульс, на что лохматое с рыжеватым окрасом животное сразу отреагировало – послушно село, а через секунду легло рядом с деревянной будкой, опустив морду на лапы. Нет, обычная дворовая псина. Помнится, Гром, на такой же дружественный знак, мне послал болезненный ответ, а еще с недоумением наблюдал за нашей стычкой, совместно атаковал хранителя и помогал справляться с Синь. Надо же, усмехнулась про себя, неужели скучаю по песику? Может, попросить Мэла отдать? Зачем он ему?!

Олег быстро открыл входную дверь и пропустил меня вперед. Но стоило ей захлопнуться, как сразу обнял и наклонился к губам. Если сравнивать с Мэлом или Амом, то Олег был практически со мной одного роста. Не выдающегося телосложения – особыми, ярко выраженными физическими качествами не отличался, чего не скажешь о мускулистом красавце – охотнике и высоком, статном Амуре.

– Подожди, – прошептала я, уклоняясь, – может для начала выпьем чего-нибудь расслабляющего? А еще надо включить музыку.

– Любишь романтику? – как-то устало и разочарованно спросил Олег.

– Да, очень.

Я понимала, что его силы начинают иссякать. И чувствуя это, он решил ускорить события, а потом наконец-то погрузиться в сон. Только боюсь сам того, не зная в вечный. Хотя, все зависит от Грома.

– Нууу, хорошо. Проходи в гостиную, я скоро, – бросил он и, оставив меня в полной темноте, двинулся, пересекая широкую прихожую, в комнату, напротив. Зажег там свет. Этой комнатой оказалась кухня.

Под звук открывания и закрывания кухонных шкафчиков, поиск какого-то предмета в столовых приборах я прошла в центр прихожей. Тусклый свет из кухни немного осветил вполне современный интерьер, чего почти не ждешь после увиденного дома снаружи. Рядом с кухней поднималась лестница на второй этаж, а по левую руку от меня находилась гостиная. Направилась туда. Зашла внутрь и поискала на стене выключатель. Хотя нужно ли?! Я и без него видела, что гостиная была выдержана в темно – серых тонах. Обои в крупную вертикальную контрастную полоску, навевая уныния своими правильными формами. Скудная обстановка, шкаф, диван, два кресла. Посередине стоял полированный стол с хрустальной пепельницей, в которой лежал одинокий окурок. В общем, типичное холостяцкое логово.

– Красное вино подойдет? – громко спросил хозяин дома.

– Да, вполне, – ответила ему и в полумраке, бесшумно, наступая на ворсистый без единого рисунка светлый ковролин подошла к одному из кресел. Расстегнула замок на куртке, так как не собиралась задерживаться, величественно уселась и ожидающе застыла.

– На кой черт ты поплелась к нему домой? – прошелестело вдруг у меня за спиной. Я резко отпрянула от кресла и уставилась на темный силуэт возле окна.

– Мэл? – неуверенно спросила я шепотом.

– Нет, блин, Лукое на ночь.

Я улыбнулась.

– А куда мне еще идти, Руби при нем не оказалось. В машине тоже пусто, где еще искать?!

– Дура, ну нельзя же вот так, без помощи. Не могла подождать, когда я подъеду.

– Ах вот значит, как? Подождать говоришь, – я вмиг вспылила, вспомнив приставание в машине и не отложенную помощь охотника, или хотя бы присутствие его неподалеку. А также неимоверную боль в квартире и мои жалобные крики. – Да пошел ты Мэл. Катитесь вы с Амом подальше со своей помощью.

Я не заметила, как охотник вцепился в мои плечи и чуть встряхнул, чтобы привести в чувство.

– Да тише ты. Успокойся. Я все объясню потом.

– Отпусти.

– Да послушай же меня наконец, если Руби нет, то без Грома ты его не найдешь.

– Почему? Я заставлю Олега рассказать про тайник.

– Не все так просто. Если он его снял, то толку от мороки нет. Он просто не помнит про этот тайник. Поэтому спокойно привел тебя домой.

– Но ведь ты сам придумал этот план. Значит, предполагал визит в гости.

– Да, но с Громом, понимаешь? Точнее мы с Громом, ну, и с твоим сопереживающим…

Почти сразу в этот же момент послышались шаги Олега. Охотнику пришлось меня отпустить и снова удалиться за широкое кресло напротив окна. Оно было чуть приоткрыто. Понятно теперь, как он пробрался в дом.

– А чего в темноте? – непринужденно сказал Олег, заходя в комнату. Он прошел вперед и поставил на стол бутылку с двумя высокими бокалами.

– Не нашла включатель, – ответила я, продолжая стоять рядом с креслом.

– Да вот же он, – Олег знающе развернулся, нашел в темноте кнопку на стене и включил свет. – Вот и все, хотя можно чуть приглушить, – что сделал, повторно надавив на выключатель.

Недолго думая, я мгновенно оказалась у него за спиной, и когда он развернулся, установила зрительный контакт. Чтобы свалить его с ног мне хватило одного мегапучка энергии, которую я за раз качнула из его тела. Глаза Олега сразу закатились, и почти в беспамятстве он рухнул к моим ногам.

– Браво, думал, не догадаешься.

– Ты меня еще плохо знаешь. – Рассматривая лежачего, я заново перевоплотилась под себя любимую. – Где Гром?

Мэл не заставил ждать. Он подошел к окну и через особую связь с собакой молча позвал гладкошерстную. Гром сразу оказался возле меня, сверкая ярко-красными зрачками. Он склонил морду к Олегу и неожиданно рыкнул.

– Что с ним?

– Учуял Руби, – пояснил Мэл, приближаясь к нам. Поравнявшись, он присел на корточки рядом с Громом и тот подставил морду под его ладонь. – Да, мальчик, ищи его, энергию потом.

Второй раз просить не пришлось. Гончая немедля принялась за дело. Опустила голову к полу и, как говорится, взяла след. Гром быстро и уверенно повел нас в сторону лестницы. Перескочив через тушку Олега, я поспешила за ним. Мэл не отставал. Когда мы поднялись на второй этаж, перед нами открылась странная картина – три закрытые в ряд двери. Гром сидел в центре коридорного холла, и казалось, никак не мог определить нужное помещение.

– И что теперь? – спросила я, подходя к первой ближайшей ко мне, и чуть надавила на деревянную поверхность, та не поддалась. – Закрыто.

– Угу, эти тоже, – добавил Мэл, проверяя последнюю дверь. – Несс ты можешь проскочить, посмотри, что там.

– Точно, – только я собралась последовать его просьбе, но резко осеклась, глянув на гончую, которая продолжала сидеть на месте. – Интересно, а почему он это не сделал до меня?

– Черт, защита.

– Какая защита?

– Против демонов. На дверях стоит клеймо. Гром чистокровная гончая, не может проскочить. Я же говорил, что будет не легко. Олег не такой уж и дурак, – усмехнулся Мэл с задумчивым видом.

– Ты серьезно?! – я чувствовала, как во мне начинала зарождаться злость.

– Ну да. Заговорил вход, ведь, по сути, кроме демонов Руби никому не нужен и заморочил воспоминания об этом, – спокойно рассказывал охотник, шагая по холлу, направляясь то к одной двери, то к другой.

– А раньше ты не мог об этом сказать? – злость поднималась во мне, медленно заполняя грудную клетку.

– О чем, я не телепат и не могу предсказать мозговые планы лысого.

– А что ты еще не мог предсказать? – внутренняя чернота уже подкатывала к горлу.

– Да что с тобой? – Мэл наконец остановился и серьезно на меня посмотрел.

– Ничего, просто решила кое-кого придушить, – гнев практически достиг предела.

– Так, Несс, спокойно, тебе срочно нужно снять Синь.

– Нет, – не сводя с него глаз, я сделала угрожающий шаг вперед.

– Да. И это не твои эмоции, – Мэл начал отступать.

– Правда?! А не ты ли мне говорил, что он лишь усиливает истинную сущность?! – я продолжала наступление.

– Я, но…Несс, подожди, подожди, – охотник ускорил отступление и уперся спиной в стену. – Не заводись, не время сейчас разборок.

Все, это был мой потолок. Я не сдержалась и резко кинулась на него, совершенно позабыв о гончей, что стало удачной ошибкой с моей стороны. Потому что раздался громогласный рык, потом что-то вцепилось в куртку и меня отшвырнуло в сторону первой двери, которую я просто снесла своим плечом и оказалась внутри одной из комнат.

Блин, как же больно. Я лежала в нелепой скрюченной позе на деревянной поверхности и стонала. Плечо адски горело. Боль полностью вытеснило гнев и стало единственным чувством, которое я теперь ощущала. Она накатывала волнами одна за другой, не оставляя времени для передышки. Честно сказать, удивилась, так как давненько не испытывала ничего подобного. А почему?

– Молодец, мальчик, – услышала я одобрение.

Приподнялась и оглянулась. В дверном проеме сидел Гром. В пасти он держал переплетенный шнурок вместе с Синь. Мэл стоял рядом и трепал его за ушами.

– Ты в порядке?

– Нет, мне срочно нужно восстановиться, – прохрипела я, усаживаясь и потирая плечо, заодно оглядывая почему-то совсем пустое помещение. – Не понимаю, зачем ставить клеймо на пустую комнату? Не нравится мне все это. И холодно в ней, как в морозильной камере.

– Нэээс, – протянул Мэл предостерегающе.

– Ну что опять?

– Медленно, а главное бесшумно, поднимай свою очаровательную попку и вылезай оттуда, – ответил мне красавец Дэмор. Он с ужасом смотрел куда-то поверх моей головы.

– Что там? – я нервно сглотнула. Сердце сжалось от нехороших предчувствий.

– Вылезай, я сказал. Иначе они почувствуют твое тепло.

– Кто?

Не двигаясь с места, я медленно, очень медленно подняла голову вверх. На потолке были, наверное, сотни жутких насекомых. Вот это я по – па – ла. Пауки и в обычной жизни у меня не вызывали положительные эмоции, а монстры – переростки тем более. Мда…и дурно сразу как-то стало. И сил ведь практически не осталось. Но все же я аккуратно, без лишних движений приподнялась, отыскала внутри завалявшийся запас инфернальной мощи и будто стартер в полусогнутой позе, оттолкнувшись ногой о пол, резко рванула, несясь сломя голову к выходу. Вот только с перепуга механически закрыла глаза, потому не успела притормозить – врезалась в твердую грудь Мэла. Ударилась головой о его подбородок, и под напором заставила его впечататься с глухим звуком в стену позади. Признаюсь, столкновение меня не очень обрадовало, но все же успокаивало, что не мне одной досталось.

– Такими темпами ты когда-нибудь меня действительно убьешь, – услышала я сдавленную усмешку. Но мне было все равно. Сейчас я себя чувствовала в полной безопасности. – И это называется бесшумно?!

– Я ужасно боюсь пауков, – призналась я тихо, оглядываясь назад.

– Угу, я тоже, – ответил Мэл, теснее прижимая меня к себе и зарываясь носом в волосы.

– Что? – я отклонилась и ошарашенно на него уставилась. – Ты же шутишь, правда?

– Не шучу, – а сам силится не рассмеяться. – Особенно инфернальных мутантов. Знаешь, что они убивают жертву, как вампиры, высасывая из них всю кровь, а потом съедают?

– Нет, но спасибо, что сообщил, а главное поддержал, – буркнула я, отталкивая от себя охотника.

– У них острые, как бритва клыки и всегда нападают группами. За считанные секунды они способны обглодать до костей тушку цыпленка, – продолжал он в немом приступе смеха.

– Дроздов позавидовал бы твоим познаниям, – я отряхнулась, поправила чуть съехавшую на бок куртку, и на всякий случай, подальше отошла от первой комнаты. Хотя понимала, что не свойственные для меня привычному размеру паучки сейчас находились в анабиозе. И судя по толщине слоя пыли на полу, они там находились не один год. Возможно, поэтому и не напали сразу. Повезло, в общем. Но все же нам стоило поторопиться, ибо клейма, как и двери в качестве не проходной преграды уже не было.

– Расслабься Несс, они спят или мертвые. Посмотри ни одного движения, – охотник стоял в дверном проеме и с видом знатока изучал их.

– Сам смотри, а я проваливаю. Хватит с меня, – я круто развернулась и прежде, чем уйти подошла к Грому, протянув руку к пасти. Ухватилась за плетеный шнурок и потянула. Но он не отпускал.

– Эй, ты чего, отдай. Это мое, – почему-то песик мои слова воспринял, как вызов и под рык у нас началась игра в перетягивания. – Мэл, скажи своему псу, чтобы отдал амулет.

– Не-а.

– Почему?

– Он был свидетелем сделки. По его мнению, она еще не состоялась.

– Ты издеваешься? – крепко держа шелковое плетение, я обернулась и метнула в него жалкий иголочный импульс.

– Нет Руби, нет Синь. Забыла?

– Как нет, вон двери, открывай и забирай. Все по-честному.

– Простому человеку их не проломить. Нам все еще нужна твоя помощь. Или второе плечо, если хочешь, – хохотнул Мэл.

– Я сейчас с удовольствием помогу вам обоим спуститься в ад, если хочешь, – прокряхтела я, сильно дергая за шнурок, но Гром не поддавался. – И вообще, ты уверен, что они заговоренные? Что-то не заметила и не почувствовала этого.

– Да.

– Может, Гром просто чувствует опасность? Верно, мой хороший, отдай Несси шнурочек, – дернула я снова. Но безрезультатно. Собака сильнее меня. – Ну и ладно, – фыркнула и разогнула пальцы. – Ох, как же хочется есть и пить.

– Тебе не кажется, что это уже зависимость? Дэмор здесь нет. Прятаться не от кого, – спокойно проговорил кареглазый красавец, потом подошел к гончей и обхватил рукой Синь. Собака послушно отдала хозяину камень, который был тут же спрятан в переднем кармане черных брюк.

Я открыла рот, чтобы ответить ему, но потом закрыла. Мэл прав. Я нахмурилась. И прав не только в этом.

– Непроизвольно вышло, но считала амулет уже своим, так что объяснимое поведение.

– Конечно, – кивнул охотник, – тяжело признавать правду вслух. – Он шагнул ко второй двери и со всей силой ударил по ней ногой. Та осталась неподвижной. – Я же говорил, простой смертный ее не…

– Тихо, – шикнула я, заставляя прислушаться. За дверью, что-то происходило. Это был не звук шагов, не голос, но кто-то там точно был. Он перемещался, осторожно переступая. – Может, пропустим и сразу к третьей?

– Что там? – спросил Мэл.

– А ты не слышишь?

Он прислонил ухо к двери и задержал дыхание. Через пару секунд оторвался и отрицательно мотнул головой:

– Вообще ничего.

– Ну да, забыла. Особо чувствительный слух только у меня и Грома. Там кто-то есть. Он или оно двигается. И кто это, желания узнать, тем более без Синь, у меня нет, так что пошли к третьей, – сказала я резким тоном.

– Но, если Руби не будет, нам в любом случае придется вернуться к ней, – констатировал охотник таким же тоном, двигаясь за мной.

– Вот сам и пойдешь, – буркнула я под нос, подходя к последней двери. Остановилась и прислушалась. – Здесь тишина, но это настораживает еще больше, – я резко развернулась, чтобы глянуть на своего красавца содельника и неожиданно почувствовала острую боль в плече. – Ох, плечо, похоже, вывихнуто, и без пищевой энергии его быстро не залечишь. И, да, когда я в последний раз нормально ела? Только сейчас поняла, что ужасно проголодалась и с таким же желанием хочу пить.

– Черт, извини, забыл купить продукты в магазине, когда ехал за вами. Может, уже откроем, и посмотрим, что там?! – чуть раздраженно поторопил он меня, – а после опустошишь холодильник Олега, – добавил примирительным тоном, стоило мне бросить в его сторону злобный взгляд.

Я сразу расслабилась. И правда, неуместно получилось. С Синь я себе такого не позволяла, мне просто было плевать, ибо притуплялась человеческая половина. Но иногда сама ее глушила во избежание последствий. Собственно, и мысли об Аме, дабы не усилить очередной внутренний конфликт. Да и честно сказать, сила Синь меня притягивала до сих пор, даже несмотря на то, что мне значительно без него полегчало.

– Я просто не уверена, что у меня хватит сил ее выбить. А вот если бы ты мне дал амулет…

– То ты бы ее не открыла никогда. Неужели непонятно, – едва сдерживаясь, чтобы не выругаться ответил Мэл.

– Понятно. Ты главное не нервничай. И вообще, что за мужики пошли. Один косоглазый и вечно куда-то пропадает, второй, даже не краснея пропускает девушек вперед…

– Несс, – раздался еще один предупреждающий возглас.

– Ладно-ладно, отойди подальше, попробую кое-что. И, да, мне нужна твоя помощь. – Успокоила я его вмиг и уперлась взглядом в белоснежную контрастную темным стенам дверь.

– Хорошо. Отличная идея, – похвалил он, уловив мою мысль.

– Подумай, о чем-нибудь плохом, ужасном, страшном для тебя. Отвратительном, тошнотворном…

– Да понял уже, – остановил он меня. – Уже думаю.

Я посмотрела на сосредоточенного охотника и довольно улыбнулась одними губами. Потом почувствовала, как в меня начал вливаться мощный поток энергии, растекаясь по всему телу. Он согревал меня изнутри. С каждым вдохом и выдохом я ощущала его циркулирующее движение. Дальше появилась вибрация, и мне показалось, что я начала расти, становится больше, будто что-то внутри расправлялось и расширялось.

– Ого, откуда у тебя столько ненависти?! – изумилась я. – Ты будто электрическое поле, из-за которого каждый волос на моем теле поднялся. Удивительно… и новое для меня…странная энергетика…

Мэл не ответил, продолжая хмуриться, и увлеченно думать о чем-то своем. Надо бы потом расспросить. Это очень интересно.

Я перевела взгляд и потирая моментально залеченное плечо, максимально отошла от двери назад, пока не почувствовала за спиной холодную стену. Мысленно сосредоточилась на деревянной преграде. Буквально через секунду, вокруг меня начала сгущаться фиолетово – темная субстанция. Не знаю, откуда появилось это чудное явление, но подобное я уже испытывала в Стремянке. Будто мой мозг запомнил некий способ расширения сознания и теперь запросто мог капнуть в самый исток моего внутреннего инфернального бытия. То есть показывал мне всю силу, которой я владела в состоянии полудемона на самом деле, словно раньше, сама того не зная, пользовалась лишь ограниченными возможностями.

Итак, темная субстанция продолжала сгущаться, вылезая из всех уголков пространства, обволакивая меня, вздрагивая от любого движения. Не скажу, что я чувствовала наплыв враждебности, что, в общем-то, должно быть темной силе свойственно, но дружелюбия по отношению ко мне не было тоже. Она просто сгущалась вокруг моего тела и ждала. Я попробовала сделать шаг вперед, и темнота внезапно расступилась, образовав коридор с зыбкими стенами. Я вернулась обратно. Темные подвижные створки закрылись.

Я не ощущала страха, так как знала, что надо делать, и как использовать свою нововыученную силу. По понятным причинам демон попасть в комнату не может, а у человека нет достаточной мощи, чтобы сорвать ее с петель. Перед теми и другими у меня преимущество. Осталось только по максимум сконцентрировать образовавшийся темный туман, завуалировать его человеческой энергетикой, и сформировать в громадный кулак великана. Что, собственно, хоть и медленно, но все же вполне удачно получалось. Правда, человеческую суть, для камуфляжа, я и так имела почти на донышке совестного сосуда, но надеялась, во избежание драматичных последствий, остановиться вовремя.

Разрезая туман, я подняла правую руку и сжала кисть в кулак. Словно пластилин, волнующаяся субстанция, непонятным пятном переместилась вперед, освобождая мое тело от своего непроницаемого мешка. И начала понемногу преобразовываться в нужный мне «ключ» от двери. Еще чуть-чуть и кулак – двойник был готов. Он черной зыбкой угрозой висел в воздухе прямо у меня перед глазами. Чтобы убедиться в контроле своего творения, я еще выше подняла правую руку. Субстанция повторила действия и практически висела у меня над головой. Ну что ж. Теперь можно действовать.

– Несс, ты уверена, что это поможет? – тихо, дабы не сбить мой настрой спросил Мэл. – Ты главное сама не пострадай.

Я повернула голову, подмигнула и, не сводя с него глаз, будто хотела запечатлеть на зрачках погибшей последний образ, быстро, опустила руку вниз. В этот момент ко мне кто-то подскочил и сильным рывком дернул в сторону.

Прозвучал взрыв, сопровождающийся грохотом и треском ломающегося дерева. Потом на время все провалилось в звенящую тишину. Словно мрачный предвестник конца. В глазах потемнело. Я почувствовала, что еще немного и потеряю сознание. А это весьма некстати. Особенно сейчас.

Я резко встряхнула головой, и темнота отступила. И как только это сделала, поняла, что лежу на полу и словно плотным одеялом меня укрывал Мэл. Гром лежал у изголовья. Я непроизвольно подняла руку и робко коснулась его черных волос. Как мало я знала о нем, и как сильно, уже, возможно, привязалась. Будто услышав мои мысли, Мэл поднял голову и в ответ на прикосновение прижал свой лоб к моему. Не открывая глаз, он прошептал:

– Я испугался за тебя.

И припал к губам в страстном и одновременно нежном поцелуе, выражающий гораздо больше, чем просто симпатия или влюбленность. Сейчас мы словно заполнили некую пустоту в сердцах друг друга и, наверное, были счастливы. Надеялась ли я на будущее с ним? Не знаю, ибо всегда живу только настоящим. Но хотела ли я на это надеяться?.. Возможно.

Поцелуй закончилась так же внезапно, как и начался. Мэл слегка улыбнулся, поднялся на ноги и протянул мне руку помощи. Я тут же ухватилась и выпрямилась.

– Фееричные разрушения точно твой конек, – усмехнулся он.

Я глянула в сторону проема, где когда-то была дверь. Рядом валялись обломки и щепки.

– Я умею удивлять, – и неуверенно сделала несколько шагов вперед, чтобы заглянуть внутрь помещения. Там, через мутно – грязное окно еле-еле проникал слабый лунный поток света, но мне хватило, чтобы полностью разглядеть это комнатное убожество и в прямом смысле слова на несколько минут зависнуть.

– Похоже на камеру пыток, – услышала я за спиной.

– Угу.

– Посмотри, вместо пола сырая земля и прогнившая редко разбросанная солома.

– Угу, – повторила я, не находя ответных слов.

– О, смотри, железная койка и горшок. Точно камера. Кого он здесь держал? И зачем?

Покривив лицом, я оторвала взгляд от земли и, осмотрев все повторно, пришла к неутешительному выводу.

– Здесь нет Руби.

– Думаешь?

– Гром, – позвала я гончую. – Надо убедиться. Сейчас же нет преграды, и он может почувствовать его, даже не заходя, верно?

– Ну да. Гром ты чувствуешь его?

Не переступая порог, гончая принюхалась и, к моему большому сожалению, проскулила.

– Можешь не объяснять. Язык эмоций не требует перевода.

Мэл только хмыкнул. Я повернулась, подняла голову и встретилась с его красивыми глазами.

– Думаю, это камера для демонов, иначе как еще объяснить клеймо. Попавший туда, выйти уже не сможет.

Я пристально на него смотрела. Ведь мы оба понимали, что осталась всего одна дверь. За которой, как я уже говорила, кто-то или что-то постоянно перемещалось.

– Тем лучше, значит тот, кто там не сможет выйти.

Мне интересно было наблюдать за его выражением лица. Изменения настроения отражались внезапно, словно кто-то переключал невидимый рубильник. Беспокойство, паника, расслабление, серьезность, граничащая с безразличием.

– Да, но входить-то все равно придется мне, – надавила я, намекая на свою жизнь. – И провести там еще некоторое время, чтобы найти этот ЧЕРТОВ РУБИ, – повысила голос.

Тишина упала на нас, как только что подбитая из ружья птица. И в этой звенящей бездне я почти слышала, как за непроницаемыми карими глазами проносятся мысли. Кусочек за кусочком в его голове складывалась картина.

Интересно, Мэл догадался, что я ему хотела сказать или прикидывался?

– Ты права, извини, главное открой дверь. Я сам туда пойду.

Я видела его воинственный настрой и легкий проскользнувший страх. Неизвестность его пугала также, как меня. Особенно, когда знаешь, что обязательно что-то произойдет. Я чувствовала его внутреннее напряжение. Подошла почти вплотную, обхватила ладонями щетинистое лицо, заставляя смотреть мне в глаза и тихо, но твердо сказала:

– Вместе пойдем.

Мэл кивнул, обнял меня за талию и поцеловал.

– Только не знаю получиться ли у меня снова… – произнесла я, немного отстранившись.

– Подожди, – перебил он, потом отпустил, развернулся и быстро спустился вниз. А когда вернулся, в его руке был кухонный нож и еще пару таких убрал за пояс брюк.

– Думаешь, нас это спасет, – улыбнулась я.

– Надеюсь, – ответил он коротко, и ловким движением кисти метнул нож через весь коридор. Тот воткнулся в дверной косяк тюремной комнаты.

– Впечатляет, – присвистнула я, – ладно тогда мне снова нужна твоя энергия. Моя сила требует допинга.

– Угу, уже, – сказал он, выдергивая нож.

Я подождала, когда он вернется на место и снова в стойку. Проделала тот же трюк с темной субстанцией. Второй раз получился намного быстрее и без особых последствий, так как наносила удар не сверху, а уже сбоку в метре от двери. От щепок мы просто успели отвернуться. Наступила ожидаемая тишина. Дальше ни слова не говоря друг другу, мы осторожно двинулись внутрь. Правда Мэл схватил меня за руку и вышел вперед, но я не сопротивлялась.

Через окно в комнату струился лунный свет, наполняя ее шизофреническим светом – освещая и затемняя одновременно. Но все же эта была первая комната, о которой можно было сказать, как зажиточная. Шкаф, стол, кресло, какие-никакие обои, темный узорчатый ковер и даже люстра. Я бы сравнила ее с рабочим кабинетом – на столе была небольшая лампа, лежали бумаги с канцелярскими принадлежностями. Над столом полки с книгами.

– Никого, – прошептал Мэл.

– Вижу.

– Может тебе послышалось?

– Сомневаюсь.

– Гром, Руби тут?

Песик протиснул между нашими телами морду, и всмотрелся в помещение. Собачий рык стал для нас подтверждением.

– Жалко, что он сразу его не почувствовал. Столько времени потеряли, – сказал Мэл.

– Угу. Слушай эта комната больше, чем остальные. Как думаешь, куда он мог его спрятать?

– Не знаю. Можно поискать в книгах.

– Банально, – фыркнула я.

– Олег умом не отличается.

– Это да. Ладно, тогда поищи в книгах, а я проверю выдвижные ящики в столе. Но нам нужно держаться вместе. Спина к спине, хорошо?

– Да. Пошли?

Мы переглянулись, несмело перешагнули порог и замерли. Ничего страшного не происходило. Все оставалось на местах. Никто вдруг не вылез из темного угла, на потолке не появились неожиданно насекомые. Обычная и в тоже время угнетающая обстановка. Но особо не обольщалась и бдительности не теряла – в любой момент готовилась к бою.

Мэл тоже оглядел все вокруг, пожал плечами и без лишних разговоров сразу направился к книгам. Я не отставала. Мы, словно ночные воры, действовали быстро и бесшумно, покушаясь на чужую собственность. Он просматривал каждый переплет, ощупывал возможные тайники за ними. Я выдвигала ящик за ящиком, шарила там рукой. Ничего. Потом он двинулся к шкафу, открывал дверцы и скидывал сложенные тряпки на ковер. Я наклонилась и заглянула под стол.

Твою мать! Что-то пискнуло в этот момент и пролетело у меня над головой, обдав холодным ветром.

– Что это? – я резко выпрямилась.

– Что? – охотник замер, удерживая в руке очередную партию тряпок.

– Надо мной кто-то пролетел, и он явно не из малорослых.

Писк повторился, и мы одновременно повернули голову в сторону предполагаемого звука. В дальнем темном углу что-то находилось. И по расправившимся крыльям и знакомым очертаниям, я поняла, что это гигантского размера птица, появившаяся, словно из пустоты. Она медленно, пугающе елозя по линолеуму когтями, вышла на лунный свет. И гением быть не нужно, чтобы понять – если попадешься в такие лапы, то вырваться уже не сможешь, уж слишком у птички размер внушительный. А о клюве вообще можно не заикаться. Такой камень расколет. Для полной картины осталось пташке клыки показать, если вдруг имеются и истерично каркнуть, чтобы вписаться в мистическое место. Думаю, этого достаточно, чтобы наделать в штаны и отключиться от ужаса. Или умереть. Но нежданная гостья держала клюв «на замке», и легче мне от этого не становилось.

– Он что здесь эксперименты над животными проводил? Это ворон.

– Вижу. Смотри что у него привязано к лапе, – указала я на поблескивающий в лунном свете предмет. – Говоришь, не отличался умом и сообразительность, – съехидничала я.

– Руби!

– Он самый.

– Виноват, недооценил, – приуныл охотник. – Да уж. Весело, одним словом.

– И не говори.

Время будто замедлилось, но мое тело действовало помимо затуманенного страхом рассудка. Не отрывая взгляда от крылатого, я начала отступать к охотнику. Перьеобразное чудо вприпрыжку двинулось тоже. Нам было понятно, что если мы что-нибудь не сделаем, то кому-то из нас скоро придет конец. Одновременно спрятав руку за спину, начала образовывать шар огня.

Вдруг раздался какой-то звук похожий на кряхтение старушки и ворон, взмахнув крыльями, оттолкнулся от пола. Сделал резкий рывок вперед. Вздрогнув от неожиданности, я быстро попятилась назад, из-за чего потеряла равновесие и плюхнулась на пятую точку, вовремя подтянув к себе ноги, так как птица первым делом нацелилась на них, но неудачно. Огненный шар пролетел у птахи над головой. Раздался громкий лай Грома. Он отчаянно метался у порога, но ничего не мог сделать. Пару раз он пробовал зайти в комнату, но будто ударившись о прозрачную преграду, отскакивал назад.

Но ворон на удивление почему-то отступил. Я присмотрелась и увидела в его крыле торчащую рукоятку одного из кухонного ножа.

– Думаешь, это поможет?

– Задержит точно, – проговорил он быстро и рывков поднял меня на ноги. – Бежим, – и, использовав оставшиеся ножи, подтолкнул меня к выходу. Один попал птичке в туловище, второй мимо.

– А как же Руби?

– Забудь.

Но стоило нам двинуться с места, как ворон снова подпрыгнул и преградил путь. Я, не раздумывая, начала атаковать его огненными шарами, но птахе хоть бы хны. Даже наоборот, он впитывал мою силу и от этого заметно увеличивался в размерах. Ворон будто насмехался над моими способностями. Стоило мне остановиться, резко расправлял крылья, чуть приподнимался и в полете бросался вперед. Не знаю, откуда появились силы, похоже переизбыток адреналина поспособствовал, но я с молниеносной скоростью кинулась навстречу пернатому. Чуть отклонилась, сорвала с его лапы Руби и вернувшись обратно выставила кинжал перед собой. Не успев притормозить, птичка наткнулась на твердый и безжалостный выпад. Приняв смертельный удар прямо в сердце, ворон истошно каркнул и упал, повалив меня на пол, придавливая своим неимоверно тяжелым весом.

– Это бы-ло кру-то, – сказала охотник, спустя несколько секунд, разглядывая мертвое чудо в перьях. – Откуда ты узнала, как его можно убить?

– Не знала, предположила, – ответила я, приподнимаясь. – Ты же сам говорил, что Руби способен на многое. Твои ножи не произвели должного эффекта, вот, попробовала.

– Молодец, – похвалил охотник.

– Пошли отсюда, – и держа в руке Руби направилась к выходу. – Да-да, знаю, ты хотел нам помочь, – погладила по голове счастливого и поскуливающего Грома. – Пойдем, Олежек тебя, наверное, уже заждался, – усмехнулась я, глядя гончей в красные глаза. – Меня угостишь? – И тут же телепортнулась вниз. Устала я очень и думала только о еде и человеческой энергии.

В гостиной все было также. Олег звездочкой лежал у входа, в кухне горел свет. Я наклонилась и прислушалась к дыханию. Жив.

– Мэл, ты что так долго, – крикнула ему. – Спускайся, а я пока себе чего-нибудь пожевать сделаю.

Если честно, меня до сих пор еще потряхивало, но виду не показывала, демонстрируя безразличие. Шок. Черт, я таких монстров вообще впервые за всю свою демоническую жизнь видела. И больше не хочу.

Еды на кухне особо не было, пару консервов в холодильнике и фрукты. Нацелилась на последнее. Помыла пару яблок, сразу же одно надкусила, и активно жуя, проходя мимо лестницы, по которой уже спускался охотник, вернулась в гостиную. Налила себе бокал красного вина и словно победительница схватки деловито, закинув ногу на ногу, уселась в кресло. Руби я положила рядом с собой.

– Присоединяйся, – указала я глазами Мэлу на второй пустой бокал на журнальном столике. – Мы это заслужили, – закончила с довольным видом.

Мэл молча стоял в дверном проеме. Он рассматривал меня, начиная с ног, и медленно поднимаясь выше. Потом его взгляд переместился на бутылку.

– Хорошо, – он принял мое предложение отпраздновать смерть птички и долгожданную находку Руби.

Наполнил до краев свой бокал и залпом выпил. Наполнил повторно, но уже не спешил, а присел на кресло рядом, удерживая бокал.

Я протянула ему руку. Мы со звоном чокнулись и не сводя с друг друга глаз пригубили.

– Руби, – сказал Мэл, напоминая о сделке.

– Синь, – ответила я таким же тоном.

Он чуть слышно рассмеялся, ведь перед ним сидел достойный противник, наклонился, поставил бокал на стол и полез в карман за амулетом.

Взаимовыгодный обмен намечался быть успешным. Но все бы ничего, но в одно из окон гостиной вдруг, будто стремительная ракета, разбивая стекло, быстро ворвалось белоснежное тело. Оно кубарем прокатилось по ковру, распыляя в разные стороны перья, и с обезумевшими голубыми глазами, вскочило на ноги.

– Не отдавай ему Руби, – крикнул Ам, держа в руке клетку с Петрушей. – Мэл демон. И имя у него Мэльхам, а не Хамэль.

Глава 13

Не бойся соревноваться с теми, кто сильней. Непобедимых не существует.

– Выбрался все-таки, – в голосе Мэла звучала угроза, но он оставался на месте. А вот Гром, почувствовав неладное, оторвался от лакомого занятия – поглощения энергии лежачего Олега, и со скоростью ветра подскочил к хозяину. Приготовившись к нападению и обнажив белые клыки, зарычал.

Моя рука сама сжалась в кулак, ногтями впиваясь в ладонь. Внутри что-то екнуло и взорвалось, вытесняя еще когда-то доброе и светлое. И это медленно, но верно выбивало меня из колеи напускного спокойствия.

– Та – ак, значит, я все-таки была в обществе рогатого отпрыска, – холодно отчеканила я, чувствуя, как по всему телу растекаются тысячи маленьких осколков разочарования.

– С самого начала, – подтвердил взъерошенный Амур.

Я быстро на него глянула. Опаленные кончики крыльев, одежда местами потрепанная и свисала рифлеными лоскутами. Глаза, словно под воздействием ультрафиолетовой лампочки, в полумраке яростно светились.

– Что он с тобой сделал? – спросила я тихо.

– Загнал в круг из святого масла с антидемоническими символами.

Ого! Как хитро. Как мало я, оказывается, знаю о ловушках Ангелов и Демонов. Это плохо. Так и самой легко угодить.

– Кто же помог тебе выбраться?

– Никто. Сам. И поверь, ощущения были не из приятных.

– Поджег масло? – догадалась я.

– Да. Единственное, что может ослабить хватку круга. Правда, додумался не сразу, – произнес Ам с таким сожалением и неловкостью, словно никогда себе этого не простит, из-за чего мне захотелось его подбодрить – обнять или утешительно сказать: «Ничего, бывает». Но я вовремя опомнилась и сердито посмотрела на лжеохотника.

– Pнаешь, я догадывалась, что ты демон, – и метнула в него дикий вихрящийся импульс.

На мгновение Мэл растерялся, но быстро взял себя в руки и, надев маску безразличия, ударил в ответ холодком. Не сильно, но с отдачей, из-за чего мое тело на пару секунд окостенело. Вначале я поддалась панике, но заморозка отступила так же быстро, как и атаковала. Я расслабилась.

– Только почему-то сама же опровергала догадку, – произнесла я задумчиво, поражаясь его силе и тому, что не почувствовала ее раньше.

– Он манипулировал тобой. Демон-обманщик. Такой же, как ты, – подсказал Ам, опуская клетку на пол. – Только чистокровный.

– Подобное притягивает подобное, – усмехнулся Мэл.

Должна признать держался он сверхъуверенно. Несмотря на то, что нас было двое, против одного.

– Но я могу все объяснить, – добавил Мэльхам тем же самоуверенным тоном. – Может, присядешь, и как цивилизованные сущности поговорим? – указал он Аму на свободное кресло в дальнем углу.

– Что? – разъярился тот. Судя по внешнему виду, Мэл очень сильно его потрепал. – Сейчас я тебе покажу цивилизованность, – и, материализовав в руках арбалет, с заостренными стрелами, нажал на курок.

Стрела угодила в спинку темного кожаного кресла, пробив его насквозь. Охотник успел телепортироваться и оказаться рядом с сиденьем. От злости у него заходили желваки, а руки взбугрились напрягшимися мышцами.

– Идиот, ты же мог меня убить.

– Ага, – Ам еще раз прицелился и выстрелил, но Мэл снова ускользнул, промелькнув в дверном проеме.

– И правда, косоглазый, – подстегнул демон ангела.

Я же сидела на своем месте и наблюдала за четкими демоническими передвижениями. Восхищалась его способностью быстро выйти из любого положения, проницательному уму, хитростью, с которой он нас так легко одурачил, и в тоже время за это ненавидела.

– Ничего, сейчас и ты таким станешь, – ответил ему Амур, целясь Мэлу в голову, когда тот в очередной раз переместился и замер у окна. Стрела попала в оконную раму. – Кстати, твоя четырехколесная ласточка свое уже получила, – ехидно заметил Ам, заново натягивая светящуюся небесную тетиву.

– Что? – взревел Мэл и, оказавшись за спиной Ама, ловко, откидывая в сторону арбалет, скрутил ему руки. – Предупреждаю, если это правда, я тебе их сломаю. Ты еще не знаешь с кем связался, – прошипел он.

– Знаю, – Амур вывернулся и оказался лицом к лицу. – Вор и предатель. – Он замахнулся кулаком в челюсть, но охотник, словно герой боевика, перехватил удар, подставив блок, и сделал хук слева.

Ангела отбросило в сторону. Но в полете он успел сгруппироваться. Сделав сальто и, взмахнув слегка обгоревшими крыльями, приземлился на ноги.

– Первое – согласен, второе – кто бы говорил. Рыльце в пушку не у меня одного, – сказал Мэл резко.

– Заткнись, – прогремел Ам, и, расправив белые крылья, кинулся на демона.

На этот раз охотник стоял на месте. Я в ожидании замерла. Неужели сдался? И вдруг увидела, что за его спиной мгновенно сформировались иссиня-черные крылья наподобие амуровских. Он также оторвался от пола и одним взмахом крыльев вибрационной волной отбросил Ама назад.

– Сам заткнись, – тихо сказал демон, сдувая с себя невидимые пылинки.

– ЗАТКНИТЕСЬ ОБА! – заорала я, вскакивая с места.

Но они будто оглохли. Два сильных противника зависли в воздухе и не сводили друг с друга глаз. Голубых против вспыхнувших огнем, когда-то карих, оранжево-красных.

– Бой? – предложил Ангел и, встряхнув рукой, материализовал тонкий длинный серебристый клинок.

– Давай, – демон принял вызов, и в его руке появилось аналогичное оружие, но пылающее огнем.

– Вы с ума сошли, – попыталась их остановить, но меня упрямо игнорировали. Никто не откажется от давно запланированного спарринга двух ревнивцев.

Противники обменялись поклонами и медленно начали кружить. Их оружие сверкало, горело, отблескивало, пылало. Честно сказать разворачивающееся передо мной представление меня захватило. Неужели я сейчас увижу реальную схватку добра и зла. Черт, а они действительно могут друг друга поубивать. Нужно что-то делать.

Ам напал первым. Он сделал ложный выпад. Но Мэл легко парировал серию ударов и искусными ответными ударами заставил ангела отступить.

– Думаешь, я не просканировал тебя, когда мы перемещались? – сказал охотник.

Звон клинков сопровождался брызгами голубых и красных искр.

– Ты лучше расскажи Несс, чей на самом деле Руби, – тон в тон ответил Амур и снова напал.

Соперники извивались, крутились, как кошки, избегая один удар за другим. У них не было преимуществ, оба одинакового роста и равной сверхъестественной силы. У обоих мгновенные и точные удары.

– Обязательно только после того, как расскажешь зачем он тебе, – сказал Мэл и обрушил на Ама серию молниеносных ударов.

Клинки встречались, скользили и сталкивались. Противники двигались, не теряя темпа и ритма. Каждый рывок вперед – резкий и эффективный, каждое отступление было рассчитано так, чтобы заманить соперника в нужное место.

Мэл оттеснил Ама почти до середины комнаты. Но ему быстро удалось изменить ситуацию, заставив его отступить на исходную позицию. На этом ангел не остановился, а продолжал наносить удары, наступая и отступая, даже встал на спинку кресла, чтобы с удобной позиции провести серию ответных выпадов. Потом он мягко спрыгнул, пригнулся, держа серебристой клинок параллельно полу, и заставил противника спуститься вниз. А дальше отскочить как ошпаренного, чтобы избежать его очередных ударов. Мне даже показалось, что в их глазах появился озорной блеск. Они отступили назад, не опуская оружие и слегка наклонив голову, насмешливо ухмыльнулись. Так как одежда у обоих была исполосована острым металлом. По их лицам было видно, что они поняли – силы равны в большей степени, чем они предполагали.

– Браво, да у тебя искусная рука, – сказал Мэл, оглядывая себя с головы до ног.

– Да? Только одна? Могу показать другую.

Ам внезапно перебросил клинок из правой в левую руку и, не дожидаясь, пока охотник перейдет в наступление, снова ринулся в атаку.

– Неугомонный, – фыркнул демон и снова, раз за разом начался звон.

Ну, все, они меня достали, подумала я, сидя в углу в обнимку с Громом. Оказалась там, когда двое контрастных крылатых, чуть меня случайно не обезглавили. Тогда я вовремя пригнулась, схватила Руби, потом бросилась в первый попавшийся угол и наткнулась на гладкошерстную. Умная собачка обосновалась там сразу, как начался спарринг, когда я все еще надеялась на какую-то дипломатию. Но моя надежда от предполагаемого разговора еще после первого сюрприза с арбалетом канула, как рыба, в прорубь. Хотя какие там объяснения. У самой руки чешутся, чтобы придушить обоих. Нет, вначале выяснить, в чем они друг друга обвинили, а потом каждому поочередно медленно с наслаждением переломать шейные позвонки.

Под звук несмолкаемого сопротивления клинков, я телепортировалась на кухню, благо она через стену, сверхъестественных сил и так практически не осталось. Быстро огляделась в поиске чего-нибудь такого, чем можно было бы оглушить или отвлечь. В общем, чтобы их бравые мучения закончились быстро. Но ничего путного не попадалось. Пока мой взгляд неожиданно не наткнулся на торчащий кончик садового шланга в мини шкафу, под мойкой. Я быстро открыла дверцу, вытащила смотанную резину, кинув на линолеум, схватила один конец, и воткнула его в кран. Моя рука задержалась на металлических баранках горячей и холодной воды. Очень мне хотелось воспользоваться первой. Причем только ей одной. Но, ладно, усмехнулась я про себя, и резко крутанула барашек с синим значком. Шланг начал наполняться холоднючей, словно из горного источника водой. Но этого мне показалось мало. Подняла с пола второй конец, с льющимся из него напором, воспользовавшись своей силой, понизила градус практически до минимума, и побежала обратно в гостиную.

Мужчины продолжали соревноваться, нанося удары справа, и слева, пытаясь найти слабое место противника. Такое чувство, дай им вечность, они и это время провели бы в упрямом самолюбии – кто кого.

– Рефери определил ничью, – сказала я, и с удовольствием, усилив напор воды, как у пожарников, направила его на рвущихся в бой петухов, сбивая их с ног.

Раздались крики, визги, в неизвестный адрес ругательства, радостный лай Грома. Мужчины мгновенно разлетелись в разные стороны. Но я не растерялась. Силой мысли разделила мощную струю на два извивающегося, словно гидроанаконда, потока, и продолжила водную терапию, преследуя каждого из мужчин, куда бы они не перемещались.

– Несс, прекрати, она же холодная, – крикнул Ам, нырнув за спинку кресла.

– Что? Слишком горячая, говоришь. Могу добавить льда, – ответила я, улыбаясь. Перешагнула через Олега и, поменяв угол, переместившись левее, вытурила Ангела из своего укрытия, подгоняя в сторону Мэла.

– Черт, Несс, это не смешно, – воскликнул тот, выставив ладони вперед, пятясь назад к окну. – У меня сейчас руки отвалятся.

– Угу, давай помогу еще кое-чему отвалиться, – злорадствовала я, опуская одну струю ниже пояса.

– Совсем свихнулась, – с выпученными от страха глазами, охотник машинально прикрыл свое сокровище, чем я, собственно, воспользовалась, и резко подняв шланг, ударила холодным водопадом в несравненно – красивую физиономию.

– Полотенчико подать, милый? – издевательски произнесла я, наслаждаясь своей незначительной, но все же местью. Даже настроение поднялось. Все-таки полезно иногда вымещать злобу. Масса положительных эмоций.

– Мэл, ее срочно нужно обезвредить. Есть мысль? – прокричал Ам. Он также выставил ладони вперед и медленно подступал к охотнику.

– Да. Гром нам в помощь.

Я не успела сообразить, как песик оказался рядом, и цепко вцепившись в шланг, одним рывком выдернул его из моих рук. Эх, а я только-только, как говорится, вошла во вкус.

– Вам душ понравился? – провокационно пропела я чересчур ласковым голоском, смотря на мокрых насквозь мужчин. А сама, на всякий случай, готовилась к побегу. Чуть развернула корпус, перенося вес на правую ногу, чтобы оттолкнуться, и сконцентрировалась на остатках темной энергии.

Выражение мужских лиц было странным, немного сердитым с плотно сжатыми губами. Вода змеиными струйками стекала по их волосам, щекам, попадала за ворот, с одежды, образуя большую лужу в ногах. Хотя часть гостиной уже была наполовину затоплена, так что они вписывались в самодельный аквапарк.

Первый вышел из ступора Мэл:

– Освежает точно.

Я догадывалась, что охотник не прочь меня наказать, но что-то останавливало его. Потому кивнула и перевела взгляд на Ама.

– Дорогая, могла бы просто спокойно попросить остановиться, – сказал Амур умиротворяющим тоном.

– Как всегда с приторной святостью, – проворчал демон, встряхивая с рук остатки воды.

– По мне так лучше искренность, чем лицемерная хитрожопасть.

Расставив ноги, ангел наклонился, опустил голову, и взъерошил волосы.

– Не знал, что ангелы так легко оперируют словом жопа, – рассмеялся демон.

– Вашу мать, вы успокоитесь когда-нибудь или нет, – разозлилась я.

– Хорошо хоть не отец – это святое, правда, Ам? – подлил масло Мэл. – Молчу-молчу, – примирительно хохотнул демон, увидев мой еле-еле сдерживаемый псих.

– Жду вас на кухне, – бросила я, и круто развернувшись, зашагала к выходу.

Идиоты. И зачем только связалась …

Глава 14

– Может он умер, – донеслось до меня из гостиной.

– Не-а, жив. Такие не сдыхают. Всего лишь в отключке.

– Еле видимая аура говорит об обратном.

– Ну, значит скоро сдохнет, тебе ль не все равно?

– Вообще-то я должен ему помочь или влить надежду на жизнь. Это мой долг.

– Твой долг охмурять, а не воскрешать.

Я знала, что они специально оттягивают неизбежное. Но ничего, я терпеливая. Тем более Руби у меня, и если им так он нужен, то в любом случае придут и все мне расскажут, как миленькие.

Продолжая перепалку, мужчины наконец-то появились в холле и, намеренно избегая моего взгляда, зашли на кухню. Сложенные крылья, будто плащ покрывали их спины. Одежда висела клочьями, открывая моему взору накаченный торс, играющие мышцы. Как судья я выбрала центральную позицию. Им пришлось рассесться по бокам. Мэл выглядел непринужденно, вдруг заинтересовавшись чистотой своих ногтей. Ам, облокотившись локтями о поверхность, уставился в одну точку на стене, напротив. Чувствовала себя мамочкой перед напроказничавшими детьми.

– Ну – с, кто первый?

– Предоставляю фору Аму, – сказал демон.

– Еще чего, ты все это заварил тебе и начинать. Не удивлюсь, если еще тогда в баре специально сам под стрелу прыгнул. Продуман по самую пятку.

– Угу, с пяти лет тренировался, чтобы под твои стрелы бросаться. Ты, кстати, давно срок годности проверял?

– Чего?

– Арбалета. И стрелы, поди китайского производства.

– Все, вы меня достали, – ударила я ладонью по столу, да так сильно, что он на мгновение оторвался от пола. – Не хотите сами, тогда я определю первого. Как дети, честное слово.

Мужчины в ожидании застыли.

– Нормальные стрелы. Напрямую с небесного альянса, – буркнул Амур.

– АМ!!! Можешь начинать.

– Может, лучше он.

– НЕТ.

Черт, да с ними прямая дорога только в психушку. Сплошные нервы.

– Ну…в общем, начну с небольшой предыстории. Руби очень ценный артефакт, несмотря на то, что выкован на заказ инфернальным кузнецом, как уже сообщил Мэл, – Ам замолчал и посмотрел на меня. Я коротко кивнула, мол, продолжай. – Он может не только высасывать души смертных, но и убивать демонов низшего уровня.

– Короче, Склифосовский! – перебил его Мэл.

– Ждешь не дождешься своей очереди, заодно могу твою рассказать, Мэльхам, – сделал ангел ударенье на последнее слово, на что демон скривился.

– За свои действия я отвечу сам.

– Ам, что дальше? – сказала я, не обращая внимания на их излюбленную перепалку.

– Помнишь мое исчезновение в Стремянке, я говорил, что вызвали по срочному делу? – я снова кивнула. – Каким-то образом начальство узнало, что Руби в руках смертного. Все-таки мощное орудие против демонов, а в борьбе все средства хороши. Пускай и темное.

– Будто до этого не знали о кинжале, – сказал Мэл.

– Знали. Но ведь хозяин Руби – Трий. А этот чувак из высших. Его не так просто убить, скорее он завалит нас им. Чем, собственно, и занимался многочисленными столетиями.

– Но все же можно, – знающе добавил Мэл.

– Да, Руби. Его же оружием. Ты же знаешь это лучше меня.

– То есть твои захотели получить кинжал, чтобы убить Трия? – спросила я, чувствуя облегчение. Я-то думала, Ам действительно меня захотел укокошить, скажем, так, во имя любви и освободить душу от демонической хвори, а тут такой пустяк…

– Да, и освободить всех ангелов, которых он убил.

– Как? – недоумевала я.

– Руби.

– Подожди, с помощью Руби можно убить ангела?

– Почти. Ударом в грудь, он вербует их в армию темных. Помучив перед этим, разумеется, чтобы выбить всю любовь к отцу нашему…

– Давай без этого, – поморщился демон. – Аж тошно стало. Короче, попавшие ангелы в ад вначале сопротивляются, но Трий выбивает из них всю спесь, доказывая, что любви не существует. Есть ненависть, и только она. Мучает постоянным состоянием безысходности. Подвешивает над кипящей лавой. Их сжирают адские монстры, чтобы выплюнуть испражнения. Ангелы вновь формируются в свой первоначальный вид и дальше по кругу. Те, кто не выдерживают, присоединяются к темным.

– Все равно не понимаю, как можно Руби достать ангела. Он же бестелесный.

– Несс, речь ведь о душе. Я тоже, по сути, бестелесный, просто моя душа перешла на другой уровень бытия. Это как карьерный рост понимаешь?

– За хорошее поведение? – спросил Мэл.

– Не твое дело. Человек в любом случаем умрет, как от любого колющего предмета. Для кинжала главное душа.

– Ясно, – сказала я, доставая из внутреннего кармана куртки хорошо припрятанный Руби. Не касаясь острого кончика, ухватилась пальчиками за рукоятку и внимательно присмотрелась в искусно выбитый на металле рисунок неизвестного мне зверя. Перевернула. На другой стороне иероглиф. И он мне показался знакомым. Вспомнила. На Синь был выбит точно такой же неправильной формы треугольник.

– Твоя очередь, – сказала я демону, продолжая рассматривать Руби. Надо же, сколько в нем силы и власти. Это очень, очень опасная штука.

– Я – Мэльхам, и я – демон.

Наступила тишина.

– Прямо клуб анонимных сущностей. Овации нужны? – облокотившись о спинку стула, Ам перекрестил на груди руки.

Оторвавшись от Руби, я подняла глаза на Мэла. Скулы демона напряглись, когда он поймал мой взгляд. Видимо никак не мог решиться. Потом его зрачки сузились до вертикальной линии, и я поняла – клиент созрел.

– Ладно, то, что я рассказал про ограбление банка, была частичной правдой, – приступил он к рассказу, поглядывая то на меня, то на ангела. – Я действительно кое-кого обчистил, только там, внизу. И не банк, а склад магических вещей, за продажу которых зарабатывал солидный куш один из принцев ада, ну, и собственно, его внушающую копилку. Про сестру и прочее я соврал.

– Ка – ко – го принца? – протянул Ам, явно догадываясь о ком говорил Мэл.

– Такого принца, ты правильно думаешь.

– Неужели самого Столаса, – ахнула я.

Насколько я знала из книг по демонологии принц Столас один из менее известных демонов. В первую очередь являлся астрологом и астрономом в инфернальном мире. Знание звезд для него было таким же важным, как использование трав и камней в ритуальных и магических целях. И именно этим секретам он обучал своих темных последователей.

Определив по звездам особый день и час, он поднимался в мир людей в виде черного ворона и собирал необходимый ему для обряда материал – камни, травы, землю. Разумеется, приняв для удобства облик человека с голубыми глазами и вьющимися темными волосами.

– Да, он самый, – кивнул Мэл. – В общем-то, в этом бизнесе я был его неофициальным напарником. А также советником, смотрителем и создателем охранной системы запасов камней порталов и прочих магических штук.

– Он создал Руби, – констатировала я, вспомнив о гигантской птичке в третьей комнате. Неужели мы укокошили самого Столаса? Хотя, бред, конечно, зачем ему сидеть в комнате и надевать на себя Руби. Но ведь комната была весьма обжиточной…

– Да, – ответил Мэл.

– И Синь.

– Да. Но не в единственном экземпляре. Розничная продажа по солидной цене всем желающим, кто хочет поднять вверх. Скажем так – местное развлечение для олигархических бесов, как для людей будущий полет в космос. Ну, и, конечно же, оптовая поставка армии темным и высшим демонам для заполнения общего энергокотла. Ну а идентичный иероглиф, как ты уже успела заметить, служит не только печатью заклятья, но и как фирменный знак изготовителя в случае поломки. Конкуренты есть везде.

– Бизнесмены хреновы, – фыркнул Ам. – Теперь понятно, кто подкинул мысль товарно-денежного оборота с вытекающей коррупцией, жлобством и завистью.

– Угу, а тебе так проще социальную программу с многолетней очередью, трепанием нервов, жалким смирением потом, ради мизерной иллюзии счастья в виде квартирки семь на семь. Это очень щедро.

– Зато совесть чиста. Терпение вознаграждается всегда.

– Чем? Повальным алкоголизмом и суицидом от горбатой жизни?

– Так не без вашей помощи, любезный. Ведь вы всегда найдете лазейку, чтобы все наши дела обернуть в свою пользу. Работаете по отработанной схеме искушения легкой жизни и полному безразличию к ближнему и миру всему.

– Подай на нас в Гаагский суд. Это война, и на ней, как говориться все средства, – ответил Мэл издевательским тоном. – И да, не забывай о главном.

– О чем?

– О выборе. Мы всего лишь нашептываем на ушко приукрашенные выгоды…, впрочем, как вы, – Мэл криво усмехается. – Только не существенные.

Настала очередная гнетущая пауза. Мужчины мерились взглядами, прекрасно понимая, что достигли золотой середины некой правды. Интересно, а если действительно настанет апокалипсис, люди поубивают друг друга, ничего живого не останется, только пустая никому не нужная земля, что будет дальше?

– Армагеддон, – ответил демон, демонстрируя отличную способность к телепатии.

– Значит, все-таки читаешь? – прошипела я сквозь зубы.

– Только когда на тебе нет Синь. Еще одна важная особенность амулета. Ангелы тоже могут нас читать. Защита, но как оказалось с погрешностью в момент обоюдного перемещения. Этого Столас не учел, в общем-то, потому что не знал. Мы же не каждый день перескакиваем с ангелами за ручку.

– Поэтому я не могла тебя просканировать?! Ты тоже пользуешься Синь?

– Несси, без него я не попал бы сюда и не смог так долго протянуть в качестве человека, – на шее демона неожиданно проявилась металлическая цепочка. Он коснулся ее своими идеальными пальчиками и дернул вверх. Из-под рваной черной рубашки выскочил такой же синий камень, как мой амулет, но совершенно другой формы. С многочисленными неровностями овал. Он разлил по комнате холодное естественное свечение. Среднее между голубым и синим. – С помощью него мы можем спускать вниз, своего рода лифт с одной кнопкой. Итак, понятно, если ты внизу, значит тебе вверх и наоборот. Так же, как и ты через трансперсональный канал потреблять энергию, ну и маскировать ауру.

– А я могу спуститься?

– Нет. Пока нет.

– Понятно, потому что человек.

– Да.

– Ясно, по поводу Армагеддона, допустим, вы выиграли, каков приз?

Не знаю почему, но эта тема меня заинтересовала.

– Вот поэтому Армагеддона не будет никогда. Ты же сама поняла, когда одела Синь. Все циклично. Мы любители азарта, хитроумных планов, коварства…для нас это жизненно необходимая игра. Не станет людей, исчезнем и мы.

– Ибо вы разрушители. Согласись, просто трусите. Ведь выиграй мы, то все живое воскреснет, но с добрыми помыслами и любовью, – сказал Амур.

– И настанет утопия. Без нас скучно. Ам, согласись тогда и ты, как вы сможете подпитываться верой, когда людям вы просто станете не нужны. У них итак, все будет хорошо. Мы нужны и вам тоже.

– Бессмыслица какая-то, – сказала я в недоумении.

– Ага, – в унисон согласились мужчины.

– Несс, мы всегда будем между собой воевать, и никогда не доводим эту бойню до конца. Для нас главное преимущество…ну и рабы – ангелы.

– Сразу после ишачьей пасхи, – резко парировал Ам.

– Ладно, мы отошли от темы, – напомнила я. – Рассказывай, что с тобой случилось дальше.

Но мысль о цикличности и странной игре на земле, как ангелов и демонов меня взволновала.

– Ничего особенно. Посчитал, что за верную службу меня конкретно обделили и недооценили, как самого злосовестного сотрудника. Метил на место приемника, а вскоре узнал, что этот пост получит близкий родственничек. Решил наказать – забрать свою долю и в камушках и местной валюте. Синь ценный экземпляр, рынок сбыта я бы нашел быстро, но меня вычислили гончие. Был суд, приговорили к вечным страданиям, которые описал, и отправили дожидаться исполнения наказания за решетку. В этот же вечер ко мне явился сам Трий. Предложил сделку отправиться на землю и отыскать Руби в обмен на свободу. Я согласился. Все.

– Как все? – я не верила Мэлу. Слишком все гладко. – Как Руби попал в руки Олега и почему в той комнате был ворон? Мэл, ты снова не договариваешь. И почему в таком случае ты просто не забрал у него кинжал сам? Совсем за дуру держишь.

– Рассказывай до конца, – буркнул ангел, явно зная про демона что-то еще, но хочет, чтобы тот признался сам.

– Я не уверен… – лжеохотник замялся.

– Сними Синь.

– Хочешь меня прочитать?

– Да. И думаю, я это заслужила.

– Несс, помимо Руби я еще кое-кого должен был разыскать, – мрачно добавил Мэл.

– Кого? – как же надоело вытаскивать клещами.

– Его дочь.

– Какую дочь? – неужели я правильно подумала…

– Полудемоничку, получеловека. Трий твой настоящий отец. И если ты так хочешь самую настоящую правду, я должен был тебя убить.

Последние слова упали в леденящую тишину, разбиваясь на мелкие осколки эха в моих ушах.

– С помощью Руби, – прохрипела я, через несколько секунд. До моего сознания начало доходить, что все тревоги и опасения на счет охотника были не напрасны. Пускай я догадывалась, но не была уверена и не потому, что он, возможно, манипулировал мною, а просто потому, что отвечал на поцелуй взаимностью. С той же страстью и желанием. Хотел так же, как я. Черт, я чувствовала это. Не как демон, а человек, которому дано видеть особый запоминающийся взгляд, нежность, заботу. Слышать проникновенный шепот, слова. Чувствовать мягкое, теплое касание… Черт, неужели я ошиблась? Вранье! Наглое вранье!

– Да. И обратить в демона, – вид Мэла казался огорченный. Разумеется, ведь он читал меня. Все мои мысли, переживания, боль. Чувствовал каждую каплю разочарования. Нет уж. В этот раз не поверю.

– И не оставить выбора, – заключил Ангел.

Рука сама сжала рукоять кинжала. Вот оно как значит. Первый ключ к успеху – это доверие. Вспомнила я слова Мэла. Сейчас я ему покажу доверие особого сорта. В голове что-то щелкнуло. Внутри взревел обиженный зверь. Мне хотелось свернуть ему голову, жестоко заколоть, задушить, порвать на части. А еще мне было горько, к горлу подкатывал комок слез, хотелось вцепиться в ворот черной рубашки и истерично завопить – как ты мог? Но меня остановил неизвестно откуда голос, от которого все внутри резко похолодело.

– Браво. Мыльная опера на дому. Прекрасно.

Глава 15

Из холла донесся театральный хлопок ладонями и в дверном проеме начал проясняться силуэт.

– Дима? – удивилась я, увидев бойфрэнда Кати.

– ДмиТРИЙ, если быть точнее.

Сколько раз хотела его просканировать и почему-то всегда откладывала на потом…

Он был таким же высоким как Мэл с Амом, спортивного телосложения, в стильной одежде – черная шелковая рубашка и брюки. Короче говоря, еще один хлыщ в сверхъестественном мире. Идеальный хищник, с сузившими зрачками и деспот с помощью приказов и постоянного контроля. Раньше я этого в нем не видела и теперь понятно почему.

Его глаза пристально меня изучали, проникая внутрь из-за чего стало жутко. Повеяло ощутимым холодом. Я не чувствовала от него никаких импульсов, все словно замерло. Он очень опасный тип. От него пахло смертью.

– Все в сборе – это хорошо, – цокнул Трий языком. – Ну, здравствуй, дочка, – сказал он обманчиво бархатным голосом, от которого мурашки побежали по всему телу. – Извини, что не навещал раньше, дела-дела. Но я инкогнито всегда был рядом.

– Неужели отцовский инстинкт? – съехидничала я, думая о Кате. Если он с ней что-то сделал, то…

– Подруга цела, вопрос надолго ли, – с неживой полуулыбкой, протянул он и вальяжной походкой подошел ближе, уселся за свободную сторону стола. Как раз напротив меня и спиной к выходу. – Да, копия матери, понимаю, почему ты не смог выполнить задание, – посмотрел он на Мэла и его глаза блеснули красным. – Женщины умеют сводить с ума. Обольстительная бестия с пухлыми губками и манящим задом.

– Не трогай Несс. Забери Руби, и я пойду с тобой, – уверенно бросил охотник.

Из горла Трия вырвался глубокий гортанный смешок.

– Не строй дурака, ты прекрасно знаешь, что мне нужна она. Мы одной крови. Семья должна воссоединиться.

– Я не позволю, – через силу выдохнул Ам, будто до этого ему кто-то мешал говорить.

– Да ну, и что ты сделаешь? – издевался Трий, даже не посмотрев на ангела.

Мэл хмуро глянул на Ама и предостерегающе мотнул головой.

– Кстати, неплохая задумка, – щелкнул Трий пальцами и возле него появился Гром. Песик сел на задние лапы и подставил морду под ладонь демона. Трий потрепал его по голове и вдруг на мощной шее гладкошерстного так же, как и у Мэла только на ошейнике прояснился Синь. Демон взял его в кулак и резко дернул вниз.

Он защищал меня. Мэл не собирался меня убивать, пронеслась в голове, словно волна – убийца облегчающая мысль.

Трий повернул голову и, сузив глаза снова на меня посмотрел. Я почувствовала легкий разряд тока. Его тонкие дуги бровей насмешливо изогнулись.

– Хм…так у вас взаимное, – насмехался он. – У тебя плохой вкус, дорогая, такой зять нам не нужен.

– Тебя забыла спросить.

Я еще сильнее сжала рукоятку Руби. Это движение не ускользнула от внимания демона. Он бросил взгляд на желаемый им предмет на столе и обратился к Аму:

– Удивительно, что у тебя еще не выросли рога. Ввиду последних событий они бы вполне вписались.

Губы Ангела в гневе подрагивали, но он стоически держался.

– Видимо третий лишний, тебе не говорит ни о чем, да? – продолжал давить Трий. – Безграничная вера, окрыляющая любовь и маниакально…вечная… надежда, – сделал он ударение на последние три слова. – И в этом ваша слабость.

– Ты ошибся в построении, – вклинилась я, чтобы отвлечь его от ангела. Боялась, что тот не выдержит провокацию. А еще…мне стало стыдно. Очень стыдно, если представить, его возможную боль внутри. Прости меня, Ам.

– Нет, – рявкнул вдруг Трий, – я говорю так, как хочу Я! А ты дура, раз ведешься на все это благое сюсюканье, – от злости его глаза почернели.

Похоже, он почувствовал мои переживания. Черт, нужно постараться ни о чем не думать.

– Не разочаровывай меня, милая, – наигранно спокойно продолжил демон. – Поверь, до зла это не доведет.

– Может, мне без него нормально?!

Не думать. Не думать.

– Ошибаешься. Ты жила с ним всю жизнь. И тебе нравилось такое существование. Развлекалась, мучила, издевалась, перевоплощалась, злилась, мстила. Согласись, это весело.

– Обхохочешься.

– Вот, ирония – это хорошо. Кстати, случай в «Стремянке» тому доказательство.

Неужели пьяную шайку дебилов это все он подстроил?

– Ну, разумеется. Хотел проверить, на что ты способна. И дочка ожидания папочки оправдала, – довольно скалился Трий. – Истинная Демонесса.

– Нет, – всего лишь сказала я, старательно заглушая мысли.

– Ну, это, пока. Понимаю, мешает человеческая суть. Но все поправимо.

– АМ, СТОЙ! – неожиданно крикнул Мэл.

Дальнейшее произошло в течение долей секунды. Скорость движений была настолько молниеносной, что показалось, будто время на мгновение остановилось и снова с той же скоростью ринулось вперед.

Как только Трий произнес слова, Амур, не справившись с самообладанием, ракетоносно расправил крылья, оттолкнулся от пола, и замахнулся материализовавшимся серебристым мечом, метя демону в голову. Но он не достиг цели, так как Трий, словно зная, что удар последует с правой стороны, ловко увернулся в противоположную сторону и исчез из поля видимости. Амур оглянуться не успел, как оказался прижатым к стене не касаясь пола. Он выронил меч и обеими руками схватился за горло.

– Сидеть! – скомандовал голос Трия, когда мы с Мэлом одновременно вскочили с места. Какая-то невидимая сила тут же вцепилась мне в плечи и сильно надавила вниз, из-за чего пришлось покорно вернуться обратно и беспомощно наблюдать за расправой над ангелом.

Амур хрипел, трепыхался, пытался вырваться, но невидимый демон держал его стальной хваткой.

– Идиот. Даже архангелы не могут меня убить, куда уж тебе – небесной пешки.

Трий появился, и я увидела, что он удерживает Ама всего лишь одной рукой, приподняв того на добрые полметра от поверхности. В демоне было намного больше силы, мощи, злости, чем я думала.

– Иди к черту, – еле-еле вырвалось из ангела.

– Я и есмь он, – рассмеялся Трий злобным презрительным смехом, из-за чего я ощутила неприятный холодок, ползущий к сердцу. Демон прямо-таки тонул в своей злобе и ненависти ко всему святому и доброму.

– Трий, отпусти его, не марай руки о такую мелочь.

Глаза Мэла полезли на лоб. Он недоверчиво посмотрел на меня. Я спокойно выдержала настороженный взгляд. После чего он изменился в лице, нахмурился и снова глянул на Ама.

– Думаешь?! – просто так переспросил Трий. По его заинтересованной ухмылке, я поняла – папочка доволен.

– Да, он ничто. Моральный Амур. Безвольный, бесполезный урод с бракованными стрелами. Если только на смех темным, – я произношу все это тихо и жестко. – Отпусти…и я пойду с тобой.

Трий задумался. Ам перестал барахтаться и будто смирившись, опустил руки вниз.

– Хо-ро-шо, – демон чуть наклонил голову, явно забавляясь садистской властью над ангелом, и резко разжал пальцы. Ам мешком рухнул на пол, сильно приложившись головой. – Но подстрахуюсь, пожалуй. Гром, – позвал он песика. Тот тут же подскочил к неподвижному телу ангела и уселся рядом, не сводя с него красных глаз.

– Но прежде, чем мы уйдем, я бы хотела узнать ответы, – осторожно сказала я, заставляя себя оторвать взгляд от Ама.

– Без проблем, – как-то неестественно развеселился Трий вдруг. – Понимаю, запоздалый разговор по душам, – демон кивнул, и активно потирая ладони, с видом заботливого папаши, будто и не было до этого встряски с ангелом, присел напротив меня. – Я готов. Спрашивай.

– Как Руби попал к Олегу? Ты подстроил?

– Нет. Кинжал я потерял около ста лет назад…Дайка вспомнить…А, как раз в день твоего рождения.

Я удивилась.

– Разве я мог пропустить такое событие. Захотел, скажем, так лично поздравить любимую женщину с первенцем. Извини, цветочки сдохли сразу, как только взял в руки, так что без них.

Не думать. Не думать. Приказывала я сама себя, зная, что он специально выводил меня на эмоции.

– И как? Удачно?

– Ага, Елена была в восторге. Особенно, когда наклонился и шепнул ей на ушко, кто я. Мастер перевоплощения не только ты. – Демон немного отклонился назад и с театральным видом закатил глаза и снова на меня. – Как она орала, потом шипела, потом снова орала. Дэмор быстро сбежались на крик. А ты думала? Эта шайка всегда на страже. Ненормальный сектанты… Но, подозреваю, она сама их попросила ее охранять. Догадывалась о моем появлении, стерва. – На мгновения его взгляд изменился. Словно он вспомнил что-то из своего прошлого. Одной рукой поглаживал подборок, оперевшись локтем о стол и даже усмехнулся, слегка улыбнувшись. – Честно сказать, тогда они меня достали. Эти типы отлично подготовились. Я застрял в магическом кругу, который прикрывал потрепанный ковер. Дэмор сразу окружили пентаграмму и начали проводить ритуал, нарисовав оберег на своей груди. Но он защищал только сердце, все остальные части были уязвимы. Я легко их парализовал и им ничего не оставалось, как просто рухнуть на месте. Один из них пересек телом круг и послужил освободительным мостом, чем я воспользовался. Но Елена, чертова сука, и откуда только силы, на карачках начала чертить последний символ, намереваясь закончить ритуал. И тогда я взревел. Взревел так, что по бетонной стене больничной палаты побежали трещины. Она испугалась и прикрыла себя руками от кусков штукатурки, сыплющихся с потолка. В этот момент я и телепортировался. А потом обнаружил исчезновение Руби.

– Вот значит, как он попал к ним, – произнесла я.

– Ага. А Олег очередной бездарный сектант служил приманкой в поимке высшего. Иллюзия легкой добычи. Думаешь, он первый придурок – недоучка? – увлекшись, рассказывал Трий. – Нет. Ну и я недалекий. Даже больше скажу, Мэл тоже не первый кого я отправил на поиск Руби…и тебя. Но, как оказалось последний, – он одобрительно хлопнул охотника по плечу. Мэльхам был невозмутим. Сидел неподвижно и молча. Сложилось впечатление, что ему запретили говорить.

– Да, я в тебе не ошибся. Признаюсь, твой хитроумный план меня подкупил, преданность самому себя впечатляет. В общем-то, я потому и не вмешивался. Решил досмотреть предполагаемый финал. Но ты просчитался, да? – приторно-сладким голосом заключил Трий, обращаясь к Мэлу.

Кулаки охотника сжались, глаза запылали яростью. Стиснув челюсть, он посмотрел на стол, не смея поднять голову. Реакция охотника для меня была непонятна. Проявив гнев, он будто с чем-то согласился. Интересно, что еще может быть хуже озвучки моего запланированного убийства?

– О чем ты? – спросила я, нахмурившись. Сузив глаза, наблюдала за изменяющимся настроением охотника.

– Подумай, – демон открыто упивался моей растерянностью. – Ну, хорошо, задай себе всего один и главный вопрос почему он не забрал Руби сам, еще в ресторане? И потом на следующий день, и еще через день. Эх, демоническая натура штука коварная.

Я закрываю глаза, и из-за хрупкой стены моего сознания начинает снова просачиваться боль. Чтобы не говорил Ам, но человеком быть не так просто, особенно когда умеешь пропускать все через себя.

Он боялся Дэмор, точнее Руби в руках Дэмор. И как бы не складывались у нас отношения, в первую очередь подстраховывал себя, ибо знал с помощью Руби убить можно и его тоже.

– Да. Трус. Теперь понимаешь, с кем ты связалась. И заметь, он сам выбрал очередность действий и принял решение в пользу себя, несмотря ни на что до самого конца, – злорадствовал демон. – Это похвально. И, разумеется, как обещал, достойно свободы.

– Мэльхам… это правда? Ты осознанно подставлял, в надежде, что меня убьют Дэмор? Даже после… – мой голос дрогнул. – Я не знаю, зачем спросила. Все же и так очевидно. Наверное, хотела услышать правду от него самого. – Дай, ему ответить, – попросила я Трия.

– Обязательно, – обрадовался демон. – Говори, – приказал он ему.

– Пусть снимет Синь.

– Отличная идея. Делай, как она сказала.

Охотник снял камень, медленно поднял голову и его наполненные чернотой глаза встретились с моими. И я почувствовала, что сейчас передо мной предстал другой Мэл. Не тот, кто обхватил мое лицо ладонями в Стремянке и в страхе за Несси приказал уходить. Не тот, кто мягко поблагодарил в машине за спасенную жизнь, хотя знал, что ему ничто не грозило. Кто целовал в гараже, нежно лаская каждую клеточку моего тела горячими губами. Сочувствовал истории сироте – Несс и подбадривал утешительными умозаключениями. Обучал и помогал справиться с Синь. С улыбкой кружил в клубе и шептал красивые слова рядом с комнатами. Сейчас я видела бесчувственного типа, считающего, что у него нет иных мотивов, кроме жажды личной выгоды. И всякие там для него высокие чувства это бред – бредом. Я видела откровенно презрительное отношение ко мне, к миру, жизни, и истинного демона, готовый прибегнуть к любым действиям для достижения только своей цели. Свободы. Это… это конец.

– Прежде, чем сделать вывод, попробуй понять меня. Я не святой Ам, и даже не падший ангел, способный возродить былую сущность. Я – демон, Несс. Чистокровное зло, рожденное из сгустков черной энергии, – начал он глухим голосом. – Мне чуждо стремление к чувствам, ценностям, добру, справедливости. Мой удел лицемерие, искушение, убийство. Я пропитан пороками и никогда не сожалел об этом. Потому с легкость паразитировал тебя похотью, настраивал на нужный мне лад. Соблазнял, обнимал, целовал, играл тобою.

Его слова прервал очнувшийся Ам. Он словно проснулся, вынырнул из кошмара, резко втягивая в себя целительный воздух и также выдыхая его. Потом Ангел не спеша перевернулся на бок, опираясь ладонями о пол приподнялся, и сел возле стены, согнув ноги в колени, свесив с них руки. Он откинул голову назад и скосил на меня взгляд. Гром, как приказано, сидел рядом. Неожиданно в глазах Амура мелькнуло разочарование, только непонятно к кому. Ко мне, Мэлу, к себе за природную глупость и наивность? Но даже если так, я его прекрасно понимала. Да уж, из нас троих он пострадал больше всех. Уверена, с присущей ему добротой он и к Мэла проникся симпатией. Но тот предал, показав неизменную темную душу.

– Я использовал тебя с самого начала, как увидел. Спровоцировал встречу с Олегом, внушив ему опасность и столкнул вас на перекрестке. Я знал, что он Дэмор. Заметил татуировку на руке.

– Значит, то существо, ненавидящее меня это, был ты?

– Да. Но о наличие кинжала я не подозревал. Для начала хотел навести след на тебя и занять наблюдательную позицию. Потому обрадовался двойной порцией удачи. Или просто ты фартовая на приключения, – иронично хмыкнул он. – В момент, когда Олег воткнул в тебя кинжал, я почуял приближение светлого. Пришлось ветром проскочить мимо вас и приказать на ухо явиться ко мне.

– Не помню такого, – сказала я, копаясь в воспоминаниях судьбоносного вечера.

– А ты не должна, я воздействовал на сознание. В голове сразу возник план, зачем мне себя подставлять, когда я могу убить двух зайцев сразу. А еще ты вызвала во мне любопытство. Отчего же не узнать поближе.

Мэл замолчал. Мы долго мерились с ним взглядом, пока я не выдержала, громко выругавшись.

– Ясно. Больше ничего не хочу слышать, – сказала горько, в полном неверии. И машинально склонила голову, чтобы скрыть выступившие слезы, нервно смахивая их пальцами свободной руки. Все-так же крепко держа второй Руби.

– Несс, но я не принуждал тебя влюбляться в меня. Это твои чувства, настоящие. Я не посмел, Несс. Поверь, – спохватился он. В его голосе послышалась нотка паники.

– Еще лучше Мэл. Еще ЛУЧШЕ! – закричала я. – С чего такая честь?

– А ЧТО ТЫ ХОТЕЛА? – повысил охотник голос в ответ. – Моя природа ненавидеть, как Аму любить, – начал он вдруг оправдываться.

– Зачем же так орать, дети мои, – вклинился Трий в громкое выяснение.

– ЗАТКНИСЬ, – бросили мы с Мэлом ему одновременно, отчего его брови полезли вверх.

– Пойми, нелегко принять что-то новое внутри, особенно когда это выбивает из собственного самоконтроля.

– Просто попробовал бы, – донесся до нас спокойный голос Ама.

– Не сравнивай с собой, – глянул он на Амура. – Я лживый, хитрый, и всегда буду таким. Мне это нравиться. Но наигранный интерес в какой-то момент перестал быть ложным, и я засомневался, что очень меня напрягло, – Мэл вздохнул. – Таков уж я. Поэтому решил искать выгоду нам обоим.

– Подбивая на добровольное согласие стать чистокровкой и чуть ли не пинком загоняя меня в эти чертовы комнаты?

– Да. Я считал, что для тебя это самый выигрышный вариант и безопасный, – тихо сказал Мэл.

– Это называется переложить ответственность, – бросил Амур.

– Не учи, – разозлился Мэльхам. – Я много раз ее предупреждал, пытался отгородить от себя, но бестолку. Несс, быть полудемоном, значит быть слабой. Трий сейчас манипулирует твоими эмоциями. Не поддавайся ему. Став демоном, ты возможно больше не сможешь любить.

– Ну что ж, думаю на этом мы и закончим, – с безмятежным видом Трий приподнялся. – Пошли, дочка, эти неудачники тебя недостойны.

Я оторвалась от горящих сожалением глаз и посмотрела на Трия.

Демон был доволен. Не знаю, что на меня нашло и с чего такая прыть, но я молниеносно вскочила с места и, не задумываясь, (а думать мне было нельзя иначе бы Трий сразу разгадал мой план) о последствиях воткнула Руби в его плечо. Что произошло дальше, меня ужаснуло.

Трий резко поднялся и оглушительно взревел. Потеряв от боли голову, он запустил внутреннюю волну самосохранения, трансформируясь в свой истинный облик. Зрелище было не из самых приятных.

Его тело будто надували изнутри. Некогда тонкие пальцы превращались в хищные заостренные когти. Талии больше не было, она постепенно округлялась, кожа натягивалась, одежда стала рваться по швам. На коже появлялись трещины. И я понимала, что сейчас возможно произойдет, но как завороженная зрелищем стояла, наблюдая, как тело Трия все распирает и распирает в разные стороны. А кожа того и гляди начнет трескаться. Внезапно я почувствовала, что меня кто-то рванул к себе:

– Я знал, что ты сумасшедшая, но не до такой же степени, – закричал Мэл, вырывая меня из созерцательного транса.

– Бежим отсюда, – заорал теперь уже Ам.

Я, наконец, опомнилась, и мы пулей метнулись к выходу. Но, не успев сделать несколько шагов, почувствовала острое проникновение в спину. Не в силах справиться с болью упала, распластавшись у двери. Перед глазами поплыло. В ушах продолжался устрашающий рев Трия. Стиснув зубы, я перевернулась на спину и с трудом разглядела склонившееся надо мной лицо Мэла. Он казался огорченным, даже испугавшимся за меня. Я слабела. Дальше мозг резко затуманился, и мое тело само провалилось глубоко, глубоко вниз…

Глава 16

От смерти бегством не избавишься.

Итак, я, наверное, умираю. Неожиданно и быстро, падая вниз со скоростью сложившего крылья орла, и как любопытная Алиса, оглядываясь по сторонам.

Вокруг холодная тьма и мелькающие фрагменты былой жизни, яркие картинки, словно запечатленные на фото важные события. Думаю, это и есть тот самый тоннель перехода из одного состояния в другое. Контрольная точка обнуления памяти с сюжетом предсмертных видений. Только теперь направление в одну сторону, без права вернуться назад, а курс, уж, явно не в Рай.

Что я чувствую?.. Не знаю. По крайней мере пока, ибо здесь, как во сне – располагаю только разумом. А дальше по ситуации. Появился зверь – надо пугаться. Красивый незнакомец – уже симпатизирую. Автомобиль – давлю на газ, ощущая прилив адреналина.

Передо мной мелькнуло лицо мужчины, на пару секунд задержавшись. Он показался мне знакомым. У него были спокойные, но пронизывающие глаза, удивительно синие для его смуглого лица. Легкая, притягательная щетина и соблазнительные пухлые губы. Я задрала голову, всматриваясь в изображение, пока оно не исчезло из виду. Следом была еще одна картинка, но другой особи мужского пола. Чуть удлиненные волосы, темно-карие, как шоколад, глаза и напряженный, предостерегающий взгляд. Странно, его я тоже где-то видела. Но где?

Я опустила голову и глянула вниз. Все оставалось неизменным, такая же черная пустота. Не видно ни конца, ни края. Только огромное пространство небытия.

На миг меня ослепила вспышка, и я услышала короткое, еле уловимое:

– Держись!

Первое что пришло на ум это – за что? Здесь же сплошная таинственная нирвана. Неосязаемый простор, где нет ни земли, ни воды, ни света, ни воздуха, ни этого мира, ни иного, ни солнца, ни луны, лишь черная дыра.

Еще одна вспышка и я почувствовала, как скорость, с которой летела в пропасть, снизилась.

– Давай, Несс, вернись к нам.

Ээээ… Простите, а куда и как? Я попробовала пошевелить ногами. Ничего не чувствую. Впечатление такое, будто у меня их нет вообще. Собственно, рук, тела я тоже не чувствовала. Похоже, сейчас существовало только мое Я, которое знало только то, что нужно держаться. Все-таки смерть – это уже слишком. Нужно заставить мозг работать. Надо думать, но о чем?

Вдруг мое внимание привлек блеснувший внизу предмет, и через мгновение я поравнялась с ним. Это было зеркало, и в нем я увидела отражение девушки. Больше того, неуловимо знакомой, но такой… такой… идеальной что ли.

Черноволосая незнакомка, со светлой, словно облако кожей и алыми, как спелая клубника губами, которые слегка улыбались лукаво и дразняще. Сузившиеся в полоску, точно у кошки, зрачки были неподвижны. Красивая, подумала я, и чертовски опасная. Ее, словно вырисованные гениальным и терпеливым художником губы, дрогнули, приоткрылись, притягивая к себе внимание, а появившийся язык очертил их форму, будто губная помада, покрывая их блеском.

Ее взгляд заскользил по мне медленно, сладострастной, нескончаемой лаской, исследуя каждую клеточку тела, и вокруг меня словно все накалилось. Эта девушка хотела обладать мною. Я глядела на нее, встречая только сулящее наслаждение, переполненное желанием. Потом она прикоснулась ладонями к стеклу, приблизилась, расплющивая о стекло грудь, а я ощутила, словно это ко мне она только что притронулась. Знакомая незнакомка прижала губы к стеклянной поверхности, оставляя отпечаток правильно – очерченной формы поцелуя. И резко оттолкнувшись назад, продемонстрировала стройное, неописуемое тело. Я была не в силах отвести от нее глаз. Ее черные волосы спадали на плечи крупными, слегка растрепанными локонами, круто завиваясь у обнаженной изящной груди. Она провела по ней ладонью, словно откидывая прядь, намеренно, как мне показалось, задев соски, отчего они затвердели, а грудь слегка качнулась. И я ощутила это, словно меня только что обласкала другая девушка.

Снова вспышка. Ее зрачки расширились и приобрели золотисто-карий цвет. А в моей голове начался несмолкаемый гул, и изредка поверх него возникали и снова исчезали мужские голоса.

– Она умерла?

– … не совсем.

– Что значит не совсем?… Руби…

– … высшая… не умирает… демон…

– … душу… Трий…

Зеркальное изображение начало расплываться, стало нечетким, растекаясь в разные стороны извилистыми струйками.

– … на кой черт… попугай…

– … частица… Несс. Еще… мою… кровь.

– Это еще зачем?.. Хитрокрылый…

Внезапно гладкая поверхность стекла ожила. Непонятные очертания двоились, потом троились, образуя иллюзию, мираж, призрак и вдруг картинка сфокусировалась на нечто устрашающее с перекошенной от злобы физиономией. Круглые красные глаза с черными зрачками, клыкастая пасть, испускающая огонь, огромные как столбы ручищи, заканчивающиеся кривыми когтями и немалые крылья. Одним словом, ДЬЯВОЛ. И я почувствовала первые признаки страха. Волнение, от которого впала в ступор. Не могла отвести от зверя глаз.

Вспышка, но в этот раз с протяжным угасанием. Существо, по ту сторону зеркала взревело и сильно приложилось головой по прозрачному стеклу. Я дернулась, и естественный инстинкт заставил немного отклониться назад. Мне все это не нравилось. Я попыталась отвернуться. Но зеркальное отражение не отпускало. Оно двигалось за мной, постоянно устанавливая зрительный контакт.

Вспышка. Нечисть уже бушевала, рвала и металась, не находя себе места. Она снова кинулось на стекло. И я услышала царапающий звук когтей.

– … быстрее…

– Я стараюсь…

– … еще немного… перевоплотится.

Внезапно внутри меня появилось тепло, а на губах появился привкус сладкого.

Гул в голове усилился, зверь зарычал еще громче и уже всем своим мощным телом прыгнул на стекло, по которому пошли мелкие трещины.

Вспышка. На этот раз свет не угасал, обволакивая все вокруг легкой туманной дымкой. Демон продолжал рычать, пытаясь вырываться наружу и получить полную свободу действий. Трещины увеличивались и в размере, и в количестве. Он продолжал атаку, яростно разламывая преграду. И когда его когтистая лапа, наконец, смогла протиснуться между острой стеклянной щелью, перед глазами снова все поплыло, и я опять погрузилась во тьму.

* * *

Я медленно приходила в себя. Мысли вращались в непривычном заторможенном темпе. Они были отрывисты, эпизодичны, и почти не связаны друг с другом. Встряхнув головой, я попыталась собрать все воедино. Картина воспоминаний поплыла у меня перед глазами, и я почувствовала, что внутри меня стала закипать злость.

– Они догоняют, прибавь обороты! – услышала я взволнованный крик Ама.

– А что, по-твоему, я делаю, – ответил Мэл в тон ангелу. – Моя нога скоро продырявит эту железяку насквозь.

– Как быстро ты опустил мировую тачку до ранга металла, – прохрипела я и тут же застонала.

Ох, черт, что они со мной сделали? В спине жжет, словно прижигают огнем. Не нравится мне все это. Я вроде бы умерла, откуда телесная боль…

Оставаясь в горизонтальном положении, я положила руку себе на грудь и задержала дыхание. Несмотря на несмолкаемый звук мотора и шуршание колес об асфальт, я все-таки услышала биение сердца. Его стук, словно умирающая птица, был таким гулким и медленным, будто вот-вот остановится, но все же был. Значит, человек во мне выжил и теперь неизвестно радоваться мне этому или нет, черт возьми.

Я закрыла глаза и не совсем уверенная в положительном исходе, попробовала сконцентрироваться на болевой точке. Я надеялась, что в моем подсознательном обиталище еще сохранился темный допинг для поддержки бессмертия. Но каково же было удивление, когда меня оттуда просто выпихнули, отправляя наружу с мыслями расслабься. Все уже вылечено до тебя.

Я открыла глаза и попробовала пошевелиться… И правда. Боли нет.

– Несси, ты очнулась, я так переживал… – опомнился вдруг ангел, вырывая меня из размышлений.

– Ам, нашел время, смотри лучше по сторонам.

Мы неслись на очень-очень высокой скорости куда-то вперед, из-за чего меня сильно вдавливало в сиденье. И судя, по предыдущему возмущению, бешеная накрутка километражного счетчика еще спасала нас от погони.

– Угу, – ангел послушно кивнул и сделал, как сказал демон, но без минимального объяснения меня не оставил. – Несс, тебе пока нельзя двигаться. Моя кровь поможет тебе исцелиться, но не так скоро. Ведь это всего лишь какие-то капли, – с сожалением выдохнул он в незнании, что я уже без каких-либо усилий самоизлечилась. – МЭЛ, СПРАВА!

Машина резко подалась в противоположную сторону, и мое тело легко скользнуло по кожаному сиденью. Макушка головы знатно приложилась о дверцу, да так сильно, будто меня только что звезданули дубинкой.

– Твою нафиг мать, каким образом? – прокричала я сиплым голосом, потирая ушибленное место. – И зачем ты влил в меня свою кровь?

– СЛЕВА, – снова прокричал небесный штурман и авто стремительно ушло вправо. Ам на пару секунд обернулся. – Думаешь у меня был выбор?

– Не знаю, – ответила я.

Оттолкнулась руками о сиденье, подняла свое бедное искалеченное тело, почти удобно усаживаясь, ибо меня так и мотало из стороны в сторону. Но все это было мелочью, даже малюсеньким пустячком, по сравнению с тем, что я увидела за окном автомобиля.

Десятки, нет, несколько десятков, словно огромная армия, адских гончих бежали рядом, не уступая нам по скорости, норовя столкнуть машину в кювет. Загробные псы, извергающие из пасти пламя. Дьявольские монстры в два раза, превышающие размер, когда-то виденного мною Грома с кровавыми глазищами.

Их могучие дымящиеся черные туши были покрыты защитными шипами. Размыто передвигая лапами, они приближались к автомобилю, пытаясь его протаранить. Но, благодаря, молниеносной реакции Мэла, сбить нас пока еще не удавалось.

– Мэээл, – протянула я едко, впиваясь в спину демона, который даже как будто уменьшился в росте, однозначно признавая передо мной свою вину. – Объясни, недогадливой, почему за нами гонятся эти «милые» собачки?

– Потому что кое-кто, не будем называть его имени, хочет тебя наказать. Вырвать из твоей груди трепыхающееся сердце или еще раз пырнуть магическим ножичком, чтобы окончательно добить, а потом забрать в рогатый домик.

В этот момент одна из псин здорово приложилась в правый бок. «Мазду» повело влево. Она почти перпендикулярно развернулась и боком несколько метров пронеслась по ночной дороге вперед.

Я обеими руками вцепилась в пассажирское сиденье Ама. Все происходило, как будто в замедленном темпе. Мэл пытался справиться с управлением. Он не нажал сразу на тормоз, наоборот, демон еще сильнее вдавил педаль газа и, вцепившись в руль, начал медленно выравнивать черную ласточку в исходное положение. И когда у него это получилась, мы снова с бешеной скоростью дернулись вперед.

– И что теперь делать… – мой голос утонул в реве двигателя.

– ВПРАВО, – закричал ангел, смотря в зеркало заднего вида.

Как вдруг на крышу автомобиля приземлилось что-то тяжелое. Неизвестное тело начало бить по ней оставляя глубокие продавленные вмятины, будто хотел проломить метал насквозь. Удар за ударом.

Мэл пытался сбросить его, крутя руль в разные стороны, но бестолку.

– Черт, черт, черт, – взорвался он от своего бессилия что-нибудь сделать.

– Попробуй притормозить, – предложила я, но стоило ему глянуть на меня через зеркало заднего вида, сразу поняла, свою глупость. Гончие незамедлительно оккупировали бы со всех сторон.

– Придется лезть на крышу, иначе он вскроет ее, как консервную банку, – пришла чернокрылому мысль.

– Я справлюсь с ним, – кивнул Ангел.

– Нет, я пойду, – бросил Мэл твердо. – Нужно сделать рокировку, – убедившись в готовности Ама, демон открыл на ходу дверь, и с криком, не сбавляй скорость, исчез.

Теперь моим Шумахером стал Ам. Совершенно не уступая предыдущему экстремалу в мастерстве ускоренного вождения.

Удары прекратились. Я обернулась и увидела, как от машины отлетела переломленная пополам сущность, напомнившая мне рогатого демона из учебников демонологии. Низший ранг, но именно из таких особей в основном состояло ядро боевой силы Ада. И раз так, то сейчас, помимо песиков, нас нагонят еще и эти твари. Что, собственно, в скором времени, и произошло.

Сощурив глаза, я увидела их приближение. Сквозь рев двигателя, я почти слышала, как Рогачи передвигались, разбивая копытами асфальт. Они стремительно нас догоняли.

– Ааам…

– Я стараюсь Несс, выжимаю все, что могу, – оправдывался ангел.

На крыше снова началась бойня. Слышались крики, треск, вопли и проклятия. Потому я мигом перелезла на переднее сиденье, приоткрыла окно, просунула руку и повернула боковое зеркало вверх, дабы увидеть происходящее своими глазами. Заранее вообразив сражающегося Мэла, размахивающего в разные стороны огненным мечом. Но оружие, как оказалось, ему не потребовалось. Зачем оно ему, когда он просто встречал Рогачей, осмелившихся запрыгивать на крышу автомобиля, демонической силой. Он словно ловил их, исчезая из поля видимости, просчитывал направление ударов, сбрасывал друг на друга. Одними руками вырывал им сердца, ломал кости, отрывал бычьи головы, выпуская всю ненависть, накопленную за долгие сотни лет в Инферно. Жестоко и беспощадно убивал адских зверей превратившись (надеюсь на время) в некое подобие их.

Искривленное от ярого бешенства лицо, горящие пламенем глаза, животный рык с каждым наносимым по монстру ударом, все это никак не укладывалось с прошлым Мэлом. Но он был.

– Что там? – спросил Ам.

– Ничего хорошего, – заключила я мрачно, продолжая наблюдать за кровопролитной схваткой.

Рогачи хаотично, словно назойливые мухи, слетавшиеся над падалью, набрасывались на демона один за другим. На миг наши глаза встретились, и я прочитала желание разорвать всех до последнего. Ненависть затопила его сознание до самого дна. Жажда добить, порвать на куски, испытать облегчение стало его главной целью. Но, как бы Мэл не старался, Рогачей становилось все больше. А это уже попахивало обреченностью. Абсолютной обреченностью, где даже смерть становилась только началом.

– Почему вы не телепортировались? – спросила я, метнув на Ама сердитый взгляд.

– Куда? Трий нашел бы тебя в любом месте. В ваших жилах течет одна кровь, – ответил он, смотря только на дорогу, и лишь изредка поглядывая в зеркала, ибо гончие уже почти вплотную приблизились к машине. Я почувствовала толчок в левый бок. – Ну, и не знали, сможешь ли ты выдержать телепорт.

Мэл уставал. Его удары уже не были настолько сильными и уверенными, как вначале. Он, как и я, понимал, что нам сейчас надо было что-то сделать.

– Плевать на Трия, Ам. Мэл со всеми не справится. Гончие оккупируют. Рогачей становится все больше и больше. Нужно бежать.

Я посмотрела на собак. Они не оставляли попыток перевернуть нас, сужая коридор. Несколько псов вырывалось вперед.

– Боюсь, далеко мы не убежим, Несс, – грустно произнес Ам.

– Предлагаешь сдохнуть сразу? Могу помочь стать первым, – разозлилась я.

– Нет, всего лишь предупреждаю. Держись! – крикнул Ангел, как можно громче, чтобы его услышал Мэл.

Ангел резко повернул руль налево, выехав на встречную полосу, и тут же направо, со всей мощью накатывая правым бортом на Гончих, сбивая их и раздавливая колесами. Но умелый водила просчитался. Несясь на огромной скорости машину по заснеженной трассе, начало заносить. Амур пытался выровнять, но руль ему не подчинялся. Нас все дальше и дальше тянуло в правую сторону. Тогда я поняла, что это тот самый момент для отвлекающего маневра и побега в том числе.

– Жми на тормоз! – крикнула я Аму.

– Что? Зачем?

– Жми, я сказала, – настаивала я, надеясь на малейшую дорожную неровность, чтобы авто перевернулось, раскидав тем самым вновь прибывших на крышу Рогачей, и изрядно помнет еще парочку псов. Дав тем самым нам немного форы. И как только почувствовала тягу назад, я схватила Ангела за руку. Под ожидаемый скрежещущий звук, рывком телепортировала его и себя в открытое ночное снежное пространство в сотни метров от аварии. Через мгновение рядом оказался Мэл, взметнув в воздух снег.

– Хорошо придумано, – произнес он спокойным голосом, держа в руке трескающий, словно костер, полыхающий меч. Он освещал наши фигуры, отбрасывая на снежную поверхность искаженные подрагивающие тени. Потом демон опустил его вниз и огонь постепенно сошел на нет.

– Угу, – я наблюдала за переворачивающейся машиной и пламенными псами, норовящих ее окружить. Видимо, они еще не поняли, что внутри уже никого нет.

Глава 17

Лунная ночь позволяла рассматривать почти все детали происходящего на загородном шоссе. В принципе, правильный ход, во избежание свидетелей или человеческих жертв. Авто заскользило крышей по льду издавая соответствующий пискляво-скрипучий неприятный звук. Рогачи прибывали в составе несчетного количества. До нас доносился грозный рык, следом истерический визг, обезумевший лай. И сейчас, видя разворачивающееся зрелище не для слабонервных, мне захотелось, чтобы все это стало неправдой. Обычным кошмарным сном, который постепенно затуманится и выпустит из царства Морфея. Чтобы все это было только в моей голове, надуманный мир со сверхъестественными издержками или затяжной галлюцинацией. Потому что не сложно было догадаться, что последует дальше.

– Как думаешь они отстанут?

Я напряженно посмотрела на Мэла, надеясь на какой-нибудь знак, намек на утвердительный ответ в его огненных глазах, но он даже не взглянул на меня. Он поднял голову вверх и принялся смотреть в звездное небо, словно хотел там что-то увидеть. От его ледяного молчания мне становилось не по себе. Я невольно повторила его движение и услышала:

– Нет.

Всего одно слово, а сколько смысла…

Но, с другой стороны, к этому вс шло. Разве можно спастись от нечисти одной телепортацией? И главное куда? Не на другую же планету… Это уже из рода фантастики, усмехнулась мысленно. Хотя, было бы неплохо.

– Дааа уж, – лениво протянул Ам, переступив с ноги на ногу. Потом тоже глянул вверх и обернулся. – За нами лес, дальше обрыв. Как ты говорила, – удостоил Амур меня полувзглядом, – от смерти бегством не избавишься. Так что я тоже не вижу смысла уносить ноги. По той простой причине, что некуда.

– Будем сражаться? – спросила я, и со стороны дороги послышался надвигающийся шум.

Мы одновременно посмотрели вперед. Инфернальные монстры наконец-то отпустили железного помятого коня и двинулись в нашу сторону.

– Знаете, – начала я не сводя глаз с надвигающегося на нас «пожара» смерти, – при встрече с ними, думаю, лучшим способом было бы, наверное, успеть себе сделать харакири, чтобы не чувствовать, как тебя пережевывают, и не слышать треск своих костей.

– Ты как всегда в черном репертуаре, – улыбнулся Ангел, материализовав в руке серебристый меч. Он взялся двумя руками за рукоять, расставив ноги, и поднял его перед собой.

– А меня удивляет, почему эти твари до сих пор еще не здесь. Точно издеваются, – Мэл же, вновь вспыхнувшим мечом выводил на снегу непонятные зигзаги, задумчиво посматривая из-под бровей на приближающегося врага.

И правда. Все происходило, будто в замедленном темпе. Ведь могли же телепортироваться, и застать нас врасплох. Но сюжет почему-то именно в этом месте начал проседать.

– Кстати, а мне чем защищаться? Ясное дело магией, но оружие тоже не помешало бы.

– Представь его и все, – подсказал Ам.

– Так просто?

– Ну да. У всех демонов оно есть, как и у ангелов.

– И ты только сейчас мне об этом говоришь?

Амур посмотрел на меня изумленным взглядом.

– Несс, я думал, ты знаешь.

– Представь себе – нет. Как-то случая не представлялось, – язвила я.

– Черт, детский сад, – проворчал Мэл. – Как будто заимей ты сейчас меч, замашешь им, словно ветряная мельница, расшвыривая всех подряд направо и налево.

– И то правда, – поддержала его ангельская мужская солидарность, на что я фыркнула и вдруг поняла, что мы внезапно остались совершенно одни. Пустое заснеженное поле, одинокая перевернутая машина на шоссе, яркая таинственная луна и тишина. Такая, что я мгновенно ощутила страх. Мое тело оцепенело, мурашки размером с пшена покрыли кожу, адреналин в крови зашкалил.

– Куда они пропали? – спросила я почему-то шепотом, сообразив потом, что боялась спугнуть возможную удачу. Хотя, о чем я? Всем известная фортуна, похоже, уже давным-давно повернулась ко мне своей филейной частью без права на положительный поворот. Вроде – сама попала, детка, тебе из этой заварухи и вылезать.

– Может, они решили нас отпустить? – предположил Ам, все так же удерживая перед собой меч. Он повернулся ко мне спиной и, медленно отступая назад, прикрыл меня справа.

– Конечно, особенно после того, как я зверски изрешетил их сородичей, – Мэл повторил движения ангела, и я оказалась практически зажатой между спинами мужских особей. Только легче мне от этого не становилось. Но со стороны, думаю, наше трио ночью, посередине белого поля, выглядело круто. Два контрастно пылающих меча и миниатюрная демонесса с округлившимися от страха глазами.

– Своих сородичей, – поправил Ам нудной правильностью.

– Какая теперь разница, один хрен для них я сейчас тоже враг.

Неожиданно где-то вдалеке крикнула птица, и мы одновременно вздрогнули. И я почувствовала, как меня все больше и больше охватывает волнение, и чем дольше мы пребывали в состоянии неизвестности, тем сильнее оно проявляло себя. В конце концов, у меня даже слегка затряслись руки.

– Защитнички, – усмехнулась я. – Штаны-то хоть сухие?

– Несс, ну все мы… – Ам запнулся, так как понял, что чуть не сказал глупость.

– Кто, люди? – продолжала я ухмыляться, скорее от нервов.

– Он хотел сказать, что умирать никому не хочется, будь ты хоть кем.

– Ой, Мэл, и как я сама не додумалась. Нашел время умничать. И вообще, если я все-таки выживу, кошмары мне обеспечены на всю бессмертную жизнь. А все из-за тебя, – толкнула я локтем Ама.

– Как вариант могу предложить написать книгу.

– Чего?

– Ну, книгу, как лучшее средство, чтобы избавиться, вырвать, выплеснуть накопившееся и с облегчением выдохнуть.

– Ага, и сожги ее потом, – бросил Мэл с иронией.

– Ну, зачем так сразу…

– Тихо, – шикнул Мэл. – Я что-то слышу.

Мы резко притихли, и я почувствовала, как тело демона напряглось, превращаясь в каменную стену, для которой главное сейчас было меня защитить.

Вначале, кроме гробовой тишины я ничего не слышала, но спустя несколько секунд до нас начал доносится жуткий гул вперемешку со свистом, словно приближающийся издалека Боинг. Звук усиливался, и мне вдруг очень захотелось на все плюнуть, просто плюнуть и погрузиться в живительный сон, и будь что будет. Но собрав себя в кулак, не обращая внимания на видимую дрожь по всему телу, я подняла голову и приготовилась встретиться лицом к лицу с НЕЧТО. С тем, кто загнал нас, как баранов на бойню без единого шанса на жизнь. Кто напустил свору адских псин. Кто решил стать самым страшным злодеем в моей истории. И раз пошла такая песня, то ему придется еще очень сильно постараться, ибо ни я, ни Мэл, ни Ам так легко сдаваться не собирались. И пускай у меня не было сверкающего сверхъестественного меча. Пускай у меня не было огромных, в мой рост, иссиня – черных крыльев, с блестящими скользкими перьями. Пускай до сих пор оставалась полукровкой, сейчас я определенно чувствовала внутри себя такое же НЕЧТО, которое ни за что не даст мне проиграть, сколь сложной ни оказалась бы игра. Сила, подобная той, что сейчас оглушающе к нам приближалась. Зверь с рождения, данный мне таким же зверем… Да, я чувствовала, четко понимала, почти ощущала его присутствие. Это был ОН. И на этот раз одним ударом в плечо, чтобы избавиться от него, не обойтись.

Будто ворвавшийся в атмосферу метеорит, оставляя за собой в небе горящий след, он ударил в землю в нескольких метрах от нас. Мощным приземлением сотрясая и оглушая все вокруг, подняв в воздух снежный ураган. И я мрачно уставилась на того, кто начал представать перед нами сквозь оседающую пыль снега.

Думаю, многие помнят ощущение жути, когда, пробудившись от кошмара, еще продолжаешь видеть очертания монстра из сна во мраке комнаты. Потому что какие-то остатки образов из сновидений еще некоторое время сохраняются на сетчатке глаз. И в эти мгновения кошмар видится и ощущается, как самая настоящая реальность. И это ужаснее всего – считать, будто тварь из сна находится здесь, наяву, в твоей комнате. Однако, если из ужасного сна можно улизнуть в явь, то от кошмара в реальности убежать некуда. Потому секунды, проведенные человеком на грани сна и яви, наверное, одни из самых страшных секунд в его жизни.

Я сейчас испытала нечто подобное, уставившись на выпрямляющегося во весь рост отца. И то, что это был он, не сомневалась.

Трехметровое полыхающее тело, источающее злое величество. Огромные черные рога, торчащие из гладкой макушки, и ярко-красная физиономия, словно его несколько раз окунули в кипяток. В открытой пасти виднелись острые ряды зубов, и два внушительных клыка, которые так и норовили вылезти наружу. А за спиной широкие обтрепанные крылья, позаимствованные у очень большой летучей мыши. В общем, впечатляющая демонстрация бездонной силы и внушительной угрозы. И сейчас этот представитель элитной адской среды возвышался над нами, упираясь темно-коричневыми чешуйчатыми ногами в землю.

Первое что мне пришло в голову это метнуть в демона огненный шар. Но он навряд ли пробьет его бронированное черным металлическим доспехом тело… Или все же попробовать? Если Мэл прав и Трий действительно решил меня утащить в ад, то без реактивного сопротивления не обойтись. Мне и на поверхности неплохо жилось. Я не хочу в преисподнюю. А ведь могла покончить с этой нежданной напастью всадив ему Руби прямо в сердце, но к моему, видимо, уже плачевному сожалению, промахнулась.

– Нееессса, – неожиданно протяжным басом протянул Трий, впиваясь в меня черными глазами.

Я невольно вздрогнула, нервно сглотнула, а по спине побежали легкие мурашки. Ам и Мэл еще теснее прикрыли меня спинами.

– Нееессса, – повторил Трий.

Казалось, что шипящий голос был уже в моей голове настойчиво пытаясь подчинить себе. Мне стоило огромных усилий, не поддаваться ему и отогнать не нужные заманчивые мысли. А их у меня было предостаточно.

С одной стороны, меня привлекала рьяная мощь и сила инферно. Безнаказанное могущество, перед которым склоняли колени тысячи, нет десятки тысяч низших. Перспектива стать истинной Демонессой, ради нескончаемого удовольствия пожирать людские души до самой капли. Бросать несчастных и наслаждаться страданиями. Ведь это так просто. И стоит сделать всего пару шагов, и настанет легкая, беззаботная обеспеченная вечность.

Но с другой стороны (я с сомнением уставилась в спину Мэла) статус покорной рабыни его величества зла, восполнять пробелы инфернального энергетического котла, проклято вкалывать на злость рогатым… да с чего бы мне такое «счастье» вдруг? Жила себе преспокойненько на поверхности и дальше буду так жить. Эх, нет во мне патриотического духа. Ну да ладно.

– Оставь ее, – с долей пафоса сказал Мэл, отвлекая меня от размышлений.

– И отправляйся туда, откуда пришел, – добавил Ам, как обычно воистину тактично, на что клыкастый демон издал изумленный возглас и расхохотался. Да так громко, словно над нами только что пронесся громовой раскат.

Честно сказать, будь я на месте Трия, тоже не сдержалась. Но хочу отметить, демон, похоже, бросаться на нас не спешил, а это значит, что есть вероятность некоего подобия переговоров. Да, почему бы в самом деле не побеседовать и не попробовать вразумить папочку, что я уже достаточно взрослая девочка и сама могу решать, в каком мире мне существовать.

Я растолкала своих пернатых «рыцарей» и с поднятой верх головой сделала шаг вперед. Мэл схватил меня за руку, в попытке увлечь обратно, но сжав кулак, я резко вырвалась. Смех Трия погас так же быстро, как начался.

Какое-то время мы просто стояли, меряясь сухими ничего не выражающими взглядами. Но потом мне показалось, что в его глазах мелькнуло сомнение.

– Ты получил Руби, зачем тебе я? Хочешь убить за то, что метнула кинжалом? – я старалась сохранять спокойствие и всем видом показывала безразличие.

– Следовало и убить, – произнес он угрожающе и вокруг его могучего тела начал сгущаться туман, окутывающий демона в кокон, словно извивающаяся анаконда. – Но можно обойтись простым наказанием, – добавил Трий, выныривая из туманной капсулы уже в обычном человеческом облике. – Двадцать ударов розгами, будет достаточно.

Ничего себе достаточно, возмутилась про себя, вспоминая описание пыток, о которых рассказывал Мэл. Не Руби, так розгами добьет.

Трий остановился в нескольких метрах от нашей бравой троицы и замер. Черные демонические глаза сверлили меня, как дрель штукатурку – того и гляди продырявит насквозь. Он снова перевоплотился в уже знакомого мне Дмитрия. В темноволосого слащавого типа с тонкими губами и худощавым скуластым лицом, от которого так и веяло жестокостью. Он был одет во все черное, для пущего устрашения с маской хладнокровия на лице. И сейчас это было чистое зло в своем наилучшем воплощении.

Вот ни – ког – да он мне не нравился. Почему, почему я не прислушалась к себе и не просканировала Дмитрия еще полгода назад, когда Катя однажды нас познакомила. Помнится, я тогда почувствовала неладное, но жизнерадостность подруги, ну, и вполне правдоподобное поведение бойфренда (невинные шуточки, демонстративное проявление нежности к своей женщине, интеллигентность…) как-то само собой у меня отбило желание поверки. Даже несмотря на постоянный тревожный звоночек, стоило нам встретиться в том или другом месте. Но в большинстве случаев списывала на возможную мнительность, когда на самом деле это было всего-навсего повеление Трия. ОН хотел, чтобы я так думала. Так же, как и Мэл заморачивал, и внушал доверие к собственной персоне, что у него получалось.

Внезапно я увидела, как от демонического тела в мою сторону потянулись черные, точно смола нити. Видимо, те, самые, про которые рассказывал Ам, в процессе лечения. Я мгновенно сообразила, что Трий хочет снова подчинить своей воле. Отреагировала быстро. Уплотнила астральное тело и нарастила на нем длинные едкие шипы.

Демон вздрогнул. Гримасы на его идеальном лице сменяли одну за другой – от дикого удивления до злости и даже ярости. Но быстро, совладав с собой, он вернул пустое безразличное выражение, невольно сделав шаг назад. Я же удивилась, что смогла увидеть его неожиданную атаку. И главное, как вовремя… Неужели не состоявшийся переход в иной мир перепрограммировал мою магию на более совершенную, и я обрела новую способность видеть ауру теперь уже не только человека? Ведь стоило повнимательнее к нему присмотреться, как моему взору открылась кишащая черными, размером со змею каждая, нитями, темная оболочка. Червячные нити двигались в разные стороны, словно живущие сами по себе и выглядело это весьма жутко.

– Что ты сделал с Катей? – спросила я, сдерживая волнение за подругу, досадуя, что глупый порыв кинжалом в плечо, скорее всего, стал роковым.

– Ничего особенного, – тонкие губы Трия растянулись в хитрой ухмылке.

Он щелкнул пальцами, и на снегу появилось распростертое тело темноволосой девушки, облаченное в легкую верхнюю одежду. Она лежала совершенно недвижно с закрытыми глазами. Я сразу дернулась к ней, но Ам успел меня перехватить. Одной рукой охватил талию, рывком приподнял и вернул на место.

– Не будь импульсивный, он только этого добивается. Катя жива, всего лишь в темной отключке, – сказал он тихо, что меня совсем не успокоило, однако, ангел был прав. Отсеяв посторонние звуки и сфокусировав взгляд на подруге, я отчетливо услышала мерное дыхание. Слабое, но все же оно было.

Пока я убеждалась в словах Ама, Мэл вышел вперед и переключил внимание Трия на себя:

– Чего тебе неймется? Несс не пойдет с тобой, неужели не ясно?

Чернокрылый нахмурил брови, поднял оружие и принял боевую стойку. Кстати, ауру Мэла я теперь тоже видела. Темный пульсирующий туман, обволакивающий его со всех сторон, переливаясь красной волной из-за бушующей внутри злости.

– Да, ему, похоже, просто не терпеться получить парочку фингалов и столько же переломленных ног, – усмехнулся Амур, отпуская меня. Его меч сверкнул и Ам искусно крутанул им, разрезав воздух со свистом. Выглядел он при этом не менее грозно Мэла.

– Предлагаешь начать с головы? – оскалился Мэльхам.

– А на кой она ему, – чуть согнув колени, ответил Ам в предвкушении славного сражения.

– И то, правда. Тупой башке место только в мусорке, – провокационно заявил Мэл. И мы оглянуться не успели, как та самая надвигающаяся на нас стена монстров, появилась в нескольких метрах, окружив плотным кольцом.

Звероподобные рычащие типы, держали в когтистой лапе наготове меч с зазубриной. Несколько десятков Рогачей в первой шеренге, гремя цепью, сдерживали гончих, норовящих вцепиться нам в глотки, туго натягивая металлический поводок. И все это сопровождалось несмолкаемым рыком и истерическим ржанием. Весело, в общем. Поговорили, дипломаты хреновы. Точнее договорились…

Хотя, странно, зачем демону тратить столько темной боевой мощи на одного ангела, низшего демона и меня – еще получеловека. Понимаю, что от подлой нечисти этого ожидать стоило. Но все же? Зачем? Неужели Триюшка нас побаивается?

Я опустила глаза и снова посмотрела на Катю. Клубок черных червей неистово копошился над ней, потихоньку подпитывая Трия остатками человеческой энергии. Катина, почти прозрачная аура еле – еле светилась, каждый раз подрагивая, соприкасаясь с демоническими нитями. В некоторых местах я заметила зияющие дыры, а это значило, что подруга практически на грани между жизнью и смертью.

– Предлагаю бартер, – я подняла голову и наткнулась на ехидно улыбающегося отца. – Оставь ее в живых, взамен ты получишь меня.

– Нет, – фыркнул он коротко. – Не в этот раз.

Демон согнулся над телом девушки и по-хозяйски провел по нему рукой, начиная с хрупких плеч останавливаясь на ягодицах.

– Ее я хочу тоже. Лишних наложниц не бывает, – с гнильцой проговорил он, окидывая Катю недобрым взглядом.

– Если ты ее не отпустишь, то наложницы тебе не понадобятся вообще, – пригрозила я холодным тоном и сконцентрировалась над внутренней темной силе настолько, насколько смогла. Понимание того, что, Катя по моей вине оказалась в лапах демона, вызвало дикий неконтролируемый немой вопль. Уж кто-кто, но она этого точно не заслужила.

– Несси, милая, ты видимо не совсем понимаешь ситуацию, – Трий встал, развел руки и многозначительно обвел армию взглядом. – Вы проиграете сразу, как только начнется бой.

Он с гордым видом немного прошел вдоль линии Рогачей. Мой взгляд заскользил по их кривым мордам, на которые без отвращения и взглянуть-то нельзя. Очень захотелось оторвать их головы с корнем, но сдержалась. Всему свое время, сказало мне вдруг мой темный зверь. Жертв сегодня будет предостаточно.

– Милая, говоришь… Еще какая. А также печать совершенства, полнота мудрости и венец красоты. И если ты сейчас не сделаешь, как я говорю, то станешь первым в моем списке DELETE.

Мои руки постепенно начали раскаляться. Я практически чувствовала электрический заряд между пальцами. Потому разжала их и приготовилась материализовать шар.

– Не честно, получается, – задумчиво протянул Мэл, проследив за вышагиваниями Трия.

– Тебе ли упрекать Мэльхам? – сказал демон. Уголки его губ растянулись в довольной ухмылке. – Да и возиться с вами некогда.

– Ну да. Один на один слабо, как обычно. В таком случае уровняем шансы, – выдал Мэл, как будто только что о чем-то вспомнил.

– Что ты задумал? – Трий быстро телепортировался обратно – к телу Кати.

Мэльхам тем временем стремительно воткнул меч в землю, и, склонив колено, и опустив голову, громко произнес:

– ФРАААТРЭС!

Что на языке пайсаша (демонический лексикон) означало брат. Я не сразу поняла, кого именно призывал Мэл. По сути, я вообще недоумевала над происходящим. Но внезапное действо чернокрылого меня удивило. В голове сразу возник вопрос, а чего раньше не позвал? Но, Мэл, похоже, с самого начала ждал момента для подмоги. И этот подходящий момент настал.

После того, как угасло последнее удаляющиеся в ночи эхо, наступила кратковременная тишина и все в ожидании притихли, когда вдруг:

– Развлекаешься без меня?! – услышала я знакомый голос.

– Еще не начинали, – ответил Мэл.

– Циас… – на мгновение я даже дар речи потеряла. Неожиданная помощь. И чуть повернула голову.

Он стоял по левую руку рядом с Мэлом, как всегда, в неизменном байкерском стиле.

– Удача тебе не изменяет! Ты до сих пор жива! – произнес он, самодовольно подмигивая.

– Она улыбается тому, кому надо, – усмехнулась я в ответ и дальше Мэлу. – Брат?!

– Да, расскажу потом, – оскалился он криво, но при этом явно нервничая.

Ясное дело, даже несмотря на то, что Циас явился еще с парочкой таких же, как он байкеров – демонов, нас все равно было очень мало.

– Обязательно, – я кивнула и снова перевела взгляд на Трия. Вокруг моих пальцев уже вовсю плясали электрические искры.

– М-да, – инфернальная элита издевательски цокнула языком. – И это ты называешь уровнять шансы? – он еле сдерживался от нового приступа хохота.

– Нет, – тут же подключился мой белокрылый друг.

И дальше началось еще интереснее. Я прямо-таки ощутила, как ангел резко поднял светящийся меч в небо, и громко:

– БХРАААТАРЫ!

Этот язык я не знала, но слово говорило само за себя. По инерции подняла голову, и посмотрела в звездное небо. Мерцающие точки вдруг начали перемещаться, увеличиваться в размере и как метеоритный дождь понеслись в нашу сторону, оставляя за собой след мраморный полосы. Как ракеты, мощным излучающим светом, прорезая ночь, они перед приземлением ускорились, и врезались в землю, подняв в воздух снежную пыль.

Амур вызвал троих небесных воинов. Вот что открылось нашему взору, стоило снегу осесть.

Ангелы были полностью окутаны легким бело-серебристым свечением, словно вторая кожа, четко повторяющая каждую линию тела, одежды. Туманная, всегда движущая дымка с мелкими серебряными кристаллами. Она переливалась и иногда отблескивала золотом. Хм… Если вспомнить предыдущую реакцию, на это явление, то ни раздражения, ни ненависти я к ним сейчас не испытывала. Даже, больше скажу. Ангелы с видимой источающей силой были для меня само собой разумеющееся. И как мне теперь к этому нужно было относиться, я пока не могла понять. Но в любом случае, сейчас я чувствовала себя намного увереннее, нежели пять минут назад.

– Это… впечатляет, – усмехнулся Трий уже не так радостно. – Девчонку живой, остальных убить, – без лишних церемоний, вдруг подал он сигнал. И Рогачи, издав воинственный рев, спустили собак с цепи, кидаясь следом за ними.

Глава 18

Долгожданная развязка.

И в моей голове, будто что-то щелкнуло со словами: «– Все, детка, отвали. Пора подключать настоящую артиллерию». С чем я и согласилась.

Мои руки наконец-то вспыхнули. Первую партию темных встретила знатными электрическими шарами, вместо огненных. Удивляться еще одной новообретенной способностью времени не было. Сейчас у меня вообще не было никаких мыслей, казалось, что в этот миг они просто сдохли, и все движения происходят механически. Неожиданное желание убить всех затопило мое сознание, а панорама из рогатых тварей еще больше вдохновляла к жесткости и злу.

Электрические сферы поражали псов, сжигая их за доли секунды. Казалось, что сейчас это было единственным видом силы, которым я владела и признавала, как самое эффективное, хотя понимала – шансы выстоять против тучи врагов были близки к нулю, но я продолжала бороться, выстреливая шарами точно в яблочко.

Получив смертоносный удар гончие, не успев приблизиться, в агонии визжали и поваливались на снег, заживо сгорая. Я же продолжала метать сферами, и скуление превращалось в «стерео». И пока занималась псинами, один из Рогачей в этот момент уже практически приблизился ко мне. Пять шагов, четыре, три… Буквально на расстоянии вытянутой руки я увидела его ненавидящие глаза, клыки размером с половину моего указательного пальца, и даже слюну на деснах. Я быстро прицелилась, и заставила зверюгу остановиться, вырвав из его плоти кусок, после чего нечисть замертво повалилась и исчезла.

Но захваченная боем, я все же краем глаза наблюдала, как сражаются остальные.

Первую гончую Мэл разрубил мечом и по инерции ударил вторую ногой. Она отскочила, грациозно развернулась в прыжке и снова бросилась на демона яростно желая в него вцепиться. Он успел вытащить меч из мертвой исчезающей собачей тушки и встретил псину ударом по хребту. Та повалилась набок и истерично скуля, стала извиваться. Мэл добил ее ударом между ребер, и резким движение свернул мерзкую гладкую шею. Все произошло быстро.

Чуть развернувшись, я увидела Ама. Он в свою очередь тоже отбивался от атак. Его белое одеяние в тон со светящейся аурой, разительно контрастировало среди черноты и кровавой бойни. А сверкающий меч был, словно продолжение руки, настолько он искусно им оперировал, размахивая из стороны в сторону поражая Рогачей одного за другим.

Эта была зрелищная битва на выживание. Мощный трейд сцепившихся между собой сверхъестественных существ. Все двигались с невероятной скоростью, создавая размытый снежный вихрь.

– Вот она – смерть! Я вижу ее! Я просто обожаю эту настырную сучку! Ну, иди же ко мне! – неожиданно раздалось практически у меня над ухом.

Я сразу узнала голос Циаса. Этот рокер псих, похоже, совсем обезумел. И сейчас он самоубийственно кидался на адских монстров.

Мне же ни умирать, ни кричать чего-то подобного не хотелось. Я жаждала одного: выжить! И плевать на чье-то бахвальство и героизм! Я хотела жить. И неважно, в каком обличье – демон или человек. Жизнь – вот, что было для меня сейчас главное.

Не знаю почему, но видимо интуиция подсказала, что сейчас мне нужно было найти Ама. И не ошиблась.

Ангел грациозным движением ушел с линии очередного удара, низко пригнулся, и вдруг я увидела за его спиной еще парочку Рогачей. Нечисть подлая!

– АМ, – крикнула я в предостережении.

Он сразу понял и отскочил, развернувшись в прыжке. Несколько раз перескочил взглядом с одного на другого, сделал пару шагов назад. Оба противника, одетые в черные доспехи, дабы усложнить бой, когда мы были практически в только легкой одежде, ухмылялись. Один из них гнусно хохотнул и указал своим изогнутым когтем на меня.

Меч Ама сверкнул, и этот самый коготь вместе с пальцем упал на снег, брызгая вокруг себя черной кровью. Рогач собрался громко завопить, но Ангел молниеносным ударом проткнул ему грудь, и вопль застрял в глотке рогатого. Не теряя время, Ам быстро оттолкнул ногой тело, после чего оно просто вспыхнуло огнем, растворяясь в воздухе и приготовился к нападению его сородича. А тот и не собирался с ним затягивать. Злобно рыча, он кинулся на него, занося над головой клинок.

Мэл дернул меня вправо, когда Ам снова ловко ушел в сторону, ухватился за меч двумя руками, крутанул его над головой так, что показалось, раздался не свист, а угрожающий рев и одним махом отрубил Рогачу голову.

Но та еще даже не коснулась земли, как я увидела, что нас уже снова окружает десятки монстров. Их бычьи физиономии кривились довольством, а в черных глазах читалась жажда крови. Оскаленные в ухмылке рты позволяли хорошо разглядеть огромные клыки, торчащие сверху. Предвкушая победу, Рогачи подняли радостный шум и начали приближаться.

На мгновение я подумала о том, что будет, если попаду в их среду обитания, как буду жить рядом с подобными, и, не доведя мысль до конца, материализовала несколько электрических сфер одновременно. Я метнула их в рассыпную, вложив в каждую всю свою жгучую ненависть. И результат не просто оправдал ожидания, а превзошел на все сто процентов, продырявив противников насквозь. Цепной реакцией подверг близко стоящих аналогичной судьбе. Это испугало разогнавшихся в нашу сторону низших, из-за чего остальные напротив нас, резко притормозили, стали беспокойно оглядываться и медленно отступать. Почувствовав их страх, я довольно оскалилась. Материализовала еще несколько подобных сфер и с угрожающим рыком шагнула навстречу.

– Да, малышка, сделай их, – услышала я довольный возглас Ама и повернула голову, чтобы кивком подтвердить вкус приближающей победы, как услышала бешеный рев, и мое дыхание, показалось, умерло навсегда.

В немом крике я бросилась к раненому Аму отчетливо видя торчащую рукоятку Руби в его груди, как вдруг почувствовала обжигающую волну взрыва, и меня отбросило назад. Успев в полете сгруппироваться, я как кошка приземлилась на согнутые ноги и тут же начала оглядываться в поиске своего ангела – хранителя. Он лежал в нескольких метрах средь продолжающей бойни и над ним уже склонился Мэл. Я снова двинулась к нему, как опять была отброшена в сторону. А потом еще раз, и еще раз. Но безрезультатно.

– Несс, мне жаль, – донесся до меня тихий голос Мэла.

– Нет, – прокричала я, и раз за разом продолжала попытки приблизиться к Аму.

Но Трий меня к нему не подпускал, отбрасывая все дальше и дальше, что меня практически привело в бешенство. И в момент, когда мое сознание полностью переместилось в темную энергозону, пальцы сами собой в предвкушении хищно сжались, тело напряглось, словно перед опасным прыжком я остановилась и медленно развернулась к демону лицом к лицу. Не видя уже никого и ничего вокруг, кроме него, ибо сейчас я находилась далеко за пределами разумности. Была только одна цель – ОН. Одно желание – УБИТЬ. Один шанс – ОТОМСТИТЬ.

Он смотрел на меня ненавидящим взглядом. Губы кривились и в бешенстве подрагивали, когда я, напротив, была самим спокойствием с мрачной ухмылкой, потому что чувствовала его мощную силу, как свою.

– Теперь понимаешь до чего может дойти твое упрямство, – в его руке сверкнул металл, и я увидела Руби, который он легко вернул обратно, ментальным приказов выдернув из тела ангела. – Сопротивляться бесполезно.

– Ты сдохнешь, – прошипела я, чувствуя, как внутри растет темная жажда, и, отбросив все мысли о бессмысленности, сделала первый и единственный выпад электрической сферой, скажем так – пробный на прочность. Но в этот миг меня что-то справа обожгло, запульсировало. Да так сильно, что рука машинально дернулась вниз, пытаясь зажать то место, где возникла невыносимая боль. Но стало только хуже. Я подняла руку, посмотрела. Подпаленная одежда и глубокая рана.

– Несс, не надо, – прокричал Мэл, кидаясь ко мне.

Зажимая руками бок, я обернулась и увидела, что Трий не подпустил его, откинув взрывной волной на добрые десятки метров назад.

Я же рухнула на колени. Земля поплыла, завертелась перед глазами. Я ненадолго вдруг увидела звездное небо, превращающееся над склонившегося надо мной Трия.

– Неужели, ты решила, что сможешь победить меня моей же мощью? – спросил он, расстроено покачав головой – Ты разочаровала меня, Несс. Хотя, какая яблоня, такое же и яблоко. Копия матери. Тупая стерва с маниакальным чувством мщения. Никчемная полукровка с безрассудным животным инстинктом.

Я попыталась встать, но демон быстро пригвоздил обратно. Из раны струей потекла кровь, восприятие суживалось до физиономии Трия.

– Это смерть, чувствуешь ее? – продолжал он издевательским тоном. – Да, на самоизлечение не расчитывая. Твои силы на исходе. – Демон вскинул голову и посмотрел куда-то вдаль. – Потому что ты все еще человек, – и снова на меня, заглядывая прямо в душу. – Но признаю, идея с попугаем меня удивила. Накачать бедную птичку частичкой своей души и таким образом вернуться обратно – похвально. Но, как уже сама чувствуешь, во всем есть свои минусы. Стань ты чистокровкой, я бы не смог перекрыть поступающую энергию. Не в моей юрисдикции обрывать движущую силу из общего котла. Но ты все еще человек и, следовательно, пользуешься только внутренними закромами, а осталось их у тебя не так много. Ты просчиталась Несс, впрочем, как и все остальные.

Я простонала, чувствуя острую нарастающую боль.

– Твои мучения мне нравятся. А знаешь, пожалуй, сжалюсь и как истинный отец подарю мгновенную смерть.

Демон поднял надо мной Руби, еще раз на меня глянул и быстро опустил кинжал метя прямо в сердце.

Жизнь – это мимолетная вспышка перед смертью. В это мгновение, кажется, что время замедляется, и останавливается вовсе, чтобы вновь конвульсивно дернуться и незаметно оборваться. Но в тот миг, когда ты понимаешь, что всё – не будет тебя, окружающего мира, света, ночи просыпается Воля. Воля, проверенная долгим опытом. И только она определяет победителя.

Резкое движение и черные глаза Трия удивленно застывают, пытаясь осмыслить перемену в ситуации. Его голова медленно наклонилась вниз, и он увидел небесный серебристый клинок, который я материализовала за считанные секунды, (вспомнив слова Ангела, что мечи есть у каждой сверхъестественной особи, стоит только представить) и всадила ему в левый бок.

– Боюсь, ты расстроишься, – мой голос охрип. – Но во мне теперь еще кровь ангела, папочка. – Я рывком вытащила оружие и снова ударила в тоже место, но глубже, нанося наиболее существенный вред.

Демон истошно заревел, схватил рукоятку и резко выдернул кинжал, откидывая в сторону. Но оставшаяся в зияющей ране сребристая мана уже начала пожирать кожу, причиняя ему мучительную боль. Продолжая выть Трий вскочил, потом пошатнулся и снова грохнулся на колени. Черные глаза загорелись огнем. Он потянулся ко мне рукой. Гадкая аура почти соприкоснулась со мной, но я успела отползти как можно дальше. А небесная сила продолжала поедать демоническую суть, поднимаясь вверх, и лишь дойдя до плеча остановилась. Но этого было достаточно, чтобы Трия скрючило в предсмертной агонии и со словами: «– Это еще не конец!» его вновь окутал черный туман. Еще немного и он растворился в воздухе.

Едва не вырубившись, я приподнялась, чувствуя глубокую боль во всем теле, простояла несколько минут на четвереньках, глубоко и судорожно дыша. Боль понемногу отступала, но в глазах еще стояла рассеивающаяся Триевская дымка. Сквозь выступившие от болезненных мучений слезы, снова легла на спину, подняла правую руку, и в неверии положила ладонь на лоб. Вдохнув чистый воздух, усмехнулась. Потом еще раз, и еще и вскоре разошлась истерическим безудержным смехом.

Черт, неужели жива, думала я, продолжая хохотать. Жива, жива, жива…

– Если ты так выражаешь по мне скорбь, то пойдет. Слезы навевают грусть, – услышала я вдруг над собой хриплый голос Ама.

Я моментально открыла глаза и увидела Ангела. Одна его рука была закинута на плечо Мэла, когда тот помогал ему удерживаться на ногах.

– Ам, – воскликнула я, приподнимаясь, отмечая, что с исчезновением Трия, пропали и остальные бесы, за исключением двух ангелов и теперь уже одиночки Циаса. Видимо других, все-таки настигла плачевная участь. Небесные воины стояли возле Кати и приводили девушку в чувство, подпитывая ее целебной силой. Я знала, что потом ее память почистят, и подруга ничего не будет помнить. Рокер же просто стоял в сторонке, раскуривая сигарету, выпуская дымовые кольца, и с той же ухмылкой за ними наблюдал.

– Нет, не вставай, – остановил Амур и с помощью демона расположился по правую сторону от меня.

– Как ты? – спросила я ласково, потом опустила голову и всмотрелась в место ранения Руби. Небольшой обугленный шрам на груди, чуть выше сердца. – Почему ты еще не…

– Падший? – договорил за меня Ам, на что я кивнула. – Считай, что у меня есть еще один врожденный иммунитет.

– Какой? – искренно удивилась я, наблюдая, как он аккуратно отклонился и лег на спину.

Ам скосил на меня взгляд и хитро улыбнулся:

– Угадай.

Я в недоумении покачала головой.

– Любовь.

– Любовь?

– Угу. Та самая, что спасает мир, – улыбнулся он.

Я на секунду задумалась.

– Ничего не понимаю. Ты же сам говорил, что удар Руби вербует ангела в падшего.

– Да.

– И вы взираете на лик отцовский с беспредельной любовью, а также к людям, миру…У вас все построено на любви. И логично предположить, что других Руби тоже бы не смог убить. Почему в таком случае ты?

– Несс, наши чувства сильны, огромны и слиты воедино с волей, но эти эмоции, отрешенные от мира… – Ам не отрываясь, смотрел в небо, словно заново обдумывая ответ. – Только Амурам дозволено испытывать боль. Боль души. Все земные переживания. И в последний момент, когда практически был готов сдаться, я увидел тебя. Мимолетным, коротким видением, – Ам приподнялся и подарил мне самый теплый, взгляд, на который был только способен. – Истинная любовь дает возможность выбрать – уйти или вернуться, понимаешь, Несс? Ангелам это чуждо, но не мне. Ты придала мне сил бороться до конца.

– О, Ам… – мой голос сорвался. Я склонилась к нему, положила голову на грудь и крепко обняла, сдерживая выступившие слезы. – Прости меня. Я так виновата перед тобой. Прости, прости, прости.

– Ни в чем ты передо мной не виновата, прекрати, – наигранно сердито проговорил он, приобняв рукой.

– Не успокаивай, пусть хоть раз почувствует, к чему может привести ослиное упрямство, – сказал Мэл, усаживаясь по левую сторону.

Я улыбнулась, подняла голову и посмотрела на него.

– Ты серьезно?

– Нет, конечно, – и демон откинулся назад, устремляя взгляд в небо. Я последовала за ним.

– Да – а, знатная получилась битва, – сказал Мэл.

– Ага, – ответили мы с Амом в унисон.

Какое-то время мы просто лежали и всматривались в звездное небо. Не было ни слов восхищения, ни восторгов, как мы их сделали, ни сожаления по убитым. Мы и так это знали. Лишние бахвальства в свою честь нам сейчас были не нужны.

– Он ведь вернется, Несс, – нарушил умиротворяющую тишину Мэл.

– Знаю.

И снова тишина.

– Ам?

– Что?

– Почему ангелы…

– Решили помочь Демонессе?

– Да.

– Это и ежу ясно. Моя кровь поспособствовала. Мы своих не бросаем.

– Ну да, – усмехнулся Мэл. – Три воина – это очень щедрая помощь.

– Три ВЕЛИКИХ воина, – поправил Ам. – Эти ребята выстояли тысячи битв. Будто тебе есть чем похвастаться. Хотя, признаю, Циас мастер близкого боя. Четверых за один удар индийские фильмы по сравнению с ним просто детки с яселек.

– Ну… – Мэл хотел было привычно отшутиться, а потом просто махнул рукой и промолчал, но ненадолго. – Кстати, интересный получился микс. И кем ты теперь будешь Несс? Демон-Несса или попробуешь силу добра и станешь Ангел-Несса? – улыбнулся он.

– Не забывай, что я еще и получеловек.

– Угу. Но все равно будь у тебя выбор, кем бы ты стала в первую очередь?

Ам с Мэлом в ожидании притихли. Я понимала, что мой ответ важен для каждого по-своему, потому не сразу ответила, а вернулась к другой насущной проблеме:

– Трий снова попытается меня убить.

– Ну, не сразу…точнее не он сам, – ответил Мэльхам. – Боюсь, Несс, на тебя теперь будет объявлена охота. Любая нечисть за солидный куш согласиться тебя убить. Увы. Но мы что-нибудь придумаем, не переживай.

– Обязательно придумаем, – подхватил Ам.

Я же глубоко вздохнула, одновременно взяла их за руку и выдала то, что они меньше всего ожидали услышать:

– Тогда мне ничего не остается, как предложить третий вариант для своей сущности?

– Какой?

– Дэмор. Дэмор-Несса…

Content

Виктория Лебедь
Демон-Несса

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18