Сара Шепард, Лилия Бакинхем

Инфлюенсеры

Пролог

То, что произошло на балу Благодарности, не входило в мои планы.

Видите ли, в моем мире все очень тщательно спланировано. Каждый поступок, каждый жест, каждая улыбка, каждое слово, слетающее с губ – все продумано заранее. Мы показывали вам только то, что хотели показать. Ладно, допустим, в последнее время просочилось кое-что лишнее, что вас немало удивило. Ничего страшного. Не знаю, как другие, но я держу свою жизнь под контролем.

Или так было раньше?

Бал Благодарности состоялся ясным, теплым вечером в конце июня, и начался он безупречно. Все вы смотрели сторис, прямые трансляции и видео о том, как я готовилась к балу (разумеется, после того, как все было профессионально отрепетировано за кадром). Я выкладывала обновления, когда садилась в лимузин, предоставленный бесплатно в обмен на простое упоминание в Интернете. Еще больше апдейтов я опубликовала, когда шла по красной дорожке. Вы, дорогие фаны, распространяли по всему миру мои фотографии, на которых я позировала с «друзьями». Вы делились ими в соцсетях, публиковали и репостили, редактировали и критиковали. Вы сплетничали. Иногда даже обливали меня грязью. Но я делала вид, что не замечаю. Я оставалась на связи, держала марку.

Но, когда я отправилась на афтерпати в роскошный жилой комплекс, где жили многие из нас, меня охватил… мандраж. Усилием воли я взяла себя в руки. Ничто не предвещало сбоев – я все предусмотрела. Но многие разозлились. И многие были разочарованы. Некоторые из вас поставили на мне крест или решили, что я не заслуживаю того, чтобы быть той, кто я есть: знаменитостью. И, возможно, я не зря волновалась – сами посмотрите, чем все закончилось. Я смутно помню те малоприятные предрассветные часы. Споры. Предательство. Боль. Полное изумление от происходящего. Я едва помню, как закричала и бросилась прочь, а потом все закружилось, я опять закричала и, наконец, закрыла глаза.

А дальше… ничего.

Но вот что я вам скажу: не стоит ненавидеть меня за то, что я заполняла ваши ленты новостей. Не отвергайте меня за то, что я убедила вас купить вещи тех или иных брендов, посмотреть такие-то фильмы. Не обижайтесь на меня за сплетни, которые я вбрасывала, как хлебные крошки, чтобы вы их смаковали, упивались ими, верили им. Я была той, кто вам нужен. Я была вашей путеводной звездой, ребята. Вот почему меня называли инфлюенсером – я оказывала влияние на миллионы умов. Но как насчет того идеального мирка, куда, как вам казалось, вы могли заглянуть? Он состоял, в основном, изо лжи. Мои улыбки и добродушие, мои широкие объятия и счастливые хэштеги: все это не более чем пикантные, двуличные трюки, рассчитанные на то, что вы поделитесь ими, обсудите и проглотите. Собственно, именно эта ложь и уничтожила меня, легко и просто.

Но, возможно, вам не хочется этого слышать. Может быть, вы предпочитаете верить, что я именно та, кого вы видели на своих экранах: красивая, невозмутимая и недоступная девушка.

И, самое главное, еще живая.

Месяц назад

Далила

Далила Роллинс ехала на очень, очень важную вечеринку.

Она устроилась на заднем сиденье ничем не примечательного семейного внедорожника – как будто ее мама, Бетани, была водителем Uber, а Далила пассажиркой – и грызла ногти от волнения и ужаса. Мама сжимала руль и лихорадочно бормотала что-то о хаосе дорожного движения Лос-Анджелеса, куда их семья переехала всего шесть дней назад из Миннеаполиса. Сказать, что они переживали культурный шок – значит не сказать ничего.

– Так, объясни мне еще раз, что это за мероприятие? – осторожно спросила Бетани, выругавшись себе под нос, когда ее подрезал еще один водитель.

Далила поерзала на сиденье.

– Это вечеринка в честь Wellness Beauty[1]. Все очень круто. Ожидается много влиятельных людей и знаменитостей, будут тонны фоторепортажей, бесплатных образцов…

Сестра Далилы, Ава, сидевшая рядом, повернулась к ней. Ее глаза заблестели:

– О, возьмешь для меня палетку теней?

Бетани нахмурилась:

– Мала еще краситься, Ава.

Ава надулась.

– Четырнадцать лет – не так уж мало!

Бетани пропустила ее реплику мимо ушей и снова взглянула на Далилу в зеркало заднего вида.

– Кто тебя пригласил?

Далила почувствовала такой же трепет, как в тот миг, когда получила приглашение. На самом деле, меня пригласила одна из самых известных личностей планеты. Но она не могла сказать об этом маме. Та перепугалась бы не на шутку. Мама с опаской относилась к знаменитостям, особенно к инфлюенсерам.

– Просто кое-кто из моих виртуальных знакомых, – небрежно ответила она.

– Другими словами, незнакомцы. – Бетани покачала головой. – Может, мне стоит пойти с тобой?

– Нет! – взмолилась Далила. – Тебе нельзя! Со мной все будет в порядке!

Спор прекратился, потому что маме Далилы предстояло влиться в пугающий поток машин на восьмиполосном шоссе. Далила с трудом сглотнула и посмотрела на телефон. На экране высвечивалось то, что стало едва ли не самым ярким событием в жизни Далилы: сообщение в директе Instagram от @LuluJasmine, Джасмин Уолтерс-Диас или Лулу Си из любимого танцевального шоу Далилы «Это круто!» на Lemonade, аналоге Netflix[2] для подростков и молодежи. Далила запомнила сообщение наизусть: Привет, Далила! Я твоя большая поклонница и тоже живу в Лос-Анджелесе! Я хотела бы пригласить тебя на вечеринку в честь Wellness Beauty во вторник в отеле «Ивенсонг» на Стрипе![3] Дай мне знать, сможешь ли ты прийти!

Она все еще не могла поверить, что это происходит наяву.

Аккаунт Джасмин в Instagram насчитывал двадцать миллионов подписчиков. Посты, где Джасмин позировала в радужной юбке и кружевном трико – культовом наряде, которым прославилась Лулу Си, – практически взорвали Интернет. Далила понятия не имела, как Джасмин нашла ее страницу. Неужели так подействовало признание – Эй, я только что переехала в Лос-Анджелес, и у меня реально едет крыша! – которое она выложила в сторис несколько дней назад? Далила с подозрением отнеслась к сообщению Джасмин, но голубая галочка на аккаунте подтверждала его подлинность… так что, возможно, это и не розыгрыш.

Словно по сигналу, пришло текстовое сообщение от подруги Далилы, Бизи, единственной, кому Далила по секрету рассказала о намечающейся дружбе со знаменитостью.

ДАВАЙ, ВЫКЛАДЫВАЙ ВСЕ ОБ ЭТОЙ ДЖАСМИН, – потребовала Бизи. – Чувствую, она собирается заменить меня в качестве твоей лучшей подруги, пока я буду сидеть во Франции на цифровой диете. Семья Бизи собиралась в Европу на пятинедельные каникулы, и родители решили, что Бизи и Брок, ее младший брат, оставят свои телефоны дома. Словом, им предстояло пройти самый мучительный круг ада.

Ты совсем обо мне забудешь! – всплыло новое сообщение от Бизи.

О, перестань, – написала Далила в ответ. – Тебя никто не заменит.

Она не меньше подруги была опечалена тем, что а) все лето не сможет общаться с Бизи по телефону; б) они больше не живут в одном городе, поскольку отца Далилы перевели в другой филиал его фирмы по обеспечению экологической устойчивости. Далила и Бизи дружили с первого класса, когда обе носили похожие рюкзаки от Justin Timberlake. Бизи познакомила ее с Instagram. Они вместе исследовали Snapchat. Выкладывали на YouTube видеоролики о том, как сделать флаффи[4] в домашних условиях, как нанести краску для волос Technicolor, не испачкав ковер. Их общение не ограничивалось Интернетом: они, как и все, участвовали в волейбольных турнирах, заказывали по вечерам пиццу, оставались друг у друга ночевать, избегали своих надоедливых маленьких братьев и сестер… но нигде не проявляли себя так ярко, как в виртуальном пространстве. Со временем Далила и Бизи стали виртуозами в создании стилизованных онлайн-версий самих себя. К ним обращались за советами о том, как создавать посты, классные селфи и ежедневные сторис.

А в марте этого года случилось кое-что неожиданное. Аудитория аккаунта Далилы увеличилась с жалких нескольких тысяч до сотен тысяч подписчиков. И после этого все просто… взорвалось. Отсюда и сообщение в директ от Джасмин… возможно. Отсюда и тревожное ощущение, будто она, Далила, стоит на пороге каких-то грандиозных перемен.

Они подъехали к бетонному зданию отеля, к которому с обеих сторон примыкали магазины гитар. Далила имела весьма смутное представление о Лос-Анджелесе, но догадывалась, что это не самая крутая часть Сансет Стрип. Ее мать поморщилась, словно не видела разницы между музыкальными магазинами и наркопритонами.

– Смотри, какие классные электрогитары! – весело защебетала Далила.

– По мне, так все выглядит потрясающе! – пискнула Ава. – Тебе так повезло, Лила.

Далила взглянула на сестру. Ава была слишком миниатюрной для своего возраста; вот и сегодня на ней был полосатый комбинезон от Gap Kids. Зато ботинки у нее были модные, как и черная кожаная сумочка кросс-боди[5]. В Миннеаполисе Ава тусила с компанией милых, воспитанных девочек, но в первый же день после переезда в Калифорнию Далила получила запрос на подписку в Instagram от @AvaBLove и разглядела лицо Авы на крошечной аватарке.

Бетани въехала на стоянку и заглушила мотор.

– Так, я останусь здесь. Ты можешь идти туда одна, но если не будешь присылать мне каждые полчаса сообщения о том, что у тебя все в порядке, я решу, что тебя пытаются похитить и продать либо в детское рабство, либо в рок-группу.

– А как же я? – подала голос Ава. – Можно мне заглянуть внутрь?

– Ты никуда не пойдешь. Я и сестру твою скрепя сердце отпускаю. – Бетани перевела взгляд на Далилу. – Ты проверила уровень сахара в крови?

– Боже, мама, да. – У Далилы обнаружили диабет первого типа, когда ей было девять – другими словами, миллион лет назад, и она регулярно сдавала анализы и колола себе инсулин. – У меня все с собой. – Она похлопала по сумке, набитой всем необходимым. – Не волнуйся.

– Я всегда волнуюсь! – воскликнула Бетани.

Далила выскочила из машины, но тут же вернулась, просунула голову в открытое водительское окно и благодарно улыбнулась маме и сестре.

– Люблю вас, ребята.

Когда она вошла в отель «Ивенсонг», у нее в животе порхали бабочки. В лобби пахло мятной жвачкой. Слева стояла табличка с анонсом вечеринки Wellness Beauty в зале для приемов. За длинным столом сидели две лощеные симпатичные девушки в пуловерах с глубоким вырезом, за который Далиле грозил бы домашний арест, и проверяли имена в списке приглашенных. Далила почувствовала, как что-то сжалось у нее в груди, когда девушки посмотрели на нее. Ты не в своей лиге.

Она заглянула в зал. Там стоял гул толпы, мелькали лица инфлюенсеров и знаменитостей, щелкали фотокамеры. Звезды Интернета, которых Далила сразу же узнала, сбивались в кучки для фотосессий. Перед группой восторженных поклонников выступала со сцены известная бьюти-блогерша. Каждый раз, когда в зал входили новые гости, все головы поворачивались к дверям, чтобы посмотреть, не явился ли кто из знаменитостей.

О боже. Это уже слишком. Может, ей стоило бы…

– Прошу прощения? – обратилась к Далиле высокая тощая девица с длинными накладными ресницами. – Не тебя ли я видела на днях в шоу Эллен?[6]

– Скорее, у Джимми Фэллона[7], – призналась Далила, удивляясь тому, что кто-то заговорил с ней. – В прошлом месяце.

– Верно, я тебя помню. – Тощая девица улыбнулась. – Подскажи, я что-то запамятовала, какой у тебя ник?

– Лила Ди, – ответила Далила. Накладные Ресницы смотрели пустым взглядом, поэтому она добавила: – Девушка со щенком.

Накладные Ресницы просияли и потянули кого-то за рукав.

– Джиджи, это Девушка со щенком! Ну, та, которая спасла из огня очаровательного щенка золотистого ретривера!

И тотчас вокруг Далилы собралась толпа. Вот так запросто. Удивительно, как одно видео может изменить твою жизнь. Далила не видела ничего особенного в том клипе с дрожащей картинкой, который сняла Бизи, когда Далила вбежала в горящий сарай соседа и через мгновение выскочила оттуда со щенком золотистого ретривера на руках. Вся эта эпопея стала результатом глупого спонтанного решения – за что мама наказала Далилу домашним арестом, потому что какой идиот, кроме пожарного, бросается в горящее здание?

Но видео стало популярным и распространилось по Сети со скоростью вируса. Далила в одночасье стала героем. Клип показали в местных новостях, а спустя пару дней его уже обсуждали в ток-шоу Today[8]. Далила получила лавину новых подписчиков, ее донимали бесконечными телефонными звонками с просьбой об интервью и, наконец, пригласили стать гостьей вечернего шоу Джимми Фэллона – да-да, того самого Джимми Фэллона. Во время записи Фэллон упорно называл Далилу «Ангелом животных».

– Далила? – раздался чей-то голос.

Далила обернулась. К ней спешила ослепительная красавица с распущенными темными волосами и в цветастом платье. Далила еле удержалась, чтобы не ахнуть. Неужели это Джасмин? Собственной персоной?

– Как я рада, что ты пришла! – воскликнула Джасмин фирменным хрипловатым голосом Лулу Си, обнимая Далилу за плечи. – Я твоя горячая поклонница!

– А я – твоя, – пролепетала Далила. Она чувствовала прикованные к ней взгляды. Это наполняло ее чувством собственной важности… но в то же время очень, очень смущало.

Джасмин указала на свою спутницу – стройную девушку с кожей цвета карамели и роскошными струящимися рыжими волосами.

– Я хочу представить тебя…

– …Фиона Джейкобс, – выпалила потрясенная Далила. – Я постоянно смотрю твои ролики Горячая штучка или рохля! – Ей не терпелось рассказать об этом Бизи. Они обе смаковали звездные репортажи модного критика Фионы Джейкобс, как вишневый жевательный мармелад Twizzlers. Им нравилось, что Фиона выглядела обычной девчонкой, несмотря на свою неземную красоту. Вот и сегодня Фиона соответствовала этому образу, одетая более непринужденно, чем Джасмин, в элегантно-спортивном стиле выходного дня. Но джинсы скинни, казалось, были скроены точно по ее фигуре, а футболка сидела совсем не так, как топы от Old Navy в гардеробе Далилы, которые растягивались, теряя форму после первой же стирки. Джасмин и Фиона пришли с одинаковыми U-образными сумками в маслянистых бежево-серых тонах. Сумки были явно дизайнерские – но от кого именно? Далила сомневалась, что от Kate Spade или Rebecca Minkoff – брендов, считавшихся культовыми в ее прежней школе. Нет, эти сумки выглядели как более светские кузины Kate Spade.

– Твои посты такие милые, – сказала Фиона Далиле. – Каждый раз, когда мне хочется приласкать своего щенка, я мысленно говорю: Лила Ди, радость моя. А это спасение из огня! Просто потрясающе.

– Я плакала, – призналась Джасмин. – Посмотрев ролик, я прижала своего щенка к груди и подумала: О боже, я всегда буду оберегать тебя.

– Тебе было страшно, когда ты вбежала в горящий сарай? – Фиона широко распахнула глаза.

Далила затеребила шнурок на комбинезоне.

– Да, конечно. Но, знаете, у меня не было выбора. – После спасения щенка все решили, что она очень храбрая, хотя на самом деле у нее едва хватало смелости ответить на уроке.

– Слушай. – Джасмин коснулась плеча Далилы. – Считай, что мы с Фионой – твой приветственный комитет. Если что понадобится, мы всегда готовы тебе помочь.

– В соцсетях мы любим обычных, нормальных людей, – добавила Фиона. – И стараемся быть такими же!

Джасмин подтолкнула ее локтем.

– Уж кто-кто, а ты явно не обычная. Не можешь обойтись без личного помощника!

– О боже, вот уже четыре дня, – театрально простонала Фиона. – И я схожу с ума. – Она посмотрела на Далилу. – У тебя нет на примете хорошего личного помощника?

– Ха! – Далила рассмеялась. Она не совсем понимала, чем вообще занимается личный помощник. Присмотревшись к Фионе и решив, что ей еще нет восемнадцати, Далила спросила: – В какую школу ты ходишь? – Вдруг окажется, что они будут учиться вместе?

Фиона не сразу поняла вопрос Далилы.

– О, я больше не хожу в обычную школу. Я учусь онлайн. – Она смущенно хихикнула. – А ты собираешься в обычную школу? Пять дней в неделю и все такое?

Далила почувствовала, как вспыхнули щеки.

– Э-э… да? Мои родители записали меня в подготовительную школу Вентура.

Джасмин сочувственно взглянула на нее.

– Давай посмотрим ближе к осени, как все сложится.

Она собиралась сказать что-то еще, когда по мраморному полу застучали каблуки. Ионы внимания перегруппировались навстречу новым гостям. Все взгляды устремились к проходящей мимо толпе – и той, кто находился в центре: высокой девушке с сияющей кожей, упругими белокурыми локонами и соблазнительным, безупречным телом. Ее платье со смелым вырезом, открывающим грудь, и разрезами вдоль бедер оставляло мало места для воображения.

Девушка бросила взгляд на Джасмин и Фиону.

– Привет, ребята, – сказала она скучающе.

Улыбки Джасмин и Фионы не коснулись их глаз.

– Привет, Скарлет.

Внезапная догадка молнией пронзила мозг Далилы: Скарлет Ли, она же @ScarletLetter[9]. Не сказать, чтобы Далила фанатично следила за ее аккаунтом, но Скарлет практически не уступала Кардашьян. Она значилась в каждом списке самых сексуальных девушек планеты, получала разнообразные спонсорские предложения – начиная от производителей элитного виски и заканчивая авиакомпаниями, которые, вероятно, предоставляли ей право бесплатного перелета на любом рейсе, пока она упоминает о них в своих постах. До Далилы доходили слухи, что Скарлет даже пробовалась на роль в комедийном сериале.

Скарлет упорхнула в бальный зал. Джасмин повернулась к Фионе, скорчив гримасу.

– Ты в порядке, Фи?

– В полном, – пробормотала Фиона. – Мы со Скарлет, вроде, не враги.

– В какой вселенной? – прошептала Джасмин. – Эта девчонка точит на тебя зуб! Хотя ты ни в чем не виновата!

– А в чем ты не виновата? – спросила Далила, чувствуя себя забытой.

Фиона трижды постучала идеальными акриловыми ногтями по экрану телефона. Похоже, это была бессознательная привычка.

– Мы со Скарлет учились в школе Гарвард-Уэстлейк в десятом классе… и она утверждает, что я увела у нее парня.

– Эта девица ненавидит проигрывать, – пробормотала Джасмин. Тут пискнул ее телефон. Она взглянула на экран и сжала руку Далилы. – Слушай, мне надо бежать. У меня съемка через полчаса.

– Так ты… уходишь? – Далила устыдилась отчаяния в голосе.

– Да, но давай как-нибудь встретимся. И тебе нужно обязательно там отметиться! – Джасмин указала на бальный зал. – Это потрясающая торговая площадка. Сфотографируйся с другими инфлюенсерами! В этом весь смысл таких сборищ. Фотки добавят тебе фолловеров.

– И к тому же это очень весело, – сказала Фиона, добавив, что тоже вынуждена уйти. – Дай мне свой номер. Будем на связи. По любым вопросам, пожалуйста, пиши мне. Договорились? – И обе девушки исчезли.

Далила внезапно осталась одна в шумном лобби отеля «Ивенсонг». Она еще не пришла в себя после разговора, буквально ошеломившего ее. Неужели она только что болтала с Джасмин Уолтерс-Диас и Фионой Джейкобс? Еще несколько дней назад она сидела на ковре в доме Бизи, записывая на «доске желаний» мечту о том, чтобы стать известным инфлюенсером… и вот теперь оказалась в центре этого мира?

Она заглянула в огромный бальный зал, полный знаменитостей, и испытала сильнейший страх сцены. Нет, она не справится с этим в одиночку. Ей захотелось скрыться ото всех в корнере ресторана рядом с лобби, заказать жареную картошку и кока-колу и скролить в телефоне ровно час, пока не придет время встречи с мамой.

Так она и сделала.

* * *

Далила почувствовала себя в раю, когда устроилась за столиком. Она широко улыбнулась официанту, мигом подскочившему к ней, чтобы принять заказ.

– Желаете посмотреть винную карту? – спросил он, едва взглянув на нее.

– Э-э, что? – Неужели он не заметил, что она слишком молода для алкоголя? – Я… то есть… нет. Мне, пожалуйста…

– Думаю, ей нужен фиолетовый пунш.

Далила резко повернулась вправо. В углу корнера, полускрытый тенью, сидел парень со светло-зелеными глазами и мягкими, слегка растрепанными каштановыми волосами. Он откинулся на спинку сиденья и улыбнулся. На левой щеке тут же показалась ямочка, и в улыбке промелькнул передний зуб, как будто намеренно искривленный.

Далила вскочила на ноги.

– О, черт. Я тебя не увидела. Я… я пересяду.

– Все в порядке. Я не против, чтобы ты тут осталась.

– О. – Интересно, он знаменитость? Парень довольно симпатичный. Или, может, он чей-то агент? Она слышала, что у многих инфлюенсеров есть агенты.

Она бросила взгляд в сторону лобби.

– Я здесь всего на минутку. Просто… проголодалась. – Что и говорить, прозвучало глупо, учитывая, что бальный зал наверняка ломился от закусок.

Из лобби донеслась новая порция визга; похоже, прибыла еще одна интернет-знаменитость. Парень на мгновение отвел взгляд, затем снова повернулся к ней, и его улыбка стала еще шире.

– Это у тебя первый выход? – спросил он.

Она опустила голову.

– Неужели так заметно?

– И это не так уж плохо. – Он откинулся назад. – В каком мире мы живем? В мире, где случайные люди становятся сверхзнаменитыми? Тот, кто всего лишь… снимает видео или фото… это и есть… личность? – Он озадаченно улыбнулся ей. – Что случилось с человечеством?

Далила усмехнулась.

– Ты говоришь, как моя мама.

Он ткнул в нее пальцем.

– Тебе повезло, что у тебя такая мама. Большинство инфлюенсеров проталкивают именно родители. Настоящие мамаджеры.

– Я так понимаю, ты далек от социальных сетей?

– О, нет, каюсь. – Он поднял руки в знак капитуляции. – Виновен по всем пунктам. Моя стихия – YouTube.

У Далилы отвисла челюсть. Она не следила за парнями на YouTube так пристально, как за девчонками. Ее не привлекала перспектива наблюдать за парнем онлайн. Она предпочла бы личное знакомство.

Официант принес напиток. Далила совсем забыла, что парень заказал для нее фиолетовый пунш. Она принюхалась, пытаясь угадать, нет ли в нем алкоголя, но уловила лишь запах черники.

Парень сложил руки на груди.

– Я, наверное, тоже должен знать, кто ты, верно?

– О, я – никто, – быстро ответила Далила.

– Сомневаюсь. – На его лице появилось игривое выражение. – Я знаю, как мы поступим. Давай, ты угадаешь, чем я занимаюсь в Интернете. А я угадаю твою фишку.

Далила чувствовала какой-то подвох. А вдруг она ляпнет что-нибудь обидное? Назовет нишу, которую он до смерти ненавидит? Или не стоит слишком напрягаться на этот счет? Может, прикинуться дурочкой, как она поступала с ребятами в родном городе?

Она еще раз оглядела парня: на голове художественный беспорядок. Футболка облегает грудь и пресс, но не в обтяжку. Можно пройти мимо него на улице, не обратив внимания, и только потом обернуться и подумать: Стоп, да этот парень – красавчик!

Она откашлялась, решив сыграть дурочку.

– Капсулы «Тайд». Ты прославился, поедая капсулы для стирки. – Она хлопнула себя по лбу. – Поверить не могу, что сразу тебя не узнала.

Он расхохотался.

– В точку! Я обожаю капсулы «Тайд», девочка! О, дайте мне еще этих ядовитых подушечек! – Он сделал вид, будто закинул в рот капсулу, пожевал, а потом подавился и выплюнул ее. Далила мысленно поаплодировала его актерскому мастерству. Возможно, поэтому она не смотрела ролики парней в Интернете. Такое впечатление, что все они только и занимались глупостями: жевали средства для стирки или надевали на себя собачьи ошейники.

Он сложил руки на груди.

– Теперь моя очередь угадывать.

Она почувствовала, как он скользнул по ней взглядом – сначала по волосам, потом по всему телу. Не сказать, чтобы это был взгляд хищника, но в нем определенно был интерес. У нее заколотилось сердце. Пожалуйста, не угадай спасительницу щенка. Далила не хотела, чтобы в ней видели всего лишь Девушку со щенком. Она публиковала посты о зооактивизме, о безопасном содержании домашних животных, о преимуществах «усыновления» питомцев из приютов вместо их покупки у заводчиков. В своих будущих постах она хотела освещать и другие проблемы. Принятие своего тела. Анти-буллинг. Осознание диабета. Она хотела вдохновлять своими историями. Во многом из-за этого переезд в Лос-Анджелес казался ей таким волнующим. Она надеялась, что ей удастся всерьез прорваться в интернет-вселенную – и помогать людям.

– «Мой маленький пони»[10], – решил он. – Ты обожаешь игрушки из этой коллекции и снимаешь видео, в которых разыгрываются их приключения. У тебя более двадцати одного миллиона подписчиков на YouTube. Твоя любимая пони – Флаттершай, потому что она застенчивая, но чертовски милая.

У Далилы отвисла челюсть.

– Похоже, ты больше меня знаешь о «Маленьком пони».

– Моя младшая сестра – фанатка этого сериала. И, может, я тоже иногда смотрю его. Ты наверняка знаешь, что нас таких, парней, много? Брони?[11]

– Мне определенно нужно позвать тебя на свой канал. Станешь моим специальным гостем из фэндома брони, если будешь хорошо себя вести… – Она осеклась. – Как тебя зовут?

– Джек, – ответил он. – Это в реале. А тебя?

– Далила.

– Далила, – повторил он. – Мило.

По ее рукам пробежали мурашки. Он подался вперед, так что их колени соприкоснулись. Его лицо было так близко, что она могла видеть золотые искорки в его глазах. О боже, с ужасом подумала она. Мы будем целоваться?

Сзади послышался шум, и Джек разом выпрямился. Тревога оказалась ложной, но он выглядел совершенно невозмутимым. Разве что проверил время на своем телефоне.

– Черт. Я должен быть кое-где. – Он сунул руку в карман и бросил на стол несколько двадцатидолларовых купюр. – Извини, что прерываю нашу беседу.

– О… я могу увидеть тебя… в смысле… на YouTube… нет?.. – Далила услышала, как дрожит ее голос. Унизительно.

– Конечно. – Он опустил длинные ресницы. – Я найду тебя, идет? Обещаю.

Он поспешно вышел через вращающуюся дверь на улицу. Может, он просто остановился в отеле? Может, появлялся на YouTube, но имел крошечный аккаунт?

И тут она услышала шепот.

– Ты видела, кто это был? И еще: – Жаль, что я не успела сфоткать. – Какая-то девушка бросилась следом за ним. – Джек Доно! Люблю тебя!

Парень, с которым только что разговаривала Далила, помахал фанатке рукой. На Далилу словно вылили ушат холодной воды. Джек Доно? Пранкер-ютубер? Бизи обожала его. В основном он снимал дурацкие розыгрыши – то загонял видавшую виды родительскую «хонду» в пруд на заднем дворе, то запрягал в гигантскую колесницу пару своих собак – больших швейцарских зенненхундов, – чтобы те тащили его по снегу…

Но он был самым известным парнем в интернет-пространстве.

Вот только Далила была уверена, что ей следовало бы знать о нем кое-что еще. С годами посты Джека изменились. Многие из них по-прежнему представляли собой накачанные адреналином спортивные дурачества, но в них появилась и его девушка. Шиппингом[12] занималось целое фанатское сообщество. Оголтелые фаны создавали аккаунты, репостили очаровательные фотографии пары, изображения того, как могли бы выглядеть их дети, публиковали любые обрывки сплетен, которые удавалось найти. У «шипа» даже появилось название. Оно звучало…

Далила ахнула. Точно: Джеклет. Джек плюс Скарлет, та самая Скарлет Ли, она же @ScatletLetter – пугающе красивая девушка, которую Далила видела в лобби. Джек и Скарлет были самым знаменитым «шипом».

Нет, ей определенно нужно было выбираться отсюда.

Опустив голову, она проскользнула в лобби и выскочила через парадную дверь.

– Ого, так быстро, – сказала Бетани, когда Далила бросилась на заднее сиденье и воскликнула с таким нетерпением, будто только что ограбила банк: – Поехали, поехали, поехали!

Слава богу, она удрала вовремя. Потому что, как только они выехали с парковки, телефон Далилы пискнул. Срочная новость. Она заметила промелькнувшее имя Джека. И заголовок: С ДЖЕКЛЕТОМ ПОКОНЧЕНО? – а под ним размытый снимок Джека на очень знакомой банкетке… улыбающегося сидящей напротив девушке. Ее лица не было видно, но Далила точно знала, кто она.

Да и как не узнать саму себя?

Джасмин

Джасмин Уолтерс-Диас устроилась на заднем сиденье «Кадиллака Эскалейд» и подняла стекла, отчего яркий калифорнийский солнечный свет превратился в слабый, анемичный блеск. Впрочем, стекло не полностью заслонило ее от толпы на обочине, поэтому она послала фанатам прощальный воздушный поцелуй. Поклонница в футболке с лицом Джасмин и значком с эмблемой штата Юта выглядела так, словно вот-вот грохнется в обморок.

– Джас.

Пальцы щелкнули перед лицом Джасмин. Руби, ее двадцатитрехлетняя сестра, сидела напротив с айпадом на коленях.

– Давай пробежимся по твоему расписанию на вторую половину дня.

Джасмин закрыла глаза.

– Мы уже делали это в салоне.

– Да, но ты еще не выпила свой колд брю[13]. Давай пройдемся еще раз, на всякий случай.

Мягкая кисть коснулась ее левой щеки. Анита, визажист Джасмин, взялась за работу. Иногда Джасмин брала с собой в машину и личного парикмахера, Карину, но, поскольку только что сделала укладку в салоне, дала стилисту отдохнуть. Короче, Карине повезло.

Пока Анита наносила на щеки Джасмин хайлайтер, Руби зачитывала распорядок дня.

– Сейчас мы едем на съемки в офис Nike для рекламы твоей радужной линии.

Джасмин оглядела свой наряд – платье всех цветов радуги, белые туфли на высоком каблуке. Кукольный образ дополняла пышная прическа. Так она выглядела вот уже восемь лет, с тех пор как ей исполнилось одиннадцать, и она выступила как Лулу Си в шоу «Это круто!» на Lemonade. Сюрприз, опять радуга, саркастически подумала она. Любой желающий выпустить совместно с Джасмин капсульную коллекцию моды, мейкапа или аксессуаров для волос никогда не отклонялся от темы радуги. Если бы она прославилась ролью Бэтмена, возможно, в работах ее партнеров доминировала бы идея черной кожи. Судя по всему, мало кому нравилось мыслить нестандартно. Хотя, если честно, именно стандартное мышление изменило жизнь ее семьи к лучшему.

– Потом, похоже, ты свободна с трех до четырех, но я бы использовала это время, чтобы обсудить твой видеоконтент и ответить на некоторые личные сообщения. Или ты хочешь, чтобы это сделала Саша?

– Ладно, я сама. – Саша, ее ассистентка, отлично справлялась с ролью, выдавая себя в чатах за Джасмин, однако Джасмин частенько мучила совесть от того, что она обманывает своих поклонников, которые думают, что общаются с ней, а на самом деле – с другим человеком.

– А потом ты должна одобрить эскизы твоего лейбла – их уже прислали, и это здорово. После этого нам надо заскочить во флагманский бутик Brandy Melville, а то мы что-то не балуем их вниманием и любовью. Еще я бы очень хотела заглянуть в Детскую больницу и сделать несколько фото с детишками, которых там лечат. Думаю, это добавит человечности твоей странице.

– И приятно повидаться с детьми, – добавила Джасмин, когда Анита освежила тушь на ее ресницах.

Руби отвлеклась от телефона.

– А, что?

Джасмин не стала повторять. Одним из ее любимых занятий – кроме того, чтобы валяться в спальне и читать или проверять свои приватные аккаунты в социальных сетях, которыми она делилась только с избранными, – было посещение Детской больницы. Много лет назад ее лучшая подруга, Люси, умерла от лейкемии; и Джасмин даже не могла поддержать ее в последние дни, потому что была на съемках шоу «Это круто!». Дети, которых она теперь навещала в онкологическом отделении, не устраивали давку, чтобы сфотографироваться с ней, и не стыдили ее за то, что она придумывала уродливую одежду. Они просто радовались тому, что кто-то проводит с ними время.

– Но, похоже, твой вечер свободен. – Руби наморщила лоб. – Впрочем, на пирсе[14] всегда есть какая-нибудь вечеринка – они будут в восторге, если ты придешь. Или… ага, нашла. Вот кое-что интересное, спонсирует Cosabella… – В последний момент она, кажется, передумала. – Ладно, забудь. Суперсексуальное белье может отпугнуть некоторых из твоих спонсоров.

Джасмин смотрела на огромные рекламные щиты, мелькающие за окном. На лицах знаменитостей застыли самые разные выражения – радости, гнева, сосредоточенности, желания.

– Я могу просто заняться своими делами сегодня вечером. Позвоню Фионе, закажем смузи…

Руби перебила ее:

– У тебя контракт с Kreation[15]. Сделай фотку. Они будут довольны.

Джасмин закатила глаза.

– Конечно. Как скажешь.

Иногда Руби не просто вела ее дела, а занималась микроуправлением, вмешиваясь в мельчайшие детали ее жизни. С другой стороны, Джасмин никогда не думала, что такое широкое присутствие в Интернете потребует столько работы. Раньше, когда она мелькала исключительно на телевидении, все было иначе.

Но пришлось пойти на компромисс. Если она хотела заниматься любимым делом – актерским мастерством, – ей следовало принять и все, что к нему прилагалось. Вот как сегодня: в ее кофре лежали три смены одежды. Выбор зависел от того, в каких местах она появлялась, кто ее фотографировал, и какой образ соответствовал сторис для Instagram и Snapchat в то или иное время суток. Ассистенты стилизовали эти образы – и обычно картинки получались довольно красочными, в духе бренда Lulu C, – но Джасмин хотела участвовать и сама, полагая, что если отдать все на откуп профессионалам, они перестараются с Лулу, и она будет выглядеть нелепо.

Внезапно Руби впилась глазами в экран смартфона.

– Не могу поверить!

Она повернула телефон так, чтобы Джасмин смогла посмотреть. Неизвестный аккаунт в Instagram показывал последовательность размытых изображений из ресторана отеля «Ивенсонг». Парочка сидела в ресторане, причем лицо парня можно было рассмотреть, а девушку выдавали лишь копна темных волос и скрещенные ноги. По мере того как мелькали кадры, парень смеялся, смотрел на нее влюбленным взглядом, а потом наклонился, словно собирался поцеловать свою визави.

– Это Джек Доно! – воскликнула Руби.

– Джек нашей Скарлет? – Жасмин прищурилась. Девушка на фото не имела ничего общего со Скарлет Ли.

– Народ обалдеет. – У Руби заблестели глаза; она обожала скандалы. – Тебе нужно это прокомментировать. Встать на сторону шипперов. Ты же в команде Джеклет, верно?

– Это их личное дело. Не стоит вмешиваться.

Руби надулась.

– Тебе нужно больше писать об отношениях, Джас. Ты знаешь, что первым делом ищут о тебе в Google? Отношения Джасмин Уолтерс-Диас. Люди хотят, чтобы Джасмин с кем-нибудь встречалась.

– Ты имеешь в виду, они хотят, чтобы Лулу Си с кем-нибудь встречалась?

Фанаты Джасмин мечтали о том, чтобы ее мужем стал Люк Лординг – он же Арчер, звезда и ее бывший партнер в шоу «Это круто!». «Арчер» входил в танцевальную компанию «Лулу». На протяжении всех шести сезонов шоу Арчер преследовал непорочную Лулу, а та лишь кокетничала, но, в конце концов, сказала Арчеру, что готова сделать первый шаг к замужеству. И только в финале они все-таки поцеловались. Фэндом сошел с ума.

А что же в реальной жизни? Ну, если бы Люк лежал на смертном одре в онкологическом отделении, Джасмин непременно заглянула к нему и провела с ним немного времени. Но, по большому счету, у них было не так уж много общего.

Джасмин и ее команда уже подъезжали к офису Nike. Фанаты заполонили тротуар, вглядываясь в тонированные стекла «кадиллака» и гадая, кто мог быть внутри. Когда Джасмин вышла из машины, толпа оживилась.

– Джасмин! – закричали одни, поднимая телефоны, чтобы сфотографировать кумира.

– Лулу Си! – подхватили другие.

Джасмин даже не потрудилась поправить их и напомнить, что Лулу Си – вымышленный персонаж. Это не имело значения. Для всей вселенной Джасмин и Лулу Си были одним и тем же человеком.

* * *

После четырех часов позирования в кроссовках Джасмин наконец вернулась домой и вошла в парадную дверь симпатичного солнечного кондоминиума «Дав»[16] на Вайн-стрит в Голливуде. Жасмин купила это жилье, как только ей исполнилось восемнадцать. Она любила его за прекрасный вид с террасы на крыше, сияющие новизной интерьеры без всякого намека на пыль и гниль, которую большинство жителей Лос-Анджелеса лихорадочно пытались замаскировать. Немаловажно и то, что ее любимые бутики и продуктовые магазины были совсем рядом. Бассейн переливного типа на солнечной террасе чаще всего пустовал. На территории комплекса имелась собачья площадка для выгула ее мини-пуделя Космо и собачья мойка, чтобы помыть ему лапы. В своем пентхаусе Джасмин почувствовала себя как дома, едва переступив порог – и этот дом казался еще более родным, чем тот, где она выросла. Но это еще одна причина, по которой она выбрала этот кондоминиум: он находился недалеко от того места, где жила ее семья. Ей не хотелось мотаться к ним через весь город и торчать в пробках.

Вскоре после того как Джасмин переехала в «Дав», Фиона Джейкобс, влиятельная подруга, с которой она сблизилась, заставила своих родителей подписать договор о покупке квартиры этажом ниже. Фионе еще не исполнилось восемнадцати, так что по закону она не могла жить одна, но девушка бывала в новых апартаментах довольно часто – устраивала фотосессии, снимала видеоконтент. В этот же дом перебрались и другие инфлюенсеры. Такое впечатление, что они пытались воссоздать общежитие – форму жизни, которой, по иронии судьбы, большинство из них не знало. Ничего не поделаешь – срабатывало стадное чувство, столь распространенное в этом мире. Когда кто-то придумывал нечто особенное, эффектно смотревшееся на фото, сообщество следовало его примеру, даже если для этого требовалось перевернуть с ног на голову привычный образ жизни. Но оно того стоило: обилие света в квартирах было идеальным для композиций в стиле флэтлей[17] и снимков «аутфита дня», видеороликов с рецептами выпечки и упражнениями по накачке пресса. К тому же кондоминиум располагался в нескольких кварталах от офисов YouTube и Instagram. Управляющая компания нанимала художников для регулярного обновления настенных росписей внизу, и каждая квартира имела уникальную планировку, что расширяло возможности для создания контента.

В любом случае, кондоминиум весьма способствовал сетевой активности. И неудивительно, что фанаты Джасмин и других инфлюенсеров так часто видели в Instagram своих любимцев, позирующих вместе. «Звезды» Интернета буквально жили друг у друга на головах.

Джасмин поднялась на лифте на двадцать седьмой этаж и поприветствовала Космо в дверях.

– Ладно, ладно, – воскликнула она, мягко отталкивая собачонку от своих ног. – Мне очень жаль, детка, но я ненадолго.

Космо побежал за Джасмин в спальню, где она сняла с себя все радужное, нырнула в гардеробную и оглядела вешалки с одеждой, на девяносто процентов не предназначенной для публичных выходов. Это были вещи из дорогой кожи, сексуального шелка, облегающего денима. Их цвета, приглушенные и мрачные, идеально сочетались с ее оливковой кожей, светло-карими глазами и гладкими темными волосами. Туфли всех расцветок – многие из них с девственно чистой подошвой – аккуратно стояли на полках и скорее напоминали частную коллекцию произведений искусства, в большинстве своем слишком сексуальные для ножек невинной Лулу Си.

Она выбрала пару босоножек на шпильке, кожаные леггинсы, черную укороченную футболку и длинный кашемировый пыльник – акцент в образе. Одевшись, она посмотрела на себя в зеркало. Теперь, когда кожу не оживляли яркие цвета, ее лицо выглядело более угловатым.

Космо все это время прыгал вокруг нее. Она выбрала новую сумочку и открыла коробку от Amazon, пришедшую по почте. Внутри лежала инкрустированная черная атласная маска. Джасмин вытащила ее из коробки и натянула на глаза. Теперь она действительно выглядела совсем другой.

Она воспользовалась вторым телефоном, чтобы позвонить в Uber. Руби не знала о существовании дополнительного номера, с которого сестра заходила в свои приватные аккаунты. Джасмин предпочла бы оставить основной телефон дома, но это вызвало бы подозрения, если бы Руби попыталась дозвониться ей, если бы что-то случилось, и не смогла отследить ее местонахождение.

Такси приехало быстро. Джасмин забралась в красную «Тойоту Приус», сдержанно поздоровалась с водителем, после чего неохотно потянулась к «официальному» телефону, задаваясь вопросом, почему он гудит еще более настойчиво, чем обычно. Экран заполонили уведомления от Руби, личные сообщения от фанатов и комментарий Фионы о «таинственной незнакомке», с которой был замечен Джек Доно. Скарлет будет в бешенстве, писала Фиона.

Джасмин начала набирать ответ: Так ей и надо, но потом стерла его. Она считала, что можно ухудшить карму, упиваясь чужим скандалом, даже если в нем замешана Скарлет Ли. Хотя, конечно, Скарлет – та еще штучка. Она всегда точила зуб на Джасмин, вела себя отчужденно и надменно, стоило им оказаться под одной крышей, что бывало часто, поскольку обе бывали на одних и тех же мероприятиях, да и жили в «Дав». Джасмин знала, что Скарлет ей просто завидует. С помощью матери Скарлет со школьных лет упорно боролась за то, чтобы стать кем-то, и определенно достигла этого. Но они с Джасмин состояли в разных лигах.

Думаешь, драма настоящая? – вместо этого набрала она. – Скарлет ничего не пускает на самотек.

Фиона ответила: Так ты думаешь, она это спланировала?

Возможно, написала Джасмин. Такие, как Скарлет, постоянно придумывали поводы для сплетен, подогревая страсти в фанатском сообществе. Это здорово работало на имидж.

Она открыла страницу Скарлет на YouTube, почти уверенная в том, что Скарлет уже опубликовала видеоблог о том, как они с Джеком все еще «сильны вместе». Такого поста не оказалось, но Джасмин не сомневалась в том, что его появление – дело времени.

Солнце садилось за холмы, окутывая город печальной сиреневой дымкой. Такси пронеслось мимо неоновых огней и валет-паркингов и свернуло на боковую улочку, поднимаясь на возвышенность. Они остановились перед небольшим строением в устье каньона. Водитель в миллионный раз взглянул на Джасмин в зеркало заднего вида.

Наконец он откашлялся.

– Простите, но моя младшая сестренка… – выпалил он. – Она любила ваше шоу. Не могли бы вы…

Он протянул Джасмин листок бумаги. Она догадывалась, что ему хочется сделать селфи, но, пожалуй, лучше ограничиться автографом: ей не нужны цифровые, с датой и временем, доказательства присутствия на этой вечеринке. Она нацарапала свое имя на бумажке. Парень выглядел так, словно вот-вот взорвется от счастья.

Только после того как скрылись задние огни такси Uber, Джасмин натянула маску на глаза. Никто бы не догадался о том, что в этом неприметном здании проходит вечеринка, если бы не вышибала у двери. Джасмин подняла свой второй телефон, чтобы показать ему QR-код, который она получила. Охранник отсканировал его, и она вошла внутрь.

В прихожей вдоль стены стояли шкафчики. Джасмин отыскала свободный и положила оба телефона на полку. Никаких телефонов или постов на этой вечеринке. Она пошла вперед по темному коридору. Ароматические свечи указывали дорогу к главной гостиной. Сердце подпрыгнуло в груди. Она уже бывала здесь, но место все равно казалось волнующе незнакомым.

Наконец перед ней открылось похожее на пещеру пространство с растениями, светильниками, банкетками, танцполом и множеством тел. Все гости были в масках. Некоторые повернулись к ней, но не потому, что узнали в ней звезду. Здесь она была анонимом.

И ей это нравилось.

Она села за стойку бара и заказала водку с содовой у бармена в птичьей маске. Обычно она не позволяла себе на публике более чем полбокала шампанского – и то лишь на каких-то грандиозных мероприятиях вроде вручения наград. Однако на этой вечеринке ей хотелось чего-нибудь покрепче, чтобы расслабиться.

Диджей переключился на песню в жанре кей-поп[18], и толпа переместилась на танцпол. Кто эти люди? Такие же, как она, желающие сбежать от любопытных глаз? Или обычные горожане, уставшие от лос-анджелесского глянца? Джасмин знала, что здесь нет никаких чудиков – все гости проходили собеседование с промоутером, прежде чем получить доступ. Когда Джасмин передала промоутеру стандартное соглашение о конфиденциальности, подписанное ее адвокатом, он едва взглянул на документ и просто поставил внизу свою подпись.

Она допила водку, соскользнула с табурета и направилась в середину круга, двигаясь в рваном ритме. Конечно, с таким же успехом Джасмин могла бы выпивать и танцевать в уединении своей гостиной, но ей хотелось оторваться на людях. Здесь никто не притворялся. Не строил из себя того, кем не являлся на самом деле… потому что здесь все были никем.

Джасмин покачивалась в такт музыке, исполняла поп-н-лок и даже несколько хореографических движений, которые в свое время отточила на шоу «Это круто!». В середине второй песни она спиной почувствовала чей-то взгляд. Она медленно повернулась, и страх пополз по позвоночнику. Быть замеченной здесь – не преступление, но…

Девушка в маске и темной толстовке наблюдала за ней с края танцпола. Во всяком случае, Джасмин подумала, что это девушка – глубокий капюшон закрывал большую часть лица. Джасмин отвернулась, но, не успела и глазом моргнуть, как девушка оказалась рядом с ней. От ее кожи пахло карамелью. Грациозные движения завораживали. В языке тела угадывалось что-то знакомое. Она была здесь в прошлый раз?

Сердце забилось быстрее. Она придвинулась ближе к незнакомке, скользнув рукой по ее талии. Рука девушки в ответ коснулась ее бедра. Джасмин едва могла дышать. Это была одна из тех фантазий, которым она позволяла себе предаваться, потому что считала их несбыточными. И вот случилось так, что она переживала это наяву.

Пока они танцевали, Джасмин ощупывала тело девушки под слоями ткани. Девушка содрогнулась – от желания? Дискомфорта? Джасмин отступила назад, не желая ставить ее в неловкое положение. Но девушка быстро притянула ее к себе и коснулась ее щек. Джасмин скользнула рукой по затылку девушки. Какое восхитительное озорство! Но что бы сделала Лулу Си, увидев такое? И еще больше обескураживала мысль – как отреагировала бы Руби?

– Пойдем, – прошептала девушка на ухо Джасмин. Они нашли банкетку в темном углу. Джасмин почувствовала странную слабость в животе, как на американских горках. Девушка придвинулась еще ближе, обхватила ее подбородок. Джасмин могла видеть только очертания ее лица под маской, но то, что она не знала, как выглядит девушка, не имело никакого значения. Джасмин была очарована. Она хотела сделать это. Хотела пережить этот… опыт.

Их губы соприкоснулись. Джасмин накрыло вихрем ощущений. Во рту девушки разливался вкус шоколада. Джасмин потянулась к капюшону, коснулась ее ушей, длинных волос. Девушка целовала ее шею, пока Джасмин не почувствовала, что тело разрывается на части. Да, подумала она. Инстинкты ее не обманули. Все, что она подавляла в себе, все, о чем догадывалась – это и было то, чего она так хотела.

Она отстранилась, тяжело дыша. Девушка смотрела на нее из-под маски, и ее темные глаза, казалось, заглядывали в душу. Джасмин крепко сжала ее руки. Снова хотелось поцеловать ее. И еще хотелось, чтобы эта ночь длилась вечно.

– Джасмин? – произнес чей-то голос.

Она резко вскинула голову. Кружились тела танцующих. Глухо гремела музыка. И тут на нее обрушилась яркая вспышка – камера! Перед глазами поплыли пятна. Толпа рассеялась. Кто-то крикнул:

– Телефон!

Вбежал вышибала и схватил нарушителя. Толпа качнулась, и снова грянула музыка. Другой вышибала уставился на Джасмин, озабоченно сдвинув брови.

– Мисс? – спросил он. – С вами все в порядке?

Джасмин наконец осознала, что сидит в кабинке, сжавшись в комок, обхватив голову руками. Теперь ее сердце бешено колотилось совсем по другой причине. Что произошло, черт возьми?

– Да, все хорошо, – ответила она дрожащим голосом, распрямляя ноги. Она повернулась к девушке, с которой только что целовалась, чтобы проверить, все ли в порядке и с ней.

Но девушка исчезла.

Фиона

Фионе Джейкобс до дрожи хотелось еще один мятный леденец. Очертания жестяной коробочки проступали сквозь сумку. Так легко сунуть туда руку и закинуть леденец в рот. Но Голос сказал ей «нет». Сегодня ты уже съела пять мятных леденцов. В каждом по пять граммов сахара. Двадцать пять граммов сахара – это перебор для такой, как ты.

Она сложила руки на коленях. Новая мысль пронзила ее: Ты сегодня чистила зубы? Да, пожалуй. Не могла же она явиться сюда с несвежим дыханием. К тому же она всегда чистила чертовы зубы. Иногда дважды в день. А то и трижды, потому что первые два раза делала это неправильно – не водила зубной щеткой сверху вниз ровно девяносто секунд или забывала очистить язык, напевая про себя детскую песенку: «Мерцай, мерцай, звездочка».

Вот для чего ей так нужен личный помощник. Чтобы напоминал о чистке зубов. Отслеживал это в мобильном приложении. Ассистентка Фионы уволилась три дня назад, и она уже чувствовала себя на грани нервного срыва.

Ее взгляд упал на экран телефона. Ровно десять утра. Как подтверждали проведенные ею исследования, в десять утра она получала больше всего лайков и комментариев в Instagram, так что лучшего времени для размещения поста не придумать. Тебе нужно добавить контент прямо сейчас, завопил Голос. Ты должна появляться в Сети каждый божий день, девочка. Надо повышать вовлеченность, задавая больше вопросов своим фолловерам. И нужно оставлять комментарии на их страницах, а не просто ставить лайки – тебе ли не знать, насколько непостоянны эти поклонники. А ты совсем не умеешь общаться с ними. Так ты ничего не добьешься. Ты…

– Фиона Джейкобс?

Из-за двери выглянула невысокая женщина с гладкой прической и планшетом под мышкой. Фиона почти не сомневалась в том, что на губах у нее темно-медная перламутровая помада от Urban Decay, одного из спонсоров Фионы.

Фиона выпрямилась во весь рост – почти метр восемьдесят пять в босоножках на танкетке – и двинулась вперед. На нее уставились остальные девушки – гораздо более красивые, чем она, худые, гламурные, с сияющей кожей. Они смотрели на ее непослушные волосы. Вероятно, чувствовали и ее несвежее дыхание, потому что она забыла почистить зубы. Ей позарез нужен мятный леденец. Она пересекла комнату, когда ее вдруг осенило: она сделала ровно двадцать пять шагов? Правильно ли она посчитала? Она так думала, но…

– Привет! – радостно воскликнула Фиона, обращаясь к группе, собравшейся в небольшой комнате. Она убедила себя в том, что сделала двадцать пять шагов, и решила больше не думать об этом.

Кроме ассистентки, которая ее вызвала, в комнате находились агент по кастингу Дерек; продюсер Бетт; и Мона, сетевой администратор. Все заговорили одновременно. И каждый пожал Фионе руку, что вывело ее из себя, потому что она терпеть не могла чужих прикосновений. И вот что еще беспокоило: не почувствовали ли они, какие шершавые у нее пальцы? Она сегодня забыла нанести лосьон для рук. Как ты могла забыть про лосьон?

– Большое спасибо, что пригласили меня, – сказала Фиона, быстро убирая руки за спину.

– Шутишь? – выпалила Мона. – Это мы должны благодарить тебя!

Фиону проводили к складному стулу, стоявшему в центре комнаты под ярким светом софитов. Она мысленно сосчитала шаги: восемь. Хорошо, что четное число. Четные числа приносили удачу. Она скрестила ноги так, чтобы плиссированная юбка миди веером легла на колени. Перед ней установили камеру; Фиона чувствовала, как ее красный глаз выносит приговор. Для Голоса определенно выдался урожайный день. Держу пари, ты выглядишь толще, чем в Instagram. У тебя под глазами поплыл макияж. Корни волос плохо прокрашены. Следует уделять больше внимания таким мелочам. Будь внимательнее.

Бетт изумленно покачала головой.

– Боже. Ты великолепна.

– Самое прекрасное, что я когда-либо видела, – пробормотала Мона.

Фиона поднесла руку к горлу.

– Неужели? Я имею в виду, вы видели других девушек? Одна прекраснее другой! – прорвало ее. Она всегда слишком много болтала, когда нервничала.

Дерек заглянул в свои записи.

– Ну, очевидно, миллионам людей так же, как и нам, нравится твоя аура. Столько подписчиков в Instagram – это неспроста.

– Как можно заполучить такое количество фолловеров? – спросила Бетт, склонив голову набок.

Фиона пожала плечами.

– Ну, способов, на самом деле, много. Я начинала с раздачи классных подарков – в основном, старых сумок, но люди все равно рады получить бесплатно модели от Hermes и Chanel, даже если это секонд-хенд. А потом я комбинировала разные вещи… создавая необычные образы. Помогает и то, что у моей тети есть кое-какие связи в модных журналах – их упоминания моего аккаунта наверняка увеличили число подписчиков. И еще я очень, очень увлекаюсь алгоритмами. Хэштеги, шаутауты, геотеги, ссылки на более крупные аккаунты и страницу Instagram Explore – все это помогает подняться выше и сделать так, чтобы тебя заметили. Кроме того, я знаю кое-кого в BuzzFeed[19], что расширило визуальные возможности моего аккаунта. Но это – целая наука.

Казалось, она говорила беспрерывно уже несколько дней. Фиона вгляделась в лица слушателей, ожидая увидеть скуку, если не возмущение от того, что приходится тратить на нее время, но Бетт задумчиво кивала, а Дерек и Мона ловили каждое ее слово. Еще бы. Всем, возможно, даже Джорджу Клуни, хотелось узнать секрет того, как завоевать подписчиков в Instagram.

– И ты выросла в Ориндже[20], верно? – прочла Мона с обратной стороны фотографии Фионы. – Я тоже из этого округа. В какой школе ты училась?

Фиона почувствовала кожный зуд. Она хотела почесаться, но тогда пришлось бы сделать ровно пять почесывающих движений – ни больше, ни меньше, – и кастинг-директора наверняка сочли бы это странным. Вряд ли она могла дать Моне правдивый ответ на этот вопрос. Тебе нужно убрать эту деталь из своего резюме, приказал Голос. Хватит трезвонить, что ты из округа Ориндж.

– Вообще-то я училась в онлайн-школе, – призналась она. И в этом не солгала.

– А почему тебя потянуло в актрисы? – Дерек вытянул ноги. – Не похоже, чтобы ты нуждалась в работе. Что, актерская лихорадка охватила?

– Можно и так сказать. – Она указала на свое резюме. – Ну, смотрите, я снялась в нескольких веб-сериалах, а в прошлом году была приглашенной звездой в «Ривердэйле»[21]. Я прекрасно провела время и просто влюбилась в кино! – Ложь! Как же фальшиво это звучит!

– Ты снялась в эпизоде со Скарлет Ли, верно? – Уголок губ Дерека изогнулся в озорной улыбке. – Какая она?

– О, мы не снимались вместе, – сказала Фиона.

– Да, но вы ведь знакомы, не так ли? – Мона обхватила спинку стула. – Просвети меня насчет нее. Она что, полный кошмар? Дива в энной степени? – Она наклонилась вперед. – Я не должна тебе этого говорить, но она тоже претендует на роль Кейт. – Мона фыркнула и закатила глаза. Остальные засмеялись.

Фиона заставила себя улыбнуться. Забавно, но все думали, будто они со Скарлет подруги. Да, они сделали несколько селфи вместе и иногда комментировали фото друг друга – что выглядело как дружба. Хотя дотошный фолловер Фионы и Скарлет наверняка знал бы их историю, как и то, что они определенно не близки. Тем более после того, как много лет назад Фиона увела у Скарлет парня, Чейза Макгиана. Но такого рода истории не просачивались в фэндом.

– В любом случае, – сказала Бетт, – у тебя потрясающие внешние данные, Фиона. И ты идеально подходишь на роль Кейт. Ты читала материалы о ней? Кейт – настоящий лидер среди своих друзей. Бесстрашная. Красивая. Дерзкая. Но и веселая.

– Определенно, – добавила Мона. – А ты умеешь шутить?

– Мне нравится смешить, – призналась Фиона.

– Конечно, Фиона знает в этом толк, – сказала Бетт. – Взять хотя бы твое шоу Горячая штучка или рохля? Ты как юная Джулиана Ранчич![22] – Она наклонилась вперед, опираясь на локти. – Мне нравится смотреть, как ты восхищаешься тем или иным нарядом и закатываешь глаза, когда кто-то выглядит ходячей катастрофой. Это просто… блеск!

Фиона попыталась улыбнуться. По правде говоря, она ненавидела эпизоды с награждением. Она снимала их исключительно по просьбе одного из своих спонсоров, рекламодателя церемонии вручения премии Гильдии киноактеров. Со временем, когда ее видеоблог получил большой трафик, Фиону вынудили регулярно устраивать на своем канале награждение победителей. Но чтобы Фиона бросала тень на знаменитых красавиц? Высмеивала их? Нет, это задевало за живое. Голос и так поддразнивал ее всякий раз, когда она устраивала показательную демонстрацию Лучших и Худших образов. Ты говоришь совсем как Лана когда-то. И посмотри, что с ней стало. Подумай о том, где она сейчас.

Бетт постучала авторучкой по блокноту.

– Фиона, я видела тебя в кадре в режиме онлайн и могу сказать, что Кейт – твой типаж. Ты педантична, но самокритична. Не довольствуешься вторым местом. Ты отлично подходишь для нашего проекта – тебя уже знают очень многие зрители, и теперь у них появится шанс увидеть твою другую, забавную сторону. И, имей в виду, этот пилотный выпуск почти гарантированно перейдет в сериал. Твой аккаунт, безусловно, тоже выиграет от этого.

Все дружно закивали. Фиона тоже кивнула. Она проходила самый важный кастинг в своей жизни. Ей светила роль в получасовой комедии под названием «Лайкни меня». Модный сюжет о блогерах и инфлюенсерах – она была создана для него.

Если только эти люди не увидят ее трещин. Если только не подберутся к ней слишком близко и не догадаются, что она разрушена изнутри.

Мона протянула ей сценарий, чтобы она прочитала пробную сцену. Фиона взяла рукопись, хотя у нее в сумке лежал такой же экземпляр. Точнее, две копии, на всякий случай. Бетт вкратце рассказала ей фабулу, при том что Фиона восемь раз перечитала сценарий со своим агентом.

– Лучшая подруга Кейт, Отэм – в исполнении той удивительной азиатской актрисы, которая снялась в восхитительной мелодраме на Netflix, – недавно обнаружила, что босс крадет ее спортивное питание P90X из общего холодильника. Она впервые рассказывает об этом Кейт. Отэм может подтвердить свои подозрения только тем, что ее босс худеет… в то время как у нее самой вес стоит на месте. Доказать факт кражи очень сложно, потому что босс – парень, а всем известно, насколько легко похудеть мужчинам. – Бетт закатила глаза.

Фиона услужливо хихикнула, но ей сдавило горло. Неужели Бетт намекает на то, что она все знает? Не хочет ли она сказать, что они с Фионой – родственные души, большие девочки в вечной борьбе за место под солнцем?

Фиона отогнала эту мысль. Конечно, Бетт не могла узнать. Просто Фиона слишком поддалась паранойе.

– Начинай, как только будешь готова, – сказал Дерек, и все расселись по местам, откидываясь на спинки стульев.

Фиона закрыла глаза и сделала несколько глубоких медитативных вдохов. И вот тут началась трансформация. Внезапно она перестала быть Фионой. Ее больше не волновало, сколько шагов она прошла от машины до офиса, выглядывает ли из-под топа бретелька лифчика. Она не беспокоилась о том, что, возможно, забыла отключить блендер Vitamix. Ее настоящее ушло. Как и прошлое. Она больше не была девчонкой, привыкшей к жестоким насмешкам и издевательствам. Она не была той, кому однажды, жаркой летней ночью, пришлось сделать трудный выбор в отношении чего-то немыслимо ужасного.

Вместо этого она стала веселой, беззаботной девушкой по имени Кейт, живущей в Нью-Йорке и готовой к забавным, экстравагантным выходкам. И дело с концом.

Слова роли полились из нее рекой.

Она заметила заинтересованное выражение лиц зрителей, свет в их глазах. Вот почему ей нравилась актерская игра. Вживаясь в чужой образ, она могла сбросить с себя груз собственных комплексов. И это действовало благотворно.

– Это было здорово, – сказал Дерек, когда она закончила. – Можешь повторить, только сосредоточиться больше на злости, чем на веселье? Добавить колкости, что ли. Ну, чтобы ближе к жизни? Давай просто посмотрим, как это будет выглядеть.

– Конечно.

На этот раз все оказалось не так просто – сыграть гнев всегда труднее, ведь нужно найти повод для злости, и единственное, что могло разозлить Фиону по-настоящему, случилось много лет назад. Лана.

Но она справилась. А когда закончила, снова подняла взгляд и увидела, что все смотрят на нее широко распахнутыми глазами. Во рту у нее пересохло. Ужасно, отругал ее Голос. Бездарность, а не актриса. Тебе лучше убраться восвояси.

– Ты такая Кейт. – Мона прижала руки к груди.

– Это просто… потрясающе, – поддержала ее Бетт.

Дерек протянул ей руку.

– Я знаю, что не должен этого говорить, и нам нужно прежде позвонить твоему агенту, но, думаю, мы все можем сказать, что хотим видеть ТЕБЯ в роли Кейт.

– Мы обсудим детали с твоим агентом, и я уверена, что все получится, – добавила Бетт.

Фиона разинула рот от изумления.

– Постойте, что? – Должно быть, произошла какая-то ошибка.

Но потом они обменялись телефонами. Дерек подписался на ее страничку в Instagram. Они пообещали позвонить агенту Фионы и договориться о времени встречи, чтобы она могла пройти совместную читку с другими актерами. Ее попросили пока не разглашать новость онлайн – этим займется съемочная группа, – разве что можно дать пару намеков.

У Фионы голова шла кругом. К тому времени как она добралась до своей машины, припаркованной в одном из переулков – сто семьдесят четыре шага, – ее трясло. Неужели она это сделала? Да могла ли она, черт возьми, сделать это?

Она достала телефон и, включив фронтальную камеру, сфотографировала себя – улыбаясь, потом задумчиво глядя вдаль и, наконец, с фирменной улыбкой «смайз», одними глазами. Отсняв около сотни селфи, она решила, что одна фотография ей все-таки удалась. Она загрузила выбранный снимок в Facetune и с помощью фоторедактора убрала небольшой прыщик на щеке, глазам добавила зелени, а зубы сделала чуть белее. Она трижды проверила, не выглядит ли толстой шея, хотя Голос напомнил ей, что всему есть предел. Удовлетворившись результатом, она применила еще один фильтр VSCO и… вуаля.

Она загрузила фотографию в Instagram с подписью: «Только что узнала СУПЕР захватывающую новость. Пока не могу поделиться, но это… ОТПАААД!».

Комментарии хлынули мгновенно, поклонники восхищенно рассказывали о том, как она красива, как они гордятся ею и мечтают о такой жизни. В следующее мгновение телефон зажужжал. Звонил ее парень, Чейз. Фиона приняла вызов, и на экране FaceTime появилась очаровательная мордашка Чейза.

– Я только что видел твой пост, – сказал он. На заднем плане виднелся школьный двор Гарвард-Уэстлейка – Чейз сдавал выпускные экзамены. – Ты получила роль?

– Я… да! – взвизгнула Фиона. – Я буду играть Кейт!

– О боже, детка! – воскликнул Чейз. – Это потрясающе!

Они не могли долго разговаривать – Чейзу пора было возвращаться на экзамен.

– Увидимся вечером, – пообещал он. – Мне не терпится отпраздновать!

Фиона нажала отбой, испытывая теплое, покалывающее волнение. Внезапно все стало казаться правильным.

Телефон снова зажужжал, но она перевернула его экраном вниз и завела машину – вероятно, прорезался кто-то из тех, кто прочел ее пост и теперь хотел выведать сенсацию. Но тут завибрировали и умные часы Apple Watch. Она опустила взгляд на запястье и увидела входящее сообщение с неизвестного аккаунта. Фиона прокрутила крошечный циферблат часов, и зрение затуманилось, когда перед глазами возник тревожащий и совершенно неуместный образ: узкое лицо Ланы Хеджес. Именно это фото было в некрологе Ланы.

Фиона заглушила мотор и схватила телефон, чтобы лучше рассмотреть снимок. Сердце бешено колотилось. Пальцы неуверенно скользнули по клавиатуре. Лишь после двух неудачных попыток ей удалось разблокировать телефон. Она зашла в директ и обнаружила, что сообщение отправлено с аккаунта, обозначенного лишь несколькими цифрами и тире, как короткий номер Verizon[23], с которого присылают счета за услуги. Сообщение состояло из картинки… и нескольких слов. Прочитав их, Фиона почувствовала, как тело стало ватным.

Я знаю, что ты сделала. Так что тебе лучше позвонить на Эй-би-си[24] и сказать, что ты отказываешься от роли Кейт. Если только ты не хочешь, чтобы все узнали правду.

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 18 июня (для ее канала на YouTube)

Включается видео. Скарлет Ли – роскошная, с идеальным макияжем и укладкой, – говорит на камеру, стоя на оживленной улице в Беверли-Хиллз. В руках у нее черничный маффин.

СКАРЛЕТ

Привет, это я, Скарлет, в прямом эфире из кафе #Blessed, где подают самый невероятный веганский маффин из всех, что я когда-либо пробовала. Ингредиенты полностью натуральные, без ГМО, и вы получаете сто процентов омега-3 всего в одном лакомстве из ста калорий! Имейте в виду, что столько же калорий сжигается всего за десять минут горячей йоги!

КОРИ (за кадром)

Что-что?

Скарлет поворачивает камеру, чтобы показать свою группу. Мы видим КОРИ (двадцать один год, бледный и тощий, крашеные светлые волосы, серьга-кольцо в ухе). Рядом с ним – менеджер СИНТИЯ (тридцать три года, коренастая брюнетка в платье с запахом), КУРТ (двадцать восемь лет, в футболке с символикой «Звездных войн», с кавалер-кинг-чарльз-спаниелем на руках) и ДЖИНА (далеко за сорок, суперсекси, подержанная версия Скарлет).

СКАРЛЕТ (за кадром)

Вот мой партнер-гей, Кори, вы его знаете и как моего стилиста. Вот моя милая мамочка; вот Синтия, мой неподражаемый менеджер; а это Курт, ангельская няня моего песика, и с ним мой малыш Пинат!

Собака ТЯВКАЕТ. Скарлет снова поворачивает камеру на себя.

СКАРЛЕТ (продолжает)

В любом случае, вот мой наряд дня и…

(часто моргает, как будто не в себе)…

и, да, э-э…

Внезапно камера ДЕРГАЕТСЯ. В кадре мелькает тротуар, а затем мы видим, как Скарлет склоняется над урной, ее ТОШНИТ. Слышен стук каблуков; Синтия выхватывает у Скарлет телефон.

СИНТИЯ

Ты в порядке, Скар?

Скарлет кивает. Вытирает рот. Камера мечется, но Скарлет хватает ее и снова поворачивает на себя.

СКАРЛЕТ

Никакого стресса, просто проблемы с желудком! Вам, ребята, это тоже знакомо, верно? Как говорила Эмили Блант в «Дьявол носит Prada», от идеального веса нас отделяет лишь пара приступов гастрита!

ДЖИНА (мама Скарлет)

Дорогая, не знаю, хотят ли люди видеть тебя такой…

СКАРЛЕТ

(Усмехается в камеру) Я люблю свою маму. И тому есть три главные причины: (1) Мама – моя самая рьяная сторонница. (2) Я ценю то, как она вместе со своими лучшими подругами предана делу благотворительной помощи детской больнице и, конечно же, мне. (3) Заметили, насколько потрясающе выглядит моя мама в свои сорок семь? Я серьезно, ребята.

Скарлет идет к ресторану, продолжая говорить. Мы видим валет-паркинг, патио, живую изгородь из суккулентов.

СКАРЛЕТ

Я знаю, у многих из вас есть вопросы обо мне и Джеке. Так мило, ребята, что вы беспокоитесь. Конечно, я немного обижена и сбита с толку. Нам с Джеком предстоит долгий разговор. Но никто не виновен, пока не доказана его вина, верно? Так что не волнуйтесь. Мы – крепкая пара. Я доверяю своему парню. Но я так благодарна вам за поддержку. Честно говоря, именно ВЫ, ребята, помогаете мне пережить плохие дни!!

КОРИ

Мы любим тебя, Скар.

Хостес провожает их к столику. Группа проходит через модный обеденный зал, мимо длинной барной стойки с мраморной столешницей. Камера все еще направлена на Скарлет, но за кадром слышен телефонный ЗВОНОК. Камера поворачивается и ловит Джину, которая немного отстала и пытается привлечь внимание Скарлет.

ДЖИНА (шепчет)

Можно с тобой поговорить, дорогая?

СКАРЛЕТ

О чем?

Джина показывает на камеру.

ДЖИНА

Может, лучше отключить?..

Приглушенные звуки. В кадре снова появляется Скарлет.

СКАРЛЕТ

Вот и все на сегодня! Большое спасибо, что смотрели, и, как всегда, примите мою бесконечную любовь.

Она посылает воздушный поцелуй и бросает телефон в сумочку… но не отключает запись. Упс. Теперь мы слышим только голоса…

СКАРЛЕТ

В чем дело, мам?

ДЖИНА

Я просто хотела узнать, как насчет того, что тебе не достанется роль в «Лайкни меня».

СКАРЛЕТ

Все в порядке.

ДЖИНА

Я понимаю, Фиона Джейкобс бередит старые раны…

СКАРЛЕТ

Я же сказала. Все в порядке. У меня все под контролем.

ДЖИНА

В смысле?

Но вдруг… мы слышим шаги… гм… и вот еще чей-то голос…

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС

Э-э, прошу прощения?

СКАРЛЕТ (резко)

Э-э, да? Мы еще не готовы сделать заказ.

ДЕВИЧИЙ ГОЛОС

О, я не… я не работаю здесь… О боже. О боже, это действительно ты. (Ошеломленно) Я просто… смотрела сейчас твое онлайн-шоу и подумала, что ты, возможно, в этом ресторане, но я не была уверена, и, о боже… (Девушка едва не задыхается от волнения.) Меня зовут Мелани. Я – твоя самая горячая поклонница.

СКАРЛЕТ (спокойно, устало)

Привет.

МЕЛАНИ

Можно с тобой сфотографироваться?

СКАРЛЕТ

Я обедаю…

МЕЛАНИ

О боже. Конечно. Я понимаю. Прошу прощения. Я ухожу, не буду мешать…

ДЖИНА (шепотом)

Скарлет! Сфотографируйся с этой девушкой!

Скарлет тяжело вздыхает. Слышен шорох… Она достает из сумочки телефон. В кадре снова появляется лицо Скарлет. Она хмуро смотрит на экран, а потом… морщится… о черт… до нее доходит, что на ее канале все еще идет трансляция. Она поспешно набирает: КОНЕЦ.

Комментарии: (3 761)

@ScarMyQueen: Я первая!

@MultiFanScarlet: КАКОГО ЧЕРТА, ты ЗАСЛУЖИВАЕШЬ ЭТУ РОЛЬ!! Люблю тебя, королева!!

@ScarLeighJackletHeart: Я бы буквально продал свою душу, чтобы потусоваться с тобой. И ЕЩЕ: лайкните этот коммент, если вы готовы помочь убрать Фиону и таинственную СУКУ.

@Jacklet4Ever: Ребята, она ведь не всерьез хотела оборвать прямой эфир??? Я не в том смысле, что мне нравится наблюдать за личной драмой, но все же немного волнуюсь??

@uwuscarletleigh: @jacklet4ever, не знаю, может, это глюк на Insta, но, честно скажу, чем больше Скарлет, тем лучше!!!

(читайте еще 2309 комментов)

Опубликовано три минуты спустя на @ScarletFanMel66: Девушка с улыбкой до ушей и Скарлет с пустым взглядом, фотографируются вместе. Подпись: БОЖЕ, БОЖЕ, Я ДРОЖУ, НО ЭТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОНА, НАСТОЯЩАЯ @SCARLETTER. РЕБЯТА, ВЫ НЕ ПРЕДСТАВЛЯЕТЕ, КАК ДОЛГО Я ЭТОГО ЖДАЛА!!! Вау, ладно, я вся в слезах, но пойду, попробую успокоиться. ПОКА-А-А.

Далила

– Да здравствует традиционный семейный завтрак Роллинсов! – Мама Далилы поставила на стол тарелки с черничными оладьями, украшенными взбитыми сливками. – Я использовала органическую чернику с фермерского рынка и смесь для выпечки за двенадцать долларов с семенами льна, – добавила она. – Но вы совсем не почувствуете их вкуса.

Когда Далила оторвала взгляд от телефона, родители выжидающе смотрели на нее, подняв стаканы с апельсиновым соком.

– Давай, милая, – поторопил ее отец, Уилл. – Как в старые добрые времена!

Далила взяла стакан с соком и протянула его отцу. Папа передал свой стакан маме, мама отдала свой Аве, а Ава свой – Далиле. Этот ритуал начался миллион лет назад, бог знает почему – в детстве Ава и Далила часто менялись чашками с напитками, и традиция продолжилась. Правда, теперь это выглядело по-идиотски.

– Итак, сегодня мы официально записываем вас в школу, – сказал Уилл, подцепляя вилкой оладью и отправляя ее в рот. – Кампус находится недалеко от тропы, ведущей к знаку Голливуда. Потом мы могли бы отправиться в поход. – Он взволнованно взглянул на Далилу. – Ты сможешь сделать фото для своей страницы.

Далила скорчила гримасу.

– Я бы никогда не поместила фото со знаком Голливуда на свою страницу.

– А почему бы и нет? – Мать, казалось, искренне смутилась. – Если ты хочешь сказать, что это слишком по-туристски, так мы здесь все еще туристы.

– Да, но худшее, что мы можем сделать, это вести себя как туристы, – объяснила Далила.

Родители переглянулись, и Далила подавила приступ раздражения. Как же они не понимают, что это верх безвкусицы – постить фото самой избитой достопримечательности Лос-Анджелеса?

– Кстати, о школе, – сказала Далила, и сердце забилось быстрее. – Что вы, ребята, думаете об онлайн-обучении?

Родители снова переглянулись и расхохотались.

– Хуже не придумаешь, – отшутился отец.

– Нет уж, спасибо, – поддержала его мама. – Я не позволю, чтобы вы весь день путались у меня под ногами. К тому же, если на то пошло, в онлайн-школе вообще чему-нибудь учат?

Далила повесила голову. Как она и ожидала. Она любила своих родителей, но они поотстали от жизни. Они хоть представляли себе, как разрастается ее фэндом, и что это значит? С тех пор как несколько дней назад она сфотографировалась с Джасмин и Фионой в отеле «Ивенсонг», ее аккаунт стремительно пополнялся новыми подписчиками. К ней даже обратились несколько небольших брендов с предложениями делать рекламные посты за скромное вознаграждение. Фотограф по имени Патрик прислал ей сообщение в директ, спрашивая, не заинтересована ли она в том, чтобы он ее фотографировал. Далила навела справки у Джасмин – не мошенник ли он? – но та заверила ее, что Патрик – лучший из лучших. Фотографы Instagram любят снимать новичков, добавила Джасмин. Для них это дополнительная реклама, а ты получаешь великолепные снимки. Обязательно попробуй!

Да, конечно. Как будто ее мама когда-нибудь позволит это.

Она снова уткнулась в телефон, думая о другой своей проблеме. Эти мысли не выходили у нее из головы со вчерашнего дня, когда у них с Джеком Доно случился тот странный, пьянящий почти что поцелуй и в Сети начали циркулировать их снимки.

Конечно, посыпались и комментарии.

Таинственная сука – так назвал ее пользователь @ScarletArmy из фэндома Джеклета, приложив размытую фотографию Джека, наклонившегося к Далиле. Изображение заработало девятьсот восемьдесят шесть лайков и сто два комментария, дружно осуждающие Джека Доно за то, что он просто разговаривал с другой девушкой.

– Лила?

Она кликнула другой пост фаната Джеклета, выложившего ту же нечеткую фотографию Джека в ресторане. К счастью, фотограф не смог запечатлеть лица Далилы. Но что, если кто-нибудь сделал фото, которое пока не просочилось, но четко идентифицировало ее?

– Лила?

Далила тоже присутствовала в Сети. Ее фэндом не шел ни в какое сравнение с фэндомом Джеклета, но кто-то мог заснять ее за столиком ресторана и запостить зеркальное изображение…

– Далила.

Семья уставилась на нее. Бетани отложила вилку.

– Передай мне свой телефон, пожалуйста.

– Что? Нет! – Далила прижала телефон к груди.

– Отдай, – сурово произнес отец. – Телефон подождет до конца завтрака.

Я не голодна, хотела огрызнуться Далила.

Проглотив завтрак, она схватила телефон и бросилась наверх. Она слышала, как родители шепчутся о ней на кухне. Далила понимала, что перегибает палку своими капризами, но проблема с Джеклетом казалась вопросом жизни и смерти.

Она плюхнулась на кровать. В следующее мгновение раздался стук в дверь, и в комнату заглянуло открытое веснушчатое лицо Авы.

– Эй.

– Привет, – безучастно пробормотала Далила. – Чего тебе?

Сестра сунула руки в карманы. В приталенной толстовке и махровых шортах Далилы, без следа макияжа – мама не разрешала краситься до пятнадцати лет, – она выглядела свежей и невинной.

– Ну, я хотела поговорить о Джеке Доно.

Это заставило насторожиться. Далила резко выпрямилась.

– Что?

Ава выглядела испуганной.

– Я… мне захотелось в туалет, пока мы ждали тебя с вечеринки. Мама позволила мне на секунду забежать в отель. Я видела тебя в ресторане… когда ты разговаривала с ним. Фейт его обожает.

– Кто такая Фейт? – Далила ломала голову, но так и не вспомнила никого из Миннеаполиса по имени Фейт.

– О, одна девушка. Я познакомилась с ней в Интернете, но она живет всего в нескольких кварталах отсюда. – Ава пожала плечами. – Мы часто общаемся в чате.

– Ты рассказала ей об этом? – Далила пришла в ужас.

– Нет. Вовсе нет. Но она много знает о Скарлет. И о Джеке тоже. – Ава тяжело сглотнула. – Фанаты постят ужасные вещи о тебе, Далила. Все эти поклонники Скарлет – они сущее зло.

Далила фыркнула.

– Не читай эту чепуху. Не трать время попусту.

– Некоторые из них говорят, что хотят убить тебя.

Далила содрогнулась от страха.

– Они не знают, что я – та самая девушка, и я намерена держать это в секрете. Во всяком случае, фанаты постоянно сыплют подобными угрозами. Ничего страшного.

– Но что, если они догадаются? Может, стоит кому-нибудь рассказать? Например, маме.

Далила крепко сжала руку сестры.

– Нет. Она раздует из мухи слона. Это… обычное дело, ясно? Все уляжется. – Далила не хотела, чтобы кто-нибудь, а уж тем более впечатлительная младшая сестра, узнал о ее промахе с Джеком. Она пока не решалась рассказать об этом даже застрявшей-во-Франции-без-телефона Бизи.

– А еще Фейт поделилась со мной кое-какими сплетнями о Скарлет, – продолжила Ава. – Говорят, она вроде как… безжалостная.

Далила с опаской посмотрела на нее.

– Откуда ты знаешь про Скарлет?

– Просто… знаю. В прошлом году была такая девушка, Хлоя Сделай-Сам. Она вела фэшн-влог, про какие-то косметические штучки, и у нее было довольно много подписчиков…

– Я помню ее, – еле слышно прошептала Далила. Так странно, что она разговаривала с младшей сестренкой об инфлюенсерах.

– Так вот, похоже, Скарлет отшила Хлою на каком-то мероприятии. И Хлоя пожаловалась в своем видеоблоге. Она говорила о том, что Скарлет не такая уж и красивая, что у нее ужасные манеры, что ее мама вроде как маньячка и стерва, что лучшая подруга тайно презирает ее, и как странно, что она всюду таскает с собой свою собаку и догситтера.

– У Скарлет есть… собачья няня? – спросила Далила. – Откуда ты все это знаешь?

– Я же сказала – от Фейт. И посмотри влоги Скарлет – там везде маячит догситтер. Так или иначе, Скарлет узнала о видео Хлои. Разозлилась не на шутку и начала распространять о ней ужасные сплетни. Люди отвернулись от Хлои. Она потеряла сотни тысяч подписчиков и с тех пор ничего не публикует. Я слышала, она полностью отказалась от Интернета. Только из-за Скарлет!

По спине Далилы пробежал холодок.

– И все из-за того, что эта Хлоя сказала, будто Скарлет завистливая?

Ава округлила глаза.

– Я не хочу, чтобы она причинила тебе боль.

Далила почувствовала, что ее бросает в жар, но постаралась не показывать виду.

– Перестань читать всякие сплетни. В любом случае, это наверняка просто хайп. У меня все под контролем, ясно?

Она уверенно улыбнулась сестре. Ава пожала плечами и повернулась к двери. Только когда она ушла, Далила рухнула на кровать, охваченная паникой. Ее жизнь здесь толком еще и не началась, но уже могла быть разрушена.

Фиона

Фиона сидела за большим столом вместе с Чейзом; своей мамой – доктором Ребеккой Джейкобс; и Марти – автором блога «Шоколад и искусственный мех». Блог, публикующий мэшап о стиле жизни/дизайне/культуре, привлекал аудиторию миллениалов/поколения Z, которую Фиона собиралась завоевать как новая звезда «Лайкни меня». Сегодняшнее интервью было организовано в связи с тем, что телесеть собиралась объявить Фиону исполнительницей роли Кейт и создать предварительный ажиотаж. Фиона давала эксклюзив автору этого блога, после чего ее, как приглашенную звезду, ждали на невероятно успешном канале YouTube, где пекут уродливое, комковатое печенье и общаются – в этом заключалась фишка канала. А на следующий день ей предстояло дать интервью журналам Variety, The Hollywood Reporter и Vanity Fair.

Но, возможно, ей вообще не стоило участвовать в промоакциях.

Они сидели на открытой террасе клуба «Сохо Хаус» в Западном Голливуде. Официантка только что поставила перед Фионой салат из кудрявой капусты. Она с завистью посмотрела на мамин тост с авокадо, жалея о том, что не заказала такой же. Нет, для тебя только капуста, поддразнил Голос.

Раз, два, три. Три раза она поднесла салфетку к губам. Может, стоило еще раз помыть руки? Надо досчитать до двадцати, прежде чем положить в рот первый кусочек – или нет? Очевидно, произойдет нечто ужасное. Или уже произошло? Она почувствовала, что колено дрожит так сильно, что, того и гляди, ударится о столешницу. Чейз положил руку ей на бедро, чтобы успокоить. У него это хорошо получалось.

– Мне нравится, – сказала Марти, жуя кусочек вегетарианского бургера, – что вы, как пара, выглядите земными, обычными. Слишком много молодых инфлюенсеров завязывают отношения с другими инфлюенсерами и актерами. И это здорово, Фиона, что ты встречаешься с парнем не из звездной тусовки.

– Ну, если Чейз не из звездной тусовки, это еще не значит, что он не крут. – Фиона прильнула к плечу Чейза.

Марти выглядела заинтригованной.

– Ты тоже думаешь начать карьеру в социальных сетях, Чейз?

Чейз открыл было рот, собираясь ответить, но Фиона опередила его:

– О, ни в коем случае. Он видит, каково мне приходится, не так ли, детка? Это не для слабонервных.

– Это уж точно! – вмешалась мама Фионы.

Доктор Джейкобс, преподаватель археологии в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, все еще была в профессорской «униформе»: брюках чинос, рубашке на пуговицах и блейзере. Ее светлые волосы были собраны в хвост, а очки сидели на самом кончике носа. Она, казалось, не замечала, что выглядит старомодно, несмотря на то, что они сидели в одном из самых шикарных частных клубов в городе. И все же Фиона была рада, что ее мама выкроила время в своем плотном графике, чтобы приехать на эту встречу.

Ей хотелось бы, чтобы и отец тоже был здесь, но он работал в больнице на другом конце города, где принимал роды. Мама Чейза тоже была акушером-гинекологом, так что, когда члены двух семей собирались вместе, застольные беседы бывали странноватыми.

– Может, я покажусь древней, но то, чем нынешние дети делятся в Интернете, и насколько они взрослые… это нечто, – продолжила доктор Джейкобс. – Они намного опережают то, чем я занималась в их возрасте.

– Но вы же гордитесь тем, чего достигла ваша дочь, верно? – спросила Марти.

– Конечно. – Мама Фионы откусила тост с авокадо. – Я всегда учила ее мыслить самостоятельно. Когда я росла, мама вечно твердила мне, что я должна стать медсестрой, а не кардиологом. Мол, это мужская работа. Но я пошла своим путем. И своим детям разрешаю заниматься тем, чем они хотят. – Она робко улыбнулась. – В любом случае, это интервью не обо мне. – Она откинулась на спинку стула, как бы говоря: Тебе слово, Фиона.

– Я только что закончил одиннадцатый класс Гарвард-Уэстлейка, – сказал Чейз, возвращая разговор в нужное русло. – И надеюсь через год поступить в Калифорнийский университет в Санта-Барбаре.

– Я так рада, что он будет рядом, – сказала Фиона, опираясь на его плечо.

Марти придвинула микрофон поближе.

– Ты ведь тоже какое-то время училась в Гарвард-Уэстлейке – да, Фиона? До онлайн-школы? – Фиона кивнула. – Так вот где вы познакомились?

– Верно, – осторожно сказала Фиона, надеясь, что блогерша не станет углубляться в историю о ней и Скарлет Ли. Скарлет и Чейз встречались всего несколько недель, прежде чем он познакомился с Фионой. Тем не менее, Скарлет тяжело переживала их разрыв… и она определенно из тех, кто вечно таит обиду.

– А где ты училась до Гарвард-Уэстлейка? – спросила Марти. – В другой частной школе Лос-Анджелеса?

– О. Э-э, нет. – Фиона разрезала большой лист капусты. – Мы жили в округе Ориндж.

– Лагуна-Хиллз, – уточнила мама Фионы.

– Ты тогда была в соцсетях? – Марти пролистала свои записи. Еще мгновение – и она заметит, что аккаунты Фионы появились три года назад; странно для человека ее возраста. Большинство ее ровесниц открывали страницы в Instagram практически сразу, как только осваивали клавиатуру смартфона.

– Э-э, нет. – Фиона почувствовала, как ногти впиваются в ладонь. – Я была неуклюжим подростком. Толстая, несчастная, неуверенная в себе…

Марти выглядела потрясенной.

– Серьезно?

– Она была прелестна, – вставила мама Фионы. – Умненькая… послушная… но это же округ Ориндж. Люди могут быть такими поверхностными и жестокими. Особенно девочки.

– Меня травили в школе, – призналась Фиона. – Это было тяжело.

И поделом, вставил Голос.

Марти сочувственно прищурилась.

– Боже, мне очень жаль.

Фиона снова схватила салфетку и промокнула губы: раз-два-три. Она знала, что Марти ждет, чтобы она рассказала об этом поподробнее. Может быть, о том, как Лана Хеджес, главная обидчица, обзывала Фиону «неваляшкой», имея в виду детские игрушки в виде безногих толстых человечков и животных. Или о том, как Лана распустила слух, будто Фиона на самом деле не толстая, а просто беременная от дворника Карла, что было особенно жестоко, учитывая, что Карлу было за пятьдесят, он был со странностями и к тому же, как поговаривали, неонацистом. Или о том, как часто в течение учебного года Фиона открывала свой шкафчик в раздевалке, и оттуда вываливались испачканные красным тампоны, пахнущие акриловой краской.

Лана дразнила и других, но Фиона не хотела общаться с этими девочками – тогда все, что делала Лана, стало бы еще более реальным. Теперь она жалела об этом; возможно, если бы все жертвы объединились, вместе им бы удалось чего-то добиться. Рассказать кому-то. Дать отпор. Но она держалась особняком. Во всяком случае, до появления Зои.

– Ситуация начала выходить из-под контроля, – вмешалась мама Фионы. – И мы вытащили ее оттуда. Перевели в онлайн-школу, чтобы она закончила восьмой класс…

– Моя семья переехала в Лос-Анджелес, – продолжила Фиона. – А после этого… не знаю. Летом все изменилось. Я стала лучше питаться. Занималась фитнесом. Начала ухаживать за собой, понимаешь? – Нет, дело не в этом, вмешался Голос. Просто ты разработала ритуалы. Перестала жрать. Изматывала себя тренировками.

Фиона продолжала улыбаться.

– Потом я подготовила комедийный номер для вечеринки, которую устроили мои родители, и всем понравилось мое выступление.

– Это было потрясающе! – согласилась доктор Джейкобс. – Даже не знаю, откуда что взялось!

– В августе того же года я запустила свой канал на YouTube – о красоте и моде, с юмором. Но я сделала это для себя, понимаешь? Не для фолловеров. Просто попробовала себя в чем-то новом, чтобы выяснить, кто я и что.

– Вот тогда-то мы и познакомились. – Чейз отложил вилку. – Я даже не знал, что у нее есть канал. И не видел, насколько она симпатичная – в смысле, это помогло увидеть, но я не зацикливался на красоте. Я просто понял, что она невероятно интересна как личность. Веселая, крутая, обаятельная и проницательная. – Он подался вперед. – Я встречался с другой девушкой, тоже успешной и забавной, тоже с характером, как и Фиона, но у нее не было души. Мне понравилось, что у Фионы трудная судьба. – Он вздохнул. – Меня тоже дразнили в начальной школе. У меня был желудочный грипп в четвертом классе, и это вылилось в самую настоящую трагедию, когда я не смог удержать все в себе, прежде чем добрался до школьного туалета… – Он содрогнулся. – Никто бы не смог с этим справиться. Я был подавлен.

Фиона похлопала его по руке. Пожалуй, впервые они с Чейзом вели такой откровенный разговор о том, как они оба – привлекательные, умные, интересные люди – терпели грубые насмешки и травлю в школьные годы. Это связывало их. Это и еще любовь к фильмам восмидесятых, шопинг в благотворительных магазинах и заплывы в гидрокостюмах в океане у пляжа Санта-Моники в разгар зимы.

Фиона не знала, что бы она делала без Чейза. Он понимал ее, как никто другой – она даже кое-что рассказала ему о своих ритуалах и Голосе. Но рассказала, конечно же, не все. Никто не знал всей правды. Кроме…

Ее мысли вернулись к странному сообщению в директ. Мог ли кто-то узнать? Но как?

– А та девушка, которая дразнила тебя? – зловеще спросила Марти, словно прочитав мысли Фионы. – Она как-то проявилась, прокомментировала твой нынешний успех? Представляю, как ты могла бы торжествовать.

Фиона обменялась взглядом с матерью.

– На самом деле там произошел… несчастный случай, – тихо сказала Ребекка, откладывая последний кусочек тоста. – Той девушки больше нет с нами.

– О боже! – Марти поднесла руку ко рту. – Какой ужас!

Сердце Фионы бешено колотилось. Ее секрет, казалось, лежал на поверхности, едва прикрытый.

Вскоре мать Фионы сказала, что ей пора возвращаться на работу. Фиона обрадовалась возможности уйти. Она пожала руку Марти и поблагодарила ее за беседу. Она считала шаги, покидая изысканный обеденный зал «Сохо Хаус». Ей пришлось лишний раз шаркнуть ногой, чтобы получилось восемьдесят восемь шагов, четное число, вместо восьмидесяти семи.

Но на парковке Чейз замешкался, словно не хотел идти к своей машине.

– Все прошло нормально? Мне показалось, что ты немного…

– Немного… что? – огрызнулась Фиона, и ее голос прозвучал более нервно, чем ей хотелось.

Чейз пожал плечами.

– Не знаю, может, была насторожена.

– Вовсе нет. – Ее голос зазвучал на октаву выше. – В любом случае, с этими людьми надо держать ухо востро. Если рассказать им слишком много, они извратят твои слова и раздуют скандал.

– Да, но за тобой не тянется никаких скандалов. – Чейз игриво шлепнул ее по бедру.

Разум Фионы завопил, но она старалась дышать ровно.

– Да, но…

Чейз бросил на нее неуверенный взгляд, пожал плечами и чмокнул ее в щеку. Он сел в машину и поехал домой. Сердце Фионы колотилось. Насторожена? Неужели блогерша тоже так подумала?

Ей перехватило горло. Она огляделась по сторонам, уверенная, что за ней кто-то следит. Кто-то узнал о Лане. Фиона вдруг осознала реальность угрозы из полученного сообщения. Кто-то собирался погубить ее. Если только…

Она вытащила телефон и с несчастным видом уставилась на экран. Если только… Видимо, придется пойти на некоторые жертвы. С этой мыслью она пролистала список контактов и позвонила своему агенту.

Джасмин

В субботу Джасмин, как обычно, собралась в Долину[25] навестить родителей. Запрыгнув в машину – седан «Тесла», который она купила после рекламной кампании бренда Claire’s, когда в радужном образе Лулу Си рекламировала новую ювелирную линию серег Lulu C, – она первым делом вывела на гигантский сенсорный экран автомобиля полученные сообщения. Обычно она старалась не пользоваться смартфоном за рулем, но ее телефон звонил все утро, и ей не терпелось оценить масштаб катастрофы.

Катастрофа. Вчера вечером. Но последствия оказались не столь ужасными. По Сети гуляли фотографии Джасмин, сделанные в темноте, но из них мало что можно было выжать. Она была в маске. Рядом с ней могла быть девушка… но, возможно, и парень. Большинство ее фанатов были просто заинтригованы. Почему ЛулуДжасмин в маске? Она что, целуется с длинноволосым парнем? Может, с рок-звездой?

Она просмотрела комментарии, отчаянно надеясь, что кто-нибудь узнал девушку. Но пока ничего не всплыло… и это убивало. У нее не шел из головы тот поцелуй. Джасмин заново переживала момент прикосновения губ девушки. И чувство, что все правильно. Почему она не спросила ее имени? Утром она позвонила организатору вечеринки, умоляя его прислать ей список вчерашних гостей. Парень лишь рассмеялся.

– Прайвеси – главное условие таких вечеринок, – напомнил он ей. – Если я раскрою список имен, это все испортит.

Но ей было необходимо найти ту девушку. Между ними возникла особая связь. Она не могла вот так запросто отмахнуться от этого.

Она влилась в поток машин на автостраде и нажала кнопку, открывая новый плейлист Spotify[26]. Тут она заметила имя Руби в списке входящих сообщений. Сестра прислала шестнадцать сообщений с тех пор, как всплыла эта история. Джасмин собиралась позвонить ей утром, но голова раскалывалась от стресса, да и настроения не было. Она даже решила отключить GPS на своем телефоне, чтобы Руби не знала, где она находится. Хотя бы на одно утро. Пока она не придет в себя.

Она терпеть не могла прятаться от сестры. Когда Джасмин только начинала свой путь, а Руби, тогда еще студентка колледжа, была скорее добровольным личным помощником, чем ее круглосуточным менеджером, они ездили к родителям вместе. Наша сила – в количестве, шутили они. И делали ставки: сколько раз мама пожалуется на загадочную болезнь? Сколько раз папа выскользнет из дома под предлогом «присмотра за растениями в саду», чтобы тайком выкурить сигаретку? Будет ли бабушка добра к ним в этот приезд, или сварлива, как обычно, воркуя лишь со своим любимым французским бульдогом Мистером Снаффлупагусом[27]?

Но с тех пор, как карьера Джасмин вышла на новый уровень, они с Руби все меньше чувствовали себя сестрами и все больше становились похожи на примадонну и соперницу. Джасмин видела единственный способ сохранить семейные узы – разорвать производственные отношения… Но как она могла уволить родную сестру? «Никогда не смешивай семью и бизнес», – сказал ей однажды режиссер на съемках шоу «Это круто!». Джасмин жалела, что не послушала его.

Она добралась до дома родителей за полчаса. Каждый раз, когда она смотрела на их внушительное ранчо песочного цвета с его апельсиновыми деревьями и водопадом во дворе, в голову неизменно приходила одна и та же мысль: Жаль, что я выросла не здесь! Не то чтобы Джасмин росла в трущобах – просто дом ее детства выглядел гораздо скромнее.

Джасмин попыталась открыть входную дверь, но та оказалась заперта. Когда она позвонила, на пороге появилась женщина в сером платье и фартуке.

– ¿Sí?[28] – бодро произнесла она.

– Э-э, привет… – медленно выговорила Джасмин. – Я – Джасмин, дочь Миранды.

– О! Да! Та самая, знаменитая! – Женщина распахнула дверь. – Я – Эсперанса! Твоя мама наняла меня присматривать за домом! С проживанием!

С проживанием? – подумала Джасмин, снимая куртку. Сколько же это стоит?

– Это ты! – радостно воскликнула Эсперанса, показывая на огромный портрет в холле.

Джасмин почувствовала, что краснеет. Портрет был сделан в первый год ее участия в шоу «Это круто!». Родители повесили его в холле «в знак уважения». Джасмин было не по себе от того, что его видели все, кто приходил в этот дом – друзья, дальние родственники, ремонтники, массажист…

Она прошла через анфиладу комнат, которыми никто никогда не пользовался. Вычурным французским стилем с обилием позолоты они напоминали Версаль. Родителей она нашла у бассейна на заднем дворе. Мама читала журнал Star, лежа в массажном кресле, которое чистильщик бассейна притащил сюда несколько месяцев назад; она утверждала, что это единственное спасение для ее больной спины. Отец, Рэймонд, увидев Джасмин, быстро затушил сигарету. Опоздал.

– Папа, опять? – воскликнула Джасмин.

– Одна затяжка. – Отец продемонстрировал пластырь «Никоретте» на плече. – Видишь? Я стараюсь!

– Ты же знаешь, как вредно курить при твоей астме. – Именно из-за астмы он получил полную инвалидность в Почтовой службе Соединенных Штатов, где еще до того, как Джасмин стала Лулу, служил почтальоном.

Она помахала рукой бабушке Аните – та уютно устроилась в беседке со Снаффи. Пронзительные глаза цвета какао сердито смотрели на Джасмин из моря морщин. У Аниты было такое выражение лица, будто она случайно проглотила комара.

– Привет, abuela[29], – громко сказала Джасмин, потому что бабушка была глуховата. Анита фыркнула и снова принялась гладить собаку.

Мать закрыла журнал и, когда Джасмин наклонилась, поцеловала ее в щеку. Отец, натужно кашлянув пару раз, сказал, что рад ее видеть, и спросил, успела ли она заметить новый встроенный гриль на террасе? Джасмин оглядела блестящую, ультрасовременную летнюю кухню с грилем, подавляя приступ паники.

– Парень, ты действительно вложился по полной, – задумчиво заметила она ровным голосом.

– В каждом доме должна быть летняя кухня, – беззаботно сказала Миранда. – У нас работал тот же дизайнер, что и у Дженнифер Энистон!

Джасмин переступила с ноги на ногу. Она выросла без летней кухни, и ничего!

Но посмотрите на ее родителей! Они сидели, как голубки, грелись на солнышке! Оба выглядели такими довольными и умиротворенными! Даже бабушка не проклинала вселенную! Ох, как бедствовала семья, когда Джасмин росла. Начать с того, что в доме не утихали споры о том, хватит ли денег, чтобы заплатить за квартиру. Потом начались проблемы со здоровьем, из-за которых отец лишился работы. И, наконец, пришлось съехаться с Анитой, потому что они больше не могли оплачивать ее дом престарелых. Миранда надрывалась на трех работах, чтобы свести концы с концами, и почти не видела дочерей.

Именно Руби, по наитию, отвела Джасмин на кастинг претендентов на роль Лулу Си. Джасмин всегда любила танцевать – и родители экономили, чтобы оплачивать ее занятия в танцевальной студии, – так что, когда узнала о конкурсе, подумала: Почему бы и нет? Она не думала, что победит. На самом деле, едва переступив порог комнаты, где собралось множество хорошеньких, белокурых, бледнокожих девушек в танцевальных трико, с профессиональными портфолио, она выскочила оттуда как ошпаренная. Но Руби схватила ее за руку.

– Та героиня, на роль которой ты претендуешь, Лулу? Она не из тех девушек. Она из другого теста. Задиристая. Аутсайдер. Но милая. Они не получат эту роль. Ты получишь.

Джасмин понятия не имела, откуда у Руби взялась такая вера в нее, но все-таки вернулась на кастинг. И роль действительно досталась ей. Более того, они с ее новоиспеченным агентом сразу оговорили условия контракта. Зарабатывая столько денег, она вполне могла помогать своей семье.

Как только она получила первый чек, все начало меняться. Родители перестали ссориться из-за денег. Семейные скандалы остались в прошлом. Мама снова стала спать по ночам, бросив все три работы. Популярность Джасмин росла, крепла ее социальная сеть, ей предлагали роли в фильмах и участие в сделках. И она давала своей семье все больше и больше – автомобили, новую технику, поездки, новый дом. Ей нравилось заботиться о них. Нравилось видеть их счастливыми и беззаботными. Но проблема была в том, что она не просто дарила им подарки. Она содержала их – до сих пор обеспечивая полностью. Ее мягкие призывы откладывать деньги, которые она им давала, оставались без внимания. Родители продолжали покупать летние кухни и нанимать домработниц с проживанием. Отец недавно арендовал «ренджровер». Куда все это катилось? Хуже всего было то, что деньги, которые тратили ее родители, Джасмин зарабатывала на товарных сделках, основанных на бренде Lulu C. И что же, ей навсегда остаться скромной, глупой, яркой как радуга, Лулу Си, чтобы держать свою семью на плаву?

– Тебе придется кое-что объяснить.

Джасмин обернулась. Руби прошла через раздвижные стеклянные двери, мимо новенькой летней кухни – с еще не снятой защитной пленкой, – и направилась прямиком к Джасмин. За ней следовали стилист и гример Джасмин и Ким, ее агент.

– К-как ты узнала, что я здесь? – Джасмин слегка струхнула.

– Я позвонила маме, и она сказала, что видела, как подъехала твоя машина. Конечно, это было уже после того, как я обзвонила весь Лос-Анджелес, разыскивая тебя, потому что ты решила отключить GPS и игнорировать мои сообщения. Как думаешь, почему? – Глаза Руби полыхали огнем. – Может, потому, что ты кое-что натворила прошлой ночью? Что я вообще здесь вижу?

– И что же ты сделала? – Миранда вскочила удивительно проворно для человека с больной спиной. Руби сунула телефон в лицо матери. На экране появилось изображение Джасмин, целующей кого-то в маске. Миранда нахмурилась. Склонила голову набок.

– Ты была на костюмированной вечеринке, детка?

– Да, пожалуйста, объясни, – снисходительно прошипела Руби. – Ты должна была быть дома и пить смузи. Я позвонила в Kreation Juice и сообщила им, что вечером от тебя будет контент. Они его ждали. Но вместо этого получили снимки, где ты занимаешься бог знает чем!

– Но у тебя такое красивое лицо! – Миранда выглядела сбитой с толку. – Зачем тебе прикрывать его маской?

– И эта одежда. – Ким шагнула вперед. – Мне звонили менеджеры Lemonade и спрашивали, что происходит. Ты тут похожа на… женщину-паука.

– На доминатрикс[30], – уточнила Руби.

– Нет! – воскликнула Джасмин. – Да, я была в кожаных брюках и черном топе, но вряд ли это можно назвать одеждой доминатрикс! Ты когда-нибудь бывала в Нью-Йорке? Там все так одеваются!

Мать надула губы.

– Ты выглядишь намного красивее в разноцветной одежде, детка. Всех цветов радуги.

Джасмин закрыла глаза раньше, чем в голове взорвался вулкан.

– Это была просто вечеринка. Все должны были прийти в масках. Чтобы никто никого не мог узнать. Это было забавно.

– Кто-нибудь спонсировал эту вечеринку? – спросила Руби. – Тебя что, сайт пригласил? Или кто-то из инфлюенсеров?

– Это не имеет никакого отношения к сетевому сообществу. Вот почему мне захотелось пойти.

Все уставились на нее. Никто не понял смысла слов, сорвавшихся с ее губ. Она прикоснулась к побегам плюща, обвивавшего шезлонги. Сразу вспомнилось, как она оплачивала счета за ландшафтный дизайн, когда сажали эти растения. Очередная родительская блажь обошлась ей более чем в двадцать тысяч долларов.

– Мне нужно было развеяться, – сказала она. – Я не думала, что меня кто-нибудь узнает.

– Ну, кто-то все-таки узнал, – вздохнула Ким. – За тобой всегда наблюдают. Ты же знаешь! Люди всегда следят! Так что насчет того, с кем ты целуешься? Это парень? Девушка?

– Конечно, это парень, – отрезала Руби, прежде чем сестра успела открыть рот. Джасмин почувствовала, как разбивается сердце. Потому что, хотя на дворе и двадцать первый век, и даже несмотря на то, что Руби поддерживала права ЛГБТ, боже упаси, чтобы Джасмин могла поцеловать девушку.

– Ты поцеловала его, или он поцеловал тебя? – потребовала ответа Руби.

– Я… – Джасмин хотелось рассказать правду, признаться во всем. Но все так злобно уставились на нее. – Он поцеловал меня.

– Ладно, Джас. Проехали. – Ким глубоко вздохнула. – Я понимаю, тебе хочется секса. Ну, конечно, ты молода! Но мы должны играть по правилам. Нам надо найти подходящего парня для твоего бренда. Ты же не можешь просто так с кем-то переспать, понимаешь?

– Постой-ка. – Джасмин нахмурилась. – Ты хочешь сказать, что я не могу сама выбрать себе партнера?

Ким вскинула руки, жестом призывая ее успокоиться.

– Конечно, можешь. Но хотелось бы, чтобы фэндом одобрил твой выбор, и парень оказался из той же сферы – ну, как пара Джек Доно и Скарлет Ли. Впрочем, это необязательно. Но… надо заранее просчитать, как мир отнесется к тому, что Джасмин Уолтерс-Диас – существо сексуальное. Имей в виду, что львиная доля фанатов хотела бы видеть тебя в паре с Люком Лордингом. Арчер и Лулу, прямо как в сериале! Но, кажется, это невозможно, не так ли?

Джасмин прикрыла лицо ладонью. Опять?

– Я не встречаюсь с Люком.

– Ладно! Все в порядке. Но давай не будем спешить. И когда ты найдешь кого-нибудь, мы раскрутим твоего нового бойфренда по тщательно разработанному плану. Так, что фанатам ничего не останется, кроме как принять твой выбор. Мы заставим их обожать твоего избранника, кем бы он ни был.

Ким счастливо улыбнулась, словно сочла сказанное верхом рациональности. Но это прозвучало так, словно чувства и желания Джасмин были своего рода рекламной кампанией или маркетинговой инициативой. Раскрутка нового бойфренда? Тщательно продуманный план?

Она подняла голову, чувствуя комок в горле. Ей нужно было объясниться с ними начистоту. Вот только слова где-то застряли. Правда так и не смогла выплеснуться наружу. Джасмин презирала себя за трусость.

– Мы уже взяли ситуацию под контроль. – Руби рухнула в шезлонг и принялась набивать сообщения. – Сказали, что ты репетировала сцену для роли в проекте, названия которого пока не можешь раскрыть. В сценарии прописаны люди в масках.

Джасмин усмехнулась.

– Что, типа «Призрака Оперы»?

Руби пропустила ее слова мимо ушей.

– Это сведет к минимуму риск поцелуя. Все будут считать, что это для фильма и ничего не значит. Ясно?

Горло Джасмин как будто набили ватой. Она оглядела всех собравшихся в патио: стилиста, гримера, агента. Не секрет, что для них она была самой важной клиенткой. Или взять Руби – брови нахмурены, взгляд острый, губы поджаты. Вся ее жизнь зависела от Джасмин. Родители тоже подались вперед – отец явно умирал от желания закурить, в широко распахнутых глазах Миранды застыла тревога. Как бы Джасмин ни хотелось щелкнуть пальцами и перевернуть свою жизнь, как бы ни хотелось сказать: Знаете, что? Этот поцелуй ИМЕЕТ значение. Я все время думаю о нем… она знала, что не сможет этого сделать. Перемены в ее судьбе затронули бы всех этих людей.

– Ладно, – тихо сказала она. – Я поняла.

– Вот и хорошо. – Руби щелкнула пальцами. – А теперь давай подготовим тебя к предстоящему дню.

Команда стилистов дружно взялась за работу, и в считаные мгновения Джасмин привели в божеский вид.

– Вообще-то, Джас, это даже хорошо, что ты приехала сюда, – пробормотала Руби. – Подходящее освещение для свежего поста. И твоим поклонникам будет приятно увидеть тебя в кругу семьи.

– Угу, – устало буркнула Джасмин, понимая, что ей предстоит сообщить публике последние новости и солгать о том поцелуе прямо сейчас. А что, если девушка увидит этот пост? Она же где-то там, в реальном мире. Что, если это разобьет ей сердце?

После нанесения финальных штрихов макияжа Руби настроила телефон Джасмин и включила запись. И, словно вспыхнувшая лампочка, уголки губ Джасмин автоматически приподнялись в улыбке.

– Привет, ребята! – защебетала она, ясноглазая, бодрая, жизнерадостная. Никаких признаков того, что она переживает самый большой экзистенциальный кризис в своей жизни. Как и признаков того, что она чувствует себя совершенно потерянной.

А все потому, что из нее получился хороший инфлюенсер. Никогда и никому она не позволяла увидеть, что творится у нее внутри.

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 20 июня (для ее канала на YouTube)

Включается видео. СКАРЛЕТ и ДЖЕК ДОНО сидят на черном кожаном диване, все очень официально. Скарлет в строгих очках и свитшоте оверсайз (но все равно классном). Джек в толстовке с капюшоном, ссутулившись. Оба смотрят друг на друга.

СКАРЛЕТ

Хочешь начать?

ДЖЕК

Нет, ты первая. Или…

СКАРЛЕТ

Ладно, я начну… ты уверен?

ДЖЕК

Да. Давай.

Скарлет смотрит в камеру.

СКАРЛЕТ

Привет, ребята. Это мы. Джеклет.

Она замолкает на мгновение, чтобы до всех дошло.

СКАРЛЕТ (продолжает)

Для меня это новый формат, но я хочу поговорить с вами о чем-то действительно важном. Вы, вероятно, уже обсуждали это или, возможно, что-то слышали, но я была так расстроена – вчера буквально весь день рыдала. И, если честно, когда Джек позвонил мне, я не была уверена, что хочу снимать это видео. Просто мне было так больно. Но я люблю этого парня.

Она тянется к Джеку и касается его руки.

СКАРЛЕТ (продолжает)

Я люблю его, несмотря ни на что. Я не шутила, когда говорила, что наша связь крепка. Вот почему я здесь, и мы оба общаемся с вами, потому что мы – команда. Мы – шип, вы нас соединили, и мы всех вас очень любим. Правда, Джек?

ДЖЕК

Абсолютно.

Опускает голову. Вздыхает. Скарлет ждет.

ДЖЕК (продолжает)

Послушайте, ребята, я очень виноват. Те фотографии, на которых вы видели меня – как я разговариваю с кем-то, – послушайте, я не собираюсь говорить, что это вырвано из контекста или люди неправильно поняли. Я… я предал Скарлет. Но она так дорога мне… и вы тоже, ребята. Мне очень, очень жаль, что я подвел вас. Мы знаем, как сильно вы нас поддерживаете. Вы сделали нас такими, какие мы есть.

СКАРЛЕТ

И мы такие, какие мы есть, потому что показываем вам нашу любовь, вместе. Мы стараемся, чтобы все было по-настоящему. Это настоящая любовь, люди. В жизни бывают сложности. И иногда мы забиваем себе голову всякими глупостями.

Нагибается, хватает собаку и усаживает ее к себе на колени.

СКАРЛЕТ (продолжает)

Я знаю, как вам это нравится, ребята, так что мы собираемся обменяться подарками. Мы хотим показать друг другу, как сильны наши чувства. (Смотрит на Джека.) Хочешь первым?

ДЖЕК

Конечно…

Он наклоняется, чтобы достать коробку. Внезапно раздается ЗВОНОК за кадром. Скарлет хмурится, смотрит налево.

СКАРЛЕТ (шепотом)

Мама! Выключи!

ДЖИНА

Скар. Черт возьми.

Джек возвращается в кадр с подарочной коробкой из бутика XIV Karats. Но Скарлет смотрит на свою маму.

СКАРЛЕТ

В чем дело?

ДЖИНА

Это Мона. Из Эй-би-си. Не знаю, почему, но они хотят поговорить с тобой… О, подожди. Подожди. Вот она звонит.

СКАРЛЕТ

Что? Что?

На экране крупным планом телефон. Скарлет включает громкую связь. Джек спокойно сидит, держа подарок для Скарлет на коленях.

СКАРЛЕТ

Алло? Мона?

МОНА (Голос в телефоне)

Скарлет! Как поживаешь?

СКАРЛЕТ (Бегающий взгляд)

Я… хорошо.

МОНА

Тогда слушай. Я собрала здесь всю нашу команду, мы поговорили и единогласно решили, что хотели бы видеть тебя в роли Кейт в пилоте проекта «Лайкни меня». Как ты к этому относишься?

Скарлет выглядит ошеломленной. Джек смотрит на нее широко распахнутыми глазами – что, в чем дело?

СКАРЛЕТ

А к-как же Фиона Джейкобс?

МОНА

Ну, послушай, мы все обсудили, и нам нужна ты.

СКАРЛЕТ

Мне сказали, что Фиона получила роль. Это что, розыгрыш? С Фионой все в порядке?

МОНА

Вовсе не розыгрыш, и с Фионой все в порядке, насколько нам известно. Но, слушай, если ты не хочешь эту роль – я пойму.

СКАРЛЕТ

Нет! Я хочу! О боже! Я хочу эту роль!

Она прижимает телефон к ладони и шепчет матери.

СКАРЛЕТ (продолжает)

(шепотом)

ОНИ ПРЕДЛАГАЮТ МНЕ РОЛЬ КЕЙТ!

За кадром ИЗУМЛЕННЫЙ ВЗДОХ.

СКАРЛЕТ (продолжает)

Это мечта, ставшая явью. (Она возвращает телефон маме, поворачивается к Джеку.) Так вот… я только что получила роль Кейт.

ДЖЕК

Черт возьми, детка!

Скарлет встает. Начинает собирать свои вещи.

СКАРЛЕТ

Мне нужно поговорить с моим агентом, мне нужно войти в роль, это потрясающе.

Как раз в тот момент, когда она уходит из кадра… Джек протягивает ей свой подарок.

ДЖЕК

Детка? Скар? А как же обмен подарками?

Но Скарлет не отвечает. Джек тупо смотрит в камеру. Экран гаснет.

Комментарии: (3 876)

@LeighLove: Я первая!

@MultiFanScarlet: Отлично, я знала, что они передумают!

@ScarLeighJackletHeart: Долой эту Фиону!!! Скарлет еще раз доказывает, что она ЛУЧШАЯ.

@TinyTee: Скар, ты можешь сделать еще один пост о том, что подарил тебе Джек? У меня в животе бабочки порхают, когда я представляю себе, как ты открываешь подарок.

@RiotAct91: Хм, может, поговорим о другом? О чем это видео на самом деле – о ПРОЩЕНИИ? Ребята, вы не должны извиняться перед нами. Все знают, что люди ошибаются. И вообще, Джек, это не твоя вина, виновата та ТАИНСТВЕННАЯ СУКА, ее надо убрать за то, что она пыталась разрушить Джеклет, самый симпатичный шип в мире. Кто согласен??

@marniemarine18: Все еще жду, когда кто-нибудь разоблачит Таинственную Суку.

@IGteaV: Есть какие-нибудь новости??

@MizzGuava55404: Эй, ребята, пожалуйста, прекратите говорить о таинственной незнакомке так, будто хотите с ней расправиться. Она же человек. У нее тоже есть чувства и семья: эти комментарии, возможно, больно ранят ее.

@LAGirlz7766: Кто ты, MizzGuava? Может, ТЫ и есть таинственная незнакомка? Убирайся с этого аккаунта. Не превращай его в помойку.

Далила

Несколько дней спустя Далила снова сидела на заднем сиденье автомобиля, и мама везла ее на очередную тусовку для избранных – вечеринку Real Real[31]. И снова ее мать костерила последними словами плотный трафик.

– Могла бы вызвать мне Uber! – напомнила ей Далила.

Бетани покачала головой.

– Я не слишком доверяю такси.

– Все пользуются.

Мать сузила глаза.

– Не дави на меня. – Она включила поворотник, перестраиваясь в левую полосу, и вскрикнула, когда по обочине пронесся мотоциклист.

Ава тоже сидела в машине вместе с Фейт, новой подругой, которая, похоже, знала массу сплетен о Скарлет Ли. Четырнадцатилетняя Фейт, ровесница Авы, была высокой худощавой девицей с такими светлыми волосами и кожей, что ресницы казались почти невидимыми. Фейт украдкой взглянула на Далилу с благоговейным восхищением и прошептала что-то Аве на ухо.

– Фейт говорит, что ты сегодня выглядишь очень мило, – доложила Ава.

– Спасибо. – На Далиле были джинсы скинни, облегающий черный свитер и новые сапожки с леопардовым принтом, которые мать купила ей в преддверии дня рождения. Она бросила взгляд через плечо сестры и улыбнулась Фейт: – Знаешь, ты можешь сама сказать мне об этом.

Фейт хихикнула. Далила чувствовала себя звездой и в то же время – ворчливой старшей сестрой. Она вытянула ноги, любуясь обновкой.

– Сапожки потрясающие, – сказала она, надеясь завоевать расположение матери, прежде чем затронуть щекотливый вопрос. – Я могла бы надеть их на встречу, которую назначил мне тот фотограф.

Бетани нахмурилась.

– Фотограф?

– Его зовут Патрик. Судя по всему, он лучший в своем деле… и хочет меня фотографировать. Может быть, с кем-то из инфлюенсеров. Кажется, так принято в этом бизнесе.

Бетани усмехнулась.

– Я не оставлю тебя наедине с мужчиной-фотографом, Далила. Я не настолько глупа.

– Но для меня очень важны фотосессии, если я хочу больше… – Далила вовремя спохватилась, едва не ляпнув про «фолловеров». Они с мамой часто спорили из-за этого термина. Бетани говорила, что ей это напоминает дудочку крысолова, и посоветовала «не попадаться в ловушку признания со стороны тех, с кем ты никогда не виделась».

– …если я хочу больше быть на виду, – вместо этого сказала Далила.

На Бетани это не произвело впечатления.

– Объясни.

Мимо проносились холмы, на которых красовался знак Голливуда. На соседней полосе шоссе Далила заметила настоящий «Роллс-ройс». Взгляд матери, словно прожектор, выискивал трещинки и изъяны в логике Далилы.

– Может, я хочу когда-нибудь стать творческой личностью в Лос-Анджелесе. Скажем, писателем. Или актрисой.

Бетани вскинула брови.

– С каких это пор ты хочешь стать актрисой?

Далила открыла было рот, но тут же его закрыла. Фейт откашлялась.

– Далила была бы классной актрисой.

– Полностью согласна, – эхом отозвалась Ава.

– Ты никогда не проявляла интереса к актерскому мастерству. – Бетани бросила на нее игривый взгляд. Она воспринимала все это как шутку. – Тебе нравились волейбол, домашние питомцы, кулинария. Я еще могла бы представить тебя знаменитым шеф-поваром, но…

– Забудь, – перебила ее Далила и, насупившись, отвернулась к окну. Сцена выглядела еще более унизительной из-за присутствия Авы и Фейт. В конце концов, чтобы оставаться крутой, обожаемой старшей сестрой, всего надо добиваться самой.

* * *

В битком набитом зале знаменитости позировали перед камерами, раздавали интервью и просматривали товары. Гости, в которых Далила узнавала ютуберов, инфлюенсеров и актеров, выстроились в ряд по левую сторону красной дорожки, поправляли прически, наносили блеск на губы, ожидая, когда их начнут снимать. Музыкальная звезда, любимица Авы, огрызнулась на своего агента, в то время как одна из старлеток нового сериала на канале Freeform[32] шла по дорожке. Ух ты, подумала Далила, снова чувствуя себя ошеломленной.

Она стояла в конце очереди, пока к ней не подошла женщина средних лет с планшетом в руках.

– Далила? – Она не стала дожидаться ответа. – Меня зовут Карен. Я занимаюсь маркетингом. Джасмин сказала, что ты с ней. – Карен жестом пригласила Далилу следовать за ней в начало очереди, где втолкнула Далилу на дорожку и просигналила поднятыми вверх большими пальцами.

Защелкали вспышки фотоаппаратов. Кто-то окликнул ее по имени. Оказавшись в центре внимания, Далила попыталась ослепительно улыбнуться, принимая самые эффектные позы из всех, что могла вспомнить. Она остро ощущала почти полное отсутствие косметики на лице. И не слишком ли сильно завиты волосы? О боже, эти вспышки такие яркие…

Когда Далила вошла в зал, она испытала такой же стресс, как и на вечеринке в честь Wellness, хотя сегодня несколько человек повернулись и с интересом посмотрели на нее.

– Лила Ди, верно? – спросила девушка с большими голубыми глазами в черном комбинезоне и сапожках на наборном каблуке. – Мне очень нравится твоя страница.

– О боже, неужели? – удивленно воскликнула Далила.

– Так и есть. – Молодая женщина вложила в руку Далилы визитную карточку. – Я – дизайнер ювелирных украшений. Мне бы очень хотелось, чтобы ты посмотрела мои коллекции. Позвони мне!

– Х-хорошо, – пробормотала Далила, уставившись на визитку. Adina’s Jewels. Она была почти уверена, что видела эти украшения на сайте интернет-магазина Shopbop. Неужели у нее появился первый потенциальный спонсор?

– Далила! – окликнул ее чей-то голос.

Джасмин стояла на другом конце зала, окруженная группой фанатов, которые беспрерывно щелкали фотокамерами. Как только Далила подошла, Джасмин крепко обняла ее.

– Ты моя спасительница. Все только и расспрашивают меня о фильме, в котором я снимаюсь, и я уже устала отвечать на вопросы.

– Ты снимаешься в кино? Поздравляю! – Далила была удивлена. Как же она пропустила такую новость?

– Нет, я не снимаюсь в кино. Мой менеджер все это выдумала по непонятным причинам… Короче, это долгая история. – Джасмин закатила глаза. – Я потом тебе расскажу. Напомни мне, чтобы я рассказала тебе и о Фионе.

– Что такое? С Фионой все в порядке? – спросила Далила.

Джасмин скорчила гримасу, как бы говоря, что она не уверена.

– Она прислала мне очень загадочное сообщение на Snapchat, сказала, что ей предложили роль в большом ситкоме… но она вроде как отказывается.

– Ты шутишь! Почему она отказывается?

Джасмин оглянулась через плечо, когда толпа подступила ближе.

– У Фионы есть… проблемы, – прошептала она. – Но я не думала, что это имеет какое-то значение. В любом случае, мы не можем сейчас об этом говорить. Пойдем, пофоткаешься со мной, хорошо?

Джасмин подвела Далилу к толпе фанатов. К радости Далилы, многие из них знали, кто она такая. Они с Джасмин долго позировали – Далила копировала некоторые жесты Джасмин, поскольку девушка явно была профи в этом деле. Пока Джасмин раздавала автографы, слева от Далилы появилась девочка-подросток.

– Тебе так повезло, что ты знакома с Джасмин, – пробормотала она тихим голосом, каким обычно делятся секретами. – Каково это – быть знаменитостью?

– О, я вовсе не знаменитость. – Далиле хотелось рассмеяться.

Девочка жадно впилась в нее глазами. С узкими бедрами и рваной челкой, она чем-то напоминала Маим Бялик[33] – разве что была ниже ростом, более коренастая и ярко накрашенная. На ее футболке красовался портрет Скарлет Ли, а под ним броская надпись: ScarletOrDie89[34].

Девушка заметила, что Далила вглядывается в надпись.

– Это мой аккаунт!

– Ты фанатка Скарлет? – дрожащим голосом спросила Далила.

– Еще какая. – Она возбужденно улыбнулась. – Ты с ней дружишь? Не знаешь, она придет сегодня? Кто-то сказал, что видел Джека, так что держу пари, что и она будет здесь!

– Я с ней вообще-то не знакома, – услышала Далила свой голос, хотя в голове у нее шумело от слов девушки. Джек здесь?

Она старалась не искать его глазами. Наверное, ей следовало бы просто уйти. Вдруг он проболтается о том, что она и есть Таинственная Незнакомка? Или, что еще хуже, притворится, будто не знает ее? Трудно сказать, что расстроило бы ее больше.

Толпа сгустилась. Фанаты неудержимо тянули Джасмин фотографироваться. В поисках выхода Далила обошла стол с аккуратно расставленными подержанными сумочками от Gucci. Люди вокруг по-прежнему улыбались ей. Та оголтелая фанатка Джеклета теперь стояла возле вешалки с платьями, пытаясь завязать разговор с другим инфлюенсером.

А вот и боковая дверь, наконец-то. Далила выскользнула наружу. На улице было прохладно, небо потемнело. Это вполне соответствовало ее настроению. Она прислонилась к витрине и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь собраться с мыслями, чтобы вернуться в Беверли-центр, где они с мамой договорились встретиться.

– Привет.

Далила уловила отражение Джека в стекле витрины, прежде чем увидела его самого. Он выглядел даже лучше, чем в ресторане на вечеринке Wellness. До нее не сразу дошло, что он улыбается ей. И теперь направляется прямиком к ней.

– Возвращайся обратно, – выпалила она. В ее голосе смешались обида и паника.

– Можно с тобой поговорить? – спросил Джек. – Пожалуйста.

По Мелроуз-стрит мчались машины. Место казалось слишком открытым.

– Не здесь, – сказала Далила, чувствуя нарастающий страх.

Джек кивнул и поспешил за угол, жестом увлекая ее за собой. Она неохотно последовала за ним к фасаду невзрачного многоквартирного дома напротив магазина «Лулулемон». Из фургона, стоявшего у дома, выгружали коробки; они остановились за ним, где их никто не мог увидеть. Тротуар был пуст.

– Так подойдет? – спросил Джек. Казалось, его забавляла вся эта конспирация.

– Извини, что я так дергаюсь, но не хотелось бы, чтобы кто-то принял меня за твою таинственную девушку, – проворчала Далила с досадой. – Сомневаюсь, что это понравится и твоим фанатам.

Джек склонил голову набок.

– Я не все делаю ради своих фанатов. – Он прикусил губу. – Послушай, я хотел проверить, как ты – после всего, что случилось. Но боялся, что, увидев мой аккаунт в Finsta, ты решишь, что это шутка.

Далила негромко фыркнула. Скорее она приняла бы за шутку сообщение со сверхсекретного аккаунта Джека в Finsta.

– Я в порядке. – Далила вгляделась в тонированные окна дома напротив. Что, если кто-нибудь наблюдал за ними оттуда? – Тебе не стоило беспокоиться.

– Да, но я много думал о тебе.

Нежность в голосе Джека поколебала ее решимость. Она отвернулась, крепко обхватив себя руками.

– Ты же со Скарлет. Вы опубликовали видео с извинениями. Вы любите друг друга. Что… замечательно. Повезло тебе.

Она не собиралась так расстраиваться. Она хотела быть спокойной, собранной, сдержанной, беззаботной. Ее не должно ранить то, что у Джека есть девушка. В этом городе полно других парней.

Но ей понравился он.

– То видео… – Джек поднял взгляд в небо. – Все это ложь. На самом деле, мы со Скарлет не вместе. Я имею в виду, мы были вместе, сначала. И нашим фанатам это очень понравилось. Им в кайф думать о нас как о паре. Они полюбили наши фото в журнале Us[35] и на TMZ[36]. У нас обоих заметно выросло число подписчиков. Но мы не общаемся уже несколько месяцев. Сомневаюсь, что она хочет быть со мной больше, чем я хочу быть с ней.

Далила нахмурилась.

– Так вы остаетесь вместе ради фолловеров?

– Да. Это идея моего отца. И, очевидно, команды Скарлет. Эти люди планируют всю мою жизнь, и я это ненавижу. Раньше я сам принимал решения. Но теперь…

Его голос прервался. Неужели он думал, что она его пожалеет? И все же, несмотря ни на что, она чувствовала себя немного польщенной тем, что он рассказывает ей все это.

– Моя команда и, прежде всего, отец считают, что, если я расстанусь со Скарлет, моя карьера полетит к чертям. Вот почему я записал то видео. Но ты не знаешь, что мы со Скарлет почти не разговаривали, пока не включилась камера – ну, разве что она устроила мне головомойку за то, что меня сфотографировали с тобой.

У Далилы замерло сердце.

– Она знает, что это я?

– Ни в коем случае. Я ей ничего не сказал. Я знаю, какой мстительной она может быть. – Он шагнул к Далиле. Она почувствовала слабый пряный запах его кожи. – Я больше не хочу быть с ней. Я хочу чего-то настоящего.

Она не знала, как это понимать. Неужели он говорит, что хочет ее? Но ведь они едва знакомы! И все же она позволила себе на мгновение предаться этой фантазии. Как здорово было бы взять его за руку и сбежать вместе? Провести с ним целый день – болтать, смеяться, узнавать, кто он такой?

Но в голове тут же всплыли все эти гадкие комментарии. Она подумала о страшных последствиях. Ужас пробежал по венам. Далила сделала шаг назад.

– Мне нужно идти, – выпалила она. Повернулась и побежала.

Джасмин

– Снято! – раздался голос из темноты.

Прозвенел звонок, и улыбка Джасмин погасла. Энджи, гример, выскочила на сцену и начала подправлять тональный крем на лице Джасмин. Стилист-парикмахер шоу, чье имя Джасмин забыла, что было совсем на нее не похоже, поскольку обычно она болтала со стилистами, поспешила к ней с утюжком для волос. Джасмин уловила теплый, ореховый аромат кофе и поняла, что Руби тоже где-то рядом – вероятно, собиралась прокомментировать увиденное.

– Неплохо, – оценила Руби. Как и ожидалось.

Джасмин открыла глаза. В традиционном радужном платье, белых кружевных чулках и с убийственным начесом на голове, она с завистью посмотрела на Руби в уютных леггинсах, вэнсах и облегающей футболке с эмблемой UCLA[37].

– Но ты как будто… подавлена.

– Вовсе нет, – возразила Джасмин. – Просто не люблю врать.

Взгляд Руби метнулся к Аннализе, ведущей развлекательного веб-шоу «Подсмотрено в Instagram», тесно связанного с мультимедийной компанией «Молодой Голливуд». Джасмин пригласили на интервью в их студию в Венис-Бич, чтобы обсудить «текущие дела Джасмин и Лулу» и, как выразилась Руби, минимизировать ущерб от фотографий поцелуя с неизвестным на вечеринке. Официальная версия заключалась в том, что Джасмин снимается в новом фильме. Вы даже не можете сказать нам, идет ли речь о кинофраншизе Lemonade? – настаивала Аннализа. – Фанаты сойдут с ума, если вы снимете фильм «Это круто!».

Но Джасмин держала паузу. Ее молчание вызывало ненужные спекуляции, однако со временем страсти улеглись бы. Спустя несколько месяцев особенно ретивые фанаты могли бы спросить, что же стало с загадочным фильмом Джасмин, но в Голливуде съемки довольно часто заканчивались пшиком.

Между тем Джасмин не переставала думать о девушке. Что, если она так же ослеплена Джасмин, как и Джасмин ею? Что, если прямо сейчас она ищет способ связаться с Джасмин? Разве может человек исчезнуть просто так, раствориться в воздухе? Заслышав телефонный звонок или сигнал входящего сообщения, Джасмин вздрагивала, уверенная в том, что это она – напоминает о себе, раскрывает свою личность, показывает, что хочет продолжения.

Но надежды не оправдывались.

– Готовы? – Режиссер, миниатюрная женщина в очках, со светлыми волосами до бедер, обратилась к Джасмин и ведущей. Аннализа подняла вверх большие пальцы. Джасмин слабо улыбнулась. Снова включилась камера.

Аннализа повернулась к Джасмин.

– Пойдем дальше. Все говорят о потенциальных партнерах Джасмин. Ты с кем-нибудь встречаешься? Может, состоишь в каких-то отношениях онлайн?

Яркая улыбка кинозвезды вспыхнула на лице Джасмин.

– Я не сторонница отношений, в которых общение проходит только через директ. Для меня гораздо важнее узнать человека… физически.

– О? – Глаза Аннализы блеснули. – Значит, есть кто-то, с кем тебя связывает физическая близость?

Мысли Джасмин вернулись к украденным поцелуям. Осмелится ли она помахать морковкой?

– Возможно, кто-то и есть. – Она повернулась к камере. – Ты знаешь, о ком я говорю.

За кадром Руби резко вдохнула. Заинтригованная, Аннализа подалась вперед.

– Я понимаю твое желание сохранить конфиденциальность, но, может, ты хотя бы намекнешь? Это Люк?

– Нет, это не Люк. – Джасмин подавила желание закатить глаза.

Аннализу, казалось, посетила внезапная догадка, и все ее тело натянулось струной.

– О боже. Это Джек Доно, верно? Не ты ли на той фотографии?

– Что? – Джасмин моргнула, застигнутая врасплох. Свет вдруг стал нестерпимо горячим. – Ни в коем случае. Я не разбиваю пары.

В глазах Аннализы блеснул озорной огонек.

– Если ты так говоришь…

– Я так и говорю, – огрызнулась Джасмин. – Не люблю идиотских предположений.

– Джасмин! – В голосе Руби звучал ужас.

Но это, похоже, еще больше раззадорило Аннализу.

– Вау! Как там в «Гамлете»? «По-моему, леди слишком много возражает»?

– Я не возражаю! – воскликнула Джасмин. На этой резкой ноте интервью закончилось.

Как только режиссер крикнула «Снято!», Руби поднялась на сцену, всем видом демонстрируя раскаяние.

– Аннализа, мне очень, очень жаль.

– Все отлично, – мягко ответила Аннализа со странной фальшивой улыбкой. Она бросила на Джасмин холодный косой взгляд и удалилась в свою гримерку.

Руби повернулась к Джасмин:

– Да что с тобой такое?

Джасмин убрала волосы с шеи.

– Мне пришлось заткнуть ее! Я не хочу, чтобы люди думали, будто я с Джеком Доно!

– Они так и не подумают. Они будут думать только о том, какой стервозной ты стала.

Джасмин усмехнулась.

– Она задала мне неуместный вопрос. Я вовсе не была стервой.

Она пошла к выходу, но Руби схватила ее за руку.

– Куда это ты собралась? У тебя еще одна съемка.

– Какая съемка? – Сердце ухнуло вниз. Джасмин так надеялась провести несколько часов на пляже, раз уж они выбрались сюда.

– Для «Молодого Голливуда»! Ты забыла? – Руби повела ее к сцене. – Что с тобой сегодня? Я чувствую себя матерью, бегающей за малышом!

– Для этого у меня уже есть мать. – Но тут Джасмин кольнула тоска. У них с Руби была одна мать. И общая история. Раньше они всегда были союзниками.

Много лет назад, до того как Джасмин стала звездой, когда она просто занималась в самодеятельном театре, время от времени ходила на прослушивания и посещала танцевальную студию, Руби жила своими интересами. В старших классах она увлекалась живописью и скульптурой, тусовалась с ребятами, каталась на коньках и серфе. Джасмин ходила на художественную выставку Руби, когда та училась в десятом классе. Картины Руби, эти мощные вихри цвета, исполненные драматизма, заставляли думать. Одна из них, между прочим, висела в спальне Джасмин. Другая хранилась в родительском доме, но где-то на задворках, в темноте. Джасмин предпочла бы, чтобы она висела в холле, рядом с ее портретом.

– Ты больше не рисуешь? – внезапно спросила Джасмин.

Руби округлила глаза.

– Ты случайно не под кайфом?

Подавала ли Руби документы в колледж? Джасмин было четырнадцать, когда Руби училась в выпускном классе; Джасмин тогда была так сосредоточена на своей новой карьере, что не обратила внимания. Она была почти уверена, что Руби сразу после школы взяла на себя роль ее менеджера. Удачно совпало, как сказала их мать – Адам, первый менеджер Джасмин, сомнительный и скользкий тип, пытался слишком быстро ее продвигать, заставляя чересчур много работать. Но Руби тебя понимает. И для нее это будет полезным опытом.

Но как-то неожиданно полезный опыт превратился в серьезную ответственность.

Открылась дверь в задней части звуковой студии, и Джасмин увидела, что к ним идет знакомая женщина из «Молодого Голливуда». Ее высокая фигура зловеще подсвечивалась огнями софитов.

Время, казалось, замедлило ход, растекаясь липкой массой. Джасмин отошла от сестры. Не говоря ни слова, она бросилась вон из студии. Она не могла сейчас выдержать еще одну съемку. Не могла притворно улыбаться и позировать. И, если бы ее заставили, просто взорвалась бы.

Дневной свет едва не свалил ее с ног, и она не могла сфокусировать взгляд. Причудливые витрины магазинов и граффити на фасадах домов Венис-Бич казались такими яркими, что слепили глаза. Застонав, она повернула налево и побежала, стуча каблуками по тротуару. Прохожие с тревогой поглядывали на нее. Возможно, даже выкрикивали ее имя. Кто-то, наверное, и фотографировал. Но она мчалась, словно загнанное животное, глядя только вперед.

Мигающие неоновые огни привлекли ее внимание. Татуировки, прочла она вывеску над дверью. Здание было выкрашено в черный цвет, что выглядело интригующей противоположностью ее кричащему радужному наряду. Она бросилась к двери и ввалилась внутрь.

В комнате пахло травкой. С постеров на передней стене смотрели большеглазые женщины с неестественно увеличенными губами, ухмылялись черепа, паук черная вдова распластался в виде символа мира. В дальнем конце комнаты на столе лежал полуголый крупный бородатый мужчина, а крепкая на вид девушка с дредами до пояса склонилась над его бедром с татуировочной машинкой в руке.

– Чем могу помочь?

Голос принадлежал афроамериканке с пышной прической «афро», которая сидела за стойкой администратора, но Джасмин, войдя, не заметила ее. Она бесстрастно смотрела на Джасмин, словно не видела в ней ничего особенного. Впрочем, было что-то притягательное в этой женщине. Ее грубость, прямота. Совершенно очевидно, что она находилась в полной гармонии с самой собой.

– Мне? – удивленно пискнула Джасмин.

– Да. Тебе. Ты записана? – Женщина оглядела Джасмин с головы до ног, и ее губы скривились в ухмылке. – Ты кто? Яркая Радуга?[38]

Татуировщица оторвалась от работы и засмеялась.

– Тебе хоть исполнилось восемнадцать?

– Не-а, – вмешался парень, которому делали тату. – На вид ей лет двенадцать.

Джасмин опустила взгляд на свое радужное платье. Не так уж они были неправы. Она повернулась к окну, и вернулась в реальность. Лулу Си только что пробежала по улицам Венис-Бич и ворвалась в тату-салон. Неужели она сошла с ума?

– Мне нужно идти, – выпалила она и, повернувшись, толкнула дверь.

Выбравшись на волю, она глубоко вздохнула. В конце квартала она заметила Руби, которая стояла у входа в студию, рукой прикрывая глаза от солнца. Джасмин уже собиралась вернуться к сестре, когда ее внимание привлекла тень на противоположной стороне улицы. Кто-то прятался за припаркованным «БМВ».

Мимо проносились машины. Джасмин одернула свое нелепое яркое платье, чувствуя себя маяком, который видно из космоса. Она смотрела, как фигура, все еще пригнувшись, отошла от машины и поспешила в магазин, торгующий ковбойскими сапогами. Она увидела взметнувшуюся волну светлых волос. Острый подбородок. Неужели это?.. Не может быть.

В магазине фигура выпрямилась. И… так и есть. Скарлет Ли собственной персоной. Выходит, Скарлет Ли… шпионила за ней?

Это не предвещало ничего хорошего.

Фиона

– Так вот, на свободной паре мы смотрели матч, и оставалась всего одна минута, понимаешь? В случае победы «Арсенал» вышел бы в полуфинал. И представь себе: на последней минуте Месут Озил делает этот безумный пас, и они забивают. «Арсенал» выиграл, и теперь четыре парня из нашей футбольной команды должны мне пятьдесят баксов. – Чейз схватил картошку фри с тарелки Фионы. Они ужинали в модном лос-анджелесском бистро «У Крейга». Модном настолько, что его называли одним из лучших мест в городе, где можно увидеть знаменитостей. Правда, сейчас Фионе меньше всего хотелось быть «увиденной», но Чейз так рвался поужинать именно здесь, что у нее не хватило духу отменить заказ столика.

– И мой отец достал нам билеты на полуфинал! – с энтузиазмом продолжил Чейз. – Представляешь?

– Хм. – Фиона попыталась улыбнуться, но не смогла удержаться и украдкой огляделась. Не о ней ли шепчется та четверка за дальним столиком? Она невольно съежилась.

– Фи?

– Да? – Она вздрогнула, одаривая Чейза еще одной кривой улыбкой.

Чейз откинулся на спинку стула, наморщив лоб.

– Ты кого-то ждешь?

– Я? Нет. – Фиона положила в рот кусочек органического лосося и принялась подсчитывать, сколько раз она его пережевывает. – С чего ты взял?

Чейз постучал вилкой по тарелке.

– Ты все время смотришь на дверь.

Фиона откинула прядь волос с его глаз. Она хотела, чтобы это свидание прошло непринужденно и спокойно, но ей никогда не удавалось скрывать эмоции. Конечно, Чейз чувствовал, что что-то не так.

– Прошу прощения, ты – Фиона Джейкобс?

Худощавый парень с идеально уложенными волосами в приталенном темно-синем пиджаке нервно переминался с ноги на ногу, нависнув над ней. В одной руке он держал телефон, но экраном к себе, как будто там было что-то, чего ей не хотелось бы видеть.

– Прошу прощения за беспокойство, – торопливо повторил он, – но я просто хотел сказать, что прочел о тебе на Deadline[39]. Знай, что бы тебе ни пришлось пережить… ты всегда в моих мыслях.

Лицо Фионы вспыхнуло.

– Спасибо.

Парень кивнул и отошел. Фиона уставилась в свою тарелку, внезапно почувствовав, что совсем не хочет есть. Звякнули вилки. На другом конце обеденного зала кто-то взревел: «Ты шутишь!». Она чувствовала на себе взгляд Чейза, но не могла собраться с духом и посмотреть ему в глаза.

– «Что бы тебе ни пришлось пережить», – повторил он слова парня. – Ничего не хочешь объяснить?

– Ерунда, – быстро ответила Фиона. Но это же Чейз. Она больше не могла скрывать от него правду.

Она вздохнула и сделала большой глоток воды.

– Я отказалась от роли Кейт. Наверное, новость дошла до Deadline.

Чейз захлопал ресницами.

– Подожди, что? Почему?

– Мне как-то неуютно в этой роли.

– Но ты так радовалась!

Она принялась гонять по тарелке увядшую зелень.

– Я решила, что не потяну.

Один вдох. Два вдоха. Она могла бы это сделать. Могла сказать Чейзу то же самое, что сказала маме: мол, она не уверена, что справится с ролью из-за своего ОКР[40]. В конце концов, разыграть эту карту было проще всего. После того как они переехали в Лос-Анджелес, Фиона стремительно худела и постоянно нуждалась в физических нагрузках, а мама обратила внимание на ее потребность в счете и ритуалы.

– Мы справимся, – заверила она Фиону. – Здесь отличная медицина. Мы найдем тебе лучшего терапевта, сколько бы ни стоили его услуги. Тебе совершенно нечего стыдиться.

Но еще до визита к психотерапевту и начала приема лекарств Фиона знала, что никакая медицина ей не поможет. Ее странное поведение целиком и полностью проистекало из чувства вины и стыда за то, что она сделала с Ланой. В конце концов, до Ланы никаких признаков расстройства не было – даже в периоды самой жестокой травли. Если бы ничего не случилось, возможно, Фиона сейчас страдала бы лишь от мелких навязчивых идей и компульсий, и ее состояние не внушало бы никаких опасений.

Но кто-то докопался до причины ее проблем. Кто-то собирался приоткрыть ее секрет. Ладно, допустим, этот кто-то не уточнял, что ему известно… но определенно знал, что у Фионы есть тайна. Она не хотела рисковать, потому и отказалась от роли Кейт.

– Я хочу сказать, что поддержу тебя, несмотря ни на что, – сказал Чейз таким нежным голосом, что Фиона испугалась, как бы ее сердце не разбилось вдребезги. – Но… это так неожиданно. Может, что-то повлияло на твое решение? Какой-нибудь… комментарий или что-то еще? Люди могут быть такими жестокими…

Фиона покачала головой.

– Ничего подобного.

Чейз с несчастным видом уставился в свою тарелку.

– Ты хочешь уйти? Нам не обязательно оставаться здесь. Я могу оплатить счет…

Фиона кивнула, и вскоре они уже выходили из бистро.

– Хочешь куда-нибудь съездить? На Лорел каньон[41] или еще куда? – предложил Чейз.

Фиона прикусила губу, чтобы не расплакаться.

– Я просто хочу домой. Сегодня я ночую в «Дав» – со мной останется мама. Я могу взять Uber, ведь тебе в другую сторону. – Она открыла приложение в своем телефоне.

Чейз замедлил шаг, и на его лице отразилось сомнение.

– Ты уверена, что ничего не хочешь рассказать мне об этой истории с Кейт?

– Да, уверена, – ответила она, с каждой секундой чувствуя себя все более несчастной.

– Чем бы это ни было, мы пройдем через это вместе.

Горячие слезы уже закипали в ее глазах, и неоновые огни вокруг расплывались.

– Я знаю, – прошептала она. Но возможно ли это? Если бы Чейз знал, кто она на самом деле, на что способна, остался бы он таким же всепрощающим?

Такси подъехало быстро. Угрюмо попрощавшись с Чейзом, Фиона забралась в машину и откинула голову на спинку сиденья. Телефон завибрировал где-то у бедра. Теперь, когда история с Кейт вышла наружу, со всех сторон хлынули новые комментарии: Ты в порядке? – писали фанаты. – Выглядишь усталой. Промелькнул снимок, сделанный папарацци, когда она днем спешила в спа-салон – волосы растрепанные, лицо бледное, уголки рта опущены в хмуром недоумении. Впервые за много лет в Интернете появилось ее фото, не обработанное фильтрами. Сознание того, что пользователи рассматривали снимок, делились друг с другом и пересылали дальше, вызывало у нее зуд; жаль, что она не могла удалить фото.

Она прокрутила уведомления, возвращаясь к вчерашним сообщениям, когда писала своему агенту, что отказывается от предложения Эй-би-си. А затем пролистала список еще дальше, пока не добралась до угрожающих предупреждений, полученных вскоре после кастинга. Боже, как бы ей хотелось вернуться к тем счастливым мгновениям, когда ее утвердили на роль. Среди комментариев фанатов, отреагировавших на тизер о «важной новости», который она выложила на своем канале, промелькнуло красивое лицо Ланы. Одна из ее последних фотографий, сделанных при жизни.

Фиона всматривалась в лицо Ланы, пока не стало больно глазам. Если бы не эта история с Зои. Может, тогда ее жизнь сложилась бы иначе.

Зои Маркс, метр с кепкой, выглядела намного младше своего возраста; внештатные преподаватели, завидев ее среди учениц средних классов частной школы для девочек, в которую они все ходили, мягко указывали: «Начальная школа – вон там». Но Зои это ничуть не смущало. В одиннадцатом классе она углубленно изучала математику. Виртуозно играла на виолончели. И, хотя у нее было не так уж много друзей, она казалась по-взрослому самодостаточной и независимой, как будто ей было все равно, что о ней думают.

Почему это так задевало Лану? Может, потому, что кто-то превосходил ее хотя бы в чем-то? Или потому, что кто-то оставался самим собой, несмотря на неказистую внешность, не съеживался и не извивался, как червяк, в присутствии Ланы? Лана начала травить Зои весной в восьмом классе. Начиналось все с каких-то глупостей: в художественном классе она поставила работу Зои на самую высокую полку, чтобы Зои не могла дотянуться. В раздевалке спортзала отвела Зои верхний шкафчик, так что девочке приходилось вставать на шаткую скамейку, чтобы получить к нему доступ. Пока Зои пыталась достать из шкафчика свою форму, полотенце, в которое она замоталась после душа, соскользнуло вниз, а Лана и ее свита с удовлетворением наблюдали из-за угла, записывая все это на видео. На следующий день ролик появился на странице Хромой Зои Маркс в Facebook.

Но Зои приспособилась к этим неудобствам и, как жители Ктограда, не пасовала перед Гринчем, укравшим у них Рождество[42]. Трудно сказать, видела ли она вообще страничку Хромой Зои Маркс, но, если и видела, то вела себя так, словно это не имело никакого значения. Одно это еще больше разозлило Лану. Она распустила слух, что Зои списывает ответы теста по математике для одиннадцатого класса у кого-то из параллельного класса. После этого Зои вызвали в кабинет директора, где она невозмутимо объяснила, что никогда не списывает. Мелочные девчонки выдали бы Лану – ведь было так очевидно, что за всем этим стоит именно она. Мелочные девчонки упомянули бы об этом и на страничке Хромой Зои Маркс в Facebook – ролик, на котором полотенце снова и снова соскальзывает с несуществующей груди Зои, так и крутился в Сети. Но Зои не сделала ни того, ни другого. Директриса задержала ее после уроков, и Зои пришлось писать тест по математике под наблюдением учителей, чтобы все убедились, что она не жульничает. И все равно Зои не дрогнула.

В классе Лана сидела перед Фионой, так что Фиона своими глазами видела, как бесит Лану то, что ее новая жертва не сломалась. Фионе хотелось бы многое изменить в своем поведении в тот последний день. Ей следовало предупредить Зои, что Лана не собирается отступать. Следовало сказать Лане, чтобы та оставила Зои в покое. Но страшная правда была в том, что Фиона пришла в восторг, когда Лана повернулась к ней за партой и посмотрела с интересом – как на равную себе.

– Как ты думаешь, чем можно пронять Зои Маркс? – заговорщически спросила Лана.

Фиона на мгновение задумалась. Ужасно, постыдно, но ей хотелось угодить Лане. Сделать ее счастливой.

– Виолончель, – сказала Фиона. – Она обожает свою виолончель, так что…

На губах Ланы заиграла дьявольская улыбка. Если бы Фиона могла взять свои слова обратно, она бы так и сделала, потому что знала наверняка – это уничтожит Зои.

Так и случилось.

* * *

– Мисс?

Такси остановилось у ворот жилого комплекса «Дав».

– О, – прохрипела Фиона, словно очнувшись от многочасового тяжелого сна. – Спасибо. – Она схватила сумку и выскочила из машины.

Телефон запищал как раз в тот момент, когда она отпирала входную дверь. Ей не хотелось смотреть на экран – не то настроение, чтобы что-то объяснять, – но любопытство перевесило. Джасмин прислала сообщение.

Это правда?

Прилагалась и ссылка на свежую статью из Deadline. Фиона машинально открыла ссылку, догадываясь, что это будет еще одна новость о ее нисходящей спирали. Но, когда страница загрузилась, на экране появилось фото Скарлет Ли. Скарлет Ли, актриса и мега-инфлюенсер, подписывает контракт с Эй-би-си на съемки в пилотном комедийном проекте.

Фиона пробежала глазами текст. Мелькали знакомые имена: Мона Гринблатт, Бетт Лоусон – те самые люди, у которых она недавно проходила кинопробы. И далее цитата: «Я так счастлива, что буду играть Кейт, – сказала Скарлет. – Ее жизнь очень похожа на мою!».

Ответ выкристаллизовался в сознании Фионы. Скарлет Ли. Ее вечная соперница. Все казалось логичным. Несколько лет назад Фиона украла кое-что у Скарлет, и Скарлет наконец нашла способ отомстить. В некотором смысле это принесло Фионе облегчение – по крайней мере, теперь она знала, кто послал то загадочное сообщение в директ. И кто раскрыл ее секрет.

Беда была в том, что этим человеком оказалась Скарлет. Фиона не могла предугадать ее дальнейших действий… и пока не знала, как сделать так, чтобы Скарлет никогда, никогда не проболталась.

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 22 июня (для ее канала на YouTube)

Включается камера, в кадре появляется лицо Скарлет на фоне яркого калифорнийского неба. На ней облегающая толстовка с капюшоном, брюки капри для йоги, бейсболка с логотипом Supreme.

СКАРЛЕТ

Привет, ребята, как ВЫ? Добро пожаловать на тренировку в среду! Я уже здесь, с Кори…

Поворачивает камеру к КОРИ. Тоже в спортивном костюме, он приветствует всех: «Воу!», поднимая большие пальцы вверх.

СКАРЛЕТ

И мы собираемся попотеть в «Раньон Каньон»[43]! Сегодня здесь кра-со-ти-ща!

Камера скользит по сторонам, показывая впечатляющие скалы и открывая головокружительный вид на город.

СКАРЛЕТ

В любом случае, мы с Кори собирались показать вам сегодня новый комплекс упражнений. Вам не обязательно находиться в парке – вы можете выполнять их и в аэропорту, и в своей спальне…

КОРИ

…Прячась в школьной библиотеке во время обеда…

СКАРЛЕТ (с сомнением)

Кори, ты прятался в школьной библиотеке во время обеда?

КОРИ

Только через день. (Вздыхает.) Школа была для меня не самым веселым местом.

СКАРЛЕТ

Ну, слава богу, я тебя нашла.

Они смеются, и он целует ее в щеку.

СКАРЛЕТ

В любом случае, ребята, может быть, вам просто захочется привести себя в форму – а нам нужно быть в тонусе, чтобы подготовиться к намеченному через неделю грандиозному мероприятию, где я буду соведущей.

КОРИ

# Благодарность!

СКАРЛЕТ

В этом году я буду вести вечер в паре с Кайлом Чарли, королем макияжа на YouTube! Я так взволнована.

ГОЛОС (за кадром)

Эй! Скарлет Ли! Слышал, ты собираешься сниматься в ситкоме!

Скарлет улыбается и машет рукой, кричит: «Так и есть!». Потом снова поворачивает камеру на себя.

СКАРЛЕТ

Мне не терпится показать вам, как я готовлюсь к балу Благодарности – и в этом году вы, ребята, будете голосовать за мое платье! Варианты просто потрясающие.

КОРИ

Серьезно, потрясающие.

Скарлет направляет на него камеру.

СКАРЛЕТ

Этот тип отказался быть моим партнером – променял меня на своего парня, Купера. Я не сержусь, потому что все мы знаем и обожаем Купера, но все равно мое сердце разбито.

КОРИ

Ой, перестань. Все хотят видеть Джеклет, а не Корлет.

Они делают еще несколько шагов. Преодолевают крутой подъем в гору, и оба начинают пыхтеть.

СКАРЛЕТ

Итак, что вы скажете, если мы начнем нашу тренировку? Кори возьмет камеру, а я приступлю к разминке. Давайте согреемся, пробежав остаток пути вверх по склону! Просто делайте то, что заставит сердце биться быстрее – прыжки, бег на месте, отжимания… тридцать секунд, вперед!

Скарлет передает камеру Кори. Камера немного дрожит, но он направляет ее на Скарлет, когда та взлетает на холм. Мы слышим, как Кори стонет, но следует за ней.

Скарлет исчезает за поворотом. Кори догоняет, немного запаздывая. Но, когда он огибает выступ, Скарлет нигде не видно. Кори останавливается.

КОРИ

Скар?

Камера скользит по кустарникам и камням. Мимо проходят туристы, не обращая внимания. Камера дергается, когда Кори бежит вперед и заглядывает за следующий поворот. Но Скарлет там тоже нет.

КОРИ

Скар? Скар! НЕ СМЕШНО!

Опять бежит. На тропе ни души. Становится жутко. И вдруг камера резко поворачивается, и Кори ахает. Скарлет лежит без сознания у скалы, ее лицо пепельного цвета…

Кори бросается к ней, камера все еще работает.

КОРИ (продолжение)

Скар! Проклятье!

Слышится шорох, когда он кладет телефон на землю. Камера наклонена под углом, но все видно. Кори присаживается рядом со Скарлет и обхватывает ее лицо руками. Скарлет приходит в себя…

КОРИ

Ты споткнулась? Тебя кто-то ударил?

СКАРЛЕТ (хрипло)

Я… я не знаю. Просто вдруг закружилась голова…

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС (за кадром)

С ней все в порядке?

Кори заслоняет собой Скарлет.

КОРИ

Просто немного переборщила с тренировкой! Ничего страшного!

(Поворачивается к Скарлет)

Тебе что-нибудь нужно? Может, протеиновый батончик Kind?

СКАРЛЕТ

Мне нельзя эти долбаные батончики! Kind – не мой спонсор.

КОРИ

Ну, по крайней мере, твой мозг не пострадал, башка варит.

Он протягивает ей бутылку воды, и она делает глоток. Заметно, что она все еще не в себе. Кори снова опускается на корточки.

КОРИ (продолжает)

(шепотом, но достаточно громко, так что можно расслышать)

Тебе нужно взять себя в руки, девочка.

СКАРЛЕТ

Кор, я в порядке.

КОРИ

Да? Ты меня не разыгрываешь?

СКАРЛЕТ

Перестань. Конечно, нет.

КОРИ

Ладно. Это хорошо, девочка. Потому что представь, как отреагировала бы твоя мама.

Оба хихикают. Румянец возвращается на лицо Скарлет. Тут она замечает телефон, прислоненный к камню, и морщится.

СКАРЛЕТ

Кори, какого черта? Камера все еще работает?

Она бросается к телефону и выключает камеру. Экран гаснет.

Комментарии: (8 445)

@LoveMeScar: Я первая!

@ScarLeighJackletHeart: Витамин В_12, Скар! Это настоящий спаситель!

@LeighLeighMe92: О боже, я все время теряю сознание. Мы с тобой близнецы, Скар!! Люблю тебя вечно. XX

@ILoveScarScar09: Ребята, ВЕРСИЯ!! Что, если Таинственная Сука толкнула ее или что-то в этом роде? И хочет достать ее? Нам действительно нужно выяснить, кто она такая. Она заплатит за то, что сделала.

@MizzGuava55404: Смотрите видео, ребята. За спиной Скарлет никого нет. Никто ее не толкал… если только это не Кори.

@ILoveScarScar09: @MizzGuava55404, Кори – настоящий лучший друг. Кори НИКОГДА бы не навредил Скар.

@ScarletFanMel66: Привет, Скарлет, помнишь, как мы познакомились на днях? Это был самый удивительный миг в моей жизни. Жаль, что меня не было этим утром в Раньон Каньоне. Я бы помогла тебе подняться. Кори, похоже, отстой. Я люблю тебя!

Далила

– Ого, – прошептала Далила, заходя в просторные апартаменты открытой планировки в пентхаусе Джасмин. Квартира как будто сошла с обложки глянцевого журнала. Кухня гурмана сияла, напичканная ультрасовременной техникой, которой словно еще ни разу не пользовались. Вдоль кафельной стенки дальнего рабочего стола аккуратными рядами выстроились коробки с продукцией спонсоров Джасмин – готовыми блюдами от Blue Apron[44], чаями для похудения Fit Tea и сывороточным протеиновым порошком Whey. На стене в гостиной висела перенесенная на холст фотография собаки Джасмин. С потолка свисала огромная люстра из пенистых розовых стеклянных пузырей.

Маме бы это понравилось, подумала Далила. Она наконец призналась своей семье, что подружилась с Джасмин Уолтерс-Диас – да-да, той самой Джасмин Уолтерс-Диас. Ава и ее новая подружка Фейт завизжали от восторга, а родители устроили долгий пятнадцатиминутный допрос (выпивает ли Джасмин? закатывает ли дикие вечеринки? где ее родители? закончила ли она среднюю школу? не слишком ли она молода, чтобы жить одной?), после чего неохотно разрешили ей навестить Джасмин, чтобы подготовиться к телеэфиру для Snapchat. Возможно, если бы мама увидела, как все шикарно и по-взрослому устроено в доме Джасмин, она бы убедилась в том, насколько серьезная и ответственная эта девушка.

Она прошла через гостиную, восхищаясь бледно-розовой обивкой мебели, блестящими золотыми светильниками и целой стеной зеленых суккулентов в горшках.

– Выглядит точь-в-точь как та студия в Лос-Анджелесе, которую сдают в аренду для фотосессий инфлюенсеров, – сказала Далила. Джасмин шла за ней с собачкой на руках.

– Ты ведь знаешь, что студия находится в этом здании? – спросила Джасмин.

– Серьезно? – Далила не поверила ушам. Она видела так много работ этой знаменитой фотостудии!

– Да, но они украли несколько моих идей. Помнишь их стену с поляроидными снимками? Я первая ее сделала. И диван они такой же поставили. – Она указала на роскошную диванную группу. – Собираюсь избавиться от него, потому что все думают, будто я снимаюсь в студии, а не у себя дома. – Она оглянулась через плечо.

– Если хочешь, Фи, он твой! Я знаю, как ты мечтаешь о нем, детка!

– А? – рассеянно спросила Фиона. Она сидела на высоком табурете перед огромным голливудским туалетным столиком. Каштановые волосы падали ей на лицо. На столике перед ней разместилось содержимое целого магазина Sephora: десятки огромных палеток теней для век, баночки с тональными кремами и праймерами, не меньше полусотни тюбиков губной помады от Chanel, расставленных еще красивее, чем на прилавке универмага Saks. Далиле вспомнилась ретро-косметичка от Caboodle родом из восьмидесятых, где хранилась ее косметика. Она подумывала о том, чтобы опубликовать в Instagram сторис о своем опыте хранения косметики… но теперь поняла, что, пожалуй, не стоит.

Далила кинулась обнимать Фиону, и, хотя Фиона пыталась улыбнуться, ее тело было напряжено, а в глазах застыла отрешенность. Далила вспомнила, как Джасмин сказала, что Фиона ни с того ни с сего отказалась от роли Кейт. Они все еще не могли понять, почему.

– Как ты? – осторожно спросила Далила.

Фиона вяло потянулась за кисточкой для румян.

– В порядке. Просто устала.

Джасмин тоже пришла в гримерный уголок.

– Я так завидую, что у тебя есть собственное пространство, – сказала ей Далила. – Твои родители не пилили тебя из-за этого?

– Нет, но только потому, что я поселила их в довольно симпатичном доме. – Тень пробежала по лицу Джасмин. – На самом деле, это единственное, в чем они не могут меня упрекнуть.

– Твои родители тоже выносят тебе мозг? – Далила взяла кисточку для мейкапа. – Мои только этим и занимаются.

– О да. – Джасмин пожала плечами. – Вообще-то я сейчас с ними в контрах.

Джасмин наклонилась к туалетному столику, чтобы нанести второй слой темно-красной помады. Далила посторонилась, снова чувствуя себя неловко. Утром в ленте новостей в ее телефоне промелькнуло тревожное сообщение: «Неужели актриса из шоу «Это круто!» идет по стопам Бритни?». Его сопровождало несколько фотографий, на которых Джасмин бежала как сумасшедшая по пляжному кварталу в тату-салон.

Какое кому дело, если она хочет набить татуировку? – подумала Далила, хотя в статье говорилось, что Джасмин подписала некий «пункт о соблюдении норм морали» и ее спонсоры, включая Lemonade, расторгнут с ней контракты, если она будет вести себя «неподобающим ее общественному имиджу образом».

Может, тату-салон – это крик о помощи? Неужели Джасмин чувствовала себя в ловушке, как и Джек? Чувство вины пронзило Далилу: Выброси Джека из головы. Но она не могла. И не только потому, что он на днях разыскал ее. Просто они начали общаться. Активно.

Вскоре после того как они встретились на вечеринке Real Real, она получила доступ к его страничке в Finsta. Привет, это я. Не фейкер, написал он. Ответь, если захочешь поговорить.

Далила выждала восемь часов, прежде чем ответить, убеждая себя, что все это неправильно… но потом сломалась. Привет, не-фейкер, написала она. Я тоже не фейкер. Круто, ответил он почти сразу. А потом: Так что ты думаешь о самодельных слаймах?

Вопрос оказался таким неожиданным, что Далиле стало не по себе. Она написала в ответ, как относится к домашним слаймам, в свою очередь спросив Джека, что он думает о недавнем фильме «Мстители». Это вылилось в довольно серьезный разговор о кино и телевидении – она обрадовалась, когда узнала, что одним из любимых сериалов Джека остается старая черно-белая «Сумеречная зона», ее любимая. Садясь в самолет, они оба сразу же вспоминали эпизод, когда на крыле самолета появляется гремлин и разбирает его в надежде на катастрофу. Вот почему я никогда не сажусь у крыла, сказал Джек. И я тоже! – согласилась Далила.

Далила рассказывала ему глупые истории – о том, как они с Бизи когда-то сочиняли детективы о своих семьях: «Дело о пропаже пульта от телевизора», «Таинственные звуки в сушильном барабане». Рассказывала о своей собаке по кличке Робот, которую они усыпили прошлым летом, и о том, что ей ужасно хочется снова завести щенка. На самом деле, они много говорили о собаках – обсуждали, какие породы им нравятся, смеялись над дурацкой мечтой поехать в каникулы на Вестминстерскую выставку собак в Нью-Йорк. Шестьдесят три сообщения в первый же день. На следующий день – семьдесят одно. Последнее сообщение Далилы, отправленное в директ прошлой ночью, больше напоминало абракадабру, потому что она писала его, засыпая. Взглянув на экран своего телефона, она увидела, что новое сообщение от Джека пришло всего несколько минут назад. Ей не терпелось прочитать его, но… рисковать она не могла. Не хватало еще спалиться перед новыми подругами.

Как же легко с ним разговаривать… но и только? Интересно, она нравилась Джеку… или он просто хотел дружить? В конце концов, они со Скарлет выпустили видеоролик с извинениями. Они связали себя обязательствами друг перед другом или чем там еще. Но если Джек по-прежнему увлечен Скарлет, зачем ему понадобилось общаться с Далилой? Это не имело никакого смысла.

Она почувствовала на себе пристальный взгляд Фионы и встревожилась. Она ведь ничего не говорила вслух, не так ли?

– Ты о чем? – спросила Далила, гадая, не пропустила ли она чего-нибудь из того, что сказала Фиона.

– Хм, ты в этом пойдешь на вечеринку? – осторожно спросила Фиона.

Далила опустила взгляд. На ней были новые леопардовые сапожки, любимые джинсы скинни и шелковая черная футболка. Но Джасмин была в платье с одним плечом и туфлях на высоком каблуке. Фиона – в кожаных брюках, укороченных сапожках и обалденном топе, который демонстрировал ее идеальный пресс.

– Я что, ужасно выгляжу? – спросила она упавшим голосом.

– О, дорогая, нет, – успокоила Джасмин. – Но мы можем сделать так, чтобы ты выглядела еще лучше.

– В конце концов, – оживилась Фиона, и ее глаза заблестели. – На балу Благодарности будет много симпатичных парней! Мы сможем найти тебе кавалера!

– Бал… Благодарности? – задумчиво переспросила Далила. – Что это такое?

Джасмин улыбнулась.

– Это мероприятие Instagram. Они запускают новую функцию, которая имеет какое-то отношение к благодарности – что-то вроде взрыва «лайков». В любом случае, они устраивают вечеринку с танцами, чтобы это отпраздновать. Приглашают юных инфлюенсеров. Прошлогодний бал был просто потрясающим.

– Ты должна пойти, – выпалила Фиона. – Туда приглашают тех, кто многого достиг самостоятельно, спонсоры In-N-Out[45], Чарли Пут[46] выступал в прошлом году…

– И главный месседж – против буллинга и троллинга, за доброту и милосердие, – добавила Фиона. – Участие в этом мероприятии – отличный способ завоевать новых подписчиков. Ты будешь у всех на виду, получишь тонны фоток с людьми, которые помогут тебе развить собственный бренд и все такое. – Она игриво подтолкнула Далилу локтем. – И очень здорово появиться там с парнем.

– Да, – дрожащим голосом промямлила Далила. Эти девочки и не подозревали, что она уже нашла того, с кем хотела бы пойти на бал. Но вот беда: одно это могло бы спровоцировать Третью мировую войну в Instagram.

* * *

Сорок минут спустя Далила облачилась в шелковое мини-платье, подаренное Джасмин модным дизайнером. Джасмин нацепила ей на запястья кучу браслетов и вставила в мочки ушей большие блестящие серьги. Фиона занялась прической и макияжем, создавая эффектный разрез глаз и выпрямляя волосы так, что они выглядели как длинная сияющая завеса. Девушки не разрешали ей смотреться в зеркало, пока не закончена работа, и, когда они развернули кресло, Далила ахнула. Потому что не узнала себя.

Пока Далила любовалась собой, Джасмин фотографировала ее на телефон.

– Ты собираешься их опубликовать, Джас? – спросила Фиона. – Но они же не отредактированы.

– Нет, это только для Руби, чтобы она одобрила. – Джасмин закатила глаза. – Я сейчас в немилости, так что моя команда должна утверждать все мои решения по гардеробу.

– Серьезно? – удивилась Далила.

Джасмин вздохнула.

– Даже не начинай, тема закрыта.

Вскоре они уже подъезжали к валет-парковке отеля «Беверли Хилтон». Далила услышала пронзительные крики и, обернувшись, с изумлением оглядела ряды фанатов за ограждениями.

– Джасмин! – вопили они. – Фиона! – Кучка ребят взвизгнула от восторга, когда Чейз, приехавший на Uber, подлетел к Фионе и взял ее за руку. А потом, как ни странно, фанаты повернулись к Далиле, и некоторые окликнули и ее по имени.

Далила улыбнулась и помахала рукой. Фанаты вскинули телефоны. Джасмин потянула ее за руку.

– Официальные фотографии там, в фотозоне на красной дорожке. Просто иди за мной, хорошо?

Красная дорожка! Прямо как на церемонии «Оскара»! Далила уставилась на длинный задник с логотипом Snapchat. Фотографы выстроились напротив, с камерами наготове. Селебритис по очереди позировали на фоне задника, поворачиваясь туда-сюда, широко улыбаясь. Далила узнала актрису из сериалов, полузабытую комедийную артистку, спортсменку, которая, кажется, выиграла серебряную медаль в сноуборде на Всемирных экстремальных играх. Фотографы выкрикивали их имена и командовали:

– Сюда! Вот так!

Сердце Далилы бешено колотилось, когда она приблизилась к началу очереди. Одно дело – публиковать селфи в Instagram, но тут все выглядело гораздо солиднее. Как жаль, что Бизи этого не видит!

– Что за чертовщина с этой очередью?

Хрипловатый голос позади них отозвался тревожными звоночками в голове Далилы, и она медленно обернулась. В нескольких шагах от нее стояла высокая стройная блондинка модельной внешности в длинном серебристом платье. Далила узнала бы ее где угодно. Скарлет Ли.

Сердце ушло в пятки. Она украдкой оглядела группу, с которой пришла Скарлет, моля о том, чтобы там не оказалось Джека. Она узнала всех завсегдатаев влогов Скарлет: симпатичного визажиста Кори, одетого в бордовый смокинг; агента Скарлет, Мэйси, которая выглядела старомодной рядом со Скарлет, но произвела бы фурор в любом другом месте; и маму Скарлет, Джину, нервно теребившую неброское ожерелье из белого золота, мерцающее на шее.

Джека не было видно. Слава богу.

Губы Скарлет скривились в нетерпеливой гримасе.

– Я имею в виду, все ли вообще заслуживают того, чтобы находиться в этой очереди? Это же не для всех гостей. – Ее взгляд остановился на группе Далилы. – Привет, Джас. Привет, Фиона, – прощебетала она. В ее глазах промелькнул злобный огонек, когда она заметила бойфренда Фионы. – Привет, Чейз.

Чейз неловко помахал Скарлет рукой.

– Э-э, привет. – Он подошел ближе к Фионе и обнял ее за плечи, как бы говоря: «Может, мы и встречались когда-то, но это было очень, очень давно».

Фиона, что странно, напряглась при виде Скарлет. Ее лицо побледнело, и она вышла из очереди.

– Хм, мне нужно…

Внезапно она бросилась бежать.

– Фиона? – крикнул Чейз, бросившись за ней.

– Фиона! – окликнула ее и Джасмин, вставая на цыпочки. Но Фиона уже затерялась в толпе. Джасмин взглянула на Далилу. – Что это было?

– Понятия не имею, – ответила Далила.

– Наверное, не хотела, чтобы ее фотографировали, – прошептал сзади Кори, друг Скарлет, словно еле сдерживая смех.

– Кто это, Джас? – К ужасу Далилы, Скарлет теперь смотрела прямо на нее. – Твой плюс один?

Джасмин ощетинилась.

– Нет, это Далила Роллинс. Лила Ди.

Ухмылка не сошла с лица Скарлет. Кори подтолкнул ее локтем и шепнул:

– Девушка со щенком.

– Вообще-то меня зовут Далила, – громко сказала «Девушка со щенком».

Теперь взгляд Скарлет был прикован к талии Далилы.

– Ты что, сидишь на наркоте?

Далила была озадачена вопросом, пока не заметила, что дорожный набор с запасом инсулина и шприцев, который она всегда держала под рукой, предательски выглядывает из сумочки, позаимствованной у Джасмин.

– Э-э, нет. – Она быстро щелкнула застежкой. – У меня диабет.

Скарлет уже смотрела по сторонам, явно потеряв к ней интерес. Неужели Далила настолько незначительна? Или тема диабета так скучна? Внезапно ее охватило нестерпимое желание сказать: Знаешь что? Мы с твоим парнем обменялись уже более сотней сообщений. Как тебе это нравится?

Но мысль об этом тотчас наполнила ее страхом, а не торжеством. Телефон казался самым уязвимым местом. Что, если Джек пришлет ей сообщение в директ прямо сейчас – и Скарлет увидит? Нет, надо было выбираться отсюда.

Она вгляделась в толпу.

– Пойду, проведаю Фиону.

Джасмин нахмурилась.

– Но подходит наша очередь на красную дорожку.

Далила пожала плечами.

– В другой раз. – И она рванула из очереди. Черт бы побрал эту Скарлет! Испортила ей первую крупную фотосессию!

Она пробралась сквозь толпу людей, дающих интервью и позирующих в фотозоне, и обнаружила Чейза около туалетов.

– Что происходит? – спросила она. – Где Фиона?

Он указал на дверь в дамскую комнату.

– Забежала туда. Так и не сказала мне, в чем дело. – На его лице промелькнуло страдальческое выражение. – Думаю, это все из-за Скарлет. Ты же знаешь, что она получила роль, от которой Фиона отказалась?

Далила кивнула. Новость гуляла по Интернету. Скарлет уже вывалила тонну пиара.

– Эта девушка токсична, – процедил Чейз сквозь зубы. – Фиона, наверное, подумала, что Скарлет собирается сказать ей что-то обидное.

На его лице отразилась безнадежность. Все, чего он хотел – это исправить положение. Какой хороший бойфренд, подумала Далила.

Она сжала руку Чейза.

– Я проверю, как она, ладно?

Далила вошла в дамскую комнату. В мягком свете ламп посверкивал изысканный кафель, в воздухе разливался аромат мяты. Далила проскользнула мимо группы девушек, позирующих перед высокими зеркалами.

– Фиона? – позвала она. – Ты здесь?

Одинокая девушка у раковины выключила кран и поспешно удалилась. Далила тоже собралась уходить, но тут из-за угла донесся тоненький голосок:

– Я здесь.

За углом в конце ряда кабинок открывалась зона отдыха, обставленная диванами. Фиона свернулась калачиком на самом дальнем из них. Даже в тусклом свете Далила видела, что ее щеки покрыты дорожками слез.

Она обеспокоенно бросилась к ней.

– Что происходит?

У Фионы перехватило горло. Дрожащей рукой она вытерла слезы. Прежде чем она успела ответить, появилась Джасмин, цокая каблуками по кафельному полу.

– Милая, – прошептала она Фионе, плюхаясь на подушку рядом с ней. – В чем дело?

У Фионы вырвался жалобный стон.

– Я… – Она сделала глубокий вдох. – Я просто не могу находиться рядом с ней.

– Со Скарлет? – догадалась Далила.

Джасмин широко распахнула глаза и поморщилась.

– О боже, дорогая. Я совершенно забыла эту историю с Кейт. Конечно, тебе сейчас противно находиться рядом со Скарлет. – Она вдруг нахмурилась. – Но ты ведь первая получила роль, а потом сама же отказалась от нее. Меня бесит, что роль досталась Скарлет, но кто-то же должен был занять твое место.

Фиона осторожно облизнула губы.

– Я отказалась от роли только потому, что Скарлет шантажировала меня.

– Шантажировала? – воскликнула Далила.

– Что случилось? – одновременно с ней спросила Джасмин.

Фиона откинулась на подушку.

– Это такая грязная история, – тихо сказала она. – Я получила анонимное сообщение о том, что у них есть компромат на меня, и они выложат его в Сеть, если я не откажусь от роли Кейт. Как только выяснилось, что роль досталась Скарлет – должно быть, она шла у них вторым номером, – я сложила два и два. Она стоит за всем этим.

– Что она знает о тебе? – ахнула Джасмин. Но выражение ужаса промелькнуло на лице Фионы, и Джасмин вскинула руку. – Неважно. Это твое дело. Хотя ты знаешь, что можешь поговорить со мной об этом. Я никому не скажу ни слова.

– И я тоже, – пообещала Далила.

Фиона печально кивнула, однако тут же сменила тему.

– Я даже не могу находиться рядом с ней. Как только вижу ее, меня охватывает паника.

Джасмин схватила крепко сжатый кулак Фионы.

– Это несправедливо. Она не может так поступать с тобой.

– Еще как может. У нее на руках все карты.

Джасмин цокнула языком.

– Ну, – сказала она после паузы, – если тебе от этого станет легче, я думаю, она и меня пытается достать.

– Что? – воскликнула Далила. – Тебя?

Джасмин кивнула.

– На днях одна журналистка высказала идею, будто я – та самая девушка с фотографии Джека Доно. Скарлет могла поверить в этот хайп.

Далила почувствовала, как напряглись все мышцы.

– Что? – взорвалась Фиона. – Ты бы этого не сделала!

– Я знаю. Но Скарлет все равно ходит за мной по пятам. Пытается нарыть на меня какой-то компромат. И… возможно, у нее уже кое-что есть.

– И что же это? – спросила Фиона, но тут же спохватилась. – Неважно. Если это слишком личное…

– Нет, все в порядке. – Джасмин затеребила серебряные браслеты на запястье. – Это о моем поцелуе с анонимом на той вечеринке. Я сказала всем, что целовалась для роли в кино. Но на самом деле это не для кино. Поцелуй был настоящим.

– Неужели? – ахнула Фиона. – И кто это был?

– Сама не знаю, в том-то и проблема. Мы были в масках. Но… в общем, это была девушка. – Она улыбнулась, не разжимая губ. – И это было потрясающе. Именно так, как я мечтала.

Джасмин посмотрела на них обеих, затаив дыхание, как будто боялась их реакции. Далила подумала, что они, наверное, первые, кому она призналась в этом.

Она быстро сжала руку Джасмин.

– Это же здорово!

– Согласна, Джас. – Фиона обняла ее. – Я так рада за тебя.

– Хм, не радуйся. Вряд ли фанаты Лулу Си готовы к тому, что она будет целоваться с девушками, так что мне придется обо всем забыть, если я хочу сохранить свой бренд. – Джасмин закрыла глаза. – В любом случае, я не думаю, что Скарлет что-то известно, потому что если бы она знала, то поняла бы, что не я таинственная девушка Джека, и, возможно, отступила бы. Но она чувствует, что я что-то скрываю. В общем, всю неделю она за мной следила в самых странных ситуациях.

Фиона скорчила гримасу.

– Это ее совершенно не касается!

– Я знаю, но когда это ее останавливало? – Джасмин пожала плечами. – И, насколько я понимаю, если Скарлет все-таки узнает мой секрет, она непременно меня разоблачит. Просто ради удовольствия.

– Боже, – пробормотала Фиона.

– Я знаю. – Джасмин откинулась на спинку дивана. Выглядела она опустошенной.

Далила дрожала от волнения после всего, что услышала. Она понимала, что надо рассказать о Джеке. Нельзя же допустить, чтобы Скарлет следила за Джасмин, разгадывая ее тайну. Она должна признаться, стать жертвенным агнцем.

Разве что тогда… погибнет она. Нет, должен быть какой-то другой выход.

– Мне очень жаль, что она так поступила с тобой, детка, – вздохнула Джасмин, поглаживая руку Фионы. – Я могу что-нибудь сделать? Может, распространить слухи о ней в Twitter? Или запустить сплетню в IGteaV?

– Нет-нет. – Фиона покачала головой. – Она поймет, что за всем этим стою я. И тогда наверняка раскроет мою тайну, вместо того чтобы просто держать ее при себе как скрытое оружие против меня.

– Хорошо, тогда мы могли бы взломать ее аккаунт и разослать фанатам язвительные комментарии от ее имени.

Легкая улыбка заиграла на губах Фионы.

– Ты предлагаешь действовать в духе Скарлет. И опять же, если она поймет, что это моих рук дело…

– Я знаю! – Далила щелкнула пальцами. – А что, если нам поискать компромат на нее? Бороться с огнем огнем? – Она посмотрела на Джасмин. – Может, тогда она отстанет и от тебя.

Фиона задумалась.

– Думаешь, Скарлет допустит утечку какой-нибудь грязи?

– Можно последить за ней. Приставить к ней частного детектива. Я найму, если хотите. Мой дядя раньше занимался этим бизнесом.

Девушки на мгновение уставились на нее, а потом Джасмин расхохоталась.

– Вау, девочка, ты подняла мне настроение. Я действительно подумала, что ты всерьез.

– Верно! – Фиона похлопала Далилу по коленке. – Скажи спасибо, что ты еще не влипла ни в какие неприятности. Люди вроде Скарлет? Они всегда все разнюхают.

Далила кивнула, сочувственно улыбаясь, пока у нее не заболели губы. Но в голове снова и снова звучал тоскливый рефрен: Именно это меня и беспокоит.

Джасмин

– До-ре-ми, легко, как раз-два-три! – проревела Джасмин в наушники с микрофоном, кружась в танце с группой актеров и персонажей шоу Lemonade. Они выступали на площадке перед аттракционом «Стражи Галактики» в голливудской секции Калифорнийского Диснейленда, взмокшие и липкие от жары. Толпа зрителей смотрела, как они танцевали и пели. Джасмин и несколько других актеров шоу «Это круто!» были главными звездами на этом представлении – поклонников предупредили заранее, и они заходились от возбуждения, толкаясь, чтобы подобраться ближе к сцене. В финале песни Джасмин забралась на надувного Микки-Мауса и выпалила последний припев, эффектно выставляя радужное бедро и раскидывая разноцветные руки буквой V.

Толпа взорвалась аплодисментами. Джасмин ухмыльнулась, как если бы выдала идеальный акробатический номер, хотя могла исполнить этот танец даже во сне. Впрочем, танцевальные выступления ее нисколько не утомляли – особенно когда они проходили в Диснейленде. Да разве можно хмуриться в таком чудесном месте? И к тому же она искренне любила своих фанатов. Не их вина в том, что она чувствовала себя заложницей образа Лулу Си.

Артисты прошли в зону отдыха, открытую только для персонала Диснейленда. Джасмин схватила бутылку воды из ведерка со льдом и осушила ее чуть ли не залпом. Возвращая пустую бутылку на стол, она почувствовала мертвую хватку Руби на своем плече.

– Что за?.. – воскликнула Джасмин.

– Иди сюда. Нам нужно поговорить. – Руби пошла вперед, сгорбившись так, что плечи почти касались ушей. Джасмин, приклеив на лицо улыбку, кивнула нескольким давним коллегам, а также Микки и Баззу Лайтеру, которые наверняка наблюдали за ней из-под гигантских голов своих персонажей.

Из-за чего могла разозлиться Руби? – подумала Джасмин, когда сестра вывела ее через заднюю дверь на яркий солнечный свет. Джасмин старалась быть послушной. Появлялась на публике исключительно в радужных нарядах. Только что с блеском исполнила свою фирменную песню. Во время сегодняшнего интервью для сайта Lemonade ни разу не съязвила. Она даже отправила по электронной почте извинения Аннализе за грубость на недавнем интервью. Для своих поклонников она сняла видео, объясняя, что ее занесло в тату-салон: она хотела навести справки для своей подруги, но, разумеется, сама не собиралась делать татуировку.

Руби остановилась между аттракционом «Холодное сердце» и павильоном туалетов, подальше от глаз публики – хотя яркая одежда и пышная прическа Джасмин все еще привлекали внимание. Под мышками у Руби темнели мокрые круги, а на щеках проступали красные пятна.

– И что такого важного произошло, что ты вытащила меня из-под кондиционера? – нервно хихикнула Джасмин. – В это зверское пекло?

– Почему Скарлет Ли стояла в сторонке, как будто следила за тобой? – строго спросила Руби.

Джасмин захлопала ресницами, вглядываясь в поток людей, бредущих мимо диснеевских аттракционов.

– Скарлет здесь нет. Ее бы заметили. Начался бы ажиотаж. В мгновение ока ее бы окружила толпа.

– На ней были бейсболка и темные очки. Но я ее узнала. – Руби уперла руки в бока. – От этой девушки одни неприятности. Почему она преследует тебя?

– Она все неправильно поняла, – пробормотала Джасмин.

– Что ты хочешь этим сказать? – встрепенулась Руби. – Что вообще происходит? Это все из-за Джека Доно?

Джасмин прислонилась к стене павильона.

– Конечно, нет. Не смеши. Я бы никогда не стала с ним встречаться.

Руби подняла руки, словно защищаясь.

– Откуда мне знать? Судя по тому, как ты съехала с катушек, меня бы уже ничего не удивило.

Джасмин подняла бровь. Съехала с катушек. Как непослушный щенок, которого нужно дрессировать. Это больно ранило.

– Руби, остынь, ладно? Я пытаюсь быть твоей идеальной Джасмин и думаю, что хорошо выполняю свою работу. Если честно, такое впечатление, что только тебя бесит любая моя ошибка.

– О, так вот что ты думаешь? – Голос Руби был острым, как бритва.

– Это то, что я знаю. Lemonade ни разу не пожаловался. Я не получила от них ни одного звонка. Ты все принимаешь слишком близко к сердцу.

Руби отступила назад, едва не наткнувшись на питьевой фонтанчик.

– Хм, Lemonade не позвонил тебе, потому что я спасла твою задницу.

– О, я тебя умоляю. – Джасмин всплеснула руками. – Ты ведешь себя так, будто я подожгла задний двор!

Глаза Руби вспыхнули.

– Дисней был очень зол на тебя. Я все уладила. Так что неплохо было бы сказать мне спасибо.

– Они злились на меня? За что? – Джасмин склонила голову набок. – Тебе пришлось лебезить перед ними только потому, что я зашла в тату-салон? Потому что всплыла фотография, на которой я в темноте с кем-то целуюсь? Неужели они настолько ранимы?

Брови Руби взлетели вверх, но выражение ее лица внезапно изменилось.

– Подожди, ты действительно не знаешь?

Джасмин почувствовала, как покалывает кожу.

– Не знаю чего?

– Послушай, я имею в виду… – Руби понизила голос, ее глаза забегали. – Это уже не важно. Я положила этому конец.

– Чему положила конец?

– Тому… – Руби путалась в словах. – Та девушка, которую ты поцеловала на вечеринке. Потому что я знаю, что это была девушка, Джасмин. Она написала о вечеринке в масках и поцелуе в Tumblr. И, хотя она не назвала твоего имени – как и своего, – очевидно, что она пишет о тебе. Я думаю, она собиралась разоблачить тебя.

В груди Джасмин полыхнул огонь.

– Постой. Она написала обо мне? Она… думала об этом?

– Я была уверена, что ты видела этот пост. – Руби смутилась. – Ты же просматриваешь все.

– Я не видела. – Она рванулась к телефону в руке Руби. – Кто она? Где этот пост?

Руби отступила на шаг и спрятала телефон за спину.

– Я заставила ее удалить пост, Джасмин. И я понятия не имею, кто она такая. Она не назвала своего имени, только попросила, чтобы ты обратилась к ней приватно. Я не называла ни себя, ни тебя – ей только и нужно подтверждение, – но, как бы то ни было, я пригрозила ей судебным иском, если она не удалит то, что написала.

Джасмин затрясло.

– Постой, она попросила меня выйти на связь? Она хочет поговорить со мной?

– Ну, я уверена, что теперь она этого не хочет, – беспечно произнесла Руби. – Я ее до смерти напугала. Сказала, что она потеряет все, если попытается связаться с тобой.

– Но… – Джасмин едва могла дышать. – Но, Руби, я же искала ее!

Руби отмахнулась.

– Не надо, она пытается заманить тебя в ловушку. И делает это ради денег. На самом деле она вовсе не увлечена тобой. В ту ночь она, вероятно, догадалась, кто ты такая, и подумала, что если заманит тебя в свою игру, вотрется к тебе в доверие, сможет выжать из тебя немало денег. Это классическое вымогательство.

– Откуда ты знаешь, что у нее на уме? – крикнула Джасмин. Сердце разрывалось. – Тебя. Там. Не было!

От изумления Руби разинула рот. В павильоне кто-то спустил воду в туалете. Джасмин в ноздри внезапно ударил приторный запах вафельных рожков из ближайшего киоска с мороженым.

– Что за дела? – вспылила Руби. – Я спасла твою карьеру и, возможно, финансы. Но ты ведешь себя так, будто я только что совершила убийство.

И Джасмин вдруг прорвало.

– А что, если ты действительно совершила убийство? Что, если та девушка, которую я поцеловала – и, поверь мне, я знала, что это девушка, – предназначена мне судьбой? Что, если я ждала этих отношений?

Руби попятилась назад, ее рот превратился в букву «О». Казалось, она хочет рассмеяться – или подраться, – но тут ее взгляд скользнул вправо, в сторону проходившей мимо еще большей толпы людей.

– Слушай, говори тише. На нас смотрят.

Джасмин фыркнула.

– Боишься, что мои поклонники услышат? Или Микки-Маус? Или какой-нибудь шпион Lemonade?

– Джасмин! – Глаза Руби отчаянно обшаривали прохожих. Несколько человек обернулись. Одна девушка достала телефон и сфотографировала Джасмин. Боже, она так бросалась в глаза в своем радужном прикиде.

Но внезапно Джасмин стало все равно, что ее увидят. Пусть все видят! Она отошла от туалетного павильона и влилась в толпу – еще одна туристка, пусть и в платье всех цветов радуги.

– Я поцеловала ту девушку, Руби! – крикнула она сестре. – Мне нравится целоваться с девушками. Вот что я выяснила о себе. Вообще-то я всегда это знала. Просто много лет пыталась скрывать, потому что не хотела никого расстраивать. Это ведь не очень сочетается с Лулу Си, не так ли?

Руби неуверенно и смущенно улыбалась, а ее взгляд метался по медленно проплывающей мимо любопытной толпе. Некоторые подталкивали друг друга локтями, пытаясь понять, что происходит.

– У тебя был трудный день, – громко сказала Руби, явно на публику. – Слишком много солнца.

– Да, наверное, так оно и есть! – воскликнула Джасмин, проходя мимо аниматоров в костюмах мультяшных персонажей и сцены, где выступали артисты диснеевского танцевального шоу. Она не знала, куда идет, ей просто нужно было двигаться. – Слишком много солнца! Наверное, поэтому мне нравится целоваться с девушками!

Какая-то девочка толкнула локтем маму. Другая мать зажала ладонями уши своей десятилетней дочери. Да ладно вам, хотела рявкнуть Джасмин. Неужели вы настолько пуритане? Что-то раскрывалось внутри нее. Она вдруг почувствовала себя неуправляемой, непредсказуемой… и свободной.

Руби этого не понять. Может, она никогда и не понимала Джасмин. Речь всегда шла о ее потребностях: о солидном жалованье, которое платила ей Джасмин, солидном настолько, что Руби могла себе позволить купить «БМВ» пятой серии и хорошую квартиру в Голливуде. Или о потребностях родителей: счетах, которые оплачивала Джасмин; комфорте, который она им создала; о статус-кво. Никто не хотел отступить назад и подумать о том, чего хочет Джасмин. Потому что это разрушило бы их идеальный мирок, не так ли?

Вот только она больше не могла оставаться безропотной милой куколкой. То, что сделала Руби – когда скрыла письмо девушки, перекрыла любую возможность для их отношений, даже пригрозила привлечь чертовых адвокатов, и все это за спиной Джасмин, – казалось невыносимо бездумным. Может, в рассуждениях Джасмин и не было логики – возможно, Руби искренне верила, что защищает ее, – но именно сейчас она почувствовала, что Руби намеренно преграждает ей путь к счастью.

Пришло время все изменить.

– Знаешь что, Руби? – сказала она, поворачиваясь к сестре и чувствуя, как слезы щиплют глаза. – Ты уволена. С этой минуты.

Далила

На следующее утро Далила стояла на Голливудском бульваре перед Китайским театром Граумана вместе с шестью тысячами других туристов. Уличный оркестр исполнял кавер-версию группы No Doubt. Люди разглядывали звезды актеров на тротуаре. В сувенирной лавке, торгующей голливудскими снежными шарами и уродливыми футболками, было не протолкнуться. А родители Далилы все время хотели ее фотографировать.

– Ава, Далила? Встаньте рядом с Бэтменом! – попросил отец, вскидывая свой гигантский зеркальный фотоаппарат.

Далила взглянула на толстяка в костюме Бэтмена.

– А это обязательно?

Ава хихикнула, когда Бэтмен обнял ее за плечи. Далила нехотя тоже встала в кадр. Слава богу, она догадалась надеть большие солнцезащитные очки. А так бы умерла со стыда, если бы кто-нибудь узнал ее. Далила пыталась объяснить родителям, что ни один уважающий себя уроженец Лос-Анджелеса не заглядывает в эту часть города – как ньюйоркцы приходят на Таймс-сквер разве что по приколу, – но ее никто не слушал.

– Мы должны побывать на Аллее славы, – настаивала мать Далилы. – Перестань. Не строй из себя «слишком крутую для школы».

Так Далила оказалась здесь. Но она согласилась на эту вылазку только потому, что хотела обсудить с родителями весьма щекотливый вопрос. Разговор предстоял важный, но она ждала его со страхом.

Девочки отлепились от Бэтмена, отец заплатил за фотосессию какую-то смешную сумму, и семья двинулась дальше. Далила никак не могла понять, в чем притягательность этой улицы. Все магазины были забиты хламом для туристов и странной, сексуальной одеждой, более подходящей для танцовщиц из Вегаса, а те, что поприличнее, представляли собой стандартные магазины вроде Gap, Sunglasses Hut, Buffalo Wild Wings, которые можно найти в любом торговом центре. Наконец, когда они увернулись от очередной волны ряженых супергероев, она откашлялась. Пора было начинать.

– Мам, я очень хочу сделать эту фотосессию с Патриком.

Мама и бровью не повела.

– Этому не бывать.

– Что ты там еще придумала? – вмешался отец.

– Один фотограф предложил поснимать меня. Для моего Instagram, – объяснила Далила. – Я уже говорила об этом маме.

– А я уже сказала «нет», – отрезала Бетани.

Отец недоуменно посмотрел на Далилу.

– Но твои собственные фотографии действительно хороши, Далила. Тебе не нужен никакой фотограф.

– Особенно незнакомый мужчина, – добавила Бетани.

Далила сильно прикусила внутреннюю сторону щеки.

– Но это потрясающая возможность. Вы тоже можете присутствовать, если хотите. – Вчера, после того как ее аккаунт преодолел отметку в девятьсот тысяч подписчиков, она получила еще одно сообщение от Патрика. Очень, очень заинтересован в работе с тобой. У меня есть кое-какие идеи по раскрутке твоего бренда.

Они долго общались в директе, обсуждая, как фото Патрика могут поспособствовать карьере Далилы. Речь шла не только о том, чтобы подогнать ее бренд под конкретные рекламные кампании крупных спонсоров – Патрик сыпал громкими именами своих партнеров, таких как Target, Adidas и любимый бренд Далилы по люксовым продуктам для ухода за волосами, – но и о том, чтобы взрастить саму Далилу как бизнес-проект. Ты не думала о карьере певицы? Модели? Актрисы? А как насчет того, чтобы основать компанию? Стать активистом? – предлагал Патрик. – Потому что мы можем сделать и это. Я занимаюсь бизнес-партнерством. Растущими компаниями. Я вижу в тебе настоящий потенциал.

У Далилы потекли слюнки. Ей казалось, что однажды утром она проснулась, и кто-то сказал ей: «Вот твоя жизнь-мечта, а теперь иди и живи ею». Многим ли выпадал такой шанс? Но она знала и то, что без компромиссов не обойтись. Как она могла быть брендом и одновременно школьницей? Конечно, традиционный подход не годился.

Они остановились у пешеходного перехода. Далила перехватила ободряющий взгляд Авы. Дави дальше! – произнесла сестра одними губами.

Но тут заговорила мама:

– Когда мы жили в Миннеаполисе, ты не просила разрешить тебе фотосессии с незнакомыми людьми. То, что теперь мы живем в Лос-Анджелесе, еще не означает, что ты должна быть другой. Как и то, что ты вдруг стала знаменитостью.

– О, а разве я не знаменитость? – Сердце Далилы бешено колотилось от всплеска адреналина и злости. – Хочешь на спор?

Бетани снисходительно усмехнулась.

– Конечно, Далила. Делаю ставку.

– Значит, если мы прямо сейчас зайдем в Grove[47], ты не думаешь, что меня там узнают? – Она обвела рукой Голливудский бульвар. – Похоже, здесь никто особо не погружен в мир социальных сетей.

– А что такое Grove? – спросил отец Далилы, который был, как всегда, не в теме.

– Это большой открытый торговый центр, – тихо сказала Бетани, нахмурив брови. Далила почти видела, как вращаются шестеренки в ее голове. – Ты заранее созвала туда друзей? – с подозрением спросила она. – Это что, подстава?

– Нет. Клянусь. Значит, ты ставишь на то, что в Grove меня никто не узнает. Ни один подросток, приклеенный к телефону и инфлюенсерам, не знает, кто я такая.

Загорелся зеленый свет, и огромная толпа туристов пересекла улицу. Мать Далилы стояла на своем.

– Дети, наверное, каждый день просматривают миллионы фотографий в Интернете, – сказала она со вздохом. – Ты же не… ну, не знаю, не актриса, в конце концов.

– Итак, если мы придем туда, и кто-нибудь меня узнает, тогда ты поймешь? И отпустишь меня на фотосессию?

– Я… э-э… хорошо. Договорились. – Бетани взглянула на отца Далилы. – Ты с нами, или тебе нужно работать?

– Пожалуй, я пас, – решил Уилл. – Возьму Uber и поеду домой.

Далилу переполняло возбуждение – она собиралась доказать матери, что та ошибается. Конечно, с Grove она слегка смухлевала. Начинающие знаменитости и звезды Интернета, которые хотели потешить самолюбие и повысить уверенность в себе, отправлялись именно в Grove, где толпы подростков бродили в поисках известных лиц. Это место кишело и папарацци, ищущими улова. Зачастую мелкие звездочки сами нанимали этих хищников, чтобы почувствовать себя более популярными, чем они есть на самом деле.

Ава наклонилась к ней и прошептала:

– Хочешь, я позвоню Фейт и попрошу ее приехать? Она это сделает.

Далила рассмеялась.

– Как мило! Но давай играть по правилам.

Вскоре они уже въезжали в подземный гараж торгового центра. Когда они вышли на улицу, Далила почувствовала дрожь в коленях. Пешеходная зона выглядела почти пустынной. Жаркое солнце отражалось от жестких навесов универмага Barney’s New York. Многие рестораны еще не открылись. И даже у магазина American Girl Doll не маячила привычная очередь.

И все же Далила целеустремленно пошла вперед, пытаясь решить, куда зайти – в Apple, Brandy Melville или Nordstrom – в поисках юных впечатлительных фанатов. С каждым шагом ее уверенность ослабевала. Возможно, мама права. Возможно, она обманывала себя. Вот, ходишь по торговому центру и нервничаешь, потому что тебя никто не узнает. Не прислушаться ли к маме? Возможно, ты действительно сбилась с пути.

– Извините…

Далила обернулась. Позади нее, с пакетиками конфет в руках, стояли четыре девочки, на несколько лет моложе нее. Трое из них застенчиво отступили назад, но одна смело приблизилась к Далиле и смотрела на нее широко распахнутыми глазами.

– Ты – Лила Ди, верно? – спросила девочка. Далиле достаточно было слегка кивнуть – и тут же раздался визг. Все четверо окружили ее, засыпая вопросами о щенках, моде, макияже и о том, каково это – быть лично знакомой с Джасмин Уолтерс-Диас и Фионой Джейкобс. Далила покосилась влево. У Авы отвисла челюсть, а мама недоуменно моргала.

– Можно сделать селфи с тобой? Пожалуйста, пожалуйста! – Одна из застенчивых девочек вырвалась вперед, размахивая телефоном.

– Конечно, – ответила Далила.

Она сделала селфи с каждой из них. К их группе присоединилось еще несколько подростков – некоторые тоже были знакомы с ее аккаунтом, – и количество селфи возросло. Даже те, кто не знал ее, хотели с ней сфотографироваться. Ребята попросили Далилу подписаться и на их странички, что она, конечно, и сделала. Они наперебой расспрашивали ее о том, как стать инфлюенсерами или звездами Instagram, или, по крайней мере, тем, кого узнают в Grove. Далила тщательно обдумывала ответы, зная, что ее впечатлительная сестра и скептически настроенная мать внимательно слушают.

– Я думаю, надо просто быть самим собой, – сказала она. – И не загонять себя в стандарты.

– И спасти щенка из горящего сарая тоже не помешает, – подхватила одна из фанаток.

Расставаясь, они обменялись воздушными поцелуями. Далила – с торжествующей улыбкой на лице – повернулась к маме и сестре. Мама стояла, сложив руки на груди, но не выглядела сердитой. На самом деле, Бетани, казалось, поняла силу, которой обладала Далила.

Кажется, она даже гордилась дочерью.

* * *

В тот вечер Далила посетила мероприятие под названием Instagram Roll. Оно проходило на роллердроме в Долине, среди стрип-моллов[48] и жухлых пальм. Когда она вошла внутрь, у нее возникло чувство, будто она попала в кино восьмидесятых. Все вокруг утопало в неоновых огнях, из динамиков вырывалась песня Синди Лопер «Девочки просто хотят повеселиться». В проведении этой вечеринки Instagram объединился с новой сетью YouTube, которая выпускала сценарные шоу с участием микро- и макроинфлюенсеров. Две девушки с огромным количеством подписчиков проходили кастинг на главную роль в новом шоу, и ходили слухи, что по итогам интервью, которые они дадут на этой вечеринке, будет решено, кому из них повезет.

Далила высмотрела одну из девушек: Эмму Крисси с длинными ресницами и блестящими темными волосами. В реальной жизни она выглядела даже красивее, чем на фотографиях. Девушка стояла, прислонившись к стене катка, и слушала болтовню фанатки о том, как ей нравится последнее видео Эммы на YouTube. Далила заметила и другую претендентку на роль: Тейлор Сингх, симпатичную девушку ирландско-индийского происхождения, как было указано в ее биографии. Она сидела у снек-бара с группой женщин постарше, в одной из которых Далила узнала даму, ведущую один из каналов на YouTube – она читала статью о ней несколько дней назад.

Но, несмотря на улыбки, грохот поп-музыки и яркие цвета, в помещении витал дух напряженного соперничества. Далила уже поняла, что это обычное дело на таких вечеринках – все оглядывались по сторонам, выискивая тех, с кем нужно сделать селфи; или тех, кто более знаменит, чем они; или тех, кто производит больший фурор. Многие не производили впечатления людей, получающих истинное удовольствие.

Далила помахала рукой группке девушек, с которыми познакомилась на прошлой вечеринке, а потом – еще одной компании смутно знакомых инфлюенсеров, с которыми общалась в Интернете. Они приняли ее в свой круг как приближенную к Джасмин и Фионе. Но ни Джасмин, ни Фионы она не видела, что нервировало. Еще утром она отправила им сообщения, и они ответили, что приедут, но в Интернете обсуждали то, что Джасмин уволила свою сестру-менеджера. Может, этим она сейчас и занята? А Фиона, возможно, еще не пришла в себя после отказа от роли Кейт? Далила все еще содрогалась при мысли о том, что Скарлет шантажирует Фиону. После того как Фиона рассказала об этом, Далила пообещала себе прекратить переписку с Джеком. Она играла с огнем.

Но тут от него пришло еще одно сообщение: Любимый фильм про собак. Поговорим? И они целый час спорили о том, чем «101 далматинец» лучше «Короля воздуха».

И все-таки. Она должна была перестать с ним общаться. Должна. Если Скарлет смогла разрушить карьеру Фионы, отомстив за то, что та много лет назад увела у нее парня, страшно подумать, что она могла бы сделать с Далилой.

Далила подошла к окошку, чтобы взять ролики – в отличие от всех остальных на этой вечеринке, она решила, что проведет время с пользой и в свое удовольствие. Она плюхнулась на скамейку и начала шнуровать ролики. Ее взгляд упал на сумочку, перекинутую через плечо, которую она выбрала для вечеринки. Плотно застегнутая молния не позволяла увидеть, что лежит внутри. Далила усвоила урок, полученный на вечеринке YouTube, когда Скарлет Ли заметила шприцы и запасы инсулина и подумала, что она сидит на наркотиках. Какая гадость.

– Ты – Далила?

Кто-то похлопал ее по плечу. Перед ней стояла та самая дама, с которой только что разговаривала Тейлор – большая шишка с YouTube. Каштановые волосы обрамляли ее лицо, а широко распахнутые карие глаза придавали ей некоторое сходство с Бэмби. На вид ей было за сорок, но на лице не было ни морщин, ни возрастных пятен.

Женщина протянула ей руку.

– Я – Керри Блок. Директор видеоканала Digi.

– Здравствуйте! Приятно с вами познакомиться. Эта вечеринка потрясающая, спасибо, что пригласили меня. – Слова легко слетали с языка Далилы. Годы обучения хорошим манерам, на чем настаивала мама, не прошли даром.

Керри улыбнулась.

– Конечно! Мы в Digi все поголовно влюблены в твой Instagram и имеем тебя в виду для нескольких проектов, над которыми сейчас работаем. У тебя есть агент, с которым мы могли бы связаться?

У Далилы екнуло сердце. Они собирались пригласить ее в какое-то шоу?

– Э-э, я пока не обзавелась агентом, мы только что переехали сюда. – Боже, наверное, это прозвучало так по-дилетантски?

Керри кивнула.

– Ну, если тебе нужно порекомендовать кого-то из агентов, у меня полно кандидатур. И я уверена, что все они будут рады встретиться с тобой.

Она подмигнула и удалилась. Далила сделала глубокий вдох. Она. В шоу на цифровом канале. Ха!

– Привет! – Две одинаковые девушки подъехали к ней на роликах. Далила узнала в них музыкальных звезд и вспомнила, что они пару раз заходили к ней в директ. Их звали Кэти и Сэди, но Далила не могла с уверенностью сказать, кто из них кто.

– Эй, подружка! Керри чего-то хотела от тебя? – спросила одна из них, впиваясь в Далилу цепким взглядом.

Далила замялась в нерешительности.

– Ну, между нами говоря, она сказала, что они интересуются мной в свете каких-то новых проектов.

Что-то – возможно, ревность – промелькнуло на лице Сэди… нет, Кэти. Но другая близняшка взвизгнула и крепко обняла Далилу.

– Это здорово! Ты идешь в гору!

Прежде чем Далила успела ответить, фотограф жестом пригласил девушек собраться вместе. Сработала быстрая вспышка.

Далила зашнуровала ролики и начала наматывать круги по катку, встречая многих из тех, с кем общалась в Интернете. В течение всего вечера, как только камера поворачивалась в ее сторону, она ослепительно улыбалась, не забывая вливаться в кадр со знакомыми. Наверное, уже на сороковом круге она вдруг почувствовала, что кто-то смотрит на нее издалека.

Она повернула голову как раз в тот момент, когда силуэт скрылся из виду. Сердце сжалось от страха. Неужели это Скарлет? Не глупи, сказала она себе. Будь Скарлет здесь, об этом уже все бы знали. Скарлет устраивала шоу из своего появления в любом месте. Она глубоко вздохнула и сделала еще один круг.

– Берегись этой стенки, – крикнул ей кто-то.

Далила обернулась и увидела Джека Доно так близко, что казалось, их тела вот-вот соприкоснутся. Она вскрикнула и – бац! Передние ролики сильно ударились о бортик. Она ухватилась за поручень, чтобы не упасть. Джек подъехал к ней, посмеиваясь.

– Ты в порядке? – спросил он.

– В полном, – пробормотала Далила себе под нос. – Ты просто застал меня врасплох, вот и все.

– Это, должно быть, самое тупое светское мероприятие. Кто катается на роликах в 2019 году? – Он снова рассмеялся. – Если бы это зависело от тебя, мы бы наверняка играли на бильярде.

Далила еле сдержала улыбку. Прошлым вечером Далила призналась, что, в то время как ее сестра обожает видеоигры в Dave & Buster’s, она всегда ищет компанию для пула. Ее тронуло то, что он это запомнил – и все равно хотелось бежать. Как странно: у них с Джеком установились такие доверительные отношения, но только в виртуальном мире, а не лицом к лицу. Рядом с ним, в одном пространстве, она нервничала – ей было трудно скрывать свои чувства. К тому же это казалось верхом безумия. Не меньше сотни инфлюенсеров-сплетников скользили мимо, наблюдая за ними.

Джек словно почувствовал ее замешательство, поэтому держался поодаль, пока она делала очередной круг. Далила тщательно контролировала каждое свое движение по бетонной глади катка. Интересно, считает ли Джек, что она хорошо катается? Смотрит ли он на ее задницу?

Наконец, когда они оба завершили второй круг, он приблизился к ней и прошептал: Не волнуйся. Скарлет здесь нет. А мне так хочется побыть с тобой.

– Нельзя, – ответила Далила, чувствуя, как подкашиваются ноги.

Джек подкатился к одному из выходов с катка, бросил на нее короткий взгляд через плечо, умоляя одними глазами: Пожалуйста!

Далила закусила губу и огляделась. Никто, казалось, не обращал на нее внимания, но что, если Скарлет подослала своих шпионов? И все же ее тянуло к Джеку словно магнитом. Она тоже хотела поговорить с ним. Лично. Стоя рядом.

Она вышла с катка и направилась в ту сторону, куда ушел Джек. Но, к ее удивлению, пройдя мимо скамеек и торговых автоматов, она его так и не нашла. Зазвонил телефон. Новое сообщение с Finsta Джека. На последней скамейке есть кое-что для тебя.

Далила оглядела последний ряд скамеек, но увидела лишь надорванную квитанцию, которую выдавали за стойкой проката в обмен на роликовые коньки. Она с любопытством взяла бумажку в руки и, развернув ее, обнаружила внутри плоскую пластиковую карточку бежевого цвета с логотипом SLS Hotel на лицевой стороне. Гостиница? Ключ от номера?

Еще одно сообщение: Отель по соседству. Номер 308. Я проводил у них промо-акцию некоторое время назад, так что всегда получаю комнату бесплатно. Я прекрасно понимаю, что ты, возможно, не захочешь встретиться со мной в гостиничном номере. Но обещаю, что буду настоящим джентльменом – я просто хочу поговорить. Мне так нравится общаться с тобой.

В голове пронесся ураган мыслей. Это здорово, что Джек обещает быть джентльменом – или все-таки немного разочаровывает? Да нет, круто, конечно – по-рыцарски, уважительно, – но значит ли это, что он видит в ней только друга? А, может, он действительно одинок. Может, ему просто хочется поговорить. Да, но что подумала бы обо всем этом мама? У Далилы в запасе оставался еще час до того, как мама приедет за ней – если Бетани обнаружит, что ее здесь нет, она взбесится. Может, все-таки не следует уходить? Определенно не следует. Это казалось неправильным со всех сторон.

Вот только…

Она сжала карточку в ладони и огляделась. Мимо проносились роллеры. Девушки позировали вместе для селфи, сияли улыбками. За столом у катка компания, занимающаяся поставками предметов искусства, представляла проект по украшению роликовых коньков, и некоторые из инфлюенсеров, мастерицы рукоделия – Далила узнала молодую женщину, известную своими инновационными рецептами кексов, – с удовольствием участвовали в презентации. Казалось, что до нее никому нет дела…

Она расшнуровала роликовые коньки и надела туфли. Кто-то из организаторов мероприятия – бойкая девушка двадцати с небольшим лет, сотрудница компании по поставкам предметов искусства, – выглядела расстроенной, когда заметила, что Далила выскальзывает за дверь.

– Мы будем скучать по тебе, Долорес! – крикнула она. Долорес? Чувство вины за поспешное бегство притупилось.

На улице большая неоновая вывеска отеля SLS мигала, как маяк, но Далила не сразу пошла в ту сторону. Вместо этого она направилась по проспекту к магазину органических продуктов на углу. Пройдя полквартала, она остановилась и нагнулась, чтобы поправить туфлю, украдкой оглядываясь назад. За ней никто не следил. Выпрямившись, она вошла в автоматические раздвижные двери магазина и бесцельно прошлась по рядам, схватив с полки пакетик мандаринов, рассматривая органическую зубную пасту. Она все думала о том, что вот-вот обернется и обнаружит за спиной шпиона Скарлет… но, похоже, никто не догадывался о том, что она здесь.

Минут через десять она подошла к заднему входу в отель, скрытому в лабиринте живой изгороди. Ноги дрожали, когда она вставила ключ, оставленный Джеком. Щелкнул замок, и открылась дверь на лестницу черного хода. Поднявшись на третий этаж, она вдохнула аромат свежих цветов на лестнице. Она толкнула дверь на этаж и оказалась не в привычном гостиничном коридоре, а в небольшом атриуме с несколькими выходами в помещения, похожие на апартаменты. Прямо напротив нее оказалась и нужная дверь: «308». Закрытая. Далила и сама не знала, чего ждала – чтобы дверь была нараспашку? Чтобы Джек стоял на пороге с распростертыми объятиями?

Неужели она сглупила, притащившись сюда?

Она глубоко вздохнула и пересекла холл. В дверь триста восьмого номера она постучала так тихо, что Джек вряд ли мог услышать. Собравшись с духом, она постучала еще раз, чуть громче. Через мгновение щелкнул замок, и дверь приоткрылась. Далила отступила назад, чувствуя себя последней идиоткой, краснея и паникуя.

– Привет! – воскликнул Джек с явным облегчением и шире распахнул дверь. – Проходи!

Далила шагнула в просторные, как дворец, шикарно обставленные апартаменты с диванами, бюро и антиквариатом. Из окон от пола до потолка открывался вид на город.

Джек стоял перед ней, сунув руки в карманы.

– Что ж, э-э, привет.

– Привет, – сказала Далила. – Еще раз. – Она хихикнула. Боже, она нервничала.

– Не хочешь присесть? – Джек с тревогой указал на диван. Потом торопливо забормотал:

– У меня есть печенье. На самом деле, целый гигантский холодильник со снеками. Можешь выбрать все, что захочешь, для меня все это бесплатно, потому что они меня спонсируют, ну а если бы я был обычным гостем? Это стоило бы безумных денег. Скажем, двадцать долларов за мини-упаковку чипсов «Доритос». Двадцать пять – за мармеладных мишек.

– Мишки за двадцать пять долларов? – воскликнула Далила. – Они что, золотые?

Джек потянулся к корзинке мини-бара и достал крошечную баночку.

– Вот сколько ты получишь за эти деньги. – Баночка уместилась на его ладони. Разноцветные мармеладные мишки прижимались к стеклу. – Похоже, там их штук десять. Может, двенадцать.

– Получается больше двух долларов за медведя, – усмехнулась Далила. – Думаю, нам стоит их попробовать. Должно быть, они какие-то очень, очень особенные на вкус.

Джек открыл крышку и протянул ей баночку. У Далилы дрожали руки, когда она запустила пальцы внутрь, выуживая красного медведя. Этот миг я запомню навсегда, подумала она. Как сидела в этом необъятном гостиничном номере и жевала мишек с Джеком Доно. И тем не менее, все происходило легко и естественно. Даже весело. Точно так же, как в переписке. Волнение улеглось.

Она сунула мармеладку в рот и стала жевать. Джек выжидающе посмотрел на нее.

– Ну, как? Необыкновенно? – спросил он.

Далила медленно кивнула.

– На вкус это самый невероятный жевательный мармелад, который я когда-либо пробовала. Не удивлюсь, если он придаст мне магических сил.

– О, да? Скажем, научит летать?

– Не-а. Это уж чересчур. Скорее, что-то более приземленное. – Она на мгновение задумалась. – Например… способность заряжать телефон силой разума.

– Вау! – Джек был впечатлен. – Это пригодится в самолетах. И на долгих пресс-конференциях. – Он закинул в рот желтого мишку. – Желтые медведи… помогут хорошо выглядеть при любом освещении.

– Здорово. – Она вытащила из банки зеленую мармеладку. – А зеленые мишки подарят твоей ленте Instagram вдвое больше постов о милых собачках.

– Ого, тогда мне нужно больше зелени. – Джек покопался в поисках зеленого мишки, но вместо этого извлек почти прозрачного. – А эти? Кажется, плохая примета. – Он лукаво улыбнулся. – Знаешь фильтр со щенячьими ушками? Съешь одну такую мармеладку, и эти ушки станут твоими настоящими ушами. До конца жизни.

– На самом деле звучит заманчиво! – Далила пожала плечами. – Я бы не возражала против щенячьих ушей!

– Вообще-то ты бы очень мило смотрелась со щенячьими ушами, – сказал Джек.

Его голос прозвучал так серьезно, что Далила расхохоталась. Он тоже засмеялся. И вдруг, по какой-то необъяснимой причине, они оба зашлись от смеха. Может, сработала магия мармеладных мишек. А, может, дело было совсем в другом.

Потому что в следующее мгновение Джек обхватил ее лицо ладонями и поцеловал.

Его губы были мягкими. Теплыми. И солеными на вкус. Она почувствовала, как обмякло его тело, и тоже расслабилась. Ее пальцы погрузились в его волосы. Он целовал ее скулы, мочку уха, шею. Далилу охватили такие волнующие и ошеломляющие чувства, что она задрожала.

Они оторвались друг от друга, тяжело дыша. На лице Джека появилась глуповатая, растерянная улыбка.

– Вау, – прошептал он. – Это какие-то волшебные медведи.

– Я знаю. – Но внезапно Далилу кольнуло чувство обреченности. – Джек… нам нельзя этого делать.

Джек отступил назад, вскидывая руки.

– Прости. Я обещал, что буду джентльменом.

Далила печально улыбнулась.

– Нет. Я не это имела в виду. Мне… очень понравилось. – Она тяжело сглотнула. Губы все еще покалывало от поцелуя. – Я боюсь, что кто-нибудь узнает об этом. А ты?

Взгляд Джека смягчился. Он взял ее лицо в ладони, и это было так романтично, совсем как в фантазиях Далилы о том, «как ей хотелось бы, чтобы к ней прикоснулся парень мечты», что казалось почти нереальным.

– Я просто… – Он очаровательно закусил губу. – Узнав тебя поближе, я почувствовал… что-то настоящее.

– Я тоже, – призналась Далила. – Но я хочу сказать, что это может разрушить твою карьеру.

– И что? Построю другую. В любом случае, я, кажется, уже перерос YouTube.

Если бы все было так просто!

– Да, но как насчет меня? Люди в Интернете такие злые. Возможно, мне будут угрожать расправой.

– Мы сообщим о них в полицию. – Он сжал ее руки. – Если ты беспокоишься о своих подписчиках, то не стоит. Как только все привыкнут к тому, что мы вместе, твой профиль взлетит до небес. Только не думай, я вовсе не хочу, чтобы ты решила остаться со мной по этой причине…

– Этого не будет, – быстро сказала Далила. – И причина совсем в другом.

– Я имею в виду, если бы ты захотела, чтобы мы совсем исчезли из соцсетей, меня бы и это устроило. – Джек ухмыльнулся. – С тобой мое будущее – это открытая книга.

Далила уставилась на него. Ей казалось, что она моргнет и снова окажется в коридоре, что отношения с Джеком еще даже не начались, что она вернется на каток или даже в свою бывшую комнату в Миннеаполисе.

Неужели ничего не изменится, если они будут вместе? Можно ли верить Джеку? Она хотела этого. Отчаянно.

– Хорошо, – тихо сказала она. – Я с тобой.

Лицо Джека просветлело. Он притянул ее к себе и снова поцеловал. Этот поцелуй был глубоким и страстным, и сердце Далилы заколотилось. Она закрыла глаза, нырнула в него, затерялась в нем…

Бум.

Они отскочили друг от друга под звук треснувшего дерева. Далила услышала крики еще до того, как увидела человека, но в следующее мгновение до нее дошло, что Джек лежит на полу, а темноволосый громила удерживает его в борцовском захвате.

– Какого черта? – орал мужчина. – Ты что, совсем не можешь держать его в штанах?

– Папа! – простонал Джек, спихивая его с себя. – Ч-что ты здесь делаешь?

Папа? Далила съежилась от страха. Так это отец Джека?

Мужчина вскинул голову, и его глаза сузились в щелочки, когда он уставился на нее, вжавшуюся в стену.

– Так это ты? – рявкнул он. – Его таинственная девушка? – Его голос был полон желчи.

– Я… – пискнула Далила.

– Оставь ее в покое, папа, – предупредил Джек. – Она ни в чем не виновата.

Отец Джека скривил губы.

– И ты отказываешься от Скарлет ради этой?

– Эй! – угрожающе произнес Джек. – Не смей так о ней говорить!

Далила схватила сумочку.

– Мне пора…

Мистер Доно сложил руки на груди.

– Да. Я тоже так думаю. – Он снова повернулся к сыну, сердито глядя на него. – Ты же знаешь правила. У нас договоренность.

– Меня больше не устраивает эта договоренность, – выдохнул Джек.

– Мне плевать, устраивает тебя это или нет. Ты дал свое согласие, и точка.

От голоса мистера Доно дрожала каждая клеточка тела Далилы. И тут ее осенило: Джек не шутил, когда говорил, что у него властный отец. На мгновение она почувствовала благодарность за то, что у нее совсем другие родители.

Она обогнула их и поспешила к двери, прежде чем успели пролиться слезы. Она знала, что это неправильно. Но, когда она взялась за дверную ручку, Джек оказался у нее за спиной и коснулся плеча.

– Я все исправлю. Я сделаю так, чтобы мы могли быть вместе. Приходи на бал Благодарности, хорошо?

Далила вгляделась в его лицо. Он думал о бале в такое время?

– Джек, что ты делаешь? – крикнул мистер Доно из глубины комнаты. – Отойди от нее!

Но Джек не отводил взгляда от лица Далилы, и его глаза были полны желания.

– Он будет через несколько дней. Приходи. – А потом он в каком-то сумасшедшем порыве выхватил букет цветов из вазы у двери и протянул ей.

– Считай, что это мое приглашение. Я хочу, чтобы ты была там. Хочу тебя видеть. У меня есть план, и тогда мы сможем быть вместе.

Далила смотрела на цветы, лишившись дара речи.

– Джек, – повторил мистер Доно, бросаясь к двери и хватая Джека сзади за футболку. – Что ты творишь, черт возьми?

Но Джек стоял на своем. Он наклонился к Далиле и прошептал ей на ухо самые романтичные слова, какие она когда-либо слышала.

– Встретимся там. Пожалуйста.

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 27 июня (для ее канала на YouTube)

В кадре лицо Скарлет. Она в больших солнцезащитных очках. Волосы блестят. Она за рулем своей машины.

СКАРЛЕТ

Привет, ребята! Как дела? Я спрашиваю, потому что понимаю, что давно не вела видеоблог. Вы скучали по мне?

БИП! Звонит второй сотовый. Скарлет отвечает, переводит разговор на громкую связь.

СКАРЛЕТ

Привет, мамочка! Я сейчас веду видеоблог! Поздоровайся с моими друзьями!

ДЖИНА (по телефону)

Привет, ребята! Люблю вас! Послушай, дорогая, я просто звоню узнать, собираешься ли ты на эту зверскую косметическую процедуру. Мне только что пришло напоминание, что она значится в твоем календаре.

СКАРЛЕТ

Конечно! Вот почему я записываю видеоблог!

(переводит камеру на себя, чтобы обратиться к своим зрителям)

Ребята. Я собираюсь на лучшую в мире процедуру по уходу за лицом. Это в спа-салоне «Шади Дарден», с которым мы скоро будем одной командой – и вы станете свидетелями этого опыта! Не знаю, как вам, но мне определенно нужно немного расслабиться, потому что завтра мы с Джеком идем на бал Благодарности. И, кажется, я заслуживаю того, чтобы немного побаловать себя перед этим выходом!

ДЖИНА (по телефону)

Не пускай их с собой в парилку, детка!

СКАРЛЕТ

О, мама, ты такая глупая. Слушай, я уже на парковке – позвоню тебе, когда закончу, ладно?

(поворачивается к фанатам)

Я вернусь к вам, когда зайду в салон, хорошо?

Она заканчивает разговор. Собирается нажать кнопку на телефоне, чтобы приостановить прямую трансляцию… но трансляция не останавливается. Когда она выходит из машины, то оказывается вовсе не на парковке спа-салона… а на стоянке возле аптеки CVS. Она натягивает бейсболку на глаза. Камера дрожит, когда она подходит к автоматическим раздвижным дверям и заходит внутрь.

КОНСУЛЬТАНТ CVS

Могу я вам чем-нибудь помочь?

СКАРЛЕТ (немного угрюмо)

Обойдусь.

Она целенаправленно проходит между рядами полок, то и дело оглядываясь через плечо, словно боится увидеть кого-то из фанатов. Внезапно она бросает взгляд на свой телефон. Трансляция видеоблога все еще идет. Слышен приглушенный стон, за которым следует что-то похожее на ругательство.

Запись отключается.

Комментарии: (1 432)

@ChanelGoddess7623: Я первая!

@myangelscarlet: @ChanelGoddess7623, на самом деле я была первая.

@LeighIsMe99IO: Ребята, что случилось с влогами Скар? Кажется, ее аккаунт хакнули. Кто-то пытается ее шантажировать или что-то в этом роде?? ВЗЛОМ – ЭТО ОТСТОЙ!!!

@drawbaby10: Эй, ребята, зайдите на мою страницу, там классные фотки ваших любимых инфлюенсеров!

@MultiFanScarlet: Скарлет, ты в порядке? Почему ты в CVS? #Молюсь за Скарлет.

@ScarLeighJackletHeart: Ей, наверное, просто нужны тампоны.

@Jacklet4Ever: Фу! Наверное, ей просто нужна вода в бутылках. И увлажняющий крем. Скарлет, твоя кожа идеальна!

@ILoveScarScar: Ребята, я думаю, что знаю, кто эта таинственная сука. Я уже почти у цели и скоро все выясню. Когда я это сделаю, ей КОНЕЦ. Запросите мой аккаунт, чтобы узнать, кто это. Принимаю первую сотню запросов.

@FanBoy99K: Почему Скар еще не опубликовала обновление о массаже? Я хочу посмотреть, что это за чудесная процедура!

@MultiFanScarlet: Чувак, ты просто хочешь увидеть ее голой.

Фиона

В три часа пополудни, когда Фиона собиралась выложить бьюти-флэтлей, она получила уведомление: Скарлет Ли снимает видео в прямом эфире. Смотри прямо сейчас!

Сердце зашлось. Фиона решила прислушаться к советам подруг и бить Скарлет ее же оружием. Казалось маловероятным, что она найдет компромат на Скарлет, сопоставимый с ее собственным секретом… но, возможно, Скарлет хоть что-то скрывала.

В течение всего дня, выкраивая время в напряженном графике визитов к спонсорам, встреч с менеджером для мозгового штурма по новому контенту, унизительных объяснений с телевизионным агентом, который никак не мог понять, почему Фиона отказалась от роли Кейт, отбиваясь от звонков встревоженных матери и Чейза, Фиона просматривала видеоблоги Скарлет. У Скарлет накопилось ужасно много контента. Влоги. Обучающие программы на YouTube. Странные мэшапы с демонстрацией любимой одежды. Теперь она определенно знала Скарлет лучше, чем раньше. Скажем, когда Скарлет бесило что-то сказанное матерью, у нее начинал дергаться левый глаз. Даже если Скарлет хвалила маму за совет, превозносила ее на все лады перед своей аудиторией, дергающийся глаз подсказывал, что она чувствует на самом деле.

А Кори? Друг он ей или враг, маскирующийся под друга? В некоторых видеороликах Кори говорил Скарлет, что она выглядит прекрасно в платьях заведомо ужасных. Неужели он хотел, чтобы она выглядела уродиной? Надеялся на ее падение? Да и другие члены команды Скарлет вели себя странно – нервные, суетливые, они как будто опасались, что их уличат в неких неблаговидных поступках или словах. Но в чем именно? Неужели все они просто боялись гнева Скарлет… или тут было замешано что-то еще?

Но она не раскопала ничего сто́ящего.

И вот теперь новый видеоблог, прямая трансляция. Фиона нажала на кнопку. Скарлет прервалась на полуслове, бормоча о каком-то чудодейственном массаже, который собиралась опробовать. Она сидела за рулем своей машины, и ее волосы выглядели немного сальными – впрочем, если она собиралась на массаж, волосы все равно пострадали бы, так что, возможно, ей было все равно. Фиона уже хотела отключиться, когда Скарлет сказала своим фанатам, что «вернется через секунду», как обычно говорила перед выходом из эфира. Камера задрожала. Но запись не остановилась.

Фиона почувствовала, как волоски на затылке встали дыбом. Вот уже, кажется, в третий раз влоги Скарлет продолжали крутиться, после того как она попрощалась с аудиторией? Может быть, что-то не так с ее устройством. Возможно, кто-то взломал аккаунт. Случись такое с Фионой, она бы уже купила новый телефон, вызвала бы кого-нибудь из айтишников. Почему команда Скарлет не предупредила ее об этом? Еще более странно то, что, судя по трансляции, Скарлет выходила из своей машины и шла в аптеку. Уж точно не в спа-салон.

Фиона заметила вывеску бульвара Уилшир на заднем плане видео. Стоп. Это же аптека CVS недалеко от ее дома. Фиона могла бы добраться туда в считаные минуты. Она спрыгнула с кровати. Похоже, у нее появилась зацепка.

Видео все еще крутилось. Теперь Скарлет заходила в аптеку. В кадр, в основном, попадал серо-белый кафельный пол, но Фиона услышала, как кто-то – видимо, провизор – спросила: «Я могу вам чем-нибудь помочь?».

– Обойдусь, – ответила Скарлет. В ее голосе слышались резкие нотки. Она определенно не знала, что запись все еще идет.

Фиона уже стояла в холле и ждала лифта. Когда он звякнул, она вошла в кабинку, радуясь, что оказалась одна. До аптеки было рукой подать, но Фиона преодолела это расстояние бегом, чтобы застать Скарлет и увидеть все своими глазами. А вдруг там что-то интересное?

На другой стороне улицы Фиона заметила женщину, входящую в зоосалон. Ее левую руку фиксировала массивная гипсовая повязка. Непрошеный образ тотчас всплыл в памяти: рука Зои, забинтованная так же.

После того трагического несчастного случая Фиона лишь однажды видела Зои – в торговом центре рядом с их домом. Зои сидела в фуд-корте с матерью, пытаясь одной рукой справиться с тарелкой спагетти из фаст-фуда. Другая рука – левая, когда-то перебиравшая струны виолончели, – лежала у нее на коленях, обернутая толстым уродливым слоем бинтов. Фионе пришлось быстро отвернуться, от чувства вины у нее закружилась голова.

Если бы Лана разбила виолончель Зои. Инструмент можно было бы заменить. Но то, что она сделала вместо этого – повредила резак для бумаги в кабинете рисования, так что Зои осталась без пальцев, и никто, никто не знал, что это ее рук дело, – выглядело злобным, немыслимым вандализмом. Фионы не было в классе, когда это случилось, но слух быстро распространился по школе, и пламя ужаса, отвращения и стыда пронзило Фиону, сжигая ее изнутри, словно вирус. Лана оказалась не просто дрянной девчонкой. Она была чудовищем.

И Фиона подала ей эту идею.

Безрадостное выражение лица Зои в фуд-корте надолго застряло в сознании Фионы, набирая силу и разрушая разум. Она знала, что если ничего не предпримет, никогда себе не простит. А потом подвернулся идеальный случай: вечеринка по случаю окончания школы в доме богатого одноклассника на берегу океана. Пригласили всех – и лидеров, и изгоев. Весь вечер Фиона ждала подходящего момента, наблюдая за Ланой издалека. Она заметила, что Лана то и дело пробирается тайком на крышу дома, что было формально запрещено. Обычно ее сопровождали подруги, но ближе к ночи Лана поднялась наверх одна.

И Фиона последовала за ней.

Ярость потрескивала у нее внутри, разгораясь адским огнем, и казалось, что снопы искр вот-вот сорвутся с ее пальцев. Но Лану это даже забавляло, что еще больше разъярило Фиону.

– Ты играешь с человеческими жизнями, – проревела Фиона. – Тебе нужно остановиться.

– И что ты собираешься с этим делать? – поддразнила Лана. – Ничего.

Фиона и не подозревала, как близко к краю крыши они стояли. Ей было невдомек, что здесь был очень низкий бортик, что позволяло любоваться захватывающим видом океана, но, вероятно, не обеспечивало должной безопасности. Все, что произошло потом, ухнуло в бездну памяти, где образовался провал – она помнила лишь, как кричала на Лану, как та смеялась, и как накатил страх. И еще запомнилось, как Лана, пятясь назад, перевалилась через ограждение. Фиона в ужасе бросилась к ней, когда она потеряла равновесие и внезапно исчезла. Фиона перегнулась через бортик и посмотрела вниз, на темные острые камни, торчащие из земли. Все, что она смогла разглядеть – это прядь светлых волос Ланы и край ее ярко-розового платья. Все произошло так быстро. И бесповоротно.

А потом Фиона убежала.

Самое удивительное, что никто не заметил, как она сбежала по винтовой лестнице и пулей выскочила из дома. Никто даже не мог вспомнить, была ли она на той вечеринке – в конце концов, в то время ее считали лузером, и мало кто обращал на нее внимание. Камеры наблюдения были установлены не по всему периметру, так что не нашлось никаких доказательств того, что Фиона поднялась на крышу, чтобы схлестнуться там с Ланой. В итоге, самих хозяев дома обвинили в том, что они не позаботились о безопасной конструкции крыши.

Когда тело Ланы нашли разбившимся о камни, ее смерть сочли несчастным случаем. Экспертиза обнаружила в ее крови алкоголь, и подруги признались, что они вместе пробирались на крышу, чтобы тайком потягивать из бутылки красное вино. Был сделан вывод, что Лана, будучи нетрезвой, подошла к самому краю и поскользнулась.

Дело закрыли. Фиона отделалась легким испугом. Задира получила по заслугам. Чем не хеппи-энд? Но, конечно же, это было не так. Ведь Фиона убила человека. Ужасного, но все же человека. Она убила человека.

– Фи!

Фиона резко обернулась.

– Чейз? – К ней бежал ее бойфренд. – Ч-что ты здесь делаешь?

– Иду к маме в офис. – Он указал на стеклянное здание напротив. У его мамы была собственная гинекологическая практика, и ее кабинет находился в этом офисном центре; Фиона и Чейз всегда шутили, что его мама открыла там кабинет для их же удобства, поскольку кондоминиум «Дав» был всего в нескольких кварталах отсюда. Чейз оглядел ее с головы до ног. – Куда ты так торопишься?

Раздался автомобильный гудок, и до Фионы дошло, что они стоят посреди оживленного пешеходного перехода. Она поспешила на другую сторону улицы. Когда она взглянула на экран телефона, видеоблог Скарлет уже закончился. Черт. Что же она пропустила?

– Мне нужно зайти туда. – Она жестом показала на аптеку. – У меня до сих пор нет личного помощника, так что все покупки приходится делать самой! – Она попыталась рассмеяться, хотя смех больше походил на странное, нервное блеяние.

– Круто. Я пойду с тобой. – Чейз зашагал рядом. – Мне нужны станки.

– Нет! – Пот выступил у нее на шее. – Я хочу пойти одна.

Чейз нахмурился.

– Но почему?

Мысли бросились врассыпную. Что же сказать ему, чтобы он ушел? Она снова взглянула на страницу Скарлет. Прямая трансляция закончилась, но машина Скарлет, узнаваемый матово-черный «рендж-ровер», все еще стоял на парковке. Выходит, Скарлет еще в аптеке?

Взгляд Чейза упал на телефон Фионы, и, хотя она попыталась скрыть экран, Чейз, похоже, увидел все, что нужно.

– Почему ты торчишь на странице Скарлет?

У Фионы сдали нервы.

– Не твое дело!

На его лице застыло непроницаемое выражение.

– Это из-за роли? Что она тебе сказала?

– Она не… Забей. – У Фионы кружилась голова. – Я просто случайно зашла на ее страницу. Это ничего не значит.

– Тебе лучше держаться от нее подальше. – Голос Чейза прозвучал на удивление строго.

– Я знаю. – Она поспешно сжала руку Чейза. – Послушай, иди к маме. Я куплю станки и занесу их тебе домой через час, хорошо?

Чейз все еще выглядел встревоженным, но в конце концов уступил.

– Ладно…

Он едва успел попрощаться, как Фиона развернулась и побежала к аптеке. Она перемотала назад видео, которое только что сделала Скарлет. В видеоблоге Скарлет вылезала из машины. Заходила в аптеку. Сотрудница спрашивала, не нужна ли ей помощь… и на этом запись прервалась. Конец.

И это все? Фиона неслась как сумасшедшая, наврала с три короба своему парню – и все впустую?

Прохладный воздух кондиционера ударил в лицо Фионе, когда она вошла в автоматические двери CVS. Консультант, вероятно, та самая, что приветствовала Скарлет несколько минут назад, улыбнулась из-за кассы.

– Чем я могу вам помочь?

Фиона промолчала. Может, спросить, не видела ли она Скарлет? Но Фиона не хотела выдавать себя. Она покачала головой и направилась прямиком в торговый зал. Косметика. Продукты для ухода за волосами. Опустив голову, она ходила по рядам, но Скарлет как сквозь землю провалилась. Фиона снова взглянула на кассу, думая, что Скарлет, возможно, уже оплачивает покупки. Сотрудница, прислонившись к полкам с сигаретами, читала еженедельник Us Weekly.

Фиона перешла в соседнюю секцию. Лекарства от головной боли. Витамины. Желудочные средства. Скарлет нет. Она прошла к торцевой стене аптеки, где несколько посетителей сидели на оранжевых стульях в ожидании готовых рецептурных препаратов. Скарлет и здесь не оказалось. Что за черт? Возможно ли, что она вовсе и не заходила в эту аптеку? Или отсюда можно попасть в спа-салон через черный ход или какой-нибудь сверхсекретный вход только для знаменитостей, чтобы не привлекать внимания папарацци? Кстати, гениальная идея – устроить тайный вход через скромную аптеку…

Но тут внимание Фионы привлекла вывеска: Туалеты. Большая зеленая стрелка указывала за угол. Фиона заглянула в коридор. Никого. Тихо жужжал питьевой фонтанчик. Из женского туалета донесся характерный шум воды, спускаемой в унитазе. Через несколько мгновений дверь распахнулась. Фиона увидела Скарлет за долю секунды до того, как та подняла глаза, и нырнула за витрину с обувными стельками. Сердце громко колотилось.

Скарлет вышла из коридора – бледная, с красными глазами. Когда она поправляла ремешок сумочки на плече, ее пальцы дрожали. Она двинулась в переднюю часть магазина, но не подошла к кассе, чтобы сделать покупки. Неужели она заходила сюда только для того, чтобы воспользоваться туалетом? Может, прижало? Только почему бы ей сразу не поехать в спа-салон, о котором она упоминала в своем видео, и не воспользоваться туалетом там? Наверняка дамские комнаты в салоне куда более уютные…

И тут в голове Фионы зазвенел тревожный колокольчик. Она могла бы назвать несколько причин, по которым девушкам приходится пользоваться общественными туалетами. Одна из них – расстройство пищевого поведения… Но Фиона полагала, что у Скарлет не было такой проблемы. А что, если?..

Она на цыпочках подошла к женскому туалету, чувствуя приступ страха. Двери двух свободных кабинок были широко распахнуты. Фиона зашла в маленькую кабинку, а потом заглянула в ту, что для инвалидов, пытаясь понять, что же она ищет. В просторной кабинке для инвалидов она заметила встроенный в стену серебристый мусорный бачок для женских гигиенических принадлежностей. Крышка была приоткрыта, как будто внутрь засунули что-то большое. Микробы, микробы, микробы, стучало в голове, но Фиона все равно подняла крышку повыше. В бачок была втиснута большая картонная коробка с ярко-розовой надписью на боку.

Тест на беременность.

Фиона заглянула в коробку, и сердце подпрыгнуло. Внутри лежал распечатанный тест, пластиковым розовым колпачком обращенный наружу. Она достала его и перевернула, проверяя результат. Невероятно. Невероятно!

Задыхаясь от волнения, она завернула тест в туалетную бумагу и сунула его в сумочку. Собственно, это еще ничего не значило – то, что Скарлет воспользовалась той же туалетной кабинкой, где кто-то до нее сделал тест на беременность, еще не доказывало, что она беременна. Но в глубине души Фиона почти не сомневалась в беременности Скарлет. Не просто так Скарлет сделала крюк с заездом в аптеку по дороге в спа. А если вспомнить обморок Скарлет в недавнем видеоблоге и внезапное головокружение на пробежке? Да и выражение лица, когда она вышла из туалета, говорило о том, что ее мир рушится.

И теперь ты должна воспользоваться этим, сказал Голос. Только так ты сможешь вернуть свою жизнь в прежнее русло.

Далила

– Подбородок чуть выше. Вот так. Великолепно, потрясающе!

Далила позировала на фоне задника из мятого бархата в массивных белых кроссовках на платформе и коротком красном кружевном платье. Пол был сплошь усыпан красными, розовыми, серебристыми и белыми шарами, так что она едва могла передвигаться среди них. В течение последнего часа ее просили подбрасывать шары в воздух, пинать их ногами и даже целовать, и все это время Патрик и его команда снимали, регулировали освещение, включали музыку из плейлиста Spotify, взбивали ей волосы, поили каким-то прессованным соком марки Serenity со вкусом малины из бутылок космического вида.

И от всего этого захватывало дух.

– Не могу поверить, что это твоя первая съемка, – сказал Патрик, когда они сделали перерыв, чтобы сменить линзы. – Ты прирожденная фотомодель, девочка.

– О, спасибо. – Далила опустила голову, жалея, что мама не видит ее триумфа. Но Бетани согласилась съездить за покупками с Авой и Фейт, которая, конечно же, увязалась за ними. Естественно, это было уже после того, как Бетани тщательно проверила помещение фотостудии, даже заставив двух ассистенток поклясться, что они не допустят никаких неприятностей с Далилой, не предложат ей позировать в непристойном виде и не оставят наедине ни с одним мужчиной. К счастью, женщины в ужасе посмотрели на Бетани и в один голос сказали: «Боже сохрани!».

Еще через полчаса съемка наконец закончилась. Кэндис, одна из ассистенток, принесла Далиле пару шлепанцев, планшет и подарочный сертификат корейского спа-салона, который находился по соседству.

– Просто в знак благодарности, – сказала Кэндис. – Мы были рады поработать с тобой.

– Да что вы, не надо! – воскликнула Далила. – Это вы оказали мне услугу!

– Перестань, ты должна попробовать корейский скраб для тела, – настаивала Кэндис. – Тебе это не помешает перед сегодняшним балом Благодарности. Ты ведь идешь туда, не так ли?

Нервная дрожь пробежала по телу Далилы. Бал Благодарности. Вчера она получила несколько сообщений от Джека; он разработал надежный план, который поможет разорвать отношения со Скарлет. Я собираюсь подсунуть ей Йорка, написал Джек. Ты ведь знаешь, кто это, верно?

Конечно, Далила знала. Йорк, известный только по имени, был одним из самых сексуальных инфлюенсеров. Недавно он выпустил пластинку, которая стала платиновой. Снимался в новом фильме Marvel. Вместе с Neiman Marcus запускал линию мужской одежды. Все были влюблены в Йорка – видимо, включая и Скарлет.

Йорк в долгу передо мной, продолжал Джек. Я собираюсь попросить его приударить за Скарлет. Прямо там, на балу, чтобы все видели… и сфотографировали. Тогда я сделаю вид, что очень расстроен… что меня предали… у нас со Скарлет состоится серьезный разговор… и с Джеклетом будет покончено. Фанаты не смогут сердиться из-за этого.

Думаешь, это будет так просто? Далила не очень-то верила в эту затею. Что, если Скарлет попросит у тебя прощения? Что, если она не захочет расстаться? Что, если это не сработает?

Да, но Йорку она вроде бы тоже нравится. Может, у них все сложится. Может, я создам успешный шип! И приведу тебя как свою пару на их свадьбу…

Кэндис откашлялась. Далила поняла, что не ответила на ее вопрос.

– Да, я иду на бал, – сказала она. – И, пожалуй, попробую скраб для тела, спасибо.

– Тебе понравится. Идешь с кем-то особенным? – Глаза Кэндис блеснули.

– О, я бы так не сказала, – пробормотала Далила, застенчиво опуская взгляд.

Кэндис склонила голову набок и выразительно провела пальцами по губам, как будто застегивая молнию. Я – могила.

– По глазам вижу, что тебе очень, очень хочется кому-нибудь рассказать…

Взгляд Далилы заметался. Могла ли она раскрыть свой секрет? На самом деле, ей до смерти хотелось поделиться с кем-нибудь. А Кэндис сколько лет – двадцать шесть, двадцать семь? Возможно, она даже не знала, кто такой Джек Доно.

– Ладно, я встречаюсь с этим парнем, Джеком, – прошептала она, испытывая огромное облегчение от того, что наконец-то выплеснула наружу свою тайну. – Все довольно сложно. Сегодня вечером он расстается со своей девушкой, а они вместе уже целую вечность. Но, когда мы встретились, это было похоже на фейерверк. – Она нервно улыбнулась. – Я так взволнована. Но, пожалуйста, никому не говори, хорошо?

– Будь спокойна, ни одна живая душа не узнает. – Кэндис постучала по планшету. – А теперь не могла бы ты подписать эти бумаги для меня? Твоя мама их уже просмотрела.

Далила опустила глаза, удивившись столь внезапной смене темы после ее громкого признания. Хотя, наверное, это и хорошо. Кэндис определенно не волновали ее девичьи проблемы.

* * *

Бодрая и свежая после корейского скраба для тела, который порекомендовала Кэндис – действительно, волшебного, – Далила оделась, сделала прическу и макияж и встретилась с Джасмин в «Дав», откуда они собирались вместе поехать на бал. Фиона ехала отдельно, с Чейзом, хотя и обещала найти их, как только окажется на месте.

Далила поработала над ошибками в одежде, после того как пришла скромницей на вечеринку Snapchat TV. Ава, Фейт и Бетани – и даже отец – получили удовольствие, наряжая ее на бал, изучая предложения дизайнеров, которые стремились одеть Далилу, рассматривая платье за платьем и придирчиво оценивая, что с чем сочетается и годится ли для столь пафосного мероприятия. В конце концов они выбрали темно-синее платье с одним плечом от Alice + Olivia с разрезом на ноге – сексуальным, но не слишком откровенным, чтобы довести отца до сердечного приступа. Далила подобрала к платью босоножки на танкетке с ремешками и причудливые украшения от Adina’s Jewels – хозяйка бренда подошла к Далиле на недавней вечеринке.

– Ты выглядишь потрясающе, – прощебетали Ава и Фейт, провожая Далилу. Они напомнили ей мышек из «Золушки», которые помогали принцессе готовиться к балу. – Сделай миллион фоток, хорошо? – воскликнула Ава. – Пожалуйста, передай всем знаменитостям привет от меня! – Тут Фейт похлопала Аву по плечу и проделала свой излюбленный трюк с нашептыванием на ухо. Лицо Авы омрачилось, и она виновато посмотрела на Далилу. – И еще, будь осторожна, – добавила она.

Почему-то после этих слов Далиле стало немного не по себе, и по телу пробежала легкая дрожь. Ава обещала никому не рассказывать о ней и Джеке – даже Фейт. Далила надеялась, что сестра держит слово.

– Ого, – вырвалось у Далилы, когда Джасмин открыла дверь. – Ты выглядишь по-другому…

У Джасмин вытянулось лицо.

– По-другому со знаком минус?

– Нет! Наоборот. – Джасмин была в платье винного цвета без бретелек, облегающем, сексуальном и утонченном, с декольте чуть более глубоким, чем у нарядов Лулу Си. Обычно распущенные волосы были гладко зачесаны назад и убраны в искусный пучок, а макияж был темным, дымчатым и драматичным. На ногах вместо привычных белых туфель – остроносые черные лодочки на шпильке с красной подошвой. Она выглядела лет на пять старше той Джасмин, которую Далила видела прежде.

– Ч-что скажут твои спонсоры? – выпалила Далила.

Джасмин пожала плечами.

– О, теперь, когда моя сестра не дышит мне в затылок, я хочу иметь свой собственный стиль, понимаешь?

Далила моргнула.

– У тебя все… в порядке?

– О, ни в малейшей степени. – Голос Джасмин звучал бодро, но выражение лица говорило о другом. – Она сделала такое, что довела меня до ручки. Та девушка, которую я поцеловала… Она тоже искала меня. Но Руби отрезала ей все пути. Хотя мне до смерти хотелось узнать, кто она такая.

– О, Джасмин, – простонала Далила. – Мне так жаль.

Джасмин наклонилась к большому круглому зеркалу в прихожей, чтобы подкрасить губы.

– Думаю, Руби не очень-то заботилась обо мне. Ее интересовал только мой бренд.

Далила почувствовала, как у нее перехватило горло. Слова Джасмин до жути напоминали то, что говорил Джек о бизнес-интересах своей семьи. Как такое возможно, чтобы родными людьми двигали столь корыстные мотивы?

– И что ты собираешься делать? – спросила Далила.

– Ох, пока не знаю. – Голос Джасмин дрогнул. – Мы с Руби не разговариваем. Но с Lemonade все в порядке. Что же до той девушки в маске, тут, я думаю, дело безнадежное. – Тень сожаления пробежала по ее лицу. Было ясно, что все это угнетало Джасмин. – В любом случае, – сказала она, наматывая вокруг запястья цепочку стеганой вечерней сумочки. – Сегодняшний вечер посвящен веселью. А не проблемам Джасмин.

– Ты всегда можешь обратиться ко мне со своими проблемами, – сказала Далила.

Джасмин благодарно обняла ее.

– Спасибо, детка.

Это немного подбодрило Далилу. Все в жизни казалось таким правильным – хорошие подруги, отличная карьера, первая потрясающая фотосессия, даже ее семья. Она надеялась, что через несколько часов Джек выяснит, когда они смогут быть вместе, и все станет еще лучше.

Она не могла дождаться этого момента.

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 27 июня (для ее канала на YouTube)

Камера направлена на Скарлет. Она сидит на заднем сиденье лимузина в роскошном серебристом платье. Волосы свободно спадают на плечи. На глазах дымчатый макияж в розовых тонах, четко очерчены скулы, губы накрашены кроваво-красной помадой. Рядом с ней – Джек Доно, в смокинге. Но, когда она включает запись, он отворачивается к окну. Отвлекается.

СКАРЛЕТ

Привет, ребята! Это Скар, и мы уже на пути к… (толкает Джека локтем). Скажи им, малыш, куда мы едем.

Джек поворачивается. Слегка морщится, но потом говорит…

ДЖЕК

На бал, куда ж еще?

СКАРЛЕТ

На бал Благодарности! Вот именно! И, о боже, мы так взволнованы. Это будет потрясающе. Разве не так, малыш?

Снова толкает Джека локтем. Тот подпрыгивает. По нему видно, что мысленно он где-то очень далеко.

ДЖЕК

Что?

Скарлет хихикает.

СКАРЛЕТ

Очевидно, кто-то еще не выпил холодного пива из «Старбакс». Но мы НА ВЗВОДЕ. А теперь позвольте мне рассказать вам о моем наряде. Мы с Кори просмотрели кучу дизайнерских моделей и выбрали Valentino. Просто почувствовала, что это… мое. Вам нравится?

Камера скользит по платью, в кадре мелькает нога. Мы видим, как Скарлет толкает Джека ногой. Больно. Он снова отворачивается от окна.

СКАРЛЕТ

А мой любимый Джек – в смокинге от Armani. Могу добавить, что он провел много времени, любуясь собой перед зеркалом, когда облачился в эту красоту.

ДЖЕК

Вовсе нет.

СКАРЛЕТ

А вот и да, милый! Но все в порядке. Я знаю, что ты хочешь хорошо выглядеть для меня.

Лимузин подъезжает к тротуару. За окном видны красная дорожка, фотографы, вспышки, фанаты.

СКАРЛЕТ

Мы на месте! Ты готов?

Она тянется к руке Джека, камера все еще записывает. Они вместе выходят из лимузина. Фанаты взрываются воплями. Все кричат: «Джеклет, Джеклет!». Скарлет скользит взглядом поверх голов зевак, и мы видим знакомое лицо – не та ли это суперфанатка из ресторана, которая недавно преследовала Скарлет? На ней длинная футболка с надписью #ДЖЕКЛЕТ на груди.

Скарлет поворачивает камеру на себя.

СКАРЛЕТ

Итак, мы на красной дорожке. Разве это не прекрасно? Я вижу многих своих друзей…

Мы видим, как инфлюенсеры общаются с прессой, позируют для фото. Камера выхватывает из толпы друзей Скарлет. Вот Джасмин Уолтерс-Диас в элегантном платье винного цвета. Рядом – Фиона Джейкобс, заклятая подруга Скарлет. Кори подбегает к Джеку, пожимает ему руку и чмокает Скарлет в щеку.

И тут Скарлет ахает. Снова поворачивает камеру на себя.

СКАРЛЕТ

О боже, ребята. Вы знаете, кто здесь? Йорк. Да, тот самый Йорк? (Обращаясь к Кори) Кто-нибудь знал, что он придет? Я думала, он в Милане…

КОРИ

Скар! Он идет сюда!

Камера снова смещается. Перед нами ЙОРК: рослый, ослепительно красивый, сексуальный афроамериканец. Буквально звезда: все смотрят на него. Он неторопливо подходит к Скарлет…

ЙОРК

Скарлет Ли.

СКАРЛЕТ

Как поживаешь, милый?

ЙОРК

Девушка, как ты поживаешь? Выглядишь потрясающе. Не могу поверить, что так давно тебя не видел.

СКАРЛЕТ

О, да. В смысле, я не знала, что ты хотел меня увидеть…

Камера поворачивается к Кори. Он медленно выпадает в осадок.

ЙОРК

(соблазнительно наклоняется к ней)

Могу я проводить тебя в зал? Ты же хочешь… (сексуальная пауза)… хочешь, чтобы я был твоим кавалером?

Он кладет руку ей на поясницу – даже чуть ниже. Похоже, Скарлет обдумывает его предложение. Но потом неловко улыбается. Убирает его руку.

СКАРЛЕТ

Йорк… ты же знаешь, что мы с Джеком все еще вместе?

ЙОРК

Подожди, что ты сказала?

СКАРЛЕТ

Мы все еще вместе. Я не могу быть твоей спутницей. Извини.

Улыбка Йорка тускнеет. Он переводит взгляд со Скарлет на Джека, который стоит рядом, как бы говоря: Ну, чувак, и что дальше?

Скарлет спохватывается. И тоже смотрит на Джека.

СКАРЛЕТ

В чем дело?

ЙОРК (обращаясь к Джеку)

Извини, старик. Я пытался.

СКАРЛЕТ (обращаясь к Джеку)

Он… пытался? Это ты его подговорил?..

Джек выглядит удрученным.

ДЖЕК

Скарлет, я…

Скарлет хватает его под руку и срывается с места. Пока она идет, камера снова снимает толпу. Никто и не заметил, что произошло. Йорк беседует с кем-то еще.

Скарлет твердым шагом направляется внутрь, не обращая внимания на каскады воздушных шаров и организаторов, пытающихся вовлечь ее в увеселительные мероприятия. Она тащит Джека в пустую заднюю комнату. Странно, но камера все еще работает.

СКАРЛЕТ

Какого черта?

ДЖЕК

Скарлет…

СКАРЛЕТ

Ты что, пытался нас разлучить? Это из-за нее?

ДЖЕК

Давай просто успокоимся…

СКАРЛЕТ

Ты действительно думал, что я клюну на твою наживку в виде Йорка? Этот парень клеится ко всем подряд.

Джек крепко зажмуривается. Делает вдох.

ДЖЕК

Скар, почему мы все еще вместе?

СКАРЛЕТ

Ты действительно собираешься сделать это прямо сейчас? Кто она, Джек? Ты же знаешь, что я убью ее, правда?

ДЖЕК

Господи. Не говори так. Послушай, ты же не хочешь этого. Я знаю, что не хочешь. И я тоже не хочу. Мы должны уважать свои чувства.

Скарлет не двигается.

ДЖЕК (продолжает)

Я хочу, чтобы ты была счастлива. По-настоящему счастлива… но я знаю, что это будет не со мной.

По щеке Скарлет катится слеза. Скарлет быстро смахивает ее.

Джек протягивает руку, хочет прикоснуться к ней. Скарлет цепенеет, как будто не уверена, что хочет этого.

СКАРЛЕТ

Джек… я не могу.

ДЖЕК

Почему? Скажи мне, что ты об этом думаешь.

СКАРЛЕТ

Я…

(делает глубокий вдох)

Я… Кажется, я беременна.

Комментарии: (8 872)

@ChanelGoddess7623: Я первая!

@LeighIsMe99IO: О БОЖЕ, ЧТО ЭТО?? ЧТО ЭТО БЫЛО ТОЛЬКО ЧТО?

@MultiFanScarlet: Это РЕАЛЬНО? Скажите мне, что это НЕ В РЕАЛЕ.

@ScarLeighJackletHeart: Я так и знала! Я знала с самого начала! Тошнота… обморок… CVS… Срань господня!

@Jacklet4Ever: ДЖЕКЛЕТ не может разрушиться! Они убивают меня! Должно быть, они лгут, когда говорят, что больше не любят друг друга.

@TheEndMyFriend99: Они НИ ЗА ЧТО не расстанутся.

@Jacklet4Ever: Ты что, не в курсе? Они станут РОДИТЕЛЯМИ.

@VvroomColin887: О боже, это видео так долго грузилось, что чуть не сломало Интернет, но оно ТОГО СТОИТ. Только мне немного жаль Джека. Ребята, кому охота стать отцом в семнадцать лет?

@uwuscarletleigh: Это какая-то драма уровня Кардашьян, только шумихи поменьше. Но я бы точно посмотрела реалити-шоу Скарлет.

@AndyCandy: Это будет восхитительный бамбино! #ScarBunInTheOven.

Фиона

– Тебя что-то беспокоит, детка? – в тридцатый раз спросил Чейз.

Они приехали на бал, и Фиона только что закончила давать интервью на красной дорожке. Репортеры в основном спрашивали о том, почему она отказалась от роли Кейт, хотя ее менеджер заранее предупредила, что эта тема не обсуждается. Бальный зал утопал в море воздушных шаров с надписью «Здесь говорят «НЕТ» буллингу!». Многие фотографировались с ними, но Фиона закатила глаза. Неужели никто не понимает, что как бы они ни старались, сколько бы хэштегов ни придумывали, сколько бы знаменитостей ни стояло за этим призывом, задиры не изменятся и не исчезнут? Это вовсе не так работает.

Зажужжал ее телефон, и она заглянула в экран. Вот несколько снимков от Getty, писал ее рекламный агент. Пожалуйста, отправь сообщение в ленту и отдельно отметь Zimmerman. Они были так любезны, что подарили тебе платье.

Ох уж эта работа! Тем не менее, Фиона пролистала присланные фотографии, пытаясь выбрать что-то для публикации. Агент прислала на выбор более пятидесяти снимков, но после беспощадного анализа Фиона сохранила лишь один. Она привычно скорректировала недостатки, добавила фильтр и придумала остроумную подпись. Нажимая клавишу «Опубликовать», она уже чувствовала себя измотанной.

Под руку с Чейзом она вышла на танцпол. Среди танцоров оказались довольно известные личности, и они устроили настоящий танцевальный баттл. Все вокруг, конечно, снимали это на видео. Чейз азартно подбадривал их, и, по крайней мере, хотя бы одному из них было весело. Фиона натянуто улыбалась, но никак не могла поймать волну. Тайна Скарлет, которую она узнала, вытесняла все остальные мысли. Ей нужно было непременно встретиться со Скарлет сегодня. Рассказать о том, что ей известно, чтобы они могли заключить сделку. Чем скорее она покончит с этим, тем скорее сможет расслабиться.

– Фиона?

Она подняла глаза и увидела сияющую Кайли, одну из организаторов вечеринки.

– Привет! Не хочешь, чтобы тебе предсказали судьбу? Получится отличное фото для нашей фирменной страницы. Я была бы тебе очень признательна.

Фиона проследила за взглядом Кайли. В глубине зала действительно оборудовали уголок для гадалки. Все выглядело традиционно: стол с горящими красными свечами, колода карт Таро и жутковатая женщина в платке, с нарисованной мушкой и множеством ожерелий из бисера.

– Э-э… – протянула Фиона. Меньше всего ей сейчас хотелось встречаться с гадалкой. Но, к ужасу Фионы, Кайли уже вела ее к столу, предвкушая, какая это будет бомба для их сторис.

Фиона села в кресло напротив женщины и вдруг почувствовала чью-то руку на плече. Чейз возвышался над ней, удивленно склонив голову набок.

– Я думал, ты не очень-то любишь предсказания.

– Хм, – начала Фиона, но тут Кайли велела ей посмотреть влево и улыбнуться. Как только Кайли сделала фото, Фиона приготовилась встать и уйти – в самом деле, не обязана же она выслушивать предсказания. Однако гадалка крепко схватила ее за руки и повелительным тоном сказала:

– Начнем.

Гадалка смотрела на нее таким пристальным, завораживающим взглядом, что по телу Фионы пробежала дрожь. Женщина долго поглаживала сухими руками пальцы Фионы и линии на ее ладонях.

– Я хорошо ухаживаю за руками, – выдавила Фиона, оглядываясь через плечо на Чейза и заставляя себя улыбнуться.

На лице гадалки появилось очень странное выражение. Когда она заговорила, в ее глубоком голосе звучало предостережение.

– Ты чем-то обеспокоена, дорогая. Что-то гнетет тебя, что-то… разрушает тебя. – Она перевела взгляд на Чейза. – Это разлучит вас.

– Что? – воскликнул Чейз. – Вы все неправильно поняли. У нас все отлично.

Лицо Фионы вспыхнуло.

– Да! – Она вырвала ладонь из тонких костлявых пальцев гадалки и схватила Чейза за руку. – Мы с ним – идеальная пара.

Ярко-голубые глаза женщины сузились.

– Так ли это? Вы оба должны сказать друг другу правду. Или вы хотите, чтобы я это сделала за вас?

Этому не бывать. Фиона резко вскочила, опрокидывая стул.

– Спасибо! – воскликнула она. – Очень информативно!

Пошатываясь, она пошла прочь. Она чувствовала, как все остальные в очереди, включая Кайли, в изумлении уставились на нее, когда она бросилась в другой конец зала. И, хотя грохотала музыка, она могла поклясться, что слышала, как гадалка цокнула языком, разочарованная тем, что Фиона оказалась слишком труслива, чтобы услышать ее правду.

Когда она подошла к дверям, ведущим в огромный внутренний дворик, Чейз уже стоял у нее за спиной.

– Фиона? – Он развернул ее к себе, чтобы посмотреть в глаза. – Ты ведь не расстроена тем, что она сказала? Ты же знаешь, что все эти люди – мошенники.

Фиона облизнула губы.

– Конечно, не расстроена. Нисколько. Я просто… я не совсем…

Но закончить она не смогла. Ей стало трудно дышать. Ее охватила паника. Как гадалка узнала об этом? Что, если она всем расскажет?

Она задыхалась. Чейз положил руку ей на грудь.

– Фиона. Все хорошо, все хорошо, ангел. Просто дыши, вдох-выдох. Из-за чего ты паникуешь?

– Я… – начала Фиона. – Это просто… – С ней творилось что-то ужасное. По тому, как она нервничала, Чейз мог догадаться, что что-то не так. Пожалуй, она слишком остро реагировала. Надо дышать. Вдох. Выдох. Не падай в обморок. Возьми себя в руки.

Наконец ее дыхание выровнялось.

– Спасибо, малыш, – сказала она Чейзу. – Не знаю, что меня так взволновало. Я тебя не заслуживаю.

Облегчение, казалось, стекало по лицу Чейза струями дождя.

– Ты что, шутишь? Это я не заслуживаю тебя.

– Нет, правда…

Но тут кое-что привлекло внимание Фионы. В углу блеснула светлая прядь. Неужели… Скарлет? Так и есть.

Фиона встрепенулась.

– Я скоро.

– Что? – Чейз нахмурился. – К-куда ты?

Ее взгляд был прикован к блондинке в углу. Она должна была сделать это, сейчас.

– Скоро вернусь. Пока займи для нас место, хорошо?

Она двинулась сквозь толпу, отчаянная и неистовая, и… вот оно. Скарлет прошла через занавешенную арку в другой зал с танцполом. Теперь она разговаривала с Кори, но ее улыбка выглядела застывшей и фальшивой. Фиона направилась к ним. Она собиралась покончить с этим раз и навсегда.

Но тут она почувствовала, что кто-то тянет ее назад. Она резко обернулась и снова столкнулась с Чейзом. Он недовольно морщил лоб.

– Что происходит? – Его тон выдавал озабоченность и в то же время нетерпение.

– А? – пролепетала Фиона. Она снова оглянулась через плечо. Скарлет уходила…

– Я тебя не понимаю, – строго сказал Чейз. – То у тебя паническая атака, то ты убегаешь…

– Ничего страшного, – простонала Фиона, снова переводя взгляд на другую половину зала. Она не могла потерять Скарлет из виду. – Мне просто нужно кое-что уладить, хорошо?

– В чем дело?

– Не бери в голову. Это все глупости.

Его глаза беспокойно изучали ее лицо.

– Глупости… насколько?

Фиона попыталась включить все актерские способности и сделать вид, будто речь идет о рядовой оплошности в соцсетях, которую нужно исправить. Она могла бы сказать, что одна из ее подруг рассердилась, потому что Фиона случайно позировала для фото с бывшим парнем той девушки. Она могла бы сказать, что здесь находится кто-то из ее мелких спонсоров, и ей нужно показать, что она все еще помнит о них.

Ей ничего не стоило солгать, но она понимала, что это несправедливо по отношению к нему. Она знала и то, что ее бойфренд наверняка почувствует обман. И это ее бесило. Ужасно.

– Просто… я объясню позже, ладно? – проворчала она. – Я вернусь через пару секунд и буду полностью в твоем распоряжении.

На лице Чейза заиграли желваки.

– Это как-то связано со Скарлет?

Сердце ухнуло вниз.

– Нет!

– Значит, ты мне изменяешь?

– Что? – Фиона расхохоталась. – Нет! С чего ты взял?

– Потому что, когда мы врозь, от тебя не приходит ни одного сообщения, ты не пишешь мне в Snapchat. Не отвечаешь на мои звонки. А когда мы вместе, почти не обращаешь на меня внимания. Ты за миллион миль отсюда.

– Ты становишься параноиком. Я бы никогда тебе не изменила.

– Но ты, определенно, не хочешь быть здесь со мной.

– О чем ты говоришь? – Фиона не верила своим ушам. Она снова вгляделась в толпу. Черт. Скарлет исчезла.

– Видишь? Даже сейчас ты не со мной! – Чейз напрягся. – Ты все время кого-то высматриваешь. Разве не так? Я уже недостаточно хорош? Может, потому, что я не инфлюенсер? Не актер?

Фионе хотелось застонать.

– Не будь ревнивцем. Это не про нас с тобой.

Чейз окинул ее долгим печальным взглядом.

– Я начинаю думать, что на самом деле не знаю, что у нас с тобой.

Неужели это происходит наяву? Музыка звучала слишком громко. Платье казалось слишком тесным. И Голос мог бы многое сказать ей сейчас. Она не хотела ссориться с Чейзом.

– Просто позволь мне кое с чем разобраться. А потом мы поговорим, хорошо?

Она помчалась через весь зал, надеясь выяснить, куда делась Скарлет.

– Фиона! – взревел Чейз. Он проталкивался сквозь толпу, пытаясь догнать ее. Зачем? Ей нужно было оторваться от него. Еще не хватало, чтобы он стал свидетелем ее разговора со Скарлет!

Она повернула направо, потом налево. Толпа сгущалась, и, когда она снова оглянулась, Чейз уже исчез. Коридор вел к туалетам. Другой выход открывался во внутренний двор. Фиону инстинктивно потянуло на улицу. Каблуки звонко цокали по твердому мрамору. Она прошла под аркой и нырнула в густой влажный воздух Лос-Анджелеса конца июня. Двор выглядел пустынным – видимо, ребята еще не обнаружили его, так как большинство гостей все еще толпилось на красной дорожке, а прочие осваивались в незнакомом пространстве.

Вдруг она заметила девушку, понуро стоявшую за фигурно подстриженным кустом. Фиона почувствовала, как сводит живот.

Скарлет.

Фиона направилась к ней. Во рту пересохло. Скарлет подняла глаза, как только Фиона подошла ближе, но как будто не удивилась. Ее глаза потемнели, что вызывало дурные предчувствия. И… не джул[49] ли у нее в руке?

– Джулинг может навредить ребенку, – выпалила Фиона, не в силах сдержаться. Теперь она могла сразу перейти к делу.

У виска Скарлет дернулась мышца. Фиона восторжествовала, потому что до этого момента у нее не было полной уверенности в том, что она нарыла реальный компромат на Скарлет.

– Да, – продолжила Фиона. – Я все про тебя знаю. Так же, как ты знаешь кое-что обо мне. Но я надеюсь, что мы сможем прийти к соглашению.

На мгновение лицо Скарлет стало по-детски открытым. Фиона поставила себя на ее место: по сути, Скарлет – еще подросток, на пике своей карьеры, но уже беременна. Как она бы себя повела? Как она справлялась бы с этим? Наверное, пришлось бы нелегко.

Скарлет скривилась. Положила электронную сигарету на край тиковой кадки.

– Думаешь, это так важно, что ты знаешь о беременности?

Фиона вздрогнула. Такого вопроса она не ожидала.

– Ну, да.

Скарлет вздохнула.

– Не-а. Весь мир знает об этом. Что-то происходит с моим телефоном. Сначала мне казалось, это я что-то напутала, но после сегодняшнего… похоже, меня клонировали.

Фиона округлила глаза.

– О, черт. – Клонирование было самым страшным кошмаром для всех. – И что, вся твоя информация украдена? Полностью?

– Не делай вид, будто тебя это огорчает. – Скарлет закатила глаза. – Как бы то ни было, несколько минут назад я сообщила Джеку важную новость, и тот, кто меня взломал, уже разместил это повсюду. Так что на самом деле ты опоздала, Фиона.

Тяжесть легла на сердце Фионы. Все узнали?

Скарлет прислонилась к вазону.

– И еще. Шантаж – последнее дело. Что скажут твои фанаты?

Фиона почувствовала, как волоски на затылке встали дыбом.

– Тебе ли об этом говорить?

Скарлет прищурилась.

– Ты о чем?

– Сама знаешь.

Во взгляде Скарлет читалось замешательство. Но это ложь. Все ложь. Она просто пыталась запутать Фиону, как это делала Лана. Фиона сжала кулаки. Ударь ее, прошептал Голос. Сделай это. Ты же знаешь, что хочешь этого. Фиону охватило такое же пульсирующее желание, как той ночью с Ланой, на крыше. Она почувствовала, как поднимается рука, а тело подается вперед. Она крепко схватила Скарлет за предплечье. И ей стало… хорошо.

– Ой! – взвизгнула Скарлет, отступая назад. – Да что с тобой такое?

В ее венах потрескивали молнии. Она могла причинить Скарлет еще больше боли. Могла погубить ее.

Но тут Фиона застонала и сникла, прислоняясь к вазону. Конечно, она не могла причинить Скарлет вреда. Она не такая.

Скарлет стояла напротив нее, прижимая к груди травмированную руку.

– Тебе нужна серьезная помощь, девочка.

А потом она повернулась и спокойно пошла прочь. У Фионы не хватило духу последовать за ней.

Из вестибюля донесся странный приглушенный гул. Фиона подняла голову и поняла, что она здесь не одна. Позади нее, в коридоре, толпились люди – блогеры, фанаты, они смотрели на нее. И, судя по выражению их лиц, слышали – и видели – все.

Джасмин

После танцев Джасмин и Далилу попросили дать интервью репортеру журнала Tiger Beat. С высокой белой сцены открывался прекрасный обзор, и Джасмин видела, как преобразилось просторное помещение склада: стены были обиты красным бархатом, бар украшен причудливыми цветочными композициями. По углам стояли роскошные диваны, а гигантский танцпол был усеян воздушными шарами и отделен занавесями из бисера. Она посмотрела на кабинку диджея, над которой сияла неоновая вывеска с надписью БЛАГОДАРНОСТЬ. Казалось, куда ни глянь, всюду звезды Интернета оценивающе рассматривали друг друга, объединялись в группы, позировали для фото, а порой воротили нос. Что странно – разве этот вечер не задумывался как инклюзивный?

– Итак, леди, сегодняшний вечер посвящен исключительно благодарности. – Репортер, бойкая миниатюрная девушка в очках с прозрачной оправой, в длинном многослойном платье, держала в вытянутой руке телефон, на который записывала интервью. – Как вы знаете, Instagram запускает приложение «благодарность». Если вам захочется поблагодарить кого-либо – за аккаунт, лайк, комментарий, да за что угодно, – вы сможете воспользоваться этой функцией и отправить поистине прекрасную картинку с молитвенно сложенными руками. И она навсегда останется на страничке – так что вашу благодарность увидит весь мир. И вот мне интересно, как вы, ребята, относитесь к этому?

Репортер посмотрела на Джасмин, но той не хотелось отвечать. Прежняя Джасмин, подкаблучница Руби, не позволила бы себе такой дерзости, но новая Джасмин не собиралась пресмыкаться перед репортерами. Она жестом указала на Далилу.

– Далила? Что ты об этом думаешь?

– О. – Далила расправила плечи. – Думаю, это фантастическое приложение. Я планирую пользоваться им постоянно, благодаря каждого из моих подписчиков. Для меня, только начинающей свой путь в этом мире, благодарность – не пустой звук. Она определяет все мое существование. Я благодарна за то, что могу общаться с удивительными людьми и говорить о том, что мне нравится, сотрудничать с интересными дизайнерами и ювелирами, владельцами зоомагазинов и гуру фитнес-тренировок. Я благодарна за то, что у меня появились замечательные новые друзья, такие как Джасмин. Она потрясающая, несмотря ни на что.

– О! – Джасмин обняла ее за плечи.

– Значит, ты просто переполнена благодарностью! – воскликнула журналистка.

– Я – смузи благодарности, – пошутила Далила.

Глаза репортера загорелись.

– Здорово сказано!

Она отпустила девушек, забыв поинтересоваться мнением Джасмин. Прежняя Джасмин сочла бы это чудовищным проколом, а Руби так и просто взбесилась бы. Но сегодня это оказалось кстати.

– Ты отлично справилась, – сказала Джасмин Далиле, когда они сошли со сцены.

– Ты уверена? – Далила выглядела обеспокоенной. – Я не наговорила лишнего?

– Не-а. – Удивительно, насколько хорошо чувствовала себя Джасмин – и внешне, и внутренне. На балу только и шептались о том, что Джасмин наверняка попадет в топ-лист «лучших нарядов», что казалось огромным успехом, учитывая, что стилистом была она сама. Это укрепляло ее уверенность в собственных силах. Она впервые вышла в свет, одетая не как Лулу Си, и все равно нравилась людям. Это вселяло надежду.

Но Руби! С ней была полная катастрофа. Джасмин тяжело переживала исчезновение сестры из своей жизни. Руби не давала о себе знать с момента их ссоры в Калифорнийском Диснейленде – не просила взять ее обратно на работу, не заходила на страничку Джасмин, от нее не было ни слуху ни духу. Конечно, Джасмин уволила ее, но Руби – как ни крути, ее родная сестра. Неужели она не попросит прощения за то, что сделала? Неужели она искренне верит в свою правоту?

Вечер близился к завершению. Координатор приглашала гостей на афтерпати в кондоминиум «Дав» и предлагала желающим воспользоваться лимузинами, ожидающими у входа.

– Что думаешь об афтерпати? – спросила Джасмин у Далилы. – Там не будет никакой прессы, только мы. Должно быть весело.

Но Далила выглядела потрясенной.

– Подожди, ты хочешь сказать, что бал уже закончился?

Джасмин рассмеялась.

– Хочешь еще пофотографироваться со знаменитостями? На вечеринке их будет полно. И угощение наверняка будет получше – кейтерингом занимается Buca di Peppo.

– Но… – Далила нервно оглядела зал. – Я имею в виду… да, наверное, пойду…

– Ты кого-то ищешь? – слегка улыбнулась Джасмин.

Щеки Далилы стали пунцовыми. Вместо ответа она прикусила ноготь большого пальца.

Джасмин схватила ее за руки.

– О боже, девочка! Ты что-то от меня скрываешь? Ты на кого-то запала?

На губах Далилы появилась осторожная улыбка.

– Нет, но… кое-кто должен был встретиться со мной здесь. Думаю, его задержали дела. – Она заглянула в телефон и слегка нахмурилась.

– Выкладывай. Кто он?

– Я не могу. – Далила яростно замотала головой. – Все довольно… сложно.

Джасмин ломала голову над тем, кто бы это мог быть.

– И ты должна встретиться с ним здесь? Если это он?

– Это он. – Далила кивнула с несчастным видом.

– Ладно. Тогда напиши ему, чтобы он пришел на афтерпати. Для вас двоих это будет гораздо проще. – Ее глаза заблестели. – Мне не терпится узнать, кто же это!

Они вышли на оживленную улицу. Несколько человек стояли в очереди к лимузинам, но Джасмин вызвала своего водителя, и вскоре они с Далилой уже сидели на заднем сиденье ее машины, направляясь в «Дав». Далила была необычно молчалива. Джасмин коснулась ее колена.

– Ты переживаешь из-за того, что он не появился на балу?

– Пожалуй, – призналась Далила. – В последний раз, когда мы общались, вроде бы все было решено. Приглашение на бал и все такое.

– Он сам пригласил тебя? – Джасмин присвистнула. – Значит, он не валял дурака, девочка. Ты уверена, что не можешь сказать мне, кто он?

Далила крепко прижала руки к груди.

– Я просто хочу пока сохранить это в тайне… но уже скоро все откроется. Обещаю.

Казалось, прошло всего несколько минут, а они уже выходили из машины у парадного подъезда «Дав». Бархатные шнуры ограждали вход в атриум, и охранник проверял браслеты – на вечеринку пускали только гостей бала. Террасу вокруг бассейна превратили в праздничную площадку, где витала игривая атмосфера. Диджей крутил пластинки в углу, и безупречные инфлюенсеры, хорошо знакомые Джасмин, заходились в провокационных танцах – очевидно, в их контрактах не было пункта об этичном поведении. Фитнес-гуру YouTube, известная постами на тему «Ешь чисто», сидела у стойки бара с бокалом мартини в руке. По ее мимике и жестам Джасмин догадалась, что это не первый бокал за вечер.

– Праздник гедонизма, – пробормотала Джасмин, увлекая Далилу к уютным диванам в приватной зоне у бассейна. – Кажется, все уже напились.

– Да, все выглядят… диковато, – задумчиво пробормотала Далила. Несчастное щенячье выражение ее лица никуда не делось. Джасмин хотелось как-то исправить это. Но тут Далила повернулась к ней.

– Не знаешь, где здесь туалет?

– О, да где угодно. – Джасмин указала на двери по периметру бассейна. Многие из них были распахнуты настежь, приглашая завсегдатаев вечеринок в разные апартаменты. – Практически все, кто здесь живет, приглашены на это мероприятие, и они открывают свои двери, чтобы мы могли приходить и уходить, когда нам заблагорассудится. Я никого не пускаю к себе – уборка потом оборачивается головной болью, – но ты можешь зайти в любую открытую дверь. Впрочем, предупреждаю… – Она подняла бровь. – Не ходи в спальни. В прошлом году они пользовались особым спросом у тех, кому приспичило целоваться.

– Поняла, – сказала Далила, печально улыбнулась и ушла.

Джасмин развалилась на диване, отдаваясь пьянящей электронной музыке, гремевшей в ушах. Ей было хорошо, в целом… разве что немного грустно. Если бы только Руби повела себя иначе. Если бы только Руби обратила внимание Джасмин на пост девушки в Tumblr… и позволила Джасмин самой решить, что с этим делать.

Раздался шорох.

По кустам пробежала тень. Джасмин выпрямилась.

– Кто здесь?

Красивая девушка в длинном серебристом платье попятилась назад, явно застигнутая врасплох. Она была бледна. Рот приоткрылся. Но, когда она заметила Джасмин, ее лицо прояснилось.

Джасмин захлопала ресницами.

– О. Привет, Скарлет.

Скарлет медленно подошла ближе. Джасмин напряглась. Она почти забыла о том, что Скарлет шпионила за ней в последние недели. На самом деле, именно тайное появление Скарлет в Калифорнийском Диснейленде положило начало Третьей мировой войне с Руби.

– Привет. – Голос Скарлет дрожал. В нем как будто звучал страх. – Я… я искала тебя.

Джасмин хотелось закатить глаза, но ее удивил мягкий, неуверенный тон Скарлет.

– Зачем?

Скарлет отвела взгляд. Джасмин могла различить лишь тени, но не черты ее лица.

– Я видела тебя, – сказала Джасмин. – Возле тату-салона. А моя сестра застукала тебя в Калифорнийском Диснейленде. Ума не приложу, почему тебя, при твоей-то занятости, так волнуют мои дела. – Она поерзала на диване. – Ты уже отняла у моей подруги роль в сериале. Если хочешь прикончить и меня – валяй. На самом деле мне плевать.

Скарлет заморгала.

– Подожди, нет… это не то, что ты думаешь. Та роль на телевидении и моя слежка за тобой… ты все неправильно поняла.

– Ну-ну. Значит, ты не угрожала моей подруге, вынуждая ее отказаться от роли, которая в итоге досталась тебе?

Скарлет печально покачала головой. Какая актриса!

– Ты действительно думаешь, что обвела всех вокруг пальца? – Джасмин откинулась на спинку дивана. Ногам вдруг стало тесно в узких туфлях. Может, ей лучше просто пойти спать? Пожалуй, на сегодня с нее довольно впечатлений.

Скарлет понурилась, и Джасмин увидела неровный пробор в ее волосах.

– Я этого не делала… все не так… я понимаю, Фиона думает, что это я. Ладно, не бери в голову. Объясняться уже ни к чему, потому что теперь все кончено, и, кто знает, возьмусь ли я за эту роль. Так что, может быть, Фиона, в конце концов, и получит ее обратно.

– Хм? – Джасмин нахмурилась. – Ты о чем?

– Я хочу объяснить, почему следила за тобой. Только… слишком много говорить не буду. Те угрозы, что я получила от твоей сестры. Я не хочу привлекать адвокатов.

Подул прохладный ветерок. Вдали послышался смех. Слова Скарлет путались в голове Джасмин. Те угрозы… от сестры?

И напрашивался лишь один ответ. Только вот… нет. Этого не может быть. Или может?

Лицо Скарлет смягчилось. Она обхватила себя за талию, как маленькая девочка. Когда она украдкой взглянула на Джасмин, в ее глазах промелькнул испуг, словно она боялась, что ее прогонят. И когда снова подул ветерок, в ноздри Джасмин ударил знакомый запах. Запах темного шоколада – как в ту ночь, на маскараде. Но это казалось невозможным. Нелепым.

– Так это была… ты? – прошептала Джасмин. – На той вечеринке?

Скарлет едва заметно кивнула.

Джасмин зажмурилась.

– И ты пыталась найти меня? Ты написала что-то на анонимном Tumblr?

Скарлет уставилась на свои ладони.

– Твоя сестра догадалась, что я пишу о тебе, тем более, что там было твое фото с вечеринки. Кстати, ты удачно придумала насчет съемок в кино.

Сердце Джасмин бешено колотилось. В это невозможно было поверить. Девушка, которую она искала, кем грезила, не могла быть этой долбаной Скарлет Ли. Конечно, это шутка, да? Потому что девушка, с которой она танцевала, кого целовала – та девушка была другой. Нежной, открытой, уступчивой и милой. Скарлет была полной противоположностью.

Но сейчас, когда Скарлет сидела рядом, сжимая руки на коленях, она казалась совершенно другим человеком.

– Руби связалась со мной через временный электронный адрес, который я использовала, чтобы разместить это сообщение, – продолжила Скарлет. – И написала… ну, я думаю, ты знаешь, что она написала. Короче, она написала, что тебе это неинтересно. Пригрозила, что ты подашь в суд, если я еще раз побеспокою тебя. Она сказала, что вы с ней говорили об этом и выступаете заодно. Разве что… не знаю, но я ей не совсем поверила. Тот поцелуй… он был таким настоящим. Во всяком случае, для меня.

И для меня тоже, хотела сказать Джасмин. Но… нет. Нет. Она должна выбраться отсюда. Скарлет не могла быть девушкой ее мечты. Это безумие.

– Вот почему я начала следить за тобой. Я хотела поговорить с тобой, хотела увидеть… – Скарлет закинула голову, глядя в звездное небо. – Но у меня не хватило духу спросить. А потом, в Диснейленде… я слышала, о чем вы с Руби говорили. Я слышала, как ты была потрясена тем, что она сделала. Вот я и подумала, что, может, Руби обманывала меня. Может, ты понятия не имела о том, что она связывалась со мной. Может быть, тебя так же жестко контролируют в твоей карьере, как и меня.

Последние слова застали Джасмин врасплох, и она хотела спросить Скарлет, что та имеет в виду, но Скарлет продолжала говорить.

– Я понимаю, ты можешь подумать, что все это розыгрыш. Я знаю, у меня репутация… стервы. Но все не то, чем кажется. Это сложно объяснить, но я не такое чудовище, как ты думаешь. Я тоже была на той вечеринке в масках. Я хотела чего-то такого, чего не может дать моя нынешняя жизнь. И там я нашла тебя. И не жалею об этом.

Грохотала музыка. Воздух потрескивал… от ощутимой опасности, но, может, и от зарождающихся сомнений. Джасмин видела лишь ярко-красные губы Скарлет и сияние ее волос. Сердце отстукивало сумасшедший ритм, как супермяч, сброшенный с балкона. И, хотя ей не хотелось поддаваться словам Скарлет, они все равно проникли в душу. Что, если из Скарлет слепили такую же фальшивую куклу? Джасмин вспомнила все влоги, выложенные Скарлет, слухи о том, как она разрушала чужие жизни и карьеры. А вдруг все это ложь? И, если вспомнить, как горячо Скарлет отрицала свою причастность к угрозам в адрес Фионы – возможно ли, что от ее имени действовал кто-то другой?

Джасмин откашлялась.

– Ты… права. Руби писала за меня без моего разрешения. – Ей с трудом далось это признание. – Она не понимает, что я выросла из своей роли в детском шоу. У меня есть желания. Потребности. Она не понимает, что я хочу измениться – как личность и как профессионал.

Глаза Скарлет были полны сострадания.

– Ты должна получить такую возможность. Нам всем это необходимо.

Джасмин кивнула.

– Так… то, что ты написала на Tumblr… я ведь так и не прочла. Но мне бы очень хотелось.

На губах Скарлет заиграла легкая улыбка.

– Мне тоже.

Мысли Джасмин бросились врассыпную. Она придвинулась ближе к Скарлет, чувствуя, как участился пульс. Скарлет тоже наклонилась к ней. Их губы соединились торопливо, отчаянно, и волна жара разлилась по телу Джасмин. Все повторилось! Как же она мечтала об этом! Как боялась, что никогда больше не испытает этого блаженства!

Их поцелуи были беспорядочными – слишком много помады, случайные волоски во рту, зацепившаяся серьга, – но восхитительными, утоляющими и стоили ожидания. Сердце Джасмин разрывалось от благодарности. Вот оно, промелькнула мысль, вот за что она была благодарна. Казалось символичным, что она получила такой прекрасный подарок именно на балу Благодарности. Джасмин уже могла представить себе будущее, которое ждало их со Скарлет. Да, оно грозило множеством сложностей, но и обещало море радости, секса и любви.

– Скарлет?

Голос прорезался сквозь грохот музыкы. Скарлет отпрянула от Джасмин, широко распахивая глаза.

– Скарлет? – снова позвал голос. – Ты где там прячешься?

Скарлет поправила платье как раз в тот момент, когда ее друг Кори выглянул из-за угла.

– Э-э, привет? – сварливо произнес он. Когда же Кори присмотрелся к Скарлет и Джасмин – растрепанные волосы и виноватые взгляды, должно быть, выдавали их с головой, – его лицо окаменело. – Твоя мама все тут перевернула, разыскивая тебя. Она хочет поговорить.

К ужасу Джасмин, странное, непроницаемое выражение появилось на лице Скарлет. Она встала с дивана и, как зомби, пошла вперед. Джасмин захотелось протянуть к ней руку и задержать… но она остро ощутила свое бессилие. Неужели Скарлет сделает вид, будто ничего и не произошло?

– Скарлет, – окликнула ее Джасмин.

Но Скарлет не обернулась. Кори смерил Джасмин суровым многозначительным взглядом. Он приподнял бровь, словно говоря: «За собой последи». А потом повернулся и последовал за своей верной подругой на вечеринку.

Далила

В голове Далилы вертелся список худших сценариев. Джек заболел. Джек в больнице. Джек попал в автомобильную аварию. В доме Джека случился пожар, и ему пришлось остаться и тушить огонь. Отец Джека разгадал план и положил ему конец. Всякий раз, закрывая глаза, она видела, с какой яростью отец Джека ворвался в тот гостиничный номер. Должна ли она кому-то рассказать? Стоит ли ей волноваться?

Она снова и снова заходила на его страницы. YouTube. Instagram. Snapchat. За весь вечер Джек не опубликовал ни одного поста. Где же он? Что происходит?

Джасмин сказала, что все будет хорошо, успокаивала она себя, глядя на свое отражение в зеркале туалета в фотостудии кондоминиума. Она сказала, что приглашение на бал – это серьезно. Просто дай ему время. Возможно, он все еще пытается провернуть трюк с Йорком. Или, черт возьми, Скарлет могла и не пойти на бал. Кажется, Далила не видела ее среди гостей.

Когда Далила вернулась к дивану в приватную зону, Джасмин уже след простыл. Далила уставилась на беспорядочно разбросанные подушки, раздумывая, не присесть ли… но подумала, что, наверное, глупо торчать здесь в одиночестве. В миллионный раз она проверила свой телефон в надежде увидеть сообщение с Finsta Джека. Но, увы. От тревоги свело желудок. И тут пришло сообщение от сестры: «Ты видела это? Ты в порядке?».

Далила нахмурилась. В порядке? Видела что?

– Вот ты где. Я весь вечер тебя ищу.

Фиона бросилась к ней. Дизайнерское платье с цветочным принтом выглядело ослепительно. Далила видела свою подругу в начале бала, но потом потеряла ее из виду. Они быстро обнялись, и Фиона тут же отстранилась. Ее губы дрожали, она выглядела помятой и разгоряченной… но не так, как если бы перевозбудилась на танцполе. Скорее так, словно убегала от призрака.

– Что происходит? – спросила Далила. – Где Чейз?

– Мы… поссорились. – Голос Фионы звучал напряженно. – Думаю, он поехал домой. Ты случайно не видела Скарлет?

– Что? – У Далилы заныло сердце. – Скарлет… здесь?

– Конечно. Она же здесь живет. – Фиона тяжело сглотнула. – И тоже была на балу Благодарности.

– Была? – Далила впала в ступор. Как же она не заметила Скарлет?

– У нас был неприятный разговор… но она сбежала, прежде чем мы успели закончить. Теперь не могу ее найти. Я даже стучалась к ней в дверь – без толку.

– Она, наверное, выясняет отношения с Джеком, – предположил кто-то. Девушки обернулись: голос принадлежал популярной видеоблогерше с канала TikTok. Далила не могла вспомнить ее имени – Эмити? Эмори? – Уверена, им есть о чем поговорить, – подмигнув, добавила Эмити-Эмори.

– Подожди, что ты сказала? – Сердце Далилы забилось быстрее. – Джек и Скарлет? Но почему?

Эмити-Эмори и Фиона обменялись напряженными взглядами.

– Сейчас вокруг Джека и Скарлет разгорается скандал. Уже пошли сплетни, – сказала Эмори.

Фиона подалась вперед.

– Эту сплетню я тоже вычислила, но она уже просочилась в Интернет, прежде чем я смогла ее использовать для своего… ну, ты знаешь. Как козырь.

– Скандал? – Далила постаралась, чтобы ее голос звучал спокойно. Мысли метались как угорелые. Неужели Скарлет и Джек расстались? Неужели Джек рассказал о ней Скарлет? О боже, она надеялась, что нет. Или, может быть, надеялась, что все-таки рассказал. Но что, если Скарлет теперь погубит ее?

– Скарлет… беременна, – прошептала Фиона. – Она сказала Джеку сегодня вечером… на балу… и это каким-то образом просочилось на видео.

У Далилы потемнело в глазах. Звуки затихли, ей казалось, что она слушает свою подругу со дна глубокого-преглубокого колодца. Дыши. Она не могла себе позволить упасть в обморок.

– Как бы то ни было, Скарлет здесь, – сказала Фиона. – И мне нужно с ней поговорить. Хочешь, пойдем вместе поищем?

– К-конечно, – пробормотала Далила, хотя меньше всего ей хотелось именно этого. И все же ей нужно было двигаться, иначе она могла взорваться. В голове звучало рефреном: Скарлет беременна. Скарлет беременна. Хуже того, Скарлет была на балу… и, очевидно, тогда же сообщила Джеку эту новость… значит, и Джек был там. Возможно, неподалеку от Далилы. И он даже не подошел поздороваться. Все эти планы с Йорком, обещания, что они будут вместе, приглашение на бал… все это просто шутка?

Вероятно, он и не собирался разрывать отношения со Скарлет. Подбородок Далилы задрожал. О, нет. Она взяла себя в руки. Ты не будешь плакать перед камерами. Не смей этого делать.

– Ты в порядке?

Фиона поглядывала на нее, пока они шли по бетонной дорожке, ведущей в апартаменты.

– Все хорошо, – пробормотала Далила.

– Ты уверена? – Фиона выглядела обеспокоенной. – Ты выглядишь очень бледной. Ты ведь ничего не курила, правда? Кто знает, что за дрянь тут предлагают.

– Я в порядке, – слабым голосом ответила Далила. Но тут она кое-что вспомнила. Она тронула сумку, нащупывая шприцы с инсулином, и виновато посмотрела на Фиону. – Вообще-то мне, наверное, нужно проверить сахар.

Фиона кивнула.

– Конечно. Давай я тебе помогу.

Она провела Далилу в свою квартиру и показала ей ванную комнату, где Далила и привела себя в порядок. Через несколько минут она почувствовала себя более спокойной и уверенной.

– Представляю, как это утомляет, – сказала Фиона, пока они ждали лифт, чтобы спуститься обратно. Ее взгляд скользнул по дорожному набору Далилы со шприцами и ампулами инсулина. – Я имею в виду, в своем Instagram ты делаешь вид, что это все не проблема. Но разве тебе не приходится повсюду таскать это с собой?

– Да, и все думают, что я сижу на наркоте, – устало усмехнулась Далила, хотя от этой шутки теперь чувствовала себя вдвойне несчастной, потому что шутка исходила от Скарлет, а Скарлет беременна, и о Джеке можно больше не мечтать. – Но эта дрянь уж точно не для вечеринок. Если здоровому человеку вколоть большую дозу инсулина, ему будет не до веселья.

Они снова окунулись в вечеринку. Далила пыталась улыбаться каждому встречному, но мысли неслись галопом. Она все время возвращалась к худшему из того, что теперь знала о скандале с Джеком и Скарлет: что это случилось на балу Благодарности, прямо у нее под носом. Подумать только: она давала интервью, говорила о том, как благодарна судьбе, чувствовала себя опьяненной счастьем, надеясь наконец получить своего принца… в то время как Джек и не собирался исполнять ее мечты. Далилу вдруг пронзила еще более пугающая мысль: если Джек не испытывал к ней никаких чувств, что мешало ему рассказать Скарлет, кто она такая? А это грозило совсем уж непредсказуемыми последствиями.

Мимо прошла официантка с подносом, и Далила бездумно схватила бокал. Она сделала большой глоток, пролив несколько капель на подбородок. Фиона с тревогой посмотрела на нее.

– А при диабете можно выпивать?

Алкоголь вообще-то не рекомендовали, но в этой ситуации он казался скорой помощью.

– Со мной все будет в порядке, – заверила ее Далила.

Она чувствовала себя выбитой из колеи, измочаленной, словно веревка, болтающаяся на ветру.

Первый глоток прошел на ура – напиток был кислым, но в меру; сладким, но не приторным; и она едва ощущала вкус водки. Словом, ей понравилось, и она захотела еще.

Далила выпила коктейль почти до дна, прежде чем выйти на воздух. Поставив пустой бокал на проплывавший мимо поднос, она ощутила прилив смелости. Дерзости. Злости. Ей вспомнилась строчка из Шекспира, которую часто цитировала мама: «В аду нет фурии страшнее, чем женщина, которую презрели»[50]. Сегодня это как нельзя более подходило Далиле.

Но ей нужно было успокоиться. Потому что иначе она могла сделать то, о чем потом пожалела бы.

Транскрипт видео из телефона Скарлет Ли

28 июня, 00:13

Из материалов полицейского расследования. Не для публикации.

Камера обращена к Скарлет. Она в темной комнате. На лице потеки макияжа. Где-то рядом глухо звучат тяжелые басы. Но Скарлет явно прячется.

СКАРЛЕТ

Привет, ребята. Вы, наверное, удивлены моему появлению, но мне захотелось быть с вами искренней. Разве не для этого нужны социальные сети? Чтобы мы пытались быть настоящими? Или, упс, наверное, все наоборот. Но в последнее время вы все равно часто видели меня настоящей, так что я могу продолжать в том же духе.

Камера на мгновение смещается. Показывает Скарлет под другим углом. Это не прямая трансляция.

СКАРЛЕТ

Я на вечеринке после бала Благодарности. Так совпало, что она проходит в доме, где я живу. Поэтому я в своей квартире, прячусь ото всех…

(вздыхает)

Сегодня произошло кое-что действительно важное. То, что я даже не могу объяснить. Возможно, какие-то моменты вы уже видели. Я знаю, вам трудно в это поверить – мне и самой не верится. Я повергла его в шок. Я сожалею об этом, но не знала, как еще сказать ему. Но, думаю, нам придется смириться с этим, понимаете?

(Ерзает. Раздается стук в дверь.)

СКАРЛЕТ

Э-э, что такое? Это личная квартира!

ИСКАЖЕННЫЙ ГОЛОС ИЗ-ЗА ДВЕРИ

О! Прости. Мне очень жаль. Не хочу тебя беспокоить. Просто… мне очень нужно поговорить с тобой, когда ты сможешь.

СКАРЛЕТ (скованно)

Э-э… да… не сейчас.

Снова смотрит в камеру.

СКАРЛЕТ

Так вот, Джек расстроен. Я его понимаю. Я огорчила не только его. Одних – сознательно. Других – потому что действовала импульсивно. Я не умею признавать своих ошибок. Но вот я расстелила постель и собираюсь лечь.

Выглядит решительно. Встает.

Возможно, это последнее, что вы слышите от меня. Возможно, это конец той Скарлет Ли, которую вы знаете. Так что помолитесь за меня, ребята. Сегодня происходит что-то странное. Напряженность высока. Эмоции зашкаливают. Но давайте вспомним про благодарность. И всепрощение.

Отворачивается от камеры, но тут же поворачивается обратно.

Джасмин, я обращаюсь к тебе.

ЭКРАН ГАСНЕТ

Далила

Далила очнулась, почувствовав вибрацию у щеки. Неоновый свет проникал сквозь веки, и, стоило ей сделать малейшее движение, как голова буквально взорвалась. Все болело – голова, тело, душа.

Жужжание смолкло, но тут же возобновилось. Где она? Матрас, на котором она лежала, был похож на облако. В воздухе стоял странный, незнакомый гул, как от воздушного фильтра или мощного вентилятора.

События вечера возвращались к ней короткими, бессвязными обрывками. Бал Благодарности. Слепой оптимизм и вера в то, что Джек придет. А потом – афтерпати в «Дав». И Фиона с ужасной новостью о ребенке Скарлет.

А что… потом? Она пила спиртное. Много спиртного. Сначала что-то розовое в бокале для мартини. Потом лимонный шот. После этого Фиона снова отправилась на поиски Скарлет, но Далила с ней не пошла. Она вошла в открытую дверь в чьи-то апартаменты и присела рядом со страстно целующейся парочкой, слишком одурманенная и онемевшая, чтобы двигаться. Она ужасно себя чувствовала из-за того, что так напилась; теперь приходилось за это расплачиваться. Как глупо было поверить в Джека и его дурацкое приглашение. Какая же она идиотка!

Перед глазами мелькали гости вечеринки: Джасмин, исчезающая за дверью. Своей квартиры?

Бойфренд Фионы, но в одиночестве, руки в карманах, оглядывающийся в поисках кого-то. Фионы?

Эли, еще одна девушка, которая жила в «Дав», осторожно забирающая у нее бокал со словами: «Думаю, тебе уже хватит, милая».

А потом чей-то голос: «Если б ты знала, как сильно я люблю тебя». Рука обвилась вокруг ее талии. Кто-то сказал ей, что она должна лечь. И она плюхнулась на эту кровать, чтобы уснуть.

Она с трудом приоткрыла глаза. И увидела роскошную белую спальню, вероятно, где-то в «Дав». В углу рядом с гардеробной – дальше она не могла заглянуть, не поворачивая головы, – груда одежды на полу, огромная ваза с цветами, стопка книг в ярких обложках и написанный маслом ростовой портрет красивой молодой женщины, которую Далила узнала сразу по длинным светлым волосам, кристально-голубым глазам и вампирскому взгляду.

Скарлет Ли.

Почему она смотрит на портрет Скарлет Ли?

Она села на кровати, несмотря на острую головную боль. В поле зрения появилась остальная часть комнаты – изысканный антикварный туалетный столик, рядом с ним золоченое кресло, похожее на трон. Это была спальня Скарлет – Далила узнала ее по видеоблогу. Неужели она и вправду вырубилась в спальне Скарлет?

Далила вдруг почувствовала, что она не одна в постели, и резко обернулась.

– Эй? – прохрипела она. – С-Скарлет?

Девушка не ответила. Даже не пошевелилась. Похоже, они обе отключились.

– Эй? – повторила Далила, преодолевая неловкость, потянула одеяло. Увидев бледные, скрюченные пальцы левой руки, она тихонько вскрикнула. Потом она увидела руку целиком, плечо и длинные, рассыпанные веером светлые волосы. Волосы Скарлет.

Она отпрянула, едва не свалившись с кровати.

– Скарлет?

Скарлет не отвечала. Ее рука была очень бледной, почти бескровной. Сердце Далилы бешено заколотилось. Это, должно быть, какой-то розыгрыш – шутка, которую Скарлет собиралась использовать в своих интересах. Думай. Что могло случиться со Скарлет прошлой ночью? Говорили ли мы с ней? В памяти всплыли смутные образы: Скарлет появляется в дверях, видит Далилу и морщится: Что ты здесь делаешь?

Вон отсюда! – воскликнул голос в ее мозгу. – Убирайся сейчас же!

Далила с трудом поднялась на ноги. Ее бальное платье было наполовину расстегнуто, и она понятия не имела, где ее туфли, но искать их не имело смысла. Она схватила свою сумочку, шатаясь, вышла из комнаты и поспешила через гостиную к входной двери.

Свежий воздух бодрил. Она стояла на дорожке и глубоко дышала. В атриуме царил разгром после вечеринки. Девушка в ярко-розовом платье отрубилась прямо на бетонном полу шагах в пятидесяти от нее. Некоторые двери кондоминиума все еще были широко распахнуты со вчерашнего дня – все так перепились, что забыли их запереть. На лестничной площадке появилась женщина. Далила узнала длинный «боб» матери Скарлет из видеоблога.

Затаив дыхание, Далила спряталась за колонной.

Миссис Ли подошла к квартире Скарлет и постучала в дверь.

– Милая? Не могла бы ты открыть, пожалуйста? – Она подергала ручку. Дверь оказалась не заперта – Далила и сама не знала, как так получилось. Это, казалось, удивило миссис Ли, но она все же вошла. – Скарлет? – крикнула она, захлопывая за собой дверь.

Далила метнулась от колонны к лестнице. Ей нужно было выбираться отсюда как можно быстрее. Здесь явно творилось что-то неладное.

Когда она спускалась на первый этаж, зазвонил ее телефон. Бизи, вспыхнуло на экране. Далила хотела проигнорировать звонок, но она так давно не получала вестей от своей лучшей подруги, и к тому же Бизи могла бы предложить какую-то идею. У нее хорошо получалось вправлять Далиле мозги и отговаривать от опрометчивых поступков.

– Привет. – Голос Далилы дрогнул. – Разве ты не в Париже?

– На самом деле я в поезде. Звоню с телефона мамы – ей почему-то не запретили взять его с собой. Она разрешила мне сделать один звонок. – Далила расслышала в трубке шум поезда.

– О. Круто. – Далила преодолела последний лестничный пролет. Тротуар холодил ее босые ноги. Голова раскалывалась от похмелья и страха. – Что ж, я рада, что ты позвонила. У меня была очень странная ночь.

Бизи наигранно рассмеялась.

– Хм, да уж. Это даже появилось в Instagram моей мамы. Не могу поверить, что ты не поделилась со мной… новостями.

– Что? – спросила Далила. – Новостями? – Разве она что-то выкладывала на своей страничке? Может, лишь несколько снимков с бала Благодарности, на которых позировала с кем-то, давала интервью. Обычное дело. Впрочем, Далила не помнила, чтобы заглядывала в свой телефон после того, как начала пить. Ужасная мысль пронзила ее: не потеряла ли она инсулин?

Она порылась в сумке. Диабетическая косметичка была на месте, но не хватало двух ампул инсулина. Она точно знала, что не могла сделать больше одной инъекции за вечер. Прежде чем она углубилась в раздумья, Бизи снова заговорила.

– Ди? Ты здесь? – На линии раздался треск. – О, черт. Мы въезжаем в туннель, и я потеряю тебя, но нам очень нужно поговорить. Я скоро перезвоню, хорошо?

Связь оборвалась. Далила уставилась на телефон. О чем это говорила Бизи? Какие новости?

Она кликнула на Instagram и быстро открыла свой аккаунт. Потом зашла в профиль, и загрузилась ее история. Как она и думала, это был материал, выложенный накануне вечером: панорамный снимок бального зала, фото с Джасмин, снимки из фотобудки.

Ее пальцы задрожали, когда она перешла к «Срочным новостям». Там, чуть ниже второго блока сторис, всплыл пост, выложенный около полуночи вместе с фотографией улыбающейся Далилы… хмурого Джека… и подписью: Тайная разлучница Джеклета разоблачена!

– О боже, – прошептала Далила, чувствуя, как колени превращаются в желе. Она заставила себя читать дальше. Источник, близкий к мисс Роллинс, новоиспеченному инфлюенсеру, сообщает, что Далила и Джек планируют тайное свидание на балу Благодарности сегодня вечером. «Но пока все сложно, – добавила Роллинс. – Сначала он должен порвать со своей девушкой». Эта девушка, конечно же, суперзнаменитая Скарлет Ли. А Скарлет и Джек – всем известный шип Джеклет – один из самых популярных в Интернете».

– Нет, нет, нет, – шептала Далила. Формулировка. Подача истории. Именно такими словами Далила рассказывала ее Кэндис, ассистентке фотографа. Кэндис, должно быть, связалась с сайтом и передала все, что услышала из первых уст. Конечно, она знала, кто такой Джек. Конечно, она все просчитала. Ее внешнее безразличие оказалось банальной уловкой.

Пронзительный крик ужаса эхом прокатился по внутреннему дворику. На долю секунды Далила испугалась, что это кричит она, но потом подняла глаза и увидела выбегающую из квартиры мать Скарлет с мертвенно-бледным лицом.

– Кто-нибудь! – кричала она. – Помогите! Пожалуйста!

Сердце застучало как сумасшедшее. Далила снова заглянула в телефон. Лицо Джека. Ее лицо. Эта история. Ярость Далилы. Скарлет. И пробуждение в постели Скарлет. И эта пропавшая ампула инсулина.

Боже. Что же произошло? Они что, выясняли отношения? Неужели она что-то сделала?

Далила услышала приближающийся неистовый вой сирен. А потом миссис Ли снова закричала, на случай, если кто-нибудь из жильцов «Дав» еще ничего не знает:

– Это моя дочь! Она мертва!

Фиона

Кто-то барабанил в дверь, и Фиона очнулась от глубокого сна. Она приоткрыла глаза, и голова протестующе заныла от солнечных лучей, пробивающихся сквозь жалюзи. Она посмотрела на прикроватные часы – 10:02 утра. Неужели она так долго спала? Должно быть, таблетка Ambien, которую она выпила перед сном, сделала свое дело. Она не любила принимать снотворное, но после вчерашнего стресса – и незаконченной истории со Скарлет – знала, что больше ничто не поможет ей пережить эту ночь.

Стучать продолжали. Фиона встала с кровати и посмотрела на телефон. Десятки пропущенных звонков и еще больше уведомлений. Ночь вернулась в гротескном коллаже воспоминаний, включая то, как она схлестнулась со Скарлет… схватила Скарлет…

О боже, о боже. Неужели Скарлет что-то опубликовала? И поэтому телефон разрывается от звонков? Мстительная, коварная Скарлет. Конечно, она отплатила Фионе той же монетой, выложив ее секрет. Как Фиона могла быть такой дурой?

Сквозь маленькое окошко в двери виднелись две громоздкие фигуры. У Фионы перехватило дыхание. Полицейские. Ее худшие кошмары становились явью. Скарлет выложила все, что знала, и теперь они пришли, чтобы арестовать ее.

В горле пересохло. Никакие ритуалы не могли усмирить нахлынувшую тревогу. Может, сбежать? Спрятаться? Выбраться через заднее окно? Но они, вероятно, уже слышали ее шаги. И, скорее всего, чувствовали, что она стоит по ту сторону двери, прислушиваясь.

Вот чего ты добилась, усмехнулся Голос. В памяти всплыл и Чейз – их глупая ссора прошлой ночью. Теперь она даже не успеет попрощаться с ним перед тем, как ее увезут в тюрьму. И даже не сможет ничего объяснить.

– Мисс? – раздался голос. – Не могли бы вы открыть, пожалуйста? Полиция Лос-Анджелеса.

На глазах выступили слезы. Ноги дрожали, когда она повернула ручку двери. Два офицера с накачанными плечами и бицепсами нависли над ней. Может, упасть на колени и попросить прощения? Сдаться без боя?

– Вы – Фиона Джейкобс? – спросил тот, что повыше ростом.

– Да, – еле слышно прошептала Фиона.

– Я – детектив Карлсон, а это детектив Родригес. – Он кивнул на коренастого латиноамериканца с красивыми глазами и неровным шрамом на подбородке. – Не уделите нам пару минут, чтобы поговорить о преступлении?

Пару минут? Фиона недоуменно заморгала.

– Нам сказали, что вы были знакомы с жертвой, – добавил детектив Родригес. – Между вами произошла небольшая размолвка.

Была знакома с жертвой? Размолвка?

– Ну да, у нас с Ланой произошел конфликт, – пискнула Фиона.

– Лана? – Детектив Родригес нахмурился. – Кто такая Лана?

– Я… – начала было Фиона. Копы смотрели на нее так, словно понятия не имели, о чем она говорит. – Постойте. Что вообще происходит?

И тут кое-что за их спинами привлекло ее внимание. Полицейская лента огораживала зону бассейна. Вокруг слонялись люди. Кто-то фотографировал. Кто-то плакал.

Она снова посмотрела на копов, и сердце заколотилось.

– Что случилось?

Карлсон скрестил руки на груди.

– Произошел несчастный случай. В одной из квартир было найдено тело девушки. А вы не знали?

– Д-девушки? – Фиона еле ворочала языком. – Кто это?

Офицеры обменялись взглядами. Карлсон оглянулся через плечо на зевак, машины «Скорой помощи» и царящий хаос, слово говоря: «Вы действительно все это проспали?».

– Я… я крепко сплю, – пролепетала Фиона. Она ведь не обязана рассказывать им о снотворном? Могло ли это навлечь на нее неприятности? – Что случилось? И кто же это? – Боже, пожалуйста, пусть это будет не Джасмин, подумала она. И не Далила.

– Скарлет Ли, – ответил Родригес. – Ее нашли мертвой в постели. Похоже на отравление или передозировку. Мы бы хотели узнать, может быть, вы расскажете нам некоторые подробности того, что произошло.

В голове у Фионы помутилось.

– Подождите, Скарлет отравили? – хрипло переспросила она. – Но это… невозможно.

– Прошу прощения? – встрепенулся Карлсон. На его лице промелькнуло удивление. – Невозможно почему?

– Потому что… – И тут Фиона совершила нечто невообразимое. Она рассмеялась. Она этого не хотела, но все происходящее выглядело нелепым спектаклем. Скарлет – и мертва? Скарлет, которая всегда казалась одним из бессмертных мифических существ? Внезапно ей в голову пришла еще одна мысль, от которой стало немного не по себе: Скарлет унесла с собой в могилу ее секрет. Отныне она свободна. И, может, даже вернет себе роль в «Лайкни меня».

Но тут вмешался Родригес.

– Вы ведь знаете, где ее квартира, мисс Джейкобс?

– Я… – У Фионы закружилась голова. – Конечно. Она живет внизу.

– У вас есть ключ от ее квартиры?

– Что? Нет. – По коже побежали мурашки. – Вы думаете, я что-то с ней сделала?

Карлсон что-то набрал на своем смартфоне.

– Вы помните, как вчера ссорились с мисс Ли?

Фиона открыла рот.

– Э-э…

– Кто-то прислал нам видео сегодня утром, еще до того как мы нашли тело. – Карлсон показал Фионе экран своего телефона, и она увидела сцену ссоры со Скарлет на балу Благодарности. Фиона хватала Скарлет за предплечье, а та резко отдергивала руку.

– Не хотите ничего объяснить? – спросил Карлсон, приподняв бровь.

Ничего не говори, подумала Фиона. Вызови адвоката.

– Я не причинила ей вреда, – пискнула она. Копы долго изучали ее лицо, словно не верили ни одному слову. – Я этого не делала.

– Знаете что? Мы можем продолжить разговор в участке. – Родригес поиграл связкой ключей. – Как вы на это смотрите?

– Н-но я даже не видела Скарлет прошлым вечером после того разговора! – воскликнула Фиона.

– У нас есть свидетельские показания о том, что вы ее искали. Довольно многие из тех, кого мы опросили, подтверждают это. Очевидно, ссора не закончилась, не так ли?

– Это правда, но… – Сердце ухнуло куда-то вниз. – Кто прислал вам видео?

– Наши специалисты по компьютерной безопасности выясняют это. Видео пришло с зашифрованного аккаунта.

– Может, отправитель и есть тот, кто вам нужен? Может, меня нарочно подставляют – тем более что вы получили видео еще до того, как нашли тело Скарлет.

Родригес вымученно улыбнулся.

– Все возможно, мисс.

Копы снова предложили проехать в участок. Фиона согласилась, зная по многочисленным полицейским сериалам, что, если она откажется, это будет выглядеть еще более подозрительно. Она чувствовала на себе любопытные взгляды, когда шла через двор с офицерами. Она могла только догадываться, о чем думают все эти люди. Это наверняка Фиона, больше некому. Они много лет смертельно враждовали.

Когда они вышли на парковку, она откашлялась.

– Вам следует расспросить парня Скарлет, Джека. И ее друзей – того же Кори. Тех, кто действительно проводил с ней время прошлой ночью.

– Мы беседуем со всеми, – ответил Карлсон нейтральным тоном.

За воротами тоже собралась толпа, что заставило Фиону задуматься о том, насколько широко разошлась история Скарлет. Двое полицейских выставили блокпосты на дороге, чтобы не подпустить папарацци. От тротуара отъехала машина «Скорой помощи» с выключенной сиреной. Боже. Неужели там Скарлет? Фионе стало дурно. Она вспомнила, как за Ланой так же приезжала машина «Скорой помощи». Жуткая картина с телом на носилках, после того как его сняли со скалы, до сих пор стояла у нее перед глазами.

Родригес открыл заднюю дверь для Фионы, и она забралась внутрь.

– Там же мы встретимся и с вашей подругой Джасмин, – добавил он.

– Джасмин? – Фиона нахмурилась. – Какое она имеет к этому отношение?

– Она упоминалась в видеозаписи, которую мисс Ли выложила в Сеть перед смертью. – Родригес сел на переднее пассажирское сиденье. – И мы связались с еще одной вашей подругой – Далилой Роллинс.

– Далилой? – Фиона еще больше расстроилась. – Но Далила недавно в городе. Она даже не знакома со Скарлет.

Карлсон завел мотор, встречаясь с ней взглядом в зеркале заднего вида. На его лице появилось странное самодовольное выражение.

– Если верить соцсетям, мисс Джейкобс, все вы, девочки, были лучшими подругами.

Джасмин

Скарлет мертва.

Чудовищная реальность пронзила сознание Джасмин лезвием ножа. С каждым вздохом, с каждым ударом сердца она молилась о том, чтобы это оказалось неправдой. Но время шло, а ничего не менялось. Что-то случилось со Скарлет прошлой ночью. Кто-то убил ее. И теперь копы хотели допросить… Джасмин.

Тот же офицер, который сообщил ей новость, постучавшись в дверь – хотя Джасмин уже и сама задавалась вопросом, что происходит, когда услышала крики в коридоре, – теперь проводил ее в комнату ожидания в центральном полицейском участке Лос-Анджелеса.

– Сначала мы опросим еще нескольких человек, – объяснил он. – Посидите пока здесь.

Он показал, куда пройти. Джасмин повернулась в направлении его взгляда. К ее удивлению, в коридоре на пластиковых стульях сидели Фиона и Далила; их лица были пепельно-серыми, а по щекам текли слезы.

– Что происходит? – воскликнула она. – Почему вы здесь?

– Я как раз собиралась спросить тебя о том же, – испуганно прошептала Фиона. – Полагаю, ты здесь из-за видеоблога?

Джасмин нахмурилась.

– Какого еще видеоблога? – Офицеры не объяснили, почему хотят поговорить с ней. Они только постучали в ее дверь, сказали, что намерены задать несколько вопросов в участке, и отказ не принимается. К счастью, Джасмин договорилась с ними о том, чтобы выйти через черный ход, чтобы не сталкиваться с толпой любопытных зевак во внутреннем дворике. Она, конечно, была ошеломлена, но у нее хватило здравого смысла, чтобы позаботиться о своей репутации.

– Прошлой ночью Скарлет опубликовала видеоблог, – объяснила Фиона. – В нем она упоминает твое имя. Я смотрела его по дороге сюда. Он… странный.

Джасмин прикрыла глаза. Скарлет упомянула о ней в видеоблоге? И почему она ничего не знает? И это хорошо… или плохо?

Она быстро вывела видео на экран. Было невыносимо больно видеть Скарлет в бальном платье, с роскошной прической. Она сидела на диване в своей квартире и вела серьезный разговор со своими подписчиками. Запись была сделана в 23:45 – значит, после того, как они поцеловались у бассейна.

Видео действительно казалось странным. Сердце Джасмин сжалось. Почему Скарлет как будто прощалась со своими поклонниками? Неужели она знала, что умрет? Она что, получала угрозы? Или хотела умереть?

А потом Скарлет произнесла ее имя. Джасмин прижала ладонь ко рту. Видеть, как губы Скарлет произносят его, знать, что Скарлет думала о ней… это вдребезги разбивало сердце. Сокрушенная, она нажала на паузу. Она чувствовала, что подруги наблюдают за ней, но не могла посмотреть им в глаза.

– Почему она упомянула тебя? – спросила Фиона. – Вы что, поругались?

Джасмин хотела объяснить, но слова застряли в горле.

– Это сложно. – Она взглянула на Фиону. – А ты с ней ругалась? Из-за того, что у нее было на тебя?

Фиона печально кивнула.

– Я схлестнулась с ней на балу. И, очевидно, кто-то записал нашу стычку на видео… и отослал в полицию. – Она яростно замотала головой. – Но я ее пальцем не тронула. Я даже не смогла найти ее до конца вечера, а потом и на афтерпати.

Джасмин кивнула. Она тоже искала Скарлет. Ей и в голову не приходило, что Скарлет просто сидит в своей квартире и никого не хочет видеть.

– Но почему копы притащили вас сюда? – Она склонила голову набок. – Ну, допустим, вы поссорились. Кому какое дело?

– Да, но… – Фиона тяжело вздохнула. – На записи видно, как я хватаю ее за руку. Больно. Я была вне себя от злости. – Ее лицо исказила гримаса стыда.

Джасмин снова открыла телефон. История с Фионой всплыла сразу же. Из-за чего эти двое сцепились прошлым вечером? – кричала ссылка-приманка. – История с продолжением: Фиона Джейкобс во вражде со Скарлет Ли. Неужели она зашла слишком далеко?

Началось воспроизведение видео. Картинка была расплывчатой, но Фиона действительно бросилась на Скарлет, крепко схватив ее за руку. Потом Скарлет ушла. Ладно, Фиона выглядела недостойно… но это ничего не доказывало. Джасмин пробежалась глазами по комментариям. И ей стало не по себе.

Говорю вам, это дело рук Фионы. Я слышала, однажды она убила девушку.

Я тоже это слышала. У нее инстинкт убийцы. Это она убила Скарлет, согласна.

– Фиона, тут о тебе пишут ужасные вещи, – пробормотала Джасмин. – Что ты… кого-то убила? Откуда они вообще взяли эту чушь?

Молчание. Когда Джасмин подняла глаза, ее подруга сидела белая как полотно. Глаза были полны слезами раскаяния. Странное чувство охватило Джасмин.

– Постой. Постой.

– Это был несчастный случай, – прошептала Фиона. – Очень давно.

Взгляд Далилы заметался между ними.

– Погоди, что за несчастный случай?

– Ты хочешь сказать, что это правда? – воскликнула Джасмин. – Этим тебя шантажировала Скарлет?

Фиона закрыла лицо руками.

– Это то, о чем я больше всего сожалею в жизни.

На шее Джасмин выступил холодный пот. Коридор вдруг словно наполнился ужасным запахом гудрона, и ее затошнило.

– Что случилось? – наконец спросила она.

Фиона виновато огляделась, в ее огромных глазах застыл страх.

– Я не могу говорить об этом здесь. Нас могут… прослушивать. Но я не хотела. Я бы никогда… но Скарлет все разнюхала. Я не знаю, как ей удалось, но она это сделала. Хотя, когда я напрямую спросила ее об этом, она сделала вид, что понятия не имеет, о чем я говорю. Но она явно знала. Наверняка.

Джасмин потерла виски.

– Ладно. Ладно. – Слишком много всего обрушилось, чтобы она могла переварить это сразу. Она не знала, то ли поддержать Фиону, то ли разозлиться, то ли еще что.

– Но я ничего не сделала Скарлет, – добавила Фиона. – Клянусь.

– Хорошо. – Джасмин хотелось верить Фионе, хотя она все еще чувствовала себя слишком ошеломленной, чтобы что-то осмыслить. Она устало посмотрела на Далилу.

– А ты почему здесь?

Далила прикусила нижнюю губу.

– Догадываюсь, что ты еще не видела мою историю.

– Что за история? – Она снова полезла в телефон. Имя Далилы автоматически всплыло после ввода первых букв. Последние новости! Новый инфлюенсер на сцене: Таинственная девушка Джека Доно! Далее шла аватарка Далилы… а потом – вирусное фото Джека и загадочной незнакомки в ресторане.

Джасмин чуть не выронила телефон.

– Так вот кого ты ждала вчера вечером?

Фиона тоже выглядела потрясенной.

– Почему ты ничего не сказала?

– Это не то, что вы думаете, – запротестовала Далила. – И, Джас, прости, я знаю, Скарлет подозревала, что ты была с ним, и мне следовало сказать раньше…

Джасмин махнула рукой. Это ее меньше всего волновало.

– Мне просто жаль, что ты не сказала нам, – пробормотала Джасмин. – Мы могли бы тебе помочь.

– Мы бы посоветовали тебе обходить Джека Доно десятой дорогой, – добавила Фиона.

– Я такая глупая, – всхлипнула Далила. – Сначала я даже не поняла, кто он такой. А потом… ну, я думала, что у меня получается держать все это в тайне. Я ужасно боялась сказать вам. Думала, вы меня возненавидите. Такие, как я, не разбивают сложившиеся пары.

Взгляд Фионы смягчился.

– Скажешь тоже – возненавидели бы! Всякое бывает.

Джасмин кивнула.

– Но как же все узнали об этом?

Далила поморщилась.

– Это самое печальное, потому что целиком моя вина. Я проболталась кое-кому на вчерашней фотосессии. Но я не называла фамилии Джека – я даже не думала, что она меня слушает!

– Это был фотограф Instagram? – воскликнула Джасмин.

– Да, – виновато призналась Далила. – Одна из его ассистенток.

– Далила, этим людям нельзя ничего рассказывать. Конечно, они с радостью уцепились за это и рассказали всему миру. – Джасмин покачала головой. – Выходит, и Скарлет знала?

– Я не уверена. Историю опубликовали, когда вечеринка уже заканчивалась – я сама узнала только сегодня утром. Так что Скарлет, возможно, уже была… – Далила умолкла, прежде чем успела произнести последнее слово. – Наверное, поэтому копы и хотят поговорить со мной. Потому что, чисто технически, я – враг.

Джасмин была потрясена. Как они могли скрывать такие тайны? Кроме того, с учетом новой информации, у обеих девушек был мотив. И не то чтобы она подозревала их в убийстве Скарлет, но ей совсем не хотелось, чтобы они попали в беду.

– А что насчет тебя, Джасмин? – спросила Фиона. – Скарлет упомянула тебя в том видео. Вы что, поругались? Это как-то связано с тем, что она следила за тобой?

У Джасмин перехватило горло.

– Не совсем. И я бы никогда не причинила ей вреда.

– Да, но она тебе не нравилась, – встревоженно сказала Фиона. – Это многие могут подтвердить.

– Раньше она мне не нравилась, – поправила ее Джасмин. – Но это было до того… – Она замолчала и отвернулась.

– До чего? – спросила Далила.

Джасмин обхватила себя руками.

– До того как я узнала, что она и есть та девушка, с которой я целовалась на той вечеринке. – Она почувствовала, как внутри нее прорвалась плотина. Она взглянула на своих подруг, оцепеневших от изумления. Джасмин могла их понять. Она была так же ошарашена прошлой ночью.

– Поэтому я бы никогда не убила ее, – продолжила Джасмин. – Я была в нее влюблена.

Далила

Когда полуденное солнце лениво повисло над городом, размывая тени, Далила проскользнула в дверь своего дома. Здесь царили тишина и покой. В дальней комнате кто-то вздохнул, послышались шаги.

– Милая! – Бетани бросилась к ней. – Слава богу! Я тебе все утро звоню!

– Привет, – прошептала Далила, потупившись. У нее кружилась голова, во рту разливался мерзкий привкус желчи, и к горлу подступали рыдания. Ей хотелось броситься на кровать и никогда больше не вставать.

Бетани взяла Далилу за руки.

– Я так волновалась, особенно после того, как услышала новости. Почему ты не брала трубку? Я уже собиралась звонить в полицию!

– Аккумулятор сдох, – пробормотала Далила. – Извини.

– Та девушка – на вашем мероприятии. Кажется, Скарлет? Это произошло в том же доме, где ты ночевала…

– Я знаю. – Далила чувствовала, что, если посмотрит матери в глаза, тут же все выболтает. Она предупредила Бетани, что останется ночевать у Фионы – ну, потому что и сама так думала. Она вроде как солгала, добавив к тому же, что там будет и мама Фионы, хотя знала почти наверняка, что миссис Джейкобс не собиралась приезжать к дочери.

И все должно было пройти как по маслу. Ничто не предвещало ни катастрофы, ни скандала или, не дай бог, убийства. Она до сих пор не могла понять, как ее занесло в постель Скарлет Ли. И уж об этом она никогда не смогла бы сказать ни одной живой душе.

– Я просто рада, что с тобой все в порядке. – Бетани притянула ее к себе и крепко обняла. – Я слышала, это был несчастный случай? Э-э… передозировка или что-то в этом роде?

Далила кивнула. Ничего не говори. Ничего не говори.

Бетани подозрительно покосилась на Далилу, обнюхивая ее волосы.

– Ты что, выпивала?

– Конечно, нет, – машинально ответила Далила. Но сегодня она уже нагородила слишком много лжи, и теперь чувствовала себя так, словно взвалила на спину тяжелую ношу. Она вздохнула. – Только попробовала. Мне очень стыдно – это был коктейль, и он мне совсем не понравился.

Бетани сложила руки на груди и бросила на Далилу долгий неодобрительный взгляд.

– Я ценю твою честность. Но что с тобой происходит?

– Извини…

– И почему ты так поздно вернулась домой? – продолжала Бетани. – Даже если твой телефон разрядился, ты должна была позвонить.

– Я… – Далила закрыла глаза. Начиналось самое ужасное. Потому что скрыть этого она не могла, копы сказали, что скоро свяжутся с ее мамой. – Мне пришлось ответить на несколько вопросов в полиции, – призналась она.

– В полиции?

– Ничего страшного. Все, кто был на вечеринке, должны были дать показания. – Или не все, предположила она. – Неловко об этом говорить, но в Интернете что-то напутали насчет меня… и бойфренда этой Скарлет.

Бетани заморгала.

– Что значит, напутали?

– Он и я… вроде как нравимся друг другу. – Далила почувствовала, как вспыхнули щеки. – Мы с ним общались в Интернете. Это долгая история. Но, в любом случае, Джек и Скарлет – знаменитая пара Instagram, и, поскольку просочились какие-то сплетни о нем и обо мне, копы хотели узнать мое мнение о смерти Скарлет. Но, видишь ли, у меня нет никакого мнения. Официально мы с Джеком не пара… и я понятия не имею, что произошло со Скарлет.

Вранье. Сплошное вранье.

Копы заметили Далилу у выхода после того, как миссис Ли закричала об убийстве, и криминалисты побежали опознавать тело Скарлет. Возможно, на лице Далилы было написано чувство вины, потому что к ней подошел офицер и спросил, все ли у нее в порядке.

Далила оцепенела. Она хотела убежать, но знала, как подозрительно это будет выглядеть. И тогда она выпалила:

– Я знала умершую девушку. Я крутила роман с ее парнем.

Заявление казалось нелогичным, ведь оно обнаруживало ее мотив, хотя никто ни о чем не спрашивал. Но Далила предпочла, чтобы копы допросили ее по горячим следам, и ей не пришлось сутками торчать дома, дожидаясь, пока за ней придут. И беседа в полиции прошла очень даже неплохо. У копов было очень мало информации о смерти Скарлет, поэтому Далила лишь поделилась тем, что произошло между ней и Джеком, сказала, что не уверена, знала ли об этом Скарлет, и что понятия не имеет, кто мог причинить Скарлет вред. После того как она дала показания, коп откинулся на спинку стула и доверительно сообщил, что подобные случаи чаще всего оказываются самоубийством.

– Вероятно, передозировка, – печально сказал он. – Но мы пока ничего не можем исключить. Не раньше, чем у нас будут все факты.

Далила кивнула и выразила желание помочь следствию. Но, когда уходила, на нее нахлынуло все то же смутное воспоминание: как она плюхнулась на кровать Скарлет. А потом в дверном проеме появилась Скарлет, сердито глядя на очень пьяную Далилу: Что ты здесь делаешь? Но Скарлет не выглядела так, будто хочет покончить с собой. Вообще-то она казалась настороженной… возможно, даже испуганной. Как будто боялась Далилы… или кого-то еще?

Далила застыла в коридоре полицейского участка, раздумывая, стоит ли вернуться и рассказать об этом копам. Но… это раскроет ее появление в спальне Скарлет. И она сразу же станет подозреваемой. Но сокрытие правды угнетало еще больше: ведь лгать офицеру полиции – серьезное преступление, не так ли?

Далила пожалела о том, что совсем не знает, как проходит криминалистическая экспертиза. По дороге домой – ее подвезла Джасмин, – она тайком копалась в телефоне, гуглила, какие образцы ДНК можно найти на месте преступления. Казалось, любая крошечная частичка может стать уликой: волосяной фолликул, ноготь, какая-то идентифицирующая клетка. Это вызвало у нее приступ паники. Насколько тщательно копы будут прочесывать постель Скарлет в поисках улик? Следует ли Далиле дрожать от страха, ожидая, что копы вот-вот явятся к ней домой и арестуют?

И хуже всего то, что ей даже не с кем было поговорить об этом. Она не осмеливалась сказать Джасмин и Фионе, что проснулась в комнате Скарлет – они бы взбесились. На самом деле никто бы не понял – ни сестра, ни Бизи и уж точно ни мама. Все бы запаниковали.

– Дай-ка мне посмотреть, что за сплетни об этом парне, – потребовала Бетани, протягивая руку.

Далила, чувствуя унижение, отдала ей телефон. Она столько раз перечитала статью о Джеклете, что едва не свихнулась, но все равно не могла оторвать глаз от этих строк.

Бетани хмурилась, читая. На ее лице отражались все степени потрясения и страха.

– О тебе говорят ужасные вещи.

Далила понурилась.

– Это всего лишь тролли.

– Мы должны пойти в полицию. – Бетани цокнула языком. – Никто не вправе посылать тебе смертельные угрозы из-за какого-то парня.

– Он действительно знаменитый, – пискнула Ава.

Далила оглянулась. Ава, в белом комбинезоне и вэнсах, незаметно проскользнула в комнату. Она смотрела на Далилу со смесью испуга и жалости.

– Многие мои подруги влюблены в него, – добавила она.

– И что? – Бетани выглядела разъяренной. – Вокруг полно обычных парней, которые могли бы вас заинтересовать! С каких это пор вы стали одержимы знаменитостями? С тех пор, как мы сюда переехали? Этот город уже разрушил вам мозги?

– Мама, все совсем не так, – запротестовала Далила. – Ничего страшного не произошло. Конечно, это ужасно, что девушка мертва, но… я не знаю. Это был нелепый несчастный случай. – Хотелось бы надеяться. Только если это так, как ты оказалась в ее постели, рядом с ней?

Бетани яростно потерла виски.

– Ладно. Ладно. – Она указала на лестницу. – Иди, прими душ, Далила. Ты так благоухаешь, словно на тебя кто-то блеванул.

Далила прошмыгнула в ванную. Как только она захлопнула дверь, слезы потекли ручьем. Разве можно мириться со всей этой ложью? Как жить с такой тайной? И насколько опасна ее тайна? Может, она в чем-то виновата?

В дверь негромко постучали.

– Ди? – позвала Ава.

Далила приоткрыла дверь. Ава держала руки в карманах.

– Ты в порядке?

Далила отвернулась к раковине.

– Нет.

– Мне очень жаль, правда. – Ава неловко переминалась с ноги на ногу. – И насчет Джека тоже. Я, э-э, смотрела видео. Про Скарлет… что она беременна… и про все остальное.

Далила пожала плечами. Джек казался пустяком по сравнению с тем, что произошло, хотя ей было интересно, как он отнесся к смерти Скарлет.

Ава протянула ей телефон.

– Я прочла много комментариев.

Далила предостерегающе посмотрела на нее.

– Не надо.

– Все с ума сходят из-за Скарлет.

– Серьезно, Ава. Отключись от Сети.

Ава пожала плечами.

– Народ беснуется из-за истории с Джеком. Но, кстати, целая группа фанатов поддерживает тебя – и Джека. Есть и те, которые считают фейком новость о тебе и Джеке. Они думают, что ты все это выдумала.

Ну, спасибо, фанаты, с горечью подумала Далила.

– Это была странная ночь, правда? – пробормотала Ава. – Я имею в виду, сначала все заходились в истерике, выкладывая посты с бала Благодарности. Потом это живое видео от Скарлет, где тот парень, Йорк, пытается приударить за ней, но она понимает, что это какая-то подстава, и Джек пытается порвать с ней, но она сообщает ему о своей беременности…

– Постой. – Далила прислонилась к стене. – Йорк?

– Да. – Ава вгляделась в ее лицо. – Ты разве не видела?

Далила покачала головой. В суматохе прошлой ночи она лишь слышала о ролике про беременность Скарлет. Выходит, Йорк все-таки выполнил план Джека… но Скарлет обо всем догадалась. Может быть, поэтому Джек так и не связался с Далилой?

– Можно тебя кое о чем спросить? – Ава замялась. – Ты хоть немного рада этому?

– Рада? – пролепетала Далила. – Тому, что кто-то умер? Ты серьезно?

Ава закусила губу, чувствуя себя не в своей тарелке.

– Конечно, это кошмарно, что она умерла. Но… Скарлет наводила на всех ужас. А ее фанаты и того хуже. Всякий раз, когда мне попадались жуткие комментарии кого-то из них о том, как они собираются убить таинственную девушку Джека… Я имею в виду, разве это не пугало тебя?

– Эти комментарии нельзя принимать всерьез. Ведь это всего лишь… Интернет. И еще. Те комментарии все равно гуляют по Сети, жива Скарлет или нет.

– Я знаю. – Ава выглядела так, словно вот-вот расплачется. – Но это отстой.

Далила взглянула на свое измученное лицо в зеркале ванной. Может, семья и права, что беспокоится. Фанаты совсем обезумели. Казалось, их больше волновали инфлюенсеры, бренды и шиппинг, чем собственная жизнь в реальном мире. Она вспомнила толпы орущих людей на трибунах перед зданием, где проходил бал Благодарности. Большинство из них были в футболках с именами и изображениями любимых звезд Instagram или YouTube. Некоторые пришли с плакатами, цветами и даже подарками для инфлюенсеров. А их глаза были полны желания и надежды. Заметьте меня, умоляли их лица. Это осчастливит меня.

– Как думаешь, Скарлет знала? – тихо спросила Ава. – О тебе и Джеке? И из-за этого она, типа, покончила с собой?

Далила тяжело сглотнула.

– Я не уверена. – В конце концов, прошлой ночью Скарлет целовалась с Джасмин. Какое ей дело до того, что Далила встречается с Джеком?

– Значит, она не ссорилась с тобой по этому поводу?

Далила ничего не помнила, но тот краткий миг, когда Скарлет вышла из ванной и сердито посмотрела на нее, пульсировал в сознании. Почему она осталась в комнате Скарлет? Может, они наговорили друг другу лишнего? И почему утром она все еще оставалась в постели Скарлет?

И тут в памяти всплыла строчка из видеоблога Скарлет: Вы видите то, что мы хотим вам показать. Ничего больше. Какое странное совпадение, что она проснулась рядом с телом Скарлет всего через несколько часов после того, как та рассказала о своей беременности и в Интернете разоблачили Далилу как «таинственную девушку». Даже слишком удобное совпадение – Далила оказалась козлом отпущения, очевидной мишенью. Возможно ли, что кто-то положил Далилу в кровать рядом со Скарлет, чтобы подставить ее? Но Далила проснулась слишком рано и сбежала – до того, как обнаружили тело Скарлет и застукали ее на месте преступления?

Сердце заколотилось. Что, если кто-то увидел возможность для идеального убийства? Не исключено, что этот человек и отослал копам видео с Фионой – чтобы направить полицию по ложному следу. Кто-то подставлял их. Кто-то хотел смести их с пьедестала. И Далиле необходимо было выяснить, кто же это.

Пока в убийстве не обвинили ее.

Фиона

Еще будучи лузером в средней школе, Фиона слыла экспертом по похоронам селебритис. Она изучала их так, словно готовилась к экзамену по алгебре. Скажем, желающие посетить похороны Майкла Джексона в спортивном комплексе «Стейплс-центр» в Лос-Анджелесе должны были участвовать в лотерее, и билеты продавались на eBay по цене выше десяти тысяч долларов. Принцессу Диану провожали четырехмильной процессией по Лондону, ее гроб проводили более миллиона скорбящих, а телезрителей было и того больше. Когда-то давно смерть звезды немого кино Рудольфа Валентино заставила нескольких обезумевших фанаток совершить самоубийство – и более ста тысяч человек пришли проститься к его открытому гробу.

Похороны Скарлет Ли мало чем отличались.

Церемония прощания проходила в Milk Studios, гигантском помещении, обычно предназначенном для массовых вечеринок и благотворительных мероприятий. Погожим утром, спустя четыре дня после странной смерти Скарлет, десятки фотографов столпились у входа, чтобы запечатлеть приглашенных гостей. Убитые горем фанаты гудели за линией полицейского оцепления. Все было похоже на неистовство толпы на церемонии вручения «Оскара», только без красной дорожки.

Фиона низко надвинула на лоб черную соломенную шляпу, но это не помешало зрителям узнать ее.

– Фиона! – завопили фанаты и репортеры. – Вы со Скарлет серьезно повздорили незадолго до ее смерти? Это из-за «Лайкни меня»? Ты ее отравила? Ты знала, что она беременна? И ты сознательно отравила ребенка?

– Господи, – прошептала она Джасмин и Далиле, когда все трое поспешили внутрь.

Как и положено, они были в черных платьях, туфлях на каблуках, солнцезащитных очках и темных шляпах. Все дамы облачились в изысканные черные платья, одно лучше другого – Фиона могла поклясться, что заметила в толпе несколько нарядов от-кутюр. Что ж, это в духе Скарлет – похороны шикарнее, чем бал Благодарности.

В холле было не протолкнуться. Далила огляделась по сторонам.

– Сколько же человек приглашено на это мероприятие?

Фиона пожала плечами.

– Похоже, весь Лос-Анджелес.

Она немало удивилась, когда получила приглашение на похороны, и поначалу даже приняла за розыгрыш полученное по электронной почте письмо с деталями ритуальной церемонии. С чего вдруг Скарлет захотелось бы пригласить ее на похороны? Да и Интернет негодовал, обсуждая Фиону/Скарлет. Не могла та первая стычка спровоцировать новую ссору, в которой Фиона убила Скарлет? Мог ли их конфликт привести к самоубийству Скарлет? Интересно, Фиона втайне счастлива – ведь Скарлет увела у нее роль в «Лайкни меня»? Фанаты были неумолимы. Фиона уже хотела сказать троллям, что полиция больше не считает ее подозреваемой. Не нашлось никаких доказательств, что она когда-либо бывала в квартире Скарлет. Как и свидетельств того, что она видела Скарлет на афтерпати.

Но фанаты плевать хотели на факты. Они обожали конспирологические теории, закулисные истории, проводили четкую грань между добром и злом. Фиона представала исчадием ада, а Скарлет – жертвой.

В любом случае, Фиона не собиралась идти на похороны – мама посоветовала держаться в стороне, учитывая «путаницу в головах» по поводу ее причастности к смерти Скарлет. Но потом позвонила Далила.

– Если мы не пойдем, все решат, что нам есть что скрывать, – сказала она. – Тут как посмотреть. В общем, мы идем, и будем держаться вместе. – Далила поделилась своей теорией о том, что из-за их проблем со Скарлет настоящий убийца, возможно, пытался подтолкнуть полицию к тому, чтобы их троих считали подозреваемыми. – Может быть, как раз во время похорон нам удастся вычислить этого убийцу, – добавила Далила.

И вот теперь они были здесь. Самые обсуждаемые девушки на планете. Все, конечно, сплетничали и о Далиле с Джеком; появились мемы, статьи и посты о том, почему имя Джасмин упоминалось в последнем видеоблоге Скарлет. Выдвигались самые разные версии, начиная с того, что девушки вместе состояли в религиозной секте или клубе самоубийц, и заканчивая – весьма прозорливо – тем, что они состояли в любовных отношениях. Но до сих пор Джасмин помалкивала о своих чувствах к Скарлет в последние минуты ее жизни. Фиона не винила ее.

– И как им удалось так быстро все организовать? – пробормотала Далила.

– Думаю, все в Лос-Анджелесе сгорали от желания украсить зал, – саркастически заметила Фиона.

Действительно, организаторы не упустили ни одной детали. Траурный зал утопал в живых цветах, так что воздух стал влажным, как в гигантской оранжерее. На каждой стене висели красивые портреты Скарлет в натуральную величину. Однако самого гроба не было, поскольку тело Скарлет все еще исследовали криминалисты. Коронер пытался выяснить, какой именно наркотик убил ее… и установить, самоубийство это или убийство.

Девушки нашли свободное место в глубине зала. Фиона прислонилась к стене, наблюдая разворачивающийся спектакль. Она подтолкнула Джасмин локтем.

– По-твоему, кто из этих людей выглядит так, будто втайне имел зуб на Скарлет… и использовал нас как козлов отпущения?

Джасмин посмотрела на нее невидящим взглядом. В ее глазах стояли слезы.

– Не бери в голову, – быстро сказала Фиона. С тех пор как они приехали, Джасмин не произнесла ни слова. Фиона все еще не могла поверить, что Джасмин влюбилась в Скарлет. Она находила эту идею безумной, но Джасмин утверждала, что узнала Скарлет с другой стороны. Правда оказалась более фантастической, чем вымысел.

– Я не знаю, – прошептала Далила. – А что именно мы должны искать?

Фиона оглядела толпу. В передней части зала установили скамью, предназначенную для «випов» из окружения Скарлет – ее лучшего друга Кори; догситтера, появлявшегося на многих ее видео; кучки стервозных подруг, которые ловили каждое ее движение. Менеджер Скарлет безудержно рыдала, вцепившись в руку Джека Доно, который с прямой спиной и каменным лицом стоял рядом с огромной вазой цветов. Фионе стало интересно, заметила ли его Далила. Сама она не осмелилась указать на Джека.

Но гости рангом помельче болтали так, словно пришли на очередную вечеринку. Фиона удивилась, когда увидела в заднем ряду инфлюенсера Хлою Сделай сам. В прошлом году Скарлет исключила Хлою из списка друзей, после того как та наговорила про нее много гадостей в Интернете. Могла ли она стоять за всем этим? Но Фиона не помнила ее ни на балу, ни на афтерпати… Вообще-то Хлоя теперь ненавидела социальные сети. Да и не выглядела кровожадной.

Отдельный уголок отвели для суперфанаток Скарлет – Фиона узнала некоторых по их страницам. Почему-то сегодня все они нарядились в стиле Скарлет. Либо покрасили волосы в светлые тона, либо надели светлые парики. И облачились в копии фирменного мегакороткого платья с леопардовым принтом, в котором Скарлет щеголяла на вручении премии Teen Choice Awards несколько месяцев назад, а губы накрасили ультра-красной помадой, «мастхэв» Скарлет – этот цвет, Scarlet A Scarlet[51], она создала для своей линии макияжа в Sephora. Может, Скарлет при жизни дала какие-то указания по дресс-коду для своей поминальной службы? Все это выглядело очень странно, хотя и по-извращенному эффектно… но, может, кто-то из них оказался чересчур извращенным и совершил нечто ужасное? Присутствовал ли кто-нибудь из них на афтерпати? Фиона не могла сказать наверняка.

Многие копались в своих телефонах. Вероятно, просматривали хроники жизни Скарлет, заполонившие Instagram. За последние дни появились даже новые аккаунты, посвященные конкретно убийству Скарлет. Жители Канады, Индии или маленького городка в Арканзасе говорили о Скарлет так, словно дружили с ней в реальном мире.

Внезапно головы повернулись, и миллионы пар глаз уставились на Фиону, Джасмин и Далилу. Пронеслись шепотки. Скай Мэтти, многообещающий инфлюенсер, одержимый кроссовками, прямо-таки ахнул. Самые суровые взгляды достались Далиле, ненавистной Таинственной девушке.

Фиона опустила поля шляпы, чтобы скрыть лицо, но это не помогло.

– И что нам теперь делать? – шепнула она Далиле.

– Ничего, – ответила Далила, хотя тоже занервничала. – Мы имеем право быть здесь. Нас пригласили. Нам нечего скрывать.

Говори за себя, подумала Фиона, и Далила как будто уже поняла свою оплошность. Она накрыла ладонью руку Фионы.

– Ты знаешь, что я имею в виду. Мы не сделали Скарлет ничего плохого.

Фиона кивнула. Она чувствовала себя неловко от того, что пришлось рассказать подругам о Лане, но они не осуждали ее. Она была вынуждена объяснить, что произошло. С души свалился камень… хотя, возможно, и не только потому, что они наконец узнали правду.

Скарлет была мертва. А с ней исчезла и угроза для Фионы. Комментарии в сетях о том, что Фиона – убийца, были всего лишь злыми слухами, да и то расплывчатыми. Фиона просмотрела все посты Скарлет с той роковой ночи, но не нашла никаких доказательств того, что Скарлет раскрыла ее секрет. Конечно, она могла рассказать кому-нибудь в приватном чате… но вряд ли копы арестовали бы Фиону из-за сообщения в Snapchat.

Так что ей следовало бы радоваться, верно? Она получила такое же избавление, как и в случае с Ланой. Но ей все равно было не по себе. Трудно объяснить, почему… Просто ей казалось, что в глубине души ее что-то гложет, терзает ощущение чего-то неправильного. Если бы только она могла понять, что это такое.

Распорядитель похорон подошел к кафедре, отвлекая Фиону от размышлений. В зале воцарилась тишина. Все опустили свои телефоны. Загробным монотонным голосом распорядитель произнес короткую речь, после чего передал слово матери Скарлет, и та поднялась из первого ряда.

Миссис Ли медленно подошла к трибуне, комкая в руке бумажную салфетку. У Фионы отвисла челюсть, когда женщина повернулась лицом к публике. Миссис Ли выглядела так, словно похудела килограммов на десять. Кожа на лице обвисла. Под глазами залегли темные круги. Ее руки дрожали, когда она вцепилась в края кафедры, но, когда заговорила, ее голос прозвучал ясно и громко.

– Моя дочь была лучом света. Она вдохновляла многих, в том числе и меня. Она подавала такие надежды. Обещание светлого будущего. Чтобы все это погасло – и из-за чего? Ревности? Вражды? Неужели вы, люди, не понимаете, что в жизни есть нечто большее, чем социальные сети?

К ужасу Фионы, миссис Ли скользнула взглядом по залу… и отыскала глазами Фиону, Джасмин и Далилу. Ее рот сжался до размеров пуговицы. Все обернулись и снова уставились на девушек, а по толпе прокатилась новая волна шепотков. Голос хихикнул в голове Фионы: Ты это заслужила!

– Голову выше, голову выше[52], – шепотом пропела Далила, хотя ее душили слезы. И поэтому, хотя Фионе ужасно хотелось сбежать, она осталась на месте, слушая, как все прощаются со Скарлет Ли.

Может быть, даже убийца Скарлет, где-то в толпе.

* * *

Если Фиона сочла эти похороны безумием, поминальный банкет оказался и того хуже: он проходил на яхте, которая направлялась к острову Каталина. Миссис Ли, должно быть, потратила сотни тысяч долларов, и, хотя прием был закрыт для публики и прессы, кое-кому удалось проскользнуть на борт. Менее известные инфлюенсеры воспользовались этой вечеринкой как средством завоевания популярности и подписчиков. Быстро заглянув в Instagram, Фиона увидела хэштег дня: #Покойся с миром, Скарлет Ли. Все посты, привязанные к нему, оказались селфи с банкета. На лицах сияло чуть меньше радости, чем обычно… но только чуть.

Подруги не пошли с Фионой – Джасмин была слишком расстроена, чтобы присутствовать на поминках, а Далиле разрешили пойти только на похороны. Фиона пробиралась сквозь толпу одна, опустив голову, не обращая внимания на взгляды и перешептывания. Она пришла сюда только потому, что Чейз упомянул в очень кратком сообщении, что, хотя он не сможет приехать на похороны, на банкет все же выберется. После бала Благодарности они время от времени переписывались. Но столь редкое общение было далеко не нормальным для их отношений.

Она заметила высокую фигуру Чейза в углу зала. Он стоял спиной к ней, увлеченный разговором с каким-то человеком, ей не знакомым. Они о чем-то шептались – выражение лица мужчины было серьезным.

Фиона подошла и похлопала Чейза по плечу.

– Привет.

Чейз резко обернулся на звук ее голоса, и по его шее и щекам разлился румянец.

– Э-э, привет. Фиона. – Он произнес ее имя так, словно оно было синонимом вируса Эбола. У Фионы сжалось сердце. Неужели он все еще злится на нее?

Она внимательно посмотрела на него. Им пора было забыть глупую ссору. Размолвка слишком затянулась. Она прикоснулась к его руке.

– Может, отойдем куда-нибудь в более тихое место? Я слышала, на верхней палубе очень красиво.

Чейз отстранился с холодным выражением лица.

– Вообще-то я ухожу.

– Подожди, что? – Она нахмурилась. – Но разве ты не только что приехал?

Внезапно Чейз направился в дальний угол, и Фиона, чувствуя себя как на иголках, последовала за ним. Он остановился, поднял на нее взгляд и тяжело сглотнул.

– В чем дело, малыш? – запричитала Фиона. Она чувствовала, что вот-вот расплачется. – Ты не можешь забыть бал Благодарности – давай поговорим об этом. Прости меня.

– Из-за чего вы ругались со Скарлет в тот вечер? – выпалил Чейз.

– Я… – У Фионы пересохло во рту. – Да так… из-за всяких глупостей. – Выходит, он посмотрел видео их стычки. Ну, конечно. И тут ее осенило: неужели Чейз думает, что она что-то сделала со Скарлет?

– Я не причинила ей вреда, Чейз, – прошептала она. – Ты ведь веришь мне?

Его лицо расслабилось от облегчения.

– Да, верю… Просто все это выглядит ужасно, Фиона. Ты так на нее разозлилась. Ты… ударила ее.

Фиона закрыла глаза. Это действительно выглядело ужасно… и она уж точно не могла объяснить ему, почему так разозлилась. Она гадала, не обращались ли к Чейзу репортеры, выпытывая, что он думает по поводу странного поведения своей девушки – или даже, знает ли он, какой компромат на нее был у Скарлет. Какая нелепость. Что, если теперь он хочет порвать с ней из-за этого?

– Чейз? – воскликнула она слабым голосом. – Мы можем оставить это в прошлом?

– Мне пора. – Он пошел к выходу. – Я позвоню тебе позже, хорошо?

– Чейз? – жалобно окликнула она, но он не обернулся. Фиона смотрела, как он пробирается сквозь толпу, и указательным пальцем методично сдирала кожу с большого пальца. Неужели это произошло наяву?

Она расправила плечи, не спуская глаз с Чейза. А куда это он собрался? Почему бы ей не последовать за ним? Она начала проталкиваться сквозь толпу. Теперь, когда Чейз ушел, она ни за что не останется на этой дурацкой яхте.

Но народу было битком, так что она едва могла двигаться. В углу она заметила миссис Ли на кожаном диване с агентом Скарлет. Обе выглядели совершенно потерянными. Неудивительно, подумала Фиона. На миссис Ли обрушилось столько всего, что не поддавалось пониманию – не только смерть дочери, но и новость о том, что Скарлет была беременна. Какая мать могла бы справиться со всем этим?

Неподалеку друг Скарлет, Кори, шептался со стилистом, постоянно мелькавшим в ее видеороликах… хотя, заметив, что Фиона пристально смотрит на него, он нахмурился и сурово зыркнул на нее: мол, «Чего уставилась?». Возле бара Джек Доно болтал с парой комиков-ютуберов. Фиона подумала, не подойти ли к нему, чтобы поговорить о Далиле. Она не очень хорошо знала Джека и понятия не имела, какие у него планы на Далилу, но карьера Далилы теперь оказалась под угрозой, и отчасти по его вине. Казалось несправедливым, что Далиле доставалась вся ненависть, в то время как фанаты Джеклета бомбардировали Джека сочувственными сообщениями. Последнее, что они помнили о Джеклете, это видеоблог, где Скарлет признавалась, что беременна, и шипперы предпочли видеть в Джеке скорбящего несостоявшегося отца, а не обманщика.

К счастью, яхта еще не отошла от причала, но к тому времени, как Фиона добралась до трапа, Чейза уже след простыл. На пристани маячили лишь папарацци с фотоаппаратами наготове.

– Фиона! – воскликнули они. – Почему ты уходишь? Что случилось?

Опустив голову, Фиона поспешно сошла на берег и пошла к причалу. Она смотрела по сторонам, но Чейза так и не увидела. Может, он на набережной? Может, на парковке? Ей следовало поторопиться.

Раз, два, три, четыре, машинально отсчитывал шаги мозг. Сумка, переброшенная через плечо, ритмично хлопала по пояснице. Или она думала, что сумка… но, пройдя полквартала, поняла, что это шаги позади. Она напряглась. Кто-то следовал за ней, едва видимый краем глаза.

Сердце забилось быстрее. Пустынный переулок, по которому она шла, утопал в жутковатых предвечерних тенях; если что-то случится с ней здесь, никто и не узнает. Она бросилась бежать… но то же самое сделал и ее преследователь. Она оглянулась через плечо, испуская вопль. Тени плясали перед глазами, мешая разглядеть, кто за ней гонится, но внезапно она поняла, что ей грозит опасность.

Она повернула за угол и, споткнувшись о бордюр, подвернула лодыжку.

– Черт! – выругалась она, с трудом удержавшись на ногах. Она быстро пришла в себя и снова побежала.

– Фиона! Стой!

Чья-то рука легла ей на плечо. Фиона обернулась и оцепенела, когда увидела перед собой молодую женщину. Это была… Лана. Лицо Ланы, ее прелестные губы бантиком, ярко-голубые глаза, устремленные прямо на нее.

Мир стал белым. Фиона издала душераздирающий вопль.

Лана отшатнулась.

– Извини! Я не хотела тебя пугать…

Фиона упала на колени. Ей стало нечем дышать. Женщина – Лана – присела на корточки рядом с ней. У нее были длинные, жилистые, ведьминские руки.

– Ты в порядке? – воскликнула она, касаясь плеча Фионы. – Мне так жаль!

Фиона отпрянула в замешательстве. Почему Лана так мила с ней? И еще… как Лана могла быть живой? Фиона в мельчайших подробностях помнила похороны Ланы. Там был гроб. И в гробу – тело.

– Мне… мне нужно идти, – дрожащим голосом сказала она, отстраняясь от Ланы.

Лана огорчилась.

– Пожалуйста. Не уходи. О боже, не так я представляла себе встречу с тобой. Я видела, как ты уходила с похорон, и хотела тебя догнать… но теперь я все испортила. – Она глубоко вздохнула. – Пожалуйста, позволь мне начать все сначала. Ты ведь Фиона Джейкобс, верно?

Фиона разинула рот. Лана это знала. Она спрашивала только для того, чтобы позлить ее?

– И ты ищешь личного помощника? – продолжила Лана.

Слюда на тротуаре сверкала слишком ярко. Сердце Фионы колотилось так сильно, что отдавалось в голове.

– Да, – услышала она свой голос. – А ч-что?

– Ну, я хочу быть твоей помощницей, – выпалила Лана – или не Лана? – Пожалуйста!

– Подожди, ты о чем? – переспросила Фиона.

– Я – твоя большая поклонница. И я хочу прорваться в этот бизнес, но мама говорит, что у меня есть три месяца, чтобы найти работу, иначе мне придется вернуться домой, в Ориндж. А я слышала, что тебе нужна помощница. Уверена, ты завалена резюме претенденток, но клянусь, что буду стараться изо всех сил. И к тому же у нас с тобой есть общая знакомая. Ты знала мою сестру.

– Твою сестру, – повторила Фиона. И внезапно она догадалась, что сейчас услышит, прежде чем девушка сказала это. Холод пробрал ее до самых костей.

– Ты ведь знала Лану Хеджес, верно? – Девушка улыбнулась. – Я – ее младшая сестра, Камилла.

Далила

Далила огляделась по сторонам на узкой улочке в центре Лос-Анджелеса. Здесь было тихо – слишком тихо. По другой стороне улицы тянулись магазины, полные уродливой одежды и аксессуаров. Винный погребок на углу выглядел так, словно там не продавалось абсолютно ничего полезного. Казалось, сам воздух здесь был другим – дымным, жестким, как в старой голливудской криминальной драме.

Нервы натянулись как струны. С каждой секундой, с каждым часом она чувствовала, что время уходит. Кто-нибудь вот-вот догадается, что она была в постели Скарлет, когда та умерла. Далиле нужно было выяснить, что же произошло на самом деле, прежде чем кто-то сопоставит факты… и расскажет копам. Тяжесть ситуации убивала ее. Она пробыла в Лос-Анджелесе всего месяц – и уже попала в такой переплет? Прошлой ночью она просматривала в своем Instagram старые посты о жизни в Миннесоте, тоскуя по простоте. Тогда ее больше всего беспокоило то, что она слишком много времени проводит в социальных сетях и уделяет недостаточно внимания докладу по истории. Ей едва исполнилось шестнадцать. Она не была готова справляться с такими страшными испытаниями. Ей хотелось закрыть глаза и вернуться к той простой, невинной жизни.

В памяти всплывало все больше воспоминаний о той ночи, когда умерла Скарлет. Она снова слышала нежный голос, который говорил ей: «Она не будет возражать, если ты ляжешь здесь». Она чувствовала чью-то руку на своем предплечье, увлекающую ее к кровати Скарлет. Она не могла вспомнить лица, только что-то блестящее на голове – возможно, золотое украшение. Она опустилась на мягкую подушку, и комната закружилась. Но потом она перевернулась и заметила Скарлет в дверном проеме – возможно, ванной. Скарлет скорчила гримасу и строго спросила Далилу: «Что ты здесь делаешь?». А потом… пустота.

Но почему тот, кто уложил Далилу в постель Скарлет, до сих пор не сдал ее полиции? Этот кто-то последним видел Скарлет… живой… и имел возможность притащить Далилу на место смерти Скарлет. Из всего этого напрашивался один вывод: тот, кто помог ей лечь в постель, и был убийцей. Он или она просто не хотели обнаружить своего присутствия в спальне Скарлет, потому и не сообщили в полицию о Далиле. Но все равно она чувствовала, как тикают часы. Этот человек знал. Возможно, у него еще оставалось тайное оружие против Далилы на случай, если она подберется слишком близко к разгадке. Ей необходимо было вычислить убийцу, прежде чем это произойдет.

Но кто собирался убить Скарлет той ночью? Далила попыталась вспомнить все «бомбы», сброшенные Скарлет в Интернет. Прежде всего – ее беременность. Одно это, наверное, пошатнуло множество миров. Включая… мир Джека.

Не Джек ли помог Далиле улечься в постель к Скарлет? Далила не хотела в это верить… но не могла исключить. Вот почему она караулила Джека около его офиса.

Наконец, после почти сорока пяти минут ожидания, распахнулась боковая дверь современного малоэтажного офисного здания, и вышел Джек в низко надвинутой на лоб шапке. Далиле пришлось довольно серьезно покопаться в Интернете, чтобы выяснить, где находится его студия – она догадывалась, что он держит ее в секрете, чтобы избежать фанатских толп, – но сегодня ее привело сюда предчувствие, что он отсиживается именно здесь, подальше от скандала со Скарлет. До сих пор он не опубликовал никаких комментариев по поводу Скарлет – на самом деле, он не выпускал никакого контента. Далиле очень хотелось знать, о чем его спрашивали в полиции и что ему известно. Если бы сообщали актуальные новости о смерти Скарлет… но пока не всплыло никаких подробностей, кроме того, что полицейские подозревали, что она умерла от какого-то наркотика или лекарства. Все ждали официальных результатов вскрытия.

С гулко бьющимся сердцем, она шагнула к Джеку. Неужели она действительно отважилась на это? В последний раз они разговаривали перед балом Благодарности. С тех пор Далила снова и снова смотрела видеоблог с записью ссоры Джека и Скарлет, пытаясь осмыслить происходящее между ними, по-своему интерпретируя нерешительные попытки Джека порвать эти отношения – и оценивая реакцию Джека, когда Скарлет выдала новость о своей беременности. Он обрадовался? Испугался? Разозлился? Но камера не зафиксировала выражения лица Джека. По словам Джасмин, Скарлет даже не предполагала, что видеокамера продолжает снимать и записывать.

– Эй, – позвала она. – Джек!

Джек резко обернулся, уже спускаясь по пандусу. Когда он понял, что это она, на его лице промелькнуло удивление… потом облегчение… и, наконец, беспокойство.

– Далила, – сказал он. – Что ты здесь делаешь?

– Я… я хотела поговорить с тобой.

Джек нервно потер руки.

– Я сам хотел с тобой связаться. Но столько всего… навалилось.

– Все в порядке, – машинально ответила Далила. Банальное оправдание Джека вызывало отвращение… но в то же время она могла его понять. Наверное.

– Все это чушь собачья. – Он крепко зажмурился. – Эта история… о нас с тобой? Я ничего не говорил Скарлет. И понятия не имею, кто и как узнал об этом.

– О, – прошептала Далила. – На самом деле, это моя вина. Я была так взволнована перед нашей встречей на балу… и случайно проболталась тому, кому не следовало бы.

– Серьезно? – Он бросил на Далилу странный взгляд, который она не смогла расшифровать. – Ладно…

– Чувствую себя идиоткой. Я вовсе не хотела заваривать кашу.

– Я знаю. – Джек выглядел удивленным. – Ты бы никогда этого не сделала.

Теперь она чувствовала себя раздавленным насекомым. Я бы не сделала? Воспоминание о пробуждении рядом со Скарлет промелькнуло ослепительной вспышкой. Неподвижная рука Скарлет. Жутко бледная кожа Скарлет. А потом бегство Далилы… и упорное молчание.

Стоит ли рассказать ему? Что, если он выдаст ее полиции?

– Я могу чем-то помочь тебе? – спросил Джек. – Хочешь, я выложу видео или что-то еще? Скажу, что ты замечательный человек? Попрошу фанатов Джеклета оставить тебя в покое?

Идея выглядела заманчивой, но Далила пожала плечами.

– Я не хочу, чтобы твое самое первое видео было обо мне. Это покажется неуместным.

– Да, но я не хочу, чтобы тебя ненавидели за то, в чем нет твоей вины. – Джек сложил руки на груди. – Я тоже виноват. И я сказал Скарлет, что хочу расстаться. Не знаю, почему шипперы не слышат эту часть.

Наверное, потому, что сразу после этого она сбросила «бомбу» о своей беременности, подумала Далила. С чего бы шипперам заморачиваться чем-то другим из этого видео, когда они узнали, что Джек и Скарлет станут родителями?

– И… насчет бала… – продолжил Джек. – Я хотел найти тебя, но…

Далила жестом остановила его.

– Это не имеет значения. – Она не хотела снова переживать события той ужасной ночи.

– Нет, это имеет значение. Ты ведь знаешь, что я пытался провернуть трюк с Йорком, верно?

– Да, но Скарлет собиралась родить от тебя ребенка. Ты не смог бы порвать с ней, после того как она сказала тебе об этом.

– В том-то и дело. Это не мог быть мой ребенок. Тут без вариантов. И Скарлет – она это знала.

Далила выпрямила спину.

– Подожди, что ты сказал?

– Мы со Скарлет не… в общем, не занимались этим… уже очень, очень давно. – По шее Джека расползалось красное пятно. – Поэтому то, что она сказала – это только для камеры. Для ее аудитории. Ни при каких обстоятельствах это не может быть правдой. Во всяком случае, то, что ребенок от меня.

Взвыла автомобильная сигнализация, и Далила вздрогнула от неожиданности. Возможно ли такое? Если это все-таки правда – а в глубине души ей хотелось, чтобы это было правдой, хотя бы ради Джека, – тогда чего же Скарлет надеялась добиться, сообщив ему о беременности? Напрашивался только один ответ.

– Она носит чужого ребенка… но хочет, чтобы все поверили, будто он твой? – медленно проговорила она.

– Наверное. Хотя ума не приложу, зачем она сказала это в прямом эфире.

– Она говорила, что ее телефон клонировали, – сказала Далила. – Она не знала, что идет запись.

– Да, но если бы она действительно переживала из-за клонирования телефона, разве не говорила бы на камеру меньше, а не больше, чем нужно? – Джек моргнул. – Ты понимаешь, что я имею в виду?

– Так… ты думаешь, она хотела, чтобы ее фанаты знали? – И тут ей пришла в голову мысль. – Теперь, когда ты упомянул об этом, мне кажется, что некоторые ее влоги намекают на беременность. В одном из них она падает в обморок. В другом ее тошнит.

– Я тоже их видел. – Джек вздохнул. – Может, некоторые фанаты уже раскусили ее по тем роликам. А, может, она боялась того, что произойдет дальше, и хотела контролировать ситуацию.

– То есть, она пришла с этим к тебе. Выдала ребенка за дитя Джеклета, хотя это и неправда. Как ты думаешь, кто же отец?

– Понятия не имею. – Джек протестующе поднял ладони. – Скарлет была слегка… безбашенной. Взять хотя бы Кори? Они постоянно проводили время вместе. Я бы не удивился, если бы она переспала и с кем-то еще.

Далила кивнула. Она знала, что Скарлет встречалась с другими – и Джасмин одна из них. Но Далила не собиралась распространять эту сплетню.

Кожа Джека приобрела сероватый оттенок. Резкий солнечный свет подчеркивал темные круги под глазами. Он выглядел так, словно не спал со дня бала Благодарности.

– Ты в порядке? – спросила Далила.

– Не совсем. – Он тяжело вздохнул. – Даже не знаю, что и думать. Хотя мы со Скарлет не были вместе, она все равно оставалась большой частью моей жизни. А теперь ее просто… не стало? Это так странно.

Далила тщательно подбирала слова.

– А ты… видел ее после вашего разговора на балу?

Джек отрицательно покачал головой.

– Я побежал за ней, после того как она огорошила меня новостью о беременности, но она исчезла. А потом мой телефон буквально взорвался от звонков – моя команда отреагировала на видео Скарлет, к счастью, до того как его посмотрело большинство. Мой менеджер хотел провести экстренное совещание. За мной приехал водитель. Меня отправили в тайное место на остаток ночи, чтобы мы могли решить, что делать в этой ситуации. Мне даже не разрешили пользоваться телефоном. Обрубили всякую связь с внешним миром, и я не мог сообщить тебе, что не приду. – Он виновато взглянул на нее. – Понимаешь, я чувствую себя последним подлецом из-за этого.

Далила спрятала грустную улыбку облегчения. Приятно было слышать такие слова. Она обрадовалась и тому, что у Джека есть алиби – ведь он не был на афтерпати. А это значило, что не он затащил Далилу в постель Скарлет. И, стало быть, ей не нужно его бояться.

Джек рассеянно изучал вывеску магазина женского белья в стиле пятидесятых на противоположной стороне улицы.

– Мой отец был вне себя от злости. И мама Скарлет… черт, она полыхала огнем.

– Почему же они не провели срочного совещания и со Скарлет?

– Они пытались ее найти. Ее мама обзвонила всех друзей, даже примчалась на бал – но, думаю, Скарлет пряталась от нее.

– Мама Скарлет была на балу? – удивилась Далила. Она не помнила, чтобы видела там миссис Ли.

– И на афтерпати тоже. – Джек потер макушку, отчего волосы встали дыбом. – Она искала свою дочь повсюду. Мы беспокоились, что Скарлет слетела с катушек. – Он тоскливо посмотрел на нее. – Знаешь, она ведь могла бы сделать это с собой. Если была беременна… и боялась…

Далила кивнула. Это могло быть правдой. Возможно, душа Скарлет была искалечена гораздо серьезнее, чем она это показывала.

Какое-то время они молчали. На улице перед светофором выстроилась вереница машин.

– Если Скарлет не убивала себя, кто, по-твоему, это сделал? – спросила Далила.

Глаза Джека потемнели. Он несколько раз открывал рот, но не произносил ни звука, а потом, наконец, сказал:

– Если бы я поставил на кого-то? Кори.

– Ее лучший друг? – Далила была потрясена.

– Скорее, заклятый друг. Этот парень завидовал всему, что она делала. Так было всегда.

– Неужели? – Далила вспомнила Кори в роликах Скарлет. Казалось, он всегда поддерживал ее, подбадривал. – Ты уверен?

– Вот, посмотри. – Джек полез в карман за телефоном и показал ей скриншот, сделанный несколько месяцев назад. – Это переписка Скарлет и Кори. Я переснял однажды, когда она оставила свой телефон без присмотра. Просто содержание показалось мне… жутковатым. Я хотел поговорить с ней о нем – типа, знаешь, этот парень вроде как токсичен, может, тебе стоит бросить его. Но подходящего случая так и не подвернулось. Нас так тщательно оберегали как пару, заставляя позировать вместе.

Далила наклонилась, чтобы рассмотреть снимок поближе. Ты моя, сучка, писал Кори в одном из сообщений. Никогда больше не выкидывай таких фортелей. И еще: Я уже сыт тобой по горло, и ты понимаешь, что это значит.

Холодок пробежал по ее телу.

– Но зачем Кори убивать ее?

– Может, он был взбешен тем, что она беременна.

– Потому что… почему, как думаешь?

Джек сунул телефон обратно в карман.

– Скарлет была огромной частью его жизни. Если бы она ушла из бизнеса и стала мамой… это крутая перемена. Кори имел власть над ней. Возможно, он не хотел сдавать своих позиций.

Далила прокрутила в голове эту версию. Она, казалось, не имела смысла… впрочем, как и все остальные. Перед глазами возник Кори на афтерпати – вернее, его сверкающее, почти пиратское кольцо в ухе, когда он проходил мимо. Внезапно оно вспыхнуло в памяти, как маяк. Вместе с другим воспоминанием: Далила, мертвецки пьяная, пошатываясь, идет по коридору, и чья-то рука ложится ей на плечо.

– Тебе надо прилечь, – говорит кто-то, открывая дверь квартиры Скарлет. – Проходи сюда. – И снова сверкнуло золото. Неужели Кори? Его серьга?

Джек кашлянул. Когда она подняла глаза, он придвинулся к ней еще ближе.

– Я знаю, что сейчас неподходящее время, но все равно не могу перестать думать о тебе. Скажи, после того как все это уляжется, мы могли бы?..

У Далилы задрожал подбородок. Она осторожно сплела свои пальцы с его… и сжала их. Но тут ее накрыло приступом паранойи. Не наблюдают ли за ними?

Она отстранилась от Джека и огляделась. Ей показалось? Или действительно кто-то прятался за машиной? И пара глаз следила за ней с противоположной стороны улицы в этой захудалой части города?

Она повернулась к Джеку, дрожащая и потная от страха.

– Мне нужно идти.

– Подожди, – попросил он. – Пожалуйста.

– Извини. – Она обогнула несколько припаркованных машин и свернула в переулок. Тревога не отступала. Ее пальцы сжали телефон. И – о боже! – в этот момент он зажужжал у нее в ладони.

В директ Instagram пришло сообщение. С аккаунта, зашифрованного множеством букв и подчеркиваний. Наверняка очередной хейтер?

Далила прочла сообщение, потом перечитала снова, сбитая с толку. Сердце зашлось. Она кликнула аккаунт, по всем признакам, бот – ни постов, ни подписчиков, и с него заходили только на одну страницу: ее страницу.

Но сообщение отправил явно не бот.

Перестань копать, Лила Ди. Для твоего же блага.

Фиона

Фиона сидела на кровати в родительском доме – возвращение в «Дав», где хозяйничали папарацци, репортеры и собаки-ищейки, казалось безумием, – и просматривала список вопросов с сайта сплетен. У Фионы просили эксклюзивное интервью, чтобы узнать ее мнение о смерти Скарлет. Вопросы выглядели вульгарными и грубыми: Ты когда-нибудь замечала у Скарлет суицидальные наклонности? Или: Опиши свои лучшие и худшие моменты со Скарлет. Скрывала ли Скарлет какие-то глубокие, темные секреты, о которых мы не знаем? Кроме этой истории с беременностью, конечно? Неужели они всерьез полагали, что Фиона станет отвечать?

Мир снова охватила Скарлетина. Это даже стало хэштегом. Фото Скарлет украшало обложки всех таблоидов. Ленты новостей полнились детективными теориями, фейковыми новостями о ходе расследования и диковинными версиями, в которых убийцей Скарлет называли всех, кого не лень: от ревнивого продюсера, до уборщицы и Кайла Чарли, соведущего Скарлет на балу Благодарности. Обновления всплывали каждые пятнадцать минут, сообщая о том, что копы кого-то арестовали или кто-то опубликовал очередную эпитафию в память Скарлет. Но по большей части все это было фальшивкой.

Фиона забросила вопросы для интервью и набрала имя Чейза в списке контактов. Его телефон прозвонил один раз и тут же переключился на голосовую почту. Фиона застонала. Неужели Чейз игнорировал ее? Раньше за ним такого не водилось. Но теперь он как будто не хотел иметь с ней ничего общего.

Она услышала шорох за спиной и обернулась. Камилла внезапно оказалась рядом с ней, и так близко, что они почти столкнулись.

– О боже! – вскрикнула Фиона, протянув руку, чтобы оттолкнуть Камиллу. Но кожу обожгло горячей жидкостью. Она вскочила.

– Какого черта? – И тут все прояснилось: Камилла пятилась назад, высоко подняв руки. Обжигающая жидкость растекалась по ногам Фионы и капала на коврик из овчины. Кофейник из нержавеющей стали с грохотом упал на пол.

– О, нет! – воскликнула Камилла, бросаясь к кофейнику. – Мне так жаль! Я пыталась подать тебе кофе, и…

Фиона бросилась в ванную за полотенцем. Нервы звенели от напряжения. Камилла подкралась так незаметно и бесшумно, словно вор.

– Как ты вообще попала в дом? – взвизгнула Фиона. Родители уехали несколько часов назад. Напуганная новостями о Скарлет, Фиона убедилась, что дверь заперта.

Камилла невинно улыбнулась.

– Твоя мама дала мне код от двери. Я думала, она тебе сказала.

Фиона захлопала ресницами. Неужели мама это сделала? Но зачем Камилле понадобилось подносить горячий кофейник чуть ли не к самому лицу Фионы?

Она промокала кожу, пока боль не утихла. Камилла выглядела опустошенной.

– Боже, мой третий день на работе, а из-за меня у тебя ожоги второй степени? Что со мной не так?

– Ладно, проехали, – проворчала Фиона, пытаясь успокоиться. В конце концов, Камилла – не Лана. Наверное, несправедливо переносить свои чувства к Лане на Камиллу. И все же, как она могла удержаться от этого? Камилла выглядела зловещей юной тенью Ланы. Даже голоса их были похожи. Ее появление казалось дьявольски своевременным, чтобы быть простым совпадением.

Несколько дней назад, когда Фиона оправилась от потрясения, вызванного преследованием на той жуткой пустынной улице у доков, они с Камиллой пошли в ближайшее кафе и поговорили о должности ассистента.

– Почему ты хочешь стать личной помощницей? – спросила Фиона, пытаясь осмыслить происходящее. – Это не единственный способ проникнуть в мир развлечений. Ты могла бы поработать на съемочной площадке. Стажером, например.

– Да, но я хочу стать инфлюенсером. – Камилла усмехнулась. – Как ты.

Фиона как будто уловила огонек безумия в глазах Камиллы… или девушка просто горела нетерпением.

– И… ты уже проходила собеседование у многих работодателей?

– Нет! – Камилла улыбнулась. – Я наметила своих любимых инфлюенсеров и собиралась методично подавать заявки на вакансии личной ассистентки. И мне повезло – я услышала, что ты как раз ищешь помощницу.

– Услышала… но от кого? – Фиона почувствовала, что на шее выступили капельки пота. В голове промелькнула дикая догадка: неужели Скарлет перед смертью выдала ее секрет Камилле? Не продолжение ли это шантажа Скарлет?

Камилла повесила голову.

– Одна моя знакомая работает с твоим менеджером. Она и передала информацию. Моей маме тоже стало спокойнее, когда я сказала, что собираюсь устроиться на работу к той, кого мы знаем с давних времен. Ты всегда ей очень нравилась.

О боже, прямо соль на рану. Фиона едва не поперхнулась газировкой.

– Это… здорово, – с трудом выдавила она.

Фионе пришлось нанять Камиллу. Она боялась плохой кармы в случае отказа – как будто Скарлет могла отомстить ей из могилы.

– Кстати, о работе. – Камилла раскрыла папку-органайзер, которую смастерила вчера, разложив по полочкам всю жизнь Фионы: мероприятия инфлюенсеров, кино/телевидение, встречи, цели и прочее. – Надеюсь, ты не рассердишься, но я проверила твои пропущенные звонки за последние несколько дней и ответила на некоторые из них. Большинство звонков из таких мест, как химчистка – я забрала твои платья, – или косметический салон – я перенесла визит, потому что ты пропустила процедуру после бала Благодарности, – ну, и от репортеров, известно, почему. Все вопросы про Скарлет. Разумеется, я не стала им перезванивать.

– О! – Фиона была удивлена, впечатлена и… ошеломлена. С другой стороны, она сама дала Камилле доступ к телефону. Это обычное дело для личной ассистентки – отвечать на звонки. – Спасибо.

– Не за что! – Камилла просияла. – А последнее сообщение? Оно пришло от кого-то из Эй-би-си. От Моны.

– Моны Гринблатт? – пролепетала Фиона. – Чего она хотела?

– Я перезвонила, чтобы проверить. Надеюсь, все в порядке. Мона говорила что-то о роли в ситкоме. Они будут рады, если ты передумаешь.

Фиона заморгала.

– Насчет Кейт?

– Да, Кейт! Я связалась с твоим агентом и менеджером. У них был долгий разговор с Моной, и они очень, очень хотят, чтобы ты вернулась, Фиона. Мне, конечно, такие деньги даже и не снились, но, судя по всему, их нынешнее предложение даже лучше, чем прежнее. Тебе следует позвонить своему агенту. Она что-то говорила о том, что ты теперь нарасхват, поскольку стала печально знаменитой.

У Фионы закружилась голова. Ей вовсе не хотелось быть печально знаменитой. Она украдкой посмотрела на Камиллу, проверяя, не подозревает ли та, что дурная слава Фионы может иметь отношение к тому, что она сделала с Ланой. До сих пор Камилла почти не упоминала о сестре, но даже самый дальний родственник испытал бы сильные чувства, узнав, что находится рядом с убийцей кого-то из своей семьи.

И тут до нее дошел смысл сказанного Камиллой.

– Стоп. Они хотят, чтобы я вернулась в «Лайкни меня»?

Камилла кивнула.

– Еще как хотят. – Она нахмурилась. – Ничего, что я вмешалась? Я не знаю предыстории… Надеюсь, я ничего не испортила?

– Все в порядке, – ответила Фиона слабым голосом. Осмелится ли она воспользоваться предложением телевизионщиков? Теперь, когда Скарлет мертва, угроза разоблачения Фионы отступила. Или нет – учитывая, что младшая сестра тайны Фионы стояла прямо перед ней, оказалась постоянным напоминанием?

Она закрыла глаза, чтобы послушать Голос, но он хранил пугающее молчание. Вот ведь ирония судьбы – Голос молчал именно в тот момент, когда Фиона не возражала против того, чтобы выслушать другое мнение.

Она перевела дыхание.

– Я бы с удовольствием поговорила с ними, – призналась она. – И спасибо тебе, Камилла. Я очень ценю твою помощь.

– Нет проблем! – воскликнула Камилла, устраиваясь поближе к ней на кровати. Это вызвало у Фионы легкую горечь и боль – когда-то, еще в школе, она мечтала о том, чтобы они с Ланой вот так же сидели на кровати и вели девичьи разговоры. – Они прислали тебе новый пилотный сценарий для чтения. – Камилла полезла в сумку-почтальонку. – Мона сказала, что они хотят внести некоторые изменения, если ты вернешься, но ей нужно твое одобрение.

Фиона принялась листать страницы, радуясь возможности снова окунуться в сценарий «Лайкни меня». Аннотация практически не изменилась, но затем она перешла к части, в которой появляется Кейт. В ее образ внесли новые детали.

Входит Кейт (19 лет), ее рука с мобильником выставлена вперед. Она снимает лайв-видео. Считает свои шаги, пока идет по комнате. Кейт страдает ОКР – одержима чистотой, счетом, микробами. Она работает над собой.

Фиона вскинула голову.

– Почему они сделали Кейт с синдромом ОКР?

Камилла выглядела обеспокоенной.

– О! Я… я подумала, что именно по этой причине ты не хотела сниматься в сериале. Твои симптомы… они вроде как очевидны. – Она почтительно опустила глаза. Фиона почувствовала, что краснеет. – Я сказала Моне и твоему агенту, что, возможно, это обогатит образ. Моне понравилась эта идея. Ты даже могла бы рассказывать об этом в интервью.

– Я не говорю об ОКР в интервью! – Сердце Фионы застучало где-то в горле.

Камилла захлопала ресницами.

– Я сделала что-то не так? Это не то, чего ты хотела?

Фиона захлопнула папку со сценарием. Она не знала, что сказать… но вдруг поймала себя на мысли, что, возможно, ее не обманули инстинкты в отношении Камиллы. Уж очень ловкий трюк провернула эта девушка. Как будто Скарлет руководила ею из могилы. Ха-ха, сучка, если ты собираешься играть Кейт, я сделаю эту роль нелестной для тебя. Если вдуматься, это было похоже и на месть Ланы.

– Э-э, мне бы хотелось побыть одной, чтобы все это переварить, – дрожащим голосом попросила она Камиллу.

– О! Конечно! Я буду в соседней комнате, хорошо?

Фиона открыла было рот, чтобы возразить, но тут же его закрыла. Она бы предпочла, чтобы Камилла ушла… и в то же время не хотела расстраивать девушку.

– Хорошо, – прохрипела она. – Спасибо.

Камилла мило улыбнулась и забрала папку и поднос с кофе. Но, когда уже поворачивалась, чтобы уйти, слегка наклонила голову, и на ее лице промелькнуло какое-то новое выражение. Совсем не милое. Скорее, победоносное. Удовлетворенное. Мстительное.

Джасмин

На следующий день Джасмин припарковалась в подземном гараже «Дав» и надела шляпу и неизменные солнцезащитные очки. Выйдя из лифта в атриуме, она заметила пару папарацци. Они постоянно следили за ней с тех пор, как умерла Скарлет, словно догадывались, что Джасмин каким-то таинственным образом связана с последними часами Скарлет Ли.

Когда они отвернулись от нее, она побежала к своей квартире и почувствовала себя в безопасности только после того, как заперла дверь на два замка. Она рухнула на диван, подхватив на руки собаку.

Ее раздирали противоречивые чувства. Прошла неделя, а она все еще не оправилась от потрясения, которое испытала, когда Скарлет оказалась девушкой в маске. Она мучительно пыталась понять, почему Скарлет подошла к ней на афтерпати, открылась… а потом так внезапно ушла с Кори, даже не попрощавшись. Скарлет как будто запаниковала, стоило Кори заикнуться о ее матери.

И все, что Скарлет говорила ей – про меня думают одно, но я другая; я как будто за занавесом; я живу во лжи, – крутилось в голове Джасмин на автоповторе. Странно, что Скарлет наконец хватило смелости признаться в своих чувствах, а через несколько часов ее не стало. Неужели эти два обстоятельства связаны? Может быть, кто-то подслушал их разговор? И не одобрял путь, который хотела выбрать Скарлет?

И потом… признание беременности. Это вообще казалось бессмыслицей. До Джасмин еще не дошли эти слухи, когда Скарлет нашла ее, да и сама Скарлет ни словом не обмолвилась об этом.

И почему видеоблог Скарлет казался похожим на предсмертную записку? Джасмин приняла его близко к сердцу. Неужели перспектива влюбленности в женщину была настолько мрачной… или это не имеет никакого отношения к делу? Джасмин понятия не имела, что творилось на душе у Скарлет. Наверное, ее мучило множество проблем. И, может быть, по какой-то причине бал Благодарности стал той соломинкой, что сломала спину верблюду.

Запищал телефон, и на экране высветилось имя ее матери. Так переживаю, что ты одна в квартире, когда убийца на свободе, детка. И папа тоже волнуется. Кстати, он сейчас в реанимации. Просто некоторые проблемы с дыханием.

Джасмин ахнула.

– Хочешь, я приеду в больницу? – отстучала она.

Нет, с ним все будет в порядке. Я уверена, что у тебя полно работы. Руби здесь. Просто не забывай о нем, хорошо?

Мама добавила целую линию смайликов с поцелуями. Джасмин выронила телефон. Она надеялась, что у отца не возникнет новых проблем с дыханием из-за всей этой истории со Скарлет. До сих пор в Интернет не просочилась информация о том, что Джасмин допрашивали в полиции, и ее не упоминали в числе подозреваемых в убийстве Скарлет. Правда, насколько ей было известно, официально еще никого не назвали подозреваемым, что наводило на размышления: то ли копы совсем не компетентны, то ли они нашли важную улику, доказывающую, что Скарлет покончила с собой.

И все же оставаться одной в доме, где кто-то умер, было жутковато. Каждый скрип в ночи, каждый шаг в коридоре заставляли Джасмин съеживаться от страха. Она стала спать с включенным светом. По два-три раза проверяла сигнализацию.

А может, Руби сказала родителям, что Джасмин ее уволила, и это доконало отца. Интересно, что там наговорила Руби? И почему Руби до сих пор избегает ее? Скарлет Ли умерла в квартире по соседству с Джасмин, и Руби даже не потрудилась проверить, все ли в порядке с сестрой. Джасмин надеялась, что Руби хотя бы прокомментирует пост, который она разместила в ответ на скандал со Скарлет: прошлой ночью Джасмин опубликовала прямую трансляцию в Instagram на тему видеоблога и убийства Скарлет, рассказывая миру, что она убита горем о скорбит о кончине Скарлет. Она объяснила, что еще до того, как Скарлет записала видеоблог, у них состоялся серьезный и душевный разговор о том, как быть настоящими в социальных сетях, о том, что жизнь неизмеримо больше, чем просто Instagram. Она сказала, что они со Скарлет на самом деле были ближе друг к другу, чем это могло показаться в соцсетях, ведь они жили по соседству. Конечно, это была не вся правда, но и не ложь. Она была готова рассказать миру все… но, может быть, Скарлет не захотела бы, чтобы она делилась откровениями об их любовных отношениях. И Джасмин не собиралась эксплуатировать эту тему только ради того, чтобы успокоить свои чувства.

Джасмин устала ждать, когда Руби придет в себя. Она открыла новое сообщение. Привет, Ру. Хотелось бы поговорить. Надеюсь, с папой все в порядке. Пожалуйста, позвони мне.

Она нажала кнопку «Отправить». Оливковая ветвь доставлена, о чем в следующее мгновение сообщила маленькая иконка в углу. Джасмин не сомневалась, что даже в палате реанимации сестра наверняка приклеена к своему гаджету… но телефон молчал. Джасмин пристально смотрела на экран в надежде увидеть, как в текстовом окне всплывают пузырьки, показывая, что Руби пишет ответ… однако ничего не происходило.

Сердце заныло. На самом деле, Джасмин скучала по сестре. Она хотела услышать мнение Руби обо всем, что происходило – не как личной ассистентки, а просто как члена семьи и друга.

Когда через несколько секунд зазвонил телефон, сердце радостно подпрыгнуло – Руби одумалась! Но тут она заметила код Беверли-Хиллз. «Агентство WME» – обозначился абонент. Она закрыла глаза. У нее не было никакого настроения разговаривать со своим агентом.

– Алло? – неуверенно ответила она. Наверняка звонили по поводу истории со Скарлет. Всем хотелось посплетничать.

– Джас? Это Ким!

– Э-э, привет… – Джасмин беспокойно поежилась. Голос Ким звучал неожиданно бодро.

– Привет, девочка! Слушай, у меня для тебя новости.

Джасмин прикрыла глаза рукой.

– Мне очень жаль, Ким. Эта история со Скарлет… Lemonade в бешенстве, да? Они, наверное, рвут и мечут из-за того, что я оказалась в центре скандала?

– Подожди, ты о чем? – Ким зашуршала какими-то бумагами. – Нет, милая. Мне не поступало никаких звонков от Lemonade в связи со смертью Скарлет. Они видели, что ты со всем справилась.

– Тогда… в чем дело?

– Мне позвонил один продюсер, он интересуется тобой, – продолжила Ким. – Ему понравился твой образ на балу Благодарности. В духе Джасмин 2.0. Это Пит Конг, он связан с франшизами DC[53] и новая запущена в производство. Он хотел бы пригласить тебя на прослушивание.

– Меня? – Джасмин вскочила на ноги. Она всегда мечтала сняться в фильме о супергероях. – Н-но DC – это же не Lemonade. – И рядом не стояли.

– Знаю. Но я уже поговорила с Lemonade. Сработала моя магия. И они согласны. Они понимают, что тебе нужно расти, дорогая. Ты же не можешь вечно быть радугой и бабочкой Лулу Си.

Джасмин моргнула.

– А в чем подвох?

– Никакого подвоха, милая. У тебя остается контракт с Lemonade. И ты не нарушаешь ни одного пункта, поскольку речь идет совсем о другом жанре. Я все уладила – поверь мне! Так ты хочешь пойти на прослушивание или нет?

Через пять минут Джасмин, закончив разговор, растерянно улыбалась. Вот это сюрприз. Она чуть опять не схватила телефон, чтобы позвонить Руби… но вспомнила, что сестре все равно. По-прежнему. Подумать только: Lemonade разрешил ей пройти кастинг! Неужели худшая неделя ее жизни породила нечто настолько… вдохновляющее?

В голове эхом отозвались слова Ким. Тебе нужно расти. Тебе нужно меняться. Не сама ли Джасмин говорила на днях то же самое? И кому? Память подсказала, кому.

Скарлет. Как раз перед их поцелуем.

За окном свистел ветер. Джасмин выглянула через жалюзи в атриум. Она могла видеть то место у бассейна, где они со Скарлет разговаривали в последний раз. Она помнила мудрый взгляд Скарлет, когда Джасмин жаловалась, что чувствует себя загнанной в ловушку. Как Скарлет сказала: «Да, мы должны что-то с этим делать». И вот теперь все сдвинулось с мертвой точки.

Не могла же Скарлет отослать продюсеру ту фотографию? Или?..

Джасмин с трудом сглотнула. Ей бы очень хотелось знать, что думала о ней Скарлет перед смертью. Если бы только они смогли поговорить подольше!

Она снова выглянула в атриум. Обычно в этот предвечерний час, когда влажность спадала, и солнце уже не так палило, она любила постоять у себя на террасе или даже подняться в бассейн на крыше. Интересно, кто-нибудь был там сейчас, или все чувствовали себя так же, как и она… немного потерянными, слегка напуганными и не настроенными на веселье?

Вдруг она заметила крошечный желтый огонек в квартире Скарлет.

Сердце подпрыгнуло. Она подошла к окну вплотную. Если у апартаментов Скарлет была такая же планировка, как у Джасмин, то свет шел из спальни. Но Джасмин не замечала никакого света в квартире Скарлет с того самого дня. Может, криминалисты забыли погасить лампу? Или мама Скарлет приехала навести порядок?

Но вот перед окном промелькнул силуэт. Он напоминал человека с длинными конечностями, длинными волосами и угловатым лицом. Джасмин зажала рот ладонью. Нет. Возможно ли это?

Она схватила ключи со столика у двери, побежала по коридору и вниз по лестнице. Когда она подошла к двери Скарлет, ее трясло от страха, предвкушения, возбуждения и ужаса.

Она нажала кнопку звонка. Сердце стучало так сильно, что она едва расслышала звон колокольчика. Никто не ответил, и она позвонила снова. Выждав еще минуту, постучала.

– Скарлет? – прошептала она. – Скарлет, ты здесь?

Откуда-то сзади донесся тихий смешок. Она резко обернулась и успела заметить, как тень скользнула за угол. Наверное, кто-то из фанатов. Или папарацци. Или шпион, вероятно, наблюдающий за тем, как Джасмин Уолтерс-Диас гоняется за призраком, медленно теряя рассудок.

Далила

В среду Далила снова погрузилась в мир Instagram. Она опубликовала свой первый пост, с тех пор как все полетело в тартарары, и он получился безупречным.

Она сидела на кровати в простой темно-синей футболке и черных джинсах. Сначала она планировала снять видео в другом месте, чтобы это выглядело более профессионально, но Джасмин посоветовала сохранить атмосферу подлинности.

– Напомни зрителям о том, почему они влюбились в Лилу Ди. Ты – милая, непоказушная. Обычная девчонка. – Так что она устроилась на фоне стены, увешанной наклейками и плакатами модных групп. Она даже положила рядом с собой плюшевого кролика, Мармелада, с которым не расставалась с двухлетнего возраста.

Мигнул красный огонек, и она глубоко вздохнула, прежде чем начать. Они с Джасмин часами репетировали эту речь, но она все еще сомневалась в том, что сможет выдавить из себя хоть слово. Дыши. Она вдохнула. Выдохнула. Посмотрела прямо в объектив.

– Прежде всего, я хочу попросить прощения. У всех, кому причинила боль и кого огорчила. Это получилось непреднамеренно. – Она покосилась на Джасмин в углу, и та ободряюще подняла вверх большие пальцы. – Возможно, некоторым из вас трудно в это поверить, но, когда я впервые встретила Джека, я не знала, кто он такой. И да, я понимаю, это звучит как жалкая отговорка, потому что, серьезно… как же можно не узнать Джека долбаного Доно? Но я была новичком в этом мире, несведущим и глупым. Когда же мне стало известно, что он со Скарлет, я сразу покончила с этим. Я никогда не хотела быть разлучницей Джеклета, и уж конечно не хотела, чтобы все закончилось вот так. Скарлет… она этого не заслужила. И никто не заслуживает.

С этими словами она нажала на кнопку, и запись прекратилась.

Джасмин зааплодировала.

– Браво!

– Ты думаешь? – неуверенно спросила Далила. – Не слишком пафосно?

– Ты говорила очень искренне. Твои фанаты будут в восторге.

Далила осушила бутылку воды, внезапно почувствовав жажду.

– Если у меня еще остались фанаты. – За прошлую неделю она потеряла почти пятьдесят тысяч подписчиков. Ни один из тех спонсоров, что связывались с ней раньше и засыпали предложениями о сотрудничестве, больше не объявлялся. Она ничего не слышала от Керри с видеоканала Digi, с которой познакомилась на вечеринке Instagram Roll на роллердроме. Люди Патрика не присылали готовых фото со съемки… впрочем, Далила была настолько зла на ассистенток Патрика за то, что они слили информацию о Джеке, что все остальное уже не имело значения.

Но, что еще хуже, страх быть пойманной по-прежнему преследовал ее. Из головы не шло странное сообщение с угрозой: «Перестань копать», полученное после встречи с Джеком. Кто отправитель? Тот, кто видел, как она разговаривала с Джеком? Ревнивый фанат? Или тот, кто на самом деле… что-то знал?

– Количество подписчиков то растет, то падает, это обычное дело, – успокоила ее Джасмин. – И, конечно, сейчас у тебя спад, но нельзя опускать руки. К тому же, все знают, что я была в хороших отношениях со Скарлет, так что, если мы с тобой выступим единым фронтом, уверена, люди быстрее справятся с драмой Джеклета. Я тоже дам комментарии и поделюсь твоим видео, чтобы все знали, что мы вместе, что я с тобой.

Далила обняла ее.

– Спасибо. – Ей так повезло, что Джасмин, тяжело переживая свое горе, все равно пришла на помощь.

Позади них послышался шорох. Далила обернулась в тот момент, когда Ава и Фейт быстро нырнули обратно в коридор. Неужели сестра подслушивала?

– Ава! – крикнула Далила. – Это личный разговор! Пожалуйста, не заставляй меня повторять!

– Прости! – послышался тихий, робкий голос Авы.

Далила виновато улыбнулась Джасмин.

– Ава не может поверить, что ты здесь.

Джасмин кивнула, хотя заговорила не сразу, словно выжидая, пока Ава и Фейт действительно уйдут. Наконец она села на кровать рядом с Далилой и откашлялась.

– В общем, мне нужно поговорить с тобой кое о чем… довольно странном.

Далила внимательно посмотрела на подругу. Удивительно, но, несмотря ни на что, Джасмин выглядела, как всегда, безупречно. Она поддерживала свой бренд в соцсетях, что бы ни случилось – даже перед лицом трагедии шоу инфлюенсеров продолжалось.

Джасмин огляделась по сторонам.

– Что бы ты сказала, если бы я призналась, что сомневаюсь в смерти Скарлет?

Далила захлопала ресницами.

– Подожди, что?

– Вся эта история выглядит подозрительно, понимаешь? Как будто… кто-то управляет ею. Тебе не кажется?

– В смысле?

– Ну, разве не странно, что полиция больше не задает никаких вопросов? Я расспросила еще нескольких человек, и от них тоже отстали.

– Кажется, поняла… – Хотя, по правде говоря, Далила была счастлива, что ее не вызывали на допрос. Она слышала, что криминалисты больше не наведывались в квартиру Скарлет, а это значило, что они собрали все необходимые улики. И, должно быть, не обнаружили ДНК Далилы. Слава богу.

– Может, они считают это самоубийством? – предположила Далила. Ее угнетала мысль о том, что Скарлет покончила с собой, особенно если это как-то связано с ней и Джеком. Впрочем, это никак не объясняло, почему тот, кто притащил Далилу в комнату Скарлет, не донес на нее копам…

Джасмин потянула за нитку, выбившуюся из покрывала.

– Клянусь, я видела ее. Вчера.

– Что? – У Далилы отвисла челюсть. – Где?

– В ее квартире. Там был ее силуэт… в окне.

– Ты уверена?

– Нет. – Джасмин выглядела огорченной. – Я позвонила в дверь, и никто не ответил. Но это была она. В окне. Я видела своими глазами.

У Далилы закружилась голова.

– Стоп. Допустим. – Может быть, Скарлет и тот, кто уложил Далилу в постель, действовали заодно? Может быть, Скарлет инсценировала свою смерть? Поистине странная мысль.

– И еще, в последнее время в моей жизни происходят хорошие перемены – все, о чем мы говорили со Скарлет. Она, словно фея-крестная, заставляет мои мечты сбываться.

– Да, но, возможно, эти хорошие перемены происходят благодаря твоим стараниям, – возразила Далила. – Я имею в виду, можно ли так правдиво инсценировать свою смерть? Вокруг было полно народу. Кто-то же наверняка видел ее мертвой.

– Да? И кто же?

За окном проехала машина, и рев мотора прервал разговор. Далила не могла признаться, что проснулась рядом со Скарлет. Прошло слишком много времени, и, если теперь рассказать об этом Джасмин, возникнут подозрения. Да и в любом случае, не похоже, чтобы она хорошо разглядела Скарлет в постели тем утром. Она видела нежную руку, светлые волосы – и все. Возможно, это было вовсе не тело Скарлет.

Вот только миссис Ли выбежала на лестницу с криком, что ее дочь мертва. О чем это говорит?

Далила затеребила выбившуюся нитку.

– Возможно ли, что тебе просто хочется, чтобы это оказалось правдой, после всего, что произошло между вами?

Джасмин пожала плечами.

– Может быть. Я имею в виду, все эти машины «Скорой помощи», детективы… маловероятно, что Скарлет могла все это срежиссировать.

– Это было бы весьма впечатляющей постановкой, – согласилась Далила. – И зачем бы Скарлет понадобилось инсценировать собственную смерть?

– Ради внимания? – предположила Джасмин. – Славы?

Но они тупо посмотрели друг на друга, не уверенные, что эта теория имеет смысл.

– Как ты думаешь, кто отец ребенка? – Далила сменила тему. – Если только тебе не слишком тяжело говорить об этом.

Джасмин откинулась на спинку кровати.

– Честно говоря, меня очень смущает вся эта история с беременностью. Я не уловила никаких признаков беременности, когда мы были вместе. Все эти тусовки и развлечения, которые ей приписывают? Безусловно. Но чтобы забеременеть? Я просто не могу в это поверить.

– Может, у Кори есть идеи на этот счет? – осторожно спросила Далила, вспоминая слова Джека.

Джасмин скорчила гримасу.

– От этого парня у меня мурашки по коже. Ты бы видела его лицо, когда он прервал нашу встречу со Скарлет на диване. Он выглядел так, словно был готов убить.

– Так, может, Кори это и сделал? – А вдруг Кори и вправду не желал Скарлет добра? Далила изучила его сторис с бала Благодарности – он долго торчал на афтерпати. И выложил кучу постов. Хотя, когда она снова посмотрела на Джасмин, ее подруга как будто насторожилась. – Я имею в виду, если Скарлет мертва. И я не говорю, что это так.

У Джасмин зазвонил телефон. Она застонала.

– Это мой агент. Я должна ехать к ней в офис, чтобы встретиться с человеком, который хочет поговорить со мной о роли в кино.

– Так это же здорово! – воскликнула Далила.

– Только время сейчас неподходящее. – Джасмин поднялась, собираясь уходить, но обеспокоенно посмотрела на Далилу. – Я так поняла, ты собираешься поговорить с Кори?

– Возможно. – Далила отвела взгляд. – Есть идеи, где он может быть?

Джасмин на мгновение задумалась.

– Я, кажется, припоминаю, что Кори увлекся танцами. – Она постучала по экрану телефона и, конечно же, нашла пост, в котором Кори позирует в танцевальной студии в западном районе города. Собираюсь в класс хип-хопа! # Потеть! – Вот в чем прелесть Интернета, – бесстрастно сказала она. – Люди не теряются надолго. Но, Далила? – Она придвинулась ближе. – Пожалуйста, будь осторожна.

Далила кивнула, ощущая тяжесть угрозы, исходившей от недавно полученного сообщения. Она разделяла опасения Джасмин.

* * *

Водитель Джасмин согласился подвезти Далилу в Западный Голливуд, хотя, когда они подъехали к танцевальной студии, Далила огляделась по сторонам, уверенная, что ошиблась адресом. Над дверью красовалась вывеска «Раз-два-три, танцуем!», а окна пестрели фотографиями маленьких детей в трико. Она ожидала увидеть студию, подобную «Миллениум Дэнс Центр», где занималась Джасмин – там занятия вели настоящие звезды танца. А эта забегаловка больше напоминала танцевальный кружок под эгидой YMCA[54] неподалеку от дома Далилы в Миннеаполисе.

Далила все равно зашла внутрь. Ее встретила галдящая толпа четырехлеток с тугими пучками и в розовых пачках или с мальчишескими стрижками и в серых спортивных костюмах. Все болтали, и у Далилы сразу же разболелась голова. Родители суетились вокруг, стаскивая балетки, передавая бутылки с водой, выпроваживая детей на улицу. Далила пробралась сквозь этот хаос к стойке администратора, но там никого не оказалось. Она обратила внимание на расписание занятий на ламинированном листе бумаги. Классы были разбиты на группы чечетки, балета и джаза. Никакого хип-хопа, заявленного Кори.

И тут она заметила высокую фигуру, выходящую из студии. Кори, в черном коротком трико и весь в поту, разговаривал с мальчиком лет шести, и тот закатывал глаза. Зрелище было настолько ошеломляющим и нелепым – кто бы мог представить Кори с детьми? – что Далила расхохоталась.

Кори поднял взгляд и заметил ее. Он извинился перед малышом и бросился к ней, сердито сдвинув брови.

– Чего тебе? – рявкнул он.

– Что это за место? – спросила Далила, озираясь.

Кори надменно вздернул подбородок.

– Разве не видно? Танцевальная студия.

– Ты что… преподаешь?

Кори стиснул зубы. Далила снова посмотрела на его мокрые от пота спину и лоб.

– Ты здесь занимаешься? – догадалась она.

Кори заиграл желваками.

– Послушай, это Лос-Анджелес, – проворчал он себе под нос. – Тут без танцев – никуда. Мне следовало заняться этим еще в юности, но я этого не сделал, и теперь вынужден начинать с самого начала.

– Но разве у них нет классов для взрослых? Моя мама увлеклась балетом лет в двадцать с чем-то, и ей не пришлось заниматься с кучей детей!

– Все классы для взрослых были заполнены, – отрезал Кори. – А если честно? Мне нравятся дети. Они никого не судят.

– Ты объявляешь своим фанатам, что идешь на хип-хоп в обычную студию, потому что не хочешь, чтобы тебя осуждали, – догадалась Далила. Кори бросил на нее быстрый взгляд. – Что ж, удачи тебе, – добавила она, отчасти симпатизируя Кори. Пока не вспомнила, что должна подозревать его.

Кори подбоченился.

– Странно, что ты сейчас не с Джеком. Не грешишь или что-то в этом роде. – Он скорчил гримасу.

Далила облизнула губы.

– Мы с Джеком не вместе. Я чувствую себя ужасно от того, что эта новость вышла наружу.

– А я чувствую себя ужасно от того, что ты вообще осмелилась на такое, – бросил Кори. – На самом деле, зря ты сюда пришла. Скарлет была моим лучшим другом. Я словно потерянный без нее. И ты – как соль на рану.

Далила сложила руки на груди. Кори переигрывает в мелодраме… или искренен?

– Во-первых, я ничего не сделала Скарлет, – возразила она. – И я пришла, чтобы задать тебе несколько вопросов. Насчет Скарлет. – Сердце колотилось. Ей было страшно стоять так близко к Кори… особенно если это он затащил ее в постель к Скарлет.

Кори холодно посмотрел на нее.

– Что за вопросы?

Далила с трудом сглотнула. Пожалуй, следовало начать издалека. Она не могла вот так запросто обрушиться на него с обвинениями.

– Как ты на самом деле отнесся к тому, что Скарлет беременна?

Казалось, его расстроил этот вопрос.

– У меня не было времени, чтобы все это переварить. Я узнал о беременности только после того видеоблога, где она рассказала об этом всему миру. – Потом он поправился. – Вернее, когда тот, кто ее клонировал, рассказал всему миру.

– Ты уверен? Ты кажешься проницательным. И ты был со Скарлет в ее влогах, когда у нее проявлялись симптомы. Ты никогда не говорил с ней об этом – без камеры?

У Кори дернулось веко.

– А какое это имеет значение?

– Ну, потому что тогда у тебя было бы время переварить эту новость. Я имею в виду, вы ведь со Скарлет не вылезали со светских тусовок, верно? Этому пришел бы конец. И к тому же для тебя – как стилиста – Скарлет – кусок хлеба с маслом. Если бы она забеременела – и покинула ряды инфлюенсеров, – что бы тогда стало с тобой? У тебя есть другие клиенты?

Кори прислонился к бетонной стене. Все дети разошлись, и студия опустела и погрузилась в темноту.

– Скарлет никогда бы не перестала быть инфлюенсером. Ее мать не допустила бы этого. И потом, ты слишком высокого мнения о Скарлет. Я же не прикован к ней цепями. Я работаю и с другими людьми.

– Ладно, ладно. – Далила подняла ладони в знак извинения. Ей следовало бы догадаться, что Кори обидится. – Но ты можешь хотя бы признать, что заподозрил неладное еще до того, как она рассказала о беременности Джеку? Я имею в виду, если вспомнить ее влоги, все кажется довольно очевидным.

Кори сжал губы в тонкую линию.

– Допустим. Я мог сказать ей кое-что. Прежде всего, что это ужасная идея.

– И что она ответила?

– Она меня послала. Сказала, что у нее все под контролем. Что было ложью.

– У тебя есть какие-нибудь предположения, кто мог быть отцом?

– Не-а, – отрезал Кори, но что-то подсказывало Далиле, что он не врет.

– Что ты подумал о том видеоблоге с Джеком? – спросила она.

– Хм, что это полный бред, – объяснил Кори. – Скарлет волновалась, что ее клонируют, еще до появления этого видео. Понятия не имею, зачем она вообще снимала влог той ночью, учитывая все обстоятельства. Я бы запер свой телефон в пуленепробиваемом ящике, если бы опасался, что меня кто-то подслушивает.

– Да, только Скарлет никогда не заперла бы свой телефон, – сказала Далила. – Значит, после того первого видеоблога, где она признается в беременности, ты говорил с ней об этом?

– Да, конечно. Я нашел ее на балу. И сказал, типа, девочка, ты только что разрушила свою карьеру. Но она снова отшила меня. Просто ушла. – Кори махнул рукой. – Сказала, что у нее какие-то дела.

– А что потом?

– А потом я ушел. Поспешил убраться из этого ада. Честно? Я ненавижу такие пафосные мероприятия.

Далила прищурилась.

– Судя по твоим сторис в Instagram, ты был на афтерпати до самого конца. На них отмечено время.

По лицу Кори медленно расплылась улыбка.

– Ты думаешь, я что-то с ней сделал?

Сердце Далилы забилось чуть быстрее.

– Я просто…

Кори просиял.

– О боже! Ты просто прелестная маленькая Нэнси Дрю[55]. – Он достал свой телефон из холщовой спортивной сумки и постучал по экрану. – Ты не знаешь, что можно ставить таймер на посты? Я нащелкал кучу фотографий на балу – и на афтерпати, за те десять минут, что был там, – а потом просто выкладывал их примерно каждые полчаса, чтобы все выглядело так, будто я неотлучно находился рядом со Скарлет, бла-бла-бла. – Он закатил глаза. – Меня там не было, и я не мог отравить Скарлет. Извини.

Далила изучала его лицо. Он казался уверенным. Даже спокойным. Но она все еще не доверяла ему.

– Докажи это. – А потом, собрав все свое мужество, она показала ему скриншот. Его оскорбительные твиты в адрес Скарлет, которые успела загрузить. – Или я отнесу это в полицию.

Выражение лица Кори почти не изменилось.

– Да, у нас со Скар были отношения любви-ненависти. У многих друзей такое бывает.

– Полиция может истолковать это иначе.

Кори прикусил губу и, наконец, вздохнул.

– Ты здесь не единственная, у кого есть тайный роман, ясно? Вот и у меня было то же самое.

Далила нахмурилась.

– Но… разве у тебя нет бойфренда? Купер, верно?

Брови Кори чуть приподнялись.

– Ты у нас, кажется, изучаешь влоги Скарлет? Да, Купер – мой бойфренд, и, чисто технически, именно поэтому другой мой роман – тайный. – Он упер руки в бока. – Купер заболел в последнюю минуту и не смог быть моим кавалером на балу Благодарности. Поэтому я провел время с другим парнем на стороне. Но я не хотел, чтобы Купер что-то заподозрил – и, вуаля, очень пригодился таймер для постов. Если ты посмотришь внимательно, на тех фотографиях я где только не мелькаю. Я нащелкал их сразу после прохода через гардероб.

Далила прищурилась.

– Но почему бы тебе просто не порвать с Купером, вместо того чтобы громоздить все это?

– Думаешь, это так легко? К тому же, как и танцы с первоклашками, тот парень не совсем… мой стиль. – Он пробормотал что-то еще, но Далила не расслышала.

– Что-что? – переспросила она, наклоняясь вперед.

– Я сказал, что он еще учится в школе. – На шее Кори вспыхнуло красное пятно. Он провел пальцем по экрану телефона. – Тебе нужны доказательства? – Он повернул к ней экран: на снимке крупным планом были изображены Кори и симпатичный юный парнишка. – Вот твоя отметка времени. Я сделал это фото в десять ноль три вечера. Там еще десятки таких же снимков, растянутых до конца ночи. Но я буду признателен, если ты никому об этом не скажешь.

Мигнула лампа дневного света. Далила изучала пристальный взгляд Кори, пот на его лбу, напряженные плечи. До нее вдруг дошло, что он ничего не добавил к своей просьбе. Не сказал, что если Далила проболтается, он расскажет всем, что она проснулась в постели Скарлет.

Возможно, он не знал. Возможно, его там и не было.

– Ладно, – тихо произнесла она. – Тогда… как ты думаешь, кто ее убил?

Кори внимательно посмотрел на нее, прежде чем ответить.

– Может, тебе стоит остановиться на том, что уже известно?

– Почему? – Его голос вызвал у нее тревогу.

– Вся жизнь Скарлет… Некоторые вещи совсем не такие, как тебе представляется.

Далилу пронзил холодок.

– Что ты имеешь в виду? – Неужели Скарлет жива?

– Мы играем свои роли в ее видеоблоге, но в реальной жизни мы совсем не такие. За исключением меня. – Он осторожно посмотрел на нее. – Я всегда пытался защитить ее. Конечно, мы ссорились, ругались, но я заботился о ней.

– А кто-то другой… разве нет?

Кори не ответил. Далила мысленно перебрала все возможные варианты.

– Кто? Ее агент? Догситтер? Ее мама? – На последнем слове что-то дрогнуло в лице Кори. – Ее мама? – повторила Далила. Она вспомнила, как утром мать Скарлет проскользнула в квартиру сразу после того, как ушла Далила. Возможно ли, что ее крики о смерти дочери – постановочные? Возможно, она уже знала, что Скарлет жива-здорова.

– Но миссис Ли кажется такой заботливой, – тихо сказала Далила.

Кори фыркнул.

– Да, но слишком много хорошего может быть ядом.

– Что это значит? – Когда Кори не ответил, она подошла ближе. – Пожалуйста. Не бросайся такими словами, оставляя их без объяснений.

Кори ссутулился.

– Хорошо, Нэнси. Я не собирался никому показывать, потому что не знаю, что с этим делать, но…

Он вытащил что-то еще из памяти своего телефона. Включилось видео – расплывчатая запись как будто подсмотренной из-за угла сцены в гостиной, где ссорятся две женщины. Далила узнала Скарлет и миссис Ли. На Скарлет – красивое серебристое платье, в котором она пришла на бал Благодарности. Мать Скарлет – в облегающем черном платье.

– Ты никогда не поддерживала меня! – кричала Скарлет с таким надрывом, что вздулись вены на шее. – Ты всегда была токсичной. Безжалостной. Ты делаешь подлости за моей спиной. А потом заставляешь меня разгребать дерьмо, к которому я не имею никакого отношения.

– Держи себя в руках! – взвизгнула миссис Ли. – Ты ведешь себя как психопатка!

– Это я-то психопатка? – Глаза Скарлет вспыхнули. – Тебе всю жизнь было плевать на меня – ты думала только о себе.

– Да как ты смеешь! – прошипела миссис Ли. Она попыталась схватить Скарлет за руку, но та вовремя отпрянула. – Вернись сейчас же! – взревела она.

– Уходи, – бросила Скарлет через плечо. – Я больше не хочу тебя видеть, никогда.

– Надеюсь, ты это не всерьез, – предупредила миссис Ли, и ее голос прозвучал напряженно.

– Всерьез. – Скарлет протянула руку. – Дай мне свой ключ.

Камера увеличила изображение. В следующее мгновение миссис Ли отдала ей ключ.

Кори поднял взгляд, и они встретились глазами.

– Вау, – прошептала Далила. – Это реальная съемка?

– Думаю, да. Тут стоит время: ночь афтерпати.

– Откуда у тебя это?

– Кто-то прислал мне. Ума не приложу, кто бы это мог быть.

Далила попыталась собраться с мыслями. Мог это быть тот же, кто отправил копам видео с Фионой? Или тот, кто прислал Далиле зловещее сообщение с угрозой? А, может, есть еще кто-то?

– Ты собираешься показать это полиции? – спросила она.

Кори опасливо улыбнулся.

– Ты, должно быть, не знаешь миссис Ли. С этой женщиной лучше не связываться. Если ей станет известно, что это я ее сдал, она достанет меня даже из тюрьмы.

В памяти Далилы всплыло отрывочное воспоминание: такой же расплывчатый образ того, кто провожал ее и укладывал на кровать Скарлет – и, возможно, это был не парень. Кажется, у того человека были женственные, красивые брови. И голос звучал выше, нежнее. И, опять же, этот блеск золота…

Далила снова посмотрела на последний стоп-кадр видео. Она отчетливо разглядела изящное колье из белого золота на шее Джины, мерцающее в ярком свете лампы в гостиной Скарлет.

Может, ей запомнилась не серьга Кори, а ожерелье миссис Ли?

Далила в ужасе уставилась на Кори.

– Ты думаешь, мать убила Скарлет?

Кори надвинул капюшон ниже.

– Не знаю, – тихо ответил он. – Но, если ты собираешься побеседовать с ней, я пойду с тобой.

Фиона

– Это что-то! – Мама Фионы оглядела гримерку дочери. Начинались съемки «Лайкни меня», и новенький трейлер благоухал розами. На столике стояла корзина с фруктами и открыткой «Счастливого первого дня!». Интерьер трейлера поражал воображение: мраморные столешницы, душевая кабина, ванная, симпатичный кожаный диван. Это была лучшая гримерная в актерской иерархии – явный признак того, что продюсеры из кожи вон лезли, чтобы вернуть Фиону в проект. Фиона значилась в верхней части списка вызовов на дневную съемку, что могло показаться случайностью, но, очевидно, имело великий смысл. Актеры рассматривали свое положение в вызывном листе как показатель того, насколько они важны для продюсеров. Имя Фионы стояло даже выше Джулии Робинс, крутившейся в актерском бизнесе с давних пор.

– Все в порядке? – спросила доктор Джейкобс, поворачиваясь к дочери. – Хочешь пройтись по тексту?

Фиона усмехнулась.

– Ты никогда раньше не репетировала со мной, мама.

Лицо матери погрустнело.

– Если ты так уверена в себе… Просто ты как будто нервничаешь…

Фиона уставилась на ярко-розовый маникюр, который сделала вчера для своего первого дня на съемочной площадке – костюмер просила ее привести ногти в порядок, чтобы соответствовать деятельной, перфекционистской личности Кейт. Фиона нервничала вовсе не из-за роли, которую предстояло играть. Для нее было бы облегчением сбежать от самой себя. Нет, ее тревожило ощущение какого-то подвоха. Она и сама не могла бы объяснить, откуда взялось это жутковатое предчувствие. Или ей просто казалось, будто кто-то наблюдает за ней. Причем, не из лучших побуждений.

Раздался стук в дверь, и Фиона выпрямилась. Камилла заглянула в трейлер.

– Привет! – Она просияла, увидев Фиону. – Как ты?

– Прекрасно, – пробормотала Фиона. Она не хотела, чтобы Камилла была здесь, но из суеверия боялась, что, если отошлет Камиллу, та расстроится, и… что?

Но, возможно, ее страхи граничили с безумием. Камилла просто выполняла свою работу, пусть даже и с излишним подобострастием.

– Что такое? – пробормотала Фиона.

– Я привела гостя, – сказала Камилла, проскальзывая внутрь. К удивлению Фионы, следом за ней зашел Чейз.

– О боже! – Фиона вскочила с дивана. – П-привет!

Чейз криво улыбнулся Фионе. Доктор Джейкобс откашлялась.

– Мне нужно ответить на письмо, – громко сказала она и, извинившись, поспешила выйти. К облегчению Фионы, Камилла тоже исчезла.

Как только они остались одни, Фиона приблизилась к Чейзу.

– Спасибо, что пришел, – медленно произнесла она. Ей хотелось сказать, что она скучала по нему, но внезапно застеснялась.

– Да. – Чейз выглядел пришибленным. – Я должен был увидеть твой грандиозный дебют. Хотя… мне очень жаль… приехала моя сестра с детьми, и мама заставила меня пойти с ними в Диснейленд сегодня днем. – Его голос звучал виновато. – Ты не сердишься?

– Конечно, нет. Я просто рада, что ты вообще пришел. – У Фионы запершило в горле. Она бы разрыдалась, если бы не думала о том, что лицо опухнет. – Чейз, – начала она. – Прости меня, я действительно вела себя ужасно.

– Нет, это ты меня прости, – сказал Чейз. – Мне не следовало так злиться на тебя. Я должен был поддерживать тебя во всей этой истории со Скарлет. Я знаю, ты не имеешь никакого отношения к тому, что с ней произошло. Я не должен был сомневаться в тебе.

– Все в порядке, – выдохнула Фиона. – Все в порядке. Я сама навлекла на себя подозрения.

– Ты просто занималась своими обычными делами в соцсетях. Я все понимаю.

Он притянул ее к себе и заключил в восхитительные объятия. Фиона соскучилась по его чистому, здоровому запаху, его крепким рукам, обнимающим ее всю целиком, отчего она испытывала умиротворение.

– Но теперь все твои переживания позади? – спросила она, уткнувшись ему в шею. Ей пришлось тщательно подбирать слова. Она помнила, как Чейз смотрел на нее на поминальном банкете – как будто видел в ней самое большое зло. И за всю неделю ни разу не связался с ней. К ее беспокойству о том, что Скарлет перед смертью каким-то образом связалась с Камиллой, прибавлялся страх того, что Скарлет рассказала обо всем и Чейзу. Это могло бы объяснить, почему он держался от нее подальше.

Чейз отстранился и глубоко вздохнул.

– Вообще-то, раз уж ты упомянула об этом, – начал он, и в его голосе зазвучали мрачные нотки. – Мне нужно кое-что…

Дверь распахнулась, и в трейлер просунулась голова ассистентки.

– Фиона? Мы ждем тебя для прически и макияжа. – Она прижала руку к груди. – У нас плотный график, так что ты нужна мне прямо сейчас, если не возражаешь.

Фиона вернулась взглядом к Чейзу.

– Раз уж я упомянула… о чем? Что ты хотел сказать, малыш?

Чейз потер лоб, чувствуя себя неловко.

– Давай поговорим об этом позже. – Он поцеловал ее в щеку. – Увидимся там!

Фиона на подгибающихся ногах побрела к трейлеру гримерки. Три шага, четыре, пять. Может, и хорошо, что Кейт теперь страдала синдромом ОКР, потому что Фиона чувствовала, как ее терзают навязчивые идеи. Что имел в виду Чейз? Почему он сразу не сказал все, что хотел сказать?

Стилист уложила ей волосы крупными мягкими волнами, хотя Фиона так сильно дрожала, что чуть не обожглась об утюжок. Визажист попросила ее не моргать так часто, иначе невозможно приклеить накладные ресницы. Когда Фиону загримировали, она прошла в павильон звукозаписи, отыскала тихий темный уголок и снова и снова мысленно репетировала свои реплики. Чейз ведь не сказал, что позже они поговорят об убийстве Ланы, верно? Он не мог знать.

– Фиона?

Камилла стояла рядом, послушная, как золотистый ретривер.

– Принести тебе что-нибудь из бара? Ты выглядишь бледной.

– Э-э… – Фиона облизнула губы. – Может быть, воды?

Камилла убежала. Фиона рухнула в режиссерское кресло и уставилась на пустые экраны телевизоров, где вскоре появятся картинки, и продюсеры, режиссеры и сценаристы будут наблюдать за процессом съемок. Она чувствовала себя рассеянной и нервной, но постепенно она поняла, насколько это глупо. Чейз ничего не знал. Скарлет не доставала ее из могилы. Нужно просто изменить свое отношение к происходящему.

Она спрыгнула с кресла. Отныне она – Кейт, а не Фиона. Ее проблемы – это не проблемы Кейт.

И это сработало – как заклинание. Когда Фиона вжилась в роль Кейт, внутренняя дрожь исчезла, и огонь в груди погас. Она с ветерком пронеслась через свою первую сцену, с блеском отыгрывая шутки. Она подчеркивала свои нервные тики и одержимость в манере, одновременно забавной и сострадательной, опираясь на собственный опыт, что придавало им подлинности. Она услышала одобрительные смешки режиссера, когда он крикнул «Снято!» и показал ей поднятые вверх большие пальцы, что означало высшую похвалу. Она нашла общий язык с Энди, актером, с которым в последние дни провела несколько репетиций, наполненных химией чувств, и напряженные диалоги на протяжении всей сцены, длившейся больше часа, занимали ее мозг.

К концу первой сцены она полностью расслабилась. Казалось, она одержала огромную победу, преодолев такую сильную панику. Она заметила, что родители и Чейз наблюдают за ней, и посигналила им большим пальцем вверх. Они просияли в ответ. Но, взглянув на Камиллу, она увидела, что ее ассистентка даже не обращала внимания на съемку. Она стояла, уткнувшись в свой телефон, нахмурив брови.

Фиона записала еще несколько сцен. Некоторые из ее гэгов были настолько зажигательными и веселыми, что пришлось остановить камеру, потому что все зашлись от хохота. Пока оператор регулировал свет, Фиона отошла в сторонку и выложила в Instagram несколько видео-сторис, робко признаваясь, что ее первый день на съемочной площадке проходит потрясающе. Марго Лабуш, ветеран комедии, которая играла маму Кейт, прошла мимо и сжала ее руку.

– Ты прирожденная актриса, милая. Я так рада, что ты передумала и вернулась к нам. Та другая претендентка на роль Кейт? Упокой Господь ее душу, но играла она ужасно.

Спустя несколько восхитительных часов съемки режиссер объявил перерыв на обед. Фиона даже расстроилась – так не хотелось возвращаться в трейлер. Она бы предпочла навсегда остаться на этой фантастической съемочной площадке, проживая жизнь Кейт. Но другие актеры быстро собрали вещи и поспешили с площадки, так что Фиона неохотно последовала за ними. Она обшарила глазами полутемное пространство павильона в поисках своих родителей и Чейза, но их уже след простыл. Чейз, наверное, умчался в Диснейленд. А маме, видимо, пришлось вернуться на работу.

Солнце опалило ее, когда она вышла на улицу. Фиона вспомнила про «золотой час», самое лестное естественное освещение. Удача! Она выхватила телефон и начала щелкать камерой. Сделав три фотографии, она осталась довольна результатом. Лучшей из них оказалась первая. Фионе даже не пришлось открывать приложение Facetune; она просто добавила свой фильтр и опубликовала снимок с подписью: «Не знаю, то ли это магия освещения, то ли восторг от первого дня на съемочной площадке, но я могла бы привыкнуть к этому ослепительному сиянию».

Она зашагала к своему трейлеру, стараясь сохранять бодрый настрой. Она обрадовалась, что в трейлере никого нет – ей хотелось побыть одной, переварить впечатления. На маленьком столике ее ждала бутылка свежевыжатого сока, и она открутила крышку, плюхнулась на диван и закрыла глаза. Она не могла не признать: ей очень нравилось актерствовать. Она была создана для этого.

Жжж.

Она оглядела комнату. Жужжал не ее телефон – она поставила его на режим «без звука», когда началась съемка.

Жжж.

Она поднялась с дивана. В углу стоял шкафчик, где висели кое-какие вещи из гардероба Кейт – накрахмаленные рубашки, строгие юбки, отутюженные блейзеры – все, что соответствовало характеру ее героини. Слева лежала знакомая сумка-почтальонка – сумка Камиллы. Жужжание доносилось оттуда.

Фиона расстегнула липучку. Я просто отключу его, подумала она. Ей было совершенно неинтересно копаться в телефоне Камиллы. Но, когда на заблокированном экране высветилось имя отправителя сообщения, кровь застыла у нее в жилах.

Скарлет: Как продвигаются дела с Фионой?

Телефон выскользнул из пальцев. Когда через несколько секунд Фиона пришла в себя, она обнаружила, что лежит на полу и тяжело дышит. Она дотянулась до своей трубки. Джасмин. Джасмин сообразит, что делать.

Фиона быстро набрала текст. Моя новая помощница только что получила сообщение от Скарлет Ли. Что, черт возьми, происходит?

Она едва успела отослать сообщение, как у нее за спиной раздался кашель. Фиона резко обернулась. Камилла стояла над ней с озабоченным выражением лица.

– Фиона? – Камилла положила руку ей на плечо. – Ты в порядке?

Фиона отползла в сторону.

– Не прикасайся ко мне.

Камилла широко распахнула глаза. Ее взгляд метнулся к телефону на полу. Она поспешно протянула руку и схватила его. Потом подняла голову и долго смотрела на Фиону.

– Ты ее знаешь, – дрожащим шепотом пролепетала Фиона. – Это она послала тебя сюда? Вы с ней заодно?

Камилла зажмурилась.

– Ты о ком?

– Не прикидывайся дурочкой! – крикнула Фиона. – Она тебе пишет! Она все еще жива? Это она послала тебя сюда? Она рассказала тебе о Лане?

– Какая еще Лана? – произнес голос.

В дверях стояла мать Фионы. Чейз выглядывал у нее из-за спины. Доктор Джейкобс перевела взгляд с Фионы на Камиллу.

– Что здесь происходит?

Камилла снова повернулась к Фионе.

– При чем тут Лана?

Фиона облизнула губы. Это было просто нелепо. Камилла уже знала. Она прикидывалась дурочкой, потому что рядом были Чейз и мама. Скарлет рассказала ей. Скарлет, возможно, жива.

– При чем тут моя сестра? – повторила Камилла. – Ты имеешь в виду то, что с ней случилось?

– Нет! – вскрикнула Фиона. Сработал рефлекс. – Я имею в виду… я ничего не знаю. Клянусь.

Камилла заморгала. Осознание медленно проступало в ее глазах.

– Ты знаешь. О боже. У тебя все на лице написано. Скажи мне.

– Нет! – взвизгнула Фиона.

– Фиона? – Доктор Джейкобс сделала осторожный шаг вперед. – О чем она говорит?

Ты должна спасти положение! – вопил мозг Фионы. – Надо вернуть джинна в бутылку.

– Она послала тебя, – прорычала она, обращаясь к Камилле. – Ты собираешься убить меня? Это твоя цель?

– Фиона! – крикнула ее мать. – Милая, прекрати!

Камилла в отчаянии повернулась к доктору Джейкобс.

– Я не понимаю, о чем она говорит!

– Все ты понимаешь! – не унималась Фиона. – Что бы ты ни планировала, тебе нужно остановиться!

Внезапно в трейлере появились и другие люди: Мона, актеры, режиссер, ассистентки. Все заговорили одновременно. И тут Фиона осознала, что она тоже говорит. Внутри словно прорвало плотину.

– Она пытается убить меня! – повторяла она снова и снова, тыча пальцем в Камиллу.

– Мисс, – проревел у нее в ухе громовой голос. Взгляд Фионы скользнул вправо. Один из охранников, дежуривших у павильона, схватил ее за руку и потащил к ступенькам трейлера. – Если вы не успокоитесь, нам придется убрать вас с территории.

– Может, ей стоит показаться врачу? – добавила Мона с тревогой в голосе.

– Никаких врачей! – Фиона не могла обратиться к врачу. Врач непременно спросит, что произошло. И заставит ее рассказать правду. А что потом? Ее арестуют. Она проведет всю жизнь в тюрьме.

Она попятилась назад – прочь, прочь, прочь. Выйдя из трейлера, миновав охранника, она заметила шеренгу зевак, наблюдавших за происходящим. Это были гости, приехавшие на экскурсию по студии. Камеры телефонов в их поднятых руках целились ей в лицо.

Вот какой меня запомнят, промелькнуло в сознании. Но ей уже было все равно. Хотелось просто выбраться оттуда. И тогда она повернулась… и побежала.

Джасмин

– Возьми трубку, возьми трубку, возьми трубку, – бормотала Джасмин, снова и снова набирая номер Фионы. Ее подруга по-прежнему не отвечала. Джасмин вернулась к текстовому окошку и опять уставилась на шокирующее сообщение, которое прислала Фиона: Моя новая помощница только что получила сообщение от Скарлет Ли.

От Скарлет.

ОТ СКАРЛЕТ.

Джасмин мерила шагами офис Nike, где встречалась с главой дизайнерской группы, чтобы пересмотреть «радужную» линию. Что, если Фиона в опасности? Что, если ей нужна помощь Джасмин? Она проверила сторис Фионы в Instagram. Судя по всему, Фиона была на съемочной площадке, в свой первый день на проекте «Лайкни меня». Минут сорок пять назад она опубликовала апдейт, сообщив, что все складывается замечательно. Так что же произошло?

И возможно ли, что Скарлет жива?

Наполнивший ее восторг сменился некоторым замешательством – а что бы это значило? И где сейчас Скарлет? Джасмин безостановочно, как одержимая, вглядывалась в окна Скарлет из своего пентхауса. Она даже установила одну из домашних камер наблюдения на том месте, откуда заметила силуэт Скарлет, чтобы ничего не пропустить за время своего отсутствия. Но до сих пор она больше ничего не увидела.

И еще: Скарлет хотела навредить Фионе? Но почему?

В руке у нее зажужжал телефон.

– Фиона! – воскликнула Джасмин. – Что происходит?

Фиона тяжело дышала.

– Я… я не знаю, Джас. В телефоне моей помощницы было сообщение… от Скарлет. Как такое может быть? Она что же, жива?

Джасмин с трудом сглотнула.

– Я… кажется, я видела ее.

– О боже! – Голос Фионы дрогнул. – О боже, но как?

Внезапно разговор оборвался.

– Фиона? – позвала Джасмин. – Фиона?

Джасмин еще раз попыталась дозвониться до Фионы, но звонок сразу переключился на голосовую почту. Она никак не могла сообразить, что делать дальше. Как быть с этой помощницей… и что со Скарлет?

Джасмин хотелось верить, что Скарлет спланировала инсценировку своей смерти. Может быть, она хотела сбежать от той жизни, которой жила. Возможно, надо просто найти и истолковать все улики. Но, если Скарлет нет в квартире, где же она прячется? В роскошном люксе? Вряд ли она стала бы светиться в отеле. Неужели она сбежала из страны? Но кто-нибудь обязательно заметил бы ее на границе. У нее повсюду фанаты.

А может, все гораздо проще? Если бы Джасмин инсценировала свою смерть, она бы знала, куда пойдет.

Домой.

* * *

Два года назад Скарлет устроила вечеринку в честь своего дня рождения. Она хотела отпраздновать «по-тихому», как сама выразилась, и выбрала местом проведения дом своей матери в Беверли-Хиллз. «По-тихому» – это, конечно, оказалось шуткой, потому что в доме установили не одну, не две, а целых три фотокабинки, и выступал сам Трэвис Скотт[56].

Джасмин тоже пригласили. Не потому, что они со Скарлет были близки, просто числились друзьями в Instagram… и «звездность» Джасмин добавляла бонусов любому мероприятию. Руби заставила ее пойти на вечеринку, что тогда взбесило Джасмин, но теперь она даже была благодарна сестре. Потому что иначе не узнала бы, где живет мать Скарлет.

И все же ей пришлось намотать немало кругов по Беверли-Хиллз, прежде чем она нашла нужную улицу – все они выглядели одинаково, с огромными домами, идеальными лужайками и садовой техникой, припаркованной у обочин. Наконец она остановилась у «Альпин» – большого поместья с выложенной камнем дорожкой и фонтаном. Она была почти уверена, что это то самое место, где снимали фильм «Бестолковые», чем Скарлет хвасталась на своей вечеринке.

Джасмин отправила Фионе сообщение с адресом. К счастью, Фиона быстро ответила. В Uber. Мне страшно.

Держись, ответила Джасмин. Ты хочешь получить ответы. Хочешь знать, что происходит. Под этим она подразумевала и шантаж Фионы – способна ли Скарлет на такое? Джасмин не могла примирить образ той нежной и ранимой девушки, которая открылась ей на вечеринке после бала, с коварной шантажисткой, готовой разрушить жизнь Фионы… но, опять же, такова была репутация Скарлет. И, возможно, этому найдется какое-то объяснение.

Тяжелая дубовая дверь отделяла Джасмин от комнат дома Скарлет. На крыльце царила тишина – Джасмин радовало, что у дома не дежурят фургоны с репортерами в надежде накопать грязных подробностей об убийстве Скарлет. И все же Джасмин не могла избавиться от ощущения, что за ней наблюдают. Она заметила скрытую камеру, установленную на карнизе. Кто следил за монитором? Скарлет?

– Где же ты? – пробормотала она, оглядывая дорогу в ожидании Фионы. Улица как будто вымерла.

Раздался щелчок, и она обернулась. В уголке ее глаза что-то блеснуло, и кто-то резко выдохнул. Внезапно в дверном проеме показалось чье-то лицо. У Джасмин радостно забилось сердце – Скарлет! Потому что вот же она: эти глаза, эти волосы, эта улыбка. Разве что все казалось немного… чужим.

Фигура отступила в дом и неодобрительно посмотрела на Джасмин.

– Чего тебе надо? – прорычала миссис Ли.

Губы словно слиплись и едва выдавливали слова.

– Я… хочу ее видеть. Она здесь?

Глаза миссис Ли сузились. И на какое-то мгновение ее взгляд скользнул мимо Джасмин, высматривая что-то на улице. Джасмин не успела обернуться, потому что внезапно полетела вперед, через порог, и тяжело ударилась подбородком о кафельный пол. Рот наполнился кровью. В голове пульсировала боль. А потом она расслышала где-то вдалеке искаженный довольный смех.

И больше уже ничего не чувствовала.

Фиона

– Прошу прощения? – Фиона наклонилась к водителю Uber. – Не могли бы вы ехать немного быстрее?

– Скорость ограничена двадцатью пятью[57], мисс, – ответил водитель.

Фиона стиснула зубы. В кои-то веки таксист Uber соблюдает правила дорожного движения! Она вглядывалась в жилые кварталы, почти уверенная, что от дома Скарлет их отделяет всего несколько поворотов.

Завибрировал ее телефон. Он разрывался с тех пор, как она умчалась со студии. Чейз. Мама. Отец. Сообщения приходили волнами. Проскочило даже одно от Моны Гринблатт – вероятно, известие о том, что Фиона уволена. Да и кто сходит с ума на съемочной площадке? Наверняка в Интернете уже вовсю обсуждали сплетни о выходке Фионы. Вряд ли это понравится студии.

А мама? И Чейз? Неужели они все еще с Камиллой? Что они думают обо всем этом? И чему должна поверить Фиона – что Камилла действительно ничего не знает? Ну уж нет. С чего бы тогда на ее телефон пришло сообщение от Скарлет?

И все же выражение лица Камиллы, когда Фиона упомянула имя Ланы, не давало ей покоя. Камилла выглядела такой ошеломленной. Недоумевающей.

Наконец водитель подъехал к обочине, останавливаясь перед красивым каменным особняком. Сердце бешено заколотилось, когда Фиона выскочила из машины и побежала по дорожке. Вокруг было тихо и пустынно. Но разве Джасмин не сказала, что она уже здесь?

– Фиона?

Она резко обернулась. По лужайке шла Далила и с ней – вот уж кого она никак не ожидала увидеть, – друг Скарлет, Кори. Фиона изумленно открыла рот.

– Ч-что ты здесь делаешь? – воскликнула она. – Джасмин и тебя позвала?

– Нет… – Далила огляделась по сторонам. – Джасмин тоже приедет?

– Я думала, Джасмин уже здесь. – Фиона снова повернулась к двери. Куда подевалась Джасмин? Затем она подозрительно посмотрела на Кори. – А ты зачем приперся?

Кори подбоченился.

– Я любил Скарлет. И хочу быть частью вашей поисковой команды. Но должен предупредить вас, с миссис Ли надо держать ухо востро. Она скользкая дамочка. И опасная. Нам нужно обсудить тактику, прежде чем мы начнем палить из всех орудий.

– Во-первых, мы не поисковая команда, – огрызнулась Фиона. – И откуда мне знать, что ты не замешан в этом деле?

– Он здесь ни при чем, – быстро ответила Далила. – Он не убивал ее, его даже не было на балу. У него есть доказательства.

– Я не имею в виду убийство. Откуда нам знать, что он не помог Скарлет инсценировать ее смерть?

– Подожди, ты о чем? – хором выпалили Кори и Далила.

Но, прежде чем Фиона успела что-то объяснить, из дома донесся крик. Далила широко распахнула глаза.

– Что это было?

– Я… я не знаю. – Фиона шагнула назад, в сторону улицы. Может, зря они сюда приехали.

В доме что-то грохнуло. А потом раздался звук бьющегося стекла. Фиона тяжело сглотнула и поспешила к крыльцу.

– Как думаешь, Джасмин там?

Что-то мелькнуло в крошечном боковом окошке слева от двери: сияние темных волос. Два широко распахнутых глаза цвета фиалки. Фиону мгновенно осенило: Джасмин там. Кричит.

Девушки в ужасе уставились друг на друга. Далила заколотила в дверь.

– Впустите нас! Не трогайте ее!

– Пожалуйста! – эхом отозвалась Фиона.

Удивительно, но в следующее мгновение дверь распахнулась. Миссис Ли выглядела недовольной.

– Какого черта? – проворчала она, оглядывая группу.

Фиона заглянула женщине за спину. Джасмин стояла в дальнем конце холла, потирая ушибленную голову. Кажется, цела.

– Что происходит? – спросила Фиона.

Миссис Ли схватила Фиону за руку и потащила за собой.

– Ради бога, идите в дом. Разве вы не знаете, что фотографы прячутся в деревьях? Они как ниндзя. О чем вы только думали – выстроились у всех на виду!

Фиона споткнулась на пороге. Миссис Ли повернулась и втащила Далилу и Кори внутрь. Фиона бросилась к Джасмин – та прислонилась к скошенной стене, отделанной под мрамор.

– Ты в порядке? – прошептала она. – Что происходит? Мы слышали, как ты кричала!

Джасмин кивнула.

– Знаю. Я споткнулась, когда входила, и вырубилась ненадолго, – прошептала она. – Так она пыталась оградить меня от фотографов. У нее настоящая паранойя.

– Так что вам нужно, ребята? – перебила их миссис Ли. – Разве вы не достаточно натворили? – Она повернулась к Кори: – И где же ты был?

– Извини, – сказал Кори тихим, слабым голосом. Он выглядел таким испуганным, что Фиона чуть не рассмеялась.

Больше никто не произнес ни слова. Наконец Фиона шагнула вперед.

– Где она?

Ничто не дрогнуло в лице миссис Ли.

– Где кто?

– Сами знаете. Скарлет угрожает мне. Она подослала кого-то вредить мне. Вы прячете ее?

– Постой, ты о чем? – воскликнула Далила. – Скарлет жива?

Кори покорно поднял руки.

– Понятия не имею, о чем она говорит, Джина.

Фиона, ничуть не смутившись, взялась за телефон.

– Я собираюсь позвонить в полицию насчет вас – и всего этого. Я скажу, что Скарлет прячется здесь… что она хочет достать меня. И все почему?.. Я, видите ли, украла ее роль? Я увела у нее парня?

– Подожди-ка, – вмешалась Далила. – Скарлет не стала бы скрываться здесь. Они с Джиной ненавидят друг друга. У них была большая разборка вечером после бала. Разве не так, Джина?

– Далила, – смущенно пролепетал Кори, съежившись. – Может, не стоит… я думал, мы просто…

Джина как будто собиралась что-то сказать, но тут Далила выхватила телефон из безвольных пальцев Кори и нажала кнопку воспроизведения видео. Фиона наклонилась, чтобы посмотреть зернистое изображение на экране, запечатлевшее Скарлет и миссис Ли в разгар яростного спора. Неужели запись сделана… в тот вечер? Фиона узнала бальное платье Скарлет. В конце Скарлет заявила, что больше никогда не хочет видеть свою маму. Миссис Ли запротестовала, но Скарлет не отступила. Мать Скарлет выглядела кровожадной. Мстительной.

Фиона внимательно вслушивалась, и некоторые слова Скарлет впечатывались в память. Ты вечно торгуешь мной. Делаешь подлости за моей спиной. А потом заставляешь меня разгребать дерьмо, к которому я не имею никакого отношения.

Что бы это могло значить?

Миссис Ли выглядела потрясенной, когда видео закончилось.

– Где ты это взял, Кори? Ты что, шпионил за нами? После всего, что я для тебя сделала, ты так решил меня отблагодарить?

Кори сокрушенно повесил голову. Далила шагнула вперед.

– Он не шпионил. Он даже не был на балу Благодарности. Кто-то, должно быть, послал ему это видео, потому что обеспокоился. Так вы не хотите объяснить, что все это значит? – Она отступила назад, сложив руки на груди. Фиону впечатлил ее демарш. Вперед, Далила!

– Во-первых, вы идете по ложному следу, – процедила сквозь зубы миссис Ли. – Этот спор со Скарлет – он вырван из контекста.

– Неужели? – Далила подбоченилась. – Или она все-таки высказала все, что думала? И, может, вы не хотели этого слышать?

– Да, я была потрясена, что она решила именно тогда сказать все это. – Голос миссис Ли звучал ровно. – И… согласна, это видео не особенно лестно. Но я просто хотела, чтобы моя дочь была на высоте. Всегда. Мы ссорились из-за видеоблога. Из-за ее беременности. Я подумала, что она сошла с ума. Но я не убивала ее! После этого она забрала у меня ключ от своей квартиры – я даже не могла попасть в дом до следующего утра! Я глазам не поверила, когда наутро попробовала постучать в дверь и обнаружила, что она не заперта. Должно быть, убийца оставил ее открытой… – При слове «убийца» ее лицо дрогнуло.

Фиона и Джасмин обменялись испуганными, скептическими взглядами.

– В любом случае, все это я уже рассказала полиции, – продолжила миссис Ли. – Сказала, что мы поссорились. Что у меня не было ключа. Так что, пожалуйста, не могли бы вы убраться из моего дома? Или я заявлю в полицию на всех вас.

– Минутку. – У Фионы голова шла кругом. Она все еще пыталась переварить разговор Скарлет и миссис Ли. И еще эти слова миссис Ли: Я просто хотела, чтобы моя дочь была на высоте. Всегда. Фиона не переставала думать и о выражении лица Скарлет, когда зашла речь о шантаже – о том, что Скарлет знала про Лану. Скарлет выглядела как будто… недоумевающей. Фиона тогда решила, что Скарлет просто разыгрывает спектакль, но, возможно, здесь было что-то другое.

– Кто угрожал мне, требуя отказаться от роли Кейт? – обрушилась Фиона на миссис Ли. – Скарлет… или вы?

Миссис Ли, казалось, удивил столь неожиданный поворот.

– Разве это имеет значение?

– Конечно, имеет. Ведь из-за этого я сцепилась с вашей дочерью на балу. Я думала, что она мне угрожает. Но, выходит, это были вы?

Миссис Ли подошла к широкой двойной лестнице, присела на нижнюю ступеньку и потерла виски.

– Послушай. Моя дочь получала то, чего хотела, потому что я это обеспечивала. А если она не получала желаемого, я искала выход и находила лазейки. Я была ее главной опорой.

Все краски сошли с лица Фионы.

– Так значит… – Миссис Ли послала ту угрозу? Миссис Ли знала ее тайну?

Но… миссис Ли жива. Значит, угроза по-прежнему витает над Фионой.

Миссис Ли зловеще улыбнулась, как будто ей пришло в голову то же самое.

– Что самое невероятное, Фиона? Я вовсе не знала, что ты скрываешь – просто догадалась. Я наблюдала за тобой. Заметила у тебя признаки ОКР. Я знала, что ты сбежала из округа Ориндж без всяких объяснений – вскоре после смерти одноклассницы. Я считала своим долгом досконально изучать друзей и противников моей дочери, – но с тобой действовала наудачу. И моя ставка, думаю, окупилась.

Фиона почувствовала себя так, словно ее ударили под дых.

– Эт-то все был блеф? – вымолвила она. Миссис Ли загадочно улыбнулась. – И вы же связались с Камиллой? Переписывались с ней как Скарлет? Потому что ей только что пришло сообщение… от Скарлет.

Миссис Ли пожала плечами.

– Я обратилась к ней как Скарлет, потому что знала, что она откликнется на просьбу знаменитости такого уровня, хотя позже я призналась, что на самом деле Скарлет – моя дочь. Возможно, она все еще хранит меня в своих контактах как Скарлет, я не знаю. Но эта твоя помощница ни о чем не догадывается. Я просто послала ее к тебе, чтобы она строила козни. Я даже не предполагала, что это сработает так хорошо.

Фиона открыла рот, но не издала ни звука.

Далила усмехнулась.

– Вас могут арестовать за то, что вы сделали, миссис Ли. Шантаж – это преступление.

Миссис Ли фыркнула.

– Никто меня не арестует. – Она кивнула на Фиону. – Или я расскажу, что эта девица тоже кое-что скрывает.

Фиона взглянула на подруг и опустила голову. Она все испортила, и не только себе.

Джасмин откашлялась.

– Т-так, подождите. Значит, шантаж, в котором обвиняли Скарлет… это все ваших рук дело?

– Только не делайте из меня преступницу. Я просто была хорошей матерью. Хорошим менеджером. Моя дочь много работала над своим имиджем. Она многим жертвовала. Я жертвовала. И была готова сделать все, чтобы наши усилия принесли плоды.

– Но потом она забеременела, – прохрипела Далила. – Как вы к этому отнеслись?

Странная, изумленная улыбка промелькнула на губах миссис Ли.

– Вы действительно думаете, что она была беременна? Даже ты, Кори?

Фиона посмотрела на Далилу, потом на Джасмин и, наконец, на Кори.

– …Разве нет? – дрожащим голосом спросил Кори.

– Я поражена тем, что ты не знаешь. – Миссис Ли обвела всех взглядом. – У моей дочери было заболевание, так называемое СПКЯ или поликистоз яичников, а это чревато бесплодием. Мы постоянно наблюдались у гинеколога. Как раз за несколько дней до бала я возила ее на прием к врачу – точнее, на УЗИ. И перед процедурой ей пришлось пройти тест на беременность, из-за радиации.

– Постойте, что? – воскликнула Джасмин. Фиона испытала не меньший шок.

Миссис Ли протянула ей iPhone.

– Позвони в клинику, если хочешь. Они тебе скажут. Тест на беременность был отрицательным. Поэтому все, что наговорила Скарлет – ложь.

Далила

Спустя несколько минут Далила и остальные набились в машину Джасмин. Вскоре после того, как миссис Ли ошарашила всех новостью о том, что Скарлет не была беременна, она попросила их убраться, хотя любезно позволила выйти через заднюю дверь, чтобы не попасться на глаза фотографам, которые, по ее словам, прятались, как ниндзя, на деревьях.

– Думаете, она говорит правду? – В голове у Далилы шумело от всего, что они узнали. – Я имею в виду, что Скарлет не беременна?

– Мы могли бы позвонить в клинику и убедиться. – Джасмин взглянула на Кори. – Ты действительно не знал о ее заболевании?

Кори выглядел озадаченным.

– Ни сном ни духом. Я даже никогда не слышал об этом СПКЯ…

– Постойте, – перебила его Фиона. – Зачем Скарлет понадобилось инсценировать беременность? Я хочу сказать, ведь она определенно сделала это намеренно.

– Впрочем, кто знает? – продолжила Фиона. – Во влогах Скарлет говорила, что ее телефон клонировали. Похоже, она не догадывалась, что запись продолжалась, и обнаружила это только после публикации.

– Или все-таки знала? – предположила Далила. – Если Скарлет хотела, чтобы все думали, что она беременна, может быть, она позволяла записям крутиться дольше, чем нужно? Может быть, клонирование – тоже обман… и ее вовсе не клонировали.

Все замолчали, переваривая информацию.

– Хм, – пробормотала Джасмин.

– Выходит, это ее рук дело? – эхом отозвался Кори. – И всеми нами просто манипулировали? – Он усмехнулся. – Я начинаю чувствовать себя оскорбленным.

– Но в этом есть смысл, – сказала Далила. – Скарлет знала, что фанаты, как одержимые, следят за ее видеоблогами. Они анализируют каждое ее движение. И в последних роликах она подбрасывала маленькие подсказки о беременности. Тошнота. Обморок.

– А потом этот тест на беременность в аптеке CVS… – Фиона задумалась. – Она засунула его в мусорный бачок. И выбежала оттуда, словно в здании пожар. Ее актерскому мастерству можно позавидовать.

– Как вообще можно подделать тест на беременность? – спросил Кори.

Джасмин вырулила на Доэни-драйв.

– Можно купить ХГЧ[58] в жидкой форме. Его принимают, когда делают ЭКО. Я как-то видела это в «Шоу доктора Оза».

– Но… зачем? – тихо спросил Кори.

Они миновали несколько светофоров. Высотки поблескивали в лучах полуденного солнца. Джасмин постучала пальцем по губам.

– Единственное, что приходит на ум, это то, что Скарлет хотела сбежать из своей жизни. Когда мы с ней разговаривали на афтерпати, мы обе говорили об одном и том же – что нам стало слишком тесно в навязанных нам образах. Что мы просто хотим быть самими собой. Возможно, это была ее попытка вырваться.

– Но потом кто-то убил ее? – продолжила Далила. – Пожалуй, овчинка выделки не стоила.

Джасмин взглянула на Фиону – та тяжело дышала.

– Если только это не уловка…

Далила открыла было рот, но промолчала. Неужели они все еще верят, что Скарлет жива? Миссис Ли как будто бы не сомневалась в смерти дочери…

От Фионы не ускользнуло скептическое выражение ее лица.

– Послушай, теперь, когда Скарлет умерла, она стала еще большей звездой. Ты смотрела ее аккаунты в последнее время? Столько подписчиков! А тот рекорд, что она поставила в прошлом году? Тогда его быстро забыли, но теперь он в чартах.

– Выходит, она пошла на это только для того, чтобы прославиться? – Далила нахмурилась.

– Или ее убила мать, чтобы прославиться, – сказала Фиона. – Я имею в виду, эта женщина еще покруче Скарлет. – Она погрызла ноготь большого пальца. – Совершенно очевидно, что она еще более безжалостна. Именно она заставила меня отказаться от роли Кейт. Роли, которую я, видимо, потеряла после сегодняшнего срыва.

– Но тогда зачем кто-то послал копам видео с вашей стычкой, Фиона? – спросил Кори. – И почему кто-то послал мне эту ссору между Скарлет и ее мамой?

– Может, просто чтобы поднять шум, – предположила Джасмин.

– Или чтобы перевести стрелки на кого-то другого, если эту дрянь рассылает убийца, – добавила Фиона.

Кори задумался.

– Но, если допустить, что Скар жива, неужели она бы не сказала мне, где находится?

Фиона сочувственно посмотрела на него.

– Если она хотела сжечь все мосты – возможно.

Далила еще больше расстроилась. Что, если Скарлет притаилась где-то и посмеивается, наблюдая за ними? Или миссис Ли хохочет за дверью своего особняка в Беверли-Хиллз, после того как обвела их вокруг пальца и убедила в том, что она не убивала свою дочь? Может, и Далила – пешка в этой игре? Кто-то дурачит ее, заставляя думать, будто она убила и проснулась рядом с трупом… тогда как все совсем не так?

Казалось, что ответ заперт в ее памяти, но она никак не могла до него добраться.

Она настолько погрузилась в свои мысли, что вой сирены, донесшийся сзади, словно пронзил ее насквозь. Она резко обернулась. Полицейская машина с включенной мигалкой подавала им сигнал остановиться у обочины.

Джасмин застонала.

– Вы что, издеваетесь?

– Не дай бог, Джина вызвала полицию, – пробормотал Кори.

– Неужели она посмела? – нервно воскликнула Фиона. – Мы же не сделали ничего плохого!

Джасмин съехала на обочину, опустила стекло и одарила приближающегося офицера невинной улыбкой. Офицер – высокий, поджарый мужчина с рябым лицом – просунул голову внутрь, хмуро оглядывая компанию на заднем сиденье.

– Вот мои водительские права. – Джасмин показала карточку. – И тут еще где-то свидетельство о регистрации… – Она протянула руку, чтобы открыть бардачок.

– В этом нет необходимости, – отрезал коп и сдвинул солнцезащитные очки на кончик носа. – Я разыскиваю Далилу Роллинс.

Сердце Далилы ухнуло камнем вниз.

– М-меня? – спросила она. В горле пересохло.

Офицер холодно посмотрел на нее.

– Мисс, прошу вас выйти из машины.

– Что? Почему? – воскликнула Джасмин. – Далила ничего не сделала.

Но Далила знала, в чем дело. Перестань копать, предупредили ее в сообщении. А она все не унималась. Вот и доигралась.

Офицер посуровел.

– Выйдите из машины, пожалуйста.

Джасмин расправила плечи.

– Послушайте. Что бы Джина Ли ни наговорила вам о Далиле, это все неправда. Джина – мстительная психопатка. Она годами шантажировала людей, выдавала себя за свою дочь.

Полицейский бросил на Джасмин сердитый взгляд.

– Это не имеет никакого отношения к Джине Ли. Но связано с некоторыми вновь открывшимися обстоятельствами смерти Скарлет Ли.

Сердце Далилы замерло. Все повернули головы и уставились на нее в ужасе и замешательстве.

– Мы получили данные с камер видеонаблюдения, установленных в жилом комплексе «Дав», – продолжил коп. – В ночь вечеринки система была неисправна, но нашим специалистам удалось восстановить некоторые фрагменты записи. Так вот на них видно, как кто-то выходит из квартиры мисс Ли очень ранним утром после ее смерти. – Его взгляд мрачно остановился на Далиле. – Вы.

Джасмин

Полицейские уехали, а машина Джасмин все еще стояла на обочине. Мимо проносились автомобили, но Джасмин, Фиона и Кори так и сидели, застывшие в ступоре.

– Она? – Кори первым нарушил молчание. – Это сделала она?

– М-может, они ошиблись, – ошеломленно сказала Фиона. – Я имею в виду, они уверены, что это Далила на тех кадрах?

Кори усмехнулся.

– Разве ты только что не видела лицо Далилы? Она не выглядела удивленной. Скорее… испытала облегчение. Как будто больше не могла держать это в секрете.

– Но почему она нам ничего не сказала? – прошептала Джасмин.

Кори пожал плечами.

– Э-э, потому что вы, ребята, сдали бы ее полиции?

Джасмин поднесла к губам бутылку с водой. Ее сердце словно разбилось вдребезги. Далила скрывала от них такой ужасающий секрет. Может, потому и рыскала вокруг так усердно, пытаясь найти другого подозреваемого? Но почему она это сделала – из-за Джека?

И вскрылась еще одна страшная правда, с которой нелегко было смириться. Все это время Джасмин втайне надеялась на то, что столь скудные подробности в новостях о ходе расследования убийства Скарлет объясняются лишь тем, что полиция и не ведет никакого расследования – что, возможно, Скарлет заплатила копам, чтобы инсценировать свою смерть. Но офицер, арестовавший Далилу, выглядел очень осведомленным в деле Скарлет. А это значило, что, возможно, в морге все-таки лежит тело девушки. И, значит, Скарлет, скорее всего, мертва.

Слезы защипали глаза. Она не знала, зарыдает ли сейчас или ее вырвет.

Кори продолжал болтать.

– Любому, кто так одержим желанием раскрыть убийство, очевидно, есть что скрывать. Ясно, что Далила гораздо опаснее, чем мы себе представляли. Сами посудите: ей хватило смелости, чтобы спасти щенка из горящего здания. Думаю, у нее хватило бы мужества, чтобы и Скарлет отравить.

– Но… – слабым голосом прошептала Фиона и замолчала.

Телефон зажужжал в сумочке Джасмин, и она мрачно уставилась на экран, где высветился номер Джека Доно.

– Э-э, привет? – неуверенно ответила она. Ей даже в голову не приходило, что у Джека может быть ее номер. Она включила громкую связь.

– Джасмин. Это Джек. Я только что прочитал новости о Далиле.

– Да… – Джасмин тяжело сглотнула. – А ты… знал?

– Нет. Конечно, нет. Но все это очень странно. Далила не могла этого сделать.

– У них есть записи с камер видеонаблюдения, – жалобно ответила Джасмин. – Она выходила из квартиры Скарлет.

– Копы сказали мне, что приблизительное время смерти Скарлет – в середине ночи. Но на записи видно, как Далила выходит из квартиры утром. С чего бы убийце ошиваться на месте преступления, после того как дело сделано? Какая-то бессмыслица.

– Она была сильно пьяна, – сказала Фиона. – Я имею в виду, может, она вообще не осознавала, что делает. Должно быть, она просто вырубилась.

– Ладно, допустим, но все равно маловероятно. И еще, Далила просто случайно получила доступ к какому-то лекарству, которое убило Скарлет? – Джек усмехнулся. – Она не употребляет наркотики.

– У нее диабет, – тихо сказала Фиона. – Она носит с собой инсулин – я сама видела. Укол инсулина для здорового человека опасен.

– О. – Джек еле слышно вздохнул. – Уф.

На какое-то время воцарилось молчание. Мимо с шумом проносились машины. Джасмин почувствовала, как у нее снова дрожит подбородок.

– Мне очень жаль, Джек, – сказала она. – Просто все это не очень хорошо выглядит.

Джек откашлялся.

– Все равно поговори с ней. Пожалуйста, умоляю. Что-то здесь не так.

Джасмин вцепилась в руль. Ей хотелось верить Джеку… и, возможно, нет ничего плохого в том, чтобы выслушать версию Далилы.

– Ладно. Невиновен, пока вина не доказана. – Она посмотрела на остальных. – А вы что думаете, ребята?

Фиона откашлялась.

– Во всем этом есть что-то странное. Я не могу поверить, что это Далила послала в полицию то видео, где мы со Скарлет ругаемся. Или что она прислала тебе, Кори, запись ссоры Скарлет и ее мамы. – Она покачала головой. – Вот кого нам следует искать. Того, кто пытается подставить всех.

Джасмин снова положила руки на руль.

– Хорошо, я и сама хочу это выяснить. Мы едем к Далиле. И мы узнаем правду.

* * *

Чем хорошо быть инфлюенсером и иметь солидный банковский счет: когда за друга нужно внести залог – с деньгами проблем не возникнет. Еще один плюс: измученные вниманием прессы, инфлюенсеры знают, как уйти от преследования.

По дороге в полицейский участок Джасмин позвонила Марианне Уинслоу, кризисной пиарщице, хорошо известной по работе с Майли Сайрус[59] в дни ее «срыва», и Марианне удалось провести их в здание так, чтобы не пронюхал ни один из вездесущих папарацци.

В участке Джасмин заполнила бумаги о залоге, и Далилу отпустили. Она выглядела разбитой, когда вышла из камеры: макияж размазан, плечи поникли, руки прижаты к груди, как щит. Когда она увидела, что Джасмин с друзьями внесли за нее залог, в ее широко распахнутых глазах промелькнуло замешательство.

– Я думала, это мои родители.

– Да, мы тоже беспокоимся о тебе, – сказала Джасмин. – И будем ждать здесь вместе с тобой, пока они не приедут. – Она жестом указала на неудобные с виду стулья в холле. – Надо поговорить.

– Мне так стыдно, что я ничего вам не сказала, – выпалила Далила со слезами на глазах. – Я не помню, что случилось той ночью, и ужасно боялась признаться вам, ребята, что проснулась в ее постели. Не думаю, что я что-то сделала, но у меня в памяти какой-то провал, и…

– Притормози. – Джасмин усадила Далилу на стул. – Почему бы тебе просто не рассказать нам все, что ты помнишь?

Далила вытерла глаза, глубоко вздохнула и начала рассказывать о том, как напилась, узнав, что Скарлет беременна от Джека.

– Алкоголь сильно ударил мне в голову, – объяснила она. – Я, конечно, сглупила, не надо было вообще пить. Я помню, что болтала со всеми подряд – с какими-то незнакомыми блогерами, случайными гостями, даже с фанатами. – Она поморщилась. – А потом меня… совсем развезло. Я даже думала, что вырвет. Кто-то положил руку мне на плечо и сказал, типа, «тебе лучше прилечь».

– Кто это был? – спросила Фиона.

– Не знаю. Кто-то, с кем я знакома, но, возможно, не очень хорошо. Помню только, что надо мной поблескивало белое золото – какие-то украшения. Сначала я думала, это ты, Кори, из-за твоих сережек. Потом стала подозревать, что это мама Скарлет – кстати, возможно, это все-таки была она. Только вот… кто бы это ни был, у него был доступ в квартиру Скарлет. Если Скарлет действительно забрала у мамы ключи, как же она смогла попасть внутрь?

Джасмин кивнула.

– Так что же произошло дальше?

Далила объяснила, что неизвестный привел ее в спальню Скарлет, предупредив, что лучше не пачкать простыни.

– Я не знала, что это квартира Скарлет, мне просто хотелось прилечь. Но тут из ванной вышла Скарлет и опешила, увидев меня. Она такая: «Что ты здесь делаешь?». Вид у нее был сердитый – ну, еще бы. Я, пьяная, в ее постели. Да еще и крутила с ее парнем.

– Что она сказала тому, кто привел тебя туда? – спросила Джасмин.

Далила пожала плечами.

– Не помню…

– Они ушли?

– Не уверена. Но я помню, что у Скарлет было такое странное выражение лица. Она как будто… нервничала. Может быть, даже боялась чего-то. – Далила глубоко вздохнула. – Но, может, она боялась меня. В ту ночь я была в полном раздрае. Злилась на Джека за то, что он меня обманул… злилась на Скарлет за то, что она стерва… но следующее, что я помню, это как проснулась, и было уже утро. И Скарлет лежала рядом со мной…

– Ты видела ее? – вскрикнула Фиона.

Далила провела языком по зубам.

– Я видела ее руку. Пряди волос. Она не двигалась. Я тогда не поняла, что она мертва – просто выбежала оттуда, потому что не хотела попасться ей на глаза, когда она проснется.

Далила остановилась, чтобы перевести дух. Джасмин почувствовала, как в глубине души шевельнулось сочувствие. Она могла себе представить, какого страха натерпелась Далила, оказавшись в такой ситуации.

– Значит, когда ты выбежала, никого вокруг не увидела? – спросила Фиона.

– Только ее маму. Она поднялась по лестнице и подошла к двери Скарлет. Сначала постучалась, но потом повернула ручку и обнаружила, что не заперто. – Далила оглядела свою группу поддержки. – Помните, когда мы были у нее дома, она сказала, как хорошо, что дверь оказалась открытой, потому что кто знает, сколько бы времени прошло, прежде чем обнаружили бы тело Скарлет? Я не думаю, что она лгала. Она действительно удивилась тому, что дверь не заперта.

Фиона сложила руки на груди.

– Я одного понять не могу. Зачем кому-то укладывать тебя в постель к Скарлет… чтобы потом промолчать о том, что ты была на месте преступления?

– Это очевидно, – произнес чей-то голос. – Потому что они тоже не хотят засветить свое присутствие на месте преступления.

Джек стоял в дверях, держа руки в карманах. Далила тихонько пискнула и закрыла лицо руками.

Джек шагнул вперед.

– Кто-то привел Далилу в эту квартиру. Там был миллион других кроватей, где она могла бы отключиться – но почему выбрали именно спальню Скарлет? Если только этот человек не планировал убить Скарлет… и подставить Далилу. Использовать для убийства даже ее инсулин. – Он посмотрел на Далилу. Она все еще прикрывала глаза рукой, смущенная и в то же время благодарная за то, что Джек рядом. – То, что ты диабетик, не секрет. Я перечитал твои посты в Instagram по дороге сюда – ты много писала об этом. Кто-то мог знать, что ты носишь с собой запасы инсулина.

Далила судорожно сглотнула.

– За весь вечер я вколола себе только одну дозу. Не две.

– Но кто мог это сделать? – спросила Фиона. – Мы исключили так много людей. Если только это не кто-то случайный. Как та Хлоя, чью карьеру погубила Скарлет. Или кто-то еще, кого она отшила. Или, может, суперфанат, в ярости от того, что она беременна?

– Да, но не каждый смог бы попасть в квартиру Скарлет, – заметил Джек. – Скарлет никогда не оставляла дверь открытой, когда в «Дав» устраивали вечеринки, как это делали многие. Она защищала свое священное личное пространство. Это должен быть кто-то, у кого есть ключ.

– Так у кого же был ключ? – громко спросила Джасмин. – Она повернулась к Кори: – У тебя?

Кори кивнул.

– Да, но меня там не было. И я никому не позволял сделать дубликат.

– И у Джека. – Джасмин повернулась к нему. – У тебя был ключ.

– Но Джека тоже не было на афтерпати, – вставила Далила.

– Это правда, – сказал Джек. – И я никогда не оставляю своих ключей без присмотра.

– Так, у кого еще? – Джасмин огляделась. – Может, у кого-то из друзей?

– Шутишь? – фыркнул Кори. – Скар не доверяла никому из друзей, кроме меня – даже этому догситтеру. Она сама впускала его через домофон всякий раз, когда он приходил. Она давала ключи только своей маме, мне и бойфрендам.

Джасмин снова огляделась.

– Должен быть кто-то еще, о ком мы даже не догадываемся.

Фиона сделала глубокий вдох. Ее лицо побледнело, и, когда она заметила, что все повернулись к ней, зажала рот ладонью.

– Что? – воскликнула Джасмин.

– Я… кажется, я знаю еще кое-кого, – прошептала Фиона. Она задрожала. – Он сказал, что у него есть ключ. Даже пошутил насчет взлома ее квартиры, поскольку мы живем в одном доме…

Зазвонил телефон Кори. Он взглянул на экран, и у него отвисла челюсть.

– Вау!

Он повернул экран, чтобы показать видео, снятое в полутемном зале клуба, среди мигающих огней и оглушительной музыки техно. Наверху развевался баннер: «Счастливого Дня поминовения»[60]. Двое слились в поцелуе – рты, снятые крупным планом, тесные объятия. Сердце Джасмин разбилось, когда она сразу узнала девушку из этой парочки – Скарлет. Но второй – парень. Подождите, неужели это?..

Джасмин подняла глаза и заметила недоумение на лице Фионы. Она снова уткнулась взглядом в телефон. Там, на экране, лихорадочно целовались Скарлет Ли и бойфренд Фионы.

Чейз.

Фиона

Этого не может быть. Этого не может быть.

Ты этого заслуживаешь. Это расплата за то, что ты сделала с Ланой. Ты заслуживаешь бойфренда-негодяя. Того, кто обманывал тебя. Того, кто убил.

Фиона сидела на заднем сиденье машины Джасмин, застигнутая самой настоящей панической атакой. Время от времени остальные поглядывали на нее, чтобы убедиться, что она все еще дышит. Друзья хотели просто отвезти ее домой, но она настояла на том, чтобы ехать вместе с ними в Калифорнийский Диснейленд, где Чейз проводил вечер со своей семьей. Она не могла позволить им встретиться с ним без нее.

Но Фиона понятия не имела, что скажет Чейзу, когда увидит его. Да разве возможно, чтобы Чейз, ее милый Чейз, совершил такое?

Но картинка складывалась. Мать Скарлет купила дочери квартиру в «Дав», когда та еще училась в старших классах – тогда-то они с Фионой и познакомились. Скарлет любила хвастать тем, что у нее появилось собственное жилье, где она может снимать видео, тусоваться с друзьями и проводить время наедине со своим парнем – Чейзом. А позже, когда Фиона и Чейз стали встречаться, Чейз как-то обмолвился о том, что Скарлет дала ему ключ, хотя он побывал в ее квартире всего один раз. По какой-то причине Скарлет так и не попросила вернуть ей ключ. Чейз решил, что она забыла.

Значит, у Чейза была возможность пробраться в квартиру.

Почему, почему Чейз целовался со Скарлет? Все это время Чейз говорил о том, какая Скарлет стерва, какие непомерные у нее запросы, каким ничтожеством он чувствовал себя рядом с ней. Неужели на самом деле он тосковал по ней? И не он ли отец ребенка… или думал, что она забеременела от него? И что же – он убил, чтобы это не сбылось?

Мало того – и это особенно ее бесило, – Чейз заставил Фиону страдать от чувства вины всю прошлую неделю. Расспрашивал ее о ссоре со Скарлет, намекая на то, что знает тайну Фионы и даже на то, что Фиона могла убить ее. Возможно, он действительно беспокоился, что Фиона узнала о его связи со Скарлет и именно поэтому устроила ссору на балу. Все это выглядело чистой воды манипуляцией. Она подумала о том, как была благодарна ему, когда он появился сегодня утром на съемочной площадке. А на самом деле, ей следовало бы разозлиться.

Дорога до Анахайма заняла полтора часа. Никто не сказал ни слова, когда они въехали на одну из необъятных парковок Диснейленда. Казалось странным, что при этом с ними не было Далилы. Родители забрали ее вскоре после разговора в полицейском участке, и, хотя Джасмин умоляла позволить Далиле присоединиться к ним, они ответили категорическим отказом.

У Фионы скрутило желудок, и она согнулась пополам в приступе тошноты. Джасмин положила руку ей на спину как раз в тот момент, когда подъехал трамвай.

– Ты уверена, что не хочешь остаться в машине? Мы справимся.

– Я знаю, что вы справитесь, – твердо сказала Фиона. – Но нет. Вообще-то я сама хочу его расспросить.

Джек пришел в ужас.

– Ты имеешь в виду – одна?

– Это Чейз. Я знаю его лучше всех. – Фиона мысленно вернулась к гадалке на балу, когда та сказала, что над ней и Чейзом нависло что-то ужасное. Не на это ли она намекала? И все же Чейз заставил ее думать иначе. И Фиона чувствовала себя виноватой, боялась, что Чейз бросит ее, если узнает о Лане. Она была так поглощена тревогой и так стыдилась своей лжи, но, как оказалось, Чейз тоже лгал.

У Джасмин был постоянный пропуск в парк, она заранее предупредила о своем приезде, и сотрудник провел их через служебный вход. Фиона представила, как они, должно быть, выглядят со стороны – с затравленными глазами, скорбно опущенными уголками губ. По парку бродили радостные толпы; маршировали диснеевские персонажи, размахивая руками и паясничая. Некоторые заметили Джасмин, когда она проходила мимо, а какие-то девчонки завизжали, завидев Джека.

– Мы вернемся! – сказала Джасмин удивительно ровным, успокаивающим тоном. – Сначала нам нужно заняться делами, а потом мы выйдем к вам и вместе сфотографируемся! – Поразительно, что она могла думать о том, как позаботиться о своих фанатах в такое время.

Фиона снова проверила свой телефон. Она написала Чейзу, что приедет, и что им нужно поговорить. Она знала, что он наверняка подумал, будто она хочет поговорить о том, что произошло сегодня утром с Камиллой. Он даже радостно ответил, что стоит в очереди на колесо обозрения. До скорой встречи, добавил он, подчеркнув это смайликом с поцелуем. Сердце Фионы сжалось; он понятия не имел, что его ждет. Она почти возненавидела себя за то, что устраивает ему засаду, пока не вспомнила… что это он воспользовался ее доверчивостью.

Они приблизились к колесу обозрения. У Фионы дрожали ноги, когда она подошла к быстрой очереди «фаст-пасс» и увидела возвышающуся над другими фигуру Чейза за веревочным ограждением. Джасмин тронула ее за плечо, чувствуя, как она нервничает.

– Тебе необязательно в этом участвовать.

– Нет. – Фиона стиснула зубы. – Я должна.

Когда она похлопала Чейза по плечу, он обернулся и расплылся в счастливой – хотя и озабоченной – улыбке.

– Детка! Ты успела. – А потом вгляделся в ее лицо, должно быть, казавшееся смертельной маской ужаса. – Т-ты в порядке?

Фиона пожалела, что не может разрыдаться прямо здесь и сейчас, но на нее смотрело слишком много глаз, поэтому она заставила себя улыбнуться.

– Мне нужно с тобой поговорить, – прошептала она.

Чейз нахмурился.

– Что случилось?

Нежность в его голосе совсем доконала ее. Фионе отчаянно хотелось упасть в распахнутые объятия Чейза, как бывало всегда, и притвориться, что этот кошмар ей приснился. Но отступать поздно. Она не могла забыть того поцелуя со Скарлет. Как не могла вычеркнуть из памяти факты, указывающие на то, что он мог сделать с ней.

Скажи это! – требовал ее мозг. – Ты должна это сказать. Покончи с этим.

– Вы следующие! – крикнул смотритель.

Они стояли в первых рядах. И, прежде чем она поняла, что происходит, служитель проводил Фиону и Чейза в кабинку и задвинул щеколду.

– Держите ремни безопасности пристегнутыми на все время заезда! – предупредил он, и в тот же миг кабинка взмыла в воздух. Фиону словно парализовало. На самом деле она не собиралась кататься на этом чертовом колесе. Она со страхом посмотрела вниз – земля постепенно исчезала из виду. Довольно скоро она увидела верхушки деревьев и всех, кто еще стоял в очереди, включая Джасмин, Джека и Кори. Они в ужасе уставились на нее. Это был худший из возможных сценариев: она оказалась в западне крошечной кабинки с парнем, который мог быть убийцей.

Фиона оцепенела, пытаясь совладать с дыханием. Она вжалась всем телом в противоположную стенку кабины. Если бы Чейз прикоснулся к ней, она могла бы закричать.

– Детка, – произнес он голосом, полным беспокойства. – Что бы это ни было, скажи мне.

Раздался зловещий скрежет, и кабинка замерла. Фиона огляделась по сторонам. Неужели чертово колесо всегда так тормозит? Может, стоит подождать и объясниться с Чейзом потом, когда закончится этот ужасный аттракцион?

Нет. Она должна была сказать ему сейчас. Пока не потеряла самообладания.

Она откашлялась, не сводя заплаканных глаз с горизонта.

– Ты не можешь позволить невинной девушке сесть в тюрьму, Чейз. Ты просто не можешь.

– Что? – Голос Чейза дрогнул. – О чем ты говоришь? Какая невинная девушка?

Пальцы Фионы нащупали телефон и открыли видео. Она не могла снова смотреть, как Чейз целуется со Скарлет – ей хватило одного раза.

– Что это? – холодно спросила она.

Чейз округлил глаза, а потом издал странный булькающий звук. Его тело натянулось струной, готовой лопнуть в любой момент.

– Я не… – выдавил он из себя. – Откуда у тебя это?

– Разве это имеет значение? – спросила Фиона, чувствуя, как сердце разрывается на части. Чейз ничего не отрицал. На записи действительно он. – Почему, Чейз?

– Послушай. – Теперь он как будто злился. – Она все время вешалась на меня. Проходу не давала. Я не… – Он, как бы сдаваясь, поднял руки, но Фиона отвела взгляд. Она не купится на эту постановку «Я – жертва».

– А потом на ее лице появилась странная улыбка, и она сказала: Да, кстати, я больше не принимаю противозачаточные таблетки. Надеюсь, я не забеременела, не дай Фиона! – Он крепко зажмурился. – Я просто подумал, что в ней опять говорит… Скарлет. Она всегда была такой. Вечно била по самому больному месту. Но потом, когда я увидел тот влог…

– Влог? – переспросила Фиона. – Где она рассказывает Джеку?..

– Да. – Чейз отвел взгляд. – Я посмотрел его, после того как мы с тобой поссорились.

– Ты думал, что я изменяю тебе. – Она горько рассмеялась. – Так боялся этого, хотя на самом деле изменял мне ты.

На скулах Чейза заиграли желваки, но он промолчал.

– Ты заставил меня чувствовать себя виноватой, – продолжила она. – Как будто я ничего не стою. Как будто я дрянь последняя.

– Прости меня, Фиона. – Его лицо смягчилось. Он выглядел сокрушенным. На грани слез. Но потом снова ожесточился. – Ты не понимаешь, под каким давлением я оказался в конце учебного года. Все эти экзамены… заявления на поступление в колледж… и тебя не было рядом.

– О чем ты говоришь? – воскликнула Фиона. – Я всегда рядом! – Она не могла поверить, что он перекладывает вину на нее.

– Нет, это не так, – обиженно возразил Чейз. – Ты вечно на телефоне. Постоянно выкладываешь контент. Только и думаешь, что о кастингах, спонсорах и фотосессиях с нужными людьми – у тебя больше нет времени на меня. Ты изменилась. Очень.

Фиона изумленно уставилась на него. Кто этот парень? Она впервые слышала от него такое. Внезапно в ней полыхнула ненависть к нему. Вместо того чтобы поговорить с ней по душам, обсудить все проблемы в их отношениях, как это делают цивилизованные люди, он предпочел пойти налево и за ее спиной путался со своей бывшей – коварной, мстительной стервой. Изменился Чейз, а не Фиона.

Колесо обозрения замерло в пугающей тишине. Далеко внизу она все еще видела Джасмин и остальных, но не могла разобрать выражения их лиц. Кори, похоже, разговаривал с каким-то солидным мужчиной. Секьюрити? Что делать, если эта махина сломалась?

Фиона снова повернулась к Чейзу. Теперь она полностью владела собой и была готова перейти к главному.

– Что ты сделал со Скарлет? – спокойно спросила она.

Чейз вздрогнул.

– Я ничего не делал.

– Неправда. – Ее голос дрожал. Она чувствовала, что злые слезы вот-вот хлынут из глаз. – Это не конец истории. Скажи честно. Что ты делал в ту ночь, после бала?

Повисло долгое молчание. Сердце Фионы бешено стучало. Чейз не ответил, и она решила заполнить пробелы вместо него.

– Ты посмотрел видеоблог Скарлет, верно? И испугался по-настоящему. Ты не мог допустить, чтобы Скарлет оказалась беременной от тебя. Когда на носу поступление в колледж. – Она язвительно растягивала слова, бросая их ему в лицо. – Так что же ты сделал, Чейз? Ты разыскал ее? Убил ее?

– Нет! – Глаза Чейза вспыхнули. – Я просто хотел… просто хотел… прервать беременность. Я знал, что она тоже этого хочет. Поэтому я пошел к маме в кабинет. Это неподалеку от «Дав». У меня был ключ.

– Что тебе там понадобилось? – спросила Фиона, на мгновение смутившись.

– Я хотел взять… Plan B[61]. – Он опустил глаза. – Я думал, что оказываю Скарлет услугу. – Он нервно сглотнул. – Я пытался помочь.

Фиона резко вдохнула.

– И что же ты сделал?

– Я вернулся на вечеринку. И столкнулся в коридоре со Скарлет. Она выглядела очень взволнованной. Все твердила, что ей нужно кого-то найти. – Он пригладил волосы. – Джасмин – так она сказала. Но я задержал ее. Заставил ее посмотреть на меня. Спросил, правда ли, что она беременна. Она просто отмахнулась от меня, мол, «Между нами все кончено, Чейз». А потом… я был в отчаянии. Я сунул ей бутылку с водой, куда заранее всыпал пару таблеток Plan B. Я сказал: «Выпей воды, на тебе лица нет». Она поблагодарила. Выпила всю бутылку. Потом посмотрела на меня, словно удивляясь, почему я так пристально наблюдаю за ней… ну, и все это как-то выплеснулось наружу.

– Ты ей сказал? – У Фионы голова пошла кругом. Знала ли она Чейза вообще?

Кто-то в кабинке над ними постучал рукой по металлической решетке.

– Э, привет? – крикнул голос. – Мы что, реально застряли? – Соседняя кабинка дико раскачивалась и грозила сорваться.

– На душе было так погано, что меня будто прорвало, – еле слышно признался Чейз. – И Скарлет перепугалась не на шутку. Крикнула: «Черт возьми, я же не беременна, кретин, что теперь эта дрянь со мной сделает?». И тогда я, конечно, тоже запаниковал. Посоветовал ей попробовать вызвать рвоту. Скарлет пошла к себе, сказала, что, уж если блевать – так дома. Ее ключ все еще висел у меня на брелке. Я открыл ей дверь, проводил ее до кровати.

Сердце у Фионы забилось еще быстрее.

– А… а потом что?

– Она заставила меня уйти. Она была в ярости. Все время повторяла, что с ее гормональными проблемами это может убить ее. – Внезапно черты его лица исказились. – Так оно и вышло.

Он закрыл лицо руками и судорожно всхлипнул. Фиона почувствовала инстинктивное желание утешить его – всего несколько часов назад она бы так и сделала, не задумываясь. Но сейчас она буквально приросла к сиденью и дрожала от смятения, ужаса и злости.

– Мне придется сообщить в полицию, Чейз, – сказала она через мгновение.

– Нет. – Он вскинул голову. – Не делай этого! Это был несчастный случай. Я… я рассказал тебе только потому, что доверяю тебе. Но… но у тебя нет никаких доказательств, кроме моих слов. Я имею в виду… – Он пытался поймать ее взгляд. А потом откинулся на спинку сиденья, и на его лице отразилось осознание. – У тебя есть доказательства, не так ли? Ты записала наш разговор.

Пальцы Фионы сомкнулись вокруг второго телефона в ее кармане – телефона Кори. Он сунул ей его, когда она бросилась к Чейзу. Все это время в телефоне работала видеозапись.

– Я… я была вынуждена, – призналась она, и ее глаза наполнились слезами.

Прежде чем она поняла, что происходит, Чейз рванулся к ней.

– Отдай мне запись.

– Нет! – крикнула Фиона, уворачиваясь от него.

Он с силой прижал ее к стенке, пользуясь своим преимуществом.

– Отдай мне телефон. Ты не понимаешь.

Фиона толкнула его локтем в грудь. Ударила по рукам.

– Отвали. Убирайся.

– Ты не должна никому об этом рассказывать, – взмолился он. – Мне тогда конец.

– Раньше надо было думать! – закричала Фиона.

Ее голос эхом разнесся вокруг. Она догадалась, что их слышат из соседних кабинок.

– Эй! – окликнул кто-то. – У вас там все в порядке?

– Нет! – взвыла Фиона, отталкивая от себя Чейза. – Помогите!

Но кто мог прийти на помощь? Колесо застряло. Бежать было некуда. Чейз сверлил ее убийственным взглядом – возможно, так он смотрел на Скарлет, когда поил ее смертельным коктейлем. Неужели Фиона – следующая? Неужели именно так ей суждено умереть – подвешенной в этой крошечной кабинке в Калифорнийском Диснейленде?

Он снова приблизился, но она резко отпихнула его. Он ударился о борт кабинки и быстро отскочил, набрасываясь на нее сверху.

– Ты всерьез намерена драться со мной? – прорычал он. – Просто отдай мне телефон.

Фиона закрыла глаза. И поняла, что однажды она уже переживала все это – там, на крыше, с Ланой. Внезапная вспышка памяти заполнила пустоты, оставшиеся в ее воспоминаниях о том ужасном вечере. Она увидела Лану – та стояла напротив нее. Дразнила Фиону. Обзывала ее лузершей. Она увидела себя, уличающую Лану в том, что та изуродовала Зои:

– Я знаю, потому что сама подала тебе эту идею. И я всем расскажу о том, что ты сделала.

– Нет, не расскажешь, – хихикнула Лана. – Потому что тогда и тебе достанется.

– Мне все равно, – сказала Фиона. – Я просто хочу, чтобы правда вышла наружу. Чтобы люди поняли, какая ты ведьма.

Лана набросилась на нее с такой яростью, словно хотела уничтожить. От неожиданного воспоминания у Фионы перехватило дыхание. Она оттолкнула Лану – возможно, слишком сильно, – но не из чистой ненависти и кровожадности. Она защищалась. Фиона боялась, что Лана расправится с ней так же, как с Зои. Вот и все.

Чейз придавил ее всем телом, удерживая за руки. Паника целиком завладела им.

– Пожалуйста, – прошептала Фиона. – Пожалуйста, Чейз. – Это я. Это все еще я.

– И это все еще я. Отдай мне телефон.

Но вдруг раздался громкий лязг, и кабина дернулась вниз. Неведомая сила отбросила их обоих назад, и голова Чейза с громким стуком ударилась о металлическую решетку. Его тело обмякло. Фиона отползла на свою сторону, с опаской поглядывая на него. Кто-то, должно быть, сообщил о грозящей ей опасности, потому что колесо двигалось без остановки до самого выхода. Как только кабинка остановилась, сотрудники Диснейленда, включая могучих охранников, бросились к ней и подняли щеколду. Фиона вывалилась наружу, перелезая через обмякшее, неподвижное тело Чейза, отчаянно желая оказаться подальше от него.

Джасмин протиснулась сквозь толпу зевак и кинулась к ней.

– Ты в порядке? – воскликнула она, крепко прижимая ее к себе.

Фиона кивнула, но чувствовала, как по щекам ручьями текут слезы.

– У меня получилось, – прошептала она. – Он мне все рассказал.

Лицо Джасмин исказилось от боли.

– Мне очень жаль.

– Я знаю. Мне тоже. – Она вспомнила, что еще произошло там, наверху, среди страха, горя и потрясений – к ней вернулось пропавшее воспоминание о Лане. Неужели это возможно? Неужели она лишь отчасти виновата в том, что случилось с Ланой? И все эти годы она обвиняла себя в преступлении, которого на самом деле не совершала?

Она вытерла слезы и, пошатываясь, побрела к выходу. Диснеевские охранники и медики вытащили Чейза из кабинки. Фиона не сомневалась в том, что за воротами парка ее уже поджидают полицейские, желающие побеседовать с ней. Она была готова. Возможно, даже к тому, чтобы рассказать им о Лане. Она могла бы начать все сначала, с чистой совестью.

И только тогда она заметила, что на нее глазеют со всех сторон.

– Фиона! – раздавались крики. – Джасмин! Можно сделать селфи?

Джасмин, натянуто улыбаясь, оглядела толпу.

– Сейчас не самое подходящее время, ребята. Извините.

– На самом деле все в порядке. – Фиона провела пальцем под нижним веком, стирая потеки туши. – Давай разок сфоткаемся, Джасмин.

Фиона, Джасмин и догнавшие их Кори и Джек смешались с толпой фанатов. Фиона изо всех сил старалась улыбнуться. И вдруг отчетливо осознала: когда-нибудь – не завтра, но со временем, – жизнь снова повернется к ней светлой стороной. Уж если она могла позировать для селфи сейчас, значит еще не все потеряно.

Далила

– Вау! – воскликнула Далила, взволнованно расхаживая по комнате, пока Джасмин по телефону докладывала ей о последних событиях. Далилу на целый день отлучили от мобильника, но для этого звонка родители сделали исключение.

– Чейз дал Скарлет ударную дозу Plan B? Это же… безумие.

– Он все рассказал Фионе. Она все записала на видео. Полиция задержала его, и он сейчас под стражей. А это значит, что тебя, вероятно, скоро вызовут. Теперь ты вне подозрений.

– Это здорово, – пробормотала Далила, присаживаясь на кровать. К горлу подкатил ком. – Сп-спасибо тебе, Джас. За то, что веришь в меня. – Меньше всего Далила ожидала увидеть Джасмин и компанию в полицейском участке. А потом все они отправились в Диснейленд, и Фиона рисковала жизнью, чтобы восстановить доброе имя Далилы? Вот они, настоящие друзья.

Закончив разговор, она еще немного посидела в одиночестве, прежде чем выйти к убитым горем родителям, вероятно, готовящимся к переезду обратно в Миннесоту, и обрадовать их новостью. Но пока ей хотелось переварить то, что она узнала. Выходит, это Чейз проводил ее в квартиру Скарлет. У Чейза был свой ключ. Не так давно Чейз снова спутался со Скарлет, и у него появился мотив избавиться от ее ребенка. Он заволновался, когда увидел влог о беременности Скарлет. И боялся, что окажется отцом ребенка. Но ему нужно было подставить кого-то как исполнителя задуманного им преступления, поэтому он уложил Далилу – у нее тоже имелся мотив, – на кровать Скарлет, зная, что она отключится и проснется рядом с мертвым телом. Он рассчитывал, что кто-нибудь увидит ее. И расскажет. А он останется вне подозрений.

Версия выглядела стройной и логичной. И все же кое-что выбивалось из этой картины. В своих расплывчатых воспоминаниях Далила все время видела блеск металла. Снова и снова белое золото подмигивало ей – самая поразительная деталь во всей этой сцене. Она не помнила, чтобы Чейз носил украшения, даже часы. И это не давало ей покоя.

Это не имеет значения, сказала себе Далила. Та ночь прошла как в тумане. Удивительно, что она вообще что-то запомнила. Кого волнует, если некоторые детали не стыкуются? К тому же память часто подводит. Чейз ведь признался. И не плевать ли, что его история не объясняет пропажи второй ампулы инсулина? Далила, наверное, просто где-то ее обронила. И еще: означает ли признание Чейза, что именно он рассылал те компрометирующие видео, пытаясь отвлечь внимание от себя? Он ли отправил ей сообщение с угрозой? Сердце разрывалось при мысли о том, что злодеем оказался бойфренд Фионы.

Она встала с кровати и открыла дверь. В гостиной она с удивлением увидела двух офицеров полиции, которые сидели в креслах, беседуя с ее родителями.

– О, – опешила она. – Э-э, привет.

Мама поднялась ей навстречу.

– Дорогая, детективы заехали, чтобы сообщить нам о признании того мальчика.

Далила кивнула.

– Да. Я тоже только что узнала.

Один из офицеров, невысокий коренастый мужчина с добрыми глазами, повернулся к ней, сложив руки на поясе.

– Вы помните, как Чейз Макгиан проводил вас в спальню Скарлет? Все это укладывается в ваши воспоминания о том вечере?

Далила машинально кивнула. Но так ли это? Если бы только ее мозг мог дать четкий ответ: «да» или «нет».

Она взглянула на родителей.

– Можно мне попить воды? Я сейчас вернусь.

Бетани хмуро посмотрела на полицейских, но те кивнули.

– Конечно, – ответила второй детектив, женщина. – Не торопитесь.

Ноги стали ватными, когда Далила зашла в кухню и открыла кран. Голова кружилась. Она чувствовала себя почти на грани паники. Да что с ней такое? Почему она не может просто смириться с ответом, который всех устраивает?

Она наполнила стакан до самого верха. Холодная жидкость потекла по горлу, и она закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Но ей казалось, что по коже ползают насекомые. Сердце горело огнем.

И тут она услышала шорох за спиной.

Она резко обернулась. Ава и Фейт тихонько сидели в углу, глядя на Далилу широко распахнутыми испуганными глазами.

– Господи! – воскликнула Далила, едва не выронив стакан. – Ч-что вы тут делаете, девочки?

Взгляд Авы скользнул к двери, ведущей в гостиную.

– Там полиция, – прошептала она. – Раньше в нашем доме никогда не было полиции. Это из-за тебя?

– Вообще-то нет, – ответила Далила. – Со мной все в порядке. Другой человек, он…

Но тут в ее мозгу словно что-то взорвалось. Она пристально посмотрела на Фейт, сидевшую на стуле тихо, как мышь. Что-то яркое блеснуло на шее подруги сестры. Крестик из белого золота, ослепительно сияющий, как солнце. Он затмил все мысли в голове Далилы. Она вглядывалась в него, пока не стало больно глазам. А потом в памяти вспыхнуло: «Если б ты знала, как сильно я тебя люблю». Этот голос она слышала той ночью. Девичий голос.

Что ты здесь делаешь? Далила вспомнила, как невнятно произнесла эти слова. Мир качался. Свет резал глаза. Музыка оглушала. На нее смотрело открытое, горящее нетерпением лицо, возникшее ниоткуда. Что ты?.. – удивленно спросила Далила. Но потом потеряла равновесие. Прислонилась к несуществующей стене, захихикала.

Упс! Кто-то подхватил ее под руку. Позволь, я помогу тебе подняться.

– Лила? – Голос Авы пробился сквозь рваные воспоминания. – В чем дело?

Далила резко вернулась в реальность. Теперь Фейт пристально смотрела на нее, ее кожа выглядела еще бледнее, чем обычно, а веснушки – поразительно рельефными.

– О боже, – прошептала Далила, указывая на нее дрожащим пальцем.

– Что? – Ава металась взглядом между Далилой и Фейт. – О боже, что?

Тот голос отозвался эхом. Я просто очень тебя люблю. И ненавижу то, что люди говорят о тебе. Особенно эта история с Джеклетом, это так жестоко, понимаешь?

Но Далила была мертвецки пьяна. Она с трудом понимала, что ей говорят, и уж, тем более, не могла ответить.

– Я не очень хорошо себя чувствую, – донесся до нее собственный голос, неожиданно отчетливый.

А потом опять заговорил тот, второй, голос: Может, тебе лучше прилечь? Прямо перед ними – расплывчатая дверь квартиры, слегка приоткрытая. Взрыв смеха где-то вдалеке. Грохочущий бас.

– Сюда, – сказал голос, провожая ее внутрь.

Дверь распахнулась. Далила покрутила тяжелой головой. Кругом белые ковры. И мебель тоже белая.

– Красиво, – услышала она свой голос. Она чувствовала, что ее тянут вперед, а ноги не слушаются.

– Ага, – произнес голос. – Только не наблюй на ее простыни, ладно?

Так Далила и оказалась в горизонтальном положении. У нее закружилась голова. Она не могла понять, лучше ей лежа или хуже, но было приятно закрыть глаза.

Затем судорожный вздох вернул ее в сознание. В дверях появилась фигура. Скарлет Ли.

Скарлет изумленно уставилась на нее. Что ты здесь делаешь?

Далила застонала в ответ. Скарлет посмотрела на того, кто привел Далилу. Ее лицо исказилось. Она выглядела испуганной. Кто ты? – спросила она.

Но человек только улыбнулся. Фейт только улыбнулась.

Резкий треск снова вернул Далилу в настоящее. Фейт уже была на ногах, подскочив к Далиле так быстро, что та даже не успела отстраниться. Фейт зажала ей рот рукой. «Не говори ни слова», – прошептала она. Ее ладонь была влажной, а горячее дыхание обжигало ухо.

– Фейт! – Ава тоже вскочила. – Что ты делаешь?

– Тсс! – Фейт взмахом руки велела Аве вернуться на место. После чего повернулась обратно к Далиле.

– Мы просто пытались помочь тебе, Далила. Мы хотели, чтобы она больше не причинила тебе боль.

– Постой, что? – Ава выглядела смущенной и испуганной. – Мы пытались помочь ей… как?

Фейт сердито посмотрела на Аву.

– Это ты первая забеспокоилась. Все эти злые анти-фанаты Далилы. Все эти ужасные шипперы Джеклета, которые писали, что хотят ее смерти. Как люди могут быть такими? Им должно быть стыдно!

Взгляд Авы метнулся от Фейт к Далиле.

– Я не… – воскликнула она и снова опустилась на стул. – Фейт. Что ты сделала?

Далила посмотрела на Фейт. Что ты здесь делаешь? – спросила она Фейт на вечеринке. Далила отдернула руку Фейт, зажимавшую ей рот, и заговорила.

– К-как ты проникла на афтерпати? – прошептала она. – Как ты узнала, где нас искать?

Фейт пожала плечами.

– Охрана была не такой уж строгой. И, в любом случае, я была настроена решительно. После того видео… я боялась за тебя. – Она подняла бровь, покосившись на Аву. – Мы обе боялись, разве нет?

Но Ава отрицательно покачала головой.

– Я… я понятия не имею, о чем она говорит!

– Мы говорили о том, чтобы избавиться от Скарлет. – Фейт прошептала это еле слышно, и ее взгляд скользнул в сторону копов в соседней комнате. – Она собиралась навредить Далиле. Мы обе согласились.

– Ты использовала мой инсулин? – догадалась Далила. – Это убило ее, а не Plan B?

Глаза Фейт вспыхнули. Она снова зажала рот Далилы ладонью и стиснула зубы.

– Я не хотела, чтобы ты оставалась там на ночь. Я пыталась вытащить тебя оттуда после того, как все было сделано. Но ты и шевельнуться не могла. Так что я планировала прийти за тобой на следующий день. Рано утром. Но ты проснулась раньше. Сбежала. А потом все просто покатилось по наклонной.

– Подожди. – Ава прижала руки к вискам. – Что вообще происходит?

Фейт бросила на нее острый взгляд и снова повернулась к Далиле.

– Не наказывай меня за то, что я позаботилась о тебе. Мир стал лучше без Скарлет. Уж поверь мне.

За столом Ава разразилась тихими, ошеломленными, хриплыми рыданиями. Далила оцепенела, Фейт кипела от негодования, снова зажав ей рот ладонью. На Далилу потоком хлынули воспоминания, куда более отчетливые: стройная фигура Фейт пробивается сквозь толпу, направляясь прямо к ней. Фейт толкает бедром дверь в квартиру Скарлет, восклицая: «Ха! Вот одна, не заперта!». Округлившиеся глаза Фейт, когда до нее доходит, что она привела Далилу в квартиру Скарлет – так что, возможно, эта часть не входила в ее планы, или Фейт просто притворялась. Фейт встречает Скарлет в дверях ванной – сжимая кулаки, расправляя плечи, готовая к бою.

Далила не сомневалась в том, что эти воспоминания – правильные. Она закрыла глаза и задрожала всем телом. Медленно, осторожно она отцепила тонкие пальцы Фейт от своего рта и повернулась к девушке, собрав все свое мужество.

– Я бесконечно благодарна за то, что у меня есть такие преданные фанаты, как ты, – грустно сказала она. – Но мне все равно придется сдать тебя полиции.

Две недели спустя

Джасмин

У Джасмин дрожали руки, когда она снова включила телефон. Она отключила связь, как только опубликовала пост – самый важный в своей жизни, – и в течение трех часов не осмеливалась заглянуть в комментарии. Все это время она занималась дыхательной гимнастикой. Медитировала, настраивалась на веру в то, что, как бы ни судили ее люди, это ничего не изменит в ней: она останется такой, какая есть. Внутри сидел страх, но теперь она чувствовала, что готова.

За неделю до этого, после того как результаты вскрытия Скарлет показали, что она была отравлена смертельной дозой инсулина; после того как Фейт взяли под стражу; а Чейза отпустили, но потом снова арестовали, поскольку мать Скарлет, разъяренная тем, что он дал ее дочери Plan B, выдвинула против него уголовное обвинение; после того как Далила была оправдана, а дело Скарлет закрыто, Джасмин решила, что пора завязывать со всеми прятками, ложью и лицемерием. Она хотела, чтобы люди знали ее настоящую, знали о ней всё. Когда она обсудила это со своими агентами, они предупредили, что не все поддержат ее, и потоки ненависти неизбежно затопят комментарии и Instagram директ. Не исключено даже, что она потеряет спонсоров и связанные с ними возможности.

Но она возразила, заметив, что тем самым поможет людям, убедит их в том, что они ничем не отличаются от знаменитостей, но, самое главное, что они не одиноки.

Пост, который она выложила, прежде чем отключить телефон и перейти в режим паники, был обычным селфи Джасмин без макияжа, в простой черной футболке. Она сопроводила его подписью: Недавние события показали, что нет ничего хорошего в том, чтобы скрывать в соцсетях свое истинное лицо. Да, я – Лулу Си, девушка-радуга, кружева и все такое. Но я еще и Джасмин Уолтерс-Диас. Я люблю свернуться калачиком с хорошей книгой, мой любимый цвет – бордовый, я ничего не понимаю в математике, ужастики – мой любимый жанр, и я лесбиянка. Инфлюенсер ты или нет – мы все просто люди. Люди, которым нужно помнить, кто мы есть на самом деле, а не прятать свою сущность за ширмой. Скарлет Ли научила меня этому, и теперь я передаю ее совет вам. Примите себя такими, какие вы есть, а не такими, какими вас хочет видеть Интернет.

Теперь, включив телефон, она смотрела, как загружается ее домашняя страница. Посыпались уведомления. Она нервно ткнула в иконку Instagram. Пришел час расплаты.

Вау.

Всего за три часа пост набрал более семи миллионов лайков, два миллиона комментариев и еще больше репостов.

– О боже, – прошептала Джасмин, охваченная чувствами, в которых смешались облегчение, скепсис и вера в доброту человечества. Селебритис откликались твитами, выражая свою поддержку. Новостные издания публиковали заметки на эту тему. Ее пиарщица только что написала: «Космо» хочет видеть тебя на обложке их следующего номера! Появился даже хэштег #Принятие, и многие блогеры публиковали свои селфи без прикрас и рассказывали фолловерам неизвестные факты о себе. Конечно, в этом море всплывали и злобные комментарии, но они задевали ее не так уж сильно, как она думала.

Потому что теперь она чувствовала себя свободной. Свободной, чтобы стать Джасмин 2.0 – уже не заложницей навязанного образа, не бессловесной жертвой.

В дверь позвонили. Джасмин открыла и увидела улыбающиеся лица Далилы и Фионы. Прежде чем она успела вымолвить хоть слово, они заключили ее в объятия.

– Мы так гордимся тобой, – выпалила Фиона.

Далила сжала руку Джасмин.

– Согласна.

Джасмин обняла их в ответ.

– Не знаю, что бы я делала без вас обеих. Серьезно. Даже не представляю, что бы со мной стало, если бы не ваша поддержка.

Девушки отправились в кофейню «У Алфреда». Джасмин нравилось это место, потому что каждый месяц хозяева нанимали интересных художников для разработки нового дизайна бумажных манжет на стаканы, эстетичных и в то же время очень фотогеничных. В этом месяце на них была надпись, выполненная шрифтом из комиксов: Девичья сила[62]. Сначала Джасмин сфотографировала ее для своих сторис. Потом долго рассматривала надпись, чувствуя, как ее охватывает печаль. Чем-то это напомнило ей о Скарлет.

В течение последних недель ей столько раз приходилось пересматривать свое мнение о Скарлет Ли. Ревнивая соперница. Загадка. Ее будущее. Беременная девушка-подросток. Трагическая фигура. Мошенница. Жертва. В памяти Джасмин Скарлет стала более живой, но это отдаляло ее от того, что произошло между ними в ту волшебную ночь после бала. Возможно, она чувствовала эту отстраненность еще и потому, что для них двоих не существовало никакого «после». Они не сказали друг другу последних слов. Не прозвучало: «Постой, что ты имела в виду?». Джасмин так и не получила ответа, почему Скарлет покинула ее, когда за ней пришел Кори. Она предположила, что это как-то связано с приходом матери Скарлет, о чем упомянул Кори – Скарлет явно чувствовала себя зависимой от матери. И Джасмин получила подтверждение – от Чейза, чего никак не ожидала, – что, когда он перехватил Скарлет – Джасмин до сих пор содрогалась при мысли об этом, – та строго сказала ему, чтобы он оставил ее в покое.

– Я ищу Джасмин, – объяснила Скарлет.

Но в ту ночь Скарлет так и не нашла Джасмин, и они больше не увиделись. Хотя Джасмин до конца надеялась на инсценировку смерти Скарлет – она так и не выяснила, кто же тогда был в ее квартире, но, по словам матери Скарлет, это могла быть уборщица или риелтор, оценивающий недвижимость для продажи, – теперь у Скарлет появилась могила. Участок на красивом травянистом склоне недалеко от океана, куда Джасмин могла прийти, чтобы навестить ее. Так что пришло время отпустить ее.

Но это уже не наполняло ее таким отчаянием, как несколько недель назад. Может быть, помог только что опубликованный пост. Она наконец взобралась на вершину горы и теперь оказалась на другом склоне. Ей нравилось целовать Скарлет и нравилось, что Скарлет открыла новые двери в ее сердце и разуме, но нельзя было сказать, что она действительно знала Скарлет. Возможно, никто не знал.

Но в ее жизни появится кто-то другой, кого Джасмин узнает. Она чувствовала приближение этого. Так же, как в начале карьеры на телевидении, когда она общалась с прессой в Нью-Йорке и упорно ездила на метро, потому что не хотела выглядеть модной дивой, по одному движению воздуха чувствовала приближение поезда, прежде чем тот выныривал из туннеля. Вот и теперь Джасмин могла с уверенностью сказать, что грядут великие перемены, и в ее жизни все сложится так, как она этого захочет, потому что отныне все зависело только от нее.

Когда она подходила к столику, который выбрала Фиона, ее телефон завибрировал. К удивлению Джасмин, на экране высветилось имя Руби.

– П-привет, – пробормотала она, едва не выронив стакан с латте. Впервые за все эти месяцы Руби напомнила о себе. – К-как ты?

– Я видела твой пост, – сказала Руби нейтральным тоном.

– О, – ответила Джасмин. В горле застрял комок. Она нервничала из-за долгого молчания сестры. Интересно, Руби осуждает ее? Или, может, сходит с ума от злости?

Но тут Руби заговорила:

– Вообще-то я… э-э… возле кофейни. Я вроде как проследила твою сторис и догадалась, где тебя искать. Мы можем поговорить?

Джасмин изумленно посмотрела в зеркальное окно. И действительно, Руби стояла на тротуаре, прижав телефон к уху.

– Конечно, – пробормотала Джасмин. – Иди сюда.

С гулко бьющимся сердцем она смотрела, как Руби открывает дверь и пробирается к ней сквозь толпу. Сестра как будто ничуть не изменилась с того дня, как они виделись в последний раз – привычный спортивный стиль, волосы убраны назад, на губах густой слой гигиенической помады, – но в то же время в ней появилось что-то новое… Она выглядела отдохнувшей. Даже расслабленной. Раскрепощенной.

– Привет, – дрожащим голосом сказала Джасмин, когда Руби подошла к их столику.

– Привет. – Губы Руби чуть дрогнули, она подалась вперед и крепко обняла Джасмин. – Я горжусь тобой.

Джасмин потрясенно замерла.

– Правда?

Руби отстранилась и посмотрела на нее.

– Ты пыталась поговорить со мной. Я не хотела слушать. Но я рада, что ты сама, без подсказок команды, решила, о чем хочешь сказать людям, и нашла верные слова. Это хорошо, что ты говорила от себя, и в твоей голове не шептали голоса миллиона советчиков. Наверное, поэтому ты и получила такой большой отклик. Люди почувствовали, что все это – ты.

– Я запостила это не для того, чтобы получить триллионы откликов, – объяснила Джасмин. – Не все, что я делаю, предназначено для публики.

– Я знаю. – Руби вынула телефон и дотронулась до экрана. Джасмин кольнуло подзабытое ощущение беспокойства – бизнес, сейчас? Как и следовало ожидать, Руби открыла электронную почту и показала Джасмин письмо. Джасмин отвернулась.

– О, не будь букой. – В голосе Руби послышалась улыбка. – Я думаю, что это письмо ты наверняка захочешь увидеть.

Джасмин взглянула на экран. Письмо было от Джейн Салливан – имя показалось знакомым. Неужели глава киностудии DC Films? «Давно ничего не было от тебя, но у нас есть роль для Джасмин в нашем новом ремейке «Женщины-кошки». Ей придется пройти кинопробы, но это всего лишь протокол. Она – именно та, кто нам нужен, особенно в свете ее последнего поста в Instagram, так что считайте это полуофициальным предложением».

– «Женщина-кошка»? – выпалила Джасмин.

Руби усмехнулась.

– Я получила это минут двадцать назад. Роль просто потрясающая. Ты – крутая злодейка. И соблазняешь Женщину-кошку. Наверное, они решили, что я все еще твой менеджер, поэтому и прислали письмо мне. – Она повесила голову. – Ну, может, я и подбросила им твое имя в список претендентов.

Джасмин захлопала ресницами. Сразу вспомнился недавний звонок Ким, когда они говорили о новых ролях. Тот, который, как она думала, устроила Скарлет. Так, значит, это Руби постаралась?

Ну, конечно! Руби тогда не работала на нее, даже не разговаривала с ней, но все равно служила ей верой и правдой. Джасмин едва не расплакалась.

В полном изумлении, она уставилась на Руби.

– Д-думаешь, мне следует взяться?

– Ну, это поворот на сто восемьдесят градусов от Лулу Си, так что с этой точки зрения ответ очевиден, учитывая, как много ты жаловалась в последнее время, – усмехнулась Руби. – Снимать будут в Берлине. Три месяца. Начало через две недели.

Джасмин повернулась к своим лучшим подругам. Три месяца? Она все еще чувствовала себя такой хрупкой после всего, что случилось. Готова ли она к тому, чтобы оказаться в чужом городе, совсем одной?

– Я выторговала это, чтобы подсластить пилюлю, – добавила Руби, вытаскивая что-то из кармана. Она протянула Фионе и Далиле два авиабилета. Девушки озадаченно уставились на них.

Руби посмотрела на Джасмин.

– Я подумала, что тебе не обойтись без друзей, по крайней мере, первые две недели. Студия оплатила все – перелеты, проживание. Вы прекрасно проведете время.

Далила и Фиона завизжали. Джасмин была настолько ошеломлена, что ей пришлось сесть.

– Н-но как же мама и папа? – спросила она. – Если я начну сниматься в фильмах, которые не являются брендом Лулу Си, компания, вероятно, откажется от моих коммерческих сделок. А все эти деньги шли на содержание наших родителей.

Руби пожала плечами.

– Я им все объяснила. Они понимают, что тебе нужно расти. Так что не волнуйся. Они удачно вложили деньги, а, кроме того, думаю, им не помешает жить немного скромнее, если до этого дойдет. Они скорее смирятся с этим, чем сделают тебя несчастной. – Она помолчала. – Да, а бабуле, наверное, все равно. Ее жизнь вращается вокруг этой дурацкой собаки. – Она закатила глаза.

– Не бросай тень на Снаффи! – воскликнула Джасмин. – Он же не виноват, что его хозяйка – капризная старуха!

Они от души рассмеялись. И Джасмин вдруг отчетливо представила себе, как в следующий раз они с Руби вместе отправятся навестить родителей. И по дороге будут делать ставки, как в старые добрые времена. Подталкивать друг друга локтями за спинами родителей. Они снова станут командой.

– Руби. – Она почувствовала, как на глаза наворачиваются благодарные слезы. – Спасибо тебе.

Руби пожала плечами в столь свойственной ей суровой манере.

– Но только тебе самой придется связаться со своим агентом. – Она взмахнула рукой. – Поскольку я не являюсь твоим менеджером.

– О, Руби. – Джасмин обняла сестру за худенькие плечи. От Руби все так же пахло какао-маслом, кожаным салоном новой машины, сладкой мятной жвачкой из магазина органических продуктов, которыми она была одержима, – и это наполнило Джасмин такой ностальгией, любовью и ощущением правильности, что она встала на колени прямо на грязный пол кофейни. – Пожалуйста, вернись и работай на меня. Работай вместе со мной. Я так по тебе скучаю.

Руби рассмеялась.

– Ну, послушай. Я больше не смогу контролировать каждое твое движение. Мне с этим не справиться.

– Так это же замечательно! – воскликнула Джасмин. – То, что нужно! Ну, пожалуйста? Пожалуйста.

Руби сделала вид, что задумалась, а потом закатила глаза.

– Ладно, – сказала она с притворным вздохом. – А теперь вставай с пола, пока не подхватила кишечную палочку!

Все в зале повернули головы, чтобы посмотреть на Джасмин, стоявшую на коленях перед сестрой, но ей было все равно. Она чувствовала себя счастливой, полностью умиротворенной. И поймала себя на мысли, что здесь, в этой маленькой кофейне, она чувствует себя собой. Не Лулу Си. Не Джасмин из Instagram. Не Джасмин из Lemonade и даже не Джасмин «Женщиной-кошкой». Просто… Джасмин.

И этого было более чем достаточно.

Фиона

На следующее утро Фиона села за руль своей машины и ввела адрес в GPS-навигатор. Один час тридцать четыре минуты – высветилось на дисплее. Она тяжело сглотнула. Фиона с ужасом ждала этой поездки… но знала, что должна ее совершить.

Она посмотрела в зеркало заднего вида, но не сразу поняла, кого по привычке ищет глазами. Чейза, конечно же, не было. Он находился под домашним арестом. Чейз пытался склеить разбитую жизнь, но Фиона уже не могла стать ее частью, потому что он причинил ей слишком сильную боль.

Она еще глубоко переживала случившееся, но работала над собой. В любом случае, даже хорошо, что она ехала одна. Прежде всего, она собиралась навестить родителей Ланы. Хеджесы уговаривали Фиону не тащиться в такую даль – она уже говорила с ними по телефону о Лане, рассказав о той ночи на крыше. Сначала они были потрясены и немного расстроились из-за того, что Фиона не призналась раньше, но заверили ее в том, что она не виновата, что им хорошо известно, насколько жестокой была их дочь, хотя они по-прежнему любили ее. Они с пониманием относились к напряженному рабочему графику Фионы – каким-то чудом ее не выгнали из проекта «Лайкни меня», а ее выходка даже добавила сериалу задиристости и популярности, что привлекло поток рекламодателей и создало предпремьерный ажиотаж в чатах. Хеджесы не хотели обременять ее. Но в то же время Фиона расслышала нотки тоски в голосе миссис Хеджес.

– Конечно, если ты очень хочешь нас навестить, мы приготовим обед. К нам нечасто заглядывают знаменитости.

И вот теперь она ехала в округ Ориндж, где собиралась пообедать с семьей девушки, убийцей которой долгое время считала себя. И с Камиллой тоже – она вернулась домой, после того как Фиона чуть не порвала ее на куски в студии. Фиона понимала, что ей предстоит тяжелое испытание, а вовсе не увеселительная прогулка, но знала, что это принесет ей облегчение и избавит от чувства вины.

И это еще не все: после разговора с Хеджесами она собиралась выпить кофе с Зои Маркс. На днях Фиона наконец-то набралась смелости, чтобы разыскать Зои в соцсетях. Столько лет она избегала этого, уверенная, что у Зои либо нет аккаунтов, либо ее страницы окажутся грустными и унылыми, и это не принесет Фионе ничего, кроме стыда. К ее удивлению, Зои… была в полном порядке. Она училась на втором курсе Стэнфорда, окончив школу экстерном, на два года раньше. Ее уже вовсю обхаживали IT-компании. Казалось, не имело значения, что она больше не могла играть на виолончели – Зои справилась с потерей и нашла новую дорогу в жизни. На самом деле, ее страница в Instagram впечатляла – она выкладывала множество интересных снимков граффити и, похоже, каждый вечер выходила в свет с друзьями.

В отличие от Хеджесов, Зои не догадывалась о характере их свидания за чашкой кофе – Фиона ничего не сказала заранее и могла бы поспорить, что Зои немало удивилась такому настойчивому приглашению. Фиона придумала множество текстов, пытаясь объясниться, но все они казались фальшивыми. Ей просто нужно было сделать это лично. Но она ужасно боялась реакции Зои. Девушка могла взбеситься. Признание Фионы могло спровоцировать у Зои вспышку ПТСР[63]. Фиона не стала бы признаваться в том, какую роль сыграла в травле, если это могло в очередной раз погубить Зои. И тем сложнее представлялась задача – следить за каждым словом, чтобы не навредить. Но, опять же, попытаться стоило.

«Поверните направо», – велел навигатор, и Фиона послушалась. Пришло сообщение от мамы, потом от папы. Наверняка что-то вроде «Осторожнее за рулем». Родители сочли безумием ее решение ехать в округ Ориндж только для того, чтобы встретиться со своим прошлым. Как считали безумием и то, что она так долго держала все это в себе.

– Если бы ты восстановила события той ночи вместе с психологом, то гораздо раньше пришла бы к выводу, что не виновата в случившемся, – сокрушалась мать. – Меня просто убивает, что ты потратила столько времени на чувство вины и стыда.

Но им легко было говорить – они не были в положении Фионы. Тайна, великая и страшная, конечно же, разрушала ее, и, чем дольше Фиона молчала, тем хуже ей становилось. Но вот что интересно: с тех пор как прорвалось то знаковое воспоминание – о Лане, первой толкнувшей Фиону и обрушившей на нее всю мощь своего яда и огня, – Голос затих. Фиону все еще беспокоили навязчивые идеи, но она начинала осознавать, что с ними можно справиться, особенно с помощью терапии и лекарств. Мона, продюсеры и вся команда проекта «Лайкни меня» отнеслись к ее проблемам с большим пониманием.

– О боже, меня тоже травила одноклассница, – вздохнула Мона в тот день, когда привела Фиону в свой офис, чтобы побеседовать о недавнем срыве. – Ее звали Карла Уиггинс. Уже сорок лет прошло, а я все еще думаю об этой суке.

Они более или менее скорректировали график съемок, чтобы Фиона могла посещать психолога, предоставили массажиста, следили за тем, чтобы она не задерживалась допоздна и успевала отдохнуть. Это выглядело как привилегия богатых. Незаслуженный подарок. Но, возможно, так рассуждала бы прежняя Фиона, которой управлял Голос. А нынешняя Фиона? Она пыталась видеть себя достойной такой роскоши и принимать это как должное.

Миновав поворот на Камароза-драйв, где жил Чейз, она по привычке посмотрела направо, в сторону его дома, как если бы Чейз стоял на тротуаре и ждал ее. Конечно, его там не было. Она до боли закусила губу, снова пытаясь осознать то, что произошло. Трудно было смириться с тем, что у Чейза был собственный, сложный мир, о котором Фиона и не догадывалась. Как выяснилось, он ужасно злился на Фиону. Обижался, что она часто отсутствует, много времени проводит в соцсетях и на кастингах. Она и знать не знала, чем дышит Чейз – подумать только, как умело он прятал все внутри. Пока однажды это не вырвалось наружу.

Вскоре шоссе сто один перетекло в автостраду номер пять. Она ехала в плотном потоке, и, когда перестраивалась на другую полосу, у нее вдруг возникло желание опубликовать пост. В последнее время Фиона почти ничего не выкладывала – она была так занята съемками в сериале, да и не чувствовала потребности. Но сегодня ей хотелось сообщить своим фанатам, что она в порядке. Фанаты. Какой глупый термин, не правда ли? Они ведь и не знали ее толком. Они смотрели на Фиону и видели… кого? Красотку? Девчонку, у которой есть все? Чья жизнь – предел мечтаний? Так же и Фиона смотрела когда-то на своих кумиров в Instagram. Но разве это здоровая жизнь? Неужели это реалистичный идеал, к которому нужно стремиться?

Когда движение замедлилось, она повернула камеру на себя. Солнце било в глаза, и на ее лице почти не было косметики – раньше, увидев себя такой на экране, она бы стерла запись или, по крайней мере, пропустила через фильтр, стирающий все недостатки. Но она вела машину и не могла оторвать глаз от дороги. Но это еще не все. Кого волнует несовершенство ее внешности? Кого волнует, что фото не отредактировано, а взято прямо из жизни? Ведь так и должно быть.

Застряла в пробке вместе с двумя миллионами других анджелинос! – наговорила в микрофон Фиона, и подпись появилась под ее фотографией. Когда поток наглухо встал на участке сужения шоссе, она бросила взгляд на экран и нажала кнопку «ОПУБЛИКОВАТЬ». Тотчас выскочило изображение. Вот она, Фиона без прикрас. Щурится на солнце. Прыщ на подбородке. Белесые ресницы. И слегка сальные волосы. Ужасный ракурс. Не говоря уже об эффекте «красных глаз».

И это именно то, чего она хотела.

На исходе августа

Далила

– Добро пожаловать, новички средней школы Вентура Хайтс! – громовым голосом прокричала миниатюрная энергичная женщина с розовыми прядями в волосах, пятясь назад по девственно-зеленой лужайке. – Меня зовут Марджори, и мне не терпится показать вам наш прекрасный кампус!

Далила взглянула на Аву. На груди сестры красовался желтый бейдж с ее именем и буквой F[64], означающей первый год обучения в старшей школе. На таком же желтом бейдже Далилы внизу стояла буква J. До сих пор не верилось, что всего два года отделяют ее от поступления в колледж. И казалось уму непостижимым, что еще недавно она строила совсем другие планы на сентябрь, даже не помышляя об учебе в обычной школе.

Она услышала шепотки. Три девушки, тоже экскурсантки, украдкой поглядывали в сторону Далилы. Пока классы новичков брели по лужайке, слушая болтовню Марджори о том, что газон у них под ногами – вовсе не трава, а что-то вроде экологически чистого, биоразлагаемого материала, полученного из переработанных пластиковых бутылок, одна из девушек набралась смелости и подошла к Далиле.

– Прошу прощения? – прошептала, судя по бейджу, Кэти – кореянка спортивного телосложения. – Но ты же не Лила Ди, правда?

– Лила Ди, – ответила Далила немного застенчиво и вполголоса, чтобы не привлекать внимания.

Девушка округлила глаза.

– И ты собираешься учиться здесь? – ахнула вторая девушка, Олив. Далила заметила на бейджах у обеих букву F, как у Авы.

– Я думала, ты в Берлине с Джасмин Уолтерс-Диас!

– Я уже вернулась оттуда, – призналась Далила. – И поездка была потрясающей. Но сейчас у меня школа.

На самом деле Далила не собиралась учиться в обычной школе – скорее, ей пришлось принять такое решение, чтобы удержать свою семью от спонтанного взрыва. После всего, что случилось со Скарлет, полицией и тем более с Фейт, и речи не могло быть о том, чтобы родители позволили Далиле перейти на онлайн-обучение и строить карьеру инфлюенсера.

Впрочем, ее мать и отец пытались сохранить объективность, выслушав обе стороны. Они поговорили с родителями Фейт, и те признали, что их девочка всегда была чересчур эмоциональной и ранимой, с трудом отличала правду от вымысла – хотя никто не ожидал, что она совершит нечто подобное тому, что сделала со Скарлет. Родители Далилы прочли множество статей и свидетельских показаний в Конгрессе о травле в Интернете и о том, что социальные сети должны прилагать больше усилий для защиты своих пользователей. Они побеседовали с менеджерами, юристами и другими родителями, чьи дети увлекались игрой в инфлюенсеров – расспрашивали, как им удается сохранять здравомыслие и прагматизм, как они готовятся к будущему, как оберегают свою частную жизнь. Но все-таки трагедия со Скарлет глубоко потрясла их и подкосила. Так что Далиле выбирать не приходилось.

Ну, а если честно? Далила не так уж и боролась за онлайн-обучение. Решение родителей, конечно, задело ее, и перспектива регулярных занятий в школе не привлекала, но она тоже была потрясена тем, что произошло этим летом. Она все еще не могла полностью осознать того факта, что Фейт – в общем-то, малознакомая девочка, но завоевавшая доверие ее младшей сестры, – была настолько одержима Далилой, что убила ради нее. Поражало и то, что Фейт собрала крепкие улики против целой группы других людей, включая друзей Далилы, чтобы сбить копов со следа и отвести подозрения от самой себя и Далилы, своего кумира. И наконец, Фейт в своем сообщении угрожала Далиле, требуя прекратить поиски. Должно быть, она поняла, что Далила близка в разгадке. У Фейт не было выбора.

Месяц назад Далила и Ава навестили Фейт в детской психиатрической клинике, где она проходила лечение. Далила не хотела ехать, но она понимала, что Аве нужно как-то закончить отношения с Фейт, а справиться с этим в одиночку у сестры просто не хватило бы сил, поэтому она собралась с духом и решилась. Большую часть времени Далила простояла в углу маленькой палаты Фейт, сложив руки на груди. Ей удалось задать только один вопрос: Почему? Зачем жертвовать своей жизнью ради такой глупости? И Фейт, немало удивившись, ответила: «Потому что это несправедливо – то, что люди говорят о других людях в Интернете. Скарлет должна была исчезнуть». А что, если союзники Фейт готовы и дальше вершить собственное правосудие? Что, если бы кумиром Фейт стала Скарлет… а Далилу она бы возненавидела? Тогда Далилу постигла бы участь Скарлет? И хотела ли Далила жить в мире, где ей постоянно угрожала бы смертельная опасность?

Нет, вряд ли. Она не хотела, чтобы ее глупые ошибки оборачивались сейсмическими сдвигами во вселенной. Или ее флирт с парнями вызывал бы эффект домино на всей планете. Она не возражала против случайного флирта с чужими бойфрендами, но только чтобы это не превращалось в повод для расправы со стороны шипперов. Если честно, она предпочла бы, чтобы люди вообще не следили за ее личной жизнью.

Однако она хотела сохранить активность в Интернете – ей по-прежнему нравилось публиковать посты о животных, диабете и анти-буллинге. И, как ни безумно это прозвучит, но в свете трагедии Скарлет и после того, как утихла ненависть фанатов Джеклета, она стала чем-то вроде «горячего товара». Поэтому родители предложили ей сделку: если она пойдет в обычную школу, они наймут для нее менеджера на полставки. Они подыскали здравомыслящую женщину по имени Глория, и та пообещала, что не будет связывать Далилу серьезными обязательствами, изматывать кастингами или лепить из нее бренд и только бренд. Глория, тоже мама, охотно подстроилась под расписание Далилы, а те бизнес-проекты, что она предлагала, соответствовали возрасту ее подопечной, не подразумевали скандалов и вдохновляли своей сдержанностью.

Все складывалось неплохо. Куда лучше, чем американские горки, на которых она побывала летом.

К ним приблизилась еще одна девушка – высокая, с идеально уложенными волосами цвета меда, и на ее бейдже значилось имя Роми.

– Так ты видела этот пост? – спросила она Далилу.

Далила облизнула губы и кивнула. Не было никаких сомнений в том, какой пост имела в виду девушка.

– Что ты об этом думаешь? – прошептала Роми.

Далила резко вдохнула. На днях в Instagram, на официальной странице Скарлет Ли, появилась новое фото. И весь мир оцепенел. Это был размытый, неопубликованный прежде снимок Скарлет на балу Благодарности – Далила сразу узнала ее платье. А подпись гласила: «То, что произошло на балу Благодарности, не входило в мои планы.

Видите ли, в моем мире все очень тщательно спланировано. Каждый поступок, каждый жест, каждая улыбка, каждое слово, слетающее с губ – все продумано заранее. Мы показывали вам только то, что хотели показать. Ладно, допустим, в последнее время просочилось кое-что лишнее, что вас немало удивило. Ничего страшного. Не знаю, как другие, но я держу свою жизнь под контролем.

Или так было раньше?»

Далее Скарлет рассказывала о бале, о том, как нервничала на афтерпати, хотя и не объяснила, почему. Instagram, разумеется, взорвался. Что это? – негодовали фанаты. – Кто посмел взломать ее аккаунт? Но были и те, кто верил, что именно Скарлет выложила пост – и что Скарлет жива. Все кончилось тем, что Instagram Скарлет был «увековечен» – в интервью журналу «Е!» мать Скарлет сказала, что сделала это сама. Если аккаунт «увековечен», в нем уже ничего нельзя изменить – ни разместить новые записи, ни редактировать информацию в профиле. Разблокировать такой аккаунт можно лишь одним способом – заполнить форму для Instagram и доказать, что ты являешься владельцем аккаунта. Возможно, хакеру это и под силу, но…

Сразу после публикации поста Далила позвонила подругам. Фиона сказала, что это умелый хак, не более того. Джасмин, в Берлине, старалась сохранять невозмутимый тон, но Далила могла сказать, что она была потрясена. Кори, с которым она успела сблизиться, клялся, что он не взламывал аккаунта Скарлет – это плохая карма. А Бизи, прилетевшая в Лос-Анджелес потусоваться с Далилой после того, как утих скандал со Скарлет, сократив свою поездку во Францию, сочла все это откровенно неуважительным, но в то же время нервно спросила: «Я имею в виду, может ли это быть Скарлет?».

Что же до Далилы… Она оглядела своих новых одноклассниц.

– Если ты спрашиваешь меня, думаю ли я, что она все еще жива… Я не знаю.

Девушки выглядели заинтригованными.

– Значит, ты веришь в то, что ее видели, скажем, на разных курортах? – спросила Олив.

Роми кивнула.

– Я слышала, кто-то совсем недавно видел ее в Гонконге.

– Трудно сказать. – Далила вспомнила бледную неподвижную руку, которую увидела утром, когда проснулась в постели Скарлет. Кто бы ни лежал в той кровати, он не дышал. Но была ли это Скарлет? В конце концов, Далила не откинула одеяла, чтобы убедиться в этом. Мама Скарлет, кажется, говорила, что это ее дочь, но, возможно, она тоже участвовала в инсценировке.

С другой стороны, если не Скарлет лежала рядом с Далилой – тогда кто? Тот, кто покоился в могиле под именем Скарлет? Стоило потянуть одну ниточку – и тут же возникала путаница. Все казалось притянутым за уши. Конечно, заманчиво было думать, что смерть Скарлет могла быть уловкой. Но Далила понимала, почему все так потрясены этим новым постом. Почему бы не представить себе Скарлет кошкой с девятью жизнями, восхитительно вечной, готовой в любую минуту вернуться обратно. Возможно, в этом и заключалась цель загадочного поста, появившегося на странице Скарлет – кто-то, не Скарлет, хотел сохранить ее дух навсегда. В конце концов, если из жизни уходит кумир, это еще не значит, что фэндом должен умереть.

Внезапно Кэти округлила глаза и вцепилась в руку Роми.

– О боже!

Роми проследила за ее взглядом и тоже взвизгнула.

– Это?..

Далила прикрыла глаза ладонью, пытаясь рассмотреть, что их так потрясло. По зеленой лужайке к ним приближалась чья-то фигура. Высокий парень с волнистыми каштановыми волосами, в футболке и джинсах, выглядел достаточно скромно – и в то же время, встретив такого на улице, можно пройти мимо и лишь потом обернуться и мысленно воскликнуть: «Постой-ка, да он же просто красавец!».

– Джек, – прошептала Ава, сжимая руку Далилы.

Сердце Далилы забилось сильнее. Она не видела Джека с того самого дня, когда он появился в полицейском участке. Вскоре после этого, в попытке разорвать отношения с отцом, он покинул семейный дом и провел не один месяц в кемпинге на северо-западном побережье Тихого океана. Он изредка выкладывал видео, но, в основном, не появлялся в Сети. И, хотя он поддерживал связь с Далилой, посылая ей захватывающие фотографии горных пейзажей, огромных орегонских сосен и серо-голубого Тихого океана с нового, никому не известного номера телефона, она понятия не имела, когда он вернется. И вернется ли вообще. Судьба Скарлет перепахала и его.

И вот он был здесь. Он шел к ней с дрожащей улыбкой на губах. Все остальное исчезло. Далила робко шагнула вперед, не в силах совладать с волнением. Она вдруг поймала себя на мысли, что они с Джеком впервые общаются на людях… и не скрывают этого, не прячутся по углам.

– К-как ты нашел меня здесь? – пробормотала она, когда он подошел ближе.

– Я заглянул к тебе домой, – признался Джек. – Мне сказали, что ты на экскурсии по школе. – Он с интересом огляделся вокруг. – Жуткое место. Заставляет меня скучать по школе… хотя и не очень. – Он снова повернулся к ней. – Я вернулся сегодня утром. И захотел тебя увидеть.

Далила заморгала.

– Правда? – задала она глупый вопрос. Слова словно застряли во рту. – Я рада.

На лице Джека появилось задумчивое, почти рассеянное выражение.

– Я много думал. О себе. О своей карьере. О том, куда двигаться дальше.

– Я тоже. – Далила усмехнулась и жестом обвела кампус. – Поэтому и выбрала школу, вместо того чтобы нырнуть с головой в бездну инфлюенсеров.

– Думаю, это хорошее решение, – сказал Джек. – Я имею в виду, ты можешь быть инфлюенсером, если захочешь. Но… ты можешь заниматься и многим другим. Будь открытой для любых возможностей. – Его зеленые глаза цепко изучали ее. – Я много думал о тебе, пока путешествовал.

Сердце Далилы екнуло. Она уставилась на траву из переработанных бутылок.

– А я – о тебе.

– И… я должен попросить у тебя прощения. Мы познакомились при таких ужасных обстоятельствах… но это не значит, что я хотел держать наши отношения в тайне. Будь я посмелее, порвал бы со Скарлет в тот же день, когда мы встретились.

Далила фыркнула.

– О, я никогда не хотела, чтобы ты это делал.

– Но именно такие сильные чувства я испытывал к тебе. – Джек нахмурился. – Ненавижу себя за то, как поступил с тобой. Заставлял тебя лгать, изворачиваться, не осаживал фанатов, когда они сплетничали о тебе как о Таинственной девушке. Мне не следовало прятать тебя ото всех. Ты этого не заслуживаешь. Я должен был дать отпор отцу, Скарлет, хейтерам – всем.

Далила растроганно улыбнулась. И все же она считала, что он слишком строг к себе.

– Я старалась прятаться так же, как и ты. И не обижайся, но твой отец – жестокий человек.

– Я знаю. – Джек вздохнул. – Но я с ним поговорил. Серьезно. Во всяком случае, смерть Скарлет пробудила в нем здравый смысл. Наши профессиональные пути расходятся. Просто попробуем снова быть отцом и сыном. Не знаю, как все это будет происходить – возможно, ужасно, – но мне нужно, чтобы он убрался из моего бизнеса.

– О! Вау! – Далила покачалась на пятках. – Это здорово.

Он подошел ближе. Она чувствовала запах крема от загара, исходящий от его кожи.

– Но даже если бы я продолжал работать с отцом, в отношении тебя я бы твердо стоял на своем. Это моя жизнь. И я сам выбираю, с кем хочу встречаться. – Он закусил губу. – Если тебе это все еще интересно.

Далила захлопала ресницами, обдумывая его слова. Вот оно: возможность встречаться с Джеком Доно, без всяких запретов и сложностей. Сможет ли она? Готова ли броситься в его объятия?

Она набрала в грудь воздуха.

– Я тут подумала… – Она заметила, что Джек сник, и взмахнула рукой. – Нет, я хочу быть с тобой. Просто… знаешь, я не уверена, что хочу быть… шипом.

Джек заморгал.

– Ты имеешь в виду, в Instagram? С шипперами? – Он рассмеялся. – О боже, нам совершенно не обязательно быть официальной парой Instagram. Мы можем придать нашим отношениям и сугубо частный, и публичный характер – как ты захочешь.

Далила кивнула, чувствуя, как в груди поднимается волна пьянящего восторга. Вот чего она хотела: немного контроля. Скорее всего, рано или поздно они все равно станут шипом, особенно если оба будут поддерживать присутствие в Сети. Их как пару будут фотографировать на красной дорожке, в обнимку за столиком в ресторане, на пеших прогулках по каньонам в одинаковых солнцезащитных очках. (От этих фантазий захватывало дух.) Она просто не хотела, чтобы все это выглядело придуманным. Постановочным.

– Обещай мне, что мы никогда не будем снимать видео с извинениями, – сказала она. – Или влоги с обменом подарками. Или извлекать выгоду из наших отношений.

– Полностью согласен. – Джек расплылся в широкой искренней улыбке. – Хорошо. Только если…

– Если что?

Он наклонился еще ближе, и его губы коснулись ее уха, отчего у нее по спине пробежали мурашки.

– Если только наши видео будут о капсулах «Тайд». Или о маленьком пони.

Огонек вспыхнул в глазах Далилы, и она рассмеялась. Альтер эго, которые они придумали, когда только познакомились! Он помнил. И она вдруг поняла, что у них все получится. С шипперами или без шипперов, с взлетами и падениями, извинениями и сложностями, фанатскими сплетнями, подглядываниями и фотобомбами – все, что они пройдут вместе с Джеком, не станет просто картинкой или инструментом влияния.

Все будет по-настоящему.

Благодарности

ЛИЛИЯ

Прежде всего я хочу поблагодарить невероятно талантливую Сару Шепард. Будучи столь успешным и популярным автором, она на удивление скромна и всегда готова дать шанс людям и их историям, если верит в них. Год назад я пришла к Саре со своей простенькой идеей, нервная и испуганная… в общем, девчонка-фанатка. Но она встретила меня и мою историю с распростертыми объятиями, и нет слов, чтобы выразить всю мою благодарность за это. Сара, спасибо, что помогла мне воплотить эту фантазию в жизнь. Мне повезло, что ты – мой наставник и партнер, но самое главное – друг.

Спасибо Венди и всей трудолюбивой команде Random House, которые полюбили нашу историю так же, как и мы. Без вас, ребята, ничего бы не получилось!

Моя замечательная команда мечты – Ник, Тим и Энди, – спасибо вам за то, что верили в меня и поддерживали на всем протяжении этого пути. Великое счастье – иметь такой крепкий тыл, людей, которые действительно заботятся о твоем благополучии, и мне повезло с вами. Вы сделали возможным этот проект, и я надеюсь, впереди у нас еще много творческих побед!

Спасибо моим удивительным друзьям, всем, кто оценивал мои идеи и терпеливо выслушивал по сотне вариантов одной и той же фразы, потому что я не была уверена, какая из них лучше. Ребята, мы вместе прошли этот трудный путь, и я благодарю вас за то, что вы остаетесь со мной, несмотря ни на что. Я люблю вас всех.

И, наконец, спасибо моим подписчикам и сторонникам. Невозможно описать словами то влияние, которое вы, прекрасные люди, оказали на мою жизнь. Ваши слова любви и поддержки придают мне сил, и мой мир был бы намного скучнее, если бы не ваши милые комментарии, правки и замечания. Вы, ребята, даете мне возможность жить мечтой каждый день, и за это я вам бесконечно благодарна.

САРА

Как Лилия поблагодарила меня в первых рядах, так и я хочу, прежде всего, поблагодарить ее. Мир блогеров и инфлюенсеров, по большей части, загадка для меня (хотя, безусловно, притягивает до одержимости), и Лилия стала моим настоящим источником вдохновения. Помню, как Лилия прислала мне идею этой истории летом 2018 года – я как раз отдыхала в парке развлечений, – и я настолько разволновалась, что даже вышла из очереди на американские горки – к великому огорчению моих детей, – чтобы поскорее написать ответ и сказать, что хочу поработать над книгой. Персонажи этой истории придуманы Лилией; а сцены и эпизоды взяты из ее реально пережитого опыта. (Ну, разве что за исключением убийства.) Я получала колоссальное удовольствие, когда садилась рядом с Лилией, и мы вместе набрасывали план действий для каждого героя, придумывали для него финал. Лилия, спасибо тебе за творческое начало и вдумчивость, а главное – за тот контент, что ты привнесла в этот проект. Было так приятно работать с тобой.

Спасибо Венди Лоджиа, Одри Ингерсон и удивительной команде Delacorte Press. Я много лет мечтала снова поработать с вами, ребята, и счастлива, что мы наконец-то опять вместе! Я в восторге от того, что вы поддержали этот проект, и ваши правки замысла и текста были крайне важны. Я надеюсь, что вместе мы выпустим еще немало книг!

Спасибо и вам, Энди Макникол, Алтея Шенк и Джилл Джиллетт из WME, за то, что тоже поверили в этот проект. Спасибо Джейн, маме Лилии, за то, что создала наш писательский дуэт и устраивала потрясающие вечеринки. Ты – одна из самых умных и мудрых женщин, которых я знаю, и вырастила замечательную дочь. Я бесконечно благодарна и моей семье – Майклу, Кристиану и Генри – за неизменную поддержку. И еще спасибо всем фанатам Лилии – и моим тоже. Ваша поддержка творит чудеса! Мне бы очень хотелось, чтобы в Instagram когда-нибудь появилась функция благодарности, и мы все получили бы возможность откликаться взрывом эмодзи сложенных рук, и я первая разослала бы их всем вам.

Тем не менее, я все же скажу еще несколько слов о содержании этой книги. Она изобилует подробностями буллинга и прочих жестокостей, и я выражаю категорическое неприятие таких форм поведения. Я искренне надеюсь, что Интернет станет добрее и терпимее и снизит градус ненависти. Поэтому, пожалуйста, подумайте, прежде чем оставлять комментарий в Сети. Вспомните, что за аккаунтом стоит живой, дышащий человек со своими чувствами. Будьте добры друг к другу. А иногда… хотя бы ненадолго отключайтесь от своего телефона. Все будет хорошо, я обещаю!

Об авторах

Сара Шепард – автор бестселлеров по версии The New York Times, серии «Милые обманщицы», серии «Перфекционистки» и многих других романов для подростков и взрослых. Живет с семьей в Питтсбурге.

saracshepard.com

Лилия Бакинхем – шестнадцатилетняя писательница, актриса, танцовщица и студентка. Активный и популярный блогер, Лилия ненавидит термин «инфлюенсер», но с удовольствием работала над романом про инфлюенсеров. Она живет в Лос-Анджелесе с матерью, братом и двумя собаками.

liliabuckingham.com

1

Центр красоты и здоровья (англ.).

2

Американская развлекательная компания, поставщик фильмов и сериалов на основе потокового мультимедиа, основанная в 1997 году.

3

Сансет Стрип – часть бульвара Сансет, идущая через Западный Голливуд, центр ночной жизни Лос-Анджелеса.

4

Fluffy slime (англ.) – досл. «пушистая слизь» – игрушка, похожая на желе, которую можно мять, рвать, резать, бросать о стену, при этом она не оставит следов. Имеет много названий, в том числе: слайм, лизун, жвачка для рук и др.

5

Сross-body (англ.) – дословно «пересекая тело». Небольшой ридикюль на длинном ремешке, который носят через плечо, примерно на бедре.

6

Эллен Дедженерес – американская актриса, комедиантка и телеведущая, обладательница 11 премий «Эмми» за «Шоу Эллен Дедженерес».

7

Джеймс Фэллон – американский актер, комик, певец, музыкант и телеведущий. С 2014 года ведет вечернее ток-шоу на NBC.

8

Сегодня (англ.).

9

Scarlet Letter (англ.), «Алая буква» – роман Н. Готорна.

10

«Мой маленький пони: Дружба – это чудо» – канадско-американский детский анимационный мультсериал.

11

Фанатское сообщество, сформировавшееся вокруг мультсериала «Мой маленький пони». На пике своей популярности движение было преимущественно мальчишеским.

12

Шиппинг (сокращение от англ. relationships, «отношения») – направление в фэндоме, ориентированное на поддержку романтических отношений между отдельными персонажами. Слово «шип» относится к той или иной поддерживаемой паре.

13

Кофе, приготовленный методом холодного настоя.

14

Пирс Санта Моники – старейшее историческое место, одна из главных достопримечательностей Лос-Анджелеса, где сосредоточено огромное количество развлечений, баров и ресторанов на любой вкус.

15

Kreation Organic – фреш-бар, предлагающий органические напитки и питание.

16

Dove (англ.) – голубка.

17

Flat lay (англ.) – плоское изображение предметов, которые лежат на поверхности, сделанное под углом 90° по отношению к объектам съемки. Сначала такие кадры использовались для показа вещей, например, в создании стильного образа в журналах. Сегодня этот тренд особенно популярен в Instagram.

18

K-pop (англ.) – южнокорейская поп-музыка.

19

Новостная Интернет-медиакомпания, основанная в 2006 году в Нью-Йорке.

20

Округ в Южной Калифорнии, США.

21

Американская телевизионная подростковая драма, основанная на комиксах Арчи.

22

Американская журналистка, телеведущая, актриса, сценарист и продюсер.

23

Крупнейший оператор сотовой связи в США.

24

American Broadcasting Company (АВС) (англ.) – американская коммерческая телевизионная сеть.

25

Долина Сан-Фернандо, известная как просто «Долина» – громадный северный пригород Лос-Анджелеса.

26

Интернет-сервис потокового аудио, позволяющий легально и бесплатно прослушивать более пятидесяти миллионов музыкальных композиций, аудиокниг и подкастов, не скачивая их на устройство.

27

Персонаж «Улицы Сезам», международной детской образовательной телепрограммы, впервые вышедшей в эфир в США в 1969 году.

28

Да? (исп.)

29

Бабушка (исп.).

30

«Госпожа» в сексуальных играх. Dominatrix или mistress – слова, используемое, как правило, в отношении женщин, которые предлагают практики в составе БДСМ, такие, как садизм и доминирование.

31

Крупнейшая торговая площадка в Интернете, выставляющая на продажу аутентичные люксовые изделия.

32

Американский кабельный и спутниковый телеканал. Аудиторию Freeform составляют преимущественно подростки и молодые люди от 13 до 34 лет.

33

Американская актриса, наиболее известная по ролям Блоссом Руссо в ситкоме «Блоссом» и Эми Фарры Фаулер в «Теории Большого взрыва». Четырехкратная номинантка на «Эмми» за лучшую женскую роль второго плана в комедийном телесериале.

34

Скарлет-или-Смерть-89 (англ.).

35

Журнал об индустрии развлечений и знаменитостях.

36

Бульварный новостной сайт.

37

Калифорнийский университет в Лос-Анджелесе (англ.).

38

Персонаж серии мультфильмов, представленный компанией Hallmark.

39

Deadline.com – американский новостной интернет-журнал о телевидении и кино. Сайт ежедневно публикует эксклюзивные развлекательные новости.

40

Обсессивно-компульсивное расстройство (невроз навязчивых состояний) – психическое расстройство.

41

Улица в самом центре Голливудских холмов, где расположены апартаменты многих звезд, музыкантов и продюсеров.

42

«Как Гринч украл Рождество» – американский рождественский мультфильм 1966 года по мотивам одноименной сказки Доктора Сьюза.

43

Парк в Лос-Анджелесе на восточных склонах гор Санта-Моники, любимое место не только туристов, но и знаменитостей, которые часто совершают здесь утренние пробежки.

44

Основанный в 2012 году сервис нового поколения, который предлагает еду по подписке. Пользователи могут заказать подписку на доставку наборов продуктов и ингредиентов, из которых готовятся определенные блюда на ужин, на весь день или на неделю.

45

Американская сеть ресторанов быстрого питания.

46

Американский поп-певец, автор песен и музыкальный продюсер, наиболее известный благодаря композиции «See You Again», записанной совместно с рэпером Уизом Халифой для саундтрека к фильму «Форсаж 7».

47

Торгово-развлекательный комплекс в центре Лос-Анджелеса, целая пешеходная зона, заполненная модными бутиками, ресторанами, различными услугами и развлечениями, а также архитектурными композициями.

48

Длинный одноэтажный торговый центр с парковкой, разделенный на секции, в которых размещаются магазины; обычно вдоль автотрасс.

49

Juul – бренд электронных сигарет из США, также присутствующий на рынках Канады, Великобритании, Израиля, России, Украины.

50

«Hell hath no fury like a woman scorned». Сокращенная цитата из пьесы Уильяма Конгрива «Скорбящая невеста», 1697 год. Часто ошибочно приписывается Шекспиру.

51

Scarlet (англ.) – алый.

52

«Head Held High», песня ирландской группы Kodaline.

53

DC Comics (основано в 1934 году) – одно из крупнейших и наиболее популярных издательств комиксов.

54

YMCA (от англ. Young Men’s Christian Association – «Юношеская христианская ассоциация») – молодежная волонтерская организация.

55

Литературный и киноперсонаж, девушка-детектив, известная во многих странах мира.

56

Американский трэп-исполнитель и продюсер из Хьюстона.

57

25 миль/час = 40 км/час.

58

Хорионический гонадотропин – гормон, который начинает вырабатываться тканью хориона после имплантации эмбриона и является одним из важнейших показателей наличия и благополучного развития беременности.

59

Американская певица, автор песен и актриса. Стала широко известной, снявшись в главной роли в сериале «Ханна Монтана».

60

День поминовения – национальный день памяти США, отмечающийся ежегодно в последний понедельник мая.

61

Plan B One Step – средство экстренной контрацепции, которое содержит высокую дозу гормонов и применяется только в экстренных ситуациях. При превышении дозы может спровоцировать прерывание беременности.

62

Фраза Girl Power является отражением культурного феномена 1990-х и начала 2000-х годов. Она также связана с третьей волной феминизма. Фразу сделала популярной группа Spice Girls в середине-конце 1990-х годов.

63

Посттравматическое стрессовое расстройство – тяжелое психическое состояние, возникающее в результате единичного или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику индивида.

64

Freshman (англ.) – ученик первого года обучения в старшей школе; Junior – ученик предпоследнего года обучения.

Content

Сара Шепард, Лилия Бакинхем
Инфлюенсеры

Пролог

Месяц назад

Далила

Джасмин

Фиона

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 18 июня (для ее канала на YouTube)

Далила

Фиона

Джасмин

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 20 июня (для ее канала на YouTube)

Далила

Джасмин

Фиона

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 22 июня (для ее канала на YouTube)

Далила

Джасмин

Далила

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 27 июня (для ее канала на YouTube)

Фиона

Далила

Транскрипт личного видеоблога Скарлет Ли, 27 июня (для ее канала на YouTube)

Фиона

Джасмин

Далила

Транскрипт видео из телефона Скарлет Ли

Далила

Фиона

Джасмин

Далила

Фиона

Далила

Фиона

Джасмин

Далила

Фиона

Джасмин

Фиона

Далила

Джасмин

Фиона

Далила

Две недели спустя

Джасмин

Фиона

На исходе августа

Далила

Благодарности

Об авторах

1